WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Концептуальные основания реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту

Автореферат докторской диссертации по социологии

 

На правах рукописи

 

СМИРНОВА Татьяна Вячеславовна

 

 

 

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСНОВАНИЯ РЕАЛИЗАЦИИ

СОЦИАЛЬНО-ТРУДОВОГО ПОТЕНЦИАЛА

ПЕНСИОНЕРОВ ПО ВОЗРАСТУ

 

Специальность 22.00.04 – Социальная  структура, социальные

институты и процессы

 

 

 Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора социологических наук

 

 

 

 

 

 

Саратов – 2010

Работа выполнена  в Государственном образовательном учреждении

высшего профессионального образования

«Саратовский государственный технический университет»

 

        Научный консультант:                   доктор социологических наук,  профессор

Елютина Марина Эдуардовна

Официальные оппоненты:             Заслуженный деятель науки РФ,                     

доктор философских наук, профессор

Великий Петр Панфилович

доктор социологических наук, профессор  Козлова Татьяна Захаровна

доктор социологических наук, профессор  Щукина Нина Петровна

 

Ведущая организация: Тульский государственный университет    

Защита диссертации состоится «23» декабря 2010 г. в 12.00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.242.03 при Саратовском государственном техническом университете по адресу: 410054, Саратов, ул. Политехническая, 77, Саратовский государственный технический университет, корп. 1, ауд. 319.

С диссертацией можно ознакомиться в научно-технической библиотеке Саратовского государственного технического университета.

Автореферат разослан «     » ________________2010 г.

Автореферат размещен на сайте Саратовского государственного технического университета www.sstu.ru  «     » _____2010 г.

Учёный секретарь

диссертационного совета                                                  В.В. Печенкин


ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность исследования. Процесс постарения современного российского общества актуализирует многие вопросы, связанные с жизнедеятельностью пожилых членов социума. Относительная доля лиц старше трудоспособного возраста в структуре населения Российской Федерации неуклонно увеличивается, составляя в настоящее время более 21% при сохранении тенденции дальнейшего роста. Достижения современной медицины, улучшение условий проживания сделали возможным пролонгирование активного периода старости. В результате возрастной период после преодоления пенсионного порога, официально называемый «сроком дожития», фактически становится равноценным этапом жизни человека, как по длительности, так и по социальной значимости. В научной литературе это нашло отражение в появлении понятия «третий возраст», представителями которого считаются лица пенсионного возраста, физические, психологические, профессиональные ресурсы которых позволяют вести активный образ жизни, вести трудовую, образовательную деятельность.

На современном этапе общественного развития усиливается значимость не только решений вопросов, касающихся социальной защиты  и поддержки пожилых людей, но и поиска социальных механизмов (институциальных, правовых) реализации накопленного ими социально-трудового потенциала, идентификации препятствий для их профессиональной и карьерной мобильности. Такие исследования приобретают особенное значение в ситуации, когда проблема повышения пенсионного возраста в России требует своего разрешения в ближайшей перспективе.

Постарение населения усиливает важность осмысления изменений структуры рынка рабочей силы в стареющем обществе, обоснования возможности интеграционных практик включения пожилых людей в трудовую среду. В возрастной структуре занятых в российской экономике растет доля лиц старше 55 (в 2000 году - 9%, в 2009 – 12%). К числу важнейших социальных характеристик геронтологической группы современного российского общества относятся высокий образовательный уровень, ведущая роль трудовой деятельности в иерархии жизненных ценностей. Вместе с тем отношение к старости и пожилым людям, негативные геронтологические стереотипы, доминирующие в современном российском обществе, проецируются на трудовые отношения. Низкий возрастной порог выхода на пенсию, рост численности пожилых людей, сохраняющих активную жизненную позицию, способствовали усилению конкуренции представителей различных возрастных групп в профессионально-деловой сфере, где количество рабочих мест ограничено. Мировой экономический кризис последних лет содействовал обострению данной проблемы. В таких условиях чрезвычайно значимой становится критическая социальная рефлексия встроенности пожилых людей в систему новой социальной ткани, синхронизации индивидуального развития в позднем возрасте и социальных изменений. Важно отметить, что активный образ жизни, продолжение посильной трудовой деятельности в третьем возрасте оказывают позитивное влияние на многие сферы жизни пожилого человека, улучшая его социальное самочувствие, физическое и психологическое состояние. Кроме того, социально-трудовой потенциал лиц пенсионного возраста, имеющих желание и возможность продолжать трудовую деятельность, является составной частью социально-трудового потенциала общества, роль которой усиливается в условиях демографического постарения.

Тема исследования, являясь комплексной и междисциплинарной, вызывает интерес ученых, работающих в различных областях научного знания: экономистов, демографов, философов, психологов, социологов. Вместе с тем, на фоне растущего корпуса литературы по социогеронтологической проблематике, наблюдается дефицит фундаментального научного анализа реализации накопленного социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту. Обойден вниманием круг вопросов, связанных с содержательным наполнением близких, но не тождественных понятий «человеческий потенциал», «человеческий капитал», «трудовой потенциал», «социально-трудовой потенциал».

Исследования социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту включают анализ не только внутренних, определяемых способностями человека к труду, но и внешних (социально-структурных, интеграционных, социокультурных) ресурсов, которые способны активизировать либо ограничивать реализацию трудовых способностей. Такой подход позволяет учитывать сложные социальные взаимодействия между субъектами труда, что приобретает особенное значение, когда речь идет о трудовой деятельности пожилых людей, подвергающихся наибольшему социальному давлению. Соответственно актуализируются социологический анализ механизмов, ограничивающих возможность продолжения трудовой деятельности пенсионеров, исследование причин возникновения социального неравенства по возрастному признаку.

Постарение населения предполагает изменение жизненного курса в стареющем обществе через повышение социального статуса старшего поколения, создание условий для реализации потенциала, поиск механизмов взаимодействия различных субъектов социальной политики в направлении обеспечения рабочими местами пенсионеров по возрасту, желающих продолжать трудовую деятельность.

Степень разработанности проблемы. Тема диссертационного исследования является междисциплинарной. В рамках медико-биологического подхода возможности активного долголетия исследовали А. Богомолец, Н. Вержиковская, И. Давыдовский, В. Дыскин, Н. Сачук, Е. Стеженская, М. Сонин, Л. Хайфлик, В. Фролькис. Развитие медицинского направления обусловило привлечение внимания ученых к психологическим и социальным проблемам пожилых людей. Психологическим и социально-психологическим аспектам старения посвящены работы П. Балтеса, О. Красновой, О. Молчановой, Н. Обуховой, Я. Стюарта-Гамильтона, Э. Эриксона. Значительный вклад в исследование ресурсного потенциала старшего поколения современного российского общества в экономическом аспекте внесли работы В. Доброхлеб, Р. Капелюшникова, О. Синявской.

Социальные проблемы позднего периода жизни человека долгое время находились вне поля научных интересов ученых. Однако демографическое постарение населения актуализировало исследования социальной компоненты проблем старения. Предпосылки к разработке социогеронтологических теорий заложены трудами классиков социальной науки: М. Вебера, Э. Дюркгейма, Г. Зиммеля, П. Бурдье. Большой вклад в исследования социальных проблем пожилого возраста внесли М. Блекнер, У. Генри, Э. Камминг, Дж. Мид, А. Роуз, Р. Хавигхарст.

Значимой представляется проблема старения на макроуровне. Среди работ последних лет, посвященных проблемам старения общества, следует выделить публикации, ориентированные на демографические исследования (Б. Бреев, Е. Егорова, Л. Лебедева), содержащие  анализ социально-экономических последствий постарения населения (В. Куценко, К. Робвель). Тенденции развития гендерных отношений в стареющем обществе отражены в работах Н. Бексаевой, М.Елютиной, Ю. Кац. Определению направлений реализации социально-трудового потенциала в исторической ретроспективе способствовали труды, в которых осуществлен социально-исторический анализ отношения к пожилым людям (А. Смолькин, П. Пучков, Э. Чеканова).

Важными для осмысления и анализа возможности продолжения трудовой деятельности в пенсионном возрасте представляются работы В. Костакова, А. Котляра, И. Масловой, А. Панкратова, фокусирующие внимание на исследовании трудового потенциала. Введение в проблемное поле социологии понятия «социально-трудовой потенциал», анализ его содержательного наполнения осуществляет В. Кижеватова, что позволяет  проблематизировать современные социогеронтологические представления с точки зрения ресурсного подхода в контексте происходящих социально-демографических и социокультурных изменений.

Для понимания социальных взаимоотношений пожилых работников и представителей других возрастных групп важным стало направление исследования проблем пожилого возраста с точки зрения анализа поколений (К. Мангейм, Х. Ортега-и-Гассет). Межпоколенные взаимодействия в российском контексте исследуются в работах отечественных ученых М. Глотова, Н. Шахматовой. Особый интерес в этом русле представляет теория социальных эстафет М. Розова, согласно которой воспроизведение деятельности по образцам является самым глубинным механизмом существования культуры в обществе и социализации личности. Анализ поколений осуществлен в работах Ш. Айзенштадта, М. Мида, Т. Парсонса, где поколение выступает в качестве объекта социализации. Среди научных разработок, посвященных исследованиям проблем конфликта поколений, следует выделить работы К. Лоренца, Л. Фойера, фундаментом для которых стали труды З. Фрейда и Г. Зиммеля. Исследованию социальных аспектов старения в рамках концепций жизненного цикла человека уделяют внимание П. Балтес, Д. Левинсон в своих трудах, основанием для которых стали фундаментальные работы К. Юнга и Э. Эриксона.

Глубокие разработки М. Вебера, Э. Дюркгейма, Т. Парсонса, посвященные социальной стратификации, явились теоретическим основанием для создания теории возрастной стратификации, которая исследует разделение общества на различные социально-возрастные группы (Ш. Айзенштадт, Н. Смелзер), что позволило выявить социальные механизмы, ограничивающие раскрытие социально-трудового потенциала старшего поколения. Не менее плодотворными для анализа стали работы Дж. Тернера, Т. Шибутани, а также теории стратификации и структурирования общества Э. Гидденса, П. Сорокина. Труды Е. Ярской-Смирновой, С. Ярошенко содержат важные методологические разработки исследования социального статуса различных групп населения. Заслуживает внимания признание гетерогенности геронтологической группы, как фактора развития разнообразных направлений стратификационного анализа старшей возрастной группы (М. Елютина, Н. Ковалева).

Поиск новых подходов к исследованию социально-трудового потенциала пожилых людей в современном обществе осуществляется с привлечением деятельностно-активистской парадигмы, предпосылки создания которой содержатся в работах К. Маркса, утверждавшего ведущую роль человека в преобразовании действительности. В дальнейшем в русле разработки идеи о доминирующей роли и деятельностной позиции субъектов, трансформирующих социальную реальность повседневными практиками, проводили научные изыскания М. Арчер, П. Бурдье, Э. Гидденс, П. Штомпка.  В отечественной социологии значительный вклад в разработку деятельностного подхода внесли Т. Заславская,  В. Ядов.

Актуальные проблемы стареющего общества, развитие геронтологической составляющей социальной политики анализируются в работах Т. Козловой, Е. Молевича, Н. Щукиной. Многосторонний анализ социального положения пожилых как специфической социовозрастной группы в контексте российской ситуации осуществили В. Альперович, Э. Карюхин. Ученые, анализируя влияние различных факторов на качество жизни пожилого человека, фиксируют внимание на многосторонней пользе сохранения активного образа жизни в пожилом возрасте, указывая на стремление представителей третьего возраста оставаться интегрированными в социум.

Исследование социально-трудового потенциала пожилых людей осуществлено с использованием концепций человеческого, культурного и символического капиталов Г. Беккера, П. Бурдье, Т. Шульца, глубоких научных разработок Ю. Быченко, В. Радаева. Интерес представляют работы Е. Климова, Б. Ливехуда, А. Марковой, Д. Сьюпера, исследующих периодизацию становления субъектов труда. Анализ профессиональных ресурсов представителей третьего возраста проводится с опорой на труды М. Александровой, А. Комфорта, М. Оппенхейма,  Г. Рибока, П. Рэбита, С. Тевса,  Н. Чарнесса, К. Шаи, в которых описываются возрастные изменения когнитивных процессов, работоспособности, личностных качеств. Социально-экономическая составляющая целесообразности занятости пожилых в современных условиях исследуется в трудах Н. Вишневской, О. Здравомысловой, А. Можиной, А. Писарева, О. Синявской. Следует отметить выводы А. Комфорта о положительном влиянии увеличения периода социально-трудовой активности как с точки зрения экономической пользы для общества, так и для самого пожилого человека. Позитивное влияние трудовой деятельности на социальное и физическое самочувствие пожилых людей доказывают труды Н. Вержиковской, Н. Маньковского, З. Саралиевой, Н. Сачук, Е. Стеженской, В. Фролькиса, Д. Чеботарева. Работы О. Красновой, В. Патрушева содержат анализ факторов, способствующих преодолению кризиса позднего возраста. Авторы обосновывают тот факт, что продолжение трудовой деятельности в пенсионном возрасте выступают одним из средств минимизации последствий такого кризиса.

Ограничения в реализации социально-трудового потенциала в пожилом возрасте анализируются с привлечением работ Э. Зеера о профессиональных деструкциях. Труды В. Фролькиса, в которых доказывается существование в пожилом возрасте стресс-возраст-синдрома и исследования эмоционального выгорания Е. Маслач, Г. Никифорова составляют основу для теоретических выводов по проблеме деформации профессионального профиля в возрастной перспективе. Важные идеи содержатся в  фундаментальных трудах П. Бергера и Т. Лукмана о конструировании социальной реальности, а также в работах М. Бреуера, О. Красновой, М. Кремиса, Н. Латски, У. Липмана, посвященных исследованию социальных стереотипов старости.

Исследованию профессиональных маршрутов в позднем периоде жизни, особенностям профессиональной подготовки и переподготовки пожилых посвящены труды М. Греллера, Н. Дряхлова, Ж. Тощенко, В. Ярской. Привлечению внимания к этой теме в значительной степени способствовали исследования возможностей профессиональной карьеры работающих пенсионеров (Г. Меркина, Е. Резников). Механизмы включения российских пенсионеров в сферу малого предпринимательства исследовали В. Доброхлеб, Ю. Хайруллина. Полезные обобщения и выводы об особенностях трудовой деятельности пожилых людей в процессе социально-экономических преобразований содержатся в работах С. Балабанова, Т. Герасимовой, З. Саралиевой. Широкий круг геронтологической проблематики исследуется представителями саратовской школы социальных геронтологов: М. Елютиной, П. Пучковым, А. Смолькиным, Т. Темаевым, Э. Чекановой, Т. Черненко, И. Штейнбергом.

Вместе с тем вопросы реализации социально-трудового потенциала представителей третьего возраста, разработка концептуальных оснований его исследования до сих пор остаются на периферии научного знания. Наблюдается дефицит социологической информации о возможных профессиональных маршрутах лиц пенсионного возраста в условиях социального неравенства, отсутствуют работы, посвященные разработке направлений реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту, которые имеют желание и возможность продолжать трудовую деятельность.

Целью исследования является разработка концептуальных оснований реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту в условиях социальной модернизации современного российского общества. Реализация заявленной цели предполагает решение ряда исследовательских задач:

  • показать динамику смыслового пространства понятия социально-трудового потенциала в возрастной перспективе, дать уточненную характеристику данному феномену; 
  • обобщить и систематизировать основные социологические подходы к анализу социально-трудового потенциала пожилых людей, выявить методологические основания его комплексного исследования в контексте эволюции научного знания;
  • определить направления реализации социально-трудового потенциала пожилых людей в контексте историко-социологического анализа;
  • выявить особенности реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту в современном российском обществе;
  • исследовать структуру информационного потока отображения социальных проблем пожилых людей в СМИ как фактора создания общественного дискурса;
  • выявить отношение к пожилым работникам в профессионально-деловой сфере, определить готовность сотрудников предприятий к различным формам соучастия с пенсионерами по возрасту;
  • осуществить критический анализ практик трудоустройства пенсионеров по возрасту, проанализировать динамику изменений профессиональных маршрутов представителей третьего возраста;
  • представить авторскую типологию позиций работодателей в отношении продолжения трудовой деятельности пенсионеров по возрасту;
  • выявить основные факторы, препятствующие реализации социально-трудового потенциала представителей третьего возраста на микро- и макроуровнях;
  • обосновать целесообразность продолжения трудовой деятельности в пенсионном возрасте в контексте личностного измерения пожилого человека;
  • исследовать возможность привлечения пожилых людей в сферу предпринимательской деятельности, разработать социальные механизмы, способствующие адаптации пожилых людей к данной деятельности;
  • предложить авторскую модель оптимизации процесса реализации социально-трудового потенциала представителей третьего возраста.

Объект исследования – социальное содержание и условия реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту в современном российском обществе.

Предмет исследования – социальные механизмы и перспективы реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту.

Исследовательская гипотеза. В пенсионном возрасте имеет место противоречие между накопленным социально-трудовым потенциалом и затруднениями, связанными с его реализацией, которые проявляются в практиках исключения при трудоустройстве, ограничении профессиональных маршрутов и карьерных продвижений. В результате происходит профессиональная маргинализация пожилых людей, ограничивающая поле их деятельности в основном  семейно-бытовой сферой, что влечет отрицательные последствия как для развития отдельных организаций, отраслей науки и производства, так и для социально-трудового потенциала современного российского общества.

Эмпирическую базу представленной работы составили исследования, проведенные автором в течение 2002 – 2009 гг.:

1. Данные исследования «Пожилой человек в системе профессионально-деловых отношений», проведенного автором в городах Саратове, Самаре, Пензе совместно с Центром социальных исследований «РОСС-ХХI век» методом анкетного опроса в 2009 г. При формировании выборочной совокупности применялась методика квотного отбора по признакам пола, возраста и образования (N=1200).

2.  Данные контент-анализа двух наименований высокорейтинговой периодики с пошаговой выборкой: «Аргументы и факты» и «Труд». Всего проанализировано 1052 выпуска и 394 релевантных цели исследования проблемно-аналитических публикаций за десятилетний период с 2000 по 2009 год. Единицей анализа в исследовании выступали элементы содержания, служащие индикатором проблематики реализации потенциала представителей третьего возраста, единицами счета были выбраны частота появления и интенсивность высказывания.

3. Данные полуструктурированных интервью:

- «Геронтологическая составляющая кадровой политики современного руководителя». Опрос проводился среди руководителей организаций различных форм собственности г. Саратова в 2004 г. (N=30). Отбор информантов проводился методом «снежного кома»;

- «Профессиональные маршруты в пожилом возрасте». Опрос проводился среди лиц предпенсионного и пенсионного возрастов, продолжающих трудовую деятельность на различных предприятиях г. Саратова в  200 2г. (N=30) и в 200 8г. (N=30);

- «Предпринимательство в пожилом возрасте». Опрос проводился среди лиц пожилого возраста, занятых в малом бизнесе в 2007 г. Отбор информантов проводился методом «снежного кома» (N=12).

4. Данные серии экспертных интервью:

- «Перспективы трудоустройства пожилых безработных». Опрос проводился среди сотрудников служб занятости г. Саратова в  2002 г. (N=15) и в 2008 г. (N=14);

- «Пожилые предприниматели: кредитные истории». Опрос проводился среди работников банков г. Саратова, служащих в отделах кредитования в   2007 г. (N=14).

5. Вторичный анализ данных:

- социологического исследования «Неработающие пенсионеры: уровень и образ жизни», проведенного Фондом «Общественное мнение» в 2004 г.;

- социологического исследования «Пожилые люди в сегодняшней российской семье», проведенного Фондом «Общественное мнение» в 2005 г.;

- социологического исследования «Старость», проведенного Фондом «Общественное мнение» в 2005 г.;

- социологического исследования «Время выхода на пенсию», проведенного Фондом «Общественное мнение» в 2005 г.;

- социологического исследования «Российские пенсионеры: нынешнее положение и ожидания», проведенного Фондом «Общественное мнение» в 2009 г.

Теоретико-методологическую основу диссертационного исследования составили фундаментальные работы классиков социологии, труды зарубежных и отечественных исследователей в области социологии социальных изменений, теорий социального неравенства, социокультурного подхода, социального конструирования. Концептуализация социально-трудового потенциала представителей третьего возраста осуществлялась с опорой на интеграцию фундаментальных принципов структурного функционализма, интерпретативных теорий, сравнительно-исторического  подхода. В качестве теоретической основы анализа социальных процессов и явлений выступили работы М. Вебера, Э. Дюркгейма, Г. Зиммеля, Т. Парсонса, П. Сорокина. Принципиально важные для данного диссертационного исследования идеи содержатся в положениях деятельностно-активистского подхода (П. Штомпка, В. Ядов). 

Теоретико-методологической базой анализа социальных проблем старшего поколения как гетерогенной социальной группы стали труды отечественных ученых В. Альперовича, А. Дыскина, М. Елютиной, Е. Холостовой, Э. Чекановой, В. Шапиро и зарубежных ученых – П. Балтеса, Д. Бромлея, Д. Деккера. Важными методологическими источниками исследования социального неравенства явились работы П. Бурдье, Р. Мертона, Дж. Мида. Исходные посылы для социологического анализа социально-трудового потенциала представителей третьего возраста содержатся в концепции интегрированной старости М. Елютиной, акцентирующей внимание на ценностном подходе к финальному этапу человеческого бытия, ставящей проблему изменения стандартов поведения в направлении толерантности в стареющем обществе. Социокультурный ракурс изучения старости дает возможность обратиться к разработке технологий социальной интеграции, неотъемлемой компонентой которых является активизация ресурсного потенциала пожилого человека.





Методологически плодотворными оказались идеи П. Бергера и Т. Лукмана о значимости исследования повседневных интеракций, в которых происходит конструирование социальной реальности; представления о роли поколений в стабилизации общества Н. Шахматовой. Основополагающей базой формирования эмпирической части работы стали труды по методологии социологических исследований И. Девятко, И. Штейнберга,  В. Ядова, В. Ярской, Е. Ярской-Смирновой. 

Научная новизна исследования определяется разработкой целостной авторской концепции реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту в условиях социальной модернизации и раскрывается в следующих позициях.

  • Дан авторский содержательный анализ понятия «социально-трудовой потенциал пенсионеров по возрасту», показана динамика его смыслового пространства, определяемая, с одной стороны, тенденцией обогащения новыми смыслами, а с другой – стремлением ограничить смысловую дифференциацию.
  • В авторской интерпретации проанализированы и обобщены основные подходы к изучению социально-трудового потенциала пожилых людей, по-новому осуществлена их критическая рефлексия, предложена и обоснована интегративная объяснительная модель социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту на основе  мультипарадигмального подхода.
  • Осуществлен авторский анализ преемственности сложившихся практик реализации социально-трудового потенциала пожилых людей в историко-социологической перспективе, выделены их основные инварианты. 
  • Выявлены особенности реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту в современном российском обществе в аспекте социального неравенства.
  •  С авторских позиций осуществлена интерпретация профессиональных ресурсов как конституирующей основы социально-трудового потенциала представителей третьего возраста, выявлены социальные факторы, затрудняющие их накопление и реализацию.
  • Разработана программа, составлен инструментарий, проведено оригинальное авторское исследование установок по отношению к пожилым работникам в профессионально-деловой сфере, представлена их содержательная характеристика. Данные исследования сопоставлены с результатами всероссийских массовых опросов.
  • Разработаны методологические принципы и понятийный тезаурус эмпирического исследования структуры информационного потока отображения социальных проблем пожилых людей в СМИ как фактора создания общественного дискурса.
  • Разработан интегральный критерий определения социальной дистанции в возрастном аспекте; проведен авторский сравнительный анализ вариаций социальной дистанции в различных сферах современного общества.
  • По-новому представлена классификация факторов, обусловливающих профессиональные деструкции в пожилом возрасте; обозначены границы их влияния на процесс реализации социально-трудового потенциала представителей третьего возраста; разработаны авторские рекомендации, направленные на демпфирование негативных последствий профессиональных деструкций.
  •  На основе новых данных оригинальных сравнительных исследований выявлены и по-новому обобщены факторы влияния трудовой деятельности на различные сферы жизнедеятельности пенсионеров; проведен сравнительный анализ конструирования социальных оценок и самооценок, поведенческих стратегий на геронтологическом этапе среди работающих пенсионеров и лиц пенсионного возраста, прекративших трудовую деятельность.
  • Разработана авторская типология позиций работодателей по отношению к пожилым работникам, что послужило основой для выявления причин ограничений трудовой карьеры в третьем возрасте.
  •  Приводятся новые данные социологических исследований, фиксирующие направления профессиональных маршрутов пожилых людей, продолжающих трудовую деятельность, возможные пути трудоустройства для пожилых безработных, впервые проанализирована динамика их изменения посредством проведения идентичных исследований в 2002 и в 2008 годах, на основе которых обозначены перспективы профессиональной мобильности представителей третьего возраста.
  •  С авторских позиций исследованы и обоснованы мотивация и социальные барьеры ведения предпринимательской деятельности в третьем возрасте, предложены социальные механизмы, способствующие привлечению пожилых людей в малый бизнес, их адаптации к данной деятельности.
  •  Разработана оригинальная авторская программа реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту в рамках социального партнерства, предложены практические рекомендации по оптимизации механизмов взаимодействия субъектов социальной политики в направлении обеспечения пожилых людей, желающих продолжать трудовую деятельность, рабочими местами.

Положения, выносимые на защиту:

1. Понятие «социально-трудовой потенциал пенсионеров по возрасту» включает два содержательных компонента: структурный и динамический. Структурный компонент фиксирует кумулятивное накопление субъектом формальных квалификаций, институциально подтвержденных компетенций, информально приобретенных знаний и навыков. Динамический компонент дает возможность рассмотреть как накопление, так и реализацию опыта в виде профессиональных и социальных практик в возрастной перспективе. Обращение к этой категории позволяет осуществить новый подход к геронтологической проблематике, выстроив ресурсную концепцию социально-трудового потенциала представителей третьего возраста, основывающуюся на дифференцированном подходе к процессу старения. 

2. Теоретико-методологическим основанием концепции социально-трудового потенциала представителей третьего возраста является мультипарадигмальный подход. Разработки структурно-функционального направления позволяют исследовать социальное неравенство в профессионально-деловой сфере общества, выступающее ограничителем реализации социально-трудового потенциала пожилых работников. Раскрытию взаимного влияния структурных условий и социальных действий, совершаемых активными агентами, способствуют идеи деятельностно-активистского подхода. Феноменологическое направление выступает основанием анализа проблемы через призму процессов социального конструирования реальности. Применение сравнительно-исторического метода дает возможность зафиксировать преемственность практик реализации потенциала пожилых людей в различные исторические периоды. Конструктивистский подход содействует исследованию социальных стереотипов работающих пенсионеров; теория символического интеракционизма способствует выстраиванию объяснительной модели сохранения социально-трудового потенциала в третьем возрасте через представления об адаптивном характере поведения человека. Социокультурный ракурс позволяет обратиться к разработке технологий социальной интеграции, неотъемлемой компонентой которых является активизация потенциала пожилого человека.

3. Историко-социологический анализ фиксирует наличие разнородных форм перемещения пожилых людей в пространстве социальных позиций, обусловленных уровнем развития общества, экономическими реалиями, культурой и традициями. Инвариантами геронтологических практик, связанных с реализацией социально-трудового потенциала представителей третьего возраста, в различные исторические периоды выступали следующие виды деятельности: 1) политико-управленческая; 2) консультационно-экспертная; 3) культурно-трансляционная. Основой реализации потенциала старшего поколения служили традиции уважительного отношения к пожилым людям в обществе. В условиях модернизации современного российского общества возрастает важность реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту в русле выполнения экспертных и консультационных работ, ведения наставнической деятельности. Вместе с тем обесценивание опыта и традиций обусловило снижение престижа старшего поколения: изменение социального статуса пожилых людей представляет собой нисходящую групповую мобильность. Традиции наставничества, несмотря на их возросшую социальную значимость, утрачены, консультационно-экспертная деятельность представителей третьего возраста в профессиональном пространстве современной России не систематизирована и является, скорее, исключением из правил.

4. В условиях продолжающейся дифференциации и поляризации современного российского обществе процесс реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту носит амбивалентный характер, проявляющийся в рассогласованности требований со стороны государства, общества, работодателей и возможности пенсионеров по возрасту реализовывать свои социально-трудовые стратегии с учетом, как их личных особенностей, так и спроса специалистов на рынке труда.  Пенсионный возраст устойчиво идентифицируется с карьерной «бесперспективностью» работника, отмечается усиление тенденции несоответствия трудовой занятости и квалификации. Пожилые работники сталкиваются с практиками исключения по возрасту, лишь в некоторых случаях у пенсионеров по возрасту сохраняется допенсионный социально-профессиональный статус, успешно развивается карьера.

5. В качестве структурных компонентов профессиональных ресурсов, как  конституирующей составляющей социально-трудового потенциала представителей третьего возраста, выступают: 1) профессиональный и жизненный опыт, кристаллизация знаний, формирующие объемную точку зрения, позволяющую ориентироваться в меняющемся мире; 2)  компенсаторные механизмы, фиксирующие склонность к компромиссам, маневрированию, рост рефлексии; 3) доминирующая позиция профессионально-деловой сферы в иерархии жизненных ценностей.  Основными факторами, препятствующими реализации профессиональных ресурсов пенсионеров по возрасту, являются следующие: отсутствие специальной правовой поддержки пожилых работников; негативные социальные стереотипы старости; социальное одобрение жизненного сценария в третьем возрасте, связанного с пассивностью и отходом от дел, практики исключения при приеме на работу; ограничения возможностей карьерных продвижений для пожилых людей; негативное отношение руководителей к работникам пенсионного возраста.

6. Профессионально-деловая сфера – основное поле возникновения и функционирования распространенных предубеждений в отношении пожилых работников, генерирующее их негативные социальные характеристики. Доминирующим оказалось мнение об ухудшении в пожилом возрасте ментальных и когнитивных способностей (63%). Около трети респондентов согласились с тем, что человеческие качества и характер с годами претерпевают негативные изменения; 27% считают пожилых людей агрессивными. Отмечается снижение готовности сотрудников предприятий к взаимодействию с работающими пенсионерами:  распространенными являются мнения о том, что пожилой возраст руководителя служит неблагоприятным фактором, тормозящим развитие организации (41%), пожилым следует доверять менее ответственные работы (25%), сложной задачей представляется взаимодействие с подчиненными третьего возраста (40%). Тем не менее, в трудной рабочей ситуации именно у таких сотрудников будут искать поддержку более половины респондентов.

7. Институциальное поведение людей, формирование оценочных суждений в отношении геронтологической социально-демографической группы в современном обществе во многом определяют средства массовой информации. Информационный поток освещения проблем пожилых людей представлен в основном следующими сюжетными линиями: 1) социально-гуманитарное направление фиксирует описание представителей третьего возраста либо в качестве объекта социальной помощи, либо в качестве жертвы жестокого обращения; 2) экономический ракурс охватывает широкий круг обсуждаемых проблем пожилых людей от влияния мирового кризиса до вопросов пенсионного обеспечения. Профессиональная активность, социально-ориентированные практики пожилых людей представляют собой ситуативную сюжетную линию, которая не дает панорамной картины процесса реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту в современном российском контексте.

8. В современном российском обществе социальная дистанция между пожилыми людьми и представителями других возрастных групп, которая может быть определена как степень близости или отчуждения, имеет устойчивую тенденцию к увеличению. Наименьшая социальная дистанция по отношению к пожилым людям существует в семейно-бытовой сфере. Позиции близкого родственника или соседа, занимаемые пожилым человеком, воспринимаются, скорее, положительно. Наибольшая социальная дистанция наблюдается в профессионально-деловой сфере, где преобладает негативное отношение к взаимодействию с представителями третьего возраста. Выявлена закономерность: чем выше уровень материального достатка, тем сильнее желание дистанцироваться в социальном пространстве от пожилых членов общества, что обусловлено новыми ценностными ориентирами современного российского общества. Увеличение социальной дистанции обусловливает рост пространственной дистанции, что способствует разобществлению и дезинтеграции пожилых людей, ориентируя их на программу «доживания».

9. В профессионально-деловой сфере современного российского общества имеет место различное социальное прочтение механизмов профессиональных деструкций для работников различных возрастных групп. Интерпретативный анализ профессиональных деструкций в контексте нарушений накопления и реализации профессиональных ресурсов в любом возрасте позволил обнаружить возрастную асимметрию в их содержательных характеристиках. В отношении представителей молодого и среднего возраста профессиональные деструкции рассматриваются как временные, обратимые, в то время как их проекции на пожилых работников дают эффект необратимости, выступают дискурсивной меткой бесперспективности.

10. Пролонгирование трудовой деятельности существенно влияет на конструирование социальных оценок и самооценок, поведенческих стратегий на геронтологическом этапе жизни. Опрошенные работающие пенсионеры более благожелательно настроены и лучшего мнения о своих ровесниках, чем пожилые люди, прекратившие работать. Среди последних в четыре раза чаще встречается согласие с тем, что пожилые люди озлоблены (7% и 32% соответственно), в два раза больше тех, кто полагает, что с возрастом память и умственные способности ухудшаются (25% и 55%). Среди занятых пенсионеров пожилой возраст считают периодом доживания 22%, среди оставивших трудовую деятельность такую позицию разделяют 44%. Прекращение трудовой деятельности способствует росту влияния стереотипов возрастных изменений на пожилого человека, усилению чувства одиночества и невостребованности, ускоряет развитие эмоционального старения, развивает склонность к увеличению социальной дистанции с представителями других возрастных групп. Объяснением этому может служить тот факт, что  в современных условиях реальной альтернативой продолжения трудовой деятельности является «пассивное пенсионерство», центрированное в основном на семейно-бытовой сфере.

11. Кадровая политика современных руководителей воспроизводит элементы дискриминационного отношения к пожилым работникам. По разряду стратегий отношения работодателей к работникам пенсионного возраста определены четыре типа позиций: 1) стратегия полного исключения (категорическое неприятие пожилых работников); 2) стратегия неполного исключения (допускается использование труда пожилых работников в исключительных случаях); 3) стратегия вынужденного включения (привлечение представителей третьего возраста к работе в случаях производственной необходимости); 4) стратегия включения (равенство возможностей). По частоте встречаемости лидируют первые три стратегии, которые по существу представляют собой проявление дискриминационного отношения к пожилым людям в профессионально-деловой сфере. Пожилой возраст в настоящее время является критерием, резко ограничивающим профессионально-трудовые возможности человека, показателем бесперспективности его профессионального роста.

12. Профессиональные маршруты лиц пенсионного возраста значительно ограничены на рынке труда. Для пожилых безработных возраст является основным фактором, в значительной степени снижающим вероятность трудоустройства по своей профессии. Даже в случае позитивного решения этой проблемы новая работа, как правило, не соответствует квалификации и образовательному уровню соискателя. Для пенсионеров, продолжающих трудовую деятельность, профессиональные маршруты в основном ограничиваются предприятиями с низкой заработной платой, тяжелыми условиями труда. За период с 2002 по 2008 гг. направления возможных профессиональных маршрутов представителей третьего возраста существенно не изменились. Спрос на труд пожилых людей по-прежнему имеет место во вторичном сегменте рынка труда, который характеризуется наличием низкооплачиваемых, нестабильных рабочих мест.

13. Одним из оптимальных вариантов решения вопроса реализации социально-трудового потенциала пожилых людей, имеющих желание и возможность продолжать трудовую деятельность, является их включение в предпринимательскую среду. Около трети опрошенных экономически занятых представителей третьего возраста проявили интерес к сфере частного предпринимательства. В качестве основных направлений, выбираемых для организации малого бизнеса в пожилом возрасте, определены следующие: 1) открытие собственного дела в рамках своей профессии; 2) ведение деятельности в сфере торговли. Мероприятиями, способствующими привлечению представителей третьего возраста к предпринимательской деятельности, являются: 1) создание гибкой системы кредитования, направленной на поддержание предпринимательских инициатив пожилых людей; 2) развитие и внедрение обучающих программ, предназначенных для приобретения пожилыми людьми знаний, умений и навыков в сфере частного предпринимательства; 3) организация консультационных услуг (юридических, психологических), выстраивание системы консалтинговой деятельности по вопросам коммерции, финансов, налогообложения для предпринимателей третьего возраста; 4) освещение средствами массовой информации позитивных примеров организации и ведения успешного бизнеса пожилыми людьми.

14. В качестве основных направлений расширения возможных способов реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту выступают следующие: 1) социально-правовое, связанное с перемещением акцента с программ вспомоществования на поддержку в получении (сохранении) работы и достижения самообеспечения, включающее изменение законодательной базы в направлении создания действенных организационных механизмов интеграции представителей третьего возраста в профессионально-деловую сферу; 2) социально-экономическое, касающееся экономической занятости пожилых людей, включающее разработку системы льготного налогообложения для организаций, принимающих на работу лиц пенсионного возраста; 3) просветительско-информационное, связанное с популяризацией информации о пожилом возрасте и соответствующих ему изменениях на основе современных научно-прикладных знаний, находящее отражение в конструировании презентационных стратегий в практиках межличностных взаимодействий с целью нахождения зон согласия, реализации взаимовыгодных проектов представителей разных возрастов; 4) образовательное, заключающееся в создании специальных образовательных программ, как для пожилых людей, так и для работников отделов кадров, служб занятости, руководителей организаций; 5) профессионально-реабилитационное, включающее рекомендации по профессиональному самосохранению, по определению путей реабилитации в направлении снижения уровня профессиональных деструкций в пожилом возрасте.

Теоретическая и практическая значимость представленного исследования определяется объективной необходимостью поиска и анализа возможностей реализации социально-трудового потенциала пожилых людей. Основные выводы работы позволяют расширить теоретические представления о социально-трудовом потенциале представителей третьего возраста, социальном статусе работающих пенсионеров, положении пожилого человека в социальной структуре трансформирующегося общества. Данное исследование может привлечь внимание социологов, экономистов, руководителей социальной сферы к проблемам дальнейшей разработки нового научного направления – ресурсной концепции социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту. Анализ дискриминационных практик по возрасту в профессионально-деловой сфере может быть применен государственными органами власти для изменения социальной политики в целях расширения карьерных перспектив пожилых работников. Материалы диссертации будут полезными при разработке практических рекомендаций для служб занятости, административных работников, в целях совершенствования социальной политики в области занятости населения. Теоретические обобщения и выводы, сделанные в работе, могут быть использованы при разработке учебных курсов по общей социологии, социальной геронтологии, социальной психологии, а также в практической деятельности государственных служб и общественных организаций.

Достоверность и обоснованность результатов исследования определяются непротиворечивостью теоретико-методологических положений, составивших его основу, комплексным использованием диссертантом системы теоретических и эмпирических методов. Результаты проведенных эмпирических исследований соотнесены с известными экспериментальными данными отечественных и зарубежных ученых.

Апробация работы. Основные положения работы, выводы и рекомендации диссертационного исследования были представлены на методологических семинарах и заседаниях кафедры социологии СГТУ (2001-2010), на международных и всероссийских конференциях: «Мировоззренческие и поведенческие стратегии разных возрастных групп в российском обществе» (Саратов, 2010); «Культура, личность, общество: методология, опыт эмпирического исследования» (Екатеринбург, 2010); «Модернизация российской социальной работы: образование и обучение» (Саратов, 2010); «Россия: ключевые проблемы и решения» (Москва, 2009); «Социально-политические аспекты реформирования экономической системы современного общества» (Саратов, 2009); «Структура и динамика культуры в контексте синергетической парадигмы» (Саратов, 2009); «Международное сотрудничество в условиях глобализации: экономика, политика, наука, культура» (Саратов, 2008); «Сорокинские чтения. Отечественная социология: обретение будущего через прошлое» (Саратов, 2008); «Формирование гражданской личности в современной России: потенциал модели межнационального и межконфессионального взаимодействия» (Саратов, 2007); «Социальная онтология России. I Республиканские Копыловские чтения» (Новосибирск, 2007); «IV национальный конгресс геронтологов и гериатров Украины» (Киев, 2006); «Власть, общество, личность» (Пенза, 2006); «Традиции, реформы и революции в развитии государства и права» (Волгоград, 2006); «Социальные и институциальные факторы экономического развития России» (Саратов, 2005); «Сорокинские чтения» (Москва, 2005); «Современный дискурс социальной эксклюзии» (Саратов, 2005); «Социально – экономическая реальность и политическая власть» (Ставрополь, 2005); «Стратегии и механизмы современного общественного развития» (Саратов, 2004); «Сорокинские чтения-2004: российское общество и вызовы глобализации» (Москва, 2004); «Сельская бедность: причины и пути преодоления» (Москва, 2004); «Регион: социально-экономический, этнографический и культурный феномен России» (Саратов, 2003); «Проблемы нормы и патологии: современные дискурсивные практики» (Саратов, 2002); «Современное образование: интеллектуальные ресурсы провинции» (Саратов, 2002); «Управление общественными институтами и процессами в России: вопросы теории и практики» (Саратов, 2002).

Основные результаты исследования отражены в публикациях диссертанта, общим объёмом  38 п.л.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, четырех глав, включающих десять параграфов, заключения, списка использованной литературы и приложений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, анализируется степень разработанности проблемы, излагаются ее новизна и значимость, формулируются цель и задачи исследования, представляется апробация по теме работы.

В первой главе «Теоретико-методологические основания исследования социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту» автор осуществляет анализ теоретико-методологических подходов к феномену старения с точки зрения сохранения и раскрытия социально-трудового потенциала пожилых людей, проводит историко-социологическое исследование преемственности практик его реализации.

В первом параграфе «Теоретические подходы к исследованию социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту» определяются основные категории, используемые в диссертационной работе, обосновывается необходимость создания новой социологической концепции, акцентирующей внимание на реализации социально-трудового потенциала пожилых людей, раскрываются ее теоретико-методологические основы.

Диссертант, осуществляя содержательный анализ понятия «пожилой возраст», приходит к выводу, что сложность и многогранность феномена старения вызывают затруднения в определении возрастных границ наступления пожилого возраста и старости. В диссертационной работе под понятием «пожилой человек» подразумевается представитель третьего возраста, то есть человек, перешагнувший пенсионный рубеж, физические, психологические, профессиональные ресурсы которого позволяют вести активный образ жизни, трудовую и образовательную деятельность. Терминологическое разграничение категорий «человеческий потенциал», «трудовой потенциал», «социально-трудовой потенциал»  позволило обосновать выделение последней в качестве основной в данной работе. Социально-трудовой потенциал определяется автором как совокупность реального и потенциально возможного труда представителей третьего возраста с учетом не только внутренних (качества человека, обеспечивающие ему возможность ведения трудовой деятельности), но и внешних (социально-структурных, интеграционных, социокультурных) ресурсов, способных активизировать либо ограничивать реализацию внутренних резервов пожилых людей. Именно понятие «социально-трудовой потенциал» в полной мере отражает особенности социальной составляющей трудовой деятельности пенсионеров, обусловленные социальным неравенством по возрастному признаку.

Наиболее плодотворным является исследование социально-трудового потенциала пожилых людей посредством обращения к нескольким теоретико-методологическим подходам. Среди важных теоретических оснований изучения социального неравенства в профессионально-деловой сфере общества, выступающего ограничителем реализации социально-трудового потенциала пожилых работников, автор отмечает разработки структурно-функционального направления (Э. Дюркгейм, Т. Парсонс). Анализ условий и ограничений реализации социально-трудового потенциала представителей третьего возраста посредством исследования процессов социального конструирования реальности позволяет провести феноменологический подход. Одним из ключевых теоретических подходов к выстраиванию концептуальных оснований социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту является деятельностно-активистская парадигма (Э. Гидденс, П. Штомпка, М. Арчер, П. Бурдье), акцентирующая внимание на активной роли субъекта труда, выбирающего модели трудового поведения с опорой на собственные профессиональные ресурсы (В. Ядов, Т.Заславская). С точки зрения ресурсного подхода автором анализируются теории возрастной стратификации (Н. Смелзер, Ш. Айзенштадт), трансмиссии культуры, символического интеракционизма (Дж. Мид), концепции жизненного цикла (К. Юнга, Э. Эриксон, Д. Левинсон). Анализ теоретических оснований исследования потенциала пожилых людей  позволил выйти на перспективные формы научно-исследовательской работы, выстроить ресурсную концепцию социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту.

Во втором параграфе «Историко-социологический анализ преемственности практик реализации социально-трудового потенциала пожилых людей» осуществляется анализ практик реализации потенциала представителей старшего поколения в различные периоды, что позволяет выделить основные тенденции дальнейших изменений с учетом современных условий.

Диссертант определяет два варианта отношения к социально-трудовому потенциалу пожилых людей со стороны представителей других возрастных групп, наблюдаемые в различные исторические периоды: 1) конструктивное; 2) деструктивное. Конструктивное отношение к потенциалу представителей старшего поколения предполагало их участие в деятельности, связанной с производством мнений, принятием решений, воспитанием, помощью в социализации молодежи. Основными направлениями реализации социально-трудового потенциала пожилых людей являлись следующие виды деятельности: 1) политико-управленческая; 2) консультационно-экспертная; 3) культурно-трансляционная.

Историко-социологический анализ практик реализации потенциала пожилых людей позволил автору сделать заключение о высоком статусе представителей старшего поколения, традициях уважительного отношения к ним в обществе как об условиях реализации их потенциала. В случае утраты таких традиций реализация социально-трудового потенциала пожилых людей затруднялась, пожилые люди фактически отстранялись от решения важных общественных и производственных проблем, что в свою очередь ослабляло их статусные позиции. Стремительное развитие прогресса, общественно-экономические трансформации в России последних десятилетий привели к потере прежнего значения опыта и традиций, что обусловило снижение престижа представителей старшего поколения. В результате изменение социального статуса пожилых людей в современном российском обществе представляет собой нисходящую групповую мобильность.

Автор приходит к выводу, что в условиях формирования экономики инновационного типа усиливается значимость консультационно-экспертной деятельности пожилых работников. Однако исследования практик реализации социально-трудового потенциала в профессиональном пространстве современного российского общества свидетельствуют о том, что сегодня данные виды деятельности представителей третьего возраста являются, скорее, исключением из правил.  Социально значимой системой, потребность в возобновлении которой в настоящее время чрезвычайно высока, является наставничество. Так, согласно данным авторского исследования, 68% опрошенных считают, что наставническая деятельность полезна для производства и молодежи, 37% видят здесь традицию, укрепляющую связь поколений, и только 8% респондентов относятся к наставничеству как к «пережитку социализма». Тем не менее, в настоящее время традиции наставничества практически утрачены. Конкуренция в производственной сфере, практики дискриминационного отношения к пожилым работникам привели к тому, что практический опыт решения повседневных рабочих проблем профессионалы пенсионного возраста оставляют при себе, тем более что этот опыт повсеместно декларируется как устаревший.

Историко-социологический анализ практик реализации социально-трудового потенциала показывает комплексный характер проблемы. Возможность и успешность реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту неразрывно связаны с социальным статусом социально-демографической группы пожилых. Автор делает вывод о необходимости не только  повышения  материального достатка пожилых людей, но и обеспечения возможности равноправного участия представителей третьего возраста в различных сферах жизнедеятельности.

Во второй главе «Профессиональные ресурсы в возрастной динамике» привлекается объяснительная модель устойчивости профессиональных навыков и способностей в процессе старения. В первом параграфе «Профессиональные ресурсы как ведущая составляющая социально-трудового потенциала» диссертант ставит вопрос об объективности возрастных изменений и их влиянии на трудовые способности в позднем периоде жизни. Анализ работ отечественных и зарубежных ученых (М. Александровой, О. Красновой, П. Рэббита, Н. Шаталовой) свидетельствует о возможности сохранения и реализации профессиональных ресурсов в третьем возрасте, что обусловлено биологическими компенсаторными механизмами, профессиональным опытом, а также происходящим в третьем возрасте смещением интересов и ценностей в сферу труда и производственных отношений. Процесс накопления профессиональных ресурсов индивидом находит отражение в периодизации становления субъектов труда. С опорой на работы Е. Климова, А. Марковой автор приходит к выводу о чрезвычайной важности профессионального опыта в решении производственных задач. Представленный в параграфе анализ кадрового опыта Японии, США, России подтверждает сделанное заключение.

Результаты проведенного автором массового исследования (N=1200) зафиксировали преобладание позитивной оценки роли и знаний пожилых людей в профессионально-деловой сфере – 74% респондентов согласились с тем, что сотрудники с большим опытом оказывают положительное влияние на работу организации,  и 18% считают их препятствием для внедрения новой техники и технологий. При этом отсутствие на предприятии пожилых работников представляется проблемой в основном для респондентов молодого (31%) и старшего (32%) возрастов. Это объясняется дефицитом наставничества среди молодежи, а также отсутствием возможности пожилых работников поддерживать многовековую традицию передачи опыта и опеки молодежи.

Диссертант подчеркивает полярность взглядов на пожилое население в аспекте обсуждения влияния демографического постарения на различные сферы современного общества. Ряд ученых указывают на негативное воздействие изменения возрастной структуры общества,  которое ведёт к усилению консервативности и экономическому и интеллектуальному отставанию. Однако все больше исследователей склоняются к иной точке зрения, выступая за активное вовлечение пожилых людей в трудовую деятельность и максимальное использование их потенциала. Сравнительный анализ результатов нескольких исследований отношения к пожилым людям  выявил двойственность оценок потенциала старшего поколения, присутствующую и в массовом сознании. Это объясняется, с одной стороны, объективным наличием профессиональных ресурсов представителей третьего возраста, с другой стороны, присутствием механизмов, тормозящих реализацию социально-трудового потенциала старшего  поколения. Данные механизмы имеют социальную природу: понятие «пожилой» сегодня выполняет функцию ярлыка, свидетельствующего о бесперспективности и социальной ненужности его носителя. В результате профессиональные ресурсы представителей третьего возраста в современном российском обществе задействуются в незначительной степени. Для пожилых людей такое положение вещей означает снижение социального статуса, ограничение возможностей получения заработной платы, адекватной уровню профессионального мастерства. Изменение демографической ситуации, постарение населения, экономическая целесообразность пока не оказывают должного влияния на ситуацию из-за отсутствия механизмов поиска путей интеграции и реинтеграции для пожилых людей, способов реализации их профессиональных ресурсов.  

Во втором параграфе «Социальные факторы профессиональных деструкций в пенсионном возрасте» представлен анализ причин и механизмов, ограничивающих реализацию социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту. По мнению диссертанта, пожилой возраст несет в себе набор факторов, детерминирующих профессиональные деструкции работника. Среди них присутствуют три группы: 1) физиологические; 2) эмоционально-этические; 3) социальные. В современных демографических условиях представляется чрезвычайно актуальной задача - определить меру непреодолимости этих факторов, установить границы их влияния.

Физиологические факторы, оказывающие влияние на образование профессиональных деструкций, определяются физическим старением организма человека и включают в себя: снижение физической выносливости,  быструю утомляемость, рост числа заболеваний. Автор отмечает, что сегодня возрастной порог выхода на пенсию в России один из самых низких в мире, так что российские пенсионеры, по крайней мере, первого десятилетия, слишком молоды, чтобы всерьез говорить о решающем характере вмешательства в профессиональную жизнь деструкций, возникших из-за их физической слабости. Некоторое же снижение уровня физического состояния в этот период компенсируется расширением интеллектуальных и духовных составляющих развития человека. В свою очередь анализ работ  И. Беляева, Б. Ильина, В. Казначеева, П. Рамзаева, позволяет сделать заключение о  позитивном влиянии трудовой деятельности на физическое здоровье пожилого человека.

К группе эмоционально-этических факторов, инициирующих профессиональные деструкции в пожилом возрасте, относится старение в личном, субъективном измерении индивида, находящее проявление в фиксировании у себя таких признаков эмоционального старения как: снижение или потеря интереса к жизни; сужение круга общения; отсутствие стремления к новым впечатлениям; обращение собственных размышлений в прошлое.

Значительное влияние на образование профессиональных деструкций в пожилом возрасте оказывают социальные факторы, к которым автор относит социальные ожидания и социальные нормативы, предъявляемые социумом представителям третьего возраста, подстройку своего жизненного сценария пожилыми под эти ожидания, а также геронтологическую неграмотность, преувеличение роли возрастных изменений в жизни пожилого человека окружающими. Для выявления влияния социальных факторов на снижение социально-трудового потенциала лиц третьего возраста диссертант предпринял сравнительный анализ следующих позиций: объективные возрастные изменения (развернутое рассмотрение представлено в предыдущем параграфе); понятие о возрастных изменениях представителей молодого и среднего возрастов; взгляд на возрастные изменения трудовых способностей самих пожилых людей.

Результаты авторского эмпирического исследования позволили диссертанту сделать следующие выводы: 1. В массовом сознании доминирующим является мнение об ухудшении в пожилом возрасте умственных способностей, памяти, а также способностей профессионального характера (63%). Отмечается явное преувеличение возрастных изменений, приписывание пожилым людям социально неодобряемых качеств. 2. Среди пожилых респондентов распространенность мнений об ухудшении с возрастом приведенных качеств несколько ниже, чем  среди представителей других возрастных групп (43%). Тем не менее, высокая распростаненность взглядов на третий возраст как период снижения умственных и трудовых способностей, а также акцентирование на негативных качествах характера пожилых, отмечается и в группе респондентов старше 55 лет. 3. Различие во взгляде на проблему возрастных изменений зафиксировано в группах работающих и неработающих пенсионеров. Среди представителей третьего возраста, продолжающих трудовую деятельность, в два раза меньше тех, кто считает, что умственные способности и память ухудшаются с возрастом, и почти в пять раз меньше убежденных в озлобленности пожилых, по сравнению с их ровесниками, оставившими работу.

Автор делает вывод, что преувеличенное восприятие в массовом сознании негативных возрастных изменений, беспочвенное приписывание их представителям третьего возраста приводит к соглашательской позиции по этому вопросу самих пожилых людей. В свою очередь прекращение трудовой деятельности способствует росту влияния стереотипов о возрастных изменениях на пожилого человека, во многих случаях ведя к ухудшению его физического состояния.

В третьем параграфе «Особенности проявлений профессиональных деструкций в пенсионном возрасте» выявляются признаки и тенденции наступления эмоционально-этического старения человека и его влияния на возможность реализации профессиональных ресурсов в пожилом возрасте. Анализ научного дискурса с опорой на работы Е. Авербуха, Э. Зеера, М. Елютиной позволил выделить ряд признаков эмоционально-этического старения, которые при неблагоприятных условиях способны деформировать профессиональный профиль работника: снижение или потеря интереса к жизни; сужение круга общения; отсутствие стремления к новым впечатлениям; обращение собственных размышлений в прошлое. Наибольший интерес, по мнению диссертанта, представляют следующие вопросы: - обнаруживаются ли перечисленные признаки эмоционально-этического старения не только среди пожилых людей, но и в других возрастных группах; - какие факторы замедляют, а какие, напротив, ускоряют их проявление.

В результате проведенного автором эмпирического исследования было установлено: 1) связь перечисленных признаков с возрастом респондентов присутствует, однако даже в старшей возрастной группе наличие данных признаков выявлено не более чем у трети опрошенных; 2) частота встречаемости анализируемых признаков старения в группе респондентов с низким уровнем дохода оказалась практически равной этому же показателю в группе опрошенных старше 55 лет. Выявленная взаимосвязь настолько рельефна, что анализируемые признаки эмоционально-этического старения можно с полным правом назвать признаками низкодоходности; 3) увеличению числа и выраженности признаков старения способствует низкий социальный статус респондентов; 4) обладание двумя или несколькими факторами риска (пожилой возраст, низкие уровень дохода, социальный статус) приводит к резкому росту числа и степени выраженности указанных черт; 5) частота встречаемости признаков эмоционально-этического старения наиболее высока среди неработающих пенсионеров.

Таким образом, действие связи «наличие признаков эмоционально-этического старения – возникновение профессиональных деструкций» выходит далеко за пределы старшей возрастной группы. Объяснительную модель сделанного вывода диссертант выстраивает, привлекая к анализу еще один фактор, тесно связанный с профессиональными деструкциями -  эмоциональное выгорание работника. Анализ работ К. Маслач,  Г. Никифорова, В. Фролькиса позволяет сделать вывод о значительном сходстве признаков эмоционального выгорания и эмоционально-этического старения. Именно поэтому признаки старения в представленном исследовании не имели жесткой привязки к пожилому возрасту – во многих случаях их проявления были обусловлены не столько старением, сколько эмоциональным выгоранием. Кроме того, найдено объяснение для еще одной выявленной в приведенном исследовании закономерности – зависимости наличия признаков эмоционально-этического старения от уровня дохода респондентов. Неадекватная оплата труда работника в течение длительного времени – один из главных факторов, приводящих к эмоциональному выгоранию работника.

Ключевым различием перечисленных признаков старения и синдрома эмоционального выгорания является зона их применимости. Так, для работников молодого и среднего возраста обычно применяют термин «эмоциональное выгорание», в то время как для трудящихся пенсионного возраста объяснительной моделью негативных процессов в профессиональной среде служит старение. Принципиальная разница здесь в восприятии. В массовом сознании эмоциональное выгорание воспринимается как обратимый процесс. Тогда как старение, обладая совершенно иным социальным прочтением, обычно трактуется как окончание не только развития, но и просто нормального функционирования профессионала.

Старение человека действительно служит одной из объективных причин возникновения профессиональных деструкций. Однако социально-трудовой потенциал представителей третьего возраста, резюмирует диссертант, в большинстве случаев не ограничивается возрастными изменениями. Выявленные факторы, инициирующие профессиональные деструкции, неразрывно связаны с темой социальной старости.

В третьей главе «Реализация социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту в контексте социального неравенства» раскрываются социальные механизмы формирования образа работающего пенсионера, анализируется кадровая политика современных предприятий по отношению к пожилым работникам. В первом параграфе «Социальное конструирование образа пожилого работника в современном обществе» выявляются социальные стереотипы пожилых работников, обосновываются индикаторы для определения социальной дистанции между пожилыми людьми и представителями других возрастных групп, проводится сравнительный анализ вариаций социальной дистанции в различных сферах общества.

Анализ работ М. Бреуера, Т. Брубакера, Н. Латски позволил диссертанту сделать вывод о преобладании в современном обществе негативных представлений о старости. Значительный вклад в формирование позитивного имиджа старости могут внести средства массовой информации, которые в современном мире являются мощным нормообразующим фактором. В параграфе изложены результаты авторского исследования, проведенного с использованием метода контент-анализа текстов газетных публикаций за период 2000–2009 гг., которые диссертант обобщил в следующих выводах. В современных СМИ публикации, затрагивающие тему старения, составляют 0,3% от общего числа. В течение исследуемого периода наблюдалось снижение интереса СМИ к геронтологической проблематике, которое проявилось в следующем: 1. Дальнейшее снижение количества таких публикаций. 2. Усиление тенденции представления пожилых людей как объектов социальной помощи. Об этом свидетельствуют уменьшение числа публикаций, где пожилые выступают в роли активных деятелей, и одновременное появление материалов, в которых представители старшего возраста являются жертвами жестокого и (или) преступного обращения, объектами насмешки.

Исследуя стереотипы работающих пенсионеров, автор делает заключение о преобладании негативного образа сотрудника третьего возраста в профессионально-деловой сфере современного российского общества. Пожилой возраст руководителя считается неблагоприятным фактором, тормозящим развитие организации (41%). Одной из самых сложных задач видится взаимодействие с пожилыми подчиненными (40%). Достаточно распространенным является мнение о том, что пожилым следует доверять менее квалифицированные и ответственные работы (25%). Кроме того, 23% респондентов считают, что такие сотрудники ищут случая, чтобы взвалить трудную работу на молодежь. Однако в сложной рабочей ситуации именно у сотрудников третьего возраста будут искать поддержку более половины граждан.

Последствием доминирования негативных геронтологических стереотипов является увеличение социальной дистанции между представителями пожилого возраста и других возрастных групп. Применение авторского инструментария (диссертант использовала подход Э. Богардуса, адаптировав его в соответствии с поставленными задачами), позволило исследовать данный показатель. Наименьшая социальная дистанция между пожилыми людьми и представителями других возрастных групп наблюдается в семейно-бытовой, наибольшая - в профессионально-деловой сфере деятельности. Автор отмечает, что чем выше уровень материального достатка, тем сильнее желание дистанцироваться в социальном пространстве от пожилых членов общества. Так, более 50% материально обеспеченных респондентов отрицательно относятся к возможности занятия позиции коллеги по работе пожилым человеком, тогда как среди опрошенных, имеющих средний и низкий доход, такую точку зрения разделяют соответственно 25% и 13%. Дистанцируясь, общество выталкивает пожилых людей в семейную среду, ограничивая возможность реализации их социально-трудового потенциала. Диссертант фиксирует внимание на связи социальной и пространственной дистанций, увеличение которых способствует разобществлению и дезинтеграции пожилых людей, ориентирует их на программу «доживания».

Во втором параграфе «Геронтологическая составляющая кадровой политики современного руководителя» представлена авторская классификация позиционирования работодателей по отношению к работникам пенсионного возраста. Социологический анализ результатов авторского исследования, проведенного методом полуструктурированного интервью, позволил выявить четыре типа позиции работодателей по отношению к пожилым работникам: 1) стратегия полного исключения (категорическое неприятие пожилых людей в качестве работников); 2) стратегия неполного исключения (допускается использование труда пожилых работников в исключительных случаях); 3) стратегия вынужденного включения (привлечение представителей третьего возраста к работе в случаях производственной необходимости); 4) стратегия включения (признание ценности опыта и знаний сотрудников третьего возраста). По частоте встречаемости лидируют первые три стратегии, которые содержат элементы дискриминационного отношения. Стратегия включения, предоставляющая равные права для работников всех возрастов, встречается на современном рынке труда крайне редко. Конструирование образа пожилого работника в контексте кадровой политики современных руководителей происходит с опорой на негативные стереотипы о старости. Вопреки декларируемому равенству представителей всех возрастов, на большинстве предприятий применяются практики исключения по отношению к пожилым работникам.

Проблема эйджизма сегодня не достаточно исследована, так как, несмотря на свою актуальность, представляет собой относительно новое общественное явление. По данным авторского исследования, проведенного методом анкетного опроса, 70% работающих пенсионеров часто встречаются с дискриминацией по возрастному признаку, еще 21% ответили, что сталкиваются с дискриминационными практиками иногда. Только 9% опрошенных пенсионеров, продолжающих трудовую деятельность, никогда не встречались с практиками исключения по возрастному признаку. При этом 34% респондентов старше 55 лет считают, что поддержка обществом пожилых людей, желающих трудиться, должна заключаться в законодательном запрещении дискриминации и борьбе с ней; 62% респондентов старшего возраста видят выход в обеспечении пожилым выбора подходящих форм и видов трудовой деятельности.

Автор фиксирует внимание на отсутствии в российском законодательстве о труде и занятости самого понятия «пожилой работник», что исключает постановку вопроса о специальном урегулировании занятости представителей третьего возраста. В социальных программах фактически отсутствуют направления, содействующие занятости этой категории граждан, остаются неурегулированными вопросы квотирования рабочих мест для лиц старших возрастных групп.

         По мнению диссертанта, отказ видеть в пожилых людях равноправных членов трудового коллектива может служить ограничителем развития, как отдельных предприятий, отраслей науки и производства, так и социально-трудового потенциала стареющего общества. Защита прав пожилых людей в современном российском обществе является одной из важных и злободневных задач, решению которой могут способствовать пересмотр отдельных положений в существующем законодательстве, усиление мер по правовой защите пожилых работников.

В третьем параграфе «Профессиональные маршруты в пенсионном возрасте» анализируются варианты трудоустройства для пожилых людей, по тем или иным причинам потерявших работу, а также направлений реализации социально-трудового потенциала представителей третьего возраста, продолжающих трудовую деятельность. Исследования профессиональных маршрутов выполнены с использованием метода экспертного опроса работников служб занятости, полуструктурированных интервью с работающими пенсионерами. Идентичные исследования проведены в 2002 и в 2008 годах, что позволило проследить в динамике изменение ситуации. Под понятием «профессиональные маршруты» автор понимает возможности и направления профессиональной мобильности, имеющиеся в настоящее время у лиц пожилого возраста, которые имеют желание и возможность трудиться.

Для пожилых безработных возраст является основным фактором, резко ограничивающим возможность трудоустройства по своей профессии. Такие ограничения продиктованы категорическим нежеланием работодателей принимать на работу сотрудников старше пятидесяти лет. Диссертант фиксирует внимание на том, что службы занятости предлагают пройти переобучение людям старше пятидесяти лет так же часто, как и представителям других возрастных групп. Однако в этом случае предлагается обучение только по рабочим специальностям, независимо от базового образования безработного. При этом большинство пожилых безработных проявляют активность в поиске работы, охотно соглашаясь на переобучение. Диссертант приходит к выводу, что возможности профессиональной мобильности пожилых безработных в 2008 году остались практически без изменений по сравнению с 2002 годом и по-прежнему ограничиваются малооплачиваемыми, непрестижными рабочими местами, не требующими высокой квалификации. Пожилой человек, потерявший работу, имеет мало шансов на трудоустройство. Даже в случае позитивного решения этой проблемы новая работа, скорее всего, не будет соответствовать его квалификации и образовательному уровню.

Исследования профессиональных маршрутов представителей третьего возраста, продолжающих трудовую деятельность, выявили  взаимосвязь между условиями труда на предприятиях и относительной долей лиц пенсионного возраста среди персонала. Чем лучше условия труда, выше престиж организации, тем меньше численность работающих пенсионеров среди персонала. Наибольшая доля пенсионеров была выявлена на предприятиях с тяжелыми и вредными условиями труда. Таким образом, профессиональные маршруты представителей третьего возраста в современном российском обществе проходят в основном через вторичный сегмент рынка труда. За исследуемые шесть лет ситуация существенно не изменилась - соотношение уровня средней заработной платы и относительной доли работающих там пенсионеров, по-прежнему носит обратно пропорциональный характер.

Важным результатом исследования 2008 года стал вывод о том, что любые трансформации на рынке труда, связанные с изменениями условий труда или заработной платы работников, немедленно отражаются на профессиональных маршрутах представителей третьего возраста. Показательным в этом смысле диссертант считает пример изменения возрастного состава участковых врачей поликлиник, последовавший за резким (в 2-3 раза) увеличением заработной платы за этот труд, инициированным Президентом России. Ранее большинство среди такого рода специалистов составляли врачи пенсионного возраста из-за низкого престижа и тяжелых условий работы. Высокая заработная плата привлекла работников других возрастных групп, вследствие чего участковые врачи пенсионного возраста были вынуждены отправиться в отставку. Результаты исследований профессиональных маршрутов представителей третьего возраста, выполненных в 2002 г., а затем в 2008 г., свидетельствуют о неблагоприятной ситуации, позволяющей говорить о реализации социально-трудового потенциала пожилых людей преимущественно с точки зрения ограничений.

В четвертой главе «Современные подходы к реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту» анализируются возможные пути и перспективы занятости пожилых в современных условиях. В первом параграфе «Анализ существующих практик реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту» рассматривается опыт развитых стран, проводится его сравнительный анализ с вариантами решения проблемы реализации потенциала пожилых людей в России.

После наступления пенсионного возраста на рынке труда в настоящее время остаются в основном представители двух полярных групп: низкоквалифицированные работники, занимающие мало привлекательные для представителей других возрастных групп места, и работники высокой квалификации, руководители. Анализ результатов авторского исследования, а также работ Н. Ковалевой, Н. Щукиной позволили диссертанту сделать вывод о том, что большинство российских пожилых людей сегодня экономически не активны, но при этом многие из них хотели бы работать. Стремление к продолжению трудовой деятельности в большей степени  характерно для образованных пожилых людей, число которых в России стабильно увеличивается. В этих условиях относительно низкий уровень официальной безработицы среди старшего поколения объясняется социальными причинами: 1) социальное давление вынуждает пенсионеров смириться с потерей работы; 2) представители предпенсионного и пенсионного возраста менее профессионально мобильны, так как более других привязаны к своему рабочему месту, зная о трудностях, ожидающих их в случае его потери. Как результат – готовность работать в заведомо худших условиях. Автор резюмирует, что в современной России пожилые люди, сохранившие здоровье и социальную активность, прекращают свою трудовую деятельность не столько по своему желанию, сколько под давлением работодателей, коллектива, а также сложившихся общественных норм.

В развитых странах разработан и применяется целый ряд мероприятий, направленных на реализацию социально-трудового потенциала представителей третьего возраста с учетом особенностей состояния экономики и рынка труда. Среди таких практик следует отметить гибкий рабочий график для пожилых работников, снижение количества рабочего времени, перевод пожилых сотрудников на работы, требующие меньших физических затрат. По вопросу реализации социально-трудового потенциала пожилых принципиальное отличие России от европейских стран и США состоит в полном игнорировании проблемы на всех уровнях. Перечисленные мероприятия, разработанные в развитых странах, практически не  применяются, собственных разработок в данной области не ведется. В результате проблема реализации социально-трудового потенциала пожилых людей, имеющих желание трудиться, решается спонтанно, в индивидуальном порядке без государственной поддержки. 

Одним из вариантов решения вопроса реализации социально-трудового потенциала пожилых людей является их включение в предпринимательскую среду, активно практикуемое в западных странах. Результаты авторского исследования свидетельствуют об актуальности такой темы и для России: около трети работающих пенсионеров проявляют либо проявляли ранее интерес к сфере частного предпринимательства. Было выявлено два основных направления, выбираемых для организации малого бизнеса в пожилом возрасте: 1) открытие собственного дела в сфере своей профессии; 2) ведение деятельности, связанной с торговлей. Особенностью вхождения в предпринимательскую среду российских пенсионеров является определяющий характер такого фактора как аналогичный пример близких людей. В качестве препятствий помимо социальных стереотипов, мешающих пожилому человеку принять важное решение, следует отметить отсутствие специальных образовательных программ, гибкой системы кредитования, направленной на поддержание предпринимательских инициатив пожилых людей; а также недостаток информации о положительных примерах начала бизнеса в пожилом возрасте. Диссертант отмечает, что предпринимательская деятельность в пожилом возрасте представляет собой актуальную, и вместе с тем практически не исследованную социальную проблему.

Во втором параграфе «Авторская модель реализации социально-трудового потенциала в пенсионном возрасте» раскрываются основные направления расширения возможностей реализации социально-трудового потенциала представителей третьего возраста. 

Опираясь на работы С. Балабанова, А. Дыскина, Э. Карюхина, А. Комфорта, З. Саралиевой, Н. Сачук, Е. Стеженской, Ж. Тощенко, В. Фролькиса, Н. Чеботарева, В. Шапиро, диссертант доказывает положительное воздействие продолжения трудовой деятельности на социальное самочувствие, способствует снижению влияния негативных стереотипов возрастных изменений на пожилого человека. Среди неработающих пенсионеров более чем в четыре раза чаще встречается согласие с тем, что пожилые люди озлоблены (7% и 32% соответственно), в два раза больше тех, кто полагает, что с возрастом память и умственные способности ухудшаются (25% и 55%). Среди занятых пожилых респондентов пенсионный возраст считают периодом «доживания» 22%, среди оставивших трудовую деятельность – 44%. Таким образом, прекращение трудовой деятельности способствует развитию отношения к собственной жизни как к «доживанию», усиливает тенденции отчуждения, развивает склонность к увеличению социальной дистанции с представителями других возрастных групп. Особенностью позднего этапа жизни в современной России является тот факт, что реальной альтернативой трудовой занятости служит «пассивное пенсионерство», которое в свою очередь ускоряет процесс старения, не только негативно сказывается на социальном статусе и настроении пожилого человека, но и содействует ухудшению его физического здоровья.

В рамках ресурсной концепции, рассматривающей социально-трудовой потенциал с учетом компенсирующих биологических и ограничивающих социальных механизмов, автор выделяет основные направления, являющиеся фундаментальной базой в создании модели реализации социально-трудового потенциала пожилых членов общества. Такими направлениями являются: социально-правовое, социально-экономическое, просветительско-информационное, образовательное, профессионально-реабилитационное.

Социально-правовое направление связано с разработкой законодательной базы. Правовая незащищенность представителей третьего возраста способствует распространению дискриминационных практик в профессионально-деловой сфере современного общества. Легитимизация статуса «пожилой работник», законодательное закрепление льгот работодателям, принимающим на работу лиц пенсионного возраста, будут способствовать реальному, а не формальному запрещению дискриминации по возрасту при приеме на работу и увольнении, регламентировать равенство возможностей пожилых работников с представителями других возрастных групп относительно доступа к службам профессиональной ориентации, переподготовки, повышения квалификации  и трудоустройства, а также к продвижению по службе и справедливому распределению работы.

Социально-экономическое направление включает вопросы, касающиеся экономической занятости представителей третьего возраста: внедрение практик привлечения пожилых работников к консультационной и экспертной деятельности, возрождение системы наставничества, подготовка специализированных рабочих мест в рамках стандартных производственных процессов, реализация условий для рационального режима труда и отдыха. Особое значение, по мнению автора, имеет усиление мотивации работодателей в направлении привлечения к сотрудничеству представителей третьего возраста посредством применения экономических рычагов, таких как предоставление льгот при налогообложении.

Просветительско-информационное направление модели реализации социально-трудового потенциала представителей третьего возраста находит отражение в распространении и популяризации информации о пожилом возрасте и соответствующих ему изменениях на основе современных научных знаний, создании с помощью средств массовой информации  презентационных стратегий взаимовыгодного межличностного взаимодействия представителей различных возрастных групп.

Образовательноенаправление заключается в создании специальных образовательных программ, как для пожилых людей, так и для консультантов, работников отделов кадров, руководителей. Привлечение к образованию через повышение квалификации, переобучение, получение новой, востребованной на рынке труда специальности, расширяет возможность лиц пожилого возраста реализовывать социально-трудовой потенциал. Создание новых «университетов третьего возраста» будет способствовать решению поставленной задачи.

Профессионально-реабилитационноенаправлениевключает рекомендации по профессиональному самосохранению, определение путей реабилитации по линии снижения уровня профессиональных деструкций в пожилом возрасте, проведение медико-социальной диагностики пожилых работников с целью определения биовозраста, что позволит осуществлять коррекцию их профессиональных маршрутов.

По мнению автора, эффективность расширения возможностей реализации социально-трудового потенциала пенсионеров по возрасту основывается на  объединении ресурсов всех сфер общества.

В заключении проводится обобщение результатов исследований, формулируются основные выводы диссертации.

Публикации автора по теме диссертации

Монографии и главы в коллективных монографиях

  1. Смирнова Т.В. Старость в современной России: интеробъективный и интерсубъективный контексты: кол. монография / М.Э. Елютина, Т.В. Темаев, Т.В. Смирнова. Саратов: Сарат. гос. техн. ун-т, 2010. С. 57-101. ISBN 978-5-8473-1527-5. (3 п.л.).
  2. Смирнова Т.В. Профессиональные ресурсы в пожилом возрасте / Т.В. Смирнова. Саратов: Сарат. гос. техн. ун-т, 2008. 160 с. ISBN 978-5-7433-1886-5. (10 п.л.).
  3. Смирнова Т.В. Интегрированная старость: практики социального участия: кол. монография / А.А. Смолькин, П. Тейн, Т.В. Смирнова. Саратов: Издательский центр «Наука», 2007. С. 96-120. ISBN 978-5-91272-328-5. (1,6 п.л.).
  4. Смирнова Т.В. Дихотомия геронтологической ситуации в современной России: эксклюзия-инклюзия: кол. монография / М.Э. Елютина, П. Тейн, Т.В. Смирнова и др. Саратов: Сарат. гос. техн. ун-т, 2006. С.88 –108.  ISBN 5-7433-1718-6. (1,3 п.л.).
  5. Смирнова Т.В. Профессиональные маршруты в позднем возрасте /Т.В. Смирнова. Саратов: Сарат. гос. техн. ун-т, 2003. 32 с. ISBN 5-7433-1205-2. (2 п.л.). 

Публикации по списку ВАК

  1. Смирнова Т.В. Старшее поколение: нереализованные ресурсы / Т.В. Смирнова // Общественные науки и современность. 2008. № 5. С.38-46. ISSN 0869-0499. (0,6 п. л.).
  2.  Смирнова Т.В. Малый бизнес в России: социогеронтологический аспект / Т.В. Смирнова // Человек. 2008. № 4. С.74-81. ISSN 0236-2008. (0,5 п.л.).
  3.  Смирнова Т.В. Пожилые люди: стереотипный образ и социальная дистанция / Т.В. Смирнова // Социологические исследования. 2008. № 8.  С.30-37. ISSN 0132-1625. (0,5 п.л.).
  4. Смирнова Т.В. О профессиональных деструкциях в пожилом возрасте / Т.В. Смирнова // Социологические исследования. 2007. № 5. С.21-29. ISSN 0132-1625). (0,6 п.л.).
  5. Смирнова Т.В. Пожилые люди: положение на рынке труда / Т.В. Смирнова // Социально-гуманитарные знания. 2007. № 5. С.128-140. ISSN 0869-8120. (0,7 п.л.).
  6. Смирнова Т.В. Человеческий потенциал «третьего» возраста: социологический анализ / Т.В. Смирнова //  Труд и социальные отношения.  2007. № 6(42). С. 167 - 175. (0,5 п.л.).
  7. Смирнова Т.В. Социальное конструирование образа старости / Т.В. Смирнова // Россия и современный мир. 2007. №4(57). С. 172–181. (0,6 п.л.).
  8. Смирнова Т.В. Перспективы занятости пожилых / Т.В. Смирнова // Социология и социальная антропология. 2007. № 4. С.123-134. ISSN 1029-8053. (0,7 п.л.).
  9. Смирнова Т.В. Причины и виды профессиональных деструкций в пожилом возрасте / Т.В. Смирнова // Клиническая геронтология. 2007. Т.13. №9. С.57. ISBN 1607-2499. (0,06 п.л.).
  10. Смирнова Т.В. Культурный и символический капиталы старшего поколения / Т.В. Смирнова  // Вестник Челябинского государственного университета. 2007. № 17 (95). Философия. Социология. Культурология. Вып. 4. С. 163-170. ISSN 1994-2796. (0,6 п.л.).
  11. Смирнова Т.В. Геронтологическая составляющая кадровой политики современного руководителя / Т.В. Смирнова, М.Э. Елютина // Социологические исследования. 2006. № 3. С. 35–43. ISSN 0132-1625.         (0,5 п.л.).
  12. Смирнова Т.В. Особенности интеграции в третьем возрасте / Т.В. Смирнова // Вестник Саратовского государственного аграрного университета. 2004. №2. Вып. 2. С. 68-70. (0,4 п.л.).

 

В материалах международных и российских конференций

(Постановление Правительства № 227 от 20.04.2006)

  1. Смирнова Т.В. Восприятие старости в современном обществе / Т.В. Смирнова // Социально-политические аспекты реформирования экономической системы современного общества: материалы Междунар. науч.-практ. конф. Саратов: ООО «Издат. центр «Наука», 2009. С. 121-125. ISBN 978-5-9999-0117-0. (0,3 п.л.). 
  2. Смирнова Т.В. Предпринимательская деятельность в пожилом возрасте: социологический аспект / Т.В. Смирнова // Современные проблемы и тенденции развития внутренней и внешней торговли: материалы Междунар. науч. конф. Саратов: Изд-во Сарат. ин-та РГТЭУ, 2009. С. 114-119. ISBN 978-5-91630-006-2. (0,3 п.л.).
  3. Смирнова Т.В. Социальная дистанция в современной России: возрастной аспект / Т.В. Смирнова // Отечественная социология: обретение будущего через прошлое: тез. докл. IV Всерос. науч. конф. «Сорокинские чтения». Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2008. С.243-245. ISBN 978-5-292-03844-3. (0,2 п.л.).
  4. Смирнова Т.В. Роль старшего поколения в стабилизации политической власти / Т.В. Смирнова // Актуальные проблемы социогуманитарного знания: сб. науч. трудов. Вып. XVI. Ч. 1. М.: «Век книги-3», 2007. С. 170-171. ISBN 5-94436-019-4. (0,3 п.л.).
  5. Смирнова Т.В. Постарение населения: новые социальные задачи / Т.В. Смирнова // Социальная онтология России: сб. науч. ст. по докладам I Всерос. Копыловских чтений. Новосибирск: Новосиб. гос. техн. ун-т, 2007. С.427 – 446. (1,1 п.л.). 
  6. Смирнова Т.В. Статус старшего поколения в процессе социальных трансформаций: этнический аспект / Т.В. Смирнова // Этнический фактор в процессе социальных трансформаций, миграционная политика: проблемы и перспективы трудовой миграции. Актуальные проблемы социально-экономического развития современной России: материалы Междунар. науч.-практ. конф. Саратов: СГТУ, 2007. С. 332-336. ISBN 5-7433-1651-1. (0,4 п.л.).
  7. Смирнова Т.В. Геронтологическое просвещение населения в контексте антидискриминационного взгляда на пожилых людей / Т.В. Смирнова // Проблемы старения и долголетия: материалы IV национального конгресса геронтологов и гериатров Украины. Киев, 2006. С.262-263.          (0,5 п.л.).
  8. Смирнова Т.В. Пожилой человек в системе трансформирующихся производственных отношений / Т.В. Смирнова // Власть, общество, личность: сб. статей Всерос. науч.-практ. конф. Пенза: ПГСХА, 2006. С. 135 – 138. ISBN 5-94338-219-4. (0,3 п.л.).
  9. Смирнова Т.В. Современные пенсионеры: социально-экономическая реальность / Т.В. Смирнова // Социально – экономическая реальность и политическая власть: сб. науч. статей. Вып. 1. Москва – Ставрополь: Изд-во «Век книги-3», 2005. С. 300–302. (0,2 п.л.).
  10. Смирнова Т.В. «Общество всех возрастов» как фактор социального развития / Т.В. Смирнова // Традиции, реформы и революции в развитии государства и права: материалы Всерос. науч.-практ. конф. Волгоград: ВРОО ЮНШ, 2005. С. 191-196. ISBN 5-901955-27-7. (0,3 п.л.).
  11. Смирнова Т.В. Старение: образ и качество жизни / Т.В. Смирнова // Социальные и институциональные факторы экономического развития России: материалы Междунар. науч.-практ. конф. Саратов: СГСЭУ, 2005. С. 133-135. ISBN 5-87309-425-7. (0,5 п.л.).
  12. Смирнова Т.В. Бедность старшего поколения: причины и пути преодоления. // Сельская бедность: причины и пути преодоления: сб. науч. ст. М.: ВИАПИ, 2004. С. 39-41. ISBN 5-88367-031-8. (0,25 п.л.).
  13. Смирнова Т.В. Геронтологическая составляющая трудовой занятости / Т.В. Смирнова // Интеграционные процессы в современном обществе: материалы Всерос. науч.-практ. конф. Саратов: Аквариус, 2003. С. 190 – 197. (0,4 п.л.).
  14. Смирнова Т.В. Поколение третьего возраста: изменение семейных ролей / Т.В. Смирнова // Поколенческая организация современного российского общества (специфика современных межпоколенческих отношений). Саратов: Научная книга, 2003. С.257-262. ISBN 5-93888-316-4. (0,4 п.л.).

В периодике

  1. Смирнова Т.В. Социально-трудовой потенциал работающих пенсионеров /Т.В. Смирнова // Поволжский торгово-экономический журнал. 2010. №1 (13). С. 80-87. (0,4 п.л.).
  2. Смирнова Т.В. Социальный статус старшего поколения в историко-культурологической перспективе // Человеческие ресурсы. 2010.   № 3. С. 24-30. (0,5 п.л.).
  3. Смирнова Т.В. Российские пенсионеры - кадры малого бизнеса / Т.В. Смирнова // Энергия: экономика, техника, экология. 2009. № 2. С.70-76. ISSN 0233-3619. (0,4 п.л.).
  4. Смирнова Т.В. Человеческий капитал старшего поколения: социологический анализ / Т.В. Смирнова // Человеческие ресурсы. 2009. № 2. С. 30-34. (0,3 п.л.).
  5. Смирнова Т.В. Профессиональные ресурсы старшего поколения / Т.В. Смирнова // Человеческие ресурсы. 2007. №3. С.16-22. (0,5 п.л.).
  6. Smirnova T. The Gerontological Component in a Modern Manager`s Work with Employees / T. Smirnova, M. Yelyutina // Social Sciences. 2006. № 4. P. 101 – 112. (0,5 п.л.).
  7. Смирнова Т.В. Ценностные ориентиры в пожилом возрасте / Т.В. Смирнова, Н.Н. Величко // Проблемы старения и долголетия. 2005. № 4. Т.14. С.383-389. (0,4 п.л.).
  8. Смирнова Т.В.  Третий возраст в сфере трудовых отношений / Т.В. Смирнова, Н.Н. Величко // Проблемы старения и долголетия. 2004. № 2. С.193-201. (0,4 п.л.).
  9. Смирнова Т.В. Работающие пенсионеры: современные реалии / Т.В. Смирнова  // Человеческие ресурсы. 2004. № 3. С.12-18. (0,5 п.л.).
  10. Смирнова Т.В. Возрастные основания дискриминации: геронтологический аспект / Т.В. Смирнова // Региональные агросистемы: экономика и социология: ежегодник. Саратов: ИАгП РАН, 2004. С. 59-62.  (0,4 п.л.).
  11. Смирнова Т.В. Трудовая занятость пенсионеров в России / Т.В. Смирнова, Н.Н. Величко // Проблемы старения и долголетия. 2002. № 4. С.447-455. (0,4 п.л.).

 

 

СМИРНОВА Татьяна Вячеславовна

КОНЦЕПТУАЛЬНЫЕ ОСНОВАНИЯ РЕАЛИЗАЦИИ

СОЦИАЛЬНО-ТРУДОВОГО ПОТЕНЦИАЛА

ПЕНСИОНЕРОВ ПО ВОЗРАСТУ

Автореферат

Корректор О.А. Панина

Подписано в печать 20.09.2010                                                    Формат 60х84 1/16

Бум. офсет.                                       Усл. печ.л. 2,0                      Уч.-изд.л. 2,0

Тираж 100 экз.                                  Заказ                                     Бесплатно

Саратовский государственный технический университет

410054, Саратов, Политехническая ул.,77

Отпечатано в Издательстве СГТУ. 410054, Саратов, Политехническая ул.,77

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.