WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Политические партии в Среднем и Нижнем Поволжье в 1907- начале 1917гг.

Автореферат докторской диссертации по истории

 

На правах рукописи

 

 

 

 

Кузнецов Валерий Николаевич

 

Политические партии в Среднем и Нижнем Поволжье

в 1907 – начале 1917 гг.

 

 

Специальность 07.00.02 – «Отечественная история»

 

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

 

 

 

 

 

 

Саратов – 2010


Работа выполнена в ГОУ ВПО «Ульяновский государственный педагогический университет»

Научный консультант: доктор исторических наук, профессор

Лютов Лев Николаевич

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Лобачева Галина Викторовна;

                                                доктор исторических наук, профессор

Репинецкий Александр Иванович;

                                                доктор исторических наук, профессор

Рыбков Александр Григорьевич

Ведущая организация: ГОУ ВПО «Ульяновский государственный университет»

Защита состоится « 8 » октября 2010 года  на заседании диссертационного совета Д.212.241.03 при Саратовском государственном социально-экономическом университете по адресу: 410003, Саратов, Радищева, 89, Саратовский государственный социально-экономический университет, ауд. 843.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Саратовского государственного социально-экономического университета по тому же адресу.

Автореферат разослан ____сентября                                                     2010 года.

Ученый секретарь диссертационного совета                                      А.Н. Донин


I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В начале ХХ века родилась российская многопартийность, просуществовавшая недолго – до начала двадцатых годов этого столетия. Возродилась она вновь конце восьмидесятых годов ХХ века и, претерпев определенные изменения, существует поныне. В обоих периодах своей истории многопартийность - важный элемент политической жизни нашей страны.

История российской многопартийности не может быть полной и репрезентативной без изучения этого феномена в рамках Среднего и Нижнего Поволжья. Здесь действовали организации всех основных политических партий, регион играл важную роль в дофевральский и последующие периоды отечественной истории. В 1907-начале 1917 гг. здесь жили и действовали такие политические фигуры российского масштаба, как О.С. Минор и К.А. Гвоздев, А.Ф. Керенский и Е.К. Брешко-Брешковская, А.Д. Протопопов и А.К. Клафтон, В.В. Куйбышев и Н.К. Нариманов, Г.И. Оппоков (Ломов) и С.К. Минин, И.А. Пятницкий и С.Г. Шаумян, епископ Гермоген и иеромонах Илиодор.

Исходя из этого, встает научная задача создания комплексной объективной реконструкции истории партийных организаций Среднего и Нижнего Поволжья, их влияния на политический выбор региона. Возникновение и существование современной многопартийности актуализирует интерес к близкому феномену: деятельности политических партий в начале XX в. Тема эта является недостаточно изученной. В основном она реализовывалась на уровне исследований по отдельным партиям и губерниям. Необходимо существенное расширение источниковой базы, применение исследовательской парадигмы, основанной на панорамности и объективности. Привлечение нового исторического материала и создание единой комплексной картины по всем политическим партиям и всем губерниям региона позволит вывести данную тему на новый уровень ее познания.

Степень разработанности проблемы. Подробный анализ историографии изучаемой проблемы излагается в первом разделе диссертации. Здесь же дается общая оценка состояния разработанности избранной темы. Совместными усилиями советских, российских и зарубежных историков исследование многопартийности в 1907-начале 1917 гг. привело к немалым позитивным результатам. Однако в масштабе губерний и особенно регионов, эта проблема только начинает подходить к широкому и всестороннему изучению, оставаясь на уровне фрагментарности и методологической устарелости. По мнению автора необходимо с позиций современных требований к исторической науке комплексно изучить функционирование политических партий в Среднем и Нижнем Поволжье, нарисовать динамическую картину многопартийности и проследить связи политических партий с влияющими на них историческими объектами. Историографический анализ позволяет утверждать недостаточную изученность избранной нами темы и отсутствие диссертационной работы панорамно анализирующей многопартийность в Среднем и Нижнем Поволжье в избранных хронологических рамках.

Цель настоящего исследования состоит в создании многосторонней картины деятельности политических партий в Среднем и Нижнем Поволжье в 1907 - начале 1917 гг.

Для достижения этой цели были поставлены следующие задачи:

- выявить степень изученности проблемы, дать ее историографическую характеристику;

- проанализировать источниковую базу и ввести в научный оборот новые данные;

- определить в региональном масштабе общее и особенное в деятельности политических партий;

- показать, как решалась проблема выбора тактики в связи с изменениями политической ситуации в стране;

- проанализировать характер межпартийных отношений;

- осмыслить особенности проводимых предвыборных компаний во II, III и IV Государственные Думы;

- рассмотреть решение партийными структурами своих организационных и внутрипартийных задач;

- выявить связь местных партийных организаций с их центральными руководящими органами, показать ее значимость;

- показать зависимость деятельности партий от изменения  политического настроения тех или иных социальных групп;

- охарактеризовать методы и формы борьбы за сохранение и расширение влияния на массы;

- раскрыть влияние на революционное и леволиберальное движение деятельности местных жандармских органов;

- выяснить количественный состав партийных организаций (групп);

- произвести анализ социального состава политических организаций;

- дать исторический экскурс в поволжские страницы жизни и деятельности политических фигур российского масштаба.

Объектом исследования в данной работе являются поволжские организации ведущих политических партий: РСДРП (затем большевиков и меньшевиков), ПСР, анархистов, максималистов, кадетов, октябристов и черносотенцев.

Предметом исследования является деятельность политических организаций, направленная на решение тактических и стратегических задач, а также организационная структура партий, численность и социальный состав.

Географические границы охватывают регион Среднего и Нижнего Поволжья, а именно Симбирскую, Самарскую, Саратовскую и Астраханскую губернии. К началу XX в. здесь на площади 4616 тыс. кв. км. проживало 1665 тыс. человек. Организации в губерниях всех политических партий осуществляли между собой разнообразные связи: проводили поволжские областные съезды и конференции, где вырабатывалась общая тактика борьбы, распространяли легальную или нелегальную литературу, обменивались опытом, революционеры укрывали своих товарищей из других губерний, у эсеров до 1909 г. включительно существовал Поволжский областной комитет с боевой дружиной и типографией. Соответственно и у жандармов существовал Поволжское районное охранное отделение.

Хронологические рамки исследования - с 1907 г. по январь-февраль 1917 г. Этот период начинается со времени непосредственно предшествующему концу революции 1905-1907 гг., когда основные ее общероссийские события, исключая выборы и функционирование II Государственной Думы уже прошли, и третьеиюньские события лишь зафиксировали существующие реалии: поражение революции. Заканчивается изучаемый период последними неделями российской монархии. Таким образом, диссертационное исследование охватывает специфический этап мирного эволюционного внутреннего развития российской государственности, который занимает большую часть истории дореволюционной российской многопартийности.

Научная новизна проведенного исследования определяется тем, что оно является первой комплексной разработкой проблемы многопартийности в Среднем и Нижнем Поволжье в 1907- начале 1917 гг. Однако это не механическое соединение уже наработанного материала, а по целям, задачам и привлекаемому материалу обладает всеми качествами научной новизны.

В историографическом отношении новизна состоит в том, что исследование представляет собой серьезный вклад в изучение проблемы. В нем впервые детально и всесторонне рассматривается функционирование организаций крупнейших российских партий: РСДРП (большевиков и меньшевиков), ПСР, максималистов, анархистов, кадетов, октябристов и черносотенцев в Среднем и Нижнем Поволжье в 1907-нчале 1907 гг., а также несколько направлений взаимодействий: партий между собой, с жандармскими органами и местной администрацией, с социально-экономической сферой.

В источниковедческом плане новизна состоит в том, что диссертация написана в основном на исторических источниках впервые вводимых в научный оборот (архивные материалы, сведения периодической печати изучаемого периода). Те же документы, которые использовались ранее приобрели новое звучание по двум причинам. Во-первых, они включены в данную работу без какой-либо идеологизации, без купюр, без стремления переставить акценты в пользу заранее заданной концепции и доказать с помощью них некие историко-идеологические постулаты. Во-вторых, они стали частью более крупного целого, что, опять-таки, меняет их значение.

На защиту выносятся следующие основные положения, в которых нашла отражение научная новизна диссертационного исследования:

- реальный водораздел между правыми и левыми партиями, который делал невозможными любое сотрудничество и даже контакты, проходил по линии кадеты-октябристы. По одну сторону оказывались социал-демократы с эсерами и кадеты. Не смотря на взаимную критику, радикалы и конституционные демократы при определенных условиях были готовы к объединению перед лицом правых сил и такие объединения, действительно, имели место на думских выборах и перед 1917 г. Октябристы занимали позиции близкие к черносотенцам. И те и другие не исключали возможности совместной борьбы с революционными силами, к которым они причисляли и кадетов. Союз имел место на думских выборах. Межпартийная критика внутри обеих групп носила намного менее жесткий характер, чем полемика между партиями из разных групп;

- в то время как революция, в качестве явления общегосударственного, завершилась 3 июня 1907 г., в изучаемом регионе в 1907 г. никакого серьезного изменения с точки зрения динамики революции не произошло. Действительный спад приходится на конец 1908 г. Именно этим временем можно определить финал революции в Среднем и Нижнем Поволжье. К концу 1908 г. революционные организации прекращают свое существование, резко падает численность членов РСДРП и ПСР и сокращается до минимума их антиправительственная деятельность. Губернским жандармским управлениям удалось установить практически полный контроль над радикалами;

- новый общественный подъем, начавшийся в общегосударственном масштабе в 1911 г. на Среднее и Нижнее Поволжье распространился в самой минимальной мере. Никаких серьезных изменений по сравнению с периодом реакции в регионе не наблюдается. Революционеры не только не смогли воссоздать свои организации, но и за редким исключением не стремятся к этому, находя, что такие попытки заранее обречены на провал. Революционные силы по-прежнему малочисленны, подвержены склокам и расколам и серьезной революционной деятельности почти не ведут. Не происходит значительного роста забастовочного и тем более крестьянского движения;

- оживление революционного движения связано с начавшейся войной и падает на 1915 г. Однако существенного подъема антиправительственной активности в Поволжье к 1917 не происходит. Небольшая активизация 1915-1916 гг. оказывалась весьма далека от реалий 1907, не говоря уже о 1905 г. Такое революционное движение не представляло опасность для власти. Не произойди революция в столице, в регионе в 1917 г. она бы не началось наверняка;

- не партии определяли уровень политического сознания жителей региона и определяли их активность в этой сфере, а наоборот, масштабы деятельности политических партий оказывались в зависимости от настроения масс, которое определялось такими факторами как принадлежность к той или иной социальной группе и политической ситуацией в общероссийском масштабе. В начале XX века партии не имели технической возможности формировать сознание людей.

- наименее влиятельными среди революционных сил являлись анархисты и максималисты. В Среднем и Нижнем Поволжье действовали их небольшие не связанные друг с другом группы, часто представляющие из себя уголовные шайки. Их деятельность как правило сосредотачивалась на проведении убийств (терактов) и грабежей (экспроприаций). Полученные деньги в основном шли на личные нужды. Никакого широкого отклика в обществе их деятельность не имела;

- эсеры с 1907 по начало 1917 г. проделали наиболее серьезную эволюции в сторону поправения и умеренности. Они всех дольше не хотели видеть поражения революции и в течении всего 1907 г. призывали народ к вооруженному восстанию. Под ударами властей теряя связи с деревней, эсеры становятся городской парией по составу и объектам революционной работы. Проигрывая социал-демократам в борьбе за городские низы, эсеры переключаются на террор и проводят в 1907 г. ряд крупных убийств. Репрессии дезорганизуют эсеров и в 1908 г. распадаются их последние организации. Эсеровское движение последующих лет – это небольшие сообщества партийных интеллигентов, в очень малых масштабах ведущие подпольную деятельность. Усиливается тяга к легализации и союзу с либералами. По отношению к войне большинство эсеров региона заняли оборонческие позиции;

- если в российском масштабе вехой полного разрыва большевиков и меньшевиков считается партийная конференция в Праге 1912 г., то организационный раскол социал-демократов в регионе имел место в 1913-1914 гг. Это произошло в Саратове и Самаре, то есть там, где партийная жизнь была наиболее интенсивная. В Симбирске и Астрахани, где она едва теплилась, формального размежевания так и не случилось вплоть до начала 1917 г.

- меньшевики Среднего и Нижнего Поволжья в основном заняли ликвидаторские позиции и, не веря в скорую новую революцию, строили тактику своей деятельности на принципах постепенности, просветительства и легальности. Они фактически прекратили революционную работу, отложив ее до окончания войны. Наиболее сильные позиции у меньшевиков региона имелись в Самаре и Астрахани. В годы войны меньшевики в основном заняли оборонческие позиции;

- к 1917 г. меньшевики и эсеры проделали эволюцию от революционных позиций к либеральным. Неверие в скорую пролетарскую (народную) революцию делало их принципиальными союзниками буржуазии, не смотря на подчеркиваемую ими дистанцированность от нее.

- большевики среди других революционных сил в целом оказались наиболее устойчивыми и последовательными врагами самодержавия. В отличие от меньшевиков и эсеров, они выступали против любого союза с либералами, против участия в таких легальных организациях, как военно-промышленные комитеты. Большевики не оставляли попыток воссоздания подпольных организаций. Последняя по времени такая деятельность имела место в Самаре в 1916 г. С 1914 г. большевики Саратова, подобно меньшевикам, не стремились к подпольной организации и даже участвовали в 1915 г. в межпартийных совещаниях, проводимых А.Ф. Керенским. В период войны большевики Астрахани и Симбирска не представляли из себя серьезной политической силы. Критикуя войну, большевики региона не выступали публично за поражение в ней России и превращение ее в гражданскую, что вызвало бы по отношению к ним негативную реакцию даже среди пролетариев;

- революционное движение в 1907-1910 гг. в основном состояло из людей молодого возраста (24-25 лет), имеющих низшее образование, неженатых. В дальнейшем при резком сокращении притока новых людей в радикальное движение происходит его определенное «старение»;

- в уездах членами эсеровской партии состояли в основном местные интеллигенты, а в городах это были лица наемного труда, но в меньшей степени фабрично-заводской пролетариат. Социал-демократы имели своим социальным фундаментом также представителей наемного труда, но с большим процентом фабрично-заводских рабочих.

- революционное движение региона прямо зависело от двух факторов. Во-первых это политические пристрастия населения, которые были подвержены серьезным колебаниям. Поражение революции на российском уровне привело к разочарованию многих участвовавших в ней и ей симпатизировавших в ее перспективах, к боязни репрессий со стороны властей. Это сказалось на деятельности партий в Среднем и Нижнем Поволжье и в каждом случае по своему привело к значительному сокращению активности политических партий. К 1915-1916 гг. ситуация меняется в противоположную сторону. Возрождается вера в политические изменения, в приход к власти буржуазии, что катализирует деятельность старых (кадеты) и новых либералов (меньшевики и эсеры). Второй фактор - эффективность работы жандармских органов. В целом начальники губернских жандармских управлений и их помощники в уездах представляли из себя типичных провинциальных работников, не всегда контролирующих подпольную деятельность. Положительным исключением был начальник саратовского охранного отделения А.П. Мартынов.

- кадеты являлись наиболее влиятельной и действенной политической силой среди либералов. На протяжении всего изучаемого периода, они стремились выступить в роли объединителя всех антиправительственных сил, что им частично удавалось на выборах в Государственные Думы и в период 1915-начала 1917 гг. Кадеты опирались на устойчивый электорат, партия состояла из убежденных людей уже не молодого возраста, поэтому кадетское движение отличалось стабильностью и не знало значительных спадов или подъемов. К началу 1917 г. кадеты региона организационно, политически и психологически были готовы к взятию власти в губерниях;

- октябристы занимали крайне правый фланг либерального движения, часто смыкаясь с монархистами и националистами, с которыми их объединяла неприятие любой антимонархической борьбы и тем более к революции, и антисемитизм. Октябристы выступали в качестве простолыпинской партии и после убийства П.А. Столыпина их деятельность на местах постепенно сходит на нет. Социальной опорой октябристов являлся количественно незначительный слой крупных собственников и чиновников и их большое представительство в III и IV Государственной Думе объясняется недемократическим избирательным законом.

- монархическо-националистическое (черносотенное) движение в регионе являлось наиболее неоднородным по социальному составу, требованиям и организационному оформлению. Здесь действовали такие крупные конкурирующие между собой организации, как Союз русского народа (затем дубровинский союз), Православный братский союз, Народный союз имени Михаила Архангела. В Астрахани все исследуемое время существовала местная Народная монархическая партия, в Симбирске с 1909 г. отдел Всероссийского национального союза. Членами черносотенных организаций являлись и помещики, и мелкие и средние торговцы, и представители городских низов, в том числе рабочие. Имелись отелы черносотенных организаций и в уездах. Отсюда частые столкновения между «низами» и «верхами» организаций, когда первые выступали против сохранения в неприкосновенности помещичьих земель, за восьмичасовой рабочий день, а вторые были категорически против этого. Общим у столь разных людей были антисемитизм, монархизм и ненависть к революции. Считая неприкосновенной царскую особу, черносотенцы довольно резко критиковали губернские власти и П.А. Столыпина, что вызывало со стороны властей гонения на них;

- ни одна из партий не имела доминирующего влияния на общество в целом, и каждая действовала среди близкого им социального слоя.

Практическая значимость диссертации. Фактический материал диссертационного исследования, а также авторские выводы и обобщения могут использоваться при написании научных работ по истории политических партий в рамках Российского государства, Среднего и Нижнего Поволжья, а также при создании краеведческих трудов и учебной литературы для регионального компонента федерального учебного плана. Содержание диссертации возможно привлекать для подготовки лекций и семинаров в вузах региона, как в курсе истории России, так и политологии и для проведения занятий исторических кружков в школах, создании музейных экспозиций. Материал диссертации может быть интересен для современных политических партий.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации были изложены автором в двух монографиях, статьях, в том числе напечатанных в журналах, рекомендованных ВАК РФ для публикации основных научных результатов диссертаций на соискание ученой степени доктора наук, учебно-методических пособий, представлены в качестве докладов на двух всероссийских научных и научно-практических конференциях и а также научно-практических конференциях регионального уровня.

Структура работы определяется целями, задачами и логикой исследования. Диссертация состоит из введения, пяти глав, заключения, списка источников и литературы, приложений.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, определяются цели и задачи исследования, хронологические и географические рамки, степень изученности проблемы, сформулированы новизна исследования и основные положения, которые выносятся на защиту.

В первой главе «Методологические основы, историография и источниковая база исследования» показываются научные принципы исследования, на которые опирался автор, круг источников, на основе которых писалась диссертация и анализируется историография избранной темы.

Методологической основой диссертации явились принципы научности, объективности, историзма и всесторонности. Написание работы прошло два этапа. На первом автор использовал эмпирический метод поиска конкретных исторических фактов, связанных с целью исследования, шло осмысление их репрезентативности. При этом отсутствовала априорная точка зрения, заранее имеющаяся концепция, под которую бы подгонялись найденные факты. На втором этапе, когда отдельные факты становились частью общей картины, использовался системный подход, метод обобщения, анализа и синтеза. Автор стремился не допускать идеализации или очернения объектов исследования, описания их с точки зрения тех или иных политических сил. При подсчете численности партийцев, проведенных экспроприаций и терактов, выпуска печатной продукции, количества арестов, создания обобщенного социального портрета характеристики членов партии применялся статистический метод. Кроме того, автор стремился использовать системный подход, рассматривая многопартийность в качестве системы, основными элементами которой явились политические партии, жандармские органы и социально-экономическая сфера. Происходит изучение каждого элемента (в соответствии с темой исследования наиболее подробно политических организаций), анализируется структура системы. Рассматривается взаимодействие политических партий друг с другом, связи революционных и лево-либеральных сил с жандармскими органами, а националистов с местной администрацией, а также связь развития политического с социально-экономическим. Исследуется процесс системы, особенности ее динамического изменения во времени.

Рассмотрение историографии темы показывает, что ее исследование (не политических партий вообще, а именно в Среднем и Нижнем Поволжье) прошло два этапа и к настоящему времени тема остается в состоянии частичной изученности.

В основу периодизации разработки темы лежат два важнейших признака: количественный состав объектов исследования и методология научной работы. Первый этап, советский, начинается в двадцатые годы XX века и продолжается до 1991 г. (Хотя изучение партий началось еще до 1917 г., это не коснулось партий в регионе). Он характеризуется преимущественным вниманием к истории коммунистической партии, которая подается на основе метода партийности, что приводит к лакировке ее прошлого, замалчиванию неудобных фактов. Прочие партии начинают изучаться только в 70 - 80-е гг., при этом господствует взгляд об исторической ошибочности их путей.

В двадцатые годы история политических партий в Среднем и Нижнем Поволжье еще не стала объектом изучения, хотя по горячим следам революции и гражданской войны, главным образом в Москве, выходили работы, касающиеся деятельности партий - противников коммунистов . Эти труды носили в основном агитационно-пропагандистский характер и не ставили целей серьезного рассмотрения истории данных партий. Написаны они были без привлечения местного материала. Особняком от других стоит исследование жандармского офицера А.И. Спиридовича, до сих пор не утратившее своей актуальности и ценности . Изучение дофевральского прошлого местных организаций РКП(б)-ВКП(б) в основном проходило подготовительный этап, пишутся и печатаются воспоминания коммунистов. Начинают выходить и первые исследования местных авторов, где речь идет о 1907-1916 гг. , но, как правило, они обращены к событиям 1905-1906 гг. Организует эту работу губернские отделения Истпарта.

В тридцатые годы появляются более основательные работы о прошлом ВКП(б). Другие партии так и не станут объектом самостоятельного исследования, что было вызвано политическими причинами, недавней борьбой этих партий с коммунистами. Отношение правящих верхов к ним было постоянно враждебным. Первой попыткой написать обобщающую работу, посвященную прошлому поволжских большевиков за пределами 1905-1906 гг. стала книга В.В.Троцкого . В ней содержится небольшой материал о 1907-начале 1917 гг., в основном из истории большевиков Самары.

На исторические исследования оказал решающее влияние «Краткий курс истории ВКП(б)», расставивший все точки над «i», закрепивший догматические схемы и подходы. В соответствующем постановлении ЦК говорилось: «Изданием «Курса истории ВКП(б)»...кладется конец произволу и неразберихе в изложении истории партии, обилию различных точек зрения и произвольных толкований важнейших вопросов партийной теории и истории партии» . Тема непролетарских партий стала еще более непопулярной, оживились и усилились тенденции в сторону преувеличения роли большевиков и идеализации их деятельности. Имело место и отступление назад. Прошлое коммунистической партии подавалось еще более упрощенно, схематично и идеализированно. Так если для исследователей 20-х гг. было ясно, что комитеты РСДРП прекратили свое существование в 1908 - 1909 гг., то в последующие годы стали писать о комитетах и в 1910 гг. Применяется грубая лексика в отношении противников большевиков.

В 40-50 гг. выходят работы И.С. Подхватиловской, Г.Ф. Ходакова, В.А. Осипова, Ф.Ф. Захарова, В.Н. Позойской, К.Я. Наякшина, И.П. Шмыгина, М. Бутаева. . В основном они посвящены периоду революции 1905-1907 гг. Такая хронологическая однобокость вполне объяснима. Эти годы оказались наиболее выигрышными для дофевральской истории партии, в то время как последующие годы связаны с поражениями, отступлением, внутренним кризисом. (В дальнейшем историки данного периода также в основном будут обращаться ко времени первой российской революции). Часть работ посвящена конкретным проблемам истории местных большевиков после 1907 г.

Значительным шагом вперед в рамках сложившихся идеологических постулатов явилось издание очерков истории поволжских организаций КПСС. Г.Ф. Ходаков, а также авторы разделов об исследуемом периоде К.Я. Наякшин, Г.Н. Рутберг, Ф.Ф. Захаров, М.А. Гнутов, В.И. Томарев, П.С. Сысоев, А.В. Соколов и М.И. Слуцкий систематизировали данные предшествующих исследований, привлекли новые архивные источники, в результате чего была создана более полная по сравнению с предшествующими публикациями картина жизни поволжских социал-демократов в 1907-начале 1917 гг. С другой стороны, в очерках большевики, как правило, идеализировались, некоторые факты сознательно замалчивались.

В 60 - первой половине 80-х гг. вышли новые работы посвященные большевикам . Авторы стремятся отойти от заметной примитивности разработки темы в предшествующие десятилетия. В статье В.Н. Позойской приведены новые данные из фондов ЦГАОР, касающиеся организационной деятельности саратовских большевиков, особенности их работы в массах. Автор подробно сообщает об арестах и ликвидациях, о провокаторах, анализирует различные подходы к думским выборам и тактические разногласия. Исследование Г.Н. Рутберга «Самарские большевики в годы реакции и нового революционного подъема (1907-1914 гг.)» явилось первой монографией, посвященной не годам революции, а последующим этапам российской истории.

Деятельности симбирских социал-демократов посвящены работы Г.Н. Федорова и Н.С. Гауз, где уточняется персональный состав комитета партии в 1907 г. и сообщаются новые данные об агитационной и организационной деятельности организации в это же время. Издательская деятельность социал-демократов Саратовской губернии в 1905-1907 гг. стала объектом исследования В.М. Гохлернер. Ценны таблицы, составленные автором, с данными об общем числе листовочных изданий, об их количестве и адресатах. Работа К.Я. Наякшина и Г.Н. Рутберга посвящена времени первой русской революции, но отдельные страницы обращены также к первым месяцам реакции и касаются событий, связанных с пятым партсъездом и второй областной конференцией РСДРП. В.И. Томарев в своей монографии свел воедино данные о деятельности большевиков Поволжья в условиях отступления революции, их борьбе против ликвидаторов, отзовистов и троцкистов, и работе среди пролетариев в условиях реакции. Т.Ф. Михайлова приводит новые данные, отсутствующие в предшествующей литературе, в частности о конфликте между симбирским комитетом и ячейкой типографов в 1908 г.

В солидном труде Р.А. Гарафутдинова обращается внимание на деятельность социал-демократов по сохранению нелегальных партийных организаций и роли в этом центральных партийных органов. Интересны приложения, в которых впервые представлена сводная таблица численности саратовских, царицынских, астраханских, самарских и симбирских социал-демократов за 1903-1916 гг. Заслуживают внимания схемы, прослеживающие динамику изменения оргструктур названных организаций.

Важным шагом в изучении историографии истории большевиков явились работы А.А.Литвина. В них дан серьезный анализ советской историографии проблемы и приведен полный список литературы. Частично сведения А.А. Литвина обращены и к первым месяцам реакции. В книге М.А. Водолагина , в главе «Революционное движение в Царицыне» кратко, но довольно содержательно говорится о положении местных социал-демократов, о борьбе в их рядах большевиков и меньшевиков. Отдельные интересные данные имеются о черносотенном движении, о такой политической фигуре, как архимандрит Илиодор.

В книге, написанной коллективом авторов под редакцией Я.Р.Волина , главы, обращенные к периоду 1907-1916 гг. написаны В.И. Томаревым и перекликаются с его упомянутой монографией. В них рассматривается борьба большевиков против других направлений внутри социал-демократического течения, за сохранение партийных организаций.

В диссертации Т.Ф.Михайловой приводятся новые данные, отсутствующие в предшествующей литературе, в частности о конфликте между симбирским комитетом и ячейкой типографов. Тем удивительнее идеологически заданный и фактически неверный вывод: «...В эти трудные для партии годы большевики смогли не только сохранить,  но и укрепить местные организации РСДРП» , в то время как к 1910 г. в Поволжье не осталось ни одной подобной структуры.

В конце 70-начале 80-х гг. XX в. начинается изучение «непролетарских партий» и их дофевральского прошлого. Проводятся научные конференции , в том числе по историографии, выходят статьи и книги , но на исследовании региональных организаций партий эти процессы почти не отразились. Как положительное исключение можно отметить отдельные ценные сведения об эсерах Саратова и Самары (издательская деятельность, уровень работы в массах) содержащиеся в труде В.Н. Гинева. В Поволжье обратился к проблеме многопартийности Д.С. Точеный .Статистические данные о саратовской и симбирской организациях партии кадетов привел в своем исследовании Л.И. Спирин. В.В. Шелохаев представил аналогичный цифровой материал также по некоторым уездным группам упомянутых губерний и, кроме того, самарской. Он также опубликовал сведения о численности поволжских отделов «Союза 17 октября».

Следует подчеркнуть, что значение работ К.В. Гусева, В.С. Дякина, Л.И. Спирина и В.В. Шелохаева состоит в том, что они первыми обратились к изучению партий, а лучшие из вышедших книг определи проблематику и качественную планку исследований.

Время перестройки внесло изменения в изучение партий. Продолжается и расширяется исследование различных партий . Смягчается идеологическая жесткость в оценке их деятельности. Марксизм-ленинизм теряет свои позиции, но все еще остается основным исследовательским методом. Отдельные сведения о партиях в Среднем и Нижнем Поволжье встречаются в книгах, изданных в эти годы в столичных издательствах. В монографии Д.Б. Павлова приведены данные о наличии максималистских групп в Поволжье. В.В. Шелохаев включает в свои монографии сведения об организационной структуре и численности кадетов и октябристов в губерниях региона. В книге А.Я. Авреха имеется оценка черносотенного движения Астрахани Департаментом полиции.

Историографический обзор состояния изучения российской многопартийности представлен в сборнике «Непролетарские партии России в трех революциях», вышедшего под редакцией К.В. Гусева .

Выходят в свет работы, посвященные поволжскому региону . П.С. Кабытов и О.А. Курсеева анализируют позицию регионального дворянства, организованного в рядах кадетской и октябристской партий. Книга В.И. Томарева выдержана в русле марксистско-ленинского метода и с точки зрения приращения знаний вносит мало нового. О степени идеологизированности диссертации М.И. Надеевой говорит ее заглавие. Автор с удовлетворением констатирует «банкротство» эсеровских организаций. Однако появляются исследования иного уровня. В эти годы ведется плодотворная работа по изучению партии эсеров М.И. Леоновым. Написанные им статьи и книги отличаются богатством фактического материала и его тщательным анализом. Справедливы выводы, к которым пришел автор: «Стать партией класса они (эсеры) не смогли, оставаясь частью, ручейком трудовического течения... Поражение революции вызвало идейный кризис в партии эсеров, превратив ее в интеллигентскую группу, оторванную от масс» . Касаясь социального портрета ПСР, историк отмечает, «что лицо партии определяла интеллигенция, рабочие лишь в единичных случаях попадали в городские комитеты, а крестьяне - в уездные» .

В.И. Седугин представляет статистические данные о численности кадетских организаций и групп Поволжья, анализирует вопросы участия кадетов в выборах в II и III Государственную Думу, их отношение к важнейшим вопросам российской действительности. В то же время В.И. Седугин не вышел за рамки марксистско-ленинской методологии и рассматривает деятельность конституционных демократов с партийно-классовых позиций, с точки зрения «исторически верной» борьбы против них большевиков. В.И. Седугин пишет о «двурушничестве либералов» и делает вывод: «Большевики, руководствуясь марксистско-ленинской теорией и твердо проводя пролетарскую линию, сумели защитить свои ряды от давления оппортунистов и разоблачить соглашательскую контрреволюционную политику кадетов». «Таким образом, - пишет далее В.И. Седугин, - борьба с кадетской партией в условиях непрекращающихся репрессий царского самодержавия была делом непростым и ставила перед большевиками серьезные задачи, требовала от них мужества и самопожертвования, умения гибкого применения различных форм и методов работы».

Второй этап начинается в 1992 г., когда после прекращения существования СССР и потери коммунистической партией власти перестает господствовать и марксизм-ленинизм. Утверждается идеологический плюрализм. Исследование партий становится так сказать «нормой жизни» в постсоветской исторической науке. Количество книг значительно возрастает. Авторы, которые еще вчера писали об истории той или иной партии с точки зрения большевиков, меняют свои взгляды. Так во второй своей монографии В.И. Седугин нарочито отстраняется от оценки деятельности кадетов, ограничиваясь перечнем фактов и выводами строго констатационного характера. На участие кадетов региона в легальных обществах обратил внимание успешно исследующий проблемы российского либерализма В.В. Шелохаев . С.В. Леонов проанализировал проблему классификации партий, показав, что до сих пор нет удовлетворяющего деления и показал тенденции их развития .

Тема меньшевиков плодотворно разрабатывается С.В. Тютюкиным . В наиболее солидной книге «Меньшевизм: страницы истории» он приводит отдельные данные о деятельности меньшевиков Самары, в частности А.И. Кабцана.

Основательные монографии М.И. Леонова и К.Н. Морозова, продолжающие друг друга хронологически, продвинули вперед изучение эсеровской партии . Они отличаются богатством фактического материала, широкой проблематикой, взвешенностью выводов. Однако, написанные в основном на основе материалов о деятельности центральных партийных органов, они мало что прибавляют к знаниям об эсерах Среднего и Нижнего Поволжья, хотя отдельные упоминания о регионе встречаются. В других работах М.И. Леонова продолжается плодотворное обращение к избранной теме .

Революционный террор стал объектом исследований К.В. Гусева, О.В. Будницкого, А. Гейфман . Книга К.В. Гусева более традиционно по выбору тем, менее богата новыми фактами. Монография О.В. Будницкого значительно основательней, в ней обращается внимание на психологическую составляющую террора, на отношение верхов РСДРП к этому феномену. Однако и работы О.В. Будницкого построены в основном на событиях общероссийского значения, материалов о происходящем на местах очень мало, поволжских теракты не упоминаются. В этом отношении более широкий географический охват у американо-израильского историка А. Гейфман, в силу чего и картина революционного террора становится более полной. Так исследовательница приводит данные об убийстве в Самаре в 1907 г. жандармского полковника М.П. Боброва и самом террористе. В тоже время, как верно заметил О.В. Будницкий, для А. Гейфман характерен упрощенно-негативистский подход к обрисовке носителей террора .

Черносотенцы стали объектом изучения А.С. Степанова . Автор рассматривает идеологию движения, структуру, численность, социальный состав, деятельность в городе и деревне. В книге показывается политическая активность Илиодора и Гермогена в Саратовской губернии. Ю.И. Кирьянов обратился к проблеме численности и состава крайне правых партий . В сводной таблице приведены данные по Среднему и Нижнему Поволжью.

Черносотенным организациям посвятила свою кандидатскую, а затем докторскую диссертацию Е.М. Михайлова . Автор сумела показать противоречивость идеологии и практики черносотенцев, влияние на их деятельность этноконфессиональной ситуации в регионе. Подробно Е.М.Михайлова анализирует социальный состав черносотенных организаций.

Г.В. Лобачева рассмотрела преломление монархической идеи в массовом сознании россиян в 1881-1917 гг., высказав интересные идеи об особенностях политического сознания населения страны указанного периода .

В коллективной монографии нашла отражение история политических партий в Астрахани .

Показателем позитивных изменений в изучении многопартийности стала книга «История политических партий России», вышедшая под редакцией проф. А.И. Зевелева . Авторы интересующих нас глав С.А. Степанов, Д.Б. Павлов и В.В. Шелохаев, Н.Г. Думова и В.В. Шелохаев, Н.Д. Ерофеев, В.В. Кривенький, С.В. Тютюкин, В.С. Лельчук представили взвешенную, наполненную фактическим материалом и выводами картину истории той или иной партии. А.И. Зевелев и Ю.П. Свириденко сделали серьезный анализ историографии политических партий России.

В сборнике статей и документов «Политические партии и общество в России, 1914-1917 гг.» его авторы И.С. Розенталь, С.В. Тютюкин, В.В. Кривенький, Н.Д. Ерофеев, В.В. Шелохаев, Ю.И. Кирьянов показали содержательную картину функционирования партий в военный период. В.В. Шелохаев сделал вывод о полном крушении в годы войны всей партийной структуры октябристов, привел данные о кадетах Поволжья. Ю.И. Кирьянов в качестве иллюстрации к общероссийскому кризису черносотенцев привел пример Саратовской губернии.

Хочется отметить, что изучение большевиков в постсоветское время стало менее популярно и они как бы выпали из обоймы научного исследования, между тем научных проблем, стающих перед учеными при разработке темы РСДРП(б) даже более чем при работе с историей других партий. Здесь речь идет не только о создании нового, но и о расчистке «авгиевых конюшен» старого.

Под редакцией В.В. Шелохаева вышли две фундаментальные энциклопедии «Политические партии России. Конец XIX - первая треть XX века» и «Государственная дума Российской империи 1906-1917 гг.» . Однако в ряде случаев биографические данные были бы более полными, если бы к работе привлекались региональные ученые.

Особая проблема, имеющая отношение к диссертационной теме – масоны в политической жизни страны. Она породила огромное количество самой разной литературы, в том числе и серьезных исследований . Масонские связи А.Ф. Керенского в Поволжье нашли отражение в заметке И.В. Топоркова .

Таким образом суммарным трудом историков разных поколений сделано много для выяснения истории российской многопартийности в 1907-начале 1917 гг. К 2010 г. вышли в свет серьезные исследования, посвященные основным российским партиям. Они отличаются разнообразной проблематикой, привлечением новых источников, большей объективностью суждений. Региональная многопартийность этого периода изучена много хуже. Исследование местных большевиков остановилось на уровне советской историографии. Лишь черносотенцы и кадеты стали объектом специальных серьезных исследований, но и здесь поле научной работы еще весьма широко. Это ставит на повестку дня продолжение и расширение изучения политических партий в Среднем и Нижнем Поволжье.

В 90-е гг. прошлого века начинается разработка истории жандармских структур . Это имеет отношение к теме многопартийности, так как партии действовали в своеобразной связке с жандармами. Вопросы функционирования жандармерии в Поволжье привлекли к себе внимание В.В. Романова .

Социально-экономическое развитие страны и региона – тема постоянно привлекающая внимание историков. Партии действовали в рамках конкретных социально-экономических условий, которые оказывали серьезное влияние на их существование. В этой сфере написано немало серьезных исследований, помогающих историку многопартийности .

Источниковая база исследования широка и включает в себя разные типы источников. Их можно структурировать по значимости и разделить на опубликованные и неопубликованные.

Важнейшую роль в написании диссертации сыграли архивные источники. Первое место по важности занимают материалы Государственного архива РФ (ГАРФ). Весьма информативны и многочисленны дела Особого отдела Департамента полиции (фонд 102). Их основная часть относится к деятельности революционных партий. Особый интерес представляют сводки агентурных данных, поступающих в Департамент от губернских жандармских органов и содержащие подробный перечень, представленный жандармскими информаторами, происходящих в партийной среде событий, а также обобщение и анализ их чинами жандармерии. В свою очередь работники особого отдела Департамента направляли региональных работников, предоставляли им необходимую дополнительную информацию.

Дела данного фонда содержат ценные частные факты (о том или ином революционере, о конкретном событии из жизни местных партийных организаций) и обзоры по губернии и региону, касающиеся партий, составленные жандармскими чинами. Важную информативную роль играют отчеты поволжских жандармов перед Департаментом и их объяснения по поводу произошедших событий.

Кроме того в делах фонда содержатся образцы перехваченной у революционеров переписки, а также их издательской деятельности (прокламации, листовки). Интересно эпистолярное наследие революционеров, которое не только помогает реконструировать событийную сторону, но дает представление об умонастроении этих людей, об их принципах и идеалах.

Беднее хранящиеся в ГАРФ фонды легальных партий. Местные жандармские органы не имели секретных агентов среди либеральных и правых партий, что значительно сужало поступающую информацию об их деятельности. В фонде конституционно-демократической партии (фонд 523) содержатся отдельные данные о партийных организациях в губерниях Среднего и Нижнего Поволжья, но целостной картины их жизни документы не дают. Имеющиеся факты показывают борьбу местных кадетов за массы и те условия, в которых им приходится действовать.

Документы фонда «Союза 17 октября» (фонд 115) касаются существования отделов партии, перечисляются фамилии их руководителей, наименования издаваемых периодических изданий. Отдельный пласт данных относится к подготовке и участию октябристов поволжских губерний в съездах партии.

Фонды Всероссийского дубровинского союза (фонд 116) и Русского народного союза имени Михаила Архангела (фонд 117) хранят по интересующей теме данные о наличие отделов, их председателях. Наибольший интерес фондов 523, 115, 116 и 117 представляет переписка между председателями местных отделов и руководством партий, из которых можно узнать о реальном положении дел в отделах, их прочности или аморфности, борьбе за власть внутри них, различных политических акциях. К сожалению эта переписка хронологически фрагментарна, так как вызывалась снизу теми или иными кризисными явлениями в отделах (комитетах).

Документы фонда Штаба особого корпуса жандармов ГАРФ (фонд 110) использованы для характеристики губернских жандармских чинов, воссоздания их движения по службе, что позволяет лучше понять их профессиональный уровень в деле борьбы с врагами власти. В фонде содержаться распоряжения жандармского начальства по тому или иному жандарму и решения о кадровых перестановках.

Использовался и личный фонд А.Ф. Керенского (фонд 1807), содержащий сведения, касающихся участия этого политического деятеля в выборах в IV Государственную Думу от Саратовской губернии.

Подавляющее большинство используемых при написании диссертации данных фондов ГАРФ впервые вводятся в научный оборот.

Сведения, почерпнутые из фондов ГАРФ дополнялись данными из местных архивов: Государственного архива Ульяновской области (ГАУО) и Государственного архива Самарской области (ГАСО). В ГАУО использовались прежде всего фонды губернского жандармского управления (фонд 855) и канцелярии симбирского губернатора (фонд 76). В первом из них содержится переписка начальника ГЖУ с помощниками в уездах и с руководством Департамента полиции по политическим делам, сводки агентурных данных и наружного наблюдения за революционерами. Документы фонда симбирского губернатора раскрывают такие аспекты политической жизни губернии, как положение в ней либеральных и правых организаций, данные о благонадежности лиц, принадлежавших к революционному движению. В делах имеются донесения начальника ГЖУ о проведенных обысках и арестах.

В ГАСО использовались фонды губернского жандармского управления (фонд 468) и самарского охранного отделения (фонд 469), в которых содержаться данные о революционном движении в губернии, особенно полезными оказались сведения об эсерах и анархистах (выявление их возраста, социальной и профессиональной принадлежности).

В совокупности архивные документы позволили создать цельную картину положения и работы революционных и в значительно меньшей степени либеральных и правых партийных организаций.

Серьезным дополнением к архивным данным явились сведения, почерпнутые из периодической печати того времени. Они позволили значительно углубить знание о либеральных и правых партиях. В региональной партийной периодике раскрывалась их идеология, особенности видения политического момента, перечислялся персональный состав партийных комитетов и активистов. В них же содержалась хроника важных для партий событий (заседание комитетов, проведение общих собраний, организация общественных акций). Подобные данные печатались и в формально беспартийных газетах. Центральные партийные издания позволяли увидеть точку зрения верхов на события в губерниях и на политическую ситуацию в стране. При написании диссертации использовались двадцать три периодических издания 1907-начала 1917 гг., значительное большинство сведений которых впервые вводится в научный оборот.

В разное время выходят сборники документов и материалов по истории революционного движения данных губерний . Подспорьем в написании диссертации явились сборники документов и материалов, посвященные различным партиям, выходящие в рамках серии «Политические парии России. Конец XIX – первая треть XX века. Документальное наследие» . Составители С.В. Тютюкин, Д.Б. Павлов, В.В. Кривенький, Н.Д. Ерофеев, Ю.И. Кирьянов проделали кропотливую и полезную работу по составлению этих весьма содержательных сборников. В ряде случаев в них опубликованы документы, касающиеся Среднего и Нижнего Поволжья. Особенно много их в сборнике «Правые партии», где речь идет о количестве черносотенных организаций, их численности, лидерах, некоторых аспектах деятельности в годы мировой войны.

Переписка и другие документы правых, подготовленная Ю.И. Кирьяновым, публиковались на страницах журнала «Вопросы истории». В ней имеются полезные данные о числе и численности отделов правых организаций по Среднему и Нижнему Поволжью .

Свою роль в создании исследования сыграла мемуарная литература. По избранной проблематике ее не так много, в основном это воспоминания региональных большевиков . Имеются также любопытное воспоминание о самарском эсере П.Д. Романове – убийце жандармского полковника М.П. Боброва . Сохранились мемуары саратовского октябриста И.Я. Славина . Привлекались воспоминания лидеров партий и значимых политических фигур . В книге В.М. Чернова содержится рассказ о посылке в 1908 г. Саратов посланцев ЦК во главе с О.С. Минором. Мемуары А.Ф. Керенского интересны для данной диссертации страницами об обстоятельствах его участия в предвыборной думской компании 1912 г. Воспоминания П.Н. Милюкова показывают видение кадетским лидером политических процессов в стране. Книга Илиодора интересна не столько страницами о Г.Е. Распутине, сколько яркими зарисовками деятельности самого иеромонаха в Царицыне.

Среди мемуаров жандармских офицеров и полицейских чинов с темой диссертации связаны воспоминания А.В. Герасимова, А.П. Мартынова и П.Г. Курлова . Особенно значимы мемуары А.П. Мартынова, содержащие ценные сведения и о состоянии жандармских органов в регионе, и о революционном, прежде всего эсеровском движении, и о методах борьбы с ним. Опытный и умный жандармский чин, он делает такой вывод: «Период с 1909 года по самую революцию 1917 года был самым спокойным в смысле проявления деятельности подпольных организаций в России. Революция 1917 г. ни в какой мере не явилась результатом наличия революционно организованного подполья» .

В рамках жандармской темы находятся стенографические отчеты допросов и показаний, данных в 1917 г. в Чрезвычайной Следственной комиссии Временного правительства теми лицами, которые были связаны со Средним и Нижнем Поволжьем в 1907-начале 1917 гг . Это показания вице-директора Департамента полиции С.Е. Виссарионова, М.С. Комиссарова, занимавшего в 1912-1915 гг. должность начальника саратовского губернского жандармского управления и С.П. Белецкого, бывшего директором Департамента полиции и с 1916 г. товарищем министра внутренних дел. В частности показания С.П. Белецкого раскрывают вопросы субсидирования правительством правой прессы, в том числе «Голоса Самары». Для выяснения методов жандармской работы интересны допросы директора Департамента полиции М.И. Трусевича и жандармского полковника А.И. Спиридовича.

Полезными оказывались и ресурсы интернета, где приведены биографические справки жандармских чинов и умеренных социалистов . Кроме того сайт «Российские социалисты и анархисты после Октября 1917 г.» интересен и полезен тем, что на нем выложены воспоминания революционеров и сочинения историков, в частности довольно большая подборка последних работ по революционному террору.

Комплексное привлечение указанных источников позволило получить разнообразный по содержанию материал, что сделало возможным выполнение целей и задач, поставленных перед диссертационным исследованием.

Вторая глава «Расстановка политических сил накануне третьеиюньского переворота» показывает, что в регионе имелись значительные социальные противоречия, делающие возможным существование революционных, либеральных и правых партий. К 1907 г. здесь действовали все основные российские партии, которые представляли собой массовые организации, ведущие между собой ожесточенную борьбу. Слабо подготовленные жандармские чины не могли эффективно бороться с революционными силами, представленными РСДРП, ПСР, максималистскими и анархистскими группами. Лево-либеральная партия кадетов была намного ближе к революционным партиям, чем к право-либеральным октябристам, тяготевшим, в свою очередь, к черносотенцам.

В начале XX в. Поволжье оставалось малоурбанизированным аграрным регионом. В регионе в основном жили русские. Крестьяне Симбирской, Самарской и Саратовской губерний страдали от малоземелья. Лишь в Астраханской губернии помещичье землевладение не получило развитие и аграрный вопрос не обладал такой остротой. Поволжская буржуазия начала складываться поздно и была слаба. К 1914 г. половина акционерных обществ принадлежала неместным предпринимателям.

В промышленном отношении первенствующее положение занимала Саратовская губерния, где в 1901 г. насчитывалось 9633 различных предприятий, на которых трудилось 40512 рабочих, из них 18480 приходилось на Саратов и Царицын. В 1907 г. в городе имелось 5200 безработных, рабочий день, сократившийся в годы революции до 9 часов вновь увеличился до 12-13 часов. К крупнейшим производствам Самары можно отнести пивоваренный завод фон Вакано (1000 рабочих), Тимашевский сахарный завод (1249 человек), крупные паровые мельницы В.Н.Башкирова. Симбирская губерния оставалась по многим важнейшим показателям наиболее отсталой в промышленном отношении. Подавляющая часть предприятий помещалась в сельской местности, половину из них составляли мельницы. Астраханская губерния имела развитый водный транспорт. На втором месте по числу рабочих рук находилась рыбная промышленность. Важную роль играло бондарное производство и добыча соли. В этой сфере в крайне тяжелых условиях трудилось 1730 рабочих, добывавшие треть всей российской соли.

В регионе преобладала мелкая промышленность. В 1913 г. лица занятые индустриальным трудом составляли 20% всех работников (по России 36%).Общая грамотность (в подавляющем большинстве уровня начального образования) фабрично-заводских рабочих Поволжья не превышала 67%. Большинство фабрично-заводских работников были заняты ручным, малоквалифицированным трудом. Около четверти пролетариев-мужчин имели свою землю или земля имелась у членов их семей. Молодая буржуазная промышленность Поволжья имела дело в основном с рабочими в первом поколении. Квалифицированные кадровые пролетарии не превышали пятой части всех рабочих.

Эти показатели рисуют Среднее и Нижнее Поволжье в качестве среднеразвитого российского региона с наличием серьезных социальных противоречий, как оставшихся от феодального общества, так и пришедших вместе с промышленным переворотом и началом буржуазной модернизации, что создавало почву для деятельности различных партий. Крестьянское малоземелье при крупном помещичьем землевладении создавало почву для деятельности с одной стороны эсеров, а с другой стороны октябристов и частично черносотенцев. Социальные проблемы в промышленности являлись основой для функционирования РСДРП. Относительная незавершенность социальных процессов буржуазного общества вела к менее интенсивной и напряженной политической борьбе по сравнению с промышленными центрами страны.

Уровень подготовленности жандармских чинов к острой политической борьбе и степень эффективности их противодействия антиправительственным силам в регионе оказывались на сравнительно низком уровне. Начальники жандармских управлений в Симбирске полковник Н.Н. Ловягин, в Саратове полковник Д.С. Померанцев и в Астрахани полковник Н.А. Бураго не соответствовали своим должностям. Пришедшие им на смену офицеры корпуса не отличались от них  существенно в лучшую сторону. С 1906 г. должность начальника Самарского ГЖУ занимал ставленник П.А. Столыпина подполковник М.П. Бобров, не сумевший взять под полный контроль революционное движение губернии и убитый эсерами в декабре 1907 г. В Саратове помимо губернского жандармского управления существовало охранное отделение, чьим начальником с 1906 г. был ротмистр А.П. Мартынов, пожалуй самый талантливый жандармский офицер региона. Все вышеизложенное приводило к тому, что в течение большей части 1907 г. революционеры могли действовать сравнительно в спокойных условиях, что благоприятно сказывалось на их партийной работе. В последующие годы реакции жандармские чины также нередко оказывались не на высоте, что позволяло радикалам проявлять свою политическую деятельность.

Членов РСДРП насчитывалось примерно 1 600 человек (600 в Саратовской губернии, 400 в Самарской, 318 в Симбирской и до 300 в Астраханской), эсеров около 3 000 (1018 в Саратовской губернии, 1100-1200 в Самарской, 590 в Симбирской и примерно 325 в Астраханской). Наибольшее количество социал-демократов падает на самые промышленно развитые губернии – Саратовскую (Саратов, Царицын) и Самарскую. Эсеры наиболее популярны в этих же губерниях, где остро ощущается крестьянское малоземелье (отставание в численности ПСР в Симбирской губернии объясняется количественными факторами – меньшей территорией и численностью населения). Обе революционные партии имели подпольные типографии, боевые дружины, коллегии пропагандистов. Среди социал-демократов в Астрахани преобладали меньшевики, в остальных большевики. Большевики и меньшевики действовали в рамках общих организаций.

Организации социал-демократов и эсеров в основном представляли из себя городские сообщества с близким социальным составом: 42-43 % мещан, 36-38 % крестьян. На долю лиц, занимающихся физическим трудом у РСДРП приходится 39,7%, у ПСР 24,7%, у анархистов 41,1%. Однако, если брать собственно пролетарские профессии, то показатели будут таковы: РСДРП - 19,2%, ПСР - 4,3%, анархисты - 0%. Можно определить среднестатистический образ регионального революционера. Это мужчина 24-25 лет, мещанин, русский, холостой, получивший начальное образование. В РСДРП и ПСР большинство членов в силу своего низкого образовательного уровня не могли руководить организациями и вести агитационно-пропагандистскую работу. Данная деятельность являлась монополией образованного меньшинства, т.н. «партийных интеллигентов», имеющих определенное положение в обществе и не склонных к риску, а это вело к противостоянию более решительных низов и верхов организаций.

Лево-либеральные позиции занимали кадеты, которых в регионе насчитывалось более 3 000 человек (1 000 в Саратовской губернии, более 400 в Самарской, примерно 170 в Симбирской и около 1600 в Астрахани). В основном это были городские интеллигенты (присяжные поверенные, врачи, учителя), земские служащие, чиновники, купцы. Рабочих и крестьян насчитывалось единицы. Почти все члены партии имели среднее или высшее образование, семью, положение в обществе. Кадеты представляли из себя, пожалуй, самую социально монолитную силу, что вело к прочности их организаций.

На крайне правом фланге либерализма находились октябристы. В регионе в партии состояло примерно 3 235 человек(1 500 в Симбирской губернии, 800 в Саратовской, 735 в Самарской, 200 в Астраханской). Преимущественно это были дворяне-землевладельцы, купцы, чиновники, часть городской интеллигенции. В Астраханской губернии, где отсутствовало помещичье землевладение у октябристов не имелось значительной социальной опоры. Именно октябристы у населения губерний ассоциировались с властью, и в качестве «партии власти» в условиях сохранения революционных настроений вызывали негативную реакцию у большинства волжан.

Наиболее многочисленными среди других движений были черносотенцы. Членов СРН в Симбирской, Самарской и Царицынской губерниях насчитывалось свыше 4 000 человек (из них 3 000 в Царицыне). В Астрахани существовала Народная монархическая партия (1 300 членов). Социальный состав черносотенцев отличается крайней пестротой: от дворян-землевладельцев до рабочих и городских люмпенов. Отсутствие прочной опоры на какой-то определенный социальный слой вело в течении всего изучаемого периода к противоречивости их политической программы, столкновениям внутри организаций между представителями верхов общества и низов, и в итоге к слабой эффективности черносотенной деятельности. Можно сказать, что у националистов отсутствовал электоральный резерв. Объединив всех имеющихся крайних монархистов и антисемитов, они не могли рассчитывать на более широкую социальную поддержку, так как это могла быть только поддержка класса или крупной общественной группы.

В начале 1907 г. силы партий в Среднем и Нижнем Поволжье были примерно равны, что вело к острой политической борьбе.

В первом полугодии 1907 г. организации РСДРП переживали заметные кризисные явления. Нарастают разногласия между большевиками и меньшевиками. Первые продолжают надеяться на скорую возможность вооруженного восстания и стремятся подготовиться к нему, выступают за экспроприации и партизанские выступления, отвергают союз с либералами, легальную деятельность воспринимают как второстепенную. Меньшевики занимали по этим вопросам противоположные позиции. На V съезд РСДРП регион послал трех большевиков и двух меньшевиков. Усиливаются репрессии властей. Ставится под удар возможность печатной пропаганды, хотя масштабы ее еще достаточно велики. Проявляются противоречия между настроенными решительно партийными рабочими и осторожными партийными «интеллигентами». В то же время социал-демократы достаточно сильны. Ими отпечатано 16 прокламаций, некоторые тиражом 5 000-6 000 экземпляров, издавались три социал-демократические легальные газеты. Рабочие еще откликаются на их призывы к забастовке. 1 мая в Астрахани было отмечено крупными забастовками и митингом, где участвовало около тысячи рабочих.

Эсеры выступают с призывами к вооруженному восстанию, связывая его с возможным разгоном II Государственной Думы. Не смотря на репрессии властей, их издательская деятельность ведется в больших масштабах. Осуществляется устная пропаганда. Активно проводятся экспроприации. Запрет II съездом ПСР (февраль 1907 г.) частных экспроприаций игнорируется поволжскими эсерами. Попытка комитета в Самаре настоять на их запрете привела к выходу из партии членов рабочего центра, перешедших к анархистам. Осуществляют эсеры и акты террора. В Симбирске боевики убили уездного исправника и урядника, в Астрахани начальника тюрьмы.

Максималистские группы существовали в Саратове, Самаре и Алатыре Симбирской губернии, анархисты имелись в Самаре и Астрахани. Деятельность и тех и других была идентичной и за редким исключением не выходила за рамки убийств и грабежей. Для их недопущения власти проводят аресты членов групп, что ведет к распаду экстремистских полууголовных сообществ.

Кадеты, отказавшись на II съезде (1906 г.) от лозунга Учредительного собрания сделали ставку на думскую деятельность. Активность региональных октябристов также не выходила за рамки думских выборов. Черносотенцы, исключая Симбирск, энергично действуют и в межвыборный период: регулярно проводятся собрания отделов, устраиваются крестные ходы, проводятся агитационные выезды в деревни. Социальная неоднородность черносотенцев приводит к кризисам их организаций. Председатель саратовского отдела СРН С.П. Шишов в апреле 1907 г. на IV всероссийском съезде союза выступил за безвозмездную передачу помещичьих земель крестьянам, за что его не только изгнали со съезда, но и исключили из СРН. Когда он вернулся в Саратов, его поддержало большинство членов отдела, но новый председатель дворянин Э.А.Исаев был против любых покушений на помещичье землевладение.

Во время выборов во II Государственную Думу в Среднем и Нижнем Поволжье актуальна оказалась идея левого блока от социал-демократов и эсеров до трудовиков и кадетов. Переговоры о его создании велись в Симбирске, Самаре и Саратове, но из-за разногласий о числе мест в едином списке блок не состоялся. Зато в Царицыне блок эсеров, социал-демократов и кадетов победил по городской курии. В Астрахани состоялось предвыборное соглашение между социал-демократами и кадетами. Кадеты региона старались позиционировать себя в качестве центра объединения всех антиправительственных сил, указывая на невозможность реализации в Думе программ левых партий. Государственная Дума, где можно было законодательствовать, была для них ценностью, которой стоило дорожить. Критика кадетами октябристов и черносотенцев носила намного более жесткий характер, чем критика левых. РСДРП выступала за Учредительное собрание, в Думе видели средство революционизирования масс. ПСР акцентировали внимание на аграрном вопросе, требуя передачи всей земли крестьянам без выкупа.

На правом фланге также обсуждалась идея объединения октябристов и черносотенцев. И те и другие строили предвыборную компанию на критике революции, которую они оценивали как разрушительную анархию. В тоже время октябристы, в отличие от черносотенцев, твердо стояли на принципах манифеста 17 октября. Националисты Самары, Саратова и Астрахани проявляли, пожалуй, наибольшую предвыборную активность, но отклика на нее почти не имелось. Черносотенцы Самары были вынуждены проголосовать за октябристского кандидата. Четыре Поволжских губернии послали в Думу одиннадцать трудовиков, шесть эсеров, четырех энесов, восемь социал-демократов (из них трех большевиков), трех кадетов, одного неопределенной левой ориентации и одного октябриста.

К третьеиюньскому перевороту партии подошли в целом сохранив свои позиции. Разгрома революционных сил не произошло, более того, РСДРП и ПСР удачно провели предвыборную компанию, сохранили свои организации, типографии и продолжали надеяться на насильственное свержение самодержавия. В борьбе с самодержавием союзниками радикалов выступали кадеты, активность которых ограничивалась рамками думской компании. Соответственно действие рождало противодействие. Борьба с революционными силами мобилизовывала правых – октябристов и черносотенцев. Можно сказать, что в регионе к 3 июня 1907 г. революция, хотя и не в масштабах 1905 г. продолжалась, политическое противостояние оставалось по-прежнему острым.

Третья глава «Партийные организации в период реакции (июль 1907-1910 гг.)» раскрывает динамическое развитие изучаемой системы в новый исторический период.

Революционные партии оказываются в состоянии глубокого кризиса. Непрекращающиеся репрессии, отток людей из партий, разочарование в революции и общее изменение ситуации в стране ведет к организационному распаду структур РСДРП и ПСР, росту противоречий и боязни активной работы. Место массовых организаций занимают малочисленные кружки партийных «интеллигентов». Кадеты, с одной стороны, в основном сохраняют свои структуры и количественный состав, но с другой стороны сворачивают политическую деятельность. Численность октябристских организаций постепенно сокращается. Оказываются не у дел черносотенцы, у которых исчез главный враг – революция. На первое место у них выходят конфликты с местными и центральными властями, тормозящие деятельность монархистов.

В этот период идет процесс дезорганизации РСДРП. Вследствие репрессий властей, роста разногласий внутри партии и отхода людей от нее, нарастающего разочарования в революции разворачивался организационный кризис РСДРП. В 1910 г. в губернских центрах существовало лишь небольшое количество неорганизованных членов партии. Опасаясь арестов, большинство из них уклоняется от активной работы, идут споры между большевиками и ликвидаторами, имеется противостояние рабочих и «интеллигентов». Если в годы революции можно говорить о ведущей роли РСДРП по отношению к рабочему классу, то период реакции привел к возврату ситуации на уровень до 9 января 1905 г. Социал-демократы и рабочие вновь стали автономными объектами. Заново на первое место стала задача привлечения рабочих в марксистские кружки, а затем уже организация классовой борьбы.

Ситуация кризиса имела место и в ПСР. Партия еще дольше чем РСДРП не хотела видеть изменение ситуации в стране. После 3 июня 1907 г. эсеры выступили за бойкот выборов в III Государственную Думу и, не призывая к вооруженному восстанию, поставили задачей всемерную подготовку к нему. Они выступили за продолжение актов террора и экспроприаций (частные «эксы» были в очередной раз запрещены, на этот раз Поволжским съездом ПСР в августе 1907 г.). В декабре 1907 г. был убит начальник Самарского губернского жандармского управления М.П. Бобров. Симбирские эсеры в июле 1907 г. устроили бунт в тюрьме и убили помощника начальника тюрьмы. В губернии продолжались экспроприации, прежде всего почт и винных лавок. В сентябре 1907 г. в Симбирскую губернию прибыла Е.К. Брешко-Брешковская, планировался созыв губернского крестьянского съезда, но власти арестовали и «бабушку» и местных активистов. Эсерами региона продолжалась печатная и устная пропаганда, пришло понимание важности работы в профсоюзах. Однако, как и у социал-демократов, 1908 г. оказался переломным. Репрессии властей сделали свое дело, масштабы партийной работы падают, связи с деревней разрываются, сил на теракты и экспроприации не хватает. Лишь эсеры Астрахани в 1908 г. совершили три частных экспроприации. Попытка посланцев ЦК ПСР во главе с О.С. Минором, прибывших осенью 1908 г. в Саратов, активизировать эсеровскую деятельность в Поволжье закончилась полным провалом и массовыми арестами. В 1909-1910 гг. оставшиеся на свободе эсеры региона практически бездействуют.

Процесс организационного распада у ПСР оказался еще более катастрофичным. Попытка группы О.С. Минора восстановить организации в регионе закончилась в начале 1909 г. полным провалом и концом организованного этапа эсеровской деятельности. В период реакции эсеры превращаются из массовой партии, имеющей твердую социальную базу в лице крестьянства в небольшие интеллигентские кружки, «повисшие в воздухе», оторванные от деревни и не получившие новую опору в лице пролетариата.

Анархисты и максималисты продолжают ориентироваться на экспроприации. Не имея прочной социальной базы и испытывая постоянные удары властей, максималисты в 1909 г. прекращают реальную деятельность и исчезают с политического горизонта региона. К концу 1910 г. бездействующая группа анархистов сохранилась в Самаре, еще одна группа имелась в Астрахани.

У кадетов активно шла работа в общественных организациях. Но, в целом, члены партии довольно пессимистично смотрели на перспективы своей деятельности и, подобно революционерам, успех свой связывали с какими-либо катастрофическими событиями (война, голод). В 1909 г. видный самарский член партии С.А. Елачич говорил, например: «будет война - вырвем конституцию». Кадеты, как и остальные либеральные и правые партии не избежали кризисных явлений. В 1908 г. начинается конфликт в кадетском комитете Самары из-за влияния на партийную газету «Волжское слово». В 1909 г. распадается кадетский комитет в Симбирске. Повсеместно в регионе сокращается численность партии.

Октябристы всячески пропагандировали политику П.А. Столыпина, особенно его агарную реформу. Но связь с главой правительства не помогла им избежать кризиса. Только октябристы Самары смогли не допустить резкого сокращения членов партии (на их собрания приходило около 200 человек). Реальная численность саратовских октябристов упала до 70 человек. Симбирский комитет существовал только на бумаге.

Наиболее сильные позиции черносотенцы имели в Саратове, но и здесь возникли организационные трудности. По настоянию епископа Гермогена еще весной 1907 г. отдел СРН преобразовывался в Православный братский союз с ним во главе. В августе 1907 г. группа недовольных засильем священников объединилась под старым названием отдела СРН во главе с Э.А. Исаевым. Националистические сообщества резко критиковали друг друга, внутри отдела СРН шли дрязги между дворянами и низами. Все это распыляло силы черносотенцев и подрывало их деятельность. В 1909 г. после сильной оппозиции низовой части СРН председателем отдела СРН был избран дворянин полковник А.И. Дуплицкий. В самарском отделе СРН в 1908 г. на почве борьбы за лидерство произошел раскол. Н.В. Шишканов вышел из отдела и образовал второй отдел СРН имени святителя Алексия. Отношения между отделами были враждебными.

Все подозрительнее на черносотенцев смотрят центральные и местные власти, которые крайне недовольны антибюрократической составляющей их деятельности. Если в период активного революционного противостояния монархисты были нужны властям, а те в свою очередь, что бы не играть на руку радикалам воздерживались от критики властей, то теперь ситуация изменилась. Черносотенцы стали ненужной обузой для петербургских и местных чиновников.

В 1910 г. за критику П.А. Столыпина и местных властей самарский губернатор закрыл отдел СРН. В Астрахани основателю и председателю местной Народной монархической партии Н.Н. Тихановичу-Савицкому приходилось вести большую борьбу с губернатором И.Н. Соколовским, который административными мерами тормозил деятельность монархистов.

В 1909 г. распался бездействующий отдел СРН в Симбирске. Часть его членов вошла во Всероссийский национальный союз, чей отдел возглавлял А.А. Мотовилов. Н.Н. Тиханович-Савицкий был вынужден бороться не только с губернатором, но и с пассивностью членов своей партии за ее сохранность.

В новых политических условиях прошли выборы в III Государственную Думу. Эсеры бойкотировали выборы, считая, как писал орган ЦК ПСР «Земля и воля», что на насилие надо отвечать насилием. Кадеты повернули вправо, доказывая, что их партия не революционна и отказываясь от союза с радикалами. Ослабленные арестами социал-демократы не могли проводить широкую агитацию. В этих условиях ни о каком левом блоке речи не шло. Выборы проходили под жестким административным и полицейским давлением, власти применяли «черные» избирательные технологии. Октябристы всячески подчеркивали свое единение с П.А. Столыпиным, утверждая, что левые и кадеты могут только говорить, а глава правительства делает, и уже сейчас проводит важнейшую аграрную реформу. В новых условиях это не могло не привлечь внимание определенной части выборщиков, не видевших другого реального пути решения аграрного вопроса. Депутатами стали в подавляющем большинстве октябристы и монархисты. Наиболее левыми оказались три кадета (от Самары, Астрахани и Симбирской губернии).

Четвертая глава «Политические партии в годы нового общественного подъема» анализирует положение партий в следующий исторический период. В Поволжье общественного подъема не произошло, реакция продолжалась. РСДРП и ПСР существуют в виде небольших, оторванных от рабочих и крестьян интеллигентских кружков. В РСДРП на первое место выходят легальные формы деятельности, серьезной силой становится ликвидаторство, к началу войны происходит организационное размежевание большевиков и меньшевиков. Эсеровская, максималистская и анархистская деятельность практически прекращается или крайне незначительна. Кадеты занимают выжидательную позицию, проявляя себя только на думских выборах, где, как и раньше выступают с позиций объединителей левых сил. Больше на бумаге, чем на деле существуют октябристские организации. Дробится черносотенное движение, в целом оставаясь на прежних позициях. Для более эффективного контроля над политической жизнью меняется руководство губернскими жандармскими органами.

Убийство П.А. Столыпина привело к большим кадровым перестановкам в 1911-1912 гг. Как неспособных к руководству розыском были уволены со службы полковники Н.А. Бураго и В.К. Семигановский, переведен на другое место полковник А.П. Критский. Начальником управления в Самаре стал опытный полковник М.И. Познанский, который проработает здесь до февраля 1917 г. Остальные назначения оказались вновь неудачными. В Астрахани полковника Федоренко в 1915 г. сменил подполковник Крушинский, а того в этом же году полковник Минквич, мечтавший только о пенсии. В Саратове ничем не проявившего себя полковника М.И. Комиссарова в 1915 г. сменит полковник С.И. Балабанов. Начальником охранного отделения вместо подполковника А.П. Мартынова станет ротмистр С.А. Филевский, не обладавший способностями своего предшественника. В Симбирске в 1916 г. полковника С.П. Шабельского сменит еще более слабый генерал-майор В.А. Бабушкин. Таким образом за эти годы качественный состав жандармских органов в целом не улучшился, но революционное движение было настолько слабым, что его удавалось контролировать и при необходимости пресекать его активность.

За эти годы радикальным силам не удалось выйти из состояния кризиса. Аресты предшествующих лет, неверие многих в новую революцию сделали свое дело. Отдельные попытки возрождения организаций ни к чему не приводят.

Любую активность власти пресекали арестами. В 1913 г. приехавший в Саратов социал-демократ Д.К. Чертков начал организовывать рабочих, но внутри группы начались взаимные обвинения, поиски провокаторов, а вскоре Д.К. Чертков и другие активисты были арестованы. В 1911 г. в Царицыне троцкист В. Грибков организовал несколько рабочих кружков, но аресты привели к ликвидации начинания. В Самаре небольшое количество социал-демократов группировались около второго потребительского общества. Лишь в 1914 г. прибывший в Самару по заданию В.И. Ленина О.П. Пятницкий приступил к воссозданию организации, но последовавшие вслед за этим аресты вновь заставили социал-демократов затаиться. Симбирские члены РСДРП все эти годы практически бездействовали. Ликвидаторы, господствующие в социал-демократическом движении Астрахани не предпринимали попыток к нелегальной организации.

Слабыми оставались связи РСДРП с рабочими.В этот период еще более усиливаются споры между большевиками и ликвидаторами, Рабочие же выступают против раскола. В 1913 г. произошло разъединение большевиков с ликвидаторами в Саратове, в 1914 г. в Самаре. В Астрахани рабочие в основном стояли за большевиков, интеллигенты за ликвидаторов. При этом разногласия носили отвлеченно-теоретический характер. В политической практике не только ликвидаторы, но и большевики переносят центр тяжести на легальную деятельность: в профсоюзы, потребительские и культурно-просветительские общества. Газеты РСДРП  выходят в Симбирске, Сызрани, Саратове, Астрахани. В Самаре в 1914 г. издается журнал «Заря Поволжья», В Саратове в 1913 г. выходил социал-демократический сборник «Начало».

Эсеровская деятельность региона свелась в основном к разговорам о необходимости организации и работы среди пролетариата. Небольшие интеллигентские группы ПСР оказались совершенно выбиты из реальной политической борьбы. Столыпинская реформа ставила крестьян перед лицом конкретных реальных перспектив, что оттеснило на второй план романтические призывы к черному переделу. Потеряв связь с деревней, эсеры не приобрели прочных связей с рабочими. Эта социальная нища была занята РСДРП. Их влияние на заводах было самым минимальным. Подпольные листовки не выпускались. В 1913 г. в Саратове выходил в свет журнал «Отклики», но из-за непопулярности издание было прекращено.

Анархистское движение было в основном разгромлено и сохранилось только в Астрахани, где в 1911 г. группа анархистов ограбила кассира предприятия Нобель, после чего все были арестованы. В 1913 г. возникла новая группа, также ликвидированная властями. На этом анархистское движение в регионе прекращается.

Усиления позиций кадетов и активности, исключая выборы в IV Государственную Думу в эти годы не происходит. Члены партии сосредотачиваются на работе в земствах и городском самоуправлении. Партия не смогла стать центром объединения антиправительственных сил, уклоняясь от реальной борьбы с властью. В Самаре в 1911 г. из-за личных амбиций произошел раскол комитета на сторонников его председателя Н.А. Гладыша с одной стороны и С.А. Елачича и А.К. Клафтона с другой. Наиболее сильны были позиции кадетов Астрахани. Здесь продолжался выход партийной газеты «Астраханский вестник».

Октябристская деятельность практически прекращается. В Самаре, где «Союз 17 октября» был наиболее силен, численность партийцев упала до пятидесяти, а в комитете произошел раскол из-за борьбы за власть между новым председателем Я.И. Чекмаревым и И.С. Клюжевым.

После увольнения с должности Гермогена Православный братский союз распадается и единственной черносотенной силой остается отдел дубровинского СРН, на собрания которого приходило до 200 человек, существовал крупный отдел и в Царицыне. В 1914 г. в Саратове возникает отдел Народного союза имени Михаила Архангела. Начинается вражда между отделами. В апреле 1914 г. был убит председатель отдела дубровинского СРН А.И. Дуплицкий. В отделе начинается борьба за власть, его деятельность и влияние падает. Помимо имеющейся газеты «Волги», сторонники В.М. Пуришкевича начали издавать «Саратовское вече». Так по числу газет черносотенцы Саратова опередили другие партии и в Саратове и в других городах. В Самаре продолжались склоки между восстановленным в 1913 г. отделом СРН во главе с С.П. Шустовым и вторым отделом Н.В. Шишканова. Авторитет их падал, на собрания второго отдела приходило около двадцати человек. Существовавший в Симбирске отдел Всероссийского национального союза также большой популярностью не пользовался.

Четвертый параграф «Выборы в IV Государственную Думу» раскрывает тактику партий на думских выборах. Эсеры выборы бойкотировали. Остальные партии по мере возможности стремились как можно шире участвовать в них. Монархисты продолжали выступать за чистое самодержавие. Октябристы напоминали избирателям о проводимой аграрной реформе, о законе о государственном страховании рабочих, принятым III Государственной Думой. Кадеты утверждали, что страна нуждается в коренных изменениях, а предыдущая Дума занималась «вермишелью» и была послушным орудием в руках бюрократии. Большевики  заявляли, что Дума должна стать трибуной обращения не к министрам, как того хотят кадеты, а к народу.

На этих выборах административный нажим оказался еще сильнее, чем на предыдущих, тем не менее, в выборщики прошли два большевика в Астрахани и один социал-демократ в Симбирске. Представителем же в Думе от крайне левых оказался А.Ф. Керенский, выигравший выборы в Вольске Саратовской губернии. Помимо него депутатами стали девять прогрессистов, семь октябристов, шесть правых, четыре националиста и один левый (крестьянин из Самарской губернии), примкнувший в Думе к фракции кадетов.

Если в истории России период 1911- первая половина 1914 г. вошел как время нового общественного подъема, то в изучаемом регионе этого не наблюдается. Разгромленные в годы реакции революционные партии продолжали находиться состоянии глубокого кризиса, еще более слабеет деятельность либералов и черносотенцев. Правящая политическая элита, комплектовавшаяся из сравнительно узкого дворянского круга, не считала себя привязанной к какой-либо партии. Даже правые партии ей были не нужны, и она не стимулировала развитие многопартийности, которая медленно умирала. Революционные и лево-либеральные силы все более теряли веру в возможность сокрушения самодержавия, кажущаяся прочность политического строя лишала правых энергии и воли к активным действиям. Политическая деятельности из массового феномена стала уделом убежденных одиночек. В Среднем и Нижнем Поволжье продолжался период реакции.

В пятой главе «Политические партии в годы войны» показывается продолжение кризиса революционного движения. Его единственными представителями оказываются большевики, по-прежнему дезорганизованные, без прочных связей с пролетариатом. Ликвидаторы и эсеры отказываются от ставки на революцию и, в основном занимая оборонческие позиции, на время войны прекращают борьбу с самодержавием. Октябристы исчезают с политического горизонта региона, зато активизируются кадеты, которые впервые становятся реальным центром объединения антиправительственных сил. Активны и черносотенцы, но широкого отклика в обществе их пропаганда не имеет.

Война привела к промышленному росту Среднего и Нижнего Поволжья, создаются крупные предприятия, работавшие на войну, такие как казенный Трубочный завод в Самаре. Меняется социальный состав работников: растет доля женщин и подростков, представителей зажиточных слоев, спасавшихся от армии. Одновременно в регион эвакуируются предприятия из западных губерний, вместе с ними появляется более грамотный, опытный и революционно настроенный пролетариат. Все это вело, с одной стороны к увеличению носителей революционной активности, но с другой стороны основная масса рабочих по разным соображениям совершенно не поддавалась на революционную пропаганду. Это отличало ситуацию от реалий 1905-1907 гг., когда радикальное мировоззрение распространялось в толще пролетариата.

Война активизировала деятельность партий. Затягивание войны, поражения армии, ухудшение жизни в тылу породили надежду на уступки со стороны власти, а быть может и на ее ликвидацию. Эти настроения пробудили к жизни кадетов, большевиков и меньшевиков. Соответственно, почувствовав опасность, встрепенулись черносотенцы.

Социал-демократы окончательно раскололись на большевиков и меньшевиков. Ликвидаторы доминировали в Астрахани, большевики в Саратове, в Самаре силы были примерно равны. Небольшая интеллигентская группа большевиков Саратова, подобно ликвидаторам, не стремится к возрождению подпольной организации, ведет работу в легальных обществах, в 1915 г. издает «Нашу газету», в 1916 г. выпускает легальный сборник «Под старым знаменем». Только большевики Самары несколько раз предпринимают попытки нелегально организоваться (последняя в августе-сентябре 1916 г.), но каждый раз это приводило только к новым арестам. Выступая против войны, большевики не выдвигали лозунгов поражения своего правительства и перерастания войны в гражданскую. Антивоенная агитация имела малый отклик у населения.

В отличие от большевиков, ликвидаторы стояли за участие рабочих в рабочих группах ВПК, биржах труда и т.д. Выступали они и за рабочий съезд, который должен был заменить подпольную партию. Они считали ведущей общественной силой буржуазию и призывали рабочих учиться у нее организации. Буржуазный класс виделся им в качестве будущего носителя власти, а пока этого не произошло, ликвидаторы стремились вписать рабочее движение в политическую систему самодержавия. По отношению к войне они занимали оборонческие позиции, считая, что победа Германии нанесет смертельный удар по рабочему движению России. Сильная ликвидаторская группа в Самаре во главе с А.И. Кабцаном добилась участия пролетариев в рабочих группах ВПК. Ликвидаторами в 1915-1916 гг. издавалась легальная газета «Наш голос (Голос труда, Голос)». В конце 1916 г. ликвидаторский актив Самары был арестован.

Эсеры во всех четырех губерниях так и не объединились в подпольные организации, а большинство из них и не стремилось к этому. Их антиправительственная деятельность дальше разговоров, как правило, не шла. Только в Самаре эсеры подготовили и распространили три листовки, что привело к новым арестам и без того малочисленного (15-20 человек) эсеровского сообщества города. С конца 1916 по начало 1917 г. в Самаре выходила легальная газета «Вести». Большинство эсеров заняли оборонческие позиции и лишь в Самаре существовала сильная интернационалистская группа Н.А. Бражника. Эсеры периода войны – это небольшие интеллигентские группы, мало похожие на те грозные организации 1905-1907 гг., проводившие теракты и экспроприации, наводнившие уезды своей литературой. Можно согласиться с мнением критиков ПСР со стороны РСДРП, отмечавших неспособность эсеров к постоянной обыденной политической работе, их быструю «зажигаемость» и еще более быструю «затухаемость». Потеряв крестьянство, эсеры не приобрели рабочих. Кроме того эсеры истощили свои силы на проведение громких, но с точки зрения революции бесполезных акций, которые только вырывали из их среды наиболее решительных деятелей. Остались конформисты, боящиеся арестов и не верящие в скорую революцию.

С уходом октябристов с политической арены Среднего и Нижнего Поволжья, кадеты остались единственной либеральной партией. Как и прежде, кадеты стремились объединить вокруг себя антиправительственные силы. В 1915 г. Поволжский областной съезд партии постановил войти в блок меньшевиками. В реализации политики Прогрессивного блока при участии приезжающего в Саратов А.Ф. Керенского здесь проходят частные совещания с участием эсеров, меньшевиков и большевиков. Ядром таких совещаний выступали кадеты. Региональные кадеты резко критиковали центральную власть и заявляли о желательности и спасительности для России революции. Кадеты активно участвуют в легальных организациях, в том числе в Земгоре, издают газеты: «Саратовский листок» и «Волжский день» в Самаре. В 1915 г. в Саратове были обысканы два кадета и затем четыре приговорены к высылке из приделов губернии. В отношении войны кадеты заняли оборонческие позиции.

Черносотенцы оставались влиятельной политической силой. В Саратове 17 июля 1914 г. на патриотическую антиавстрийскую манифестацию они собрали около 10 000 человек. Численность саратовских отделов Союза имени Михаила Архангела и дубровинского СРН составляла по 1 000 человек, не считая отделов и подотделов в губернии. Война не ликвидировала кризисные явления в националистическом движении. В Саратове в 1916 г. на почве борьбы за лидерство отдел дубровинского СРН раскололся на два враждебных отдела, падают тиражи «Волги» и «Саратовского вестника, в силу чего «Волга» была передана Обществу поборников народного просвещения и потеряна для черносотенцев. Реальную активность проявляли лишь националисты в Саратове. Их организации помогали раненым и семьям солдат, отправляли посылки на фронт. Отдел дубровинского СРН имел в городе две чайные, отдел Народного союза имени Михаила Архангела чайную-читальню. В остальных губернских центрах их отделы существовали больше на бумаге. В Астрахани вся их деятельность сводилась к отправлению Н.Н. Тихановичем-Савицким многочисленных телеграмм властям, в том числе Николаю II с призывом к установлению диктатуры. По отношению к войне националисты выступили как оборонцы и считали большевиков немецкими агентами.

Перед февралем 1917 г. реальную угрозу для власти представляли не революционные силы, как это было в 1905 г., а либералы. С точки зрения действительной политической деятельности революционный фланг сильно поредел. Эсеры и меньшевики перешли от революционности к эволюционности и даже многие большевики по действиям мало отличались от ликвидаторов. Исключение составляли большевики Самары, пытавшиеся возродить подпольную организацию и работу. Немногие активные радикалы были на контроле у жандармов и их начинания легко было ликвидировать. Связей с деревней не имелось совсем, а с рабочими образца войны были слабы.

Кадеты же, были составной частью местных политических элит, играли важнейшую роль в Прогрессивном блоке, их политическое значение выросло. Стоящая за их плечами либеральная буржуазия в войну стала более организована и решительна в борьбе с правительством Николая II и им самим. Соседями кадетов по выросшему либеральному флангу стали меньшевики и эсеры.

Если революционный фланг значительно уменьшился, а либеральный вырос, то правый фланг остался практически неизменным, что оказалось недостаточным для консервации политической системы.

В заключении подводятся итоги работы, делаются обобщения и выводы, даются рекомендации по дальнейшему исследованию данной научной проблематики.

Особенности социально-экономического развития региона создавали питательную почву для деятельности различных партий. В 1907 г. партии вступили не считая, что вопрос о судьбе революции решен. Отсюда большие усилия, которые прикладывали различные политические силы для продолжения или разгрома революции, их значительная политическая активность, острота межпартийных отношений. Все партии имели значительное число членов: по региону от 1 600 у РСДРП до 4 400 у СРН и близкой к нему Народной монархической партии в Астрахани. Исключение составляли малочисленные группы максималистов и анархистов.

Радикальный вариант решения существующих проблем предлагали организации ПСР, РСДРП, а также максималисты и анархисты. Слабость жандармских органов, постоянный приток новых членов, надежды на продолжение революции и ее победу позволили эсерам и социал-демократам в наиболее революционных Самарской и Саратовской губерниях оставаться организованной силой до 1908 г.

Организационный разгром, постоянные аресты (всего 1099), возникшая оторванность от рабочих и тем более крестьян, изменение ситуации в стране оказались серьезными вызовами, на которые нужно было дать адекватные ответы. Предлагавшиеся решения принципиально меняли взгляд на партийную деятельность. Подпольная работа объявлялась бесперспективной и ненужной, исчезала необходимость в тайных типографиях и кружках, печатании листовок и даже самой силы, организующей нелегальную работу, т.е. существующей партии. Это раскололо РСДРП на ликвидаторов и их оппонентов, главными из которых были большевики. Однако расхождение оказывалось стратегическим, а не тактическим, так как в реальной политической практике и сторонники В.И. Ленина сосредотачивались на работе там, где только и можно ее вести – в легальной сфере. Можно предположить, что если бы революция произошла не в 1917 г., а позже или ее не случилась бы вообще, то значительная часть большевиков не только фактически, но и формально перешла бы на позиции ликвидаторства, или, что тоже самое, европейской социал-демократии. Сторонники подпольной работы и подготовки революции оказались бы в подавляющем меньшинстве.

Возможную эволюцию большевиков в реальности к 1917 г. проделали эсеры, которые столкнулись со своим специфическим вызовом – потерей опоры на крестьянство и необходимостью поиска новой общественной страты. Они формально не отказывались ни от террора, ни от социализма, ни от революции, но фактически небольшие интеллигентские партийные кружки вели легальную деятельность, и это находилось в рамках приемлемого для них.

Максималисты и анархисты представляли из себя полууголовные сообщества, которые меняться в принципе не могли, как деятельность вора не может выйти за рамки воровства. Их девиантная политическая практика имела слабые связи с идеями революционного движения и отталкивала от себя основную массу населения. Поэтому основным вызовом для них являлась репрессивная политика властей и ликвидировать их, как политические силы было достаточно легко, так как их число было конечным. По отношению к ним оказались справедливы слова В.К. Плеве, который говорил, что с революционным движением можно покончить, так как можно арестовать всех революционеров.

Лево-либеральную альтернативу предлагали кадеты. Первоначально их преследовали неудачи: они не смогли объединить вокруг себя социал-демократов и эсеров, им не удалось убедить население в том, что их программа изменения политического, экономического и социального строя единственно выполнимая, они не стали большинством в Государственной Думе. На свои вызовы кадеты ответили тактикой выжидания, что бы в нужный момент, используя свое влияние на местах стать гегемоном общественного движения. Эта линия в перспективе оказалось выигрышной для них. В 1915 г. их партия становится главной действующей антиправительственной силой.

Право-либеральную политику исповедовали октябристы. Партия дублировала позиции власти, которая с задачей сохранения монархии на принципах манифеста 17 октября справлялась сама. Национализм и антисемитизм, присущий октябристам более ярко представляли черносотенцы. Октябристы оказались просто лишними, и в этом был их вызов. Они пытались ответить на него, связав себя лично с П.А. Столыпиным, но это не решило проблему. Найти достойный ответ они так и не смогли и в годы войны как партия прекратили существование.

Консервативную тенденцию воплощали черносотенцы, у которых она сочеталась с национализмом и антисемитизмом. Такие идеи не были связаны с каким-либо классом или сословием, поэтому черносотенцы отличались социальной всеядностью. Но можно сказать, что консерваторы сами законсервировались как политическая сила. Через все изменения 1907-1917 гг. они прошли практически не меняясь, как идеологически, так и организационно. Черносотенцы уже к 1907 г. достигли пределов роста и новых социальных ресурсов у них не имелось. Серьезных вызовов они не испытывали и единственной проблемой для них оказалась негативная реакция властей на критику ее действий.

Деградация многопартийности, начавшаяся после установления в регионе реакции в 1908 г. была приостановлена мировой войной. Ее начало явилось точкой бифуркации, когда стала происходить смена установившегося режима работы системы российской власти в сторону складывания и нарастания кризиса верхов. Это изменило условия, в которых существовали сохранившиеся партии. Происходит оживление их деятельности. К этому времени политический спектр многопартийности серьезно изменился. Радикальная и право-либеральная тенденции не выдержали проверку временем и к 1917 г. в регионе в качестве действительных политических направлений имелись только лево-либеральная и консервативно-националистическая. Потребуется еще одна бифуркация, начавшаяся в феврале-марте 1917 г., что бы изменить сложившуюся расстановку сил.

В Поволжье, в отличие от начала XXI в., к февралю 1917 г. отсутствовала одна доминирующая по своему влиянию партия. Успех партий зависел от целого ряда причин: от соответствия их программ и тактики действий стремлениям значительных и (или) влиятельных социальных групп, от отношения к ним власти, от умения вовремя менять тактическую линию. Н одна из партий не смогла соответствовать всем требованиям.

Существующие партии возникли «снизу», партии же, созданной «сверху» в начале XX в. не имелось. Политический опыт начала XX в. показывает, что сильная авторитарная власть не нуждается в самостоятельных политических партиях. Ее устраивает только полностью управляемая псевдопартия, являющаяся подразделением правящих верхов. Во всех остальных случаях позиция властей колеблется прямых от репрессий до скрытого противодействия.

На вымирание обречены партии, не имеющие прочной опоры в каком-либо общественном слое. Социальная распыленность, стремление совместить интересы разных групп населения приводит к невоспринимаемости данной партии всеми социальными слоями.

Нерешаемость властями проблем общества ведет к заинтересованности правящих верхов в создании образа врага, внутреннего или внешнего, якобы главного виновника неурядиц страны. В силу этого самодержавие с одной стороны поощряет деятельность националистических объединений, но с другой решительно пресекает попытки националистов давать оценки политике властей.

В условиях, когда отсутствует реальная перспектива прихода к власти, революционные силы начинают дрейф в сторону либерализма, стремясь стать легитимной частью существующей политической системы, добиваясь от власти лишь отдельных уступок. Фактическим гегемоном общественного движения на этом этапе становятся не изменявшие своей политической программе классические либералы. Деятельность антиправительственных сил в условиях авторитарного полицейского государства не может быть успешной до тех пор, пока в силу ряда причин, не начнется кризис верхов, ослабление и дезорганизация власти.

Основное содержание диссертации отражены в следующих работах автора:

Монографии

1. Кузнецов В.Н. Политические партии в Среднем и Нижнем Поволжье в 1907-начале 1917 гг. Ульяновск: 2007, (13,9 п.л.).

2. Кузнецов В.Н. Pro et contra: жандармы и революционеры в Поволжье в 1906-1917 гг. Ульяновск: 2007, (13 п.л.).

Работы, опубликованные в ведущих рецензируемых журналах, определенных ВАК

3. Кузнецов В.Н А.Ф.Керенский в Поволжье в 1912-1916 гг. (статья)// Вопросы истории, 2007, № 3, (0,25 п.л.)

4. Кузнецов В.Н. Черносотенцы в Поволжье (статья)// Вопросы истории, 2008, № 8, (0,87 п.л.)

5. Кузнецов В.Н. Эсеры Среднего и Нижнего Поволжья в 1911 – начале 1917 г.//Известия Самарского научного центра РАН, 2009, № 6 (0,43 п.л.)

6. Кузнецов В.Н. Большевики в Среднем и Нижнем Поволжье в 1911 – начале 1917 гг.//Вестник Чувашского университета, № 4, 2009, (0,37 п.л.)

7. Кузнецов В.Н. Либералы Среднего и Нижнего Поволжья в 1907 – начале 1917 гг.// Вестник Саратовского государственного социально-экономического университета, 2010.

8. Кузнецов В.Н. Политические партии в Поволжье в 1907-начале 1917 гг. (на материалах Симбирской, Самарской, Саратовской и Астраханской губерний).// Известия Самарского научного центра РАН, 2010, № 2, (0,43 п.л.)

9. Кузнецов В.Н. Максималисты и анархисты в Среднем и Нижнем Поволжье в 1907–1913 гг.// Вестник Чувашского государственного педагогического университета, 2010. (0,31 п.л.).

10. Кузнецов В.Н. Выборы во II, III, IV Государственную Думу в Среднем и Нижнем Поволжье// Вестник Чувашского государственного университета, 2010, № 4, (0, 37).

11. Кузнецов В.Н. Российский пролетариат в представлении социал-демократов начала ХХ в.// Преподавание истории в школе, 2010, №6, (0, 43).

12. Кузнецов В.Н. Политические партии в Поволжье в 1907-начале 1917 гг. в борьбе за городское население// Преподаватель XXI век, 2010, №1, (0,43).

Работы опубликованные в других научных изданиях

13. Кузнецов В.Н. Революционер: социальная характеристика (на материалах Поволжья 1907-1910 годы)// Постигая прошлое и настоящее: Межвуз. сб. научн. трудов, вып.9 – Саратов, 1999. (0,43 п.л.).

14. Кузнецов В.Н. Русский народ, отзовись! Черносотенцы Поволжья в борьбе за городское население (1907 – п.п. 1914 гг.)// Первая русская революция 1905-1907 гг.: исторический опыт разрешения внутриобщественного кризиса и современность. Материалы всероссийской научно-практической конференции, посвященной 1000-летию первой русской революции – Ульяновск, 2005, (0,37 п.л.).

15. Кузнецов В.Н. Губернская власть и правые политические организации в Поволжье в 1907 – начале 1917 гг.// Опыт и проблемы взаимодействия ветвей государственной власти и органов местного самоуправления. 100 лет российского парламентаризма. Материалы межрегиональной научно-практической конференции. – Ульяновск, 2006, (0,56 п.л.).

16. Кузнецов В.Н. Революционеры о себе и о товарищах (психологическая характеристика радикального движения на материалах Поволжья 1907-1916 гг.) //Вестник Ульяновского государственного педагогического университета, вып.2 – Ульяновск, 2006, (0,37 п.л.).

17. Кузнецов В.Н. Расстрелянные вместе: И.А. Зеленский и Г.Г. Ягода в социал-демократическом движении Поволжья // Вестник Ульяновского государственного педагогического университета, вып.3 – Ульяновск, 2007, (0,25 п.л.).

18. Кузнецов В.Н. Революционерка: доля женщин в радикальном движении и их социальная характеристика (на материалах Среднего и Нижнего Поволжья)// Женщина в культуре России. Материалы XV всероссийской научно-практической конференции «Человек в культуре России» - Ульяновск, 2007, (0,2 п.л.).

19. Кузнецов В.Н. К вопросу о количественных критериях динамики революционного процесса в России в 1907 – феврале 1917 гг.// Левинтовские чтения, вып.2. Сб. научных трудов. – Ульяновск, 2007, (0,56 п.л.).

20. Кузнецов В.Н. Большевики и меньшевики Поволжья накануне февраля 1917 г.// Материалы Всероссийской научной конференции «1917 год в зеркале истории» - Ульяновск, 2007, (0,87 п.л.).

21. Кузнецов В.Н. Печатная пропаганда эсеров Поволжья в 1907 – начале 1917 гг.// Вестник Ульяновского государственного педагогического университета, вып.4 – Ульяновск, 2008, (0,31 п.л.).

22. Кузнецов В.Н. Симбирский кадет Яков Ефремович Шостак // Краеведческий записки Ульяновского областного краеведческого музея, выпуск 14 (Сборник научных трудов областной научной конференции «История и современность Симбирского-Ульяновского края»), Ульяновск, 2008, (0,37 п.л.).

23. Кузнецов В.Н. Начальник Симбирского ГЖУ генерал-майор Бабушкин и революционное подполье в Симбирской губернии// Вестник Ульяновского государственного педагогического университета, вып.5 – Ульяновск, 2009, (0,32 п.л.).

24. Кузнецов В.Н. «Конек-скакунок» - образец эсеровской пропаганды в Поволжье// V Сытинские чтения. Материалы Всероссийской научной конференции «История и культура Поволжья в микроисторическом измерении» - Ульяновск, 2010, (0,25 п.л.).

25. Кузнецов В.Н. Борьба политических партий в Поволжье по вопросу создания рабочих групп ВПК// Вестник Ульяновского государственного педагогического университета, вып.6 – Ульяновск, 2010, (0,37 п.л.).

 

 

 

 

Кузнецов Валерий Николаевич

 

Политические партии в Среднем и Нижнем Поволжье

в 1907 – начале 1917 гг.

 

 

Специальность 07.00.02 – «Отечественная история»

 

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Подписано в печать 22.06.2010                                                                     Формат 60x84/16

Бумага типогр. № 1                                                                                         Гарнитура «Times»

Печать офсетная                                                                                              Усл. п. л. 2,5

Заказ №                                                                                                             Тираж 150 экз.

Издательский центр

Саратовского государственного

Социально-экономического университета

410003, г. Саратов, ул. Радищева, 89

Герасимов А.В. На лезвии с террористами – М., 1991; Мартынов А.П. Моя служба в отдельном корпусе жандармов// Охранка. Воспоминания руководителей политического сыска. Т. 1 – М., 2004; Курлов П.Г. Гибель императорской России – М., 1991.

Мартынов А.П. Моя служба в отдельном корпусе жандармов … С. 247.

Падение царского режима. Стенографические отчеты допросов и показаний, данных в 1917 г. в Чрезвычайной Следственной комиссии Временного правительства. Под ред. П.Е.Щеголева, т.3, Л., 1925; тт. 4, 5 – Л., 1926.

http://www.hrono.ru; http://www.gendarme.regiment.ru.

http://socialist.memo.ru.

См. напр.: Стеклов Ю. Партия социалистов - революционеров (правых эсеров).  - М., 1922; Луначарский А.В. Бывшие люди: очерк истории партии эсеров – М., 1922; Вардин И. Партия меньшевиков и русская революция – М., 1922; Мандельштам Н. Со ступеньки на ступеньку. К истории российского меньшевизма – М.-Л., 1926.

Спиридович А.И. Партия социалистов - революционеров и ее предшественники. - Пг., 1918.

Алексеев В. Из пыли архивов (Штрихи революционного движения Симбирской губернии)// Красная летопись. - Симбирск, 1923; Рыжков Н.О. Сызранское подполье – Сызрань, 1930.

Троцкий В. Революционное движение в Среднем Поволжье. - Самара, 1930.

Пропаганда и агитация в решениях и документах ВКП(б). - М., 1947.- С.365

Басин С.Г. Самарские большевики в годы первой мировой войны (1914-1917) – Куйбышев, 1946; Подхватиловская И.С. Маевки в Самарской и Симбирской губерниях. 1896-1917. - Куйбышев, 1940; Ходаков Г.Ф. Борьба саратовских рабочих под руководством большевиков в период революции 1905-1907 гг.// Ученые записки Саратовского госуниверситета. - Саратов, 1956, т.55; Осипов В.А. Саратовская организация РСДРП в 1905-1907 гг. - Саратов, 1947; Захаров Ф.Ф. Самарские большевики в первой русской революции (1905-1907 гг.). - Куйбышев, 1955; Слуцкий М.И. Большевики Астрахани в период русской революции – М., 1955; Позойская В.Н. Борьба большевиков под руководством В.И.Ленина против отзовистов и ультиматистов по вопросу думской тактики (1907-1910 г.г.)// Ученые записки Саратовского госуниверситета. - Саратов, 1958, т.59; Наякшин К.Я. Революция 1905-1907 гг. в Самаре и Самарской губернии. - Куйбышев, 1955; Шмыгин И.П. Поволжские сборники о революции 1905 - 1907 гг. (обзор)// Известия научного совета ГАУО - Ульяновск, 1959, вып. 1 ; Бутаев М. Большевики Симбирской губернии в революции 1905-1907 гг.// Блокнот агитатора № 22. - Ульяновск, 1955; Чистов Б.Н. Сызранское большевистское подполье// Известия научного совета ГАУО, вып. 1 – Ульяновск, 1959.

Очерки истории Ульяновской организации КПСС. - Саратов, 1964; Ходаков Г.Ф. Очерки истории Саратовской организации КПСС. ч. 1. 1898-1918 - Саратов, 1967; Очерки Куйбышевской организации КПСС. - Куйбышев, 1967; Очерки истории Волгоградской организации КПСС - Волгоград, 1977; Очерки истории Астраханской партийной организации КПСС – Волгоград, 1971.

Рутберг Г.Н. Самарские большевики в годы реакции и нового революционного подъема ( 1907-1914 гг.). - Куйбышев, 1961; Рутберг Г.Н. Восточное бюро ЦК РСДРП - Куйбышев, 1965; Наякшин К.Я., Рутберг Г.Н. Большевики Поволжья в первой русской революции. - Саратов, 1977; Томарев В.И. Большевики Поволжья во главе борьбы пролетариев против царизма. - Волгоград, 1977; Позойская В.Н. Саратовская партийная организация в годы царской реакции (1907-1910)// Поволжский край, 1975, вып.4; Михайлова Т.Ф. Большевики Среднего Поволжья в борьбе с царским самодержавием (1907-1910). Дисс... канд. истор. наук, Казань, 1978; Гохлернер В.М. Листовки Саратовской организации РСДРП (1905- 907)// Поволжский край, 1984, вып.7; Гарафутдинов Р.А. Ленинское руководство становлением и развитием партийных организаций Поволжья (1900-1910)- Казань, 1983; Федоров Г.Н. К истории революционного движения в Симбирской губернии// Краеведческие записки - Ульяновск, 1971; Гауз Н.С. Новые материалы о Симбирской группе РСДРП// там же.

Литвин А.А. Деятельность большевистских комитетов Среднего Поволжья в период первой русской революции в советской исторической литературе// Трудящиеся Поволжья в борьбе за Советскую власть. - Казань, 1981; он же. Советская историко-партийная историография деятельности большевиков Поволжья накануне и в период первой русской революции. Дисс... канд. истор. наук, Казань, 1982;он же. Большевики Среднего Поволжья (1902-1907 гг.). Советская историография. - Казань, 1985.

Водолагин М.А. Очерки истории Волгограда 1589-1967. - М., 1968.

Борьба против оппортунизма за создание и укрепление партийных организаций Поволжья (1894-1917), под ред. Я.Р. Волина - Саратов, 1984.

Михайлова Т.Ф. Указ. соч., С.179.

Историография изучения истории буржуазных и мелкобуржуазных партий России: Материалы конференции - М., 1981; Непролетарские партии в России в 1917 г. и в годы гражданской войны – М., 1980; Непролетарские партии России в годы буржуазно-демократических революций и в период назревания социалистической революции. Материалы конференции – М., 1982; Непролетарские партии Росси. Урок истории – М., 1984.

Гусев К.В. Партия эсеров: от мелкобуржуазной революционности к контрреволюции. - М., 1975; Спирин Л.И. Крушение помещичьих и буржуазных партий в России (начало XX в. - 1920 г.). - М., 1977; Дякин В.С. Самодержавие, буржуазия и дворянство в 1907-1911 гг. - Л., 1978;Шелохаев В.В. Кадеты - главная партия либеральной буржуазии в борьбе с революцией 1905-1907 гг. - М., 1983; Гинев В.Н. Борьба за крестьянство и кризис русского народничества. 1902-1914 гг. - Л., 1983.

Точеный Д.С. Расстановка сил в Поволжье накануне Февральской революции// Научн. тр. (Куйбышевский пед ин-т), 1977, т. 200.

Думова Н.Г. Кадетская партия в период первой мировой войны и Февральской революции – М., 1988; Павлов Д.Б. Эсеры-максималисты в первой русской революции - М., 1989; Шелохаев В.В. Партия октябристов в период первой русской революции – М., 1987; он же. Идеология и политическая организация российской либеральной буржуазии. 1907-1914 гг. – М., 1991.

Аврех А.Я. Царизм накануне свержения – М., 1989.

Волобуев О.В., Миллер В.И., Шелохаев В.В. Непролетарские партии России: итоги изучения и нерешенные проблемы// Непролетарские партии России в трех революциях – М., 1989.

Кабытова Н.Н., Савельев П.И. Революция 1905-1907 гг. в Поволжье (обзор новейшей литературы)// Классовая борьба в Поволжье 1905-1907 гг. - Куйбышев, 1985; Кабытов П.С., Курсеева О.А. Поволжское дворянство в борьбе с революцией 1905-1907 гг.// Классовая борьба в Поволжье в 1905-1907 гг. - Куйбышев, 1985; Леонов М.И. Эсеры и крестьянство Поволжья в революции 1905-1907 гг.// Классовая борьба в Поволжье в 1905-1907 гг. - Куйбышев, 1985; он же. Левое народничество в начале пролетарского этапа освободительного движения. - Куйбышев, 1987; он же. Численность и состав партии эсеров в период революции 1905-1910 гг.// Политические партии России в период революции 1905-1907 гг.: Количественный анализ: Сб. ст. - М., 1987; он же. Партия эсеров в 1905-1907 гг.: организационная структура, состав, численность// Непролетарские партии России в трех революциях. М., 1989; Надеева М.И. Банкротство эсеровских организаций Поволжья (1902-1923 г.г.). Автореферат дисс ... канд. ист. наук - Куйбышев, 1986; Литвин А.А. Меньшевики Поволжья в 1905-1907 гг.// Непролетарские партии России в трех революциях, М., 1989; Томарев В.И. Заре навстречу: из истории возникновения и становления царицынской организации РСДРП. - Волгоград, 1988; Седугин В.И. Большевики Поволжья против кадетов (1905 - 1917 г.г.). - Саратов, 1990.

Леонов М.И. Эсеры и крестьянство... С.68.

Он же. Партия эсеров в 1905-1907 гг. ... С. 136, 137.

Седугин В.И. Большевики Поволжья… С.33.

он же. Кадеты в начале ХХ века (1905-март 1917 гг.). - Новомосковск, 1993.

Шелохаев В.А. Российские либералы в годы первой мировой войны// Вопросы истории, 1993, № 8; он же. Либералы и массы (1907 -1914 г.г.)// Вопросы истории, 1994, № 12.

Леонов С.В. Партийная система России (конец XIX в. - 1917 год)// Вопросы истории, 1999, № 11-12.

Тютюкин С.В., Шелохаев В.В. Марксисты и русская революция – М., 1996; Тютюкин С.В. Меньшевизм: страницы истории – М, 2002.

Леонов М.И. Эсеры в революции 1905-1907 гг. – М., 1997; Морозов К.Н. Партия социалистов-революционеров в 1907-1914 гг. – М., 1998.

Он же. Террор и русское общество (начало ХХ в.)// Индивидуальный политический террор в России XIX - нач. ХХ в. - М., 1996; Эсеры и II Дума// Вопросы истории, 1997, № 2.

Гусев К.В. Рыцари террора – М., 1992; Будницкий О.В. «Кровь по совести»: терроризм в России (вторая половина XIX – начала XX в.)// Отечественная история. 1994. № 6. С. 203-209; Будницкий О.В. Терроризм в российском освободительном движении: идеология, этика, психология (вторая половина XIX – начала XX в.) – М., 2000; Гейфман Анна Революционный террор в России. 1894-1917. – М., 1997; Гейфман А. В сетях террора – М., 2002.

Будницкий О.В. Терроризм в российском освободительном движении… С. 25 - 26.

Степанов С.А. Черная сотня в России (1905 - 1914 гг.). М., 1992.

Кирьянов Ю.И. Численность и состав крайних правых партий в России (1905-1917 гг.): тенденции и причины изменений// Отечественная история, 1999, № 5.

Михайлова Е.М. Черносотенные организации Среднего Поволжья между буржуазно-демократическими революциями (1905 - 1917 гг.). Дисс... канд. ист. наук, Казань, 1994; она же. Правомонархическое движение начала XX века в Поволжье: идеологическое оформление и общественно-политическая практика : дисс ... доктора ист. Наук, Казань, 2007.

Лобачева Г.В. Монархическая идея в массовом сознании россиян 1881-1917 годы. Дисс… доктора ист. наук, Саратов, 1999.

История Астраханского края: Монография. – Астрахань, 2000.

История политических партий Росси, под ред. проф. А.И. Зевелева – М., 1994.

Политические партии и общество в России, 1914-1917 гг. (сб. статей и документов), отв. ред. Ю. И. Кирьянов – М., 2000.

«Политические партии России. Конец XIX - первая треть XX века» - М., 1996; Государственная дума Российской империи 1906-1917 гг. – 2008.

См. напр.: Николаевский Б.И. Русские масоны и революция – М., 1990; Розенталь И.С. Масоны и попытки объединения политической оппозиции в России начала XX в.// Вопросы истории, 2000, № 2; Аврех А.Я. Масоны и революция – М., 1990; Соловьев О.Ф. Русские масоны – М., 2006.

Топорков И.В. Самарские масоны: Елшин и другие// Вопросы истории, 1996, №7.

Лурье Ф. Полицейские и провокаторы - СПб, 1992; Рууд Ч., Степанов С.А. , Фонтанка, 16. Политический сыск при царях – М., 1993; Перегудова З.И. Политический сыск России (1880-1917) – М., 2000.

Романов В.В. На страже Российской монархии – Ульяновск, 1999; он же Организация и деятельность политической полиции Поволжья в конце XIX – начале XX вв. – Москва, 2003.

Сидоров А.Л. Экономическое положение России в годы первой мировой войны – М., 1973; Клейн Н.Е. Экономическое развитие Поволжья в к.19 - нач.20 в.: К вопросу о предпосылках буржуазной революции в России. - Саратов, 1981; Иванова Н.А. Структура рабочего класса России. 1910-1914 гг. – М., 1987; Румянцев Е.Д. Рабочий класс Поволжья в годы первой мировой войны и Февральской революции (1914-1917 гг.) – Казань, 1989; Салова С.В. Буржуазия Среднего Поволжья в 1914-1917 гг. – Автореферат … канд. ист. наук – Самара, 1996; Гущин Ф.А. Военно-промышленные комитеты России  в период первой мировой войны: на материалах Нижнего и Среднего Поволжья. Дисс … канд. ист. наук. – Саратов, 2003.

Попов Г.Ф. Летопись революционных событий в Самарской губернии. 1902-1917. – Куйбышев, 1969; Революционное движение в Астрахани и Астраханской губернии в 1905-1907 годах. Сборник документов и материалов. Астрахань, 1957, Самарское Поволжье в XX в. – Самара, 2000

Меньшевики. Документы и материалы. 1903-февраль 1917 гг. М. 1996; Анархисты. Документы и материалы. Т. 1. 1883-1916 гг. – М., 1998; Правые партии. Документы и материалы. 1905-1917 гг. в 2 томах. Т. 1, 2. М. 1998; Партия «Союз 17 октября». Протоколы III съезда, конференций и заседаний ЦК. Т. 2. 1907-1915 гг. – М., 2000; Партия социалистов-революционеров. Документы и материалы. В 3-х т. Т. 2. Июнь 1907 г. – февраль 1917 г. – М., 2001.

Правые и конституционные монархисты в России 1907-1908 гг.// Вопросы истории, 1997, №№6, 8; Переписка и другие документы правых (1911 гг.)// Вопросы истории, 1998, №№ 10, 11-12; Переписка и другие документы правых (1911-1913)// Вопросы истории, 1999, №№ 10, 11-12.

Коростелев Л.Г. Профессиональное движение среди Самарских металлистов в период 1905 - 1908 г.г. // Красная быль, N 1. - Самара, 1922; Тарсанов А. 1905-1908// Красная летопись, 1923; т. Борис (Кабанов Б.А.) Симбирская группа РСДРП// там же, 1925; Антонов-Саратовский В.П. Под стягом пролетарской борьбы. Т.1. – М.-Л., 1925; Младенец старший (Р-ков) Шпики – М., 1926; Васильев-Южин М.И. 1917 г. в Саратове накануне Февральской революции// За власть Советов. Воспоминания участников революционных событий 1917 г. в Саратовской губернии – Саратов, 1957; Воспоминание группы женщин-активисток  Мы были тогда молодыми коммунистами// там же; Куйбышев В.В. Эпизоды из моей жизни – М., 1957; Пятницкий О.А. Избранные воспоминания и статьи – М., 1969.

Ташкентец Петр Данилович Романов// Каторга и ссылка, 1926, № 27.

Славин И. Я. Минувшее – пережитое// Волга, 1999, № 12.

Плеханов Г.В. Русский рабочий в революционном движении – Л., 1989; Милюков П.Н. воспоминания. Т.1-2, М., 1990; он же. При свете двух революций// Исторический архив, 1993, № 1; Илиодор Святой черт – Пермь, 1991; Керенский А.Ф. Россия на историческом повороте – М., 1993; Чернов В.М. Перед бурей – Минск, 200; Маклаков В.А. Вторая Государственная дума: (воспоминания современника) – М., 2006.

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.