WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Генезис экономики бурятского хозяйства в XIX веке

Автореферат докторской диссертации по истории

 

На правах рукописи

 

 

МАНШЕЕВ Доржа Михайлович

 

Генезис экономики бурятского хозяйства в XIX веке

Специальность: 07.00.02 – отечественная история

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

 

 

 

 

 

Улан-Удэ - 2011

Работа выполнена на кафедре истории и архивного дела ГОУ ВПО «Восточно-Сибирский государственный технологический университет»

 

Научный консультант:          доктор исторических наук, доцент

Жамбалова Сэсэгма Гэндэновна

Официальные оппоненты:    доктор исторических наук, доцент

Кальмина Лилия Владимировна

доктор исторических наук, профессор

Батуева Ирина Батоевна

доктор исторических наук, доцент

Мерцалов Виктор Иванович

Ведущая организация:                   ФГОУ ВПО «Бурятская государственная

сельскохозяйственная академия им. В.Р. Филиппова»

Защита состоится 18 ноября 2011 г. в 10.00. ч. на заседании диссертационного совета Д 003.027.01 при Учреждении Российской академии наук Институте монголоведения, буддологии и тибетологии Сибирского отделения РАН (670047, Республика Бурятия, г. Улан-Удэ, ул. Сахьяновой, 6).

С диссертацией можно ознакомиться в Центральной научной библиотеке Бурятского научного центра Сибирского отделения РАН по адресу: 670047, Республика Бурятия, г. Улан-Удэ, ул. Сахьяновой, 6.

Автореферат разослан 15 октября 2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета                                  Жамсуева Д.С.

                        I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы. Базисом любого общества, безусловно, является хозяйство – совокупность природных и произведенных в результате деятельности человека средств, используемых для создания, поддержания, улучшения условий и средств существования, жизнеобеспечения человеческого общества. Поэтому изучение процесса развития хозяйства различных народов является важнейшей задачей современной исторической науки.

В изменяющейся России с ликвидацией колхозов и совхозов, которые в свое время разрушили традиционную систему сельского хозяйства страны, актуальным становится обращение к ее историческим основам. В настоящее время в Республике Бурятия предпринимаются шаги по восстановлению экономики сельского хозяйства, возрождению на государственном уровне ее традиционной специфики.

Территория Бурятии является переходной зоной, где зональные степи Монголии соприкасаются с сибирской тайгой. Многообразие природных условий переходной зоны определило развитие здесь различных хозяйственно-культурных типов. С древнейших времен на территории Бурятии народы, основой жизни которых было кочевое скотоводческое хозяйство, сосуществовали с народами, занимавшимися охотой и рыболовством. В переходной зоне свою хозяйственную нишу находили и оседлые земледельческие народы, которые периодически проникали сюда и создавали свои поселения и города. В ходе исторического процесса происходит взаимопроникновение хозяйственно-культурных типов, в  результате в переходной зоне возникает комплексное хозяйство, вобравшее в себя элементы скотоводства, земледелия, охоты и рыболовства.

Еще одна особенность переходной зоны – быстрое изменение соотношения элементов хозяйства в пользу одного или нескольких компонентов экономики под воздействием ряда факторов: преобладание культурного влияния этноса, базирующегося на одном из видов хозяйственной деятельности; экономическая политика властей, направленная на развитие той или иной отрасли хозяйства; сложившаяся экономическая конъюнктура.

В связи с этим большое научное значение представляет изучение хозяйственной деятельности народов, населяющих данную территорию, в частности, бурят, детерминированной как природно-климатическими условиями переходной зоны, так и социально-экономическим устройством государства.

Степень изученности темы исследования. Одной из первых в дореволюционной историографии является работа М. Геденштрома «Отрывки о Сибири» (1830 г.), где буряты разделены по их территориально-административной принадлежности, показана одна из отличительных черт хозяйства полуоседлых бурят от кочевых.

Исследования по истории Бурятии в XIX в. проводились в основном путешественниками из центральной части России, а также ссыльными декабристами. Различные аспекты бурятского хозяйства освещены в трудах В. Паршина «Поездка в Забайкальский край» (1844 г.), Н.С. Щукина «Буряты» (1849 г.), Н.А. Бестужева «Бурятское хозяйство» (1853 г.) и «Гусиное озеро» (1854 г.) [см. Декабристы в Бурятии, 1927, с. 11-13, 41-75], И. Бакшевича «Описание реки Иркут от Тунки до впадения в Ангару» (1856 г.), П.А. Кропоткина «Поездка в Окинский караул» (1867 г.) и П. Ровинского «Очерки Восточной Сибири: Тунка» (1875 г.).

В конце XIX в. появляются исследования по хозяйственной деятельности бурят с элементами научного анализа. Таковы работы М. Кроля «Охотничье право и звериный промысел у забайкальских бурят»  (1895 г.), Н.А. Крюкова «Восточное Забайкалье в сельскохозяйственном отношении» (1895 г.), И.А. Молодых и П.Е. Кулакова «Иллюстрированное описание быта сельского населения Иркутской губернии»  (1896 г.). На рубеже XIX-XX веков публикуются многочисленные работы известного бурятского этнографа М.Н. Хангалова, где имеются этнографические описания скотоводства, земледелия, торговли, промыслов и ремесел бурят Западного Забайкалья (хоринских и селенгинских).

В советское время начинается новый этап в исследовании истории Бурятии. Советские историки полагали, что к XVII в. бурятское общество находилось на стадии военной демократии, высшей ступени первобытнообщинного строя. Затем, после вхождения в состав России в Бурятии развиваются феодальные, а следом и капиталистические отношения [Окладников, 1937, с. 368-373, Залкинд, 1970, с. 392-397]. В исторических исследованиях советского периода, как правило, монархическое устройство государства, его внутренняя и внешняя политика обретали негативную окраску. В результате в бурятоведческой науке того времени не получила должного освещения политика царского правительства, направленная на социально-экономическое развитие бурятского общества.

Первой работой по истории хозяйства бурят, опубликованной в советский период, стала книга И.И. Серебренникова «Буряты, их хозяйственный быт и землепользование» (1925 г.). Отрывочные сведения о хозяйстве бурят содержатся в книге П.Т. Хаптаева «Краткий очерк истории бурят-монгольского народа» (1936 г.).

В монографическом исследовании Ф.А Кудрявцева «История бурят-монгольского народа от XVII в. до 60-х годов XIX в.», изданном в 1940 г., впервые использованы архивные материалы для восстановления истории бурятского народа. Применение архивного материала позволяет исследователю выделить элементы хозяйства отдельно взятых бурятских ведомств.

Хозяйство бурят XIX в. нашло свое отражение в обобщающем труде «История Бурят-Монгольской АССР» (Т. 1, издание первое, 1951 г.), написанном коллективом авторов. В 1954 г. вышло в свет второе, исправленное и дополненное издание (Т. 1, 1954 г.).

В работе Е.М. Залкинда «Присоединение Бурятии к России» (1958 г.) использованы материалы архивов Москвы, Ленинграда, Иркутска и Улан-Удэ. Исследуя хозяйство бурят,  Е.М. Залкинд приходит к вполне обоснованному выводу о том, что вследствие усиления русской колонизации Восточной Сибири и возникновения экономических связей между деревней и улусом в бурятскую экономику проникают товарно-денежные отношения, постепенно трансформирующие натуральный строй бурятского хозяйства. В другом исследовании Е.М. Залкинда «Общественный строй бурят в XVIII – первой половине XIX в.» (1970 г.)  проанализированы составляющие хозяйства бурят – земледелию, скотоводству, охоте, рыболовству, ремеслам, промыслам, предпринимательству и торговле.

Монография И.А. Асалханова «Социально-экономическое развитие Юго-Восточной Сибири во второй половине XIX в.» (1963 г.) посвящена развитию капитализма в Иркутской губернии и Забайкальской области. В ней рассматривается большой круг вопросов по хозяйству бурят, русских и казаков. Несмотря на то, что автор не ставил задачи исследования особенностей хозяйства отдельных бурятских ведомств и некоторых компонентов бурятского хозяйства (охоты, рыболовства, ремесел и различных промыслов), представленный эмпирический материал, основные положения и выводы исследования И.А. Асалханова имеют большую историческую ценность. Они, как правило, служат базой при исследовании тех или иных аспектов истории хозяйства Бурятии.

В работе Н.П. Егунова «Колониальная политика царизма и первый этап национального движения в Бурятии в эпоху империализма» (1963 г.) исследуются состояние сельского хозяйства, земельные отношения, социальная дифференциация и развитие товарных отношений  в Бурятии в конце XIX в.

В книге К.В. Вяткиной «Очерки культуры и быта бурят» (1969 г.) дается этнографическое описание занятий и материальной культуры бурят в XIX – начале XX в.

В 1976 г. был опубликован сборник трудов академика А.П. Окладникова «История и культура Бурятии», в который вошли работы раскрывающие, древнюю этническую историю Бурятии, в том числе хозяйство его насельников. В статьях выявляются культурные связи Бурятии со Средней Азией – свидетельства того, что Бурятия была в орбите международных отношений, а не являлась изолированной частью ойкумены.

В статье Л.Р. Павлинской и С.Г. Жамбаловой «Становление и развитие хозяйственной традиции на территории Прибайкалья и Забайкалья» (1986 г.) исследуются аспекты становления и развития кочевого скотоводства на территории Бурятии, процесса взаимодействия и взаимовлияния скотоводства, земледелия и охоты на разных исторических этапах.

В последнее десятилетие XX в. бурятские ученые стали больше внимания обращать на историю отдельно взятых элементов бурятского хозяйства. Предпринимаются исследования о хозяйстве и материальной культуре этнолокальных групп бурят.  Одна из составных частей бурятского хозяйства – охота исследована С.Г. Жамбаловой в работе «Традиционная охота бурят» (1991 г.), где впервые наряду с другими проблемами ставится и разрешается вопрос о взаимодействии в пограничной зоне леса и степи двух различных хозяйственно-культурных типов – кочевников-скотоводов и охотников тайги. Монография И.Б. Батуевой «Буряты на рубеже XIX – XX веков» (1992 г.) раскрывает особенности традиционного скотоводческого хозяйства бурят. Работа Г.Р. Галдановой «Закаменские буряты: Историко-этнографические очерки (Вторая половина XIX – первая половина XX в.).»  (1992 г.) посвящена в том числе и хозяйству закаменских бурят. В работе Б.Б. Батуева и И.Б. Батуевой «Очерки истории селенгинских бурят» (1993 г.) описывается хозяйство селенгинской группы бурят в XVII-XIX веках. Дореволюционная этнография аларских бурят рассматривается Ж.А. Зиминым в исследовании «История аларского района» (1995 г.). В исследовании А.А. Бадмаева «Ремесла агинских бурят (к проблеме этнокультурных контактов)» (1997 г.) раскрывается процесс внедрения элементов русской материальной культуры в хозяйство бурят.

Сложившаяся в стране в постсоветский период политическая обстановка дала новые возможности освещения неизученных сторон истории. И.Б. Батуева в известной монографии «История хозяйства забайкальских бурят в XIX веке» (1999 г.) рассматривает развитие основных отраслей хозяйства забайкальских бурят в XIX веке: скотоводство, земледелие, охоту, рыболовство, ремесла и торговлю. Широкое применение архивных материалов позволило исследователю показать динамику развития различных отраслей хозяйства забайкальских бурят, чего не удавалось сделать предшественникам.

В монографии С.Г. Жамбаловой «Профанный и сакральный миры ольхонских бурят (XIX-XX вв.)» (2000 г.) на основе ранее неизвестных полевых, архивных и литературных источников раскрывается, в том числе, проблема традиционного хозяйства и природопользования ольхонских бурят: традиционное скотоводство, собирательство и охота, а также новые компоненты хозяйства (рыбный и зверобойный промыслы, торговля и зачатки промышленности). Отмечено, что в XIX в. на Ольхоне возникла система жизнеобеспечения основанная на эффективном использовании всех ресурсов кормящего ландшафта, включая степь, тайгу и водный бассейн.

В статье Н.Н. Крадина «Кочевое хозяйство агинских бурят во второй половине XIX – начале XX вв.» (2000 г.) на основе архивных материалов из фондов Агинской Степной думы исследуется процесс трансформации скотоводческого хозяйства агинских бурят под влиянием социально-экономической политики Российского государства.

Исследование О.В. Бураевой «Этнокультурное взаимодействие народов Байкальского региона в XVII – начале XX в.» (2005 г.) раскрывает межкультурные связи русского и коренного населения региона – бурят, эвенков и тофаларов. Здесь показано взаимовлияние народов в хозяйстве, материальной и духовной культуре.

В 2004 г. вышла в свет фундаментальная работа «Буряты», где на основе обширных антропологических, археологических, этнографических и исторических материалов освещаются наряду с другими проблемами и вопросы хозяйства.

В статье С.Г. Жамбаловой «Хозяйство бурят в дорусский период: попытка реконструкции» (2008 г.) исследуется хозяйство бурят накануне присоединения Бурятии к России. В следующей работе исследователя «Бурятия в России: трансформация в хозяйстве бурят в период XVII-XIX вв.» (2011 г.) выявляются изменения в хозяйстве бурят, обусловленные присоединением Бурятии к России.

История Бурятии до XX века является неотъемлемой частью истории номадизма, с этой точки зрения актуальны исследования, посвященные кочевым народам, среди которых труды Г.Е Маркова (1973, 1976, 1979, 1998), С.И. Вайнштейна (1972,1973, 1991), А.М. Хазанова (1973, 1975, 2002), Н.Л. Жуковской (1988, 1990), Н.Э. Масанова (1984, 1995), Н.Н. Крадина (1992, 2000, 2002).

Таким образом, на протяжении длительного времени процесс развития хозяйства бурят привлекал к себе внимание со стороны серьезных исследователей, которые рассматривали отдельные аспекты хозяйства бурят в различные периоды истории. Несмотря на данное обстоятельство, до сих пор остаются неисследованной проблема детерминированности хозяйства бурят от природной среды переходной экологической зоны и его зависимость от влияния политики и экономики Российского государства.

Целью исследования является выявление специфики генезиса экономики бурятского хозяйства в XIX веке.

Достижение поставленной цели предполагает решение следующих задач:

– выявить роль экономики Южной Сибири в истории кочевых обществ Центральной Азии;

– определить влияние природно-климатических условий, детерминирующих специфику хозяйства скотоводов переходной зоны (Бурятии);

– рассмотреть процесс формирования системы хозяйствования бурят;

– исследовать изменения в составе и количестве населения бурятских ведомств, происходившие в процессе развития экономики бурят;

– изучить политику Российского государства, направленную на создание единой системы управления, налогообложения и экономики бурят;

– выявить структуру хозяйства и классификацию форм скотоводства у бурят;

– рассмотреть процесс развития скотоводства у отдельных территориальных групп бурят под влиянием природных условий, экономической политики государства и технологических новаций;

– раскрыть особенности развития земледелия у отдельных территориальных групп бурят в рамках их мест обитания и в свете реализации Российским государством программы по распространению и дальнейшему развитию хлебопашества в бурятских ведомствах;

– исследовать развитие охоты, рыболовства, ремесел, домашних промыслов, зачатков промышленности и торговли бурят как неразрывные составляющие экономики Юго-Восточной Сибири.

Объект исследования – хозяйство бурят в XIX в.

Предмет исследования – становление и развитие экономики бурят – скотоводов переходной экологической зоны под влиянием Российского государства.

Территориальные рамки исследования охватывают всю этническую территорию проживания бурят в XIX в. – Республику Бурятия, юго-восточную часть Иркутской области и юг Забайкальского края в современных административных границах.

Хронологические рамки работы охватывают XIX в., как период, в котором наиболее ярко проявилась специфика хозяйства переходной экологической зоны – Юго-Восточной Сибири, совмещающей в себе экономику подвижных скотоводов и оседлых земледельцев.

Методология и методы исследования. Ведущим в работе является принцип историзма, когда хозяйство бурят рассматривается в динамике его развития. При этом процессы, протекавшие в хозяйстве бурят, исследуются в контексте развития кочевой и оседло-земледельческой культур.

Использование принципа объективности позволило провести  всесторонний комплексный анализ хозяйства бурят.

Принцип системности применялся при рассмотрении структуры хозяйства бурят, состоящего из взаимосвязанных элементов. Любые изменения в одном из элементов системы хозяйства бурят приводили к сдвигам в других элементах этой системы.

В диссертационном исследовании использованы историко-генетический,структурно-функциональный, сравнительно-исторический, типологический методы, а также методы статистического анализа.

В процессе исследования применялись теоретические разработки и основные положения Е.М. Залкинда, И.А. Асалханова, И.Б. Батуевой (исследование хозяйства бурят в свете экономических процессов, происходивших в Юго-Восточной Сибири), А.М. Хазанова, Н.Н. Крадина (выявление взаимозависимости кочевых обществ и оседло-земледельческих государств), Н.Э. Масанова (рассмотрение кочевого способа производства с точки зрения экологии). Также в работе использовались теории и положения изложенные в работах О.В. Бураевой, С.В. Данилова, Б.Б. Дашибалова, С.Г. Жамбаловой, Б.Р. Зориктуева, которые раскрывают многочисленные аспекты взаимодействия различных культур.

Источниковая база исследования. Основными источниками при подготовке данной диссертации послужили неопубликованные письменные документы из фондов Степных дум Национального архива Республики Бурятия (г. Улан-Удэ). В работе были использованы документы 11 Степных дум: Балаганской (ф. 3), Аларской (ф. 6), Кудинской (ф. 1), Верхоленской (ф. 4), Ольхонской (ф. 12), Тункинской (ф. 171), Кударинской (ф. 5), Баргузинской (ф. 7), Селенгинской (ф. 2), Хоринской (ф. 8), Агинской (ф. 129).

В Государственном архиве Иркутской области наибольшую ценность для исследования темы представляют фонды Главного Управления Восточной Сибири (ф. 24), Канцелярии Иркутского генерал-губернатора (ф. 25) и Иркутского Губернского управления (ф. 32). Материалы этих фондов содержат решения российского правительства  по распространению и  развитию российской экономической модели в бурятских ведомствах.

В исследовании использованы материалы Архива востоковедов С.-Петербургского филиала Института востоковедения РАН и документы из С.-Петербургского филиала Архива Российской Академии наук.

В диссертации использовались также опубликованные документы, а именно «Летописи хоринских бурят. Хроники Т. Тобоева и В. Юмсунова (1940 г.), «Баргузинские летописи» (1956 г.), «Обычное право селенгинских бурят» (1970 г.), «Обычное право хоринских бурят: Памятники старомонгольской письменности» (1992 г.), «Сборник документов по истории Бурятии. XVII век» (1960 г.), «Материалы комиссии Куломзина для исследования землевладения и землепользования в Забайкальской области» (1898 г.).

Следующую группу источников составили путевые записи Ц.Ж.Жамцарано (2001 г.), В. Паршина (1844 г.), П.А. Кропоткина (1867 г.) и П. Ровинского (1875 г.).

Использованы источники по хозяйству бурят, представленные в журнале «Древняя и новая Россия» (1875 г.) и  в Журнале Министерства внутренних дел (1849 г.).

Материалы и определенные знания по среде обитания и традиционному хозяйству различных групп бурят были приобретены в ходе полевых исследований, проведенных автором в составе различных экспедиций:

1. Экспедиции Байкальского этнографического отряда Института археологии и этнографии СО РАН (г. Новосибирск) в Тункинском, Окинском, Закаменском, Джидинском и Еравнинском районах Республики Бурятия в 2000-2005 гг.;

2. Комплексной экспедиции (фольклорно-этнографической) Института филологии СО РАН (г. Новосибирск) в Агинском и Дульдургинском районах Агинского Бурятского автономного округа (2005 г.);

3. Экспедиция этнографического отряда Государственного музея Республики Корея в Мухоршибирском и Тункинском районах Республики Бурятия, Эхирит-Булагатском и Баяндаевском районах Усть-Ордынского Бурятского автономного округа, Ольхонском районе Иркутской области, Агинском районе Агинского Бурятского автономного округа (2006 г.).

Научная новизна работы состоит в том, что изучение исторических трудов предшественников и работ по исследованию природной среды Юго-Восточной Сибири, а также письменных, этнографических, археологических материалов по Бурятии позволило нам выстроить собственный тезис, который мы обосновали в исследовании:

1. В период доминирования в Центральной Азии кочевых империй, государственных образований и политических объединений переходная экологическая зона (Юго-Восточная Сибирь) использовалась кочевниками как материальная база, на котором они формировали центры земледелия, ремесла и торговли. Во времена междуцарствий, когда власть в степи переходила от одного кочевого общества к другому, экономика переходной зоны упрощалась, население оседлых поселений и городов смешивалось с подвижными скотоводами. В результате чего возникали комплексные скотоводческие хозяйства, сохранявшие элементы оседлой культуры.

2. С развитием индустрии в оседло-земледельческом мире кочевники постепенно смещаются с мировой арены. Государства с оседлой культурой осваивают земли кочевников, прежде всего переходные зоны, подобные Бурятии, так как в них имеются экологические районы, способствующие культивированию земледелия. Россия распространяет в Бурятии собственную экономическую модель, основанную на оседло-земледельческой культуре. В результате в бурятских ведомствах формируется и развивается экономика с общими для России принципами и механизмами.

Впервые в работе исследовано хозяйство основных групп бурят на всем протяжении XIX в. В работе прослежен генезис хозяйства бурят, который раскрывает закономерности развития экономики переходной зоны: совмещения разных хозяйственных моделей;  способность под влиянием определенной политики властей к быстрой смене специализации; аккумулирование опыта хозяйствования древних насельников региона. Эти закономерности могут быть учтены при разработке современной социально-экономической стратегии Юго-Восточной Сибири.

Впервые в рамках исследования показана роль природной среды, государства и технологий как основных факторов, влиявших  на ход истории хозяйства бурят и имеющих большое значение и в настоящее время.

В диссертационном исследовании на основе анализа структуры хозяйства бурят составлена типология форм скотоводства бурят и прослежены изменения этих форм во времени.

Данное исследование вводит в научный оборот большой массив новых архивных данных по хозяйству и населению (количеству и составу) бурятских ведомств, которые использованы для выявления процесса внедрения российской экономики в хозяйство локальных групп бурят в XIX веке, способствующего дальнейшей интеграции двух культур в развитии современной региональной экономики.

В исследовании удалось проследить динамику развития хозяйства предбайкальских бурят, тем самым дополнив результаты исследований И.Б. Батуевой по забайкальским бурятам. Раскрыты новые факторы (капитализация хозяйств и выпаханность земель), оказавшие негативное влияние на демографические процессы, происходившие в бурятских ведомствах, которые прослеживаются и в современной экономике.

Выявлены важные экономические показатели – количество скота, площади пахотных земель, урожаи зерновых, количество добытого зверя и проданного товара – в пересчете на душу населения, которые позволили сделать выводы об уровне жизни населения и уровне развития отдельных сегментов хозяйства в бурятских ведомствах в разные годы. Выведен удельный вес структурных единиц хозяйства бурят.

Практическая значимость работы. Теоретические результаты исследования были использованы при разработке лекционных курсов по истории России, истории Бурятии, этнологии на историко-архивном отделении Восточно-Сибирского государственного технологического университета (Улан-Удэ), гуманитарных факультетах университетов.

Положения и выводы, сформулированные в диссертации, могут быть использованы в исторических, этнологических, экономических исследованиях аспектов хозяйства других переходных экологических зон, подобных Юго-Восточной Сибири, а также для дальнейшего изучения различных вопросов истории бурят. Фактический материал диссертации послужит основой при разработке методических рекомендаций, программ учебных курсов по истории, этнологии и экономике для образовательных учреждений: школ, училищ, колледжей и высших учебных заведений.

Содержащиеся в работе материалы и обобщенный опыт по истории хозяйства бурят могут быть полезны при совершенствовании форм и методов ведения сельского хозяйства в современных условиях. Фактический материал и основные положения диссертации, возможно, помогут при выработке новых концепций по развитию сельского хозяйства и, в целом, экономики Юго-Восточной Сибири.

Апробация работы. Полученные в ходе исследования результаты и ряд основных положений диссертации представлялись и обсуждались на конференциях регионального, межрегионального и международного уровня: Ежегодная научно-практическая конференция преподавателей, научных сотрудников и аспирантов Восточно-Сибирского государственного технологического университета (Улан-Удэ, 2004-2011 г.); Ежегодная научно-практическая конференция преподавателей и сотрудников Бурятского государственного университета» (Улан-Удэ, 2004-2011 г.); Межрегиональная научная конференция «Хонгодоры в этнической истории монгольских народов» (Улан-Удэ, 2004 г.); Международная конференция «Чингисхан и судьбы народов Евразии – 2», (Улан-Удэ, 2007 г.); Научно-практическая конференция «Традиционная система управления кочевых сообществ Южной Сибири» (Улан-Удэ, 2008 г.); Научно-практическая конференция «Освоение Сибири в панораме столетий: опыт, стратегия, проблемы» (Улан-Удэ, 2009 г.); Международная научно-практическая конференция «Батуевские чтения – 4» (Улан-Удэ, 2010 г.).

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, пяти глав, состоящая из шестнадцати параграфов с выводами по каждому из них, заключения, списка источников и литературы, трех приложений, где  представлены 35 аналитических таблиц, составленных автором на основе архивных материалов по основным видам хозяйственной деятельности бурят в XIX в.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во Введении обоснована актуальность темы, раскрываются цель и задачи диссертационного исследования, определяются объект и предмет, обосновываются территориальные и хронологические рамки, методология и методы исследования, анализируется источниковая база, раскрывается новизна и практическая значимость.

В первой главе «Экономика Южной Сибири и природные условия Бурятии» исследуется роль экономики Южной Сибири в истории кочевых государств и влияние природных условий Бурятии на формирование хозяйства бурят.

В параграфе 1.1. «Южная Сибирь в истории кочевых государств» отмечается, что в период кочевых империй пояс гор Южной  Сибири, включающий Алтай, Саяны и горные хребты Предбайкалья и Забайкалья, играл в истории великой Степи немаловажную роль. Здесь, в горных долинах Алтая, Западных и Восточных Саян, Забайкалья, складывались очаги земледелия, основанные колонистами из Китая и Средней Азии, которые диверсифицировали экономику кочевников и позволяли нарастить их экономический потенциал. Существование оседлых поселений и развитие земледелия в суровых климатических условиях переходной зоны (Южной Сибири) было возможно только при постоянной поддержке властей кочевников. Распад кочевых империй непременно вел к переходу оседло-земледельческого населения на полуоседлое скотоводство и примитивные формы земледелия.

Горные долины Южной Сибири на протяжении всей истории кочевого мира Великой степи неоднократно становились прибежищем различных племен и народов, которые в силу разных причин, как политических, так и природно-климатических, вынуждены были бросать свои пастбища и использовать территории Саяно-Алтая, Забайкалья и Предбайкалья.

В условиях постоянных миграций народов в переходную зону Южной Сибири местное население было носителем различных по своему характеру и происхождению культур. В переходной зоне достаточно быстро  распространялась культура, носители которой господствовали в тот или иной период. Разнообразие природы Южной Сибири способствовало прибывавшим сюда народам сравнительно легко приспособиться к местным условиям.

Разнообразие природы переходной зоны Сибири способствовало становлению комплексного хозяйства древних тюрок на Алтае, кыргызов в Минусинской котловине и монголов в Забайкалье. Комплексное, диверсифицированное хозяйство переходных зон позволило гуннам, тюркам, уйгурам, монголам и саянским киргизам, на начальных этапах их развития, создать собственные государственные образования и влиять на ход истории Евразии, а курыканам и байегу сохранять автономию.

В параграфе 1.2. «Природно-климатические условия Бурятии» на широких литературных источниках освещаются природно-климатические особенности Бурятии. Географические условия Бурятии характеризуются разнообразием природных условий. В Бурятии преобладают горы, которые являются конденсатором влаги и питают многочисленные реки и озера, что, в свою очередь, обусловливает сравнительно богатый растительный покров. Чересполосное распределение лесов и степей переходной зоны обусловило формирование здесь комплексного скотоводческого хозяйства, которое развивалось в сторону увеличения или уменьшения подвижности в зависимости от внешних факторов – политических процессов происходивших в кочевых обществах и земледельческих государствах, в сфере влияния которых находилась Бурятия. В Предбайкалье преобладают луговые степи, а в Забайкалье превалируют сухие степи. Издревле степи Предбайкалья были предрасположены к скотоводческо-земледельческому освоению, а степи Забайкалья – скотоводческому.

В параграфе 1.3. «Типология местообитаний бурят» разработана классификация природных районов Бурятии. Скотоводство в Прибайкалье было локализовано в пределах территорий с определенной характеристикой природных условий жизнедеятельности. Места расселения бурят в зависимости от комплексности природных ресурсов и клима­тических условий, емкости экологической ниши могут быть подразделены в типологическом отношении на районы преимущественно экстенсивного степного скотоводства, скотоводства со стойловым содержанием скота зимой и экстенсивного горного скотоводства. Районы обитания бурят по-разному реагировали и влияли на хозяйственную дея­тельность человека, определяли характер и направленность развития системы жизнеобеспечения, ее эволюцию и трансформацию.

В параграфе показано, что в результате флуктуации климата в Юго-Восточной Сибири имели место незначительные изменения в природной среде, которые в целом не влияли на структуру хозяйственных занятий населения. Изменения климата в ареалах номадизма приводили к миграциям кочевников в маргинальные зоны и обратно в центральные степные, что обусловило аккумуляцию в Юго-Восточной Сибири культур ранних и поздних кочевников. Подобный процесс происходил и с культурой охотников.

В параграфе 1.4. «Формирование системы хозяйствования бурят» рассматривается генезис хозяйственной деятельности этноса. В котловинных степях Забайкалья со II тыс. до н.э. складывается экстенсивное скотоводство. Чуть позже в эпоху раннего железа кочевники начинают осваивать Предбайкалье, менее пригодное для кочевничества. В процессе освоения Предбайкалья постепенно уменьшается доля диких животных в данной экологической нише. Эти территории осваиваются скотоводами, которые развивают в качестве вспомогательной отрасли плужное земледелие. Пришлое население создает семейно-брачные союзы с местными охотниками и перенимает у них традиции охоты в тайге. Происходит становление и формирование комплексного скотоводческого хозяйства с сопутствующими дополнительными занятиями как специфической системы материального производства и соответствующего образа жизни. Хозяйственная деятельность скотоводческого населения этого региона была неразрывно связана с кочевой культурой номадов Центральной Азии. Рубеж XV–XVI вв. знаменуется общим кризисом кочевой цивилизации, что приводит к упрощению системы хозяйствования скотоводов Предбайкалья. Именно на этом этапе в XVII в. они знакомятся с русской культурой и перенимают элементы российской экономики.

Рассмотренный вопрос о роли различных технологических усовершенствований хозяйства мигрантов при освоении ими Предбайкалья, который исследователи ранее не ставили, позволил впервые проследить весь процесс становления и развития системы традиционного хозяйствования бурят в Забайкалье и Предбайкалье и сделать вывод: развитие металлургии сказалось на развитии технической оснащенности степного населения Монголии и Забайкалья, что, в свою очередь, позволило ему адаптироваться к природным условиям Предбайкалья.

Вторая глава «Буряты в сфере политического и экономического влияния Российского государства» посвящена исследованию политики Российского государства, направленной на создание единой системы управления, налогообложения и экономики, реализация которой обусловливает изменения в структуре хозяйства и составе населения бурят.

В параграфе 2.1. «Демографические процессы в бурятских ведомствах» выявляются изменения в образе жизни бурятского населения и качественном изменении его состава в результате распространения земледелия. Раскрыты миграционные процессы в бурятских ведомствах. С XVII в. Бурятия втягивается в сферу влияния России, что приводит к распространению в Прибайкалье и Забайкалье наряду со скотоводством земледельческой культуры. Распространение земледелия в скотоводческом хозяйстве Бурятии приводит к оседанию части бурят на всем протяжении XIX в. Седентаризация наиболее интенсивно развивается в Предбайкалье. Во второй половине XIX в. процент оседлых бурят в Предбайкалье увеличивается и составляет: в Верхоленском ведомстве 2,80 % , в Кудинском – 4,17 %, в Идинском – 4,61 %, в Аларском – 5,13 %, в Тункинском – 7,29 %, в Балаганском – 20,75 %. Энергичному оседанию предбайкальских бурят способствовала политика государства по распространению хлебопашества среди бурят, которая наиболее успешно реализовывалась за счет  плодородности почв Предбайкалья. Среди предбайкальских бурят выделяются ольхонские буряты, которые, обитая в условиях сухих ольхонских степей, не могли в сколь-нибудь серьезной степени заниматься земледелием и в результате меньше всего подверглись процессу оседания. В конце XIX в. у предбайкальских бурят, за исключением тункинских, обитавших на границе Предбайкалья и Забайкалья, наблюдается убыль населения. Это связано с ассимиляцией части бурят в среде русских и вынужденным оттоком бурятского населения в Забайкалье.

В разделе показано, что несмотря на все старания государства, в Забайкалье седентаризация проходила менее успешно. Так, во второй половине XIX в. в Кударинском ведомстве процент оседлых бурят составлял 0,53, в Агинском – 0,54 %, в Хоринском – 1,81 %, в Селенгинском – 4,02 %. Экологические условия сухих степей Забайкалья не способствовали широкому распространению здесь земледелия, что, в свою очередь, не располагало забайкальских бурят к оседанию. Бурятское население Забайкалья неуклонно растет на всем протяжении XIX столетия.

В параграфе 2.2. «Управление бурятскими землями» отмечается, что политика Российского самодержавия с 1822 г. до середины 1890-х годов характеризуется лояльностью в управлении бурятами. Самоуправление позволяет бурятам сохранить традиционные формы социально-экономических отношений, а самое главное – собственность на скот и родовые земли. В конце XIX –  начале XX вв. российское правительство проводит политику по упразднению бурятской автономии и устройству их самоуправления по крестьянскому образцу.

В разделе показывается, что государством первоначально был взят курс на поддержание элитарного положения бурятской знати, их преимущественное назначение на престижные должности, поддержание их привилегированного положения в вопросах землевладения, платежей налогов, финансовой помощи. Однако со второй половины XIX в. начинается постепенный отказ от поддержки административными органами престижа и авторитета лиц по сословному признаку.

В параграфе 2.3. «Налогообложение бурят» раскрывается политика государства направленная на постепенную унификацию налогообложения бурят и русских крестьян. До вхождения Бурятии в состав России разного рода сборы и подати в условиях традиционного кочевого общества в пользу бурятских тайшей и властителей были незначительны, нерегулярны и носили добровольный характер. Укрепив свою власть на территории Байкальской Сибири, Российское государство установило жесткую фискальную систему, с помощью которой из бурятских ведомств выкачивались сотни тысяч рублей серебром на содержание, нужды и потребности колониального аппарата в крае, воинских соединений, администрации. Отсутствовавшее в кочевой среде изъятие прибавочного продукта внеэкономическими методами стало всеобщим в составе Российского государства. Произошло значительное возрастание внеэкономических форм эксплуатации бурятского общества посредством налоговой системы. Государство инициирует политику седентаризации для перевода бурят на более высокую оброчную подать за счет внедрения в их хозяйство товарного земледелия. В конце XIX в. размер налогообложения бурят сравнивается с платежами крестьян.

В параграфе 2.4. «Поземельная политика Российского государства в Бурятии» в рамках дальнейшей колонизации России рассматривается процесс отчуждения бурятских земель в пользу переселенцев из центральной части России, а также формы землепользования бурят. В поземельном отношении политика Российского государства первоначально заключалась в военно-казачьей колонизации края, когда создавались «пограничные линии», военные крепости – остроги, которые заселялись казачьим и частично военным населением, а иногда и ссыльными поселенцами. Параллельно этому процессу идет заселение края русским крестьянством путем насилия и поощрения к переселениям, усилившееся к концу XVIII – началу XX в.

Далее в параграфе раскрывается политика государства по переселению государственных крестьян на территории бурятских ведомств, что стало еще одним фактором ограничения земельной собственности бурят. Первую половину XIX в. знаменует новый этап в истории  крестьянства, связанный с попыткой монархии решить крестьянский вопрос. 22 декабря 1844 г. Министерством государственных имуществ публикуется «Инструкция о переселении государственных крестьян». Инструкция была разослана по всем Степным думам. Посредством Инструкции государство юридически закрепило возможность заселения казенными крестьянами земель, фактически находившихся во владении бурят, так как все земли, на которых жили буряты, принадлежали казне.

Определенную роль в ограничении земельных владений подвижных бурят сыграло оседание их малой части в русских селениях, впоследствии влившихся в русский  этнос. Изъятию бурятских земель способствовало образование из казачьего населения сельских обществ, которым выделялись дополнительные земли.

В течение второй половины XIX – начала  ХХ вв. поземельная политика царизма в Бурятии основывается на постепенном изъятии наиболее плодородных угодий у бурят, а в связи с проведением столыпинских аграрных реформ этот процесс приобретает характер широкомасштабной экспроприации земли для размещения русского переселенческого крестьянства и казачества.

В первой половине XIX в. хозяйственные земли у бурят находились в захватном и наследственном владении. Ситуация не изменилась и во второй половине XIX в. Во второй половине XIX в. в Бурятии усилились земельные конфликты, имевшие место и в предшествовавший период. Эти конфликты происходили как между коренными жителями края – бурятами и эвенками, с одной стороны, русскими крестьянами и казаками – с другой, так и между бурятскими улусами и родами и селениями русских крестьян и казаков. Усиление земельных споров было связано с быстрым увеличением населения края и растущим дефицитом хозяйственных земель.

В параграфе 2.5. «Изменения в экономике бурят» выявлена трансформация бурятского хозяйства в результате внедрения в него российской экономической модели. В первой половине XIX в. государство предпринимает жесткие меры по распространению и развитию русского земледелия в бурятских ведомствах. Политика государства по распространению земледелия среди бурят приносит свои плоды. На всем протяжении XIX в. прослеживается увеличение посевов зерновых в бурятских ведомствах. 

Государством для расширения площадей посевов и защиты земледелия от неурожаев в бурятских ведомствах устраиваются хлебные запасные магазины (сельские экономические магазины), которые находятся в ведении Главного Управления Восточной Сибири, контролирующего заготовку хлеба для запасных магазинов и обновление в них зернового фонда. Главное Управление принимало решения о выдаче зерна в ссуду во время посевных работ, об отсрочке крестьянам и инородцам взноса в сельские экономические магазины ссудного и окладного хлеба. Строгая отчетность губернии и областей перед Главным Управлением о посеве и урожае картофеля сельским населением способствовала успешному выполнению Указа Императора (1842 г.) о расширении посевов картофеля.

Рост земледелия, торговли и промышленности в Бурятии приводит к перестройке скотоводства у бурят, которое чутко реагирует на изменения в этих сферах экономики. В первой половине XIX в. у предбайкальских бурят и во второй половине XIX в. у забайкальских бурят появляется свиноводство, которое является четким маркером оседлого образа жизни. Во второй половине XIX в. одним из наиболее важных новшеств у скотоводов-бурят стала организация ветеринарной службы для  борьбы с эпизоотиями крупного рогатого скота. Развитие городов и промышленности втягивает бурятское хозяйство в товарно-денежные отношения. Труд бурят получает спрос на приисках и различных промыслах.

В третьей главе «Скотоводство в хозяйстве бурят» рассматривается процесс развития скотоводства в хозяйствах отдельных территориальных групп бурят под влиянием природных условий, экономической политики государства и технологических новаций. Для выявления значения скотоводства у отдельных групп бурят приводятся цифровые данные раскрывающие долю основных сегментов в системе их хозяйства. К главе прилагаются таблицы, в которых раскрывается динамика численности скота, и изменения удельного веса видов домашних животных во времени в отдельных ведомствах. На основе анализ структуры хозяйства отдельных территориальных групп бурят составлена типология форм их скотоводства и прослежены изменения этих форм во времени.

В параграфе 3.1. «Скотоводство в системе хозяйства бурят в первой половине XIX века» на основе анализ статистических и текстовых материалов архивов выявлено, что в начале XIX в. активное внедрение государством земледелия среди бурят привело к сокращению численности их скота. Усилия бурят были перераспределены в пользу земледелия. Ситуация в скотоводстве выправилась к середине XIX в. Губернское начальство обратило внимание на плачевное состояние скотоводства и приняло решения по дальнейшему развитию сенокошения среди бурят, что благоприятно сказалось на скотоводстве предбайкальских бурят: стабилизируется и растет численность стада; скот защищен от зимней бескормицы. Между тем не удалось в полной мере обеспечить сеном скот забайкальских бурят. Частые засухи, эпизоотии и нападения хищников наносили ощутимый урон скотоводам Западного и Восточного Забайкалья.

Развитие промышленности и городов в Бурятии, а также международной торговли через г. Кяхту  обусловили развитие здесь рынков сбыта продуктов скотоводства, а это, в свою очередь, повлияло на структурные изменения в стаде у бурят. Результатом функционирования Тельминской суконной фабрики стало увеличение спроса на шерсть и шкуры овец, что привело к увеличению доли овец в стаде бурят.

Следствием внедрения русского земледелия в хозяйство бурят стало появление и увеличение численности свиней преимущественно у предбайкальских бурят. Кроме того, от земледелия буряты получали не только корм для свиней в виде зерна, но и солому для подкормки остальных видов скота, что разнообразило их кормовую базу.

У населения Иркутска, Верхнеудинска, Нерчинска и городов Бурятии растет спрос на мясную продукцию, что стимулирует бурят к сохранению и увеличению традиционного скотоводства. Буряты обеспечивали транспортом международные и внутренние грузоперевозки. Спрос на лошадей и верблюдов как на транспортное средство приводит к росту их удельного веса в стаде.

Значительную роль в развитии скотоводства бурят сыграли такие технологические нововведения, как  коса-литовка,  транспортные средства (русские телеги и сани), строительство поскотин и построек для содержания скота, а также разведение новых пород скота, которые дополнили уже имевшуюся у бурят технологию  удобрения и полива сенокосных участков. Новые технологии позволили увеличить размеры кормовой базы скотоводства и защитить скот от холодных зим.

В целом многообразие природных условий Юго-Восточной Сибири обусловили неравномерность влияния государства на развитие традиционного скотоводства. Государство смогло повлиять на ход развития скотоводства только в тех районах, где природные условия позволили этому влиянию реализоваться. Несмотря на распространение земледелия среди бурят, скотоводство оставалось основой их хозяйства и  единственным средством существования, средством выплаты податей и повинностей в пользу государства в период неурожаев зерновых.

В параграфе 3.2. «Скотоводство в системе хозяйства бурят во второй половине XIX века» отмечается, что в этот период скот забайкальских бурят, содержавшийся преимущественно  на подножном корму и в зимнее время, продолжал страдать от недостатка кормов. В периоды засухи, холодных зим и снегопадов в хозяйствах бурят Забайкалья происходит массовый падеж скота.

В 1860-х гг. в бурятских ведомствах начинает ощущаться недостаток сенокосных и пастбищных земель. Особенно остро дефицит сенокосных и пастбищных земель ощущается в ведомствах Предбайкалья, который приводит к возникновению новой формы скотоводства, когда в зимний и летний период часть скота отгоняется на заимки (сенокосные и пастбищные места, находящиеся в отдалении от постоянных мест обитания скотоводов). Кроме того, дефицит земель приводит к оттоку бурятского населения в восточные районы Бурятии. Еще одной причиной миграции бурятского населения на восток стал высокий уровень капитализации в Предбайкалье. Развитие рыночных отношений здесь привело к концентрации в руках нескольких состоятельных хозяйств большого количества сенокосных земель, а также многочисленного скота. В итоге часть бурят разорилась и была вынуждена искать средства к существованию в других ведомствах, имеющих запасы на неосвоенных землях.

Во второй половине XIX в. массовые эпизоотии наносят урон скотоводству всех групп бурят. От эпизоотий в основном погибает крупный рогатый скот.  В конце XIX в. скотоводы получили поддержку от государства в виде ветеринарной службы, однако эта служба не могла разрешить все проблемы, связанные с лечением скота в Бурятии, хотя и улучшила эпидемиологическую обстановку.

В Бурятии сохраняются полуоседлые, полукочевые и кочевые формы скотоводства. В высокогорьях Восточного Присаянья полуоседлое скотоводство дополняется яйлажным.

В целом значение скотоводства оставалось на высоком уровне для всех групп бурят. Скотоводство давало им пищу, одежду, средства передвижения и транспортировки. Скотоводство обеспечивало жилищем значительную часть забайкальских бурят. Скот служил как тягловое средство при заготовке сена и вспашке земель.  Продукты скотоводства (мясо, шерсть, шкуры, кожа) стали выгодным товаром, который можно было продать на расширяющихся рынках Бурятии – в городах, в русских селах и промышленных районах.

В четвертой главе «Распространение и развитие русского земледелия в бурятских ведомствах» на основе аналитических таблиц, выполненных автором и текстовых материалов архивов, раскрываются особенности развития русской системы земледелия у отдельных территориальных групп бурят.

В параграфе 4.1. «Протекционизм государства в распространении земледелия» рассмотрена реализация политики государства по внедрению и расширению земледелия в бурятских ведомствах. Земледелие в Бурятии развивалось с древних времен. Разнообразие Бурятии обусловило неравномерность развития земледелия. Сравнительно благоприятные для земледелия природные условия сложились в Предбайкалье. Длительное воздействие влажного климата способствовало формированию здесь плодородных почв.

Земледелие в Предбайкалье  широко распространилось во времена Тюркского каганата, а затем перешло по наследству курыканам. В суровых условиях Байкальской Сибири земледелие требовало совместных усилий больших масс людей. Для сплочения и управления этими массами требовалась сильная власть. Такие функции выполняла тюркская аристократия, которая активно содействовала распространению согдийского земледелия в Предбайкалье, а также в некоторых районах Западного Прибайкалья. Однако после распада Тюркского каганата, а затем и автономии курыкан земледелие в Предбайкалье деградирует и становится частью традиционного хозяйства.

Основная линия истории земледелия в Бурятии повторяется и в русский период. Российское государство, также как и Тюркский каганат, применяет волю в деле распространения земледелия в Бурятии. Государство фактически насаждает земледелие среди бурят. Между тем государство субсидирует бурятам орудия труда (сохи и бороны), семена на первые посевы, а также технологии русского трехполья. Щедро раздаются награды бурятам, отличившимся в деле распространения и развития земледелия среди одноплеменников. Государством применяются и меры наказания в отношении бурят за нерадение в хлебопашестве.

Усилия государства по распространению земледелия среди бурят реализовались не во всех ведомствах Бурятии. Благоприятные природные условия Предбайкалья, а также сохранившиеся здесь элементы оседло-земледельческой культуры (орошение и удобрение полей, сенозаготовки, стационарные жилища и постройки) позволили большей части предбайкальских бурят быстро приобщиться к русскому земледелию. Во второй половине XIX в. основными поставщиками зерна в казну и в частные руки стали буряты Приангарья.

Природные условия сухих степей Забайкалья, а также частые климатические перепады, происходившие здесь, не позволяли забайкальским бурятам выращивать много зерна. Урожаи зерновых культур в ведомствах Забайкалья удовлетворяли частично лишь собственные потребности местных бурят.

В параграфе 4.2. «Земледелие в период либерализации экономики России» автор анализирует развитие земледелия во второй половине XIX в., когда рынки сбыта зерна освобождаются от опеки государства и в экономике бурят развиваются рыночные отношения. Во второй половине XIX в. буряты продолжают наращивать усилия по развитию земледелия. Бурятское земледелие, как и в целом в Сибири, продолжает развиваться экстенсивным путем, за счет расширения посевных площадей. Таким образом буряты увеличивают сборы зерна на душу населения. Между тем климатические условия остаются основным фактором, влияющим на объемы посевов и урожаев зерна у бурят, т.к. земледельческие технологии не претерпели изменений и к концу XIX в. В 1860-х гг. в бурятских ведомствах ощущается недостаток плодородных земель, пригодных под засев зерна, в том числе и озимых культур. Бурятам приходится распахивать залежи, пастбища в некоторых местах и сенокосные участки.

С начала 1860-х годов, с освобождением рынка зерна от опеки государства, начинается капитализация зажиточных хозяйств, которые отчуждают земли у бедных бурят для увеличения своей прибыли за счет повышения объемов продаваемого зерна. Эта тенденция ярко проявляется в ведомствах Предбайкалья, где был высок уровень развития земледелия. Обедневшим слоям населения приходится наниматься на поденные и месячные полевые работы к своим богатым сородичам. Капитализация становится одной из причин оттока населения из ведомств Предбайкалья, т.к. обезземеленные буряты в поисках лучшей доли уезжают из своих ведомств в восточные районы Бурятии. В неурожайные годы отток населения усиливается из-за уменьшения спроса на рабочую силу, которая использовалась на полевых работах. К тому же обнищание населения ведет к развитию социальных болезней, влияющих на повышение его смертности.

В ведомствах Забайкалья капитализация была незначительной. Природные условия Забайкалья не позволяли здесь развивать товарное производство зерна. К концу XIX в. бурятские земледельцы Забайкалья частично обеспечивали лишь внутренние потребности жителей своих ведомств в зерне. Тем не менее, и здесь в земледелии применяется наемный труд.

В структуре возделываемых бурятами культур яровые хлеба вытесняют озимые. Здесь сказывается оскудение плодородности озимых полей из-за их выпашки и ограниченность ресурсов расширения этих полей. Яровая рожь становится господствующей культурой в посевах всех групп бурят, вытесняя озимую рожь. Между тем в структуре посевов бурят определенное место занимают пшеница, овес, ячмень и греча. Отмечается тенденция к незначительному увеличению доли пшеницы в посевах бурят, указывающая на некие качественные изменения в земледелии бурят. Во всех бурятских ведомствах ширится мельничное производство, иллюстрируя изменения спроса населения, которое становится все более взыскательным к потребляемому товару. Из овощей подвижные буряты выращивают лишь картофель. Закономерно отсутствие культивирования этого овоща у кочевых бурят Агинского ведомства. Оседлые же буряты, принявшие русскую земледельческую культуру, возделывали те же овощи, что и русские крестьяне.

В пятой главе «Вспомогательные отрасли экономики бурят» исследуется развитие охоты, рыболовства, ремесел, домашних промыслов, зачатков промышленности и торговли бурят как составляющих экономики Юго-Восточной Сибири. Положения и выводы главы подтверждены авторскими аналитическими таблицами, статистическими и текстовыми материалами архивов.

В параграфе 5.1. «Значение присваивающих отраслей хозяйства в экономике бурят» выявляется роль охоты и рыболовства в хозяйствах отдельных групп бурят. Значение охоты в отдельных ведомствах определялось наличием охотничьих угодий и степенью развития производящих видов хозяйства – интенсивного скотоводства и земледелия. В Предбайкалье охота имела наибольшее значение в Тункинском ведомстве. Этому способствовали обилие зверя в еще не тронутой новой цивилизацией Тункинской тайге, а также сравнительно низкое развитие скотоводства и земледелия у тункинских бурят. В Ольхонском ведомстве, также как и в Тункинском, была велика роль присваивающего хозяйства из-за отсутствия природных условий для развития земледелия и незначительности скотоводства. Вслед за Ольхонским ведомством в порядке убывания роли охоты и увеличения значения интенсивного скотоводства и земледелия расположились Верхоленское, Кудинское, Аларское и Верхоленское ведомства.

Зависимость значения охоты в бурятских ведомствах Забайкалья от наличия охотничьих угодий и развития интенсивного скотоводства и земледелия такая же, как и в ведомствах Предбайкалья. Баргузинские буряты занимались охотой больше, чем буряты остальных ведомств Забайкалья. За баргузинскими бурятами по степени убывания роли охоты и увеличения значения производящих сегментов хозяйства расположились агинские, хоринские, селенгинские и кударинские буряты.

В целом по бурятским ведомствам в динамике их охотничьих промыслов прослеживается снижение добычи зверя к 1860-м годам. Затем либерализация экономики приводит к новому росту добычи зверя в Бурятии. Растут и цены на мех диких зверей. Однако хищническое истребление зверя и вырубка леса под пашни и сенокосы становится причиной уменьшения количества добываемого бурятами зверя к 1880-м годам. Истреблению зверя способствует появление более качественного средства охоты – винтовки, которую активно используют бурятские охотники.

Значение рыболовства в отдельных бурятских ведомствах обусловливалось наличием в них рыболовных мест. В Предбайкалье в рыболовстве лидировали ольхонские буряты, населяющие западное побережье Байкала. Во второй половине XIX в. рыболовство становится одним из основных средств существования ольхонских бурят наряду со скотоводством. Вслед за ольхонцами по степени убывания значения рыболовства в хозяйстве отдельных групп бурят идут кудинские, аларские, балаганские, тункинские и верхоленские буряты. В Тункинском и Верхоленском ведомствах рыбная торговля вообще отсутствовала.

В рыбном промысле Забайкалья первое место занимали буряты Кударинского ведомства, населявшие дельту р. Селенги и восточное побережье Байкала. Для кударинских бурят рыболовство имело такое же важное значение, как и для ольхонских бурят. Меньшую роль играло рыболовство в Баргузинском, Селенгинском и Хоринском ведомствах. Буряты Агинского ведомства рыболовного промысла не имели. Рыболовство в Баргузинском ведомстве носило эпизодический характер и зависело от состояния их скотоводства. Кризисные явления в скотоводстве заставляли баргузинских бурят добывать рыбу в значительных количествах. Нормализация скотоводства сводила рыболовство баргузинцев к нулю.

В целом по бурятским ведомствам происходило увеличение добычи рыбы. Это было обусловлено увеличением емкости местного рынка, связанного с ростом численности городского и сельского населения. Во второй половине XIX в. буряты Предбайкалья начинают заниматься отхожим рыбным промыслом на Ангаре.

В параграфе 5.2. «Анализ состояния ремесел и промыслов. Зарождение 

промышленности бурят» исследуется развитие ремесел, домашних промыслов и зачатков промышленности. В кузнечном ремесле бурят на протяжении XIX в. происходили подъемы и спады. Кризис металлургического производства в Предбайкалье происходивший в 1840-1860 годах стал причиной стагнации, а затем и спада кузнечного ремесла в бурятских ведомствах. В конце 1860 – начале 1870 годов кризис в металлургии был преодолен. В результате спад кузнечного ремесла сменился его существенным подъемом. В начале 1880-х годов наблюдается спад кузнечного ремесла в отдаленных ведомствах Предбайкалья – в Верхоленском и Ольхонском, связанный с оттоком кузнецов в центральные районы Иркутской губернии.

Кризис металлургии практически не сказался на кузнечном ремесле бурят Забайкалья. В начале 1880-х годов происходит отток хоринских кузнецов в Селенгинское ведомство, где хозяйственная деятельность была выше, чем в Хоринском ведомстве. Во второй половине 1890-х годов отмечается спад кузнечного ремесла в Баргузинском и Селенгинском ведомствах, по-видимому, связанный с оттоком кузнецов в крупные промышленные центры. Отмечается слабое развитие кузнечного ремесла в ведомствах хоринских и агинских бурят, обусловленное незначительным потреблением металлических изделий в их полукочевых и кочевых скотоводческих хозяйствах.

В первой половине XIX в. у бурят наряду с кузнечным ремеслом развиваются и домашние промыслы, основанные на переработке продуктов животноводства и древесины. Во второй половине XIX в. снижается значение народных промыслов в хозяйстве бурят и повышается роль различных ремесел. Из бурятской среды выделяются печники, плотники, столяры, сапожники, медники и др., число которых год из года растет. В этот период буряты начинают заниматься отхожим промыслом на золотых приисках и на предприятиях занимающихся ловлей рыбы на Ангаре. Кроме того, буряты активно нанимаются на срочные работы в другие ведомства, связанные со строительством. Во второй половине XIX в. некоторые предприимчивые буряты начинают осваивать совершенно новую для них форму хозяйственной деятельности – производство изделий на промышленных предприятиях. Они основывают кожевенные, мыловаренные, стеклоплавильные и др. предприятия выпускающие продукцию в промышленных масштабах.

Параграф 5.3. «Структура, формы и динамика торговли» Необходимо отметить, что в торговле бурят имелись локальные отличия. На всем протяжении XIX в. главным товаром балаганских и аларских бурят являлись зерно и мука, вторую статью дохода у них составляла продукция скотоводства, а третью – продукты охоты.

Продукты земледелия являлись одним из основных товаров кудинских бурят. Однако периодические засухи, случавшиеся в Кудинской долине, приводили к уменьшению урожайности зерновых культур. В результате кудинские буряты сокращали продажи зерна и муки и вместо этого торговали продукцией скотоводства. Ассортимент товаров кудинских бурят был более разнообразным, чем у балаганских и аларских бурят. Кроме продуктов земледелия и скотоводства они торговали сеном, звериными шкурами, рыбой и изделиями домашнего производства.  Таким образом, кудинцы старались использовать все ресурсы своего хозяйства для получения прибыли, тем самым защищая себя от возможных неурожаев зерна.

В первой половине XIX в. первостепенным товаром верхоленских бурят была продукция скотоводства. Ее дополняли продукты земледелия и охоты, сено, солома, изделия домашнего производства. Во второй половине

XIX в. в результате широкого развития земледелия в Верхоленском ведомстве зерно и мука становятся главным товаром верхоленских бурят. Продукция скотоводства и охоты занимают незначительную долю в продажах верхоленцев, а сено, солома, изделия домашнего производства и вовсе исчезают из списка продаваемых товаров.

Основным товаром ольхонских бурят была продукция скотоводства, второе место по доходности занимала рыба и третье – пушнина. Исключением были 1860-е годы, когда кризисные явления в скотоводстве обусловили уменьшение сбыта его продуктов. В результате ольхонцы увеличили добычу и сбыт рыбы, тем самым покрывая сумму, недополученную от продажи продуктов скотоводства.

Тункинские буряты зарабатывали деньги в основном за счет продажи скота, значительным был у них сбыт пушнины.

Торговля рыбой давала кударинским бурятам 70-80 % прибыли от всех сбываемых ими товаров. Незначительный доход кударинцы получали от продажи скота, пушнины и дров.

Главнейшим товаром баргузинских, селенгинских, хоринских и агинских бурят были продукты скотоводства, которые составляли 80-90 % прибыли от всех реализуемых ими товаров. Оставшуюся часть дохода они приобретали от сбыта пушнины, рыбы и домашних изделий.

Буряты сбывали свои товары в близлежащих городах, промышленных центрах и на ярмарках. К концу XIX в. происходит спад ярмарочной торговли, связанный с развитием торговли на местах через частные и ведомственные торговые лавки.

В заключении подведены итоги исследования:

В период кочевых государств горные долины Южной  Сибири являлись культурными и экономическими центрами номадов. Существование оседлых поселений и городов в суровых климатических условиях переходной зоны (Южной Сибири) и при господстве подвижного скотоводства было возможно только при постоянной поддержке властей кочевых сообществ. Население переходных зон сохраняло и передавало из поколения в поколение элементы оседлого хозяйства (ремесла, торговлю и земледелие).

В дорусский период природные условия луговых степей Предбайкалья определяли стойловое содержание скота местными бурятами, а в сухих котловинных степях Забайкалья издревле развивается экстенсивное скотоводство, импортируемое из зональных степей Монголии.

Развитие металлургии сказалось на развитии технической оснащенности степного населения Монголии и Забайкалья, которое позволило ему адаптироваться к природным условиям Предбайкалья, менее пригодным к кочевому скотоводству. Важным этапом в развитии хозяйства Предбайкалья стал тюркский период. Тюрки начинают создавать на своих землях центры земледелия, ремесла и торговли посредством добровольного переселения в переходные зоны согдийских колонистов. Согдийские колонисты появляются и в Предбайкалье, впоследствии представляя оседло-земледельческое население курыкан.  На рубеже XV–XVI вв. происходит кризис кочевой цивилизации, что приводит к упрощению системы хозяйствования Предбайкалья. Оседлое население смешивается с подвижными скотоводами и утрачивает былые традиции. Тем не менее, компоненты оседло-земледельческих традиций курыкан сохранились в культуре бурят.

Политика Российского государства по распространению земледелия в Бурятии приводит к интенсивному оседанию предбайкальских бурят, живших на землях с плодородными почвами. Экологические условия сухих степей Забайкалья не способствовали широкому распространению здесь земледелия и оседанию местных бурят.

На основе анализа опубликованной литературы и архивных материалов выявлено, что в 1820-х годах государство вводит единую систему управления и налогообложения бурят, содействующую распространению и развитию в бурятских ведомствах российской экономической модели с едиными принципами и механизмами.

Структура хозяйства и исторически сложившиеся традиции отдельных групп бурят определили формы их скотоводства. Кочевое скотоводство вели агинские буряты, обитавшие в северо-восточной части зональных степей Монголии. Отсутствие земледелия было характерно большей части агинских бурят, издревле ведущих кочевой образ жизни.

Полукочевое скотоводство вели хоринские и селенгинские буряты, обитавшие в котловинных степях низкогорий и среднегорий Западного Забайкалья. У этих групп бурят наблюдается переход от полукочевого скотоводства к полуоседлому скотоводству. Наличие удобных для земледелия мест в Западном Забайкалье, а также переселение сюда предбайкальских бурят приводит к росту числа хозяйств сочетавших скотоводство с земледелием.

Полуоседлое скотоводство было развито у бурят Восточного Прибайкалья (кударинских и баргузинских), Восточного Присаянья (тункинских, закаменских и окинских), ольхонских бурят, а также бурят юга Ленно-Ангарского плато (аларских, балаганских, верхоленских, кудинских). У них в той или иной мере было развито земледелие и стойловое содержание скота в зимнее время. Большая часть этих бурят исстари были носителями традиций полуоседлого скотоводства.

Во всех бурятских ведомствах имелись хозяйства, основанные на земледелии и оседлом скотоводстве, которые сочетали пастушеское скотоводство с придомно-стойловым скотоводством. Пастушеское или отгонно-пастбищное скотоводство преобладало у восточных групп бурят, а придомно-стойловое – у западных. Буряты высокогорий Восточного Присаянья вели яйлажное скотоводство.

Анализ динамики скотоводства бурят показал, что в начале XIX в. активное внедрение государством земледелия среди бурят привело к сокращению численности их скота, потому что часть усилий бурят, направленная на скотоводство, была перераспределена в пользу земледелия.

К середине XIX в. правительство обратило внимание на плачевное состояние скотоводства и предприняло меры по развитию сенокошения среди бурят. Данные действия государства благоприятно сказались на увеличении численности скота и их защищенности от бескормицы в зимние периоды.

Развитие промышленности и городов в Бурятии, а также внутренней и международной торговли через г. Кяхту  обусловили развитие здесь рынков сбыта продуктов скотоводства и интеграцию бурятского хозяйства в экономику Юго-Восточной Сибири. Значительную роль в развитии скотоводства бурят сыграли технологические нововведения. В конце XIX в. скотоводы Бурятии получали поддержку от государства в виде ветеринарной службы.

В 1860-х гг. в Бурятии начинает ощущаться недостаток пастбищных и сенокосных земель. Дефицит этих земель приводит к возникновению отгонной формы скотоводства, а также к оттоку бурятского населения в восточные районы Бурятии.

Российское государство принимает волевое решение в деле распространения земледелия в Бурятии. Государство насаждает земледелие среди бурят, всемерно содействуя его развитию: субсидирует дорогостоящие средства производства, Выделяет семена на первые посевы, распространяет технологии русского трехполья.

В 1860-х гг. бурятские ведомства наряду с недостатком пастбищных и сенокосных земель испытывают недостаток плодородных земель, пригодных под засев зерна. С освобождением рынка зерна от опеки государства начинается капитализация зажиточных хозяйств, которые отчуждают земли у бедных бурят. Капитализация становится одной из причин оттока населения из ведомств Предбайкалья. В ведомствах Забайкалья капитализация была незначительной. Природные условия Забайкалья не позволяли здесь развивать товарное производство зерна.

Во второй половине XIX в. в структуре возделываемых бурятами культур яровые хлеба вытесняют озимые. Яровая рожь становится господствующей культурой в посевах всех групп бурят, вытесняя озимую рожь. Единая русская система земледелия, закрепившаяся в хозяйстве локальных групп бурят, способствовала нивелированию бурятской экономики.

Значение охоты и рыболовства в отдельных ведомствах определялось наличием охотничьих и рыболовных угодий, а также степенью развития производящих видов хозяйства (скотоводства и земледелия).

В первой половине XIX в. у бурят наряду с кузнечным ремеслом развиваются и домашние промыслы, основанные на переработке продуктов животноводства и древесины. Во второй половине XIX в. роль народных промыслов в хозяйстве бурят снижается и повышается значение различных ремесел и отхожего промысла. В этот период буряты начинают осваивать производство изделий на промышленных предприятиях.

Торговый ассортимент товаров был напрямую связан со специализацией хозяйства бурятских ведомств. В начале XIX столетия под влиянием российской экономики у бурят появляется ярмарочная торговля. К концу XIX в. происходит спад ярмарочной торговли, связанный с развитием торговли на местах через частные и ведомственные торговые лавки. На протяжении XIX в. объемы торговых оборотов возрастали.

III. СПИСОК ОПУБЛИКОВАННЫХ РАБОТ ПО ТЕМЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

I. Монографии

1. Маншеев, Д.М. Традиционное скотоводческое хозяйство бурят Восточного Присаянья (конец XIX – начало XX вв.) / Д.М. Маншеев. – Улан-Удэ: Изд-во ВСГТУ, 2006. – 208 с.

2. Маншеев, Д.М. Хозяйство бурят в XIX в.: основные факторы и особенности развития / Д.М. Маншеев.  – Улан-Удэ: Изд-во ВСГТУ, 2011. – 264 с.

3. Бадмаев, А.А. Протестантизм и народы Южной Сибири: история и современность / А.А. Бадмаев, Ч.А. Адыгбай, В.А. Бурнаков, Д.М. Маншеев – Новосибирск: Изд-во НГУ, 2006. – 168 с.

4. Ли Кон-Ук. Бурятский шаманизм / Ли Кон-Ук, Д.М. Маншеев, А.Г. Гомбожапов – Сеул: Изд-во Государственного этнографического музея Республики Корея, 2007. – 301 с.

II. Статьи в изданиях, рекомендованных ВАК

5. Маншеев, Д.М. Скотоводческое хозяйство бурят Восточного Присаянья в конце XIX – начале XX вв. / Д.М. Маншеев // Археология этнография и антропология Евразии (международный научный журнал, выходит на русском и английском языках). – Новосибирск, 2005. – № 1(21). – С. 112-120.

6. Маншеев, Д.М. Буряты Восточного Присаянья в сфере политического и экономического влияния Российского государства во второй половине XIX – начале XX вв. / Д.М. Маншеев // Вестник Бурятского госуниверситета. Сер. 4. История. – Улан-Удэ, 2006. – Вып. 11. – С. 86-97.

7. Маншеев, Д.М. Формы кочевания и содержания скота у бурят Восточного Присаянья в конце XIX – начале XX вв. / Д.М. Маншеев // Археология, этнография и антропология Евразии (международный научный журнал, выходит на русском и английском языках). – Новосибирск, 2010. – № 2(38). – – С. 104-109.

8. Маншеев, Д.М. Роль переходной зоны (Южной Сибири) в истории кочевых империй / Д.М. Маншеев // Вестник Бурятского госуниверситета. Востоковедение. История. – Улан-Удэ, 2010. – Вып. 8. – С. 216-221.

9. Маншеев, Д.М. Генезис традиционной системы хозяйствования скотоводов северо-востока Центральной Азии / Д.М. Маншеев // Вестник Бурятского госуниверситета. Востоковедение. История. – Улан-Удэ, 2010. – Вып. 8. – С. 216-221.

10. Маншеев, Д.М. Налогообложение бурят в XIX в. / Д.М. Маншеев // Вестник Восточно-Сибирского государственного технологического университета. – Улан-Удэ, 2010. – № 3. – С. 109-114.

11. Маншеев, Д.М. Буряты в XIX в.: Демографические процессы / Д.М. Маншеев, // Известия Алтайского государственного университета. История, политология. – Барнаул, 2010. – № 4/2 (68/2). – С. 148-151.

12. Маншеев, Д.М. Скотоводство аларских бурят в XIX в. / Д.М. Маншеев // Вестник Восточно-Сибирского государственного технологического университета. – Улан-Удэ, 2011. – № 1(32). – С. 136-141.

13. Маншеев, Д.М. Земледелие балаганских бурят в первой половине XIX в. / Д.М. Маншеев // Вестник Бурятского госуниверситета. История. – Улан-Удэ, 2011. – Вып. 7. С. 51-55.

14. Маншеев, Д.М. Скотоводство в северных районах Центральной Азии на примере верхоленских бурят / Д.М. Маншеев // Вестник Бурятского госуниверситета. Востоковедение. История. – Улан-Удэ, 2011. – Вып. 8. – С. 172-176.

15. Маншеев, Д.М. Земледелие на северо-востоке Центральной Азии (землепашество верхоленских бурят) / Д.М. Маншеев // Вестник Бурятского госуниверситета. Востоковедение. История. – Улан-Удэ, 2011. – Вып. 8. – С. 176-180.

III. Публикации в других научных изданиях

16. Маншеев, Д.М. Типология скотоводства у бурят Присаянья. Конец XIX –начало XX вв. / Д.М. Маншеев // Материалы ХХХIХ международной научной студенческой конференции «Студент  и научно-технический прогресс».  Археология и этнография. – Новосибирск: Изд-во НГУ, 2001. – С. 73-74.

17. Маншеев, Д.М. К вопросу об изучении номадизма у присаянских бурят. Конец ХIХ - начало XX вв. / Д.М. Маншеев // Сибирь: интеграция народов и культур // konkurs. zaimka.ru, 2001.

18. Маншеев, Д.М. Изготовление изделий из шерсти, волоса и сухожилий бурятами  Восточного  Присаянья  в  конце  ХIХ  –  начале  XX  вв. / Д.М. Маншеев // Материалы ХL международной научной конференции «Студент и научно-технический прогресс». Археология и этнография. – Новосибирск: Изд-во НГУ, 2002. – С. 63-64.

19. Маншеев, Д.М. Способы и средства передвижения бурят Присаянья в конце XIX - начале XX вв. / Д.М. Маншеев // Мир Центральной Азии. Археология. Этнография: Материалы международной научной конференции. – Т. I. – Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2002. – С. 149-154.

20. Бадмаев, А.А.К    вопросу   о    традиционной    пище Присаянских бурят / А.А. Бадмаев, Д.М. Маншеев // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири   и   сопредельных   территорий: Материалы   годовой   сессии Института археологии и этнографии СО РАН. – Т. VII.  – Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 2001. – С. 503-507.

21. Бадмаев, А.А. О    традициях    обработки    кожи    и изготовлении   изделий   из   рога   и   костей   у   присаянских   бурят   (на материалах Байкальского этнографического отряда ИАЭТ СО РАН) / А.А. Бадмаев, Д.М. Маншеев // Проблемы археологии, этнографии, антропологии Сибири и сопредельных территорий: Материалы   годовой   сессии   Института   археологии   и этнографии   СО   РАН. – Т. VIII. – Новосибирск:   Изд-во   ИАЭТ СО РАН, 2002. – С. 524-527.

22. Маншеев, Д.М., Природно-климатическая среда и специфика номадного хозяйства   бурят   Восточного   Присаянья / Д.М. Маншеев // Проблемы    археологии, этнографии,     антропологии     Сибири     и     сопредельных     территорий: Материалы годовой сессии Института археологии и этнографии СО РАН. – Т. VIII.  – Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 2002. – С. 581-584.

23. Маншеев, Д.М. Способы и средства передвижения бурят Восточного Присаянья в конце XIX – начале XX вв. (На материалах Байкальского этнографического  отряда ИАЭТ  СО  РАН) / Д.М. Маншеев // Народы  Байкальского региона:   древность   и   современность. – Новосибирск:   Издательство Института археологии и этнографии СО РАН, 2002. – С. 72-78.

24. Маншеев, Д.М. Традиции изготовления изделий из кожи, рога, костей у присаянских бурят (на материалах Байкальского этнографического отряда ИАЭТ   СО   РАН) / Д.М. Маншеев // Народы   Байкальского   региона:   древность   и современность. – Новосибирск: Издательство Института археологии и этнографии СО РАН, 2002. – С. 79-84.

25. Маншеев, Д.М. Буряты Восточного Присаянья в составе Российского государства / Д.М. Маншеев // Материалы  ХLI международной  научной  конференции "Студент и научно-технический прогресс". Археология и этнография. – Новосибирск: Изд-во НГУ, 2003. – С. 91-92.

26. Маншеев, Д.М. Христианство в Восточном Присаянье (конец XIX -начало  XX  вв.) / Д.М. Маншеев // Этнокультурные  взаимодействия  в  Сибири  (XVII-XX вв.). – Новосибирск: Изд-во Новосиб. гос. ун-та, 2003. – С. 145-148.

27. Маншеев, Д.М. Способы и средства лечения скота у бурят Восточного Присаянья (конец XIX - начало XX вв.) / Д.М. Маншеев // Гуманитарные науки в Сибири.  – Новосибирск, 2003. – № 3. – С. 19-21.

28. Маншеев, Д.М. Хажуур у бурят Восточного Присаянья / Д.М. Маншеев // Хонгодоры в этнической истории монгольских народов: Сб. – Улан-Удэ: Изд-во БГУ, 2004. – С. 134-136.

29. Маншеев, Д.М. Видовой и количественный состав скота у бурят Восточного Присаянья в конце XIX – начале XX вв. / Д.М. Маншеев // Народы и культуры Сибири. Взаимодействие как фактор формирования и развития. – Вып. 3. – Иркутск: Иркутский межрегиональный институт общественных наук, 2004. – С. 76-86.

30. Бадмаев, А.А. Традиционная молочная пища присаянских бурят / А.А. Бадмаев, Д.М. Маншеев // Межкультурное взаимодействие народов Байкальского региона. – Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2004. – С. 27-35.

31. Маншеев, Д.М. Об этнокультурном взаимодействии народов Восточного Присаянья в XVIII-XIX вв. / Д.М. Маншеев // Проблема межэтнического взаимодействия в Сибири. – Вып.2. – Новосибирск: ИАЭТ СО РАН, Изд-во АртИнфоДата, 2004. – С. 74-80.

32. Маншеев, Д.М. Скотоводы Восточного Присаянья в конце XIX – начале XX вв. / Д.М. Маншеев // Вестник Евразии (независимый научный журнал). – Москва, 2005. – № 3(29). – С. 71-88.

33. Маншеев, Д.М. Скотоводы северо-востока Центральной Азии (конец XIX – начало XX вв.) (методическое издание) / Д.М. Маншеев. – Улан-Удэ: Изд-во ВСГТУ, 2005. – 30 с.

34. Маншеев, Д.М. Типология местообитаний бурят / Д.М. Маншеев // Сибирская ментальность и проблемы социокультурного развития региона: Сборник докладов. – Улан-Удэ: Изд-во ВСГТУ, 2006. – С. 242-250.

35. Маншеев, Д.М. Среда обитания бурят / Д.М. Маншеев // Россия и Монголия сквозь призму времени: материалы международной научно-практической конференции «Улымжиевские чтения – 3». – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2007. – С. 209-214.

36. Маншеев, Д.М. Генезис системы хозяйствования бурят / Д.М. Маншеев // Чингисхан и судьбы народов Евразии: материалы международной научной конференции. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2007. – С. 282-296.

37. Маншеев, Д.М. Скотоводческое население Бурятии / Д.М. Маншеев // Освоение Сибири в панораме столетий: опыт, стратегия, проблемы: Материалы научно-практической конференции, посвященной 80-летию со дня рождения доктора исторических наук, профессора М.Н. Халбаева. – Улан-Удэ: Изд-во ВСГТУ, 2009. – 260. С. 127-134.

38. Маншеев, Д.М. Документ по христианизации кудинских бурят в XIX в. / Д.М. Маншеев, Д. Васюткин // Традиционная система управления кочевых сообществ Южной Сибири. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятского госуниверситета, 2008. – С. 110-119 с.

39. Маншеев, Д.М. Буряты в сфере политического и экономического влияния Российского государства в XIX в. / Д.М. Маншеев // История и культура народов Сибири, стран Центральной и Восточной Азии: материалы IV международной научно-практической конференции «Батуевские чтения 4».  – Улан-Удэ: Бурят унэн, 2010. С. 322-329.

40. Маншеев, Д.М. Скотоводство балаганских бурят в первой половине XIX в. / Д.М. Маншеев // Забайкальская деревня: история, современное состояние, перспективы развития. – Улан-Удэ: Изд-во БГСХА, 2010. – С. 17-31.

41. Маншеев, Д.М. Охота у предбайкальских бурят в XIX веке / Д.М. Маншеев // Народы Сибири в составе Российского государства: история и современность. – Улан-Удэ: Изд-во ВСГТУ, 2011. – С.121-133.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.