WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Парламент и политическая культура в Англии второй половины XVI – начала XVII в.

Автореферат докторской диссертации по истории

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
Страницы: | 1 | 2 | 3 |
 

            Дмитриева Ольга Владимировна

       Парламент и политическая культура в Англии второй половины XVI –

начала XVII в.

              Специальность 07.00.03 – всеобщая история (средние века)

                                              Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

                                             Москва, 2011

Работа выполнена на кафедре Истории Средних веков и раннего Нового времени Исторического факультета  Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова

Официальные оппоненты:

Доктор исторических наук, профессор Галина Ивановна Зверева

Доктор исторических наук, профессор Сергей Витальевич Кондратьев

Доктор исторических наук Марина Владимировна Винокурова

Ведущая организация: Санкт-Петербургский государственный университет

Защита состоится 7 декабря 2011 г. в 16 часов на заседании диссертацион -ного совета Д 501.002.12 при Московском государственном университете им. М.В. Ломоносова по адресу: 119992, ГСП -2, Москва, Ломоносовский проспект д. 27, корп. 4, МГУ, Исторический факультет, ауд. А-416.

.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке МГУ им. А.М. Горького (Ломоносовский проспект, д. 27).

Автореферат разослан _________________ 2011 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

Кандидат исторических наук, доцент                                     Т.В. Никитина

         Общая характеристика работы

Диссертационное исследование посвящено английскому парламенту втор. пол. XVI -  нач. XVII в., его институционным параметрам, месту в политической системе и роли в формировании политической культуры общества.

Актуальность изучения данной темы обусловлена растущим интересом историков к исследованию природы государства и специфики политической культуры Раннего Нового времени. Английский парламент - один из немногих представительных органов, который продолжал успешно функционировать в период повсеместного упадка подобных институтов и явно обозначившейся тенденции к формированию абсолютистских режимов в Европе. Его роль в государственно-политической системе определялась тем, что этот орган представлял собой публичный форум, способствовавший регулярному диалогу власти и общества, место встречи представителей социально-политических элит разных уровней, которые получали возможность обсудить насущные политические вопросы и найти пути решения острых проблем. Активная законотворческая деятельность парламента позволяла локальным сообществам, профессиональным корпорациям и отдельным личностям реализовать их потребности, превращая этот институт в важный механизм обеспечения стабильности политического режима.

Среди современных подходов к изучению этого органа доминируют политический (рассматривающий парламент в контексте актуальных проблем того или иного правления) и институционный. Между тем, очевидно, что обращение к парламенту способно дать существенное приращение знания в сфере, которая переживает в последние десятилетия период бурной экспансии, - в исследовании природы власти и ее «коммуникативной» функции. Для власти парламент представлял собой уникальную «сцену», позволявшую реализовать ее политические цели и репрезентационную стратегию. Здесь периодически подтверждалась легитимность действующей власти, вырабатывался консенсус относительно правовых начал, на которых она покоилась, и принципов  конституционного устройства, проявлялся «корпоративный» или «абсолютистский» характер монархии, очерчивались ее функции, прерогативы, взаимные права и обязанности монарха  и его подданных. Он имел самое непосредственное отношение к тому, что подразумевается под «социокультурным способом властвования», призванным обеспечить порядок и подчинение мирными средствами.

Однако к середине XVII в. политическая стабильность была утрачена, и парламент оказался одной из сторон в конфликте с монархией, который привел к падению последней. С этой точки зрения, обращение к парламентам рубежа XVI-XVII вв. весьма актуально в контексте изучения причин Английской революции. Эта тема остается  предметом нескончаемых дискуссий и все новых интерпретаций в современной исторической науке. В последние десятилетия англо-американской литературе присуща тенденция к подчеркнутому отрицанию каких бы то ни было связей между  политическим развитием парламентов тюдоровской эпохи (якобы всецело проникнутых духом сотрудничества с короной) и бурными стюартовскими сессиями, что делает практически необъяснимым смену атмосферы и втягивание парламента в конфликт с монархией. Обращение к парламентам втор. пол. XVI – нач. XVII в. и тому наследию, которое депутаты стюартовской поры получили от своих предшественников, может существенно уточнить наши представления о природе политического кризиса 1640-х гг.

Изучение парламента дает уникальную возможность проникновения в суть политической культуры и политической ментальности английского общества Раннего Нового времени. Под «политической культурой» в работе подразумевается совокупность идей, представлений, мифов, «политических языков», ценностных установок и практик, присущих тому или иному обществу. Все это находило отражение в ритуалах, дебатах, в повседневной деятельности и процедурных нормах парламента. Этот форум предоставлял возможность выказываться по самым разным вопросам. Голоса депутатов дошли до нас благодаря сравнительно высокой сохранности парламентских записей, обращение к которым позволяет историку увидеть английскую «политическую нацию» в действии, оценить ее интеллектуальное оснащение и нравственные императивы, которыми она руководствовалась. Выступления парламентариев дают представление о том, какой они видели английскую «политию», каковы были их представления о власти, правовых основах и специфике их государственности. Важно то, что парламентские памятники позволяют реконструировать эти представления не на уровне высокой теории, представленной отдельными политическими трактатами, а в том виде, в котором они бытовали в повседневной практике и в политическом дискурсе. Изучение парламентского дискурса, «политических языков», к которым прибегали в дебатах, топосов и метафор, открывает перед исследователем широкие перспективы в исследовании политической культуры. Язык парламентских дебатов не только отражал политическую ментальность общества. Парламент в свою очередь формировал ее, благодаря тому, что служил «точкой контакта» между многочисленными представителями различных  элит.

Несмотря на то. что в последние десятилетия понятие «политическая культура» все чаще встречается в работах британских историков, посвященных Раннему Новому времени (Д. Хоак, К. Шарп, П. Фидлер, Н. Филипсон, К. Скиннер, Дж. Покок, М. Пелтонен, Э. МакЛарен, Н. Меарс и др.), к парламенту как к институту оно не применялось последовательно и не становилось отправной точкой в поисках методологических подходов к его изучению.

Хронологические рамки исследования охватывают  преимущественно втор. пол. XVI- нач. XVII, десять парламентов (тринадцать сессий) эпохи правления Елизаветы Тюдор с 1559 по 1603 г. К первому парламенту Якова I Стюарта (1604-1610) и другим стюартовским сессиям автор обращается в тех случаях, когда этого требует оценка того или иного явления в парламентской практике, зародившегося в елизаветинскую эпоху и имевшего важные политические последствия в дальнейшем. Сходным образом используется предшествующий материал, относящийся к тюдоровским сессиям первой половины XVI в. и к средневековым парламентам.

Выбор хронологических рамок определяется важностью елизаветинской эпохи с точки зрения институционного развития парламента и ее вкладом в формирование политической культуры. Именно с этим периодом связаны окончательная унификация процедуры законотворчества, утверждение в сознании депутатов представлений об их специфических свободах и фиксация последних. Елизаветинская эпоха породила комплекс трактатов о парламентской процедуре, в которых нашли отражение новые историко-политические мифы о древности парламента и его привилегий. В это время палата общин стала претендовать на расширение своей судебной юрисдикции и настаивать на праве контроля за результатами парламентских выборов. Как отправление сугубо технических функций, так и осуществление депутатами роли «советников» государя, порождали трения между парламентариями и короной и полемику об их прерогативах. Именно накопления елизаветинской поры определяли облик английского парламента Раннего Нового времени. Первые десятилетия XVII в., по сути, не были отмечены радикальными новациями в его политической культуре, они лишь стали свидетелями острой полемики о принципах, которые в елизаветинскую эпоху воспринимались как норма.

Выбор хронологических рамок исследования продиктован также состоянием источников. Подход к теме, заявленный в работе, предполагает обращение к текстам, звучавшим в стенах парламента. Однако состояние парламентских записей до середины XVI столетия не позволяет этого. Более или менее регулярные записи дебатов появляются не ранее второй половины XVI в., что оправдывает обращение главным образом к елизаветинской эпохе.

Степень изученности проблемы. В исторической литературе, посвященной парламенту, вплоть до сер. XX в. доминировали подходы, уходившие корнями в XVII-XVIII вв., в период формирования британской конституционной системы, последовавший за Славной революцией, отмеченный полемикой вигов и тори относительно роли монархии и парламента в событиях английской революции сер. XVII в. На протяжении XVIII-XIX вв. в политической и исторической мысли господствовал либеральный миф о парламенте как краеугольном камне английской демократии и колыбели европейских политических свобод, органе, воплощавшем дух народной свободы и противостоявшем абсолютистским притязаниям монархической власти (Э. Берк, Г. Галлам, Э. Фримен, Ф. Пэлгрейв, У. Стеббс). Его критика с торийской стороны (Д. Юм) не умела успеха. Тем не менее, усилиями Ф.У. Мэтленда и его последователей критическое направление выработало иную парадигму, трактуя парламент как порождение королевской власти, «совет» и «суд» короля, неотъемлемую часть политико-административной системы (Дж. Адамс, Дж. Болдуин, Ч. Мак Илвейн). При этом оба направления роднило то, что парламент рассматривался исключительно через призму конституционной или политической истории. Сходными были подходы к этому институту отечественных историков XIX – нач. XX в. (Т. Н. Грановского, Н.И. Кареева, М.М. Ковалевского, П.Г. Виноградова, Д.М. Петрушевского, К.А. Кузнецова).

Начало XX в. ознаменовалось поиском новых подходов к истории парламента. Этот период был отмечен подъемом социологических наук и влиянием марксизма с его интересом к социальной истории. Полемика о природе Английской революции отразилась на интерпретацияи истории тюдоровских парламентов. В рамках либеральной парадигмы елизаветинскую палату общин стали рассматривать как «школу» будущей парламентской оппозиции короне (У. Ноутстейн), которая постепенно перехватывала инициативу в политике у королевских министров. В британской истории парламента в 20-30 гг. возобладал принципиально новый «биографический» подход, получивший теоретической обоснование в трудах Л. Нэмира, А.Ф.Т. Полларада и Дж. Нила. Он был связан с новыми формами организации науки и возникновением группы «История парламента» на базе Лондонского Института Исторических Исследований, которая занялась сбором просопографических данных о депутатах парламентов Средневековья и Раннего Нового времени. Несмотря на расхождения в теоретико-методологических принципах его основателей (Нэмир не принимал социологических обобщений, противопоставляя им индивидуализирующий метод в истории, настаивая на уникальности человеческой личности и отрицая закономерности в историческом процессе, в то время как Нил был склонен к генерализации и созданию коллективного социокультурного портрета депутатского корпуса в ту или иную эпоху), «биографический подход» открыл социальное измерение в парламентской истории и показал возможности применения к ней методов исторической антропологии.

Дж. Нил был зачинателем и институционного изучения палаты общин. Его работы по политической истории елизаветинских парламентов стала квинтэссенцией либеральной вигской историографии. В то же время они несли на себе отпечаток дискуссий о судьбах английского дворянства в XVI-XVII вв. и об истоках Английской революции. По мнению Нила, в палате общин, где было представлено «поднимающееся» джентри, сформировалась пуританская оппозиция короне, постоянно оппонировавшая ей в религиозных, политических и финансовых вопросах, чуткая к нарушениям парламентских свобод. Елизаветинские парламенты стали эпохой накопления сил и политического опыта перед решающим столкновением парламента и монарха в XVII в.

В 1960-х гг. эта теория подверглась резкой критике со стороны зарождавшегося «ревизионистского» направления. Философские и методологические основы «ревизионизма» были обусловлены реакцией на влияние марксизма в послевоенный период и сближение с ним либеральных историков, увлеченных социальными исследованиями. Отрицание «телеологизма», причинно-следственных связей и возможностей социологических обобщений было свойственно зачинателю «ревизионизма» Дж. Элтону, выдвинувшему собственную трактовку парламентской истории Раннего Нового времени. Согласно ей, отношения короны и парламента следовало характеризовать в терминах консенсуса и сотрудничества, а не конфликта и оппозиционности. Парламент как часть административного механизма тюдоровского государства не мог быть орудием оппозиции, его деятельность направляли королевские министры, опиравшиеся на своих клиентов в палате общин, поскольку отношения патроната, присущие обществу той эпохи, проникали и в парламент. Политическая составляющая в его деятельности не играла важной роли, в то время как суть его работы составляло законотворчество.

В нач. 1970-х гг. вызов «ревизионизма» был поддержан и специалистами по истории XVII в. в их полемике с «вышедшим из моды» (по их выражению) либерализмом и со «старой марксистской гвардией» относительно причин и характера Английской революции (К. Расселл, К. Шарп). Они настаивали на том, что историю парламента в XVI – нач. XVII вв. не следует рассматривать как прелюдию к гражданским войнам и «верстовые столбы» на пути к конфликту с Карлом I. Роль парламента в эскалации этого конфликта не была решающей, поскольку политика вершилась не в Вестминстере, а в графствах, подлинным же яблоком раздора были не конституционные доктрины и привилегии, о которых парламент спорил с королем, а финансовый вопрос, обострившийся в условиях военного времени. «Ревизионистскому» направлению свойственен подчеркнутый отказ от изучения социальной природы парламента, идейной и интеллектуальной составляющих его деятельности, отрицание оппозиционности в парламентах рубежа XVI-XVII вв. и вообще всякой связи между елизаветинской и стюартовской эпохами в развитии этого учреждения. Под вопрос ставилось и само определение парламента как института (К. Расселл), ввиду дискретности его существования. Тем не менее, последователи Дж. Элтона активно занялись изучением институционных параметров парламента (М. Грейвз, Д. Дин, Ш. Ламберт, Х. Миллер, Н. Джонс и др.). Этот подход обогатил парламентскую историю, существенно уточнив представления историков о сути законотворческой и судебной деятельности и процедурных нормах парламента. Тем не менее, превращение «ревизионистского» подхода в новую ортодоксию и идеологизированность его полемики с «вигами» в свою очередь вызвали огонь критики (Т. Хартли, П. Коллинсон, Дж. Хекстер, М. Кишлянски).

В отечественной историографии XX в. интерес к английскому парламенту был связан главным образом со средневековым этапом его истории. Первопроходцем в этой области была Е.В. Гутнова, рассматривавшая политическую историю парламента через призму социального анализа кризисов в отношениях между властью и обществом, которые привели к складыванию этого сословно-представительного органа. Тема взаимоотношений различных сословий и королевской власти была развита в работах ее  учеников (Л.П. Репиной, Г.А. Дребушевской, Н.О. Майоровой). Различных аспектов парламентской истории с контексте исследований социальной структуры английского общества касались В.И. Золотов, Ю.И. Писарев.

Теоретическое осмысление  сословно-представительной монархии как специфического этапа в развитии европейской государственности на французском материале осуществлено в работах Н.А. Хачатурян и С.К. Цатуровой. Появились работы по истории представительных учреждений Германии (М.А. Бойцов), пиренейских государств (И.С. Пичугина, В.В. Ведюшкин, В. Кучумов), Шотландии (Д.Г. Федосов), Скандинавских государств (А.А.Сванидзе), различных регионов державы Габсбургов (Т.П. Гусарова), Нидерландов (Г. А. Шатохина-Мордвинцева).

Однако при всем интересе отечественных англоведов к истории Раннего Нового времени, в частности, к проблемам английской революции, монографических работ, посвященных парламенту XVI-XVII в., так и не появилось. Это относится и к парламентам тюдоровского периода, которые интересовали специалистов, как правило, в самом широком контексте исследований, связанных с проблемами Реформации (В.В. Штокмар, А.В. Исаенко). Парламент как предмет осмысления в общественно-политической мысли XVI-XVII вв. фигурировал в работах Ю.М. Сапрыкина и Б.А. Каменецкого. На новом уровне исторического знания к проблемам восприятия парламента в исторической и политической мысли тюдоровской и стюартовской Англии обращаются С.В. Кондратьев,  А.Ю. Серегина, А. Паламарчук. Некоторые аспекты институционного развития парламента затронуты в работах  Л.М. Волосниковой. К участию английской аристократии в работе парламента обращался в своих социокультурных исследованиях С.Е.Федоров.

На рубеже XX-XXI вв. исчерпанность потенциала «ревизионистского» подхода к изучению парламента как сугубо бюрократического органа стала очевидна. Симптомом расширения исследовательского поля стало возвращение историков Раннего Нового времени к проблемам политической истории и роли в ней парламента (У. МакКаффри, Дж. Гай, С. Элфорд, Дж. Элсоп, Л. Л. Пек, П. Лейк, М. Брэддик), общественного сознания (Дж. Соммервилль, Г. Берджесс, П. Коллинсон, К. Шарп, Р. Так), исторических представлений (П. Крофт. Д. Келли), ритуала (Д. Дин), стремление к компаративным исследованиям (М. Грейвз, Х. Кенигсбергер), изучение ментальности отдельных профессиональных групп и социальных «сетей» в парламенте (П. Кристиансен, С. Адамс). Наметилось явное стремление преодолеть бинарную оппозицию «вигского» и «ревизионистского подходов» и найти пути к новому синтезу в сфере парламентской истории.

Данная работа – попытка осуществить такой синтез, и, не отвергая возможностей институционного подхода, вернуть в историю парламента XVI-XVII вв. социальное, политическое и интеллектуальное измерения.

Цель данного исследования – изучение функций и институционных параметров парламента втор. пол. XVI – нач. XVII в. в их взаимосвязи с политическим контекстом эпохи и определение места парламента в формировании английской политической культуры Раннего Нового времени. Осуществление этой цели предполагает решение ряда исследовательских задач. В частности, рассмотреть составляющие парламентского ритуала, выявить его функции, символический смысл и направление эволюции. 

Выявить основной набор политико-правовых идей, философских категорий и метафор, присущих языку парламентских дебатов. Рассмотреть содержание и стилистические особенности парламентского дискурса и проследить закономерности использования того или иного политического языка в дебатах.

Раскрыть специфику исторических представлений о прошлом, бытовавших в парламентской среде, проследить пути формирования историко-политических воззрений, установить круг носителей исторического знания среди парламентариев, каналы распространения их концепций и степень обусловленности исторических построений актуальными политическими проблемами.

Оценить характер парламентских привилегий и представлений депутатов о них, в частности о  «свободе слова», ее истоках и пределах. Выявить случаи, порождавшие полемику о свободе слова, и их взаимосвязь с политической повесткой сессий. Проанализировать дискурсивные особенности полемики о свободе слова, выявить социальный состав ее участников и инициаторов, оценить значимость этого понятия в политической культуре.

Охарактеризовать процесс законотворческой работы парламента в его отношении к политической культуре. Выявить тактические и стратегические навыки, связанные с проведением законопроектов, и то, как политические технологии осмыслялись в парламентских текстах. Оценить характер процессуальных новаций рубежа XVI-XVII вв., а также роль текстов, посвященных парламентской процедуре, в закреплении представлений об этих новшествах в депутатской среде.

Изучить теоретические представления о судебной функции парламента и оценить степень распространения доктрины парламента как Высокого суда в общественном сознании за пределами парламента и в его стенах. Дать классификацию дел, рассматривавшихся парламентом в судебном порядке. Оценить роль парламентского судопроизводства в становлении принципа депутатской неприкосновенности, а также возможные политические и конституционные последствия развития судебной функции этого органа.

Рассмотреть дискурсивные особенности и ритуальную стратегию правительства и парламентариев в дискуссиях по поводу налогообложения и экономического регулирования. Выявить правовые основы представлений о собственности и налогообложении, отразившиеся в дебатах. Оценить характер оппозиционных выступлений по поводу финансово-экономической политики, а также юридические, политические и конституционные следствия полемики относительно фискальных прав короны на рубеже XVI-XVII вв.

Проанализировать теоретические воззрения на систему представительству и парламентские выборы, выявить специфику английской модели представительства. Дать оценку социо-культурным характеристикам депутатского корпуса, практике выборов, мотивации и особенностям поведения их участников. Изучить характер политического патроната в ходе выборов и оценить его роль в работе парламента.

Методологическая основа исследования. Специфика заявленного в диссертации ракурса обусловила необходимость комплексного подхода к изучению парламента, сочетающего исследование его социокультурных, институционных параметров, ритуальной практики, политической и интеллектуальной составляющих его деятельности, «человеческого» фактора. Это требует интеграции знаний, накопленных в самых разных сферах исторической науки. Автор опирается на теоретические разработки, связанные с осмыслением роли ритуала в доиндустриальном обществе (Р. Гизи, В. Тернер, Р. Трекслер, К. Гиртц, Л. Брайант, С. Хэнли, Дж. Нельсон, Р. Десимон. Э. Мюир), на достижения современной потестологии, исследования, посвященные политическому символизму церемониала, репрезентации власти, имагологии (Э. Канторович, П. Э. Шрамм, Л. Легг, Р. Стронг, Ф. Йейтс, С. Англо, Дж. Кинг, Д. Ховарт), «новой социальной истории», исторической антропологии. Касаясь истории идей, высказывавшихся в парламенте, автор использует подходы кембриджской школы политической мысли (Дж. Покок, К. Скиннер и др.), призывающей отказаться от изучения политических доктрин и филиации идей как таковых вне контекста и заняться содержанием обыденного политического сознания, политической ментальностью, которая находила выражение в парламентских текстах и публичных выступлениях, трактуемых как «акты речи», сосредоточиться на анализе «политических языков», присущих тому или иному периоду, риторической культуре, а также историческом и политическом контексте, в котором совершались высказывания.

В зависимости от характера исследуемого материала в диссертации применяются различные методы исследования. Основным остается анализ письменных и визуальных первоисточников. Используются контекстуальный дискурсивный анализ, просопография, подходы, присущие исследованиям в сфере исторической биографии, приемы микроисторического анализа.

Научная новизна работы. Данное исследование – первая в отечественной исторической науке работа, посвященная английскому парламенту Раннего Нового времени. Ее новизна состоит наряду с введением в оборот обширного конкретно-исторического материала в теоретическом осмыслении парламента как формы диалога английской политической элиты с властью и «точки контакта» представителей различных социальных элит между собой. Такой ракурс позволяет раскрыть, как характерные черты английской политической системы, прежде всего, особенности самой власти, так и параметры, присущие обществу. Изучение структуры и политического символизма парламентского ритуала и его трансформации на протяжении XVI в., а также властного дискурса позволяет сделать принципиально новые наблюдения относительно формирования «абсолютистской» метафорической модели в репрезентации королевской власти, а также показать, что эта тенденция в определенной степени сдерживалась парламентскими традициями. Благодаря избранному ракурсу исследования – изучению парламента как института через призму политической культуры –  создана первая «интеллектуальная» история английского парламента середины XVI – начала XVII в., в которой проанализированы теоретические идеи и представления, характерные для английской социальной и управленческой элиты, а также «политические языки», к которым она прибегала, речевой этикет, риторические навыки. Обосновывается вывод о воздействии парламентской риторики на политическую действительность и о ее важной роли в поддержании традиций так называемого «смешанного правления» в Англии. Последовательный анализ функций парламента (как практической деятельности депутатов, так и теоретических представлений об их миссии) позволяет выявить важные институционные, политические и конституционные последствия осуществления законодательной, судебной, финансовой функций, а также попыток парламента выступать в качестве политического «советника» власти. Вопреки доминирующим в англо-американской литературе представлениям об отсутствии политической составляющей в деятельности парламента, работа демонстрирует ее наличие. Новаторским и принципиально важным положением исследования является тезис о том, что политические конфликты служили катализаторами бурного развития и оформления процедурных норм, а так называемые «свободы» парламента, трактуемые в англо-американской литературе «ревизионистского» направления как чисто бюрократические, оформлялись в ходе острой полемики по важнейшим политическим вопросам. Впервые дается комплексный анализ трактатов XVI - нач. XVII в., зародившихся в недрах парламента, и оценка их роли в формировании специфических историко-политических мифов о древности этого органа и его привилегий, а также в распространении знаний о парламентской практике и процедурных нормах. Изучение «социологии текстов» и их циркулирования представляется существенным вкладом в историю английского парламента. В работе впервые в отечественной литературе проанализированы социокультурные параметры парламентов XVI - нач. XVII в., характер выборов, такие явления как патронат и внутрипарламентский «менеджмент», технологии лоббирования, а также их осмысление в трактатах того времени. Новаторским не только с точки зрения отечественной, но и зарубежной науки, является реконструкция и оценка парламентских клиентел ведущих королевских советников и представителей аристократии, а также анализ участия их членов в законотворческой работе. На их основе автор приходит к выводу о высокой степени независимости в поведении депутатов и о том, что распространенная в исторической науке теория «людей дела», якобы проводивших в палате общин волю членов Тайного совета, не может служить универсальной моделью, характеризующей взаимоотношения и коды поведения в парламенте. Эти наблюдения подкрепляются анализом коллективной самоидентификации депутатов, психологической мотивации высказываний и поступков наиболее активных парламентариев.

Апробация диссертации. Результаты исследования были неоднократно представлены в виде докладов на кафедре истории Средних веков МГУ (Ломоносовские чтения, 2006), центра интеллектуальной истории ИВИ РАН (2005), Центра культурной и исторической антропологии ИВИ РАН (2009). Промежуточные результаты изысканий были доложены на всероссийских и международных конференциях в МГУ: «Власть и культура Возрождения» (1996), «Королевский двор в политической культуре средневековой Европы» (2002), «Священное тело короля: теоретический и идеологический аспект» (2003), «Власть, общество, индивид в средневековой Европе» (2006), «Империи и этно-национальные государства в Европе в Средние века и Раннее Новое время» (2008); «Историческая память в культуре Ренессанса» (2008), «Культура Ренессанса и двор» (2009); на коллоквиуме «Представительные органы Раннего нового времени: институционный аспект» (2010), на многочисленных конференциях и коллоквиумах в ИВИ РАН и Институте славяноведения РАН (1995, 1997, 1998, 2000, 2001, 2002, 2003, 2004, 2005, 2009), в том числе специально посвященных проблемам парламентаризма (Москва, ИВИ РАН, 2002), в Казани (2003). Материалы исследований были апробированы в ходе чтения спецкурсов, посвященных истории английского парламента, в МГУ, Воронежском и Томском университетах. Автор выступала с докладами на тему диссертационного исследования в различных университетах Европы и Америки: в Центрально-Европейском университете (Будапешт, 2000), в Тринити-Колледже (Дублин, 2002), в университете им. Брока (Сент-Кэтринс, Канада, 2006), в Центре изучения классической традиции Варшавского университета (2009), а также на англо-российских коллоквиумах в Москве (2007) и в Лондоне (Институт исторических исследований, 2005, 2007), на международной конференции «Парламенты, народы и власть» в Йельском университете (2005), на Кембриджском международном симпозиуме по историческим хроникам (CICS, 2007).

Практическая значимость исследования. Как конкретно-исторический материал, содержащийся в работе, так и ее теоретические положения открывают возможности нового осмысления английского парламента в связи с историей конституционных доктрин, политических идей, ментальности английской «политической нации» эпохи Раннего Нового времени, социально- политического развития общества. Результаты исследования могут быть использованы в работах по истории, политологии, истории культуры, а также в преподавании этих дисциплин.

Источниковую базу работы составляют разнообразные по характеру памятники, как опубликованные, так и неопубликованные, среди которых доминируют источники, имевшие непосредственное отношение к деятельности парламента: статуты – законодательные акты, воплощавшие собой зримый результат работы сессии, парламентские свитки, официальные журналы палаты лордов и палаты общин, отражавшие состав участников, повестку сессии, названия вносимых на рассмотрение биллей и стадии их прохождения, а также казусы, связанные с нарушениями парламентских привилегий. Официальные журналы позволяют реконструировать законотворческую деятельность парламента, однако не содержат записей дебатов. Эту лакуну восполняют частные журналы депутатов парламента. Ко многим из них автор обращалась в рукописях прежде чем они были опубликованы в трехтомном издании материалов парламентских сессий елизаветинского периода под ред. Т. Хартли. Оно также содержит тексты речей, наброски к ним, различные меморандумы, черновики биллей и т.д. Официальные журналы палаты общин за 1584-1601 гг. утрачены. Их содержание позволяют частично реконструировать исторические коллекции антиквария и активного парламентария стюартовской поры С. Д’Юса, имевшего доступ к официальным журналам обеих палат елизаветинского времен, в том числе утраченным ныне, которые он скопировал. Сведя их воедино с копиями некоторых частных журналов, антикварий составил компиляцию, воссоздающую день за днем всю историю работы елизаветинских парламентов. В ряде случаев в работе использовались также журналы раннестюартовских сессий, опубликованные Йельским Центром парламентской истории.

Важнейшим источником сведений о парламентских процессуальных нормах являются трактаты, заметки и подборки прецедентов, составленные видными юристами-антиквариями, которые были депутатами палаты общин. Значение этих трактатов определяется и тем, что их авторы собирали прецеденты, связанные с привилегиями депутатов парламента, подборки которых стали основным источником аргументов в спорах первой половины XVII в. о прерогативах короля и парламента. Они являлись важным средством формирования коллективных исторических и политических представлений парламентариев конца XVI– первой половины XVII в. Выявление специфики исторических воззрений в парламентской среде потребовало сравнительного анализа парламентских трактатов с другими историческими сочинениями разных жанров (хрониками, историко-топографическими описаниями и др. )

Большую группу нарративных источников составляют памятники политико-правовой мысли, рассматривающие парламент в широком контексте истории английской политической системы и судебных институтов.

Ряд источников составляет промежуточную группу между внутрипарламентскими и «внешними» по отношению к этому институту. Среди них королевские прокламации, сертификаты, которые шерифы графств направляли в Канцелярию по окончании выборов, геральдические памятники - оригиналы иллюминированных геральдических свитков, схемы построения процессий и расположения пэров в палате лордов, сохранившиеся в Коллегии герольдов и в Британской Библиотеке.

Важный комплекс памятников, характеризующих участие власти в организации работы парламента, - документальные источники, содержащиеся в национальном архиве в фонде, именуемом «Государственные бумаги» (PRO State Papers), а также Акты Тайного совета, в которых отражена повседневная работа главного органа исполнительной власти. Среди бумаг ведущих государственных деятелей елизаветинской поры, которые позволяют обратиться к проблеме правительственного «менеджмента» в парламенте, приоритет принадлежит архиву лорда Берли. Он составляет большую часть Лансдауновской коллекции манускриптов в Британской Библиотеке (BL Lansdowne MSS). В его архиве немало документов, отражающих усилия королевских советников в период подготовки и в ходе парламентских сессий, позволяющих заглянуть на политическую «кухню» того времени. Наряду с рукописями в работе широко использовались опубликованные коллекции деловых бумаг и корреспонденции ведущих королевских советников и придворных, мемуары современников.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, восьми глав, заключения, списка использованных источников и литературы. Во введении определяются предмет, хронологические рамки, цели и задачи работы, дается анализ историографии проблемы, характеризуются источники, обосновывается методология исследования.

В гл. I «Корона и парламент: политика ритуала» анализируются структура, семантика и политический символизм церемоний открытия парламентской сессии. В свете утверждений о том, что парламент Раннего Нового времени нельзя считать полноценным учреждением, в существовании которого прослеживается континуитет (К. Расселл), вопрос о ритуале приобретает особую значимость, поскольку в нем отражалась специфика парламента и как отдельного «события», и как института, обладавшего определенными корпоративными традициями, идеологией и символическим языком. Воспроизводившийся набор ритуальных действий лежал в основе периодического «воссоздания» этой корпорации, воплощая ее историческую память и превращая парламент в нечто субстанциональное по отношению к его отдельным сессиям.

Statutes of the Realm / Ed. by Luders A. et al. 11 vols. L., 1810-1828.

Rotuli Parliamentorum / Ed. by Strachey J.  6 vols. [S.L. 1767-68]; The Parliament Rolls of Medieval England, 1275-1504 / Ed. by Given-Wilson C. 14 vols.  Woodbridge, Rochester (N.Y.). 2005.

Journals of the House of Lords. 1578-1714. 119 vols. L., 1846 – 1887. Vol. I. L., 1846; Journals of the House of Commons.1547-1714. 117 vols. L., 1803 – 1863. Vol. I. 1547-1628. L., 1803.

BL Cotton. Titus F I; Stow Ms 358, Lansdowne MS 41/ 16; Lansdowne MS 43/ 72; Lansdowne MS 55/ 63; Egerton MS 2222; Harleian MS 2283; Harleian MS 7203; PRO SP Domestic. Elizabeth 46/ 166, TCD MS 535, TCD MS 1045

Proceedings in the Parliaments of Elizabeth I. Vol. I. 1558-1581 / Ed by Hartley T.E. Leicester.  1981; Vol. II. 1584-1589. L. – N.Y., 1995; Vol. III. 1593-1601. L. – N.Y., 1995.

D’Ewes S. The Journals of All the Parliaments during the Reign of Queen Elizabeth, both of the House of Lords and House of Commons. L., 1682.

Commons Debates for 1629 / Ed. by Notestein W., Relf F.H. Minneapolis. 1921; Commons debates 1621 / Ed. by Notestein W., Relf F.H., Hartley S. 7 vols. New Haven. 1935; Proceedings in Parliament 1610 / Ed. by Foster E.R. 2 vols. New Haven, L., 1966; Commons Debates 1618 / Ed. by Johnson R.C., Keeler M.F., Jansson Cole M., Bidwell W.B. 3 vols. New Haven, L., 1977;

Proceedings in Parliament 1625 / Ed. by Jansson M., Bidwell W.B. New Haven, L., 1987; Proceedings in Parliament 1614 (House of Commons) / Ed. by Jansson M. Philadelphia. 1988.

The Order and Usage how to keep a Parlement in England in these dayes, collected by John Vowel alias Hooker gentleman, one of the Citizens for the Cittie of Exeter at the Parlement holden at Westminster Anno domine Elizabethae reginae decimo Tertio. 1571 / Snow V.F. (Ed.) Parliament in Elizabethan England. John Hooker’s Order and Usage . New Haven - L., 1977; Some few notes of the Orders, Proceedings, Punishments, and Privileges of the Lower House of Parliament. Gathered by W. Lambard / Ward P.L. William Lambarde’s Notes on the Procedure and Privileges of the House of Commons (1584) / House of Commons Library Doc. No 10. L., 1977; The Manner how the Statutes are enacted in Parliament by Passing of Bills. Collected many years past out of the Journalls of the house of Commons. By W. Hakewil of Lincolnes Inne, Esquire. L., 1659; The Method of passing Bills in Parliament. Written by Henry Elsinge, Cler. Parl. Now printed from original Manuscript. L., 1685 / Harleian Miscellany. Vol.V. L., 1745. Pp. 226-234; Concerneinge the Speakers Dutie in Puttinge of Thinges to the Question. / Sims C. S. The Speaker of the House of Commons // The American Historical Review. Vol. 45. No.1. Oct. 1939. Pp.  90-95; Orders of  Speaking in Parliament  / Foster E.R.  Speaking in the House of Commons // BIHR. Vol. XLIII. 1970  Appendix.  Pp. 45-55; Remembrances for Order and decency to be kept in the upp[e]r House of Parliament by the Lords when his Ma[jes]tye is not there, leaving the solemnity belonging to his  Ma[jes]tyes coming to be Marshalled by those Lords to whom it more properly appertanes. - TCD MS 564 (624).

The Anglica Historia of Polydore Vergil, 1485-1537 / Ed. By Hay D. // Camden Sosiety. 3rd. ser. Vol. LXXXIV. L., 1950;  Hall E. Chronicle, or The Union of the Two Noble and Illustre Famelies of Lancastre and York. L., 1809; Wriothesley Ch. A Chronicle of England During the Reigns of the Tudors / Ed. by Hamilton W.D. // Camden Society, New Series. Vols. XI, XX. L., 1875, 1877; Holinshed R. Holinshed's Chronicles England, Scotland, and Ireland /Ed. by  Snow V.F.  N. Y., 1965; Camden W. Annales Rerum Anglicarum et Hibernicarum, Regnante Elizabetha. L., 1615.

Harrison W. The Description of England. N.Y., 1968; [Camden William]. Britannia sive Florentissimorum Regnorum Angliae, Scotiae, Hiberniae et insularum adiacentium ex intima antiquitate Chorographica description authore Guileelmo Camdeno. Francofurdi. 1590; Hearne Th. A collection of curious discourses written by eminent antiquaries…L., 1720.

Smith Th. De Republica Anglorum. Cambridge. 1906; Wilson Th. The State of England, Anno Dom. 1600 // Camden Miscellany. 3rd ser. Vol. XVI. L., 1936; Hooker R. The Law of  Ecclesiastical Polity / Idem. Works. Ed. by Keble J. 3 vols. Oxford. 1888. Vol. III; Lambarde W. Archeion, or A Discovrse Vpon the High Courts of Ivstice in England. Composed by William Lambard, of Lincolnes Inne, Gent. L., 1635; Coke E. The First Part of the Institutes of the Laws of England…L., 1794; Idem. The Fourth Part of the Institutes of the Laws of England. Concerning the jurisdiction of the courts. Authore Edwardo Coke, Milite. J.C. L., 1797; The Reports of Sir Edward Coke, Knt. In Thirteen Parts. 6 vols. L., 1826; A Treatise Concerning Statutes, or Acts of Parliament. And the Exposition thereof. Written by Sir Christopher Hatton Late Lord Chancellor. L., 1677; А Discourse upon the Exposicion and Understandinge of Statutes (1569) / Ed. by Thorne S.E. San Marino (Cal.). 1942.

Tudor Royal Proclamations / Ed. by Hughes P.L., Larkin J.F. 3 vols. New Haven. 1964-1969.

Return of Members of Parliament. Part I. L., 1878.

BL Additional MS 37526, Harleian MS 1888, Cotton MS Titus F I, Cotton MS Titus F II; College of Arms MS Vincent 92; Glover R. Nobilitas Politica vel Civilis. L., 1608.

Acts of the Privy Council of England / Ed. By Dasent J.R. 32 vols. L., 1890-1907. (Repr. Nendeln. 1974).

Scrinia Ceciliana: Mysteries of State and Government: in Letters of the Late Famous Lord Burghley, and other Grand Ministers of State: In the Reigns of Queen Elizabeth, and King James. L., 1663; Collection of State Papers, relating to affairs in the reigns of Henry VIII, Edward VI, Mary and Elizabeth, left by William Cecil, Lord Burghley. (1578-1596) / Ed. by Murdin H.S. L., 1740-1759; Calendar of the Manuscripts of the Marquis of Salisbury, preserved at Hatfield House. 24 vols. L., 1892; Memoirs of the life and times of Sir Christopher Hatton / Ed. by Nicolas N.H.  1847; The Egerton Papers. A Collection of Public and Private Documents, chiefly illustrative of the times of Elizabeth and James I from the original manuscripts // Ed by Collier J.P. L., 1840; Devereux W. The Lives and Letters of the Devereux, the Earls of Essex: in the Reigns of Elizabeth, James I, and Charles I. 1540-1646. 2 vols. L., 1853; Bacon F. Letters / Ed by Spedding J. L., 1877.

Original Letters Illustrative of English History. L., 1846; Nugae Antique: being a miscellaneous collection of original papers, in prose and verse, written during the reigns of Henry VIII, Edward VI, Queen Mary, Elizabeth, and King

James: by Sir John Harington, Knt., and by others who lived in those times. L., 1804; Naunton R. Fragmenta Regalia: or, Observations of the Late Queen Elizabeth, Her Times and Favourites. L., 1870.

  СКАЧАТЬ ОРИГИНАЛ ДОКУМЕНТА  
Страницы: | 1 | 2 | 3 |
 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.