WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Становление современных концепций западной социологии права: теоретико-методологические аспекты

Автореферат докторской диссертации по социологии

 

На правах рукописи

Масловская Елена Витальевна

СТАНОВЛЕНИЕ СОВРЕМЕННЫХ КОНЦЕПЦИЙ ЗАПАДНОЙ СОЦИОЛОГИИ ПРАВА: ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ

Специальность 22.00.01 - Теория, методология и история социологии

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора социологических наук

Москва 2009


Работа выполнена на кафедре общей социологии и социальной работы факультета социальных наук Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского

Научный консультант: доктор философских наук, профессор З.Т. Голенкова

Официальные оппоненты: доктор социологических наук, профессор И.Ф. Девятко доктор философских наук, профессор С.А. Кравченко доктор социологических наук, профессор Н.Л. Полякова

Ведущая организация: Санкт-Петербургский государственный университет

Защита диссертации состоится "16   " декабря 2009 г. на заседании диссертационного совета Д 212.203.31 при Российском университете дружбы народов, по адресу: 117198, Москва, ул. Миклухо-Маклая, д. 10/2, ауд. 415.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Российского университета дружбы народов.

Автореферат разослан "   "________ 2009 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат философских наук, доцент                           Л.Ю. Бронзино

2


Актуальность темы исследования. В настоящее время в ряде европейских стран и в США социология права представляет собой динамично развивающееся направление социологических исследований. В последние десятилетия интерес социологов к изучению правовых институтов неуклонно возрастал. Однако институционализация социологии права как отрасли социологии была длительным и сложным процессом. Развитие западной социологии права прошло через классический и современный этапы, но между этими этапами существовал более резкий разрыв, чем во многих других отраслях социологии. В 20-50-е гг. XX в. социология права занимала маргинальное положение в западной социальной науке. В этот период в изучении правовой сферы доминировала социологическая юриспруденция. В течение нескольких десятилетий классические традиции социологии права были недостаточно востребованы в социологии. В то же время социология права была вынуждена отстаивать свою автономию по отношению к юридическим дисциплинам и другим отраслям социологической науки.

Современный этап эволюции социологии права начинается в 60-е гг. с формированием функционалистского направления. Тем не менее с упадком влияния функционализма происходит и определенное ослабление позиций теоретической социологии права. В 70-е гг. в западной социальной науке получают распространение сугубо эмпирически ориентированные "социально-правовые исследования". В сфере социально-правовой теории формируется "критическая юриспруденция", представители которой используют в том числе и социологические теории, в целом оставаясь на позициях правоведения. В данной ситуации возникла необходимость в создании новых теоретических подходов в социологии права. В 80-е гг. происходит переосмысление классического теоретического наследия и разрабатываются принципиально новые концепции, прежде всего в европейской социологии права. Значительное влияние на развитие западной социологии права в 1980-2000-е гг. оказали идеи Н. Лумана, М. Фуко, П. Бурдье, Ю. Хабермаса, Дж. Александера.

Однако в настоящее время в работах российских ученых теоретические разработки современной западной социологии права используются явно недостаточно. В работах отечественных исследователей, прежде всего представителей правоведения, нередко игнорируются различия между социологической юриспруденцией и социологией права. В российском социологическом сообществе можно отметить наличие разнообразных точек зрения по проблемам дисциплинарного статуса социологии права, ее объекта и предмета. Оценки варьируются от признания междисциплинарного характера социологии права до определения ее как сугубо прикладной дисциплины, не     имеющей     собственного     теоретического     фундамента.     Такая

з


неопределенность позиций не способствует институциональной автономии отечественной социологии права.

Интеграция российской социологии права в мировую науку требует усвоения и критического осмысления новейших достижений зарубежной социолого-правовой теории. Между тем в отечественной литературе отсутствует целостная картина развития западной социологии права в конце XX - начале XXI века. Недооцененными остаются возможности применения теоретических моделей социологии права для исследований российских правовых институтов. В отечественной науке сохраняется противоречие между необходимостью концептуализации права с позиций социологии и недостаточной разработанностью теоретико-методологических оснований социологического исследования правовой сферы. В сложившейся ситуации существует потребность в проведении систематического анализа основных концепций современной социологии права и выявлении возможностей использования теоретических разработок зарубежных социологов в исследованиях правовых институтов российского общества.

Степень научной разработанности темы.

В 1980-2000-е гг. было опубликовано значительное число работ зарубежных исследователей, посвященных проблемам социологии права. В зарубежной литературе общее состояние современной социологии права и развитие этой дисциплины в различных странах рассматривали Ж. Карбонье, Р. Коттерел, М. Дефлем, А.-Ж. Арно, П. Hopo, С. Мачура, М. Баумгартнер, М. Трэверс1. Проблематику истории социологии права исследовали Г. Берман, Р. Коттерел, М. Кларк, С. Тернер, Р. Фактор, В. Шлюхтер . Современные теоретические подходы в социологии права анализировали Дж. Коэн, Э. Арато, М. Дефлем, С. Анле, Б. Фливберг, Дж. Саймон, А. Хант, Дж. Уикэм, М. Невес, Г. Тойбнер3.

1 Карбонье Ж. Юридическая социология. М.: Прогресс, 1986; Cotterrell R. The sociology of law: An

introduction. 2nd edition. London: Butterworths, 1992; Deflem M. Sociology of law: Visions of a scholarly

tradition. Cambridge: Cambridge University Press, 2008; Noreau P., Arnaud A.-J. The sociology of law in

France: Trends and paradigms // Journal of Law and Society. 1998. Vol.25. № 2. P.263-277; Machura S.

German sociology of law // The American Sociologist. 2001. Vol.32. № 2. P.41-60; Baumgartner M. The

sociology of law in the United States // The American Sociologist. 2001. Vol.32. № 2. P.99-113; Travers M.

Sociology of law in Britain // The American Sociologist. 2001. Vol. 32. № 2. P. 26-40.

2 Berman H., Reid Ch. Max Weber as legal historian // The Cambridge companion to Weber / Ed. by S. Turner.

Cambridge: Cambridge University Press, 2000. P.223-239; Clarke M. Durkheim's sociology of law //

Sociological perspectives on law/Ed. by R. Cotterrell. Aldershot: Ashgate, 2001. Vol.1. P.281-290; Cotterrell

R. Durkheim on legal development and social solidarity // Sociological perspectives on law / Ed. by R.

Cotterrell. Aldershot: Ashgate, 2001. Vol.1. P.291-302; Turner S., Factor R. Max Weber: The lawyer as social

thinker. London: Routledge, 1994; Schluchter W. The sociology of law as an empirical theory of validity //

European Sociological Review. 2003. Vol.19. № 5. P.537-549.

3 Коэн Дж., Арато Э. Гражданское общество и политическая теория. М.: Изд-во "Весь мир", 2003; Deflem

М. Introduction: Law in Habermas's theory of communicative action // Habermas, modernity and law / Ed. by

M. Deflem. London: SAGE, 1996. P. 1-20; Anleu S. Law and social change. London: SAGE, 2000; Фливберг Б.

Хабермас и Фуко - теоретики гражданского общества // Социологические исследования. 2000. № 2.

С.127-136; Simon J. Between power and knowledge: Habermas, Foucault and the future of legal studies // Sociological perspectives on law/Ed. by R. Cotterrell. Aldershot: Ashgate, 2001. Vol.1. P.415-429; Hunt A.,

4


Особого внимания заслуживает концепция гражданского общества, разработанная Дж. Коэн и Э. Арато. Эти ученые провели глубокий анализ политических и правовых идей Т. Парсонса, М. Фуко, Н. Лумана, Ю. Хабермаса. Среди новейших публикаций зарубежных социологов следует выделить книгу М. Дефлема "Социология права", в которой представлен широкий спектр теоретических подходов и результатов эмпирических исследований в данной сфере, хотя основной акцент в работе сделан на развитии американской социологии права. Однако в указанных работах не содержится анализ социолого-правовых концепций П. Бурдье и Дж. Александера.

В отечественной социологической науке проблематика истории зарубежной социологии в целом подробно рассматривалась в трудах Г.С. Батыгина, П.П. Гайденко, З.Т. Голенковой, А.Б. Гофмана, Ю.Н. Давыдова, Н.П. Нарбута, Д.Г. Подвойского, Н.Л. Поляковой, Р.П. Шлаковой1. Основные тенденции развития ведущих теоретических направлений современной западной социологии исследовались в работах В.В. Волкова, И.Ф. Девятко, Ю.Л. Качанова, С.А. Кравченко, В.Г. Николаева, А.Ф. Филиппова, В.Н. Фурса, О. Хархордина, Н.А. Шматко, В.А. Ядова2. Изучением истории отечественной и зарубежной социологии права, взглядов ее отдельных представителей занимались Р.Е. Гергилов, В.А. Глазырин, И.А. Голосенко, А.Н. Медушевский3.

Wickham G. Foucault and law: Towards a sociology of law as governance. London: Pluto Press, 1994; Neves M. From the autopoiesis to the autopoiesis of law // Journal of Law and Society. 2001. Vol.28. № 2. P.242-264; Teubner G. Evolution of autopoietic law // Autopoietic law: A new approach to law and society / Ed. by G. Teubner. Berlin: de Gruyter, 1988. P.217-241.

1 Гайденко П.П., Давыдов Ю.Н. История и рациональность: Социология Макса Вебера и веберовский

ренессанс. М.: Политиздат, 1991; Давыдов Ю.Н. Макс Вебер и современная теоретическая социология:

Актуальные проблемы веберовского социологического учения. М.: Мартис, 1998; Гофман А.Б.

Классическое и современное: Этюды по истории и теории социологии. М.: Наука, 2003; Голенкова, З.Т.,

Нарбут Н.П. История социологической мысли в странах Центральной и Восточной Европы: Учеб.

пособие. М.: Изд-во РУДН, 2003; Батыгин Г.С, Подвойский Д.Г. История социологии. М.: Издательский

Дом "Высшее образование и наука", 2007; Шпакова Р.П. Основные положения социологии Макса Вебера

// Немецкая социология / Отв. ред. Р. П. Шпакова. СПб. : Наука, 2003. С. 147-161 ; Полякова Н.Л.

Западные социологические теории общества XX века: историко-социологический анализ. Автореф.

дисс... д-ра социол. н. М., 2004.

2 Волков В.В., Хархордин О.В. Теория практик. СПб.: Изд-во Европейского университета в С.

Петербурге, 2008; Девятко И.Ф. Социологические теории деятельности и практической рациональности.

М.: Аванти плюс, 2003; Качанов Ю.Л. Политическая топология: структурирование политической

действительности. М.: Ad Marginem, 1995; Кравченко С. А. Социологическая теория: дискурс будущего //

Социологические исследования. 2007. № 3. С.3-12; Николаев В.Г. Неопарсонсианство в 80-е годы XX

века: Дж. Александер //Личность. Культура. Общество. 2006. Вып. 2 (30). С. 219-235; Филиппов А.Ф.

Теоретическая социология // Теория общества. Сборник. М.: КАНОН-Пресс-Ц, 1999. С.7-34; Фуре В.Н.

Контуры современной критической теории. Минск: ЕГУ, 2002; Шматко Н.А. "Социальное пространство"

Пьера Бурдье // Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики. СПб. : Алетейя, 2005. С.554-576;

Ядов В.А. Возможности совмещения теоретических парадигм в социологии // Социологический журнал.

2003. №3. С.5-19.

3 Голосенко И. А., Гергилов Р.Е. Георгий (Жорж) Гурвич как социолог // Журнал социологии и

социальной антропологии. 2000. Том III. № 1. С. 17-33; Глазырин В.А. Методологические основания

становления социологии права в западноевропейской социологии XIX - начала XX веков. Автореф.

дисс... д-ра социол. н. Екатеринбург, 2006; Медушевский А.Н. Демократия и авторитаризм: Российский

конституционализм в сравнительной перспективе. М.: РОССПЭН, 1997.

5


В отечественной литературе достаточно подробно рассматривалась социология права Т. Парсонса и Н. Лумана и в меньшей степени обсуждалась социально-правовая теория Ю. Хабермаса1. Вместе с тем при всей популярности идей М. Фуко у ряда российских исследователей правовые аспекты его концепции почти не затрагивались. Вклад П. Бурдье в развитие социологии права лишь сравнительно недавно получил отражение в российской социологической литературе. Практически не упоминался отечественными исследователями в числе теоретиков социологии права Дж. Александер. Следует отметить также, что в публикациях российских ученых не предпринималось попыток сравнительного анализа современных концепций западной социологии права.

В российской науке с середины 90-х гг. велась дискуссия о предмете социологии права и характере этой научной дисциплины, которая артикулировалась в работах В.А. Бачинина, Г.К. Варданянца, В.В. Барчука, В.А. Глазырина, Ю.И. Гревцова, В.П. Казимирчука, В.Н. Кудрявцева, В.В. Лапаевой, А.Н. Медушевского, В.М. Сырых, Э.В. Тадевосяна . В ходе дискуссии обсуждалось положение социологии права в нашей стране в советский период и ее современное состояние, но при этом, как правило, отсутствовали ссылки на современные теории западной социологии права. В настоящее время в публикациях отечественных исследователей, посвященных проблемам социологии права, уделяется недостаточное внимание трудам зарубежных специалистов.

В современной науке получили распространение новые подходы к изучению советских правовых институтов. В работах ряда российских и зарубежных историков, политологов и социологов развитие советской правовой системы характеризуется в широком социальном контексте. При этом значительное внимание уделяется взаимоотношениям между правовыми институтами и другими институтами советского общества, прежде всего политическими. В числе авторов таких исследований можно

1 См.: Денежкин А. "Фактичность и значимость" Ю. Хабермаса: новые исследования по теории права и

демократического правового государства // Хабермас Ю. Демократия, разум, нравственность. М.:

Academia, 1995. С. 181-207; Посконин В.В. Правопонимание Толкотта Парсонса. Ижевск: Изд-во

Удмуртского университета, 1995; Посконина О.В. Никлас Луман о политической и юридической

подсистемах общества. Ижевск: Изд-во Удмуртского университета, 1997; Лапаева В.В. Социология

права. М.: Норма, 2004. С. 123-139; Литвинова О. А. Особенности социологии Н. Лумана (на примере

предметной области права // Социологические исследования. 2007. № 4. С. 13-20.

2 Казимирчук В.П., Кудрявцев В.Н. Современная социология права. М., 1995; Варчук В.В. Социология

права - отрасль социологии // Социологические исследования. 1996. № 10. С. 102-109; Тадевосян Э.В. К

вопросу о социологии права // Социологические исследования. 1997. №11. С.62-68; Лапаева В.В.

Социология права как юридическая дисциплина? // Социологические исследования. 1999. № 7. С.47-57;

Гревцов Ю.И. Социология права. Курс лекций. СПб.: Изд-во "Юридический центр Пресс", 2001;

Социология права / Под ред. В.М. Сырых. М.: Юстицинформ, 2004; Глазырин В. А. Методологические

основания социологии права // Вестник Нижегородского университета им. Н. И. Лобачевского. Серия

Социальные науки. Вып. 1(4). Н. Новгород: Изд-во ННГУ, 2005. С.171-177; Медушевский А.Н.

Социология права. М.: ТЕИС, 2006; Варданянц Г.К. Социальный генезис права:

гештальтсоциологический анализ. Автореф. дисс... д-ра социол. н. М., 2008.

6


выделить В.А. Букова, П. Соломона, Ю. Хаски1. Тем не менее в работах этих ученых не использовались теоретические модели современной социологии права. Зарубежные исследователи обращались и к анализу правовых институтов, сложившихся в постсоветской России2, хотя такой анализ, как правило, осуществлялся с позиций юриспруденции, но не социологии права.

В отечественной социологии определенное развитие получили эмпирические исследования правовой сферы современного российского общества. Однако нельзя не отметить их асимметричный характер. Объектом конкретно-социологических исследований чаще всего становится отношение населения к судебной системе, а также, начиная с середины 90-х гг., институт присяжных заседателей. Изучение профессиональной деятельности адвокатов и судей лишь в последнее время привлекло внимание ряда отечественных социологов3. В такого рода исследованиях лишь в редких случаях использовались отдельные элементы современных концепций западной социологии права.

Проведенный анализ степени разработанности темы диссертационного исследования позволяет утверждать, что теоретико-методологические аспекты становления современных концепций западной социологии права не систематически отражены в отечественной социологической литературе. Аналитические возможности теоретических моделей социологии права недостаточно используются для исследований российских правовых институтов. Указанные обстоятельства в значительной степени определили выбор объекта, предмета, целей и задач исследования.

Цель исследования состоит в историко-социологической реконструкции современного этапа в развитии западной социологии права, критическом анализе современных социолого-правовых концепций, уточнении границ их применимости для исследования правовых институтов российского общества.

Данная цель достигается посредством решения следующих задач:

1 См.: Буков В.А. От российского суда присяжных к пролетарскому правосудию: у истоков

тоталитаризма. М.: Археографический центр, 1997; Соломон П. Советская юстиция при Сталине. М.:

РОССПЭН, 1998; Хаски Ю. Российские адвокаты и советское государство: происхождение и развитие

советской адвокатуры, 1917-1939. М.: Ин-т государства и права РАН, 1993.

2 Huskey E. Russian judicial reform after communism // Reforming justice in Russia, 1864-1996: Power, culture

and the limits of legal order / Ed. by P. Solomon. London: Sharpe, 1997. P.325-347; Jordan P. The Russian

advokatura (bar) and the state in the 1990s//Europe-Asia Studies. 1998. Vol.50. № 5. P.765-791; СоломонП.

Судебная власть в России: сквозь призму административной юстиции // Конституционное право:

восточноевропейское обозрение. 2003. № 3 (44). С. 108-124.

3 Карнозова Л., Климова С. Суд присяжных в постсоветской России - институт гражданского общества?

// Социальная реальность. 2006. № 9. С. 7-31; Корнеева А.Е. Современные адвокаты: профессиональная

практика в процессе трансформации // Журнал социологии и социальной антропологии. 2006. Том IX. №

2. С. 132-151; Попова А.Д. Суд присяжных в зеркале общественного мнения// Социологические

исследования. 2007. № 3 С.99-104; Шереги Ф.Э. Социология права: прикладные исследования. СПб.:

Алетейя, 2002.

7


  1. провести разграничение методологических подходов к анализу права социологической юриспруденции как отрасли правоведения и социологии права как отрасли социологии;
  2. выделить и проанализировать основные этапы развития западной социологии права;

-    выявить теоретико-методологические основания современных

социолого-правовых концепций, определить влияние классических

традиций на современные концепции западной социологии права;

-  выделить основные национальные школы и ведущие теоретические

направления современной социологии права, рассмотреть особенности

институционализации социологии права в США и странах Западной

Европы;

-     раскрыть содержание процесса становления современных

концепций западной социологии права на методологическом и

теоретическом уровне;

  1. на основе сравнительного анализа социолого-правовых концепций Н. Лумана, М. Фуко, П. Бурдье, Ю. Хабермаса, Дж. Александера определить критерии систематизации основных теоретических подходов современной западной социологии права;
  2. осуществить критический анализ теоретических моделей западной социологии права с целью уточнения границ их применимости для исследования российских правовых институтов.

Объект исследования - социология права как отрасль социологической науки.

Предмет исследования - теоретико-методологические аспекты становления современных концепций западной социологии права (1960-2000-е гг.).

Методология и источники исследования:

Методологическими основаниями диссертационного исследования

являются системный подход, сравнительный и исторический методы. В

диссертации применяются общенаучные методы анализа и синтеза,

индукции и дедукции. Диссертационное исследование опирается на труды

классиков социальной мысли, работы современных зарубежных и

отечественных ученых в области истории социологии, социологической

теории, социологии права. Отбор источников осуществлялся на основе

принципов теоретической и методологической репрезентативности.

Теоретическими источниками исследования послужили теория эволюции

форм права Э. Дюркгейма, теория рационализации М. Вебера,

современные интерпретации идей Дюркгейма и Вебера, теория социальной

дифференциации          функционализма         и          неофункционализма,

микросоциологические подходы к анализу социального взаимодействия, концепция дисциплинарной власти М. Фуко, концепция юридического поля П.  Бурдье,  социолого-правовые  идеи  Ю.  Хабермаса,  концепция

8


гражданской сферы Дж. Александера. Представленная в диссертации периодизация истории западной социологии права ориентируется на работы Ж. Карбонье, Р. Коттерела, М. Дефлема. В диссертации осуществлен анализ современной юридической научной литературы, отражающей дискуссии между представителями юридического сообщества.

Научная новизна исследования:

-     проведено последовательное разграничение теоретических

подходов к изучению права, относящихся к социологической

юриспруденции как отрасли правоведения и социологии права как отрасли

социологии;

  1. выделено влияние дюркгеймовской и веберовской теоретических традиций на формирование и эволюцию современных социолого-правовых концепций;
  2. определены роль и место социолого-правовых идей Ж. Гурвича, Н.С. Тимашева, П.А. Сорокина в развитии западной социологии права, выявлено влияние российской традиции на зарубежную социологию права;

-     осуществлены историко-социологическая реконструкция и

систематический анализ современных теоретических направлений

американской и западноевропейской социологии права, выделены

особенности институционализации социологии права в США и странах

Западной Европы, введены в оборот отечественной науки новые работы

зарубежных социологов по проблемам социологии права;

  1. выделены отличия критической теории в социологии права от критических правовых исследований;
  2. представлен анализ концепции юридического поля П. Бурдье и социолого-правовых аспектов концепции гражданской сферы Дж. Александера;
  3. проведен сравнительный анализ социолого-правовых концепций Н. Лумана, М. Фуко, П. Бурдье, Ю. Хабермаса, Дж. Александера;
  1. обоснована возможность использования теоретических моделей западной социологии права для исследований советских правовых институтов, осуществлена социологическая концептуализация динамики советских правовых институтов;
  2. с позиций современных концепций социологии права раскрыты особенности трансформации юридического поля и взаимодействия между юридическим полем и полем политики в современной России.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Теоретико-методологический анализ современных концепций социологии права невозможен без проведения систематического различения между социологией права как отраслью социологии и социологической юриспруденцией как отраслью правоведения. В настоящее время это разграничение лишь эпизодически прослеживается в

9


работах отечественных авторов. Между тем, институционализация отечественной социологии права как отрасли социологии неразрывно связана с необходимостью выйти за пределы правовой теории и опереться на социологическую теорию. Различие в подходах к изучению права коренится в фундаментальных отличиях как целей социологии и юриспруденции, так и теоретико-методологической базы социологии права и социологической юриспруденции. Целью юриспруденции является прежде всего решение конкретных юридических проблем, тогда как социология ориентирована на научные исследования. Социологическая юриспруденция использует данные эмпирических социологических исследований с целью совершенствования права как регулятивной системы, оставаясь при этом на позициях юридической науки. Отличительной особенностью социологии права является то, что право рассматривается как совокупность норм и связанных с ними социальных практик.

  1. Классические социологические теории права были разработаны Э. Дюркгеймом и М. Вебером. Оба этих ученых рассматривали право с позиций общесоциологической теории и осуществили сравнительно-исторический анализ эволюции права как социального института. Дюркгейм и Вебер выступают как основоположники двух ведущих теоретических традиций в социологии права. Идеи Дюркгейма были включены в теоретический арсенал таких направлений западной социальной науки, как структурализм и функционализм. Социолого-правовая концепция Вебера оказала влияние на сравнительно-исторические исследования правовых институтов. В рамках дюркгеймовской традиции изучаются прежде всего интегративная функция права в обществе и процесс социальной дифференциации, в результате которого право становится относительно автономной сферой общественной жизни. Последователи веберовской традиции сосредотачивают внимание на процессе рационализации права.
  2. Развитию зарубежной социологии права способствовали в том числе и работы российских ученых. Важное значение для становления социологии права имела психолого-правовая теория Л.И. Петражицкого. Популяризации идей Петражицкого в зарубежной социологии способствовали труды Ж. Гурвича, П.А. Сорокина, Н.С. Тимашева, опубликованные уже в зарубежный период их научной деятельности. Данные авторы отказались от абсолютизации психологического понимания права и рассматривали право как социальный институт. Труды этих ученых внесли вклад в формирование социологии права в США и Франции в 40-50-е гг., когда исследования правовой сферы с позиций социологии еще не получили широкого распространения. Однако определенные исторические и институциональные факторы обусловили

10


ограниченный  характер  влияния  их  идей  на  современные  концепции западной социологии права.

4.   Особенности институционализации социологии права в США

были обусловлены отсутствием собственной классической традиции и

длительным преобладанием социологической юриспруденции в сфере

социально-правовых исследований. Современный этап эволюции

социологии права начинается в США в 60-е гг. с формированием

функционалистского направления, опиравшегося на идеи Т. Парсонса.

Осуществив синтез дюркгеймовской и веберовской традиций, Парсонс

сделал решающий шаг к созданию современной социологии права как

отрасли социологии. В 60-70-е гг. происходит институционализация

социологии права в ряде европейских стран, прежде всего в Германии и

Франции. В 70-80-е гг. в социологии права проявились общие тенденции

развития западной теоретической социологии в указанный период. Вслед

за распадом "ортодоксального консенсуса" вокруг теории Парсонса

наметилась тенденция к новому синтезу различных теоретических

подходов. При этом основной центр развития теоретической социологии

перемещается из США в страны Западной Европы, что нашло отражение и

в социологии права. Современную англо-американскую социологию права

отличает главным образом эмпирическая направленность, тогда как

немецкие и французские социологи уделяют больше внимания

теоретическим проблемам. В диссертации проанализированы основные

теоретические направления современной западной социологии права:

неофункционализм и различные версии критической теории. В эволюции

современной социологии права выявлена тенденция к переходу от

неомарксизма и неофункционализма к новым вариантам критической

теории, представленным концепциями Ю. Хабермаса и Дж. Александера.

5.      Анализ современных направлений социально-правовых

исследований позволил автору выявить различия между критической

теорией в социологии права и критическими правовыми исследованиями

как междисциплинарным подходом к изучению правовой сферы.

Критические правовые исследования, получившие распространение в

США с конца 70-х гг., объединяют представителей различных научных

дисциплин, но главным образом правоведов и криминологов.

Эмпирические исследования с позиций этого подхода направлены прежде

всего на выявление той роли, которую играют представители юридической

профессии в сохранении и воспроизводстве правового порядка. Особое

внимание уделяется анализу идеологических функций права в

современном обществе. Основное различие между данным направлением и

социологией права заключается в том, что представители критических

правовых исследований не рассматривают общесоциологическую теорию в

качестве теоретико-методологической основы.

11


  1. Традиция критической теории в социологии права получила развитие в работах П. Бурдье. Этот социолог не только анализирует формирование юридического поля в широком социальном контексте, но и прослеживает процесс его исторического развития. Концепция Бурдье позволяет осуществить критический анализ реальных социальных отношений и практик, возникающих в юридическом поле, выявить факторы, детерминирующие логику функционирования юридического поля, стратегии юристов, а также цели, средства и специфические следствия юридической деятельности. Исследование совокупности объективных отношений, возникающих между юридическим полем и другими полями, прежде всего экономики и политики, позволяет Бурдье сделать вывод об относительном характере автономии юридического поля в современных западных обществах. Концепция гражданской сферы Дж. Александера опирается на дюркгеймовскую социологическую традицию, анализ социетального сообщества в трудах Парсонса, концепции философии права Р. Дворкина, Л. Фуллера. Концепция Александера сформировалась в ходе идейной эволюции этого социолога от неофункционализма к "умеренной" версии критической теории, которая является нормативно ориентированной. Следуя логике своего теоретического подхода, Александер рассматривает гражданскую сферу в обществе, для которого характерна высокая степень социальной дифференциации. Подчеркивая культурную обусловленность правовых норм и их взаимосвязь с гражданскими ценностями, Александер указывает на необходимость опоры правовых институтов на демократический дискурс гражданской сферы, а также выделяет процедурные основания демократического правового порядка. Рассматривая взаимодействие правовых институтов и гражданской сферы, он характеризует роль права как механизма, формирующего универсалистскую солидарность.
  2. В диссертации выделены следующие критерии систематизации современных концепций западной социологии права: отношение к классической традиции в социологии права (преемственность, критический пересмотр, отрицание); определение степени автономии правовой сферы (полная, частичная); определение степени юридификации различных сфер социальной жизни; подход к проблеме соотношения права и морали в современных обществах. Применение указанных критериев позволило провести значимые аналитические различения между основными социолого-правовыми концепциями. Н. Луман не считает необходимым обращаться к реконструкции классических социологических теорий, тогда как Ю. Хабермас и Дж. Александер настаивают на центральном значении классического наследия для сегодняшней социологии. Как Луман, так и Хабермас считают право важнейшим регулятивным механизмом, который воздействует на все сферы общественной  жизни.  Но  Луман  расценивает  современное  право  как

12


полностью свободное от какого-либо влияния моральных норм и следующее исключительно собственной внутренней логике. Продолжая дюркгеймовскую традицию, но в противоположность Луману, Хабермас и Александер выделяют моральные основания правового порядка. Особенностью подхода М. Фуко является то, что он отвергает правовые нормы и моральные принципы как инструменты сохранения социального порядка, подчеркивая лишь значение принуждения на микроуровне в обеспечении социальной стабильности. Наиболее существенные различия по вопросу о степени юридификации различных сфер общественной жизни выявлены между концепциями Фуко и Хабермаса. П. Бурдье признает лишь относительный характер автономии юридического поля. По сравнению с подходами Лумана и Хабермаса, концепция Бурдье в большей степени ориентирована на эмпирические исследования правовой сферы. При анализе различных направлений критической теории выделен критерий наличия или отсутствия нормативного стандарта, что позволило провести различение между нормативными концепциями (Хабермас, Александер) и концепциями, не следующими какому-либо нормативному стандарту (Фуко, Бурдье).

8. Критический анализ ключевых теоретических положений

современных концепций западной социологии права позволил уточнить

границы их применимости в исследованиях советских правовых

институтов. Советское общество периода 20-50-х гг. характеризовалось

радикальной дедифференциацией политических и правовых институтов,

что выходит за пределы моделей объяснения функционалистского

подхода. В дальнейшем происходит частичная дифференциация

политических и правовых институтов, которую отличал строго

иерархический характер. Нормативно ориентированные концепции

западной социологии права сталкиваются с существенными трудностями

при обращении к примеру советской правовой системы, в рамках которой

сохранялся значительный разрыв между правовыми нормами и

социальными практиками. Более адекватной теоретической основой

анализа советских правовых институтов является концепция П. Бурдье,

позволяющая исследовать разные состояния юридического поля и

различные формы его взаимодействия с другими полями. Применение

теоретических моделей социологии Бурдье позволяет выявить тенденцию

юридического поля функционировать как аппарат. Данная тенденция

проявилась в процессе бюрократизации советской судебной системы, в

ходе которого возрастает уровень формальной профессиональной

подготовки        судебно-прокурорских        работников,        усиливается

централизованный контроль за их деятельностью, а основным критерием ее оценки становятся статистические показатели. Однако профессионализация агентов юридического поля не сопровождалась формированием у них особого правового этоса.

13


9. Применение теоретических моделей современной западной социологии права, прежде всего системной теории и постструктуралистской критической теории, позволяет осуществить социологическую концептуализацию процессов трансформации правовых институтов в постсоветской России. Системный подход Н. Лумана дает возможность выявить наиболее общие тенденции эволюции российских правовых институтов. Концепция юридического поля П. Бурдье позволяет определить характер взаимодействия между группами, обладающими различными интересами и ресурсами в рамках юридического поля. На основе использования указанных подходов сделан вывод, что в 90-е гг. в российском обществе наметились тенденции к переходу от иерархической к функциональной дифференциации политических и правовых институтов, а также к усилению внутренней дифференциации юридического поля. Это проявилось в разнообразии организационных структур, в расширении органов представительства интересов различных профессиональных групп, что сопровождалось конфликтом компетенций между старыми и новыми агентами юридического поля по вопросам юрисдикции и профессиональной идентификации, за перераспределение символического и экономического капитала. Несмотря на институционализацию суда присяжных, правосудие все в большей степени монополизируется профессиональными участниками судебного разбирательства. В 2000-е гг. вновь усиливается иерархический характер дифференциации политических и правовых институтов, получает распространение инструментальное использование судебной системы, возрастает уровень ее бюрократизации.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Полученные в ходе исследования результаты имеют теоретическое и практическое значение для теории и истории социологии, социологии права. Социология права представлена в диссертации в ее целостности и дисциплинарной специфике как относительно автономная отрасль социологической науки. В работе использована и систематизирована зарубежная социологическая литература, до настоящего времени не введенная в научный оборот отечественной социологии. Историко-социологическая реконструкция процесса становления современных концепций западной социологии права и их систематический анализ позволяют проследить источники межпарадигмальных и междисциплинарных влияний, раскрыть особенности конституирования социологии права как отрасли социологии. Проведенное исследование расширяет проблемное поле и развивает теорию и методологию отечественной социологии права, способствует ее институциональной автономии. Выявленные в работе возможности использования теоретических моделей зарубежной социологии права позволили осуществить   социологическую   концептуализацию   динамики  правовых

14


институтов советского общества и трансформации юридического поля в современной России.

Полученные автором работы результаты могут быть использованы при проведении эмпирических социологических исследований правовых институтов современного российского общества. Результаты исследования могут найти применение для разработки рекомендаций по дальнейшему осуществлению судебно-правовой реформы в современной России. Материалы диссертации могут быть использованы в преподавании учебных курсов по истории социологии, теоретической социологии, социологии права.

Апробация работы. Основные результаты диссертационного исследования представлены в публикациях автора: 2-х монографиях и статьях, опубликованных в журналах "Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского", "Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия Социальные науки", "Журнал социологии и социальной антропологии", "Личность. Культура. Общество", "Социологический журнал", "Социологические исследования", "Социология".

Апробация работы осуществлялась в выступлениях автора на научных конференциях, в том числе: "Проблема интеграции философских культур в свете компаративистского подхода" (С.-Петербург, 1996), "Правовая культура как фактор возрождения державности России" (С.Петербург, 1997), "Информационное право: информационная культура и информационная безопасность" (С.-Петербург, 2002), "Правовая культура: проблемы становления и развития" (С.-Петербург, 2003), "Малая социальная группа: социокультурный и социопсихологический аспекты" (Н. Новгород, 2004), "Организация в фокусе социологических исследований" (Н. Новгород, 2005), "Девиация и делинквентность: социальный контроль" (Н. Новгород, 2006), "Государственное регулирование экономики. Региональный аспект" (Н. Новгород, 2007), III Всероссийский социологический конгресс (Москва, 2008).

Структура и объем диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, включающих 9 параграфов, заключения и списка литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность темы диссертации, анализируется степень научной разработанности проблемы, определяются объект и предмет исследования, формулируются цели и задачи работы, характеризуются научная новизна, теоретическая и практическая значимость диссертации.

Первая глава "Классические социологические теории и развитие социологии права" посвящена актуализации социологии права как отрасли социологической науки и анализу классических традиций в социологии

15


права как теоретической основы современных социолого-правовых концепций.

В первом параграфе "Социология права как отрасль социологической науки" систематизированы основные подходы к определению предмета социологии права в зарубежной литературе, а также выявлены различия между социологией права и социологической юриспруденцией. С этой точки зрения значительный интерес представляют обобщающие труды по проблемам социологии права крупнейших зарубежных специалистов в данной сфере, в том числе Ж. Карбонье, Р. Коттерела, М. Дефлема. Работы этих ученых отражают разные стадии развития социолого-правовых исследований с конца 70-х гг. до настоящего времени, а также специфику национальных школ французской, британской и американской социологии права.

Основываясь на работах М. Вебера, зарубежные исследователи выделяют три основных подхода к изучению правовой сферы1. Во-первых, это изучение права "изнутри" правовой системы с позиций юриспруденции. В данном случае уделяется внимание исключительно собственной логике развития права и используются лишь юридические категории. Во-вторых, это философские и этические подходы, которые стремятся выявить моральные принципы, лежащие в основе права, и оценивают существующие правовые установления с точки зрения определенных нормативных стандартов. В-третьих, это теоретически обоснованные эмпирические исследования права с позиций социальных наук. В этом случае изучается реальное функционирование правовых институтов. Наряду с другими социальными науками, социология практикует именно такой подход к исследованию права. Указанные подходы являются идеально-типическими. В реальных исследованиях правовой сферы они могут взаимно пересекаться и взаимодействовать между собой. Но решающее значение имеет то, что является теоретической основой исследований: юридическая либо социологическая теория.

Теоретико-методологический анализ современных концепций западной социологии права требует систематического различения между социологией права и социологической юриспруденцией. В современной зарубежной литературе не подвергается сомнению существование социологии права как отрасли социологии, хотя и ведутся дискуссии о дисциплинарных границах социологической юриспруденции и социологии права. Разница в подходах к изучению права коренится в фундаментальных отличиях целей социологии и юриспруденции. В то время как социология ориентирована на научные исследования, юриспруденция - практически ориентирована на вклад в решение юридических   проблем.   Социологическая  юриспруденция,   оставаясь   в

1 Kronman, A. Max Weber. Stanford, СА: Stanford University Press. 1983. P. 8-14.

16


рамках правовой теории, использует достижения социальных наук с целью совершенствования права как регулятивной системы.

При всем многообразии определений права с позиций различных социологических теорий общим является то, что право неизменно рассматривается в социологии как совокупность норм и связанных с ними социальных практик. Особенностью социологического подхода является признание того, что правовые нормы действуют в определенных социальных условиях, причем социальные последствия их действия нередко отличаются от провозглашаемых целей права. Одним из отличий в подходах юриспруденции и социологии к анализу правовых явлений выступает их отношение к методологии позитивизма. В целом позитивистский взгляд на право является типичным для юристов. Но, хотя позитивистская методология используется и в социологических исследованиях права, она не является здесь единственной или даже основной. Значительное место в исследованиях правовой сферы занимают различные версии понимающей социологии.

Различия в развитии европейской и американской социологии права связаны в том числе со структурой и целями юридического образования и вытекающими из этого следствиями для изучения права с юридической и социологической точек зрения. Институционализализация социологии права как академической дисциплины предполагает необходимость выйти за пределы юридической теории и основываться на социологической теории. В связи с сопротивлением со стороны более развитой традиции юридической мысли потребовалось значительное время для того, чтобы в западных странах сложилась социология права как отрасль социологии. Институционализация отечественной социологии права также невозможна без четкого разграничения подходов, выработанных в рамках социологии права и социологической юриспруденции.

Во втором параграфе "Классические теории западной социологии права и их современные интерпретации" указывается, что основоположниками социологии права как отрасли социологии с наибольшим основанием могут считаться Э. Дюркгейм и М. Вебер. Оба этих ученых осуществили сравнительно-исторический анализ эволюции права как социального института. Вместе с тем особенности подходов этих социологов к изучению правовой сферы обусловлены различиями их теоретических позиций.

Центральное место в теории Дюркгейма занимает понятие социальной солидарности. Французский ученый стремился раскрыть действие социальных факторов, обеспечивающих единство и сплоченность общества. Для того, чтобы зафиксировать изменения в характере социальной солидарности, необходимо исследовать какие-либо "внешние"

17


факты, отражающие такие изменения. С точки зрения Дюркгейма, важнейшим из такого рода внешних фактов выступает право1.

Согласно Дюркгейму, в обществах, где господствует механическая солидарность, право является преимущественно репрессивным. Преобладание репрессивного права над реститутивным служит показателем ведущей роли коллективного сознания в регулировании социальной жизни. При характеристике современных ему правовых систем Дюркгейм отмечает незначительный объем, занимаемый в них репрессивным правом. Как полагает Дюркгейм, происходит не просто замена репрессивного права реститутивным, но скорее расширение сферы действия последнего. Реститутивное право развивается в силу необходимости регулировать общественные отношения, порожденные усложнением социальной структуры и возрастающей социальной дифференциацией.

В конечном итоге замыслом Дюркгейма было создание не социологии права, но более общей теории социальной интеграции. Дюркгейма интересовало не эволюционное развитие права как таковое. Изменение правовых норм являлось для него индикатором изменения характера социальной солидарности. Наибольший интерес для французского социолога представляли социальные процессы, происходившие в современном ему обществе, где преобладала органическая солидарность.

Проблемам социологии права отведено значительное место в трудах М. Вебера, в которых рассматриваются взаимоотношения права и других сфер общественной жизни, в том числе экономики и политики. Немецкий социолог характеризует особенности современного западного права и анализирует процесс рационализации права, который получил наиболее последовательное развитие на Западе. Кроме того, Вебер сопоставляет современное западное право с правовыми традициями, сложившимися в других обществах.

При классификации различных исторических форм права важнейшее значение для Вебера имеет понятие рациональности. Как указывает Вебер, в ходе рационализации права осуществляется обобщение и систематизация правового материала, что постепенно становится делом получивших специальное образование юристов. При этом развитие правовой мысли может происходить в двух направлениях: в более эмпирическом и индуктивном либо в более теоретическом и дедуктивном. Примером первого из этих направлений служит английская правовая традиция, а примером второго - римское право и правовая традиция в странах континентальной Европы. Согласно Веберу, развитие правовой мысли в

1 Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. Метод социологии. М.: Наука, 1991. С.65.

18


значительной степени определяется особенностями того социального слоя, который осуществляет такое развитие.

В веберовских трудах рассматривается рационализация как правовой процедуры, так и оснований права. С точки зрения Вебера, в рамках традиционного права не возникает понятия "универсально применимых норм"1. Выработка данного понятия стала исторической задачей естественного права, которое постулирует возможность выведения правовых норм логическим путем из определенных принципов. Тем не менее сами эти принципы рассматриваются как данные и не подлежат пересмотру. Напротив, законы должны соответствовать таким принципам, не являющимся юридическими по своим основаниям. Дальнейшая рационализация связана с развитием концепции позитивного права. Доктрина позитивного права обосновывает автономию правового порядка по отношению к религии, морали и другим сферам общественной жизни.

Подходы Дюркгейма и Вебера к изучению правовой сферы во многом различаются. Если Дюркгейм выделял право в качестве ключевой сферы общественной жизни, то для Вебера оно выступало одной из таких сфер, не являющейся более значимой по сравнению с другими. Согласно Дюркгейму, существовало соответствие между развитием права и социальным развитием в целом, тогда как Вебер рассматривал развитие права как процесс, обладающий собственной внутренней логикой2.

В современной социологии права идеям Дюркгейма, как правило, уделялось меньше внимания, чем теории Вебера. В период институционализации социологии права в США и странах Западной Европы в 60-70-е гг. дюркгеймовский акцент на интегративной функции права не получал отклика у большинства исследователей. Более адекватной представлялось характерное для веберовской социологии внимание к конфликтам между социальными группами. Но в 80-90-е гг. интерес к социолого-правовым идеям Дюркгейма постепенно возрастает.

В настоящее время Дюркгейм и Вебер расцениваются как создатели двух ведущих теоретических традиций в социологии права. В рамках дюркгеймовской традиции изучаются прежде всего интегративная функция права в обществе и процесс социальной дифференциации, в результате которого право становится относительно автономной сферой общественной жизни. Последователи веберовской традиции сосредотачивают внимание на процессе рационализации права. В большинстве современных концепций социологии права в той или иной степени представлены данные теоретические традиции.

В третьем параграфе "Российская традиция в зарубежной социологии   права"   указывается,   что   наметившаяся   в   начале   XX   в.

1 Weber М. Economy and society: An outline of interpretive sociology. Berkeley: University of California Press,

1978. P.698.

2 Schluchter W. Op. cit. P.547.

19


тенденция к отходу от формализма правовой теории, большее внимание к социальным отношениям, связанным с правом, роли права как формы социального контроля, поиск внеправовых параметров права не привели к формированию в дореволюционной России социологии права как отрасли социологии. Тем не менее можно выделить таких авторов как Л.И. Петражицкий, Н.С. Тимашев, Ж. Гурвич, П.А. Сорокин. Работы этих ученых, опубликованные в основном в зарубежный период их деятельности, проложили путь для развития социологии права.

Важное значение в этом процессе имела психолого-правовая теория Л.И. Петражицкого. Трактовка права, предложенная Петражицким, выделяет активную мотивацию и активную позицию субъектов права в качестве основных факторов действенности права. Для социологии права оказались чрезвычайно плодотворными проведенные Петражицким исследования воздействия права на психологию и поведение людей. Опираясь на психологические критерии, Петражицкий описал основополагающее для его теории различение между интуитивным и позитивным правом, придавая огромное значение исследованию взаимодействия между ними. Петражицкий подчеркивал важность функции социальной инженерии, осуществляя которую законодатели должны опираться на данные наук - психологии и социологии - с тем, чтобы определить влияние правотворческой деятельности на человеческое сознание. Работы Петражицкого институционально сыграли значительную роль в развитии социологии права, хотя в теоретическом отношении они и выступали для социологов скорее в качестве негативной модели. Популяризации идей Петражицкого в зарубежной социологии отчасти способствовали работы Ж. Гурвича, П.А. Сорокина, Н.С. Тимашева, отказавшихся от абсолютизации психологического понимания права и рассматривавших право как социальный институт.

Ж. Гурвич осуществил научный анализ отдельных социальных феноменов, в том числе и права, на основе своей макросоциологической теории. Согласно Гурвичу, право - это аспект социальной жизни, поскольку социальный контроль является структурным феноменом, имманентно присущим процессу человеческой деятельности. Не связывая все существующие формы социального контроля с правом, Гурвич считал, что отличительной чертой, смыслообразующим началом права является справедливость. Право осуществляет свою нормативную функцию исключительно в рамках социальной деятельности, проявляя себя не только в институциональной форме, такой как современное государство, но и за пределами "официальной" правовой системы и ее формализованных институтов - во всем многообразии социальных отношений. В условиях разрыва между политической и юридической составляющими типичен конфликт кодифицированного и неофициального права. Гурвич фокусировал внимание социологов на типах социального

20


поведения и видах социальных отношений, характерных для права как формы социального контроля. Однако оригинальность теории Гурвича заключается скорее в его попытке создать типологию социальных структур, которая позволила бы социологу идентифицировать и исследовать все многообразие видов права. Рассмотрение права в связи с социальными структурами позволяет анализировать не только право, но и само общество, а главное, интегрировать социологию права в общую социологию. Особенность позиции Гурвича заключается также в признании в качестве первичного субъекта права не отдельных индивидов, а социальных групп. При этом право вырабатывается в рамках динамичных, а не статичных социальных единиц. Таким образом, в своих работах Гурвич обращался к важнейшим для социологии права проблемам.

Н.С. Тимашев исследовал культурные и социальные факторы, определяющие правовые явления. В отличие от Петражицкого, Тимашев считал, что биопсихический опыт человека, связанный с правом, носит коллективный характер. Поэтому такой опыт может и должен рассматриваться социологически. По мнению Тимашева, право является сложным вторичным феноменом, в котором объединены два первичных социальных явления - этика и власть. Предметом социологии права, согласно Тимашеву, является человеческое поведение в обществе в той степени, в какой оно связано с правом. Тимашев, сосредоточив внимание на социальном уровне поведенческих моделей, подчеркнул функциональную роль права в обеспечении социального порядка и исследовал механизм социального действия права. Считая необходимым более рациональное регулирование социальных отношений, Тимашев рассматривал социологию права в качестве одной из основ прикладной науки законодательства. Идеи этого социолога в целом находились в русле наметившегося в США в 50-60-е гг. перехода от социологической юриспруденции к социологии права.

Хотя правовая проблематика не имела первостепенного значения для П.А. Сорокина, с позиций своей общесоциологической теории он анализировал в том числе и правовые институты. При этом Сорокин в значительной степени опирался на методологию Петражицкого. В частности, стремясь объяснить механизмы поддержания социального порядка в различных группах, он перенес различение официального и неофициального права в пределы отдельных социальных групп. В своем исследовании социокультурной динамики Сорокин анализировал переход от идеациональной к чувственной культуре на примере различных сфер общественной жизни, в том числе этики и права. Характеризуя современное ему западное общество, Сорокин описывал кризис чувственных этики и права, который заключался в постепенной девальвации этических и правовых норм. С его точки зрения, такие нормы в значительной степени потеряли свой престиж в глазах широких слоев

21


населения, в результате чего они утрачивали свою контролирующую и регулирующую силу. Особенность анализа права, проведенного Сорокиным, заключается прежде всего в широком использовании эмпирических данных в исследовании социальной динамики. Но, несмотря на сугубо социологический статус работ Сорокина, они практически не оказали влияния на развитие социологии права как отрасли социологии в США.

В целом в трудах Гурвича, Тимашева, Сорокина были сформулированы оригинальные социально-правовые концепции, которые занимают достойное место в истории социологии права. Труды этих ученых способствовали развитию социологии права в период преобладания в сфере социально-правовых исследований социологической юриспруденции. Тем не менее непосредственное влияние данных концепций на французскую и американскую социологию права было не столь значительным. С одной стороны, школа Петражицкого "рассеялась географически и распалась в институциональном смысле"1. С другой стороны, представители российской традиции подчеркивали роль социологического анализа в привнесении в право большей моральности и справедливости, что не нашло широкого отклика среди западных социологов. Дальнейшее развитие западной социологии права опиралось на иные теоретические источники.

Во второй главе "Современные концепции западной социологии права" представлен анализ процесса формирования ведущих национальных школ современной социологии права и основных теоретических подходов, получивших распространение в западной социологии права с 1960-х по 2000-е гг.

В первом параграфе "Национальные школы современной западной социологии права" раскрываются особенности институционализации современной социологии права и представлен сравнительный анализ процессов формирования ее национальных школ в США, Великобритании, Германии и Франции. Среди препятствий для развития социологии права в США в диссертации выделены особенности американской правовой системы и практики профессионального обучения, а также сильные позиции в рамках юридической науки социологической юриспруденции. Кроме того, у американской социологии права не было собственной классической традиции. В качестве теоретических источников долгое время выступали прежде всего идеи европейских теоретиков: К. Маркса, Э. Дюркгейма, М. Вебера.

В 60-е гг. наибольшее значение для формирования американской социологии права как отрасли социологии имели идеи Т. Парсонса, который заложил теоретические основы структурного функционализма. В

1 Deflem М. Sociology of law: Visions of a scholarly tradition. P.82.

22


рамках данного направления сложился системный подход к анализу правовых институтов. Работы представителей функционализма в социологии права Г. Бредемейера, Л. Мейхью, У. Эвана были посвящены главным образом анализу права как механизма социального контроля, а также взаимодействия права с другими подсистемами общества. Для этих исследователей характерно большее внимание к возникающим в ходе такого взаимодействия конфликтам и противоречиям, чем это было свойственно Парсонсу.

С конца 70-х гг. в американской социальной науке приобрели популярность междисциплинарные "критические правовые исследования" (crutical legal studies), не опиравшиеся на социологические теории права. Появление данного направления явилось следствием меняющихся требований к юридической профессии, то есть к условиям сохранения профессиональной автономии и монополии на осуществление юридических услуг. Эмпирические исследования с позиций данного подхода были направлены на раскрытие фактической роли юристов, правовых институтов в сохранении и усилении различных форм неравенства.

В американской социологии права широкое распространение получили эмпирические исследования, ориентировавшиеся на позитивистскую методологию. В числе направлений американской социологии, повлиявших на изучение правовой сферы, следует выделить также микросоциологические подходы: символический интеракционизм, феноменологию, этнометодологию. Использование разработанных в рамках этих направлений исследовательских процедур позволяет скорректировать позитивистский взгляд на правовые явления. Последователи микросоциологических подходов отмечали, что правовая система существует не только в виде объективной структуры, внешней по отношению к индивидам. Правовая система складывается в ходе взаимодействия между людьми, поведение которых связано с определенным субъективным смыслом.

Британская социология права, формирование которой происходило в 70-е гг., занимает промежуточное положение между американской и европейской научными традициями. В целом социология права в Великобритании уступает в популярности криминологии, а также междисциплинарным "социально-правовым исследованиям" (socio-legal studies), которые отличает исключительно эмпирическая ориентация. Наиболее влиятельным теоретическим направлением в британской социологии права 70-х гг. выступал марксизм. Сторонники марксистской социологии подвергли критике антитеоретический подход и реформистскую направленность "социально-правовых исследований". В то же время популярным подходом в британской социологии права являлся символический интеракционизм.

23


Теоретическая социология права получила в Великобритании меньшее развитие, чем во Франции или Германии в связи со своего рода "эмпирицистским" уклоном британской социальной науки и особенно резким разрывом между юриспруденцией и социологией. Ведущие теоретики британской социологии, как Э. Гидденс и 3. Бауман, не уделяли существенного внимания правовой проблематике. Однако в 80-90-е гг. возрастает интерес британских исследователей к идеям представителей "континентальной" теории в социологии права, в том числе Н. Лумана, М. Фуко, П. Бурдье. Вместе с тем в сфере теории британская социология права вынуждена конкурировать с таким направлением, как "критическая юриспруденция" (critical jurisprudence), которая остается в рамках социологической юриспруденции.

В Германии изучение правовой сферы ведется одновременно с позиций социологической юриспруденции и социологии права. Представители социологической юриспруденции продолжают традиции, заложенные Е. Эрлихом, тогда как теоретические истоки немецкой социологии права содержатся в трудах М. Вебера. Институционализация социологии права в ФРГ происходит в 70-е гг. Среди теоретических направлений немецкой социологии права видное место занимает в это десятилетие марксистская теория. С 70-х гг. до конца XX в. ситуация в немецкой теоретической социологии в значительной степени определялась противостоянием теорий Ю. Хабермаса и Н. Лумана. Безусловно, эти теории не исчерпывали весь спектр существовавших теоретических подходов. В 70-80-е гг. в Западной Германии развивалась неовеберианская социология, заметным влиянием пользовалось феноменологическое направление, а в дальнейшем приобрела популярность теория рационального выбора. Тем не менее дискуссии между Хабермасом и Луманом, в том числе по проблемам социологии права, занимали особое место в немецкой социологии в указанный период.

Эмпирически ориентированные исследователи правовой сферы не столь часто обращаются к теориям Лумана и Хабермаса, используя лишь отдельные положения этих теорий. В немецкой социологии права сохраняется определенный разрыв между "теоретиками" и "эмпириками". При этом большинство исследований сфокусировано на проблемах уголовной юстиции, тогда как, например, гражданскому или административному праву уделяется заметно меньше внимания. Одним из направлений исследований выступает анализ процесса принятия решений в суде. Кроме того, в немецкой социологии многократно проводились исследования юристов как профессиональной группы. В 90-е гг. получило распространение изучение правовой культуры, в том числе в восточных землях Германии.

Развитие социологии права во Франции не было последовательным, линейным процессом.  Современная французская социология права не

24


является продолжением классической традиции, представленной трудами Э. Дюркгейма. Хотя школа Дюркгейма занимала ведущие позиции во французской академической социологии до второй мировой войны, в дальнейшем она уступила место другим теоретическим подходам. В целом французская социология права была ближе к веберовской, чем к дюркгеймовской теоретической традиции. Начало современного этапа в развитии французской социологии права приходится на 1960-е гг. При этом значительную роль в становлении социологии права сыграли работы юристов, обращавшихся к социологической проблематике, в особенности труды Ж. Карбонье.

Во французской социальной науке, как правило, не проводится четкое и однозначное разграничение социологической юриспруденции и социологии права. Тем не менее среди основных парадигм исследований правовой сферы можно выделить теоретические направления, относящиеся к юриспруденции либо к социологии. Различия в теоретико-методологических подходах французских социологов и юристов к анализу правовых явлений находят выражение в политических пристрастиях и в институциональном противостоянии. В целом во Франции сложилась собственная национальная традиция в социологии права. Наиболее ярким ее представителем является Пьер Бурдье. Вместе с тем во французской социологии права получили распространение и другие теоретические направления, на которые в той или иной степени повлияли неомарксизм, идеи М. Вебера и М. Фуко.

Таким образом, в США формированию социологии права предшествовало развитие социологической юриспруденции, которая оставалась в рамках правоведения. В европейской социальной науке наблюдалось параллельное развитие этих дисциплин. В то же время сохраняется определенный разрыв между англо-американской и "континентальной" европейской социологией права. Для англоамериканской социологии права характерна более эмпирическая направленность, тогда как теоретическим проблемам больше внимания уделяют немецкие и французские социологи.

Во втором параграфе "Социология права функционализма и неофункционализма" представлен анализ социолого-правовых концепций Т. Парсонса и Н. Лумана. Вклад Парсонса в развитие социологии права долгое время оставался недооцененным, поскольку социально-правовые идеи основоположника структурного функционализма полностью сформировались на сравнительно поздней стадии развития его теории, когда функционалистское направление в значительной мере утратило свое влияние. Лишь в самое недавнее время произошла переоценка значения идей Парсонса для современной социологии права.

Парсонс определяет право как "общий нормативный кодекс, регулирующий    действия    коллективных    и    индивидуальных    членов

25


общества"1. Парсонс рассматривает правовую систему как важнейший компонент социетального сообщества - той подсистемы общества, которая обеспечивает его интеграцию. С позиций своей системной теории Парсонс делает вывод, что автономная правовая система является результатом функциональной специализации и выделения социетальных норм в качестве отдельного элемента нормативной структуры. Как подчеркивает Парсонс, для современных правовых систем характерен универсализм, т.е. применимость правовых норм ко всем без исключения гражданам, независимо от их статуса.

Парсонс осуществил анализ ряда правовых систем, сложившихся в традиционных обществах и в современную эпоху. Прослеживая историческое развитие правовых институтов, он отмечает влияние институционального наследия Римской империи на формирование западной правовой традиции. Вместе с тем, согласно Парсонсу, европейские теоретики, в том числе и Вебер, сосредоточили внимание на римском праве, но недооценили вклад английского обычного права в формирование современных правовых систем.

Парсонс обращается к роли права в истории английского общества, ставшего к концу XVII в. наиболее высоко дифференцированным на европейском континенте. Он выделяет такие особенности английской правовой системы, как независимость судебной власти от короны, узкокорпоративный характер юридической профессии, а также акцент на юридическом оформлении частных прав и интересов. Данные особенности в значительной степени способствовали отделению государства от социетального сообщества. При этом правовая система выступала в качестве основного механизма, регулирующего отношения между дифференцировавшимися элементами социальной системы.

Важное место в социологии права Парсонса отводится анализу функций юридической профессии. С точки зрения американского социолога, основной задачей юристов является интеграция правовой системы и обеспечение ее автономии. Особое значение для этого имело состязательное судопроизводство, которое совершалось между частными сторонами, представленными адвокатами, тогда как судье принадлежала роль высшего арбитра. Особенностью английской правовой системы являлось то, что судьи сами формировали свод законов и создавали прецеденты, выступая во многом независимо от королевской власти и парламента.

Парсонс выделяет в качестве одного из основных факторов развития правовых форм и учреждений в Соединенных Штатах конституцию, в которой были закреплены принципы разделения властей и федеративная структура государства. На эволюцию американской судебной системы

1 Парсонс Т. Система современных обществ. М.: Аспект Пресс, 1998. С.33.

26


повлияли необходимость юридического посредничества в урегулировании конфликтов между ветвями власти, принятие и дальнейшее развитие английского обычного права, широкая экспансия и профессионализация юридической практики. В целом Парсонс рассматривает высокоразвитую правовую систему как основу стабильности социетального сообщества в условиях этнического и религиозного многообразия.

По крайней мере с середины 60-х гг. социологическая теория Парсонса все в большей степени утрачивает свое доминирующее положение в американской социологии. Критика функционализма велась с позиций различных теоретических направлений: неомарксизма, теории конфликта, микросоциологических подходов. Тем не менее идеи Парсонса оказали существенное влияние на неофункционалистское направление в немецкой социологии, представленное трудами Н. Лумана, а американский социолог Дж. Александер во многом опирался на теорию Парсонса при разработке своей концепции гражданской сферы.

Неофункционалистскую социологическую теорию права сформулировал Н. Луман1. В отличие от Парсонса, Луман не опирается на классическую традицию в социологии. Считая, что с позиций функционализма в какой-то момент стало невозможным следовать за междисциплинарным развитием системного подхода, Луман, использует понятия, возникшие в других науках, в частности, в кибернетике и биологии.

Правовой системе Луман уделяет больше внимания, чем какой-либо иной социальной системе. Он указывает, что правовая коммуникация характеризуется определенными особенностями. В качестве критерия определения того, что является предметом коммуникации, Луман рассматривает бинарный код "правовое/неправовое". Благодаря использованию этого кода данная система выявляет проблемы, которые требуют правового регулирования. В концепции немецкого социолога право представляет собой систему, функции которой строго определены и которая четко отграничена от других подсистем общества.

В работах Лумана рассматривается процесс эволюции права, который привел к возникновению автономной правовой системы. В ходе такой эволюции социальные и политические изменения не оказывали непосредственного влияния на правовую систему. Немецкого социолога интересует прежде всего развитие самой этой системы, тогда как социальные и политические процессы относятся к ее внешней среде. Хотя изменения в других социальных системах могут стимулировать развитие права, сама правовая система отбирает, что именно заслуживает внимания с ее стороны. Различные социальные подсистемы связаны между собой, поскольку   они   осуществляют   обмен   информацией,   но   такой   обмен

1 Luhmann N. Law as a social system. Oxford: Oxford University Press, 2004.

27


происходит на основе отбора каждой подсистемой в соответствии с ее собственными критериями любой поступающей извне информации.

Согласно Луману, в обществах, организованных по принципу иерархической дифференциации, не существует автономной правовой сферы. Ведущую роль в таких обществах играет политическая система, которая оказывает определяющее влияние на сферу права. Для современного общества характерна главным образом функциональная дифференциация. При этом каждая из подсистем современного общества, включая и правовую, является полностью автономной. Луман считает разделение политической и правовой систем ключевой характеристикой современного общества.

Правовая система также подвержена дифференциации. Характеризуя данный процесс, Луман выделяет суды в качестве подсистемы правовой системы. По мнению Лумана, для правовой сферы характерна не иерархическая дифференциация, а разделение на центр и периферию. Судебная система занимает центральное место в правовой системе. Как отмечает Луман, в европейских абсолютных монархиях существовала иерархическая дифференциация правовой системы. Суды, которые лишь применяли законы, занимали подчиненное положение по отношению к законодательному органу. Но принятие конституций изменило это соотношение, поскольку суды были наделены функцией определять соответствие законодательства конституции. В результате в рамках правовой системы была преодолена иерархическая дифференциация.

Функционалистский и неофункционалистский подходы сталкиваются с определенными ограничениями, поскольку они не включают анализ реальных социальных отношений и практик, возникающих в правовой сфере, не учитывая интересы действующих индивидов и используемые ими стратегии, которые не определяются исключительно системными требованиями. В реальной действительности оперативная закрытость правовой системы выступает не как результат неких неотъемлемых характеристик права, но скорее как следствие деятельности представителей юридической профессии. В связи с этим существует потребность в анализе социальных условий, обеспечивающих большую или меньшую степень закрытости правовой системы.

В третьем параграфе "Критическая теория в западной социологии права: постструктуралистские концепции" подчеркивается значение для развития западной социологии последней четверти XX в. работ М. Фуко, в которых представлен междисциплинарный подход к анализу механизмов власти в обществе модерна. В концепции Фуко прослеживается влияние идей Ф. Ницше и представителей Франкфуртской школы неомарксизма. Фуко продолжил веберовскую традицию анализа процессов рационализации, но, в отличие от Вебера, он рассматривал рационализацию   не   правовой   доктрины   и   судебной   процедуры,   а

28


механизмов социального контроля. Концепция Фуко представляет собой вариант критической теории общества модерна - социолого-историческое исследование микрофизики власти, то есть действия власти в точках ее непосредственного применения.

Наибольшее внимание Фуко уделяет исследованию социальных условий, в которых происходило зарождение и распространение сферы действия дисциплинарной власти, механизмов ее функционирования в современном обществе. Согласно Фуко, дисциплинарная власть получила распространение в таких учреждениях, как школы, больницы, фабрики, тюрьмы. В соответствии с концепцией Фуко, традиционную роль правовых институтов в регулировании общественной жизни в современную эпоху начинают во все большей степени исполнять дисциплинарные механизмы.

С точки зрения Фуко, механизмы социального контроля пронизывают все общество, не сосредотачиваясь лишь в органах государственной власти и правовых учреждениях. Как полагает Фуко, правовые институты выступают как один из элементов более широкой системы социального контроля, включающей также образовательные, медицинские и другие учреждения. Характеризуя развитие судебной системы в странах Европы с начала XIX в., Фуко подчеркивает, что деятельность суда во все большей степени дополняется внесудебными элементами. Согласно Фуко, судебный приговор становится не просто правовым решением, но содержит в себе оценку нормальности и предписание о возможности нормализации1.

Фуко нередко противопоставляет механизмы дисциплинарной власти и правовые отношения. С точки зрения Фуко, правовые принципы действуют на поверхности социальной жизни, тогда как ее скрытые основы образует дисциплинарная власть. В конечном итоге Фуко рассматривает дисциплину как своего рода контрправо. Концепция Фуко существенно отличается от распространенного в современной социологии права подхода, согласно которому происходит постоянное расширение масштабов правового регулирования и юридификации различных сфер социальной жизни. Для Фуко характерен взгляд на право как только лишь систему предписаний и запретов, что не позволяет выявить взаимодействие и даже взаимопроникновение дисциплины и права2.

Значительный интерес для социологии права представляет концепция юридического поля П. Бурдье. Согласно Бурдье, юридическое поле представляет собой арену борьбы за монополию на толкование закона. Эта борьба ведется между агентами, обладающими профессиональной компетентностью, которая заключается в общественно признанной способности интерпретировать свод текстов, закрепляющих

1 Фуко М. Надзирать и наказывать. Рождение тюрьмы. М.: Ad Marginem, 1999. С.32.

2 Hunt A., Wickham G. Op. cit. P.67.

29


легитимное видение социального мира. Бурдье выделяет юридический капитал как особую разновидность символического капитала - его объективированную, кодифицированную форму. Результатом концентрации юридического капитала является становление относительно автономного юридического поля, в рамках которого организуется и иерархизируется юридический корпус как чиновничье сословие.

Формирование юридического поля предполагает установление границы между носителями юридического капитала и непрофессионалами. Последние могут выступать лишь клиентами специалистов, обладающих необходимой квалификацией, которая позволяет установить монополию профессионалов на производство и коммерциализацию той особой категории товаров, какой являются юридические услуги. На функционирование юридического поля влияют два основных фактора: во-первых, отношения власти, определяющие структуру такого поля; во-вторых, внутренняя логика развития права1. Процесс развития юридического поля происходит в условиях конфликта между стремлением к расширению рынка юридических услуг и увеличением разрыва между профанами и профессионалами.

Практики агентов юридического поля формируются на основе сходного опыта, приобретенного в ходе обучения праву и профессиональной деятельности. Бурдье использует понятие юридического габитуса для обозначения одинаковых диспозиций агентов, структурирующих их восприятие и оценку конфликтов, которые должны быть преобразованы в юридические прения. Компетентность как специфическая власть профессионалов позволяет контролировать доступ в юридическое поле, переопределяя социальную реальность, конструируя конфликты, предлагая оценку шансов на успех и последствий выбора той или иной тактики поведения. Бурдье указывает на необходимость выявления связи между позициями агентов в символической борьбе и их положением в системе разделения труда в рамках юридического поля. Вместе с тем носители различных форм юридического капитала дополняют друг друга, несмотря на конкуренцию между ними.

Бурдье понимает автономию юридического поля в двойном смысле: как сохранение границы между профессионалами и профанами и как воспроизводство границы между юридическим полем и другими полями. Осуществленное Бурдье исследование показывает, что правовая сфера не является полностью автономной по отношению к другим сферам общественной жизни. Внешние изменения непосредственно отражаются в юридическом поле, а внутренние конфликты в этом поле в значительной степени определяются влиянием политических и экономических структур.

1 Бурдье П. Власть права: основы социологии юридического поля // Бурдье П. Социальное пространство: поля и практики. СПб.: Алетейя, 2005. С.77.

30


Хотя Бурдье обращается главным образом к примеру французской правовой системы, его концепция применима для изучения правовых институтов в других странах. Французский социолог не ограничивается исследованием современного состояния юридического поля, но прослеживает процесс его исторического развития. Бурдье рассматривает формирование юридического поля в европейских абсолютных монархиях. Кроме того, он проводит сравнительный анализ англо-американской и европейской правовых систем.

Концепции Фуко и Бурдье объединяет критическая позиция по отношению к общепринятым формам знания и власти. В то же время можно выделить ряд различий между данными концепциями. Фуко осуществил междисциплинарный анализ правовой сферы, тогда как Бурдье разработал собственно социологическую концепцию юридического поля. Если Фуко полностью отрицает автономию правовой сферы, то Бурдье признает ее относительный характер. Концепция Бурдье позволяет в большей степени учитывать интересы действующих индивидов и стратегии, используемые ими в рамках юридического поля.

Дискуссии, развернувшиеся вокруг концепций Фуко и Бурдье, оказали стимулирующее воздействие на развитие западной социологии права. Однако в отечественной литературе социолого-правовые аспекты концепции Фуко почти не затрагивались. Вклад Бурдье в развитие социологии права лишь сравнительно недавно получил отражение в работах российских исследователей1.

В четвертом параграфе "От неомарксизма и неофункционализма к новым вариантам критической теории в социологии права" представлен анализ социолого-правовых концепций Ю. Хабермаса и Дж. Александера. В европейской социологии права одним из ведущих представителей критической теории выступает Ю. Хабермас. В целом социально-правовую теорию Хабермаса отличает междисциплинарный характер. Анализ правовой сферы в трудах Хабермаса опирается в том числе и на социологические теории общества модерна. Среди социологических подходов к анализу права наибольшее значение имели для него теоретические модели, представленные в трудах М. Вебера, Э. Дюркгейма, Т. Парсонса.

Анализируя историческое развитие правовых систем западных обществ, Хабермас подчеркивает, что в ходе такого развития сфера действия права постоянно расширяется, причем правовое регулирование социальных отношений становится все более детальным. В этом процессе он выделяет несколько стадий. В европейских абсолютных монархиях возникает монополия государственной власти на легитимное физическое насилие и формируется законодательство, благоприятствующее развитию

1 См.: Масловская Е.В., Масловский М.В. Социологические теории права // Социологический журнал. 2005. №1. С.14-18.

31


рыночной экономики. Буржуазное конституционное государство XIX в. обеспечивает защиту индивидуальных прав и свобод своих граждан. С распространением демократических институтов граждане получают возможность участия в политической жизни. Наконец, в XX в. государство всеобщего благосостояния дает гарантии определенных социальных прав, что однако же сопровождается новыми формами зависимости.

Рассматривая проблему легитимности правовых норм в условиях распада традиционных ценностей, служивших ранее основой социального порядка, Хабермас задается вопросом о том, на чем основывается легитимность правовых норм в современном обществе. С его точки зрения, в рационализированном "посттрадиционном" обществе социальная интеграция возможна лишь посредством коммуникативного взаимодействия, ориентированного на достижение взаимопонимания между индивидами. Хабермас отмечает "структурные сходства" между правом и коммуникативным действием1.

Хабермас выделяет коммуникативное действие в качестве средства социальной интеграции в условиях посттрадиционного общества. Однако консенсус, который вырабатывается в рамках жизненного мира, сам по себе оказывается неустойчивым. Именно право компенсирует неустойчивость социальной интеграции, достигнутой на основе коммуникативного взаимодействия. Хотя он допускает, что значительные сегменты социальной жизни в сложном обществе могут управляться скорее инструментально, Хабермас тем не менее сохраняет веру в приоритет коммуникативного разума и рассматривает право в качестве решающего механизма поддержания такого приоритета.

В основе теории права, предложенной Хабермасом, лежит стремление защитить представление о праве как механизме достижения социальной интеграции, совокупности процедур для реализации политического участия и подчинения власти демократическим целям. Такая трактовка права предопределяет вывод Хабермаса о том, что существует "внутренняя взаимосвязь, а не просто случайное историческое совпадение между правлением закона и демократией" . Правовые нормы могут быть приняты гражданами как легитимные только при условии возможности их влияния на формирование этих норм. Согласно Хабермасу, легитимность правовых норм может быть обеспечена лишь демократическими процедурами.

Американский социолог Дж. Александер, получивший известность как один из ведущих теоретиков неофункционализма, при обсуждении проблем социологии права оказывается тем не менее близок к позиции Хабермаса.  При этом  американский социолог также  определяет свою

1 Habermas J. Postscript to Between Facts and Norms II Habermas, modernity and law / Ed. by M. Deflem.

London: SAGE Publications, 1996. P. 136.

2 Ibid. P.137.

32


концепцию как форму "критической теории". В ряде работ 1990- 2000-х гг. Александер осуществил анализ гражданского общества, в том числе взаимоотношений гражданской сферы с правовой системой демократического государства1. Наибольшее значение для разработанной им концепции гражданской сферы имели дюркгеймовская социологическая традиция и анализ социетального сообщества в трудах Парсонса.

Следуя логике своего теоретического подхода, Александер рассматривает гражданскую сферу в обществе, для которого характерна высокая степень социальной дифференциации. Согласно Александеру, в гражданской сфере получают воплощение принципы равенства и справедливости, тогда как в других сферах общественной жизни неизбежно возникают различные формы неравенства. Одной из задач дискурса гражданской сферы выступает выявление легитимности и нелегитимности форм неравенства в других социальных сферах. При этом степень воздействия гражданской сферы на экономическую и политическую подсистемы общества во многом зависит от активности социальных движений, формирующих стратегии "гражданского ремонта", т.е. устранения проблем, связанных с неравным положением отдельных социальных групп.

Американский социолог подчеркивает культурную обусловленность правовых норм и их взаимосвязь с гражданскими ценностями, необходимость опоры правовых институтов на демократический дискурс гражданской сферы. Александер признает, что в условиях современного секуляризованного и плюралистического общества право в значительной мере отделено от морали. Тем не менее он полагает, что концепция дифференцированной гражданской сферы позволяет выявить в том числе и моральные ограничения функционирования права.

Александер рассматривает взаимодействие правовых институтов и гражданской сферы, подчеркивая их взаимовлияние и взаимопроникновение. Он указывает, что право в демократическом обществе защищает одновременно как индивидуальные, так и коллективные интересы. Правовые механизмы позволяют осуществлять воздействие на различные социальные сферы, например, предотвращая насилие в семье или регулируя трудовые конфликты. При этом степень вмешательства правовых институтов в конфликтные ситуации в значительной мере определяется тем, где в данный момент проводится граница между гражданской сферой и другими социальными сферами.

Обращаясь к правовым аспектам функционирования гражданской сферы, Александер не использует в полной мере теоретический потенциал классической и современной социологии права, но ссылается главным

1 Alexander J. The civil sphere. Oxford: Oxford University Press, 2006.

33


образом на концепции таких представителей философии права, как Р. Дворкин и Л. Фуллер, во многом разделяя их ценностно ориентированные подходы. По-видимому, социолого-правовое содержание концепции гражданской сферы может быть расширено, в частности, за счет развития идей Парсонса и дальнейшей интеграции микросоциологических подходов в социологии права1.

В целом социолого-правовые концепции Хабермаса и Александера отличает стремление преодолеть односторонность функционализма и радикальных версий критической теории. Вместе с тем характерное для этих концепций следование нормативному стандарту не сопровождается достаточно подробным анализом реальных процессов социального взаимодействия в правовой сфере.

Третья глава "Концепции западной социологии права как теоретическая основа анализа правовых институтов российского общества: возможности и ограничения" посвящена обоснованию возможностей использования теоретических моделей западной социологии права и границ их применимости для исследований динамики правовых институтов российского общества советского и постсоветского периодов. В главе представлены результаты социологической концептуализации выделенных процессов.

В первом параграфе "Динамика правовых институтов советского общества как проблема теоретической социологии права" выявлены существенные трудности, с которыми сталкивается анализ советских правовых институтов с позиций функционалистской системной теории. Тем не менее функционалистская теория позволяет рассматривать отдельные аспекты деятельности правовых институтов, в частности, функции судебной системы. Для анализа социального взаимодействия в ходе судебных процессов применимы микросоциологические подходы, в том числе этнометодология. Автором обосновывается высокая степень эвристических возможностей более эмпирически ориентированных постструктуралистских концепций в социологии права для анализа советских правовых институтов. Использование теоретических моделей, разработанных Бурдье, позволяет выявить особенности динамики юридического поля в советский период. Крайне незначительная степень автономии юридического поля в советский период и его тенденция функционировать как аппарат требуют, чтобы социология права Бурдье была дополнена рядом положений его концепции поля политики.

В течение первых десяти лет после октября 1917 года агенты поля политики сменили идею отмирания права на идею использования права в качестве инструмента централизованного управления государством, средства     легитимации     политического     режима,     обеспечения     его

1 См.: Масловская Е.В. Становление современных концепций западной социологии права: Монография. Н. Новгород: Изд-во НИСОЦ, 2009. С. 107-109.

34


стабильности. При этом на поверхности социальной жизни формировались и действовали правовые институты, наделенные специфическими чертами и функциями. Вместе с тем на микроуровне власти определяющую роль играли политические директивы, административные указы, секретные инструкции, различные неформальные практики. Это в полной мере проявилось в ходе судебных процессов над различными "контрреволюционными" группами.

Последователи этнометодологии рассматривают судебный процесс как ритуал "статусной деградации", призванный изменить восприятие личности подсудимого окружающими. Эта ритуальная функция была особенно явно выражена в показательных процессах конца 30-х гг., в ходе которых бывшие лидеры партии представали в качестве "врагов народа" и иностранных шпионов. В таком случае судебное поле в целом и суд как институт были инструментами конструирования социальной реальности и вносили вклад в поддержание социального порядка. Показательные процессы отличала крайне формализованная процедура в сочетании с совершенно иррациональными основаниями вынесения приговора, что соответствует веберовскому описанию судебного процесса в условиях традиционного господства. В показательных процессах конца 30-х гг. наглядно проявились функции суда в советский период, важнейшей из которых выступала легитимация политической власти. Кроме того, суд исполнял функцию социального контроля, а также функцию социализации - в большей степени политической, чем правовой.

С конца 30-х г. возрастают централизация и бюрократизация советской системы правосудия. При этом значительная часть прокуроров и судей получила хотя бы минимальную формальную юридическую подготовку. В результате увеличилось число чиновников, для которых работа в системе судопроизводства стала профессиональной карьерой. Однако юридическое образование не превратило большинство из них в приверженцев правовой этики и не заставило их самоидентифицироваться в качестве юристов1.

В условиях советской правовой системы формирование слоя

профессиональных          юристов          сопровождалось          усилением

внутриведомственного контроля за их деятельностью. Одним из основных признаков бюрократизации советской юстиции с конца 40-х гг. становится рост значения статистических данных в системе оценки деятельности прокуроров и судей. В то же время в процессе бюрократизации усиливается весомость императивов, связанных с воспроизводством аппарата и предлагаемых им материальных и символических ресурсов, в ущерб императивам стремления к достижению целей, провозглашенных аппаратом.

1 Соломон П. Указ. соч. С.337.

35


Хотя профессионализация агентов юридического поля и носила двойственный характер, она способствовала дифференциации политических и правовых институтов, которая тем не менее сохраняла строго иерархический характер. К началу 80-х гг. возрастает роль не только министерства юстиции, но и судов высшей инстанции, в которые направлялись апелляции по судебным приговорам. Такое положение дел свидетельствовало об усилении тенденции юридического поля функционировать как аппарат.

Во втором параграфе "Трансформация юридического поля в постсоветской России: теоретико-социологический анализ" осуществлена социологическая концептуализация изменений, происходивших в структуре юридического поля в СССР и России с конца 80-х гг., и процессов трансформации постсоветской российской судебной системы, включая институционализацию суда присяжных.

В числе изменений в структуре и функциях российских правовых институтов, наметившихся еще в конце 80-х гг., следует выделить трансформацию института адвокатуры. С позиций социолого-правовой теории Лумана данный процесс может быть охарактеризован как усиление дифференциации правовой системы. Применение теоретических моделей, разработанных Бурдье, позволяет не только выявить скрытые основания деятельности адвокатов, используемые ими стратегии, но и определить место и роль института адвокатуры в юридическом поле. При обращении к анализу российской адвокатуры мы в большей степени опираемся на концепцию Бурдье, тогда как трансформация российской судебной системы концептуализирована на основе сочетания элементов системной теории и критической теории в современной социологии права.

В начале 90-х гг. традиционная компетенция адвокатов в значительной степени перестала отвечать новому состоянию юридического поля. Изменение юридических потребностей и действия ведомственной бюрократии, сопротивлявшейся снижению собственного веса в юридическом поле, способствовали возникновению разнообразия организационных структур, индивидуальных и институциональных агентов юридического поля. В результате сформировались различные интересы и подходы к осуществлению юридических услуг, а также управлению юридической деятельностью. Усилились конфликт компетенций между старыми и новыми агентами юридического поля, конкурентная борьба внутри профессиональной группы по вопросам юрисдикции и профессиональной идентификации, за установление стандартов профессионального поведения, за перераспределение символического и экономического капитала, монополию на соответствующем рынке услуг.

Хотя в некоторых аспектах своей деятельности (создание профессиональных     ассоциаций,     издание     независимых     журналов)

36


адвокатское сообщество пыталось подчеркнуть свою профессиональную автономию, в целом сохранялась сформированная в советский период модель взаимодействия института адвокатуры и поля политики. В отличие от адвокатов восточноевропейских стран, российские адвокаты ограничились борьбой за свои сугубо профессиональные интересы, демонстрируя отсутствие политической активности. Следствием явилось ограничение возможности социального использования права и отсутствие у адвокатов социальной поддержки вне юридического поля.

Стремление группы либерально настроенных юристов перенести на российскую почву основные правовые принципы и правовые институты западноевропейской цивилизации отразилось в Концепции судебно-правовой реформы. Вычленяя судебную систему из структуры исполнительных органов, превращая ее в самостоятельную влиятельную силу, судебная реформа могла стать импульсом к изменению характера дифференциации политических и правовых институтов, к расширению функций суда. Внутреннее соотношение сил юридического поля могло измениться вслед за тем как менялось в поле политики место групп, интересы которых они выражали. Тем не менее в начале 90-х гг. практически не было научного - прежде всего социологического - знания о функциях суда в демократическом государстве, о реальных основаниях, условиях и степени независимости судебной системы. Не было также четкого понимания того, какие могут возникнуть препятствия, связанные с разрушением норм индивидуального и группового поведения, моделей социальных отношений, ценностей и убеждений граждан и самих носителей профессионального правосознания в условиях трансформирующегося общества.

В диссертации концептуализирован процесс перехода от одного состояния судебного поля, характеризующегося сложившимся в предыдущий исторический период балансом ресурсов и юрисдикции институциональных агентов, к другому состоянию, которое характеризовалось дифференциацией институализированных форм юридических практик, расширением органов представительства судейских интересов, развитием судейского самоуправления. Следствием явились возникновение различных групп интересов, профессиональная стратификация, формирование специфической корпоративности судей.

Свидетельством усиления дифференциации судебной системы стало введение суда присяжных в начале 1990-х гг. Поскольку сформировавшийся в советский период судебный корпус не мог автоматически изменить модели профессионального поведения, ценности и установки, суд присяжных представлялся сторонникам его введения наиболее действенным механизмом обеспечения беспристрастности судебного разбирательства. Анализ научной юридической литературы, результатов  социологических исследований подтверждает, что участие

37


присяжных заседателей усиливает конкуренцию внутри юридического поля и демонстрирует недостатки прежде всего профессиональных участников судебного процесса. В то же время происходит постепенное поглощение суда присяжных сложившимися практиками судебной деятельности. Правосудие в России все в большей степени монополизируется профессиональными участниками судебного разбирательства. Логика функционирования юридического поля воспроизводит объективные условия монополии профессионалов на производство той особой категории товаров, какой являются юридические услуги.

С начала 2000-х гг. вновь усиливается иерархический характер дифференциации политической и правовой систем. Получает распространение инструментальное использование судебной системы, возрастает уровень ее бюрократизации. Осуществление судебной реформы сталкивается с серьезными трудностями. При этом многие из препятствий к изменениям коренятся в социальных институтах и практиках, находящихся за пределами собственно судебной сферы. Основными препятствиями выступают недостаточная действенность закона в самом государственном аппарате и сохранение клиентских связей в противоположность юридически строго оформленным отношениям.

В Заключении подводятся основные итоги исследования, обсуждаются перспективы дальнейшего изучения современных направлений социологии права и применения теоретических моделей, разработанных в зарубежной социологии права, для анализа российских правовых институтов.

Основными выводами диссертационного исследования являются следующие:

Институционализация современной западной социологии права

сопровождалась преодолением разрыва преемственности с классическими

традициями и конкуренцией с юридическими подходами к анализу

правовой сферы, в течение длительного времени сохранявшими

доминирующее положение в области социально-правовых исследований.

Усилению институциональной автономии социологии права

способствовало         разграничение         методологических         подходов

социологической юриспруденции и социологии права, которое было наиболее последовательно проведено в американской социальной науке. Современный этап эволюции социологии права начинается в США в 60-е гг. с формированием функционалистского направления, опиравшегося на идеи Т. Парсонса, который сделал решающий шаг к созданию социологии права как отрасли социологии. В 70-е гг. после распада "ортодоксального консенсуса" вокруг теории Парсонса социология права частично утратила свои       позиции,       что        сопровождалось       усилением        влияния

38


междисциплинарных подходов к исследованию правовой сферы, развивавшихся в рамках социологической юриспруденции.

В 80-90-е гг. сложились наиболее влиятельные теоретические направления современной социологии права: неофункционализм и различные версии критической теории. Выделены следующие критерии для систематизации теоретических подходов западной социологии права: ориентация по отношению к классической традиции в социологии права, подход к проблемам автономии правовой сферы, соотношения права и морали, степени юридификации различных сфер социальной жизни. Современные варианты критической теории подразделены на "умеренные" и "радикальные", нормативные и не следующие нормативному стандарту. Применение указанных критериев позволило провести аналитически значимые различения между позициями ведущих теоретиков современной социологии права.

В настоящее время сохраняется проблема применимости теоретических моделей западной социологии права для анализа правовых институтов, существующих в незападных обществах. Системная теория Н. Лумана и "умеренные" варианты критической теории Ю. Хабермаса и Дж. Александера ориентированы на анализ обществ, для которых характерна высокая степень функциональной дифференциации политической и правовой подсистем. Концепция дисциплинарной власти М. Фуко представляет интерес прежде всего для сравнительно-исторических исследований. Концепция юридического поля П. Бурдье, дополненная современными интерпретациями социолого-правовой теории М. Вебера и микросоциологическими подходами в социологии права, обладает эвристическим потенциалом для социологической концептуализации динамики правовых институтов советского общества. Сочетание подходов системной теории Лумана и критической теории Бурдье позволяет выявить особенности трансформации юридического поля в современной России.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях автора:

Монографии, брошюры:

1.   Масловская Е.В. Социологические теории права и анализ

правовых институтов российского общества: Монография. Н. Новгород:

Изд-во НИСОЦ, 2007. (8,1 п.л.) ISBN 978-5-9316-087-0

  1. Масловская Е.В. Трансформации российской судебной системы: социологический анализ. Н. Новгород: Изд-во НИСОЦ, 2007. (6 п.л.) ISBN 978-5-93116-091-7
  2. Масловская Е.В. Становление современных концепций западной социологии права: Монография. Н. Новгород: Изд-во НИСОЦ, 2009. (7,8 п.л.) ISBN 978-5-93116-114-3

39


Статьи в рецензируемых научных журналах:

  1. Масловская Е.В., Масловский М.В. Социологические теории права // Социологический журнал. 2005. № 1. С.5-20. (1 п.л. / 0,5 п.л.)
  2. Масловская Е.В. Концепция рационализации права в социологии М. Вебера // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия Социальные науки. 2005. Вып. 1 (4). С. 350-356. (0,5 п.л.)
  1. Масловская Е.В., Масловский М.В. Современное прочтение социологии права Макса Вебера // Журнал социологии и социальной антропологии. 2005. Т. VIII. № 3. С.47-58. (1 п.л. / 0,5 п.л.)
  2. Масловская Е.В. Эволюция американской социологии права // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия Социальные науки. 2006. Вып. 1 (5). С.266-272. (0,5 п.л.)
  3. Масловская Е.В. Трансформации юридического поля в СССР и постсоветской России // Личность. Культура. Общество. 2007. Т. 9. Вып. 2 (36). С.292-304. (0,8 п.л.)
  4. Масловская Е.В. Национальные школы современной социологии права // Журнал социологии и социальной антропологии. 2007. Т. X. № 3. С. 52-64. (1 п.л.)
  1. Масловская Е.В. Теоретическая социология права: анализ института суда // Социология. 2007. № 3/4. С. 82-90. (0,5 п.л.)
  2. Масловская Е.В. Социология права неофункционализма // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. Серия Социальные науки. 2008. № 4 (12). С. 47-51. (0,5 п.л.)
  3. Масловская Е.В. Суд присяжных в современной России: юридический дискурс и социологический анализ // Вестник Нижегородского университета им. Н.И. Лобачевского. 2009. № 4. С. 244-248. (0,5 п.л.)

13. Масловская Е.В. Традиции "критической теории" в современной

западной социологии права // Социологические исследования. 2009. № 7.

С. 39-47. (0,9 п.л.)

Статьи, тезисы:

14.  Балина (Масловская) Е.В. Проблема рациональности в свете

традиционализма // Проблема интеграции философских культур в свете

компаративистского подхода. Материалы межвузовской научной

конференции. СПб.: Изд-во СПбГУ, 1996. С. 136-137. (0,2 п.л.)

15.   Балина (Масловская) Е.В. Герберт Спенсер и концепция

социального органицизма в американской традиции // Скромное обаяние

позитивизма (позитивизм и его альтернативы в современной философии).

Материалы конференции. СПб.: Изд-во СПбГУ, 1996. С. 33-34. (0,2 п.л.)

16.      Балина (Масловская) Е.В. Периодизация правового

регулирования легальных общественных организаций в России // Ученые

Записки юридического факультета / Под ред. В.Н. Смирнова. Вып. 2.

40


Актуальные проблемы юриспруденции в условиях становления правовой системы России. СПб.: Изд-во СПбГУП, 1997. С. 31-34. (0,4 п.л.) ISBN 5-7621-0044-8

17.   Балина (Масловская) Е.В. Общественные организации и

становление российской государственности // Правовая культура как

фактор возрождения державности России. Материалы конференции / Под

ред. П. П. Глущенко. СПб.: Изд-во СПбГУП, 1997. С. 84-86. (0,2 п.л.) ISBN

5-7621-0046-4

18.  Балина (Масловская) Е.В. Государство в условиях глобальной

информатизации // Информационное право: информационная культура и

информационная безопасность. Материалы всероссийской научно-

практической конференции. СПб.: Изд-во СПбГУП, 2002. С. 65-66. (0,3

п.л.) ISBN 5-7621-0127-4

19.    Балина (Масловская) Е.В. Правовая культура и роль

неправительственных организаций в процессе защиты прав и основных

свобод человека // Правовая культура: проблемы становления и развития.

Материалы научно-практической конференции. СПб.: СПбГЭТУ "ЛЭТИ",

2003. С. 55-57. (0,3 п.л.) ISBN 5-7621-0131-2

  1. Балина (Масловская) Е.В. Л.И. Петражицкий о соотношении законности и политики права // Режим законности в современном российском обществе. Материалы научно-практической конференции, посвященной 300-летию Санкт-Петербурга, 28 февраля 2003 г. СПб.: СПбИВЭСЭП, 2003. С. 23-28. (0,3 п.л.)
  2. Масловская Е.В. Формирование теории правового плюрализма: от Петражицкого к Гурвичу // Малая социальная группа: социокультурный и социопсихологический аспекты: В 2-х т. Т. 1 / Под ред. 3. X. Саралиевой. Н. Новгород: Изд-во НИСОЦ, 2004. С. 151-154. (0,2 п.л.) ISBN 5-93116-061-2
  1. Масловская Е.В. Анализ структуры юридического поля в социологии П. Бурдье // Организация в фокусе социологических исследований: В 2-х т. Т. 1 / Под ред. 3. X. Саралиевой. Н. Новгород: Изд-во НИСОЦ, 2005. С. 304-307. (0,2 п.л.) ISBN 5-93116-075-2
  2. Масловская Е.В., Масловский М.В. Социология права Пьера Бурдье // Перспективы: Сборник статей. Вып. 5. Н. Новгород: Изд-во НИСОЦ, 2006. С. 8-15. (0,6 п.л. / 0,3 п.л.) ISBN 5-93116-076-0
  3. Масловская Е.В. Сравнительный анализ исторических форм права в социологии Э. Дюркгейма // Девиация и делинквентность: социальный контроль. Сб. материалов международной конференции. В 2-х т. Т.2. Н. Новгород: Изд-во НИСОЦ, 2006. С. 205-208. (0,3 п.л.) ISBN 5-93116-080-9

25.   Масловская Е.В. Анализ правовых институтов советского

общества  в   западной   социальной   науке   //  Вестник  Нижегородского

41


университета им. Н.И. Лобачевского. Серия Социальные науки. 2007. Вып. 1(6). С. 55-61. (0,5 п.л.)

26.  Масловская Е.В. Социологические исследования современной

российской судебной системы // Социальные преобразования и

социальные проблемы: Сборник научных трудов. Вып. 6. Н. Новгород:

Изд-во НИСОЦ, 2007. С. 4-10. (0,4 п.л.) ISBN 978-5-93116-094-8

27. Масловская Е.В. Реформирование российской судебной системы:

социологические исследования // Государственное регулирование

экономики. Региональный аспект. Материалы Шестой Международной

научно-практической конференции (Нижний Новгород, 17-19 апреля 2007

г.): В 2-х т. Т. П. Н. Новгород, Изд-во ННГУ, 2007. С. 491-494. (0,2 п.л.)

28.    Масловская Е.В. Социологические подходы к изучению

юридической профессии // III Всероссийский социологический конгресс,

Москва-2008: тезисы докладов. Н. Новгород: Изд-во НИСОЦ, 2008. С. 97-

100. (0,1 п.л.) ISBN 978-5-93116-107-5

42

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.