WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Конфликты в общественных отношениях горцев Дагестана (XIX – 30-е гг. XXв.)

Автореферат докторской диссертации по истории

 

                                                                    На правах рукописи

 

Магомедсалихов Хайбула Гамзатович

 

Конфликты в общественных отношениях горцев Дагестана (XIX – 30-е гг. XXв.)

 

 

Специальность 07.00.07 – «Этнография, этнология и антропология»

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации  на соискание ученой степени доктора исторических наук

 

 

 

 

 

Махачкала – 2010

Работа выполнена в  отделе этнографии УРАН Института истории, археологии и этнографии  Дагестанского научного центра РАН

Научный консультант – д.и.н., профессор, гл.н.с. отдела Кавказа Института этнологии и антропологии РАН  Игорь Георгиевич Косиков.

Официальные оппоненты:

доктор исторических наук, профессор Дагестанского государственного университета  Агаширинова Сария Седретдиновна;

доктор исторических наук, профессор, зав. отделом этнологии Северо-Осетинского института гуманитарных и социальных исследований Владикавказского научного центра им. В. Абаева Чибиров Людвиг Алексеевич;

доктор исторических наук, профессор Кабардино-Балкарского государственного университета Маремшаова Ирина Исмаиловна.

Ведущая научная организация ГУ Ингушский научно-исследовательский институт гуманитарных наук им. Ч. Э. Ахриева

Защита состоится  «_24» декабря 2010 года  в 14.00 часов на заседании диссертационного совета  ДМ 002.053.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора исторических наук при Учреждении Российской академии наук Институте истории, археологии и этнографии Дагестанского научного центра Российской академии наук по адресу: 367030 РД, г. Махачкала, ул. М. Ярагского 75.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ИИАЭ ДНЦ РАН по адресу: г. Махачкала, ул. М. Ярагского 75. Библиотека ДНЦ РАН

Текст автореферата размещен на сайте ВАК «____» ________ 2010 г.

Автореферат разослан  «­___» ­­____________ 2010 года

Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат исторических наук                                          Ю.М. Лысенко

 

 

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Из множества дефиниций конфликта концептуально наиболее соответствующей тематике нашего исследования является следующая: «Социальный конфликт – это особый вид социальных отношений, возникающий при столкновении конфликтующих сторон по разным основаниям, и принимающих насильственные формы, крайние из которых: бунт, революция, самоубийство, суицид, терроризм, война» . Однако данное определение не может охватить все аспекты, поднимаемые в диссертации, причем следует отметить, что предметом исследования наряду с вышеобозначенными стали конфликтогенные условия и факторы, а также формы и методы разрешения конфликтов в традиционных обществах горцев Дагестана.

После октябрьской революции 1917г. в Дагестанской области  наблюдался процесс трансформации общественного сознания горцев Дагестана от традиционного к социалистическому, что было обусловлено Социалистической революцией, Гражданской войной, последующими социальными преобразованиями, насильственной коллективизацией и политическими репрессиями, которые также нашли отражение в работе.

Итак, основной концепцией предлагаемого исследования является анализ природы социальных конфликтов в традиционных горских обществах Дагестана, методов и способов их регламентации и разрешения, а также процесса трансформации общественного сознания и характера социальных конфликтов у исследуемых народов в первые два десятилетия советского периода. 

Актуальность темы исследования

Конфликтология как новое научно-прикладное направление является одной из актуальных и, соответственно, востребованных областей познания общества. Если до последнего времени к конфликтам имело место быть только негативное отношение, то в настоящее время в науке все большую актуальность приобретает новый концептуальный подход к конфликтам, как к непременному атрибуту общественного прогресса.  «Конфликт есть нормальное явление общественной жизни; выявление и развитие конфликта в целом – полезное и нужное дело. Не надо вводить людей в заблуждение с помощью мифа о всеобщей гармонии интересов. Общество, властные структуры и отдельные граждане будут достигать более эффективных результатов в своих действиях, если они не будут закрывать глаза на конфликты…» .

С учетом этого исследование конфликтов в общественных отношениях в дагестанском социуме в историко-этнографической проекции, как в прошлом, так и настоящем, является одной из приоритетных задач науки. Тем более, что общественные процессы в дагестанском обществе в историческом прошлом и настоящем взаимосвязаны и взаимообусловлены и ответы на многие современные социальные проблемы следует искать в прошлом дагестанских народов. Этим во многом обусловлена актуальность темы исследования.

В предлагаемом исследовании предусматривается рассмотреть отдельные аспекты ментальных особенностей горцев Дагестана в XIXв. и процесс их трансформаций в период социалистических преобразований 20– 30-х гг. XX вв., чем, в том числе, были обусловлены конфликтные взаимоотношения в обществе.

Особую страницу социальных конфликтов представляет период социалистических преобразований в дагестанском обществе 20–30-х гг. XX в., когда наблюдался острый социальный конфликт между общественным сознанием и бытом горцев с одной стороны и политической системой с другой.

Знание природы социальных конфликтов, источников и механизмов их возникновения и развития в обществе, а также методов их профилактики и конструктивного разрешения будет способствовать повышению культуры взаимоотношений между людьми, сделает жизнь как отдельного человека, так и общества в целом более спокойной, конфликто- и стрессоустойчивой. 

Все эти аспекты, ввиду их недостаточной изученности или же их интерпретации с иных идеологических точек зрения обусловливают особую значимость, своевременность и актуальность исследуемой проблемы.

Объектом исследования являются горские общества Дагестана в хронологических рамках XIX– 30-х годах XXв. в динамическом развитии и трансформации в контексте социальных конфликтов и конфликтогенных условий и факторов в этнографической проекции.

Предметом исследования является причинно-следственная взаимообусловленность конфликтных взаимоотношений у горских народов в процессе социальной коммуникации, а также способы их профилактики,  урегулирования и разрешения в традиционных обществах горцев. Трансформация социальных конфликтов горцев в период октябрьской революции 1917г., Гражданской войны и годы социалистических преобразований также  являются предметом предлагаемого исследования.

Следует заметить, что конфликт является предметом изучения и других научных дисциплин, например, юриспруденции, где преступление и конфликт идут параллельно, нередко пересекаясь, и порой их трудно разграничить. Однако преступление – категория юридическая, а конфликт – категория более обширная – социологическая, психологическая, историческая, философская и т.д. Если для юристов преступление ограничивается рамками конфликта, за которым неминуемо должно последовать наказание, то предметом конфликтологии в его историко-этнографическом спектре является социально-экономические, политические, религиозные, морально-этические и другие причины и факторы, способствующие конфликтности в обществе.

Наряду с причинно-следственной обусловленностью предметом  изучения историко-этнографической конфликтологии являются соответствующие методы профилактики, регламентации и разрешения конфликтов. В таком контексте ни одна научная дисциплина кроме историко-этнографической не занимается исследованием конфликтов. Предметом настоящего исследования и является причинно-следственная обусловленность социальных конфликтов, а также разные формы, методы их профилактики и разрешения.

Цель и задачи исследования.

Целью предлагаемого исследования является анализ конфликтов в системе общественных отношений в традиционных горских обществах Дагестана и процесс их трансформации в период социалистических преобразований в историко-этнографической проекции.

В рамках обозначенной цели и для ее достижения предусматривается решить следующие основные задачи:

–  проследить причинно-следственную обусловленность конфликтов социально-экономическими, политическими, морально-этическими, этнопсихологическими, религиозными и иными причинами и факторами;

рассмотреть формы и методы профилактики, регламентации и разрешения конфликтов в горских обществах, происходивших на почве экономических проблем; 

проанализировать проблему корреляции адата и шариата в регламентации и разрешении социальных конфликтов, в том числе возникавших на семейно-бытовой почве;

проследить конфликты, обусловленные ментальными особенностями горцев, а также их профилактику и разрешение в динамическом развитии; 

проанализировать место и роль этикета и культуры поведения горцев как фактора динамической стабильности в джамаатах;

С учетом того, что после Октябрьской революции 1917г. в обществе начали происходить кардинальные изменения социально-экономического и политического характера и, соответственно, происходила трансформация общественного сознания горцев, в предлагаемом исследовании также предусматривается:

рассмотреть процесс трансформации характера общественных отношений и, соответственно, социальных конфликтов у горцев в годы социалистических преобразований (1917–1939гг.). Особо при этом следует остановится на социальных конфликтах, обусловленных насильственной коллективизацией в 30-е годы XX в.;

–дать анализ социальных конфликтов, обусловленных политическими репрессиями 20–30-х гг. XX в.

Методологические принципы исследования

Методологической основой при освещении поднятых в работе проблем послужил ряд взаимно дополняющих друг друга методов и принципов историко-этнографического исследования. Одним из основных принципов при исследовании общественных процессов у горцев Дагестана является восприятие общества как единого социального организма, функционирующего в конкретном историческом времени и пространстве и имеющего множество бесконечных взаимосвязей и взаимозависимостей.

Из других методологических принципов в процессе разработки темы исследования основополагающую роль сыграли:

– Принцип исторического детерминизма, предусматривающий анализ исторических явлений с позиций взаимной обусловленности, последовательности, причинно-следственной связи событий и явлений истории, рассмотрение их в единстве прошлого, настоящего и будущего;

– принцип всеобщей связи, предполагающий исследование максимально большего количества связей конкретного конфликта в системе общественных отношений;

– принцип объективности, исходя из которого в работе достигается обоснованность и непредвзятость к оценке основных общественных явлений и процессов, имевших место быть в горских джамаатах;

– при освещении отдельных вопросов использован метод исторической ретроспекции, позволяющий с учетом определенной закономерности развития общества соотносить и использовать данные позднего времени применительно к более раннему историческому периоду;

– принцип конкретно-исторического подхода, предусматривающий учет в процессе изучения конфликтов конкретных обстоятельств, в которых они развиваются: места, времени, макро- и микросреды в условиях которых складывались и развивались конфликтные взаимоотношения в обществе;

– принцип поиска скрытого содержания конфликтов, ориентирующий исследователя на то, чтобы при их анализе не ограничиваться изучением только доступной, лежащей на поверхности информацией. Важно всегда искать и находить скрытие, глубинные мотивы и причины социальных конфликтов. Конфликты вообще и конкретные в частности представляют собой «айсберг», у которого доступная наблюдению часть составляет 10%, а 90% скрыто под водой .

Не менее важное значение при исследовании данной проблемы имеет принцип соблюдения законов диалектики. Диалектический закон единства и борьбы противоположностей применительно к теме исследования предусматривает, что конфликты в системе общественных отношений сами по себе не являются только негативным явлением. Они носят объективный,  перманентный и имманентный характер, более того, являются существенным фактором прогрессивных перемен в обществе.

Накопленный общечеловеческий теоретический и практический опыт исследования конфликтов в системе общественных отношений, методологические подходы и принципы  изучения механизмов их возникновения, развития, профилактики и конструктивного разрешения имеют весьма ценное значение для исследования аналогичных процессов в традиционном дагестанском обществе. В этом отношении наряду с научными достижениями историков и этнографов ценность представляют концепции и теоретические взгляды отечественных и зарубежных социологов и психологов.

Из современных научных концепций наибольший интерес в методологическом плане для разработки данной темы представляет  теория социального конфликта немецкого социолога Р. Дарендорфа, согласно которой наличие конфликтов в социальных процессах:

– естественно и неизбежно;

– присуще любому типу общества;

– является источником изменений общества .

Учет этих методологических принципов и руководство ими призвано способствовать более эффективному достижению поставленных целей и задач в ходе проведения исследования.

Хронологические рамки диссертации: (XIX – 30-е годы XX в.) представляют интерес тем, что обусловлены бурными и поворотными событиями в истории народов Дагестана и горцев в частности, наиболее важные их которых: Кавказская война, окончательное присоединение Дагестана в состав России, адаптация горцев к российским имперским порядкам. Все эти события и процессы были прерваны Октябрьской революцией, за которыми последовала продолжительная Гражданская война в Дагестане и социально-экономические преобразования. Насильственная коллективизация и политические репрессии 30-х годов обусловили социальные конфликты и трансформацию общественного сознания и быта горцев Дагестана. Все эти события в течение относительно непродолжительного исторического периода оказали существенное влияние на трансформацию общественного уклада и менталитета горцев Дагестана, чем обусловлен выбор хронологических рамок исследования.

Географические рамки исследования

В предлагаемой диссертации исследуются три наиболее крупные по численности горские народности – аварцы, даргинцы и лакцы, проживающие в Центральной части Дагестана. Локализация географии исследования этими народами обусловлена наличием значительного объема привлекаемого материала, а также  обширными хронологическими рамками изыскания. Выход за географические рамки этих народов многонационального Дагестана негативно сказался бы на качестве проводимого исследования.

Научная новизна. Конфликтология как относительно новая научно-прикладная дисциплина  переживает период становления и утверждения в качестве самостоятельной области познания общества. В период социалистического строительства такая дисциплина в силу идеологических соображений не была востребована и, соответственно, общественные процессы в свете конфликтных взаимоотношений не подлежали научной разработке. По этой причине в отечественной историографии почти отсутствуют исследования на подобную тематику, и поэтому предлагаемая разработка, тем более в этнографической проекции, является одной из первых в этой области. Уже только это обстоятельство обуславливает несомненную научную новизну предлагаемого исследования. Так, в работе достаточно внимания уделяется социально-экономической, морально-психологической и ментальной обусловленности конфликтов в традиционных горских обществах, а также способам их регламентации и принципам разрешения.

Новизна исследования также в том, что его хронологические рамки предусматривают изучение социальных конфликтов и конфликтогенных факторов в традиционном обществе и их трансформацию в советский период. В диссертации также достаточно внимания уделяется традиционному стереотипу поведения горцев и конфликтному поведению, связанным с этим фактором. В этой же связи прослеживается конфликтный потенциал в обществе, связанный с традицией наличия в обыденной жизни оружия у  горцев, а также причины их разоружения в первые годы советской власти.

Значительное внимание в работе уделяется проблемам профилактики и разрешения конфликтов в традиционных горских обществах народными способами и методами, в том числе посредством медиаторского суда – маслаата.

В научную терминологию применительно к теме исследования вводятся новые обороты, как «превентивная форма разрешения конфликтов», «регламентация конфликтов», «конфликтный потенциал», «конфликтогенная психологическая атмосфера» и т.д.

Научная новизна исследования кроется также в вопросах трансформации общественных процессов в советское время, в частности относительно сознания горцев Дагестана в период социалистических преобразований 20–30-х гг. XX в.

Социалистическая революция 1917г. и последующая Гражданская война, в силу незрелости социально-экономических отношений у горцев отсутствия иммунитета к подобным социальным  катаклизмам, представляли собой значительный конфликт и оказали на жизнь горцев больше деструктивное, чем конструктивное воздействие. Продолжительная Гражданская война довела горцев до крайней степени нищеты, отчаяния и безысходности и тем самым способствовала процессу разложения традиционных устоев общины-джамаата.  

Последующие мероприятия на пути социалистических преобразований сопровождались политическими репрессиями. Если в советской историографии эти события замалчивались или интерпретировались тенденциозно, в угоду господствующей идеологии, то в связи с демократическими переменами в обществе, наметившимися в последние два десятилетия, стал возможным более взвешенный объективный исследовательский подход к этим проблемам. С учетом этого в диссертации рассматриваются социально-экономические преобразования в дагестанском обществе, что также является одним из компонентов научной новизны предлагаемого исследования.

Следует заметить, что социальные конфликты в годы социалистических преобразований были обусловлены серьезными противоречиями между политической системой с одной стороны и значительной частью общества с другой, когда  человеческая личность оказывалась под прессингом господствующей идеологии, которая обслуживала существующую политическую систему.

Новаторским в работе также является отражение процесса трансформации общественного сознания горцев Дагестана в контексте конфликтности  от традиционного к социалистическому.

Этими и другими аспектами обусловлена научная новизна предлагаемого исследования.

Положения, выносимые на защиту:

1. Обусловленность социальных конфликтов в традиционных горских обществах социально-экономическими условиями, когда дефицит материальных ресурсов оказывался во многих случаях основным конфликтогенным фактором, как в межличностных, так и межобщинных отношениях.

2. Дефицит материальных ресурсов являлся одним из основных факторов в набегах горцев на соседние немусульманские народы в XVIII– XIXвв., когда наряду со скотом и другими материальными ценностями похищался «живой товар» – люди, от продажи которых горцы извлекали значительную выгоду. Однако не следует рассматривать набеги только как источник материальной выгоды; горцы также смотрели на мероприятия подобного рода, как на состязания, где молодежь могла проявить свою молодецкую удаль, и, соответственно, каждый мог отличиться в качестве отважного джигита.

Конфликты на почве воровства и грабежей происходили также внутри горских обществ, регламентации и разрешению которых в нормах обычного права и шариатских предписаниях уделялось пристальное внимание.

3. Значительное число конфликтов в традиционных горских обществах были обусловлены стереотипом поведения и ментальными особенностями горцев, на почве которых имело место кровная месть. Горцы дорожили честью, достоинством и репутацией, как своими, так и тухума, наряду с жизнью, посягательство на которую было сопряжено с конфликтами. В этой связи оружие для горцев являлось фактором конфликтного потенциала, наличие которого в большом количестве держало все общество в психологическом напряжении.

4. Частыми в горах были случаи, когда объектом конфликтного потенциала являлась женщина, ущемление чести которой задевало каждого члена тухума и возбуждала тухумную солидарность. С учетом этого шариат и адат строго регламентировали общественные взаимоотношения, связанные с женщинами, в том числе и бракоразводные процессы.

Ментальность горцев, основанная на строгой нравственности предусматривала моральную чистоту тухума и джамаата посредством остракизма  аморального представителя или его физического устранения.

5. В регламентации общественных отношений, в том числе в целях профилактики конфликтов, значительную роль играли этика и культура поведения в обществе, основанная на морально-нравственных предписаниях, которые способствовали обеспечению динамической стабильности в джамаатах.

Наряду с моральными предписаниями адат и шариат коррелировали в регламентации общественных отношений и разрешении социальных конфликтов. При этом проблемы самоуправления в джамаатах и регламентация общественной жизни в общине являлись прерогативой норм обычного права – адатов.

6. Острые социальные конфликты на почве убийств и поранений в традиционных горских обществах носили распространенный характер, а их наличие предусматривало эффективные формы и методы их профилактики и разрешения. Наиболее совершенной с точки зрения социальной адекватности и эффективной с точки зрения соответствия ментальности горцев формой разрешения острых социальных конфликтов был маслаат. Являясь самобытной формой разрешения конфликтов у народов Дагестана, маслаат трансформировался вместе с общественными отношениями и приобрел свой завершенный вид к середине XIX в., после чего под влиянием российских порядков и законов актуальность маслаатной формы разрешения конфликтов медленно, но неуклонно падает.

7. Глубокие преобразования в социально-экономических и общественно-политических отношениях горцев Дагестана связаны с Октябрьской революцией 1917г., которая была сопряжена с началом социальных  конфликтов политического характера. Она заложила начало трансформации общественных отношений горцев от традиционных к социалистическим, что во многих случаях носило насильственный характер и соответственно болезненно отразилось на социально-экономическом и общественно-политическом положении значительной части горцев.

8. События, связанные с Гражданской войной в Дагестане явились серьезным испытанием для дагестанских народов, в том числе горцев, которые  пагубно отразились на их социально-экономическом положении. Наряду  с материальными потерями Гражданская война принесла народам Дагестана значительные морально-психологические страдания, в результате которых горцы оказались на грани нищеты и безысходности. Продолжением гражданской войны в Области явилось восстание в Западном Дагестане в 1920–1921 гг., когда общество оказалось расколото на две противостоящие стороны. В результате Гражданская война в Области представляла собой значительный социальный конфликт и оказалась продолжительной относительно соседних областей.

9. «Политический бандитизм» 20-х гг. явился следствием общественно-политических потрясений, вызванных Октябрьской революцией и Гражданской войной в Области. Эффективным средством борьбы против «политического бандитизма» явилось разоружение в Дагестане, которое в основном происходило в 1926г. в условиях строгой секретности и единовременно. Эта акция способствовала стабилизации напряженности в области, а также вызвала доверие к мероприятиям советской власти со стороны населения.

10. Мероприятия Советской власти по социалистическому переустройству экономики Дагестана в основном носили насильственный характер, противоречили социальной природе горцев (как и другим народам) и, соответственно, были сопряжены с социальными конфликтами. Такова была коллективизация сельского хозяйства в 30-х гг., когда обобществлялись не только основные средства производства (земля, тягловая сила и т.д.), но даже домашняя птица. Коллективизация сопровождалась идеологической обработкой населения и принуждением вступать в колхозы. Вместе с определенными преимуществами колхозная система имела значительные негативы, так как подавляла личную инициативу колхозника в повышении производительности труда. Кроме того коллективизация, как и другие мероприятия Советской власти, была призвана уравнять всех в бедности.   Последующие события показали, что коллективизация привела к стагнации сельское хозяйство в республике.

11. Идеи антагонизма и насилия являются атрибутами большевистской идеологии, которая были лейтмотивом проводимых большевиками социально-экономических преобразований, как по стране, так и в республике.  В наиболее яркой форме идея насилия большевиков нашла выражение в политических репрессиях 30-х гг., которые в Дагестана имели специфические особенности, где методы репрессий и формы борьбы с «врагами народа» приобрели особо жестокий характер.

Безусловно, политические репрессии представляли собой социальный конфликт между значительной частью общества и политической системой.

Наряду с людскими жертвами, политические репрессии на десятилетия вперед обеспечили господство коммунистической идеологии в обществе, исключив инакомыслие и ангажировав сознание нескольких поколений дагестанцев в рамках этой идеологии.

Политические репрессии 20–30-х годов способствовали разложению внутренних устоев горских обществ-джамаатов, в результате которого традиционная мораль и нравственность, на которых веками зиждились общественные взаимоотношения, были подменены отношениями, основанными на идеологических принципах социализма и коммунизма.

12. Особую актуальность в условиях дагестанской действительности приобрели репрессии в отношении мусульманского духовенства, в результате которых почти все служители культа оказались репрессированными, мечети закрыты, а примечетские земли и другая собственность конфискованы в пользу бедняцких и крестьянских комитетов.

Таким образом, за два десятилетия после Октябрьской революции произошла трансформация общественного сознания горцев Дагестана от традиционных к социалистическим и чем короче были сроки, в рамках которых происходили преобразования, тем острее были социальные конфликты, ими обусловленные.

Научно-практическая значимость исследования

Именно наука, и прежде всего историко-этнографическая, призвана дать ответ на актуальные проблемы общественного развития, стоящие перед современным дагестанским обществом. Историческая память быстро и бесследно не исчезает, а имеет тенденцию проявляться через поколения. В этом отношении предлагаемое исследование, в том числе, призвано помочь понять прошлую историю ради научной объективности и извлечения уроков.

Предлагаемое исследование также может послужить подспорьем для подобных разработок по другим народам Северного Кавказа.

Практическая значимость исследования также в том, что многие проблемы современного общества своими корнями уходят в традиционное прошлое. Соответственно, анализ и знание ментальных особенностей дагестанских народов, обусловленных разными причинами и факторами в прошлом, будет способствовать лучшему познанию их современного состояния, а также – содействовать прогнозу перспективы развития общества.

Уроки социальных преобразований, обусловленные Октябрьской революцией 1917г. и последующей Гражданской войной также имеют назидательное значение в том плане, что искусственная стимуляция общественных процессов, наподобие насильственной коллективизации и политических репрессий, якобы ради достижения социальной справедливости, оказались для общества чреваты серьезными социальными потрясениями и катаклизмами.

Научная апробация

Отдельные положения по предлагаемому исследованию автором опубликованы в монографии – «Маслаат. Традиционные формы разрешения конфликтов у аварцев в XIX– начале XXв.». (Махачкала, 2003).

Кроме того, статьи, в которых отражены основные идеи темы диссертации, опубликованы в реферируемых изданиях ВАК . С идеями, изложенными в исследовании, автор выступал на различных международных, российских и региональных конференциях, материалы которых опубликованы . Основные положения темы диссертации нашли отражение в тезисах, опубликованных в изданиях российских и региональных научных форумов.  Общее число публикаций с учетом тезисов докладов на различных научных форумах по теме исследования более пятидесяти.

Основные положения и выводы диссертации также использованы автором при составлении спецкурса по теме: «Традиционные формы и методы разрешения конфликтов у горцев Дагестана» для студентов 4-го курса исторического факультета Дагестанского госуниверситета, а также в преподавании курса «Конфликтология в социальной работе» на социальном факультете ДГУ.

Диссертационное исследование обсуждено в отделе этнографии ИИАЭ ДНЦ РАН, критические замечания и пожелания сотрудников в работе учтены, в работу внесены исправления.

Историография проблемы.

С учетом того, что исследование хронологически охватывает как традиционное общество, так и советский период, представляется целесообразным  историографию относительно каждого периода привести в хронологической последовательности.    

Хотя конфликты в системе общественных отношений в традиционных обществах и не стали предметом специального исследования, в историко-этнографической литературе по данной теме имеется немало ценных сведений. Прежде всего, следует иметь в виду одну из первых  публикаций относительно адатных норм народов Дагестана, автором которой является начальник Дагестанской области второй половины XIX в. А.В. Комаров . В этой работе содержатся подробные сведения, касающиеся разнохарактерных конфликтов в Дагестане с подробными комментариями к ним. Обладая значительным фактическим материалом по всей Области, А.В. Комаров в деталях и со знанием дела провел исследование общественного быта горцев. Его труд может послужить образцом бережного и уважительного отношения к истории и культуре дагестанских народов XIX в.

Пристальное внимание исследователей в течение более века привлекает труд известного в XIX в. юриста и исследователя норм обычного права каквказских горцев Р.И. Леонтовича . В работе освещается значительный круг вопросов, регламентируемых посредством норм обычного права, в котором также должное внимание уделяется третейскому суду – маслаату. Являясь одним из первых в числе подобных, представляемый труд не потерял своей актуальности до настоящего времени и пользуется у исследователей заслуженным вниманием.

Не менее весомый вклад в изучение вопросов регламентации общественных отношений народов Кавказа посредством норм обычного права внес другой крупный исследователь XIX в. М.М. Ковалевский, который своей работой «Закон и обычай на Кавказе» (М.. 1890 г.) акцентировал внимание на проблемах кавказоведения российской и зарубежной научной общественности. Однако необходимо отметить, что отдельные положения и выводы в работе М.М. Ковалевского были признаны последующими исследователями ошибочными. Так, Х-М. О. Хашаев и Р.М. Магомедов в своих работах подвергли критике концепцию М.М. Ковалевского, в которой дагестанский тухум приравнивается к классическому роду . Также признано ошибочным в известной работе М.А. Агларова положение об абсолютной эндогамности дагестанского тухума . Несмотря на отдельные издержки, труд М.М. Ковалевского не утратил своего значения до сих пор.

Башир Далгат, будучи учеником М.М. Ковалевского и видным дагестанским историком-этнографом, своей работой «Обычное право и родовой строй Дагестана» // ( РФ ИИАЭ ДНЦ РАН. Ф. 5. Оп. 1. Д. 1534), внес значительный вклад в этнографическое исследование Дагестана.

Не менее актуальным является труд  крупного исследователя начала XX в. А.М. Ладыженского («Очерки социальной эмбриологии». Ростов-Дон, 1929), в котором значительное внимание уделяется изучению социальных взаимоотношений на основе адатах норм.

В период Кавказской войны 20–50-х годов XIX в. и после ее окончания по указанию Российского правительства была проведена большая работа по сбору и систематизации норм обычного права народов Дагестана с целью внедрения адатов в правосудие горцев. Такое мероприятие имело своей целью вытравить из сознания горцев мусульманскую идеологию и шариатские законы, под знаменем которых происходила продолжительная освободительная борьба горцев. Своды этих адатных норм были систематизированы, доработаны и изданы в Тифлисе в 1899г. («Адаты Дагестанской области и Закатальского округа»). Предисловие, комментарии и пояснения к сборнику были составлены известным исследователем обычного права народов Дагестана И.Я. Сандрыгайло.

Те нормы обычного права, которые по каким-либо соображениям не вошли в этот сборник и сохранились в архивах, были впоследствии переведены М.-С. Саидовым и изданы Х-М. Хашаевым (Памятники обычного права народов Дагестана XVII–XIX вв. М., 1965).

Также необходимо отметить, что адатные нормы народов Дагестана которыми пользовался профессор Р.И. Леонтович при написании своего труда, хранились в архиве г. Одессы и впоследствии были изданы А.С. Омаровым .

Важным подспорьем для исследования данной темы явился сборник источников «Хрестоматия по истории права и государства Дагестана в XVIII–XIX вв.» в 2-х частях. (Махачкала, 1999), составителем которого выступил Т.М. Айтберов, а также опубликованные им же «Соглашения аварских общин XVIII–XIX вв.» в книге «Письменные памятники Дагестана XVIII–XIX вв.» (Махачкала, 1989).

Помимо изданных источников, богатый материал по теме нашего исследования сохранился в Рукописном фонде ИИАЭ ДНЦ РАН, в числе которого адатные нормы сельских обществ, свидетельства участников событий, связанных с Гражданской войной и последующими событиями в Дагестане. Здесь же следует отметить, что в этом же хранилище содержится значительный материал относительно социалистических преобразований в 20–30-х гг. XX в. в Дагестане, который также способствовал освещению отдельных аспектов предлагаемого исследования.

В процессе разработки темы диссертации состоялись неоднократные экспедиционные поездки автора по горным районам республики Дагестан, материал которых способствовал воссоздать многие малоизученные аспекты исследуемой темы. Также состоялись многократные встречи с информаторами-выходцами из разных горских обществ,  проживающих ныне  в городах республики. Встречи и беседы с информаторами способствовали большему пониманию традиционных морально-психологических и ментальных особенностей исследуемых народов, а также частичному воссозданию событий, связанных с социалистическими преобразованиями в годы строительства социализма. 

Приведенные выше опубликованные источники по нормам обычного права вместе с материалами Рукописного фонда ИИАЭ ДНЦ РАН, Центрального Государственного архива Республики Дагестан (ЦГА РД), а также полевым экспедиционным материалом составили источниковую базу по первому разделу предлагаемого исследования.

При освещении темы данной работы использованы также различные литературные источники.

Довольно редкие и потому ценные сведения об общественном укладе и социальных отношениях горцев  содержатся в таких работах российских авторов XVIII–XIX вв. как: Хрисанф Сведения об Аварском ханстве. 1828г. // История, география и этнография Дагестана. XVIII–XIXвв.: Архивные материалы. Под ред. М.О. Косвена и Х.-М. Хашаева М., 1958 (Далее ИГЭД), Розен Р.Ф. «Описание Чечни и Дагестана. 1830г.» // ИГЭД, Норденстам И.И. «Описание Антль-Ратля» // ИГЭД. В этих работах содержится значительный материал о традиционном общественном устройстве союзов сельских обществ Дагестана, а также о внутриобщинных порядках и образе жизни горцев, что способствует выявить конфликтогенные факторы в джамаатах.

Определенный научный интерес представляет работа Н. Львова , находившегося несколько лет в плену у горцев и вполне сносно усвоившего аварский язык. Это сочинение содержит некоторые интересные наблюдения, характеризующие различные стороны общественного и семейного быта аварцев. Однако, необходимо отметить, что Н. Львов не до конца объективен при освещении и оценке особенностей горского быта, что вполне естественно, если учесть что на его оценках сказалось положение пленника. 

Более объективные сведения о занятиях горцев, специфике общественного уклада и других их особенностях дает другой русский автор Н. Воронов, побывавший в разных обществах горного Дагестана после окончания Кавказской войны .

Значительный интерес для данного исследования представляет объемный труд представителя российской интеллигенции Е. Маркова , в работе которого представлены оригинальные взгляды на многие вопросы горского быта, в том числе относительно обусловленности психологи горцев природно-географическими условиями проживания.

Большую помощь в разработке темы оказали труды  современных исследователей как Хашаев Х-М. О ., Магомедов Р.М ., Агларов М.А ., Абдулаев М.А ., Османов М-З.О. и др.

Немалая заслуга в изучении общественно-экономических проблем Дагестана XIX в. принадлежит Р.М. Магомедову. Им проведена большая работа по сбору и систематизации значительного полевого материала, содержащего ценные сведения по различным аспектам общественно-экономических отношений народов Дагестана . Помимо приведенных публикаций Р.М Магомедовым проведено крупное исследование «Общественно-экономический и политический строй Дагестана XIX в.» (Махачкала, 1957).

Работы Х-М.О. Хашаева внесли значительный вклад в изучение системы общественно-экономических отношений горцев Дагестана в том числе связанных с конфликтными. Являясь крупным историком и одним из высококвалифицированных юристов своего времени в республике, Х-М. О. Хашаев внес большой вклад в изучение вопросов, связанных с обычным правом народов Дагестана, а также провёл большую и плодотворную работу по выявлению многих документов и материалов этнографического характера, связанных с обычным правом горцев Дагестана. Работы Хашаева Х-М.О. отличаются продуманностью, широтой охвата и глубиной анализа исследуемых проблем.

Глубокое исследование общественно-экономических и политических отношений сельских обществ горцев Дагестана провел М.А. Агларов .  В работах комплексно и достаточно подробно рассматриваются многие аспекты жизнедеятельности сельской общины горцев Дагестана, в том числе обусловленных конфликтными отношениями.     

Дагестан представляет собой уникальный регион со специфическими природно-климатическими и географическими условиями, которые отражаются на экономических взаимоотношениях, а соответственно и  на общественном быте горцев. Пониманию этих особенностей дагестанской действительности способствуют работы М.О. Османова и в частности одна из последних – «Хозяйственно-культурные типы (ареалы) Дагестана». (Махачкала, 1996). В этой и других работах М.О. Османова пристальное внимание уделяется хозяйственно-экономическим особенностям Дагестана, в том числе и горцев, что во многом способствует пониманию их ментальных особенностей посредством экономической деятельности.

Кроме того, в монографиях историко-этнографического характера , раскрываются многие общие черты и частные особенности в общественных отношениях горцев, что способствует выявлению конфликтогенного потенциала в традиционных горских обществах. 

Отдельные аспекты относительно стереотипа поведения,  этнопсихологии и этноидентичности горцев Дагестана способствуют раскрыть работы Лугуева С.А. и Магомедханова М.М.

В методологическом плане значительную помощь в исследовании  предлагаемой темы диссертации оказали работы доктора исторических наук, профессора Л.М. Дробижевой и доктора философских наук Р.Г. Абдулатипова, в частности, его труды: «Природа и парадоксы национального «Я» (М., 1991); «Управление этнополитическими процессами: вопросы теории и практики.» (М., 2001); «Российская нация (этнонациональная и гражданская идентичность россиян в современных условиях).» (М. 2005) и другие. 

В последние годы появился ряд работ российских исследователей, которые способствуют под иным спектром взглянуть на социокультурные проблемы народов Кавказа, в том числе горцев Дагестана. В их числе заслуживают внимания такие работы, Карпова Ю.Ю. «Джигит и волк: мужские союзы в социокультурной традиции горцев Кавказа». (СПб., 1996), его же  «Личность и традиционные социальные институты: принципы взаимодействия» // Северный Кавказ. Человек в системе социокультурных связей. (СПб., 2004), его же,«Взгляд на горцев взгляд с гор. Мировоззренческие аспекты культуры и социальный опыт горцев Дагестана.» (СПб., 2007); Бобровникова В.О.«Мусульмане Северного Кавказа. Обычай, право, насилие.» (М., 2002); Дмитриева В.А. «Способы преодоления насилия в традиционном обществе горских народов Северного Кавказа // Адат. Традиции и современность. (Москва –Тбилиси, 2003);Клычникова Ю.Ю. Линец С.И. «Северокавказский узел: особенности конфликтного потенциала (исторические очерки)» (Пятигорск, 2006) и др.

В методологическом плане внимания заслуживают труды известного современного специалиста по социальным конфликтам Здравомыслова А.Г., в частности, его труд «Социология конфликта.» (М., 1996). Не меньшую пользу для исследования оказала монография Н.В. Гришиной «Психология конфликта.» (М., 2002).

Наряду с адатными нормами в регламентации общественных отношений в горских джамаатах  значительная роль принадлежала предписаниям шариата. Вопросы теоретического и прикладного характера в области мусульманского права и вообще шариата рассматриваются в трудах таких крупных исследователей ислама как Н. Торнау «Изложение начал мусульманского законоведения.» (С.-Петербург, 1850); Массэ А. «Ислам.» (М., 1961); Керимов Г.М. «Шариат и его социальная сущность.» (М., 1978); Сюкияйнен Л.Р. «Мусульманское право.» (М., 1986); Караулов-I «Основы мусульманского права.» // Историческое наследие. (Ставрополь, 1991).

Совокупность всех этих источников и литературы составили историографическую основу первого раздела предлагаемого исследования.

Источниковая база исследования советского периода представлена довольно обширным и разнохарактерным материалом. Документы фондов ЦГА РД способствуют освещению многих вопросов социально-экономического, политического и идеологического характера в первые два десятилетия советского периода. В частности, здесь имеются в виду вопросы относительно уровня и масштабов социально-экономических трансформаций, вызванных политическими событиями 1917 года и последующей Гражданской войной. В фондах Госархива также имеются сводные годовые отчеты по различным видам хозяйственно-экономической деятельности Области и доклады местных руководителей на партийных конференциях и других форумах, в которых содержится материал обобщающего характера по теме данного исследования. К сожалению, необходимо заметить, что в фондах ЦГА РД под грифом «секретно» еще хранятся документы по репрессиям, пока малодоступные для исследователя, но которые, безусловно, будут способствовать научной разработке и раскрытию масштабов и характера социальных конфликтов в 30-х годах XX в. По мере доступности источниковедческого материала из фондов ЦГА РД, безусловно, появятся интересные исторические исследования по предлагаемой проблеме.

Значительный источниковый материал хранится в Рукописном фонде ИИАЭ ДНЦ РАН, который наряду с материалами Госархива  способствует исследованию данной темы. В частности в рукописном фонде хранятся свидетельства и воспоминания участников событий и процессов, связанных с Октябрьской революцией, Гражданской войной и социалистическими преобразованиями в Дагестане. Эти воспоминания представляют интерес тем, что в них отражено индивидуальное восприятие событий конкретного участника. Однако, на восприятие исторических событий и фактов многих участников наложил отпечаток идеологический, классовый подход, что предусматривает критический взгляд при использовании этого рода документов.

Ценный материал по теме исследования содержится в воспоминаниях непосредственных участников событий-информаторов. Однако, очевидцев, год рождения которых приходится на 20-е гг. прошлого века, в силу объективных причин, почти не осталось, в связи с чем воспоминания и свидетельства, хранящиеся в Рукописном фонде ИИАЭ ДНЦ РАН, (а также опубликованные) в качестве исторического источника приобретают еще большую ценность.

Относительно событий, связанных с коллективизацией и репрессиями, информаторов гораздо больше и их сведения как непосредственных участников событий, наряду с другими источниками, дают возможность воспроизвести морально-психологический климат 30-х годов.

Материалы периодической  печати  соответствующего периода содержат разнохарактерный материал по теме исследования. В этом отношении особого внимания заслуживает газета «Красный Дагестан».

В числе  источников особую ценность представляют опубликованные документы и материалы, среди которых такие работы как, «Борьба за установление и упрочение советской власти в Дагестане 1917–1921гг.»: Сб. документов и материалов. (М., 1958), «Союз объединенных горцев Северного Кавказа и Дагестана (1917–1918); Горская республика (1918–1920). Документы и материалы». (Махачкала, 1994) и др.

Материалы ЦГА РД, РФ ИИАЭ ДНЦ РАН, опубликованные документы и материалы, воспоминания участников событий и сведения информаторов, а также материалы периодической печати составляют источниковую базу предлагаемого исследования для освещения советского периода.

Отечественная историография изучаемой нами проблемы представлена обширным кругом исследований, в которых освещаются события и общественно-политические процессы советского периода. С учетом хронологической последовательности в числе первых следует отметить работу Н. Самурского (Эфендиева) «Дагестан» (М.,Л., 1925). Будучи активным участником военно-политических событий 20–30-х гг. XX века Н. Самурский сумел достаточно тонко уловить суть основных проблем своего времени, что нашло отражение в упомянутом исследовании. В работе проводится сравнительно-сопоставительный анализ по вопросам, касающимся  общественно-политической жизни Дагестана досоветского и советского периодов. Такую же ценность представляет работа А. Тахо-Годи «Революция и контрреволюция в Дагестане» (Махачкала, 1927).

Значительный фактический материал о первых годах социалистических преобразований в народном хозяйстве республики содержаться в материалах сборника «Районированный Дагестан» (Махачкала, 1930).

Наряду с работой Н. Самурского, значительный интерес представляет монографическое исследование Ан. Скачко «Дагестан» (М., 1931), в котором автор довольно объективно попытался представить проблемы общественно-политической и социально-экономической ситуации, как в традиционном, так и послереволюционном дагестанском обществе. Примечательно то, что идеологический подход в двух последних работах прослеживается относительно меньше.В последующий период ценные исследования, имеющие отношение к изучаемой теме, провели Даниялов Г.Д.  «Социалистические преобразования в Дагестане (1920–1941гг.)» (Махачкала, 1960), Каймаразов Г.Ш. «Культурное строительство в Дагестане (1920–1940гг.)», (Махачкала, 1960) и др.

Не менее весомый вклад в изучение истории доколхозного аула и национально-государственного строительства внесли такие ученые, как: Г.Г. Османов , М.А. Казанбиев и другие. Особый интерес представляет обобщающий труд «История Дагестана с древнейших времен до наших дней. Т.2., XX век», (Махачкала, 2005).

Относительно историографии советского периода, необходимо заметить, что характерной ее особенностью является тенденциозное отражение событий 20–30-х годов в угоду господствующей идеологии,  когда представлялось все в радужном свете, всячески выпячивалось только позитивное. К тому же доступ ко многим архивным материалам для исследователей в период социализма был ограничен.

С 90-х гг. XX в. исследователям стал доступным архивный и иной материал, который способствует более объективному отражению событий 20–30-х годов, в том числе связанный с политическими репрессиями и  насильственной коллективизацией, значительная часть которого теперь опубликована. В числе этих публикаций необходимо назвать: «Репрессии в Дагестане. Документы и материалы» / Сост.: Какагасанов Г.И., Бутаев М.Д., Джамбулатова Р.И. (Махачкала, 1997); «Коллективизация и антиколхозные выступления в Дагестане (1927–1940гг.) / Документы и материалы.» Сост.:  Какагасанов Г.И. (Махачкала – 2007); Власть и мусульманская религия в Дагестане. Документы и материалы / (Сост.: Какагасанов Г.И., Бутаев М.Д., Амирханова М.М.) Махачкала, 2007.

        Относительно социально-экономических проблем 20–30-х гг. наиболее удачной представляется Глава 4. Дагестанская АССР во второй половине – начале 30-х гг. §3. Аграрные преобразования и переход к массовой коллективизации сельского хозяйства т. 2 истории Дагестана  с древнейших времен до наших дней. В 2-х томах. (Махачкала, 2005), а также работа   А.И. Османова «Общественно-политическая жизнь и социо-культурное развитие народов Дагестана. Книга вторая // Дагестан в XX веке: исторический опыт регионального развития». В 2-х книгах. (Махачкала, 2008).

Отдельные аспекты, имеющие отношение к изучаемой нами проблеме, получили свое освещение в монографиях и публикациях зарубежных и отечественных авторов по теме исследования, которые в методическом плане способствуют освещению многих вопросов предлагаемой проблемы. В их числе следует назвать работу Рыбакова П. А. «Политика сплошной коллективизации в Московской области» // Вопросы истории (№11. 2008),  и В.В. Кондрюшина «Голод 1932–1933 годов: трагедия Российской деревни». (М., 2008) и другие.

Несмотря на то, что в октябре 1956г. XX съезд партии осудил репрессии и в СССР наступил период оттепели, тема репрессий долгое время оставалась запретной, что обоснованно, если учесть то, что еще были живы участники репрессий, а также близкие родственники жертв политических репрессий. Соответственно главные источники о репрессиях – архивные материалы были надолго закрыты для исследователей, и в СССР тема репрессий вновь оказалась под запретом.

Однако зарубежные исследователи активно интересовались политическими событиями 30-х годов в СССР, и зачастую интерпретировали события в России в угоду своих идеологических установок, давая заведомо завышенные сведения о масштабах репрессий. Первые монографии о политических репрессиях в России вышли за рубежом.

Слишком масштабными были политические репрессии 30-х годов, чтобы обойти их вниманием и поэтому к этим процессам вернулись в 90-х годах XX в., что было обусловлено начавшимися демократическими преобразованиями в стране. В этой связи дагестанскими исследователями были опубликованы ряд работ источникового характера и в том числе документы и материалы по репрессиям, о которых говорилось выше. В тот же период были изданы заявления и письма репрессированных в 30-е годы – «Люди и судьбы: заявления и письма репрессированных в 30-е годы». / Сост. М.Д. Бутаев, В.Г. Гаджиев, Г.И. Какагасанов, Р.И. Джамбулатова (Махачкала, 1997).

Необходимо заметить, что в двухтомной истории Дагестана вопросы, касающиеся репрессий в республике, получили поверхностное освещение и рассматриваются как досадные исключения, которые «омрачили» «достижения в области промышленности, сельского хозяйства и культуры» .

В последние годы проводится большая и плодотворная работа по составлению «Книги памяти» жертв политических репрессий, составителем которой выступил полковник КГБ в отставке, доктор исторических наук С.И. Сулейманов .

Интерес к политическим репрессиям в обществе не затихает, так как в памяти старших поколений еще свежи ее трагедии и к тому же эти уроки истории имеют назидательное значение для грядущих поколений. В этой связи особый интерес представляет публикация одного из членов комиссии по реабилитации жертв политических репрессий в Дагестане Мусаева М.М.  «Жертвы репрессии». (Махачкала, 2009). Ценность публикации М.М. Мусаева в том, что он имел непосредственный доступ к архивным материалам по репрессиям и монография основана на данных Государственного архива РД, малодоступных для других исследователей.

Наряду с местными дагестанскими исследованиями значительным подспорьем для раскрытия темы репрессий в Дагестане, в методологическом плане имеют труды российских ученых, число которых ежегодно увеличивается.  Так, в последние годы вышел ряд работ, которые  отражают новый взгляд на события, связанные со становлением идеологии насилия во время революции и последующий период. В числе этих трудов в первую очередь следует назвать работу Мельгунова С. П. «Красный террор в России 1918–1922гг.» (М., 1990), и Литвина Л. А. «Красный и белый террор в России 1918–1922 гг.» (Казань, 1995), а также статью А.Дугина «Сталинизм: Легенды и факты» // Слово. 1990. №7. Исследования, в которых с новых методологических позиций интерпретируются события, связанные со строительством социализма в стране, в том числе по красному террору и последующим массовым репрессиям, с каждым годом увеличиваются. В перспективе это должно способствовать объяснению того, чем были сопряжены столь масштабные репрессии в отношении граждан своей страны  и другие социальные катаклизмы в период строительства социализма в СССР.   

Опубликованный материал документального характера относительно советского периода, вместе с полевым материалом, а также исследования отечественных специалистов по теме изыскания в совокупности составляют историографию предлагаемой диссертации.

Структура диссертационного исследования

Диссертационная работа состоит из введения, двух разделов, состоящие из трех глав, заключения и списка использованной литературы.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, формулируются цель и основные задачи диссертационной работы, определяются его хронологические и географические рамки, объект и предмет, методологические принципы исследования, научная новизна и практическая значимость, а также освещается степень изученности проблемы и характеризуется источниковая база исследования.

Первый раздел работы посвящен изучению вопросов относительно детерминированности конфликтов в традиционных горских обществах XIX – начале XX в., а также их  регламентации и разрешению. В первой главе диссертации рассматриваются вопросы детерминированности конфликтов экономическими причинами, которые обусловили кражи и грабежи как внутри союзов сельских обществ, так и на территории сопредельных  народов. Здесь же рассматриваются способы и методы регламентации и разрешения подобного рода конфликтов.

Наряду с экономическими причинами конфликтные взаимоотношения были обусловлены ментальными особенностями горцев, рассмотрению которых посвящена вторая глава диссертации. В этой связи в главе рассматриваются такие актуальные аспекты, связанные с традиционной горской ментальностью, как:    

– природно-географический фактор формирования стереотипа поведения горцев;

– социальный статус мужчины и женщины в горских обществах;

– бракоразводные процессы и способы их регламентации;

– оружие как фактор конфликтного потенциала;

– остракизм в горских обществах.

Профилактике и разрешению конфликтов в традиционных горских обществах Дагестана посвящена глава III, где особый акцент делается на таких вопросах, как:

– корреляция адата и шариата в разрешении конфликтов;

– проблемы  самоуправления и регламентация общественных отношений в джамаатах;

– нормы этикета и культура поведения горцев как фактор динамической стабильности в джамаатах;

– маслаат – самобытная форма разрешения конфликтов у горцев Дагестана.

Второй раздел диссертационного исследования посвящен трансформации характера общественных отношений и социальных конфликтов у горцев в советское время (1917–1939гг.)

Октябрьская революция 1917г., которая оказалась поворотным событием в судьбах горцев Дагестана,  обусловила социальные катаклизмы в 20 – 30-х гг. XX в. Одним из пагубных последствий Октябрьской революции явилась Гражданская война в Дагестане, которая, как и сама революция, явилась острым социальным конфликтом, чему посвящена четвертая глава исследования. В главе также рассматриваются проблемы социально-экономических преобразований, с которыми столкнулась Советская власть в 20-х годах. Эти события положили начало разложению сельской общины у горцев и изменению стереотипа их мышления от традиционного к социалистическому, чему в немалой степени способствовала большевистская идеология.

В пятой главе предлагаемого исследования рассматриваются вопросы, касающиеся насильственной коллективизации в 30-х гг. XX в., которая также представляла собой острый социальный конфликт между политической системой и значительной частью общества.

В главе также рассматривается морально-психологическая атмосфера в обществе в условиях коллективизации.

В завершающей шестой главе диссертации предметом анализа стали политические репрессии 20–30-х годов как социальный конфликт, в результате которого произошла трансформация общественного сознания горцев Дагестана от традиционного к социалистическому. Наряду с другими в главе рассматриваются такие вопросы, как методы репрессий и формы борьбы с «врагами народа», а также репрессии в отношении мусульманского духовенства.

Наряду с социальными преобразованиями, как насильственная коллективизация с отчуждением земли и другой собственности, политические репрессии  способствовали разложению общины-джамаата у горцев Дагестана.

Выводы по работе:

– С точки зрения современных методологических подходов конфликты в обществе являются объективным явлением и непременным условием общественного развития, атрибутом социального прогресса. Конфликты носят всеобщий, перманентный и имманентный характер, а также присущи любому типу общества.

Будучи нормальным явлением общественной жизни, конфликты в традиционных горских обществах Дагестана были обусловлены разными причинами и факторами, в числе которых экономическая обусловленность конфликтов была доминирующей.

– Приоритетное значение в экономической жизни горцев в историческом прошлом имели земледелие и скотоводство от которых зависела их жизнеобеспеченность и самостоятельность. Экономическая деятельность горцев была непосредственно связана с ограниченностью земельных угодий, что создавало естественный дефицит материальных ресурсов в обществе. Это являлось значительным конфликтогенным потенциалом в традиционных горских обществах. Частыми были конфликты, как на почве нарушения межевых границ пахотных наделов внутри джамаата, так и при отстаивании престижа и территориальной целостности своего джамаата.

– Трудами многих поколений горцев были сооружены террасы, которые были призваны отчасти компенсировать дефицит земельных угодий в горах. Однако это не снимало проблему малоземелья и соответственно дефицита материальных ресурсов. Наряду с ограниченностью земельных угодий дефицит материальных ресурсов в горах был обусловлен  низкими производственными возможностями, что наряду с дефицитом земли являлся конфликтогенным фактором в горских обществах в исследуемый период. 

– Конфликтные взаимоотношения в обществах горцев наблюдались между жителями высокогорья, занятыми преимущественно скотоводством и горнодолинниками, основным занятием которых было садоводство и полеводство. Стереотип поведения жителей высокогорья и горнодолинников сложился с учетом противопоставления друг другу на основе природно-географических условий проживания, а также родом хозяйственно-экономической деятельности.

– Экономическая обусловленность конфликтного потенциала непосредственно отражалась на социальные отношения. Так, социальная градация, а в конце Кавказской войны и социальная несправедливость, негативно сказывались на общественных отношениях. «От бедного человека пахнет», гласила горская пословица. Социальная градация, основанная на имущественном неравенстве, которая с середины XIX в. приобрела особую актуальность, оказывала негативное влияние на социальные  отношения в горских обществах. 

– Грабежи в отношении соседних немусульманских народов были обусловлены также дефицитом материальных ресурсов. В числе похищаемого имущества оказывался «живой товар» – пленники, которых выгодно можно было продать. Однако не следует походы на соседние немусульманские народы рассматривать только с точки зрения наживы и материального обогащения; горская молодежь к подобным мероприятиям относилась также, как к «спорту», посредством которого, проявив отвагу и молодецкую удаль, можно было самоутвердиться в социокультурной среде и заслужить репутацию отважного молодца.

Набеги на немусульманские народы горцами интерпретировались, якобы целями борьбы с неверными, и оправдывались интересами мусульманской религии. Похищенный «живой товар» не всегда удавалось реализовать, а нереализованных обращали в рабов (лагов), из которых в горских обществах образовалась социальная прослойка – лагское сословие общественный статус которой был в значительной степени ущемлен. Отношение к этой прослойке представляло собой значительный конфликтный потенциал в обществе, который негативно сказывался на психологическую атмосферу в горских обществах в исследуемый период.

– Конфликтный потенциал внутри обществ был обусловлен также кражами и грабежами, которые являлись следствием социально-экономического неблагополучия в горских обществах, что не являлось оправданием, а, напротив, вызывало моральное осуждение в обществе. В судопроизводстве  горцев сложилась целая система мер и методов безошибочного опознания вора: присягательство и соприсягательство, свидетельства очевидцев, «вращение тарелки», «перекрытие урины» и т. д. Все эти меры, направленные к безошибочному опознанию вора и грабителя, уже тем самым являлись превентивными мерами предотвращения или профилактики конфликта.

– В адатных и шариатских нормах значительное место отводилось регламентации конфликтов на почве краж и грабежей. Наказания по этим преступлениям происходили публично, что носило назидательный характер; это и чернение лица после пятничной молитвы при стечении народа, и бичевание, и публичный обет перед джамаатом об отказе от воровства и т.д.

Конфликты по воровству и грабежам регламентировались и разрешались посредством адата, шариата, а также благодаря сложившимся морально-нравственным устоям в обществе.

– Значительная часть конфликтов в обществе была обусловлена ментальными особенностями горцев. Природно-географический фактор имел существенное влияние на становление стереотипа поведения и менталитета горцев Дагестана. Сильно пересеченный рельеф местности, ограниченность условий жизни способствовали формированию твердого характера горцев, который сложился в условиях состязательности то ли в борьбе с внешним неприятелем, то ли преодолевая местные суровые географические и климатические условия.

– Социализация личности в горских обществах соответствовала природно-географическим условиям и была обусловлена целями самообороны, потребностью физической силы, воспитания бесстрашия и других качеств, вырабатывавших у горцев соответствующие морально-психологические качества. Такой потенциал в горах был накоплен в достаточном количестве и проявился в период антиколониальной борьбы горцев за независимость.

По причине востребованности физической силы в горах был создан ее культ. «Страной непочатой силы» назвал Е.Марков горный Дагестан в XIX в. В традиционных горских обществах довольно частым было явление, когда в отдельных обществах встречались горцы такой физической силы, что поднимали быка или коня и переносили их на определенное расстояние.      

– Для понимания конфликтогенных условий и факторов в горских обществах большое значение имеет понимание социального статуса мужчины и женщины в горских обществах, который сложился с учетом той роли, которую они играли в жизни джамаата. Женщина во все времена являлась объектом потенциального конфликта, но это не означало, что женщина была в социальном отношении ущемлена в горской социокультурной среде. Посягательство на оскорбление женщины в горских обществах воспринималось мужской частью тухума как тягчайшее оскорбление, на почве которого происходила значительная часть конфликтов.

9– Прелюбодеяние и порочные интимные связи в горских обществах были сопряжены с конфликтами и соответственно  жестко регламентировались нормами адата и шариата, а также морально-нравственными устоями. Наличие шариатских и адатных норм, а также моральных устоев, регламентирующих такие конфликты и предусматривающих материальную и моральную компенсацию за это, являлось в горских обществах превентивной формой разрешения и профилактики подобного рода конфликтов.

– Наличие и востребованность оружия в горах следует рассматривать в непосредственной связи с их ментальностью и характером общественных отношений. Оружие было необходимо как средство самозащиты, а с учетом необузданного характера и темперамента горцев наличием большого количества оружия был обусловлен значительный конфликтный потенциал в обществе, на почве которого происходила большая часть убийств и поранений.

Ущемление чести и достоинства горцев являлось серьезным  конфликтогенным потенциалом в обществе, а способов оскорбления  чести горцев было достаточно. Отношение к собственному достоинству и чести  было адекватно остроте конфликта в случае его ущемления.

Советская власть в начале социалистических преобразований наряду с другими преобразованиями провела массовую акцию разоружения и тем самым в значительной степени разрядила морально-психологическую напряженность в горских обществах.

– Одним из эффективных способов морально-нравственного очищения общества в традиционном дагестанском обществе являлся остракизм, который выражался в двух формах: физического отчуждения от тухума или джамаата или же его убийство самим коллективом. Однако физическому отчуждению или убийству предшествовало моральное осуждение порочного члена. Наиболее вероятными причинами для остракизма были: прелюбодеяние, святотатство, воровство, безнаказанное убийство родственниками похитителей женщины, нарушителей маслаата, после его соблюдения и некоторые другие. Во второй половине XIXв. российские власти отчасти стали регламентировать вопросы, касающиеся остракизма, для чего с согласия джамаатов порочных членов начали отчуждать посредством ссылок в Сибирь.

– Конфликтогенные условия и факторы, а также соответствующий потенциал в джамаатах обусловили аналогичные способы и методы регламентации общественных  отношений. Следует отметить, что в исследуемый период адат и шариат сообща регламентировали взаимоотношения в обществе и  строгого деления судопроизводства, как такового, на шариатское или адатное  в горских обществах на практике не наблюдалось.

Наряду с адатными и шариатскими нормами важное место в регулировании общественных отношений принадлежала морально-нравственным установкам, с учетом которых складывались стереотипы поведения горцев. Моральные установки горцев находили свое выражение в понятии «Ях1-намус», в которое вкладывали смысл  всех благородных качеств человека: и честь, и доброе имя, и уважение к обычаям, и преданность долгу, и достоинство личное, фамильное, родовое, человеческое. Этикет гостеприимства являлся одним из свято соблюдаемых горцами нравственных законов. Наряду с тем, что этикет гостеприимства являлся стабилизирующим фактором в обществе, в то же время он создавал серьезные конфликтные условия в обществе.

Строгость соблюдения моральных принципов являлось нравственной основой межличностных отношений в традиционных горских обществах.

В то же время нарушения моральных принципов были серьезным конфликтогенным фактором в горских обществах.

– Следует заметить, что у горцев существовала строгая самоорганизация и беспрекословно всеми соблюдаемая внутренняя дисциплина в джамаатах, основанная на взаимодействии адата и шариата, что являлось залогом динамической стабильности в обществах.  Основополагающим моментом такой самоорганизации и дисциплины был принцип демократизма, соблюдаемый при выборе представителей самоуправления и строгого им послушания.

Выборность представителей самоуправления в джамаатах, обязательность соблюдения адатных норм всеми членами джамаата, единые морально-нравственные приоритеты и ценности, а также всеобщее следование им, регламентация хозяйственно-экономической деятельности и т.д. делало каждый джамаат самодостаточным, динамичным социальным организмом внутри союза сельских обществ.

В горских обществах Дагестана в XVIII – XIX вв. сложилась самобытная культура и традиции самоуправления, которые имея общие тенденции, максимально учитывали специфические особенности каждого джамаата. ­­

Самоуправление в горских обществах было сопряжено с конфликтами, когда с одной стороны без жестких административных мер община не способна была обеспечить самодостаточность, а с другой – образ жизни и особенности горского менталитета плохо вписывались в привычные рамки правопорядка. Демократичность и гласность во время выборов, а также правовой иммунитет представителей правопорядка во многом способствовали регламентации взаимоотношений в джамаатах.

– Моральные предписания, адатные и шариатские нормы в совокупности способствовали регламентации и стабилизации отношений в горских обществах, что обеспечивало динамическую стабильность в их развитии. Этикет и культура поведения горцев сложились с учетом темперамента горского характера и были адекватны потенциальным конфликтным взаимоотношениям в обществе и превентивно регламентировала их. Юмор и смех вносили в горский быт определенную стабильность и психологический комфорт.

– В традиционном горском обществе довольно популярными были социальные конфликты на почве убийств и поранений, сопряженные с кровной местью. Остроте конфликтов соответствовали соответствующие способы и методы их разрешения. Поэтому маслаат для своего времени представлял собой наиболее приемлемую с точки зрения социальной адекватности, соответствующую  общественному быту и сознанию горцев форму разрешения острых социальных конфликтов, каковыми являются убийство, поранение, похищение женщин, межобщинные конфликты и т.д. Основным принципом достижения примирения путем маслаата было посредническое вмешательство независимых третейских судей в лице представителей духовенства и сельских авторитетов, обладавших способностями народных дипломатов и к тому же имевших безупречную морально-нравственную репутацию.

– Маслаатная форма примирения была основана на адатных и шариатских нормах, а  также морально-нравственных устоях традиционного общества. Сила маслаатного разрешения конфликтов была безупречной, и возобновление конфликта после его достижения было сопряжено для нарушителя моральным отчуждением и физическим устранением – остракизмом. Важным условием достижения маслаата было компенсация морального и материального ущерба пострадавшей стороне; материального – дията и морального – в виде унижений и оскорблений перед пострадавшим тухумом и при стечении народа. 

Наряду с маслаатом при разрешении острых социальных конфликтов прибегали также к другим формам и методам. Если состоялась месть, то вражда должна была прекратится (принцип Талиона). Уход навсегда в другой, самый отдаленный джамаат также приводил к временному или окончательному прекращению вражды.

Ради прекращения вражды или в качестве дополнительной меры к маслаату часто конфликтующие прибегали к заключению брачных союзов, после которых кровная вражда превращалась в родственные отношения. Эффективность разрешения конфликта таким методом был безупречный. 

– После окончательного присоединения к России (60-е годы XIX в.) общественное сознание горцев Дагестана вместе с экономическим бытом начало трансформироваться, и процесс этот для большинства горцев происходил со значительными издержками и болезненно. Переход от адатов к шариату в эпоху Шамиля, а затем и к российским порядкам за относительно короткий исторический период был сопряжен с правовой путаницей и нарушал сложившийся социальный баланс в горских обществах.

– Во второй половине XIX в. наметились две выраженные тенденции в отношении российских порядков: первая – радикально настроенных против Российских порядков, и вторая тенденция – лояльно настроенных к новым переменам. Значительная часть горцев, испытавшая на себе произвол наибов в период имамата и засилье со стороны сильных джамаатов ожидали  покровительства со стороны российских властей. К тому же российские власти позволяли горцам решать спорные и конфликтные дела по прежним адатным и шариатским нормам, но не на сельских судах, а централизованно. Такой порядок был приемлем для значительной части горцев, и они во второй половине XIX в.  более или менее активно сотрудничали с российскими властями.

– С другой стороны, вхождение горцев Дагестана в состав России наряду  с несомненными  позитивами имел также негативные стороны, которые были обусловлены тем, что значительная часть горцев с большими трудностями адаптировалась к российским порядкам. Горцы не понимали российские порядки, а на русских смотрели как на временных пришельцев и похитителей их свободы. Тем самым наблюдался конфликт разных культур и мировоззрений, который часть горцев пыталась решить за счет мухаджирства в Турцию. Число мухаджиров из Дагестана доходило до 25 тыс., а значительная часть горцев, оставшаяся на исторической Родине, по-прежнему смотрела на русских как на похитителей их свободы.

Раздел 2.

– Незрелые социально-экономические условия, плохие средства коммуникации, опутанность общественных отношений религиозным фанатизмом – вот далеко неполная картина горской среды накануне Социалистической революции в Дагестане. То, что в горах не созрели социально-экономические условия для социальной революции и психологически горцы не были готовы к социальным изменениям, предопределило затяжной и болезненный характер Гражданской войны. Эти  же факторы и причины в совокупности обусловили остроту социальных конфликтов в ходе последующих социалистических преобразований. Социалистическая революция в основном затронули плоскостную часть области и меньше всего горцев Дагестана.

– Гражданская война в Дагестане явилась одним из сложных и драматических периодов в его истории, когда пересеклись социальные, экономические, политические и идеологические противоречия, в том числе  унаследованные от режима колониальной политики России на Кавказе. Военное противостояние было сопряжено с вмешательством внешней контрреволюции, которое обусловило затяжной характер Гражданской войны с соответствующими моральными издержками,  материальными и человеческими потерями.      

Горцы были доведены до отчаяния и безысходности Гражданской войной; в Области были нарушены хозяйственно-экономические связи, наблюдалась политическая нестабильность, идеологическая вражда и все это в совокупности представляло собой глубокий общественный кризис и значительный социальный конфликт. Социальные катаклизмы дополнялись природными; неурожайное лето и холодная зима 1920-1921гг. усугубили социальные противоречия в обществе.

– Восстание в Западном Дагестане в 1920–1921гг. не было просто авантюрой кучки царских офицеров и духовенства или следствием действий фанатично настроенного горского населения, а явилось массовым антисоветским выступлением, которое охватило почти половину Дагестана.

Восстание явилось следствием той социально-экономической ситуации, которая сложилась в результате Социалистической революции и Гражданской войны. Оно также было обусловлено жесткими мерами Красной армии в отношении горцев в период Гражданской войны, а затем – непродуманными экономическими мероприятиями органов Советской власти в республике.

Восстание, как и всякий социальный конфликт, явилось комплексом конструктивно-деструктивных функций. С одной стороны, оно принесло неисчислимые материальные и моральные страдания горцам и в то же время оно затронуло основы традиционного горского джамаата с его веками устоявшимися морально-нравственными ценностями и тем самым подготовило трансформацию в общественно-политической, социально-экономической и морально-психологической сферах жизни горцев.

– «Политический бандитизм» был обусловлен социально-экономическими, политическими и иными причинами и факторами и заключал в себе значительный конфликтный потенциал. Успехи в борьбе с «политическим бандитизмом» были критерием доверия к Советской власти со стороны общества и показателем жизнеспособности новой власти. В борьбе с бандитизмом Советская власть использовала репрессивные меры и предприняла беспрецедентные меры по разоружению горцев, что в значительной степени способствовало разрядке конфликтной морально-психологической атмосферы в обществе.

– Социалистические преобразования в промышленности и сельском хозяйстве республики, которые проводились в 20-х годах, были сопряжены с социальными конфликтами между обществом и политической системой. Провозглашение общественной собственности на средства производства и искусственное перераспределение собственности на этой почве болезненно отразилось на социальных взаимоотношениях. К тому же социальная напряженность в обществе нагнеталась идеологическим обоснованием и оправдыванием происходящих изменений.

Большевистская идеология, основанная на классовом антагонизме, стала основным катализатором морально-психологической напряженности в обществе. Тем самым закладывалась основа для массовых преследований и репрессий людей по имущественному цензу и идеологическим соображениям; на почве конфискации имущества у зажиточных представителей в обществе началась всеобщая уравниловка в бедности.

6. Образовательный и культурный рост в республике был сопряжен со значительными проблемами социально-бытового и идеологического характера. Прогресс в культурном отношении среди горцев, безусловно, наблюдался, однако он не мог значительно изменить стереотип мышления и менталитет горцев и, соответственно, внести существенные изменения во взаимоотношения в горской среде. Борьба с религией еще больше обострила социальные противоречия и подготавливала условия для массовых репрессий среди горцев.

– Конфликты материально-бытового характера, присущие традиционному обществу, в 20-х гг. на фоне значительных политических и социальных изменений утратили свою актуальность. Они, безусловно, существовали, но в гораздо меньших масштабах, чем в предшествующий период. Уже в середине 20-х годов выяснение отношений в межличностных конфликтах становится прерогативой государственных органов, с самого начала проявивших жесткость и бескомпромиссность. Политическая система постепенно подчиняла себе человеческую личность и чем дальше, тем больше горцы теряли свою традиционную самобытность. Теперь актуальным стал социальный конфликт между обществом и политической системой. Моральные приоритеты, на которых веками строились взаимоотношения в сельской общине-джамаате, теряли актуальность, соответственно трансформировался джамаат.   

– Значительная часть горцев, как и остальное население республики, к социалистическим преобразованиям в сельском хозяйстве отнеслась негативно. С самого начала социалистические преобразования представляли насилие по отношению к значительной части горцев, которые обладали собственностью. Социалистические преобразования в сельском хозяйстве сеяли рознь в обществе на почве экспроприации и перераспределения собственности. Это противоречило традиционно сложившемуся стереотипу восприятия горцами частной собственности первым делом на землю и поэтому недовольство их, как и всего населения республики, вызванное коллективизацией, нарастало по мере наращивания ее темпов.

– Переход к сплошной коллективизации в Дагестане, куда необоснованно включалась горная часть республики, вызвал ожесточенное сопротивление со стороны значительной части горцев, что являлось социальным конфликтом. Особенно ожесточенное сопротивление со стороны горского земледельца наблюдалось в Цумадинском районе и его Дидоевском участке, где жители, доведенные до отчаяния, в массовом порядке выступили против коллективизации и клялись на Коране не вступать в колхоз. Поводом для антиколхозных выступлений являлись госпоставки и продразверстки сельхозпродукции. Такие выступления подавлялись органами ОГПУ. Несмотря на упорное сопротивление значительной части горцев, как и остального населения республики, органы советской власти настойчиво продолжала наращивать темпы насильственной коллективизации в горах Дагестана.

Во второй половине 30-х гг. темпы сопротивления коллективизации идут по затухающей, что было обусловлено бессилием населения в борьбе с политической системой. Однако, сопротивление в частном порядке и  мелкими группами продолжались еще долго.

В то же время, несмотря на значительные негативы, коллективизация, безусловно, как новая система вначале имела определенные успехи. Она подняла, хотя и на определенное время, моральный дух значительного числа горцев, вдохнула веру и надежду в торжество социальной справедливости. Однако последующий ход истории показал, что через экспроприацию частной собственности и уравнение всех в бедности социальная справедливость не достигается.  Как показали последующие события, насильственная коллективизация завела сельское хозяйство в республике, как и в целом по стране,  в тупиковый путь развития.

Для проведения насильственной коллективизации была создана соответствующая морально-психологическая атмосфера во всем обществе, в том числе и среди горцев Дагестана. Характерной особенностью этой атмосферы была деятельность органов ОГПУ и «оперативных троек» НКВД, посредством которых нагнеталась напряженность в целях проведения политики партии по социально-экономическим преобразованиям в обществе.

– В целях стимуляции колхозного производства были придуманы социалистические соревнования, стахановские движения и т.п. Однако эти меры приносили временные успехи и были основаны на энтузиазме, а не на объективных законах общественного развития. Эти новшества были призваны подменить естественные рыночные механизмы, как конкуренция и имели лишь временный успех. В условиях отчуждения собственности интерес производителя к результатам труда снижался.

Время показало, что коллективизация – это был эксперимент в масштабах целой страны по апробации материалистических идей К. Маркса и Ф.Энгельса, который в реальной действительности оказался печальным. Цена этого эксперимента была значительной и только в Дагестане выражалась в 12 тысячах сосланного в лагеря населения.

– Социально-экономические преобразования в горах Дагестана, как и по всей стране, были основаны  на принципах большевистской идеологии, которая предусматривала насилие и агрессию по отношению к политическим противникам, ко всем зажиточным и богатым представителям общества. Кроме того, идеология большевиков насаждалась в обществе безальтернативно, как единственно правильная и все проводимые мероприятия интерпретировались якобы интересами трудового народа, для чего по окончании Гражданской войны была провозглашена диктатура пролетариата, которая превратилась в партийную диктатуру.

– Многие политические деятели, которые участвовали в проведении социалистических преобразований,  искренне верили в справедливость политики партии и соответственно относились к своей деятельности. Большевистская идеология и ее репрессивная политика коснулись народов Дагестана в первые годы советской власти в меньшей степени, чем в центральных регионах. Однако влияние было и, по мере упрочения командно-административной системы управления, воздействие центра на события в Дагестане возрастало.

– Репрессии в Дагестане, как и по всей стране, представляли собой острый и масштабный социальный конфликт между политической системой и человеческой личностью, которая подвергалась физическому и психическому насилию ради достижения призрачных политических идей. По далеко неполным данным число репрессированных по республике составило 14 тыс. человек. Однако за каждой сломанной судьбой репрессированного стоят морально-психологические страдания их близких и родных, с учетом которых масштабы репрессий не ограничиваются только числом погибших.  Значительные проблемы создавали для близких родственников «врагов народа», что создавало дополнительную напряженность в обществе.

– Все неудачи по социалистическому переустройству списывались на «контрреволюцию» и «врагов народа», в числе которых мог оказаться всякий, независимо от социального происхождения, положения и заслуг перед партией. Тон репрессиям задавали из центра, для чего в центральной прессе публиковались статьи, компрометирующие деятельность политических руководителей республики, что служило примером также для местной прессы. Со второй половины 1937г. репрессии в республике начали осуществлять согласно лимиту из центра.

– «Вредительством» и борьбой с «врагами народа» интерпретировались политические репрессии как в 20-х, так и 30-х годах. Духу политической обстановки соответствовала терминология того времени, которыми пронизаны официальные документы 30-х годов: «очковтирательство», «скрытие от партии очковтирательства», «потакание антигосу­дарственным действиям», «мелкобуржуазная нерешительность», «политическая слепота и близорукость», «Иуда», «враг народа» и т.д. Все это находило в обществе практическое воплощение и нагнетало психологическую напряженность.

– Репрессии, которые затронули едва ли не каждую семью, в представлении значительной части населения республики, как и всей страны, ассоциировались как следствие досадной ошибки, недоразумения. При этом  у большинства граждан под идеологическом воздействием складывалось предубеждение, что партия не может ошибиться, и если арестовали человека, значит, было за что. К тому же коммунистическая пропаганда умела преподносить такую информацию, что, якобы, осужденные сознались в содеянном. В сознании значительной части населения преобладало также мнение о том, что репрессии – это произвол местных чиновников, о которых политическое руководство и Сталин не имеют даже представления. До сих пор можно слышать примитивные рассуждения о том, что причиной репрессий становились кляузы и доносы местных злопыхателей по отношению друг к другу.  А фактически по стране была создана напряженная общественно-политическая и морально-психологическая атмосфера, и дело было поставлено так, что руководителей разных уровней, в том числе и в органах НКВД, руками которых производились беззакония, периодически подвергали репрессиям, якобы, за перегибы и необоснованные преследования людей, однако от этого репрессий меньше не становилось.

– Невосполнимы утраты в результате репрессий среди научной и творческой интеллигенции. Почти по­головно была истреблена едва зародившаяся после революции нацио­нальная интеллигенция, а те кто выжил, вынуждены были мыслить и действовать категориями партийно- идеологических установок.

– Коммунистическая пропаганда параллельно с репрессиями в обществе создавала иллюзию социального благополучия, для чего страна железным кордоном была закрыта от внешнего мира, а успехи и достижения измерялись относительно царской России, а не путем сопоставления с аналогичными показателями европейских стран. Внешне в стране все выглядело едва ли ни в лучшем свете; газеты и радио сообщали о высоких достижениях в социалистическом строительстве, о радости, которую испытывают граждане страны советов от того, что живут в СССР, а не в какой-либо другой капиталистической стране. Создавалась соответствующая командно-административной структуре и идеологии советская культура – национальная по форме и социалистическая по содержанию.

– На уровне республиканских органов НКВД непосредственными исполнителями репрессий были сотрудники, прибывшие из других регионов, что предусматривало бесчеловечные формы и методы проведения пыток ни в чем не повинных людей. Жестокие методы и широкие масштабы репрессий обусловили быструю трансформацию общественного сознания народов Дагестана и в частности горцев в 30-х гг. XX в.

Пытки в застенках НКВД были прямым следствием той морально-психологической обстановки, которая была создана в обществе политическим руководством страны. Такая обстановка способствовала поддержанию общества в постоянном страхе и напряжении, а также соответствовало командно-административному стилю и методам управления страной. Внесудебные «тройки» в стране были специально созданы для производства массовых репрессий. Только в Дагестане от произвола «троек» за полтора года (1937–1937гг.) пострадали 5 тысяч человек – 2 тыс. погибших и 3 тыс. приговоренных к различным срокам заключения. От имени «троек» приговоры подписывал лично нарком внутренних дел Дагестана Ломоносов.

– Советская власть сделала все возможное, чтобы вытравить из сознания народов Дагестана мусульманскую религию, так как религиозная вера препятствовала Советской власти переориентировать общественное сознание в другую веру – в социализм и коммунизм. Борьбу с религией в республике власти увязывали с классовой борьбой с соответствующими методами борьбы с духовенством. Как и все остальные мероприятия, борьбу с мусульманским духовенством проводилась в короткие сроки и чем короче были сроки, тем жестче были репрессивные меры в отношении религиозных деятелей.

– Чтобы ущемить чувства верующих, мечети отдавались под клубные учреждения, где комсомольцами устраивались развлекательные мероприятия, или же – под склады крестьянским и бедняцким комитетам. Экспроприация собственности у мечетей с целью ее передачи бедняцким и крестьянским комитетам также была сопряжена с социальными конфликтами в обществе. Представители духовенства, недовольные мероприятиями советской власти, устраивали преследования комсомольцев и коммунистов, а официальная идеология интерпретировала это как классовый антагонизм с соответствующими последствиями.

– В результате трансформации общественного сознания с 30-х годов вышло из употребления слово «уздень», потеряли свою актуальность и деформировались веками устоявшиеся морально-нравственные категории «ях1-намус». Теперь в обществе надолго стала доминировать деструктивная морально-психологическая атмосфера и психоз, обусловленные раскулачиванием, репрессиями, доносительствами, подозрительностью и недоверием друг другу. На смену привычному выражению «уздень»  пришло политическое – «товарищ», а в обиходе частым стала терминология типа: «бедняк», «середняк», «буржуазия», «пролетариат», «социализм», «колхоз», «коммунизм» и т.д., в соответствии с которыми происходила дальнейшая трансформация общественного сознания по всей стране, в том числе у горцев Дагестана.

В общественное сознание вкрались страх и подозрительность; горская ментальность подверглась серьезной трансформации в том плане, что традиционно присущие горцам личное достоинство, прямодушие и другие  благородные моральные качества подверглись девальвации. Их место заняли большевистская терминология и партийное мышление, обусловленные господствующей идеологией.

– За относительно короткий исторический период произошла трансформация общественного сознания горцев Дагестана от традиционного к социалистическому, которая была сопряжена большими морально-психологическими издержками и человеческими жертвами для народов Дагестана, как и для всего советского народа. Человеческая личность рассматривалась через призму политических событий и процессов, критерием чего стало умение человека приспосабливать свои мысли и образ жизни в соответствие с  политикой партии и официальной идеологией.

– Те, кто проводил эту политику и претворял ее в жизнь, вряд ли сомневались в правильности проводимого партией курса и поэтому многие искренне поверили в торжество социальной справедливости на принципах перераспределения собственности в обществе и уравниловки. Значительная часть в прошлом обездоленного населения республики также искренне поверила в большевистскую идеологию и трудилась, не покладая рук, ради торжества светлого коммунистического будущего.

– Безусловно, не все преобразования советской власти носили негативный смысл; мероприятия по ликвидации безграмотности, а также по культурному подъему оказали благотворное влияние на горцев Дагестана. К середине 30-х годов в экономике страны наметились ощутимые успехи. Строились предприятия промышленности, увеличивались объемы производства продукции, была ликвидирована безработица, введено всеобщее начальное образование. Однако все это было основано на энтузиазме народа, а не на объективных законах развития общества.

По теме диссертации автором опубликованы следующие работы:

Монографии.

1. Адаты общества Каралал. (Введение, примечания, составление) Махачкала, 2002. 108 с.

2. Магомедсалихов Х.Г., Ольмесов А.Ш.  Межнациональный диалог. Махачкала, 2002. - 58 с.

3. Магомедсалихов Х.Г.  Маслаат. Традиционные формы разрешения конфликтов у аварцев в XIX– нач. XX века. Махачкала, 2003. 174 с.

4. Магомедсалихов Х.Г.  Культура и традиции народов Дагестана. Учебное пособие для 9 класса. Махачкала, 2004. 155 с.

5. Магомедсалихов Х.Г. Хрестоматия по конфликтологии. (Составление, предисловие, глоссарий). Махачкала, 2005. 296 с.

6. Магомедсалихов Х.Г. Благопожелания и проклятия аварцев. (Тексты, переводы, комментарии)  Махачкала, 2007. 101 с.

7. Магомедсалихов Х.Г.  Культура и традиции народов Дагестана. Учебное пособие для 9 класса. Издание 2-е дополненное и доработанное. Махачкала, 2007. 208 с.

8. Магомедсалихов Х.Г.   Культура и традиции народов Дагестана. Учебник для 8 класса. Махачкала, 2009. 240 с. С грифом министерства образования и науки РД.

9. Магомедсалихов Х.Г.  Культура и традиции народов Дагестана. Учебник для 9 класса. Махачкала, 2009. 160 с. С грифом министерства образования и науки РД.

Статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых научных изданиях ВАК:

1. Магомедсалихов Х.Г. Маслаат – самобытная форма разрешения конфликтов // Вопросы истории. М.,  2008. № 6.  С. 137–142.

2. Магомедсалихов Х.Г.  События Гражданской войны в Дагестане 1918–1921гг.: их социальный характер и последствия // Военно-исторический журнал М.,  2008. № 10.  С. 37– 40.

3. Магомедсалихов Х.Г. Роль природно-географического фактора в формировании характера и стереотипа поведения горцев Дагестана в традиционных горских обществах // Вестник ДНЦ РАН. Махачкала, 2008. № 2. С. 55–61.

4. Магомедсалихов Х.Г., Шахбанова Л.Р. Насильственная коллективизация в горах Дагестана // Вопросы истории. М., 2009. № 6. С. 137–142.

5. Магомедсалихов Х.Г.. Мусаева А.Г. Традиции остракизма в дагестанском обществе // Восток. М., Наука. 2009. № 5. С. 57– 62.

6. Магомедсалихов Х.Г.  Регламентация общественной жизни в традиционных обществах горцев Дагестана // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Ростов-на-Дону, 2009. № 5.   С. 51–55.

7. Магомедсалихов Х.Г. Регламентация общественных отношений в Дагестане в XIX в. // Вопросы истории. М., 2010. №4.  С. 138–141.

Статьи, тезисы и доклады конференций

1. Магомедсалихов Х.Г. К вопросу о заселении Салатавии  современными аварцами // Наука и молодежь. Махачкала, 2000. Вып.3. С. 79–82.

2. Магомедсалихов Х.Г. Маслаат народов Дагестана при убийствах // Наука и молодежь. Махачкала, 2000. Вып. 3. С. 227–232.

3. Магомедсалихов Х.Г. Межнациональный диалог: традиции и современность // Наука и молодежь. Махачкала, 2002. Вып. 2. С. 86–90.

4. Магомедсалихов Х.Г. Изгои общества // Газ. «Дагестанская правда» №116, 29мая 2002г.

5. Магомедсалихов Х.Г. Мораль и нравственность в союзах сельских обществ Дагестана // Сельская община Дагестана и Северного Кавказа. Махачкала, 2003. С. 106–109.

6. Магомедсалихов Х.Г. Конфликтность и конфликты в традиционном  дагестанском обществе // Тезисы докладов. СПб., 2003. С. 20 –21.

7. Магомедсалихов Х.Г. Маслаат – традиционный институт примирения у дагестанских народов // Дикаревские чтения (11) (Северокавказская конференция). Краснодар, 2005. С. 275 – 282.

8. Магомедсалихов Х.Г. Традиции миротворчества народов Дагестана и Чечни // Исторические связи народов Дагестана и Чечни: Тезисы докладов научно-практической конференции. Махачкала, 2006. С. 27–28.

9. Магомедсалихов Х.Г. Традиционный институт присягательства и соприсягательства у горцев Дагестана // Дагестанский этнографический сборник Махачкала, 2006. № 2. С. 88 – 92.

10. Магомедсалихов Х.Г. Благопожелания и проклятия как факторы толерантности в традиционных аварских обществах Дагестана // Материалы Среднеазиатско-Кавказских исследований. Этнология, история, археология, культурология. 2006–2007. Лавровский сборник. СПб., 2007. С. 78 – 82.

11. Магомедсалихов Х.Г. Разрешение конфликтов, связанных с женщиной в традиционных горских обществах Дагестана // Материалы Среднеазиатско-Кавказских исследований. Этнология, история, археология, культурология. 2006–2007. Лавровский сборник. СПб., 2007. С. 194–196.

12. Магомедсалихов Х.Г. Толерантность как фактор стабильности в традиционных общинах горских евреев. // Четырнадцатая ежегодная международная междисциплинарная конференция по иудаике. Тезисы докладов. М., 2007. С. 28

13. Магомедсалихов Х.Г. Благопожелания и проклятия как важный аспект в изучении этнопсихологии аварцев // Археология, этнография и фольклористика Кавказа: Материалы Международной научной конференции. Махачкала, 2007. С. 247–250.

14. Магомедсалихов Х.Г. Регламентация конфликтных отношений в традиционных горских обществах Дагестана (XIX– начало XX в.) // VII конгресс этнографов и антропологов России. Саранск, 2007. С. 311.

15. Магомедсалихов Х.Г. Благопожелания и проклятия как факторы толерантности в традиционных аварских обществах Дагестана // Лавровские (Среднеазиатско-Кавказские) чтения. СПб., 2007. С. 78–81.

16. Магомедсалихов Х.Г. Разрешение конфликтов, связанных с женщиной в традиционных горских обществах Дагестана // Лавровские (Среднеазиатско-Кавказские чтения.  СПб., 2007. С. 194–196.

17. Магомедсалихов Х.Г. Изгои в дагестанском обществе; традиции и современность // Дагестанская правда. 24 января 2008. №№ 17–18.

18. Магомедсалихов Х.Г. Благопожелания и проклятия как важный компонент изучения духовной культуры аварцев // Этно-Журнал. Электронный журнал Института этнологии им. Миклухо-Маклая. М., 2008. С. 1–5.

19. Магомедсалихов Х.Г. Маслиат как самобытный способ разрешения конфликтов // Дагестанская правда. 10 апреля 2008. №№ 104–105. С. 3.          

20. Магомедсалихов Х.Г. Остракизм в дагестанском обществе: традиции и современность // Неклассическое общество: векторы развития: Материалы всероссийской научно-практической конференции. Владимир, 2008. С. 297–301.

21. Магомедсалихов Х.Г. Гендерный статус женщины в традиционных горских обществах Дагестана // Гендерные отношения в культуре народов Северного Кавказа: Материалы региональной научной конференции. Махачкала, 2008. С. 138–141.

22. Магомедсалихов Х.Г. Регламентация общественной жизни в традиционных джамаатах // Народы Дагестана. 2008. № 4.  С. 50 – 53.

23. Магомедсалихов Х.Г. Толерантность как фактор стабильности в традиционных общинах горских евреев Дагестана // Проблемы еврейской истории. Часть 2. Материалы научной конференции Центра «Сэфэр» по иудаике 2007г. М., 2008. С. 424 – 430.

24. Магомедсалихов Х.Г. Этикет и культура поведения как фактор профилактики конфликтов в традициях горцев Дагестана // Этно-Журнал. Электронный журнал Института этнологии им. Миклухо-Маклая. М., 2008. С. 1–5.

25. Магомедсалихов Х.Г. Гражданская война в Дагестане как острый социальный конфликт // Дагестанский этнографический сборник. Махачкала, 2008. Вып.3. С. 64–72. 

26. Магомедсалихов Х.Г. Материалы фондов ЦГА РД, как источник по конфликтологии Дагестана // «Архивный фонд Республики Дагестан как информационный ресурс общественно-политического, экономического и культурного развития республики»:  Материалы научно-практической конференции. Махачкала, 2008. С. 107–113.

27. Магомедсалихов Х.Г., Кидирниязов Д.С.  Шариат и адат в регламентации общественных отношений и решении конфликтов в горских обществах Дагестана в XIX в. // Обычное право и правовой плюрализм на Кавказе в XIX– начале XX века. Карачаевск, 2009. С. 159 – 165.

28. Магомедсалихов Х.Г. Куначеские традиции горцев Дагестана и Чечни как фактор внутри- и межэтнической толерантности // Единство народов Дагестана – основа политической стабильности, социально-экономического и культурного развития республики:  Материалы научно-практической конференции  Махачкала, 2009. С. 127– 133.

29. Магомедсалихов Х.Г. Мораль как фактор общественной стабильности в джамаатах Дагестана // Археология и этнография Кавказа: Материалы международной конференции. Баку, 2009. С. 497–500.

30. Магомедсалихов Х.Г. Конфликты и традиции их разрешения у горцев Дагестана // VII Конгресс этнографов и антропологов России. Оренбург, 1–5 июля 2009г.: тезисы докладов. Оренбург, 2009. С. 286 – 287.

31. Магомедсалихов Х.Г.  Шариат в регламентации семейных и общественных отношений в традиционном Дагестанском обществе // VII Конгресс этнографов и антропологов России: Оренбург, 1–5 июля 2009г.: тезисы докладов. Оренбург, 2009. С. 493.

32. Магомедсалихов Х.Г.  Социальные преобразования и проблемы разоружения в Дагестане в 20-х гг. XX века // Дагестанский этнографический сборник. IV Выпуск. Памяти М.-З.О. Османова. Махачкала, 2009. С. 41–48.

33. Магомедсалихов Х.Г., Беркиханов М.С. Социально-экономические взаимоотношения Салатавии и Засулакской Кумыки в пореформенный период // Вестник ИИАЭ ДНЦ РАН. 2009. №4 (20) С. 23–27.

34. Магомедсалихов Х.Г. Этикет и культура поведения горцев как фактор динамической стабильности в традиционных обществах // Материалы XXXIII Средиазиатско-Кавказских чтений. 2008–2009г. Лавровский сборник. СПб., 2009. С. 155–156.

35. Магомедсалихов Х.Г. Оружие как фактор конфликтного потенциала у горцев Дагестана в XIX в. и их разоружение в годы социалистического строительства // Материалы Международной конференции посвященной 100-летию со дня рождения профессора Р.М. Магомедова (Махачкала, 14–15 апреля 2010г.) Махачкала, 2010. С. 312–314.

36. Магомедсалихов Х.Г. Этикет и культура поведения как фактор регламентации отношений в традиционных горских обществах Дагестана // Археология, этнология, фольклористика Кавказа: Сборник кратких содержаний докладов Международной научной конференции. Тбилиси, 26–27 июня 2009г. Тбилиси, 2010. С. 478–480.

 

Османов Г.Г. Социально-экономическое развитие Дагестанского доколхозного аула. Махачкала, 1965

Казанбиев М.А.  Создание и укрепление национальной государственности народов Дагестана. Махачкала, 1970.

История Дагестана с древнейших времен до наших дней. В 2-х томах. М., «Юпитер» 2005. Т.2. С. 199

Сулейманов С.И. Книга памяти жертв политических репрессий 20-50-х годов XX века в Дагестане / Документы и материалы. Махачкала. 2007. Том I. Его же. Книга памяти жертв политических репрессий 20–50-х гг. XX в. в Дагестане. Списки, документы и материалы. Махачкала. 2009. Том II.

Зеленков М.Ю. Социальная конфликтология в тестах. М., 2005. С. 155.

Здравомыслов А.Г. Социология конфликтов. М., 1996. С. 9.

См. Анцупов А.Я. Шипилов А.И. Конфликтология. М., 2002. С.138 –149.

Дарендорф Р. Современный социальный конфликт. Очерк политики свободы. М., 1993. С. 84.

Маслаат – самобытная форма разрешения конфликтов // Вопросы истории. М., 2008. № 6. С. 137–142; События Гражданской войны в Дагестане 1918–1921гг.: их социальный характер и последствия // Военно-исторический журнал М., 2008. № 10. С. 37–40; Роль природно-географического фактора в формировании характера и стереотипа поведения горцев Дагестана в традиционных горских обществах // Вестник ДНЦ РАН. Махачкала, 2008. № 2. С. 55–61; Насильственная коллективизация в горах Дагестана // Вопросы истории. М., 2009. № 6. С. 137–142; Традиции остракизма в дагестанском обществе // Восток. М., Наука. 2009 № 5. С. 57–62; 6) Регламентация общественной жизни в традиционных обществах горцев Дагестана // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Ростов, 2009. № 5. С. 51–55; Регламентация общественных отношений в Дагестане в XIX в. // Вопросы истории. 2010. № 4. С. 138–141.

Мораль и нравственность в союзах сельских обществ Дагестана // Сельская община Дагестана и Северного Кавказа. Махачкала, 2003. С. 106–109; Конфликтность и конфликты в традиционном  дагестанском обществе. (Тезисы). СПб., 2003. С. 20–21; Маслаат – традиционный институт примирения у дагестанских народов // Дикаревские чтения (11) (Северокавказская конференция) Краснодар, 2005. С. 275 – 282; Традиции миротворчества народов Дагестана и Чечни // Исторические связи народов Дагестана и Чечни. Тезисы докладов научно-практической конференции. Махачкала, 2006. С. 27–28; Разрешение конфликтов, связанных с женщиной в традиционных горских обществах Дагестана // Материалы Среднеазиатско-Кавказских исследований. Этнология, история, археология, культурология. 2006-2007. Лавровский сборник. СПб. 2007. С. 194–196; Благопожелания и проклятия как важный аспект в изучении этнопсихологии аварцев // Материалы Международной научной конференции. Археология, этнография и фольклористика Кавказа. Махачкала, 2007. С. 247–250; Регламентация конфликтных отношений в традиционных горских обществах Дагестана (XIX– начало XX в.) // VII конгресс этнографов и антропологов России. Саранск, 2007. С. 311;Остракизм в дагестанском обществе: традиции и современность // Неклассическое общество: векторы развития. / Материалы всероссийской научно-практической конференции. Владимир, 2008. С. 297–301; Шариат и адат в регламентации общественных отношений и решении конфликтов в горских обществах Дагестана в XIX в. // Обычное право и правовой плюрализм на Кавказе в XIX- начале XX века. Карачаевск, 2009. С. 159 – 165; Мораль как фактор общественной стабильности в джамаатах Дагестана // Материалы международной конференции. Баку, 2009. С. 497–500; Конфликты и традиции их разрешения у горцев Дагестана // VII Конгресс этнографов и антропологов России: тезисы докладов. Оренбург, 1–5 июля 2009г. Оренбург. 2009. С. 286 – 287; Шариат в регламентации семейных и общественных отношений в традиционном Дагестанском обществе // VII Конгресс этнографов и антропологов России: тезисы докладов. Оренбург, 2009. С. 493; и др.

Комаров А.В. Адаты и судопроизводства по ним // ССКГ.  Тифлис, 1868. Вып. I.

Леонтович Р.И. Адаты Кавказских горцев. Одесса, 1882. В 2-х томах

См.: Магомедов Р.М. К вопросу о семейной общине в Дагестане // Труды 2-ой научной сессии Даг. филиала АН СССР. Махачкала, 1949. С. 44–54. Хашаев Х.-М. Общественно-политический строй Дагестана в XIX веке. (Материалы к сессии). Махачкала, 1954.

См.: Агларов М.А. Сельская община в Нагорном Дагестане в XVII – начале XIX в. М., 1988.

Из истории права народов Дагестана. (Сост. А.С. Омаров). Махачкала, 1968.

Львов Н. Домашняя и семейная жизнь дагестанских горцев Аварского племени // ССКГ Т. III. Тифлис, 1870.

Воронов Н. Из путешествия по Дагестану // ССКГ  Т. III Тифлис, 1870.

Марков Е. Очерки Кавказа. М., СПб., 1878.

Хашаев Х.-М. Общественно-политический строй Дагестана в XIX веке. (Материалы к сессии). Махачкала, 1954. Его же. Общественный строй Дагестана в ХIХ веке. М.,1961. Памятники обычного права Дагестана XVII – XIX вв. Архивные материалы / Составление, предисловие и примечания Х. М.  Хашаева М, 1965 и др.

Магомедов PM. Общественно-экономический строй лаков в XVIII в. Махачкала, 1948. Его же. Общественно-экономический и политический строй Дагестана в XVIII – начале XIX в. Махачкала. 1957. Его же. Легенды и факты о Дагестане. Махачкала, 1969. Его же. По аулам Дагестана. Махачкала, 1977. Его же. Борьба горцев за независимость под руководством Шамиля. Махачкала, 1991. Его же. Обычаи и традиции народов Дагестана. Махачкала, 1992. и др.

Агларов М.А. Сельская община в Нагорном Дагестане в XVII – начале XIX в. М., 1988.

Абдулаев М.А. Из истории философской и общественно-политической мысли Дагестана. М., 1993.

Магомедов Р.М. К вопросу о семейной общине Дагестане. Махачкала, 1949; Его же. Легенды и факты о Дагестане. Махачкала, 1969; Его же. Дагестан. Исторические этюды. Махачкала, 1971; Его же. Дагестан. Исторические этюды. Махачкала, 1975; Его же. По аулам Дагестана. Махачкала, 1977; Его же. По аулам Дагестана. Махачкала, 1979; и другие.

Хашаев Х.-М.О. Общественно-экономический строй Дагестана в XIX веке. (Материалы к сессии) Махачкала, 1954; Его же. Занятия населения Дагестана. Махачкала, 1959;   Его же. Общественный строй Дагестана в XIX в. М.. 1961;

Агларов  М.А. Указ. Соч.

Османов М.-З.О. Формы традиционного скотоводства народов Дагестана в XIX– начале XXв. М., 1990г. Его же. Хозяйственно-культурные типы (ареалы) Дагестана в Советскую эпоху. М., 2002. Его же. Обычное право как институт организации и правового регулирования хозяйственной жизни общины Дагестана XVII- XIX вв. // Вестник ИИАЭ ДНЦ РАН. Махачкала, 2006. №3.  и др.

Алимова Б.М., Магомедов Д.М. Ботлихцы. Историко-этнографический очерк. Махачкала, 1993; Рамазанова З.Б. Пища народов Нагорного Дагестана. Махачкала, 2003; Мансуров Ш.М Салатавия. (Социально-экономическая и политическая история в конце XVIII- первой половине XIXв.) Махачкала, 1995; Мусаева М.К.  Хваршины. Историко-этнографический очерк. Махачкала, 1995; Ризаханова М.Ш., Гунзибцы. Историко-этнографический очерк. Махачкала, 2001; Лугуев С. А., Магомедов Д.М., Дидойцы. Историко-этнографический очерк. Махачкала, 2002; Исламагомедов А.И. Аварцы. Историко-этнографическое исследование XVIII– нач. XX в. Махачкала, 2002; Курбанов М-З.Ю. Сюргинцы. XIX– нач. XXв. Историко-этнографический очерк. Махачкала, 2006 и др.

Лугуев С.А. Культура поведения и этикет дагестанцев. XIX – начало XX века. Махачкала, 2006.

Магомедханов М.М. Дагестанцы: этноязыковые и социокультурные аспекты самосознания. М., 2009.

Дробижева Л.М., Кузнецов И.М. Социальные параметры межэтнической стабильности и напряженности // Мир России. 2000. № 4.

Дробижева Л.М. Национально-гражданская и этническая идентичность: проблемы позитивной совместимости // Россия реформирующаяся. Ежегодник / Отв. ред. М.К. Горшков. М.: Институт социологии РАН, 2008. Вып.7. Ее же. Толерантность и проблемы интеграции многокультурных сообществ // Вестник Института Кеннана в России. 2009. Выпуск 16.

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.