WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Социальная идентичность в условиях трансформации российского общества

Автореферат докторской диссертации по социологии

 

На правах рукописи

 

 

ЛЕСКОВА ИРИНА ВАЛЕРЬЕВНА

 

СОЦИАЛЬНАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ В УСЛОВИЯХ ТРАНСФОРМАЦИИ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

 

Специальность 22.00.04 – социальная структура,

социальные институты и процессы

 

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора социологических наук

 

 

 

 

Москва – 2008

Диссертация выполнена на кафедре социологии социальной работы Российского государственного социального университета.

Научный консультант:                   доктор социологических наук, профессор

                                                          Танатова Дина Кабдуллиновна

Официальные оппоненты:             член-корреспондент РАО,

доктор социологических наук, профессор

Григорьев Святослав Иванович

доктор социологических наук, профессор

Казакова Ноила Дохиевна   

                                                        доктор социологических наук, профессор

Фролов Сергей Станиславович

Ведущая организация: Институт социально-политических исследований Российской Академии Наук (ИСПИ РАН)

Защита состоится __________  2009 года в 14 часов на заседании Диссертационного совета Д.212.341.01 по философским и социологическим наукам при Российском государственном социальном университете, по адресу: 129226, Москва, ул. Вильгельма Пика, д. 4, корпус 2, конференц-зал.

 

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Российского государственного социального университета (по адресу: 129226, г. Москва, ул. Вильгельма Пика, д. 4, корпус 3).

Автореферат разослан «___ »  2009 года

Ученый секретарь диссертационного совета                      И.В. Долгорукова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования определяется значимостью процесса формирования социальной идентичности как для теоретического осмысления нынешнего периода развития общества, так и для оценки практических тенденций и направленности происходящих в нем изменений.

Социальная идентичность особенным образом проявляется в эпоху социальных потрясений, крупных общественных перемен. Трансформация российского общества по пути преодоления советской социально-экономической, политической, социокультурной моделей в их различных проявлениях как на социетальном уровне, так и на уровне повседневности людей и широкого внедрения рыночных отношений затрагивает все пласты социальной жизни, институциональные формы социальности, векторы социального развития.

Социокультурные противоречия, социальная вариативность современного мира, неопределенность социальных ситуаций, многообразие принципов организации социальных общностей, видов деятельности, социальных ролей и групповых норм, противоречивые аспекты взаимовлияния разных культур отражаются в самосознании различных групп населения. Происходит стирание устоявшихся культурных границ и ценностей социальных категорий, посредством которых человек определяет себя и свое место в обществе – кризис идентичности наблюдается не только на уровне самосознания отдельной личности, но и в рамках поколений.

С 1990-х гг. XX века по настоящее время макросоциальные институциональные изменения в российском обществе потребовали адекватной теоретико-методологической основы их объяснения. Интенсивный характер изменений, их деструктивные формы (кризисы, социальные и духовные потрясения, социальные конфликты и т.д.), разноплановые последствия привели к сосуществованию различных теорий общественных изменений и их инструментальному использованию. К числу таковых относятся теории модернизации, глобализации, виртуализации, циклическая концепция, активистско-деятельностная парадигма, теория самоорганизации и др. Независимо от теоретической трактовки институциональных изменений, они, сами по себе, создали принципиально новые поля для исследователей. Одним из таковых, несомненно, актуальным для современного российского общества, является проблема идентификационных процессов в современной России. Условия современной России социально детерминируют процесс становления социальной идентичности, активно влияют на динамику и механизмы ее функционирования.

Новизна самого явления, своеобразие его субъектов и механизмов требуют адекватного их отражения в социологическом дискурссе. Это предполагает разработку целостной системы согласованных понятий, которая, с одной стороны, достаточно полно отражает суть исследуемых процессов и явлений, а с другой – органически вписывается в сложившиеся концепты социологии, составляя ее специфические домены.

Все это в совокупности определило объективную необходимость и актуальность социологического исследования социальной идентичности российского населения в социокультурных условиях современной России.

Степень научной разработанности проблемы исследования.

Проблема социальной идентичности является объектом исследования многих отраслей научного знания. Методологические основания социологии не отрицают, а интегрируют в себе наиболее значимые и продуктивные подходы. Это, прежде всего, фундаментальные классические работы М. Вебера, Э. Гидденса, Э. Дюркгейма, Г. Зиммеля, О. Р. Мертона, Т. Парсонса, П. Сорокина.

Работы Т. Мак-Портленда, С. Холла, Ю. Хабермаса, Н. Даудрих,          Т. Козловой, М. Заковоротной, И. Кона, О. Малиновой и других представляют интерес для определения методологического подхода к исследованию идентичности личности на современном этапе развития социологии.

Особенности формирования социальной идентичности в современных социокультурных условиях рассмотрены в трудах зарубежных и российских ученых З. Баумана, У. Бека, А. Гидденса, О. Тоффлера, Д. Келлнера, Ж. Аттали, подходивших к проблематике идентичности в дискурсе модернизма и постмодернизма. Специфика культурного пространства России уточняется в публикациях известного польского ученого П. Штомпки, а также в трудах известных отечественных ученых Б. Грушина, А. Малинкина, В. Шаповалова, А. Захарова, М. Брыкина, Л. Бызова, А. Закамулина, А. Приепы и др.

Особенности становления идентичности личности в трансформирующемся, кризисном социуме показаны в работах отечественных ученых В. Ядова, Е. Даниловой, С. Климовой, П. Козыревой, О. Дудченко, А. Мытиль, Г. Дилигенского, Ю. Левады, В. Миранович, А. Шадже и других. С точки зрения социокультурных изменений в современном обществе социальная идентичность рассмотрена в исследованиях Л. Ионина, А. Флиера, А. Дугина, Е. Семененко, Е. Устюговой, З. Млинар, Н. Рыбалкиной, А. Шарова, А. Глухих, В. Мартыновой, Т. Савицкой, В. Лыковой и других.

Исследования, выявляющие изменения ценностных ориентаций личности в современной России, проводились Г. Осиповым, М. Горшковым, Н. Тихоновой, М. Лисаускене, В. Поповой, Т. Рассадиной и другими.

В работах У. Уорнера, А. Смита, Т. Яковук, рассматривается феномен «общей», «коллективной», «национальной» идентичности с точки зрения их мобилизующей, интегрирующей роли. В трудах Ю. Волкова, Л. Дробижевой, Л. Ипатовой, А. Лукиной, С. Кропотова осуществляется поиск путей консолидации российского общества в рамках исследований общероссийской идентичности.

Изучению деятельности средств массовой информации и коммуникации, их места в социокультурных процессах и специфики воздействия на аудиторию посвящен широкий ряд фундаментальных и прикладных трудов в рамках социологии. Из работ зарубежных авторов отметим Т. Адорно, Э. Дэнниса, Д. Мэррила, Д. Рисмена, Г. Блумера, Г. Маклюэна и других. Из отечественных исследований – работы Л. Гримак, А. Пилипенко, М. Князевой, Д. Пьяных, В. Левашова, А. Саар и других.

Связь между формированием нового образа культурного пространства, в том числе глобального, и типом идентичности отмечали авторы, проводившие исследования в различных областях социогумапитарного дискурса, такие как Ф. Барт, И. Гофман, И. Нойман, М. Кастельс, Н. Хомский, У. Бек, X. Бей, 3. Бжезинский, A.С. Панарин, А. А. Зиновьев, А. Дугин, В. Цымбурский, В. Л. Каганский, Д. Н. Замятин, Н. А. Бутинов и другие.

Специфика региональной идентичности, представленная в работах Л.Д. Гудкова, Ю.Л. Качанова, Т.Н. Кувеневой, А.Г. Манакова, Е.Ю. Мелешкиной, Н.В. Петрова, А.И. Трейвиш, Н.А. Шматко, позволяет проследить особенности становления регионального сообщества в России.

Различные аспекты сущности социального государства анализировались В.В. Антроповым, В.И. Жуковым, М.В. Каргаловой, Л.Ф. Лебедевой, И.А. Ледях и др.

Таким образом, можно говорить о весьма значительном числе работ по вопросам социальной идентичности. Вместе с тем, несмотря на  обилие подходов к объяснению социальной идентичности, анализ научной литературы показывает, что исследования в данной области:

– сохраняют фрагментарный характер, не претендуя на целостное (в диалектическом единстве сущностного, структурно-логического, содержательного и других аспектов) отражения феномена социальной идентичности;

– слабо отражают системность глубоких и всесторонних изменений социальной идентичности под влиянием воздействия на нее условий перехода России к рыночным отношениям.

Таким образом, в настоящее время в российском обществе сложилось реальное противоречие между потребностью комплексного изучения социальной идентичности, процессов ее формирования и влияния на социальную жизнь общества и отсутствием системного научного исследования, представляющего собой социологическое решение проблемы, имеющей важное теоретическое и практическое значение.

Осознание этого противоречия явилось ключевым мотивом диссертационного исследования. Им обусловлены выбор темы, объекта, предмета, цели и задач работы.

Объектом исследования является социальная идентичность как социологический конструкт.

Предметом исследования качественные изменения социальной идентичности населения в условиях трансформации российского общества.

Цель диссертационного исследования: на основе анализа социокультурных трансформаций в российском обществе представить социологические подходы по формированию позитивной социальной идентичности. Цель исследования достигается на основе решения следующих задач:

определить сущность и концептуальные основы социологического исследования социальной идентичности;

– обосновать совокупность положений, определяющих теоретико-методологические ориентиры исследования динамики социальной идентичности российского общества;

– выявить дисфункции семьи как важнейшего института идентификации личности;

– раскрыть специфику влияния института образования на процесс формирования социальной идентичности;

– выявить возможности влияния средств массовой коммуникации в конструировании идентичности личности в условиях современной России;

– уточнить особенности формирования социальной идентичности в контексте глобализации;

– оценить социокультурные практики становления советской общности как социокультурного базиса формирования социальной идентичности российского населения;

– уточнить особенности формирования социальной идентичности россиян в процессе перехода к рыночным отношениям;

выявить основные изменения формированиясоциальной идентичности российского населения в современной социокультурной ситуации;

– определить функцию социального государства как основу формирования позитивной социальной идентичности;

– обосновать необходимость обеспечения государством духовной и образовательной безопасности российского общества как одного из условий перехода к интенсивному типу культурного воспроизводства и формирования позитивной социальной идентичности.

Теоретико-методологические основы исследования.  

При выработке исследовательской концепции использованы идеи структурно-функционального, интеракционистского, феноменологического и социопсихологических подходов. В качестве теоретических источников в рамках данных направлений применены работы  П. Бергера, И. Гоффмана, Э. Дюркгейма, М. Куна, Т. Лукмана, Т. Макпартленда , К. Маркса, Дж.Г. Мида, С. Московичи, Т. Парсонса, Г. Тэджфела, Дж. Тэрнера, 3. Фрейда,  Ю. Хабермаса, А. Хоннета, П. Штомпки, А. Шюца, Э. Эриксона.

Макросоциологический анализ позволил выявить значение и влияние внешних детерминант социальной идентификации различных факторов социокультурной среды; микросоциологический исследовать внутренние аспекты данного процесса: механизмы и динамику формирования идентичности субъекта, роль личностных факторов, разнообразие индивидуальных форм социальной идентичности личности.

Автор использует ряд плодотворных идей, которые весьма эффективно позволяют осмыслить дестабилизирующее социально-психологическое воздействие на постсоветское население радикальных перемен 1989-1991 гг., теорию посткоммунистической трансформации бывших социалистических стран, объясняющих постсоветские социально-политические изменения в рамках глобальных проблем мирового развития, теории изменения ценностей, соединяющие глобальные и национальные изменения ценностей и дающие им междисциплинарное объяснение.

На различных этапах исследования в диссертации был использован комплекс теоретических и эмпирических (как общенаучных, так и собственно социологических) методов; при сборе эмпирической социологической информации применялись анкетный опрос, контент-анализ, сравнительный и вторичный анализ, анализ статистатистической информации; при ее обобщении и интерпретации – подходы системно-генетического, сравнительного, исторического и социокультурного методов.

Эмпирическую базу составили исследования, проведенные под руководством или с участием автора:

– «Формирование региональной идентичности в современной России». Опрошено 650 человек в Курской области (апрель-май 2008 года). Выборка репрезентирует: пол, возраст, образование, тип поселения. Выборка квотная (руководитель И.В. Лескова);

– «Социальная идентичность жителей России». Опрошено 1500 человек в 15 субъектах 7 Федеральных округов Российской Федерации (ноябрь-декабрь 2007 года). Выборка репрезентирует: пол, возраст, образование, тип поселения. Выборка квотная (руководитель И.В. Лескова);

– «Семья. Демография. Социальное здоровье населения». Опрошено 2400 человек старше 18 лет в ноябре-декабре 2006 года. Выборка репрезентирует: пол, возраст, образование, тип поселения (руководители НИР: В. И. Жуков, Г. И. Осадчая).

Кроме того, проводился вторичный анализ результатов общероссийских опросов, осуществленных Институтом социологии РАН, Фондом Общественное мнение, ИКСИ РАН, РНИИС и НП, Институтом этнологии и антропологии РАН, Левада-центром, ИСЭПН АНТ и других.

Научная новизна диссертационного исследования:

– представлено авторское определение социальной идентичности и определен ее эвристический потенциал как одного из основных современных социологических конструктов для анализа состояния и тенденций развития российского общества;

– осуществлен анализ основных концепций социальной динамики, имеющих определяющее значение для целостного и комплексного исследования трансформации социальной идентичности российского общества;

– выявлены дисфункции семьи как важнейшего института идентификации личности;

– раскрыта специфика института образования как фактора формирования социальной идентичности;

– выявлены возможности влияния средств массовой коммуникации на конструирование идентичности личности в условиях современной России;

– уточнена специфика формирования социальной идентичности в контексте глобализации;

– дана оценка социокультурным практикам становления советской общности как социокультурного базиса формирования социальной идентичности российского населения;

– уточнены особенности формирования социальной идентичности российского населения в процессе перехода к рыночным отношениям;

выявлены основные изменения формирования социальной идентичности российского населения в современной социокультурной ситуации;

– определена функция социального государства как основы формирования позитивной социальной идентичности;

– обоснована необходимость обеспечения государством духовной и образовательной безопасности российского общества как одного из условий перехода к интенсивному типу культурного воспроизводства и формирования позитивной социальной идентичности.

Положения, выносимые на защиту:

1. С учетом анализа различных подходов к пониманию социальной идентичности последняя определяется как целостный, интегративный и дифференцированный процесс, благодаря которому устанавливается соответствие индивидов с внешним социокультурным пространством, в рамках которого люди отождествляют себя с некими социальными образцами действующими или действовавшими в обществе.

2. В диссертационном исследовании понятие «динамика» используется как парадигмальная категория, отражающая метаболизм, взаимодействие прямых и обратных связей, позволяющая исследовать социальные идентичности российского общества с точки зрения их процессуальной стороны. Применительно к социальной идентичности социодинамический (процессуальный) подход нацеливает на исследование глубинных ее характеристик, факторов и механизмов ее формирования. Динамические процессы, происходящие в обществе и социальных институтах, в значительной степени определяют параметры моделей формирующихся социальных идентичностей российского населения.

3. Семья является основополагающим элементом в процессе развития личности и ее идентификации. Она формирует базовые ценности, установки, нацеливающие индивида на поиск жизненного смысла, основанного на постижении духовно-нравственного идеала. Семья связывает индивида с национальными корнями, вводит в контекст национальной истории, формирует чувство причастности к судьбе своей страны. Тем самым семья создает дополнительные по отношению к другим институтам условия, гармонизирующие процессы социализации, индивидуализации и идентификации личности.

4. Образованию в процессе формирования позитивной социальной идентичности принадлежит главенствующая роль, поскольку оно влияет на сущностные характеристики всего общества, способствует развитию материально-технической, нравственной и культурной основы общества. Система образования осуществляет отбор культурной информации и трансляцию ценностных представлений и моделей идентификации, определяет этапы и методы освоения культуры. Социальная миссия образования заключается в том, что оно является инструментом общественного согласия, интеллектуальной основой гражданской консолидации, способом понижения избыточного социально-политического напряжения, поэтому образование – самый мощный и самый надежный механизм культурного воспроизводства и формирования позитивной социальной идентичности.

5. Специфика социокультурных условий современной России и развитие новых информационных технологий дает современным средствам массовой коммуникации потенциально большие возможности воздействия на личность и общество. В условиях кризисного состояния традиционных трансляторов идентичности (семьи, школы) средства массовой коммуникации стали приобретать роль ведущих агентов социализации, которые с помощью новейших технологий в массовом масштабе оказывают воздействие на сознание индивидов. Сегодня в рамках информационного пространства просматриваются конструктивная и деструктивная тенденции, направленные на формирование позитивной идентичности через представление о национальной культуре и истории, ощущение причастности каждого человека к социальному целому, артикуляцию социальной памяти. Вместе с тем, противоречие между ценностями аудитории и ценностями, лежащими в основе социокультурных образцов, транслируемых современными средствами массовой коммуникации, затрудняет осознанную позитивную идентификацию личности.

6. Глобализация вносит принципиально новый момент в организацию социокультурной деятельности современного человека, в процесс формирования его идентичности. Глобализация бросает вызов центральному положению национальных культур, национальных идентичностей и их институтов. В условиях фрагментации информационно-коммуникативной среды преобладают неформальные институты, что ставит под сомнение способность существующих социальных институтов обеспечивать стабильную идентификацию личности. Личность вынуждена приспосабливаться к ситуации социокультурной нестабильности, неустойчивости и быстротечности изменений социокультурного пространства путем поиска новых идентичностей. Процессы глобализации, виртуализации и фрагментации обусловливают разрыв социальной памяти, благодаря которой воспроизводится национальная и культурная идентификация.

7. Объективный характер советской идентичности создавался едиными для советского народа культурными институтами, системой образования, средствами массовой информации, единообразием институциональной организации в сферах социальной, политической и повседневной жизни: едиными нормами права, информационной инфраструктурой, системой социального обеспечения. Советский период характеризовался доминированием предписанной государственно-гражданской идентичности (советский человек) и соответствующего ей дискурса простоты и ординарности. Вместе с тем, проблема некоторых дифференцирующих признаков социальной идентичности игнорировалась в силу несоответствия идеологической программе утверждения полной социальной однородности в стране. В качестве важного участника процессов формирования советской социальной идентичности выступает государство.

8. В условиях социальной трансформации социокультурный контекст личностной идентификации приобретает особую значимость вследствие переструктурирования идентификационного пространства. Однако, своеобразие социальных идентичностей в решающей мере определяется субъективными личностными факторами. В результате – в одинаковой макросоциальной ситуации в рамках одной частной социальной идентичности возникают различные ее индивидуальные формы, которые основаны на разном восприятии субъектами своих социальных позиций.

9. Особенности формирования социальной идентичности российского населения обусловливаются в настоящий период такими обстоятельствами, как: исторический опыт и особенности его субъективного осмысления, последствия пережитой за годы реформации «культурной травмы», динамика материального положения, самоощущение своего социального статуса в обществе. Анализ динамики изменения социальной идентичности россиян за годы реформ позволяет сделать следующие выводы: во-первых, за этот период резко выросли идентификации, характерные для классовых обществ индустриального этапа развития – имущественная и политическая; во-вторых, в современном российском обществе образовались значимые мировоззренческие и ценностные расхождения, характерные для всех возрастных когорт; в-третьих, национальное самосознание россиян остается противоречивым. Слабость, недостаточная интенсивность общегражданской идентичности, компенсируется усилением роли этнических компонентов в процессе формирования самосознания.

10. Важнейшим условием формирования позитивной идентичности российского населения является построение социального государства. Последнее представляет собой не только особый тип высокоразвитого государства, в котором обеспечивается высокий уровень социальной защищенности всех граждан посредством активной деятельности государства по регулированию социальной, экономической и других сфер жизнедеятельности общества, но и формирует позитивную социальную идентичность. Социальное государство способствует достижению высокого уровня сближения целей и гармонизации отношений государственных институтов, общества и личности. Цель социального государства – переход к общественной системе, базирующейся на развитии самого человека, его духовном обогащении и культурном совершенствовании. Реализация этой цели способствует формированию позитивной (внутренне непротиворечивой) социальной идентичности. Современное российское государство можно определить как социальное, находящееся в стадии своего становления.

11. В настоящее время одним из факторов, несущим духовную угрозу обществу, является разрушение культурообразующего ядра современного российского высшего профессионального образования, превращение его в узкоспециальное. Для обеспечения устойчивого развития личности, общества и государства, формирования позитивной идентичности подрастающего поколения необходимо, чтобы государственная образовательная политика была направлена на воспроизводство образованного человека, сочетающего в себе целостное знание выбранной профессии с объемными представлениями о мире, высоким уровнем духовности и индивидуальной культуры и успешно решала свои главные задачи, в числе которых 1) социализация человека через его погружение в культурную среду; 2) создание условий для приобретения каждым членом общества широкого базового образования, позволяющего в случае необходимости достаточно быстро переключаться на смежные области профессиональной деятельности; 3) гармонизация отношений человека с природой и обществом.

Научно-теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования состоит в возможности определить господствующие типы идентичности и поведенческих отношений граждан России, а также показать, каким образом изменение представлений о собственной социальной идентичности может повлиять на духовно-нравственные, социальные, политические и экономические процессы в стране. Основные положения и выводы могут быть использованы в процессе разработки общеметодологических основ стратегии дальнейшего развития российского общества, в том числе путей реформирования различных сфер жизни. Теоретико-методологические результаты исследования могут быть использованы в процессе преподавания курса общей социологии, при разработке спецкурсов по социологии личности, социологии культуры, социологии семьи и социологии образования.

Апробация и внедрение результатов исследования. Основные положения диссертации докладывались и обсуждались на отечественных и международных научных конгрессах, семинарах и конференциях: на международной научно-практической конференции «Социальная модернизация в России» (Курск, май 2005); на VII Всероссийском социально-педагогическом конгрессе «Современное социальное образование: опыт и проблемы модернизации» (Москва, июнь 2007); на XI Международном социальном конгрессе «Глобализация: настоящее и будущее России» (Москва, ноябрь 2006); на XI Международном социальном конгрессе «Глобализация: настоящее и будущее России» (Москва, ноябрь 2006); на XII Всероссийском социально-педагогическом конгрессе «Современное социальное образование: опыт и проблемы модернизации» (июнь 2007); на XV социологических чтениях «Социальные изменения и человек: социологический дискурс» (Москва февраль 2008); на Всероссийской научно-практической конференции  «Новые идентичности России: социально-антропологический ракурс» (Москва, апрель 2008); на XV годичных научных чтениях «Научные школы РГСУ: основные концепты и перспективы развития» (Москва, апрель 2008); на Всероссийской научной конференции «Россия: путь к социальному государству» (Москва, июнь 2008); на XIII Всероссийском социально-педагогическом конгрессе «Социальное образование и кадровое обеспечение социальной сферы» (Москва, июнь 2008); на II съезде союза социологов России (Москва июнь 2008); на III Всероссийском социологическом конгрессе «Социология и общество: пути взаимодействия» (Москва, октябрь 2008).

Основные положения и выводы по теме диссертационного исследования отражены в публикациях автора общим объемом 45,25 п. л., в том числе в 2 монографиях, 10 научных статьях, опубликованных в центральных периодических изданиях.

Структура диссертацииобусловлена целью и задачами исследования, а также избранной автором логикой его осуществления и включает введение, четыре главы (одиннадцать параграфов), заключение, список использованной литературы и приложения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, раскрывается степень изученности проблемы, формулируются объект, предмет, цель, задачи, методологические основы исследования, научная новизна, положения, выносимые на защиту, научная и практическая значимость результатов исследования.

В первой главе «Теоретико-методологические основы исследования социальной идентичности» представлены теоретико-методологические основания социологического исследования социальной идентичности; проанализированы социологические и междисциплинарные научные исследования, на основе которых выявлены модусы социальной идентичности.

В первом параграфе «Социальная идентичность как объект социологического анализа» уточняется понятийный аппарат, конкретизируется предметная область исследования, излагаются важнейшие теоретические и методологические идеи, послужившие основанием для изучения исследуемой проблемы.

В диссертации отмечается, что в настоящее время теоретическая категория идентичности оформилась в качестве важнейшей в рамках осмысления современных социально-экономических, политических и культурных процессов. Однако, несмотря на обилие теоретических и эмпирических исследований, она до сих пор является одной из самых сложных и теоретически многозначных. В зависимости от того, в какой области человеческого знания используется термин «идентичность», он приобретает свое значение и смысл.

Автор подчеркивает, что концепт идентичности впервые появляется в рамках психоанализа (З. Фрейд, Э. Эриксон). Введенный З. Фрейдом термин «идентификация» первоначально обозначал как бессознательный процесс подражания поведению или определенным качествам того лица, с которым индивид себя отождествляет. Э. Эриксон впервые начал исследовать идентичность как особый социокультурный феномен, выделив в нем основные аспекты его рассмотрения: чувство идентичности; процесс формирования идентичности; идентичность как конфигурация, результат этого процесса.

При анализе социальной идентичности автором обоснована возможность и необходимость ее исследования в рамках социологии на основе использования методологий и парадигм современной теоретической социологии. По мнению диссертанта, специфика социологического подхода к анализу социальной идентичности заключается в рассмотрении ее как социального феномена, доступного эмпирическому изучению, исследовании характера влияния различных социальных институтов на самоопределение личности, выявлении последствий наличия или отсутствия процесса идентификации.

Основы социологического изучения проблемы социальной идентичности были заложены в трудах Э. Дюркгейма, который поставил вопрос о механизмах формирования и роли влияния на индивида его связей с различными общностями. Не употребляя термина «идентичность», Э. Дюркгейм разработал теорию трансляции социальных идентичностей, раскрывая структуру и процессы конструирования «социальной сущности» личности, которая представляет собой систему «наиндивидуального», отражающего в индивидах групповую принадлежность (религиозные верования, моральные нормы и принципы и т.п.). Согласно Э. Дюркгейму, «социальная сущность» (социальная идентичность) передается в процессе социализации от поколения к поколению.

Анализируя исследования феномена социальной идентичности в различных направлениях западной социологии, диссертант выделяет две основные традиции при исследовании данного феномена: макросоциологическую и микросоциологическую. Макросоциологическая традиция (структурно-функционалистский подход) делает акцент на структурных механизмах личностной идентификации, обеспечивающих формирование «идентичностей для другого». В ней утверждается тезис о детерминированности социальной идентичности личности объективными рамками социокультурного развития. Индивиды оказываются перед фактом вынужденной идентификации своих социальных функций в данной официально легитимированной системе экономических отношений и разделения труда, в системе ролевых взаимодействий, регламентированных общепринятым ценностно-нормативным комплексом. Данному макросоциологическому подходу, акцентирующему временной аспект личностной идентификации в ракурсе воспроизводства социальных структур, противостоит микросоциологическая традиция (феноменологическое направление), уходящая корнями в понимающую социологию М. Вебера. В русле данного подхода социальные идентичности описываются и каузально объясняются как идентичности социальных деятелей, формирующиеся в комплексе отношений между партнерами в одной системе деятельности в русле собственной динамики этой системы. Как следует из вышесказанного, данный подход отдает предпочтение пространственному аспекту определения и формирования идентичностей.

Вместе с тем автор констатирует, что все проанализированные дискурсы исходят из интерпретации социальной идентичности как многоуровневой и изменчивой системы, как важнейшего фактора формирования и развития личности.

На основе обобщения различных подходов к изучаемому феномену, изложенные в классических и современных концепциях, диссертант уточняет понятие идентичности и идентификации, рассматривая идентичность как опосредованную социокультурной средой совокупность представлений личности о себе и своем положении в обществе. Под идентификацией понимается процесс формирования идентичности, в ходе которого приобретаются ценности, нормы, идеалы, роли, нравственные качества.

Автор отмечает, что в современных исследованиях проводится разграничение механизмов позитивной идентификации (личностного самоотождествления, имеющего положительный оценочный фон) и негативной идентификации (неприятия, отрицательного отношения к тому или иному социальному объекту). Результатом негативной самоидентификации, как правило, является негативная идентичность, которая предполагает отрицательную оценку субъектом своей социальной позиции.

Обобщив имеющиеся теоретические данные, диссертант приходит к выводу, что необходимым условием становления адекватной, устойчивой, внутренне непротиворечивой, позитивной идентичности, условием преодоления негативных последствий «кризиса идентичности», является репрезентация в рамках социокультурного пространства: поля самоутверждения и саморегуляции (воспроизводство и распространение позитивных социокультурных образцов, представление этих образцов в качестве личностных референций); образа будущего, относительно которого люди могли бы выстраивать свои собственные жизненные стратегии и одновременно – конструировать себя и будущее; «общей» идентичности – некоего «совместного знания», консолидирующего общность, формирующегося путем выработки и распространения в рамках социокультурного пространства общности императивов, служащих объединению ее членов.

С учетом анализа различных подходов к пониманию сути данного социального явления в научной литературе, диссертант определяет социальную идентичность как целостный, интегративный и дифференцированный процесс, благодаря которому устанавливается соответствие индивидов с внешним социокультурным пространством, в рамках которого люди отождествляют себя с некими социальными образцами действующими или действовавшими в обществе.

Во втором параграфе «Концептуальные подходы к анализу динамики социума и социальной идентичности» обосновывается совокупность положений, определяющих теоретико-методологические ориентиры исследования динамики социума и социальной идентичности российского общества.

Социальная идентичность подвержена прямому воздействию определенной нормативной, институциональной, культурной системы. Автор показывает, что в высоко динамичных обществах, подверженных процессам трансформации, воздействие этих структур утрачивает свойство стабильности и строгой структурированности. В таких обществах формируется неустойчивая, чрезвычайно дифференцированная идентичность, получившая название кризиса идентичности.

Автор считает, что социальную идентичность невозможно рассматривать вне исследований, касающихся проблемы динамики социума. В современном обществе понятие «динамика» становится парадигмальным, которое в социологических науках обозначает развитие, изменение какого-либо явления, социального процесса под влиянием действующих на него сил, противопоставляемое состоянию относительного равновесия. Особый интерес в связи с анализируемой проблемой представляют работы П.А. Сорокина,            П. Штомпки, В.С. Ахиезера, Т.И. Заславской, Р.В. Рывкиной, В.А. Ядова.

Фундаментальной работой по социальной динамике является энциклопедический труд П.А. Сорокина «Социальная и культурная динамика». Ученый определяет социальные изменения как изменение качественных и количественных характеристик наблюдаемого социального объекта в течение определенного времени. П. Сорокин полагал, что основными причинами социальных изменений являются внутренние, имманентные причины. Факторы внешней среды, как и другие внешние обстоятельства, могут замедлить или ускорить внутрисистемные процессы, но не в состоянии изменить программу развития, заложенную в систему. Система самодетерминирует свою эволюцию, что, по мнению П. Сорокина, эквивалентно свободному развитию. Согласно ученому, влияние внешних сил необходимо учитывать, но их воздействие не в состоянии изменить последовательность фаз развития системы.

Наиболее полную инвентаризацию теоретических подходов по социальной динамике, по мнению автора, содержит работа П. Штомпки «Социология социальных изменений». Концепция «социального становления», выражающая состояние «общества в действии», и концепция социального поля предлагаются П. Штомпкой в качестве альтернативных моделей социальной динамики. Возникновение концепции социального поля ученый связывает с двумя обстоятельствами: во-первых, желанием сосредоточить внимание на всепроникающих динамических качествах социальной реальности; во-вторых, дематериализацией социальной реальности, когда возникает «образ поля». П. Штомпка отмечает, что наметились тенденции не рассматривать человеческое общество и его компоненты (социальные группы, организации) в качестве объектов, а изучать события с точки зрения их динамической или процессуальной стороны.

Проблематику социальной трансформации относят к активно обсуждаемым с отечественной и зарубежной науке. Идеи трансформации с начала 90-х годов прошлого века разрабатываются и в отечественной социологической науке и применяются в структурно-функциональном анализе общества, социокультурном и идеологическом аспектах (3.Т. Голенкова, Т.И. Заславская, В.А. Ядов и др.). Трансформация представляет собой особый тип изменений, происходящих в индустриальных и урбанизированных обществах. Для менее развитых и развивающихся обществ она связана с разнообразными процессами догоняющего развития при переходе от диктатуры и авторитарной системы к демократии, от командно- административной и плановой экономики к рыночной (Л.Я. Косалс, Н.Ф. Наумова, Р.В. Рывкина и др.).

Автор показывает, что проблема трансформации является наименее разработанной и наиболее дискуссионной в социологической литературе, которая определяется как смена социальных форм в процессе перехода из одного качественного состояния в другое, имеющих несколько векторов направленности: конструктивный, стагнационный, деструктивный. По характеру управления трансформационные изменения могут быть целенаправленными и хаотичными (неуправляемыми). Конструктивная трансформация предполагает такое изменение социальных форм, такие селективные процессы, в результате которых происходят прогрессивные изменения и повышается качество социальной жизни. Деструктивная трансформация больше связана с архиезацией социальных структур, их «тяготением» к таким соци­альным формам, которые сложились в более простых условиях и не отвечают возросшей сложности мира (А.С. Ахиезер). Стагнационная трансформация занимает срединное положение между конструктивной и деструктивной формами и характеризует внешнее изменение социокультурных норм без приобретения нового качества. Основополагающим в данном исследовании является понимание социальной трансформации как фундаментального социокультурного процесса, приводящего к тем или иным качественным изменениям, развитию (прогрессу) или упадку (регрессу) общества, последствиями которых могут выступать такие явления, как аномия, маргинализация, формирование «негативной идентичности».

Проведенный анализ основных понятий и исследовательских концепций динамики социума и социальной идентичности позволил диссертанту сделать следующие выводы. В социальных теориях понятие «динамика» используется как парадигмальная категория и имеет несколько смысловых аспектов: динамика как процесс, характеристика современности, социальное изменение, направленность изменения, характеристика различных состояний, рост показателей (динамический рост), рост разнообразия, новый этап развития, непрерывное воспроизводство, нелинейность и многолинейность развития и др. Динамические качества социальной реальности становятся всепроникающими, а тенденции изучать события с точки зрения их процессуальной стороны – все более доминирующими.

Процессы, происходящие в обществе и социальных институтах диалектически взаимосвязаны. Применительно к социальной идентичности социодинамический (процессуальный) подход нацеливает на исследование глубинных ее характеристик, факторов и механизмов ее формирования.

Во второй главе «Институциональные основы трансформации социальной идентичности российского населения» определяется роль семьи как важнейшего механизма идентификации личности; раскрывается специфика института образования как фактора формирования социальной идентичности; анализируются возможности влияния средств массовой коммуникации на конструирование идентичности личности в условиях современной России; выявляются особенности формирования социальной идентичности в контексте глобализации.

В первом параграфе «Идентификации личности в семье» анализируется статус и роль семьи как важнейшего механизма идентификации личности.

Автор подчеркивает, что семья является основным институтом воспроизводства человеческих поколений, их первичной социализации и идентификации. Она обладает огромным ресурсом формирования базовых ценностей, установок, нацеливающих человека на поиск жизненного смысла, основанного на постижении духовно-нравственного идеала. Семья создает естественные условия формирования личности, гдене только закладываются ее основополагающие качества, но и происходит их продуктивное развитие. Семья связывает личность с национальными корнями, вводит в контекст национальной истории, формирует чувство причастности к судьбе своей страны. В этом смысле семья является важнейшим фактором инкультурации личности, без чего формирование положительной социальной идентичности невозможно.

Диссертант показывает, что в современных условиях семейная социализация и идентификация детей затрудняется разнообразием и неоднозначностью бытующих в обществе ценностей. Поскольку воспитание подрастающего поколения является предметом заботы одновременно и семьи и государства, характер социализации индивидов во многом зависит от степени согласованности их интересов.

В работе отмечается, что семья, являясь вторичной по отношению к государству, не может быть самостоятельной в своей жизнедеятельности, ибо система любого государственного устройства заинтересована в ее развитии и укреплении во имя сохранения самой себя. Государство заинтересовано, прежде всего, в ориентации своих граждан на тот идеал личности, который идеологически необходим ему. Поэтому, используя систему социальных институтов, оно включает в данную ориентацию семью как один из самых мощных среди них.

Отсюда, по мнению автора, возникает два противоречия. Первое противоречие связано с рассогласованием ценностей государства и ценностей семьи. Существует огромное количество семей, чьи идеалы и жизненные смыслы не совпадают с государственными задачами или большинство из них отвергаются. Сохраняя и оберегая свой внутренний микромир от вмешательства государства, семья обрекает темсамым своих детей на противопоставление себя огромному давлению, которое рано или поздно будет направлено государством против них. Тоталитарные государственные системы особенно строго и жестко распространяют свое влияние на семью. Демократические же правления предпочитают проблемы семей предоставлять решать им самим. Поэтому вопросы семьи и воспитания подрастающего поколения особенно остро стоят сегодня в российском обществе, гдегосударственные интересы по отношению институтов семьи, брака, воспитания практически не проявляются. Таким образом, противоречие обостряется тем, что государство почти полностью игнорирует интересы семьи, не вмешиваясь в ее внутреннюю жизнь и не намечая перед собой перспективных задач по оздоровлению нравственного состояния российского общества через институт семьи. С одной стороны, сегодня семья лишилась государственного диктата, что может рассматриваться как положительный результат демократических преобразований, а с другой – множество семей обречено на физическое самовыживание, где вопросы воспитания не могут стоять на первом плане из-за того, что семья вынуждена думать, прежде всего, об удовлетворении первичных (базовых) потребностей.

Второе противоречие, по мнению автора, связано с тем, что на общенациональном уровне российское общество сегодня не имеет идеалов, которые необходимы для самоидентификации подрастающего поколения. Ни государство, ни общество не ставят перед собой задачу поиска объектов для идеалов, но и вообще осмысления проблемы идеала как такового. Ориентация личности на определенную модель идеала в процессе воспитания очевидна. Идеал выступает, с одной стороны – как конечная цель идентификации, а с другой – как инструмент самого процесса воспитания. Психокультурный механизм, раскрывающий стремления и действия личности к идеалу, наполняет его идентификационным содержанием и придает воспитательному процессу законченность и завершенность. Продуктивность действия механизма во многом зависит от ориентации на идеал в единстве всех его составляющих – официального (государственного), неофициального (на уровне национального сознания) и личностно-индивидуального выбора объекта для идентификации. Однако отсутствие идеала на двух уровнях усиливают его значимость на третьем – индивидуальном уровне. Именно данный уровень придает особое значение семье, которая в принципе ответственна за наличие идентификационного объекта для воспитания. Если идеология на уровне государства самоустраняется от предоставления идентификационных объектов, то подросток находит их сам. Найденный объект для идентификации может обладать разрушительными чертами, содержать в себе антинациональные тенденции личностной ориентации. В этом видится сущность идеологического кризиса современного российского общества, в котором пустую идентификационную нишу занимают личности, не отвечающие духовно-интеллектуальным ориентирам самосознания отечественной культуры. Устойчивость идентификационных объектов в лице родителей дает подростку большую духовную защищенность и ограждает его от влияния иных, неблагожелательных идеалов.

Во втором параграфе «Образование как институт социализации и идентификации личности» выявляются особенности системы образованиякак фактора формирования социальной идентичности.

Автор подчеркивает, что система образования является одной из базовых систем современного общества, наиболее значимым фактором формирования социальной идентичности. Поэтому попытки рефлексии любых социокультурных процессов современности приводят к переосмыслению роли и места образования в общественной жизни.

К важнейшим родовым характеристикам образования, по мнению диссертанта, относятся системность и непрерывность, единство процессов социализации и инкультурации личности, генетическая связь с национальной безопасностью, устойчивым развитием, культурным воспроизводством. Именно с этих позиций система образования рассматривается в диссертации как одно из наиболее значимых средств социокультурного воспроизводства общества, как основное средство социализации и инкультурации личности, что связано с реализацией образованием его нормативных функций.

Автор показывает, что одной из главных задач системы образования является трансляция ценностных представлений и моделей идентификации. По сути, речь идет о формировании в процессе образования определенной модели мира, в том числе социального.

В диссертации осуществлена интерпретация истории российского высшего образования и проведен анализ российской образовательной политики (на диахронном и синхронном уровнях) с точки зрения выявления детерминант, обусловливающих соответствие и внутреннее единство высшего образования и культурного воспроизводства; на фоне исторической традиции определяются актуальные социокультурные особенности современного российского высшего профессионального образования.

Анализ истории российского высшего образования, которое ведет свое начало с XVII века, показывает, что отечественная традиция состоит в гармоничном соединении профессиональной и общеобразовательной компоненты в содержании высшего образования. В работе на конкретных примерах показано, что, несмотря на то, что российское высшее образование во все времена тяготело к  профессионализации, параллельно с социализацией оно всегда осуществляло инкультурацию молодого поколения. На протяжении столетий это обеспечивало ему устойчивый статус одного из наиболее мощных факторов культурного воспроизводства и формирования позитивной культурной идентичности.

Автор показывает, что диалектика взаимосвязи содержания профессионального и общего образования в рамках высшего образования всегда устанавливалась в России регулятивными механизмами – государством, системой управления, что также является российской традицией. В России между культурным воспроизводством и властными механизмами существовала особая связь, выражающаяся в том, что последние являлись эффективным инструментом культурной доминации, инструментом формирования культурного сознания общества, одним из механизмов реализации которых в России на протяжении веков была система высшего профессионального образования.

Очевидно, что в начале ХХI века лицо российского высшего образования определяет такая социокультурная особенность, как узкая специализация. Ставя перед собой лишь задачу подготовки специалиста к профессиональной деятельности, современное высшее образование постепенно утрачивает свой статус значимого фактора культурного воспроизводства, что негативно сказывается на формировании позитивной культурной идентичности личности.

К этому выводу приводит анализ содержания современной российской государственной образовательной политики, отраженного в таких законодательных актах, как Закон об образовании, Закон о высшем и послевузовском образовании, Национальная доктрина образования в Российской Федерации на период до 2025 года, Федеральная программа «Развитие образования в России», Концепция модернизации российского образования на период до 2010 года.

В ходе анализа установлено, что современная российская государственная политика в области образования имеет весьма противоречивый характер. В большинстве проанализированных государственных документов нормативные функции высшего образования сужаются до социально-профессионального воспроизводства, то есть культурновоспроизводственная функция высшего образования рассматривается как факультативная, а само высшее образование – только как средство социализации молодого поколения. В диссертации доказывается, что современная российская государственная образовательная политика нацелена на рыночно-прагматический принцип развития, констатируется, что культурное воспроизводство не стало приоритетом современной российской государственной политики, несмотря на то что прямая корреляция экономической, технологической и социальной модернизации с образовательным обеспечением ее человеческого ресурса давно доказана российскими социологами и признана в странах, достигших экономического успеха.

Автор приходит к выводу, что поскольку образование сегодня не выполняет свою функцию инкультурации, а средства массовой информации, создающие содержательные доминанты информационной среды, не отражают ценности национальной культуры, ее психически стабилизирующая роль не может быть выполнена в полной мере. Это важнейшая причина роста деструктивных процессов в психике отдельного человека и общества в целом. Многие исследователи констатируют наступление кризисов, связанных с культурной идентификацией. Причем их разрешение возможно единственным путем – путем культуры, путем диалога с иными смыслами, в процессе которого обретается потерянная система бытийных координат (В.С. Библер).

Во втором параграфе «Средства массовой коммуникации как фактор трансформации социальной идентичности» анализируются возможности влияния средств массовой коммуникациина конструирование идентичности личности в условиях современной России.

В диссертационном исследовании подчеркивается, что средства массовой коммуникации (печать, радио, телевидение, Интернет) наряду с семьей и системой образования относятся сегодня к важнейшим агентам социального влияния на личность. С одной стороны, это связано с глобальными макросоциальными изменениями. Современный мир все чаще категоризуют как информационное общество, то есть как такую социально-экономическую и социокультурную реальность, в которой информация становится самостоятельным экономическим и социальным ресурсом, определяя как процессы материального и духовного производства, так и социальную стратификацию. С другой стороны, усиление роли информационных агентов влияния определяется их специфическими особенностями, которые оказываются максимально востребованы человеком современной эпохи. Ускорение темпов общественного развития, возрастание числа неопределенных социальных ситуаций и отсутствие жестких оснований для социальной идентификации постоянно ставят перед человеком задачу ориентировки в усложняющемся социальном мире, а средства массовой коммуникации в силу интерпретативногохарактера передаваемых ими сведений позволяют решить эту задачу максимально «удобным» способом. Подаваемая ими «информация уже прошла через отбор, классификацию, категоризацию фактов и явлений общественной жизни. Человек получает в итоге интерпретацию информации, как бы ее объективный характер ни подчеркивался. Собственно перед каждым обыденным человеком социальный мир уже определенным образом «обозначен» средствами массовой информации» (Г.М. Андреева).

В диссертационном исследовании отмечается, что в настоящее время средства массовой коммуникации фактически представляют собой систему неформального образования, просвещения различных слоев населения. Они весьма существенно влияют на усвоение людьми всех возрастов широкого спектра социальных норм и на формирование ценностных ориентаций личности. Важной особенностью современных средств массовой коммуникации является их нарративный характер. Через масс медиа внедряются ценности и модели поведения, санкционируемые или несанкционируемые обществом.

Определяя возможности влияния средств массовой коммуникации на личность и общество, диссертант учитывал зависимость такого влияния от объективных условий жизни людей, нравственной атмосферы в социуме. В условиях кризисного состояния традиционных трансляторов идентичности (семьи, школы) происходит возрастание доли оперативной информации (относительно структурной и фундаментальной). В этих условиях значение средства массовой коммуникации как референтного источника информации постоянно растет. Если в минувшую эпоху трансляция информации структурировались в соответствии с различными параметрами – возрастными, социальными, образовательными, профессиональными, по интересам, что соответствовало как ценностным структурам социума, так и его стратификации, то в постсоветский период эта четкая структурированность утрачивается и исчезает. Картина, которую представляют собой современные средства массовой коммуникации, аморфна, расплывчата, вторична. В советский период существовал четкий образ-модель человека, на который ориентировалась вся структура средств массовой коммуникации. В условиях кризиса идентичности исчезает и образ «идеального потребителя продукции видеокультуры» масс медиа, совершенно необходимый для функционирования технологической системы массовой коммуникации.

Автор отмечает, что средства массовой коммуникации предоставляют современному человеку больший простор поиска оснований для социальной идентификации. Сегодня дело даже не только в том, что информация, передаваемая через средства массовой коммуникации, расширяет перед индивидом возможности выбора группы принадлежности, ибо дает более широкий перечень различных групп, их спектр и совершенствует оценку их со стороны потребителя информации. Значительно большая интерактивностьсовременных информационных потоков (прежде всего, телевизионных и электронных) определяет и большие возможности непосредственного активного участия человека в этом процессе, возможности конструирования своей социальной идентичности. Манипуляционный характер современных средств массовой коммуникации затрудняет формирование позитивной социальной идентичности личности, условием становления которой является возможность личного поиска и изучения себя, при гибкой поддержке социальных институтов.

Диссертант подчеркивает, что средства массовой коммуникации сами по себе не в состоянии трансформировать социальную реальность, но им вполне по силам изменить представления о ней. В силу теоремы Томаса «если люди определяют некоторые вещи как реальные, то они становятся реальными в своих последствиях», средства массовой коммуникации способны влиять на изменения конкретных социальных процессов.

Автор приходит к выводу, что основными задачами, которые необходимо ставить сегодня перед средствами массовой коммуникации являются: 1) формирование (рефлексия) «общей» идентичности; 2) работа с процессами коллективной памяти – передача, сохранение, распознавание и реконструкции фреймов социальной памяти; 3) разметка поля самоутверждения и саморегуляции, формирование образа будущего; 4) репрезентация пространства повседневности (И. Климова).

Диссертант подчеркивает, что реализация средствами массовой коммуникации указанных задач способствует становлению позитивной социальной идентичности и является одним из важнейших условий преодоления негативных последствий «кризиса идентичности».

В третьем параграфе «Глобализация как фактор трансформации социальной идентичности» выявляются особенности формирования социальной идентичности в контексте глобализации.

Автор отмечает, что появление и активное употребление в научной литературе и в средствах массовой коммуникации термина «глобализация» характеризуется широким разбросом мнений по поводу его содержания. В диссертационном исследовании автор определяет глобализацию как исторический процесс формирования и достижения предельной целостности человечества в результате роста взаимозависимости, взаимосвязи и взаимопроникновения, что существенным образом трансформирует идентификационные процессы.

Глобализация действительно вносит принципиально новый момент в организацию социокультурной деятельности современного человека, анализ именно этого аспекта воздействия глобализации составляет неотъемлемую часть изучения ее социальных последствий. Важнейшим следствием глобализации культурных процессов является формирование глобальных по своему охвату и масштабу феноменов, структур, социальных метасистем, все в большей степени определяющих характер изменений современного мирового сообщества.

Автор показывает, что в современных концепциях глобализация выступает не столько в виде конкретного исторического феномена, обладающего определенными экономическими, социальными, коммуникационными или иными параметрами, сколько как некий обобщающий символ перемен, переживаемых в последние десятилетия мировым сообществом. Один из важнейших параметров этих перемен – громадное расширение той сети социальных связей, в которые включен индивид; оно сопровождается возрастающей дестабилизацией этих связей и часто – распадом устойчивых человеческих общностей, способных «вооружать» индивида набором четких норм, ценностей, мотивов. С появлением новых форм фиксации опыта, вызванных техническими новациями, и повлекшими за собой формирование виртуальной аудиовизуальной культуры, обостряется проблема изменения идентичности индивида.

В диссертации отмечается, что в методологическом плане глобализация всегда есть преодоление границ. Так, создание Интернета стало возможно потому, что границы для потоков информации либо не устанавливались, либо отменялись. Вступление в ВТО открывает страну для иностранных товаров. Здесь снятие границ вызывает процесс установления единого информационного, или финансового, или рыночного пространства, то есть некоего единообразия. Но взаимодействие культур, устранение границ для обмена культурными ценностями не ведет к единообразию, т.е. утверждению единой культуры. Особенности различных культур, а, следовательно, их многообразие сохраняются.

Значимым явлением культурной глобализации является феномен эффекта поликультурности – сосуществования на территории национального государства различных культур. В отличие от характерного для XIX – начала XX в. культурного единства, когда культура этнического большинства доминировала, и этнокультурные меньшинства ассимилировались или абсорбировались в качестве субкультурного сообщества, мультикультурализм предполагает не поглощение, не иерархию, а плюрализм культурных традиций.

Автор отмечает, что значимым следствием глобализации являются процессы транскультурации, претендующие на «схватывание» в гетерогенном поле культуры мира множества межкультурных взаимодействий, коммуникаций, диалогов, свидетельствующих об обретении пространства культуры свойством коммуницируемости. Транскультура предполагает диффузию исходных культурных идентичностей по мере того, как индивиды пересекают границы разных культур и ассимилируются в них». Транскультурные процессы органически присущи глобализационной парадигме, являясь следствием усилившихся процессов культурного взаимодействия в мировом масштабе.

Результатом глобализации становится прогрессирующая униформизация и гомогенизация социально-экономических, политических и культурных процессов. Психологическое отражение всех этих явлений в групповом сознании, как отмечает П. Штомпка, имеет амбивалентный характер. С одной стороны, люди все чаще начинают мыслить в категориях общей судьбы, общих угроз и надежд. Появляется региональная идентичность («мы – европейцы»), а также зародыши истинно мировой солидарности. С другой стороны, глобализация мобилизует оборонительное сознание, направленное на защиту утраченной или утрачиваемой культурной самобытности, собственных обычаев, традиций, верований, образа жизни. Усиливается локальная идентичность.

Автор показывает, что глобализация информационно-коммуникативной среды ведет к разрушению власти институтов, которые лишаются в лице государства координирующего центра, что обуславливает процесс ослабления современных национально-государственных институтов и формирование интернациональных социальных институтов. Фрагментация превращает социальные институты в некоторые аморфные образования, которые не позволяют индивиду идентифицироваться в статусно-ролевой системе информационно-коммуникативной среды. В итоге нарастают трудности идентификации в рамках референтных групп. В условиях фрагментации информационно-коммуникативной среды преобладают неформальные институты, что ставит под сомнение способность существующих социальных институтов обеспечивать стабильную идентификацию личности. Личность вынуждена приспосабливаться к ситуации социокультурной нестабильности, неустойчивости и быстротечности изменений социокультурного пространства путем поиска новых идентичностей (В.В.Зотов).

Автор отмечает, что процессы глобализации, виртуализации и фрагментации обуславливают разрыв социальной памяти, благодаря которой воспроизводится национальная и культурная идентификация. «Размывание» социальной памяти конкретной нации или культуры по глобальной информационно-коммуникативной среде затрудняет идентификацию, в том числе и социально-ролевую в рамках существующих социальных институтов.

В третьей главе «Социальная идентичность жителей России в контексте социокультурных изменений» исследуется опыт становления советской общности и соответствующей идентичности; анализируется процесс формирования социальной идентичности российского населения в процессе перехода к рыночным отношениям; определяются основные направления социальной самоидентификации российского населения в современной социокультурной ситуации.

В первом параграфе «Социокультурный базис формирования социальной идентичности российского населения» анализируется опыт становления советской общности и соответствующей ему идентичности.

В диссертации подчеркивается, что формирование социальной идентичности в российском обществе, так же как и составляющие элементы этого сложнейшего процесса, не могут быть поняты вне контекста культурных и межличностных отношений в бывшем Советском Союзе, без учета противоречивого исторического опыта становления и развития советской общности и соответствующей ей идентичности.

Автор выделяет основные институциональные моменты в организации советского общества, которые выступают как наиболее важные для формирования системы идентификации в пределах советского пространства и не теряют своей значимости для постсоветской России.

1) Советское государство, контролирующее все сферы общественной жизни и осуществляющее нравственный диктат в отношении общества. Приоритетом советского государства было сохранение и поддержание социалистической системы в противовес западному капиталистическому сообществу.

2) Идеология, служившая средством самоидентификации индивида как человека «советского». Идеология, как культурный институт, выполняла роль идентификационной доминанты и легитимации господствующей картины мира и порядка социальной стратификации.

3) Преобладание мобилизационных и репрессивных механизмов интеграции, включающих крайние формы принуждения и подавления, над культурными и духовными механизмами интеграции общества (Т.И. Заславская).

Советская политическая система покоилась на нескольких незыблемых принципах, важнейшими из которых являлись: принцип целостности или тотальности; принцип иерархии; принцип целенаправленности (Л.Г. Ионин).

Социокультурным базисом советской социальной идентичности являлась крупная межэтническая мегаобщность людей, сформировавшаяся на основе интернациональных культурных ценностей и идеалов. Эта общность выступала как реальное системное единство культурной, политической, идеологической структуры социалистического общества и социальной идентичности советского человека.

Исходя из методологии П. Сорокина в исследовании социокультурной динамики, советское государство можно причислить к социокультурной суперсистеме смешанного типа, в котором идеологический (ценностный) компонент был идеалистическим, а экономико-социальный – идеациональным. Советский человек жил и гордился принадлежностью к непотребительской, «идейно высокой» суперсистеме. Общество «работало» на воплощение «социалистических идеалов», таких как социальная справедливость, национальное равенство, полная трудовая занятость, моральная чистота, исконно созвучных русскому человеку (В.И. Добреньков). В этом смысле специфика советской идентичности определялась преимущественно ее ценностно-нормативным, духовным характером.

Диссертант показывает, что советская цивилизация как социокультурная система при всей ее полиэтничности и поликультурности обладала уникальнымивнутренними структурными особенностями, обусловившими ее экспансию и жизнестойкость – легкую приживаемость в этнокультурных средах и надежную выживаемость в несоциалистическом политическом и культурном окружении. Важными ее особенностями являлись: надэтническая идентификация советских граждан; интенция, выраженная в идее прогресса, неустанного совершенствования советского человека и общества, – идее, дающей идеальный стимул к развитию и базу для высокой личностной и коллективной самооценки.

Автор отмечает, что в советском государстве процессы идентификации формировались по принципу глубокой оппозиции «мы-они», противостояния «чужому» Западу, постоянно угрожающему советскому человеку. Идеологема «врага» являлась наиболее значимой, своего рода опорной точкой для понимания всего комплекса смыслов, воспроизводимых советской репрессивно-идеологической машиной и не теряющих своей актуальности в постсоветскую эпоху. Прежде всего, фигура врага важна для поддержания внутреннего напряжения, что в определенной степени обеспечивает легитимацию мобилизационного характера, оправдывая систему репрессий.

Автор показывает, что в рамках советского общества, духовное неизбежно переплетено с политикой. Советская социальная идентичность в реальности определялась не столько формальной классовой принадлежностью, сколько разнообразными социально-антропологическими факторами: этнокультурной близостью и спецификой этнического происхождения, с одной стороны; с другой стороны – способностью или возможностью человека к надэтнической интеграции в повседневной жизни, спецификой советской гражданской идентичности (М.Е. Попов).

Основные характеристикисоветской надэтнической идентичности автор формулирует следующим образом: подчинение этнических интересов интернациональным, надэтническим интересам; равенство и суверенитет этно-культур; самоопределение и добровольное объединение народов; сотрудничество народов в социалистическом строительстве на основе взаимопомощи; единство воли и действий коммунистических и рабочих партий; «пролетарская солидарность», тесное объединение рабочего и социалистического национально-освободительного движения в борьбе за мир и социальный прогресс.

Во втором параграфе «Социальная идентичность российского населения в переходный период» анализируется социальная идентичность российского населения в процессе перехода к рыночным отношениям.

В диссертационной работе, опираясь на теоретические подходы отечественных и зарубежных исследований, анализируется социологический аспект переходности. Сущностные черты переходного общества обстоятельно рассматриваются в работах Р.В. Рывкиной, по мнению которой, переходность – «это такое состояние экономики и общества, когда во всех их компонентах, во всех структурах сохраняются черты двух социально-экономических систем: той, от которой начали уходить, и той, к которой вроде бы начали двигаться. Переходность – это сочетание «духа социализма» и «духа капитализма» в одной и той же реальности – в одном и том же обществе, в одних и тех же людях, в одном и том же интервале исторического времени». Причем переходность, как подчеркивает исследователь, – это комплексный феномен: черты переходности несут в себе и государство, и проводимая им политика, и социальная стратификация, и сознание жителей страны. Важно отметить, что переходность возникает вследствие сочетания «пережитков социализма» с отнюдь не «чистыми» моделями капиталистического поведения, а с особыми российскими феноменами – такими, как неплатежи, рэкет, разные формы ухода от налогов, бартер, фиктивная занятость. В результате в 1990-е гг. сложилась особая переходная структура массового поведения и сознания, которая отличает переходный процесс в России от аналогичных процессов в других странах (Р.В. Рывкина).

В.С. Ахиезер относит переходность (транзитивность) к атрибутивным признакам всей российской истории. В условиях социальной трансформации процессы модернизации носят специфический характер, связанный с возникновением рецидивов. В результате периодически возвращающейся, рецидивирующей модернизации происходит усиление стихийных процессов, увеличивается социальная дифференциация и социальное неравенство. Вечно догоняющий характер такой модернизации интерпретируется населением как вызов истории.

Противоречивые тенденции переходного периода стали основой распространения кризиса коллективной идентичности. В. Хесле утверждает, что сущностью кризиса коллективной идентичности является «…уменьшение идентификации индивидов с коллективной реальностью, которую они прежде поддерживали. Причины этого кризиса отчасти аналогичны причинам кризисов индивидуальной идентичности». В качестве главных факторов общекультурного кризиса идентичности человека можно назвать отрицание символов, распад коллективной памяти, представленной традициями, а также утрату веры в общее будущее, дисгармонию между описательным и нормативным образами «Я», прерывность в истории, несоответствие между представлением культуры о самой себе и ее образами в других культурах, чувство неполноценности относительно более совершенной культуры.

В работе дается анализ картины идентификационных предпочтений россиян и соотношение различных типов и видов их идентичностей (зафиксированные различными эмпирическими исследованиями) с целью выявления доминирующих векторов идентификационных стратегий.

Автор показывает, что официальная иерархия социальных идентичностей в России веками строилась по этакратическому принципу – в направлении от макро- к микроуровню (сверху – вниз): держава («советский народ») – община (колхоз, трудовой коллектив и т.д.) – семья – индивид. Это проявлялось и на уровне обыденных идеологий – большая часть населения бывшего СССР с гордостью причисляла себя к мощной национально-гражданской общности «советский народ» и достаточно болезненно переживала ее распад. С разрушением этой устоявшейся иерархической идентификационной матрицы произошла массовая дезидентификация населения, и каждый оказался в ситуации «сам по себе».

Уникальность трансформирующегося социокультурного пространства, формирующегося в России, заключается в глубокой массовой дезориентации, утрате целостности общества, его самопознания и самоопределения, тотальном кризисе идентичности на различных уровнях социальной организации. Перестали работать и исчезли традиционные культурные коды, не стали обеспечивать комфортность и адаптативность личности профессиональные, культурные, экономические идентификации. Возникающие новые идентичности не обеспечивали личности целостности, благополучия, полноценности социальной и культурной жизни, а наоборот усиливали кризис идентичности.

Переживание состояния маргинализации внутри индивида приводит к маргинальной самоидентификации. Личность не может соотнести себя не с одной статусной или ролевой позицией. Подвижка целых социальных пластов, радикальные изменения, которые наблюдают и интерпретируют люди, привела к «провисанию» прежних критериев самоидентификации и отнесения себя к тому или иному социальному слою. Явление статусной рассогласованности на рубеже веков в российском обществе привело к тому, что многие люди до сих пор затрудняются найти свое место в социальной иерархии, не зная какую стратификационную ось принять за основу. Следует учитывать так же и значимость языка, понятийных конструкций в процессе легитимации новых социальных институтов. Отсутствие формальных определений для новых социальных явлений, например, новых форм занятости в российской экономике, стало основой для маргинальной самоидентификации. «Мимикрия» как способ социально-психологической адаптации, приобретает значимость в коррекции взглядов, норм поведения и ценностных ориентаций. Здесь способность личности «мимикрировать» иногда выражается в амбивалентности моральных воззрений, в несогласованности между исповедуемыми идеями и принципами нравственности, с одной стороны, и реальным уровнем моральных требований к себе и окружающим с другой.

Автор делает вывод, что в условиях переходного периода социокультурный контекст личностной идентификации приобретает особую значимость вследствие переструктурирования идентификационного пространства. Однако, своеобразие социальных идентичностей в решающей мере определяется субъективными личностными факторами. В результате – в одинаковой макросоциальной ситуации в рамках одной частной социальной идентичности возникают различные ее индивидуальные формы, которые основаны на разном восприятии субъектами своих социальных позиций.

В третьем параграфе «Социальная идентичность российского населения в современных социокультурных условиях» раскрываются процессы формирования социальной идентичности россиян в современных условиях.

В диссертационном исследовании отмечается, что за период осуществления рыночных реформ в массовом сознании российского общества произошли глубокие качественные изменения, повлекшие пересмотр многих устоявшихся принципов и механизмов социальной идентификации.

На основе собственного социологического исследования и сравнительного анализа данных ряда исследований социальной идентичности населения, осуществленных по репрезентативным общероссийским выборкам в период с момента начала реформ по 2008 год, автор делает вывод, что на протяжении рассматриваемого длительного периода социальных трансформаций сохраняется устойчивая тенденция доминирования такой ранговой группы, как микросоциальная идентичность. Наиболее значимы для россиян первичные малые группы: семья и дружеский круг (компания). Согласно опросу 2007 года, часто испытывали чувство общности с ними около двух третей респондентов. Неизменно важной в постсоветском обществе остается роль коллектива (в основном трудового и учебного) – номинацию «товарищи по работе, учебе» стабильно выбирают более половины респондентов.

Во вторую ранговую группу иерархии включены номинации, которые отмечали от четверти до половины участников опросов (в разные годы). Здесь представлены, главным образом, конструируемые общности мезосоциального уровня: поколенческие, профессионально-трудовые, а также «общность с людьми, разделяющими те же взгляды на жизнь или верования» (в этой номинации может подразумеваться целый ряд идентичностей: мировоззренческие, стилевые, корпоративные, конфессиональные и др.)

По мнению исследовательского коллектива из Института социологии РАН, чувство общности для россиян связано не столько с единством социальных позиций как таковым, сколько с «экзистенциальной близостью», сопровождающееся особым внутренним, духовным «родством». Поэтому ряд вышеуказанных конструируемых символических общностей в сознании респондентов в большинстве случаев ассоциируется с «малым социальным миром» и их повседневной жизнью. Как показывает качественный анализ эмпирических данных, близость людей по мировоззренческим, поколенческим, социопрофессиональным критериям обусловлена общностью повседневных идеологий, формируемых в ходе личностных контактов и личного общения.

Третью группу иерархии составили пять номинаций, которые ввиду общего снижения численных показателей позитивной самоидентификации респондентов в последнем из анализируемых опросов (2007 г.) оказались в числе аутсайдеров. Именно они демонстрируют наибольшее снижение частоты упоминаний. Можно констатировать, что данная группа номинаций представляет ряд социальных идентичностей, актуализированных в период постсоветской трансформации: а) этническая («общность с людьми той же национальности») и территориально-поселенческая («общность с людьми, живущими в том же городе, поселке») идентичности, несущие защитно-компенсаторную нагрузку (как все виды идентификации с традиционными общностями); б) имущественно-слоевая идентификация «с людьми такого же материального достатка», ставшая реальностью, особенно в периоды «шоковых» социально-экономических реформ; в) социально-политическая идентичность (в опросах – номинация «общность с людьми, близкими по политическим взглядам»), испытавшая бурный «взлет» в первые перестроечные годы и постепенное «падение» ипоследующие периоды, выразившееся в современной политической индифферентности значительной части наших сограждан; г) новая общенационально-гражданская идентичность «граждане России» («россияне»), возникшая в соответствии с изменившегося официальной идеологией взамен ныне виртуальной общности с «советским народом». Последняя стала выполнять компенсаторную функцию для людей, относящих себя к категории «проигравших в результате реформ».

Автор отмечает, что в период социальной трансформации произошло расщепление предписанной национально-гражданской идентичности «советских людей» на государственно-гражданскую и этническую, а в ряде субъектов федерации – возникновение еще и особых региональных (или этнонациональных) идентичностей. Причем, на протяжении последних лет сохраняется заметное преимущество в самоопределениях индивидов этнических, этнонациональных критериев над гражданскими и общенациональными.

Согласно исследованиям, проведенным Институтом социологии РАН (2007 г.) модель социальной структуры России приобрела к концу 2007 г. более «сглаженный» характер, что позволяет утверждать: социальная структура российского общества, построенная на основе оценки самими россиянами своего места в нем, приближается в настоящее время к модели, характерной для стабильно развивающихся стран, где большинство населения ощущают себя представителями средних слоев, а пребывание в состоянии «социальных аутсайдеров» – удел сравнительного меньшинства.

Диссертант делает вывод, что в ходе социокультурных преобразований, происходящих в современном российском обществе, расширяются возможности индивидуального альтернативного выбора среди разнообразных идентификационных образов в поливалентной социальной реальности. Личность приобретает потенциальную возможность «миграции» по множеству доступных (как реально, так и виртуально) социальных полей с целью произвольного конструирования своей множественной социальной идентичности на основе дифференцирующих признаков и привычных традиционных (гражданство, этническая, профессиональная, семейная, принадлежность и т.п.) и принципиально новых видов (объем частной собственности, политические пристрастия, мировоззренческие черты, особенности стиля жизни и т.д.)

Автор подчеркивает, что в условиях социальной трансформации прежние механизмы формирования социальных идентичностей зачастую оказываются нефункциональными. Они модифицируются, приобретая иной вид и сущность. К подобным «модифицированным» механизмам социальной идентификации личности, выявляемым в современном российском обществе, диссертант относит следующие: идентификация через «виртуальные страты», идентификация «от противного», маргинальная идентификация, «инверсионная» идентификация. Все указанные механизмы нацелены, главным образом, на облегчение адаптации индивидов к изменяющимся социокультурным условиям.

Однако, как отмечает автор, нестабильность социальных взаимодействий, в русле которых осуществляются процессы социальной самоидентификации, зачастую препятствуют формированию устойчивых достигнутых личностных идентичностей. Результаты массовых опросов показывают, что в постсоветский период наблюдалось распространение в российском обществе идентичности несформированного типа в таких формах, как кризисная и диффузная. В данных условиях доминировала социальная идентификация адаптивного характера. Соответственно, если данные современных эмпирических исследований свидетельствуют о наличии у определенной части населения сформированной достигнутой социальной идентичности, то это может служить индикатором результативности адаптационных процессов на личностном уровне.

На основе анализа собственных социологических исследований и результатов других эмпирических исследований диссертант делает вывод, что в пореформенной России сосуществуют два полярных типах мировоззрения, две модели альтернативного видения мира: традиционный, ориентированный на патернализм и модернизационный, ориентированный на рыночные ценности. Выделяется и та часть населения, которую следует охарактеризовать, как носителей промежуточного типа сознания, сочетающего в себе элементы традиционализма и модернизма. Наличие среди российских граждан носителей разных типов мировоззрения свидетельствует о приверженцах среди них разных моделей развития общества.

Анализ динамики изменения социальной идентичности россиян за годы реформ позволил автору сделать следующие выводы: во-первых, за этот период резко выросли идентификации, характерные для классовых обществ индустриального этапа развития – имущественная и политическая; во-вторых, в современном российском обществе образовались значимые мировоззренческие и ценностные расхождения, характерные для всех возрастных когорт; в-третьих, национальное самосознание россиян остается противоречивым. Слабость, недостаточная интенсивность общегражданской идентичности, компенсируется усилением роли этнических компонентов в процессе формирования самосознания.

В четвертой главе «Условия и тенденции формирования позитивной социальной идентичности российского населения» выявляются основные условия и предпосылки формирования позитивной социальной идентичности российского населения.

В первом параграфе «Построение социального государства как основа формирования позитивной социальной идентичности» определяется сущность социального государства как основы формирования позитивной социальной идентичности.

В работе подчеркивается, что социальная идентичность формируется в процессе социализации личности в рамках определенных институциональных и стратификационных систем, а также соответствующего ценностно-нормативного комплекса. Важнейшим социальным институтом, влияющим на формирование позитивной социальной идентичности, является государство. Специфика государства, отличающая его от других общественных организаций, проявляется в том, что оно формулирует и выполняет единую волю и единый интерес всех своих граждан и в этом отношении служит всему обществу (Ф.И. Шамхалов). Государство, как общенациональный социально-политический институт организует систему общественных отношений людей, создает благоприятные условия для формирования и укрепления национального сознания населения. Однако, как показывает автор, в процессе реформирования российского общества произошла деформация государства как социального института. Государство оказалось генератором множества социальных конфликтов в экономике и обществе (Р.В. Рывкина). Одной из главных дисфункций российского государства стала неэффективность социальной политики.

Автор показывает, что слабость российского государства сказалась на его имидже. Оно воспринимается как малоэффективное, слабое и лишенное общенациональной идеи развития. Хотя следует отметить, что за последнее время наметились определенные позитивные тенденции в изменении образа российского государства. Однако, как показывают социологические исследования, эмоциональная составляющая имиджа российского государства находится, в целом, в отрицательной зоне семантического пространства, что свидетельствует о преобладающем негативном фоне восприятия данного политического института. Все это вызывает также негативное или индифферентное отношение к государственным символам, которые призваны формировать и закреплять образ государства в массовом сознании (А. Киркин).

Автор увязывает формирование позитивной социальной идентичности с построением социального государства. Диссертант отмечает, что функции социального государства по отношению к обществу вытекают из его назначения и связаны с обеспечением достойной жизни всех граждан. Социальное государство способствует достижению высокого уровня сближения целей и гармонизации отношений государственных институтов, общества и личности. Центральное место среди всех направлений деятельности социального государства принадлежит социальной политике, которая реализуется главным образом через управление социальной сферой. Цели социальной политики заключаются в увеличении возможностей и ресурсов личности и общества для воспроизводства и роста жизненных сил, повышении уровня и качества жизни граждан, создании системы защиты человека от возможных социальных рисков, связанных с невозможностью самостоятельно обеспечивать себя, недопущении резкого материального и социального неравенства между всеми социальными группами, стимулированию социальной активности. В диссертации отмечается тенденция к постоянному увеличению функций государства в социальной сфере в зависимости от изменения представлений о человеческом достоинстве.

В диссертации выделяются материальные, политические, юридические и духовные предпосылки становления социального государства. Автор отмечает особую значимость духовных предпосылок, выражающихся в доминировании в обществе отношения к человеку как высшей ценности, уважении и охране достоинства каждой личности, ее права на жизнь, свободное развитие, реализацию способностей (В.И. Жуков).

Идея социального государства предполагает, что человек в первую очередь самостоятельно несет ответственность за собственное благополучие, поэтому большое значение имеет политика в области занятости населения. Содействие занятости населения позволяет решить проблему социальной интеграции, минимизировать неравенство социальных возможностей мужчин и женщин, трудоспособного населения и лиц пожилого возраста, людей с ограниченными возможностями в силу состояния здоровья, людей разных национальностей.

Важным показателем социальной политики является институциализация разрешения разногласий и утверждения системы общечеловеческих ценностей в сфере труда. Диссертант указывает, что институт социального партнерства, будучи инструментом установления социальной справедливости в отношениях между трудом и капиталом, позволяет государству осуществлять посредническую роль в процессе достижения равновесия интересов работников и работодателей.

Современная концепция социального государства предусматривает высокий уровень социальной защиты населения, которая включает в себя  развитие систем социального страхования, социального обеспечения и социального вспомоществования, осуществление социальной защиты семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов, пожилых и других слабо защищенных категорий граждан, улучшение демографической ситуации, борьбу с бедностью. Диссертант отмечает, что значение государственной социальной защиты в современном государстве обусловлено особенностями постиндустриального общества, значительную часть которого составляют наемные работники. Никакие другие общественные институты не могут обеспечить даже минимальный уровень благосостояния всем нуждающимся, действенные и надежные социальные гарантии могут быть установлены только государством.

Выполнение социальных программ в области образования, здравоохранения, жилищного строительства, социального обеспечения напрямую зависит от экономических возможностей общества. В диссертации проанализирована роль социального государства в экономической сфере. Отмечается, что в современной литературе нет дискуссии по поводу необходимости «присутствия» государства в экономике. Основной проблемой является одновременное  решение двух противоположных задач: проведение мер, направленных на непрерывный рост национального богатства при сохранении свободы рыночных отношений и предпринимательства, а с другой стороны, перераспределение ресурсов между различными социальными группами с целью выравнивания их фактического положения.

Современное государство воздействует на экономические процессы  путем правового регулирования рыночных отношений. Диссертант отмечает, что важными составными частями экономической политики являются налогообложение, которое необходимо устанавливать на принципах равенства и справедливости, защита конкуренции, создание условий для частной инициативы. В диссертации делается вывод, что все сферы деятельности в социальном государстве объединены принципами социальной справедливости и солидарности.

На основании проведенного исследования диссертант приходит к заключению, что, в целом, в Российской Федерации заложены правовые основы социально-экономического развития, способствующие выполнению задач, стоящих перед социальным государством. Однако при этом диссертант солидарен с позицией большинства исследователей, отмечающих, что пока Россию можно назвать лишь страной, находящейся на переходной стадии к социальному государству. Данная позиция отражает реальное положение вещей, так как социально-экономические показатели не позволяют прийти к выводу о созданном в России обществе благосостояния.

В диссертации отмечены основные препятствия реализации конституционных положений о социальном государстве – это так называемая «трудовая бедность», расслоение населения, неблагоприятная демографическая ситуация, снижение социальных гарантий. Становление основ рыночной экономики происходило в России хаотично, негативные последствия принесла проведенная с нарушениями законности  приватизация государственной собственности. Возникновение малочисленной группы крупных собственников препятствует здоровой конкуренции и развитию частной инициативы, что затрудняет создание экономической основы для финансирования социальных программ.

Автор делает вывод, что современное российское государство можно определить как социальное, находящееся в стадии своего становления.

Во втором параграфе «Духовная и образовательная безопасность как необходимое условие формирования позитивной социальной идентичности» обоснована необходимость обеспечения государством духовной и образовательной безопасности российского общества как одного из обязательных условий перехода к интенсивному типу культурного воспроизводства и формирования позитивной идентичности.

Автор подчеркивает, что традиционно важнейшими составляющими безопасности государства считались политическая, военная, техногенная, экологическая, экономическая. В настоящее время становится актуальным вопрос о безопасности духовной и тесно связанной с ней образовательной безопасности. В настоящее время духовную угрозу обществу несут самые различные факторы и явления. В диссертации доказывается, что одним из них является разрушение культурообразующего ядра современного российского высшего профессионального образования, превращение его в узкоспециальное. Сегодня в России игнорируется идея о существовании особой связи между высшим образованием и национальной и государственной безопасностью, хотя очевидно, что высшее образование действует на всех уровнях безопасности – личности, общества, государства, что без широкообразованных высококвалифицированных кадров немыслима экономическая, военная, технологическая и всякая другая безопасность государства.

В определении понятия «духовная безопасность» автор солидаризуется с А.С. Запесоцким, который трактует ее как «систему условий, позволяющую культуре и обществу сохранять свои жизненно важные параметры в пределах исторически сложившейся нормы». Их выход за рамки нормы ведет к распаду общества как целостной системы, кризису национальной самоидентичности.

Понятие образовательной безопасности определяется в общественных науках как «защищенность системы образования от дестабилизирующего воздействия внутренних и внешних угроз, как способность государства сохранять и развивать национальную образовательную систему, гарантируя при этом каждому члену общества возможность получения качественного образования, в том числе и высшего, и обеспечивая тем самым устойчивое развитие как личности, так и общества, государства» (И. Майбуров). Сохранение и развитие национальной системы высшего образования, которое, по этому определению, необходимо для образовательной безопасности, исключает узкопрофессиональный подход потому, что он расходится с исторически сложившейся традицией и противоречит приоритетам культурного воспроизводства. Для обеспечения «устойчивого развития личности, общества и государства» необходимо, чтобы система высшего образования воспроизводила образованного человека, сочетающего в себе целостное знание выбранной профессии с объемными представлениями о мире и высоким уровнем духовности и индивидуальной культуры и успешно решала свои главные задачи, в числе которых 1) социализация человека через его погружение в культурную среду; 2) создание условий для приобретения каждым членом общества широкого базового образования, позволяющего в случае необходимости достаточно быстро переключаться на смежные области профессиональной деятельности; 3) гармонизация отношений человека с природой и обществом.

Образовательная безопасность имеет свои уровни. В диссертации выделяются три ее уровня: нормальное состояние системы образования (отсутствие внешних и внутренних угроз развитию образования или такое слабое их влияние, что оно упреждается плановыми действиями системы управления), предкризисное (существенное воздействие внешних и внутренних угроз на развитие образования, снижение эффективности работы системы образования, необходимость принятия существенных мер) и кризисное (значительное ослабление сопротивляемости угрозам, далекое от оптимального состояние системы образования, необходимость вмешательства государства и мобилизации всех ресурсов). Сегодняшняя ориентация высшего профессионального образования на подготовку узких специалистов свидетельствуют о кризисном уровне образовательной безопасности в России.

Автор считает, что для преодоления кризиса социологам необходимо выработать комплексы показателей (индикаторы) и методики определения уровня образовательной безопасности всех составляющих образовательной системы, включая систему высшего образования. В диссертации утверждается, что одним из важнейших и самых объективных показателей реального состояния высшего профессионального образования как фактора культурного воспроизводства является уровень культурной компетентности студентов и выпускников высшей школы. Для обеспечения духовной и образовательной безопасности как необходимого условия перехода к интенсивному типу культурного воспроизводства государственная образовательная политика должна быть направлена на стабильное воспроизводство высокого уровня культурной компетентности выпускников российских вузов; в государственном образовательном заказе в области высшего образования должны закладываться основные параметры культурной компетентности. Параллельно с этим встает задача разработки методики определения уровня культурной компетентности выпускников высшей школы. Эта сложнейшая проблема может быть решена только комплексно, при условии взаимного сотрудничества специалистов разных областей.

В заключении подводятся итоги проведенного исследования, формулируются основные выводы и практические рекомендации для дальнейшей разработки проблемы.

Основные публикации по теме исследования

Монографии, брошюры, научно-методические работы

1. Лескова, И.В. Теоретические аспекты формирования социальной идентичности [Текст]: монография / И.В. Лескова. – М.: Изд-во РГСУ «Союз», 2007. – 9,4 п.л.

2. Лескова, И.В. Трансформация социальной идентичности в российском обществе: социологический анализ [Текст]: монография / И.В. Лескова. – М.: Изд-во РГСУ «Союз», 2008. – 17,5 п.л.

Публикации в изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ

3. Лескова, И.В. Социокультурная идентичность: теоретические и прикладные аспекты [Текст] / И.В. Лескова // «Государство и право». – М., 2007. – №4 (1,8 п.л.).

4. Лескова, И.В. Информатизация общества: правовые проблемы [Текст] / И.В. Лескова // «Государство и право». – М., 2007. – №8 (2,1 п.л.).

5. Лескова, И.В. Социокультурная идентичность: теоретические и прикладные аспекты [Текст] / И.В. Лескова // Социальная политика и социология. Междисциплинарный научно-практический журнал. – М., 2007. – №3 (1,26 п.л.).

6. Лескова, И.В. Маргинальность и культурная идентификация молодежи [Текст] / И.В. Лескова // Социальная политика и социология. Междисциплинарный научно-практический журнал. – М., 2008. – №2 (0,65 п.л.).

7. Лескова, И.В. Культура и процесс идентификации личности [Текст] / И.В. Лескова // Ученые записки РГСУ. – 2008. – №2 (0,9 п.л.).

8. Лескова, И.В. Проблема культурной идентичности в процессе глобализации [Текст] / И.В. Лескова // «Социально-гуманитарные знания», научно образовательное издание Министерства образования РФ. – М., 2008. – №6 (1,0 п.л.).

9. Лескова, И.В. Культурное наследие российского общества в системе современной социальной идентичности [Текст] / И.В. Лескова // Междисциплинарный научно-практический журнал «Социальная политика и социология». – М.2008. – № 5(41)  (1,2 п.л.).

10. Лескова, И.В. Социализация и инкультурация как механизмы формирования идентичности личности [Текст] / И.В. Лескова // Научные ведомости БелГУ: философия, социология, право. – 2008. – вып. 5 (0,5 п.л.).

11. Лескова, И.В. Проблема культурной идентичности в ситуации кризиса ценностей [Текст] / И.В. Лескова // Ученые записки РГГУ. – 2009. – № 2 (0,9 п.л.).

Публикации в других научных изданиях

12. Лескова, И.В. Социокультурная динамика социальной идентичности [Текст] / И.В. Лескова // Модернизация России: социально-правовые аспекты. Материалы межрегиональной научно-практической конференции/КИСО (филиал) РГСУ. – Курск, 2005 (0,9 п.л.).

13. Лескова, И.В. Социальная идентичность и жизненный мир человека. [Текст] / И.В. Лескова // Модернизация России: социально-правовые аспекты. Материалы межрегиональной научно-практической конференции/КИСО (филиал) РГСУ. – Курск, 2005 (0,54 п.л.).

14. Лескова, И.В. Политический спор и его особенности. [Текст] / И.В. Лескова // Сборник: социальная жизнь России: теории и практики. Материалы XIII Социологических чтений РГСУ. – М., 2006 (0,2 п.л.).

15. Лескова, И.В. Противоречия социализации личности в современном спорте. [Текст] / И.В. Лескова // Сборник: материалы 14 социологических чтений. – М.: Издательство РГСУ, 2007 (0,45 п.л.).

16. Лескова, И.В. Стратегии идентификации современной молодежи. [Текст] / И.В. Лескова // Сборник: Всероссийская конференция, посвященная молодежи. Курск, 2007 (0,5 п.л.).

17. Лескова, И.В. Идентификация личности в современной социокультурной ситуации. [Текст] / И.В. Лескова // Сборник, посвященный 15-летию РГСУ. – М.: Издательство РГСУ, 2007 (0,5 п.л.).

18. Лескова, И.В. Проблема консолидации российского общества: поиск путей. [Текст] / И.В. Лескова // Научное издание: социальные ресурсы гражданского общества в России: от конфликта к консолидации. Материалы XIV Социологических чтений РГСУ. – М.: Издательство Логос, 2008 (0,45 п.л.).

19. Лескова, И.В. Политический миф и его особенности. [Текст] / И.В. Лескова // Научное издание: качество социальной жизни в изменяющейся России. – М.: Издательство Логос, 2008 (0,2 п.л.).

20. Лескова, И.В. Проблема культурной идентичности современных обществ. [Текст] / И.В. Лескова // Сборник тезисов третьего всероссийского социологического конгресса «Социология и общество: проблемы и пути взаимодействия». – М.: Издательство Государственный университет – Высшая школа экономики, 2008 (0,2 п.л.).

21. Лескова, И.В. Социокультурные процессы в контексте глобализации. [Текст] / И.В. Лескова // Научный и учебно-методический ежегодник РГСУ «Актуальные проблемы социальной безопасности в современном российском обществе: новые явления, технологии, диагностики, профилактики и эффективного обеспечения». – М.: Издательство РГСУ, 2008 (0,5 п.л.).

22. Лескова, И.В. Семья как институт первичной социализации и идентификации личности [Текст] / И.В. Лескова // Россия: духовная ситуация времени. М.: изд. РГСУ «Союз», 2008.– № 1-2 (1,3 п.л.).

23. Лескова, И.В. Роль института образования в идентификации личности [Текст] / И.В. Лескова // Россия: духовная ситуация времени. М.: изд. РГСУ «Союз», 2008.– № 3-4 (1,2 п.л.).

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.