WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Отечественная историография российского либерализма начала ХХ века

Автореферат докторской диссертации по истории

 

На правах рукописи

 

 

Егоров Андрей Николаевич

 

 

 

 

Отечественная историография российского либерализма начала ХХ века

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

 

Специальность 07.00.09. – Историография, источниковедение и методы исторического исследования

 

 

 

 

 

 

Москва

2010

Работа выполнена в ГОУ ВПО «Череповецкий государственный университет» на кафедре истории.

Научный консультант   –   доктор исторических наук, профессор

                                              Шелохаев Валентин Валентинович

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Волобуев Олег Владимирович

                                              доктор исторических наук, профессор

Секиринский Сергей Сергеевич

                                              доктор исторических наук

Аронов Дмитрий Владимирович

Ведущая организация: Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова

      Защита состоится 02 июня 2010 г. в 15 часов на заседании диссертационного совета Д.212.155.05 по историческим наукам при Московском государственном областном университете по адресу: г. Москва, ул. Энгельса, д. 21а, ауд. 305.

      С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного областного университета: 105005, г. Москва, ул. Радио, д. 10а.

Автореферат разослан «___»______________ 2010 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат исторических наук,

доцент                                                                                                   Е.Б. Никитаева

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ИССЛЕДОВАНИЯ

     

Актуальность темы. Изучение истории российского либерализма начала ХХ в. представляет собой актуальную научную и политическую задачу. В глобальной трансформации всех сторон общественной и государственной жизни, которую переживает с конца прошлого столетия Россия, либеральная идеология и политическая практика играют одну из ведущих ролей. Практически невозможно представить современную политическую систему демократического государства без партий и движений либерального толка. История ХХ века доказала, что либеральные ценности, несмотря на все испытания, остаются притягательными для значительного числа людей. В связи с этим актуализируется исследование истории российского либерализма начала ХХ в., вступившего в это время в качественно новый период своего развития. В ходе революции 1905 – 1907 гг. возникли первые либеральные партии, которые активно действовали на политической арене вплоть до установления советской власти в стране. За это время либералы разработали модель общественного переустройства России, основанную на принципах гражданского общества и правового государства. Несмотря на то, что либеральные ценности не были восприняты Россией, деятельность российских либералов того времени дает поучительные уроки для современности, их идеи используются в политической практике в наши дни.

Этим обусловлена настоятельная научная задача дать объективный и всесторонний анализ хода, результатов, значения и перспектив исследования истории российского либерализма начала ХХ в. Такая работа позволит сделать более полными и объективными научные представления о политической истории нашей страны в  ХХ веке, о развитии отечественной историографии на протяжении столетнего периода, выявить проблемы и определить насущные задачи дальнейшего развития исторической мысли.

В современной исторической науке существуют разные подходы к определению предмета историографии, которые в обобщенном виде сводятся к трем основным позициям: 1) историография как история исторической мысли; 2) историография как история исторических знаний; 3) историография как история исторической науки. Преобладающим является третий подход, хотя в новейших исследованиях по теории науки активно разрабатывается взгляд на историографию как на критический анализ эволюции исторической мысли.

Первые работы по истории российского либерализма начала ХХ в. появились в обстановке острейшей общественно-политической борьбы 1905-1907 гг., в центре которой находились партии либеральной ориентации. Политическая ангажированность либеральной проблематики отражалась на всех этапах развития исторической науки, диктуя многим исследователям заранее заданные установки, исходные методологические позиции. Поэтому применительно к историографии российского либерализма, мы имеем дело с синтезом исторических взглядов, представлений, формировавшихся под влиянием определенных мировоззренческих, идеологических установок, и исторических знаний, расширявшихся по мере введения в научный оборот нового фактологического материала.

В данном исследовании историография понимается как история развития научных исторических взглядов, представлений и знаний о конкретном явлении – российском либерализме начала ХХ в. За пределами работы остается изучение эволюции и организационных форм функционирования тех научных учреждений, в которых трудились историки российского либерализма – это тема отдельного исследования, связанного с общими условиями развития исторической науки в нашей стране.

В соответствии с традиционным подходом под отечественной историографией подразумеваются лишь исторические исследования в стране – метрополии, что как бы исключает послереволюционные эмигрантские работы из сферы интереса историографа. Нам представляется такой подход формальным, поскольку оказавшиеся за рубежом в результате революционных потрясений историки, политики, общественные деятели остались частью российской культуры и науки, а потому не будет большой натяжкой включить в понятие «отечественная» не только досоветскую, советскую и постсоветскую (современную) историографии, но и историографию российского зарубежья.

Один из наиболее сложных терминологических вопросов заключается в определении понятия «либерализм». В современной историографии единства по этому вопросу нет. Основополагающим является определение либерализма как идеологии, основанной на идее индивидуальной свободы. А.Н. Медушевский выделяет три подхода к проблеме либерализма, сложившихся в европейской научной традиции: 1) Либерализм как социально-политическое движение, существовавшее в определенную историческую эпоху и представленное повсюду однотипными социальными силами; 2) Либерализм как идеологическое (философское) течение, представленное в различные периоды разными социальными силами, но сохраняющее приверженность исконным принципам; 3) Либерализм как совокупность известных институтов, процедур и принципов управления, обеспечивающих функционирование всей системы в соответствии с принципами демократии и создающих возможность проведения соответствующей государственной политики .

В данном исследовании под российским либерализмом начала ХХ века понимается политическое и идейное течение, стремившееся к построению в России гражданского общества и правового государства эволюционным путем. Речь идет о либерализме в качестве осмысленной стратегии практического действия. При таком подходе российский либерализм предстает как реальное социально-политическое движение, которое вело борьбу за свои идеалы. Хронологические рамки этой борьбы – от первых годов ХХ в., когда либерализм вышел на историческую сцену как серьезная политическая сила, до окончания Гражданской войны, означавшего поражение либерализма в России.

Центральное место в этой борьбе занимала деятельность либеральных политических партий, и прежде всего основной из них – конституционно-демократической. Ее история составляет суть того явления, которое можно назвать российским либерализмом начала ХХ в., поскольку в глазах современников и историков именно кадеты стали символом либеральной идеологии и политической практики. Поэтому значительная часть данного исследования посвящена историографии этой партии. Подобного рода «кадетоцентризм» неизбежен, учитывая роль, сыгранную ПНС в истории на фоне других либеральных партий. В то же время нецелесообразно ограничиваться изучением историографии только одной кадетской партии, поскольку история российского либерализма значительно шире и многограннее. В данном исследовании не рассматривается историография национальных либеральных партий, которую более уместно изучать в контексте историографии движений этнонационального характера.

Объектом настоящего исследования является комплекс научной, историко-публицистической, мемуарно-исследовательской литературы, посвященной истории российского либерализма начала ХХ в.

Предметом исследования являются сложившаяся историографическая традиция изучения политических взглядов и деятельности приверженцев либеральной идеологии в России, которая включает в себя проблематику и концептуальные основы трудов на эту тему; выводы, положения, мнения и оценки досоветских, советских, современных российских историков, а также исследователей российского зарубежья; анализ процесса накопления и приращения исторических знаний, глубины научной разработанности в отечественной историографии и историографии российского зарубежья данной темы. В ряде случаев пришлось обращаться к идеям, высказанным в зарубежной историографии, что обосновано их влиянием на развитие отечественной науки.

Целью настоящего исследования является выявление и комплексное историографическое изучение отечественной научной и в ряде случаев историко-публицистической и мемуарно-исследовательской литературы по истории российского либерализма начала ХХ в.; изучение процесса приращения исторических знаний по данной теме.

В соответствии с объектом, предметом и целями исследования сформулированы задачи:

  • Выявить и систематизировать имеющийся комплекс литературы в проблемно-хронологическом порядке;
  • Изучить развитие источниковой базы, процесс накопления фактического материала по истории российского либерализма начала ХХ в.;
  • Показать основные вехи и этапы развития изучения истории российского либерализма;
  • Проанализировать исторические факторы, оказавшие существенное влияние на творчество историков;
  • Проследить зарождение и становление основных концепций истории российского либерализма;
  • Установить наиболее значительные достижения отечественной историографии, а также указать на возможные противоречия, непоследовательность, слабую аргументацию, другие недостатки в трудах отечественных историков;
  • Проанализировать дискуссионные вопросы темы; определить общее и особенное в трудах исследователей, занимающихся разработкой данной тематики;
  • Провести верификацию выводов историков;
  • Поставить возможные задачи для будущих исследователей российского либерализма начала ХХ в.

      Хронологические рамки исследования охватывают весь период изучения рассматриваемой темы с начала ХХ в. по настоящее время. Выбор начальной границы обусловлен появлением первых публикаций о российском либерализме того времени, написанных представителями консервативного, либерального, социал-демократического и неонароднического лагерей. Конечная грань исследования связана с последними по времени публикациями на эту тему в отечественной историографии.

Территориальные рамки исследования охватывают географию всей России в границах начала ХХ в. без учета Польши, Финляндии и других т.н. национальных регионов, где преобладающим политическим влиянием пользовались движения этнонационального характера.

Методологической основой работы послужил «многофакторный» подход в понимании историографии и истории, позволяющий подойти к решению проблемы с различных углов зрения, учитывая максимально возможное количество деталей и допуская различную трактовку используемого материала.

Основополагающими принципами исследования стали историзм, объективность, системный и комплексный подход. Согласно принципу историзма, ни сам человек, ни его интеллектуальная деятельность, ни результаты последней не должны рассматриваться вне связи с конкретно-историческими условиями современного им этапа общественного развития. Этот общепризнанный принцип исторического и историографического познания требует в рамках темы более последовательной реализации, поскольку при анализе литературы о российском либерализме обычно недооценивается: одно дело считать теперь ошибочными те или иные аспекты исследовательской работы предшественников, и совсем другое дело – сводить к ошибочности, причем – очевидной, всю ее смысловую полноту.

Не менее важным является принцип научной объективности, который предполагает в историографии диалектический подход при анализе концепций историков, выявление как положительных, так и отрицательных сторон их исторических построений, ориентирует на отказ от политизированных и идеологизированных оценок и обобщений, присутствующих в историографии российского либерализма. В русле такого подхода требуется выявление научной ценности в любых работах и их демаркацию от вненаучных интерпретаций и пристрастий различного, в том числе субъективно-личностного, происхождения. Научная объективность историографических исследований обеспечивается анализом исторической литературы во всем ее многообразии, без каких-либо априорных оценочных суждений. Данный научный принцип тесно взаимосвязан с установками морально-этического свойства, требующими от историографа корректности и деликатности в оценке трудов историков.

Системный подход представляет возможности для исследования историографии как определенной системы взглядов на проблемы российского либерализма. Методология историографического исследования заключается в комплексном, целостном использовании всего массива источников, историческом и теоретическом анализе вопросов, изучаемых в литературе. Это связано, в первую очередь, с тем, что историографическая реальность в том виде, в каком она раскрывается перед нами, настолько многогранна, что с точки зрения современной гносеологии науки, методика ее изучения должна быть комплексной. Такой подход определен и тем фактом, что сам объект изучения, сама историческая реальность, исследуемая историографами во всем ее многообразии, носит комплексный характер.

Из методов, являющихся общезначимыми для исторического познания, в работе задействованы проблемно-хронологический, сравнительно-исторический (компаративный), ретроспективный, структурно-системный, периодизации и другие, изложенные и обоснованные в трудах отечественных ученых по теории методологии, историографии и источниковедения. Будучи актуализированы на материале научно-исторического исследования, они позволяют обеспечить соответствие содержания исследования процедурам, правилам и требованиям современной исторической науки.

Проблемно-хронологический метод позволят систематизировать историографические источники и факты, показать процесс развития исторической мысли, выявить причины расширения или сужения исследовательского поля, основные концептуальные идеи, определить наиболее значимые исследования по теме, обобщить итоги изучения истории российского либерализма начала ХХ в.

Для решения поставленных задач широко использовался метод компаративистики, который позволяет выявить общее и особенное в становлении, эволюции и содержании тех систем историографии и историографических комплексов, которые представлены в диссертационном исследовании. Историко-ретроспективный метод позволяет раскрыть смысл явлений и значение прошлого с определенной исторической дистанции, когда уже в той или иной мере обнаружились исторические результаты соответствующей деятельности в прошлом. Это позволяет лучше понять их объективную значимость и дать им более глубокую оценку. Для нашей темы данный подход важен тем, что историография сама по себе дистанционная наука. Историограф, имея в запасе некоторый временной интервал, способен получить большую и более разнообразную информацию об условиях появления историографического факта или историографического источника, степени влияния на него идеологических наслоений и политической конъюнктуры, нежели его предшественник.

Так как объект анализа требует привлечения данных, полученных учеными разных, прежде всего, гуманитарных специальностей, в работе применялся междисциплинарный подход, на основе которого, в частности, были определены точки пересечения исследовательских интересов в современной гуманитаристике, а также познавательные возможности различных исторических, философских, политологических и других концепций.

Комплекс научных публикаций по истории российского либерализма начала ХХ в. значителен по объему, поэтому было необходимо провести и представить количественные подсчеты обобщающего характера. Количественный метод позволил определить интенсивность исследований проблемы в целом и отдельных ее аспектов; выявить особенности проблематики опубликованных и диссертационных трудов.

Своей главной задачей автор считает изучение действительно ценного исследовательского опыта ученых в области изучения либеральной проблематики, выявление стереотипов, а также нетрадиционных подходов в разработке темы. Основное внимание при анализе литературы уделялось системе аргументации авторов, оригинальным и научно обоснованным концепциям по отдельным вопросам темы.

Научная новизна исследования определяется как самой постановкой проблемы, так и полученными в ходе ее разработки результатами. Впервые предпринимается специальное комплексное исследование, посвященное историографии российского либерализма начала ХХ в. в целом, охватывающее период ее складывания и развития вплоть до настоящего времени с учетом эволюции всех основных историографических систем – досоветской, эмигрантской, советской и постсоветской (современной). Предпринят анализ исторического осмысления деятельности либералов современниками, включая их самих. Прослеживается генезис советских идеологических подходов к интерпретации истории российского либерализма. В историографическом ракурсе впервые рассматривается мемуарная литература о деятельности либералов. Реконструируются основные направления и подходы отечественной историографии российского либерализма начала ХХ в. Через призму изучения данной проблематики исследуется влияние на историографию идеологии и политической конъюнктуры. Определены основные проблемы и содержательная канва современного периода отечественной историографии данной темы.

В исследовании представлена позиция автора по проблемам, носящим дискуссионный, полемический характер, привлечено внимание историков к вопросам, которые в контексте исследуемой проблематики считаются недостаточно или совершенно не исследованными в исторической науке. Введен в научный оборот целый ряд новых историографических источников по теме, особенно региональных, в том числе малотиражных изданий. Впервые обобщена и систематизирована основная библиография проблемы за весь исследуемый период. Автором сформулированы определенные выводы и научные рекомендации, направленные на активизацию научно-исследовательской работы в области изучения либеральной проблематики.

На защиту выносятся следующие основные положения диссертационного исследования:

  • В процессе становления и развития отечественной историографии российского либерализма начала ХХ в. выделяются три периода: досоветский (дореволюционный), советский и постсоветский (современный). Кроме того, активное осмысление роли российских либералов в революционных потрясениях проходило в широких кругах послереволюционной российской эмиграции.
  • Первые попытки освещения истории российского либерализма начала ХХ в. были предприняты историками, политиками, общественными деятелями в условиях острейшей идейно-политической борьбы 1905-1917 гг. Уже в то время сложились основные концептуальные подходы к истории российского либерализма, которые вытекали из политических взглядов авторов, и соответствовали трем основным направлениям общественной мысли: консервативному, либеральному, социалистическому.
  • Консервативная историография отрицала позитивное значение либеральных идей, видела в российских либералах начала ХХ в. беспринципных политиканов, стремящихся получить власть любой ценой. В трактовке авторов консервативного направления либералы явились основными виновниками гибели монархии, расчистившими дорогу большевикам. Данный подход определил и основной вектор консервативной историографии – выявление роли и места либералов в революционном процессе начала ХХ в.
  • Либеральная историография видит главную цель либерального движения в России начала ХХ в. в построении гражданского общества и правового государства мирным эволюционным путем. Достижение данной цели оказалось невозможным в силу глубины и остроты кризисных явлений, охвативших страну. Исследователи, работающие в рамках данной парадигмы, выступают за комплексное, системное изучение всего круга проблем, связанных с историей российского либерализма.
  • Теоретико-методологической основой советской историографии стал марксизм, рассматривавший все явления общественной жизни с точки зрения классовой борьбы. В этой системе координат российские либералы начала ХХ в. выглядели как сторонники капиталистического развития страны, стремившиеся провести умеренные буржуазные реформы и не допустить социальной революции. Отсюда ведущие тезисы советской историографии о «буржуазном» характере и «контрреволюционной» сущности либерализма. Идеологическая ангажированность советской историографии не помешала достичь высоких научных результатов, особенно в сфере расширения научных знаний о деятельности либералов и их политических партий.
  • Идейно-политическое противостояние трех ведущих направлений общественной мысли предопределило как тематику и направленность исторических работ, так и высокий уровень дискуссионности всех основных проблем истории российского либерализма начала ХХ в., что отражалось на всех этапах развития отечественной историографии. Лишь в постсоветской период проблематика исследований стала приобретать комплексный характер, напрямую не связанный с задачами идеологической борьбы.
  • Достижения отечественной исторической мысли в области изучения либеральной проблематики представляются весьма существенными. Анализ трудов по теме диссертации привел автора к заключению, что к настоящему времени сложились устойчивые традиции в исследовании таких направлений, как изучение различных аспектов идеологии, программатики, социальной опоры и форм деятельности либеральных политических партий (особенно кадетов); парламентской деятельности либеральной оппозиции; роли либералов в органах местного самоуправления; взглядов и политических биографий лидеров либерального движения и др.

      Практическая значимость исследования заключается в том, что его материалы, положения и выводы могут быть учтены и использованы при создании обобщающих работ по истории и историографии, как российского либерализма, так и широкого круга проблем, связанных с общественно-политическим развитием России начала ХХ в. Материалы диссертации могут найти применение в научной и преподавательской деятельности, в лекционных курсах и на семинарских занятиях, спецкурсах по истории России и историографии.

Общая логика диссертационного исследования определила и соответствующую структуру работы, которая направлена на достижение сформулированных целей и задач исследования. Структура работы построена на сочетании хронологического и проблемно-тематического подходов. В первой главе определяется степень разработанности темы, дается характеристика использованных источников, анализируются методологические подходы к изучению либерализма. Во второй главе проанализированы основные этапы развития отечественной историографии российского либерализма начала ХХ в., включая послереволюционную российскую эмиграцию. Третья глава посвящена изучению историками идеологических и организационных основ либерального движения; четвертая – дискуссионным проблемам политической деятельности либералов в императорской России; в пятой рассматривается историографическая проблематика деятельности либералов после Февральской революции.

Особенностью изучения российского либерализма начала ХХ в. является крайне высокая степень дискуссионности всех его узловых проблем, что объясняется общественно-политическим звучанием данной тематики. Поэтому основные проблемы российского либерализма анализируются в основном через изучение историографических дискуссий, которые велись в историко-публицистической, мемуарной и научной литературе начиная с 1905 г.

Апробация исследования. Основные положения и выводы диссертации отражены в двух монографиях, статьях, учебном пособии. Результаты исследования были представлены на международных, всероссийских, региональных научных конференциях, проходивших в Москве, Санкт-Петербурге, Архангельске, Вологде, Перми, Ижевске, Череповце и других городах.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

      Во Введении обоснована актуальность и новизна темы диссертации, определены ее объект, предмет, цели и основные задачи, аргументированы хронологические и территориальные рамки, даны дефиниции основных понятий и терминов, сформулирована научно-практическая значимость работы.

В первой главе рассматривается литература по теме, характеризуется источниковая база работы, анализируются теоретико-методологические подходы к изучению российского либерализма.

В первом параграфе содержится анализ степени изученности проблемы. Специального исследования, посвященного отечественной историографии российского либерализма начала ХХ в., до настоящего времени не предпринималось, но определенное историографическое изучение данной тематики проводилось. Литературу по рассматриваемой проблеме можно разделить на ряд групп: 1) работы, непосредственно посвященные историографии российского либерализма начала ХХ в. (небольшое количество специальных статей на эту тему, работы по историографии политических партий России, включая либеральные, труды по истории российского либерализма, в которых присутствовал историографический компонент); 2) исследования, посвященные историографии более широкой проблематики, одним из компонентов которой является изучение историографии российского либерализма, и смежных тем (Государственной думе, Временному правительству и т.п.); 3) труды, посвященные истории отечественной исторической науки и персонифицированному рассмотрению исторических воззрений авторов, писавших об истории российского либерализма; 4) историография исследований зарубежных авторов в области изучения российского либерализма; 5) рецензии и отзывы на публикации отдельных трудов отечественных исследователей по истории российского либерализма, которые стали появляться в научной периодике уже в досоветский период. В наиболее содержательных из них высказаны мнения квалифицированных специалистов о той или иной работе, которые повлияли на историографический процесс, особенно в отношении вопросов дискуссионного характера.

В СССР первые историографические работы по проблемам российского либерализма начала ХХ в. появились во второй половине 1960-х гг. в виде введений к монографическим исследованиям. Ранее ничего серьезного по данной проблематике не могло появиться по следующим причинам. Дореволюционные (небольшевистские) и эмигрантские работы не могли стать предметом историографического анализа советских историков из-за их публицистического характера и антибольшевистской идеологической направленности. Большевистскую публицистику в сталинские годы изучать было небезопасно, так как многие ленинские соратники оказались «врагами народа». Ранняя  советская  историография  развивалась  под  воздействием идей М.Н. Покровского и после его осуждения в 1930-е гг. не могла быть объектом научной критики. После смерти И.В. Сталина признали роль М.Н. Покровского и советских историков 1920-х гг. в развитии исторической науки. Расширению историографического поля способствовала и возможность работать в спецхранах с эмигрантской литературой.

В 1960 – 80-е гг. российский либерализм начала ХХ в. изучался в основном в русле истории «непролетарских» политических партий, что привело к появлению ряда историографических работ по данной проблематике, в центре которых было проблемно-хронологическое рассмотрение советской литературы на эту тему, выявление дискуссионных и малоисследованных аспектов . Досоветские и эмигрантские историко-публицистические и мемуарно-исследовательские работы рассматривались лишь как исторический источник в острокритическом, разоблачительном ключе. Особую роль для советской историографии играли взгляды В.И. Ленина на российский либерализм, которые неоднократно анализировались историками.

Первой серьезной работой историографического плана по либеральной тематике стало введение В.С. Дякина к своей монографии «Русская буржуазия и царизм в годы Первой мировой войны. 1914 – 1917» (Л., 1967). В центре внимания автора находилась теория «двух заговоров», впервые прозвучавшая в работах М.Н. Покровского и канонизированная в сталинские годы И.И. Минцем. Дякин блестяще показал несостоятельность этой теории, рассмотрел ее догматическое влияние на историческую литературу 1940 – 1960-х гг. В.Я. Лаверычев в историографическом введении к монографии «По ту сторону баррикад» (М., 1967) проанализировал советскую литературу о политической деятельности московской буржуазии в 1905 – 1917 гг. Одним из первых он обратил внимание на историографическую ценность работ послереволюционной эмиграции, в частности С.П. Мельгунова. Л.М. Спирин в монографии «Крушение помещичьих и буржуазных партий в России» (М., 1977) рассмотрел наиболее значимые работы советских авторов 1920 – 70-х гг. о «непролетарских» партиях, включая либеральные.

В 1970-е гг. Е.Д. Черменский проанализировал досоветскую (либеральную и меньшевистскую) и советскую историографию либерального движения начала ХХ в. , В.В. Шелохаев обстоятельно изучил советскую историографию либеральных партий времен Первой российской революции . В 1980-е гг. вышли обзорные статьи по советской историографии политических партий России, включая либеральные . Существенную роль в историографическом плане сыграла монография Н.Г. Думовой «Кадетская партия в период первой мировой войны и Февральской революции» (М., 1988), в которой оценка и критика трудов советских и зарубежных историков рассредоточена внутри авторского изложения материала. Острие критики Думовой направлено против тезиса о слабости и безволии российского либерализма, наиболее последовательно отстаивавшимся А.Я. Аврехом.

Историки КПСС предпринимали попытки создать обобщающие историографические работы, посвященные борьбе большевиков против «непролетарских» партий . Авторы рассматривали ленинское научно-теоретическое наследие по заявленной проблеме и анализировали в хронологическом порядке труды советских историков, изучение историографии либеральных партий уходило на второй план.

Большое внимание советские историки уделяли историографии трех российских революций. При этом сама логика научного развития требовала рассматривать работы политических противников большевиков. С.В. Тютюкин разобрал взгляды Г.В. Плеханова на революцию 1905 – 1907 гг., сыгравшие определенную роль в формировании меньшевистской концепции истории российского либерализма . О.В. Волобуев проанализировал идейно-теоретическую борьбу в досоветской историографии вокруг проблем революции 1905 – 1907 гг., рассмотрел либеральные, меньшевистские и народнические концепции революции на основе их сравнительно-историографического сопоставления . С.В. Тютюкин и О.В. Волобуев не искажали позицию политических противников большевиков, адекватно представляли их логику и систему взглядов.

Советские историки не испытывали сомнений в методологических принципах историографии – нужно было лишь сравнить все написанное исследователями с точки зрения марксистско-ленинской теории и официальных установок и указать на ошибки и отклонения. Отсюда назидательный, категоричный тон в адрес трудов предшественников. Историографический процесс рассматривался через призму освоения учеными ленинского наследия. Российский либерализм в этом наследии представал как буржуазная контрреволюционная сила, что и должны были показать советские историки, разоблачив все прочие «ненаучные» концепции. Подобный подход приводил к тому, что зачастую историография подменялась реферативным обзором литературы по той или иной теме, что было неизбежно в условиях, когда в основе всех советских работ лежали единые теоретико-методологические установки.

В современной исторической науке проблемы историографии российского либерализма начала ХХ в. специально почти не рассматриваются. Анализ трудов отечественных историков присутствует более или менее подробно лишь в историографических введениях к монографиям и диссертациям по истории российского либерализма либо рассредоточен внутри авторского изложения материала. Обычно обзор литературы проводится в обобщающе-тематическом ключе, когда вначале рассматриваются общие работы по теме, а затем специальные исследования, которые группируются по разным признакам: по авторской принадлежности, по типу и характеру издания, по масштабу обобщения материала, по хронологическим проблемным данным, по степени отражения темы исследования. Однако эти обзоры в подавляющем большинстве очень кратки, относятся они лишь к отдельным аспектам изучения либеральной проблематики и дают только фрагментарное, «мозаичное» представление о разработанности темы. Нередко историографический анализ подменяется аннотированной библиографией, работы предшественников недооцениваются, а порой не упоминаются. В постсоветский период наблюдается недооценка работ советских историков как написанных в условиях идеологического гнета. На этом основании некоторые современные авторы не считают нужным подробно разбирать труды предшественников, что позволяет им выглядеть в роли «первооткрывателей» тех тем и сюжетов, которые подробно рассмотрела советская историография.

Из немногочисленных специальных работ по историографии российского либерализма концептуальное значение имеет статья В.В. Шелохаева «Русский либерализм как историографическая и историософская проблема». В ней обобщен разноуровневый пласт научных разработок либеральной тематики в 1990-е гг., когда, по мнению автора, начался качественно новый этап в изучении либерализма как общемирового явления. Характерные признаки этого этапа: рост числа исследований и публикаций источников в этой области, подключение к работам представителей различных гуманитарных специальностей (философов, политологов, социологов), интеграция усилий зарубежных и отечественных исследователей. Появились и негативные тенденции – конъюнктурность ряда работ; автономность исследований, приводящая к слабой корреляции полученных данных; плюрализм подходов, приводящий к теоретической и историографической фрагментации проблематики, «размыву» ее контуров. Шелохаев проанализировал ключевые проблемы истории российского либерализма, обсуждавшиеся в обществоведческой, в основном историко-философской, литературе 1990-х гг., обосновал точку зрения на российский либерализм как «особый тип интеллектуального либерализма, возникший и формировавшийся, прежде всего, на теоретическом уровне в неадекватной среде» .

В 2007 г. В.В. Шелохаев обобщил итоги исследований либеральной тематики за последнее десятилетие, выделив основные тенденции: активное подключение к изучению российского либерализма новой генерации исследователей, творческое использование ими новейших концепций и методик, значительное расширение историографических проблемных полей, использование теоретических разработок в смежных гуманитарных отраслях знаний, введение в научный оборот новых пластов источников . В то же время ряд проблем по-прежнему нуждается в дальнейшем осмыслении и фактографической проработке. Это и проблемы, унаследованные от предыдущего периода (определение понятия «либерализм», дефиниции и периодизация собственно российского либерализма) и ставшие актуальными в последние годы: отсутствие единства в российском либерализме, проблема создания национал-либеральной партии, соотношение либерализма и демократизма, либерализма и социализма и др.

К работам, посвященным историографии более широкой проблематики, одним из компонентов которой является изучение либеральной тематики, относятся труды по историографии российских революций и политических партий. Определенную роль играют работы по историографии смежных проблем – земского самоуправления, Государственной думы, Временного правительства, российского политического масонства. В постсоветский период изучаются как российская историческая наука начала ХХ в., так и творчество ее наиболее заметных представителей, игравших немалую роль в либеральном движении . Анализируются идейно-теоретические и методологические взгляды либеральных историков, их исторические концепции . Началось изучение научного творчества советских историков, занимавшихся либеральной проблематикой, но пока оно ограничивается либо обзорными и юбилейными статьями, либо рассмотрением отдельных узких проблем. Определенную роль в историографическом процессе играют научно-аналитические обзоры Института научной информации по общественным наукам .

Начиная с 1960-х гг. советские историки активно изучали зарубежную (в основном англо-американскую) историографию трех российских революций, интерес к которой объяснялся не столько научными причинами, сколько потребностями идеологической борьбы. Заметное место занимал анализ зарубежной литературы по проблемам российского либерализма. Отметим монографии П.Н. Зырянова и В.В. Шелохаева «Первая русская революция в американской и английской буржуазной историографии» (М., 1976); Г.З. Иоффе «Февральская революция 1917 года в англо-американской буржуазной историографии» (М., 1970); Б.И. Маркушина, Г.З. Иоффе, Н.В. Романовского «Три революции в России и буржуазная историография» (М., 1977) и др. В них сопоставлены взгляды советских историков с их зарубежными коллегами, показана взаимосвязь западной историографии либерализма с концепциями российской эмиграции, проанализированы работы эмигрантских историков.

В 1990-е гг. сотрудничество российских и зарубежных историков вышло на качественно новый уровень. Книги и статьи зарубежных авторов стали выходить на русском языке, без участия иностранных гостей не обходится ни один значимый научный форум. Можно отметить историографические статьи Ш. Галая о кадетской партии и М.А. Бирмана об изучении творчества П.Н. Милюкова , работы М. Стокдейл, С. Брейяра, Т. Бона о П.Н. Милюкове и др.

Проведенный анализ степени изученности темы показывает, что единой сводной историографической работы по истории российского либерализма начала ХХ в. на сегодняшний день нет. Все имеющиеся историографические разделы в монографиях и диссертациях, специальные исследования посвящены отдельным аспектам темы либо освещают ее в узких хронологических и региональных рамках, либо имеют косвенное отношение к проблематике. Ни в одной из историографических работ не содержится комплексного и полного анализа досоветской, эмигрантской, советской и современной историографии данной темы.

 Во втором параграфе анализируется источниковая база данного исследования, представленная комплексом разнообразных историографических и исторических источников, которые должны в своей совокупности обеспечить работе репрезентативность и научную достоверность. Использованные источники можно разделить на три основные группы с точки зрения задач исследования: 1) историографические источники, т.е. научные работы, учебные пособия, справочно-библиографические труды; 2) материалы, сочетающие в себе признаки как исторических, так и историографических источников, т.е. историко-публицистическая и мемуарно-исследовательская литература, созданная непосредственными участниками событий; 3) исторические источники, т.е. разнообразные документальные материалы и воспоминания, дневники, письма по истории российского либерализма.

Подобное деление условно, поскольку встречаются источники, сочетающие в себе все три группы. Например, классическая дореволюционная научная работа Б.Б. Веселовского «История земства за 40 лет» содержит как публицистические размышления автора о земском либерализме, так и значительное число впервые публикуемых документов. Порой невозможно провести четкую грань между научной, историко-публицистической и мемуарно-исследовательской работой – «История второй русской революции» П.Н. Милюкова включает в себя все эти аспекты. В этой связи уместнее говорить не о делении источников на историографические и исторические, а о достаточно обширной группе разнообразных источников, позволяющих изучить историографию российского либерализма.

Основную группу образует научная историческая литература о либеральном движении в России, которая различается не только по жанрам (монографии, коллективные работы, брошюры, статьи, диссертационные исследования), но и по характеру (те работы ученых, которые посвящены специальному рассмотрению темы, и те их труды, в которых тема затрагивается лишь попутно, в связи с освещением других сюжетов), и по происхождению (научные произведения, изданные в досоветское, советское и постсоветское время, в эмиграции). При анализе также использованы работы по вопросам общественно-политической  истории  России  начала  ХХ в., которые имеют отношение к истории российского либерализма.

В целом научная литература – это громадный и разноплановый комплекс работ. Нами привлечено свыше 400 монографий, сборников статей, учебных пособий, около 500 отдельных статей (не считая десятков статей, входящих в сборники), более 300 диссертационных работ. Научные работы неравноценны по своему значению. Поэтому степень использования каждой из них неодинакова – от простого упоминания в сноске или приложениях до обстоятельного анализа. Главное внимание обращалось на исследования, оставившие заметный след в историографии новизной постановки проблематики, теоретико-методологических подходов к изучаемым процессам, материала, глубиной анализа источников; оказавшие влияние на работы современников и последующие труды; положившие начало разработке того или иного вопроса, а также на те из них, которые могут привлечь внимание специалистов в будущем. Информативные возможности данного комплекса источников хорошо известны историографам. Как правило, в литературе отмечается преимущество монографии перед любыми другими исследованиями, которое заключается в возможности наиболее полно раскрыть ту или иную концепцию.

Диссертационные исследования также относятся к важнейшим историографическим источникам. «Диссертационный срез» дает достаточно полное и объективное представление по целому ряду параметров: изменения в источниковой базе, расширение или сужение проблемного поля исторических исследований в интересующей нас области; степень изученности отдельных аспектов либеральной проблематики; новации в области методологии, методики, категориального аппарата; возникновение новых направлений в разработке истории российского либерализма.

Особенно ценным видом источника являются материалы научных конференций, круглых столов на которых в концентрированном виде  сосредоточены выводы отечественных историков по проблемам истории либерализма. В совокупности этот вид источников помогает определить основные тенденции общероссийской и региональной научной мысли в исследовании российского либерализма; обратить внимание на недостаточно полно рассмотренные вопросы, а также выявить круг авторов, занимающихся изучением проблемы. В качестве источников привлекались работы общеисторического, историографического и историко-методологического характера, в той или иной степени касающиеся истории либерализма. Важным источником является и учебная литература, тесно связанная с научной. Созданная с учетом новых достижений исторической науки, она не только изменяется вместе с ее развитием, но и отражает процесс этого развития.

Особая группа источников – историко-публицистическая и мемуарно-исследовательская литература, созданная современниками событий, которая в настоящем исследовании рассматривается в качестве историографического источника. Такой подход представляется правомерным: во-первых, на ее страницах зародились и получили первое обоснование основные подходы к истории российского либерализма начала ХХ в.; во-вторых, она отражала не только общественные настроения, но и основные тенденции развития исторической науки и, как показывает настоящее исследование, оказывалась во многом сходной с профессиональной историографией в плане тех принципов, согласно которым выстраивались представления о либеральном движении в России. В либеральном движении участвовали многие профессиональные историки, написавшие большое количество историко-публицистических и мемуарно-исследовательских произведений, близких к научным исследованиям. Подобно научной литературе данные материалы можно подразделить по жанрам (брошюры, статьи), характеру (работы, посвященные специальному рассмотрению темы, и труды, затрагивающие ее мимоходом) и происхождению (досоветская, советская, эмигрантская).

К этой группе примыкают мемуары и дневники представителей либерального движения и их противников. На страницах мемуарной литературы отразились многие характерные тенденции исторического сознания того времени, часто именно в мемуарах формулировались исторические концепции, которые впоследствии разрабатывались профессиональными историками. Думается, что указанное обстоятельство позволяет рассматривать мемуары не только как исторический, но и как историографический источник. Анализ данной группы источников позволяет рассмотреть оценку участниками событий либерального движения как самостоятельного явления в политической истории России и соотнести их с другими группами источников (интерпретация проблем, обсуждаемых в мемуарной литературе, в документальных публикациях, в монографических и других исследованиях). К отдельной группе источников относятся воспоминания российских историков о работе в советское время. В них показана общественно-политическая ситуация, влиявшая на научное творчество, атмосфера в научных кругах и др.

Издания библиографического характера, рецензии и справочно-энциклопедическая литература стали еще одной группой историографических источников, позволяющих проследить степень библиографической обеспеченности темы и современный уровень библиографирования исторической литературы по истории либерализма, а также степень отражения различных аспектов темы в изданиях справочного характера: энциклопедиях, справочниках, словарях. На сегодняшний день нет издания, в котором была бы представлена полная библиография отечественной литературы по истории российского либерализма. Составление такой библиографии – важная задача для исторической науки. Думается, наша работа внесет определенный вклад в ее решение. В нашем исследовании мы сознательно ограничили круг историографических источников и не использовали целый ряд публикаций по истории российского либерализма, которые можно поделить на две группы. Первая – многочисленные тезисы и статьи к кандидатским и докторским диссертациям, основные положения которых более подробно раскрываются в самих диссертациях. Вторая – публикации, не вносящие ничего нового в изучение либерализма. В последние годы их немало – некоторые историки дублируют выводы и положения, разработанные их предшественниками.

Отсутствие библиографических указателей по истории российского либерализма частично компенсируется работами по смежным темам: издательская и журналистская деятельность политических партий  начала  ХХ в., Гражданская война, эмиграция и др. Лучше обстоит дело с литературой справочно-энциклопедического характера. Существуют биографические справочники по политическим деятелям России начала ХХ в., российскому зарубежью, отечественным историкам. Серьезное значение имеют уникальные энциклопедии по истории политических партий России начала ХХ в. и российского парламентаризма, подготовленные коллективом авторов под руководством В.В. Шелохаева .

Для полноценного анализа и проверки выводов отечественных историков в нашем исследовании использован комплекс разнообразных исторических источников, которые делятся на документальные и нарративные. К первой группе относится документальное наследие либерального движения кануна Первой российской революции, либеральных протопартийных и партийных структур. Ко второй – источники личного происхождения: дневники, воспоминания и письма либералов и других участников политических событий начала ХХ в., которые, как правило, являются одновременно историческими и историографическими источниками. Наше исследование опирается на опубликованные исторические источники по истории российского либерализма, поскольку их объем и характер достаточен для проведения верификации выводов историков.

Для обоснования данного положения в работе рассмотрен процесс накопления фактического материала по истории российского либерализма начала ХХ в., который теснейшим образом связан с археографической деятельностью исследователей. Публикация источников не только отражает развитие источниковой базы, но и служит важнейшим индикатором общественного, научного интереса к проблеме.

В 1920-е гг. ранняя советская историография отличалась широкой публикаторской работой. Несмотря на слабый уровень археографический подготовки многих публикаций, неразработанность теоретических и методических вопросов, в 1920-х – начале 1930-х гг. в Советской России в журнале «Красный архив» был опубликован ряд документов по истории российского либерализма. Некоторые материалы по политической истории России начала ХХ в. выходили отдельными изданиями . Кроме того, в 1920-е гг. в СССР полностью или в отрывках публиковались воспоминания С.Ю. Витте, М.В. Родзянко, В.Д. Набокова, П.Н. Милюкова и др. С начала 1930-х и до конца 1980-х гг. публикация документального и мемуарного наследия российских либералов (за редкими исключениями ) стала невозможной.

Ситуация кардинально изменилась на рубеже 1980 – 90-х гг. в связи с общественно-политическими изменениями в стране. С 1990 г. В.В. Шелохаев и Д.Б. Павлов на страницах «Вопросов истории» стали публиковать документы ЦК ПНС, а с 1991 г. в «Истории СССР» – документы Союза 17 октября. Это стало первым шагом к многотомной серии «Политические партии России. Документальное наследие». Многие тома включают в себя источники по истории российского либерализма. На сегодняшний день изданы материалы о либеральном движении кануна Первой российской революции, протоколы ЦК и заграничных групп кадетской партии, материалы ее съездов и конференций, документальное наследие октябристов, партий демократических реформ, мирного обновления, прогрессистов, небольших партий российских промышленников и предпринимателей, Всероссийского Национального Центра . Каждый том сопровождается научно-аналитическими вводными статьями, заключениями и обширными комментариями, которые вносят самоценностный вклад в изучение поставленных проблем. В итоге создана фундаментальная база для объективного исследования всех сторон развития российского либерализма начала ХХ в. Многочисленные документы, вошедшие в публикации, позволяют документально подтвердить или опровергнуть как теоретические положения современных российских историков, так и свидетельства участников событий.

В постсоветский период широко публикуется мемуарное наследие российской эмиграции, издается немало не опубликованных работ. Таким образом, можно констатировать большие успехи отечественной историографии в сфере публикации источников документального и мемуарного характера по истории российского либерализма, что создает хорошую источниковую базу как для современных исследований, так и для нашей работы с точки зрения проведения верификации выводов историков.

В третьем параграфе анализируются теоретико-методологические подходы к изучению российского либерализма начала ХХ в. В их основе лежат три ведущих направления общественной мысли: консерватизм, либерализм и социализм.

В основе консервативного взгляда на либерализм лежит системообразующая идея о том, что либерализм как порождение западной цивилизации несвойствен историческим реалиям России, идущей своим путем. Либеральные идеи, пересаженные на российскую почву, оказались догматическими и отвлеченными, их усвоила оторванная от народа интеллигенция, взявшая курс на борьбу с исторической властью (монархией). Эта борьба способствовала крушению старого порядка, что в свою очередь расчистило дорогу большевикам. При таком подходе либералы являются едва ли не главными виновниками российской драмы начала ХХ в. Данные теоретические установки определили как «обличительную», «обвинительную» направленность, так и тематику работ о либералах. Авторы консервативного направления никогда не считали нужным серьезно анализировать систему взглядов и ценностей российских либералов, идеологию и программатику их политических партий. В досоветский период эта тематика рассматривалась лишь на памфлетно-публицистическом уровне, в современных работах почти полностью отсутствует. Главное, что интересует в российском либерализме авторов данного направления, – это практическая деятельность либеральной оппозиции с точки зрения выявления ее роли в революционном процессе начала ХХ в.

Либеральная теоретическая мысль исходит из приоритета прав личности, которые могут реализоваться в рамках гражданского общества и правового государства. Важнейшая цель либерализма заключается в обеспечении мирного эволюционного развития общества с учетом интересов различных классов и социальных групп. При таком подходе российские либералы начала ХХ в. предстают в качестве реформаторов, разработавших свою модель общественного переустройства России и стремившихся претворить ее в жизнь. Отсюда вытекает необходимость изучения всего круга проблем, связанных с историей российского либерализма, что возможно на основе комплексного и системного подходов.

Из всех направлений социалистической общественной мысли наибольшую роль в изучении либерализма сыграл марксизм, ставший теоретико-методологической основой для всей советской историографии. Заложенная в марксизме методология классового подхода требовала рассматривать все явления общественной жизни с точки зрения классовой борьбы. Либерализм понимался как идеологическое обоснование господства буржуазии и как буржуазное общественно-политическое течение. В этой системе координат российские либералы начала ХХ в. выглядели как сторонники капиталистического развития страны, стремившиеся, с одной стороны, провести умеренные буржуазные реформы, а с другой – не допустить социальной революции. Советские историки на конкретно-историческом материале должны были доказать буржуазную классовую природу либерализма и контрреволюционный характер его деятельности. Эти ведущие тезисы предопределили «разоблачительный» характер исторических работ, их концептуальную и тематическую направленность.

В изучении истории российского либерализма четко прослеживается влияние политики, идеологии на формирование научных концепций. Речь идет не столько о прямом социальном заказе, что было характерно для досоветского и советского периодов, сколько об определенных мировоззренческих установках авторов, диктовавших им взгляд на либерализм. Многие историки исходили из заранее сконструированной модели, вытекавшей не из анализа всего комплекса источников, а из «идеи», требовавшей подбора соответствующих фактов. Главным и наиболее серьезным недостатком значительной части научных трудов по либеральной тематике был априоризм – иллюстрация источниками заранее сформулированной концепции. Общественно-политическая обстановка, сложившаяся вокруг либеральной тематики в досоветский, советский периоды и в эмиграции, не позволяла отказаться от априорной методики. В результате исследователи находили в истории российского либерализма именно то, что и полагалось найти, подгоняя не вполне «подходившие» данные под уже сложившуюся априори картину. Поэтому историография российского либерализма не является линейным процессом, при котором расширение исторических знаний автоматически ведет к развитию и углублению исторической мысли.

Начиная с 1930-х гг. советская историография исходила из положения о противостоянии в дореволюционной России двух политических лагерей: рабочего класса и крестьянства, с одной стороны, царизма и буржуазии – с другой. В одной группе с правительством оказались либеральные партии, чья роль заключалась в помощи самодержавию подавлять революцию. В числе главных характеристик либерального движения назывались антиреволюционная направленность и монархизм. Подчеркивалась враждебность либерализма революционности и демократизму, боязнь масс, политическая несамостоятельность. После смерти И.В. Сталина в советской историографии утвердилось мнение о существовании в дореволюционной России трех политических лагерей: правительственного, либерально-буржуазного и революционно-демократического, что вытекало из ленинской публицистики и методологии классового подхода. Историки стали видеть в либералах отдельную политическую силу, имевшую свои цели и программу, далеко не во всем совпадавшие с интересами самодержавной власти. В то же время принципиальное отношение к либералам не изменилось – тезисы об их «буржуазности» и «контрреволюционности» никто не ставил под сомнение, все характеристики либерализма по-прежнему оказывались производными от его классового характера.

«Буржуазность» доказывалась анализом социального состава либеральных партий, в среде которых несложно было найти общественные группы, характеризовавшиеся советскими историками как «буржуазные». «Контрреволюционность» доказывалась сопоставлением деятельности либералов с тактикой большевистской партии, являвшейся своеобразным эталоном «революционности». Любые шаги либералов, направленные на разрешение социальных противоречий мирным путем, на достижение компромисса с властью, рассматривались как защита существующего строя, как стремление укрепить власть буржуазии. Тем не менее переход к теории «трех лагерей» был существенным шагом вперед, поскольку позволял более адекватно изучать российский либерализм – его уже не смешивали с правительственным лагерем. Все лучшие достижения советской историографии в этой области опирались на данную теорию, появление которой совпало по времени с периодом «оттепели» и попытками послевоенного поколения советских историков творчески отнестись к марксистской парадигме.

Крушение советского строя привело к неизбежному пересмотру теоретико-методологических подходов исторической науки. Одни историки стали отвергать когнитивно-методологические основы всей советской исторической науки, следствием чего зачастую стала определенная методологическая рассеянность и уход в поисках «объективных», «достоверных» фактов в нарративную описательную историю. Другие продолжали и обновляли советскую историографическую традицию, сочетая этот подход с попытками ее критического осмысления. С другой стороны, многие исследователи стали осваивать идеи, концепции, подходы западной историографии и воплощать их в конкретных исторических исследованиях. Все эти тенденции характерны и для историографии российского либерализма. Большинство работ, написанных по данной тематике, не претендуя на какое-либо методологическое новшество, следуют в русле традиционной позитивистской историографии, в которой принято отдавать приоритет документально выверенному факту.

Важнейшая теоретико-методологическая проблема современной историографии заключается в определении содержания понятия «либерализм». На постсоветскую историографию существенное влияние оказали эмигрантские дискуссии на эту тему, инициированные в 1920-е гг. В.А. Маклаковым. Он предложил понимать под либералами людей, выступавших за эволюционное развитие России по западному пути. Для Маклакова либерализм как эволюционное течение не может иметь ничего общего с революцией, а если он имеет это общее – он изменяет себе. Отсюда следуют обвинения в адрес кадетской партии, которая своей радикальной тактикой изменила либерализму, перейдя на сторону революции. Такой подход вызвал возражения П.Н. Милюкова, считавшего недопустимым переносить главное ударение с программатики на тактику, не останавливаясь при этом на содержании либеральных идеалов, не видя их отличий от революционной идеологии. По его мнению, нельзя ставить достижение цели в безусловную зависимость от способа действия, революционером может стать при известных обстоятельствах и либерал. В современной историографии некоторые авторы пошли за Маклаковым, не учитывая, что радикальная тактика ПНС во многом обуславливалась конкретно-исторической обстановкой начала ХХ в.

Эмигрантский историк середины ХХ в. В.В. Леонтович приложил консервативно-либеральный подход к понятию «либерализм», согласно которому настоящим, подлинным либерализмом является исключительно консервативный либерализм, базирующийся на идее приоритетности частной собственности, гражданской свободы и историческом традиционализме. При этом политическая свобода выступает лишь как «дополнение» свободы гражданской, представляя собой ее «единственно действенную гарантию» . Метод либерализма заключается в таком устранении всех помех личной свободе, которое не допускает насильственного переворота или разрушения. Поскольку Леонтович в своей работе реализовал преимущественно институциональный подход, избрав главным предметом изучения процессы становления частной собственности, гражданской и политической свободы, то и основным действующим лицом в его книге стало либерализующееся государство. Он находил элементы подлинного либерализма во взглядах и поведении самодержавных монархов и представителей высшей бюрократии. При таком подходе «истинными» либералами являлись лишь те политические силы, партии, которые стремились оказать поддержку власти в деле проведения реформ (например, октябристы). Кадетскую партию Леонтович считал не либеральной, а радикальной за ее конфронтационное отношение к существующей власти.

Как инструментальный подход В.А. Маклакова (либерализм как инструмент эволюционных преобразований), так и институциональный подход В.В. Леонтовича существенно потеснили в 1990-е гг. традиционный советский взгляд на либерализм как буржуазную идеологию. В то же время многие исследователи, не приняв теоретических построений эмигрантских авторов, стремились найти инвариантное ядро либерализма, опираясь на систему взглядов самих либералов. Серьезные теоретико-методологические дискуссии на эту тему велись не только историками, но и философами, социологами, политологами и другими представителями гуманитарных наук.

В.В. Шелохаев проанализировав различные подходы к определению понятия «либерализм», пришел к выводу, что системообразующей в либерализме является идея индивидуальной свободы, а все остальные структурные элементы, составляющие систему либеральных ценностей, выполняют «ролевые функции предпосылок и условий для наиболее адекватной самореализации человека» . Эта точка зрения получила признание в науке. А.Н. Медушевский, считая системообразующим для либерализма понятие прав личности, отмечает, что конкретная программа либерализма меняется в соответствии с тем, дефицит каких прав (экономических, социальных, политических, религиозных) особенно ощутим для данного общества. Отсюда и вытекает давно отмеченное противоречие: «постоянное изменение форм либеральной идеологии и даже некоторых ее содержательных параметров» . Л.И. Новикова и И.Н. Сиземская понимают под либерализмом особый тип социально-политического развития, вписывающийся в некоторую парадигму, идейные установки которой имеют постоянное инвариантное ядро. В основе этой парадигмы лежит признание абсолютной ценности человека, приоритет свободы и интересов отдельной личности по отношению к обществу, предпочтение методов эволюционно-реформистских преобразований общественных структур методам радикальным, взрывным, революционным .

Данный теоретический подход заставляет пересмотреть традиционный марксистский взгляд на буржуазию как главный социальный носитель либеральных ценностей. Б.Г. Капустин считает, что у либеральной идеологии и либерального политического действия нет «привилегированного» социального носителя и политического субъекта, та или иная группа становится носителем либерализма не вследствие каких-то ее «имманентных» свойств, а когда «при данных параметрах данной ситуации она видит возможность удовлетворения своих устремлений в установлении политико-правового режима равной свободы для всех (во всяком случае, политически значимых) общественных групп» . Подобный подход объясняет тезис о «внеклассовости» кадетской партии и показывает ограниченность марксистской методологии с точки зрения привязки либерализма к определенному социальному слою – буржуазии.

Итак, в целом в отечественной историографии российского либерализма начала ХХ в. представлены три основные концепции: либеральная, консервативная и социалистическая. В этой связи задача историографа заключается в анализе того, насколько адекватно представители различных теоретико-методологических подходов изучали российский либерализм. Критерии научности или несостоятельности любого подхода заключаются  в степени их соответствия объективной логике исторического развития, иными словами, их истинность и научность будет прямо пропорциональна мере их адекватности изучаемым явлениям.      Во второй главе охарактеризованы основные этапы отечественной историографии российского либерализма начала ХХ в. В первом параграфе показано, что историографическая традиция изучения российского либерализма начала ХХ в. берет свое начало в период Первой российской революции в работах представителей различных политических партий. Досоветские работы нельзя отнести к исторической науке в академическом смысле этого слова. Они несли на себе отпечаток публицистичности, политической полемики. Для авторов того времени главным было не столько объективно изучить российский либерализм, сколько дать ему ту или иную общественную оценку, напрямую зависящую от политических взглядов автора.

      Тем не менее работы досоветского времени оказали существенное влияние на последующие исторические исследования. В них рождались и развивались исторические концепции, интерпретировались уже известные факты с различных идейных позиций, этими статьями и книгами вводился в оборот новый фактический материал. Авторы того времени были, как правило, участниками описываемых событий, и поэтому их работы носили отчасти и мемуарный характер. Важная особенность досоветских работ – ограниченная источниковая база. Все, кто писал о либералах, за исключением их самих, могли опираться лишь на опубликованные материалы.

      В досоветский период земско-либеральное движение рассматривалось в трудах И.П. Белоконского, Б.Б. Веселовского, Д.И. Шаховского. Изучение истории либеральных политических партий велось в рамках одинаковой для разных политических направлений тематики: программные требования либералов и их деятельность в Государственной думе. К наиболее серьезным работам относятся некоторые меньшевистские («Борьба общественных сил в русской революции», «Общественное движение в России в начале ХХ века») и кадетские («Первая Государственная дума», Винавер М.М. «Конфликты в первой думе», Каминка А.И., Набоков В.Д. «Вторая Государственная дума» и др.) издания. Несмотря на свою политическую ангажированность в них присутствовали элементы научного анализа. Представители консервативного направления общественной мысли, правые либералы, народнические авторы серьезной роли в изучении истории российского либерализма не сыграли. Работы В.И. Ленина и большевистская публицистика стали методологической основой всей советской историографии.

      Во втором параграфе раскрывается вклад российского зарубежья в изучение либеральной тематики. Основным жанром эмигрантской литературы по истории российского либерализма являлись мемуары. Их характеризовало стремление авторов выйти за классические рамки жанра, поделившись с читателями не только воспоминаниями, но и собственной интерпретацией пережитых событий, что превращало многие работы в мемуарно-исследовательские. Это относится к трудам П.Н. Милюкова, А.А. Кизеветтера, В.А. Маклакова, А.Ф. Керенского, В.М. Чернова и др. В эмиграции появилось и небольшое количество собственно научных работ по истории российского либерализма (С.П. Мельгунов, В.В. Леонтович, Г.М. Катков, М.М. Карпович и др.), которые внесли свой вклад в изучение проблемы.

      В отличие от советской, эмигрантская историография не могла похвастаться глубоким фактологическим изучением роли либеральной оппозиции. Эмигрантские авторы были отрезаны от архивов, оставшихся в Советской России, что определило узость их источниковой базы и довольно ограниченную тематику работ, носивших по преимуществу историософский характер. Размышления над российским либерализмом явно превалировали над его изучением, а многие высказанные гипотезы не подкреплялись конкретно-историческим материалом.

      Казалось бы, эмигрантские авторы, не знавшие строгостей советской цензуры, должны были писать свои работы более объективно, чем их советские коллеги, вынужденные опираться на ленинские цитаты. Но этого не случилось. Вместо адекватного изучения революционных потрясений эмиграция с начала 1920-х гг. занялась поиском виновных в крушении империи. Сразу же определились две противостоящие друг другу концепции: консервативная, согласно которой Россию погубили либералы своей борьбой с исторической властью, и либеральная, по которой главный виновник революции – монархия, не пожелавшая вовремя пойти на необходимые реформы и своей бездумной политикой оттолкнувшая от себя общество. Именно в рамках этих двух концепций и выходило подавляющее большинство мемуарно-исследовательских, историко-публицистических и собственно научных работ. Представители социалистической историографии, в отличие от досоветского периода, большой роли в изучении либерализма не сыграли.

      В третьем параграфе анализируется советская историография. После Октябрьской революции историческая наука стала частью государственной идеологии, что определило основные сюжеты и подходы исследователей к истории российского либерализма. Советская историография традиционно делится на три периода: 1920-е – начало 1930-х гг.; середина 1930-х – середина 1950-х гг.; конец 1950-х – 1980-е гг. Такое деление исходит из общественно-политических условий, в которых работали историки.

      Начиналась советская историография в 1920-е гг. с работ историко-публицистического и мемуарно-исследовательского характера. Полноценные научные исследования не могли появиться в первые годы советской власти из-за недостаточной разработки источниковой базы и нехватки квалифицированных кадров. Первые советские публикации носили главным образом агитационно-пропагандистский характер и были направлены на разоблачение либералов как организаторов контрреволюции. Первый период советской историографии не дал фундаментальных исследований по истории российского либерализма начала ХХ в. Наиболее серьезно данной проблематикой занимались С.Е. Сеф и Б.Б. Граве.

      С начала 1930-х гг. власть стала все больше устанавливать идеологический контроль над наукой. Первый том «Истории гражданской войны в СССР» стал символическим началом сталинского этапа советской историографии, который характеризовался узкими, директивно ограниченными рамками исследовательской проблематики. Доступ к архивным документам был существенно затруднен, о серьезном изучении российского либерализма в это время не могло быть и речи. Второй период развития советской исторической науки не дал сколько-нибудь фундаментальных работ по интересующей нас теме, за исключением работ Е.Д. Черменского о российских либеральных партиях в 1905 – 1907 гг. и в IV Государственной думе. Публикации других историков по этой теме немногочисленны.

      Начиная со второй половины 1950-х гг. советские историки стали постепенно пересматривать некоторые упрощенные и ошибочные представления первых томов «Истории гражданской войны в СССР» и «Краткого курса истории ВКП(б)». И хотя этот пересмотр был строго ограничен рамками господствующей идеологии, он дал серьезный толчок развитию исторической науки. Важным фактором стала возможность вновь использовать в своих работах широкий круг источников, в первую очередь архивных. По-настоящему новаторские работы стали выходить с середины 1960-х гг., причем новые идеи, как правило, высказывали те историки, кто сформировался как исследователь в период «оттепели».

      В третий период развития советской историографии (1956 – 1991 гг.) история российского либерализма изучалась довольно интенсивно. Этот период можно условно разделить на три подпериода:

  • вторая половина 1950-х – 1960-е гг. В это время происходит отход историков от сталинских догм и утверждаются научные подходы к исследованию российского либерализма. Важнейшие работы этих лет – монографии А.Я. Авреха, В.С. Дякина, ВЯ. Лаверычева;
  • 1970-е – первая половина 1980-х гг. Это время характеризуется серьезным изучением многих проблем истории российского либерализма. Высшие достижения – работы Н.М. Пирумовой и К.Ф. Шацилло о либеральном движении конца ХIХ – начала ХХ в., В.В. Шелохаева и Н.Г. Думовой о кадетской партии. Своеобразным подведением итогов стал первый обобщающий труд – «Непролетарские партии России. Урок истории»;
  • вторая половина 1980-х – 1991 гг. В это время под влиянием перестроечных процессов происходит постепенное раскрепощение исторической науки, расширяется проблематика исследований, создаются условия для объективного изучения российского либерализма. Лучшие работы этого времени – монографии В.В. Шелохаева и Н.Г. Думовой.

      Тематика советских исследований отличалась разнообразием: земско-либеральное движение конца ХIХ – начала ХХ в., деятельность основных либеральных политических партий, роль либералов в работе Государственной думы, Временного правительства, участие в Гражданской войне и т.п. Недостаточно изучались политические биографии лидеров общественного движения, деятельность либеральных партий в различных регионах страны. Основной комплекс источников по истории либерализма был введен в научный оборот и активно использовался, несмотря на почти полное отсутствие публикаторской работы. Все появившиеся с середины 1950-х гг. до конца 1991 г. исследования, так или иначе освещавшие интересующую нас тему (около 90 монографий и 200 статей), можно условно разделить на четыре группы:

  • работы, посвященные непосредственно российскому либерализму: 2 монографии о земско-либеральном движении конца ХIХ – начала ХХ в. (Н.М. Пирумова, К.Ф. Шацилло), 7 монографий о либеральных политических партиях (В.В. Шелохаев – 3, Н.Г. Думова – 2, Е.Д. Черменский – 1, В.Я. Лаверычев – 1), 3 монографии о различных аспектах деятельности либералов (В.И. Старцев, Н.А. Балашова, А.Г. Слонимский);
  • исследования, посвященные близкой тематике, в которых история либерализма изучалась как важнейшая составная часть. Большинство из этих работ посвящено внутренней политике самодержавия и Государственной думе (6 книг А.Я. Авреха, 3 – В.С. Дякина, монографии Е.Д. Черменского о IV Государственной думе, С.М. Сидельникова, И.В. Алексеевой), Временному правительству (трилогия В.И. Старцева), «непролетарским» политическим партиям (3 книги Л.М. Спирина, монографии В.В. Комина и Х.М. Астрахана);
  • работы, посвященные смежным сюжетам, в которых затрагивались отдельные аспекты истории либерализма. Это публикации, посвященные внутренней политике самодержавия, Государственной думе, революционным событиям, Гражданской войне. В численном плане их довольно много (более шестидесяти монографий), но уровень раскрытия либеральной тематики различен – от серьезных разделов в монографиях до простого упоминания отдельных фактов;
  • работы о борьбе большевиков с либералами. Это в основном статьи и диссертационные исследования. Самая известная монография в этой группе принадлежит В.А. Кувшинову.

      Начиная со второй половины 1930-х гг. и до конца 1991 г. было защищено около 90 диссертаций, связанных с либеральной тематикой. Из них непосредственно по истории российского либерализма было защищено не менее 18 кандидатских и 6 докторских диссертаций. Четыре историка защитили по либеральной проблематике как кандидатскую, так и докторскую диссертацию (Е.Д. Черменский, А.Я. Аврех, В.В. Шелохаев, Н.Г. Думова). Вклад советской историографии в изучение истории российского либерализма значителен как по количественным, так и по качественным показателям. Несмотря на жесткий идеологический контроль, советские историки заложили историографический фундамент изучения данной проблематики в современной России. Главная заслуга советской историографии – введение в научный оборот значительного фактического материала по истории российского либерализма.

В четвертом параграфе рассматривается постсоветская историография. В нем показано, как на рубеже 1980 – 90-х гг. в советской, а затем российской исторической науке начался новый этап изучения либерализма, что связано с падением идеологических ограничений и расширением источниковой базы. Процесс обновления исторической науки стал развиваться в двух направлениях: 1) освоение новой проблематики, прежде недоступной для исследования; 2) переосмысление сделанного ранее. Применительно к истории российского либерализма эти направления пересекаются. Например, изучая политические биографии лидеров либерального движения (тема, практически отсутствовавшая в советской историографии), историки одновременно и переосмысливают прежние подходы к изучению либерализма.

Ведущая роль в изучении российского либерализма в постсоветский период принадлежит В.В. Шелохаеву и историкам его школы. (Д.В. Аронов, Н.И. Канищева, Л.В. Селезнева, И.В. Нарский и др.), которые вывели изучение данной проблематики на качественно новый уровень. В настоящее время российский либерализм рассматривается историками как сложносоставное социокультурное явление, идет изучение процесса формирования и эволюции либерализма в контексте трансформирующейся исторической среды.

Проведенный нами анализ современной научной литературы показал, что история российского либерализма широко изучается как по количественным показателям, так и по тематике исследований. За период с 1992 г. вышло в свет более 60 монографий и значительное число статей по данной проблематике. С одной стороны, продолжается разработка традиционных для отечественной историографии аспектов истории либерализма: земско-либеральное движение конца ХIХ – начала ХХ века; деятельность либеральных политических партий; роль либералов в парламенте и органах местного самоуправления, во Временном правительстве, в организации и деятельности антибольшевистских правительств и т.п. С другой стороны, предметом исследований становятся темы, которые советская историография либо вообще не замечала, либо уделяла им мало внимания: мировоззренческая парадигма либерализма, его социальная доктрина, политическая концепция, философские позиции отдельных представителей. Активно изучаются политические биографии лидеров либерального движения, особенности их идеологических воззрений.

По нашим подсчетам за 1992 – 2009 гг. было защищено около 150 диссертаций (20 докторских, 130 кандидатских) по истории российского либерализма. Бесспорный лидер по тематике – история либеральных политических партий, причем в этой группе большинство кандидатских работ посвящено деятельности партийных организаций в различных регионах страны. Новаторские работы в этой сфере появлялись в том случае, если исследователь подходил к проблеме комплексно. Так, О.А. Харусь рассмотрела все проблемы либерального движения в довольно большом регионе – Сибири, а И.В. Нарский изучил всю систему провинциальной партийности на Урале.

Другая особенность «диссертационного среза» – рост числа работ с анализом взглядов и политической деятельности лидеров либерального движения. Эта тематика в настоящее время является одной из ведущих. Активно изучается идейно-политическая доктрина российского либерализма. Как и в советское время, большинство исследователей защищается по историческим наукам. Но наблюдается рост работ по философским, политологическим, юридическим и другим отраслям гуманитарного знания, причем большинство из них посвящено либеральной идеологии.

Третья глава посвящена изучению историками идеологических и организационных основ либерального движения. В первом параграфе анализируются проблемы взаимосвязи старого и нового либерализма в отечественной историографии. Показан генезис термина «новый либерализм» в социал-демократической публицистике начала ХХ в., видевшей главное отличие старого либерализма от нового в их классовой основе: первый опирался на помещиков, отражая их сословные интересы, а последний – на новую буржуазную интеллигенцию, выражая интересы капиталистического развития страны. Большевистские авторы подчеркивали контрреволюционную сущность либерализма, стремились сблизить различные либеральные течения друг с другом и с консервативными силами. Меньшевики противопоставляли старый и новый либерализм, подчеркивая демократический характер последнего. Оба этих направления получили развитие в советской историографии.

Либеральная историография исходила из существования в России двух борющихся лагерей: за конституцию (прогрессивного) и против нее (реакционного). Либеральное движение рассматривалось как составная часть освободительного движения, из чего вытекали сглаживание принципиальной разницы между либеральным и революционным движением, подчеркивание единства различных либеральных течений. Суть расхождений между социал-демократической и либеральной парадигмами заключалась в оценке сущности либерального движения. Для социал-демократов либерализм – классовое явление (отсюда и деление на старый помещичий и новый буржуазный либерализм). По мнению либералов, освободительное движение (включая либеральное) выражало общенациональные, надклассовые интересы, являлось демократическим и социальным.

В советской историографии высказывались разные точки зрения. Е.Д. Черменский считал, что до 1905 г. либеральная оппозиция развивалась преимущественно в земствах, ставя знак равенства между земским либерализмом и Союзом освобождения. Он полагал, что образование Союза освобождения было только этапом в развитии земско-либерального движения. Иную позицию занял И.Ф. Гиндин, разделявший старый, или традиционный, земский либерализм и новый, или «настоящий буржуазный либерализм», который принял форму освобожденчества. Историк полагал, что новый либерализм оставался до революции 1905 г. движением «буржуазной интеллигенции» и не пользовался поддержкой политически инертной крупной буржуазии. Точку зрения И.Ф. Гиндина поддержал К.Ф. Шацилло, полагавший, что развитие капитализма неизбежно должно было породить либерализм более высокого качества – новый либерализм, носителем которого стала «новая буржуазная интеллигенция». Идейным выразителем нового либерализма стал Союз освобождения, который в своей деятельности далеко ушел от земского либерализма. Шацилло доказывал эту мысль, указывая на численное преобладание на съездах Союза освобождения «неземского» элемента, изменение тактики либералов, перешедших к нелегальным действиям, радикализм их требований.

В итоге советская историография, стала понимать под термином «новый либерализм» освобожденческий либерализм «буржуазно-демократической» интеллигенции, который, всецело оставаясь в пределах российского либерализма, уклонился резко влево от старого помещичьего дворянского земского либерализма. Социальную основу нового либерализма видели в «буржуазной интеллигенции», как в том слое, который способен наиболее адекватно отразить потребности капиталистического развития страны.

В параграфе раскрыты основные направления изучения нового либерализма в постсоветский период. Существенная роль в этом принадлежит В.В. Шелохаеву показавшему, что отличие нового либерализма от старого заключается не только в социальном составе (преобладание интеллигенции) и тактике (использование нелегальных методов борьбы), но и прежде всего в качественном изменении либеральной системы ценностей, в переходе ее на новый уровень. По его мнению, переход к новому либерализму означал смену одной мировоззренческой системы другой, более соответствующей западноевропейским понятиям о гражданском обществе и правовом государстве. Идеологи нового либерализма пересмотрели отдельные положения классического либерализма ХIХ в. (например, принцип невмешательства государства в экономику), и дополнили их целым рядом принципиально новых (демократизм и социальный реформизм). Исследователь показал, что революция, в понимании либералов нового типа, сводилась к политическому освобождению России от авторитарного режима и замене его правовым государством. Шелохаев пересмотрел аксиоматическое положение советской историографии о буржуазном характере нового либерализма, показал, что в его основу была положена концепция синтеза двух сил – «внеклассового» государства и «бессословной» интеллигенции, кровно заинтересованной в модернизации страны.

В постсоветский период новый либерализм изучается как направление общественной мысли, как доктрина, отстаивающая свободу личности. Исследователи видят взаимосвязь старого и нового либерализма в признании самоценности человеческой личности и ее свободы, защите идеи правового государства, неприятии любых форм правового позитивизма, признании приоритета правозаконности над политикой. Различия отмечаются в истолковании собственности; в интерпретации прав человека по отношению к государству; в понимании принципа равенства. Л.И. Новикова и И.Н. Сиземская показали, что собственность мыслилась либералами не как принадлежащая индивиду вещь, а как поприще человека, основа его хозяйственно-предпринимательской деятельности и культурного творчества. Определение свободы как равной и одинаковой для всех возможности произвольного действия заменялось более содержательным ее пониманием как свободы самореализации человека. В интерпретации нового либерализма равенство предполагает поддержку со стороны государства того рода деятельности, в которой человек нуждается.

Социальный характер нового либерализма не вызывает сомнений в современной историографии. Поэтому термин «социальный либерализм» как синоним «нового либерализма» широко представлен в научных работах. А. Валицкий, Г.Г. Савельев, Н.Р. Голубев считают стержнем нового либерализма его социальный характер, стремление обеспечить каждому гражданину право на достойное существование. Признав демократический и социальный характер нового либерализма, не замечавшийся советскими историками, современная историография, по сути, встала на позиции либеральных теоретиков начала ХХ в. Однако эти характеристики либерализма оцениваются не однозначно. Исследователи отмечают, что либералы идеализировали демократию, не замечали ее противоречий, недооценивали всей сложности и противоречивости массового менталитета, национальной традиции.

В новейшей историографии обозначилась тенденция революционизировать новый либерализм и кадетскую партию, вывести их за пределы «либеральной семьи», доказать их родство с социалистами. Эта тенденция представлена в рамках консервативно-либерального подхода, в основе которого лежит идея защиты частной собственности как гарантии свободы личности. В упрек новому либерализму ставятся отход от принципов классического либерализма ХIХ в., проявление симпатий к различным вариантам социализма, отсутствие в программных документах ПНС положений о защите частной собственности. Анализ данной точки зрения показал ее необоснованность. Право собственности является не системообразующей либеральной идеей, а лишь одним из структурных элементов либеральной системы ценностей, в центре которой стоит свобода личности. Поэтому частная собственность важна и нужна постольку, поскольку подкрепляет свободу человека, а провозглашение ее «священной и неприкосновенной» может быть понято как проявление защиты своекорыстных интересов отдельных социальных групп. Как показали современные исследования, важнейшей особенностью нового либерализма стало пристальное внимание к социальным вопросам, стремление синтезировать либеральные, демократические и социалистические идеи, что вполне вписывалось в контекст идейных поисков российской интеллигенции рубежа веков. Кадеты выказывали сочувствие социализму, понимаемому ими как совокупность мер социального характера, принимаемых государством. Однако идейные поиски нового либерализма носили, прежде всего, либеральный, а не социалистический характер, поскольку в центре внимания находилась проблема свободы личности. Данный тезис убедительно обоснован Е.Л. Рудницкой, Т.В. Кисельниковой, И.П. Смирновым, С.И. Глушковой и др.

Таким образом, отечественная историография выявила специфические черты нового либерализма как на теоретическом уровне, так и в сфере практической политики, изучила его взаимосвязь со старым либерализмом. Историографический анализ показал серьезную методологическую проблему – отсутствие единого терминологически-понятийного аппарата, что явно затрудняет синтез научных достижений, приводит к отсутствию закрепленных и общепризнанных оценок и зачастую способствует реанимации отдельных ошибочных утверждений.

Во втором параграфе анализируется проблема идентификации либеральных политических партий России начала ХХ в. современниками и историками. Подавляющее большинство историков считает конституционно-демократическую партию основной партией российского либерализма. Однако сами кадеты не считали себя либералами в классическом смысле этого слова, поскольку в начале ХХ в. содержание, смысловое наполнение тех или иных терминов, включая «либерализм», не вполне соответствовало нашим сегодняшним представлениям. Многие будущие кадеты, испытав сильное влияние марксизма, усвоили взгляд на либерализм как буржуазную идеологию. Назвать себя либералами в то время означало признать свой буржуазный характер. Пойти на это кадеты не могли, поскольку считали себя надклассовой (внеклассовой) партией, выражавшей интересы всего народа. Отсюда вытекала оценка кадетами своей партии не как либеральной, а как оппозиционной, демократической, стоящей в центре общественного движения. Связывая термин «либерализм» с буржуазией, кадеты применяли его по отношению к октябристам и близким к ним партиям.

В досоветский период социалистические публицисты безоговорочно признавали либерализм кадетов, но не могли определиться, можно ли этот термин применять к октябристам и близким к ним партиям, которые идентифицировались как консервативные, консервативно-либеральные, умеренно-либеральные. Взгляды представителей консервативного лагеря на расстановку партийно-политических сил отличались эклектизмом, и существенное влияние на историческую науку не оказали.

В советской историографии идентификация кадетов как либералов не вызывала сомнений, но с октябристами было сложнее. Выявилось два противоречия. Во-первых, отсутствовало определенное указание В.И. Ленина в разное время по-разному оценивавшего октябристов. Во-вторых, в партию октябристов входили как помещики, так и буржуазия – в противоречии с представлениями о прямой связи буржуазии с либерализмом, а помещиков с консерватизмом. В итоге в советской историографии сложились две основные точки зрения. Одни историки (Е.Д. Черменский, А.Я. Аврех, В.В. Шелохаев), подчеркивая либерализм программатики октябристов, считали их представителями правового фланга российского либерализма, отмечая в их деятельности тенденцию к стиранию граней между либеральным и консервативным лагерями. Другие историки (В.В. Комин, В.С. Дякин, Л.М. Спирин) отказывали октябристам в либерализме, обращая внимание на факты их сотрудничества с правительством.

В современной историографии в большинстве случаев либерализм кадетов не ставится под сомнение. Проблема идентификации октябристов остается дискуссионной. Историки обращают внимание, что октябризм возник на стыке двух идеологий – консервативной и либеральной, и в разное время по разным вопросам октябристы выступали то как консерваторы, то как либералы. Отсюда и определение октябристов как конституционных монархистов, умеренных монархистов, либеральных консерваторов, умеренных либералов. Чаще всего историки идентифицируют октябристов и близкие к ним партии как консервативных либералов.

В реферируемой работе обосновывается необходимость разделения либеральных партий на два политических лагеря: «праволиберальный» (консервативно-либеральный, умеренно-либеральный) и «леволиберальный» (радикально-либеральный, либерально-демократический). Вводя данные понятия, мы сможем не только лучше понять различия октябристов и кадетов, но и увидеть ряд новых проблем. Во-первых, требуют анализа противоречия внутри либеральных партий, их роль в крушении Российской империи. Во-вторых, причисление кадетов и октябристов к разным политическим лагерям отвечает представлениям современников событий, а значит, способствует лучшему пониманию прошлого. Принятие этой гипотезы позволит поставить точку в столетней дискуссии по проблеме идентификации Союза 17 октября, поскольку объясняет сущность противоречия между либеральной идеологией и консервативной политикой октябристов.

В третьем параграфе показано как шло в отечественной историографии изучение идеологии и программатики либеральных партий. В досоветский период общий взгляд социал-демократических авторов на идеологию и программатику либеральных партий заключался в нехитрых политических тезисах: либералы выражали интересы буржуазии, стремились укрепить ее экономическое и политическое господство, разделив власть с царем и помещиками ради совместной эксплуатации рабочих и крестьян; они выступали против социальной справедливости, но в демагогических целях прописывали в своих программах ряд демократических положений.

Консерваторы увидели в либеральной идеологии и программатике выражение интересов «беспочвенной» интеллигенции, средство для осуществления государственного переворота и прихода к власти. В несколько видоизмененном виде эти идеи возродились в современной отечественной историографии.

Кадетские историки и публицисты, анализируя свою идеологию и программатику, исходили из ряда взаимосвязанных положений: надклассовый (внеклассовый) характер партии, демократизм и реалистичность предлагаемых реформ, ставка на эволюционный путь развития общества. Кадеты категорически отрицали важнейший тезис социалистов о том, что их программа направлена на обслуживание интересов буржуазии. Сходство многих положений программы ПНС с программой-минимумом социалистических партий дает основание утверждать, что именно демократические ценности сближали либералов с социалистами.

Советская историография продолжила социал-демократическую парадигму изучения либеральной идеологии, исходя из двух тезисов: 1) либеральная программатика выражает интересы буржуазии, потребности капиталистического развития страны, что вытекает из классовой, буржуазной сущности либерализма; 2) либеральная программатика – это тактический прием с помощью которого либералы, занимаясь демагогией, обманывали массы с целью взять их под свой контроль и отвлечь от революции. Советским историкам не составило большого труда вычленить из либеральной программатики «буржуазную» составляющую и сделать на ней акцент, объявив социальные и демократические положения демагогией, тактической уловкой.

Вплоть до конца 1960-х гг. в советской историографии не было работ с комплексным анализом всех сторон программатики либеральных партий. Изучались лишь ее отдельные аспекты, наибольшее внимание уделялось аграрному вопросу. В реферируемой работе показано, что переход в изучении идеологии и программатики либеральных партий на качественно новый уровень связан с творчеством В.В. Шелохаева, рассматривавшего программы либеральных партий как средство направить страну по капиталистическому пути эволюционным путем на основе компромисса между классами.

Рассматривать постсоветскую историографию как абсолютно противоположную советской неправильно. Преемственность прослеживается не только в персональном плане, но и в концептуальном. Современная историография переняла идеи эволюционности, компромисса, антиреволюционности либеральной программатики, рассматривая их уже со знаком плюс. Ведущим исследователем либеральной идеологии и программатики в современной историографии является В.В. Шелохаев. В монографии «Либеральная модель переустройства России» он впервые в историографии предпринял системный анализ либеральной модели, т.е. рассмотрел все ее структурные звенья: общую систему идей, политическую доктрину, экономическую, социальную и внешнеполитическую программу. Автор выделил то общее и особенное, что было характерно для либерализма в целом и для его отдельных направлений и течений. Это позволило проследить ведущие тенденции в развитии либеральной теоретической концепции, осмыслить сущностное содержание программ различных либеральных партий.

В постсоветский период детально изучается система взглядов наиболее выдающихся представителей либеральной мысли (работы Д.В. Аронова о С.А. Муромцеве, Н.И.Дедкова о В.А. Маклакове, Л.С. Леоновой о В.И.Вернадском, О.Л. Гнатюк о П.Б. Струве и др.), различные аспекты либеральной системы ценностей (труды С.И. Глушковой, О.Ю. Малиновой, А.Н. Медушевского, И.В. Сибирякова и др.). Немаловажным представляется изучение процесса перевода идеологии и программатики либеральных партий на язык практического законодательства. Существенную роль в этом направлении играют работы Д.В. Аронова, проанализировавшего законотворческую деятельность либералов в Государственной думе, и В.А.Демина, показавшего институциональную основу этого процесса.

В современной историографии плодотворно изучается механизм использования российскими либералами иностранного опыта. Исследователи выясняют соотношение в российском либерализме европейской и почвеннической тенденций и элементов, выявляют все многообразие палитры факторов, воздействовавших на интеллект и ментальность отечественных либералов. Работы А.Н. Медушевского, Л.И. Новиковой, И.Н. Сиземской, Л.В. Селезневой показывают, что российские либералы продемонстрировали зрелую культуру заимствования западноевропейских идей.

В целом современная историография исходит из следующих положений: программатика либеральных партий была направлены на формирование гражданского общества, правового государства, рациональной и эффективной рыночной экономики, цивилизованное решение национальных и конфессиональных проблем. Конечная цель – обеспечение всестороннего развития личности. Дальнейшие перспективы научных исследований в данной сфере заключаются в более глубоком изучении системы взглядов отдельных представителей либеральной мысли, в выявлении факторов, влиявших на их мировоззрение.

В четвертом параграфе рассмотрено, как отечественная историография изучала численность и социальный состав либеральных политических партий. В конце 1930-х гг. первую попытку определить численность либеральных партий предпринял Е.Д. Черменский, с середины 1960-х гг. к данной проблеме обращались И.И. Минц, Л.М. Спирин, Х.М. Астрахан, Н.П. Киреев, В.В. Светлакова и др. Наиболее основательно численность кадетов и октябристов исследовал В.В. Шелохаев. Работы И.В. Нарского, Д.Б. Павлова, Н.Д. Постникова, В.Ю. Карнишина 1990-х гг. позволили уточнить полученные данные.

С середины 1980-х гг. началось активное изучение многопартийности в различных регионах страны, стали появляться исследования о местных отделениях либеральных партий. Общая тенденция заключается в постепенном сужении географических рамок. От больших регионов историки переходят к отдельным губерниям и крупным городам, что позволяет досконально изучить численность и социальный состав отдельных организаций.

В параграфе показано, что численность и социальный состав двух основных либеральных партий России известен на том уровне, на котором позволяют изучить этот вопрос сохранившиеся источники. Основную социальную базу кадетской партии составляли интеллигенция, средние городские слои, в меньшей степени – либерально настроенные предприниматели и землевладельцы. Союз 17 октября по своей социальной природе был партией служилого дворянства и крупной, частично «одворяненной» торгово-промышленной и финансовой буржуазии. Численность и социальный состав небольших либеральных партий исследован недостаточно, что объясняется состоянием источников. Поэтому вошедшие в научный оборот данные носят лишь ориентировочный, приблизительный характер. Историки отмечают разнородный состав центристских партий при ведущей роли интеллигенции, ориентированной на союз с предпринимателями. Партии справа от Союза 17 октября ассоциируются с различными кругами буржуазии и отчасти чиновничества.

Дальнейшие перспективы исследований в этом направлении связаны с углубленным изучением материалов местных архивов и прессы, что позволит уточнить численность и социальный состав провинциальных партийных организаций.

В четвертой главе исследуется достаточно большой круг дискуссионных проблем политической деятельности либералов в императорской России (до Февральской революции). С 1905 г. тактика либеральных партий, их отношение к царской власти изучаются в рамках трех основных концепций: либеральной, консервативной и социалистической. Первая исходит из того, что главная цель либералов как конструктивной оппозиции – мирное эволюционное реформирование страны на принципах гражданского общества и правового государства на основе разумного компромисса с властью. Отсюда вытекает признание тактики законодательной парламентской работы как единственно возможной в тех условиях. Основная вина за революционные потрясения ложится, с одной стороны, на историческую власть, не сумевшую найти общего языка с обществом, с либеральной оппозицией, с другой – на левые партии, которые стояли на деструктивных позициях, а в Государственных думах занимались революционным митингованием вместо парламентской работы.

В основе консервативной концепции лежит мысль о том, что либералы (кадеты) полностью отрицали позитивный характер императорской власти и стремились к установлению парламентской республики, несвойственной историческим реалиям страны, прежде всего, с целью захвата политической власти. Отсюда вытекала радикальная тактика кадетской партии и ее конфронтационный настрой на борьбу с исторической властью (к октябристам консерваторы больших претензий не предъявляли). Слишком тесное сотрудничество кадетов с левыми, опора на них в борьбе с правительством исключали разумный компромисс. В такой системе координат либералы отличались от революционеров лишь методами борьбы с существующей властью.

Представители социалистического направления общественной мысли считают, что главная цель либералов – устранив пережитки феодализма, установить в стране буржуазный строй. Но на решительные методы борьбы либералы были неспособны из-за трусливости и слабости буржуазии, тесно связанной с самодержавием, а также из-за опасения вызвать в стране народную революцию. Отсюда умеренность тактики либералов и их стремление договориться с императорской властью. По мнению социалистов, парламентская тактика оппозиции успеха принести не могла из-за слабости либералов и остроты переживаемого страной кризиса, разрешить который можно было только революционным путем. При этом в социалистическом лагере не было единства в оценках российского либерализма. В.И. Ленин и большевистские публицисты доказывали, что либералы не хотят и не могут вести с самодержавием борьбу за радикальные преобразования в стране. Меньшевистские авторы считали, что либералы хотят добиться кардинальных буржуазных реформ, но не могут этого сделать из-за неуступчивости власти и своей слабости, вызванной отсутствием адекватной социальной опоры.

В Советской России уже в начале 1920-х гг. были сформулированы концептуальные подходы, ставшие обязательными для советских историков. В их основе лежало утверждение о «властебоязни» либералов, которые не хотели брать власть в свои руки из страха перед массовым революционным движением. В советской историографии не было единства в решении проблемы «либералы и власть». Одни историки, следуя теории двух политических лагерей, считали, что никаких существенных противоречий между царизмом и буржуазией не было, а значит, не могло быть и реальной борьбы либералов за власть. Вся их оппозиционная деятельность объявлялась «имитацией борьбы» и объяснялась стремлением «дурачить массы», отвлекая народ «парламентскими иллюзиями» от революции. Другие историки следовали теории трех политических лагерей, а значит, признавали существенные противоречия между буржуазией и царской властью. Отсюда делался вывод о вполне серьезном стремлении либералов добиться парламентским путем буржуазных реформ. Однако они не могли последовательно и решительно бороться с властью, так как страх перед революцией являлся мощным сдерживающим фактором, приводящим к постоянным уступкам царизму. Несложно заметить сходство этой позиции с меньшевистской историографией, что является естественным, – в основе лежал марксистский подход.

Теория «властебоязни», получившая свое классическое воплощение в трудах Е.Д. Черменского и  А.Я. Авреха, носила не столько научный, сколько общественно-политический характер, напрямую связанный с задачами идеологической борьбы – стремлением доказать несостоятельность притязаний буржуазии на власть, ведущую роль пролетариата в революционном процессе, неизбежность социалистической революции, невозможность либеральной альтернативы. Поэтому неудивительно, что с ликвидацией советского строя рухнула и теория «властебоязни» либералов. В то же время не все советские историки ее разделяли, хотя и не могли по понятным причинам открыто выступить с ее критикой. С конца 1960-х гг. в историографии (В.С. Дякин, В.В. Шелохаев, К.Ф. Шацилло и др.) постепенно утверждалось положение о реальной борьбе левых либералов (освобожденцев, кадетов) с царизмом за реформы, но с существенными оговорками. Во-первых, эта борьба шла лишь легальными, парламентскими методами, а значит, с революционных позиций была непоследовательной, половинчатой, неэффективной. Во-вторых, кадеты не собирались свергать существующий строй, а лишь хотели «подновить» его в буржуазно-либеральном духе, разделив власть с царем и правительством. Тем самым советская историография стала более адекватно оценивать тактику либеральных партий. Ряд ее выводов не утратил своего значения и по сей день (приверженность либералов мирному эволюционному пути развития, стремление к достижению компромисса и переведению противостояния с властями в парламентское русло и др.).

В конце 1980-х гг. начался пересмотр доктринальных основ советской историографии либерализма. Существенное влияние на этот процесс оказали эмигрантские дискуссии 1920 – 30-х гг., в ходе которых наметился консенсус между либеральными и социалистическими историками и общественными деятелями по ряду вопросов. Как первые, так и вторые считали, что в основе либеральной политики лежали принципы законности и легальности. До Манифеста 17 октября 1905 г. левые либералы прибегали к нелегальным методам борьбы, ибо другого пути заниматься политической деятельностью тогда не было. После появления Государственной думы тактика либеральных партий стала всецело конституционной, парламентской, а не революционной. Те и другие авторы признавали стремление либералов не допустить в стране революцию и перевести народное возбуждение в мирное парламентское русло; видели бесперспективность либеральной тактики, которая разбилась о нежелание царской власти пойти на радикальные реформы; отмечали невозможность для либералов вступить на революционный путь. В реферируемой работе показано, что синтез либерально-социалистических идей оказал на советских историков серьезное влияние.

Теория «властебоязни» в современных работах почти не встречается. Историки признали тезис о стремлении либералов к политической власти, ибо без нее невозможно провести демократические реформы. Взаимоотношения либералов с императорской властью до Манифеста 17 октября 1905 г. в соответствии с кадетской публицистикой определяются современными историками как борьба за конституцию, за правовое государство с использованием как легальных, так и нелегальных (характерных для Союза освобождения) средств. Произошло изменение оценок тактики либеральных партий. Кадетская тактика парламентских реформ стала рассматриваться с позиций необходимости реформирования общества в либеральном духе. Получили полное признание как стремление кадетов найти разумный компромисс с властью, так и их попытки сдержать революционный напор левых, не желавших считаться с нормами права.

В современной историографии показано, что ПНС в выработке тактической линии исходила прежде всего из доктринальной заданности своей программы, а также из учета конкретно-исторической ситуации, делая определенные подвижки в способах деятельности, но не меняя сущности концептуальных установок. Кадетская партия пыталась осуществлять свою деятельность в рамках эволюционной идеи общественного переустройства в основном мирным парламентским путем. Тактика октябристов и близких к ним партий не вызывает каких-либо серьезных научных дискуссий. Неприятие революции, стремление оказать посильную помощь власти в ее подавлении, «приноравливание» своей тактики к действиям правительства – все это очевидные положения.

В 1990-е гг. началась реанимация консервативной идеологии, что отразилось и в историографии. Вновь обозначились серьезные противоречия между либеральной и консервативной парадигмами, причем консенсус между ними вряд ли возможен. Либеральная историография не признает революционность кадетской тактики, отрицает стремление кадетов сознательно «раскачивать лодку», работая этим на революцию, чтобы воспользоваться плодами победы для своекорыстных целей захвата власти. Консерваторы категорически отрицают благие побуждения либералов, считая их не идейными борцами, а беспринципными политиканами, готовыми на все ради власти. В современной историографии произошло восстановление эмигрантских дискуссий об ответственности либералов за революцию.

Проанализировав историографические дискуссии по центральной проблеме – «либералы и власть», можно заметить, что основные споры вызывает вопрос о характере оппозиционности либералов. Кем были либералы по отношению к власти – внутрисистемной «оппозицией Его Величества», недовольной практикой самодержавия, но не посягавшей на его основы, или внесистемной «оппозицией Его Величеству», стремившейся к кардинальной перестройке общества? Правые либералы были внутрисистемной умеренной конструктивной оппозицией, с чем согласно большинство историков. Левые либералы предлагали принципиально новое государственное устройство, основанное на принципах гражданского общества и правового государства. Эти принципы почти никак не согласовались с традиционными ценностями российского самодержавия. Поэтому с мировоззренческой точки зрения левые либералы были внесистемной «оппозицией Его Величеству», на что неоднократно указывали их правые оппоненты.

Однако, как показали исследования историков, борясь с императорской властью за конституционные реформы, левые либералы следовали принципам законности и легальности, что превращало их, с точки зрения приемов и методов борьбы, в системную «оппозицию Его Величества». Предлагая власти различные варианты реформирования страны, кадеты выступали в роли конструктивной оппозиции. В истории и политологии традиционно считается, что внесистемная оппозиция по определению должна быть деструктивной. История кадетской партии опровергает это положение. Кадеты, являясь в большинстве своем по своей системе взглядов внесистемной оппозицией, продемонстрировали искреннее стремление к конструктивному сотрудничеству с властью, что и дало основание многим исследователям называть их «оппозицией Его Величества». В наши дни некоторые историки, представляющие консервативное направление общественной мысли, стремятся доказать деструктивный характер деятельности российских либералов, отсутствие у них желания искать разумные компромиссы с императорской властью. Проведенная в реферируемой работе верификация выводов историков по данной проблеме не позволяет согласиться с таким подходом, особенно в свете неудачного опыта сотрудничества с властью партии октябристов.

Исследования постсоветского периода показали, что либералы своей деятельностью способствовали крушению старого режима, но возлагать на них основную ответственность за революцию, превращать их в главных виновников российской драмы начала ХХ века было бы большой ошибкой. Революция в России вызвана сложнейшим комплексом социально-экономических и политических противоречий, а не «деструктивной» деятельностью либеральной оппозиции. В отечественной историографии признано, что в конкретно-исторических условиях России начала ХХ в. тактика «законности и легальности» себя не оправдала – власть понимала только язык силы и не собиралась считаться с парламентской оппозицией. Трагедия российского либерализма заключалась в невозможности для него добиться от императорской власти необходимых реформ тем арсеналом средств, которые были в его наличии.

В пятой главе рассматривается историографическая проблематика деятельности либералов после Февральской революции. В эмиграции либеральные историки и публицисты обосновали свою версию развития событий, в основе которой лежали следующие положения. Неизбежный ход истории привел либералов к власти, получив которую они столкнулись с огромным грузом проблем, вызванных войной, хозяйственной разрухой, кризисом системы управления, радикальной психологией народных масс и т.п. Выход из этой ситуации заключался в укрепление власти, которая могла бы как продолжать войну, чего требовали государственные интересы России, так и довести страну до Учредительного собрания, чего требовали принципы народовластия. Однако создать сильную власть либералы не смогли, во-первых, из-за противодействия революционных сил, взявших курс на «углубление» революции, во-вторых, из-за «реально данной в 1917 году русской действительности», когда процессам распада невозможно было противостоять в силу отсутствия у новой власти принудительной силы в лице армии и полиции, в-третьих, из-за ошибок членов Временного правительства, чьи решения не всегда адекватно соответствовали ситуации. Многие либералы признали «фаталистическую» точку зрения П.Н. Милюкова о невозможности своей победы в таких условиях и трагической неизбежности Октября. Данные трактовки были признаны значительной частью как зарубежной, так и современной отечественной историографией.

Консервативные круги эмиграции утверждали, что в февральские дни либералы выступили в революционной роли основных могильщиков ненавистного им старого режима. Однако в силу своей слабости, оторванности от народа, утопичности и догматичности идей, неспособности к государственному строительству либералы не смогли справиться с грузом проблем, чем погубили себя и традиционную Россию. В постсоветский период подобного рода обвинения возродились как реакция на современную политическую конъюнктуру.

С точки зрения эмигрантской социалистической историографии, либералы случайно, в силу обстоятельств оказались на гребне Февральской революции, в ходе которой они вынуждены были взять власть, надеясь использовать ее в своих интересах. Однако, получив власть, либералы не смогли адекватно оценить ситуацию и затягиванием решений социальных проблем провоцировали дестабилизацию в стране. Главная их ошибка заключалась в курсе на правую диктатуру, что подрывало социалистический центр и невольно содействовало победе большевиков.

Проведенный анализ советской историографии показал, что в ее оценках роли либералов в Февральской революции переплетались две позиции. Утвердившаяся в 1930-е гг. концепция не замечала принципиальной разницы между самодержавием и либералами, из чего следовало, что главная цель последних в Феврале заключалась в спасении монархии, сохранении старого строя. В 1960-е гг. получила развитие теория трех политических лагерей, в соответствии с которой либералы в Февральской революции следовали собственной политической линии, которая, несмотря на контрреволюционный характер по отношению к рабочим и крестьянам, не совпадала с позицией старой власти. Исследователи, мыслившие в этом направлении (Э.Н. Бурджалов, Н.Г. Думова), полагали, что либералы не столько помогали царизму подавлять народное движение, сколько выжидали, как повернутся события. Когда победа восставшего народа стала фактом, они решились на принятие власти, взяв курс на укрепление власти буржуазии, а не на реставрацию «старого порядка».

Общий подход советской историографии заключался в том, что, придя к власти в ходе Февральской революции, либералы взяли курс на установление и укрепление власти буржуазии, подавление народного движения, не думая о необходимости проведения коренных социальных преобразований. Полностью отрицался демократический характер государственной власти в период от Февраля до Октября. Несоответствие целей Временного правительства народным чаяниям вело его политику к закономерному краху, что обусловило курс либералов на установление военной диктатуры. В свою очередь, этот курс объективно сближал кадетов с правыми силами и превращал их в лидеров контрреволюции.

В современной историографии прослеживаются три основных подхода: социалистический, либеральный и консервативный. Первый ведет свою преемственность от советской историографии (без ее крайностей) и эмигрантской социалистической мысли. Его суть заключается в положении, что либералы, придя к власти, стали защищать интересы имущих классов, проявили черствость к нуждам и чаяниям народных масс (прежде всего, в вопросах о мире и социальных реформах), чем подорвали авторитет Временного правительства и косвенным образом способствовали большевистскому перевороту. В основе либерального подхода лежат тезисы, сформулированные П.Н. Милюковым в эмиграции, об объективной невозможности для либералов справиться с огромным грузом проблем 1917 г., что объясняется как историческими традициями России, не подготовленной к восприятию либеральных идей, так и деструктивной политикой левых партий. Поведение кадетов во Временном правительстве диктовалось их программными установками, а не буржуазной «контрреволюционной» сущностью. Консервативный подход базируется на видоизмененных тезисах правой эмиграции о неспособности либералов к историческому творчеству.

Проведенная верификация выводов историков показала обоснованность выводов либеральной историографии о том, что сложившаяся в России в 1917 г. конкретно-историческая ситуация не давала либералам никаких шансов на успех в деле мирного эволюционного развития страны на принципах гражданского общества и правового государства. Революция развивалась по своим законам, независимо от воли и желания либералов.

В реферируемой работе разобраны дискуссионные вопросы участия кадетов в выступлении генерала Л.Г. Корнилова в августе 1917 г. Историографический анализ показал обоснованность позиций тех историков (С.В. Тютюкин, В.И. Старцев), кто определял роль кадетов в событиях конца августа 1917 г., опираясь на формулу П.Н. Милюкова «Сочувствие, но, к сожалению, не содействие». Несмотря на весь трагизм ситуации 1917 г., кадеты так и не решились пойти на военный заговор, ограничившись лишь политической и идеологической поддержкой программы установления твердой власти. Неприятие насильственных мер, стремление опереться на широкие народные массы, исходя из тезиса о «неклассовой» сущности государства, оказались сильнее осознания большевистской угрозы.

Последний параграф пятой главы посвящен рассмотрению историками проблемы взаимосвязи либералов с Белым движением. В эмиграции П.Н. Милюков утверждал, что кадеты не разделяли политические настроения и практику белых армий, но, исходя из необходимости борьбы с большевизмом, вынуждены были поддерживать белые правительства, играя роль «своего рода ширмы». Данная позиция вызвала неприятие значительных кругов эмиграции, увидевших в ней идеологическое оправдание «новой тактики», рассчитанной на союз с правыми социалистами. Историки социалистической ориентации утверждали, что все кадеты, а не только их правое крыло, со времен корниловского мятежа выступали за диктатуру и всемерно поддерживали Белое движение. Не разделяли позицию П.Н. Милюкова и правые кадеты, подчеркивая, что они были с белыми исходя из своих убеждений, а не ради «своего рода ширмы».

Советская историография утверждала, что ПНС в годы Гражданской войны являлась политическим штабом всех контрреволюционных организаций. Эта позиция вытекала из классового подхода советской исторической науки, в соответствии с которым кадеты выражали интересы буржуазии, развязавшей Гражданскую войну. Система доказательств строилась на призывах кадетов бороться с большевиками и оказывать поддержку Белому движению, широком участии либералов в различных подпольных организациях и белых правительствах. В 1970 – 80-е гг. тезис о кадетах как главных организаторах и вдохновителях всей контрреволюции был скорректирован в духе классового подхода. В Белом движении стали выделять две составляющие – помещичье-монархическую и буржуазно-либеральную.

Исследования постсоветского периода показали, что российский либерализм оказался малоэффективным в экстремальных условиях 1917 – 1920 гг. Это обстоятельство вызвало идеологическую переориентацию ПНС в консервативном духе, так называемый «либерально-консервативный синтез», привело к утрате либерализмом самостоятельной политической роли, к стремлению опереться на более сильного союзника, через посредство которого он пытался осуществить свои планы. Н.И. Канищева показала, что неустойчивость позиций либерализма в годы Гражданской войны вынуждала кадетов идти на корректировку своих установок, руководствуясь прежде всего тактическим расчетом. В ходе же подстройки под очередного союзника, реального или желаемого, кадетские установки демонстрировали значительную степень эластичности. Амплитуда колебаний была настолько широка, что ставились под сомнение основы либеральной доктрины и программы. В современных работах признано, что кадетам фактически пришлось играть роль «либерального прикрытия» различных военных режимов, что не могло не сказаться на их репутации.

В отечественной историографии высказан практически весь спектр возможных оценок роли либералов в революционном процессе 1917 г. Дальнейшие перспективы научных исследований заключаются в более серьезном обосновании уже высказанных гипотез на основе как привлечения нового материала, так и комплексного изучения уже имеющегося.

В Заключении подведены итоги диссертационного исследования, сформулированы выводы и обобщения по ключевым проблемам рассматриваемой темы.

С момента появления первых работ по истории российского либерализма начала ХХ в. прошло чуть больше ста лет. За это время был создан большой комплекс научной литературы (в основном в советский и постсоветский периоды), включающий в себя не менее 100 монографий, специально посвященных либеральной проблематике, большое количество статей, около 300 диссертационных исследований. Подробно изучены многие аспекты истории либерализма: земско-либеральное движение конца ХIХ – начала ХХ века; организация и деятельность либеральных политических партий; особенности их идеологии и программатики; роль либералов в органах местного самоуправления (земства, городские думы), во Временном правительстве и Белом движении. В современной науке предметом исследований становятся темы, которые советская историография либо не замечала, либо уделяла им мало внимания: мировоззренческая парадигма либерализма, его социальная доктрина, политическая концепция, философские позиции отдельных представителей. Активно изучаются политические биографии лидеров либерального движения, особенности их идеологических воззрений.

Важнейшая тенденция изучения российского либерализма заключалась и заключается в идеологизированности и политической ангажированности данной проблематики. Общественно-политический строй и обстоятельства идеологической борьбы всегда являлись важнейшими факторами, влиявшими на историков и определявшими их подходы. В несколько завуалированной форме эта тенденция проявляется и в наши дни. Поэтому три ведущих направления общественной мысли (консерватизм, либерализм, социализм) определили и основные теоретико-методологические подходы исторической науки к предмету своего изучения. Следствием данного обстоятельства стал высокий уровень дискуссионности всех узловых проблем истории российского либерализма. Споры вокруг осмысления роли и места российского либерализма в общественно-политической жизни страны никогда не стихали ни в публицистике, ни в мемуаристике, ни в профессиональной историографии. Даже в условиях советской системы, когда единая идеология нивелировала историческую науку, исследователи не могли прийти к единству по этому вопросу. В наши дни в условиях идеологической свободы единство взглядов среди историков по данной проблеме невозможно в принципе, так как взаимосвязь исторической науки с современными реалиями общественно-политического развития страны достаточно очевидна. Поэтому в итоговых оценках российских либералов начала ХХ в. историки вряд ли придут когда-нибудь даже к подобию консенсуса.

Таким образом, отечественная историография обстоятельно, с различных концептуальных и методологических позиций изучила российский либерализм начала ХХ в., высказав практически все возможные точки зрения на его роль и место в общественно-политической жизни страны. Дальнейшие перспективы научного поиска по данной проблематике лежат в различных плоскостях: выявление и изучение тех факторов общественно-политического развития России, которые обусловили невозможность исторического компромисса между властью и либералами; более детальное изучение политических биографий и систем взглядов представителей либерального движения, причем не только лидеров, что отчасти уже сделано, но и «простых» участников; детальное изучение социокультурной среды, в которой формировались либеральные ценности, и многое другое. Требует обновления методологический аппарат исторических исследований: использование макро- и микро-подходов новой социальной истории, психоистории, семиотики; решать исследовательские проблемы необходимо средствами, заимствованными из разных сфер знания. Очевидно, что история российского либерализма продолжает оставаться важной составной частью исторической науки.

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ДИССЕРТАЦИИ ОТРАЖЕНЫ

В СЛЕДУЮЩИХ ПУБЛИКАЦИЯХ:

Монографии:

  • Егоров А.Н. Очерки историографии российского либерализма конца ХIХ – первой четверти ХХ в. (дореволюционный и советский периоды). Череповец: ГОУ ВПО ЧГУ, 2007. 275 с. (17,5 п.л.).
  • Егоров А.Н. Российские либералы начала ХХ в. и власть: историографические дискуссии. Череповец: ГОУ ВПО ЧГУ, 2007. 259 с. (14,8 п.л.).

Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых журналах

(в соответствии с перечнем ВАК):

  • Егоров А.Н. Кадеты и выступление генерала Л.Г. Корнилова: дискуссионные проблемы историографии // Вопросы истории. 2005. № 8. С. 157-166 (1 п.л.).
  • Егоров А.Н. Численность и социальный состав кадетской партии в отечественной историографии // Вестник Поморского университета. Научный журнал. Серия «Гуманитарные и социальные науки».  Архангельск, 2007. № 1 (11). С. 108-113 (0,5 п.л.).
  • Егоров А.Н. Проблема идентификации Союза 17 октября в отечественной историографии // Вопросы истории. 2007. № 10. С. 157-166 (1 п.л.).
  • Егоров А.Н. Выборгское воззвание 1906 г. в отечественной историографии // Вопросы истории. 2008. № 8. С. 100-110 (1 п.л.).
  • Егоров А.Н. Кадеты и власть: либеральная государственно-правовая теория и реалии российской политики начала ХХ в. // История государства и права. 2009. № 1. С. 31-34 (0,4 п.л.).
  • Егоров А.Н. Проблема взаимосвязи нового либерализма и социализма в современной отечественной историографии // Российская история. 2009. № 2. С. 124-136 (1,2 п.л.).
  • Егоров А.Н. Можно ли назвать кадетов либералами? (об одной тенденции современной историографии) // Диалог со временем. 2009. № 27. С. 371-379 (0,5 п.л.).
  • Егоров А.Н. Современная историография о взаимоотношениях партий российских промышленников и предпринимателей с властью в начале ХХ в. // Вестник Поморского университета. Научный журнал. Серия «Гуманитарные и социальные науки».  Архангельск, 2009. № 10. С. 5-12 (0,5 п.л.).

 

Статьи, материалы докладов:

  • Егоров А.Н. Вологодские кадеты в 1917 году // Вологда. Историко-краеведческий альманах. Вып. I. Вологда: ВГПИ, 1994. С. 160-179 (1 п.л.).
  • Егоров А.Н. Либеральная интеллигенция Череповецкого края в первой русской революции // Череповец. Краеведческий альманах. Вып. I. Вологда: ВГПУ, 1996. С. 56-63 (0,4 п.л.).
  • Егоров А.Н. Кадетская партия на Севере России в 1905-1907 гг.: организационная структура, состав, численность // Северо-запад: историко-культурный региональный вестник. Статьи и материалы. Вып. 2. Череповец: ЧГУ, 1998. С. 54-65 (0,6 п.л.).
  • Егоров А.Н. Источники о деятельности череповецких либералов в годы первой русской революции // Милютинские чтения – 1999 г.: Материалы научной конференции, посвященной 170-летию со дня рождения И.А. Милютина. Череповец: ЧГУ, 1999. С. 28-32 (0,3 п.л.).
  • Егоров А.Н. К проблеме истории политических традиций: судьба текущего архива ЦК конституционно-демократической партии // Традиции в контексте русской культуры. Вып. VI: Сборник научных статей. Череповец: ЧГУ, 1999. С. 182-186 (0,3 п.л.).
  • Егоров А.Н. Источники Государственного архива Вологодской области о репрессивной политике самодержавия против либералов в 1905 – 1907 гг. // История и перспективы уголовно-исполнительной системы России: Сборник материалов научно-практического семинара (Вологда, 4 апреля 2002 года). Вологда: ВИПЭ Минюста России, 2002. С. 77-83 (0,4 п.л.).
  • Егоров А.Н. Политическая культура либералов Европейского Севера России в период трех российских революций // Гуманитарные исследования и гуманитарное образование на Европейском Севере: Сборник материалов международной конференции. Архангельск: Поморский государственный университет, 2002. С. 130-134 (0,5 п.л.).
  • Егоров А.Н. Либеральная традиция на Европейском Севере России: организационное оформление кадетской партии в 1917 г. // Традиции в контексте русской культуры. Вып. Х: Межвузовский сборник научных работ. Череповец: ЧГУ, 2003. С. 271-277 (0,4 п.л.).
  • Егоров А.Н. Либералы и «сермяжная Русь»: поиск кадетами массовой базы в деревне в 1905 – 1907 гг. // Вестник Череповецкого государственного университета. Научный журнал. Исторические, философские, филологические и педагогические науки. Череповец, 2003. № 1 (4). С. 13-16 (0,4 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Кадеты и крестьяне в годы первой русской революции на Европейском Севере России // Крестьянство и власть на Европейском Севере России. Материалы научной конференции (г. Вологда, 6-7 февраля 2003 г.). Вологда: Филиал СЗАГС в г. Вологде, 2003. С. 67-72 (0,4 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Зарождение отечественной историографии русского либерализма // Милютинские чтения. Череповец: прошлое, настоящее, будущее. Сборник научных статей. Череповец: Изд-во «Череповец», 2004. С. 20-29 (0,6 п.л.).
  •  Егоров А.Н. У истоков отечественной историографии русского либерализма начала ХХ века // Традиции в контексте русской культуры. Вып. ХI: Межвузовский сборник научных работ. Череповец: ЧГУ, 2004. С. 277-284 (0,5 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Антон Владимирович Карташев: «Мы были слишком Гамлетами и не могли угнаться за катастрофическим ходом событий…» // Российский либерализм: идеи и люди / Под общ. ред. А.А. Кара-Мурзы. М.: Новое издательство, 2004. С. 543-561(1,3 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Историографические дискуссии вокруг определения состава либерального лагеря России начала ХХ века // Вестник Череповецкого государственного университета. Научный журнал. Исторические, философские, филологические, психологические и педагогические науки. Череповец, 2005. № 1 (8). С. 17-20 (0,35 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Историографические дискуссии о русском либерализме конца ХIХ – начала ХХ века // Россия рубежа веков: культурное наследие Верещагиных. Материалы Всероссийской научной конференции. Череповец: Череповецкое музейное объединение, 2005. С. 23-30 (0,5 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Меньшевистская историография  русского либерализма начала ХХ века // Европейский Север в судьбе России: общее и особенное исторического процесса: Материалы научной конференции (5-6 февраля 2004 г.). Вологда: ВИПЭ ФСИН России, 2005. С. 163-170 (0,5 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Историографическая традиция изучения лидеров либерального движения России начала ХХ века // Традиции в контексте русской культуры. Вып. ХII: Межвузовский сборник научных работ. Череповец: ЧГУ, 2005. С. 225-234 (0,6 п.л.).
  •  Егоров А.Н. К вопросу о степени оппозиционности либералов самодержавию в 1905 – 1907 гг. (на материалах Европейского Севера России) // 1941 – 1945: Уроки войны – уроки правды, мужества и патриотизма: Материалы межрегиональной научно-практической конференции 24 – 25 февраля 2005 г. Вологда: ВГПУ, изд-во «Русь», 2006. С. 286-298 (0,8 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Современная отечественная историография Прогрессивного блока // Вестник Череповецкого государственного университета. Научный журнал. Исторические, философские, социологические, филологические, психологические и педагогические науки. Череповец, 2006. № 1 (8). С. 20-23 (0,35 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Документальные публикации по истории российского либерализма в советской историографии // Традиции в контексте русской культуры. Вып. ХIII: Межвузовский сборник научных работ. Череповец: ЧГУ, 2006. С. 158-167 (0,6 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Российский либерализм начала ХХ века глазами консервативной публицистики // Европейский Север России: традиция и модернизационные процессы. Материалы научной конференции 2 – 3 марта 2007 г.: В 2 ч. / Под общ. ред. М.А. Безнина. Вологда; Молочное: ИЦ ВГМХА, 2006. Ч. 1. С. 148-159 (0,8 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Российская либеральная интеллигенция и русско-японская война 1904 – 1905 гг.: историографические подходы // Мир и война в судьбах русских дворян ХIХ века. Семья Верещагиных. Материалы Всероссийской научной конференции. Череповец: Череповецкое музейное объединение, 2006. С. 29-36 (0,5 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Выборгское воззвание как психологический протест // Человек в контексте своего времени: опыт историко-психологического осмысления. Материалы ХХ Междунар. науч. конф. Санкт-Петербург, 18-19 декабря 2006 г.: В 3 ч. СПб.: Нестор, 2006. Ч. 1. С. 225-230 (0,35 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Земский либерализм в исследованиях Б.Б. Веселовского // Живопись – язык всемирный. Материалы Всероссийской научной конференции. Череповец: Череповецкое музейное объединение, 2007. С. 25-38 (0,6 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Дискуссии о тактике кадетской партии в первых двух Государственных думах в эмигрантской историографии // Судьбы парламентаризма в России: Материалы V городской научно-практической конференции «Российская провинция. Стратегия выбора», 30 марта 2006 г. / Отв. за выпуск А.Е. Новиков. Череповец: ГОУ ВПО ЧГУ, 2007. С. 6-19 (0,6 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Историографические дискуссии вокруг проблемы формирования правительства с участием либералов в годы Первой российской революции // Мир Клио. Сборник статей в честь Лорины Петровны Репиной: В 2 т. / Под ред. О.В. Воробьевой. М.: ИВИ РАН, 2007. Т. 2. С. 195-219 (1,2 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Отечественная историография о проблеме идентификации либеральных партий России начала ХХ века // Историческая наука в контексте социогуманитарного знания: традиции и современные подходы: Материалы Межрегиональной научно-практической конференции (1 – 2 марта 2007 г.): В 2 ч. / Отв. ред. М.А. Безнин. Череповец: ГОУ ВПО ЧГУ, 2007. Ч 1. С. 114-125 (0,6 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Антон Владимирович Карташев: «Мы были слишком Гамлетами и не могли угнаться за катастрофическим ходом событий…» // Российский либерализм: идеи и люди. Сб. статей / 2 изд., испр. и доп., под общ. ред. А.А. Кара-Мурзы. М.: Новое издательство, 2007. С. 831-842 (1,3 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Историографическая судьба русской либеральной идеи (начало ХХ века) // Русская культура нового столетия: проблемы изучения, сохранения и использования историко-культурного наследия. Сб. статей / Гл. ред. Г.В. Судаков. Вологда: Книжное наследие, 2007. С. 492-499 (0,5 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Проблема взаимоотношений российских либералов начала ХХ в. с властью в современной историографии // Вестник Череповецкого государственного университета. Научный журнал. Литературоведение, лингвистика, социальные коммуникации, история. Череповец, 2008. № 2 (17). С. 116-122 (0,65 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Дискуссии российской эмигрантской историографии о роли либеральной оппозиции в подготовке Февральской революции // Вестник Поморского университета. Научный журнал. Серия «Гуманитарные и социальные науки». Архангельск, 2008. № 1 (13). С. 5-11 (0,5 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Историографические дискуссии о методах борьбы либералов за создание гражданского общества в России в начале ХХ века // Феномен гражданского сознания в российском обществе конца ХIХ – начала ХХ вв.: деятельность братьев Верещагиных. Материалы Всероссийской научной конференции. Череповец: Череповецкое музейное объединение, 2008. С. 43-57 (0,6 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Конституционно-демократическая партия в Гражданской войне: историографические подходы // 1918 год в судьбах России и мира: развертывание широкомасштабной Гражданской войны и международной интервенции. Сборник материалов научной конференции / составители и отв. редакторы В.И. Голдин, О.М. Санковская. Архангельск: Солти, 2008. С. 21-26 (0,5 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Организационное оформление кадетских организаций Европейского Севера России в 1917 г. // Местные либералы России в начале ХХ века (1905-1917 гг.). Материалы всероссийской научной конференции / Под ред. В.И. Седугина. Новомосковск: ГОУ ВПО РХТУ им. Д.И. Менделеева, Новомосковский институт (филиал), 2008. С. 14-21 (0,4 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Историографическая традиция изучения роли кадетов в Гражданской войне // Историк и его дело: судьбы ученых и научных школ. Сборник статей Международной научно-практической конференции, посвященной 90-летию со дня рождения профессора В.Е. Майера / Сост. и общ. ред. Н.Ю. Старковой, Д.А. Черниенко, Н.Г. Шишкиной. Ижевск: НИЦ «Регулярная и хаотическая динамика», 2008. С. 253-260 (0,5 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Современная российская историография о проблеме взаимосвязи кадетов и социалистов в начале ХХ века // Русский Север: вариативность развития в контексте исторического и социально-философского осмысления: материалы межрегиональной научной конференции: В 2 т. / Гл. ред. М.А. Безнин. Вологда: ВоГТУ, 2008. Т. 1. С. 86-95 (0,5 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Проблема взаимоотношения партий российских промышленников и предпринимателей начала ХХ в. и власти в современной историографии // Милютинские чтения. И.А. Милютин и власть: Сб. науч. статей / Ред. - сост. А.Е. Новиков. Череповец: ГОУ ВПО ЧГУ, 2009. С. 51-59 (0,4 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Либералы и Февральская революция: историографические подходы // Февраль 1917 года и судьба России. Материалы VI городской научно-практической конференции «Российская провинция: Стратегия выбора» 30 марта 2007 г. / Ред. – сост. А.Е. Новиков. Череповец: ГОУ ВПО ЧГУ, 2009. С. 21-33 (0,6 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Российские либералы начала ХХ века глазами советских историков 1970-1980-х годов: смена парадигмы // Историк и его эпоха: Вторые Даниловские чтения (20-22 апреля 2009 г., г. Тюмень) / Под ред. А.Г. Еманова. Тюмень: Мандр и К, 2009. С. 87-92 (0,4 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Кризис государственного управления в России после Февральской революции в оценках либеральной эмигрантской историографии // Политологические и этноконфессиональные исследования в регионах: материалы Всероссийской научной конференции: В 2 т. / Под ред. П.К. Дашковского, Е.В. Притчиной. Барнаул: Изд-во Алт. Ун-та, 2009. Т. 1. С. 374-383 (0,5 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Российские либералы в годы Первой мировой войны: подходы советской историографии // Вестник Череповецкого государственного университета. Научный журнал. Социально-гуманитарные и технические науки. Череповец, 2009. № 3 (22). С. 65-71 (0,65 п.л.).
  •  Егоров А.Н. Кадеты и А.И. Деникин: проблемы взаимоотношений // 1919 год в судьбах России и мира: широкомасштабная Гражданская война и интервенция в России, зарождение новой системы международных отношений: Сборник материалов научной конференции / Отв. ред. В.И. Голдин и др. Архангельск: Солти, 2009. С. 174-178 (0,45 п.л.).

Учебное пособие:

    • Егоров А.Н. Дискуссионные проблемы изучения роли либеральной оппозиции в годы Первой мировой войны. Учебное пособие к спецкурсу. Череповец: ЧГУ, 2005. 75 с. (4,3 п.л.).

    Общественная мысль в России ХУШ – начала ХХ века: Энциклопедия. М., 2005. С. 257.

    Астрахан Х.М. История буржуазных и мелкобуржуазных партий России в 1917 г. в новейшей советской литературе // Вопросы истории. 1975. № 2; Степанский А.Д. Процесс возникновения непролетарских партий России в освещении современной советской историографии // Историографическое изучение истории буржуазных и мелкобуржуазных партий России: Материалы конференции / Отв. ред. В.В. Комин. М., 1981; Шелохаев В.В. Итоги и задачи изучения российских буржуазных партий в современной советской исторической литературе // Непролетарские партии России в годы буржуазно-демократических революций и в период назревания социалистической революции: Материалы конференции / Отв. ред. Л.М. Спирин. М., 1982.

    Черменский Е.Д. Буржуазия и царизм в первой русской революции. М., 1970. С. 4 – 10; Он же. I и II Государственные думы. Историографический очерк // Актуальные проблемы советской историографии первой русской революции: Сб. статей // Отв. ред. В.П. Наумов. М., 1978. С. 197 – 235

    См.: Шелохаев В.В. Либеральный лагерь накануне и в годы первой русской революции в освещении советской историографии // Актуальные проблемы советской историографии первой русской революции: Сб. статей / Отв. ред. В.П. Наумов. М., 1978.

    Волобуев О.В., Леонов М.И., Уткин А.И., Шелохаев В.В. История политических партий периода первой российской революции в новейшей советской литературе // Вопросы истории. 1985. № 7; Волобуев О.В., Леонов М.И., Уткин А.И., Шелохаев В.В. История политических партий России 1907 – 1914 годов в советской историографии // Вопросы истории. 1989. № 4; Волобуев О.В., Миллер В.И., Шелохаев В.В. Непролетарские партии России: итоги изучения и нерешенные проблемы // Непролетарские партии  России  в  трех  революциях:  Сб.  статей  /  Отв.  ред.  К.В. Гусев. М., 1989. С. 5 – 20.

    См.: Борьба Коммунистической партии против непролетарских партий, групп и течений (послеоктябрьский период). Историографические очерки / Отв. ред. В.А. Смышляев, П.А. Подболотов. Л., 1982; Борьба Ленинской партии против непролетарских партий и течений (дооктябрьский период). Историографические очерки / Отв. ред. А.Н. Шмелев. Л., 1987; В.А. Кувшинова и Е.В. Козаченко «Борьба большевиков против буржуазных партий в период от Февраля к Октябрю: Историография. М., 1990.

    См.: Тютюкин С.В. Первая российская революция и Г.В. Плеханов. Из истории идейной борьбы в рабочем движении России в 1905 – 1907 гг. М., 1981.

    Волобуев О.В. Историография революции 1905 – 1907 годов (Дооктябрьский период): Учеб. пособие к спецкурсу. М., 1981; Он же. Идейно-теоретическая борьба по вопросам истории революции 1905 – 1907 гг. М., 1984; Он же. Революция 1905 – 1907 гг. в публицистике русских буржуазных историков // Исторические записки. М., 1978. Т. 102.

    Шелохаев В.В. Русский либерализм как историографическая и историософская проблема // Вопросы истории. 1998. № 4. С. 36.

    Шелохаев В.В. Дискуссионные проблемы истории русского либерализма в новейшей отечественной литературе // Вопросы истории. 2007. № 5.

    Вандалковская М.Г. П.Н. Милюков, А.А. Кизеветтер: история и политика. М., 1992; Кирсанова Е.С. Консервативный либерал в русской историографии: жизнь и историческое мировоззрение В.И. Герье. Северск, 2003.

    Сидненко Т.И. Идейно-теоретические и методологические взгляды представителей российской либерально-исторической мысли конца ХIХ – начала ХХ вв. СПб., 2006; Погодин С.Н. «Русская школа» историков: Н.И. Кареев, И.В. Лучицкий, М.М. Ковалевский. СПб., 1997; Грязнова Т.Е. Революция в концепции истории России П.Н. Милюкова: Автореф. дис… канд. ист. наук. Екатеринбург, 1996; Поздняков К.В. Исторические и политические взгляды П.Н. Милюкова (1876 – 1943): Автореф. дис… канд. ист. наук. Иркутск, 1998; Дорохов В.Н. Исторические взгляды П.Н. Милюкова: Автореф. дис… канд. ист. наук. М., 2005.

    См.: Социально-философские аспекты современного либерализма: Рефер. сб. / Отв. ред. В.А. Чаликова. М., 1986; Шевырин В.М. Новая советская литература по истории российской буржуазии эпохи империализма: Проблемы историографии 1960 – 1970-х гг. М., 1981; Он же. Государственная дума в России (1906 – 1917 гг.): Научно-аналитический обзор. М., 1995; Он же. Земской и Городской союзы (1914 – 1917): Аналитический обзор. М., 2000; Он же. Власть и общественные организации в России (1914 – 1917): Аналитический обзор. М., 2003.

    Галай Ш. Конституционалисты-демократы и их критики // Вопросы истории. 1991. № 12; Бирман М.А. К истории изучения жизненного и творческого пути П.Н. Милюкова // Отечественная история. 1997. № 1.

    Стокдейл М. Miliukov, nationality and national identity // П.Н. Милюков: историк, политик, дипломат: Матер. междунар. науч. конф. / Отв. ред. В.В. Шелохаев. М., 2000; Брейяр С. Портрет Милюкова // Отечественная история. 1993. № 3; Томас М. Бон. Русская историческая наука (1880 г. – 1905 г.). Павел Николаевич Милюков и Московская школа. СПб., 2005.

    Политические партии России. Конец ХIХ – первая треть ХХ века: Энциклопедия / Рук. проекта В.В. Шелохаев. М., 1996; Государственная дума России: Энциклопедия: В 2 т. Т. 1. Государственная дума Российской империи (1906 – 1917 гг.). М., 2006; Государственный совет Российской империи: 1906 – 1917: Энциклопедия. М., 2008.

    Падение царского режима. Стенографические отчеты допросов и показаний, данных в 1917 г. в Чрезвычайной следственной комиссии Временного правительства: В 7 т. / Под ред. П.Е. Щеголева. М.; Л., 1924 – 1927; Буржуазия накануне Февральской революции: Сб. документов и материалов / Под ред. Б.Б. Граве. М.; Л., 1927; Наши противники: Сб. материалов и документов / Под ред. В. Юдовского: В 2 т. М., 1928 – 1929; Буржуазия и помещики в 1917 году. Частные совещания членов Государственной думы / Под ред.        А.К. Дрезена. М.; Л., 1932.

    Красавин А.С. Обзор документальных материалов кружка «Беседа» в фонде В.А. Маклакова // Археографический ежегодник за 1968 год. М., 1970; Шацилло К.Ф. Обзор документальных материалов кружка «Беседа» и «Союза освобождения» в фонде Д.И. Шаховского // Археографический ежегодник за 1974 год. М., 1975; Шацилло К.Ф. Новые сведения о псевдонимах в журнале «Освобождение» // Археографический ежегодник за 1977 год. М., 1978.

    Либеральное движение в России. 1902 – 1905 гг.: Сб. документов / Сост. Д.Б. Павлов. М., 2001; Протоколы Центрального Комитета и заграничных групп конституционно-демократической партии: В 6 т. / Отв. ред. В.В. Шелохаев. М., 1994 – 1999; Съезды и конференции конституционно-демократической партии: В 3 т. / Отв. ред. В.В. Шелохаев. М., 1997 – 2000; Партия «Союз 17 октября». Протоколы съездов, конференций и заседаний ЦК: В 2 т. / Сост. Д.Б. Павлов. М., 1996 – 2000; Партии демократических реформ, мирного обновления, прогрессистов. 1906 – 1916 гг. Документы и материалы / Отв. ред. В.В. Шелохаев. М., 2002; Партии российских промышленников и предпринимателей: Документы и материалы. 1905 – 1906 гг. / Сост. В.Ю. Карнишин. М., 2004; Всероссийский Национальный Центр / Сост. Н.И. Канищева. М., 2001.

    Леонтович В.В. История либерализма в России. 1762 – 1914. М., 1995. С. 6.

    Шелохаев В.В. Русский либерализм как историографическая и историософская проблема // Русский либерализм: исторические судьбы и перспективы: Материалы междунар. науч. конф. / Отв. ред. В.В. Шелохаев. М., 1999. С. 20.

    Модели общественного переустройства России. ХХ век / Отв. ред. В.В. Шелохаев. М., 2004. С. 43.

    Новикова Л.И., Сиземская И.Н. Идейные истоки русского либерализма // Общественные науки и современность. 1993. № 3. С. 124.

    Капустин Б.Г. Алгоритмы и варианты западного либерализма // Русский либерализм: исторические судьбы и перспективы: Материалы междунар. науч. конф. / Отв. ред. В.В. Шелохаев.  М., 1999. С. 41.

     



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.