WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Опыт исторического анализа феномена асимметричного конфликта в международных отношениях (вторая половина ХХ – начало XXI в.)

Автореферат докторской диссертации по истории

 

На правах рукописи

ДЕРИГЛАЗОВА ЛАРИСА ВАЛЕРИЕВНА

 

 

ОПЫТ ИСТОРИЧЕСКОГО АНАЛИЗА ФЕНОМЕНА АСИММЕТРИЧНОГО КОНФЛИКТА В МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЯХ (ВТОРАЯ ПОЛОВИНА ХХ – НАЧАЛО XXI В.)

Специальность 07.00.03 – Всеобщая история  

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

 

 

 

Томск – 2009

Диссертация выполнена на кафедре мировой политики исторического факультета ГОУ ВПО «Томский государственный университет»

Научный консультант:              доктор исторических наук, профессор

                                                       Зиновьев Василий Павлович

Официальные оппоненты:         доктор исторических наук, профессор

Лузянин Сергей Геннадьевич

доктор исторических наук, профессор

Кондратьев Сергей Витальевич

доктор исторических наук, профессор

Фоменко Светлана Владимировна

Ведущая организация:               Московский государственный институт международных отношений (университет) МИД России

Защита диссертации состоится 21 декабря 2009 г. в « 15 » часов на заседании диссертационного совета Д 212.267.03 в ГОУ ВПО «Томский государственный университет» по адресу: 634050, г. Томск, пр. Ленина, 36, ауд. 41.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ГОУ ВПО «Томский государственный университет»

Автореферат разослан  « 9 » ноября 2009 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

доктор исторических наук, профессор               ____________ О.А. Харусь




Актуальность темы исследования определяется возрастающим вниманием к феномену асимметричного конфликта, под которым понимают случаи политического поражения развитых стран в вооруженных конфликтах против более слабых противников. Современные войны в Ираке и Афганистане показывают примеры феномена, когда развитые, оснащенные высокотехнологичным мощным оружием страны могут оказаться уязвимыми и незащищенными, а имеющаяся военная сила недостаточна, чтобы обеспечить необходимый уровень безопасности и подавить опасных противников. Выявление закономерностей неоднозначного исхода вооруженных конфликтов между развитыми странами и более слабыми противниками помогает по-новому взглянуть на динамику развития международных отношений. Актуальность изучаемой проблемы для России обусловлена тем, что Россия, как и другие развитые страны, сталкивается с проявлениями названного феномена. Военные кампании в Чеченской республике, борьба с международным терроризмом требуют понимания логики асимметричных конфликтов, выработки необходимого аналитического инструментария и стратегического знания для адекватного реагирования.

Научная значимость исследования объясняется необходимостью более активного применения исторического знания для анализа и понимания процессов, происходящих в современном мире. В науке о международных отношениях существенное место занимают политические дисциплины, которые сфокусированы на выявлении общих закономерностей мировой политики и создании аналитического инструментария для интерпретации и прогнозирования текущих событий, для принятия внешнеполитических решений. При таком подходе наблюдаемые явления нередко интерпретируются как новые и уникальные. Историческая перспектива позволяет проследить эволюцию наблюдаемых явлений, сверить соответствие инструментов нормативного анализа эмпирическому материалу. Для исторической науки важно расширение собственного методологического и понятийного аппарата для более адекватного отражения реальностей современного мира. Таким образом, возможно углубление и взаимное обогащение дисциплин за счет синтеза и верификации знаний об изучаемых явлениях.

Степень изученности темы. Термин «асимметричный конфликт» был введен в научный оборот Э. Макком, который в 1975 г. опубликовал статью «Почему великие державы проигрывают малые войны: политика асимметричного конфликта» . Основой предложенной концепции был анализ причин политического поражения США в войне во Вьетнаме. Одновременно Э. Макк рассмотрел другие случаи поражения развитых стран. В соответствии с концепцией, предложенной Э. Макком, работало незначительное число исследователей, хотя термин «асимметричный конфликт» стал популярным. Т.В. Паул в монографии «Асимметричные конфликты: войны, инициируемые слабыми державами», опубликованной в 1994 г., ссылался на работу Э. Макка, но по-своему интерпретировал асимметричный конфликт – как «конфликт между двумя государствами, обладающими неравными военными и экономическими ресурсами» . Паул анализировал факторы, которые могут объяснить агрессивное поведение слабых государств: наличие сильного союзника, особенности внутренней политики и военно-стратегического планирования. В своих новых работах Т.В. Паул использует модель асимметричного конфликта для анализа конфликта между Индией и Пакистаном .

В 2003 г. вышла монография Г. Мерома «Как демократии проигрывают малые войны: государство, общество и поражение Франции в Алжире, Израиля в Ливане, США во Вьетнаме». Г. Мером развивает идею Э. Макка о том, что одной из причин поражения является неспособность демократических обществ вести малые войны, что обусловлено внутренними ограничениями политического и морального характера . Близкой по пониманию причин поражения развитых стран в таких конфликтах является коллективная работа «Демократии и малые войны» , изданная Центром стратегических исследований имени Бегина и Саддата, Израиль. В работе рассмотрены примеры антиповстанческих войн, которые вели США, Индия, Турция, Греция, Израиль и Великобритания, и сделан прогноз об увеличении числа подобных войн вследствие углубляющегося разрыва в технологическом и экономическом развитии стран и усиления асимметричности их военной силы.

Наиболее активно в рамках теории асимметричного конфликта разрабатывается гипотеза о стратегиях и способах борьбы как о решающем факторе победы или поражения в асимметричном конфликте. Именно в таком ключе написана монография А. Аррегин-Тафта «Как слабые выигрывают войны: теория асимметричного конфликта». Автор применил теорию стратегического взаимодействия (strategic interaction) для объяснения причин парадоксального исхода асимметричных конфликтов . В рамках такого подхода интерес представляют разработки американских военных об асимметричных военных действиях, стратегиях и угрозах. Знакомство с этими публикациями помогает прояснить прикладное значение разрабатываемой концепции, а также уязвимость и ограниченность выделения исключительно стратегического аспекта асимметричных конфликтов. Концепция асимметричных военных действий представлена также в публикациях израильских авторов о войне в Ливане в 2006 г. и в целом об арабо-израильском конфликте .  

В отечественной литературе первая работа, в которой последовательно использовалась концепция, появилась в 2008 г. Это работа руководителя группы по нетрадиционным угрозам безопасности Института мировой экономики и международных отношений РАН, к.и.н. Е.А. Степановой «Терроризм в асимметричных конфликтах: идеологический и культурный аспекты» , которая была опубликована на английском языке Стокгольмским институтом изучения проблем мира (СИПРИ). Е.А. Степанова выделяет несколько асимметричных характеристик конфликтов с участием международных террористических групп для понимания динамики борьбы и выработки эффективной контртеррористической стратегии.   

По нашему мнению, феномен асимметричного конфликта необходимо рассматривать с позиций более широкой концептуальной парадигмы, а именно, через выявление закономерностей вооруженных конфликтов в международных отношениях в послевоенный период. В работе использовалась литература по истории международных отношений, по конкретно-историческим сюжетам, а также работы методологического и теоретического характера, в которых рассматривались проблемы вооруженных конфликтов в истории и анализировались причины неудач военных кампаний великих держав против более слабых противников без использования концепции асимметричного конфликта.

В группе работ по методологии изучения вооруженных конфликтов необходимо назвать работы П.А. Сорокина, К. Райта, Л. Ричардсона, Дж. Леви, М. Говарда (Ховарда), К. Холсти, П. Кеннеди, Р. Арона и других. Отмечая несомненную разнородность объединенных в эту группу ученых и их работ, стоит отметить, что эти ученые заложили основы современного понимания и методологии анализа вооруженных конфликтов. К этой же группе необходимо отнести работы историков «холодной войны» – Дж. Айкенбери, Дж. Гэддиса, У. Лафебра и других, которые рассматривали особенности функционирования системы международных отношений и факторы, препятствовавшие перерастанию «холодной войны» в «горячую» фазу .

Отдельную группу составляют работы, посвященные малым войнам, которые вела Великобритания на зависимых территориях в послевоенный период, а также участию Великобритании в военных и миротворческих операциях в странах третьего мира . Часть привлеченных работ написаны профессиональными военными, которые принимали участие в этих кампаниях . По сути эти работы занимают срединное место между литературой, мемуарами и концептуальными разработками, так как объединяют все эти элементы. Работы британских военных, написанные по поводу военных кампаний на территории империи, активно используются до сих пор, а разработанные термины легко узнаются в современной аналитической литературе и терминологии военных из других стран.

Литература по истории и процессу распада Британской империи являются обширной, и автор диссертации не ставила целью привлечь максимально большое количество работ. Предпочтение было отдано работам обобщающего характера отечественных и зарубежных авторов . Прочтение и сопоставление этих работ позволило выявить совпадающие, иногда недостающие, а нередко и противоречащие друг другу тезисы о причинах распада Британской империи, о движущих силах ее разрушения и результатах коллапса гиганта.

Литература, посвященная войне в Ираке, представлена жанром «журналистских расследований». Это работы Б. Вудворта , Т. Рикса, удостоенного Пулитцеровской премии за книгу «Фиаско: американская военная авантюра в Ираке» , и британского журналиста Д. Кампфнера . Достаточно много опубликовано статей в политико-аналитической периодике, материалов, подготовленных ведущими исследовательскими центрами США . Опубликованы работы, авторы которых принимали участие в подготовке к войне, в разработке программ восстановления Ирака . Литература о войне США во Вьетнаме составляет многочисленный и постоянно пополняемый пласт исследований. Опыт США во Вьетнаме важно учитывать, так как именно эта война стала основанием и материалом для разработки теории асимметричного конфликта. Современную войну в Ираке еще до ее начала сравнивали с войной во Вьетнаме, после неудач 2004–2006 гг. такие сравнения стали обыденными. Привлечение литературы о войне во Вьетнаме было необходимо для понимания причин для сравнения или противопоставления с войной в Ираке, для выявления логики асимметричного конфликта .

Отдельный блок литературы составляют работы, посвященные войнам в странах третьего мира, которые вели великие державы в послевоенный период – Франция, Великобритания, СССР, США , а также о войнах после окончания «холодной войны» . Эти работы анализируют так называемые конфликты низкой интенсивности как продолжение соперничества великих держав за влияние в странах третьего мира. В работах периода «холодной войны» значительное внимание уделялось идеологическим аспектам таких войн.  

В целом можно сделать вывод, что проблема асимметричного конфликта в международных отношениях активно разрабатывается англоязычными авторами, в исторической и политологической литературе накоплен весьма существенный конкретно-исторический материал по военным конфликтам, которые можно отнести к категории асимметричных. В отечественной исторической науке и науке о международных отношениях данная проблема является практически неизученной, что определило выбор темы настоящего исследования.

Объектом диссертационного исследования являются международные вооруженные конфликты в период после окончания Второй мировой войны до настоящего времени.

Предметом исследования является феномен политического поражения развитых стран в вооруженных конфликтах против более слабых противников, явление, которое в 1970-е гг. получило название «асимметричного конфликта». Отличительной чертой таких конфликтов является их международный характер, включая внутренние конфликты, которые были интернационализированы за счет прямого или опосредованного участия других субъектов международных отношений. Изучение таких конфликтов позволяет выявить совокупность асимметричных характеристик как структурного, так и динамического плана, которые формируют в международных отношениях определенный устойчивый тип явлений.

Цель исследования состоит в выявлении закономерностей протекания асимметричных конфликтов и особенностей их завершения.

Задачи исследования подчинены цели работы:

  1. выявить особенности вооруженных конфликтов в послевоенный период;
  2. оценить степень концептуализации феномена асимметричного конфликта в исследовательской и аналитической литературе;
  3. уточнить содержание и основные элементы концепции асимметричного конфликта для анализа конкретно-исторических сюжетов;
  4. проверить степень проявленности фактора асимметричности в вооруженных конфликтах послевоенного периода на материале баз данных о вооруженных конфликтах;
  5. апробировать разработанную автором диссертационного исследования аналитическую модель асимметричного конфликта для анализа процесса распада Британской империи, 1945–1997 гг., и войны США в Ираке, 2003–2009 гг.;
  6. выявить закономерности политического поражения развитых стран в вооруженных конфликтах против более слабых противников;
  7. сделать выводы о достоверности модели и концепции асимметричного конфликта как аналитического инструмента.

Особенностью авторского подхода к изучению поставленной в диссертации проблемы является попытка проверки методами исторической науки аналитических конструкций и гипотез, предложенных в рамках политологического подхода. По нашему мнению, необходимо разделять феномен асимметричного конфликта и ситуацию вооруженной борьбы между неравными по силе и статусам противниками. Феномен асимметричного конфликта как политическое поражение более сильного участника борьбы может быть определено только после окончания борьбы, что подчеркивает важность исторического анализа данного явления. Применение понятия асимметричного конфликта для ситуации столкновения неравных противников не несет эвристической ценности, так как практически любой конфликт содержит в себе элементы неравенства противников и может быть определен как асимметричный.

Хронологические рамки исследования в соответствии с его предметом включают период мировой истории после окончания Второй мировой войны. Послевоенный период представляет собой целостный с исторической точки зрения этап, что проявилось в формировании особой системы международных отношений, которая, претерпев серьезные изменения после окончания «холодной войны», тем не менее по-прежнему может оцениваться как последовательное развитие принципов и институтов, сформулированных в послевоенный период и не пересмотренных радикальным образом до сих пор. Представляется, что система международных отношений, выстраиваемая в ходе Второй мировой войны, а затем реализованная в послевоенный период, прошла путь от деклараций идей к их реализации на практике. Противоречивость заложенных принципов была обнаружена лишь после попытки их последовательной реализации, а также стремления применять декларированные принципы на все поле мировой политики. Разочарования великих держав в своих созданиях – международных организациях, международных режимах и нормах нередко объясняется тем, что к основателям послевоенного порядка были предъявлены такие же требования соблюдать правила игры, как и к остальным акторам международных отношений.

Методологическая основа диссертации. Общефилософской основой диссертации является эволюционно-синергетическая парадигма, опирающаяся на идеи самоорганизации, глобального эволюционизма, нелинейности, коэволюции и когерентности. В рамках данной парадигмы возможно рассматривать процессы, происходящие в обществах, находящихся на разных этапах индустриального развития и при этом объединенных в глобальную систему взаимоотношений. Разные уровни развития стран и стратегии, которые они выбирают для достижения своих целей, являются основой асимметрии в международных отношениях.

В работе были применены традиционные принципы исторического познания: историзм, принцип научной объективности и целостный подход. На основе этих принципов были выявлены закономерности вооруженных конфликтов в послевоенный период и было проверено, насколько подтверждается наличие фактора асимметричности и самого феномена асимметричного конфликта в международных отношениях. В работе приоритет был отдан методам исторической верификации выявленных закономерностей через раскрытие не только общих, но и различающихся характеристик рассматриваемых ситуаций, проведена детальная проработка модели асимметричного конфликта на примере отдельных случаев, что позволило критически оценить возможность применения предложенной модели для исторической науки.

Верность гипотез о сути феномена асимметричного конфликта была проверена с использованием традиционных методов исторической науки: сравнительно-исторического, хронологического, проблемно-хронологического, периодизации, ретроспективного и перспективного. Метод исторической реконструкции помог воссоздать процесс распада Британской империи с учетом оценок, существующих в исследовательской литературе. Опора на разнообразные и многочисленные официальные документы позволила уточнить и скорректировать существующие представления о движущих силах распада Британской империи. Изучение современной войны в Ираке, относящейся к сфере текущей политики, потребовало сопоставления многочисленных свидетельств и документов для выявления наиболее существенных черт данной кампании и создания целостной картины. Сравнение оценок войны США во Вьетнаме и современной войны в Ираке позволило выявить совпадающие и различающиеся факторы, которые оказывают влияние на ход войны, ее  завершение и оценки ее итогов.

В диссертации применены основные положения системного анализа в изучении международных отношений, изложенные в работах отечественных и зарубежных авторов – А.Д. Богатурова, Н.А. Косолапова, В.И. Гантмана, М.А. Хрусталева, Р. Арона, Х. Булла, Р. Гилпина, П. Кеннеди, Ч. Кигли, Дж. Леви, Г. Моргентау, К. Райта, П.А. Сорокина, К. Холсти, К. Уолца .

Изучение феномена асимметричного конфликта с точки зрения системного подхода позволяет анализировать международные отношения, которые были существенным образом структурированы в послевоенный период, и самих участников конфликтов как пример систем с определенными национальными или иными границами. Возможность обращения к этой проблеме с точки зрения модели асимметричного конфликта имеет свои преимущества и в силу того, что послевоенная ситуация в мире представляла собой глобальную систему международных отношений, включающую в свои орбиты все освоенные уголки земли. Наличие подсистем, периферийных зон не отменяло единства и устойчивость взаимодействия всех элементов системы, в каком противоречии они бы ни находились, и какие бы острые конфликты их ни разделяли. Системный подход позволяет анализировать феномен с точки зрения совпадения ситуаций и закономерностей в поведении стран, входивших в разные политические блоки и пропагандировавшие различные ценности.

В пользу рассмотрения феномена асимметричного конфликта с позиции системного подхода в международных отношениях говорит и тот факт, что понятия симметрии и асимметрии являются важными для системного подхода. Системный подход подразумевает наличие асимметричных (иерархичных) отношений в системе, наличие центра, периферии, подсистем, что соответствует одному из видений асимметричных конфликтов, как проходивших между игроками, занимавшими различное (соподчиненное) положение в международной системе. Системный подход позволяет учесть сложную структуру внутреннего устройства входящих в систему элементов, т.е. соответствует распространенному пониманию асимметричного конфликта, как борьбы между центром – целым (центральной властью) и периферией – частью (частью страны) за изменение статусного и правового положения.

Обращение к данному феномену с позиций системного подхода методологически подготовлено целой серией работ ведущих отечественных международников-историков и политологов Московского государственного института международных отношений (университета), на базе которого шло становление и развитие отечественного системного подхода в изучении международных отношений. Важной обобщающей работой является «Системная история международных отношений в четырех томах. События и документы. 1918–2003» , которая была удостоена в 2006 г. премии Российской Академии наук имени Е.В. Тарле за выдающиеся достижения в области исследований всемирной истории и современных международных отношений. Издание явилось одним из крупнейших научных проектов, который объединил ведущих специалистов из Института всеобщей истории, Института востоковедения, Института Латинской Америки РАН, преподавателей МГИМО (У) МИД РФ, МГУ. Проект был осуществлен под руководством ведущего отечественного теоретика и специалиста в области международных отношений профессора А.Д. Богатурова, который является директором Научно-образовательного форума по международным отношениям (НОФМО), проректором по программному развитию МГИМО (У) МИД России.

Изучение войны как одной из форм конфликта в международных отношениях имеет достаточную научную традицию и признано в отечественной науке. Такой подход к войнам позволяет рассматривать события в более широком международном контексте взаимоотношений (помимо непосредственных участников войн), а также учитывать сложную взаимозависимость внутренней и внешней политики участвующих в войне сторон. Для анализа данной проблемы предлагается «концепция триад» в системном подходе, так как с ее позиции можно анализировать международную систему и отдельные страны как пример живой системы, имеющей свою триаду компонентов: структура – функционирование – механизмы самоорганизации – триада, которая формирует адаптивную реакцию общественной системы. Автор принял схему системного анализа международных отношений российского исследователя З.И. Левина, работавшего в Институте Востока РАН: 1) структура, т.е. пространственная организация взаимосвязанных компонентов, которая определяет адаптивные возможности системы на данном этапе ее развития; 2) способность к результативному функционированию; 3) механизмы самоорганизации. По его словам, «механизм самоорганизации – общественное сознание (оно диффузно, а потому и человек и общество в целом всегда находятся в сфере его воздействия), которое отражает и регулирует состояние общественного организма во всем многообразии его социальных образований» .

Для представления масштаба и повторяемости указанного феномена использовались количественные методы исследования на основе анализа информации о вооруженных конфликтах в изучаемый период по существующим базам данных. Выявление асимметричных характеристик вооруженных конфликтов позволяет определить степень проявленности феномена и возможности корреляционного анализа для понимания его закономерностей.  

Анализ и синтез являются основными общенаучными методами, которые также применялись в диссертационном исследовании. Эти методы позволяют производить исследование от частного к общему, а также производить обратную сверку высказанных гипотез общего порядка на эмпирическом материале для последующего уточнения и коррекции модели асимметричного конфликта.

Источниковая база исследования представлена разнообразными по характеру документами и публикациями. Условно источники можно разделить на три группы в соответствии с проблемно-хронологическим принципом, производя последующую классификацию внутри каждой группы по характеру источника и его происхождению.





К первой группе источников необходимо отнести базы данных о вооруженных конфликтах, которые использовались для выявления фактора асимметричности в вооруженных конфликтах. В диссертационном исследовании в основном использовались три базы данных: 1. База данных, составленная в рамках проекта «Корреляты войны», который осуществлялся под руководством американского исследователя Дэвида Зингера . 2.  База данных о вооруженных конфликтах, 1945-2006 гг., составленная в рамках совместного проекта в университете Упсалы, Швеция, и Международного Института исследования проблем мира в Осло (ПРИО), Норвегия . 3. База данных, составленная в рамках проекта по изучению национальных и международных конфликтов, 1945-1999 гг., в университете Гейдельберга, научный руководитель Фрэнк Пфетч

Ко второй группе источников можно отнести многочисленные официальные документы по внешней политике Великобритании и документы, посвященные процессу распада Британской империи. Особенностью имперского порядка была не только хорошо организованная система делопроизводства, но также и то, что этот огромный материал начал публиковаться в виде подборки официальных документов по проблемно-хронологическому принципу вскоре после начала распада империи. Публикация материалов по внешней политике Великобритании стала традицией в рамках серии под патронажем министерства иностранных дел Великобритании, которое разрешало профессиональным историкам производить выборку документов для публикации (Foreign Office series).

Публикация документов ведомства по делам Индии положила начало изданию официальных документов о распаде Британской империи. Возможность публикации документов основывалась на решении правительства Гарольда Вильсона, который объявил о необходимости уменьшения срока секретности для официальных документов с 50 до 30 лет и инициировал создание специальной комиссии, которая рассмотрела возможность реализации такого проекта. Результатом работы явилась публикация 12 томов, каждый из которых содержит более 500 официальных документов на почти 900 страницах формата А4.

В диссертации в основном были использованы тома серии «Британские документы о конце империи», подготовленные к публикации Институтом изучения Содружества университета Лондона. Проект был инициирован в 1985 г., и его реализация началась в 1987 г. при поддержке Британской Академии наук. Подборка документов организована по проблемно-хронологическому принципу. Серия под литерой «А» содержит документы, относящиеся к политике определенного правительства Великобритании или общим направлениям политики в колониях. На сегодняшний день опубликовано 2 тома «Имперская политика и колониальная практика, 1925–1945 гг.»,  4 тома «Правительство лейбористов и конец империи, 1945–1951 гг.» и 3 тома «Правительство консерваторов и конец империи, 1951–1957 гг.» Серия под литерой «Б» является подборкой документов по страновому и региональному признаку: Фиджи, Нигерия, Судан, Шри-Ланка, Западная Индия, Египет и Ближний Восток, Гана, Малайя. Не исключая возможной тенденциозности в выборе документов для открытой публикации, трудно переоценить важность этих первоисточников для исследователей. Особенностью этой подборки является и то, что документы нередко представлены в сокращенном виде, в отличие от документов по Индии.

Работа с указанными документами позволяет проследить процесс выработки и принятия решений по вопросам общей колониальной политики, а также в отношении отдельных стран и регионов. Несмотря на обрывочность некоторых документов, они дают хорошее представление о характере проблем, с которыми сталкивались британские власти в колониях и на зависимых территориях. В коллекцию включены самые разнообразные по происхождению и стилю документы: официальные телеграммы, отчеты чиновников, аналитические записки, стратегические разработки, выступления и обсуждение вопросов на заседаниях кабинета министров и т.д. Документы этой серии позволяют уточнить, сопоставить и углубить представления о характере и движущих силах процесса распада империи.

В работе использовались секретные документы министерства иностранных дел Великобритании послевоенного периода (Foreign Office confidential print), публикация которых началась в 1989 г. Это тома за 1946 г., посвященные США и Ближнему Востоку. Интересным источником явились обзоры, подготовленные ведущим аналитическим центром Великобритании, рекомендации которого учитываются при принятии внешнеполитических решений и в парламентских дебатах – Королевский институт международных отношений  (Чэтэм Хаус). Были привлечены также традиционные для исторического исследования источники: переписка официальных лиц, воспоминания и биографии премьер-министров и министров иностранных дел (государственных секретарей) Великобритании указанного периода. Эти документы помогают понять всю сложность и противоречивость взаимоотношений лидеров послевоенного мира: США, Великобритании и СССР.

Были привлечены документы из архива по вопросам национальной безопасности США, которые были открыты и доступны через подписку к базе данных Центра В. Вильсона, Вашингтон. Среди привлеченных документов материалы правительств Великобритании и США по вопросам международной безопасности, союзнических отношений, политики в бывших колониях Британии и Франции, отношений с СССР и Китаем. Эти документы, которые носили гриф секретности разной степени, позволяют увидеть истинные отношения лидеров западного мира без официальной приглаженности и эвфемизмов. Они показывают исключительно прагматический подход, как Великобритании, так и США, тщательный учет всех «за» и «против», выгод и возможных потерь, сочетание цинизма и недоверия, стремления к собственной выгоде. Документы показывают, каким нелегким был для Великобритании период угасания военной мощи и осознания невозможности сохранять свое былое влияние. Документы подтверждают, как трудно шел процесс передачи ответственности за международную безопасность и противостояния коммунистической идеологии от Великобритании к США. Благодаря знакомству с этими документами становится более понятной логика взаимодействия этих стран в вопросах деколонизации, где идеология, морализаторство и расчет переплетались в трудноразделимое целое.

Для диссертации ценность представили отдельные выступления политических лидеров, знаковые документы этого периода, размещенные на Интернет-порталах университетов и центров, занимающихся изучением истории «холодной войны». Наиболее известными являются проект профессора Уолтера Лафебра в Корнельском университете «Америка, Россия и «холодная война», 1945–2002 гг.» и проект Авалон «Документы по законодательству, истории и дипломатии» в Йельском университете. 

Для сверки данных об объемах финансовой и экономической помощи США в послевоенный период использовались официальные статистические сборники США за разные годы – 1956, 1970, 1975 и 2006-й. Эти сборники также помогли уточнить данные о военных расходах США в послевоенный период, степень участия в военных кампаниях за пределами страны, численность вооруженных сил, программ связанных с оборонными программами и т.д. В работе была использована также подборка официальных документов по внешней политике США.

Третья группа источников включает документы о ходе современной войны в Ираке, о политике США и других вовлеченных в эту войну стран. Это выступления политических лидеров, документы по национальной безопасности, внешней политике, опубликованные на официальных Интернет порталах правительства США и информационных агентств.

Информативными являются публикации Контрольной палаты США и Офиса специального главного инспектора по Ираку, которые проводят аудиторские проверки расходования средств, выделенных на ведение военных действий в Ираке и Афганистане. Интересными и полезными являются материалы слушаний в конгрессе США, связанные с оценкой текущей ситуации, хода войны и ее завершения. Особый интерес представляет доклад, подготовленный двухпартийной комиссией конгресса по Ираку в 2006 г. Доклад озвучил нелицеприятную правду о состоянии дел и указал на то, что США стоят на пороге необратимого поражения в войне. Коррекция стратегии США в Ираке в 2007 г. была во многом произведена согласно рекомендациям, высказанным в этом докладе.

В работе использовались материалы по Ираку, подготовленные ведущими исследовательскими центрами США – Институтом Брукингса и Федеральным институтом мира . Эти центры также приглашают ведущих политиков и аналитиков для обсуждения проблем международной безопасности и размещают стенограммы выступлений на своих Интернет порталах.

Важным независимым источником информации о войне в Ираке является ООН и институты системы ООН (Совет Безопасности, Всемирный Банк, Всемирная Организация Здравоохранения). В работе использовались тексты резолюций по Ираку, стенограммы обсуждений положения в Ираке, статистические данные о положении в Ираке и т.д. Материалы ООН позволяют уточнить фактическую информацию о ходе событий, выявить позиции различных стран в отношении войны. Особенно важным и интересным представляется прочтение стенограмм Совета Безопасности в период до начала войны и сейчас, в период ее завершения.

В силу текущего характера войны в работе были привлечены многочисленные аналитические и информационные материалы, представленные ведущими новостными компаниями Си-эн-эн, Би-би-си, Эй-би-си, Рейтер, Вашингтон ПроФайл, периодическими изданиями «Вашингтон Пост», «Тайм», «Нью-Йорк Таймс», «Коммерсантъ» и другие. В некоторых случаях использовались стенограммы телевизионных программ.

Статистические и фактические данные о ходе войны, потерях среди военнослужащих и гражданских лиц были получены благодаря публикациям неправительственных исследовательских групп и центров, которые были созданы для мониторинга войны в Ираке. Например, организация «Статистика потерь» , организация «За справедливую внешнюю политику» , организация «Подсчет смертей в Ираке» оперативно обновляют и публикуют такую информацию на своих Интернет сайтах. Представленная информация сверялась с данными, предоставляемыми Министерством Обороны США и данными Многонациональных сил в Ираке .  

Отдельно необходимо выделить опросы общественного мнения, которые проводились американскими и международными новостными и исследовательскими службами в США и Ираке по вопросам отношения к войне. Изучение опросов помогает восстановить динамику общественного мнения в США в отношении Ирака и войны, представить, на чем основаны заявления о поражении в Ираке, а также увидеть растущий оптимизм среди американцев, связанный с приходом новой администрации и ее определенной позицией завершить военные действия в Ираке. Знакомство с результатами опросов общественного мнения в Ираке позволяет понять закономерности и парадоксы отношения иракцев к войне, свергнутому режиму, оккупационным войскам, США, собственному правительству. Эти данные обогащают и углубляют понимание текущей ситуации и отношений между США и Ираком на официальном уровне и на уровне общества. 

Так как война в Ираке нередко сравнивается с войной во Вьетнаме, в работе также использовались статьи, книги и выступления политиков: Р. Макнамары, Г. Киссинджера, М. Лэйрда, Р. Холбрука. Эти политики были участниками принятия решений в период войны во Вьетнаме и привлекались администрациями Дж. Буша и Б. Обамы в роли экспертов для оценки современной ситуации в Ираке и Афганистане.

Привлеченный материал репрезентативен и его достаточно для решения поставленных в диссертации задач.

На защиту выносятся следующие положения:

Факторы поражения в асимметричных конфликтах развитых стран, к которым мы относим и Советский Союз с 1950-х гг. после завершения послевоенного восстановления, можно объединить в три группы. В первую входят причины, которые можно условно обозначить как эндогенные, т.е. порождаемые внутренними особенностями воюющих стран; вторая группа объединяет экзогенные причины, т.е. определяемые внешними воздействиями на участников вооруженных конфликтов или на ход конфликта; третью группу составляют тактико-стратегические факторы, т.е. зависящие от тактики и стратегии борьбы.

Авторская гипотеза заключается в том, что во всех трех группах причин могут быть обнаружены общие закономерности для разных стран. При всем разнообразии конкретно-исторических сюжетов могут быть выявлены повторяющиеся ситуации, схожая динамика и формы завершения борьбы, что позволяет предположить наличие устойчивых закономерностей такого типа конфликтов. По мнению автора, может быть обнаружена устойчивая взаимосвязь между причинами проигрыша великой державы из разных групп, что позволяет сделать предположение о существовании базовых (основополагающих) асимметрий, которые порождают целую цепь асимметричных характеристик.

Другой составляющей авторской гипотезы является утверждение, что базовая асимметрия отношений противников рассматривается как препятствие для выстраивания отношений в рамках существующей системы, и хотя бы одна из сторон стремится к устранению данной асимметрии и фиксации нового, более симметричного характера взаимодействия. С точки зрения такого подхода поражение сильной стороны в конфликте (великой державы) является следствием разрушения иерархической системы доминирования сильной стороны и формирования новых, более эгалитарных принципов отношений между противниками в конфликте. Именно такое видение асимметричных конфликтов позволяет разрешить проблемы одного из их многих нелогичных проявлений, а именно отсутствие связи между военным превосходством сильной стороны и политической победой более слабого противника.

По мнению автора, непредсказуемый исход вооруженных конфликтов послевоенного периода явился одной из главных причин пересмотра отношения к использованию силы со стороны великих держав. В силу плохой прогнозируемости краткосрочных и долгосрочных результатов и последствий вооруженных конфликтов великие державы все чаще рассматривают войну как последнее, крайнее средство борьбы, а не как нормальный инструмент внешней политики.

Новизна исследования заключается в том, что впервые в отечественной и зарубежной исторической науке делается попытка систематического изучения феномена асимметричного конфликта с использованием как количественных методов выявления феномена в послевоенной истории, так и углубленного исторического исследования отдельных случаев. Для углубленного анализа были выбраны процесс распада Британской империи и современная война в Ираке, 2003–2009 гг. Великобритания и США являлись безусловными мировым лидерами в определенные периоды. Для Великобритании пик глобального влияния пришелся на начало ХХ в. и закончился процессом распада империи в послевоенные годы. США начинали ощущать и все более уверенно позиционировать себя как глобального, а не регионального лидера в послевоенный период, и особенно с угасанием возможностей и желания Великобритании противостоять влиянию Восточного блока и СССР в странах третьего мира. После окончания «холодной войны» превосходство США в мире и возможности оказывать влияние на мировую политику казались неограниченными, однако начало войны против терроризма в 2001 г. показало уязвимость глобального гиганта. При всем различии изучаемых сюжетов исследование показало возможность выявления совпадающих причин политического поражения этих стран в вооруженных конфликтах против несоизмеримо более слабых противников.Выбор Британской империи в качестве объекта анализа обусловлен существованием тезиса о мирном и добровольном самороспуске империи и ее трансформации в Содружество наций. Удивительным образом это мнение доминирует как в отечественной, так и зарубежной литературе. Внимательное прочтение истории показывает, что распад империи не был ни мирным, ни добровольным. Великобритания де-факто вела войны на территории своих колоний и зависимых территорий до середины 1960-х гг. Итогом так называемых «малых войн» или «чрезвычайных положений» для Великобритании стал стремительный распад империи в первые два послевоенных десятилетия. Накопленный в малых войнах опыт Великобритания использовала для консультирования США во время войны во Вьетнаме, в проведении миротворческих операций в странах третьего мира, а также для оказания поддержки правительствам стран Содружества наций в борьбе против местных оппозиционных движений. Дополнительным аргументом в пользу выбора Великобритании в качестве объекта исследования является публикация значительного количества официальных документов о распаде Британской империи с конца 1990-х гг. Новый массив опубликованных источников стимулировал появление исторических исследований о Британской империи и ее распаде. В диссертации сделана попытка критического анализа процесса распада империи с учетом новых опубликованных документов, а также сопоставления мнений, высказанных в работах отечественных и зарубежных авторов.

Война в Ираке, 2003–2009 гг., представляет собой современный пример вооруженного конфликта, в котором самая сильная страна мира – США не смогла достичь поставленных целей в войне против несопоставимого по силе противника. Анализ хода войны и попыток ее завершения в 2009 г. позволяет применить модель асимметричного конфликта для понимания причин политических, если не военных, неудач США в Ираке. В американской литературе модель асимметричного конфликта используется для анализа отдельной характеристики войны – асимметричных военных действий, под которыми понимают партизанские и террористические акции, но не было произведено комплексного исследования войны с использованием модели асимметричного конфликта.

Практическая значимость исследования заключается в возможности применения модели асимметричного конфликта для анализа исторических и современных сюжетов. Использование модели асимметричного конфликта позволяет выявлять наиболее существенные элементы вооруженных конфликтов между сторонами, обладающими несопоставимыми материальными и силовыми возможностями, для понимания причин политического поражения сильных противников и логики выбора стратегий борьбы слабыми противниками.

Понимание логики вооруженных столкновений асимметричных антагонистов может быть полезным в прикладном военно-стратегическом анализе, а также в процессе принятия политических решений о возможном применении силы, форм ее использования, условий и ограничений на применение силы в международных и внутренних конфликтах.

Часть диссертации, посвященная выявлению количественных проявлений асимметричных конфликтов, подкрепляет аргументы о необходимости коррекции некоторых упрощенных представлений о характере взаимоотношений между великими державами периода «холодной войны». В новых работах отечественных и зарубежных историков, обращенных к частным сюжетам послевоенной истории, происходит критическое осмысление периода «холодной войны», но некоторые стереотипы по-прежнему требуют своего развенчания. Так устойчивое представление об однозначном антагонизме между западными странами и СССР препятствует выявлению и пониманию сложной динамики отношений между странами западного блока и совпадения позиций между странами противоборствующих блоков. Такие случаи не могут рассматриваться как исключения из правил, а должны стимулировать углубленное и всестороннее изучение послевоенной истории в противовес ее упрощенному и схематичному прочтению.

Материалы диссертации и ее приложений могут быть использованы при написании обобщающих работ по истории международных конфликтов, подготовке учебных и учебно-методических материалов, программ специализированных курсов по всеобщей истории послевоенного периода.

Апробация работы. Основные положения диссертационного исследования были представлены на 4 региональных, 5 всероссийских и 8 международных конференциях, а также в рамках исследовательского семинара Института Дж. Кеннана Центра В. Вильсона, Вашингтон, в июне 2009 г.  Наиболее значимые результаты исследования отражены в монографиях и научных статьях автора, опубликованных в России и за рубежом.  Общий объем опубликованных работ по теме диссертации составляет более 40 п.л.

         Материалы исследования использовались при разработке общих и специальных курсов, которые читаются на отделении международных отношений Томского госуниверситета: «Конфликты в международных отношениях», «Международное гуманитарное право», «Урегулирование конфликтов».

Структура и содержание работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения, списка источников и литературы и трех приложений.

Во введении обоснованы актуальность и научная значимость темы, определены объект и предмет исследования, сформулированы цели и задачи, обоснованы хронологические рамки, представлена методология исследования, охарактеризована источниковая база и степень изученности проблемы, указаны новизна и практическое значение работы.

Первая глава «Методология, историография и концептуализация феномена асимметричного конфликта» излагает методы изучения вооруженных конфликтов в исторической науке и науке о международных отношениях. Первый параграф «Методология изучения войн и вооруженных конфликтов в международных отношениях» представляет эволюцию подходов в изучении войн в ХХ в. Главной тенденцией явился переход от взгляда на войну как на уникальное событие к выявлению общих закономерностей этого явления в социальной, экономической и политической истории. Такой подход способствовал усилению междисциплинарных и сравнительных методов  в изучении войн, а также обращению к количественным методам анализа. Важными чертами современного подхода в изучении войн и вооруженных конфликтов в международных отношениях являются следующие: 1) войны рассматриваются как частный пример конфликта, что закреплено в исследовательской традиции и нашло отражение в международном праве; 2) войны рассматриваются как явление, имеющее количественные и качественные характеристики, что позволяет проводить сравнительные исследования на значительном фактическом материале; 3) войны рассматриваются как явление системного характера, что проявляется во влиянии внутренних и международных факторов на причины, ход и завершение войн; 4) произошло сближение подходов в изучении межгосударственных и формально внутренних вооруженных конфликтов в связи с ростом интернационализации внутренних конфликтов и увеличением их удельного числа; 5)  активное использование баз данных о вооруженных конфликтах и количественных методов исследования для выявления закономерностей войн; 6) более активное использование понятия «вооруженный конфликт» взамен понятия «война», что связано с объективной эволюцией феномена войны в послевоенный период и с изменением подходов в изучении данного явления.

Второй параграф первой главы «Выявление феномена асимметричного конфликта в международных отношениях» раскрывает закономерности вооруженных конфликтов в период после окончания Второй мировой войны. Большая часть вооруженных конфликтов происходила вне привычного понимания войны между государствами, т.е. между симметричными по статусу и возможностям сторонами. Значительная часть вооруженных конфликтов, в которых принимали участие великие державы в послевоенный период, не являлись классическими межгосударственными войнами. Появляются различные понятия, которые акцентируют отличие этих войн: малые войны, конфликты низкой интенсивности, локальные войны, ограниченные вооруженные конфликты, антипартизанские  и антитеррористические кампании. На смену прямому военному противоборству великих держав приходят опосредованные формы вооруженных столкновений через участие в войнах на периферии международной системы. Идеологическое противоборство в рамках двухполюсной международной системы позволяло относительно слабым игрокам манипулировать интересами великих держав, вовлекать их в затяжные войны, привлекать ресурсы развитых стран для достижения собственных целей. Такое взаимное переплетение интересов, манипуляций и циничного использования идеологических установок создавало особую среду взаимодействия центра и периферии международной системы. Риторика борьбы за идеалы и справедливость становится неотъемлемой частью войн.

Важную роль в исходе вооруженных конфликтов послевоенного периода играют невоенные факторы. В этот период ярко проявляется стремление великих держав к самоограничению в использовании силы, что может быть объяснено целым рядом причин: система международных отношений накладывала ограничения на поведение великих держав через существование формальных и неформальных объединений, международное право, усиление экономического сотрудничества и формирование глобальной экономики. В этот период весомым становится фактор общественного мнения во внешнеполитических делах демократических стран и усиливается влияние средств массовой информации.

Третий параграф первой главы «Изучение асимметричных конфликтов» рассматривает историографию проблемы. Историографию изучения асимметричных конфликтов как примеров политического поражения великих держав в войнах против более слабых противников формально можно начать с появления данной концепции в середине 1970-х гг. Однако, как это всегда бывает, появление феномена предшествует его систематическому изучению, обобщению отдельных случаев и построению теорий. В рамках данной концепции были объединены наиболее важные закономерности поведения великих держав и новых акторов мировой политики.

В четвертом параграфе «Концептуализация феномена и модель асимметричного конфликта» автор выделяет устойчивые формы применения понятия асимметрии в анализе конфликтов: 1) как характеристику неравенства силовых возможностей противников – традиционный подход; 2) как ситуацию, в которой многократно преобладающий в силовых возможностях противник терпит политическое поражение в вооруженном конфликте против слабого противника – парадоксальный подход; 3) как ситуацию вооруженного столкновения между различающимися по статусу противниками в рамках одной правовой системы – политико-правовой подход; 4) как характеристику тактик и стратегий борьбы, нарушающих логику обычных военных действий, исходящих из нетождественного ответа, реакции – тактико-стратегический подход. Общим моментом для всех названных случаев является несоразмерность силовых возможностей и статусов антагонистов, причем система может представлять собой как государства, так и систему международных отношений с существующей в ней иерархией сил и возможностей разных государств.

Опираясь на работы зарубежных и отечественных специалистов, автор диссертационного исследования предложила свою модель для анализа феномена асимметричного конфликта в конкретно-историческом исследовании. В исследовании использовано комплексное понимание феномена асимметричного конфликта, которое указывает на парадоксальный исход вооруженного столкновения между асимметричными антагонистами и включает другие интерпретации асимметричности в вооруженных конфликтах (традиционную, политико-правовую и тактико-стратегическую).



Во второй главе «Выявление фактора асимметричности в вооруженных конфликтах» проведен количественный анализ степени проявленности фактора после окончания Второй мировой войны. В первом параграфе «Характеристика источников и методы анализа» дано описание баз данных о конфликтах, которые применялись для выявления фактора асимметричности в данном исследовании и представлена логика применения количественных методов исследования феномена. Во втором параграфе «Выявления фактора асимметричности по структурным и динамическим характеристикам вооруженных конфликтов» и третьем параграфе «Оценка влияния фактора асимметричности в конфликтах с участием великих держав» представлены соответствующие подсчеты и сделаны выводы. Подсчеты показали, что доля асимметричных конфликтов, в которых принимали участие великие державы, соотносится с их общим участием в вооруженных конфликтах. Количественные данные об участии великих держав в вооруженных конфликтах в послевоенный период не демонстрируют наличие линейных закономерностей, действующих для всех стран этой категории.

Отсутствие общей закономерности связано, по нашему мнению, с тем, что, несмотря на существование такого статуса, как великая держава, с общими характеристиками этого явления, в этот же период появляется понятие «сверхдержава», которое показывает объективное снижение роли традиционных великих держав в мировой политике. Кроме того, в этот период является новая великая держава – Китай, характеристики величия которой не обязательно полностью соответствуют традиционным.

Кроме того, в послевоенный период происходит наложение тенденций, характерных для мира великих держав в конце XIX – первой половине ХХ в. (колониальные империи). В послевоенный период появляются и усиливаются новые проявления величия, не связанные с колониальными владениями и прямым использованием силы. Скорее наследие колониального мира и имперских форм взаимодействия центра и периферии мировой системы становится скорее источником проблем для великих держав, чем способом сохранения своего высокого статуса. В послевоенные десятилетия развивается так называемый новый либеральный порядок с усилением роли невоенных факторов – торговли, финансовой сферы, развития международных механизмов урегулирования конфликтов и оказания посреднических услуг, где великие державы и сверхдержавы по-разному реализовывали свои интересы и находили способы оказания влияния.

Постоянство участия великих держав в асимметричных конфликтах послевоенного периода позволяет сделать заключение, что подобные военные действия не были чем-то новым, как об этом сейчас принято писать. Учитывая это наблюдение, можно с уверенностью говорить о том, что военные доктрины и характер подготовки вооруженных сил великих держав должны были учитывать такого рода вооруженные действия, отличающиеся от обычной войны между суверенными державами или то, что принято называть «большой войной».

Третья глава «Процесс распада Британской империи и анализ военных действий в колониях как асимметричных конфликтов» представляет собой приложение модели асимметричного конфликта к конкретно-историческому материалу. Несмотря на широко распространенный тезис об относительно мирном распаде Британской империи, создание независимых государств сопровождалось затяжными войнами, в которых принимали участие вооруженные силы Великобритании и некоторых ее доминионов. Готовность к преобразованию Британской империи, выраженная еще до начала Второй мировой войны, не означала полной капитуляции перед национально-освободительными движениями. Более того, британское общество поддерживало идею империи и ее цивилизаторское положительное влияние на колониальные народы. Применение модели асимметричного конфликта для понимания причин распада Британской империи помогает по-новому взглянуть на эту проблему, оспорить некоторые устоявшиеся мнения, сопоставить важность различных факторов, которые повлияли на быстрый распад империи в послевоенный период. 

В первом параграфе «Распад Британской империи» представлены основные этапы и логика разрушения империи. Во втором параграфе «Асимметричные вооруженные конфликты, сопровождавшие борьбу за независимость колоний» охарактеризованы военные действия, которые вела Великобритания в послевоенный период. В третьем параграфе «Факторы политического поражения Великобритании в асимметричных конфликтах в колониях» анализируются экономические, политические и международные причины, которые обусловили такой результат военных действий. Главная причина распада Британской империи – это объективная невозможность сохранения колониального управления, довоенных форм политических и экономических взаимоотношений в новых исторических условиях. Существенную роль в распаде империи сыграл подъем национально-освободительных движений под влиянием Второй мировой войны и антиимпериалистическая настроенность двух лидеров послевоенного мира – США и СССР. Многие авторы отмечают наличие конкурирующих, а нередко и конфликтующих интересов у США и Великобритании, особенно в отношении колониальных владений. США полагали, что независимость должна быть предоставлена как можно быстрее, в то время Великобритания намеревалась осуществлять этот процесс на протяжении нескольких десятилетий. США как новый лидер западного мира открыто демонстрировали свою антиимпериалистическую позицию, на словах и на деле способствовали разрушению европейских империй.

Было бы ошибкой рассматривать распад Британской империи как проявление военной слабости метрополии без учета политической и экономической составляющих империи как системы. Великобритания была в большей степени озабочена сохранением своих экономических и политических интересов в условиях изменившегося миропорядка. Малые войны в колониях изначально рассматривались как политическое, а не военное предприятие, подчиненное политической целесообразности, а также исходя из стремления уменьшить свои усилия по поддержанию мира в регионах, выходящих из-под контроля. В послевоенный период происходит передача контроля над странами периферии и полупериферии от Великобритании к США, или, как отмечал В.Г. Трухановский, «мировой полицейский меняет свое лицо». США неохотно шли на расширение сферы своих полномочий по обеспечению порядка в глобальном масштабе, опасаясь обвинений в «имперском поведении» со стороны как внутренней оппозиции, так и мирового общественного мнения. Однако настойчивая позиция Великобритании в вопросах соотношения своих экономических возможностей, оборонных расходов и численности армии явились одним из факторов более активного участия США в обеспечении международной безопасности, наряду с осознанной необходимостью противостоять советской угрозе в глобальном масштабе.

Четвертая глава «Анализ войны в Ираке 2003–2009 гг. как асимметричного конфликта» продолжает конкретно-исторический анализ с использованием предложенной модели. В первом параграфе рассмотрены «Цели войны и обоснование легитимности начала военных действий». Легитимация военных действий была необходима для того, чтобы получить одобрение конгресса, поддержку со стороны общественного мнения США, международного сообщества в лице ООН и влиятельных участников международных отношений. Применение военной силы в современных условиях является не только военной, но также правовой и политической проблемой. Для США, которые занимают центральное место в системе международных отношений и претендуют на роль примера для подражания, соответствие международным нормам является необходимостью.

Во втором параграфе «Ход войны и эволюция стратегий» кратко представлены основные события кампании. Анализ военных действий позволяет увидеть слагаемые успеха или поражения военной кампании, соотношение военной и политической победы. Программы по восстановлению и демократизации Ирака являются важной частью военной кампании, так как осуществляются в соответствии с международными нормами о правилах оккупации и рассматриваются как залог достижения долговременного мира в стране и регионе. Эти программы также призваны завоевать «сердца и души» иракцев, создав основы современного развитого демократического государства взамен разрушенного автократического режима.

Третий  параграф представляет «Итоги войны» с точки зрения достижения заявленных и незаявленных целей. Четвертый параграф «Обсуждение результатов войны в США» анализирует содержание дискуссий в США о войне в Ираке и общую оценку войны американским обществом. Дискуссии о проблемах, с которыми США столкнулись в Ираке, показывают постоянное обращение к прошлому опыту США и других стран в малых войнах. Крайне редко можно встретить мнение, что война в Ираке является успешной и оправданной, хотя оценки и уроки этой войны, несомненно, различаются. Эти обсуждения помогают увидеть на чем основаны аргументы о поражении США в Ираке, и применить модель асимметричного конфликта.

В пятом параграфе «Выводы: применение модели асимметричного конфликта для анализа войны США в Ираке» выделены факторы, которые позволяют определить данную войну как политическое поражение США. Основным признаком победы или поражения в войне является соотношение целей войны и достигнутых результатов. Оценивая итоги войны с точки зрения поставленных целей, можно с уверенностью утверждать, что разоружить Ирак не удалось по причине отсутствия оружия массового поражения на территории страны. Разрушить связи режима С. Хусейна с Аль-Каидой не удалось также в силу их отсутствия, однако война способствовала проникновению сторонников Аль-Каиды в Ирак. Трансформировать тиранию в свободное, процветающее общество не удалось, так как война, режим оккупации и присутствие иностранных войск на территории страны способствовали обострению противоречий между основными группами населения. Затяжные военные действия, деятельность террористических групп еще более ухудшили экономическую ситуацию в стране и общее положение иракского общества. Об этом говорят как данные статистики, так и опросы общественного мнения в Ираке.

Война в Ираке начиналась с заявлениями о справедливом характере войны, однако ход войны продемонстрировал, что были нарушены как принципы вступления в войну согласно концепции «справедливой войны» (justadbellum), так и принципы справедливого ведения войны (justinbello). Заявленные цели войны являлись средством достижения стратегической задачи – повысить безопасность США и защитить страну от возможных террористических атак и угроз. Действительно, после терактов 11 сентября 2001 г. не было реализовано подобных атак на территории США, и это обстоятельство является, пожалуй, единственным весомым аргументом сторонников войны. Однако война в Ираке способствовала росту террористических групп в других регионах, осуществлению крупных терактов против союзников США по «коалиции желающих». Попытки представителей администрации Дж. Буша доказать, что война способствовала повышению безопасности США, не поддерживаются большинством американцев, аналитиков и политиков. Суммируя спектр мнений, можно сказать, что большинство политиков и американцев полагают, что эту войну лучше было бы не начинать. Война не способствовала повышению безопасности США и улучшению имиджа страны в мире и на Ближнем Востоке.

Оценивая причины политического поражения США в Ираке, необходимо отметить значимость военно-стратегических, внутренних и международных факторов. К военно-стратегическим факторам поражения отнесем сложность ведения победоносной войны с заведомо подложными целями; сложность ведения военных действий против партизанских сил в условиях оккупации; плохое понимание особенностей региона и страны, что отразилось в неудовлетворительном предвоенном планировании; недооценка потенциала сопротивления местных сил и переоценка непопулярности режима С. Хусейна. Главной формой борьбы против оккупационных войск в Ираке были партизанские и террористические стратегии. В лексиконе американских военных и аналитиков понятие «асимметричные военные действия» (asymmetric warfare) применяют именно в отношении войны в Ираке. Хотя в данный момент считается, что стратегия США в Ираке является успешной, не стоит забывать, что это относительный успех. Силам коалиции скорее удалось избежать однозначного военного поражения против местных повстанческих движений после 6 лет войны, чем обеспечить однозначную победу.

К внутренним факторам, которые оказали влияние на восприятие данной войны как поражения, можно отнести общественное мнение, влияние войны на экономику и политическую жизнь США. Затяжная война без определенных положительных результатов привела в действие механизм сдержек и противовесов, существующий в политической системе США. Демократическая партия, которая наиболее последовательно выступала против начала войны, победила на выборах в конгресс в 2006 г. и на президентских выборах 2008 г. Ведение война в Ираке сопряжено с тратой огромных средств из федерального бюджета. Война привела к самому высокому в истории США уровню национального долга – свыше триллиона долларов. Экономический кризис заставляет уделять первоочередное внимание состоянию экономики США, которая в не меньшей степени, чем военная сила определяет степень влияния США в мире. 

Среди международных факторов, которые оказали влияние на политическое поражение США в мире, стоит назвать неоднозначность оценки справедливости целей войны международным сообществом. США не удалось убедить в этом членов ООН перед началом войны, после начала войны критика США только усилилась. Коалиция желающих постепенно распалась. Наиболее последовательный партнер США по коалиции, Великобритания вывела свои войска в конце апреля 2009 г. на месяц раньше срока. Несмотря на заявления премьер-министра Г. Брауна о том, что война в Ираке является успешной, немногие разделяют его мнение.

К региональным факторам, оказавшим негативное влияние на вероятность успеха США в войне, необходимо отнести влияние других стран региона, которые прямо либо опосредованно оказывали моральную, военно-техническую и финансовую поддержку антиамериканским силам в Ираке. Существенное влияние на ход войны оказали международные террористические группы, которые были непосредственно заинтересованы в этой войне и в поражении США в ней. Глобальная война против террора, которую инициировали США, обернулась глобальной войной террористических групп против США и их союзников. Исход этой глобальной войны пока не определен, но победа развитых стран в этой войне неочевидна. Обострение ситуации в Афганистане и Пакистане в 2009 г. доказывают незавершенность войны против террора и неопределенность ее результатов.

Война в Ираке, 2003–2009 гг., войдет в историю как еще одно подтверждение обоснованности теории асимметричного конфликта, где представлены множественные факторы, определяющие политическое поражение великой державы в войне против более слабого противника.

В заключение подведены итоги исследования и сделаны выводы. Изучение проблемы асимметричного конфликта показывает, что последние 15 лет данный термин является популярным, но зачастую применяется для описания количественного проявления асимметрий в ресурсах и качественного выражения в стратегиях борьбы. По мнению автора диссертационного исследования, для действительного использования теории асимметричного конфликта необходима разработка и применение сложной матрицы возможных переменных, вес и влияние которых на исход конфликта трудно предугадать. Практически невозможно выявить один детерминирующий фактор, присутствие которого гарантирует проявление феномена. Феномен скорее является уравнением со многими неизвестными, чем строгой матрицей зависимостей и детерминант. Феномен асимметричного конфликта скорее опровергает устоявшиеся представления о последствиях силового преобладания в вооруженных конфликтах между неравными противниками, чем определяет победителя и проигравшего. Это явление подтверждает наличие устойчивых взаимосвязей между участниками международных отношений, тесную связь внутренней и внешней политики, соподчиненность военной и политической сферы деятельности современных государств.

Попытка «измерить асимметричность» через обращение к количественным проявлениям феномена показывает несомненное его присутствие в послевоенной истории. Однако этот опыт также доказывает, как трудно зафиксировать проявление феномена через выделение его однообразных проявлений в базах данных. Проявления слишком разнообразны, и замеры нередко противоречивы. Феномен требует многофакторного, конкретно-исторического анализа с учетом общей модели асимметричного конфликта как матрицы взаимоотношений факторов и их возможных корреляций.

Для верификации модели на конкретно-исторических примерах был использован опыт двух самых сильных стран западного мира: Великобритании в период распада империи и США после «холодной войны». Обе страны испытали бремя глобального влияния и заявляют о себе как о либеральных демократиях, стремящихся к распространению своей модели политического устройства в мире. Распад Британской империи был исторически обусловленным событием. Причинами неизбежного и достаточно быстрого распада явилось экономическое ослабление Великобритании в ходе Второй мировой войны, истощение ее человеческих, материальных и финансовых ресурсов, необходимых для поддержания порядка на пространной территории империи. Изучение официальных документов показывает, что Великобритания была вынуждена сокращать свои вооруженные силы, военное присутствие за пределами империи и свою помощь лояльным силам в колониях, так как у нее не было ресурсов для поддержания контроля на прежнем уровне.

Можно спорить о том, насколько военные кампании в колониях были политическим поражением каждая в отдельности. Однако трудно отрицать тот факт, что империя перестала существовать де-факто задолго до ее фактического конца, который трудно зафиксировать. Можно утверждать, что важную роль в поражении империи сыграл нематериальный фактор – поражение «идеи империи», важную роль в котором сыграли США, СССР и Китай (материковый). При всем желании и искреннем намерении метрополии подготовить постепенный переход колоний к самоуправлению, стремление местных националистических сил к немедленному освобождению от колониального гнета было непреодолимым. Революционная идеология в Китае была более привлекательна для колониальных народов Азии бывшей империи. СССР впервые за краткую историю существования показал свою военную и моральную силу в упорной борьбе против стран фашистского блока, став равным союзником ведущих западных держав. Изоляция СССР закончилась, и его идеология получила дополнительный вес в росте популярности левых и коммунистических партий во всем мире, в его участии в формировании структуры послевоенного мира.

Британская империя потерпела политическое поражение в борьбе против трех сил нового мира – СССР, США и национально-освободительных движений в колониях, которые были объединены в своем стремлении разрушить колониальный порядок окончательно. Формат Содружества наций никогда не достигал той степени контроля над ресурсами, политической и экономической сферой бывших колоний, который существовал в период империи. Для Великобритании поддержание лояльности в бывших колониях требовало выделения огромных средств в рамках политики развития. Сегодня в Великобритании спорят по поводу прибыльности колониальной системы в целом, действительно ли империя обеспечила экономический рост и высокий уровень жизни в метрополии или система имперского доминирования принесла больше проблем. Со многими проблемами Великобритания сталкивается сейчас как общество, принимающее миллионы выходцев из бывших колоний. Можно сказать, что опыт Великобритании в малых войнах заставляет ее быть достаточно сдержанной в применении военной силы, содержать очень небольшую по современным масштабам армию.

Применение модели асимметричного конфликта для анализа причин распада Британской империи показывает, что первостепенное значение играли экономические факторы угасания силы империи и влияние антиимпериалистической идеологии в послевоенный период. Для Великобритании наилучшим исходом военных действий в колониях была политическая победа-минимум, а именно, недопущение перехода страны под влияние левой идеологии и предоставление независимости. Политическая победа-максимум или сохранение британского контроля, постепенная передача власти местным силам под контролем британских властей часто приносилась в жертву победе-минимум.

Война США в Ираке подтверждает верность концепции асимметричного конфликта и возможность ее применения. После окончания «холодной войны» американские стратеги применяли термин «асимметричный» для того, чтобы описать несопоставимость мощи США и ее потенциальных противников, и полагали, что основная угроза безопасности США заключается в применении против них оружия массового поражения странами-изгоями. США начали войну в Ираке ради идеалов демократии и освобождения, однако война, напротив, усилила образ США в мире как империи, которая реализует свое право на одностороннее применение силы. Этот образ далек от тех идеалов демократии, которые хотели реализовать США в Ираке. Многим американским аналитикам трудно признать политическое поражение военной кампании в Ираке, так как это равносильно признанию победы движения Аль-Каиды и ее идеологов, против которых война начиналась. Тем более что после победы на выборах демократической партии новой администрации важно добиться положительных результатов в Ираке и устоять против критики республиканцев. Сейчас обсуждение итогов войны сведено к достаточно узкой прагматической задаче – вывод войск, поддержание стабильности иракского правительства, региональной стабильности.

Сопоставляя факторы политического поражения Великобритании и США, можно сгруппировать их следующим образом:

1. Экономические факторы.

Распад Британской империи помимо внутренних финансовых затруднений сопровождался разрушением зоны стерлинга в мировой системе, девальвацией фунта стерлингов и замещением его американским долларом на мировом рынке. В работах британских экономистов, историков, в официальных документах периода распада это обстоятельство называется в качестве существенной проблемы послевоенной истории империи.

США во время войны во Вьетнаме также столкнулись с острым финансовым кризисом, что заставило правительство Р. Никсона заявить об отказе США поддерживать свободную конвертацию доллара в золото по официальному курсу в 1971 г.,  а с 1973 г. курс доллара стал определяться рыночными механизмами. Война в Ираке стала главной причиной того, что внутренний долг США достиг рекордного уровня в 1,7 трлн Долл. в 2009 г. Затраты на войну также внесли вклад в беспрецедентный в истории США экономический кризис, который начался в 2008 г.

2. Внутриполитические факторы.

Существует устойчивое мнение о наличии так называемого межпартийного консенсуса в Великобритании по вопросам оборонной и внешней политики в послевоенный период. Действительно знакомство с документами показывает, насколько осторожными и взвешенными были действия правительств консерваторов и лейбористов в вопросах расширения сферы своего военного участия за пределами страны. Для Великобритании фронт борьбы против левой идеологии после войны сместился в Европу, где находился значительный контингент ее вооруженных сил. Анализ документов показывает, что консенсус был результатом действительно тяжелого экономического положения страны после войны, и поле для маневров было строго ограничено имеющимися ресурсами и по-прежнему огромной зоной мировой ответственности.

В США внутриполитические факторы проявились в противоположности и борьбе основных партий по вопросам военной политики. Прекращение войны во Вьетнаме стало результатом давления конгресса, противников войны в США. Война в Ираке, не вызвав такого же уровня оппозиции, как война во Вьетнаме, тем не менее привела к поражению на выборах республиканской партии, которая инициировала войну.

3. Международные факторы.

К международным факторам, которые оказали существенное влияние на поражение Британской империи необходимо отнести антиимпериалистическую идеологию, носителями которой являлись СССР, США и национально-освободительные движения. Вновь создаваемая система международных отношений отразила эти идеи в уставных документах ООН, а затем и в их реализации. К международным факторам стоит отнести влияние США, особенность взаимодействия США и Великобритании – их конкуренцию и противоречия в идеологической, экономической, финансовой и политической сферах. Влияние СССР скорее было опосредованным через Восточный блок в Европе, антиимпериалистическую риторику и поддержку национально-освободительных движений.

Неудачи США в Ираке могут быть также объяснены влиянием международных факторов. Отрицательное отношение к войне во многих странах мира, особенно в регионе Среднего Востока, сказалось на разрушении коалиции поддерживающих стран, росте антиамериканских настроений. Ирак стал местом войны международных террористических групп против США. Давление мирового общественного мнения стало важным фактором изменения политики в Ираке и стремления завершить войну.

Таким образом, асимметричные конфликты являются существенной частью истории и настоящего международных отношений, для понимания которых необходимо применение соответствующей аналитической модели. Предложенная автором диссертационного исследования модель асимметричного конфликта является именно моделью, которую можно использовать в прикладном анализе, а не теорией, в которой установлена жесткая взаимосвязь переменных. Однако, опираясь на эту модель, можно разрабатывать и применять концепцию асимметричного конфликта, под которой понимается совокупность асимметричных характеристик вооруженного конфликта, следующая за базовой – ресурсно-силовой и статусной асимметрией. Стремление более слабого противника будет всегда направлено на изменение баланса сил и отношений в рамках системы, в пользу увеличения своих полномочий, увеличения ресурсов, повышения статуса. Именно это обстоятельство необходимо учитывать, анализируя конкретные исторические примеры вооруженных конфликтов между асимметричными антагонистами, для того чтобы понимать логику борьбы и прогнозировать результаты после ее завершения. Феномен асимметричного конфликта проявляется как результат завершившихся военных действий и представляет интерес для исторического исследования. В политическом и стратегическом анализе модель и концепция асимметричного конфликта должны использоваться как предположение о возможном нелогичном развитии событий вопреки существующему военно-ресурсному доминированию одной из сторон.


Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

       Статьи в ведущих рецензируемых журналах и изданиях, рекомендованных ВАК:

  1. Дериглазова Л.В. Участие антиядерного движения в формировании взглядов молодежи по вопросам войны и мира в США 1980-е годы: мотивы, формы, достижения // Вестник Томского государственного университета. – 2003. – № 276 (март). – С. 21–38 (2,6 п.л.).
  2. Дериглазова Л.В. Война в Ираке 2003 г. как продолжение войны США против терроризма // Вестник Томского государственного университета. – 2004. – № 281 (март). – С. 11–16 (0,9 п.л.).
  3. Дериглазова Л.В. Осмысление опыта ненасилия в международных отношениях // Вестник Московского государственного университета. Серия 18. – 2005. – № 2. – С. 126–130 (0,4 п.л.).
  4. Дериглазова Л.В. Проблемы обеспечения международной безопасности после окончания «холодной войны» // Вестник Томского государственного университета. – 2005. – № 286 (март). – С. 72–77 (0,8 п.л.).
  5. Дериглазова Л.В. Концепция асимметрии в теории и практике международных отношений // Вестник Томского государственного университета. – 2007. –  № 295 (февраль). – С. 123–129 (1 п.л.).
  6. Дериглазова Л.В. Историография изучения асимметричных конфликтов // Вестник Томского государственного университета. – 2008. – № 308 (март). –  С. 66–72 (1,1 п.л.).
  7. Дериглазова Л.В. К вопросу об эволюции феномена  партизанских войн // Мировая экономика и международные отношения. – 2009. – №4 (апрель). – С. 95–103 (1,2 п.л.).

Монографии:

  1. Дериглазова Л.В. Молодежь и вооруженные силы  // США: Молодежная политика – проблемы и решения (80-е - начало 90-х гг.) / А.А. Стуканов, А.Г. Тимошенко, Л.В. Дериглазова. – Томск: Изд. Том. ун-та, 1997. – С. 72–83 (0,8/ 5,6 п.л.).
  2. Дериглазова Л.В. Конфликты в международных отношениях. Учебное пособие. Гриф УМО по «Международным отношениям». – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2005. – 256 с. + 4 вкл. (16 п.л.).
  3. Дериглазова Л.В. Асимметричные конфликты: уравнение со многими неизвестными. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2009. – 284 с. (18,6 п.л.).

Статьи в других научных  изданиях:

  1. Дериглазова Л.В. Основные направления милитаристской пропаганды на молодежь США в 80-е годы // Молодежь капиталистических стран: Роль в политической жизни и участие в антивоенном движении (80-е годы). – Томск, 1988. (0,5 п.л.).
  2. Дериглазова Л.В. Американское общественное мнение и проблемы национальной безопасности // Актуальные проблемы американистики: Материалы научной конференции. – Горький: Горьков. ун-т, 1990. – С. 135–144 (0,8 п.л.).
  3. Дериглазова Л.В. Воспитание в духе мира – опыт педагогов США / Педагогика мира – международный опыт: Пособие для учителей и студентов. – Томск, 1991. – С. 17–32 (1 п.л.).
  4. Дериглазова Л.В. Теория мира и преподавание проблем мира в США / Вопросы истории международных отношений и внешней политики великих держав: Сборник материалов научной конференции. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 1993. – С. 99–103 (0,3 п.л.).
  5. Дериглазова Л.В. Институт мира США: особенности деятельности // Американские исследования в Сибири. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2002. – Вып. 6. – С. 11–24 (0,8 п.л.).
  6. Дериглазова Л.В. Основные тенденции и подходы в изучении проблем войны и мира в XX веке // Сибирский международный ежегодник.. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2003. – Вып. 1– С. 47–65 (1 п.л.).
  7. Deriglazova L. New actors and new challenges in Eurasia: A common ground for Russian and European concerns // The future of European Union and Eastern Europe relations. Papers of international conference. Oxford, 15­–17 November 2002. – Tomsk: TSU publishing house, 2003. – P. 62–67 (0,4 п.л.).
  8. Дериглазова Л.В. Движение солдатских матерей в политической жизни России // Современная Россия и мир: Альтернативы развития: Материалы международной научно-практической конференции. Дневник АШПИ № 18. – Барнаул: Изд-во Алт. ун-та, 2003. – С. 129–133 (0,4 п.л.).

Дериглазова Л.В. Изменения в содержании понятия европейской идентичности после исчезновения «железного занавеса» // Европейские исследования в Сибири.– Томск: Изд-во Том. ун-та, 2004. – Вып. 4. – С. 350–369 (0,9 п.л.).

    • Дериглазова Л.В. Анализ подходов к решению иракской проблемы как пример проявления влияния стереотипов восприятия международного конфликта на перспективы его разрешения // Доклады II Всероссийского социологического конгресса «Российское общество и социология в ХХI веке». –  М.: Альфа-М, 2004. – Т. 2. – С. 405–411 (0,32 п.л.).
    • Дериглазова Л.В. Российско-чеченский конфликт через призму теории асимметричного конфликта [Электронный ресурс] // Интернет-конференция «Социальные конфликты в истории России ХХ века». Октябрь 2004 г. Омский государственный педагогический университет. Портал «Социально-гуманитарное и политологическое образование» (РУДН). Ассоциация развития информационных технологий в образовании «ИНТЕРНЕТ-СОЦИУМ». URL: http://www.auditorium.ru/aud/conf/conf49/index.php (0,25 п.л.)
    • Дериглазова Л.В. К сообществу, основанному на ценностях: объединение Европы и европейская идентичность // Навстречу Европе. Сборник статей. – Томск. Изд-во Том. ун-та, 2005. – С. 48–57 (0,6 п.л.).
    • Deriglazova L. To fear or to respect: Two approaches to military reforms in Russia  [Электронный ресурс] // The Journal of Power Institutions in Post-Soviet Societies. 2005. – Issue 3. – Paris.  URL:  http://www.pipss.org/document415.html (1 п.л.)
    • Дериглазова Л.В. Парадокс асимметрии в международном конфликте // Международные процессы. 2005. Т. 3, №3 (9). – С. 85–94 (0,5 п.л.).
    • Дериглазова Л.В. Стратегии НАТО и России в борьбе против асимметричных угроз // Альманах «Европа». – Тюмень: Мандр и К., 2006. – Вып. 6. – С. 150–162 (1 п.л.).
    • Дериглазова Л.В. Проблема геноцида в практике международных отношений // Вторая мировая война: Уроки истории для Германии и России: Материалы международной научной конференции, Кемерово, 23–25 сентября 2005 г. – Кемерово; М.: Объединение «Российские университеты», 2006. – С. 79–89 (0,5 п.л.).
    • Дериглазова Л.В. «Усомнившийся либерализм» в конфликтной теории: Рецензия на книгу Э. Вильямса «Либерализм и война: победители и побежденные» // Международные процессы. 2006. Т. 4, №2 (11). – С. 144–147 (0,3 п.л.).
    • Deriglazova L., Westfal K. Behind common words: What does coincide and what mismatch in Russian and EU approaches toward cooperation // EU and Russia: Face to face. Materials of international conference, July 2006, Salzburg. – Tomsk: TSU publishing house, 2007. – P. 34–67 (0,8/1,5 п.л.).
    • Дериглазова Л.В. Международное судебное и внесудебное правосудие // Международные процессы. 2007. Т. 5, №1 (13). – С. 38–53 (1 п.л.).
    • Дериглазова Л.В. Применение западного опыта миротворческого образования в России // Исследования мира и миротворческий дискурс в системе образования. Материалы международной конференции, Томск, 19 сентября 2006 г. – Томск: Изд-во Том. гос. пед. ун-та, 2007. – С. 72–76 (0,2 п.л.).
    • Дериглазова Л.В. Использование баз данных и моделей в исследованиях вооруженных конфликтов // Сибирский международный ежегодник.– Томск: Изд-во Том. ун-та, 2008. – Вып. 4. – С. 5–12 (0,5 п.л.).
    • Дериглазова Л.В. Британский опыт участия в малых войнах в ХХ в. // Государства Дальнего Востока: история, политика, культура. – Новосибирск, 2008. – Вып. 2. – С. 87–100 (0,5 п.л.).
    • Дериглазова Л.В. Проблема завершения конфликтов в международных отношениях // Исследования мира и миротворческий дискурс в системе образования: Материалы 3-й международной конференции. Томск, 23–25 сентября 2008 г. – Томск: Изд-во Том. гос. пед. ун-та, 2008. – С. 41–44 (0,4 п.л.).
    • Дериглазова Л.В. Война в Ираке и дискуссии о новом вьетнамском синдроме в США // Американские исследования в Сибири. – Вып. 9. Материалы всероссийской научно-практической конференции «Американские идеи и концепции в гуманитарных исследованиях ученых Сибири и преподавании в средней школе и высшей школе». Томск, 18–19 октября 2007 г. – Томск: Изд-во Том. ун-та, 2008. – С. 139–156 (1 п.л.).
    • Дериглазова Л.В. Применение теории асимметричного конфликта в анализе современных войн // Гуманитарные науки и образование в XXI веке. Конфликты в международных отношениях: историческая ретроспектива и перспектива: Сборник научных статей. – Кемерово: Кузбассвузиздат, 2009. – С. 52–60 (0,5 п.л.).
    • Deriglazova L. In search of justice: international in-court and out-of-court justice // Bulletin of Institute for Peace Science. – Hiroshima University, 2009. – №42 (March). – P. 327–348 (1 п.л.).

    Mack A. Why big nations lose small wars: the politics of asymmetric conflict // World Politics. 1975. Vol. 27, №2. P. 175-200.

    Paul T.V. Asymmetric conflicts. War initiation by weaker powers. Cambridge, N.Y.: Cambridge University Press, 1994. P. 20.

    Paul T.V. Why has the India-Pakistan rivalry been so enduring? Power asymmetry and an intractable

    conflict // Security Studies. 2006. Vol. 15, № 4. (October/December). P. 600-630; The India-Pakistan conflict: an enduring rivalry. Cambridge, N.Y.: Cambridge University Press, 2005.

    Merom Gil. How democracies lose small wars: state, society, and the failure of France in Algeria, Israel in Lebanon, and the United States in Vietnam. Cambridge, N.Y.: Cambridge University Press, 2003.

    Democracies and small wars / Ed. by Efraim Inbar. L.: Frank Cass, 2003. 198 p.

    Arreguin-Toft Ivan. How the weak win wars: a theory of asymmetric conflict. Cambridge, N.Y.: Cambridge University Press, 2005. 250 p.

    Helmer Daniel Isaac. The currency of defeat: asymmetric warfare and Israel's loss of the war in Lebanon. Ph.D. thesis. Oxford, 2006; Cordesman Anthony H. Arab-Israeli military forces in an era of asymmetric wars. Westport, Conn.: Praeger Security International, 2006; Cordesman Anthony H. Gulf military forces in an era of asymmetric wars. Westport, Conn.: Praeger Security International; Wash., D.C.: Center for Strategic and International Studies, 2007.

    Stepanova Ekaterina. Terrorism in asymmetric conflict: ideological and structural aspects. SIPRI research report № 23. Oxford, N.Y.: Oxford University Press, 2008. 186 p.

    Ikenberry G. John. After victory: institutions, strategic restraint, and the rebuilding of order after major wars.  Princeton: Princeton University Press, 2001; Gaddis John Lewis. The Cold War: a new history. N.Y.: Penguin Press, 2005; Soviet-American relations: understanding differences, avoiding conflicts / Ed. by Daniel N. Nelson and Roger B. Anderson. Wilmington, Del.: SR Books, 1988.

    French D. The British way of warfare, 1688-2000. L.: Cambridge University Press, 1990; Bayly Ch., Harper T. Forgotten wars: the end of Britain’s Asian empire. L.: Penguin books, 2008; Charters D. The British army and Jewish insurgency in Palestine, 1945-47. Basingstoke: Macmillan, 1988; Guerrilla strategies: an historical anthology from the long march to Afghanistan / Ed. by Chaliand G. Berkley: University of California Press, 1982; Nagl J. Counterinsurgency lessons from Malaya and Vietnam: learning to eat soup with a knife. Westport, CT.: Praeger, 2002; Stubbs R. Hearts and minds in guerrilla warfare: the Malayan emergency, 1948-1960. Singapore; Oxford, 1989; Mockaitis T. British counterinsurgency, 1919-1960. L.: Macmillan, 1990.

    Gwynn  C. W. Imperial policing. L.: Macmillan & Co. Ltd, 1939; Paget J. Counter-insurgency campaigning. L.:  Faber and Faber ltd, 1967; Kitson F. Low-intensity operations: subversion, insurgency and peacekeeping. L.: Faber and Faber ltd, 1971.

    Распад Британской империи / Под ред. А.Г. Милейковского. М.: Наука, 1964; Виноградов К.Б. На обломках империи. (Колониальная политика Англии на современном этапе).  Л., 1964; Международные отношения после Второй мировой войны. Т. 3. 1956-1964 гг. / Ред. Д.Е. Мельников, Д.Г. Томашевский. М.: Изд-во политической литературы, 1965; Политика Англии в Южной и Юго-Восточной Азии. М.: Наука, 1966; Колониализм вчера и сегодня. М.: Наука, 1964; Колониализм и межимпериалистические противоречия в Африке. М.: Изд-во восточной литературы, 1962; Трухановский В.Г. Внешняя политика Англии после Второй мировой войны. М.: Изд-во политической литературы, 1957; Судейкин А.Г. Колониальная политика лейбористской партии Англии между двумя мировыми войнами. М.: Наука, 1976; Остапенко Г.С. Британские консерваторы и деколонизация. М., 1995; Никитин М.Д. Черная Африка и британские колонизаторы: столкновение цивилизаций. Саратов: Научная книга, 2005; Родригес А.М. История стран Азии и Африки в новейшее время. М.: Прогресс, 2006.

    The Oxford history of the British Empire. Vol. IV. The twentieth century / Ed. by Wm. Roger Louis. Oxford, N.Y.: Oxford University Press, 1999; Lloyd T.O. The British Empire, 1558-1995. Oxford: Oxford University Press, 2005; Roger Lois Wm. The Dissolution of the British Empire in the era of Vietnam. Presidential address to American historical association // American Historical Review. 2002. Vol.107, №1; Ferguson N. Empire: the rise and demise of the British world order and the lessons for global power. N.Y.: Basic Books, 2003; Kindleberger C.P. A financial history of Western Europe. L.: George Allen & Unwin, 1984; Milward A. War, economy, and society, 1939-1945. Berkley: University of California Press, 1977; Williams A. Liberalism and war: the victors and the vanquished. L., N.Y.: Routledge, 2006; Ovendale R. Macmillan and the wind of change in Africa, 1957-1960 // The Historical Journal. 1995. Vol. 32, №2.

    Woodward B. Plan of attack. N.Y.: Simon & Schuster, 2004; Idem. State of denial. N.Y.: Simon & Schuster, 2006; Idem. The war within: a secret White House history, 2006-2008. N.Y.: Simon & Schuster, 2008.

    Ricks Th. Fiasco: The American military adventure in Iraq. N.Y.: Penguin, 2006; Ricks T. The gamble. N.Y.: Penguin Press, 2009.

    Kampfner J. Blair’s wars. L.: Free press, 2003.

    Terrill Andrew W. Regional spillover effect of the Iraq war. Carlisle, PA: Strategic Studies Institute. December 2008; Krepinevich A. How to win in Iraq? // Foreign affairs. 2005. Vol. 84, №5; Kahl C. How we fight? // Foreign affairs. 2006. Vol. 85, №6.

    Haas R. War of necessity, war of choice. N.Y.: Simon & Schuster, 2009; Diamond L. Squandered victory: The American occupation and the bungled effort to bring democracy to Iraq. N.Y.: Times Books, 2005; Phillips D. Losing Iraq: Inside the postwar reconstruction fiasco. N.Y.: Westview Press, 2005.

    Biddle S. Seeing Baghdad, thinking Saigon // Foreign affairs. 2006. Vol. 85, №2; Vietnam in Iraq: tactics, lessons, legacies, and ghosts / Ed. by John Dumbrell and David Ryan. L.,; N.Y.: Routledge, 2007; Smith Clark. Vietnam in Iraq: reflections on the new quagmire. Berkeley, Calif.: Winter Soldier Archive, 2004.

    Thompson  R. Defeating Communist insurgency: experiences from Malaya and Vietnam. L.: Chatto & Windus, 1966; Jones M. Conflict and confrontation in South East Asia, 1961-1965. Britain, the United States and the creation of Malaysia. Cambridge: Cambridge University Press, 2002; Superpower competition and security in the Third World / Ed. by Robert S. Litwak, Samuel F. Wells, Jr. Cambridge, Mass.: Ballinger Pub. Co., 1988; MacFarlane, S. Neil. Superpower rivalry and 3rd world radicalism: the idea of national liberation. Baltimore, Md.: Johns Hopkins University Press, 1985; The USSR and Marxist revolutions in the Third World / Ed. by Mark N. Katz. Wash., D.C.: Woodrow Wilson International Center for Scholars; Cambridge, N.Y.: Cambridge University Press, 1990; Porter Bruce D. The USSR in Third World conflicts: Soviet arms and diplomacy in local wars, 1945-1980. Cambridge, N.Y.: Cambridge University Press, 1984; Odd Arne Westad. The global Cold War: Third World interventions and the making of our times. Cambridge, N.Y.: Cambridge University Press, 2005; Karabell Zachary. Architects of intervention: the United States, the Third World, and the Cold War, 1946-1962. Baton Rouge: Louisiana State University Press, 1999; McCauley M. Russia, America and the Cold War, 1941-1991. 2nd ed. L.; N.Y.: Longman, 2004.

    Kaldor M. New and old wars. Organized violence in a global era. Cambridge: Polity, 2006; Shaw M. The new Western way of war. Cambridge: Polity, 2005; Coll S. Ghost wars. The secret history of the CIA, Afghanistan, and bin Laden, from the Soviet invasion to September 11, 2001. L.: Penguin Press, 2004; Smith R.  The utility of force: the art of war in the modern world. L.: Allen Lane, 2005; Newman Nicholas J. Asymmetric threats to British military intervention operations. L.: Royal United Services Institute for Defence Studies, 2000.

    Богатуров А.Д., Косолапов Н.А., Хрусталев М.А. Очерки теории политического анализа международных отношений. М.: НОФМО, 2002; Процесс формирования и осуществления внешней политики капиталистических государств / Отв. ред. В.И. Гантман. М.: Наука, 1981; Международные конфликты современности / Отв. ред. В.И. Гантман. М.: Наука, 1983; Система, структура и процесс развития современных международных отношений / Отв. ред. В.И. Гантман. М.: Наука, 1984; Косолапов Н.А. Легитимность в международных отношениях // Мировая экономика и международные отношения. 2005. №2; Арон Р. Мир и война между народами / Ред. В.И. Даниленко. М.: Nota Bene, 2000; Арон Р. Избранное: Введение в философию истории. М.: Пер се, 2000; Сорокин П.А. Социальная и культурная динамика. СПб.: Изд-во Русского Христианского гуманитарного Института, 2000; Bull H.  The anarchical society. A study of order in world politics. L.: Macmillan Press Ltd., 1995;Geller D.S., Singer D.J. Nations at war. A scientific study of international conflict. Cambridge: Cambridge University Press, 1998; Holsti K.J. The state, war, and the state of war. N.Y.: Cambridge University Press, 1997; Kegley Ch.W., Wittkopf E.R. World politics: trend and transformation. N.Y.: St. Martin’s Press, 1993; Wright Q. A study of war. Chicago: Phoenix Books, 1964; Morgenthau H. Politics among nations: The struggle for power and peace. Boston, N.Y.: McGraw hill, 1993; Levy J.S. War in great powers system, 1945-1975. Lexington, KY: Kentucky University Press, 1983; Kennedy P. The rise and fall of great powers: Economic change and military conflict from 1500-2000. L.: Fontana Press, 1989; Waltz K. Man, the state and war. N.Y.: Columbia University Press, 1954.

    Системная история международных отношений в четырех томах. События и документы. 1918–2003. М.: НОФМО, 2000–2004.

    Левин З.И. Менталитет диаспоры (системный и социокультурный анализ). М.: Институт востоковедения РАН; Крафт+, 2001. С.15.

    Correlates of war project. National Material Capabilities Data Documentation. Version 3.0. Last update: May 2005 – http://cow2.la.psu.edu

    UCDP – Uppsala Conflict Data Program – http://www.pcr.uu.se/publications/UCDP_pub/Conflict_List_1946-2006.pdf

    COSIMO 1. Database on national and international conflicts from 1945 to 1999 – http://www.hiik.de/en/kosimo/data/codemanual_kosimo1b.pdf

    O’Hanlon E. Michael, Campbell H. Jason. Iraq Index. Tracking Variables of Reconstruction and Security in Post-Saddam Iraq. 26 February 2009. Brookings Institution. Wash., D.C.

    Walder David. The Limits of Institutional Engineering. Lessons from Iraq. Special report №222. May 2009. United States Institute of Peace. Wash., D.C.: United States Institute of Peace, May 2009; Stanekzai Mohammad Masoom. Thwarting Afghanistan’s Insurgency. A Pragmatic Approach towards Peace and Reconciliation. Special Report №212. September 2008. United States Institute of Peace. Wash., D.C.: United States Institute of Peace, 2008; Perito M. Robert. Provincial Reconstruction Teams in Iraq. Special Report №185. March 2007. United States Institute of Peace. Wash., D.C.: United States Institute of Peace, 2007.

    iCasulaties.org – http://icasualties.org

    Just Foreign Policy – http://www.justforeignpolicy.org

    Iraq Body Count – http://www.iraqbodycount.org

    http://www.defenselink.mil/

    http://www.mnf-iraq.com/

     





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.