WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Общественное движение в Степном крае в конце XIX - начале XX вв.

Автореферат докторской диссертации по истории

 

На правах рукописи

 

 

 

БУКТУГУТОВА РОЗА САБЫРОВНА

 

 

ОБЩЕСТВЕННОЕ ДВИЖЕНИЕ В СТЕПНОМ КРАЕ

В КОНЦЕ XIX – НАЧАЛЕ ХХ ВВ.

 

 

 

Специальность 07.00.02 – Отечественная история

 

 

 

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

 

 

 

Омск

2007


Работа выполнена на кафедре всеобщей истории, географии и методики преподавания дисциплины Кокшетауского государственного университета им. Ш.Ш. Уалиханова (Республика Казахстан). 

Научный консультант:        заслуженный работник высшей школы РФ,

                                                     доктор исторических наук, профессор

                                                     А.П. Толочко 

Официальные оппоненты:  доктор исторических наук, профессор 

М.В. Шиловский

доктор исторических наук, профессор 

А.В. Гайдамакин

доктор исторических наук, профессор

В.В. Менщиков   

Ведущая организация:        ГОУ ВПО «Кемеровский государственный

университет».

Защита состоится 24 октября 2007 г. в 10-00 часов на заседании диссертационного совета ДМ.212.177.04 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора исторических наук при Омском государственном педагогическом университете (644099, г. Омск, ул. Партизанская, 4).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Омского государственного педагогического университета (644099, Омск, наб. Тухачевского, 14, библиографический отдел).

Автореферат разослан «________________» 2007 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

доктор исторических наук, профессор                            Г.А. Порхунов


I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность и научная значимость темы. На протяжении всего ХХ в. тема взаимоотношений между Казахстаном и Россией оставалась одной из самых приоритетных в исследованиях казахстанских историков. Она сохранила свою актуальность и сегодня, когда Казахстан и Россия стали суверенными государствами. Однако история внесла свои коррективы в разработку указанной проблемы, по-новому расставила акценты в различных ее аспектах. После распада СССР, в связи с установлением взаимоотношений двух стран на новой основе, внимание российских и казахстанских историков привлекли такие сюжеты, которые ранее находились на обочине магистрального развития исторической науки. К ним, в частности, можно отнести  историю Степного края, расположенного в самом центре Евразийского континента.

Степное генерал-губернаторство (широко распространенное неофициальное название – Степной край) было образовано царским правительством в 1882 г. для осуществления административных реформ, проведения политики по колонизации казахской степи, развития городов, промышленности и торговых связей. Оно просуществовало до марта 1917 г. Для того, чтобы представить размеры Степного края, можно привести такие сравнительные данные: он соответствовал примерно 1/5 части территории Европейской России . В состав указанного генерал-губернаторства входили Акмолинская, Семипалатинская и до 1898 г. Семиреченская области. 

Для административного управления Акмолинская и Семипалатинская области в конце XIX – начале ХХ вв. делились каждая на 5 уездов, всего в Степном крае насчитывалось 10 уездов. Акмолинская область включала следующие уезды: Омский, Петропавловский, Кокчетавский, Атбасарский и Акмолинский. В состав Семипалатинской области входили Каркаралинский, Павлодарский, Семипалатинский, Усть-Каменогорский и Зайсанский уезды. Общими характерными особенностями двух областей в конце XIX в. являлось их территориально-хозяйственное устройство, в котором преобладали скотоводческо-земледельческий тип хозяйства и  превосходство кочевого казахского населения. Часть территории Семипалатинской области граничила со среднеазиатскими провинциями Китая. Акмолинская область служила ближайшим регионом для сухопутного и водного сообщения с Западной Сибирью и с торговыми рынками Европейской России. Население Степного края на рубеже XIX-ХХ вв. составляло около 1,5 миллиона человек . Кочевое население представляли казахи, оседлое население – горожане, казаки и крестьяне, по национальному составу преимущественно русские.

После образования в 1882 г. Степного генерал-губернаторства прошло немногим более 10 лет, как в жизни края наметились значительные изменения. В первую очередь это было связано с "открытием восточных регионов для российского капитализма", чему в решающей степени содействовало строительство транссибирской железнодорожной магистрали. Сибирская железная дорога, хотя и прошла лишь по северной окраине Степного края, однако она оказала большое влияние на его хозяйственное развитие. За короткий исторический период огромный регион, пребывавший на стадии феодализма и зачатков капитализма, вынужден был форсировать свое экономическое развитие. После проведения железной дороги заметно возрастает транспортное и торгово-промышленное значение Петропавловска и особенно Омска. В конце XIX – начале XX вв. военно-политические функции Омска как форпоста России в казахских степях с каждым годом все больше сочетались с функциями хозяйственными, общественными и культурными.

Омск быстро рос и к 1917 г. стал самым большим по численности населения городом Сибири и Степного края. С приходом железной дороги Омск становится также крупной перевалочной базой для тысяч крестьян-переселенцев, направлявшихся в Степной край и южные уезды Тобольской губернии. Высокие темпы переселенческого движения, как указывает исследователь Н.Е. Бекмаханова, привели, например, к тому, что в Акмолинской области в 1897-1916 гг. показатели естественного прироста населения более чем в 2,2 раза уступали показателям механического движения . Огромные массы переселенцев, прибывавшие из центральных районов России, преобразили формы земледелия и сформировали новый аграрный сектор края.  Адаптация русских переселенцев в иной этнокультурной среде носила объективно трудный характер, однако хозяйственные связи, установившиеся между русскими и казахами, показывали их взаимовыгодность для обеих сторон. Среди казахского населения увеличилось число хозяйств, которые приспосабливались к условиям рынка, занимались товарным скотоводством, торговлей, расширяли посевы зерновых культур.  С обслуживанием нужд сельского хозяйства во многом связан рост торгово-промышленного значения таких городов Степного края, как Петропавловск, Семипалатинск, Павлодар и Акмолинск. Наряду с появлением предприятий по переработке сельскохозяйственного сырья в Степном крае в рассматриваемый период увеличилось также количество промышленных заведений, связанных с добычей полезных ископаемых. Вместе с тем, несмотря на определенные сдвиги, хозяйственное развитие Степного края в конце XIX - начале XX вв. в условиях существовавшего в России самодержавного строя имело ряд черт, характерных и для других окраин страны. Здесь развивались лишь те отрасли экономики, которые не создавали конкуренции для фабрично-заводской промышленности Европейской России и не могли изменить ситуацию, когда окраина выступала в качестве сырьевого придатка и обширного рынка для торгово-промышленной буржуазии центра страны .

Развитие капиталистических отношений в Степном крае в конце XIX – начале XX вв. знаменовалось и значительными социальными сдвигами: ускорилось формирование местной буржуазии, наблюдалась классовая дифференциация крестьянства, активизировался процесс формирования рабочего класса. Хотя в силу особенностей социально-экономического развития эти процессы в степных областях начались с заметным запозданием, чем в Европейской России, и протекали более медленными темпами, но благодаря им и здесь подготавливалась почва для самоопределения и размежевания различных общественных слоев. Общественное движение в этом регионе, как отмечают современные исследователи, «развивалось как составная часть общероссийского. Его содержание составляла, с одной стороны, борьба широких общественных сил (от революционных до либерально-оппозиционных) против пережитков феодализма, за демократизацию политического строя; с другой стороны – борьба трудящихся против гнета капитала. В то же время отличительной особенностью общественного движения в Степном крае, по сравнению со многими другими районами страны, было наличие в нем такой составляющей, как национально-освободительная борьба казахского народа против колониальной и русификаторской политики царских властей» .

В настоящее время, когда Россия и Казахстан проходят этап социально-экономической и политической модернизации, в основе которой лежит концептуальная модель, предусматривающая создание общества открытого типа, демократических, миролюбивых государств, повысился интерес к общественной истории конца ХIХ – начала ХХ вв. «Это был период роста самосознания всех народов Российской империи. Ликвидация крепостничества, введение земского самоуправления, переход монархической России, хотя медленно, мучительно, на рельсы конституционализма, рождение многопартийности, реформы П.А. Столыпина, распространение либеральной идеологии среди различных социальных групп, принимающих ценности рыночной экономики, медленное, но уверенное движение России по пути модернизации и европеизации, парламентской демократии…» , – так характеризует указанный этап общественного развития известный казахстанский ученый-историк М.К. Козыбаев.

Обращение к изучению общественного движения в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв.  обусловлено необходимостью осмысления региональных процессов в контексте имперской политики России, взаимодействия казахского народа с соседними этносами. Современное состояние научных исторических знаний требует нового концептуального осмысления истории общественного движения, конкретизации многих событий, пересмотра ряда устоявшихся взглядов и положений. В данной связи освещение общественного движения в Степном крае в конце ХIХ-начале ХХ вв. позволяет выявить как общие черты, так и специфику в его развитии в сравнении с аналогичными процессами в других регионах Российской империи, и тем самым решить важную научную проблему.

Разработка названной темы представляет интерес и в практическом плане. Осмысление заявленной проблемы, и, в частности, таких ее составляющих, как партийно-политическое, рабочее, общедемократическое, национально-освободительное движение, роль общественной инициативы в культурной жизни, ряда других аспектов, позволяет не только расширить наши знания о прошлом, но и выводит на новый уровень осмысления различных явлений современной общественной жизни.

Наряду с внутриполитическим известную актуальность имеет и внешнеполитический аспект изучаемой проблемы. Россия всегда была и остается важнейшим партнером Казахстана не только в экономической, но и во всех основных сферах жизнедеятельности; судьбы народов наших государств переплетены изначально. В этой связи раскрытие роли общественной инициативы в развитии культурных связей русского и казахского народов, изучение просветительской деятельности российской интеллигенции среди казахского населения должно способствовать укреплению дружбы между народами России и Казахстана.

Степень изученности проблемы. Переходя к историографии проблемы, отметим, что история общественного движения в Степном крае в конце Х1Х-начале ХХ вв. включает несколько взаимосвязанных проблем. В их числе формирование и  деятельность партийно-политических организаций, рабочее, общедемократическое, национально-освободительное движение, выборы в  Государственную думу, деятельность депутатов в Думе, роль общественной инициативы в культурной жизни региона. На разных этапах развития историографии те или иные направления и сюжеты привлекали большее или меньшее внимание исследователей. Это определялось запросами общества, политической ситуацией и доминирующей идеологией, а также логикой развития самой исторической науки. Так, в дооктябрьский период определенный вклад в изучение роли общественной инициативы в культурной жизни Степного края внесли Г.Н.Потанин, Г.Е. Катанаев, А.Н. Седельников и ряд других авторов. Вклад российской интеллигенции в развитие культурно-просветительной работы среди коренного населения казахской степи был частично рассмотрен в работах А.Е. Алекторова, С.М. Граменецкого и Н.П. Остроумова. Отдельные аспекты вопроса, связанного с процессом формирования и положения различных отрядов местного пролетариата, нашли отражение в работах В. Семевского, А.А. Сборовского и Г.Д. Романовского. В работах названных авторов имелись сведения о развитии горной промышленности, числе рабочих на некоторых предприятиях, продолжительности рабочего дня и размере заработной платы. В исследованиях А.А. Кауфмана, А.Л. Трегубова, Т. Седельникова, А. Комарова, некоторых других авторов, посвященных рассмотрению сюжетов о колонизации русскими переселенцами территории казахской степи, встречались сведения о «крестьянских беспорядках», однако эти исследователи считали их следствием конфликтов между русскими крестьянами и коренным населением, а не проявлением недовольства аграрной политикой царизма.

В целом, вопросы, связанные с изучением общественного движения в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв., не привлекли широкого внимания со стороны дореволюционных авторов. Слабая разработка темы в дооктябрьский период крылась в малочисленности круга профессиональных историков, нечеткости их методологических установок, отсутствии соответствующих научно-организационных центров.

В советской, а вплоть и до недавних лет в современной казахстанской и российской историографии, общественное движение в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. изучалось не в рамках единой административно-территориальной структуры, а как составная часть общественного движения либо Казахстана, либо Сибири. В результате не складывалось целостного представления о развитии общественного движения на этой огромной окраине Российской империи. К тому же, вплоть до конца 1950-х гг., отталкиваясь от ленинской концепции гегемонии пролетариата в демократической революции и руководящей роли большевиков в этом процессе , но понимая ее весьма односторонне,  исследователи рассматривали общественное движение как в Омске, являвшимся административным центром Степного края, так и степных областях только под углом зрения революционной борьбы пролетариата и его социал-демократического авангарда. В исследованиях историков сибирского региона 1920-1950-х гг., например, которые выделяли Омск в качестве одного из ведущих центров революционного движения в крае, большевизация истории общественного движения проявилась в том, что главное внимание уделялось показу роли местной организации РСДРП по руководству рабочим движением в этом городе, словно здесь не было ни эсеров, ни либералов, ни монархистов, ни других сил и социальных слоев, являвшихся участниками общественного движения. Ф.Г. Виноградов в своей работе «Рабочая печать Сибири», в частности, характеризуя нелегальную социал-демократическую печать, считал ее целиком большевистской, игнорируя участие в ней меньшевиков . М.К. Ветошкин, стремясь показать главенствующую роль большевиков практически во всех событиях общественной жизни в Сибири, в том числе и в Омске, отмечал: «…почти не было ни одного революционного выступления масс, во главе которого не стояли бы большевики»; «…забастовками повсюду руководят местные социал-демократические организации, которые придают движению организованный и политический характер» . Однако, приводимые исследователем даже единичные факты о деятельности социалистов-революционеров ставили под сомнение абсолютную достоверность данных положений. М.М. Шорников в своей книге «Из истории большевистских организаций Сибири» допускал явное преувеличение в оценке влияния социал-демократов на рабочее движение в Омске, причем зачастую не находя подтверждения своих выводов в конкретно-фактическом материале, прибегал к его произвольной трактовке. Так, говоря о состоявшейся в Омске в ноябре 1902 г. «билетной забастовке» железнодорожников, которой руководили социал-демократы, он писал о столкновении рабочих с войсками , хотя, как уже отмечалось в исследовательской литературе, эти сведения не соответствовали действительности . Те же самые оценки содержались в работах И.Г. Зобачева, А.И. Ключникова и Д.Б. Груша, Б.В. Кондрикова и ряда других авторов.      

Аналогичные подходы в 1920-1950-е гг. были характерны и для изучения общественного движения в степных областях в конце XIX – начале ХХ вв. в публикациях историков Казахстана. В 20-30-е годы ХХ в. в Казахстане начался процесс становления  советской государственности, науки и культуры. В исторической науке здесь постепенно определялись предмет и метод исследований, обозначилась проблематика, формировался корпус источников, создавались центры науки и подготовки кадров ученых.  В первые десятилетия советской власти в Казахстане изучением исторического прошлого занимались, как правило, партийные и государственные работники – А.Т. Джангильдин, С.Д. Асфендияров, У. Джандосов, В.Г. Соколовский, Г. Тогжанов, Т. Рыскулов, Н.Т. Тимофеев и ряд других, и лишь в 1940-1950-е гг. к этой работе подключились профессиональные историки.

Особый интерес у исследователей Казахстана, также как и у историков Сибири, вызывали сюжеты, связанные с развитием социал-демократического и рабочего движения. Именно в этой сфере исследовательской работы, как ни в каких других, сказывалось влияние партийной идеологии на научные исследования. Стремление к показу лидирующего положения большевиков влияло на избирательность научного видения. Как отмечал исследователь М.К. Козыбаев, «…на протяжении длительного времени проблемы отечественной истории ХХ века рассматривались в единстве с общероссийским революционным движением, историей большевизма, при этом  социально-экономическое положение в крае, революционность его народа идеализировались, подтягивались до уровня метрополии. В результате на первое место выдвинулось рабочее движение (хотя оно в Казахстане делало первые шаги), пролетариат был признан предводителем крестьянского и национально-освободительного движений, их гегемоном, национальное движение стало частью русского рабочего движения» .

Основное внимание казахстанскими историками уделялось событиям первой российской революции, а также попутно затрагивались некоторые другие периоды революционного движения. В работах авторов 1920-1950-х гг. была проделана определенная работа по мобилизации конкретно-фактического материала, расширению источниковой базы исследований, однако для литературы тех лет характерно подтягивание зрелости социал-демократического и рабочего движения в степных областях до общероссийского уровня. Так, в статье Р.Ф. Смирновой, например, утверждалось, что еще задолго до 1905 г. «во всех областях Степного края и Туркестана стали распространяться воззвания Петербургского «Союза борьбы за освобождение рабочего класса» . Но никаких документов, подтверждающих эти факты, автор не приводил. Г.Ф. Дахшлейгер, рассматривая Омско-Петропавловскую стачку железнодорожных рабочих в феврале 1907 г., особое внимание уделил показу руководящей роли большевиков в ее организации и проведении, отметив, что она оказала большое влияние на рост классового самосознания, в частности, рабочих-казахов, хотя в этой стачке они никакого участия фактически не принимали . Б.С. Сулейменов в книге «Казахстан в первой русской революции», характеризуя думские избирательные кампании, писал, что при поддержке царских властей в I и II Государственные думы от коренного населения региона депутатами были избраны лица, являвшиеся представителями «феодально-байской верхушки» . Ученым была искажена историческая действительность, ибо был скрыт факт избрания депутатами Государственных дум ряда представителей казахской демократической интеллигенции, придерживавшихся либеральных воззрений и выступавших в качестве политических оппонентов большевиков. Произошло это, по нашему мнению, не потому, что Б.С. Сулейменов не владел конкретно-фактическим материалом, а, наоборот, сделано было сознательно. В то время, когда автор писал данную книгу, было опасно даже упоминать имена таких казахских общественных деятелей, как Алихан Букейханов, Бакытжан Каратаев и ряда других, которые в свое время являлись депутатами Государственной думы России. 

Тенденция к подмене истории общественного движения историей большевизма проявила себя также в работах Н. Тимофеева и С. Брайнина, А.Ф. Якунина, С. Баишева, Т. Губы и ряда других казахстанских ученых периода 1920-1950-х гг. Хотя авторами был собран весомый фактический материал, подход к его анализу не отличался объективностью: акцент делался на успехах большевиков, их ошибки замалчивались или преподносились в оправдательной форме. В отношении меньшевиков использовался обратный прием: подчеркивались их просчеты и ошибки, а трудности в развитии социал-демократического движения всецело приписывались им. 

Деятельность других политических партий в степных областях в начале ХХ в. историками Казахстана в 1920-1950-е гг. фактически не изучалась. Практически все они служили фоном для показа их несостоятельности по сравнению с большевистским подпольем. Острота политической борьбы, которая была реальностью и в степных областях, оставалась вне поля зрения авторов. Это, безусловно, повлияло на отношение к исследованию местных организаций непролетарских партий. Если на союзном уровне в 20-30-е гг. еще можно было найти публикации, анализирующие деятельность непролетарских партий (С. Черномордика и В. Быстрянского о партии эсеров, В. Стального о кадетах, В.Н. Залежского о монархистах), то в Казахстане таких работ, по сути дела, не встречалось. Кроме того, если в 1920-х гг. в работах казахстанских исследователей еще встречались упоминания о представителях национальной либеральной интеллигенции, движение которых привело к образованию после революционных событий 1917 г. партии «Алаш», то в последующие десятилетия эта тема вообще не поднималась и относилась к разряду «закрытых». Определение политической деятельности А.Н. Букейханова и возглавляемого им алашского движения как «буржуазно-националистического и антисоветского» было доминирующей тенденцией в работах 20-50-х гг.

Наряду с изучением истории социал-демократического и рабочего движения в степных областях в конце XIX – начале ХХ вв. в публикациях казахстанских авторов в 1920-1950-е гг. нашли отражение также отдельные аспекты аграрного и национально-освободительного движения.  Так, исследователи А.Б. Турсунбаев, Л.М. Ауэзова и Г. Тогжанов, рассматривая социально-экономическое положение казахского аула и переселенческое движение русских крестьян на территорию степных областей, приводили сведения, свидетельствующие об обострении социальных противоречий и развитии классовой борьбы в аграрном секторе региона , не забывая указать, что на этот процесс главное влияние оказала революционная борьба пролетариата. Авторов нисколько не смущало то обстоятельство, что конкретно-фактического материала, подтверждающего этот вывод, в их распоряжении практически не было.    

Историография национально-освободительного восстания 1916 г. в казахской степи была представлена в рассматриваемый период в основном статьями, опубликованными на страницах периодической печати, а также работами о ходе восстания в отдельных местностях . Многие вопросы этой проблемы оставались малоизученными, среди них социально-экономические и политические предпосылки восстания, его содержание и своеобразие.

Следует отметить, что в исследованиях историков Казахстана в 20-50-е гг. практические не рассматривалась роль общественной инициативы в культурной жизни степных областей в конце XIX – начале ХХ вв. Фрагментарные сведения по этому вопросу содержались лишь в монографии Т.Т. Тажибаева «Развитие просвещения и педагогической мысли в Казахстане во второй половине XIX в.» .

Те же подходы сказывались и при составлении сборников документальных материалов, посвященных истории революционного движения в Омске и степных областях в конце XIX – начале ХХ в. Их составители при подборке документов приоритет отдавали тем из них, которые свидетельствовали о руководящей роли социал-демократов по руководству классовыми выступлениями рабочих, а материалы, содержавшие сведения о деятельности организаций других политических партий, если и приводили, то лишь для показа их несостоятельности .     

С начала 1960-х гг. наблюдались заметные сдвиги в разработке проблемы. Заметное влияние на преодоление недостатков в развитии исторической науки оказала идеологическая позиция ХХ съезда КПСС. Более пристальное внимание исследователей к изучению ленинских оценок, повышение теоретического уровня публикаций, расширение их источниковой базы способствовали постановке целого ряда актуальных вопросов и поиску подхода к изучению общественного движения как комплексной проблеме. Хотя в 60-80-е гг. в общесоюзной историографии основное внимание авторами по-прежнему уделялось изучению деятельности большевиков и роли пролетариата как гегемона освободительного движения, но вместе с тем значительно расширилось внимание к характеристике участия других демократических слоев (крестьянства, интеллигенции и т.п.) в революционном движении. Возросший в эти же годы интерес к проблеме союзников и противников пролетариата на буржуазно-демократическом этапе революции заставил исследователей обратить внимание на изучение истории непролетарских партий в России. Усилиями К.В. Гусева, Б.В. Леванова, Е.М. Корноухова, В.Н. Гинева, С.Н. Канева была проделана значительная работа по изучению процесса эволюции мелкобуржуазных партий и организаций. Ту же роль  применительно к изучению помещичьих и буржуазных партий сыграли публикации Л.М. Спирина, В.В. Комина, В.В. Шелохаева, А.Я. Авреха, С.А. Степанова, других авторов. Результатом исследовательской деятельности по изучению истории непролетарских партий в России стал коллективный труд, опубликованный в 1984 г., который как бы подвел итоги работы, проделанной советскими авторами по изучению этой проблематики .

В публикациях историков сибирского региона, также как и в работах исследователей Казахстана, в 60-80-е гг. в соответствии с тенденциями развития общесоюзной историографии наиболее интенсивно по-прежнему изучалась история местного социал-демократического подполья и его деятельность по руководству рабочим движением. Среди сибирских исследователей эти сюжеты нашли отражение в публикациях Н.В. Блинова, В.М. Самосудова, Н.И. Кабацкого, Н.Н. Щербакова, А.А. Мухина, ряда других авторов . Из работ казахстанских историков этих лет обращают на себя внимание исследования А.А. Холодкова, П.М. Пахмурного, С.Н. Имашева, А. Мухтарова, М.Х. Асылбекова, некоторых других ученых . Несмотря на то, что тенденция к подмене общественного движения историей большевизма и рабочего движения в указанный период полностью не была преодолена, однако другие аспекты этой проблемы стали рассматриваться более глубоко и всесторонне. В частности, в работах И.Г. Мосиной, М.В. Шиловского, О.А. Харусь, А.Л. Афанасьева, ряда других авторов получили освещение различные аспекты деятельности непролетарских партий в Сибири, в том числе и в городе Омске. Кроме того, некоторые статьи сибирских историков и документальные издания были специально посвящены рассмотрению отдельных сюжетов общественного движения в этом городе . В работах историков Казахстана в 60-80-е гг. проблемы истории общественного движения в степных областях также стали рассматриваться в более широком ракурсе. Так, в работах П.Г. Галузо, Б.С. Сулейменова, А.Б. Турсунбаева нашли отражение характер и формы аграрного движения в казахской степи , а в работах Х. Турсунова, Б.С. Сулейменова и В.Я. Басина достаточно подробно были исследованы социально-экономические  предпосылки и сам процесс национально-освободительной борьбы в степных областях . По сути дела, впервые в казахстанской историографии началось изучение думских избирательных кампаний и деятельности депутатов от Казахстана в Государственной думе . Весьма активно в рассматриваемый период в публикациях по истории народного образования в Казахстане стала изучаться роль общественной инициативы в культурной жизни региона .       

В целом, применительно к историографии 1960-1980-х гг. есть основания говорить о заметных подвижках в изучении общественного движения в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв., хотя они наметились с некоторым запозданием, чем в исследованиях общесоюзного уровня. Безусловно, что в суждениях ряда авторов еще проявляли себя рецидивы прошлого , но вместе с тем общественное движение рассматривалось уже с учетом не одного, а и других составляющих его элементов. В силу этого стало возможным более обоснованно судить об основных тенденциях развития общественного движения на демократическом этапе революции, как в Омске, так и в степных областях.

После распада СССР и образования Содружества независимых государств изучение проблемы было продолжено российскими и казахстанскими исследователями. В соответствие с проблематикой общероссийских исследований, в центре внимания которых оказалась история партийно-политического движения, и, прежде всего, непролетарских партий, историки сибирского региона в 1990-е гг. также активизировали работу  в этом направлении. Достаточно напомнить в этой связи о публикациях М.В. Шиловского, С.В. Макарчука, О.А. Харусь, А.П. Толочко, некоторых других авторов, в которых был затронут широкий спектр вопросов, связанных с изучением деятельности организаций политических партий в Сибири (от социал-демократов до либералов, черносотенцев и т.п.) . В эти годы был опубликован и ряд статей по истории партийно-политического движения в Омске, а также издана хроника общественного движения в этом городе в конце XIX – начале ХХ вв. . Для историографии Казахстана в 1990-е гг. наиболее актуальной стала проблема осмысления деятельности национальной интеллигенции, сыгравшей значительную роль в развитии национально-освободительного движения казахского народа. В связи с реабилитацией лидеров национально-освободительного движения начала ХХ в., репрессированных в 1930-е гг., историческая наука обогатилась мощным пластом ранее не использованных источников и литературы. В настоящее время общественность получила возможность читать труды Алихана Букейханова, Ахмета Байтурсынова, Мыржакыпа Дулатова, Жакыпа Акпаева, Шакарима Кудайбердиева и других представителей национальной интеллигенции, выходцев из Степного края. В этой связи исследователи направили свой поиск на тщательное и всестороннее изучение их жизни и деятельности . Поскольку некоторые лидеры национально-освободительного движения в казахской степи были избраны депутатами I и II Государственных дум, внимание историков Казахстана привлекли также сюжеты, связанные с думскими избирательными кампаниями и деятельностью депутатов от коренного населения, ставших думскими деятелями

На рубеже XX-XXI вв. подходы исследователей к изучению общественного движения в Степном крае заметно изменились. Оно стало рассматриваться как российскими, так и казахстанскими авторами все больше в рамках единой административно-территориальной структуры. Примечательно, что авторы вышедшего в 2000 г. третьего тома «Истории Казахстана» указали на необходимость изучения общественного движения в степных областях в конце XIX – начале ХХ вв. с учетом той роли, которую Омск играл в жизни этих территорий . Заметный вклад в разработку проблемы внесли Международные научные конференции «Степной край Евразии: историко-культурные взаимодействия и современность», состоявшиеся в 1998 г. в Омске, в 2001 г. в Кокшетау, в 2003 г. в Астане и в 2005 г. в Омске. В докладах участников этих конференций был затронут целый ряд малоизученных и дискуссионных аспектов истории общественного движения в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. . Важным этапом в изучении проблемы стала публикация документального издания «Общественное движение в Степном крае в 1895 – марте 1917 гг.: Хроника, материалы, документы» .

Несмотря на определенные сдвиги, достигнутые в освещении проблемы, ее изучение в имеющихся публикациях ограничено, как правило, тематическими, территориальными или хронологическими рамками. Иллюстративный характер сведений об общественном движении в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. во многих работах казахстанских и российских исследователей – явное свидетельство недостатка конкретно-исторических знаний по указанным сюжетам. Отсутствие до сих пор специального обобщающего исследования по истории общественного движения в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв., недостаточная изученность многих важных вопросов темы – все это свидетельствует о необходимости дальнейшей разработки названной проблемы.

Объектом исследования в диссертации является общественное движение в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв., предметом – формы и тенденции его развития.

Целью предлагаемой диссертационной работы является выявление тех сдвигов, которые произошли в содержании и формах общественного движения в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. В соответствии с поставленной целью в диссертации сформулированы следующие задачи

– определить предпосылки развития общественного движения в Степном крае;

– рассмотреть процесс формирования и деятельности организаций политических партий в Степном крае, выявить приемы их борьбы за влияние на массы;

– раскрыть характер и формы рабочего и общедемократического движения в регионе;

– установить роль и место национально-освободительной борьбы коренного населения в общественном движении Степного края;

– охарактеризовать избирательные кампании в Государственную думу как отражение общественной активности населения Степного края;

– осветить деятельность депутатов от указанного региона в I и II Государственных думах;

– вскрыть организационные формы и проявления общественной инициативы в культурной жизни Степного края.

Территориальные рамки исследования охватывают Степное генерал-губернаторство (Степной край), в которое в конце XIX – начале ХХ вв. входили Акмолинская и Семипалатинская области. В настоящее время большая часть территории бывшего Степного генерал-губернаторства находится в составе Республики Казахстан, а город Омск и прилегающая округа – в составе Российской Федерации.

Хронологические рамки работы включают период со второй половины 90-х гг. XIX в. и по февраль 1917 г. Во второй половине 1890-х гг. из состава Степного генерал-губернаторства была выведена Семиреченская область, которая была передана под управление туркестанского генерал-губернатора. После проведенной реорганизации в Степное генерал-губернаторство на всем протяжении его последующего существования входили две административные единицы – Акмолинская и Семипалатинская области. Кроме того, в середине 1890-х гг. после строительства транссибирской железной дороги произошли крупные изменения не только в хозяйственном развитии края, но и в местной общественной жизни. Февральская революция 1917 г., приведшая к свержению самодержавия, повлекла за собой упразднение Степного генерал-губернаторства.

Мировоззренческим основанием и исходной исследовательской парадигмой диссертации является теория модернизации общества. Под модернизацией обычно подразумевают комплекс мероприятий при переходе от аграрного общества к индустриальному, который охватывает различные сферы жизни общества: экономическую, социальную, культурную и общественную. Как правило, модернизация направлена сверху вниз и зачастую приводит к проявлению социального недовольства, которое может вылиться в социальный взрыв. В Степном крае в силу его отставания в социально-экономическом развитии от центра страны модернизация являлась догоняющей, что повлияло не только на наличие различных укладов в хозяйственной жизни региона, но и на развитие общественного движения. Структуры самодержавной власти, в том числе и на местах, поощряя техническую модернизацию, в то же время противились модернизации общественной жизни. Кульминационным моментом в нарастании социально-политической напряженности в начале ХХ в. являлась попытка перехода страны к конституционным формам правления, что встретило противодействие со стороны царских властей и дворянско-помещичьего класса. Дух демократических перемен в России стал неизбежностью. Преобразования в социально-экономической сфере исподволь подводили к качественным изменениям в общественной жизни, которые происходили в России через кризисы и революции.

Методологической основой диссертации являются общенаучные принципы познания и, прежде всего, принцип историзма. Принцип историзма предполагает изучение всякого исторического явления в его развитии, конкретно-исторической обусловленности и индивидуальности. В соответствии с принципом историзма процессы, протекавшие в прошлом, должны рассматриваться в том виде, как они происходили в действительности, без всякого политического ангажемента. Работа основана также на принципе системности, суть которого заключается в обязательной идентификации изучаемых явлений во времени и пространстве, логической последовательности в изложении событий. При этом важным условием является умение выделить и сопоставить общее и особенное в историческом процессе, учесть общие положения и дать конкретные оценки.

Из указанных выше методологических принципов вытекают частные методы исследования, такие, как проблемно-хронологический, историко-сравнительный, статистический, интегративный и ряд других. Проблемно-хронологический метод обусловил структуру диссертации, дал возможность рассмотреть общественное движение в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. в динамике и выделить составляющие этого процесса. Историко-сравнительный метод позволил определить общие черты и специфику развития общественного движения в регионе. Статистический метод нацелен на избежание описательности при изучении таких вопросов темы, как рабочее, аграрное движение и т.п. Реализация интегративного метода состояла в том, что в диссертации использован междисциплинарный подход в анализе фактологического материала. Особенно продуктивным было сочетание  исторического и политологического видения материала. Так,  объясняющим принципом в исследовании происходивших событий стало использование нами таких политологических понятий как партия, лидерство, национальная политика и др.

Источниковая база исследования. Попытка решить поставленные в диссертационном исследовании задачи предпринята на основе имеющейся исторической литературы и широкого круга источников. Типологически использованные в работе источники можно распределить следующим образом:

1)  документы политических партий и их местных организаций в Степном крае;

2) материалы делопроизводства центральных и местных правоохранительных и административно-управленческих органов;

3) материалы, исходящие от самих рабочих, крестьян, интеллигенции и представителей других социальных групп населения региона, а также материалы их профессиональных и просветительных организаций;

4)  дореволюционная периодическая печать;

5) справочные издания;

6) мемуары и другие источники личного происхождения.

Важнейшими документами, исходящими от политических партий, являются их уставы, программы, решения совещаний, материалы заседаний ЦК и т.д. Часть этих документов опубликована и широко используются в исследовательской литературе. Что касается документов местных организаций политических партий в Степном крае, то за исключением материалов, вышедших из среды социал-демократического подполья , они, как правило, не публиковались и хранятся в центральных и местных архивах. Среди названных документов наиболее полно представлены в архивохранилищах материалы местных организаций социалистических партий. К ним относятся листовки, отчеты, переписка и т.п. Эти документы выявлены автором в фонде Департамента полиции (Особый отдел и 4-е делопроизводство) Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), в фондах 15 (Семипалатинское областное правление), 64 (Канцелярия степного генерал-губернатора), 369 (Акмолинское областное правление) Центрального государственного архива Республики Казахстан (ЦГАРК), а также в фондах 270 (Омское жандармское управление) и 438 (Коллекция прокламаций, листовок и воззваний) Государственного архива Омской области (ГАОО). Листовки, отчеты и переписка имеют важное значение для изучения социал-демократического и эсеровского подполья в Степном крае. Они дают возможность проследить процесс эволюции идейных позиций и тактики местных организаций социалистических партий, определить их отношение к происходившим в то время в стране и регионе событиям общественно-политической жизни и т.д.

Документов местных организаций либеральных и монархических партий в Степном крае сохранилось немного. В фонде кадетской партии (ф. 523) ГАРФ автором обнаружена переписка центральных учреждений этой партии с кадетами степных областей. В ЦГАРК и ГАОО выявлены также некоторые источники агитационного характера, проливающие свет на деятельность местных либералов. В этих же архивах встречаются решения общих собраний, заявления и сообщения правления Омского отдела черносотенно-монархической партии «Русский народный союз имени Михаила Архангела». В силу немногочисленности документов, исходящих от местных организаций либеральных и монархических партий, они дают лишь отрывочную информацию, что требует широкого привлечения других групп источников.  

К источникам данной группы примыкают статьи, речи и публицистические работы участников общественного движения в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. В частности, в диссертации использованы речи и статьи епископа Омского и Семипалатинского Гавриила, являвшегося идейным вдохновителем черносотенного движения в Степном крае, в которых в наиболее полном и развернутом виде сформулированы идейные установки монархических сил региона . Кроме того, значительный интерес представляют публицистические работы лидера национально-освободительного движения коренного населения степных областей А.Н. Букейханова (бывшего в то время членом кадетской партии). В них были определены ближайшие задачи национальной интеллигенции по защите прав казахского населения, причем указывалось, что насильственное вмешательство в эволюционный путь развития казахского общества было бы пагубным для него .

Наиболее значительный источниковый массив составляют в архивах документы делопроизводства центральных и местных правоохранительных и административно- управленческих органов. В политических обзорах степного генерал-губернатора, отчетах и служебных записках губернаторов Акмолинской и Семипалатинской областей, начальника Омского жандармского управления, прокурора Омской судебной палаты, агентурных донесениях, судебно-следственных делах и других источниках этой группы мобилизован весь известный царским властям материал об общественном движении в Омске и степных областях в конце XIX – начале ХХ вв. Указанные документы содержат сведения о партийно-политическом движении в Степном крае, различных проявлениях рабочего, аграрного и национально-освободительного движения, о думских избирательных кампаниях и т.д. Эти материалы содержаться в фонде Департамента полиции (Особый отдел, 4-е и 7-е делопроизводства) ГАРФ, в фондах 64 (Канцелярия степного генерал-губернатора), 15 (Семипалатинское областное правление), 369 (Акмолинское областное правление), 361 (Акмолинский областной прокурор), 538 (Семипалатинская областная по выборам во II Государственную думу комиссия), 402 (Акмолинская областная по делам о выборах в Государственную думу комиссия) ЦГАРК, а также в фондах 10 (Омский окружной суд), 25 (Омская судебная палата), 190 (Прокурор Омской судебной палаты), 270 (Омское жандармское управление) ГАОО и некоторых других фондах указанных архивов. Несмотря на известную тенденциозность документов этой группы, обусловленную их происхождением, они зачастую оказываются порой единственными, способными предоставить информацию о различных проявлениях общественного движения в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв.       

Материалы, исходящие от самих рабочих, крестьян-переселенцев, казахских шаруа и других представителей демократических слоев населения региона, представлены жалобами, прошениями, заявлениями и т.п. Они представляют значительный интерес для изучения пассивных форм протеста и относятся  преимущественно к периоду кануна первой российской революции. В жалобах, прошениях и заявлениях рабочих, крестьян-переселенцев, казахских шаруа, других слоев трудящихся прослеживается вера в добрую волю царских властей, в возможность при их помощи решить назревшие вопросы и добиться улучшения своего экономического положения. В годы первой российской революции количество таких документов заметно сокращается и вновь они становятся достаточно массовыми в период политической реакции 1907-1910 гг. В период нового революционного подъема 1910-1914 гг., а затем и в годы первой мировой войны наблюдается тенденция, характерная для первой российской революции 1905-1907 гг. Изучая в динамике пассивные формы протеста, в сравнении с активными формами борьбы, можно проследить те изменения, которые произошли в рабочем, аграрном движении, движении средних городских слоев и придти к очень важным выводам. Документы этой группы выявлены автором в фондах 15 (Семипалатинское областное правление), 369 (Акмолинское областное правление), 9 (Канцелярия окружного инженера Тобольско-Акмолинского горного округа), 10 (Окружной инженер Семипалатинско-Семиреченского горного округа), 13 (Окружной инженер Степного южного горного округа) и некоторых других фондах ЦГАРК. Материалы профессиональных организаций представлены прежде всего уставами и отчетами рабочих профсоюзов, которые хранятся в названных выше фондах Акмолинского и Семипалатинского областных правлений ЦГАРК. Эти документы позволяют судить о структуре и функциях рабочих профсоюзов, их задачах и основных направлениях деятельности. Для изучения роли общественной инициативы в культурной жизни Степного края и просветительской деятельности демократической интеллигенции среди коренного населения региона важное значение имеют материалы фонда 86 (Западно-Сибирский отдел Русского географического общества) ГАОО. Члены этого отдела, ведя большую просветительскую работу в казахской степи, оставили значительный массив источников, который позволяет раскрыть многие важные аспекты этой проблемы.

Ценным источником для написания работы явились материалы периодической печати. Периодические издания, такие как журнал «Айкап», газеты «Казах», «Голос Сибири», «Семипалатинский листок», «Семипалатинская жизнь», «Сибирская жизнь», «Омский телеграф» и некоторые другие содержат определенный фактический материал, характеризующий различные аспекты общественной жизни Степного края в конце ХIХ-начале ХХ вв. По своей идейно-политической ориентации периодические издания распределялись на либеральные, леводемократические и монархические. К либеральным изданиям относятся газеты «Сибирская жизнь» (Томск), «Омский телеграф» (Омск) и ряд других. К ним по своим идейным воззрениям вплотную примыкают газета «Казах» (Оренбург) и журнал «Айкап» (Троицк). За исключением газеты «Казах», все остальные издания достаточно широко изучены исследователями. Использование газеты «Казах» в качестве исторического источника, где публиковались статьи лидеров национально-освободительного движения казахского народа, до 1990-х гг. было весьма затруднительным в силу крайней политизации исторической науки. А между тем в газете освещались насущные вопросы общественной жизни Степного края: о предоставлении казахам избирательных прав в Государственную думу, о работе органов правосудия, об открытии новых школ, характеризовался основной ход событий национально-освободительного движения 1916 г. и др. Леводемократическая печать представлена газетами «Омский вестник» (Омск), «Семипалатинский листок» и «Семипалатинская жизнь» (Семипалатинск) и др. Публикации в этих газетах во многом отражали позицию представителей революционно-демократических сил на развитие общественного движения в Степном крае. Что касается монархических изданий, то они были представлены газетой «Голос Сибири» (Омск), которая являлась органом  местного отдела Русского народного союза имени Михаила Архангела. Публикации в этом издании были проникнуты грубыми нападками на революционно-демократические и оппозиционные силы, причем их авторы очень часто прибегали к подтасовке и извращению фактов. Работа с подобным источником требует особо критического подхода, тщательной перепроверки содержащихся в нем сведений.

К следующей группе источников относятся справочные издания, которые выпускались статистическими комитетами Акмолинской и Семипалатинской областей, а также другими административно-ведомственными учреждениями . В этих изданиях содержится конкретно-фактический материал о развитии промышленности в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв., положении в аграрном секторе региона, о состоянии культурно-образовательной сферы и т.п. Источники этой группы привлекались автором для характеристики хозяйственного и культурного развития Омска и степных областей, без чего невозможно представить социально-экономические предпосылки общественного движения.    

Необходимым звеном при формировании источниковой основы диссертации послужили мемуары и другие источники личного происхождения. Мемуарная литература представлена прежде всего воспоминаниями участников социал-демократического и рабочего движения. Часть их уже опубликована и введена в научный оборот , другие хранятся в местных областных архивах. Воспоминания участников революционного движения выявлены автором, в частности, в фонде 19 (Истпарт) Центра документации новейшей истории Омской области (ЦДНИОО) и в фондах 7 (Уездный ревком) и 21 (Д.П. Багаев) Государственного архива Павлодарской области (ГАПО), в фонде 2277 (Революционное движение в Акмолинской области) Государственного архива Акмолинской области (ГААО) и в Северо-Казахстанском областном историко-краеведческом музее. В этих воспоминаниях освещаются отдельные эпизоды из деятельности социал-демократического подполья в Омске, Павлодаре, Акмолинске и Петропавловске, рассказывается о классовых выступлениях местных рабочих. Однако поскольку мемуары писались спустя определенный срок после истечения событий, то в них встречаются фактические неточности, а сами события нередко смещены во времени, что требует проверки их сведений материалом, почерпнутым из других источников.        

В эту же группу источников следует включить переписку, дневники и записки Н.Я. Коншина и М.Ю. Бенюха. Н.Я. Коншин являлся известным просветителем и одним из руководителей Семипалатинского подотдела Западно-Сибирского отдела Русского географического общества в начале ХХ в., а М.Ю. Бенюх – одним из деятелей краеведческого движения в Петропавловске во второй половине ХХ в. Личный фонд Н.Я. Коншина (ф. 32) хранится в Государственном архиве Восточно-Казахстанской области (ГАВКО) в г. Усть-Каменогорск, а личный фонд М.Ю. Бенюха (ф.158) в Государственном архиве Северо-Казахстанской области (ГАСКО) в г. Петропавловск. Материалы их личных фондов представляют прежде всего интерес для изучения роли общественной инициативы в культурной жизни степных областей в конце XIX – начале ХХ вв.    

Научная новизна работы заключается в том, что общественное движение в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. целостно до сих пор не исследовалось как самостоятельная проблема, а рассматривалось фрагментарно при освещении отдельных вопросов социально-экономического, политического и культурного развития региона. В диссертации впервые проведен комплексный анализ изучения проблемы, позволивший дать сравнительную характеристику деятельности политических партий в этот период, увидеть целостную картину  социальной активности рабочих, крестьян, средних городских слоев, развития национально-освободительного движения, хода избирательных кампаний в Государственную думу, проявлений общественной инициативы в культурной жизни края. Кроме того, диссертационное исследование базируется на значительном количестве  неопубликованных источников, большинство из которых впервые вводятся в научный оборот.

Апробация и практическая значимость работы. Кардинальные преобразования в обществе диктуют и новые подходы в развитии исторической мысли, в частности, значительно возросла необходимость научной разработки региональных процессов. Исследование исторического прошлого, выявление закономерностей общественно-политических преобразований, определение региональных особенностей исторического развития необходимы для выработки государственной региональной и национальной политики Российской Федерации и Республики Казахстан. Положения диссертации обсуждались на международных, республиканских и региональных научных конференциях в Омске, Алматы, Астане, Кокшетау. Полученные научные результаты могут быть использованы при написании обобщающих работ по истории общественного движения в Сибири и Казахстане в конце XIX – начале ХХ вв.

На защиту выносятся следующие положения диссертации:

1. Сравнительная характеристика партийно-политического движения в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. позволила выявить сильные и слабые стороны в деятельности местных организаций политических партий, предопределивших их успехи или неудачи. Установлено, что определяющим влиянием на развитие общественного движения в регионе пользовались организации социалистических партий (социал-демократов и эсеров).   

2. Выделение ведущих параметров в оценке рабочего движения дало возможность показать ведущую роль борьбы местного отряда российского пролетариата в общественном движении региона.

3. Аграрное движение по своему содержанию и размерам значительно отставало от рабочего, но в то же время выявление различных форм выступлений русских крестьян-переселенцев и казахских шаруа свидетельствовало о росте их классовой активности.

4. В конце XIX – начале ХХ вв. в Степном крае значительно повысилась общественная активность средних городских слоев.

5. Национально-освободительное движение в казахской степи было направлено против военно-колонизаторской и русификаторской политики царизма и в определенной мере – против феодально-байской  верхушки. Особого накала национально-освободительное движение достигло в 1916 г., в связи с решением властей призвать казахов на тыловые работы. Одной из особенностей восстания 1916 г. стало то, что на борьбу поднялись прежде всего низы. Верхи аула и кишлака зачастую маневрировали, ибо они частично были интегрированы в существовавшую систему управления казахской степью.   

6. Избирательные кампании по выборам в I и II Государственную думы свидетельствовали о несомненном росте политической активности как русского, так и коренного населения Степного края.

7.  Несмотря на колониальную политику самодержавия в казахской степи наблюдался рост образовательного уровня коренного населения благодаря общественной инициативе российской интеллигенции в культурно-просветительной жизни региона.

Структура исследования. В соответствии с целью и задачами исследования построена логика изложения материала. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения, а также списка использованных источников и литературы.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обоснованы актуальность, научная новизна и практическая значимость темы диссертации, выявлена степень ее изученности, охарактеризованы цель и задачи исследования, определены его объект, предмет, хронологические и территориальные рамки, раскрыта методологическая и источниковая база.

Глава I «Формирование и деятельность партийно-политических организаций в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв.» состоит из трех разделов. В первом из них характеризуются местные организации  социалистических партий. Указано, что сдвиги в социально-экономическом развитии региона на рубеже XIX-ХХ вв., связанные во многом со строительством Сибирской железной дороги, оказали заметное влияние на характер и содержание общественного движения. В Степной край стали проникать социалистические идеи, находившие отклик в различных слоях населения, в первую очередь у интеллигенции, учащейся молодежи и передовых рабочих. Распространению социалистических идей активно способствовали ссыльные марксисты и народники. Другим источником рапространения социалистических идей здесь стали студенты – уроженцы Омска, Каркаралинска, Кокчетава, Семипалатинска, обучавшиеся в вузах Петербурга, Москвы и Казани.

Среди сторонников социалистических идей раньше других заявили о себе в Степном крае социал-демократы. Первоначально марксистские кружки стали действовать в Омске и Петропавловске, которые являлись промышленно-транспортными центрами региона, а спустя некоторое время – в Кокчетаве, Семипалатинске, Акмолинске, Павлодаре, некоторых других местах. В разделе особо отмечено влияние Омской организации РСДРП, возникшей в марте-апреле 1903 г. в результате объединения существовавших в городе марксистских кружков, на развитие социал-демократического движения в степных областях.

Процесс организационного сплочения социал-демократических рядов в Степном крае заметно активизировался  в годы первой российской революции. Установлено, что к осени 1906 г. социал-демократическое движение проявило себя уже в 9 городах региона, а численность местных социал-демократов составляла около 600 человек. Анализ социального состава участников партийного подполья позволил придти к выводу, что основу организаций РСДРП в Омске и Петропавловске составляли рабочие, а члены социал-демократических групп и кружков отдаленных уездных городов – Кокчетава, Павлодара, Акмолинска, Усть-Каменогорска и ряда других – были преимущественно выходцами из среды интеллигенции, учащейся молодежи, работников кустарно-ремесленных предприятий. По национальному составу большинство участников  социал-демократического движения были русскими, но в них постепенно вовлекались представители различных социальных групп казахского населения. Так, в Петропавловскую организацию входил Карим Сутюшев, в Атбасарскую – Адильбек Майкутов и Сабыр Шарипов, в Омскую – Максут Бекметов.

При характеристике идейной ориентации участников социал-демократического движения в Степном крае в разделе отмечено, что в их среде было немало лиц, не представлявших всей глубины расхождений между большевиками и меньшевиками. Как следствие, идейная борьба здесь затронула в основном Омскую и Петропавловскую организации РСДРП. В Петропавловске руководитель меньшевистской фракции Анастасьев предлагал ограничить выступления рабочих только экономической борьбой. В Омске меньшевики пытались  подвергнуть ревизии партийные установки о руководящей роли пролетариата в освободительном движении. Однако эти попытки получили отпор со стороны членов социал-демократического подполья. Автором указано, что используя различные  приемы партийной работы, среди которых особую роль играла листковая агитация, социал-демократы накануне и в годы первой российской революции заявили о себе как о достаточно заметном факторе местной общественной жизни. Степной генерал-губернатор вынужден был признать, что распространение нелегальной литературы, а также другие факты «неустанной подпольной деятельности агитаторов» способствуют «привитию населению социал-демократических идей» .            

Наряду с социал-демократами в Степном крае в начале 1900-х гг. появились партийные ячейки социалистов-революционеров. В связи с отсутствием в регионе помещичьего землевладения и, как результат, слабой восприимчивости крестьянских масс к эсеровским идеям «социализации земли», сферой деятельности представителей этой немарксистской социалистической партии в степных областях являлись в основном городские слои населения, в частности, демократическая интеллигенция, учащаяся молодежь, некоторые слои рабочих и т.п. Первая партийная группа социалистов-революционеров здесь оформилась в Омске, но до осени 1905 г. она оставалась немногочисленной и насчитывала в своих рядах около 10 человек. По мере развития революции партийная эсеровская группа в Омске была реорганизована в комитет, а численность местных социалистов-революционеров достигла 100 человек. В других населенных пунктах Степного края – Усть-Каменогорске, Семипалатинске, Петропавловске, Павлодаре – в годы первой российской революции действовали небольшие организации ПСР, численностью от нескольких до четырех десятков членов . В разделе отмечено, что с осени 1905 г. эсеры заметно активизировали свою деятельность, стремясь охватить ею демократические слои населения. Это выразилось в выпуске нелегальных изданий, в организации рабочих выступлений, в поддержке кампании по бойкоту I Государственной думы и т.п. Однако тактическая линия социалистов-революционеров не отличалась последовательностью: наряду с массово-политической работой они прибегали к использованию террористических методов борьбы, а в ряде случаев колебались между решительной борьбой против самодержавия и реформизмом. Вместе с тем нельзя отрицать, что их деятельность способствовала росту революционной активности трудящихся, расширению фронта антисамодержавных сил.

Поражение первой российской революции вынудило внести определнные коррективы в идейные установки и организационно-практическую работу социалистических партий. Те же процессы затронули и их местные организации в Степном крае. В социал-демократическом движении, в частности, развернулась борьба между большевиками и меньшевиками-ликвидаторами. Если первые выступали за  сочетание нелегальной работы с использованием легальных возможностей, то их оппоненты призывали к ликвидации нелегальных организаций и сосредоточению партийной работы в рамках открытой, разрешенной властями легальной борьбы. Ряды социал-демократов стали покидать временные попутчики, в первую очередь околопартийная интеллигенция, подверженные упадническим настроениям. Численность партийных ячеек заметно сократилась, а в ряде мест они вообще прекратили свое существование. Если в 1906 г., например, в рядах Омской организации РСДРП насчитывалось около 300 человек, то в 1908 г. в ней состояло около 50 членов, а в 1909 г. – всего 23. Как следствие, существенно ослабла деятельность социал-демократов среди рабочих и других демократических слоев населения. Лишь накануне первой мировой войны большевикам удалось преодолеть сопротивление ликвидаторов и несколько оживить работу партийного подполья в Омске, Петропавловске и Семипалатинске.

Что касается социалистов-революционеров, то после государственного переворота 3 июня 1907 г. их тактика была ориентирована на оказание отпора властям путем вооруженных выступлений и террора. Она не сочеталась с настроениями трудящихся, что не могло не повлиять на ослабление связей эсеров с ними. В 1907-1911 гг. с определенными перерывами деятельность эсеров в Степном крае проявляла себя только в Омске. Ликвидация омской группы ПСР в марте-апреле 1911 гг., а затем и аресты в декабре того же года привели к тому, что местные социалисты-революционеры практически свернули свою подпольную деятельность.

В годы первой мировой войны немногочисленные группы социал-демократов существовали в Степном крае лишь в Омске и Петропавловске. Сторонники эсеров в эти годы не имели оформленных партийных ячеек и все больше склонялись к легальным формам деятельности, уделяя особое внимание работе в кооперации. Однако в идейном отношении влияние социалистов на развитие общественного движения было гораздо шире их организационных возможностей. Далеко не случайно, что после февральской революции 1917 г. местные социал-демократы и эсеры, консолидировав свои ряды, смогли оказать активное воздействие на происходившие в регионе общественно-политические процессы.

Во втором разделе рассматривается либерально-оппозиционное движение в Степном крае. Указано, что процесс политической консолидации либералов произошел в годы первой российской революции, когда и на этой отдаленной окраине появились отделы октябристской и кадетской партий. Так, в апреле 1906 г. в Омске возник «Русский либеральный союз», который позднее стал называться отделом «Союза 17 октября». В той или иной мере сторонники октябристской партии проявили себя также в Петропавловске, однако, как здесь, так и в других местах Степного края, они организационно оформиться не смогли. Дело в том, что общественная индифферентность большей части предпринимателей региона, являвшихся  буржуазией периода «первоначального накопления» – все это сужало социальную базу октябристов, определяло их непопулярность. Имея ограниченный круг сторонников, октябристы в Омске и Петропавловске не сумели добиться сколько-нибудь заметных успехов в избирательных кампаниях в I и II Государственные думы. После завершения выборов во II Думу октябристы в степных областях фактически ни в чем себя в дальнейшем не проявляли.

Более активными и влиятельными, по сравнению с октябристами, были в Степном крае члены партии кадетов. Началом консолидации сторонников этой партии здесь следует считать конец 1905 г. – начало 1906 г. В частности, в Омске этот процесс завершился в апреле 1906 г., когда в городе открыл свою деятельность отдел кадетской партии. В Семипалатинске оформление партийной ячейки кадетов пришлось на первую половину 1906 г. В Петропавловске в ноябре 1906 г. возник «Народный союз», который придерживался программы конституционно-демократической партии. Кроме того, сторонники кадетов имелись и в других городах региона, в частности, в Усть-Каменогорске. В составе местных кадетов, как и в центре страны, преобладала буржуазная интеллигенция, в их рядах можно было встретить также чиновников, торговых служащих и т.п. К кадетам примкнули и некоторые представители казахской национальной интеллигенции, считавшие программу этой партии наиболее приемлемой для эволюционного пути развития казахского общества.

Местные кадеты, следуя общепартийной платформе, выступали за создание конституционного строя, продвигаться к которому предполагалось при помощи постепенных реформ, путем приспособления монархии и других атрибутов старой власти  к потребностям развивающегося капитализма. В 1906-1907 гг. они развернули  широкую пропагандистскую кампанию по разъяснению программных установок  своей партии, а также принимали активное участие в думских избирательных кампаниях. Рекламируя свою партию, как выражавшую назревшие потребности общественной жизни, объявляя программу социал-демократов «нецелесообразной», кадеты в этот период смогли увлечь за собой достаточно значительную часть населения Степного края.   

На организационном и идейном состоянии кадетов негативно сказалось наступление реакции. В результате появилась тенденция к смягчению и без того весьма умеренной оппозиции царским властям. В межреволюционные 1907-1917 гг. либералы для пропаганды своих идейных позиций использовали в основном легальные общественные организации и периодическую печать. Особой популярностью среди коренного населения Степного края пользовалась газета «Казах». Однако кадеты, как в центре страны, так и в провинции, по-прежнему выступали против любых радикальных действий, направленных на устранение царского режима, утрачивая постепенно доверие к себе со стороны широких слоев населения. 

В третьем разделе первой главы дана характеристика организационного состояния и идейных позиций черносотенцев в Степном крае. Подчеркнуто, что черносотенцы проявили свою погромную натуру в некоторых местах региона уже в 1905 г., но отсутствие в степных областях помещиков обусловило здесь более медленные темпы организационного оформления черносотенного движения и немногочисленность их сторонников. Отмечено, что наиболее активную роль в создании черносотенно-монархических организаций в Степном крае играло реакционное духовенство, возглавляемое епископом омским и семипалатинским Гавриилом. Он в своем обращении к священнослужителям епархии предложил им стать членами монархических организаций и сам лично следил, как они исполняют его распоряжение. Прямую поддержку черносотенцам оказывали также царские власти. В Омске, например, всем учителям под угрозой увольнения со службы было предписано вступить в ряды местных черносотенцев. Однако сколько-нибудь широкой поддержки среди населения региона черносотенцы не получили. Организационно оформиться они смогли только в Семипалатинске и Омске. Так, в Семипалатинске в годы первой российской революции действовало отделение черносотенной «Партии упорядочения произвола», а в Омске в сентябре 1908 г. открыл свою деятельность отдел Русского народного союза имени Михаила Архангела.

При характеристике идейных установок местных черносотенцев, в разделе отмечено, что, как и у «союзников» в центре страны, объединяющим фактором для них служила идея, выраженная известной формулой «православие, самодержавие, народность». В частности, определяя свое отношение к возможности установления конституционного порядка в стране, газета «Голос Сибири», которая являлась печатным органом Омского отдела Союза Михаила Архангела, в номере от 3 марта 1910 г. категорически заявляла: «Невозможность конституционного строя в России доказывается всем ходом русской истории. Нельзя создать имперский парламент для 250 миллионов и 25 народностей. Разделение власти по самой ее сущности невозможно».

Выступая в защиту частной собственности, в том числе и помещичьей, черносотенцы в Степном крае поддерживали политику Столыпина на разрушение общины, считая при этом необходимым передачу в собственность крестьянам надельной земли, которой они владели на правах постоянного пользования. Приветствуя развитие переселенческого движения крестьян в восточные районы страны, «союзники» полагали, что для ускорения этого процесса в степных областях следует принять меры по регулированию «чересчур широкого землепользования» казахов. Рабочему вопросу черносотенцы не уделяли большого внимания, находя его для окраин России неактуальным. Ввиду непопулярности черносотенных идей усилия «союзников» создать устойчивую социальную базу среди населения региона потерпели неудачу. В годы нового революционного подъема начался процесс деградации черносотенного движения и вскоре оно оказалось на обочине общественной жизни.

Глава II «Характер и формы рабочего, общедемократического  и национально-освободительного движения в Степном крае  в конце XIX – начале ХХ вв.» состоит из четырех разделов. В первом из них исследуется зарождение и развитие рабочего движения. Отмечено, что появление индустриального транспорта, увеличение количества предприятий горной промышленности, а также заведений по переработке сельскохозяйственной продукции обусловили рост численности рабочих в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. В 1913-1915 гг. общая численность рабочих в Акмолинской области, по подсчетам автора, составляла более 11 тыс. человек, а в Семипалатинской области – около 6 тыс. человек. Однако поскольку формирование местного отряда пролетариата не было завершено, состав его был неоднородным. Наиболее кадровым подразделением рабочего класса здесь являлись рабочие индустриального транспорта, прежде всего железнодорожники, основная часть которых прибыла в регион из Европейской России. В то же время на предприятиях горной и обрабатывающей промышленности было немало рабочих, сохранявших связи с сельским хозяйством. Среди рабочих Степного края наряду с русскими рабочими было и немало рабочих-казахов. Особенно значительным их число было на предприятиях горной промышленности. Истоки формирования рабочего класса из среды коренного населения следует искать в процессе социального расслоения казахского аула. В конце XIX – начале ХХ вв. в степных областях растет процесс так называемого отходничества казахских шаруа на заработки в города и промышленные центры. Военный губернатор Акмолинской области отмечал, что «обедневшие киргизы, не имея возможности прокормить себя с семейством, …вынуждены искать посторонний заработок» .

В разделе указано, что жизненные условия основной массы рабочих в Степном крае были крайне неудовлетворительными. Это порождало различные формы сопротивления со стороны лиц наемного труда. В 90-е гг. XIX в. наиболее распространенными формами протеста рабочих были жалобы, прошения и побеги с предприятий. Вплоть до начала 1900-х гг. забастовочная борьба не имела здесь того размаха, который наблюдался в центре России. Поэтому статистические данные забастовочного движения выглядят довольно скромно. Так, за период  с 1895 г. по 1904 г. в степных областях автором выявлено всего 30 стачек, из них 27 экономических и 3 политических. Общее число стачечников составило за этот период 2530 человек, из них в экономических забастовках участвовало 2387 человек, а в политических – 143 человека. Таким образом, специфически пролетарское средство борьбы – стачка – в эти годы еще только начинает проявлять себя. Вместе с тем, следует отметить, что уже накануне первой российской революции определились два ведущих отряда рабочих, проявивших наибольшую активность – это железнодорожники и горняки. Из 30 выступлений рабочих Степного края накануне первой российской революции 17 стачек провели рабочие-горняки и 12 – железнодорожники.

Заметные сдвиги в рабочем движении в Степном крае произошли в период первой российской революции 1905-1907 гг. Статистика стачек свидетельствует, что общее количество забастовок по сравнению с предыдущим периодом увеличилось в 3 раза: 89 выступлений в годы революции против 30  в предреволюционные годы. Но если количество экономических забастовок возросло всего в 1,8 раза, то количество политических и смешанных – в 13,7 раза. Хотя число экономических выступлений по-прежнему преобладало над политическими и смешанными: 48 против 41 (что составляло 54% от общего количества забастовок), однако количество участников политических и смешанных стачек значительно превосходило аналогичный показатель экономических выступлений: 10793 человека против 6751. Как следствие, удельный вес участников политических и смешанных стачек составил около 60% от общего количества бастовавших. Наряду со стачками в годы первой российской революции рабочие Степного края активно участвовали также в сходках, митингах и демонстрациях, в создании профсоюзов и других классовых организаций. В ходе совместной борьбы русских рабочих и рабочих-казахов крепла их товарищеская солидарность. Весьма примечательным в этом плане явилось создание во время забастовки на Успенском руднике в Акмолинской области в декабре 1905 г. «Русско-киргизского союза», который осуществлял руководство выступлением рабочих-горняков. Во главе союза стояли Петр Топорнин, Владимир Мартылога, рабочие-казахи Алимжан Байшагиров, Искак Каскабаев и ряд других лиц.

В период революции безусловными лидерами стачечного движения в Степном крае были рабочие-железнодорожники, политическая сознательность которых была явно выше, чем у представителей других профессий. В 1905-1907 гг. из 89 выступлений на долю железнодорожников приходилось 43, то есть практически половина. В разделе указано, что важным фактором, влиявшим на рост организованности различных категорий рабочих, являлась деятельность местных социал-демократов, которые значительно активизировали в эти годы свою нелегальную и легальную работу в массах. Отмечена также определенная роль эсеров в развитии рабочего движения в степных областях.

После событий 3 июня 1907 г. страна вступила в полосу политической реакции. Рабочие страдали не только от полицейских преследований, но и от наступления капитала. Предприниматели увольняли рабочих, вводили «черные списки», куда заносились имена принимавших участие в революционном движении. Вновь были восстановлены многие старые фабричные порядки: увеличен рабочий день, снижены расценки, повышены нормы выработки, ухудшились условия работы на производстве.

Показано, что наиболее тяжелые удары в 1907-1914 гг. пришлось вынести железнодорожному пролетариату, который выступал своего рода застрельщиком классовой борьбы в крае в 1905-1907 гг. На железных дорогах был установлен военно-полицейский режим. Кроме того, в результате полицейских репрессий, заметно ослабла работа революционных партий и организаций в рабочей среде. Это заметно повлияло на развитие рабочего движения в регионе, количество забастовок сократилось, причем абсолютное большинство из них носили экономический характер. За 1907-1914 гг. в степных областях учтено 40 забастовок рабочих, из них 34 экономических и 6 политических. Даже в предвоенный период 1912-1914 гг., несмотря на рост классовой активности рабочих, в Степном крае экономические стачки (21 выступление) по-прежнему количественно преобладают над политическими (6 выступлений). Общая закономерность – пробуждение активности в забастовочном движении в окраинных регионах по сравнению с центром России, с определенным запозданием – подтвердилась и на этот раз. Поскольку после поражения первой российской революции стачечная активность железнодорожников резко упала, забастовки в эти годы возникали преимущественно на предприятиях горной и обрабатывающей промышленности. В разделе указано, что, как и в предыдущие годы, наиболее активно участвовали в борьбе рабочие Омска. В других городах и уездах Степного края в 1907-1914 гг. рабочие выступления были достаточно эпизодичны. Так, в Петропавловске состоялась 1 стачка, в Атбасарском уезде – 2, в Усть-Каменогорском уезде  – 2, в Семипалатинске – 6.     

В годы первой мировой войны в борьбе рабочих Степного края по-прежнему доминировали экономические мотивы. Причинами забастовок в эти годы был протест против неисчислимых тягот, вызванных войной. Имели место и другие формы борьбы. На развитие рабочего движения в степных областях значительное влияние оказало также национально-освободительное восстание 1916 г. Так, некоторые рабочие-казахи Берчогурских, Байконурских, Карагандинских угольных копей и Спасских медных рудников бросили работу и присоединились к восставшим. Ряд горных предприятий остановился в связи с нехваткой рабочих. Степной генерал-губернатор объявил, что «виновные в вооруженном сопротивлении властям будут наказываться смертной казнью» . Несмотря на это, рабочие-казахи все же уходили с предприятий и присоединялись к повстанцам. Накануне февральской революции 1917 г. вновь оживилась деятельность местных социал-демократов в рабочей среде. Все это было свидетельством неизбежности нового подъема рабочего движения в крае.  

Во втором разделе второй главы характеризуется аграрное движение в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. Указано, что самодержавие рассматривало казахскую степь как объект колонизации, призванный не только решить аграрные противоречия в Европейской России, но и укрепить позиции царизма в этом регионе. Потеря значительного количества земли явилась самым тяжелым последствием данной политики для казахского населения. Был нанесен удар исторически сложившемуся типу цивилизации, отличной от европейской. Это не могло не породить социальную напряженность в обществе, подогретую революционной пропагандой социалистических партий. Кроме того, на поведение коренного населения Степного края несомненно влияло развитие революционного движения в центре страны. В разделе отмечено, что наиболее распространенными формами движения казахских шаруа Степного края являлись: жалобы в органы государственной власти; борьба против изъятия царской администрацией земель; насильственный захват пахотных земель, пастбищ и других угодий и имущества, принадлежащих кулачеству, богатому казачеству, феодально-байским элементам; отказ от уплаты налогов и других повинностей; непослушание и нападение на местную колониальную и волостную администрации; порубки и поджоги лесных угодий, зимовок и домов богачей. Неподчинение властям выражалось также в откочевках, бегстве казахских шаруа в отдаленные районы. Первое время движение шаруа развивалось робко, было слабо организовано. В своей низшей фазе оно проявилось в подаче жалоб, прошений, петиций в правительственные органы, в протестах против произвола, злоупотреблений и вымогательств со стороны органов управления и царских чиновников. Казахские шаруа боролись прежде всего за землю. По мере развития аграрного движения шаруа постепенно прибегали к активным формам борьбы, которые проявили себя в годы первой российской революции. Это нашло свое выражение в открытом сопротивлении против изъятия земель в пользу «переселенческого фонда», против узурпации земель мелких производителей крупными баями-полуфеодалами, против национальной дискриминации и т.д.  Аграрное и национально-освободительное движения в Казахстане развивались не изолированно друг от друга, они были взаимосвязаны. В годы первой мировой войны произошло слияние выступлений казахских шаруа и национально-освободительного движения.

Наряду с казахскими шаруа в борьбу за свои права включались и русские переселенцы, которые в поисках лучшей доли проехали тысячи километров, но оказались в Степном крае в довольно тяжелом положении. Недовольство и брожение среди русских крестьян-переселенцев, источниками которых являлись зачастую несправедливое землеустройство, неравномерное распределение налогов и других сборов, возникали практически сразу же после прибытия в Степной край. Никакими репрессиями нельзя было остановить крестьянские выступления. Переселенцы открыто заявляли, что если их не обеспечат землей, то они прибегнут к ее захвату.

Все формы сопротивления крестьян-переселенцев в изучаемый период  можно сгруппировать следующим образом:

1) жалобы в органы государственной власти;

2) отказ от уплаты налогов и податей;

3) отказ нести другие виды повинностей;

4) самовольный захват казенных  земель;

5) самовольные и коллективные порубки;

6) поджоги лесных угодий, домов богачей и др.;

7) неподчинение властям, сопротивление им;

8) столкновения из-за угодий переселенцев со старожилами;

9) собрания и митинги.

На отдельных этапах преобладали те или другие формы движения. Аграрное движение шло от пассивных, стихийных форм к более организованным и активным. Если жалобы и прошения доминировали в начальный период борьбы, то в период первой российской революции и годы нового революционного подъема заметно возросло количество активных форм протеста со стороны крестьян.

Если проанализировать географию  аграрных волнений, то вырисовывается следующая картина. Из 10 уездов Степного края выступления крестьян, как русских, так и казахов, отмечены  практически во всех.

Среди включившихся в аграрное движение неодинаковой была степень зрелости и решительности в борьбе. Одна часть  шаруа и крестьян действовала довольно активно – нередко захватывались казенные земли и угодья, совершались массовые лесные порубки; оказывалось сопротивление властям. Для другой части участников аграрного движения была характерна наивная вера в возможность решения своих требований путем ходатайств и прошений к властям.

Несмотря на то, что царское правительство проводило колониальную политику по отношению к коренному населению, русским крестьянам-переселенцам удалось построить в целом добрососедские отношения с местным населением. То есть, методы официальной политики могут не совпадать с теми реалиями, которые удается осуществить простому народу. В то время как официальное руководство проводило политику завоевания и подчинения, простой народ наводил мосты дружбы и добрососедства. 

Третий раздел второй главы посвящен рассмотрению движения средних городских слоев в Степном крае в конце XIX- в начале XX вв. Они были представлены демократической интеллигенцией, учащейся молодежью, почтово-телеграфными и торговыми служащими, некоторыми другими категориями населения.  Материальная необеспеченность  значительной их части усугублялась ущемлением в правовой сфере и в области гражданских свобод, что было одной из причин стремления к участию в общественном движении. Свою роль в вовлечении средних городских слоев в этот процесс играли также действовавшие в регионе партийно-политические организации и,  прежде всего,  социал-демократы и эсеры.

Установлено, что средние городские слои становятся достаточно заметным фактором общественной жизни в степных областях с началом первой российской революции. В 1905-1907 гг. наиболее активная их часть участвовала в сходках и митингах, включилась в забастовочную борьбу, принимала участие в деятельности партийно-политических организаций, создании профсоюзов и других общественных объединений. На общем фоне выделялись выступления учащейся молодежи. В период революции в учебных заведениях Омска состоялось 16 выступлений, Семипалатинска – 4 выступления, Петропавловска – 2 выступления. По своему характеру это были как стихийные выступления, так и организованные забастовки, в том числе и с предъявлением политических требований.  Следует выделить также и выступления почтово-телеграфных служащих. Так, в ноябре 1905 г. служащие почтово-телеграфных контор в Омске, Петропавловске, Кокчетаве, Атбасаре, Акмолинске, Зайсане и Усть-Каменогорске включились в  забастовку, поддержав борьбу своих товарищей в центре России, выдвинувших наряду с экономическими требованиями требование предоставить им право на учреждение Всероссийского союза чинов почтово-телеграфного ведомства. Отмечено, что важное значение для политического воспитания средних городских слоев имело их участие вместе с рабочими в митингах и демонстрациях.

Поражение первой российской революции не могло не сказаться на характере и содержании движения средних городских слоев. В межреволюционный период 1907-1917 гг. редкими являлись активные формы борьбы, на первый план выступили пассивные формы протеста. Вместе с тем, как показано в разделе, имеющиеся факты позволяют утверждать, что не только борьба за экономические права, но и стремление к демократическим переменам в значительной мере определяли в указанные годы поведение этой группы населения Степного края.

В четвертом разделе второй главы освещается национально-освободительное движение в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. Отмечено, что усиление национально-колониального гнета, аграрная политика царизма, проникновение капиталистических отношений в      социально-экономическую жизнь региона, новые социальные идеи по переустройству общества привели к росту национального самосознания казахского народа. Национальное движение в казахском обществе было неоднородным, в нем существовали различные идейно-политические течения, но его ядро, как правило, составляли представители национальной интеллигенции, выпускники университетов и других учебных заведений Петербурга, Москвы, Казани, Томска, Оренбурга. Не случайно, что наиболее авторитетными личностями этого времени являлись А. Байтурсынов, А. Букейханов, М. Дулатов, К. Тогусов, Ж. Акпаев. Именно их перу принадлежит наиболее взыскательный анализ социально-политических явлений. Наиболее популярные работы этого времени посвящены пробуждению национального самосознания: «Проснись, казах», «Ызын» (Жужжание), «Маса» (Комар), «Турымтай» (Буревестник), «Карлыгаш» (Ласточка), «Агын» (Течение), «Шолпан» (Венера) и др. В своей просветительской деятельности представители казахской национальной интеллигенции использовали различные формы воздействия на коренное население региона, в числе которых особенно важное значение имели газета «Казах» и журнал «Айкап».

Помимо собственно просветительской деятельности передовая казахская интеллигенция пыталась оказывать действенную практическую помощь своему народу. Особенно наглядно это проявилось в годы первой мировой войны, когда в 1916 г. вспыхнуло восстание казахского населения. Хотя непосредственным поводом к восстанию явился царский указ от 25 июня 1916 г. «О реквизиции на тыловые работы мужского населения Казахстана, Центральной Азии и частично Сибири в возрасте от 19 до 43 лет включительно», однако корни любого крупного  политического явления следует искать в сфере социально-экономических отношений. К причинам народных волнений в казахской степи в эти годы можно отнести следующие: изъятие земель у казахского населения, рост налогов и поборов, эксплуатация трудящихся, рост цен, постоянное ущемление человеческого достоинства. Это переполнило чашу народного терпения.

Известно, что одной из особенностей восстания 1916 г. стало то, что на борьбу поднялись низы. Верхи аула и кишлака зачастую маневрировали, ибо они частично были интегрированы в систему управления в качестве волостных старшин, работников местного аппарата  и т.д.  А с другой стороны – национальная интеллигенция, и, прежде всего, ее наиболее образованная часть во главе с А.Букейхановым и его окружением из редакции газеты «Казах»,  в то время связала себя с политическим курсом конституционно-демократической партии России, которая стояла за мобилизацию сил и ресурсов страны на войну с Германией. Исходя из этого и чувствуя себя частью общероссийской интеллигенции, А.Букейханов и его сторонники стремились помочь фронту. Они понимали, что участие  в восстании в условиях войны будет расценено царским правительством, российской общественностью как удар в спину русским войскам, со всеми вытекающими последствиями. Отсюда призыв со стороны национально-демократической интеллигенции – покориться судьбе, помочь воюющей державе, частью которой был Казахстан. Вместе с тем, лидеры национальной казахской интеллигенции предпринимали конкретные шаги по отсрочке мобилизации казахов на тыловые работы, по защите прав призванных и создания необходимых условий для проживания и работы    их в прифронтовых  районах. Эти требования, врученные царским властям, были подписаны А. Букейхановым, О. Алмасовым и М. Дулатовым.

Отсутствие единого руководства, четкой военной организации и выучки, плохое вооружение, частые случаи предательства примыкавших в начале к восстанию феодально-байских элементов привели к  подавлению движения вооруженными силами царизма.

В целом, национально-освободительный характер движения в Степном крае определялся тем, что он был направлен против военно-колонизаторской и русификаторской политики царизма и в определенной мере – против феодально-байской верхушки аулов. Таким образом, нельзя сбрасывать со счетов и наличия в национально-освободительном движении определенных классовых мотивов.

Глава III «Представительство населения Степного края в Государственной думе» включает два раздела. В первом разделе дается характеристика избирательных кампаний, являвшихся индикаторами общественной активности жителей Степного края.

В глазах  большинства казахского народа Государственная дума представлялась  высшим форумом, на котором можно  обсудить и разрешить назревшие проблемы. И не будет преувеличением сказать о том, что многие питали серьезные надежды на демократизацию существующего строя парламентским путем.

В изучаемом регионе проведение выборов в I Государственную думу проходило в сложных условиях. Степной край входил в список местностей,  объявленных на военном положении, что создавало огромные возможности для административного произвола. Так, 24 января 1906 г. постановлением военного губернатора Акмолинской области запрещались собрания, манифестации, и другие массовые мероприятия. Аналогичное постановление было издано и семипалатинским губернатором.

В разделе показано, что во время выборов в Государственную думу передовая казахская демократическая интеллигенция, призывавшая использовать Думу для защиты прав кочевников, активизировала свою деятельность. Несмотря на явную дискриминацию коренного населения Степного края, перегибы организаторов выборов на местах, это были первые выборы, положившие начало формированию парламентаризма в России в целом и на ее  национальных окраинах в том числе.

Выборная кампания в I Думу в казахской степи началась в конце апреля 1906 г. В это время Государственная дума  уже приступила к работе, а в волостях  Семипалатинской области только успели выверить списки избирателей . Основная предвыборная борьба развернулась в городах Степного края: Омске, Акмолинске, Семипалатинске, Петропавловске, Усть-Каменогорске. Значительную активность проявили социал-демократы. IV съезд РСДРП признал тактику бойкота Думы ошибочной, что побудило местных социал-демократов включиться в избирательную кампанию. Наряду с социал-демократами в Омске, Семипалатинске и Усть-Каменогорске активно участвовали в кампании по выборам в I Государственную думу сторонники партии кадетов.  В отличие от социал-демократов, рассматривавших думскую кампанию как одно из средств пробуждения революционной активности народа, кадеты видели в Думе основное средство политического обновления страны и перевода движения масс на путь конституционного развития. В целом, несмотря на некоторое оживление общественной жизни, предвыборная агитация не получила широкого распространения не только в сельской местности, но даже в городах Степного края.  Значительная часть городского населения выборы проигнорировала. Немаловажными причинами абсентеизма избирателей являлись репрессивная политика местной администрации, а также немногочисленность партийно-политических сил, действовавших на территории Степного края.

Избрание депутатов I Государственной думы выборщиками от населения казахской степи состоялось в июне 1906 г. От коренного населения Семипалатинской  области в Думу прошел ученый-лесовод Алихан Букейханов, являвшийся кадетом. В результате собрания выборщиков  Акмолинской области, проведенного в Кокчетаве, представителем казахского населения в Думе первого созыва оказался кокчетавский мулла Шаймерден Косшыгулов. Русским населением Семипалатинской области в I Думу был избран чиновник областного статистического комитета Н.Я. Коншин, поддержанный кадетами. Выборщики, представлявшие русское население Акмолинской области, избрали депутатом врача В.И. Ишерского, социал-демократа. Сибирское казачье войско в I Государственной думе представлял И.П. Лаптев, вошедший в ней во фракцию демократических реформ.

Роспуск I Государственной думы в июле 1906 г. поколебал веру населения Степного края в «конституционное учреждение», с деятельностью которого оно во многом связывало осуществление своих требований. Однако с роспуском Думы общественное возбуждение в казахской степи не затихло. Началась подготовка к выборам во II Думу.

Выборы во II Государственную думу в Степном крае прошли в те же сроки, что и в центральных губерниях России – в январе-феврале 1907 г. Накануне выборов во II Государственную думу ситуация в стране изменилась, начался этап отступления революции. Поэтому решение участвовать в избирательной кампании приняли не только социал-демократы, но и эсеры. Несмотря на репрессии властей, социал-демократы в этой избирательной кампании действовали более активно, чем в период выборов в I Думу. Они использовали как легальные, так и нелегальные формы агитации и пропаганды. Например, в Акмолинской области социал-демократы не только печатали и распространяли листовки, но и проводили предвыборные собрания по пропаганде своей тактики в отношении Думы, организовывали встречи представителей различных партий. Активную предвыборную агитацию проводили и представители партии социалистов-революционеров в Омске. Они также участвовали в предвыборных собраниях, печатали и распространяли листовки. В ходе предвыборной кампании, например, в Омске эсеры выступали совместно с кадетами, выдвинув от каждой партии в выборщики по два кандидата. В предвыборную борьбу включились и октябристы, которые решились блокироваться с монархистами.

В целом выборы в Степном крае дали следующие результаты: от казахского населения Акмолинской области во II Думу, как и в I Думу, был избран Ш. Косшыгулов, от Семипалатинской области – Т. Норекенов, управитель Сейтеновской волости; от русского населения Семипалатинской области – Н.Я. Коншин, от Сибирского казачьего войска, как и в Думу первого созыва, И.П. Лаптев; от русского населения Акмолинской области –  врач, социал-демократ А.К. Виноградов.

Результаты выборов во II Думу и сами выборы показали заинтересованность населения Степного края в демократических переменах. Это привело к тому, что даже  при урезанных избирательных правах и препятствиях, чинимых администрацией, во II Думу в большинстве были избраны лица, пользовавшиеся авторитетом среди населения, выступавшие за преобразования в социально-политическом строе  царской   России. 

Во втором разделе главы освещена деятельность депутатов Степного края в Государственной думе. Избирая депутатов в Государственную думу, население вручало им  «пакет» требований и пожеланий в виде наказов. Наказы избирателей своим депутатам представляли собой концентрированное выражение чаяний народов Степного края. Несмотря на непродолжительный срок работы в Думе, депутаты приложили немало усилий к выполнению наказов своих избирателей.

В I, а затем во II Думе был образован ряд фракций и групп, в которые вошли и депутаты от Степного края. Широкую известность получили  трудовая группа, мусульманская фракция, группа сибирских депутатов и ряд других. В состав мусульманской фракции, сформированной во II Думе, вошли депутаты Ш. Косшыгулов и Т. Норекенов, представлявшие Степной край. Цель объединения заключалась в том, чтобы обеспечить права и интересы мусульманских окраин России.

Депутаты мусульманской фракции принимали активное участие в подготовке проекта закона по аграрному вопросу. Аграрная комиссия, образованная в I Думе по требованию депутатов, в связи с его важностью была определена в количестве 101 члена, из них 10 мест были оставлены депутатам из Степного края и Сибири. Земельный вопрос в Степном крае явился причиной дискуссий и во II Государственной думе.

В параграфе раскрыто содержание думской деятельности депутатов Степного края. Отмечается, что депутатам I и II Дум от казахского населения не представилась возможность выступить с думской трибуны, поэтому они использовали другие способы выполнения наказов избирателей. Так, депутаты Ш. Косшыгулов и Т. Норекенов в период работы II Думы посетили Главного управляющего землеустройством и земледелием князя Васильчикова, изложив ему свои соображения о положении казахского населения с целью обратить внимание правительства на необходимость приостановки переселения в степные области.  Высокопоставленному чиновнику их доводы показались неубедительными, и он ответил отказом .

При подведении итогов деятельности I и II Государственных дум, в которых участвовали депутаты от Степного края, в разделе показано, что не было принято ни одного закона, облегчившего положение рассматриваемой национальной окраины. Недостаточная активность депутатов не была причиной этого. Это тот случай, когда причиной явились объективные обстоятельства, система государственного устройства, точнее ее неготовность к принятию парламентских форм управления.

После окончания первой революции лишенные думского представительства народы Степного края тем не менее в III и IV Думах поддерживали тесную связь с партиями и фракциями посредством различных каналов: взаимодействием партийных фракций Думы с местными отделениями партий в крае, контактами населения региона с депутатами соседних губерний Сибири. Инициаторами этих контактов и связующим звеном чаще всего были бывшие депутаты Государственной думы.

Глава IV «Организационные формы и проявления общественной инициативы в культурной жизни Степного края в конце XIX – начале ХХ вв.» состоит из двух разделов, первый из которых посвящен изучению роли Западно-Сибирского отдела Русского географического общества в развитии культурных связей русского и казахского народов. Показано, что развитие российского капитализма вширь, расширение рынков сбыта требовали всестороннего изучения природных ресурсов, а также хозяйства и культуры коренного населения Степного края. С этой целью на территории региона стали возникать инициативные группы исследователей. Так, с целью сбора и изучения географических, статистических, этнографических и исторических сведений в 1868 г. в Омске было создано одно из первых научных обществ – «Общество исследователей Сибири». В 1877 г. в городе был открыт Западно-Сибирский отдел Русского Географического общества (ЗСОРГО). После образования в 1882 г. с центром в Омске Степного генерал-губернаторства исследовательская работа на территории казахской степи становится одним из приоритетных направлений деятельности ЗСОРГО. В разделе охарактеризована деятельность членов ЗСОРГО, в частности, Е.П. Михаэлиса, И.Я. Словцова, Г.Е. Катанаева, Г.Н. Потанина, Н.Я. Коншина и др., внесших значительный вклад в изучение степных областей.

По ряду объективных причин с конца 90-х гг. XIX в. количество научных экспедиций, направляемых ЗСОРГО в Степной край, заметно сократилось. Руководство отдела все активнее стало привлекать к работе своих членов, проживавших в отдаленных районах Степного края. Особенно активно проявила себя сотрудничеством с Западно-Сибирским отделом группа любителей родного края из Семипалатинска, возглавляемая Н.Я. Коншиным, ставшая впоследствии инициатором создания дочернего подотдела в регионе. Семипалатинский подотдел был создан в 1902 г. Создание подотдела было поддержано губернатором Семипалатинской области, который отметил помимо «высокого научного» и практический интерес  государства в изучении отдаленной окраины . В начале ХХ в. в разное время в работе Семипалатинского подотдела участвовали и представители казахской национальной интеллигенции, в их числе Я.А. Акпаев, А.С. Аблайлаков, Н.Х. Кульджанов, И.Т. Тарабаев и другие. Материальная поддержка Семипалатинскому подотделу была оказана со стороны Ш. Кудайбердиева – видного казахского писателя из окружения Абая. Одним из самых замечательных явлений в жизни Семипалатинского подотдела было научное собрание в 1914 г., посвященное 10-летию со дня кончины основоположника казахской литературы Абая . В годы первой мировой войны деятельностью ЗСОРГО переживала спад. Тем не менее, научно-просветительская работа продолжалась.

Подводя итоги деятельности ЗСОРГО в конце XIX – начале ХХ вв., в разделе отмечено, что, находясь под определенным административным контролем, отдел обязан был выполнять работы, способствовавшие колонизации Степного края. С другой стороны, проведенные учеными отдела исследования, имели огромное значение для познания истории, культуры и быта казахского народа, они укрепляли связи между казахской и русской интеллигенцией. Многие работы сотрудников ЗСОРГО не потеряли своего научного значения до сих пор.

Второй раздел посвящен просветительской деятельности российской интеллигенции среди казахского населения Степного края. Ускорение социально-экономического развития Степного края в конце ХIХ – начале ХХ вв., рост потребности в квалифицированных кадрах способствовали тому, что вопрос о развитии образования в Степном крае, о расширении здесь сети средних и низших профессиональных учебных заведений стал весьма актуальным. До массового переселения русского населения в Степной край детям кочевников образование можно было получить в основном в мусульманской школе, в которой господствовали средневековая схоластика и отжившие методы обучения. Но в условиях значительной интенсификации хозяйственного и культурного развития региона мусульманская школа уже не могла удовлетворить потребности коренного населения. Представители мусульманской интеллигенции, получившие образование в русских школах,  устроенных на более или менее правильных педагогических началах, не могли не видеть отсталости конфессиональных школ, их полной беспомощности. В начале ХХ в., учитывая пожелания местной общественности, в Степном крае стали открываться русско-казахские школы. На первых порах в регионе были открыты 14 таких школ. Они действовали на основе правил об аульных русско-казахских школах Акмолинской и Семипалатинской областей от 11 октября 1901 г. С 1905 по 1907 гг. в Акмолинской области открывается 8, в Семипалатинской – 11 русско-казахских школ. Отмечено, что большую роль в развитии русского образования среди коренного населения казахской степи сыграли такие представители русской интеллигенции, являвшиеся подлинными подвижниками просвещения, как А. Алекторов, А. Филиппов, А. Седельников и ряд других.

Однако в связи с тем, что сеть учебных заведений в Степном крае была немногочисленной, в начале ХХ в. все большую роль в распространении первоначальных знаний стали играть просветительные организации. К их числу относились общества, содействовавшие определенному виду образования (коммерческому, сельскохозяйственному, женскому, начальному среднему и т.д.), а также организации с более конкретными, узкими целями (комиссии и общества по организации народных чтений и устройству полезных развлечений, общества народных университетов и т.п.). Основная группа таких обществ действовала в области начального народного образования – важнейшей в условиях массовой неграмотности народа. Из существовавших в Степном крае просветительских обществ особенно отмечена  деятельность Семипалатинского общества попечения о начальном образовании. Коренное население казахской степи отдавало дань уровню просвещенности и культуре русской интеллигенции. Ее общественная инициатива в просветительской сфере, несомненно, содействовала культурному сближению между русским и казахским народами. 

В заключении подведены итоги и сформулированы основные выводы исследования.

Известные сдвиги в социально-экономическом развитии Степного края в конце XIX – начале ХХ вв. оказали заметное воздействие на развитие общественного движения в данном регионе. В Степном крае активизировался процесс формирования местного пролетариата, в связи с ростом городов расширилась прослойка средних городских слоев, а масса переселенцев, прибывшая из центральных районов России, сформировала новый аграрный сектор. Хотя в силу особенностей социально-экономического развития эти процессы в Степном крае несколько запаздывали и протекали более медленными темпами, однако и на этой окраинной территории благодаря им создавалась основа для политического самоопределения различных групп населения. В конце XIX – начале ХХ вв. наиболее заметным фактором общественного движения становится классовая борьба пролетариата, который прошел путь от пассивных форм протеста к активной борьбе за свои права. Хотя в силу незавершенности процесса формирования местного рабочего класса, борьба пролетариата здесь не приняла таких размеров и такого накала, как в центре страны, она оказала серьезное влияние на позицию других демократических слоев населения: русских крестьян-переселенцев и казахских шаруа, средних городских слоев и др. Аграрное движение в Степном крае шло от пассивных, стихийных форм протеста к более организованным и активным. Если жалобы и прошения доминировали в аграрном движении  до 1905 г., то в дальнейшем все более широкое развитие получали такие формы протеста как самовольные и коллективные порубки лесов, поджоги лесных угодий, сопротивление властям и т.д. Поскольку царскую администрацию мало интересовали нужды простого народа, то сами крестьяне-переселенцы и казахские шаруа помогали друг другу, а хозяйственное сближение коренного населения с русским крестьянством сопровождалось взаимообогащением культур.

Наряду с рабочим и аграрным движением в начале ХХ в. значительно возросло участие в общественном движении в Степном крае средних городских слоев, которые брали на вооружение такие формы борьбы как стачки, распространение нелегальной литературы, создание профсоюзов и т.п. Наибольшей активностью, особенно в годы первой российской революции, выделялись учащиеся, демократическая интеллигенция, почтово-телеграфные служащие. Уровень активности других категорий средних городских слоев был гораздо ниже.

Специфической особенностью  общественного движения в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. являлось наличие  в нем такой составляющей как национально-освободительная борьба  казахского населения против колониальной и русификаторской политики царских властей. Развиваясь первоначально в рамках легальных, реформистских требований, сформулированных национальной интеллигенцией, эта борьба в годы первой мировой войны приобрела отчетливо выраженный  антиправительственный характер. Важно отметить, что в годы первой мировой войны имело место слияние национально-освободительного движения с борьбой рабочих коренной национальности и выступлениями казахских шаруа.

Своеобразным катализатором общественного движения в Степном крае явились местные организации российских политических партий, возникновение которых в регионе относится к периоду кануна и годам первой российской революции. С возникновением организаций РСДРП, ПСР, либералов и монархистов общественное движение на этой окраинной территории еще сильнее стало определяться процессами, которые происходили в центре страны. Наиболее активной силой революционно-демократического лагеря проявили себя местные социал-демократы, главным соперником которых в борьбе за влияние на массы являлись либералы. Заметную роль в революционном движении играли эсеры, однако и в организационном отношении, и по влиянию в общественном движении они уступали социал-демократам. Ведя борьбу за влияние на массы, выступая против попыток либералов направить борьбу трудящихся в реформистское русло, социал-демократы взаимодействовали с эсерами, стремясь привлечь этих непоследовательных союзников к общему натиску против царизма. Свое влияние на рост политической культуры жителей региона оказали думские избирательные кампании и общественная инициатива в просветительной сфере. К 1917 г. широкие слои населения Степного края подошли к осознанию необходимости кардинальных перемен, в силу чего Февральская революция встретила здесь практически повсеместную поддержку.

Основные положения исследования отражены в опубликованных работах:

I. Монография и документальное издание

1. Буктугутова Р.С. Очерки истории общественного движения в Степном крае в конце ХIХ – начале ХХ вв. Кокшетау, 2006. 296 с.

2. Буктугутова Р.С. Общественное движение в Степном крае в 1895 – марте 1917 гг.: Хроника, материалы, документы. Омск: Изд-во ОмГУ,  2004. 130 с. (В соавторстве с А.П. Толочко).

II. Публикации в периодических изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ для опубликования основных научных результатов исследования

3. Буктугутова Р.С. Документы Центрального государственного архива Республики Казахстан о рабочем движении в Степном крае на рубеже ХIХ-ХХ вв. // Вестник Томского государственного университета. Бюллетень оперативной научной информации. «Актуальные проблемы отечественной истории ХVI – начала ХХ вв.». 2006. № 70 (1). Май. С. 89-92.

4. Буктугутова Р.С. Социал-демократическое движение в Степном крае накануне первой российской революции // Вестник Томского государственного университета. Бюллетень оперативной научной информации. «Актуальные проблемы отечественной истории ХVI – начала ХХ вв.». 2006. № 70 (1). Май. С. 108-114.

5. Буктугутова Р.С. Вклад российской интеллигенции в развитие образования среди казахского населения Степного края в начале ХХ в. // Вестник Тюменского государственного университета. 2006. № 4. С. 29-37.

6. Буктугутова Р.С. Роль Западно-Сибирского отдела Русского географического общества в развитии культурных связей русского и казахского народов (конец XIX – начало ХХ вв.) // Вестник Томского государственного университета. № 296 (март 2007 г.). С. 84-88.

III.Статьи и тезисы научных конференций

7. Буктугутова Р.С. Из истории становления социалистических партий в Степном крае // Международный евразийский форум «Степной край Евразии: историко-культурные взаимодействия и современность»: Тез. докл. и сообщ. III науч. конф. Астана, Омск, Томск, 2003. С. 121-122.

8. Буктугутова Р.С. Использование сведений о лидерах партии «Алаш-Орда» в учебом курсе истории Казахстана // Международный евразийский форум «Степной край Евразии: историко-культурные взаимодействия и современность»: Тез. докл. и сообщ. III науч. конф. Астана, Омск, Томск, 2003. С. 131-133. (В соавторстве с Р.М. Джаниевой).

9. Буктугутова Р.С. Из истории рабочего и аграрного движения в Степном крае в годы первой российской революции // Омские исторические чтения, посвященные памяти А.Е. Плотникова: Сб. воспоминаний, статей, тезисов выступлений. Омск: Изд-во ОмГУ, 2003. С. 84-88.

10. Буктугутова Р.С. К проблеме возникновения и развития политических партий в Степном крае в начале ХХ века // Социально-экономические приоритеты развития стран СНГ. Междунар. науч.-практ. конф. Алматы, 2003. С. 242-245.

11. Буктугутова Р.С. Периодические издания Степного края как источник изучения истории общественно-политического развития // Социально-экономические приоритеты развития стран СНГ. Междунар. науч.-практ. конф. Алматы, 2003. С. 248-250. (В соавторстве с И.Ж. Сыздыковой).

12. Буктугутова Р.С. Формирование исторического мышления студентов экономических вузов на примере деятельности национальной интеллигенции // Бизнес и образование: вектор развития. Матер. III междунар. науч. конф. к 15-летию Международной Академии бизнеса. Алматы, 2003. Т. II. С. 340-343.

13. Буктугутова Р.С. Из истории аграрного движения в Степном крае в годы первой российской революции // Валихановские чтения – 8. Матер. междунар. науч.-практ. конф. Кокшетау, 2003. Т. I. С. 44-46.

14. Буктугутова Р.С. Некоторые вопросы историографии истории рабочего и общедемократического движения в Степном крае в годы первой российской революции // Валихановские чтения – 8. Матер. междунар. науч.-практ. конф. Кокшетау, 2003. Т. I. С. 46-48.

15. Буктугутова Р.С. К вопросу о выборах в Государственную думу от населения Степного края // Валихановские чтения – 8. Матер. междунар. науч.-практ. конф. Кокшетау, 2003. Т. I. С. 143- 144. (В соавторстве с С.В. Тупейко).

16. Буктугутова Р.С. Эсеровские организации Степного края в 1917 году // Матер. науч. конф., посвященной 100-летию со дня рождения академика Алькея Маргулана «Времен связующая нить: мир кочевников в исторической науке ХХ века». Астана, 2004. С. 253-256. (В соавторстве с А.П. Толочко).

17. Буктугутова Р.С. Степной край: национальные политические организации в начале ХХ в. // Сотрудничество Казахстана и России – залог создания ЕВРАЗЭС: Матер. междунар. науч. конф. Кокшетау, 2004. С. 135-140.

18. Буктугутова Р.С. Изучение истории общественно-политической жизни Степного края (методологические аспекты) // Сотрудничество Казахстана и России – залог создания ЕВРАЗЭС: Матер. междунар. науч. конф. Кокшетау, 2004. С. 171-175.

19. Буктугутова Р.С. Некоторые аспекты политической жизни Степного края в конце ХIХ –начале ХХ вв. // Проблемы историографии, источниковедения и исторического краеведения в вузовском курсе отечественной истории: Матер. V регион. науч. конф. Омск: Изд-во ОмГУ, 2004. С. 200-206.

20. Буктугутова Р.С. Государственная Дума России и Степной край // Проблемы историографии, источниковедения и исторического краеведения в вузовском курсе отечественной истории: Матер. V регион. науч. конф. Омск: Изд-во ОмГУ, 2004. С. 206-209. (В соавторстве с Р.М. Джаниевой).

21. Буктугутова Р.С. Из истории политической жизни Степного края (конец ХIХ – начало ХХ вв.) // Поиск Ізденіс (серия гуманитарных наук). Научное приложение международного научно-педагогического журнала «Высшая школа Казахстана». Алматы, 2004. № 3. С. 151-155.

22. Буктугутова Р.С. Избирательные кампании в I и II Государственные думы как  отражение общественной активности жителей Степного края // Традиции экономических, культурных и общественных связей  стран Содружества (история и современность): Межвуз. сб. науч. тр. Вып. 3. Омск: Изд-во ОмГУ, 2005. С. 92-116.

23. Буктугутова Р.С. Деятельность депутатов Степного края в I и II Государственных думах // Исторический ежегодник. Омск: Изд-во ОмГУ, 2006. С. 33-40.

24. Буктугутова Р.С. Черносотенные организации в Степном крае в начале ХХ в. // Валихановские чтения-9. Матер. междунар. науч.-практ. конф. Кокшетау, 2004. Т. I.  С. 16-19. (В соавторстве с А.П. Толочко)

25. Буктугутова Р.С. Народное образование и культурно-просветительные общества в Степном крае в конце ХIХ – начале ХХ вв. (К постановке проблемы) // Валихановские чтения – 9. Матер. междунар. науч.-практ. конф. Кокшетау, 2004. Т. I. С. 58-60. (В соавторстве с Р.М. Джаниевой).

26. Буктугутова Р.С. Страницы истории освободительного движения 1916 года в Степном крае // Валихановские чтения – 9. Матер. междунар. науч.-практ. конф. Кокшетау, 2004. Т. I. С. 60-63.

27. Буктугутова Р.С. Конституционно-демократическая партия накануне и в годы первой российской революции // Валихановские чтения – 10. Матер. междунар. науч.-практ. конф. Кокшетау, 2005. Т. I. С. 290-298. (В соавторстве с Г.Т. Каженовой).

28. Буктугутова Р.С. Отражение деятельности кадетов Степного края в периодических изданиях // Валихановские чтения – 10. Матер. междунар. науч.-практ. конф. Кокшетау, 2005. Т. I. С. 301-305.

29. Буктугутова Р.С. Рабочее движение в Степном крае в начале ХХ века //Валихановские чтения – 11. Матер. междунар. науч.-практ. конф. Кокшетау, 2006. Т. I. С. 44-46.

30. Буктугутова Р.С. Крестьянские волнения в Степном крае в начале ХХ века по отчетам государственных чиновников // Валихановские чтения – 11. Матер. междунар. науч.-практ. конф. Кокшетау, 2006. Т. I. С. 102-104. (В соавторстве с Г.М. Толепбергеновым).

31. Буктугутова Р.С. Деятельность партии социалистов –революционеров (эсеров) в Степном крае в годы первой российской революции 1905-1907 гг. // Вестник Казахского  национального университета имени аль-Фараби. Серия историческая. Алматы, 2006. № 4 (43). С. 57-60.

32. Буктугутова Р.С. Из истории развития либерального движения в Степном крае в начале ХХ в. // Валихановские чтения – 12. Матер. междунар. науч.-практ. конф. Кокшетау, 2007. Т. II. С. 82-85.

33. Буктугутова Р.С. Городские демократические слои населения Степного края в годы первой российской революции 1905-1907 гг. // Поиск Ізденіс (серия гуманитарных наук). Научное приложение международного научно-педагогического журнала «Высшая школа Казахстана». Алматы, 2007. № 1. С. 121-125.

34. Буктугутова Р.С. Актуальные проблемы национально-освободительного движения в казахской степи в начале ХХ в. // Вестник Карагандинского университета. Серия: история, философия, право. Караганда, 2007. № 1. С. 62-70.

ЦГАРК. Ф. 369. Оп. 1. Д. 7325. Л. 250.

ЦГАРК. Ф. 64. Оп. 1. Д. 2696. Л. 27.

Семипалатинский листок. 1906. 16 июня.

Озганбай О. Казахское представительство в Госдуме // Мысль. 1996. № 6. С. 85.

ГАОО. Ф. 86. Оп. 1. Д. 95. Л. 18-19.

Хабижанова Г.Б., Валиханов Э.Ж., Кривков А.Л. Русская демократическая интеллигенция в Казахстане. (Вторая половина XIX – начало ХХ вв.). М., 2003.  С. 91.

Центральный государственный архив Республики Казахстан (ЦГАРК). Ф. 64. Оп. 1. Д. 125. Л. 2.

Там же. Л. 12.

Бекмаханова Н.Е. Казахстан и Киргизия в евразийских миграционных процессах конца XIX – начала ХХ вв. // Россия и Восток: история и культура. Омск, 1997. С. 93.

Толочко А.П. Степное генерал-губернаторство (Степной край). 1882 г. – февраль 1917 г.: из истории социально-экономического развития, культурной и общественной жизни // Степной край: зона взаимодействия русского и казахского народов (XVIII – ХХ вв.). Тезисы Международной научной конференции. Омск, 1998. С. 22.

Толочко А.П., Буктугутова Р.С. Общественное движение в Степном крае в 1895 – марте 1917 гг. Хроника, материалы, документы. Омск, 2004. С. 9. 

Козыбаев М.К. Проблемы методологии, историографии и источниковедения истории Казахстана. (Избранные труды). Алматы, 2006. С.202.

Более подробно об этом см.: В.И. Ленин и история классов и политических партий в России. М., 1970.

Виноградов Ф.Г. Рабочая печать Сибири (исторический очерк) // Из прошлого Сибири. Омск, 1927.

Ветошкин М.К. Сибирские большевики в период первой русской революции. М., 1939. С. 22; Он же. Вооруженное восстание в Сибири в 1905 г. // Сибирские огни. 1940. № 4-5. С. 217; Он же. Революция 1905-1907 гг. в Сибири и на Дальнем Востоке. Чита, 1955. С. 3.

Шорников М.М. Из истории большевистских организаций Сибири. Новосибирск, 1947.

Блинов Н.В. Распространение марксизма и формирование социал-демократических организаций в Сибири. Томск, 1972. С. 17.

Козыбаев М.К. Проблемы методологии, историографии и источниковедения истории Казахстана. (Избранные труды). С. 159.

Смирнова Р.Ф. Революционное движение трудящихся Семиречья в 1905-1907 гг. // Уч. зап. Казгосуниверситета. Серия историческая. 1962. Т. 53. Вып. 9. С. 139-140.

Дахшлейгер Г.Ф. Омско-Петропавловская стачка железнодорожных рабочих в феврале 1907  г. // Известия АН КазССР. Серия истории, экономики, философии, права. 1957. Вып. 1. С. 20.

Сулейменов Б.С. Казахстан в первой русской революции. Алма-Ата, 1949. С. 168.

Тогжанов Г. О казахском ауле. Кзыл-Орда, 1927; Он же. Казахский колониальный аул. Ч. 1. М., 1934; Турсунбаев А.Б.Социально-экономические последствия переселенческой политики царизма в Казахстане // Известия АН СССР. Серия историческая. 1946. № 2; Он же. Из истории крестьянского переселения в Казахстане. Алма-Ата, 1950; Ауэзова Л.М. К вопросу о переселении крестьян и их роль в развитии земледелия в Казахстане в 70-90 гг. Х1Х в.// Известия АН КазССР. Серия историческая. Вып. 1. 1958.

Рыскулов  Т. Восстание 1916 года // Кызыл Казахстан.1926. № 11-14; Жургенов Т. Город и аул в восстании казахов 1916 года // Советская степь. 1926. № 196, 198, 199; Асфендияров С.Д. История национально-революционных движений на Востоке. Алма-Ата, 1932; Бекмаханов Е.Б.Национально-освободительное движение в Казахстане в период первой русской буржуазно-демократической революции // Вестник АН КазССР. 1950. № 4.

Тажибаев Т.Т. Развитие просвещения и педагогической мысли в Казахстане во второй половине XIX в. Алма-Ата, 1958.

Революционное движение в Казахстане в 1905-1907 гг. Сборник документов и материалов. Алма-Ата, 1955; Омская организация РСДРП в первой русской революции 1905-1907 гг. Сборник документальных материалов. Омск, 1956; Революционное движение в Омске  в годы первой русской революции (1905-1907 гг.). Сборник документальных материалов. Омск, 1957; Рабочее и аграрное движение в Казахстане в 1907-1914 гг. Сборник документов и материалов. Алма-Ата, 1956.

Непролетарские партии России: Урок истории. М., 1984.

Блинов Н.В. Указ. соч.; Самосудов В.М. Большевики Западной Сибири в борьбе за ленинскую тактику. Омск, 1969; Он же. В.И. Ленин и большевистское подполье Сибири в период Пражской партийной конференции // В.И. Ленин и местные партийные организации России (1894-1917 гг.). Пермь, 1970; Он же. Революционное движение в Западной Сибири (1907-1917 гг.). Омск, 1970; Мухин А.А. Рабочие Сибири в эпоху капитализма (1861-1917 гг.). М., 1972; Щербаков Н.Н. Ссыльные большевики и социал-демократическое движение в Сибири (1906-1910 гг.) // Ссыльные революционеры в Сибири (XIX в. – февраль 1917 г.). Вып. 2. Иркутск, 1974; Он же. Влияние ссыльных пролетарских революционеров на культурную жизнь Сибири (1907-1917 гг.). Иркутск, 1984; Толочко А.П. Рабочий класс и организации РСДРП Сибири в годы нового революционного подъема (1910-1914 гг.) // Рабочие Сибири в период империализма. Томск, 1976; Рабочий класс Сибири в дооктябрьский период. Новосибирск, 1982; Кабацкий Н.И. Социал-демократические организации Сибири в борьбе за массы в революции 1905-1907 годов. Иркутск, 1984; Рабочее движение в Сибири: историография, источники, хроника, статистика. Т. 1. XVII в. – 1904 г. Томск, 1988; Т. 2. 1905 г. – июнь 1907 г. Томск, 1990; Т. 3.  Июнь 1907 г. – февраль 1917 г. Томск, 1991. 

У истоков Коммунистической партии Казахстана.  Алма-Ата, 1960; Асылбеков М.Х. Революционные прокламации на казахском языке // Известия АН Казахской ССР. Серия истории, археологии и этнографии. Вып. 3. Алма-Ата, 1960; Он же. Железнодорожники Казахстана в первой русской революции (1905-1907 гг.). Алма-Ата, 1965; Имашев С.Н. Зарождение коммунистической печати в Казахстане. Алма-Ата, 1962; Дильмухаметов Е., Маликов Ф. Очерки истории  рабочего класса дореволюционного Казахстана (вторая половина XIX – начало ХХ вв.). Алма-Ата, 1963; Мухтаров А. Распространение марксистских идей в дореволюционном Казахстане // Простор. 1963. № 8; Пахмурный П.М. Образование Коммунистической партии Казахстана – боевого отряда КПСС // Вопросы истории Компартии Казахстана. Алма-Ата, 1963; Он же. Они были первыми (Из истории партийного строительства в Казахстане) // Партийная жизнь Казахстана. 1966. № 2; Он же. Генеральная репетиция Великого Октября // Вопросы истории Компартии Казахстана. Вып. 12. Алма-Ата, 1975; Он же. Большевики Казахстана в революции 1905-1907 гг. Алма-Ата, 1976; Бурабаев М. Распространение идей марксистко-ленинского учения в дооктябрьском Казахстане. Алма-Ата, 1965; Галиев В.З. Возникновение социал-демократических кружков в Петропавловске и Уральске // Вопросы истории КПСС. Вып. 5. Алма-Ата, 1976;  Холодков А.А. Петропавловские большевики в трех революциях. Алма-Ата, 1987.

Наумов М.В. Из истории Омской организации РСДРП (1898-1903 гг.). Омск, 1963; Оруева Н.Ф. Революционное движение в Омске в 1910-1914 гг. // Из истории Омска и Омской области. Омск, 1966; Харусь О.А. Политическая консолидация буржуазии в Омске в годы первой российской революции // История Западной Сибири  в дореволюционный период. Омская областная научная конференция «История, краеведение и музееведения Западной Сибири». Тезисы докладов. Омск, 1988; Толочко А.П. Черносотенно-монархическое движение в Омске в начале ХХ века // Областная научно-практическая конференция, посвященная 275-летию города Омска. Секция: История Омска и Омской области. Омск. 1991.

Сулейменов Б.С. Аграрный вопрос в Казахстане в последней трети XIX – начале ХХ в. Алма-Ата, 1963; Он же. Аграрный вопрос и национально-освободительное движение в Казахстане в годы первой русской революции // Известия АН Казахской ССР. Серия: общественные науки. 1966; Галузо П.Г. Социальные отношения в казахском ауле и переселенческой деревне Казахстана в начале ХХ века // Казахстан в канун Октября. Алма-Ата, 1962; Он же. Аграрные отношения на юге Казахстана. Алма-Ата, 1965; Турсунбаев А.Б. Казахский аул в трех революциях. Алма-Ата, 1967;

Турсунов Х.  Восстание 1916 г. в Средней Азии и Казахстане. Ташкент, 1962; Сулейменов Б.С., Басин В.Я. Восстание 1916 года в Казахстане (причины, характер, движущие силы). Алма-Ата, 1977.

Малтусынов С.Н. Социально-экономическое и политическое положение Казахстана и Государственная дума: Автореф. дис… канд. ист. наук. Алма-Ата, 1981.

Сембаев А.И. Очерки по истории казахской советской школы. Алма-Ата. 1958; Сембаев А.И., Храпченков Г.М. Очерки по истории школ Казахстана (1901 – 1917 гг.). Алма-Ата. 1972; Они же. Очерки развития школы и педагогической мысли в Казахстане в конце XIX – начале ХХ вв. Алма-Ата. 1974; Тажибаев Т.Т. Просвещение и школы Казахстана во второй половине XIX в. Алма-Ата. 1962; Он же. Педагогическая мысль в Казахстане во второй половине XIX в. Алма-Ата. 1965; Бержанов К.Б. Русско-казахское содружество в развитии просвещения (историко-педагогическое исследование). Алма-Ата, 1965; Ситдыков А.С. Педагогические идеи и просветительская деятельность Ибрая Алтынсарина. Алма-Ата. 1968.

Характерными в этом отношении, например, являлись работы казахстанского историка В.К. Григорьева, автор которых по инерции предыдущих лет по-прежнему «громил» социалистов-революционеров. (См.: Григорьев В.К. Разгром мелкобуржуазной контрреволюционности. Алма-Ата, 1984; Он же. Противостояние (большевики и непролетарские партии в Казахстане. 1917-19120 гг.). Алма-Ата, 1984).

Макарчук С.В. Политическое подполье в восточных регионах России (июнь 1907 – февраль 1917 гг.). Состояние социал-демократических и внепартийных организаций. Кемерово, 1994; Шиловский М.В. Общественно-политическое движение в Сибири второй половины XIX – начала ХХ века. Вып. 2. Либералы. Учебное пособие. Новосибирск, 1995; Он же. Общественно-политическое движение в Сибири второй половины XIX – начала ХХ века. Вып. 3. Социалисты-революционеры. Учебное пособие. Новосибирск, 1996; Он же. Общественно-политическое движение в Сибири второй половины XIX – начала ХХ века. Вып. 4. Социал-демократы. Учебное пособие. Новосибирск, 1997; Харусь О.А. Либерализм в Сибири начала ХХ века: Идеология и политика. Томск, 1996; Толочко А.П. Непролетарские партии в Сибири (1905 г. – февраль 1917 г.). Омск, 1995; Он же. Черносотенцы в Сибири (1905 г. – февраль 1917 г.). Омск, 1999.

Толочко А.П. О деятельности эсеров в Омске в период реакции (1907-1910 гг.) // Проблемы историографии, источниковедения и исторического краеведения в вузовском курсе отечественной истории (тезисы научно-методической конференции). Омск, 1993; Курусканова Н.П. Деятельность эсеров в Омске в годы первой русской революции (1905-1907 гг.) // Страницы исторического прошлого Омска. (XIX – начало ХХ вв.). Омск, 1994; Макарчук С.В. Социал-демократическая организация Омска после поражения революции 1905-1907 гг. // Проблемы историографии, источниковедения и исторического краеведения в вузовском курсе отечественной истории. Тезисы докладов и сообщений Второй региональной научно-методической конференции. Омск, 1995; Толочко А.П., Плотников А.Е., Родионов Ю.П., Зиновьев В.П. Общественное движение в Омске. 1895 – февраль 1917 гг. Томск, 1996.

Григорьев В.К. Алихан Букейханов // История Казахстана в лицах. (Политические портреты). Акмола, 1993; Койгельдиев М. Общественно-политическая деятельность  казахской демократической интеллигенции в 1905-1907 гг.: Автореф. дис... докт. ист. наук. Алматы, 1994. (на каз.яз.); Аккулулы С. Алихан Букейханов // Простор. 1993. № 10; Он же. Жизнь и смерть лидера Алаш-Орды // Нива. 2001. № 4; Кул-Мухаммед М. Жакып Акпаев. Алматы, 2002; Сеитов Э.Т. Букейхан как историк и общественно-политический деятель: Автореф. дис… канд. ист. наук. Алматы, 1996; Устинов В.М. Турар Рыскулов (очерки политической биографии). Алматы, 1996; Забих Ш.А. Публицистическая и журналистская деятельность Алихана Букейханова: Автореф. дис… канд. ист. наук. Алматы, 2001; Базарбаев В., Аккулулы С. Алихан Нурмухамедулы Букейхан // Букейхан А. Избранное. Алматы, 2002.

Кожахметов Г.З. Представительство и участие народов Туркестана и Казахстана в Государственной думе // Известия АН РК. Серия общественных наук. 1990. № 2; Он же. Государственная дума России и народы Степного края. Караганда, 1996; Изюмов А.И. Деятельность депутатов I Государственной думы от Степного края // Известия АН РК. Серия общественных наук. 1992. № 3; Озганбай О. Казахи – депутаты Государственной думы России // Вестник Межпарламентской Ассамблеи. 1996. № 2; Он же. Государственная дума России и Казахстан (1905-1917 гг.). Алматы, 2000.

История Казахстана с древнейших времен до наших дней. В пяти томах. Т. 3. Алматы, 2000. С. 511.

Степной край: зона взаимодействия русского и казахского народов (XVIII-ХХ вв.). Омск, 1998; Степной край: зона взаимодействия русского и казахского народов (XVIII-ХХ вв.). Омск-Кокшетау, 2001; Степной край Евразии: историко-культурные взаимодействия и современность. Астана-Омск-Томск, 2003; Степной край Евразии: историко-культурные взаимодействия и современность. Омск, 2005.

Издана в Омске в 2004 г.

Документы местных организаций РСДРП в Степном крае в конце XIX – начале ХХ вв. в значительной мере опубликованы в указанных выше сборниках документов и материалов по истории революционного движения в Омске и Казахстане.

Собрание слов, речей и других статей преосвященного Гавриила, епископа Омского и Семипалатинского. Т. II. Омск, 1910; Обращение к духовенству Омской епархии и обращение к патриотам земли Русской Гавриила, епископа Омского и Семипалатинского. Омск, 1910. 

Букейхан А. Избранное. Алматы, 1995. 

См. напр.: Материалы по киргизскому землепользованию. Т. 1. Воронеж, 1898; Памятная книжка Семипалатинской области за 1901 год. Семипалатинск, 1901; Обзор Акмолинской области за 1901 год. Омск, 1901; Обзор Акмолинской области за 1903 год. Омск, 1905; Обзор Акмолинской области за 1912 год. Омск, 1913; Обзор Акмолинской области за 1915 год. Омск, 1916; Обзор Семипалатинской области за 1903 год. Семипалатинск, 1904; Обзор Семипалатинской области за 1905 год. Семипалатинск, 1906;  Обзор Семипалатинской области за 1910 год. Семипалатинск, 1911; Материалы по переселенческому хозяйству в Степной и Тургайской областях. Т. 1. СПб., 1907; Памятная книжка Акмолинской области на 1915 год. Омск, 1915.  

См., напр.: Быстрянский В. Из истории партийной работы в Сибири в период империалистической войны (По документам и воспоминаниям) // Красная летопись. 1924. № 1; Ширямов А. Омск в эпохе 1905 г. // 1905 год в Сибири. Сборник статей и воспоминаний. Новониколаевск, 1925; Шумяцкий Б.З. В сибирском подполье. Очерки 1903-1908 гг. М.-Л., 1926; Куйбышев В. Омское подполье. Отрывки воспоминаний подпольщика // Борьба классов. 1935. № 1-2; Баранский Н.Н. (Николай Большой). В рядах Сибирского социал-демократического союза. Воспоминания о подпольной работе в 1897-1907 гг. Томск, 1961; Крамольников Г.И. О подпольной работе в социал-демократических организациях Сибири // Революционное движение в Сибири и на Дальнем Востоке. Томск, 1967.  

ГАОО. Ф. 270. Оп. 1. Д. 47. Л. 4.

ЦГАРК. Ф. 726. Оп. 1. Д. 4. Л. 3-6; Ф. 15. Оп. 4. Д. 1. Л. 1-3.

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.