WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Добросовестность участников договорных отношений и проблемы защиты их субъективных гражданских прав

Автореферат докторской диссертации по юридическим наукам

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 

                                                                      На правах рукописи

 

БОГДАНОВА

Елена Евгеньевна                                      

                                                                                         

ДОБРОСОВЕСТНОСТЬ  УЧАСТНИКОВ ДОГОВОРНЫХ ОТНОШЕНИЙ И ПРОБЛЕМЫ  ЗАЩИТЫ ИХ СУБЪЕКТИВНЫХ ГРАЖДАНСКИХ ПРАВ


 

Специальность 12.00.03 -

гражданское право; предпринимательское право;

семейное право; международное частное право

 

                                        Автореферат

диссертации  на соискание ученой степени

доктора юридических наук

 

                                             Москва

                                                          2010


Диссертация выполнена  в Федеральном  государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Российская академия государственной службы при Президенте Российской Федерации» на кафедре правового обеспечения рыночной экономики.

Официальные оппоненты:       доктор юридических наук, профессор,

Заслуженный юрист РФ

Коршунов Николай Михайлович

доктор юридических наук, профессор

Ершова Инна Владимировна

доктор юридических наук, профессор

Заслуженный работник Высшей школы РФ

Лукьянцев Александр Анатольевич

Ведущая организация:                ГОУ ВПО «Российский государственный  

гуманитарный университет»

 

Защита диссертации состоится 26 ноября 2010 года в 12 часов  на заседании Диссертационного  совета  по юридическим наукам Д. 502.006.15 в Российской академии государственной службы  при Президенте Российской Федерации (119606, Москва, проспект Вернадского, д. 84, 1-й учебный корпус, ауд. 2283).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации.

Автореферат разослан ____                          

Ученый секретарь

Диссертационного совета                                                       В.В. Зайцев

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

  1.  Актуальность темы диссертационного исследования. Одним из важнейших институтов гражданского права, обеспечивающего стабильность гражданского оборота, является институт защиты субъективных гражданских прав участников договорных отношений. Переход к рынку, обострение конкурентной борьбы между участниками гражданского оборота требуют эффективной защиты их субъективных прав. О необходимости защиты субъективных гражданских  прав говорится во многих нормах права и, прежде всего, в ст. 2 Конституции РФ, согласно которой человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав  и свобод человека и гражданина — обязанность государства. В ст.ст. 35, 36 Конституции РФ гарантируется защита частной собственности, а также судебная защита прав и свобод.
  2. Защите субъективных прав посвящено большое количество норм ГК РФ. Можно было бы сделать вывод, что общество имеет достаточно обширное и систематизированное законодательство, позволяющее участникам гражданского оборота эффективно защищать свои субъективные гражданские права. Однако практика применения законодательства выявила множество проблем. В Концепции развития гражданского законодательства Российской Федерации (далее — Концепция) отмечается о ненадлежащем, недобросовестном осуществлении прав и исполнении обязанностей, совершении действий в обход законов, злоупотреблении правом. Массовый характер приобрели споры о признании сделок недействительными, значительная часть которых инициируется недобросовестными лицами, стремящимися избежать исполнения принятых на себя обязательств.
  3. Практическое применение норм института защиты показало, что участники договорных отношений не получают должной правовой защиты в связи с несовершенством соответствующих норм права, их внутренней противоречивостью и, в известной мере, отставанием от потребностей современного общества. В результате право на защиту в одних случаях стало использоваться во вред своему назначению, в других — не обеспечивает необходимой защиты субъективных гражданских прав.
  4. Концепция предусматривает введение в гражданское законодательство принципа добросовестности, как одного из наиболее общих и важных принципов  гражданского права, что потребует пересмотра, как положений теории, так и правовых норм института защиты. В связи с этим необходимо исследовать содержание понятия добросовестности, установить его соотношение с виновностью, противоправностью, разумностью; определить специфику использования добросовестности в договорных отношениях.
  5. Эффективная защита субъективных гражданских прав в договорных отношениях невозможна без определения оснований их защиты. Анализ научных позиций и норм права позволяет сделать вывод, что в качестве основания защиты, прежде всего,  принимается во внимание нарушение субъективных гражданских прав. Однако введение в гражданское законодательство принципа добросовестности обусловливает необходимость конструирования ранее неизвестных гражданскому праву России оснований защиты: добросовестного непризнания права и добросовестного оспаривания права. Требует пересмотра содержание категории «нарушение права» и ее соотношение с категорией «правонарушение». С новых позиций следует рассмотреть вопрос о самостоятельности права на защиту. Теоретическое и практическое значение имеет проблема недобросовестного применения как права на защиту, так и способов защиты. Возникла необходимость выработать новые подходы к защите субъектами своих прав посредством самозащиты, которая также может быть как добросовестной, так и недобросовестной.
  6. Введение  принципа добросовестности в гражданское законодательство в качестве одного из наиболее общих и важных принципов гражданского права обусловит необходимость решения вопроса о формах защиты субъективных гражданских прав, о соотношении судебной и административной защиты. Необходимо определить, какие органы смогут обеспечить адекватную оценку нравственности поведения субъекта и тем самым воздействовать на формирование критериев нравственности в обществе.
  7. Актуальность данного диссертационного исследования обусловлена также тем, что в настоящее время разработана и внедряется Концепция, что потребует изменения содержания многих правовых норм, регулирующих, в частности, защиту субъективных гражданских прав в договорных отношениях. Поставленная Президентом РФ задача совершенствования гражданского законодательства и отдельные положения Концепции могут быть реализованы, в том числе, посредством использования результатов данного исследования, что позволит обеспечить эффективную защиту субъективных гражданских прав участников договорных отношений.

Степень разработанности темы исследования. Проблемам защиты субъективных гражданских прав и интересов уделяли внимание виднейшие представители русской дореволюционной цивилистики, но монографической разработки в то же время они не получили. Впоследствии к вопросам защиты субъективных гражданских прав и  интересов обращались видные советские ученые (Т.Е. Абова, В.П. Грибанов, Т.И. Илларионова, Д.М. Чечот, К.Б. Ярошенко и др.)

После введения в действие Гражданского кодекса РФ  проблемы защиты гражданских прав и  интересов явились предметом исследования В.В. Витрянского, М.С. Кораблевой, Д.В. Микшиса, О.А. Минеева, М.В. Мурашко, Д.В. Славецкого, Э.Л. Страунинга, Е.М. Тужиловой-Орданской, Д.Н. Кархалева и некоторых иных авторов.

Проблемам изучения добросовестности на уровне диссертационных исследований посвятили свои работы Т.Ю. Дроздова, А.В. Попова, Т.В. Новикова, Г.Т. Бекназар-Юзбашев и некоторые другие авторы. Ряд авторов затрагивали вопросы добросовестности при исследовании иных  проблем гражданского права (С.А. Иванова, М.Ф. Лукьяненко, С.Д. Радченко).

Однако до настоящего времени не было диссертационных исследований проблем защиты субъективных гражданских прав с позиции добросовестности участников договорных отношений, в которых рассматривалось бы влияние добросовестности на конструирование оснований защиты,  выбор  форм и способов защиты субъективных гражданских прав и т.д.

Поэтому в настоящее время ощущается недостаток исследований, в которых анализировались  проблемы оснований защиты субъективных гражданских прав добросовестных участников  договорных отношений, а также способов защиты их прав; была бы осуществлена разработка понятийно-категориального аппарата института защиты; реализован системный подход в разработке данных проблем применительно к отношениям, вытекающим из гражданско-правового договора.

Цель и задачи исследования. Целью исследования является разработка и обоснование теоретической концепции  защиты субъективных гражданских прав участников договорных отношений  в связи с введением в гражданское законодательство принципа добросовестности  в качестве одного из наиболее общих и важных принципов гражданского права, а также понятийно-категориального аппарата института защиты; анализ  способов защиты субъективных гражданских прав с позиции добросовестности сторон договора, их классификация и содержание; исследование правового регулирования осуществления права на защиту участниками гражданского оборота в договорных отношениях, в зависимости от вида заключенного договора; решение иных теоретических и прикладных вопросов.

В соответствии с целью исследования в диссертации решаются следующие задачи:

1. Установить содержание добросовестности участников договорных отношений и сформулировать понятие добросовестности.

2. Разработать  и обосновать понятийно-категориальный аппарат института защиты  с учетом добросовестности участников договорных отношений, в частности, понятий добросовестного непризнания права и добросовестного оспаривания права; установить соотношение понятий нарушение права и правонарушение.

3. Провести анализ существующих научно-теоретических доктрин,  концепций, содержащих  понятие права на защиту, способов защиты и дополнительно обосновать самостоятельность права на защиту.

4. Выявить критерии классификации способов защиты субъективных гражданских прав и обосновать авторскую классификацию данных способов.

5.   Выявить тенденции в изменении содержания форм защиты субъективных гражданских прав в связи с введением  в гражданское законодательство принципа добросовестности. Определить специфику самозащиты в договорных отношениях.

6. Исследовать особенности применения способов защиты субъективных гражданских прав добросовестными участниками договорных отношений.

7. Разработать теоретически обоснованные и пригодные для практического применения рекомендации по совершенствованию законодательства Российской Федерации, регулирующего отношения по защите субъективных гражданских прав  в договорных отношениях.

Объектом диссертационного исследования  являются общественные отношения, складывающиеся при осуществлении участниками договорных  отношений права на защиту  их субъективных гражданских прав.

Предмет диссертационного исследования – нормы российского и зарубежного гражданского законодательства, практика их применения, а также научная доктрина по вопросам правового регулирования отношений, складывающихся по поводу защиты субъективных гражданских прав в договорных отношениях.

Методологическую основу исследования   составляют общенаучные методы познания: диалектика, анализ, синтез, аналогия, функциональный, системный  и структурный подходы, абстрагирование и конкретизация, лингвистический анализ; а также специально-юридические  методы исследования: формально-юридический, сравнительно-правовой, технико-юридический, правовое моделирование и др.  

Нормативной базой исследования  явились нормы российского гражданского законодательства и законодательств некоторых зарубежных государств, а также отдельные международные правовые акты.

Эмпирическую базу исследования составили материалы практики Конституционного Суда РФ, судов общей юрисдикции и арбитражных судов, а также иных правоприменительных органов. Исследовано значительное количество дел, рассмотренных судами различных инстанций, опубликованных в печати и собранных автором лично. Проанализированы материалы судебной практики отдельных  иностранных государств.

Теоретическая основа исследования. Диссертационная работа построена на базе положений,  выводов, сформулированных правовой наукой. Автором использованы труды известных дореволюционных цивилистов:  Е.В. Васьковского, Ю.С. Гамбарова, Д.Д. Гримма, Н.Л. Дювернуа, Д.И. Мейера, С.А. Муромцева, К.П. Победоносцева, И.А. Покровского, В.И. Синайского, Г.Ф. Шершеневича. Учтены концептуальные идеи ученых-юристов советского периода и настоящего времени: Т.Е. Абовой, С.С. Алексеева, М.М. Агаркова, В.К Андреева, В.А. Белова, Ю.Г. Басина, Е.В. Богданова, М.И. Брагинского, С.Н. Братуся, Л.Ю. Василевской, А.В. Венедиктова, А.П. Вершинина, В.В. Витрянского, Г.А. Гаджиева, Б.М. Гонгало, В.П. Грибанова, П.Ф. Елисейкина, И.В. Ершовой, Т.И. Илларионовой, О.С. Иоффе, Д.Н. Кархалева, Н.И. Клейн, В.П. Камышанского, С.М. Корнеева, Н.М. Коршунова, О.А. Красавчикова,  П.В. Крашенинникова, Е.А. Крашенинникова, О.А. Кузнецовой, В.А. Лапача, О.Э. Лейста,  А.А. Лукьянцева, Л.А. Лунца, А.Л. Маковского, Н.С. Малеина, В.П. Мозолина,  Л.А. Новоселовой, И.Б. Новицкого, Б.И. Пугинского,  В.А. Рахмиловича, В.В. Ровного,  Б.М. Сейнароева, Г.А. Свердлыка, А.П. Сергеева,  В.Л. Слесарева, Э.Л. Страунинга, Е.А. Суханова,  В.А. Тархова, Ю.К. Толстого, Д.О. Тузова, П.М. Филиппова, Е.А. Флейшиц, А.П. Фокова, Р.О. Халфиной, Б.Л. Хаскельберга, В.А. Хохлова, С.А. Хохлова, Б.Б. Черепахина, Л.И. Шевченко, А.Е. Шерстобитова, А.М. Эрделевского, В.Ф. Яковлева, К.Б. Ярошенко и других. В работе проанализированы выводы известных зарубежных цивилистов:  Дж. Адамса, Д' Анжело, Дж. Битсона, Р. Браунсфорда, Р. Гуда, М. Грэхэма, Б. Зеллера, О. Ландо, Р. Леже, Э. Макдональд,  Э. МакКендрика, Д. Медикуса, Т. Кейли, Х. Кетца, Л. Коффмана,  К. Осакве, Э. Педен, Г. Трейтеля, А. Фарнсворта, Д. Фридманна, Л. Фуллера,  М. Хесселинка, Г. Шварца, К. Цвайгерта и др.

Научная новизна исследования заключается в том, что в  диссертации  разработана авторская концепция защиты субъективных гражданских прав участников договорных отношений с учетом их добросовестности, что представляет собой  решение крупной теоретической задачи российского гражданского права.

В диссертации сформулировано авторское определение добросовестности субъектов права, определено  содержание данного понятия, осуществлено отграничение от других категорий гражданского права, показано значение добросовестности в конструировании оснований защиты субъективных гражданских прав, доказаны новые основания защиты: добросовестное непризнание права и добросовестное оспаривание права, установлены отличия категорий «нарушение права» от «правонарушения», обоснована роль суда в определении критериев нравственности участников договорных отношений и сформулирован вывод о невозможности рассмотрения в административном порядке споров, связанных с установлением добросовестности их участников, исследованы особенности применения отдельных  способов защиты и показано значение добросовестности субъектов при решении вопроса о защите их субъективных гражданских прав. Новизна исследования заключается также в положениях, вынесенных на защиту.

В результате проведенного исследования сформулированы и  выносятся на защиту следующие основные положения:

1.   Под добросовестностью  участников договорных отношений  следует понимать сложившуюся в обществе и признанную законом, обычаем, судебной практикой систему представлений о нравственности поведения субъектов права при приобретении, осуществлении и защите субъективных гражданских прав, а также при исполнении обязанностей. Нравственность поведения участников гражданского оборота оценивается на основе противопоставления категорий добра и зла. Поведение, отражающее представление о добре, следует считать добросовестным. Поведение, отражающее представление о зле, - недобросовестным.

Недобросовестность, в отличие от добросовестности, представляет собой дифференцированное понятие: особо злостное для общества поведение - неизвинительная недобросовестность и поведение, не характеризующееся особой злостностью, - извинительная недобросовестность.

2. Добросовестным поведением участников договорных отношений, по общему правилу,  является правомерное поведение. Противоправное поведение может быть добросовестным в случае прямого признания его таковым законом, обычаем, судебной практикой при безупречном отношении самого субъекта к совершенному действию (бездействию), то есть нравственная безупречность к противоправному поведению. Критериями нравственной безупречности может быть отсутствие осведомленности участников договорных отношений о принимаемых во внимание обстоятельствах (не знал и не мог знать), осуществление субъективных гражданских прав или исполнение обязанностей с соблюдением особых условий (например, немедленно, без промедления, проявляя разумную заботливость), оказывая сотрудничество и др.

3. Особо злостная недобросовестность (неизвинительная недобросовестность) участников договорных отношений учитывается законодателем при квалификации поведения субъекта в качестве гражданского правонарушения — основания гражданско-правовой ответственности.

Поведение субъекта, не представляющее для общества особой злостности, - извинительная недобросовестность — квалифицируется законодателем в качестве нарушения права — основания защиты субъективного гражданского права. Предполагается достаточным в этом случае восстановление нарушенного субъективного гражданского права (например, безвозмездное устранение недостатков в товаре в разумный срок) без привлечения субъекта права к гражданско-правовой ответственности. Безвозмездное устранение недостатков в разумный срок, соразмерное уменьшение покупной цены и др. есть формы извинения нарушителя права за причинение неудобств правообладателю.

4. Введение в гражданское законодательство принципа добросовестности  в качестве одного из наиболее общих и важных принципов гражданского права  позволяет утверждать, что право на защиту субъективного гражданского права должно конструироваться не в качестве его элемента, а как самостоятельное субъективное гражданское право. При недобросовестном осуществлении права на защиту неблагоприятные последствия предусмотрены только для данного права, вследствие чего лицу отказывают в защите субъективного гражданского права.  В отношении защищаемого субъективного гражданского права неблагоприятные последствия не наступают. При включении права на защиту в само субъективное гражданское право в качестве его элемента, неблагоприятные последствия следовало бы конструировать в отношении всего субъективного гражданского права, что является неоправданным, так как  будет подрывать стабильность гражданского оборота.

5. Для злоупотребления субъективными гражданскими правами участниками договорных отношений характерна особо злостная недобросовестность (неизвинительная недобросовестность). В таких случаях основанием защиты нарушенных  прав следует считать правонарушение, а защиту осуществлять  посредством привлечения субъектов, злоупотребивших правами, к гражданско-правовой ответственности.

Осуществление участниками договорных отношений своих субъективных прав при извинительной недобросовестности  является нарушением права. Такое осуществление субъективных прав не представляет собой злоупотребление  субъективными правами. Защита нарушенных прав будет осуществляться посредством соответствующих способов защиты без привлечения  участников договорных отношений к гражданско-правовой ответственности.

6. Под недобросовестным применением способа защиты участниками договорных отношений  понимается использование его для достижения  целей, не связанных с защитой субъективных гражданских прав: уклонение от исполнения обязательства (вследствие, например, требования о признании оспоримой сделки недействительной); воспрепятствование деятельности контрагента (в результате, например, предъявления необоснованного требования о возмещении убытков и в этой связи наложения ареста на имущество и денежные средства контрагента); доведение до банкротства (посредством, например, предъявления обоснованных требований о возмещении убытков одновременно или в ближайшие сроки по сговору несколькими субъектами) и др. При установлении недобросовестного  применения способа защиты, последствия для участников договорных отношений определяются в зависимости от того, является ли  недобросовестность извинительной или неизвинительной.

7. Введение в гражданское законодательство принципа добросовестности обусловливает необходимость с новых позиций исследовать проблему оснований защиты субъективных гражданских прав.

В договорных отношениях  может возникнуть неразрешимая до судебного решения правовая неопределенность в вопросе существования субъективного гражданского права у конкретного лица или о принадлежности субъективного права конкретному лицу, когда такое право не признается или оспаривается другими участниками гражданского оборота. Исходя из презумпции добросовестности, - поведение  лица, не признающего право или его оспаривающего, является добросовестным.

Изложенные обстоятельства обуславливают необходимость принятия положения, что дополнительно к нарушению права, имеют место добросовестное непризнание права и добросовестное оспаривание права, как основания защиты субъективных гражданских прав.

8. При добросовестном непризнании субъективное гражданское право не признается (отрицается) другими лицами, не претендующими на данное право.  Суд, разрешая правовую неопределенность, устанавливает наличие или отсутствие субъективного гражданского права у данного участника договорного отношения.

Не признаваться субъективное гражданское право может только добросовестным субъектом, который не знал и не мог знать о его наличии у соответствующего лица.

Непризнание субъективного гражданского права недобросовестным субъектом, то есть таким, который знал или должен был знать о его наличии  у конкретного участника договорного отношения,  следует квалифицировать как нарушение права. 

9. При добросовестным оспаривании оспаривается принадлежность субъективного гражданского права участнику договорного отношения другими субъектами, добросовестно претендующими на данное право.  Суд, разрешая правовую неопределенность, устанавливает конкретного субъекта, которому принадлежит соответствующее право.

Недобросовестное оспаривание субъективного гражданского права, когда оспаривающая  сторона знала или должна была знать, что право принадлежит конкретному участнику договорного отношения, следует квалифицировать как нарушение права.

10. Условиями конвалидации ничтожных договоров являются: 1) слабость  стороны  договора, требующей конвалидации; 2) заключение договора к выгоде слабой стороны; 3) добросовестность другой стороны договора, когда она не знала и не могла знать о принимаемых во внимание обстоятельствах или не принимала участия в нотариальном удостоверении договора (регистрации) в силу обстоятельств, признанных судом уважительными. При установлении недобросовестности соответствующей стороны, договор не может быть конвалидирован даже при заключении его к выгоде слабой стороны,  поскольку это будет способствовать  недобросовестности участников оборота. К такому договору следует применять последствия его недействительности, а недобросовестная сторона должна возместить другой стороне причиненные ей убытки при наличии соответствующего требования.

11. При добросовестной самозащите субъективных гражданских прав  применяются  способы самозащиты и условия их реализации, установленные законом, обычаем и договором. К недобросовестной самозащите относится применение не предусмотренных законом, обычаем и договором способов самозащиты и условий их реализации (извинительная недобросовестность); использование самозащиты в целях причинения вреда (убытков)  другой стороне (неизвинительная недобросовестность).

12. Оценка нравственности поведения участников договорных  отношений  может осуществляться исключительно судом, что обуславливает отказ от защиты субъективных гражданских прав в административном порядке. Судебной процедуре рассмотрения споров соответствует надлежащая правовая регламентация, наличие системы судебных органов, возможности апеллирования к другим судебным инстанциям, способности к анализу и обобщению судебной практики для единообразного применения законодательства, следовательно, формирования в обществе критериев нравственного  поведения.

Административный порядок защиты субъективных гражданских прав представляется возможным сохранить только для разрешения споров, по которым не требуется оценка поведения участников договорных отношений с позиции добросовестности.

13.   Обосновано положение, что обязательство из неосновательного обогащения возникает лишь в случае, когда обогатившийся участник договорного отношения не знал и не мог знать о неосновательности приобретения (сбережения) чужого имущества. При недобросовестном неосновательном обогащении, когда участник гражданского оборота знал или должен был знать о неосновательности приобретения  (сбережения) чужого имущества,  возникает обязательство из причинения вреда.

14. При участии в договорных отношениях юридических лиц должна приниматься во внимание презумпция соответствующей подготовки данных субъектов права к надлежащему  участию в гражданском обороте, включая  способность  к  самостоятельному расчету убытков.

Поэтому добросовестные юридические лица  должны самостоятельно  рассчитывать свои убытки, в то время  как отсутствие такого расчета будет свидетельствовать  о недобросовестности такого юридического лица, в связи с чем суду не следует  предоставлять право определять размер убытков по спорам с их участием.

15. Требование стороны об одностороннем изменении условий договора следует считать добросовестным только в том случае, когда изменение договора не повлечет для другой стороны дополнительные имущественные обременения (расходы) по сравнению с теми, которые такая сторона должна была нести в пределах надлежащего исполнения обязательства.

В противном случае требование об одностороннем изменении договора является гражданско-правовой санкцией, примененной к стороне без ее согласия вне судебной процедуры. Такое поведение необходимо квалифицировать как недобросовестное и в удовлетворении требований соответствующей стороны следует отказать.

16. Определение размера неустойки в форме пени, взыскиваемой с поставщика до фактического исполнения обязательства в пределах его обязанности восполнить недопоставленное количество товаров  в последующих периодах поставки, представляется не соответствующим специфике рыночных отношений. Неоднократные начисления неустойки за одни и те же товары   способствуют недобросовестности соответствующих субъектов.

Установленная законом или договором поставки неустойка за недопоставку или просрочку поставки товара должна взыскиваться с поставщика в пределах соответствующего периода поставки, если иной порядок определения размера неустойки не будет предусмотрен договором.

Требования юридических лиц о взыскании неустойки без доказательств размера убытков следует рассматривать как их недобросовестное поведение, что должно позволить суду по своей инициативе уменьшать размер взыскиваемой неустойки.

Теоретическое значение диссертационного исследования. Результаты исследования обосновывают новый подход к решению многих актуальных проблем защиты субъективных гражданских прав в договорных отношениях,  направлены на учет добросовестности участников договорных отношений при защите их прав. Полученные выводы позволят пересмотреть существующие позиции ученых в части оснований защиты субъективных гражданских прав, отграничить нарушение права от правонарушения, обеспечат приоритет судебной защиты субъективных прав, в то время как административную защиту следует допускать по спорам, в которых отсутствует необходимость оценки добросовестности участников. Результаты исследования предоставят возможность с новых позиций исследовать способы защиты субъективных гражданских прав в договорных отношениях.

Полученные выводы позволят другим ученым исследовать проблемы защиты субъективных гражданских прав  в договорных отношениях с новых позиций, использовать иную методологию исследования. Все это обеспечит более высокий уровень защиты субъективных гражданских прав в договорных отношениях.

Практическое значение исследования  определяется отчетливо выраженным прикладным характером предложенных рекомендаций, рассчитанных на повышение эффективности правового регулирования защиты субъективных гражданских  прав  участников договорных отношений.

Положения и выводы диссертационного исследования могут быть учтены при совершенствовании гражданского законодательства.

Кроме того, выводы и положения диссертационного исследования могут быть использованы в судебной практике в целях обеспечения единообразного толкования добросовестности и  применения гражданско-правовых норм. Результаты исследования могут быть применены в учебном процессе, для создания учебно-методических материалов и т.д.

Апробация и внедрение результатов исследования. Основные теоретические положения и практические рекомендации, содержащиеся в настоящем исследовании,  опубликованы в печати, в том числе  в печатных изданиях, рекомендованных ВАК РФ для опубликования основных научных результатов диссертаций на соискание ученой степени доктора наук;   являлись предметом выступлений диссертанта на международных и всероссийских научно-практических конференциях, в том числе Международной научно-практической конференции «Проблемы развития частного права в период глобализации» (25-26 апреля 2002 г., Самара);  Общероссийской научно-практической конференции Российской академии юридических наук «Юридическая наука и практика России: итоги и перспективы развития» (19-20 декабря 2002 г., г. Москва); Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы реформирования правовой системы Российской Федерации» (25-26 апреля 2002 г., Белгород); III Международной  научно-практической конференции  «Правовое  регулирование деятельности хозяйствующего субъекта» (20-21 ноября 2003 г., Самара); Международной научно-практической конференции «Проблемы унификации гражданского законодательства Белоруссии, России и Украины в связи с образованием единого экономического пространства» (2-3 марта 2004 г., Белгород); IV Международной научно-практической конференции «Правовое регулирование деятельности хозяйствующего субъекта» (25-26 ноября 2004 г., Самара); Международной научно-практической конференции «Проблемы теории и юридической практики в России» (27-28 апреля 2005 г., Самара);  V Международной научно-практической конференции молодых ученых «Актуальные проблемы частноправового регулирования» (22-23 апреля 2005 г., Самара); региональной  научно-практической конференции «Современные проблемы кооперативного образования и науки» (28-29 апреля 2005 г.,  Белгород); VII  Международной научно-практической конференции «Актуальные проблемы права России и стран СНГ»  (7-8 апреля 2005 г., Челябинск); V  Международной научно-практической конференции  «Правовое регулирование деятельности хозяйствующего субъекта» (24-25 ноября 2005 г., Самара), III, IV Всероссийских конференциях «Державинские чтения» (14-15 декабря 2007 г., 14-15 декабря 2008 г., Москва), IV ежегодных научных чтениях, посвященных памяти профессора С.Н. Братуся   «Проблемы совершенствования  гражданского законодательства» (28 октября 2009 г., Москва) и др.; используются при чтении курсов по гражданскому, предпринимательскому, коммерческому праву в Российской правовой академии Минюста РФ, при подготовке учебно-методической литературы.

Изданы монографии: «Договор купли-продажи. Защита прав и интересов сторон» (М., 2003, 96 с.); «Защита от контрагента. Проблемы субъективных гражданских прав и интересов в договорных отношениях» (М., 2006, 208 с.); Защита прав и интересов в договорных отношениях» (М., 2008,  247 с.); Добросовестность и право на защиту в договорных отношениях (М., 2010,  159 с.)

Структура диссертации. Структура работы обусловлена  целями и задачами диссертационного исследования. Диссертация состоит из введения, двух разделов, включающих  шесть глав, содержащих 19 параграфов, заключения и списка использованных источников.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновываются актуальность, теоретическое и практическое значение диссертационного исследования, определяется его предмет, формулируются цель и основные задачи, дается описание методологической и теоретической основы исследования, характеризуется новизна и практическая значимость полученных результатов, излагаются основные положения, выносимые на защиту.

Первый раздел «Теоретические проблемы защиты субъективных гражданских прав добросовестных участников договорных отношений» включает в себя две главы. Второй раздел «Способы  защиты субъективных гражданских прав в договорных отношениях» состоит из четырех глав.

Глава первая «Право на защиту субъективных гражданских прав добросовестных участников договорных отношений» состоит из трех параграфов.  В первом параграфе «Понятие и содержание добросовестности в гражданском праве РФ» исследуется понятие и содержание добросовестности, проводится сравнительно-правовое исследование добросовестности в российском и зарубежном гражданском законодательстве. В работе обосновывается вывод, что  принцип добросовестности является  нормой-принципом гражданского права.

В литературе  высказано множество суждений относительно того, что следует понимать под добросовестностью. Добросовестность участников договорных отношений оценивается на основе сложившихся в обществе нравственных устоев, а последние, в свою очередь, определяются посредством сложившихся в обществе представлений о добре и зле. Можно признать, что поведение участников гражданского оборота, отражающее представление общества о добре, - необходимо считать нравственным, следовательно,  добросовестным; поведение, отражающее представление о зле, соответственно, безнравственным и  недобросовестным.

Из этого вытекает, что безнравственное поведение субъекта не может быть добросовестным, а недобросовестное поведение — нравственным. Следует отметить, что существующую  в обществе систему  представлений о нравственности поведения субъекта права, о его добре и зле, соответствующие оценки общества, в целях правоприменения необходимо определенным образом принять, легализовать. Они должны быть признаны законом, сформированы в виде обычая или  легализованы судебной практикой.

На основании изложенного, можно прийти к выводу, что под добросовестностью  участников договорных отношений  следует понимать сложившуюся в обществе и признанную законом, обычаем, судебной практикой систему представлений о нравственности поведения субъектов права при приобретении, осуществлении и защите субъективных гражданских прав, а также при исполнении обязанностей. Нравственность поведения участников гражданского оборота оценивается на основе противопоставления категорий добра и зла. Поведение, отражающее представление о добре, следует считать добросовестным. Поведение, отражающее представление о зле, - недобросовестным.

Во втором параграфе «Понятие и содержание права на защиту субъективных гражданских прав добросовестных участников договорных отношений»  отмечается, что в науке гражданского права в настоящее время является дискуссионным вопрос о характере и содержании права на защиту: является ли оно самостоятельным субъективным правом или же представляет собой элемент (составную часть) субъективного гражданского права?

В Концепции говорится о важности укрепления нравственных начал гражданско-правового регулирования. В качестве одной из мер, направленных на решение проблемы, указывается на введение в гражданское законодательство принципа добросовестности в качестве одного из наиболее общих и важных принципов гражданского права. При этом, согласно Концепции, принцип добросовестности должен распространяться, в том числе, и на право на защиту. Таким образом, право на защиту по своему содержанию должно оцениваться с позиции добросовестности управомоченного лица. С учетом данного принципа должна оцениваться и реализация права на защиту.

Применительно к проблеме учета добросовестности лица, защищающего свое право, на наш взгляд, наиболее приемлемой является позиция, согласно которой право на защиту  представляет собой самостоятельное субъективное право. Вопрос о добросовестности или недобросовестности субъекта, защищающего свое право, должен быть рассмотрен с учетом того, как он осуществляет свое право на защиту, какими способами он это делает.

При недобросовестном осуществлении права на защиту неблагоприятные последствия предусмотрены только для данного права, вследствие чего лицу отказывают в защите права. Для защищаемого субъективного права неблагоприятные последствия не предусмотрены. Если право на защиту включить в качестве элемента в само субъективное право, тогда пришлось бы конструировать неблагоприятные последствия в отношении всего субъективного гражданского права, что является неоправданным, так как будет подрывать стабильность гражданского оборота.

Третий параграф «Формы и способы защиты субъективных гражданских прав добросовестных участников договорных отношений». 

Введение принципа добросовестности в гражданское законодательство, конструирование его как наиболее общего принципа гражданского права неизбежно обусловливает возникновение вопроса: кто и каким образом будет оценивать поведение участников договорных отношений, определять соответствие их поведения критериям нравственности, тем самым, воздействуя на общество, формируя в нем необходимое понимание нравственности поведения,  отграничивая зло от добра.

В какой-то мере данная деятельность будет осуществляться нарождающимися и уже имеющимися структурами гражданского общества. Представляется, что к таковым можно отнести и бизнес структуры, которые будут формировать этику предпринимательства и предпринимателей.

Однако наиболее важное место в данном вопросе будет занимать суд. В связи с конструированием в гражданском законодательстве принципа добросовестности, неизбежно  изменится назначение суда и судебной системы в целом. Суд — это уже не только орган правосудия, но и орган, моделирующий нравственные устои общества. Именно суд своим решением от имени государства будет определять, что нравственно, а что безнравственно в Российской Федерации.

В связи с введением принципа добросовестности в гражданское законодательство актуализировался вопрос об административной форме защиты субъективных прав. Если в процессе судебной деятельности может быть выработано понимание добросовестности субъекта права применительно к конкретной ситуации, а сама судебная практика позволяет сформировать критерии нравственности для общества, следовательно, добросовестности, то административная форма защиты субъективных гражданских прав, на наш взгляд, не в состоянии решить  данную задачу. Это объясняется отсутствием должного правового регулирования административно-процессуальной деятельности, отсутствием опыта  анализа и обобщения практики, да и сам императивный характер деятельности административных органов не способствует формированию нравственных критериев поведения субъектов права.

Административный порядок защиты субъективных гражданских прав, как исключение, представляется возможным сохранить только для разрешения споров, по которым не требуется оценка поведения участников правоотношения с позиции нравственности (добросовестности или недобросовестности).

Особый интерес представляет самозащита гражданских прав в договорных отношениях. Под самозащитой следует понимать добросовестное осуществление управомоченным лицом действий фактического и/или юридического характера, направленных на устранение нарушений права. В ст. 14 ГК РФ говорится, что способы самозащиты должны быть соразмерны нарушению, и не выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения.  Самозащита может осуществляться лишь управомоченным и добросовестным лицом.

При  добросовестной самозащите субъективных гражданских прав  применяются  способы самозащиты и условия их реализации, установленные законом, обычаем и договором. К недобросовестной самозащите относится применение не предусмотренных законом, обычаем и договором способов самозащиты и условий их реализации (извинительная недобросовестность); использование самозащиты в целях причинения вреда (убытков)  другой стороне (неизвинительная недобросовестность).

Перечень способов защиты гражданских прав содержится в ст. 12 ГК РФ. Избранный способ защиты должен быть направлен именно на защиту субъективного гражданского права, а не на достижение  каких-либо иных целей. Такого  рода деятельность управомоченной стороны отвечает требованиям добросовестности.

Под недобросовестным применением способа защиты участниками договорных отношений  понимается использование его для достижения  целей, не связанных с защитой субъективных гражданских прав: уклонение от исполнения обязательства (вследствие, например, требования о признании оспоримой сделки недействительной); воспрепятствование деятельности контрагента (в результате, например, предъявления необоснованного требования о возмещении убытков и в этой связи наложения ареста на имущество и денежные средства контрагента); доведение до банкротства (посредством, например, предъявления обоснованных требований о возмещении убытков одновременно или в ближайшие сроки по сговору несколькими субъектами) и др. При установлении недобросовестного  применения способа защиты, последствия для участников договорных отношений определяются в зависимости от того, является ли  недобросовестность извинительной или неизвинительной.

Глава вторая «Основания защиты субъективных гражданских прав  добросовестных участников  договорных отношений» включает в себя  четыре параграфа. В первом параграфе «Категория основания защиты субъективных гражданских прав в цивилистической доктрине»анализируются существующие в науке гражданского права теории, исследующие основания защиты субъективных гражданских прав.

Распространенной в литературе является точка зрения, что основанием защиты является нарушение права (данную точку зрения, в частности,  разделяют А.П. Сергеев, В.В. Витрянский). Другие авторы расширяют границы основания  защиты, включая наряду с нарушением права, также угрозу его нарушения (например, О.С. Иоффе, А.П. Вершинин). На наш взгляд, угроза  нарушения субъективного гражданского права, требует применения мер охраны, а не защиты. 

Анализируя действующее законодательство, можно прийти к выводу, что  закон  допускает возможность применения защиты, когда нарушение права  еще не произошло. Так, ч. 1 ст. 11 ГК РФ предусматривает судебную защиту не только нарушенных, но и оспоренных гражданских прав. Следует также подчеркнуть, что среди способов защиты гражданских прав в ст. 12 ГК РФ упоминается и такой способ, как признание права. Управомоченный участник гражданского оборота прибегает к данному способу защиты, как правило, тогда, когда данное право не признается другим участником или участниками.

В диссертации обосновано положение,  что  защита субъективных гражданских прав возможна, как при их нарушении, так и в случаях добросовестного непризнания или добросовестного оспаривания, то есть имеет место  триада оснований защиты субъективных гражданских прав. 

Второй параграф «Добросовестное непризнание субъективных гражданских прав участников договорных отношений как основание их защиты» посвящен исследованию особенностей защиты субъективных гражданских прав  участников  договорных отношений в случае их добросовестного  непризнания.

Необходимость защиты субъективных прав при их добросовестном непризнании возникает  в связи с правовой неопределенностью существования субъективного права у конкретного лица, неразрешимой до судебного решения. Если наличие субъективного права не вызывает сомнений у других участников договорных отношений, если обладание правом подтверждается и по формальным признакам (в том числе документально), то, как правило, право субъекта признается. Однако, если наличие права у субъекта неочевидно, если имеются трудности  в правовой оценке существующих отношений, юридических фактов и т. д., то может возникнуть ситуация, когда другие участники гражданского оборота не признают наличие субъективного гражданского права у конкретного лица. При этом данные участники  на это право сами не претендуют.

Добросовестное непризнание права может быть следствием противоречивости и  запутанности гражданского законодательства, сложности в установлении правовой природы отношений, правовой оценки отдельных юридических фактов и др.

Для разрешения правовой неопределенности  соответствующему лицу необходимо обратиться в суд с требованием о признании права. Решением суда разрешается правовая неопределенность по поводу существования субъективного гражданского  права у конкретного лица: непризнанное право либо признается и тем самым защищается, либо лицу отказывают  в признании права, то есть в его защите.

Основным способом защиты права в случае его добросовестного непризнания является признание права (ст. 12 ГК РФ).  Признание права характеризуется тем, что суд устанавливает наличие правоотношения между участниками, признает, что истец обладает правом, и, таким образом, защищает его. Признание права не требует возложения на ответчика каких-либо восстановительных мер, так как добросовестное непризнание права не сопровождается его нарушением и поэтому не требует восстановления.

Соотношение добросовестного непризнания права и нарушения права можно определить следующим образом. Добросовестное непризнание, как основание защиты, возможно только в случае непризнания субъективного гражданского права добросовестным участником договорного отношения, то  есть таким, который не знал и не мог знать о существовании права у конкретного лица.

Если право  не будет  признаваться недобросовестным субъектом, то есть таким, который знал или мог знать о наличии субъективного права у конкретного участника, то подобное поведение следует расценивать как нарушение права.

В третьем  параграфе «Добросовестное оспаривание субъективных гражданских прав участников договорных отношений как основание их защиты»  анализируются особенности защиты субъективных прав  в договорных отношениях  в случае их добросовестного оспаривания.

Субъект, добросовестно оспаривающий право, считает,  что имеет достаточные основания для собственных притязаний на это право.  В подобных случаях нередко возникает ситуация, когда участник договорного отношения, оспаривающий чье-либо право, полагает, что спорное  право принадлежит ему и, предъявляя соответствующее требование, он, таким образом, осуществляет свое право на защиту. С другой стороны, субъект, к которому предъявлено требование об оспаривании, также уверен в том, что обладает данным правом и пытается защититься от оспаривания, доказывая, что спорное право принадлежит ему.

Для оспаривающей стороны добросовестное оспаривание субъективного гражданского права другого лица представляет собой способ защиты своего  предполагаемого права, в то время как для стороны, право которой оспаривается, добросовестное оспаривание ее права является основанием защиты. В случае добросовестного оспаривания происходит столкновение реально существующего субъективного права у одного лица и ошибочного представления другого лица о его наличии. В итоге, окончательное решение по вопросу о принадлежности субъективного гражданского  права, принимает суд, подтверждая или опровергая факт обладания правом.

Отграничение добросовестного непризнания права от его добросовестного оспаривания следует осуществлять в зависимости от того, претендуют или не претендуют на данное право лица, не признающие или оспаривающие его. При добросовестном непризнании субъективного права другими лицами они не претендуют на данное право. В то время как при добросовестном оспаривании принадлежности субъективного права конкретному лицу, эти лица претендуют на данное право.

Отграничение оспаривания права от его нарушения следует осуществлять  в зависимости от добросовестности или недобросовестности участника договорного отношения, оспаривающего право. Добросовестным оспариванием является оспаривание субъективного права лицом, который не знал и не мог знать, что контрагент обладает субъективным правом. Поэтому добросовестное оспаривание не является нарушением права.

Недобросовестное оспаривание, то есть когда оспаривающая сторона знала или могла знать о необоснованности своих претензий на субъективное гражданское право другого лица, следует квалифицировать как нарушение права.

Четвертый  параграф «Нарушение субъективных гражданских прав добросовестных участников договорных отношений как основание их защиты » посвящен исследованию особенностей защиты субъективных прав участников  в случае их нарушения.

В этой связи, принципиальное значение имеет вопрос о разграничении нарушения права и правонарушения. Введение в гражданское законодательство принципа добросовестности обусловливает необходимость учета воздействия гражданских правонарушений на общественные отношения в целом, на интересы общества, а не только непосредственно на субъективные гражданские права участников договорных отношений. Следует в большей мере при конструировании правонарушения и отграничения его от нарушения права учитывать злостную направленность поведения субъекта против общества.

В настоящее время нужно  принимать во внимание, что гражданское правонарушение посягает на общественные отношения, что субъект права может быть добросовестным и недобросовестным, а недобросовестность может быть извинительной и неизвинительной, необходимо давать оценку поведения участника договорного отношения применительно к сложившимся в обществе представлениям о нравственности — все это свидетельствует, что прежний подход, отрицавший общую конструкцию состава правонарушения, уже не соответствует требованиям времени. Для нарушения права и правонарушения специфичным является то, что эти действия характеризуют недобросовестность участников договорных отношений.

Однако  недобросовестность может иметь различную степень злостности в глазах общества. Особо злостная недобросовестность (неизвинительная недобросовестность) участников договорных отношений учитывается законодателем при квалификации поведения субъекта в качестве гражданского правонарушения — основания гражданско-правовой ответственности.

Поведение субъекта, не представляющее для общества особой злостности, - извинительная недобросовестность — квалифицируется законодателем в качестве нарушения права — основания защиты субъективного гражданского права. Предполагается достаточным в этом случае восстановление нарушенного субъективного гражданского права (например, безвозмездное устранение недостатков в товаре в разумный срок) без привлечения участника договорного отношения  к гражданско-правовой ответственности. Безвозмездное устранение недостатков в разумный срок, соразмерное уменьшение покупной цены и др. есть формы извинения нарушителя права за причинение неудобств правообладателю.

Восстановление нарушенного субъективного гражданского права может осуществляться как путем применения собственно способов защиты, так и мер гражданско-правовой ответственности. Общим у них является то, что все они носят восстановительный характер, направленный на устранение последствий нарушения субъективного права, обеспечения его беспрепятственного осуществления.

Восстановительные способы защиты субъективных гражданских прав  в зависимости от использования или неиспользования денежной компенсации делятся на две группы:  восстановительно-некомпенсационные и восстановительно-компенсационные. К числу восстановительно-некомпенсационных, учитывая специфику договорных отношений, относятся: принуждение к исполнению обязательства в натуре; восстановление положения, существовавшего до нарушения права; пресечение действий, нарушающих субъективное право; прекращение или изменение договора; перевод участником прав и обязанностей по договору на себя в случае нарушения его преимущественного права; устранение недостатков товара (работы, услуги), доукомплектование товара; замена товара и т.д.

Восстановительно-компенсационные способы защиты  направлены на восстановление нарушенных прав в стоимостном выражении, то есть восстановление права осуществляется путем выплаты обязанным лицом соответствующей денежной компенсации. К числу данных способов защиты относятся: возмещение убытков; взыскание неустойки, взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами; компенсация морального вреда.

Глава третья «Способы защиты субъективных гражданских прав  в договорных отношениях в случае их добросовестного непризнания»  состоит из двух параграфов.

В первом параграфе «Признание субъективного гражданского права» отмечается, что при  известных обстоятельствах может сложиться правовая неопределенность в отношении субъективных гражданских прав, когда другие участники договорных отношений  будут иметь достаточные основания полагать, что конкретное лицо не обладает субъективным правом. В такой ситуации они могут добросовестно не признавать это право за данным субъектом, не претендуя на него.

В этом случае защита права осуществляется путем его признания  судом. Суд, устанавливая наличие правоотношения между участниками, признает, что управомоченная сторона обладает субъективным правом, и тем самым защищает данное право.

Одним из наиболее распространенных требований о признании субъективного гражданского права является требование о признании права собственности.  В то же время распространены обращения в суд с подобным требованием, вытекающим  из договора (например, признание права дарителя отказаться от исполнения договора дарения (ст. 577 ГК РФ), признание права получателя постоянной ренты требовать ее выкупа плательщиком (ст. 593 ГК РФ), признание права поверенного отступить от указаний доверителя (п. 2 ст. 973 ГК РФ) и др.)

В работе исследуется такой способ защиты субъективного гражданского права, как понуждение стороны к заключению договора, проводится анализ соотношения названного способа с принципами свободы договора и защиты слабой стороны договора. В связи с этим, следует отметить, что данное требование может предъявить только сторона, в чью пользу было предусмотрено  право  требовать заключения договора, а не сторона, обязанная заключить договор.

Во втором параграфе третьей главы «Признание ничтожной сделки действительной и подтверждение действительности оспоримой сделки» исследуются актуальные проблемы конвалидации (исцеления) заключенных сделок.

Признание действительности ничтожной сделки и подтверждение действительности оспоримой сделки в качестве способа защиты гражданских прав в ст. 12 ГК РФ не указаны. Однако защита данным способом возможна исходя из смысла ст.ст. 165, 171, 172 ГК РФ.

На основании проведенного исследования представляется возможным сформулировать условия конвалидации  ничтожных сделок, которые  следует принимать во внимание при расширении круга конвалидируемых сделок. Такими условиями являются: 1) слабость стороны в сделке, требующей конвалидации; 2) совершение сделки к выгоде слабой стороны; 3) добросовестность другой стороны в сделке, когда она не знала и не  могла знать о принимаемых во внимание обстоятельствах или, например, не принимала участия  в нотариальном удостоверении сделки или ее регистрации в силу обстоятельств, признанных судом уважительными. При установлении недобросовестности данной стороны сделка не может быть конвалидирована даже тогда, когда она совершена к выгоде другой стороны.

В противном случае это будет способствовать недобросовестности участников договорных отношений.  К такому договору следует применять последствия его недействительности, а недобросовестная сторона должна возместить другой стороне причиненные ей убытки при наличии соответствующего требования.

Одним из способов защиты субъективных гражданских прав по сделкам, создающим правовую неопределенность, является подтверждение действительности оспоримой сделки. Сама по себе оспоримая сделка является действительной и порождает соответствующие ей права и обязанности участников сделки. Вместе с тем оспоримые сделки обладают серьезными дефектами в своем содержании, оформлении, заключении, субъектном составе и др., которые могут обусловить возможность предъявления иска о признании таких сделок недействительными. Естественно, что в таких случаях участники гражданского оборота испытывают сомнения в стабильности отношений.

После подтверждения судом действительности оспоримой сделки, ее дальнейшее оспаривание представляется невозможным. Тем самым суд разрешит правовую неопределенность,  подтвердит действительность данной сделки и защитит право лица.

При решении вопроса о конвалидации сделок может возникнуть проблема их оздоровления при наличии нескольких пороков в сделке, дающих основания признания их как ничтожными, так и оспоримыми. Примерами такого сочетания порочащих факторов может быть, например, совершение сделки несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет, не соответствующей закону или иным правовым актам (ст.ст. 168, 175 ГК РФ); совершение сделки недееспособным гражданином под влиянием заблуждения в отношении качества предмета сделки (ст.ст. 171, 179 ГК РФ); совершение сделки несовершеннолетним лицом, не достигшим возраста 14 лет под влиянием обмана (ст.ст. 172, 179 ГК РФ).

На наш взгляд, оздоровление сделки должно носить комплексный характер и вместе с конвалидацией ничтожной сделки должна быть оздоровлена оспоримая сделка и, наоборот, при рассмотрении требования о подтверждении действительности оспоримой сделки, суд по своей инициативе должен рассмотреть вопрос о возможности конвалидации ничтожной сделки. Только при данных условиях можно будет обеспечить стабильность гражданского оборота, устранить правовую неопределенность и должным образом защитить субъективные гражданские права.

Глава четвертая «Способы защиты субъективных гражданских прав участников договорных отношений в случае их добросовестного оспаривания» состоит из двух параграфов.

Первый параграф «Признание субъективного гражданского права»  посвящен исследованию признания субъективного права лица в случае, когда на данное право добросовестно претендует другая сторона договора.

В отличие от непризнания права, где правовая неопределенность возникает по поводу принадлежности субъективного гражданского права конкретному лицу, при оспаривании разрешается правовая неопределенность о принадлежности права кому-либо из участников спора. Оспаривающая сторона должна быть при этом добросовестной, то есть предполагать, что оспариваемое право принадлежит именно ей. Если оспаривающая сторона  знала или могла знать  о том, что право в действительности принадлежит другой стороне договора, такое оспаривание следует квалифицировать как недобросовестное, что будет представлять собой  нарушение права.

О правовой неопределенности в отношении принадлежности права собственности может свидетельствовать, в частности, следующая ситуация. Ст. 458 ГК РФ определяет момент надлежащего исполнения обязанности по передаче товара. Однако реальная передача товара покупателю может не состояться. В этом случае закон, защищая интересы продавца, перекладывает риск случайной гибели или повреждения товара на просрочившую сторону — покупателя, не считая, однако, последнего собственником товара. Из смысла ст.ст. 458, 224  ГК РФ вытекает, что если в подобной ситуации продавец предъявит требование о признании за ним права собственности, данное требование подлежит удовлетворению, так как фактически товар не был передан и не поступил во владение приобретателя. Правовая неопределенность в вопросе о принадлежности права собственности продавцу или покупателю в данном случае обусловлена несовершенством действующего законодательства.

Такая же проблема может возникнуть и в отношениях по перевозке грузов. По общему правилу, с момента передачи груза к перевозке право собственности на него переходит к грузополучателю. Однако в таком случае на наш взгляд, в литературе нет надлежащего теоретического обоснования предусмотренной законодательством переадресовки груза. Если право собственности перешло к грузополучателю, а у грузоотправителя прекратилось, то отпадают основания для осуществления переадресовки груза. Однако действующим законодательством, несмотря на отмеченное обстоятельство, переадресовка грузов допускается. В диссертации указанная проблема анализируется с позиции плюралистической модели права собственности. На основании учения о разделенной собственности  грузоотправителя можно охарактеризовать как верховного собственника, обладающего правом распоряжаться товаром,  после передачи его перевозчику; то есть осуществить переадресовку, что не допускает возможности оспаривания права собственности со стороны грузополучателя.

Во втором параграфе четвертой главы «Привлечение контрагента к участию в деле» отмечается, что при оспаривании субъективного гражданского права участник договорного отношения в целях защиты может привлечь к участию в деле своего контрагента. Данный способ защиты не нашел отражения в ст. 12 ГК РФ, однако получил свое развитие в ряде норм ГК РФ, регулирующих особенности защиты субъективных прав в отдельных гражданско-правовых договорах. В соответствии со ст. ст.  460-462 ГК РФ на продавца возлагается обязанность передать покупателю товар, свободный от любых прав третьих лиц (п.1 ст. 460 ГК РФ). 

В п. 2 ст. 460 ГК РФ добросовестность продавца  не конструируется как безусловная, право покупателя на защиту своих прав обусловлено тем, было ли  продавцу известно о притязаниях третьих лиц   до момента  передачи товара. Если будет установлено, что к моменту передачи товара продавец не обладал соответствующей информацией, он считается добросовестным, и покупателю следует отказать в удовлетворении требования о защите права. Исходя из смысла п. 2 ст. 460 ГК РФ можно сделать вывод, что здесь действует презумпция добросовестности продавца. Поэтому в случае спора не продавец должен доказывать  неизвестность притязаний третьих лиц, а покупатель обязан опровергнуть презумпцию добросовестности продавца, доказав, что последнему было  известно об этих притязаниях.

Если впоследствии притязания третьих лиц будут признаны правомерными, а имущество будет истребовано от покупателя, последний вправе привлечь к ответственности продавца по правилам ст. 461 ГК РФ, в соответствии с которой продавец обязан возместить покупателю убытки, если не докажет, что покупатель знал или должен был знать о наличии оснований для изъятия товара.

В данном случае уже покупатель предполагается добросовестным и опровергнуть презумпцию его добросовестности должен продавец. Для этого ему необходимо доказать, что покупатель знал о соответствующих основаниях или должен был знать. Последнее обстоятельство — должен был знать - говорит о том, что покупатель сам должен проявить разумную заботливость и, насколько это возможно, установить наличие оснований для изъятия товара.

В случае возникновения спора, предметом которого являются притязания третьего лица, покупатель обязан привлечь продавца к участию в деле, а продавец обязан вступить в это дело на стороне покупателя (п. 1 ст. 462 ГК РФ).

Для того чтобы защитить права покупателя, продавец должен быть уведомлен о предъявленном требовании третьего лица. Обязанность покупателя в отношении продавца должна носить  уведомительный характер, т.е. покупатель обязан лишь поставить последнего в известность о предъявлении к нему иска третьим лицом.

Если покупатель не уведомит продавца, то продавец вправе требовать освобождения от ответственности только в том случае, когда докажет, что, приняв участие в данном деле, ему удалось бы предотвратить изъятие проданного товара у покупателя. Если продавец не докажет, что своим участием в деле он мог бы предотвратить изъятие товара, он несет ответственность перед покупателем.

В диссертации обоснован вывод, что во всех гражданско-правовых договорах о передаче имущества, как в собственность, так и во владение следует предусмотреть норму, устанавливающую необходимость участия в деле стороны, передавшей имущество.

Пятая глава «Восстановительно-некомпенсационные способы защиты субъективных гражданских прав добросовестных участников договорных отношений в случае их нарушения» включает пять параграфов.

В первом параграфе «Присуждение к исполнению обязанности в натуре»отмечается, что согласно действующему законодательству одной из основных обязанностей продавца по договору купли-продажи является его обязанность передать товар покупателю (ст. 456 ГК РФ). Если по каким-то причинам продавец отказывается передать проданный товар покупателю, последний вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи (п. 1 ст. 463 ГК РФ).

Складывается ситуация, когда согласно ст. 12 ГК РФ покупатель, казалось бы, вправе требовать присуждения к исполнению обязательства в натуре. Однако ст. 463 ГК РФ, являясь специальной нормой, существенным образом корректирует данное положение. В результате право требовать присуждения к исполнению обязательства в натуре сохраняется у покупателя лишь тогда, когда предметом договора является индивидуально-определенная вещь. Что касается вещей, обладающих родовыми признаками, то, по общему правилу, покупатель таким правом не располагает.

Императивный характер п.1 ст. 463 ГК РФ,  по сути, лишает стороны возможности решить вопрос об исполнении в натуре в самом договоре. Представляется целесообразным предоставить продавцу и покупателю право самим определиться в части исполнения обязательства в натуре, вследствие чего необходимо дополнить ст. 463 ГК РФ указанием на то, что в договоре стороны могут установить обязанность продавца по исполнению обязательства в натуре.

В работе анализируются особенности применения присуждения к исполнению обязанности в натуре в альтернативных и факультативных обязательствах.

Реализация принципа реального исполнения обязательства  способствует добросовестному отношению участников договорных отношений к своим обязанностям, к укреплению договорной дисциплины и, как следствие, стабильности гражданского оборота.

Во втором параграфе «Восстановление положения, существовавшего до нарушения права»отмечается, что восстановление положения, существовавшего до нарушения права, может быть осуществлено различными действиями, например, путем предъявления требования о возврате имущества, приобретенного или сбереженного другим лицом за счет кредитора без достаточных к тому оснований  (ст. 1102 ГК РФ).

В связи с введением в гражданское законодательство принципа добросовестности в качестве одного из наиболее общих и важных принципов гражданского права в целях усиления нравственных начал гражданско-правового регулирования необходимо «перевернуть» правила п. 2 ст. 1102 ГК РФ в отношении обогатившегося лица. Правила главы 60 ГК РФ должны применяться только к случаям добросовестного неосновательного обогащения, когда обогатившееся лицо не знало и не могло знать о неосновательности приобретения или сбережения имущества.

Недобросовестное неосновательное обогащение, когда приобретатель знал или должен был знать, что неосновательно приобретает или сберегает имущество, должно квалифицироваться как причинение вреда. Защита субъективного права потерпевшей стороны должна в этом случае осуществляться на основе норм, регулирующих обязательства из причинения вреда,  в том числе тогда, когда стороны были связаны договором (например, повторная оплата уже ранее оплаченных товаров и др.).

В диссертации обосновывается вывод, что при удовлетворении требования о возврате имущества в качестве неосновательного обогащения суду следует учитывать также добросовестность потерпевшего.

В третьем параграфе «Пресечение действий, нарушающих субъективные гражданские права»пятой главы дается анализ такого способа защиты субъективных гражданских прав, как пресечение действий, нарушающих субъективные права участников договорных отношений.

На наш взгляд, представляет интерес осуществление данного способа защиты в рамках самозащиты. Пресечение действий, нарушающих субъективное гражданское  право, может осуществляться  различными способами  самозащиты: приобретение товаров непосредственно лицом, чье право нарушено, с отнесением необходимых расходов на счет нарушителя (п. 1 ст. 520 ГК РФ); выполнение работ, устранение недостатков лицом, чье право нарушено, своими силами и средствами за счет нарушителя (ст. ст. 397, 503, 616, 693, 723 ГК РФ). Далее к мерам по пресечению нарушения права следует отнести право стороны договора приостановить исполнение обязательства (п. 2 ст. 328, п. 5 ст. 486, п. 1 ст. 719 ГК РФ); право арендатора произвести капитальный ремонт арендуемого имущества (ч. 3 п. 1 ст. 616 ГК РФ).

В диссертации обосновывается положение, что удержание имущества должника кредитором представляет собой способ самозащиты права кредитора на вознаграждение.  Удержание  направлено на пресечение нарушения права кредитора и, тем самым, на восстановление его субъективного  права.

Указанные меры способствуют пресечению действий, нарушающих субъективные права участников договорных отношений, и направлены на восстановление нарушенных  прав путем совершения управомоченными лицами самостоятельных действий.

В четвертом параграфе «Прекращение или изменение договора»рассматриваются  проблемы прекращения, а также  изменения гражданско-правового договора.

При заключении договора его участники достигли соглашения (единства) по конкретным условиям. Однако если стороны заключили договор на согласованных условиях, то изменять данные условия следует также по взаимной воле обеих сторон.

В противном случае могут быть  неоправданно ограничены  права другой стороны договора. Одностороннее изменение условий обязательства ставит другую сторону в неблагоприятное положение. Такая ситуация  способствует  недобросовестным действиям кредитора по изменению условий договора  к своей выгоде, влекущим для другой стороны дополнительные имущественные обременения, не предусмотренные  договором.

Требование стороны об одностороннем изменении условий договора можно считать добросовестным  только в том случае, когда изменение  договора не влечет  для другой стороны дополнительных имущественных обременений (расходов)  по сравнению с теми, которые сторона должна была нести  в пределах  надлежащего исполнения обязательства.

В ином случае требование об одностороннем изменении условий договора будет являться гражданско-правовой санкцией, применяемой к стороне  без ее согласия, минуя судебную процедуру.  Данное поведение необходимо признать недобросовестным и в таком случае в удовлетворении требования об изменении условий договора следует отказать.

В пятом параграфе «Перевод участником прав и обязанностей на себя в связи с нарушением преимущественного права»указывается, что  последствием нарушения преимущественного права лица, по общему правилу, является перевод на участника, чье право нарушено, прав и обязанностей по договору.

В то же время, в отдельных случаях преимущественное право участника не обеспечивается данным механизмом защиты. Так, в соответствии со ст. 684 ГК РФ по истечении срока договора найма жилого помещения наниматель имеет преимущественное право на заключение договора найма жилого помещения на новый срок. Если наймодатель отказался от продления договора в связи с решением не сдавать помещение внаем, но в течение года со дня истечения срока договора с нанимателем заключил договор найма жилого помещения с другим лицом, наниматель вправе требовать признания такого договора недействительным и (или) возмещения убытков, причиненных отказом заключить  договор с ним. В данном случае наниматель вправе требовать не перевода на себя прав и обязанностей по договору, а признания его недействительным.

По нашему мнению, представляется целесообразным предусмотреть в действующем гражданском законодательстве единое последствие нарушения преимущественного права участника: перевод на себя прав и обязанностей по договору. Таким образом,  необходимо  в ч. 4 ст. 684 ГК РФ заменить положение о том, что «наниматель вправе требовать признания такого договора недействительным», на правило, согласно которому наниматель вправе потребовать в суде перевода на себя прав и обязанностей по заключенному договору.

Шестая глава «Восстановительно-компенсационные способы защиты субъективных гражданских прав добросовестных участников договорных отношений в случае их нарушения» состоит из трех параграфов.

В первом параграфе «Возмещение убытков»отмечается, что с введением принципа добросовестности  в гражданское законодательство, Концепция предусматривает новое основание освобождения должника от возмещения убытков.  Согласно пп. б п. 5.2. Концепции «должник, нарушивший договор, не должен возмещать ущерб, который он не предвидел или не должен был разумно предвидеть при заключении договора, как вероятное последствие его нарушения».

В приведенном выше положении имеется в виду добросовестность должника, поскольку при заключении договора, он с позиции средней опытности не предвидел или не должен был предвидеть вероятных последствий нарушения договора.

Добросовестность должника является самостоятельным основанием освобождения его от ответственности за нарушение договора вне зависимости от ее вида: виновная или безвиновная. При  определении добросовестности или недобросовестности должника суду необходимо применительно к конкретной ситуации сформулировать правовую оценку предвидения, разумности и вероятности. Когда должником является гражданин — это может быть один уровень такой оценки. Если должником будет юридическое лицо  — это обусловит  более строгий подход  к правовой оценке соответствующих обстоятельств, поскольку в данном случае должником является специалист своей сделки, и потому он обязан более адекватно оценивать деловые качества своих партнеров, состояние экономики, возможности экономических кризисов и др. - словом,  все обстоятельства, которые должнику следовало бы  принять во внимание в связи с оценкой вероятности нарушения договора и наступления  возможных последствий.

В литературе  отмечается необходимость предоставить суду возможность определять размер убытков по своему усмотрению, когда сам факт причинения убытков доказан, но нет возможности установить их точную сумму.

Представляется, что судам должно быть предоставлено право определять размер убытков при доказанности факта причинения вреда и причинной связи. Однако, на наш взгляд, подобное правило следует предусмотреть по спорам между гражданами и между гражданами и юридическими лицами.  В частности, данное право может быть  обусловлено возможностью как общей, так и правовой неграмотности граждан, признанной законом (ст. 205 ГК РФ). Невозможность расчета убытков в этом случае не следует расценивать как недобросовестность граждан. Отсутствие надлежащей подготовки обусловливает, например, признание граждан-потребителей слабой стороной договора.

Таким образом, суду следует предоставить право в случае необходимости определять размер причиненных убытков гражданам в отношениях между ними и юридическими лицами.

При участии в договорных отношениях юридических лиц должна приниматься во внимание презумпция соответствующей подготовки данных субъектов права к надлежащему  участию в гражданском обороте, включая  способность  к  самостоятельному расчету убытков.

Поэтому добросовестные юридические лица  должны самостоятельно  рассчитывать свои убытки, в то время  как отсутствие такого расчета будет свидетельствовать  о недобросовестности такого юридического лица, в связи с чем суду не следует  предоставлять право определять размер убытков.

Во втором параграфе «Взыскание неустойки. Взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами» исследуется соотношение таких способов защиты, как  неустойка и проценты за пользование чужими денежными средствами.

В диссертации обоснована позиция, что как возможность начисления неустойки в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, так и вероятность взыскания процентов за пользование чужими денежными средствами оказывают стимулирующее воздействие на должника и способствуют надлежащему исполнению им своих обязанностей. Следует также отметить, что как неустойка, так и проценты по ст. 395 ГК РФ имеют денежную форму. В этой связи, на наш взгляд, проценты за пользование чужими денежными средствами представляют собой разновидность неустойки.

В то же время вызывают сомнения некоторые правила взыскания неустойки. Так, согласно  ст. 521 ГК РФ неустойка, установленная в форме пени, взыскивается с поставщика до фактического исполнения обязательства в пределах его обязанности восполнить недопоставленное количество товаров в последующих периодах поставки. Иной порядок определения размера неустойки может быть установлен законом или договором. Таким образом, по мере перехода объемов недопоставленных товаров в следующие поставочные периоды неустойка начинает определяться с нарастающей суммы, поскольку к объему  поставки в соответствующем поставочном периоде добавляется недопоставка за прошлые периоды поставки. Такое обязательство называют суммированным. При данных обстоятельствах неустойка может неоднократно начисляться за товары, которые не были поставлены ранее.

Неоднократное начисление неустойки за одни и те же товары  является способом внеэкономического обогащения соответствующих лиц и,  тем самым, способствует  недобросовестности участников договорных отношений. В связи с этим, ст. 521 ГК РФ необходимо изложить в следующей редакции: «Установленная законом или договором поставки неустойка за недопоставку или просрочку поставки товара взыскивается с поставщика в пределах соответствующего периода поставки, если иной порядок определения размера неустойки не установлен договором»

При участии в договорных отношениях юридических лиц должна приниматься во внимание презумпция соответствующей подготовки данных субъектов права к надлежащему  участию в гражданском обороте, включая  способность  к  самостоятельному расчету убытков. В этой связи  требования юридических лиц о взыскании неустойки без доказательств размера убытков следует рассматривать как их недобросовестное поведение, что должно позволить суду по своей инициативе уменьшать размер взыскиваемой неустойки.

В третьем параграфе «Компенсация морального вреда»исследуются особенности компенсации морального вреда применительно к договорным отношениям.

Среди способов защиты гражданских прав ст. 12 ГК РФ называет компенсацию морального вреда. В соответствии со ст. 151 ГК РФ под моральным вредом понимаются физические или нравственные страдания гражданина, причиненные действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. Указанная норма также предусматривает возможность возложения на нарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда в иных случаях, предусмотренных законом.

Таким образом, моральный вред наступает, прежде всего, при нарушении неимущественных прав гражданина. Что касается возможности компенсации морального вреда при нарушении имущественных прав, то согласно п. 2 ст. 1099 ГК РФ такой вред подлежит компенсации лишь в случаях, предусмотренных законом. Основными такими законами являются Закон РФ «О защите прав потребителей» № 2300-1 от 07.02.1992 г., а также ФЗ «Об основах туристской деятельности в РФ» № 132-ФЗ  от 24.11.1996 г.

На наш взгляд, компенсация морального вреда должна применяться при наличии именно морального вреда, то есть нарушения личных неимущественных прав или иных нематериальных благ гражданина. Что касается нарушения имущественных прав граждан, в том числе и прав потребителей, то в этом случае необходимо возмещать причиненный имущественный ущерб предусмотренными в законе способами. Компенсация морального вреда требуется только в случае, если вследствие неисполнения или ненадлежащего исполнения своих обязанностей продавцом (подрядчиком, исполнителем) был причинен вред жизни, здоровью потребителя или членам его семьи.

В заключении кратко изложены итоги диссертационного исследования, обоснованы теоретические выводы.

Основные положения диссертации изложены в следующих работах автора:

Монографии и учебные пособия:

1. Договор купли-продажи. Защита прав и интересов сторон: Монография. М.: Приор-издат, 2003. – 96с. (6 п.л.).

2. Защита от контрагента. Проблемы субъективных гражданских прав и интересов в договорных отношениях. Монография. М.: Приор-издат, 2006. – 208 с.(13 п.л.).

3.Защита прав и интересов в договорных отношениях. Монография. М.: Юнити-Дана, 2008. - 247 с. (15,5 п.л.)

4. Добросовестность и право на защиту в договорных отношениях.  Монография. М.: Юнити-Дана, 2010. -  159с. (10 п.л.)

5. Проблемы защиты субъективных гражданских прав и интересов в договорных отношениях. Учебное пособие. Белгород: Кооперативное образование,  2005. – 240 с.   (15 п.л.)

статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных ВАК для публикации результатов докторских диссертационных исследований:

6. Особенности защиты прав и интересов сторон в договоре на энергоснабжение // Право и экономика. 2003. № 2. С. 43-45. (0,4 п.л.).

7. Допустимо ли расторжение договора купли-продажи при неоплате приобретенного имущества // Российская юстиция. 2003. № 6. С. 36-37  (0,2 п.л.)

8. Формы и способы защиты гражданских прав и интересов// Журнал российского права. 2003. № 6. С. 39-45.  (0,44 п.л.).

9. Административный порядок защиты гражданских прав // Право и экономика. 2004. № 5. С. 33-36. (0,3 п.л.).

10. Защита прав и интересов сторон при исполнении альтернативных и факультативных обязательств// Хозяйство и право. 2004. № 6. С. 56-61.(0,4 п.л.).

11. Проблема основания защиты субъективных гражданских прав //  Журнал российского права. 2004. № 10. С. 40-45. (0,4 п.л.).

12. Понуждение к заключению договора // Право и экономика. 2005. № 1. С. 18-21. (0, 3 п.л.).

13. Принцип реального исполнения обязательств в договорах купли-продажи и поставки: проблема реализации // Законодательство и экономика. 2005. № 3. С. 31-35. (0,4 п.л.).

14. Пресечение действий, нарушающих субъективные права и интересы участников договорных отношений // Вестник Самарской государственной экономической академии. Самара, 2005. № 1 (16). С. 170-176.  (0,4 п.л.).

15. Соотношение требований о взыскании неустойки и уплате процентов за пользование  чужими денежными средствами// Актуальные проблемы правоведения. Самара, 2005. № 1.  С. 96-99. (0,4 п.л.).

16. Компенсация морального вреда // Актуальные проблемы правоведения. Самара, 2005. № 1. С. 103-106. (0,4 п.л.).

17. Особенности защиты субъективных гражданских прав и интересов в договорных отношениях  в случае их оспаривания //Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2005. № 3 (27-2). (0,5 п.л.)

18. Понуждение к заключению договора как способ защиты, применяемый при оспаривании права //Актуальные проблемы правоведения. Самара,  2005. № 3.  С. 109-112. (0,3 п.л.)

19. Проблемы возмещения убытков// Современное право. 2005. № 9. С. 2-6.  (0,4 п.л.).

20. Прекращение и изменение договора // Законодательство. 2005. № 11. С. 21- 26. (0,4 п.л.).

21. Восстановление положения, существовавшего до нарушения права// Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2006. № 1 (29). (0,6 п.л.)

22. Преимущественное право на заключение гражданско-правового договора// Вестник Санкт-Петербургского университета МВД России. 2006. № 2 (30).(0,5 п.л.)

23.Проблемы предмета договора энергоснабжения//Современное право. 2006. № 5. С. 18-22   (0,5 п.л.).

24. Спорные вопросы применения исковой давности// Вестник Московского университета МВД Российской Федерации. 2007. № 8.  С.45-47. (0,4 п.л)

25. Категория основания защиты субъективных гражданских прав и интересов в цивилистической доктрине//Вестник Московского университета МВД Российской Федерации. 2008.№.1.С. 21-23. (0,4 п.л.)

26. Проблема компенсации морального вреда при конфликте личных неимущественных прав//Вестник Московского университета МВД Российской Федерации. 2009. № 3. С. 120-124. (0,4 п.л.)

27. Защита прав нанимателя в случае нарушения преимущественного права в договорах аренды и найма жилого помещения//Законы России: опыт, анализ, практика. 2009. № 6.  С. 52-55 (0,4 п.л.)

28. Добросовестность участников договорных отношений как условие защиты их субъективных гражданских прав//Хозяйство и право. 2010. № 2. С. 111-118.  (0,4 п.л.)

29. Признание ничтожной сделки действительной и подтверждение действительности оспоримой сделки// Законы России: опыт, анализ, практика. 2010. № 8. С. 70-76.  (0, 4 п.л.)

Материалы Всероссийских и международных конференций:

30. Обязательство с отрицательным содержанием в условиях глобализации // Проблемы развития частного права в период глобализации: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. Самара.: Изд-во СГЭА, 2002. С. 42-44. (0,25 п.л.).

31. Особенности исполнения альтернативных обязательств в гражданском праве // Актуальные проблемы реформирования правовой системы Российской Федерации: Сб. материалов Междунар. науч.- практ. конф. Белгород: Изд-во БелГУ, 2002. С. 129-134. (0,3 п.л.).

32. Понятие и содержание защиты прав и интересов в гражданском праве России //Научные труды РАЮН. Вып. 3. в 3 т. М.: Юрист, 2003. Т. 1 С. 622-627.  (0,44 п.л.).

33. Проблема одностороннего изменения договора по гражданскому  законодательству России // Правовое регулирование деятельности  хозяйствующего субъекта: Материалы III Междунар. науч.-практ. конф. «Проблемы развития предприятий: теория и практика» /Отв. ред. А.Е. Пилецкий. Самара, 2003. Ч. 3. С. 24-28.   (0,3 п.л.).

34. Об особенностях защиты прав продавца при непринятии товара покупателем по гражданскому законодательству России, Украины, Белоруссии//Проблема унификации гражданского законодательства Белоруссии, России, Украины в связи с образованием единого экономического пространства: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. Белгород.:  Изд-во БелГУ,  2004. С. 77-80.  (0,25 п.л.).

35. Замена товара как способ защиты прав и интересов сторон по договору купли-продажи // Правовое регулирование деятельности хозяйствующего субъекта: Материалы IV Междунар. науч.-практ. конф. «Проблемы развития предприятий: теория и практика». /Отв. ред. А.Е. Пилецкий. Самара, 2004. Ч. 3. С. 25-28. (0,25 п.л.).

36. Привлечение контрагента к участию в деле // Проблемы теории и юридической практики в России: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. /Отв. ред. А.Е. Пилецкий Самара, 2005. С. 33-37. (0,3 п.л.).

37. Особенности замены товара по договору купли-продажи// Проблемы теории и юридической практики в России: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. /Отв. ред. А.Е. Пилецкий Самара, 2005. С. 37-41. (0,3 п.л.).

38. Проблемы оспаривания договора займа ввиду его безденежности (безвалютности)// Актуальные проблемы частноправового регулирования: Материалы V Междунар. науч. конф. молодых ученых /Отв. ред. Л.М. Минкина, Ю.С. Поваров, В.Д. Рузанова. Самара, 2005. С. 286-289. (0,25 п.л.).

39. Защита прав и интересов продавца в договоре купли-продажи при непризнании его права на информацию по законодательству России и Украины // Актуальные проблемы права России и стран СНГ: Материалы Междунар. науч.-практ. конф. Челябинск, 2005. С. 31-32.  (0,2 п.л.).

40. Соотношение способов защиты, направленных на восстановление субъективного гражданского права//Правовое регулирование деятельности хозяйствующего субъекта: Материалы  V Междунар. науч.-практ. конф. /Отв. ред. А.Е. Пилецкий. Самара, 2005. С.  27-31. (0,2 п.л.).

41. К вопросу о правовой природе мер оперативного воздействия//Правовое регулирование деятельности хозяйствующего субъекта: Материалы  V Междунар. науч.-практ. конф. /Отв. ред. А.Е. Пилецкий.  Самара,  2005. С. 31-34.  (0,2 п.л.).

42. Защита права владения в отдельных гражданско-правовых договорах//Актуальные проблемы частноправового регулирования: Материалы VI Междунар. науч. конф. молодых ученых. / Отв. ред. Ю.С. Поваров. Самара, 2006. С. 169 -171. (0,2 п.л.).

43. Проблемы компенсации морального вреда // «Державинские чтения»: Материалы третьей Всероссийской конференции. М. 2008. Т. 5. С.  24-27. (0,3 п.л.)                                   

Иные публикации:

44. Сущность и характер права на защиту //Актуальные проблемы правоведения. Самара, 2004. № 1. С. 114- 116. (0,3 п.л.).

45. Перевод участником прав и обязанностей на себя в связи с нарушением преимущественного права //Актуальные проблемы правоведения. Самара, 2004. № 3. С. 168-171. (0,4 п.л.).

46. Признание права собственности на предмет договора купли-продажи //  Нотариус. 2005. № 4. С. 38-41. (0, 3 п.л.).

47. Защита прав участника договорных правоотношений при непризнании его права на информацию // Современные проблемы кооперативного образования: Материалы региональной науч.-практ. конф. Белгород.: Кооперативное образование, 2005 С. 294-301. (0,4 п.л.).

48. Особенности защиты интересов сторон в договоре купли-продажи недвижимости// Современные проблемы кооперативного образования: Материалы региональной науч.-практ. конф. Белгород: Кооперативное образование, 2005. С. 302-308. (0,4 п.л.).

49. Способы защиты субъективных прав и интересов в договорных отношениях в случае их нарушения (общая характеристика)// Новая правовая мысль. Волгоград. 2005. № 4. С. 29-32. (0, 25 п.л.).

50. Защита гражданских прав нотариусом // Нотариус. 2006. № 1. С. 7-8. (0,2 п.л.)

51. Преимущественное право на заключение гражданско-правового договора// Цивилист. 2006. № 1 С. 43-46 (0,4 п.л.)

 

 

 

 

 

 

 

 

                                                                           

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.