WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Исторический опыт и уроки кооперативного движения на Северном Кавказе в годы НЭПа (1921-1929 гг.)

Автореферат докторской диссертации по истории

 

На правах рукописи

 

 

 

Алиев Ахмад Шерпудинович

Исторический опыт и уроки кооперативного

движения на Северном Кавказе в годы НЭПа

(1921-1929 гг.)

Специальность 07.00.02 – Отечественная история

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

 

 

 

Москва – 2011


Работа выполнена на кафедре отечественной истории

исторического факультета

Ярославского государственного педагогического университета

имени К.Д. Ушинского

 

Научный консультант: доктор исторических наук, профессор

                                              ИБРАГИМОВ Мовсур Муслиевич

Официальные оппоненты:

доктор исторических наук,

профессор                               Данильченко Сергей Леонидович

доктор исторических наук,

профессор                                Ковалева Элеонора Валентиновна  

доктор исторических наук,

профессор                                Нечипас Юлия Викторовна

 

Ведущая организация: Московский государственный гуманитарный    

университет им. М.А.Шолохова

Защита состоится  27 июня 2011 года в ____ часов на заседании диссертационного совета Д 212.154.01 при Московском педагогическом государственном университете по адресу: 119571, Москва, пр.Вернадского, д.88, ауд. 817.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке МПГУ по адресу: 119992, ГСП-2, Москва, Малая Пироговская ул., д.1.

Автореферат разослан                                               «____» мая 2011 года

Ученый секретарь

диссертационного совета                                           Киселева Л.С.


I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы исследования определяется задачами становления свободного рынка в современной России, который на протяжении двух последних десятилетий формируется преимущественно по зарубежным образцам без учета отечественного опыта. Опора на исторические традиции кооперативного движения способна придать национальный характер развитию рыночной экономики в современной России, сгладить противоречия между государством и мелким производителем. Особый интерес представляет опыт кооперативного движения в национальных республиках Северного Кавказа, где ярко проявилась его специфика, определяемая политическими, экономическими и территориальными особенностями региона.

Дополнительную актуальность теме исследования придает необходимость формирования в России гражданского общества, существование которого невозможно без системы объединений и форм деятельности граждан, возникающих в целях защиты индивидуальных и групповых интересов путем самоорганизации общества помимо государственного регулирования его жизни. В этой связи следует обратить внимание на характер взаимоотношений между государством и кооперацией в период укрепления Советской государственности в 1920-е гг.

Период НЭПа является одновременно эпохой яркого расцвета кооперативного движения и, одновременно, его поэтапного вытеснения элементами плановой экономики. Подобное противоречие между структурами гражданского общества и государственной власти традиционно для России. Еще до революции имперская модель модернизации несла в себе глубинное противоречие между поощрением технологических и хозяйственных новшеств и традиционной политической системой. При этом государство играло не только сдерживающую, но и стабилизирующую роль для разрозненных очагов гражданственности: земств, университетов, кооперации, общественных движений. Можно согласиться с Б.Н. Мироновым, который применительно к России под элементами гражданского общества имеет в виду те «социальные группы населения, общественные и сословные организации и институты, которые образовали обособленную, самостоятельную идейно-общественную силу, в той или иной степени оппозиционную официальной власти, но в то же время легитимную, признаваемую государством и всем обществом и которые оказывали влияние на официальную власть разными способами, но, главным образом, посредством общественного мнения». Кооперативное движение на Северном Кавказе в годы НЭПа автор впервые рассматривает с точки зрения взаимосвязи институтов традиционного общества, гражданского общества и централизованного аппарата государственной власти.

Степень изученности проблемы. Историографическое пространство по проблемам кооперации на Северном Кавказе формировалось в тесной связи с изменениями социально-политической атмосферы в стране. Периодическое оживление интереса к различным аспектам истории нэповской кооперации наблюдалось в 1920-е, 1960-е и в конце 1980-х гг. Каждый исторический отрезок времени характеризовался своими методами и подходами к изучению проблемы кооперативного движения. В соответствии с этим можно условно выделить четыре самостоятельных периода в историографии. Первый приходится на 1920-е гг., второй - на начало 1930-х - середину 1950-х гг., третий - на середину 1950-х - середину 1980-х гг., четвертый продолжается с конца 1980-х гг. до настоящего времени. Подобная периодизация является устоявшейся в отечественной историографии и исходит из общественно-политических условий, в которых происходило приращение знаний, определялись теоретические подходы и тематическая направленность исследований.

Как важный инструмент восстановления мирной жизни страны и социалистического преобразования России, кооперация с самого начала 1920-х гг. оказалась в поле зрения политиков, хозяйственников и экономистов. Большинство публикаций тех лет несло на себе отпечаток политической конъюнктуры, доктринальных установок. В целом все большевики были единодушны в том, что будущая социалистическая экономика исключит частную инициативу и любые элементы рыночных отношений. Л.Д. Троцкий в 1923 г. на XII съезде партии заявил: «В конечном счете,… плановое начало мы распространим на весь рынок, тем самым поглотив и уничтожив его». В 1925 г. Н.И. Бухарин писал: «В конце концов, развитие рыночных отношений уничтожит само себя… и сам рынок рано или поздно отомрет, ибо все заменится государственно-кооперативным распределением производимых продуктов». Мнение Н.И. Бухарина интересно еще тем, что здесь он фактически предсказал ситуацию, сложившуюся в народном хозяйстве в годы первой пятилетки.

Работы первой четверти ХХ века отличались многоплановостью, широтой теоретических подходов и оценок, что во многом объясняется поиском перспективной модели развития народного хозяйства в переходный период. По мере изучения иностранной литературы и накопления собственного опыта вышел целый ряд научных и публицистических работ по кооперации. Среди них популярные труды иностранных и отечественных теоретиков и практиков кооперативного движения Кассау Т.О., Жида Ш., Мюллера Г., Тотомианца В., Зельгейма В.Н., Николаева А.А., Прокоповича С, Меркулова В.А. и др.

Региональная историография дореволюционного периода немногочисленна и в основном представлена работами руководителей и участников кооперативного движения. Несмотря на некоторую долю субъективизма, в этих работах представлен обширный фактический материал, предприняты вполне успешные попытки сделать первые выводы. Например, П.А. Миролюбов, находясь на должности губернского инспектора, детально описал состояние и деятельность Ставропольской потребительской кооперации, В.А. Мошков приводит интересные сведения об особенностях кооперативного движения на Кубани и в Терской области. По мнению А.В. Меркулова слабое развитие городской жизни, малочисленный пролетариат, господство натурального хозяйства в деревне, отсутствие навыков общественности и общие неблагоприятные условия привели к тому, что на Северном Кавказе (как и в России - в целом) кооперация возникла на почве общественного настроения, под влиянием иностранной литературы, а не экономических условий. Многие авторы в этом видели ее слабость.

После перехода к НЭПу в начале 1920-х гг. интерес к кооперации возрос не только со стороны ее теоретиков и видных деятелей, но и партийных и государственных работников. Работы этого плана трудно классифицировать, так как они находятся на стыке между источниками и литературой. Серьезной эволюции подверглись взгляды В.И. Ленина на кооперацию, главной задачей которой, кроме снабжения и замены капиталистического аппарата, он считал максимальное вовлечение бедняцких слоев. По мнению В.И. Ленина, только при условии кооперирования, общество могло стать социалистическим.

Стержнем развития историографии стали ленинские разработки новой экономической политики, принципиально определявшие методологию и концептуальную направленность большинства дальнейших исследований. В начале 1920-х гг. В.И. Ленин стал придавать большое значение постепенному, более основательному и осторожному реформистскому подходу к строительству социализма, предлагал перенести центр тяжести на мирную организацию социальной жизни. В то же время он сохранил прежнюю верность революционным принципам, принесшим большевикам убедительную победу в гражданской войне. Подобная противоречивость ленинских представлений привела к расхождению теоретических взглядов его последователей. Основным разработчиком «социалистической модернизации» деревни и одним из последовательных проводников ленинских взглядов был Н.И. Бухарин, который предполагал через кооперацию «врастание» в социализм мелких частников, в том числе и зажиточных.

Значительное влияние на развитие историографии 1920-х гг. оказали теоретические разработки большевистских лидеров, в первую очередь Л.Д. Троцкого, И.В. Сталина, Л.Б. Каменева, Ф.Э. Дзержинского, Г.Я. Сокольникова, А.И. Микояна, А.И. Рыкова, И.Т. Смилги. В своих статьях и выступлениях они часто поднимали острые вопросы кооперативного движения, в том числе в окраинных регионах страны.

В 1920-е гг. цензура еще позволяла говорить об отдельных недостатках партийно-государственного руководства внутренним рынком и социальным снабжением населения Советской России. Ведущие экономисты - Н.Д. Кондратьев, А.Л. Вайнштейн, Л.Н. Юровский и другие в середине 1920-х гг. пытались доказать руководству страны опасность чрезмерного огосударствления экономической жизни. Об этом достаточно аргументировано писали руководители Конъюнктурного института. Исследования 1920-х гг., посвященные данной проблеме, носили в основном популярный и разъясняющий характер. Детальный анализ структуры кооперативных органов в Советской России в годы НЭПа, прежде всего Сельскосоюза и Хлебоцентра, а также их местных орга­низаций, содержится в статье Г.A. Архипова и И.В. Дракина. Н.Г. Бердичевский, A.M. Долматовский и Р.И. Лурье исследовали основы кооператив­ного законодательства времен НЭПа.

Начало систематическому изучению кооперации было положено в работах видных теоретиков кооперативного движения Н.П. Макарова и А.В. Чаянова, которые занимались им в широком контексте исследования крестьянской экономики. Кооперация рассматривалась как простой и эффективный способ модернизации крестьянских хозяйств, внедрения товарных отношений. Особое место отводилось анализу динамики кооперативных объединений, формам и методам деятельности сельской кооперации. При этом А.В. Чаянов считал, что деятельность кооперации будет естественной и нормальной лишь при условии наличия рынка. Социальную базу кооперации, по мнению ученого, должны были составить развитые капиталистические хозяйства. Подлинные успехи кооперирования он связывал с демократией, которая должна была прийти на смену диктатуре пролетариата, что при существующем политическом режиме было неосуществимо.

Большое количество литературы, вышедшей в 1920-е гг., было посвящено изучению работ В.И. Ленина по проблемам кооперации. Например, М. Кантор начало всей кооперативной работы связывал с первыми шагами общественно-политической деятельности В.И. Ленина. Н. Мещеряков с марксистских позиций систематизировал ленинские работы по кооперации по трем группам: дореволюционные, в условиях военного коммунизма и в период НЭПа. Детальное изучение работ Ленина было вызвано политической необходимостью переходного времени, усиливавшейся внутрипартийной борьбой внутри ЦК партии.

В середине 1920-х гг. активно формировалась региональная историография кооперативного движения, которая носила не только описательный, но и аналитический характер. Например, И. Оборин проанализировал финансовое состояние и количественный рост кооперативов, привел сравнительные данные по сельской и городской кооперации на Юге России. В этот период вышло несколько тематических сборников, посвященных юбилейным датам. К международному дню кооперации Кубсоюзом был выпущен сборник о потребительской кооперации Кубани. К пятилетию установления Советской власти на Северном Кавказе вышел сборник о работе Дагестанской кооперации. Интересные сведения о деятельности северокавказских кооперативов содержатся в «Экономической географии Юго-Востока» (1924 г.). В 1927 г. вышли очерки по истории, экономике и советскому строительству в Терском округе, где содержится информация о деятельности Терской кооперации, ее финансовом состоянии, работе кооперативной промышленности и т.д. В целом, в историографии 1920-х гг. появилась масса оригинальных точек зрения на кооперативное движение, на место и роль кооперации в построении социалистического общества.

С конца 1920-х гг. в советской исторической науке кооперативное движение практически не исследовалось. Все большее место в работах по кооперации отводилось роли и месту государства и партии в кооперативном строительстве. Поворот к форсированному строительству социализма на рубеже 1920-1930-х гг. прервал и саму практику кооперативных отношений, и историографические традиции 1920-х гг. Период с начала 1930-х до середины 1950-х гг. отличался усилением идеологического диктата, апологетикой успехов наступления социализма по всему фронту. С начала 1930-х гг. одним из направлений в литературе становится развенчание недавних кумиров (Н.И. Бухарина, Л. И. Рыкова и др.), разоблачение вредителей (А.В. Чаянова, Н.Д. Кондратьева, Л.Н. Юровского и др.). В 1930-1940-е гг. многие работники кооперации подверглись репрессиям, их имена на время были забыты. На официальном уровне после публикации «Краткого курса ВКП(б)» (1938 г.) произошло утверждение сталинской трактовки НЭПа, как переходного периода, который понимался как постепенное преодоление многоукладной экономики и подготовка к широкомасштабной индустриализации и коллективизации.

Со второй половины 1950-х гг. начался новый период в изучении истории кооперативного движения. После XX съезда КПСС (1956 г.), в связи с намечавшимися экономическими реформами, появилось немало работ по истории НЭПа, преимущественно речь шла об отдельных его «элементах» - госкапитализме, торговле, кооперации. В связи с критикой культа личности И.В. Сталина в историографии стали происходить серьезные изменения. При этом партийное руководство во главе с Н.С. Хрущевым не подвергло сомнению правильность социалистического пути в целом, сложившиеся плановые принципы управления народным хозяйством считались незыблемыми. В данной связи советские ученые могли критически оценивать только отдельные ошибки в деятельности партийных и государственных органов. Однако и этого оказалось достаточно для заметного расширения тематики исторических и экономических исследований. В исторической науке укреплялось ядро ученых, которые пытались, насколько это возможно в советских условиях, отстоять товарную природу советского хозяйства.

Большой интерес при изучении кооперативного движения представляют работы, посвященные деятельности коммунистической партии по восстановлению народного хозяйства, а также очерки истории партийных организаций Северного Кавказа. В работах В.П. Дмитриенко, В.Д. Рогачевой, Н.А. Ваяцкого нашли отражение региональные аспекты развития кооперации, особенности налаживания хозяйственных связей, зависимость кооперативного движения от законодательной деятельности правительства. Немалый вклад в изучение северокавказской кооперации внесли работы М.Т. Узнародова, Г.А. Раенко, Е.Г. Пономарева, С.М. Смагиной, А.В. Воронина, Л.А. Опенкина. Авторы подчеркивали особенности развития кооперации в регионе, связанные с острой классовой борьбой, резкой дифференциацией северокавказской деревни, наличием большого количества сословий и национальностей.

Материалы по истории кооперативного движения на Северном Кавказе содержатся в очерках истории краев, республик, областей и городов. В 1960-1980-е гг. исследователи анализировали методы партийно-государственного руководства торговлей, проблему частной инициативы на рынке продовольствия, систему управления кооперативным движением в 1921-1929 гг. В данный период заметно повысился интерес ученых к проблемам промысловой и потребительской коо­перации. Состояние хлебного рынка в стране в момент перехода от военного коммунизма к НЭПу рассматривается в коллективной работе «Крушение мелкобуржуазной контрреволюции в Советской России». Особое внимание авторы уделяют анализу экономического поведения так называемой «мелкобуржуазной стихии». Несмотря на возросшие возможности исторической науки, расширение источниковой базы, в работах 1960-х – первой половины 1980-х гг. были затронуты далеко не все аспекты кооперативного движения в годы НЭПа. Главный акцент авторы делали на развитии потребительской кооперации Ставрополья, Кубани, Терека, национальных районов Северного Кавказа.

В конце 1980-х гг. в результате обострения экономического кризиса вновь возрос научный интерес к кооперации. Принятый в 1988 г. и вступивший в действие закон о кооперации в СССР открыл простор для создания и развития кооперативов во всех сферах экономики и укрепил их правовое положение. Это подтолкнуло исследователей к изучению истории потребительской кооперации и ее роли применительно к современным экономическим условиям, что отразилось в ряде диссертаций по изучаемой проблеме. Большой вклад в изучение истории кооперации внесли отечественные ученые, которые отошли от ее изучения в рамках ленинских идей и увидели новые возможности развития в современных условиях.

Новые оценки кооперативного движения в годы НЭПа характерны для исследований E.Г. Гимпельсона. В работах Л.Е. Файна на большом массиве источников показано, что административный нажим на кооперацию при военном коммунизме в целом сохранился и в годы НЭПа. Автор приводит мысль об обреченности кооперативного сектора в СССР в 1920-е гг., о неизбежности его тотального огосударствления. В этих условиях было запрограммировано не смягчение, а наоборот, обострение проблем продо­вольственного снабжения. К аналогичным выводам приходят в своих исследованиях и другие авторы, по мнению которых кооперация в годы НЭПа фактически не была защище­на от произвола бюрократических структур.

Развитие кооперации в отдельных регио­нах в годы НЭПа прослеживается в работах М.В. Цветковой, С.В. Виноградова, А.П. Килина, В.А. Ильиных, Т.М Карловой, Н.А. Грика, Е.А. Демчика. В 1990-е гг., как правило, в работах присутствовала положительная оценка кооперативного движения в эпоху НЭПа. Утверждалось, например, что НЭП в условиях многоукладности создал к концу 1920-х гг. бла­гоприятную конъюнктуру в развитии сельского хозяйства. Стагнационные же процессы бы­ли вызваны во многом искусственно, чтобы идеологически и политически обосновать подго­товку и проведение «аграрной революции».

Проблемы кооперации нашли отражение в общих работах по истории Северного Кавказа в 1920-е годы. Весомый вклад в изучение кооперации внесли А.П. Корелин, В.П. Данилов, Е.Н. Козлова, В.А. Марьяновский и др. Большое значение для формирования представления о степени изученности проблемы имеет библиографический указатель Ю.А. Ильина, в котором дан обзор литературы по кооперации. Особый интерес представляет работа Р.Н. Парамоновой о современной историографии отечественного кооперативного движения 1920-х гг., в которой отслеживаются научные и научно-практические конференции, посвященные проблемам кооперации, приводится ряд диссертационных работ по материалам различных регионов России.

В современной отечественной историографии сохраняется стойкий интерес к кооперативному движению на Северном Кавказе в годы НЭПа. Именно здесь появились в последние годы серьезные труды, рассматривающие широкий спектр проблем кооперации в условиях 1920-х годов. В целом, анализ историографии показал, что за исследуемый период значительно расширилась источниковая база изучения кооперативного движения в нэповской России, наблюдалась взаимная координация исследовательских усилий представителей различных отраслей гуманитарного знания (историков, политологов, социологов, философов, правоведов, психологов), что, безусловно, дало положительные результаты. Однако это не означает, что заявленная тема полностью исчерпана, что относится, главным образом, к региону Северного Кавказа. Напротив, накопленная источниковая база и историографический опыт должны стать научной основой для дальнейшего исследования истории северокавказской кооперации в 1921-1929 гг.

Актуальность и научная значимость темы, ее недостаточная разработанность определили цель и задачи исследования.

Цель диссертации – с опорой на комплекс документов обобщить и проанализировать исторический опыт и уроки кооперативного движения на Северном Кавказе в условиях НЭПа в 1921-1929 гг.

В соответствии с целью предполагается решение следующих задач:

- рассмотреть общие закономерности и особенности становление кооперации на Северном Кавказе в контексте общероссийского исторического процесса начала ХХ века;

- проанализировать характер и содержание общественно-политических дискуссий по проблемам кооперативного движения на Северном Кавказе в годы НЭПа;  

- с опорой на новые материалы показать особенности социальной базы северокавказской кооперации в 1920-е гг.;

- выявить принципы взаимодействия и взаимовлияния органов государственной власти и региональной кооперативной системы в условиях рыночных отношений;

- проанализировать роль кооперации в развитии социально-экономической сферы Северного Кавказа в 1920-е гг., в повышении жизненного уровня и удовлетворении потребительского спроса населения региона;

- раскрыть механизм партийно-государственного контроля кооперативной системы Северного Кавказа и специфику реорганизации кооперативной сети в условиях укрепления вертикали власти во второй половине 1920-х гг.

Хронологические рамки исследования определены на основании устоявшейся периодизации отечественной истории и охватывают период 1921-1929 гг. Несмотря на историческую непродолжительность, исследуемый период отличается содержательным разнообразием. Его начало связано со сменой модели экономического развития, которая вызвала изменения во всех сферах жизни общества, в том числе и кооперации. Стабилизация политической и социально-экономической обстановки в стране в условиях новой экономической политики способствовала возрождению различных видов кооперации, развитию многообразия их деятельности. Централизация экономического управления в конце 1920-х гг. в условиях перехода к форсированной индустриализации привела к поэтапному свертыванию кооперативного движения, которое практически полностью было вытеснено из экономической жизни страны вместе с другими элементами рыночной экономики.

Территориальные рамки исследования включают территорию Северного Кавказа в современном административно-территориальном делении. Развитие кооперации показано на примере территорий Краснодарского края, Ставропольского края, республики Адыгея, Карачаево-Черкесии, Кабардино-Балкарии, Северной Осетии, Чечни, Дагестана и Ингушетии. Этот регион представляет значительный научный интерес в политическом, социальном, экономическом, историческом плане.

Источниковая база. Основу диссертации составил широкий круг документов, которые разделены по группам: архивные документы, нормативно-правовые акты, сборники документов и материалов, работы лидеров государства, воспоминания и публицистика, статистические данные и материалы периодической печати.

Большую часть источников составили материалы фондов центральных и региональных архивов, многие из которых привлечены и проанализированы впервые. В государственном архиве Российской Федерации (ГАРФ) значительный материал по изучаемой проблеме сосредоточен в фондах Совета Народных Комиссаров РСФСР - Совета министров РСФСР (Ф. Р-130) и Совета труда и обороны при Совете народных комиссаров РСФСР (Ф. Р-6751). Из протоколов, докладов, постановлений, резолюций, переписки и других материалов, содержащихся в этих фондах, автор почерпнул сведения о состоянии кооперации в стране в целом и на Северном Кавказе в частности.

В Российском государственном архиве социально-политической истории (РГАСПИ) кроме фонда Центрального комитета КПСС (Ф. 17) изучены материалы фондов Кавказского Бюро ЦК РКП(б) (Ф.64) и Юго-Восточного Бюро ЦК РКП(б) (Ф. 65). В Российском государственном архиве экономики (РГАЭ) особый интерес представляет фонд Центрального Союза потребительских обществ СССР (Центросоюза СССР) (Ф. 484), в котором отложились данные о национальных союзах кооперации, их социальном составе, состоянии и деятельности на Северном Кавказе в 1920-е годы. Важные сведения о развитии кооперативного движения на Северном Кавказе в годы НЭПа нашли отражение фондах Всероссийского хозяйственного центра городских и фабрично-заводских потребительских коммун (Ф. 1684), Центральной секции рабочей кооперации Центросоюза СССР (Ф. 526). В диссертации широко использованы документы личных фондов А.В. Чаянова (Ф. 731) и Н.Д. Кондратьева (Ф. 769).

Значительный объем материала по проблеме кооперативного движения на Северном Кавказе содержат местные архивы. В ходе анализа роли советских и партийных организаций в кооперативном строительстве большую помощь автору оказали материалы фондов государственного архива Ростовской области (ГАРО): Северо-Кавказской краевой плановой комиссии при Крайисполкоме (Ф. Р-2443), Донского окружного исполнительного комитета (Донисполкома) (Ф. Р-1798) и Краевого исполнительного комитета Юго - Востока России (Ф. Р-1485). Особый интерес представляет фонд Северо-Кавказского краевого кооперативного совета в ГАРО (Ф. Р-539), информация которого помогла проанализировать социальный состав северокавказской кооперации. В фондах Крайсовпрофа (Ф. Р-2287) и Северо-Кавказской краевой рабоче-крестьянской инспекции (Ф. Р-1185) сохранилась информация о взаимоотношениях кооперативных организаций и профсоюзов и о роли рабоче-крестьянской инспекции в кооперативном строительстве в годы НЭПа. В центре документации новейшей истории Ростовской области (ЦДНИРО) использованы документы фонда Северо-Кавказского Крайкома ВКП(б) (Ф. 7).

В региональных архивах сохранился богатый фактический материал о подготовке партийных кадров для работы в кооперации, сведения о количестве коммунистов в кооперативах, работе кооперативных комиссий при парткомах, крайкомах и окружкомах РКП(б). Эти сведения позволяют составить объективное представление о влиянии партийных и советских органов на развитие кооперативного движения в регионе. В государственном архиве новейшей истории Ставропольского края (ГАНИСК) автор изучил материалы фондов Терского окружкома ВКП(б) (Ф. 5938) и Терского губкома РКП(б) (Ф. 7). В государственном архиве Ставропольского края (ГАСК) интерес представляют фонды Ставропольского губернского революционного комитета (Ф. Р-100), Терского губернского революционного комитета (Ф. Р-1316), исполнительного комитета Ставропольского губернского совета рабочих, крестьянских и красноармейских депутатов (Ф. Р-163), Исполнительного комитета Ставропольского городского совета народных депутатов (Ф. Р-314). О тяжелом экономическом положении края, народного хозяйства и трудных условиях работы кооперации свидетельствуют документы фондов Терского губернского Совета народного хозяйства (Ф. Р-1233) и Ставропольского губернского Совета народного хозяйства (Ф. Р-201). Особую ценность представляют отчеты кооперативов, протоколы заседаний кооперативных правлений, сведения о протестах, кредитах, балансах обществ, документы, касающиеся взаимоотношений с местными партийными и государственными организациями.

Отдельная группа источников представлена нормативно-правовыми актами, которые можно дифференцировать на законы и подзаконные акты, акты союзного, республиканского и местного происхождения. В их составе Конституции, постановления, резолюции и иные решения съездов Советов, акты, принимаемые на сессиях ЦИК СССР, утверждаемые президиумами ЦИК СССР и ВЦИК РСФСР, исходящие от СНК СССР и РСФСР. Обширная группа подзаконных актов включает в себя распоряжения, инструкции, циркуляры, иные документы наркоматов и их структурных подразделений, занимавшихся вопросами кооперации. Наиболее полно представлены акты, исходящие от ВСНХ и Наркомпрода. Изучение подзаконных правовых актов как центрального, так и местного уровня, позволило сделать вывод о взаимодействии органов государственной власти с кооперативными организациями. Рассматривая эти документы, можно разграничить компетенцию различных ведомств и сделать вывод о том, что дублирование ведомствами некоторых полномочий приводило к неразберихе в правоприменительной практике. Особую значимость представляют акты, закрепляющие правовое положение различных видов кооперативов.

К материалам официального делопроизводства относятся протоколы заседаний высших органов государственной власти, коллегий отдельных наркоматов, их управлений, а также специальных комиссий и совещаний (Кооперативного совещания при ЦК партии). Значительный интерес представляют директивные документы и переписка между отдельными учреждениями.

Учитывая особую роль РКП (б), а затем ВКП (б) в политической системе советского общества, изучение кооперативного движения на Северном Кавказе потребовало привлечения партийных документов. Все значимые политические стратегии, касающиеся кооперации, оформлялись партийными решениями, а затем утверждались соответствующими государственными органами. Политико-идеологические основы отношения советской власти к кооперации отражены в программах партии, резолюциях партийных съездов и конференций, которые широко использовались в диссертации. При написании работы использовалось большое количество декретов и постановлений Советского правительства, из которых автор выделил наиболее важные для развития северокавказской кооперации.

Особый интерес представляют документы таких общественных организаций как кооперативные союзы и съезды, включающие уставы, решения, резолюции, циркуляры, распоряжения и инструкции, приказы и стенограммы. Материалы ревизий, проверок, обследований, балансы кооперативных организаций, журналы и книги учета позволяют судить об особенностях финансово-хозяйственной деятельности кооперативных организаций. Различные статистические сведения отражают количество зарегистрированных кооперативов, численный состав кооперативных организаций. Значимыми являются отчеты, обзоры, донесения и доклады кооперативных организаций и их союзов. Они показывают особенности правового положения кооперативов на конкретной территории, характер взаимоотношений между органами местной власти и кооперативными организациями.

Важную группу источников составили опубликованные сборники документов и материалов, в которых широко представлены сведения о финансовом состоянии северокавказской кооперации, территории ее распространения, итогах работы в годы НЭПа. Особую ценность представляют годовые отчеты кооперативов Северного Кавказа, содержащие информацию об их работе в условиях новой экономической политики. Наиболее полные сведения о противоречиях и разногласиях в вопросе кооперативного строительства среди видных государственных и партийных деятелей содержатся в выступлениях и речах партийных лидеров. Важным источником, раскрывающим кооперативную политику государства, являются протоколы Президиума Госплана СССР. Значительный материал по истории северокавказской кооперации содержится в региональных сборниках и хрестоматиях. Особое внимание уделялось анализу разнообразного статистического и справочного материала, а так же воспоминаниям и публицистике.





Большой ценностью для изучения заявленной темы обладают специализированные периодические издания, такие как журналы «Кооперативное слово», «Известия общества потребителей», «Вестник кооперации» и др. На страницах кооперативной печати освещались деятельность отдельных кооперативных организаций, велась полемика по вопросам совершенствования и применения кооперативного законодательства, отражались другие темы.

Научная новизна диссертации определяется широтой и масштабностью поставленных исследовательских задач, решением крупной научной проблемы, ранее не подвергавшейся комплексному научному анализу. Обращение к системному исследованию кооперативного движения на Северном Кавказе в годы НЭПа позволило преодолеть характерный для отечественной историографии разрыв целостной по своей сути проблематики. В работе впервые основательно и всесторонне исследуется социальная база кооперативного движения, его роль в развитии социально-экономической сферы региона, показано особое значение государства, преследовавшего цель преодолеть частную инициативу в экономическом пространстве Советской России.

Активизация кооперативного движения в первой половине 1920-х гг. тесно связана с ослаблением регламентации хозяйственной деятельности низовой сети, предоставлением возможностей проявления инициативы со стороны кооперативной общественности. Государственное регулирование касалось в основном вопросов ценообразования и кредитной политики, что стабилизировало рынок и позволило кооперации раскрыть свои преимущества перед частной торговлей.

Развитие кооперативного движения на Северном Кавказе в первой половине 1920-х гг. основывалось на широком использовании опыта дореволюционной кооперации. В работе автор показывает наличие определенной преемственности в региональной кооперативной политике царского и советского правительства, суть которой заключалась в применении принципа сочетания государственного регулирования хозяйства с известной самостоятельностью кооперативных объединений. Советское государство поддерживало кооперацию для решения задачи полного кооперирования бедноты и середняков, но в полной мере реализовать эту задачу кооперативные объединения Северного Кавказа не смогли.

Специфика северокавказской кооперации заключалась в том, что она формировалась на хорошо подготовленной для коллективных отношений почве традиционного общества. В значительной степени по этой причине рост коммунистического внедрения в кооперацию на Северном Кавказе шел медленнее, чем в среднем по стране.

В северокавказской кооперации сочетались общие принципы и особенности кооперативного движения в условиях НЭПа. Уникальные природно-климатические условия, историко-культурные и хозяйственные типы социальной деятельности создали на Северном Кавказе возможность для динамичного развития многообразных видов и форм кооперации, не характерных для других регионов страны. Сельскохозяйственная, потребительская, кустарно-промысловая и другие виды кооперации являлись элементами единого общественно-хозяйственного механизма, отражавшего интересы производителей и потребителей города и деревни. Совокупность деятельности различных видов кооперации рассматривается в работе как отражение межхозяйственной интеграции и социального партнерства в решении материальных проблем различных слоев населения.

В кооперативном движении Северного Кавказа в годы НЭПа проявилось стремление местных сообществ к поэтапной экономической модернизации, преодолении отсталости и замкнутости региона. Учитывая, что кооперативное движение являлось яркой общественной инициативой, оно могло стать весомым фактором реформаторского варианта модернизации. Однако с принятием на XIV съезде ВКП(б) в декабре 1925 г. программы индустриализации ставка была сделана не на общественную инициативу, а на директивное управление экономической жизнью страны. В этой связи теоретическое наследие данного периода включает две противоположные по своей сущности платформы: концепцию отрицания самостоятельной роли кооперации в экономике страны и концепцию признания последней в качестве важнейшего компонента рыночных отношений. Содержание этих концепций имеет важное методологическое значение для анализа деятельности кооперативного движения на Северном Кавказе в условиях НЭПа.

Огосударствление кооперации преследовало цель ускорить экономическую модернизацию, поставив кооперативные объединения под жесткий контроль власти, однако на практике была нарушена органичная структура экономических отношений как внутри мелкотоварного сектора, так и между сельскохозяйственным и промышленным производством. Коллективизация привела к окончательной ликвидации кооперативного движения, поскольку исчезала основная движущая сила кооперативных объединений – индивидуальное крестьянское хозяйство.

Ликвидация кооперативного движения была связана не только с действиями сталинского руководства, но и с изменением конкретно-исторической обстановки в стране и мире на рубеже 1920-1930-х гг. Являясь организацией демократического типа, кооперация не соответствовала требованиям ускоренной модернизации экономики страны, объективно необходимой ввиду значительного отставания СССР от ведущих западных стран и реальной внешней угрозы.

Практическая значимость диссертации состоит в том, что собранные материалы, полученные результаты и научные выводы могут быть использованы в деятельности государственных, в т.ч. финансовых органов. Материалы диссертации могут использоваться для подготовки научных и учебно-методических трудов, привлекаться в процессе преподавания в учебных заведениях, занятых подготовкой административно-управленческих работников, экономистов, юристов, специалистов историков, социологов и т.д.

Методологической основой диссертации являются принципы научной объективности, системности и историзма. В исследовании использовались историко-сравнительный, историко-генетический, проблемно - хронологический, ретроспективный и статистический методы. Использование историко-сравнительного метода позволило при сопоставлении отдельных этапов социально-экономического развития выявить объективные закономерности развития. Применение историко-генетического метода позволило выявить причинно-следственные связи, закономерности исторического развития, наиболее ярко и точно охарактеризовать реальную историю объекта. Проблемно-хронологический метод позволил изучить целый ряд проблем во временной последовательности. Использование статистического метода помогло составить сравнительно-статистические таблицы количественного и качественного состояния кооперации Северного Кавказа. Применение методов ретроспективного анализа позволило сделать определенные выводы и заключения в ходе исследования. Использование указанных принципов и методов исторического исследования позволило дать более полную характеристику развития кооперативного движения на Северном Кавказе в изучаемый период.

Апробация исследования. Результаты диссертации изложены в публикациях автора, а также в сообщениях и докладах на научных конференциях.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во «Введении» обосновывается актуальность темы диссертации, определяются цели и задачи исследования, его хронологические рамки, рассматривается научная новизна и практическая значимость диссертации.

В первом разделе «Общие закономерности и особенности становление кооперации на Северном Кавказе в начале ХХ века» - показано, что кооперация исторически сложилась как уникальная форма организации частного мелкотоварного производства, сбыта, потребления, мелкого кредита, основанная на добровольном объединении трудовой деятельности, имущества или капиталов, а также на совместном управлении. На основе кооперативного экономического уклада развивалось кооперативное движение, которое стало самым заметным из всех общественных течений. «Кооперация, - писал А. В. Чаянов, - управляемая в самых мельчайших своих органах выборными лицами трудящихся, под ежедневным неусыпным контролем избравших их членов кооператива, не связанная административными распоряжениями центра, гибкая в хозяйственной работе, допускающая наиболее быстрое и свободное проявление местной инициативы – является наилучшим аппаратом там, где требуется организованная местная самодеятельность».

К началу XX века в кооперативном движении России постепенно созрели предпосылки для перехода к качественно новому этапу развития: на смену политики государственной поддержки кооперативов, продолжавшейся более сорока лет, пришло время самодеятельности и широкого народного творчества, благодаря которому кооперация стала важным фактором общественного развития в стране. Заметную роль в этом процессе сыграло подвижничество российского земства. Лучшие его представители видели свое призвание в культурном просвещении населения, подъеме уровня его жизни. Самоорганизация и самоопределение кооперативного движения стали возможны во многом благодаря многолетней целенаправленной деятельности русской либеральной интеллигенции и профильных органов государственной власти. Развитие отечественной кооперации, особенно кредитной, и приобретение ею характера массового движения было прямо связано с активным содействием государственной власти в лице Министерства финансов и Государственного банка. Министерство финансов поддерживало кооперацию потому, что она являлась одним из наиболее простых способов разрешения аграрной проблемы.

Консолидация усилий власти и общества ярко проявилась в развитии региональной кооперации Северного Кавказа, которая получила широкое распространение уже во второй половине XIX века. Первым потребительским кооперативом Ставрополья стало общество «Кавказ», образованное в 1869 г. В последней четверти XIX в. активно создавались потребительские кооперативы на Кубани. В горных районах потребительская кооперация появилась значительно позже. Например, в Дагестане первое городское потребительское общество «Кооперация» было организовано только в 1912 г. В Карачаево-Черкесии появление первых кооперативов совпало с началом НЭПа. Значительная разница в сроках объясняется неоднородным экономическим развитием региона, сохранением во многих национальных районах патриархального уклада и натурального хозяйства.

Государственная власть оказывала содействие кооперативам по преимуществу в той области и в тех регионах, где можно было организовать выгодное государству производство или наладить экспорт продукции. Ярким примером этой политики послужило образование маслодельных артелей на Севере и в Сибири, кредитных кооперативов на Юге России. Царское правительство оказывало заметную поддержку кооперативным учреждениям, проявив в этой политике больше устойчивости, чем земства. В 1895 г. материальная помощь правительства в 8,5 раза превосходила помощь земств. Весьма существенное содействие кредитной кооперации оказывало Министерство финансов, и даже принимало меры к ее «насаждению». В результате к 1910-1911 гг. по числу учреждений и численности членов ссудо-сберегательные и кредитные товарищества превзошли крестьянские сословно-общественные заведения мелкого кредита. Поэтому Управление по делам мелкого кредита признало, что бурный рост кредитной кооперации объяснялся помимо общих хозяйственных причин «еще и усиленным насаждением» ее со стороны правительства. В ходе государственного вмешательства неизбежны были столкновения и конфликты деятелей кооперативов с представителями государственной власти, особенно в сфере строительства кооперативных союзов и культурно-просветительской деятельности кооперативного движения.

В дореволюционной России кооперация являлась одним из важнейших способов преодоления аграрного кризиса и повышения приспособления народного хозяйства к изменившейся экономической среде. С 1 января 1907 по 1 января 1914 гг. число всех кооперативных товариществ увеличилось с 2189 до 13080, т.е. в 6 раз, членов в них с 932,9 тыс. до 8262 тыс., почти в 9 раз. В предвоенные годы кредитные кооперативы центра страны активно занимались торгово-посреднической деятельностью. Они снабжали крестьян машинами и оборудованием, закупали предметы производства и потребления, организовывали совместные поставки сельскохозяйственной продукции (хлеба, масла, льна) на рынок. Координацию всей этой деятельности взял на себя созданный в 1912 г. Московский народный банк (МНБ), ставший фактически центральным банком для всей российской кооперации. Широкое распространение кооперативы получили в южных губерниях европейской части страны, на Северном Кавказе и в Сибири. Правительство поощряло кооперацию в ее стремлении занять устойчивое положение на хлебном рынке. В предвоенные годы начала осуществляться государственная программа создания зернохранилищ. Все эти меры способствовали распространению круга кооперативов, занимающихся хлебозалоговыми операциями, помогали кооперации активно противостоять частным торговым посредникам.

На Северном Кавказе существовали значительные трудности в развитии кооперации, связанные с развитием на равнинных территориях частной торговли, составлявшей сильную конкуренцию возникающим кооперативам. Доступ потребительской кооперации в горные районы был затруднен из-за отдаленности и отсутствия путей сообщения. Несмотря на существовавшие проблемы, кооперация выступала серьезным конкурентом частному предпринимательству, особенно в производстве молочных продуктов, сыра и масла. Постепенно внутри кооперативного движения набирал силу процесс специализации по отдельным отраслям сельскохозяйственного производства (возникли маслодельная, льняная, картофеле - крахмальная и другие виды кооперации).

До революции на Северном Кавказе наблюдалась интеграция кооперативной системы путем организации союзов и установления договорных отношений между различными кооперативными структурами. На Кубани из договорного объединения «Солидарность», находящегося в Краснодаре, возник Кубанский Союз потребительских обществ (Кубсоюз), который быстро распространил свое влияние на отдаленные районы. В условиях нараставшего революционного кризиса возникли районные союзы в Новороссийске (Черносоюз), в Армавире (Арсоюз), Майкопе (Майсоюз), в станице Баталпашинской (Батсоюз). Кредитные товарищества получили широкое распространение в горских обществах Чечни и Ингушетии, Кабарды и Балкарии, Дагестана, Карачая, Адыгеи и Черкесии. В Северной Осетии, кроме кредитных товариществ, был открыт Ольгинский сельскохозяйственный банк. Для покупки крупных участков земли крестьяне объединялись в товарищества. С 1908 по 1913 г.г. в Северной Осетии было образовано 19 товариществ, которые купили 11 тыс. десятин земли. В Дагестане к 1914 г. насчитывалось около двадцати всевозможных кооперативных объединений. В основном это были сельскохозяйственные кредитные объединения мелких виноградарей, садоводов и мелких торговцев.

Серьезные перемены в кооперативном движении Северного Кавказа произошли в связи с кризисом власти в 1917 г. и началом гражданской войны. Декретом Советского правительства от 21 ноября 1918 г. частная торговля запрещалась, товарные запасы, денежные средства, склады, магазины национализировались и передавались Наркомпроду. В связи с национализацией частной торговли потребительская кооперация стала привлекаться для распределения товаров среди населения. В целом, северокавказские кооперативы сохранили свою самостоятельность, но работали под контролем губревкомов. В условиях отмены денежного обращения и введения прямого товарообмена в потребительских кооперативах были отменены паи и взносы, что незамедлительно сказалось на их материальном состоянии.

Ожесточенное противостояние на Северном Кавказе в годы гражданской войны заметно осложнило деятельность кооперации, поставив ее в зависимость от расстановки политических сил. Южнорусские кооперативы болезненно переживали обусловленные военными действиями реквизиции и конфискации имущества. Об этом, а также о необходимости укрепления связи Белой власти с кооперацией шла речь во время встречи ГК ВСЮР ген. А.И. Деникина с делегацией «Временного Комитета» в октябре 1919 г. в Таганроге. «Кооперация страдает от незаконных действий местных органов власти, которые не только тормозят работу кооперативов, но иногда угрожают самому существованию их». Учитывая изменения политической и экономической конъюнктуры, северокавказской кооперации пришлось перестраивать свою работу и приспосабливаться к новым условиям. В частности, во время гражданской войны наблюдался количественный рост потребительских обществ, вызванный увеличением потребительских нужд, и одновременно внутренний кризис вследствие разрушения кооперативной сети.

В целом, кооперативное движение Северного Кавказа накануне НЭПа, как и вся страна, находилось в переходном состоянии. Многочисленные доклады с мест свидетельствовали о разрушении сельского хозяйства края. На Ставрополье по сравнению с довоенным 1913 г. посевная площадь сократилась почти на 400 тыс. десятин. Наиболее серьезно пострадали районы, являвшиеся ареной военных действий (Пятигорский, Моздокский, Кизлярский, Черноморская губерния). В Кабардино-Балкарии общее поголовье скота сократилось на 65,3%, в Ингушетии - на 66%, в Черкессии поголовье рогатого скота уменьшилось на 48,3 %, лошадей на 53,6%. Заметно меньше пострадали горные районы, где не было ожесточенных боев (горная часть Северной Осетии, нагорная Чечня). Негативно на работе кооперации в национальных регионах сказывалась тяжелая политическая ситуация. В Горской республике бездействие исполкомов, взяточничество милиции, рост контрреволюционной агитации, грабежи, нападения с гор обостряли и без того сложную ситуацию. Тяжелое политическое положение усугубляла вражда осетин, ингушей, кабардинцев, чеченцев, казаков.

Во втором разделе – «Кооперативное движение на Северном Кавказе в зеркале общественно-политических дискуссий эпохи НЭПа» - проанализирована полемика ведущих политических сил по вопросам кооперативного строительства в Советской России в целом и северокавказском регионе - в частности.

Решающее значение для развития кооперативного движения в Советской России имело теоретическое наследие В.И. Ленина, который видел в кооперации реальный путь социалистического переустройства страны. Еще в 1918 г. в работе «Очередные задачи Советской власти» Ленин впервые указал на особое значение кооперации в условиях советского строя. В статье «О кооперации» Ленин подчеркнул важную роль кооперации как организации, на основе которой крестьянство в союзе с рабочим классом и под его руководством способно обеспечить эффективное движение к социализму. Согласно официальной концепции, кооперация являлась главным средством переделки и перевоспитания крестьянства в духе социализма. Ленин подчеркивал, что объединение крестьян в кооперативы, и в особенности производственные, должно проводиться на строго добровольных началах, методами убеждения, разъяснения, и ни в коем случае не допускать никаких мер насилия или администрирования. Дальнейшая политическая практика кооперативного строительства во второй половине 1920-х гг. показала принципиальное расхождение с ленинской теорией.

Хотя Россия включилась в кооперативное движение позднее стран Западной Европы, она дала миру много талантливых теоретиков и практиков кооперации. По мнению А.В. Чаянова, «кооперация представляет собой весьма совершенный вариант крестьянского хозяйства, позволяющий мелкому товаропроизводителю, не разрушая своей индивидуальности, выделить из своего организационного плана те его элементы, в которых крупная форма производства имеет несомненные преимущества над мелкой, и организовать их совместно с соседями». Красной нитью через все работы Чаянова по кооперации проходит мысль о том, «как в бедной, бездорожной России при безразличии крестьян, сидящих на своих клочках земли, быстрее создать процветающую экономику». Кооперация рассматривалась ученым в качестве процесса концентрации: она включает производство, обслуживание, сбыт, переработку, кредитование, поставку семенного и племенного материала, строительство дорог, производственных помещений и многое другое. Подобные многоуровневые процессы в своем развитии требуют значительного времени, поэтому революционный путь в кооперации неприемлем.

Теоретики отечественного кооперативного движения еще до революции одним из основных принципов кооперации практически единодушно провозглашали политический нейтралитет. М. Туган-Барановский считал, что «вовлечение кооперации в политическую борьбу не усиливает, а ослабляет кооперативное движение», несет угрозу его раскола. По его мнению, соблюдение принципа политического нейтралитета кооперации неравносильно полному отказу от участия в политической жизни. «При известных условиях, - писал М. Туган-Барановский, - кооперация может и должна участвовать в политической жизни именно тогда, когда дело идет к защите законодательным путем жизненных интересов кооперации». В этом случае она становится «на почву защиты вполне определенных собственных интересов, а не стремится влиять на общее направление политической жизни в стране». Следовательно, «устранение политики из кооперации основывается не на пренебрежении к политике со стороны кооперации, а на сознании различия этих областей общественной жизни». Однако в российской действительности провести грань между различными сферами общественной жизни и определить черту, за которой начинается область политики, всегда было делом довольно сложным. После революции кооперативы, претендуя на свой, особый, путь социального переустройства, в силу именно этого обстоятельства уже не могли не заниматься политикой.

Заметный вклад в развитие кооперативной теории внес русский ученый и общественный деятель А.Н. Анцыферов - один из авторов «Положения о кооперативных товариществах и их союзах» (принятого 20 марта 1917 г.). Разработанный им Закон определил правовое положение российской кооперации, расширил границы и задачи ее деятельности. Вплоть до вынужденного отъезда за рубеж в 1920 г. ученый продолжал сотрудничество с Советом Всероссийских Кооперативных Съездов, активно исследовал процессы, происходившие в отечественном кооперативном движении. Находясь в эмиграции, ученый совместно с коллегами принял участие в основании Русского института Сельско-Хозяйственной кооперации в Праге.

Научная позиция А.Н. Анцыферова оказала большое влияние на создание современной теории кооперативного движения. По его мнению, кооперация - уникальное явление, которое существенно отличается от капитализма и социализма. С привлечением разнообразных материалов А.Н. Анцыферов обосновал вывод о том, что цели кооперативных предприятий заметно шире, чем извлечение прибыли или сокращение доходов. Важная практическая задача кооперативного объединения, по мнению А.Н. Анцыферова, состоит в том, чтобы под его воздействием происходил непрерывный процесс оздоровления общественной среды.

В годы НЭПа русские ученые, стоявшие на позициях либеральной и неонароднической платформы, приняли участие в жесткой критике советской практики кооперативного строительства. Непримиримый противник Советской власти, А.Н. Анцыферов считал, что захватив власть в свои руки, большевики в соответствии с положением о полной несовместимости «мелкобуржуазной» кооперации с коммунизмом, буквально разгромили русскую кооперацию, пребывавшую в периоде расцвета, что, естественно, нанесло народному хозяйству огромный ущерб.

В третьем разделе – «Социальная база северокавказской кооперации в годы НЭПа» - проанализированы изменения в социально-классовом и половозрастном составе региональной кооперативной сети.

Автор подчеркивает, что партийные организации Северного Кавказа уделяли большое внимание социально-классовому составу региональной кооперации. В середине 1920-х гг. была развернута агитационная работа по очищению кооперативов от враждебных элементов, привлечению молодежи, женщин, местной интеллигенции. Снабжение товарами в первую очередь членов потребительских кооперативов, снижение вступительного взноса привлекло в них беднейшие слои населения. Повсеместно шел процесс объединения потребительских обществ, что способствовало организации более мощных, крепких и дееспособных кооперативов.

Особенности политического и экономического развития национальных областей требовали своеобразного подхода к решению существующих проблем. Организуя работу кооперации в национальных областях Северного Кавказа, власти видели, что без подготовленных кадров нельзя построить эффективный кооперативный аппарат. Важную роль в деле восстановления северокавказской кооперации сыграли кооперативные курсы. Например, в Дагестане такие курсы имели два отделения - для сельских жителей и для городских, с разным количеством часов. На курсы принимались лица с пятнадцати до пятидесяти лет, владевшие русским языком. Эти меры способствовали формированию кадров для кооперации из представителей коренных национальностей, знакомых с местными условиями работы, правилами, обычаями, со знанием местного языка.

Кадровое обеспечение кооперации заметно отличалось в лучшую сторону в Ставропольской губернии и на Кубани, где кооперативная сеть была изначально сильней, имела опыт работы и оформленную структуру. Очевидных успехов удалось достичь в работе распределительных отделов и подотделов общепита.

В годы НЭПа окончательно сформировался зрелый кооперативный аппарат, была налажена внутренняя структура, ориентированная на производство и распределение продукции. Автор подчеркивает, что работе кооперации Северного Кавказа часто мешала ее подчиненность государственным органам. Получение товаров для распространения через кооперативную сеть по-прежнему зависело от губпродкомов. Иногда продукты не удавалось получить из-за отсутствия их на складах. Тормозом для планомерного снабжения были также и постоянные изменения губпродкомами норм питания. В целях более рационального и быстрого снабжения населения в отдельных регионах была введена очередность. В первую очередь обслуживались дома «Матери и ребенка», детские приюты, больные, технический персонал детских учреждений, ударники, фронтовая группа. Во вторую очередь - дети, беременные и кормящие женщины. В третью группу входило все остальное население.

Экономическая стабилизация в годы НЭПа позволила Советскому государству провести ряд мер по поддержанию региональной кооперативной сети. В середине 1920-х гг. были выделены новые кредиты, увеличен срок кредитования низовой кооперации, значительная часть товаров направлялась государственным и кооперативным организациям. Так, из общей суммы кредита, выделенного во второй половине 1924 г. Дагестану, около 45000 рублей предназначалось государственной, около 50000 - кооперативной и только 1802 рубля - частной торговле. В сентябре 1924 г. во Владикавказе прошло собрание уполномоченных Горсоюза и совещание кооперативных работников национальных республик и областей, где решались проблемы укрепления и развития потребительской кооперации, рассматривались вопросы национальной политики Советского правительства.

В целях решения кадрового вопроса, остро стоявшего в национальных регионах, органы власти активно создавали сеть специальных учебных заведений, занятых подготовкой молодых кооператоров. В частности был значительно расширен Владикавказский горский кооперативный техникум. На учет брались все местные учащиеся кооперативных учебных заведений для использования их на работе в национальных областях Северного Кавказа. Нацоблкомы ВКП(б) бронировали определенное количество выпускников Совпартшкол для привлечения их к работе в кооперативных организациях. Большую роль в кооперативном просвещении сыграли курсы, готовящие различных специалистов: бухгалтеров, счетоводов, приемщиков хлеба.

Большим препятствием для быстрого развития промысловой кооперации Северного Кавказа оставалась культурная отсталость большинства кустарей и ремесленников. По данным 13 районных союзов, среди кооперированных кустарей имелось неграмотных: в городах - от 13 до 38% ко всему числу кустарей, в деревнях - от 67 до 82%. Особенно много было неграмотных в женских кустарных промыслах. Такое положение заставляло государство направлять финансовые средства на обучение и повышение квалификации кустарей. Создавались избы-читальни, пункты по ликвидации неграмотности, клубы, красные уголки.

Придавая большое значение вовлечению в кооперативное движение женщин, Крайсоюз в ноябре 1927 г. организовал первый краевой съезд женского кооперативного актива, в котором участвовало 177 человек. С этого времени быстрее пошла подготовка горянок на краткосрочных, двух- и трехмесячных кооперативных курсах. В исследуемый период органы власти уделяли пристальное внимание вовлечению в кооперацию молодежи, представлявшей новое поколение советских граждан. Процесс омоложения кооперативных кадров в 1920-е гг. затронул не только Кубань и Ставрополье, но и национальные районы Терека, Осетии, Чечни, Ингушетии, Кабарды, Черкесии и Адыгеи. Привлекая в кооперацию национальную молодежь, Советская власть решительно изменила ее социальный состав, пополнив движение надежными, верными новой власти, энергичными и инициативными кадрами.

После XV съезда ВКП(б) в 1927 г. в условиях начинавшегося наступления на частника органы власти Северного Кавказа требовали уделять больше внимания кооперированию бедняцких хозяйств. В советской историографии отмечалось, что к 1927 г. более 90% хозяйств, входивших в северокавказские кооперативы, были бедные или среднего достатка, соответственно социальный состав определялся как бедняцкий. Проведенное исследование позволило сделать вывод о том, что в составе северокавказской кооперации в годы НЭПа преобладали середняцкие хозяйства, составлявшие до 60% от общего количества членов. В четвертом разделе – «Органы государственной власти и региональная кооперативная система: принципы взаимодействия и взаимовлияния» - показана динамика кооперативного строительства и создание многоуровневой кооперативной системы при непосредственном партийно-государственном регулировании кооперативного движения.

Автор отмечает, что расцвет кооперации в годы НЭПа во многом был вызван сменой экономического курса после Х съезда партии. Начало полноценного развития потребительской кооперации в условиях НЭПа было положено декретом правительства от 7 апреля 1921 г. «О потребительской кооперации». Этим декретом потребительской кооперации предоставлялось право самостоятельных заготовок и сбыта продуктов, организации своих промышленных предприятий при сохранении за кооперацией почти монопольного распределения всех потребительских промтоваров и обязательного выполнения заданий госорганов.

В первой половине 1920-х гг. правительственные постановления в отношении кооперации носили переходный характер. Восстанавливая вступительные взносы и паи, выборность органов, декрет сохранял обязательную приписку граждан к распределительным пунктам. Параллельно с этим была допущена и новая форма организации – «добровольные потребительские объединения». В результате развитие потребительской кооперации было направлено по двум направлениям. С одной стороны, она охватывала в обязательном порядке все население в кооперативную систему Центросоюза, внутри которой по мере постепенного отмирания системы государственного снабжения продуктами широкого потребления накоплялся кооперативный капитал и кооперативный опыт. С другой стороны, путем образования мелких первичных кооперативов на принципах добровольности подготовлялись основы для выхода к широкой кооперативной самодеятельности.

В первый период своего существования в условиях НЭПа (1921-1923 гг.) потребительская кооперация Северного Кавказа развивалась крайне неравномерно и стихийно. Сложные экономические условия, отсутствие достаточных материальных и финансовых ресурсов привели к тому, что в этот период кооперация «не в состоянии была выполнить для промышленности роль основной товаропроводящей цепи, - тем более что никакого плана и порядка в ней не было». Кроме того, отмечались такие недостатки, как громоздкость и излишняя многоступенчатость кооперативной сети, высокие накладные расходы, господство бюрократизма, часто совершенное неумение торговать.

Особенностью функционирования кооперации в условиях НЭПа в отличие от дореволюционного периода была ее значительная финансовая поддержка со стороны государства. Во многом благодаря этому, несмотря на трудности с накоплением собственных капиталов, сельскохозяйственная кооперация Северного Кавказа из года в год расширяла свою сеть, непрерывно увеличивала оперативную работу в сфере сбыта продуктов крестьянского хозяйства и снабжения его орудиями и средствами производства. Постепенно вставала на ноги и крепла производственная кооперация, не только в городах, но и в сельской местности.

В 1924-1925 гг. на Северном Кавказе наметилась практика заключения генеральных соглашений по заготовке сельскохозяйственного сырья для государственной промышленности. Несмотря на это, в целом до 1926 г. взаимоотношения между системой сельскохозяйственной кооперации и государственной промышленностью продолжали оставаться неурегулированными. Наличие параллельных заготовительных аппаратов у кооперации и промышленности, стремление отдельных хозорганов непосредственно связаться с низовой периферией кооперации, минуя союзную систему, в значительной степени ослабляли размах и организованность заготовок сельскохозяйственной кооперации. Учитывая недостатки в этой области, а также объективную потребность в установлении более устойчивых связей между государственными органами и сельскохозяйственной кооперацией, ЦК ВКП(б), а потом и правительство приняли в 1925-1927 гг. ряд постановлений, которые укрепили и расширили практику использования генеральных договоров и генеральных соглашений по заготовке сельхоз сырья и хлеба между госпромышленностью и кооперацией.

В Постановлении правительства от 25 февраля 1927 г. «О мерах к укреплению и развитию с.-х. кооперации» подчеркивалось, что условия продажи товаров сельскохозяйственной кооперации государственным предприятиям, так же как и условия приобретения ею промышленной продукции, должны быть льготными по сравнению с другими контрагентами госорганов. Постановление рекомендовало устанавливать цены с учетом необходимости получения таких размеров прибыли, которые обеспечивали бы накопление капиталов в сельхоз кооперации, покрытие расходов ее по агрикультурным мероприятиям. Созданные экономические и правовые условия позволили в 1926-1928 гг. развернуть заготовительную и снабженческую деятельность сельскохозяйственной кооперации на основе широкого использования генеральных договоров и соглашений. Через свои специальные производственно-сбытовые системы региональная кооперация сумела организовать снабжение промышленности хлопком, льном, пенькой, табаком, свёклой, шерстью, кожей, маслом и т.д.

Несмотря на широкое развитие системы генеральных договоров между промышленностью и сельскохозяйственной кооперацией во второй половине 1920-х гг. сохранялся ряд существенных недостатков. Так, благодаря монопольному положению промышленности в потреблении отдельных видов сырья она имела возможность диктовать условия, неприемлемые для сельскохозяйственной кооперации (отбор лучших районов, непосредственную связь с низовой и союзной сетью, снижение комиссионного вознаграждения и т.д.). При приемке сырья по генеральным договорам органы государственной промышленности предъявляли более жесткие условия, чем при приемке от индивидуальных сдатчиков. Обязательства в части приемки и финансирования не всегда выполнялись своевременно, что делало работу убыточной и вызывало перебои. Заготовительный аппарат промышленности нарушал цены и стандарты, по существу срывая работу кооперации по выполнению договора, поскольку в большинстве случаев новые условия делали его выполнение убыточным, а подчас и вообще невыполнимым. В ряде отраслей органы государственной промышленности (хлопок, табак, свекла) стремились превратить сельскохозяйственную кооперацию в некооперативный орган, подменяя ее союзную и низовую сеть собственными конторами, отделениями, пунктами и т.д.

В конце 1920-х гг. товарно-денежные отношения между крестьянами и кооперацией были по решению государства заменены контрактацией – плановым регулированием сельского хозяйства. В работе показаны формы, направления, объемы контрактационных договоров, организуемых по заданию государства кооперативами всех уровней. Подключение кооперации к проведению контрактации сделало ее механизмом изъятия производимой крестьянами продукции и разрушило рыночные отношения между крестьянами и кооперацией.

В пятом разделе – «Место и роль кооперации в развитии социально-экономической сферы Северного Кавказа в 1920-е гг.» - показано, что кооперация решала не только производственные, но и многие социальные проблемы крестьян, помогая преодолеть кризисные ситуации. Кооперативный уклад, основанный на принципах демократического хозяйствования миллионов трудящихся, составлял серьезную конкуренцию для государственного и частного секторов экономики. При этом кооперация выступала не просто как хозяйственное или коммерческое предприятие, но как массовое общественное движение с присущей ему идеологией: кооператоры уделяли большое внимание культурному просвещению народа, его образованию и воспитанию в самом широком смысле.

Кооперация в годы НЭПа сумела стать существенным компонентом в процессе обновления страны. Она являла собой феномен народной жизни, синтез традиций (артельность, коллективизм, соборность, взаимовыручка) и новаторства (рынок, широкий масштаб товарно-денежных отношений, свободное индивидуальное членство в товариществах).

Легче адаптировалась с помощью кооперации активная обеспеченная часть крестьянства, обладающая особым менталитетом, позволяющим проявлять предприимчивость и деловитость. В то же время кооперативная система с помощью государства поддерживала маломощные слои крестьянства, объединяя их на основе взаимопомощи.

Все больше внимания кооперативы стали уделять производственной деятельности, как одной из важных форм укрепления своего экономического положения. Заметно увеличилось количество предприятий. В Ставропольском крае открылись новые кузни, слесарные мастерские, манеж, прачечная, часовая мастерская, парикмахерская, добавилось 5 новых распределителей, 5 складов, 26 столовых с пропускной способностью 9000. Потребительскими обществами производилась заготовка дров, сухофруктов, постройка сушилок для изготовления сухого порошка из яиц. Во многих кооперативах были построены сушилки для овощей и фруктов, налажено производство пуговиц из обрезков кожи, жести и рогов. Помимо улучшения экономического положения, налаживание производства давало новые рабочие места.

Основным направлением деятельности северокавказской кооперации являлась поддержка индивидуальных хозяйств. Сочетание кооперативных принципов деятельности с поддержкой государства позволило кооперативной системе содействовать росту аграрного производства. За исследуемый период возросла обеспеченность крестьянских хозяйств семенами, сельскохозяйственными орудиями, крупным рогатым скотом, лошадьми, но по обеспеченности орудиями производства Северный Кавказ отставал от центральных районов страны. Первичные кооперативы, союзы активизировали деятельность членов кооперации на достижение эффективности кооперативных объединений, однако добиться этого в полной мере не удалось из-за финансовой и организационной слабости кооперативов, объединявших в основном бедноту и середняков.

Для распространения кооперативных идей среди населения, повышения интереса к работе конкретных организаций и привлечения большего числа пайщиков северокавказская кооперация активно занималась культурно-просветительской деятельностью, выражавшейся в устройстве кооперативных курсов в городах, проведении лекционной и клубной работы, издательской деятельности, организации выставок, изб-читален, создаваемых на средства членов кооперации, библиотек, музеев. В марте 1922 г. в городе Ставрополе губсоюзом были организованы лекции по теории и практике кооперации. С января 1922 г. в Ростове-на-Дону начали работу четырехмесячные курсы для инструкторов, был организован кооперативный музей. Помимо агитационно-пропагандистской функции и подготовки квалифицированных кадров культурно-просветительская деятельность кооперации способствовала повышению общеобразовательного уровня населения.

В середине 1920-х гг. кооперативное движение Северного Кавказа оказалось в сложных экономических условиях. «Ножницы цен», кризис сбыта, рост частной торговли, нехватка промышленных товаров заставляли ее, преодолевая трудности, искать новые формы и методы работы. В этом отношении особенно выделялась потребительская кооперация Кубани, возглавляемая Кубсоюзом, насчитывающая 350 потребительских обществ с 305781 пайщиком и охватывающая 10,47 % населения. После присоединения Адыгейско-Черкесской автономной области район его деятельности еще больше расширился. Потребительские общества, объединенные Кубсоюзом, располагались частью в степи, частью в малоземельных лесных районах предгорья Кубани и Черноморья. Имея собственных средств 2,5 млн. золотых рублей и пользуясь кредитом до шести миллионов, Кубсоюз открыл пять собственных предприятий: кожевенный, мыловаренный, кирпичный заводы, типографию и шапочно - фуражную мастерскую, две школы, детский дом и кооперативный техникум.

Особое внимание кооперативные органы Кубани и Ставрополья уделяли культурно-просветительской работе в регионе, повышению уровня грамотности персонала. Не случайно инструкторский аппарат Кубсоюза признавался одним из лучших в стране, многие сотрудники имели высшее или специальное кооперативное образование и большой опыт работы. Некоторые общества имели кооперативные клубы, библиотеки, читальные залы, различные кружки, что в значительной степени способствовало привлечению в кооперацию населения. Например, в Бабичево-Кореновском потребительском обществе был свой театр, где в роли актеров выступали учителя, молодежь и служащие потребительского общества. Библиотека Усть-Лабинского потребительского общества насчитывала более 3 тыс. книг. Ее регулярно посещали 500 читателей, значительную часть которых составляли дети. Часто в регионе проходили торговые совещания, съезды, собрания с целью кооперативной пропаганды, работали кооперативные курсы в Краснодаре, Майкопе и других городах.

В шестом разделе - «Реорганизация кооперативной системы Северного Кавказа в условиях укрепления вертикали власти во второй половине 1920-х гг.» - показан комплекс мероприятий центральных и местных органов, направленных на борьбу с хозяйственной самостоятельностью кооперативов. Кооперация лишалась права добровольности членства, демократичности выбора правления, все более резко выявились симптомы давления на кооперацию, проявившиеся в стремлении лишить кооперацию подлинно кооперативных принципов для реализации идеи создания крупного социалистического производства.

В разделе показано существенное изменение снабженческо-сбытовой, заготовительной, кредитной деятельности кооперативных объединений под воздействием государства. Кооперация стала с 1928 г. вести заготовку и сбыт продукции по плану государства, что не отвечало принципам ее деятельности. Кооперативная система вынуждена была реализовать целый комплекс мер по давлению на зажиточные слои крестьянства и не смогла способствовать восстановлению индивидуального хозяйства. К концу НЭПа в сельском хозяйстве Северного Кавказа наметилась тенденция торможения модернизации. Кризис производства и заготовок сельскохозяйственной продукции завершил стратегический выбор государством пути дальнейшего развития аграрного сектора через колхозное строительство, а не развитие индивидуальных хозяйств.

В партийно-государственных документах конца 1920-х гг., с одной стороны, декларировалось, что партийные и советские органы на местах не должны допускать административного вмешательства в кооперативную работу, строго соблюдать кооперативный устав, предоставлять кооперации свободу хозяйствования, развивать ее самодеятельность. С другой стороны утверждалась практика обеспечения руководящей роли партии внутри кооперации. В общении партийно-государственных лидеров с кооперативами начал господствовать командный стиль управления.

Фактически наблюдалось неприкрытое вмешательство партийных руководителей в кооперативные дела, формировалась директивная модель управления отечественным кооперативным движением. В ноябре 1928 г. было принято постановление ЦК ВКП(б) «Об итогах проверки состава работников потребительской и сельскохозяйственной кооперации в сырьевых и хлебозаготовительных районах». В Дагестане на пленуме областного комитета партии в июле 1928 г. было принято постановление, в котором отмечались слабые стороны организационного, хозяйственного и финансового состояния сельскохозяйственной кооперации. Этим же летом, партийная организация республики провела досрочные перевыборы руководящих органов сельскохозяйственной кооперации. В результате, число членов партии в правлениях с 42,3 % выросло до 61,9 %, в ревизионных комиссиях - с 33,1 % до 39,1%. Чистка кооперативных организаций, преследовавшая цель изменить их неудовлетворительный социальный состав, проводилась в Кабардино-Балкарии, Северной Осетии, Ингушетии и Чечне.

В отличие от кадровых перестановок первых лет НЭПа, когда большинство опытных кооперативных работников оставалось в органах управления, в 1926-1927 гг., и особенно в 1928-1929 гг., осуществлялось их массовое смещение на рядовую работу или полное устранение из кооперации. Посредством таких мер, кооперация лишилась работоспособных органов управления, руководящие посты стали занимать люди, готовые исполнять любые директивы и команды.

В конце 1920-х гг. начинается ожесточенная борьба ВКП(б) с «буржуазными теоретиками кооперации и уклонистами, не освободившимися от неонароднического влияния». В резолюции Первой Всесоюзной конференции аграрников-марксистов звучало требование «продолжать решительную борьбу за выкорчевывание всех остатков неонароднической идеологии, беспощадно громить всех реакционных буржуазных и мелкобуржуазных идеологов, разоблачать основные концепции правого уклона». Тон конференции был задан выступлением И.В. Сталина, в котором он предложил быстрее покончить с «буржуазными предрассудками» в теории и выдвинул ряд основополагающих тезисов. Лидер страны не допускал никакой «теории равновесия», никакого сосуществования социалистического (колхозы) и несоциалистического (мелкотоварное производство) секторов экономики. «Вопрос стоит так: либо один путь, либо другой, либо назад — к капитализму, либо вперед — к социализму. Никакого третьего пути нет и быть не может». Никакого «самотека» в социалистическом строительстве: «социалистический» город должен повести за собой «мелкобуржуазную» деревню, насаждая в ней колхозы и совхозы.

Социально-рыночные концепции развития экономики – аграрно-индустриальная Кондратьева, Макарова, Чаянова и индустриальная Громана, Базарова – противоречили государственно-монополистическим и партийно-командным установкам сталинского центра. Даже струмилинская программа, разработанная непосредственно для советской политико-экономической модели общественного устройства, в период «искоренения организованной оппозиции» представлялась И.В. Сталину чрезмерно либеральной. Форсируя строительство социализма, Сталин стремился в максимально короткие сроки ликвидировать любые предпосылки рыночной трансформации советской экономики. Не случайно в конце 1920-х - начале 1930-х гг. большинство оппозиционных экономистов было осуждено по делу меньшевистской контрреволюционной организации Громана-Суханова и Трудовой крестьянской партии.

В заключении подводятся итоги работы, делаются обобщения и выводы, даются рекомендации по дальнейшему исследованию поставленной проблемы. В частности, автор отмечает, что кооперация в 1920-е гг. стала заметной опорой Советскому государству в деле снабжения и распределения продуктов и предметов первой необходимости среди населения Северного Кавказа. Развитие товарно-денежных отношений, частного предпринимательства в условиях НЭПа позволили ей возродиться и сделать новый шаг в своем развитии. Имея большой опыт работы и квалифицированные кадры, кооперация стала важной формой защиты населения от спекуляции.

Относительная либерализация политического курса большевистской партии в первой половине 1920-х гг. способствовала возрождению принципов традиционной кооперации, однако по мере смены политического курса во второй половине 1920-х гг. кооперативное движение теряло свой конструктивный потенциал, утрачивало самостоятельность. На основе поиска равнодействующей между интересами государства и мелкого производителя начал складываться новый тип кооперации, стремившейся устранить противоречие между планом и рынком, обеспечить эффективную хозяйственную деятельность в условиях регулируемых рыночных отношений.

Социально-экономическая трансформация северокавказской кооперации в 1921 - 1929 гг. представляла собой процесс ликвидации основ традиционной кооперации как самостоятельного компонента рыночного хозяйства и превращения ее в разновидность государственно-планового хозяйства. Развитие кооперативного движения сопровождалось утверждением административного диктата со стороны партийно-государственных органов и насаждением проводников их влияния в руководстве кооперацией.

По теме исследования опубликованы следующие работы:

Работы, опубликованные в перечне периодических научных изданий, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ:

  1. Алиев А.Ш. Кооперативные предприятия в народном хозяйстве Советской России в годы НЭПа // Вестник Оренбургского государственного университета. Оренбург, 2003. № 3. С. 32-41. (0,5 п.л.).
  2. Алиев А.Ш. Кооперативное движение на Северном Кавказе в условиях НЭПа (1921-1929 гг.) // Ученые записки Российского государственного социального университета. М.: РГСУ. 2004. № 2. С. 214-218. (0,4 п.л.).
  3. Алиев А.Ш. Принципы государственного регулирования общественной экономической инициативы в Советской России в 1921-1927 гг. // Вестник Российского университета друж­бы народов. Серия: История России. М.: РУДН, 2004. № 21. С. 72-84. (0,7 п.л.).
  4. Алиев А.Ш. Северокавказская кооперация в условиях восстановления народного хозяйства Советской России в первой половине 1920-х гг. // Ученые записки Казанского университета. Серия Гуманитарные науки. 2004. № 2. С. 32-36. (0,5 п.л.).
  5. Алиев А.Ш. Социальная база кооперативного движения на Северном Кавказе в годы НЭПа // Вестник Дальневосточного отделения Российской Академии наук. 2005. № 1. С. 125-129. (0,4 п.л.).
  6. Алиев А.Ш. Особенности налоговой политики Советской России в середине 1920-х гг. // Вестник Самарского государственного университета. 2005. № 2. С. 32-38. (0,5 п.л.).
  7. Алиев А.Ш. Становление и развитие кооперативного движения на Северном Кавказе в начале ХХ века // Вестник Российского университета друж­бы народов. Серия: История России. М.: РУДН, 2006. № 2. С. 32-41. (0,5 п.л.).
  8. Алиев А.Ш. Реорганизация кооперативной системы Северного Кавказа в условиях укрепления вертикали власти во второй половине 1920-х гг. // Вестник Красноярского государственного университета. Серия: Гуманитарные науки. Красноярск, 2006. № 3. С. 55-62. (0,6 п.л.).
  9. Алиев А.Ш. Главные направления деятельности северокавказской кооперации в 1921-1924 гг. // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. № 2. 2007. С. 114-218. (0,5 п.л.).
  10. Алиев А.Ш. Место и роль кооперации в развитии социально-экономической сферы Северного Кавказа в 1920-е гг. // Известия Саратовского университета. Серия История. Международные отношения. 2008. № 3. С. 22-27. (0,5 п.л.).
  11. Алиев А.Ш. Советское государство и кооперация в годы НЭПа (на материалах Северного Кавказа) // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 2. История. 2009. № 2. С. 62-71. (0,6 п.л.).
  12. Алиев А.Ш. Органы государственной власти и региональная кооперативная система Северного Кавказа в 1920-е годы // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4 . История. Регионоведение. Международные отношения. 2009. № 2. С. 73-79. (0,4 п.л.).
  13. Алиев А.Ш. Кооперативное движение на Северном Кавказе в зеркале общественно-политических дискуссий 1920-х гг. // Вестник Дальневосточного отделения Российской Академии наук. 2010. № 2. С. 31-38. (0,4 п.л.).
  14. Алиев А.Ш. Общие закономерности и особенности становление кооперации на Северном Кавказе в начале ХХ века // Вестник Самарского государственного университета. 2010. № 3. С. 32-38. (0,5 п.л.).
  15. Алиев А.Ш. Национальные кооперативные союзы Северного Кавказа в годы НЭПа (1921-1929 гг.) // Известия Алтайского государственного университета. Серия «История. Политология». Барнаул: Изд-во АлГУ, 2011. № 2. С. 53-61. (0,5 п.л.).

Монографии:

  1. Алиев А.Ш. Исторический опыт и уроки кооперативного движения на Северном Кавказе в годы НЭПа (1921-1929 гг.). М.: «Прометей», 2009. 384 с. (21 п.л.).
  2. Алиев А.Ш. Советское государство и кооперация в условиях НЭПа (на материалах Северного Кавказа). М., МПГУ. 2010. 291 с. (17 п.л.). 

Статьи:

  1. Алиев А.Ш. Кооперативное движение Северного Кавказа в условиях НЭПа // Страницы советской истории. Сборник статей. Пермь. 1993. С. 43-47. (0,4 п.л.).
  2. Алиев А.Ш. Налоговые платежи и распределение прибыли кооперативных предприятий Советской России в годы НЭПа // Проблемы новой и новейшей истории России. Сборник научных трудов.  М., 1995. С. 65-78. (0,6 п.л.).
  3. Алиев А.Ш. Общественные объединения в народном хозяйстве СССР (1923-1928 гг.) // Проблемы социально-гуманитарных наук на исходе ХХ века. Сборник научных трудов. М.: «Гном-Пресс». 1996. С. 26-34. (0,5).
  4. Алиев А.Ш. Кооперативное движение в социально-экономической жизни Советской России в период НЭПа // Вестник Ставропольского института им. В.Д. Чурсина. Вып.1. Ставрополь, 1999. С. 98-106. (1 п.л.).
  5. Алиев А.Ш. Органы управления народным хозяйством Советского государства в условиях НЭПа (1921-1929 гг.) // Социально-гуманитарные науки и проблемы комплексного исследования российского общества. Сборник научных трудов.  М.: «Гном-Пресс». 2000. С.133-143. (0,4 п.л.).
  6. Алиев А.Ш. Мелкотоварное производство и кооперация Северного Кавказа в 1920-е гг. // Проблемы новой и новейшей истории России. Сборник научных трудов.  М.: Типография МПГУ. 2001. С. 36-43. (0,8 п.л.).
  7. Алиев А.Ш. Становление и развитие кооперативной системы Северного Кавказа в первой четверти ХХ в. // Социально-экономические и культурологические проблемы современности. Сборник научных трудов МПГУ. М.: «Гном-Пресс». 2001. С. 26-29. (0,5 п.л.).
  8. Алиев А.Ш. Роль и значение северокавказской кооперации в снабжении населения продовольствием в 1921-1929 гг. // Проблемы социально-гуманитарных наук на исходе ХХ века. Сборник научных трудов МПГУ. М., 2001. С. 32-41. (0,4 п.л.).
  9. Алиев А.Ш. Органы государственной власти и региональная кооперативная система: принципы взаимодействия и взаимовлияния (на материалах Северного Кавказа) // Материалы заседания секции истории факультета социологии, экономики и права МПГУ по итогам научно- исследовательской работы за 2001 год. М.: «Гном-Пресс». 2002. С.121-126. (0,3 п.л.).
  10. Алиев А.Ш. Исторический опыт кооперативного движения в Советской России в 1920-е гг. // Общественно-политические преобразования в России: страницы истории. М.: МГУ им. М.В. Ломоносова, 2002. С. 213-217. (0,4 п.л.).
  11. Алиев А.Ш. Потребительская кооперация Северного Кавказа в годы НЭПа // Вопросы истории. Сборник научных трудов. Вып.4. Бийск: НИЦ БГПУ. 2003. С. 94-104. (0,7 п.л.).
  12. Алиев А.Ш. Кадровый потенциал северокавказской кооперации в 20-е годы XX века // Гуманитарные науки. Сборник научных трудов.  Вып.11. М., 2004. С. 28-35 (0,5 п.л.).
  13. Алиев А.Ш. Дискуссии о кооперации в общественно-политической жизни Советской России (1917-1931 гг.) // Актуальные проблемы социально-гуманитарных наук. Сборник научных трудов МПГУ. М., 2005. С. 55-69. (0,7 п.л.).
  14. Алиев А.Ш. Кустарное производство Северного Кавказа и кооперация в 1920-е гг. // Запад – Россия – Кавказ: межвузовский научно-теоретический альманах. Выпуск 1. Ставрополь: Изд-во Пятигорского государственного лингвистического университета, Пятигорск, 2006. С. 32-38. (0,5 п.л.).
  15. Алиев А.Ш. НЭП в современной историографии: пути осмысления // Гуманитарные науки. Сборник научных трудов. Вып.12. М., 2007. С. 84-92. (0,5 п.л.).
  16. Алиев А.Ш. Кооперация и рынок в Советской России в годы НЭПа // Социально-гуманитарные науки: поиски, проблемы, решения. Сборник научных трудов.  М.: Типография МПГУ. 2007. С. 57-69. (0,6 п.л.).
  17. Алиев А.Ш. Формирование внутреннего рынка в Советской России в годы НЭПа // Гуманитарий. История и общественные науки. Сборник научных трудов.  Вып. 3. М.: Типография МПГУ, 2008. С. 153-162. (0,7 п.л.).
  18. Алиев А.Ш. Промысловая кооперация Северного Кавказа (1921-1929 гг.) // Материалы международной научной конференции (Пятигорск 25-27 апреля 2008 г.) Ставрополь-Пятигорск-Москва: Изд-во СГУ. 2008. С. 13-19. (0,2 п.л.).
  19. Алиев А.Ш. Кооперация Северного Кавказа в освещении зарубежной и советской печати // Новая локальная история: пограничные реки и  культура берегов: Материалы второй международной Интернет - конференции. Ставрополь: Изд-во СГУ, 2009. С. 53-59. (0,5 п.л.).
  20. Алиев А.Ш. Сельскохозяйственная кооперация Северного Кавказа в 1920-е гг. // Экономический журнал. 2009. №5. С. 54-59. (0,6 п.л.).
  21. Алиев А.Ш. Кооперативное движение в зеркале региональной прессы Северного Кавказа (1920-е гг.) // Периодическая печать как источник интеллектуальной истории. Пятигорск: ПГЛУ, 2009. С. 55-63. (0,5 п.л.).
  22. Алиев А.Ш. Советские экономисты 1920-х гг. о кооперативном движении Северного Кавказа // Актуальные проблемы социально-гуманитарных наук. Сборник научных трудов.  Вып.2 М.: Типография МПГУ. 2010. С. 78-94. (0,5 п.л.).
  23. Алиев А.Ш. Государственный контроль в сфере производства товаров народного потребления в годы НЭПа // Неделя науки АГПУ. Материалы научно-практической конференции. Часть III – Армавир: РИЦ АГПУ, 2010. С. 48-53. (0,5 п.л.).
  24. Алиев А.Ш. Кооперативные предприятия в системе нэповской экономики // Экономика России: теория и современность: Материалы вторых Чаяновских чтений. М.: Издательство РГГУ. 2010. С. 162-165. (0,2 п.л.).
  25. Алиев А.Ш. Власть и кооперация в Советской России в условиях НЭПа // История России: проблемы экономического и социально-политического развития. Сб. науч. трудов. Волгоград: Перемена, 2010. С. 84-96. (0,4 п.л.).
  26. Алиев А.Ш. Региональная кооперация Северного Кавказа в условиях свертывания НЭПа // Русский исторический процесс глазами современных исследователей. Материалы Межвузовской научной конференции. Сборник научных трудов. М.: Типография МПГУ. 2010. С.33-38. (0,5 п.л.).
  27. Алиев А.Ш. Промысловые кооперативы Северного Кавказа в региональной экономической системе 1920-х гг. // Материалы краевой научной конференции «История общественных движений в России». Краснодар. 2010. С. 63-71. (0,5 п.л.).
  28. Алиев А.Ш. Потребительская кооперация Северного Кавказа в середине 1920-х гг.: опыт и уроки региональной истории // Новые подходы к изучению отечественной истории. Материалы круглого стола. СПб, 2010. С. 23–28. (0,5 п.л.).
  29. Алиев А.Ш. Место и роль кооперации в развитии социально-экономической сферы Северного Кавказа в годы НЭПа // Научно-педагогическая школа по всеобщей истории Ставропольского государственного университета. Сборник статей. Ставрополь: СГУ, 2011. С. 55-67. (0,8 п.л.).

См.: Собрание узаконений. М., 1921. № 26. Ст. 150. С. 155.

См.: Кремнев Г. Развитие кооперации: Очерки истории потребительской кооперации. - 2-е изд., доп. - Л.: Кооперация, 1926. С. 130.

См.: Потребительская кооперация за 10 лет Советской власти: Сб. ст. М.: Центросоюз, 1927. С. 94.

См.: Комиссаров П.Н. Потребительская кооперация, ее достижения и недостатки. М.: Центросоюз, 1925. С. 37.

См.: Современное состояние сельскохозяйственной кооперации и перспективы ее развития. Материалы к тезисам Г.Н. Каминского. М., Книгосоюз, 1927. С. 41.

См.: Собрание законов и распоряжений правительства СССР. М., 1926. № 51. Ст.59, 374, 445; 1927. № 14. Ст. 156.

См.: Вся кооперация СССР: Справочник-ежегодник для кооператоров и хозяйственников. М., 1928.  1024, 104, XXXYIII С. 76.

См.: РГАСПИ. Ф. 65. Оп. 1. Д. 4. Л. 38.

См.: Лубков А. В. Кооперативная модель обновления России: дореволюционный опыт // Модели общественного развития России: проекты и авторы (вторая половина XIХ в. – начало ХХ в.). М., 2006. С. 136-157.

См.: ГАРФ. Ф. 1619. Оп. 3. Д. 83. Л. 37.

См.: ГАРФ. Ф. 1312. Оп. 1. Д. 120. Л. 2.

См.: ГАКК. Ф. 252. Оп. 1. Д. 383. Л. 84.

См.: ГАРФ. Ф. 6765. Оп. 1. Д. 68. Л. 142.

См.: РГАСПИ. Ф. 65. Оп. 1 Д. 130. Л. 15.

См.: Ерошкин В.А. Отечественное кооперативное движение в 20-е годы. - Йошкар-Ола, 1996. С. 95.

См.: Никонов А.А. Взгляды на аграрный вопрос в двадцатые годы // Социологический журнал. 1994. № 3.

См.: Османов Г.Г. Социально-экономическое развитие дагестанского доколхозного аула. - М., 1965. С. 332.

См.: Попов А.Г. Социалистическое преобразование сельского хозяйства в Чечено-Ингушетии. - Грозный, 1976. С. 121.

См.: Кондратьевщина, чаяновщина и сухановщина: Вредительство в сельском хозяйстве. М.: Международный аграрный институт, 1930. С. 43.

См.: Труды первой Всесоюзной конференции аграрников-марксистов. Т. 1. М.: Издание Коммунистической академии, 1930. С. 435-437.

См.: Сталин И. Отчетный доклад XVII съезду партии о работе ЦК ВКП(б). М.: Госполитиздат, 1949. С. 87.

См.: Программа VIII съезда РКП (б); Решения XI съезда РКП (б); XIII съезда РКП (б); Материалы XIV партконференции // Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам, 1917-1967. М., 1967.

См.: Декреты Советской власти. М., 1999; Директивы КПСС и Советского правительства по хозяйственным вопросам. Сборник документов. - Т. 1. - М., 1957; Декрет СНК о потребительских коммунах от 20 марта 1919 года; Всероссийский Совет рабочей кооперации. Разъяснение к декрету о потребительских обществах. 12 апреля 1918 года. С приложением инструкций и циркуляров. М., 1918; О задачах партии в кооперации. Резолюции 12 Всероссийской конференции РКП(б) 1922 г. / ВКП(б) в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. (1898-1925). Изд. 6-е. Ч. 1. М., 1940; Партия о кооперации. Постановления и резолюции ВКП(б). Апрель 1928-сентябрь 1930. М., 1931; РСФСР. Высший Совет народного хозяйства. Сборник декретов, постановлений, инструкций ВСНХ по кооперации. - М., 1918; РСФСР. Законы и постановления. Декрет СНК о потребительской кооперации, изданный 7 апреля 1921 года и другие декреты, изданные в этом же году. - М., 1921; СССР. Законы, постановления и т.п. Основной закон о потребительской кооперации. - М., 1929; Материалы по проведению декрета 20 марта 1919 года о рабоче-крестьянских потребительских обществах. Изд. 1-е. Ч. 1. Харьков, 1920; Бердичевский Н.А. Декрет о потребительской кооперации 20 мая 1924 года. М., 1925; Бердичевский Н.А. Действующее законодательство о потребительской кооперации. Ростов-на-Дону, 1925; Головкин B.C. Сборник узаконений, распоряжений, циркуляров, разъяснений и уставов по потребительской кооперации. М., 1925 и др.

См.: Первая сессия Совета Северо-Кавказского краевого союза потребительских кооперативов. Ростов-на-Дону, 1925; Протоколы торгового совещания представителей Краснодарского отделения Крайсоюза, представителей правления Крайсоюза и Краснодарского его отделения. Краснодар, 1925; Северо-Кавказский краевой союз потребительских обществ. Бухгалтерский отчет за 3-й операционный год. 1 января 1926-1 октября 1926 г. Ростов-на-Дону, 1926.

См.: Кооперативный аппарат в Советской России в 1920-1921 годы. Выпуск 1. М., 1921; Новое кооперативное строительство. Сборник материалов. Л., 1924; Место потребительской кооперации в системе Советского хозяйства и ее очередные задачи на 1924-1925 хозяйственный год. М., 1925; Перспективы развития потребительской кооперации на пять лет. 1926/1927 - 1930/1931. М., 1927; Беседы о рабочей кооперации. Пособие для кружков по потребительской кооперации. Выпуск 1. М., 1928 и др.

См.: Материалы о потребительской кооперации Северного Кавказа. Выпуск 1. Ростов-на-Дону, 1925; Материалы о деятельности рабочей кооперации Северного Кавказа с 1 июня 1924 по 1 января 1926 года. Ростов-на-Дону, 1926.

См.: Год работы потребительской кооперации Ставрополья (1925-1926). Ставрополь, 1926; Отчет Кубанского Союза потребительских обществ за шестой операционный год (1 января 1923-1 января 1924 г.). Краснодар, 1925.

См.: Каменев Л.Б. Доклад т. Каменева на 13-м съезде РКП(б) «О внутренней торговле и кооперации». Тифлис, 1924; Речи о кооперации. М. Калинин, Л. Каменев, В. Куйбышев, А. Андреев. М., 1925; Рыков А.И. О кооперации. Речь, произнесенная на 14-ой партконференции. М., 1925; Андреев А.А. Доклад т. Андреева о кооперации на 13-м съезде РКП(б). Тифлис, 1924; Микоян А.И., Киссин А.А. Итоги снижения цен и кооперация: Доклады на 2-м пленуме ВЦСПС седьмого созыва 10-14 октября 1927 года. М., 1927; Куйбышев В.В. Задачи внутренней торговли и кооперация. М., 1924 и др.

См.: Протоколы Президиума Госплана СССР за 1923 г. Сборник документов. Т. 1. М., 1991.

См.: Наш край: к 200-летию города Ставрополя. Документы и материалы. 1777-1977. Ставрополь, 1977; Наш край: Документы, материалы, (1917-1977). Ставрополь, 1983; Хрестоматия по истории Кубани 1917-1967. Документы и материалы. - Краснодар, 1982; Хрестоматия по истории Кубани. Документы и материалы. В 2-х т. Краснодар, 1975; Кубанский календарь на 1899 год. - Екатеринодар, 1899; Памятная книжка Ставропольской губернии на 1915 год. - Ставрополь, 1914; Памятная книжка Ставропольской губернии на 1916 год. Ставрополь, 1915; Памятная книжка Кубанской области на 1916 год. Екатеринодар, 1915; Памятная книжка Терской области на 1915 год. Пятигорск. 1914 и др.

См.: Вся кооперация СССР: Справочник - ежегодник для кооператоров и хозяйственников. М., 1928; Список обществ потребителей Северного Кавказа на 1 октября 1926 года. - Ростов-на-Дону, 1927; Справочник по Ставропольской губернии. - Ставрополь, 1921; Статистический справочник по Северо-Кавказскому краю. Ростов-на-Дону, 1925; Статистический справочник по Северо-Кавказскому краю. - Ростов-на-Дону, 1927; Потребительская кооперация в 1898-1925 гг.: Статистический справочник и пособие для изучения кооперации. Сост. М.И. Розенфельд. М., 1926; Потребительская кооперация в народном хозяйстве страны. Справочник основных показателей потребительской кооперации СССР. - М., 1929; Пояснительный текст к таблицам «Основных показателей». М., 1928; Потребительская кооперация Северного Кавказа (обзор работы за второй квартал 1924-1925 годов). Ростов-на-Дону, 1925 и др.

См.: Малкин А.Ф. Воспоминания о минувшем. - М., 2002; Высоцкий М. Рабочая кооперация на Юго-Востоке. Ростов-на-Дону, 1923. №4; Голиков А. Деятельность Махачкалинского центрального рабочего кооператива в 1923 году. Дагестанский кооператор. Махачкала, 1924; Черепенин Н. Рабочая кооперация Дагестана // Звезда. 1924. №2; Оборин И. Современное положение сельского потребительского общества на Кубани. - Ростов-на-Дону, 1924; Веретенников Н. Потребительская кооперация Северного Кавказа. - Ростов-на-Дону, 1926; Головенченко Ф.А. Потребительская кооперация Ставропольского округа // Ставрополье. 1924. №11; Головенченко Ф.А. Неотложная задача // Ставрополье. 1926. №5; Гарновский Д.А. Полгода работы Ставропольской потребительской кооперации // Ставрополье. 1926. №5; Гарновский Д.А. Наше хозяйство и кооперация // Ставрополье. 1925. №11; Муромцев Ю. Кооперация в Карачае // Юго-Восток. 1923. №4; Кривцов К.А. Работа общества потребителей района Кубсоюза. М., 1924; Левицкий В. Очередные задачи потребительской кооперации на Кубани и кооперативная биржа. Краснодар, 1921; Новиков И. Кооперация в Дагестане. М., 1925. №1; Окороков В. На Кубани. М., 1925 и др.

См.: Власть Советов; Известия Северо-Кавказского краевого исполнительного комитета; Известия Кубано-Черноморского областного комитета РКП(б); Известия Дагестанского комитета РКП(б); Известия Терского губкома РКП(б); Хозяйство Северного Кавказа и др.

См.: Кооперативная жизнь; Кооперативная мысль; Кооперативное строительство; Кубанский кооператор; Известия Центросоюза; Союз потребителей; Юго-Восточная кооперация; Центросоюз потребительских обществ; Известия Кубанского Союза потребительских обществ и др.

См.: Тюкавкин В.Г., Болотова Е.Ю. Кооперация // Отечественная история: История России с древнейших времен до 1917 г. М., 1994. С.39.

См.: Чаянов А. В. Краткий курс кооперации. М., 1925. С.13.

См.: Материалы по кооперации Ставропольской губернии. Составитель П.А. Миролюбов. Ставрополь, 1917. С. 5.

См.: Сидоренко Т.Н. Возникновение и развитие кооперации на Кубани (вторая половина XIX в. - 1920 г.) / Автореф. дисс… к. и. н. Краснодар, 2000. С. 2.

См.: Кооперация на Всероссийской выставке 1913 г. в Киеве. Киев, 1914. С. 3-7.

См.: Прокопович С.Н. Кооперативное движение в России. Его теория и практика. М., 1918. С. 150.

См.: Отчет по мелкому кредиту за 1912 г. Пг., 1916. Ч. I. С. 1.

См.: Вестник кооперации. 1916. Кн. 6. С. 41.

См.: Там же. С. 75.

См.: Вестник сельского хозяйства. 1915. № 2 С. 13.

См.: История народов Северного Кавказа (конец XVIII в -1917 г.) / Отв. ред. А.Л. Нарочницкий. - М., 1988. С. 477.

См.: Бюллетень кооперации юга России. Ростов на Дону. № 2. 10 ноября 1919 г. С. 1-2.

См.: Беликов Т.И. Борьба трудового крестьянства Ставрополья за восстановление сельского хозяйства губернии в 1921-1928 годах / Автореф. дисс… к. и. н. - Ростов-на-Дону, 1954. С. 5.

См.: ГАРФ. Ф. 452. Оп. 1. Д. 2. Л. 35.

См.: Овчинникова М.И. Советское крестьянство Северного Кавказа. - Ростов-на-Дону, 1972. С. 54.

См.: Ленин В. И. Очередные задачи Советской власти // Полн. собр. соч., 5 изд. Т. 36. С. 161-62.

См.: Ленин В.И. О кооперации // Там же. Т. 33.

См.: Чаянов А. В. Основные идеи и формы сельскохозяйственной кооперации. 2-е изд. М.: Изд-во Книгосоюза, 1927. С. 20.

См.: Там же. С. 21.

См.: Туган-Барановский М. И. Экономическая природа кооперативов и их классификация. М., 1914. С. 428.

См.: Там же. С. 429.

См.: Анцыферов А.Н. Новый кооперативный закон и ближайшие задачи русской кооперации. М., 1917. С.19.

См.: Справочная книга для сельских товариществ. // Под ред. А.Н. Анцыферова, И.В. Емельянова, М.Я. Соболева. Харьков, 1919.

См.: Телицын В.Л. Алексей Николаевич Анцыферов. (Краткий биографический очерк) // Кооперация. Страницы истории. М., 1994. Вып. 4. С. 170.

См.: Анцыферов А.Н. О природе и сущности кооперации // Записки Русского Института сельскохозяйственной кооперации в Праге. Прага, 1926. Кн. 4.

См.: Бруцкус Б.Д. Советская Россия и социализм. СПб, 1995; Прокопович С.Н. Что дал России НЭП? Взгляд со стороны. М, 1991.

См.: Анцыферов А.Н. О природе и сущности кооперации // Записки Русского Института сельскохозяйственной кооперации в Праге. Прага, 1926. Кн. 4. С. 7.

См.: Чернопицкий П.Г. Деревня Северокавказского края в 1920-1929 годах. Ростов-на-Дону, 1987. С. 133.

См.: Союз потребителей. 1925. №2. С. 112.

См.: ГАСК. Ф. Р-163. Оп. 34. Д. 61. Л. 41.

См.: Там же. . 38.

См.: Османов А.И. Осуществление НЭП в Дагестане. 1921-1925 годы. М., 1978. С. 130.

См.: ГАРФ. Ф. 1312. Оп. 1. Д. 21. Л. 40.

См.: Медведев В.В. Кооперация. Краткие очерки теории и истории кооперативного движения и задач советской кооперации. М.: Центросоюз, 1930. С. 82.

См.: ГАРФ. Ф. 6765. Оп. 1. Д. 36. Л. 9.

См.: ГАРФ. Ф. 6765. Оп. 1. Д. 42. Л. 8.

См.: РГАЭ. Ф. 484. Оп. 1. Д. 702. Л. 36.

См.: Чернопицкий П.Г. Деревня Северокавказского края в 1920-1929 годах. - Ростов-на-Дону, 1987. С. 140.

См.: Бирбанк Дж. Империя и гражданское общество // Имперский строй России в региональном измерении (ХIХ – начало ХХ в.). М., 1997. С. 32.

См.: Миронов Б. Н. Социальная история России периода империи (XVIII – начало ХХ в.). Генезис личности, демократической семьи, гражданского общества и правового государства. В 2 тт. Т. 2. СПб, 1999. С. 262.

См.: Ленин В.И. Государство и революция // Полн. собр. соч. Т. 33.

См.: XII съезд РКП(б). Стенографический отчет. М., 1963. С.343.

См.: Бухарин Н.И. Избранные произведения. М., 1988. С. 197.

См.: Кассау Т.О. Исторический опыт потребительской кооперации в Англии. - М., 1914; Зельгейм В.Н. Организация и практика потребительских обществ в России. - М., 1913; Жид Ш. Общества потребителей. Ч. 1. М., 1917; Мюллер Г. Настоящее и будущее потребительской кооперации. - М., 1916; Тотомианц В. Мощь кооперации. - Спб., 1907; Прокопович С. Кооперативное движение в России. Его теория и практика. - М., 1913; Меркулов В.А. Исторический опыт потребительской кооперации в России. - М., 1915; Николаев А.А. Теория и практика кооперативного движения. М., 1909 и др.

См.: Канчер Е. Рост и распространение кооперации на Кавказе // Кавказское хозяйство. 1911. №14.

См.: Миролюбов П.А. Материалы по кооперации Ставропольской губернии. Ставрополь, 1917.

См.: Мошков В.А. Кооперация на Северном Кавказе // Вестник кооперации. 1913. №7; Мокроус В. Потребительские общества Кубанского союза по материалам 1918 и 1919 гг. Екатеринодар, 1920 и др.

См.: Меркулов В.А. Исторический опыт потребительской кооперации в России. М., 1915. С. 8.

См.: Исаев А.А. Новое кооперативное законодательство. Пг., 1918; Целлариус В. Кооперация и борьба за социализм. Краткий очерк современного кооперативного движения. - Харьков, 1925; Нитобург Л. Ленинская кооперация в экономической системе переходного периода. - Ростов-на-Дону, 1925; Поволоцкий A.M. Задачи государственной торговли и кооперации в борьбе с частным капиталом. - Новониколаевск, 1924; Варьяш Э.И. Международное кооперативное движение и советская кооперация. - М., 1926; Власов М.Е. Классы и кооперация в деревне СССР. - М., 1925; Вышинский А. Политика Советской власти в области распределения и обмена. Кооперация и ее виды. - М., 1921; Кобецкий О. Продналог, товарообмен и кооперация. - Ростов-на-Дону, 1921; Урнов В. Потребительская кооперация в хлебном деле. - М., 1927; Хейсин М.Л. История кооперации в России. - Л., 1926 и др.

См.: Ленин В.И. О кооперации // Полн. собр. Соч. - М., 1962. - Т. 45. С. 369.

См., напр.: Ленин В.И. Доклад о текущем моменте 24 апреля (7 мая) / Полн. собр. соч. Т. 31; Ленин В.И. Государство и революция / Полн. собр. соч. Т. 33; Ленин В.И. Грозящая катастрофа и как с ней бороться / Полн. собр. соч. Т. 34; Ленин В.И. К населению / Полн. собр. соч. Т. 35; Ленин В.И. Как организовать соревнование? / Полн. собр. соч. Т. 35; Ленин В.И. Очередные задачи советской власти / Полн. собр. соч. Т. 36; Ленин В.И. Речь на беспартийной конференции Благуше-Лефортовского района 9 февраля 1920 г. Газетный отчет / Полн. собр. соч. Т. 40; Ленин В.И. Доклад о роли и задачах профессиональных союзов на заседании коммунистической фракции съезда / Полн. собр. соч. Т. 42; Ленин В.И. О работе Наркомпроса / Полн. собр. соч. Т. 42; Ленин В.И. Планы брошюры «О продовольственном налоге» / Полн. собр. соч. Т. 43; Ленин В.И. Доклад о новой экономической политике 29 октября / Полн. собр. соч. Т. 44; Ленин В.И. О кооперации / Полн. собр. соч. Т. 45; Ленин В.И. Лучше меньше, да лучше / Полн. собр. соч. Т. 45; Ленин В.И. Тезисы письма «О «двойном» подчинении и законности / Полн. собр. соч. Т. 45; Ленин В.И. Материалы к статье «Как нам реорганизовать Рабкрин» / Полн. собр. соч. Т. 45; Ленин В.И. Л.Б. Каменеву для членов Политбюро ЦК РКП(б) / Полн. собр. соч. Т. 53 и др.

См.: Бухарин Н.И. К критике экономической платформы оппозиции: Уроки октября 1923 г. // Большевик. 1925. № 1; Он же. Путь к социализму и рабоче-крестьянский союз. 1925 г. // Избранные произведения. М., 1988; Преображенский Е.А. Финансы в эпоху диктатуры пролетариата. М., 1921; Он же. Новая экономика. Опыт теоретического анализа советского хозяйства. Т. I. Ч. 1.2-е изд. М., 1926 и др.

См.: Бухарин Н.И. Избранные произведения. М., 1990.

См.: Троцкий Л.Д. Уроки Октября: С приложением критических материалов 1924 г. СПб., 1991; Сталин И.В. Вопросы и ответы. Речь в Свердловском университете // Сочинения. Т. 7; Каменев Л.Б. Доклад об очередных задачах экономической политики // Об очередных задачах экономической политики. Витебск, 1924; Дзержинский Ф.Э. Избранные произведения. В 2-х тт. М., 1977. Т.2; Сокольников Г.Я. Денежное обращение и экономика Советской России. М., 1922; Сокольников Г.Я. Тресты и советское государство // Правда. 1922; Смилга И.Т. Восстановление хозяйства СССР и реконструкция его производительных сил. М., 1925; Микоян А. Диспропорция и товарный голод // Большевик. 1926. № 23-24; Рыков А.И. Статьи и речи. М., 1929; Бухарин Н.И. Уроки хлебозаготовок, шахтинского дела и задачи партии. К итогам апрельского пленума ЦК и ЦКК ВКП(б). Доклад на собрании актива Ленинградской организации ВКП(б) 13 апреля 1928 г. // Путь к социализму. Избранные произведения. Новосибирск, 1990.

См.: Рыков А.И. Ближайшие перспективы народного хозяйства СССР (Доклад в Деловом клубе 11 дек. 1923 г.) // Статьи и речи. В 4 т. М.-Л., 1928. Т. 2; Сокольников Г.Я. Осенние «заминки» и проблемы хозяйственного развертывания. М., 1926.

См.: Кондратьев Н.Д. Современное состояние народнохозяйственной конъюнктуры в свете взаимоотношений индустрии и сельского хозяйства // Социалистическое хозяйство. 1925. Кн.V; Юровский Л.Н. К проблеме плана и хозяйственного равновесия в советской хозяйственной системе // Вестник финансов. 1926. № 12; Вайнштейн А.Л. Итоги и основные процессы народного хозяйства СССР в 1926/27 хозяйственном году // Экономический бюллетень Конъюнктурного института. 1927. № 11-12.

См.: Архипов Г.А., Дракин И.В. К вопросу о специализации сельскохозяйственной кооперации на перифе­рии // Вестник сельскохозяйственной кооперации. 1925. №24.

См.: Бердичевский Н.Г. Декрет о потребительской кооперации 20 мая 1924 года. M., 1925; Долматовский A.M. Новые законы о кооперации. M., 1925; Лурье Г.И. Кооперативное законодательство. M., 1930.

См.: Чаянов А.В. Краткий курс кооперации. М., 1990.

См.: Чаянов А.В. Очерки по экономике трудового сельского хозяйства. М., 1925; Организация крестьянского хозяйства. М., 1925; Основные идеи и формы организации сельскохозяйственной кооперации. М., 1927; Оптимальные размеры сельскохозяйственных предприятий. М., 1928.

См.: Мещеряков Н. Кооперация и социализм. М., 1920; Мещеряков Н. Кооперация в Советской России. М., 1922; Лозовой А.Н. Ленин и кооперация. М., 1924; Кантор М. Основы кооперативной политики ВКП(б). М., 1926 и др.

См.: Оборин И. Потребительская кооперация на Юго-Востоке России. - Ростов-на-Дону., 1924 и др.

См.: Потребительская кооперация Дагестанской республики. Пять лет работы Советской потребительской кооперации. Махачкала, 1925; Кубсоюз к международному дню кооперации. Краснодар, 1923.

См.: Экономическая география Юго-Востока России / Под ред. В.Н. Вершкова. - Ростов-на-Дону, 1924.

См.: Терский округ. Очерки по истории, экономике и советскому строительству округа / Сборник под ред. М. Минеева и И.Викторова. Ч. 1. -Пятигорск, 1927.

См.: СССР в период восстановления народного хозяйства (1921-1925). Исторический очерк / Под ред. Кучкина А.П. - М., 1955; Кантор М. Две линии развития кооперации. - М., 1929 и др.

См.: Шкловский Г., Челяпов Н., Хаевский М. Чистка как метод борьбы за пролетарский аппарат.  М., 1932.

См.: Греков А., Киселев В. Опыт борьбы с бюрократизмом. - М., 1930; Козлов Г.А. Советские деньги. М.-Л., 1939; Дьяченко В.П. Советские финансы в первой фазе социалистического государства. 4.1. 1917-1925. М., 1947; Рябов Н. Социалистическое накопление и его источники в первой и второй пятилетках. М., 1951 и др.

См.: Смирнов Г.А. Борьба большевистской партии за дальнейшее укрепление советского государственного аппарата в период перехода на мирную работу по восстановлению народного хозяйства. Дисс… канд. истор. наук. - М., 1968; Атлас М.С. Развитие Государственного банка СССР. М., 1958.

См.: Крамаренко А.А. Кооперативный план В.И. Ленина и его осуществление в СССР. - Л., 1966; Поляков Ю. А. Переход к НЭПу и советское крестьянство. - М., 1967; Понятовская Н.П. Восстановление сельского хозяйства СССР в 1921-1925 годы. - М., 1960; Булатов И.Г. Кооперация и ее роль в подготовке сплошной коллективизации. - М., 1960 и др.

См.: Дмитриенко В.П. Торговая политика Советского государства после перехода к НЭПу (1921-1924). - М., 1971; Рогачева В.Д. К вопросу о политике КПСС и советского государства в отношении частного торгового капитала в первые годы НЭПа / Из истории борьбы КПСС за повышение культурно-технического уровня трудящихся (1921-1970). - Ростов-на-Дону, 1979 и др.

См.: Узнародов М.Т. Деятельность Кавказского и Юго-Восточного Бюро ЦК РКП(б) по руководству партийными организациями Юго-Востока России в 1920-1924 годах. - Орджоникидзе, 1968; Раенко Г. Из опыта работы коммунистов Северного Кавказа по налаживанию потребительской кооперации в первые годы НЭПа. (1921-1922). - Ростов-на-Дону, 1958; Опенкин Л.А. Современная историческая литература об осуществлении коммунистической партией НЭПа на Северном Кавказе в 1921-1925 годах. - Ростов-на-Дону, 1979; Воронин А.В. Из исторического опыта кооперативной политики Советской власти (1917-1921) // Вестник Ленинградского университета. Сер. 2. История, языкознание, литературоведение. 1988. Выпуск 2; Пономарев Е.Г. Партийное руководство советским строительством на селе в 1926-1932 годы (на материалах Дона, Кубани и Ставрополья) / Автореф. дисс… к. и. н. - Л., 1988; Аграрная политика коммунистической партии на Дону и Северном Кавказе (1920-1937) / Сост. С.М. Смагина. - Ростов-на-Дону, 1985 и др.

См.: Ленинским курсом. Торжество ленинского кооперативного плана на Кубани. - Краснодар, 1970; Партийные организации Северного Кавказа в борьбе за установление диктатуры пролетариата, построении социализма и коммунизма (к 80-летию второго съезда РСДРП) / Материалы конференции. - Ростов-на-Дону, 1985 и др.

См.: Очерки истории Чечено-Ингушской АССР с древнейших времен до марта 1917 года. Т. 1. Грозный, 1967; Северная Осетия в годы Советской власти (1920-1975). Факты. События. Свершения. Орджоникидзе, 1977; 40 лет Адыгеи (1922-1962). Майкоп, 1962; Чечено-Ингушетия. 1917-1967. События и памятные даты. Грозный, 1969; К вопросам политического, хозяйственного и культурного развития Северного Кавказа. Сборник статей. Ставрополь, 1969; Карачаево-Черкессия за полвека. 1922-1972. Черкесск, 1972; Материалы по изучению Ставропольского края. Сборник статей. - Ставрополь, 1964; Очерки истории Карачаево-Черкессии. В 2-х т. Ставрополь, 1967; История Дагестана. В 4-х т. - М., 1967; История Дагестана. М., 1969; История Кабарды. С древнейших времен до наших дней. М., 1957; История Северо-Осетинской АССР с древнейших времен до наших дней. - Орджоникидзе, 1968; История Северо-Осетинской АССР. Советский период. Орджоникидзе, 1966; История Северо-Осетинской АССР. М., 1959; Очерки истории Адыгеи. Т. 1. Майкоп, 1957; Очерки истории балкарского народа. С древнейших времен до 1917 года. Нальчик, 1961; Очерки истории Дагестана. Т. 1. Махачкала, 1957; Очерки истории Ставропольского края. В 2-х т. - Ставрополь, 1984; Грозный за сорок лет Советской власти. Грозный, 1957; Журкин Ю.Д. Город-герой Новороссийск. (Страницы революционной, трудовой и боевой славы). М., 1983 и др.

См.: Дихтяр Г.А. Советская торговля в период построения социализма. M., 1961; Рубинштейн Г.Л. Разви­тие внутренней торговли в СССР. M., 1964; Дмитренко В.П. Торговая политика после перехода к НЭПу. 1921-1924. M., 1971; Дмитренко В.П. Советская экономическая политика в первые годы диктатуры пролетариата. Пробле­мы регулирования рыночных отношений. Автореф. дисс… доктора эконом. наук. - M., 1982.

См.: Демьянов М.А. Борьба Коммунистической партии Советского Союза за кооперацию в первые два года НЭПа (1921-23). - Л., 1924; Гамапопов М.В. Кооперативное совещание при ЦК партии (1928-1929) // Вопросы истории КПСС. 1959. №4; Бланк Г.Я. Основы теории и истории потребительской кооперации в СССР. - М., 1963; Булатов Г.И. Борьба Коммунистической партии за развитие кооперативного движения СССР (1921-1925). - Пенза, 1961; Днепровский С.П. Кооператоры. 1898-1968. - М., 1968; Коссой А.О. О при­роде и роли кооперации в переходный период от капитализма к социализму // Вопросы экономики. 1963. №2; Морозов Л.Ф. От кооперации буржуазной к кооперации социалистической. - M., 1969; Рогава X.П. Со­ветское социалистическое государство в период перехода от социализма к коммунизму. - Тбилиси, 1968; Фа­ин Л.Е. Социально-экономическая характеристика кооперации в начальный период НЭПа (1921-23) // Ис­тория СССР. 1968. №5; Кабанов В.В. Октябрьская революция и кооперация. - М., 1973; Пирогова С.И. Го­сударственное руководство кооперативным строительством в УССР (1922-1931). - Харьков, 1975; Дмитренко В.П., Морозов Л Ф., Погудин В.H. Партия и кооперация. - M., 1978; Волков И.М., Вылцан M.A., Зеленин И.Е. Вопросы продовольственного обеспечения населения СССР (1917-1982 гг.) // История СССР. 1983. №2.

См.: Крушение мелкобуржуазной революции в Советской России (конец 1920-1921 гг.). - М., 1984.

См.: Карданов А.Х. Восстановление сельского хозяйства в Карачаево-Черкессии. 1921-1925 годы. - Черкесск, 1976; Даниялова Н. Социальная реконструкция народного хозяйства Дагестана (1926-1932). - Махачкала, 1962; Османов А.И. Осуществление НЭПа в Дагестане (1921-1925). М., 1978; Чернопицкий П.Г. Деревня Северо-Кавказского края в 1920-1929-е гг. - Ростов-на-Дону, 1987; Овчинникова М.И. Советское крестьянство Северного Кавказа (1921-1929). - Ростов-на-Дону, 1972; Беликов Т. И. Борьба трудового крестьянства Ставрополья за восстановление сельского хозяйства губернии в 1921-1928 годах / Автореф. дисс… к. и. н. Ростов-на-Дону, 1954; Белоусов А.А. Экономическое развитие Кабарды (1867-1953). - Нальчик, 1956; Булатов М.И. Победа колхозного строя в Дагестане. - Махачкала, 1973; Алиев А.И. Исторический опыт строительства социализма в Дагестане. Махачкала, 1969; Керимов И.К. Развитие союза рабочего класса и крестьян Дагестана (1920-1937). Махачкала, 1963; Кошкаев Б.О. Борьба за Советы в Дагестане. М., 1963; Кичиев М.И., Бутаев М. Дагестан в годы Советской власти. - Махачкала, 1963; Кучиев В.Д. Октябрь и Советы на Тереке. 1917-1918. Орджоникидзе, 1979; Магомедов М.А. Горцы Северного Кавказа и социалистическая революция (правда истории и домыслы антикоммунистов.). Махачкала, 1980 и др.

См.: НЭП. Приобретения и потери. М., 1994; Безгина О.А. Кооперативное движение в Самарской губернии в 1918-1928 годы / Автореф. дисс… к. и. н. Самара, 1997; Бородина Е.В. Роль внешнеторговой деятельности потребительской кооперации России в прорыве экономической блокады (1917-1922). Автореф. дисс… к. и. н. М., 1998; Воронин А.В. Кооперативная политика Советской власти на Европейском Севере: центральная и местная власти (1917-начало 30-х годов) / Автореф. дисс… д. и. н. Спб., 1997; Денисов Ю.А. Кооперативная политика Советского государства в 1921-1927 годы (на примере потребительской кооперации города Москвы и Московской губернии). Автореф. дисс… к. и. н. М., 1993 и др.

См.: Божок Д.П. Роль потребительской кооперации в удовлетворении возрастающих потребностей трудящихся / Автореф. дис... к. э. н. - М., 1987; Кабанов В.В. Крестьянская община и кооперация. Россия. 20 век. М., 1997.

См.: Гимпельсон Е.Г. Политическая система и НЭП: неадекватность реформ // Отечественная история. 1994. №2.

См.: Файн Л.Е. Военно-коммунистический эксперимент над российской кооперацией (1918-20) // Вопросы истории. 1997. №11; Файн Л.Е. Советская кооперация в тисках командно-административной системы (20-е гг.) // Вопросы истории. 1994. №9.

См.: Николаев А.А. Кооперация в условиях НЭПа / Россия НЭПовская: политика, экономика, культура. Тезисы Всесоюзной научной конференции. - Новосибирск, 1991; Давыдов А.Ю. Мешочничество и советская продовольственная диктатура 1918-1922 гг. // Вопросы истории. 1994; Кулаков В.В. История советского законодательства о кооперации (1917-1929). Дисс… канд. юрид. наук. - М., 1991; Ильиных В.А. Государственное регулирование частнопредпринимательской деятельности на хлебном рынке СССР в условиях НЭПа / Гуманитарные науки Сибири. Серия «отечественная история». 1994. №2.

См.: Цветкова М.В. Ценности российского предпринимательства. На материалах Костромской, Тверской, Ярославской губерний. 1921-1925 / Тверская земля в прошлом и настоящем. - Тверь, 1996.

См.: Виноградов С.В. Мелкотоварное крестьянское хозяйство Поволжья в 20-е годы. - М., 1998; Виноградов С.В. Частнокапиталистический уклад в промышленности в годы НЭПа (на материалах Поволжья) / Сталин. Сталинизм. Советское общество. Сборник статей к 70-летию B.C. Лельчука. - М., 2000.

См.: Килин А.П. Частное торговое предпринимательство на Урале в годы НЭПа. - Екатеринбург, 1994.

См.: Демчик Е. Частный капитал в городах Сибири в 1920-е гг. - Барнаул, 1998; Карлова Т.М. Частное предпринимательство в промышленном и торговом секторе экономического восстановления Сибири в годы НЭПа. Автореф. дисс…  канд. истор. наук. - Иркутск, 1999; Ильиных В.А. Государственное регулирование с\х рынка Сибири в условиях НЭПа. 1921-1928 гг. Автореф. дисс… докт. истор. наук. - Новосибирск, 1992; Ильи­ных В.А. Коммерция на хлебном фронте. Государственное регулирование хлебного рынка в условиях НЭПа 1921-1927 г. - Новосибирск, 1992; Ильи­ных В.А. Маслозаготовительная кампания 1924-1925 в Сибири. Методика регулирования рынка / К истории предпринимательства в Сибири. - Новосибирск, 1996; Грик Н.А. Экономи­ческая политика партии и монополизм в советской хозяйственной системе (1921-1929) / Социально-политическое развитие Сибири (XIX-XXI). - Томск, 1993.

См.: Денисевич М.Н. Индивидуальные хозяйства в политике Советского государства. Екатеринбург, 1993; Данильченко С.Л.  Партийно-государственное руководство внутренней торговлей Советской России в годы НЭПа (1921-1929 гг.). М.: «Прометей», 2008.

См.: Игонин А.В. Партийно-государственная политика в сельских районах Ставрополья, Кубани и Дона: историко-политический и теоретический аспекты. (1928-1934) / Автореф. дисс… к. и. н. Ставрополь: СГУ, 1999; Шебзухова Т.А. Кооперативное движение на Ставрополье во второй половине 19 - начале 20 веков / Автореф. дисс… к. и. н. Ставрополь: СГУ, 1997; Шебзухова Т.А. Ставропольская кооперация в годы первой мировой войны. Из истории земли Ставропольской. 1999. Выпуск 5; Кущетеров P.M. Деятельность потребительской кооперации по развитию предпринимательства на селе в т.ч. в Ставропольском крае. Психологический ресурс в экономике и предпринимательстве. Материалы Всероссийской научно-практической конференции. Ставрополь, 2000; Панарин А.А. Развитие сельскохозяйственной кооперации на Дону, Кубани и Ставрополье в 1921-1929 годы. Армавир, 2000 и др.

См.: Данилов В.П. Кооперативно-колхозное строительство в СССР. М., 1990; Корелин А.П. Кооперация в общественно-политической жизни России в начале XX века // Отечественная история. 1992. №2; Козлова Е.Н. Что такое кооперация // Кооперация: страницы истории. М., 1991. Выпуск 2; Марьяновский В.А. Советская экономика и кооперация - несостоявшийся альянс. М., 1993; Койчуев А.Д. Из истории социально-экономического развития Карачая в довоенные годы // Научная мысль Кавказа. 1996. №2; Работкин СВ. Из истории Северной Осетии // Преподавание истории в школе. 1999. №1; Энциклопедия по истории Кубани с древнейших времен до октября 1917 года. - Краснодар, 1997 и др.

См.: Ильин Ю.А. Отечественная кооперация. - Иваново, 1994.

См.: Парамонова Р.Н. Современная историография отечественного кооперативного движения 1920-х годов / Актуальная история: новые проблемы и подходы. Самара, 1999.

См.: Панарин А.А. К проблемам эволюции сельскохозяйственной кооперации в 20-ые годы / Проблемы аграрной истории Северного Кавказа. Материалы межрегиональной научной конференции. - Ставрополь, 1999; Дуплякин В.Ф. Потребительская кооперация Кубани. 1872-1992 годы. - Краснодар, 1992; Орлов И.Б. Новая экономическая политика: история, опыт, проблемы. М., 1999; Орлов И.Б. «Гримасы нэпа» в историко-революционном фильме 1920-х годов // Отечественная история. - 2003. - № 6; Лившин А.Я. Общественные настроения в Советской России 1917-1929 гг. - М., 2004; НЭП и становление гражданского общества в России: 1920-е годы и современность (Материалы Всероссийской научной конференции), г. Славянск-на-Кубани, 17-20 октября 2001; Бородкин Л.И., Свищев М.А. Социальная мобильность в частном секторе народного хозяйства 1920-х гг.: нэпманы под налоговым прессом // «Бублики для республики»: исторический профиль нэпманов. Уфа, 2005.

См.: Ракачева Я.В. Сельскохозяйственная кооперация Кубани в период новой экономической политики (1921-1927 годы). Автореф. дисс… к. и. н. Краснодар, 2000; Сидоренко Т.Н. Возникновение и развитие кооперации на Кубани (вторая половина 19 в.-1920 год) / Автореф. дисс… к. и. н. Краснодар, 2000.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.