WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Православная певческая традиция на рубеже XX –XXI столетий

Автореферат докторской диссертации по искусствоведению

 

 

На правах рукописи

 

 

 

 

Хватова Светлана Ивановна

 

Православная певческая традиция

на рубеже XXXXI столетий

 

 

Специальность 17.00.02 – Музыкальное искусство

 

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора искусствоведения

 

 

Ростов-на-Дону – 2011


Работа выполнена в Ростовской государственной консерватории (академии)

им. С. В. Рахманинова

Научный консультант:                       доктор искусствоведения,

профессор,

Рудиченко Татьяна Семеновна

Официальные оппоненты:                  доктор искусствоведения,

доцент,

Денисов Николай Григорьевич

доктор искусствоведения,

профессор,

Ефимова Наталья Ильинична

                                                             доктор искусствоведения,

профессор,

Франтова Татьяна Владимировна

Ведущая организация:                       Российский институт

истории искусств

Защита состоится 16 марта 2012 г. в 14.00 часов на заседании Диссертационного совета Д 210.016.01 по присуждению ученой степени доктора искусствоведения по специальности 17.00.02 – Музыкальное искусство в Ростовской государственной консерватории (академии) им. С. В. Рахманинова по адресу:

344002, г. Ростов-на-Дону, Будённовский пр. 23, ауд. 314

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Ростовской государственной консерватории (академии) им. С. В. Рахманинова

Автореферат разослан                                                    2012 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат искусствоведения                                И. П. Дабаева


Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования. В современном мире православие, как и другие мировые религии, выполняет функцию консолидации фрагментирующегося социума, а церковное пение – важнейший компонент богослужебного канона – служит стабилизирующим фактором, который «возвращает к общности, целокупности „мы-сознания“» , что существенно во все времена, но особенно в периоды кризисов социального устройства и национальной идентичности. На сложном этапе отечественной истории Русская Православная Церковь выполняет свою созидательную миссию. В 2011 г. она вместе с обновленной Россией отмечает двадцатилетие возрождения. Этот совсем небольшой по историческим меркам временной промежуток вместил массу событий, оформившихся направлений и течений в богослужебном певческом искусстве. По стремительности и «плотности» происходящего церковная жизнь вполне созвучна времени и общей атмосфере рубежа XX–XXI вв. Динамичность процессов, изменчивость и противоречивость тенденций требует оперативной фиксации и научного осмысления. Анализ современных тенденций развития церковно-певческого дела, возникающих на наших глазах в недрах живой практики богослужебного пения художественных явлений, представляется нам актуальным.

Процесс храмостроительства и храмоукрасительства в постсоветское время сопряжен с повсеместным восстановлением певческого дела и характеризуется неодинаковым подходом к его осуществлению, разнонаправленностью усилий и, вследствие этого, трансформацией молитвенного устроения богослужения. Это осознается как угроза каноническому единству и побуждает к полемике в церковных кругах о путях развития церковного пения.

Вопросы специфики церковно-певческого искусства, состава богослужебных песнопений, стилистики авторских сочинений на канонические тексты обсуждаются в рамках научно-практических конференций, семинаров и регентских съездов. Широкий резонанс дискуссиям придают публикации материалов по этим вопросам в православных Интернет-ресурсах на постоянно действующих форумах. Остроту полемики провоцирует появление публикаций, представляющих весьма субъективные точки зрения о церковно-певческой традиции.

В то же время специалисты в области музыковедения остаются вне этого дискуссионного поля, обращаясь в основном к композиторскому творчеству. Произведения, созданные на канонические тексты для церкви или концертного исполнения, отбираются учеными в первую очередь по критериям художественности и индивидуальности авторского почерка. Они, как правило, редко входят в церковный репертуар, где предпочтение отдается музыке подчиняющей индивидуальное решение стилистике богослужебных песнопений. Таким образом, исследование, посвященное насущным вопросам церковно-певческого дела, современному богослужебному репертуару и пласту духовного композиторского творчества, представляется своевременным и отвечающим как потребностям науки, так и богослужебной певческой практики, что определяет его актуальность.

Объектом исследования выступает певческое оформление современного богослужения Русской Православной Церкви.

Предметом изучения – процесс обновления церковно-певческой культуры в конце XX – начале XXI в. и соотношение уставной основы богослужения и авторского творчества, певческого канона и вокально-хорового исполнительства.

Целью является характеристика православной певческой традиции в динамике ее изменений на рубеже XX–XXI ст. в корреляции с процессами, протекающими в музыкальной культуре.

Для достижения данной цели необходимо решить следующие задачи:

– выявить социально-исторические предпосылки возрождения религиозной жизни в 80-е гг. XX в. и проследить формирование современной концепции культурной, просветительской и богослужебной деятельности РПЦ;

– исследовать практическое осуществление канонических установлений о чинах и церковном пении;

– охарактеризовать певческое оформление богослужения и его важнейшие составляющие с точки зрения канонического единства;

– изучить основные тенденции развития современной церковной музыки в связи со спецификой творчества в рамках богослужебного канона;

– соотнести действие выявленных механизмов трансформации богослужебного певческого канона с закономерностями развития современной музыкальной культуры.

Методология исследования. Тема и междисциплинарная направленность диссертации предполагают привлечение методов смежных дисциплин. Использование комплексного подхода позволяет изучить современную церковно-певческую традицию в синтезе храмовых искусств, богослужебном и социально-историческом контексте.

Социологический метод применялся при рассмотрении обусловленности духовных исканий в искусстве второй половины XX в. социальными процессами. Методики конкретно-социологического исследования (анкетирование, интервьюирование, статистическая обработка данных) использованы при изучении богослужебной певческой практики рубежа XX–XXI вв. С социологическим методом теснейшим образом связан информационный подход, который в нашем исследовании стал основой объяснения многих явлений в области церковного пения. Исторический метод стал основой анализа описываемых процессов в современном богослужебном пении в контексте развития музыкальной культуры. Для оценки особенностей богослужения в период 1991–2011 гг. применялся метод синхронического исследования, базирующийся на собирании, классификации и описании материала, систематизации сведений о современных явлениях.

Степень изученности проблемы и теоретическая база исследования. В анализе православной певческой традиции мы опирались на труды по динамике культуры (В. В. Бычков, В. А. Маслов, Э. А. Панофский, М. И. Найдорф, В. М. Петров, Л. В. Рядинских, П. А. Сорокин, Н. А. Хренов, К. С. Шаров, П. Штомпка, Б. Н. Яковец). Работы исторического характера о современном состоянии различных областей культуры – художественно-музыкальной (Н. В. Гуляницкая, Е. Б. Долинская, Ю. И. Паисов, Л. А. Раабен), традиционной (Т. С. Рудиченко, Т. В. Тищенкова), канонической богослужебной (В. Е. Гилеверя, И. П. Никитина) – позволили рассмотреть изучаемые процессы в русле общекультурных тенденций.

В ряде работ философской и социологической направленности охарактеризованы новые условия, в которых оказались традиционные религиозные конфессии России постсоветского периода (Н. А. Митрохин, И. Н. Сидоров). Изменению взаимоотношений РПЦ и государства в СССР в последней четверти века посвящены работы Н. К. Маслобоева, Н. В. Володиной, Н. С. Гордиенко, прот. Иннокентия (Павлова), арх. Кирилла (Гундяева), Г. А. Михайлова, М. И. Одинцова. В них характеризуется начальный этап этого процесса на постсоветском пространстве.

Духовное возрождение России, как ведущую тенденцию последнего времени рассматривают М. Н. Зуев и Р. А. Лопаткин; К. М. Цаголов раскрывает взаимосвязь религиозного и национального возрождения. Используя социологический метод, авторы анализируют динамику религиозности в постсоветской России. На основе обработки социологической информации С. В. Медведко и Е. С. Элбакян диагностируют возрастание в конце ХХ в. потребности в практическом отправлении религиозных обрядов. Двигаясь от обратного, А. В. Журавский исследует генезис и формы постсоветского атеизма, демонстрирует картину растущей религиозности.

Возрастание роли церкви в общественной жизни современной России и православия в формировании гражданского общества прослеживают многие авторы (Патриарх Кирилл /Гундяев/, Д. Е. Кудрина, С. Б. Филатов, А. С. Фурман). М. И. Безбородов видит перспективу развития отношений церкви и общества в интеграции РПЦ в общественно-политическую жизнь государства. Такие авторы как Л. С. Белоусов, Н. А. Митрохин, Е. Н. Цимбаева связывают описываемые процессы со своего рода кризисом национальной и конфессиональной идентичности. В ряде философских и социологических работ обосновывается значение Православия в развитии современной культуры (Н. А. Баранов, Д. А. Гранин, А. В. Гулыга) и православной культуры в структуре современного общества (Е. Ю. Сидоров).

В богословских трудах служение изучается в его связи с Уставом и Типиконом, правилами и обрядами, которыми пользуются регенты для его совершения. Частным вопросам практического осуществления Устава посвящены работы архиеп. Илариона (Алфеева), А. Волкова, А. А. Кантера, прот. Василия (Кривошеина), прот. Геннадия (Нефедова), А. М. Пентковского, Ю. И. Рубана, Н. С. Сырникова, Г И. Шиманского. Изучение работ о чинопоследованиях, их догматическом толковании, видах чинов и песнопений (В. А. Алымова, И. А. Гарднера, архим. Киприана /Керна/, архиеп. Николая /Кавасилы/, А. Г. Кравецкого, иером. Михаила /Тахи-Заде/, М. М. Скабаллановича, архим. Рафаила /Карелина/ и др.) позволило выявить изменения, названные прот. Александром (Шмеманом) «евхаристическим кризисом».

Ключом к пониманию функционирования системы организации богослужения, в том числе и современного, является теория канона в искусстве. Ее положения разработаны в отечественной науке С. С. Аверинцевым, Б. М. Бернштейном, А. Ф. Лосевым, Ю. М. Лотманом и рядом других ученых. Канон рассматривается ими как система организации художественной культуры, соотносимая с типами «художественного сознания» – архаическим или мифопоэтическим, традиционалистским или нормативным и индивидуально-творческим или историческим (С. С. Аверинцев, М. Л. Андреев, М. Л. Гаспаров, П. А. Гринцер, А. В. Михайлов).

По мысли Ю. М. Лотмана (1973), информационный парадокс канонического искусства заключен в том, что канонизированный текст, не несущий новой информации выполняет формальную функцию и в сознании индивида или группы выступает в качестве возбудителя ее самовозрастания. Эти положения существенно дополнены и развиты Б. М. Бернштейном (1981), разграничившим типы традиционного и канонического искусства, и выделившим в качестве релевантного признака наличие теории и «технических рецептов». Там же где они не были созданы, передача информации основывалась на предании. Труды А. М. Лесовиченко (2004) раскрывают действие канона в музыкально-культовых жанрах на разных уровнях – от логики канонического мышления до уровня технологии средств музыкальной выразительности.

Правомерность применения категории жанра, возникшей в Новое время, к церковным каноническим формам обосновал Б. А. Шиндин (2004). По его мнению, она позволяет осваивать культуру «извне». Анализируя певческие жанры как «книжно-фиксированные композиционные структуры», автор устанавливает композиционные единицы вербального (поэтического) и музыкального текста, закономерности формообразования песнопений, предлагает классификацию и принципы объединения простых жанров в сложноорганизованные структуры суточных, седмичных и годичных циклов.

В монографиях Н. Г. Денисова (2005) и И. В. Дынниковой (2009) о Стрельниковском и Морозовском старообрядческих хорах предложены эффективные методы анализа молитвословного стиха и богослужебных песнопений, позволяющие раскрыть структурно-ритмические закономерности гласовых напевов и вопросы интерпретации звучащего материала. В. Е. Гилеверя (2008) исследует современное осмогласие в его связях с монодийными распевами.

Современная регентско-певческая практика исследована частично. Н. В. Балуевой анализируются специфические регентские приемы, особая терминология, имеющая богословский подтекст и ее толкование. Вопросы развития церковного пения в регионах России затрагиваются в исследованиях О. В. Абаджи, А. В. Вальченко, А. Т. Ильясовой, Ю. С. Карпова, Л. А. Кирилловой, Т. Н. Саркисян, Г. И. Трофимовой, Т. Ю. Языниной.

Об осмыслении состояния богослужебного пения постсоветского периода позволяют судить многочисленные статьи – В. А. Андреюка, прот. Дмитрия (Арзуманова), прот. Николая (Балашова), С. П. Вавилова, арх. Михаила (Веретенникова), Т. Н. Гориной, Л. А. Густовой, Л. А. Игошева, А. Т. Ильясова, Р. М. Имамутдинова, В. К. Ковальджи, Б. П. Кутузова, А. И. Осипова, Г. Б. Печенкина, прот. Анатолия (Правдолюбова), А. А. Толстокулаковой, К. В. Туева. Авторы поднимают вопросы эклектики церковно-певческого репертуара, нарушения традиционного молитвенного устроения богослужения.

Проблемы канонического соответствия церковных искусств богослужебным задачам рассматриваются в материалах Соборов различного уровня и Синодов, регентских семинаров и съездов, научно-практических конференций.

Оживление интереса композиторов к каноническим жанрам в последние двадцать лет привлекло внимание многих исследователей. Работы музыковедов группируются вокруг нескольких, сохраняющих свою актуальность, тем. Среди них: специфика содержания духовной музыки, взаимодействие канона и эвристики, традиционное и новаторское в области музыкальной стилистики, жанровая атрибуция и жанровая классификация (Н. В. Гуляницкая, И. П. Дабаева, Е. М. Левашев, В. И. Мартынов, Ю. И. Паисов, М. П. Рахманова, В. Н. Холопова).

Соотношение канона и стиля находится в фокусе научных интересов Н. В. Генченковой, Н. В. Гуляницкой, А. В. Ивашкина, П. Е. Карпова, А. Б. Ковалева, И. С. Колесовой, Н. В. Кошкаревой, О. А. Кузьменковой, О. В. Кушнир, Т. Н. Рожковой, Н. Н. Сыстерова, А. Г. Трухановой, В. Н. Холоповой, М. В. Цуканова. Канон рассматривается в этих работах как синтетический комплекс художественно-эстетических средств.

Ряд работ отмечен детальным изучением авторской стилистики духовной музыки. Это исследования И. В. Бровиной, М. В. Генченковой, Е. В. Дашковой, Н. Г. Дмитриевой, А. Б. Ковалева, Н. В. Кошкаревой, Е. В. Поповой, Т. Н. Рожковой, А. Г. Трухановой, Т. В. Франтовой.

Обзор литературы показал, что существует также настоятельная потребность в изучении разноплановой картинысовременного богослужебного пения, в изучении организационной стороны современного певческого сослужения, состава богослужебных песнопений, специфики церковного исполнительства и современного композиторского творчества для церкви; в рассмотрении церковно-певческого искусства в широком социокультурном контексте.

Материалом исследования послужили:

– песнопения современного православного богослужения, представленные более чем девятью тысячами образцов, включая уставные и авторские сочинения на канонические богослужебные тексты;

– результаты непосредственных наблюдений всех видов чинов и треб в церквах епархий – Майкопской и Адыгейской (57 храмов), Екатеринодарской (134), Астраханской и Енотаевской (8), Элистинской и Калмыцкой (2) и Донской митрополии (11).

– интервью и анкеты регентов, певчих, руководителей и преподавателей регентских отделений духовных академий и семинарий, хормейстеров.

Научная новизна проведенного исследования заключается:

– в выявлении социокультурных предпосылок возрождения церковной жизни и искусств, начиная с середины 80-х гг. ХХ в.;

– в исследовании актуальных явлений отечественной культуры и не завершившихся еще процессов;

– в многоуровневом целостном изучении канонического устроения современного богослужения;

– в установлении и описании явлений, позволяющих характеризовать современное состояние певческой системы как кризисное;

– в рассмотрении богослужебного репертуара с точки зрения его соответствия каноническим требованиям;

– во введении в научный обиход значительного объема авторских сочинений на канонические тексты.

Теоретическая значимость исследования состоит:

– во всестороннем анализе церковного пения рубежа XX–XXI вв. и его обусловленности социокультурным контекстом;

– в выявлении общих закономерностей трансформации богослужебного пения и музыкального искусства;

– в изучении певческой практики в русле актуальных проблем науки – соотношения нормативного и инновационного типов творчества;

– в определении основных направлений развития церковного и светского композиторского творчества на канонические богослужебные тексты в конце XX–XXI вв.

Практическая значимость обусловливается тем, что материалы исследования дополняют картину развития музыкальной культуры в XXI ст., и включены в курсы «Истории отечественной музыки» музыкальных ВУЗов, «Истории церковного пения» регентских отделений духовных семинарий и академий. Полученные результаты могут быть востребованы практикующими хормейстерами, а нотные материалы приложения использованы в хоровом классе. Содержание диссертации поможет переосмыслить методики преподавания хорового дирижирования и расширить сферы профессиональной самореализации выпускников.

Апробация работы проходила в рамках более пятидесяти научных конференций, важнейшими из которых считаем: международные«Бражниковские чтения» – Санкт-Петербург, 2007; «Исполнительское искусство и музыковедение. Параллели и взаимодействия» – Москва, 2009; «Музыкальная семиотика: пути и перспективы развития», «Восток и Запад: этническая идентичность и традиционное музыкальное наследие как диалог цивилизаций и культур», «Музыка XXI века: проблемы изучения» – Астрахань 2006, 2008, 2009; «Художественный текст: его автор и исполнитель» – Уфа, 2007; «Музыкальное содержание: современная научная интерпретация», «Музыка и музыкант в меняющемся постсоветском пространстве», «Композиторы „второго ряда“ в историко-культурном процессе» – Ростов н/Д, 2006, 2008, 2009; IV Славянские чтения «Духовные ценности и нравственный опыт русской цивилизации в контексте третьего тысячелетия» – Орел, 2007; всероссийские«Музыкальное образование в XXI веке: история, традиции, перспективы, педагогика и исполнительство», «Музыка ХХ века в ряду искусств: параллели и взаимодействия» – Астрахань, 2007, 2008, 2009, 2010; «Актуальные проблемы взаимодействия науки и практики в развитии образования» – Краснодар, 2008; «Художественное образование: творческий и культурный потенциал в прогрессивном развитии современного общества» – Кострома, 2010.

С 2006 г. в журнале «Регентское дело» (Украина) мы ведем постоянную рубрику, где публикуются материалы, посвященные развитию богослужебной музыки в XXI в.

Положения диссертации используются в учебных дисциплинах «Русская духовная музыка: история и современность» и «Современная отечественная музыка», читаемых в Институте искусств Адыгейского государственного университета. Песнопения, анализируемые в работе, включены в богослужебную, концертную и педагогическую практику, дополняют материалы курсов «Анализ музыкальных произведений», «Дирижирование», «Хоровой класс».

Диссертация обсуждалась на кафедре истории музыки Ростовской государственной консерватории (академии) им. С. В. Рахманинова и была рекомендована к защите.

Основные положения работы изложены в 33научных публикациях общим объемом 63 п. л., в том числе двух монографиях, 30 статьях, 11из которых в изданиях рекомендованных ВАК РФ, одном методическомпособии.

На защиту выносятся следующие положения:

  • Возрождение религиозной жизни и Русской Православной Церкви, подготовленное духовными исканиями в искусстве и философской мысли 60–80-х гг. XX в., происходило на фоне трансформации социально-политической системы и распада государства, кризиса общественных и межличностных отношений, мировоззрения, социальной и этнической идентичности.
  • Преимущественно экстенсивный характер церковного строительства и отсутствие должного контроля отправления богослужений в сотнях вновь открытых храмов привело к накоплению многочисленных отступлений от устава и православной традиции. Следствием этого явились качественные изменения певческого оформления богослужения кризисного характера.
  • В современном богослужении аккумулирован предшествующий певческий опыт. В составе богослужебных песнопений дня сосуществуют образцы разных исторических пластов, родственных, но не идентичных традиций, пение по образцу (по гласовым формулам) и отечественная авторская богослужебная музыка традиционной и инновационной стилистики, «перетекстовки» сочинений западноевропейских композиторов, что оценивается церковью и экспертами как проявление эклектики.
  • Развитие церковных искусств, включая богослужебное пение, вызвало приток в храмы профессиональных музыкантов, соприкоснувшихся с мощным пластом православной культуры, что нашло отражение в композиторском творчестве.
  • За четверть века созданы сотни хоровых сочинений на канонические тексты, а доля авторских в современном богослужении достигла критического уровня, угрожая нарушением баланса уставных и неуставных песнопений и изменением традиционного молитвенного устроения.
  • Под влиянием современного церковного и духовно-концертного творчества поэтика богослужебной музыки существенно обновилась, что является одним из естественных проявлений адаптационного механизма канонического искусства.

Структура диссертациискладывается из введения, пяти глав, заключения, библиографического списка, приложения, в котором помещены нотные примеры, каталог грамзаписей, список православных регентско-певческих Интернет-ресурсов. Текст диссертации можно разделить на три части. В первой рассматривается социокультурный контекст возрождения церковного пения в постсоветское время, во второй (главы II и III) сопоставляются универсалии (канон) православного богослужения и формы их современного преломления, в третьей (IV и V главы) анализируется специфика современного композиторского творчества на канонические тексты.

В главе первой«Отечественная культура и социально-исторические процессы конца XX – начала XXI в.» – осмыслены особенности развития искусства, неразрывно связанные с радикальными общественно-политическими изменениями.

В параграфе 1.1«Духовные искания в искусстве и художественной жизни второй половины XX в.»анализируются изменения идейного и образного содержания художественных произведений, создаваемых в эпоху 60-х гг., «перестройки» 80-х и постсоветский период, и подготовившие расцвет духовно-музыкального творчества.

Поколение интеллигентов-«шестидесятников» определило своим творчеством направления развития советской культуры на последующие десятилетия и поворот в развитии культуры, характеризующийся реабилитацией идеационального в художественных и нехудожественных формах.

Творческая интеллигенция постепенно разворачивалась к проблемам духовности и религиозной теме, что было вызвано разными причинами: в музыке – подготовкой к 1000-летию Крещения Руси; в литературе – ростом популярности журналов, в которых публиковались запрещенные или не изданные ранее сочинения отечественных и зарубежных писателей и поэтов XX в.; в кино – реализацией решений съезда Союза кинематографистов (1986) о выпуске в прокат около 250 картин, хранившихся в Госфильмофонде.

Распад государства и разрушение духовного единства социума (названное П. Штомкой «культурной травмой») привели к утрате идентичности – «принадлежности к Отечеству». «Инверсия общественного сознания» (А. П. Паршев) начала 90-х гг. породила особое явление – отрицание прошлых идеалов, кардинальную переоценку исторических событий недавнего и далекого прошлого. Усиление интереса к истории – отзвук политизации общества, а «возвращение к православию» – одно из проявлений отторжения идеологии предшествующего периода.

Процесс осмысления соотечественниками этнической и религиозной идентичности выдвинул на первый план извечный вопрос русских мыслителей о цивилизационной принадлежности России и обнажил проблему самобытного развития или пути европейской интеграции. Новая власть, возвращая в календарь религиозные праздники, подала обществу знак о переустройстве России совместными усилиями государства и церкви. Одновременно реанимировались символы былого православного мироустройства России (Т. С. Рудиченко, М. А. Рыблова).

Возрождение, возвращение, сопряжено с реставрацией и реконструкцией. Интерес композиторов к древнерусскому искусству был органично подготовлен развитием музыкальной медиевистики и созданием корпуса транскрипций для последующего их изучения и певческого воплощения. Увидели свет ранние грамзаписи церковных хоров и опыты светских в интерпретации богослужебных песнопений и духовных сочинений. В них творчески реализовались научные гипотезы ученых (М. В. Бражникова, Т. Ф. Владышевской, Н. Д. Успенского, А. В. Конотопа, Н. С. Серегиной и др.). Анализ составленного нами каталога пластинок с песнопениями и звонами РПЦ показывает тенденцию роста их изданий. Своей кульминации эта деятельность достигает в ходе подготовки к празднованию 1000-летию Крещения Руси, когда увидели свет десять альбомов (от двух до шести пластинок в каждом).

Рубеж столетий отмечен рядом публикаций церковных песнопений, написанных задолго до официальных торжеств: издательство «Композитор» открыло серию «Редкие песнопения Русской Православной Церкви». Взаимный интерес композиторов к инославным жанрам духовной музыки можно связать с восприятием частью российской интеллигенции духовного опыта разных мировых религий как равноценного и достойного изучения.

Поворот творческих людей к духовной теме, с одной стороны, и возрастание потребности в «практической религиозности» – с другой, обозначали тенденцию к восстановлениюкультурообразующей роли православия в отечественной культуре.

Определяющими для духовных исканий в сфере творчества на протяжении второй половины века были:

– политическая нестабильность, кардинальные преобразования конца 80-х – начала 90-х гг. побудили идеологов, политиков, научную и творческую интеллигенцию к поиску, формулировке и обоснованию национальной идеи;

– рефлексия истории – прошлого и настоящего, протекавшая в рамках исторической темы с использованием художественного приема документальности;

– символическая рубежная дата (1000-летие Крещения Руси), в ходе подготовки к празднованию которой, были задействованы значительные творческие силы;

– возвращение к жизни запрещенных или утративших в недавнем прошлом актуальность пластов культуры.

В параграфе 1.2. – «Предпосылки возрождения религиозной жизни в СССР (70–90-е гг. XX в.)» – прослежены изменения в сфере социальной психологии, обусловленные трансформацией идеологии, поиском новых векторов развития искусства.

Нравственное очищение через покаяние, духовный подъем, и возрождение российской государственности воспринимались обществом и представителями церкви, в частности, как единый процесс.

Десятилетия, предшествовавшие «духовному ренессансу» отмечены ослаблением миссионерской деятельности РПЦ, разрушением традиционных связей церкви и общества. Непродолжительная «оттепель», наступившая после ХХ съезда КПСС, обернулась для церкви непредвиденными последствиями: сокращением числа приходов, перекрытием каналов благотворительности, ликвидацией налоговых льгот, лишением социальных гарантий священно- и церковнослужителей, усилением контроля финансово-хозяйственной деятельности приходов; запрещением религиозного просвещения детей.

Изменение политики государства в отношении церкви 80-е гг. было знаком демократизации общества и реализации права свободы вероисповедания. В это время значительная часть соотечественников вернулась в лоно православия. Был отмечен общий рост числа религиозных организаций, постепенное уменьшение количества респондентов, называющих себя неверующими.

Религиозное возрождение было сопряжено в России с этническим. Не несущие социальной угрозы идеи этнического возрождения в дальнейшем смыкаются с сепаратизмом, чреватым в ряде случаев распадом государства, что дало основание некоторым политологам оценить сами идеи этнического (национального) возрождения как деструктивные (К. М. Цаголов).

Духовное возрождение в период распада СССР и созидания новой России послужило необходимым противовесом центробежным тенденциям в развитии государства и общества. Его предпосылками явились:

– смена политического курса, ставившего целью построение социально ориентированного общества («социализма с человеческим лицом»);

– политика «гласности» и задача создания гражданского общества, подразумевающего обеспечение прав и свобод человека, в том числе свободы вероисповедания;

– разрушение государства, его экономики и идеологии;

– отсутствие сформулированной концепции развития культуры.

В параграфе 1.3.«Деятельность Русской Православной церкви в постсоветский период и развитие церковных искусств»анализируются усилия Церкви по созданию условий для значительного подъема церковных искусств. В сравнительно небольшом временном промежутке (около четверти века) выделяются два этапа, имеющие свои определяющие тенденции.

Первый – конец 80-х – 90-е гг. – связан с усилением влияния РПЦ, выразившемся в значительном расширении и уплотнении «православного пространства», в численном приращении приходов, воссоздании корпуса священно- и церковнослужителей. Процесс этот носил во многом экстенсивный характер. В 90-е гг. XX в., связанные с крушением идеологии, разрывом духовной и культурной связи поколений, РПЦ выступает в качестве силы, противостоящей фрагментации и дестабилизации общества, трансформации идентичности. Деятельность патриарха Алексия II направлена на собирание православных во всем мире, чему способствовали усилия по преодолению разногласий с РПЦ Заграницей (РПЦЗ) межконфессиональные диалоги, контакты с центральными и местными властями, нахождение взаимных интересов (И. Н. Сидоров). Пришло осознание того, что без обретения духовного опыта, утверждения общечеловеческих ценностей невозможно возрождение России, восстановление ее мощи и значимости.

Второй период (2000-е гг.) отмечен синхронизацией социально-политических и внутрицерковных процессов. Складывается концепция развития РПЦ и стратегия миссионерской деятельности, ставящей задачи усиления роли православия в формировании нравственных и культурных парадигм XXI в., гармонизации отношений церкви и государства. Усилия по объединению РПЦ и РПЦЗ завершились подписанием Акта о каноническом общении (2007). Создается эффективно работающая система управления, предпринимаются меры по стандартизации духовного образования. Функции нравственного регулирования социального поведения, формирования мировоззрения в соответствии с ценностями европейской христианской цивилизации (что важно в условиях мультикультурного общества) РПЦ последовательно реализуются в конце десятилетия при Патриархе Кирилле.

Таким образом, повышение «духовного градуса» в обществе явилось своеобразным противовесом деструктивным процессам; духовные искания трансформировались в потребность части общества находиться в «православном» пространстве, а искусство превратить в средство трансляции христианской системы ценностей.

В последней четверти XX – начале XXI в. РПЦ удалось восстановить свое влияние и реализовать ряд традиционных социальных функций: православного воспитания детей в рамках воскресных школ и православных гимназий, борьбы с беспризорностью, наркоманией и алкоголизмом, помощи нуждающимся и др.

Церковью освоены новые направления взаимодействия с обществом. К их числу относятся информационно-коммерческие проекты: медийная и издательская деятельность, пропаганда церковных искусств (концерты церковных хоров, запись и распространение дисков, издательской продукции).

РПЦ интегрировалась в современное общество, адаптировалась к условиям конкуренции с усиливающими свое влияние иными религиями и существования в глобальном информационном мире.

Духовное возрождение России явилось естественным завершением определенного этапа исторического развития.

В главе второй «Богослужебный канон и его современное преломление» рассматриваются каноническая основа современного богослужения – время, пространство, чинопоследование, осмогласие – на котором зиждется его каноническое устроение.

В параграфе 2.1.– «Время и пространство богослужения»константы православного религиозного действа рассматриваются в аспекте их включения в современную жизнь.

Всякий ритуал, включая религиозный, происходит в особых пространственно-временных условиях: сакральный хронотоп противопоставлен профанному, прежде всего, благодаря семантической наполненности; равновесность отдельных точек циклическом времени и слияние в них настоящего, прошлого и будущего придает качество вневременности. В устройстве церковного календаря, в основе которого лежит принцип иерархичности и симметрии,воплощенаи идея вселенской упорядоченности. Его опорными точками служат праздники, справляющиеся в точных числах; подвижные придают периодическому повторению определенную динамику. Сочетание двух временных кругов создает сложную циклическую конструкцию. Она, в свою очередь «перекрывается» восьминедельными столпами, где определяющей является символика числа восемь, в значении бесконечности и вечности.

Сложно организованная система временных координат подвергается деформации. В наши дни смещение времени богослужения, особенно в сельских храмах (когда один священник служит в двух-трех приходах) демонстрирует относительность и условность его координат, но в то же время, нарушает представление о единообразии отправления ритуала, столь важного для сохранения незыблемых основ канона. Установленный изначально порядок служб сегодня соблюдается в монастырях, а в приходах – лишь на Пасху и Великие праздники (Рождество, реже Богоявление). Стремление сделать современное богослужение менее протяженным привело к повсеместной практике объединения Вечерни и Утрени.

Эластичность богослужебного времени проявляется и в его способности к растяжению и сжатию и с наибольшей очевидностью предстает в интонировании канонического слова: чтении, возглашении, псалмодии и пении. Время замедляется в моменты молитвословий, ускоряется при выполнении символических действий, когда ряд библейских событий воплощаются, сливаясь в одном акте, например, при выносе плащаницы, благодаря чему время приобретает симультанные свойства. Особенно часто такое уплотнение происходит в текстах изменяемых песнопений дня, когда необходимо кратко выразить суть праздника. Современное богослужение характеризуется учащением ритма его течения, ускорением темпа песнопений, вытеснением распетых форм силлабическими, что ведет к сокращению, динамичности и концентрированности времени.

Организацияпространства православного храма способствует вхождению в сакральное. Она воссоздает модель мироздания, воплощая также иерархическое устройство Церкви. Развертывание чинопоследования в храме, представленное, прежде всего, в богослужебных текстах, маркируется сменой форм интонирования, действий, соотнесенных с определенными типами изображений и их расположением в храме. Сакральное пространство богослужения расширяется, захватывая прихрамовую территорию, как покровом охватываемую колокольным звоном, где происходит крестный ход и молебен. Сегодня, когда значительная часть храмов включена в городскую среду, и властями вводятся различные ограничения, например, для звонов, Благовест разных храмов уже не сливается в едином звучащем пространстве, что значительно снижает силу воздействия богослужения. На прихрамовой территории в период Пасхи, Входа Господня в Иерусалим, Троицы, Преображения освящаются вещественные атрибуты праздника. Расширение сакрального пространства происходит, в том числе, и за счет введения практики трансляции богослужений с помощью звукоусиливающей аппаратуры или видео-мониторов.

Богослужебное пение актуализирует духовную сущность среды храма. Певчие отделены от прихожан, располагаясь на солее по обе стороны от царских врат, или хорах, т. е. на возвышении, что символично, поскольку пение, уподобляемое ангельскому, должно проистекать «с небес». Такое «возвышение» регентов и певчих соответствует церковной иерархии и закреплено в уставе актом хиротесии и причислением к вечному причту. Кроме того, освященное преданием попеременное звучание хоров, объединяло пространство, подчеркивая равновесие и симметрию.

В восстановительный период богослужения нередко проводились в приспособленных помещениях, и символическое отделение певчих было не всегда возможно. Антифонное пение из-за неравноценности хоров опускается или имитируется правым хором сменой динамики. В связи с массовым притоком певчих и регентов в храмы, частыми сменами места служения, статус этого класса церковнослужителей заметно снизился и нередко воспринимается как обычная работа, благословляемая настоятелем. В настоящее время церковью предприняты меры по восстановлению должного порядка и отношения к служению.

Таким образом, пространственно-временная организация современного богослужения, оставаясь одним из столпов канонической системы, испытывает воздействие изменившейся реальности.

Нельзя не видеть в современном богослужении определенной тенденции к упрощению глубинных смыслов символических актов, подменяемых прагматической информатизацией. Этому способствует, в частности, использование современных технических ресурсов. Сокращение ритуала приводит к известному снижению градуса сакрального.

Тем не менее, в современном обществебогослужения остаются духовными «островами», без которых неосуществима полнота бытия.

В параграфе 2.2.«Чинопоследование в богослужебной практике наших дней»прослеживаются процессы структурных изменений чинопоследования на рубеже XX–XXI вв.

Современное богослужение сохраняет комплекс типических черт, определяющих его каноничность и допускающих бесчисленное вариативное многообразие форм отправления, оговоренное в Типиконе. Каноническое единство богослужения как высший принцип организации целого зиждется на стабильных элементах структуры чинопоследования. Составление певческого ряда богослужения происходит в соответствии с ежегодными богослужебными указаниями и сводом богослужебных книг. Многовариантность чинопоследований связана с ограниченностью числа служб, изменяемостью песнопений столпа, многообразием репертуара авторских сочинений на тексты неизменяемых песнопений, а также устной традицией пения «на глас», которая зависит от ряда субъективных предпосылок.

Отступления от предписанной структуры чинопоследований и обычного способа отправления богослужения могут быть подразделены на уставные и неуставные, устойчивые и окказиональные. К числу таких отступлений относится литургическое многогласие, сущность которого заключается в одновременном отправлении различных частей службы (тайные молитвы священника на вечерне, шестопсалмии, Херувимской, Евхаристическом каноне в алтаре одновременно с пением канонических текстов и др.). Полифония разновременных моментов богослужебного действа вызвана не столько стремлением его сжатия, не сократив канонический текст, сколько достижением впечатления священнодействия, благоговения и тайны. Нами рассматриваются современные формы многогласия: отправление части исповеди во время Сугубой ектении и Херувимской, причащение «на две чаши», возглашение ектении на фоне непрерывного пения хора.

Особое наше внимание привлекли устойчивые нарушения. Духовенством производятся сокращения (выпущения) групп песнопений (ектении, антифоны, изменяемые песнопения дня) и дополнения (особенно частые на архиерейском богослужении). Священниками инициируется дополнительное чтение Апостола и Евангелия на современном русском языке, смещается проповедь. На Литургии закрепилось неуставное запричастное пение – вставки в чинопоследование, представляющие собой в большинстве случаев духовные концерты, а также уставные включения дополнительных чинов на архиерейском богослужении.

Высказывания высших иерархов церкви, свидетельствуют о неудовлетворенности нововведениями, названными Патриархом Алексием II «неообновленчеством» (2005). Вольное обращение с чинами, имеющее место в постсоветское время, трактуется как извращение богослужебной практики и норм благочестия («апостасия») и пресекается духовенством. Такая оценка существующего положения свидетельствует об осознании угрозы каноническому единству современного богослужения.

В то же время обозначилась тенденция к восстановлению утраченных чинов и форм служения, что нашло отражение в обновленных чиновниках, и требниках. В 1990–2000-е гг. в связи с необходимостью духовного окормления военнослужащих и возрождением казачества, были восстановлены институт полковых священников и воинские чины.

Изменения сущностной основы богослужения касаются отдельных сторон. Сокращение частей богослужения, а также введение многогласия направлены на динамизацию его хода, придание большей стремительности, эмоциональной насыщенности и ведет к сжатию времени богослужения.

Чтение Апостола (реже Евангелия) на церковнославянском и современном русском языке, перенесение времени богослужений, их совмещение, «удвоение», свидетельствует о «социальной отзывчивости» РПЦ, заботе о мирянах и готовности духовенства совершенствовать словесную часть чинопоследования. В соответствии с концепцией социального служения РПЦ уделяет внимание расширению видов треб,

В параграфе 2.3. – «Осмогласие и пение „на глас“» описана динамика изменений в певческой части богослужебного канона.

Осмогласный певческий круг образует «купол вечности», объединяющий собой богослужебные тексты. Подвижный цикл стихирных, тропарных напевов и неподвижный стержень неизменяемых песнопений, повторяемость, восьминедельное круговращение гласовых напевов призваны воссоздать ощущение незыблемости, вневременного постоянства. По подсчету прот. Б. Николаева изменяемые гласовые песнопения составляют огромный массив – 6379. Благодаря содержанию закрепленных за ними богослужебных текстов гласы, не будучи завершенными композиционными структурами, обладают определенной семантикой. Изменяемые песнопения в современном богослужении поются в монодийной и многоголосной форме и разных аранжировках.

В церковной практике осмогласие существует в виде пения«на глас». Современные гласы представляют собой мелодико-гармонические формулы, где в начальных и каденционных зонах строк заключены основные мелодические и гармонические обороты, свойственные певческому материалу данного гласа и соответствующей недели. Откристаллизовались они к середине XIX в. Принципы их организации впервые были описаны Н. М. Потуловым (1872). Он показал видовой состав изменяемых песнопений богослужения, их гласовую принадлежность, речитативно-силлабическую природу, выявил их общие композиционные закономерности. За прошедшие почти полтора века «новое осмогласие» трансформировалось и потребовало изучения, поэтому о нем в наши дни создан ряд работ практической направленности (пособия Е. В. Кустовского и Н. А. Потемкиной, Н. В. Матвеева и др.).

Теоретическое осмысление современного осмогласия содержится в исследовании В. Е. Гиливеря «Осмогласие как интонационная система современного богослужения» (2008). Автор подразделяет современные напевы по степени их соотнесенности с каноническими распевами: на осмогласные, «условно осмогласные» (когда глас предлагается как один из вариантов прочтения богослужебного текста) и «номинально осмогласные» – имеющие обозначение порядкового номера гласа при тексте, но не использующие гласовых моделей. Автор справедливо указывает на явление частичной утраты самодовлеющего значения осмогласия в современном богослужении.

Устойчивые нарушения (А. А. Волков) гласовой основы современного богослужения проявляются в расхождении между предписанными песнопениям гласами и реальным исполнением.

В течение 2006–2010 гг. нами были выполнены записи богослужений 59 храмов Юга России. В качестве материала для анализа отобраны воскресные и праздничные тропари и кондаки в исполнении левых хоров. Выявлено, что именно в гласовых песнопениях проявляется своеобразие певческой традиции храма, заключающееся в следующем:

– мелодико-гармонические формулы варьируются мелодически и ритмически на начальном и каденционном участках формы;

– многоголосная гармоническая основа напевов, являющаяся одним из носителей семантики гласа, нестабильна, что вызвано закреплением партии баса за женскими голосами практически во всех хорах небольших храмов;

– вследствие тесситурных ограничений искажается логика мелодического движения, и возникают не свойственные гласу гармонические последовательности;

– система осмогласия не действует во всей полноте и подверглась фрагментации;

– наблюдается «смешение» мелодических формул гласов, когда иктовая и псалмодируемая части строки поются в соответствии с одним гласом, а каденция – с другим;

– одни гласы заменяются другими («удобными»). Замещение порядкового гласа приводит к искажению настроя богослужения;

– первая стихира (реже – 2-я и 3-я) поется в соответствии с указанным гласом, остальные практически всегда читаются;

– в праздничных песнопениях первая стихира, каноны, тропари часто поются не в соответствии с определенным гласом, а в авторском изложении (более чем в 40 % случаев);

– в будничных канонах и тропарях нарушение гласовой основы наблюдаются реже;

– увеличивается корпус «номинально осмогласных» (по В. А. Гиливеря) песнопений (особенно неизменяемых), по ряду параметров не соответствующих заявленному гласу.

Осмогласие, сохранив генетическую общность с позднейшими распевами, представляет собой их трансформацию в направлении «силлабизации» и схематизации.

В современном певческом круге оно подверглось фрагментации, связанной с утратой традиции пения всех изменяемых песнопений на определенный глас и «приклеплением» того или иного чинопоследования к определенной гласовой формуле.

Существующее положение справедливо оценено как угроза каноническому единству певческого ряда богослужения. Вследствие этого патриархатом прилагаются усилия по реставрации певческой традиции (издание сборников изменяемых воскресных песнопений, появление специального сайта ROCM music get menaion).

Следование осмогласию как целостной системе является путем сохранения каноническогосодержания богослужения, заключенного не только в слове, но и в гласовых напевах.

Возникающие вследствие сокращения числа гласов новые корреляции текстов и гласовых напевов ведут к нарушению семантических связей и воздействуют на содержание песнопений.

Замещение гласовых напевов авторскими переложениями и сочинениями усиливает аффектное начало, трансформирует общий психо-эмоциональный настрой службы.

Осмогласие является средоточием поэтики церковных песнопений, своего рода программой, которая определяет их музыкальный язык. Поэтому неполнота осмогласия ведет к обеднению не только мелодического чина, но и богослужения в целом.

Анализ современного богослужения позволяет установить некоторые позитивные и негативные изменения в структуре и характере его протекания.

Изменения в богослужении, которые мы склонны оценивать скорее как негативные, выразились:

– в общем стремлении к «уплотнению» богослужебного времени;

– в ускорении темпа богослужения, в том числе, и за счет изменения стилистики песнопений;

– в постепенном сокращении певческой части и мелизматического пения и сохранении символической сущности богослужения в силлабическом пении благодаря слову и связи с гласом;

– в повсеместном использовании приемов литургического многогласия;

– в устном усвоении авторских сочинений в левых хорах.

К позитивным можно отнести попытки восстановления традиции «поемого предания» – пения «на глас» и «подобен», сегодня транслируемой не столько устно, сколько посредством фиксации в источниках. Обозначенный процесс охватил преимущественно среду музыкантов со светским музыкальным образованием, что инициировало создание нового типа певческих книг, а также аудиовизуального фонда записей. Специфика усвоения такого опыта отличается от устной передачи певческой традиции: здесь определяющими являются вслушивание в исполняемый образец и подражание ему. Аналогичная картина наблюдается и в передаче традиций фольклора, что свидетельствует о данном явлении как типичной тенденции времени.

В главе третьей«Церковно-певческое искусство в постсоветский период» анализируются условия отправления богослужений, особенности организации певческого сослужения и формирования репертуара.

В параграфе 3.1.«Условия развития богослужебного пения» – охарактеризованы факторы, способствовавшие восстановлению церковно-певческой практики.

Православная певческая традиция постсоветского периода оказалась способной к восстановлению, развитию и обновлению, которое зависело от епархиального статуса храма, материальной состоятельности прихода, кадрового потенциала. Специфическими условиями явились также масштабы и акустические особенности храма, развитость светского хорового музицирования, наличие хоров, не прерывавших свою деятельность и ставших центрами православного просвещения.

Возрождению церковно-певческого дела содействовала благоприятная социокультурная ситуация. В 60–70-е гг. ХХ в. сформировались устойчивые традиции хорового исполнительства, связанные с расширением сети музыкальных учебных заведений и культивированием хорового пения в школах, домах культуры и клубах. Музыканты в 90-е гг. нашли в церковных хорах еще одну грань своей профессиональной самореализации. В церковь были «призваны» певчие, воспитанные в светских традициях концертного исполнительства, что существенно изменило музыкальный ряд богослужения.

Изменение социального состава певчих, выходцев из среды творческой интеллигенции, предопределило стремление к осознанному служению, получению знаний по церковной истории, литургике, катехизису. В большинстве случаев навыки православного служения новообращенным «прививаются». «Поемое предание» из-за прерывания традиции постепенно видоизменяется – переходит в форму изучения письменных источников или образцов иной формы фиксации (аудиозаписи, видео). Кроме того нотной грамотой владеют как правило певчие правых хоров. Культурацерковного пения и чтения выше там, где естьвоскресные школы, также выполняющие функцию передачи традиции.

Многонациональность и поликонфессиональность населения региона отразилась на составе прихожан и певчих. Изменилось половозрастное соотношение в хорах, по сравнению с дореволюционным временем: большинство певчих – женщины 43–52 лет. Нарушено традиционное соотношение голосов и баланс хоровых партий. В крупных городах картина несколько иная, так как к служению пока привлекаются студенты музыкальных учебных заведений.

Повсеместно практикуется общенародное пение («Верую», «Отче наш», «Трисвятое», тропари великих и святительских праздников, «Кресту Твоему», «Не имамы иныя помощи», «Богородице, Дево, радуйся» и др.).

Материальная составляющая организации певческого дела также остается одним из факторов дифференциации певческих стилей, так как «регулирует» такой важный признак, как состав хора, а, следовательно, определяет фактуру избираемых песнопений, уровень сложности певческого репертуара. В настоящее время происходит смешение признаков, отличавших правые и левые церковные хоры.

Двадцатилетнее наблюдение за отправлением богослужений позволило выявить тенденции развития церковного пения.

– В постсоветский период произошло повсеместное восстановление традиции церковного пения и интенсивное развитие в тех храмах, где она не прерывалась.

– Быстрое пополнение церковных хоров певчими и регентами со специальным образованием способствовало повышению исполнительского мастерства, что, тем не менее, не всегда позволяет соответствовать критериям церковности (молитвенности). Поэтому в некоторых храмах предпочитают содержать небольшой ансамбль или хор из прихожан, поющих «во славу Божию».

– Получение молитвенного и певческого опыта не прошло бесследно для десятков тысяч музыкантов-профессионалов, усвоивших поэтику русской духовной музыки.

Отмеченные нами особенности современной певческой практики в значительной своей части сходны во всех регионах, что объясняется единством условий отправления богослужений и универсальностью канонических предписаний по его организации.Параграф 3.2.«Особенности организации певческого сослужения» посвящен вопросам управления церковными хорами.

Строительство храмов и организация хоров в 90-е гг. для многих церковно- и священнослужителей начинались с «чистого листа». Светские музыканты осваивали регентско-певческое дело непосредственно за богослужением. На регентских съездах (2001–2003) положение было признано критическим. В этой ситуации роль наставников хормейстеров, не имеющих специального регентского образования, взяли на себя уставщики. Кроме того, они организуют библиотеки, ассистируют на богослужении регенту, делают указания по ходу службы, комментируют исполнительскую манеру хора. Именно уставщик решает комплекс проблем «клиросной педагогики» (О. Ю. Шиманская). С наполнением церковных хоров выпускниками духовных учебных заведений институт уставщиков стал изживать себя.

Авторы пособий, посвященных регентованию, выделяют несколько видов управления хором:

– академическое дирижирование используется при исполнении авторских произведений, где действия дирижера предопределяются музыкальным материалом;

– «мануальное интонирование» (Н. В. Балуева, Е. С. Кустовский) – пение «по руке» – указывающей направление мелодии и ритм, и, как правило, применяется в левом хоре;

– пение «с запевалой», практикуется в левых хорах при устном способе передачи текста;

– «ритмическое дирижирование» (Н. М. Ковин, Е. С. Кустовский) осуществляется для организации внетактовой ритмики гласовых песнопений.

К настоящему моменту в специальной литературе описан рисунок регентского жеста (Н. В. Ковин, Е. В. Кустовский), вербализована «технология исполнения» (Т. И. Королева и В. Ю. Перелешина), осмыслен его «эмоциональный посыл» (Н. В. Балуева).

Сравнение двух видов деятельности (дирижирования и регентования) и анализ учебных программ данных дисциплин семи учебных заведений, имеющих специальности регентского профиля, показал, что «дирижирование» ставит задачу обучения универсальным навыкам и умениям, а «регентование» – специфическим. Востребованность регентских компетенций способствовала тому, что проводимые регентские съезды (2001–2003) позднее трансформировались в практические курсы-семинары. С 2003 г. они стали ежегодными в России, с 2005 – в Европе.

Проблемы организации церковного пения постепенно разрешаются. Составы хоров стабилизировались, и хотя певчих в целом стало меньше, улучшилось качество церковного пения – как в достижении особой манеры, так и в плане осознания поемого.

Искусственное размежевание в ХХ в. двух ветвей управления хором завершается сближением систем хорового образования в России.

В параграфе 3.3. – «Современный богослужебный репертуар»рассматриваются вопросы его формирования, регулирования, количественные и качественные параметры.

В церковном обиходе в настоящее время находится более девяти тысяч богослужебных песнопений. Каждое представлено во множестве вариантов: от двух-трех (изменяемые песнопения) до двухсот и более (неизменяемые). Широкий выбор создает определенные сложности в сохранении канонического единства богослужения и стилистической приемлемости, сочетаемости песнопений.

С целью изучения состава песнопений праздничного и воскресного богослужений нами было организовано и проведено анкетирование регентов и певчих Южного Федерального округа (212 респондентов). Около 90 % регентов указало на наличие в репертуаре авторской музыки XVIII – начала XX в. и лишь 29 % – современной. Песнопения эпохи барокко не поются.

Материалы анкет свидетельствуют о том, что в формировании репертуара преобладает постепенное обновление. Критерием отбора песнопений является фактурная и тесситурная комфортность. Очевидна также взаимосвязь репертуара и образовательного уровня регентов.

Священнослужителями прилагаются определенные усилия поупорядочению певческого ряда богослужения. Централизованно закупаются около 3 % нот, 10 % – результат взаимообмена, 26 % черпается в Интернет-ресурсах, в личных контактах распространяется более 50 %, 11 % ? не указали каналы поступления нот. Оживление нотоиздательской деятельности и появление Интернет-ресурсов певческой и дидактической направленности объединяет идея унификации православного певческого пространства.

Вопросы формированиябогослужебного репертуара с особой остротой обозначились именно в 2000-е гг., когда стало очевидно множественное и разнонаправленное развитие церковных коллективов, предопределяемое тем кругом песнопений, которые они поют за богослужением. Дискуссии о том, что и как поют, развернулись в самых различных кругах – от певчих и регентов, руководителей музыкальных и духовных учебных заведений, до священнослужителей и высших церковных иерархов.

Наиболее радикально настроенные ученые и педагоги, предпринимают попытки возродить практику пения по крюкам – В. И. Мартынов, А. Н. Кручинина и др. Их сторонников в России объединяет проект «Знаменная карта», целью которого является сбор наиболее полных данных о пении древнерусских распевов в храмах. Судя по представленным в нем данным, в общероссийских масштабах подобная практика приживается достаточно трудно (в 67 храмах), что подтверждается и результатами анкетирования (нами выявлено 5 случаев). Древнерусские песнопения включаются в состав певческого богослужебного ряда, и мыслятся регентами как рядовые репертуарные единицы, а не как каноническая основа богослужебного пения.

Абсолютное большинство практиков – приверженцы осторожного обновления репертуара при сохранении песнопений, апробированных за богослужением и звучащих повсеместно. К ним относятся: М. И. Ващенко – заведующий регентским отделением Санкт-Петербургской Духовной академии, иером. Лазарь (Гнатив) – регент хора Московской Духовной академии, иг. Ольга (Володина) – преподаватель регентской школы этой академии.

Накопившиеся количественные и качественные изменения в богослужебном репертуаре стали осознаваться как угроза каноническому устроению современного богослужения. Данный вопрос обсуждался в рамках регентских съездов и семинаров. Значительный резонанс в регентско-певческой среде произвели доклады (2002) прот. Дмитрия (Арзуманова) «Музыкальные стили и богослужебное пение», прот. Владимира (Свешникова) «Служение и благодарение», прот. Леонида (Царевского) «Алтарь и клирос в сослужении», прот. Владимира (Янгичева) «О приоритетах в богослужебном пении» и последующее их обсуждение. Участниками дискуссии пришли к заключению о необходимости соединения обихода с «музыкальным космосом, который находится вокруг нас».

Обострение проблем богослужебного репертуара в конце XX – начале ХХI в. привлекло внимание духовенства, в том числе иерархов РПЦ. Патриарх Алексий II в 2005 г. предостерег участников московского епархиального собрания от противопоставления одноголосного и многоголосного пения и от введения в храмовый обиход сложных в музыкальном отношении произведений. В докладе митр. Владимира (Котлярова) Архиерейскому Собору (2011) было подчеркнуто, что в настоящее время «музыкальная стилистика звучащих за богослужением произведений различна и не всегда подчиняется каким-то ясным и понятным принципам». Митрополит предложил создать рабочую группу по вопросам церковного пения и «исправлению ситуации». Высшие иерархи и священнослужители обращают внимание на равноценность и сочетаемость богослужебных песнопений, созданных в разные эпохи. Духовенством предпринимаются целенаправленно формирующиедействия по упорядочению репертуара церковных хоров.

Церковные хоры не ограничиваются исключительно богослужебными функциями, но посвящают часть своей работы музыкальному просветительству (аудиозаписям, концертам), и это рассматривается как естественное продолжение служения, часть миссионерской и благотворительной деятельности, что способствует значительному расширению круга исполняемых сочинений. Сближение репертуарасветских и церковных хоров – одна из отчетливо просматривающихся тенденций современного хорового исполнительства.

Итак, предпосылками обновления богослужебной традиции стали:

Экстенсивный по преимуществу характер развития церкви (создание разветвленной сети епархий, благочиний, приходов, храмов, увеличение состава священно- и церковнослужителей, певчих) обусловил многовариантность богослужебной традиции.

Приоритет в деятельности организационных вопросов, связанный с необходимостью скорейшего восстановления православного «богослужебного пространства», создал противоречие между церковным строительством и устроением богослужения.

Изменение социального состава священно- церковнослужителей и прихожан, чье мировоззрение формировалось на базе научного знания, противопоставлявшегося религии и вере, привело к трансформации способа трансляции богослужебной традиции, прерыванию механизма наследования предания и изустного обучения в пользу осмысления нового опыта посредством изучения богословия, литургики, патристики, нотных источников. Неискушенность в вопросах религии, недостаточная компетентность в обеспечении певческой стороны богослужения вызвала необходимость в дополнительных действиях, направленных на катехизацию новообращенных.

Отсутствие на определенном этапе должного контроля со стороны священников, руководства епархий и церкви в целом, создало предпосылки локализации певческих традиций. Устроение богослужения в соборах, небольших храмах и монастырях отличается репертуаром и стилистикой уставных и неуставных песнопений, степенью полноты читаемых и «поемых» текстов. Очевидна неоднородность музыкального ряда богослужения.

В богослужебном пении при сохранении основных функций (литургической, сакральной, символической, дидактической, эстетической) происходит усиление эстетической.

В 2000-е гг. наблюдается постепенное возвращение к уставному пению, стремление к его соответствию молитвенному устроению богослужения. Осознание значения осмогласия и песнопений обихода как наследия изменили снисходительно-высокомерное отношение к «простому пению» пришедших на клирос «артистов» в пользу постижения его сакрального и символического смысла. При сохранении традиций пения «на глас» предпочтение отдается авторским сочинениям, относящимся к классическому и романтическому направлениям. Музыка композиторов XXI в. трудно, но верно «завоевывает» место в репертуаре церковных ансамблей и хоров.

Глава четвертая – «Канон и автор: парадокс творчества» посвящена анализу специфики труда современного церковного композитора.

В параграфе 4.1. – «Создание сочинения в условиях канона» рассматриваются теоретические аспекты отношения к творчеству в условиях церкви, противоречие установок следования образцам и открытия нового, авторского волеизъявления и подчинения системе норм и ограничений.

Представление о невозможности свободного авторского волеизъявления в рамках церковного канона связано с отношением философской и богословской науки к процессу творчества как таковому, противопоставляемому религиозному служению. Тема «оправдания творчества» (Г. И. Маневич) в христианской культуре нередко обсуждается в негативном тоне. Между тем дерзновение в сочетании со служением, если породившее его творческое устремление было направлено во славу Божию, богоугодно. Это относится к творчеству как компоненту служения. Любое волеизъявление (несение Благой Вести через чтение, пение и другие действия) в церкви начинается с «умаления» гордыни, смирения и является послушанием.

Специфика творчества современного церковного композитора обусловлена мотивацией, исходными оценочными критериями, отношением к проблеме традиции и новаторства, выбором средств музыкальной выразительности.

Автор церковный стремится к сопричастности общему соборному делу, «включенности» своих сочинений в поэтику канонических напевов. Соответствие правилам является для него едва ли не основным критерием служения. Содержание авторского сочинения для церкви канонично, имеет толкование в Священном писании, роль автора низводится до «прочтения», а ценность текста определяется молитвенностью, нормативностью, которая связана с возможностью «восприятия материала общиной» (А. М. Лесовиченко). Песнопение – лишь музыкальная интерпретация Слова. Оно несет в себе образы Предания, персона сочинителя – оказывается на втором плане, хотя и может быть узнаваема не в авторских отступлениях, обозначениях собственного присутствия в сочинении, а в индивидуализации стилистических приемов. Мастерство церковного автора заключается в умении обновить песнопение, сохранив молитвенное устроение данного чина.

Автор светский – обладатель собственной музыкальной поэтики. Ценность его творчества в узнаваемом индивидуальном стиле. Для светского автора важна изначальная образность, эстетичность замысла, «страсть» к предмету. Повествование в мирском сочинении ведется от имени автора. Его образ узнаваем, мы видим предмет творчества его глазами. Поиск собственного стиля композитор ведет всю жизнь, но он в определенном смысле, враждебен канону. Насыщение богослужения сочинениями талантливых авторов с яркой индивидуальностью может принести определенный вред его цельности.

Тезаурус пишущего на богослужебные тексты композитора включает всё многообразие музыкально-исторических пластов и индивидуальных авторских стилей и дает ему довольно широкий выбор реализации творческих устремлений. Работа над богослужебными сочинениями с ориентацией на образцы разных эпох и в целом находится в русле общехудожественных тенденций второй половины ХХ в., когда в музыкальном искусстве сосуществуют, сливаясь в своеобразном надисторическом контексте, разные стилевые пласты. Для церковного пения «множественное единство» традиционно и естественно, как и охранительный консерватизм.

Итак, парадокс церковного творчества заключается в противоречии между его пафосом, как актом открытия нового (эвристика) и канона, с его нацеленностью на повторение информации и структурных стереотипов. Обращение к культурно-певческому наследию служит стимулом обновления. Октоих представляет в ней вневременную ценность и заключает в себе комплекс существенных черт, определяющих видовую принадлежность песнопения. Вариантное, а не оригинально-творческое преломление канонических песнопений обусловлено стремлением сохранить традиционное певческое молитвенное устроение.

Отличие двух типов творчества заключается в высшей цели, которую преследуют авторы. Процесс служения – лишь несколько шагов на пути к спасению, в то время как служение искусству есть путь стяжения славы.

В параграфе 4.2. – «Реализация творческого потенциала личности в условиях канона»– анализируется виды деятельности, в которых аккумулирована интенция к творчеству.

Творческий потенциал находит воплощение в таких занятиях как регентование, пение в хоре, богослужебное чтение. В определенных ситуациях возникает потребность и в гармонизации, аранжировке, переложении, изложении в соответствии с тем или иным подобном (в том числе и в авторских стилях). Это занятия плановые, регулярные, не связанные с тем, что принято в светской традиции называть композиторским творчеством со всеми его атрибутами: вдохновением, «муками творчества», многократной шлифовкой сочинения.

В начале параграфа очерчивается круг церковных авторов (около пятидесяти), служащих в храме певчими, регентами, священнослужителями, иногда достигающими высокого уровня церковной иерархии (среди них – три архиепископа). Они трудятся самозабвенно, истово, порой принимая иноческий и монашеский сан.

Вариативность данного вида деятельности, множественные «упражнения» в создании версий песнопений – необходимый компонент развития творческого начала. Разнообразие «предметов приложения» сил в храме является своего рода стимулом раскрытия творческого потенциала музыканта.

Правила певческого изложения богослужебных текстов для партесного стиля описывались еще Н. П. Дилецким. Позднее, в пособиях Н. М. Потулова, А. Д. Кастальского, Н. М. Ковина, и в наше время – Е. С. Кустовского, Н. А. Потемкиной, Т. И. Королевой и В. Ю. Перелешиной подробно разъяснялись структурные закономерности мелодико-гармонических формул тропарей, кондаков, прокимнов, стихир и ирмосов, руководствуясь которыми можно «распеть» любой богослужебный текст. И это во все времена было едва ли не главным компонентом профессиональной компетентности регента.

Сегодня в регентско-певческих семинариях и школах также как и в XIX–XX вв. не обучают композиции; дисциплина «хоровая аранжировка», допускающая элементы творчества, направлена на адаптацию нотного текста к составу хора, так как традиционность, преемственность репертуара ценилась гораздо больше, чем его обновление.

Мы располагаем более чем девятью тысячами единиц нотных примеров богослужебных песнопений, из них более трети – сочинения и аранжировки неизвестных авторов. Их художественный уровень и мера авторского приложения различны: от создания песнопения «на подобен» до маленьких шедевров с ярким авторским почерком.

Церковный композитор сочиняет песнопение, следуя уже имеющимся образцам аналогичного жанра. Процесс создания песнопения сопряжен с подробным анализом аналогов, копированием типовых мелодико-гармонических оборотов и согласно синтаксическому строению и ритму стиха, вписыванием предложенного текста в мелодико-гармоническую формулу определенного гласа.

Богослужебный певческий круг функционирует на основе постоянного воспроизведения определенных образов, тем, клише.

1. Устойчивые мотивы и темы принадлежат содержательным пластам канонических текстов (догматическому, славильному, молитвенному, покаянному, дидактическому и др.), связанных с образами Христа, Богородицы, святых, жизни церкви и др. Вариативность певческого прочтения заключена в специфике организации библейских текстов (их поэтическом параллелизме): в течение богослужебного дня/недели/года они читаются/поются в чинах многократно и по-разному (в соответствии с тем или иным гласом или в сочинениях разных авторов).

Авторское решение чинопоследований отличается широким диапазоном состояний: от истового моления (порой с трагедийно-покаянным оттенком) до восторженно-гимнического (соборного или глубоко личного, интимного в «Сугубых ектениях»). Эксперименты со средствами выразительности влекут за собой и переосмысление (в известных пределах) содержания.

2. Структурные клише проявляют себя на уровне музыкальных форм (в широком смысле слова, применительно к миниатюре и конструкции масштабных циклов). Композиторы, создавая отдельные песнопения чинопоследования, обращаются как к традиционным (центонным или строчным) формам (А. Гринченко, И. Денисова, М. Мормыль), так и к более поздним типовым музыкальным (например, во многих «Херувимских»). Структурные клише многократно повторяются в пределах одного богослужебного дня. В цикле композитор следует закономерностям его строения и здесь больше предсказуемости, чем в организации музыкального материала на уровне отдельного песнопения.

3. Лексические клише в сочетании со стабильным богослужебным текстом образуют своего рода схему, внутри которой творческая свобода композитора ограничена. Традиционные выразительные средства или поэтика канонических песнопений включают мелодические, ладовые и ритмические модели. В данном разделе параграфа типовые средства музыкальной выразительности рассматриваются на примере современных богослужебных сочинений.

4. Фактурные клише определяются исполнительскими составами (дву-хорным, с солистом, канонархом и пр.). Фактура современных богослужебных сочинений отличается использованием проверенных приемов передачи вневременного (вечного), умеренностью и экономией постоянного многоголосия в сочинениях для хоров малых храмов и использованием концертирования в сочинениях для больших хоров соборов.

Присутствие разного рода клише (классических, романтических хоровых романсов, древнерусских напевов – одноголосных и аранжированных в духе композиторов московской школы) обнаружены в произведениях наших современников А. Асламазова, А. Бондаренко, А. Вискова, Р. Имамутдинова, Р. Леденева, В. Полевой, С. Рябченко. Здесь важна опора на художественные нормы, сложившиеся в области духовно-концертного творчества.

Образцом для подражания может стать авторский стиль. Колоссальное воздействие на развитие церковной музыки оказала стилистика сочинений А. Архангельского, П. Чеснокова, А. Кастальского, А. Никольского, в наши дни – С. Трубачева, М. Мормыля. Так произошло, например, с хоровыми романсами П. Чеснокова, в подражание которым создано множество песнопений: сугубые ектении Л. Иванова-Озерова, В. Ковальджи, А. Скрипникова, Д. Степанова, М. Ступницкого, анонимные «Харьковская» и «Иерусалимская»; «Тебе поем» – М. Зиновьева, М. Богословского, Ф. Степанова; «Величит душа моя Господа» арх. Ионафана /Елецких/, «Виждь мою скорбь и болезнь» А. Астафьева.

Многие композиторы свободно сочетают в одном сочинении стилистические приемы разных эпох и направлений – «Сугубая ектения», «Душе моя» С. Рябченко, «Ежечасная молитва Иосафа Белгородского» С. Трубачева и др.

Стилистика светской музыки второй половины ХХ в. не могла не повлиять на выбор стилевых клише и характер их использования. Арсенал средств музыкальной выразительности духовных песнопений постоянно меняется. Он с большей осторожностью, чем в «светских» жанрах неуклонно расширяется. Несмотря на постоянные и настойчивые «охранительные» усилия деятелей церкви, стилевая эволюция богослужебных песнопений идет практически параллельно общемузыкальной, естественно, с табуированием того, что духовной музыке не свойственно.

Во многих произведениях обнаруживаем яркие звукоизобразительные приемы. На примере сочинений И. Денисовой, А. Захарова, А. Киселева, Л. Новоселовой нами рассматривается применение эффектов света и тени, колокольности, риторических фигур и пр.; семантика средств выразительности, сложившихся в театральной и инструментальной музыке выявляется в песнопениях А. Гринченко, А. Захарова, Ю. Машина, Н. Лебедева, Ю. Орлова, А. Яковлева. Наметилась тенденция к изживанию подобных приемов в современных богослужебных песнопениях и движение от конкретно-детализированного воплощения текста к обобщенно-поэтическому, ориентация же на чувственное восприятие прихожанина сохраняется.

Итак, распространенность прикладных видов творчества в храме – залог постоянного приумножения корпуса песнопений, публикуемых без указания имени автора как «обычное», «обиходное», «простое» и пр. Редактирование, создание переложений, аранжировок, соединение канонических текстов с музыкой известных христианских культовых и светских сочинений – способы освоения традиционной поэтики.

Традиционность средств выразительности,оцениваемая в светской музыке как тривиальность, в церковной – является необходимым качеством сохранения стилистического единства певческого ряда. В данном контексте представляется справедливой мысль о том, что «единство традиционности (каноничности) и вариативности – общехудожественная закономерность» , применимая и к другим видам музыкального искусства.

В параграфе 4.3. – «Расширение традиционной поэтики богослужебных песнопений»анализируются попытки церковных композиторов обновить средства музыкальной выразительности, оставаясь в рамках молитвенного устроения.

Творчество А. Гринченко, И. Денисовой, арх. Ионафана (Елецких), В. Захарченко, А. Микиты, С. Толстокулакова, В. Файнера рассматривается с точки зрения путей расширения поэтики богослужебных сочинений, в частности:

– заимствования музыкального материала богослужений западных направлений христианства («Литургия мира» архиеп. Ионафана (Елецких), ряд сочинений В. Файнера);

– использования полифонической техники старых мастеров (В. Файнер);

– обработки древнерусских напевов (архиеп. Ионафан /Елецких/, архим. Матфей /Мормыль/, С. Толстокулаков, С. Трубачев);

– привнесения поэтики современных песенных жанров (циклы А. Гринченко, И. Денисовой, «Величит душа моя Господа» и «Тело Христово» арх. Ионафана /Елецких/, В. Захарченко, А. Микиты);

– применения нетипичных для церковных песнопений средств (например, Херувимская «хроматическая», где канонический текст распевается исключительно малыми секундами В. Файнера).

Сегодняшнее состояние православной певческой культуры можно назвать «переходным», когда благодаря накоплению критической массы изменений, произошли качественные изменения. Стабилизирующим фактором является творчество композиторов, развивающих вековые традиции богослужебного пения Свято-Троицкой Сергиевой Лавры (анализируемые Н. В. Генченковой) без радикального обогащения новациями, как в творчестве С. Трубачева, архим. Матфея (Мормыля), так и зарубежных православных композиторов, считающих себя последователями этих традиций (С. Рябченко – США, Сан-Франциско; П. Миролюбова – Финляндия, Хельсинки; Н. Лебедева – Китай, Харбин).

Рассмотренные опыты расширения арсенала выразительных средств богослужебных песнопений отражают особенность русской культуры – восприимчивость, способность к аккумуляции лучших художественных средств. В этой открытости заложен определенный конфликтный потенциал, поскольку всегда велик соблазн «радикального обновленчества», которое для человека мирского незаметно, настолько органично эти средства вписываются в музыкальный ряд богослужения.

Мы обозначили пути развития богослужебно-певческого творчества как радикально обновленческие, так и принципиально традиционные. Между этими направлениями в тени узнаваемой стилистики богослужебной музыки РПЦ пребывают десятки композиторов и сотни распевщиков-аранжировщиков, подчиняя служению свою авторскую индивидуальность, согреваемые мыслью, что творят во славу Божию.

Система художественно-эстетических средств церковных песнопений в ряде переломных моментов развития богослужебной музыки была близка к разрушению, но сохранилась благодаря наличию изменяемых песнопений дня, являющихся стилистическим ориентиром для композитора и обращению к опыту аранжировки знаменного распева, как необходимой ступени освоения «технологии» создания богослужебного песнопения.

Авторская музыка испытывает воздействие общемузыкальных процессов, но средства музыкальной выразительности включаются в арсенал «дозволенных» весьма избирательно. Привнесение в музыкальную палитру богослужебного дня песнопений различной стилистики способствует их восприятию как некоего «множественного единства».

В главе пятой «Современное духовно-концертное творчество» выявляются основные тенденции развития двух ветвей духовного концерта на рубеже XX–XXI вв.

В параграфе 5.1. «Произведения рубежа XXXXI столетий в жанре духовного концерта»рассматривается специфика развития духовного концерта в постсоветское время.

Духовный концерт, традиции которого в отечественной музыке восходят к XVII ст., поныне остается одним из наиболее востребованных жанров богослужебного пения РПЦ. Он подчиняется стилевым канонам современной богослужебной музыки, сохраняет типовые условия и средства исполнения (пение правым хором a cappella). Как и все культовые жанры, концерт подвержен трансформациям, связанным со стилевыми влияниями той или иной эпохи, и общей тенденцией сближения языка богослужебного пения и светской музыки.

Концертные принципы пронизали все литургические жанры. Экспансия концертных принципов в настоящий момент находится в центре богословско-музыковедческих дискуссий, участники которых выражают опасения по вопросу сохранения молитвенного устроения богослужения.

Тематика современных церковных концертов связана с Типиконом. Концертов на все предписанные случаи нет, подавляющее их большинство – «Господские», «Богородичные», «Апостольские». Они подходят ко многим праздникам. Концерт за богослужением выполняет ряд важных функций: литургическую, дидактическую, сакральную, символическую, эстетическую, архитектоническую. Единая конструкция церковного концерта второй половины ХХ – начала XXI в. не сложилась, обнаруживаются лишь две разнонаправленные тенденции.

Первая – дальнейшего сжатия формы, однократного прочтения богослужебного текста (практически без повторов слов). В таких сочинениях автор строго следует за его логикой: обращение – прошение – моление; хваление – прошение; молитва – надежда. Стилистически такие концерты не образуют контраста каноническим богослужебным песнопениям, напротив, авторы стремятся к стилистическому слиянию с Литургией. Как правило, всё песнопение посвящено одному молитвенному прошению с выводом заключением в каденции или во второй части (разделе). Эти образцы запричастного пения написаны в простых формах.

Вторая – монументальной трактовки жанра в масштабных композициях. Как правило, это праздничные песнопения на пространные тексты (акафисты, молитвы, авторские композиции из стихов псалмов, величальные стихи, светильны, кондаки и тропари). Многочисленные повторы слов, свойственные, например, барочным и классическим церковным концертам, в конце ХХ в. используются все реже.

Концерт в настоящее время находится в состоянии трансформации, о чем свидетельствуют ряд признаков.

Духовные концерты второй половины ХХ в. тяготеют к двум типам драматургии – эпико-драматическому, содержащему сюжетно-событийную фабулу библейской истории, и лирико-эпическому – отражающему внутреннюю духовную работу (моление, покаяние, морально-нравственное «трезвение», переживание состояния всеобъемлющей христианской любви, восторженного приятия веры, светлой радости празднуемого события дня).

Сохраняется тенденция к сжатию цикла. Единая конструктивная модель отсутствует. Количественно преобладают строфические, двух- и трехчастные (простые и сложные), сквозные и контрастно-составные формы, имеющие признаки вариационности и (реже) рондальности. Интенсивное развитие в области формообразования духовных концертов продолжается. Отсутствие конструктивного единства – самая «уязвимая» часть запричастного пения, позволяющая говорить о том, что определенные атрибуты жанра утрачиваются. Относительно свободными остались: компоновка канонических текстов, общая поэтическая композиция, в большей степени подчиненная логике музыкального развития, выбор стилевой модели, форма произведения, исполнительский состав.

В подавляющем большинстве случаев происходит нивелирование признаков концертности и типизиция стилистических приемов. В плане их развития в соотношении с песнопениями чинопоследования концерт мобильнее, он чутко реагирует на изменения музыкального языка светской музыки.

Традиция исполнения концерта за богослужением отличается устойчивостью, прочностью, долговечностью, несмотря на постоянную борьбу сторонников и противников концерта. По этой причине концерты часто называют «Другие молитвенные песнопения», «Избранные молитвословия», «Избранные псалмы», «Запричастные песнопения» и др. К жанру обращаются такие известные церковные композиторы как А. Асламазов, арх. Иларион (Алфеев), прот. Андрей (Бондаренко), А. Висков, И. Вишневский, К. Волков, А. Гринченко, В. Довгань, арх. Ионафан (Елецких), Р. Имамутдинов, А. Киселев, М. Малевич, А. Микита, П. Миролюбов, М. Петухов, Б. Працюк, В. Полевая, А. Рындин, С. Рябченко, С. Трубачев, С. Толстокулаков. Создаются и авторские суточные циклы, включающие концерты, выдержанные в едином стиле (С. Толстокулаков, А. Гринченко, П. Миролюбов, С. Трубачев, А. Киселев).

В последнее время издаются концерты, пополняющие репертуар левого и детского хоров (В. Ковальджи, Л. Новоселова, А. Рындин), следовательно, жанр настолько востребован на службе, что исполняется даже при отсутствии правого хора.

В параграфе 5.2. «Светские сочинения на канонические тексты»– произведения мирских авторов анализируются с точки зрения расширения эмоционально-образной палитры и обогащения стилистики русской духовной музыки.

Появившиеся за последние десятилетия и предназначенные для концертного исполнения сочинения, еще более многочисленны, нежели богослужебные. Они создаются на избранные тексты чинопоследований как самостоятельные произведения или части более крупных (кантат, ораторий). Богослужебные тексты многие авторы используют произвольно: соединяют фрагменты из различных частей богослужения или канонический и авторский стихотворный, не соблюдают предписанное число повторений строк. Сочинениям данной разновидности духовно-концертной музыки свойственно применение композиторских техник XX в, (пуантилизм, алеаторика, сонористика) и нетрадиционных приемов вокального интонирования слова.

Традиционные для духовного концерта темы покаяния, духовно-нравственного преображения, мольбы, смирения, поиска защиты и покровительства, переживания светлого праздника, святой любви обогащаются и трансформируются. «Радостопечалие», умиротворение, душевный покой, сменились более экспрессивными неравновесными состояниями мятущейся души. Трагическая безысходность в трактовке богослужебных текстов, страстность (вместо истовости) противоречат христианскому мировосприятию. Такие метаморфозы в духовно-концертной музыке естественны, поскольку сопряжены с отражением личного духовного опыта авторов, не стесненного в своем волеизъявлении богослужебным каноном. Свободное отношение к богослужебному тексту, широкая палитра средств выразительностии обновление содержания определяют небогослужебный статус подобных сочинений.

Духовно-концертное творчество светских композиторов, пишущих на канонические тексты, преломляется в сочинениях для церкви, куда постепенно вовлекаются новые языковые элементы, переходя в круг типовых. Таким образом, оно выполняет значительную роль, обогащая средства музыкальной выразительности богослужебных песнопений.

Своего рода «двусторонний процесс» взаимовлияния светской и церковной музыкальной культуры при относительной «закрытости» и традиционности последней, особенно активный в 90-е гг. ХХ в., несколько замедлился в 2000-е. Возникла необходимость упорядочения и оценки уже написанного и вновь создаваемого. Высокий духовный «градус» в композиторской среде сохраняется, и это позволяет прогнозировать поддержание интереса к духовно-концертным жанрам.

Итак, на рубеже XX–XXI вв. в жанре концерта объединились традиции и новаторство; на первый план выходит содержание, а не структурные или стилевые клише, но, в отдельных случаях, следуя субъективному творческому замыслу, композитор переходит ту грань, за которой его произведение становится внецерковным.

Во внецерковном духовном концерте налицо более радикальные языковые новации. Композиторы прибегают к цитированию, «квазицитированию», стилизации, придающим этому пласту духовной музыки узнаваемость. Можно предположить, что светская и церковная ветви концерта будут сближаться.

Проникновение церковной и, шире – духовной музыки – на концертную эстраду явилось следствием возрождения в России религиозного самосознания. Стало возможным создание таких произведений как Четвертая симфония Шнитке, синтезировавшая в симфоническом полотне песнопения православные, католические, иудейские и исламские. Уже в XXI в. возник первый хоровой концерт на духовные исламские тексты «Элвидаг» Р. Калимуллина (Казань), что, безусловно, является показателем взаимовлияния культур, связанных с различными религиями. Художественный и богослужебный потенциал жанра еще не исчерпан, о чем свидетельствуют активные творческие поиски в последние два десятилетия.

В Заключении подводятся итоги исследования.

Существование Русской Православной церкви в XX в. в состоянии отделения от государства и реального отрыва от общества привело к деформации механизма межпоколенной передачи духовного и певческого опыта, обеспечивающего непрерывность традиции. Ее наследование если и не исчезло совсем, то было ослаблено и требовались значительные усилия для восстановления, что невозможно вне православного прихода и соборного служения. Это прерывание постепенности стало одной из причин неготовности церкви к мгновенной регенерации всех сторон церковной жизни в изменившейся социально-политической ситуации. Качественно новые взаимоотношения церкви и государства способствовали возрождению и укреплению религиозной жизни, создали предпосылки к расширению сферы влияния РПЦ, устроению богослужения, в том числе и его певческой стороны.

Церковно-певческая культура, двойственная в природе своей относительной замкнутости, с одной стороны, в известной мере отделена от светской, с другой, – «избирательно открыта» к новациям. Она обращена одновременно к историческому прошлому и к современности. Богослужение наших дней, взятое в синхроническом срезе, создает ретроспективу путей эволюции и реформаторских преобразований певческого компонента богослужения. В составе песнопений оно предстает как явление разнородное и полистадиальное, включая древние монодийные распевы, образцы раннего многоголосия, переложения и аранжировки гласовых напевов партесного стиля и последующих эпох, где значительна роль авторского начала, опусов на тексты неизменяемых песнопений в широком стилевом диапазоне.

Такое положение в певческой сфере (стремительное накопление разнородного по стилистике богослужебного репертуара) в значительной мере обусловлено информационным ускорением. Информатизация коснулась всех сторон церковной жизни, в том числе таких сущностных, как трансмиссия традиции, которая, как известно, всегда осуществлялась и по писанию, и по преданию. В настоящее время этот механизм существует наряду с новыми. Во всемирной паутине функционируют православные Интернет-ресурсы для регентов, создающие ситуацию конкуренции предлагаемой певческой информации. Ее отбор обусловлен многими факторами – от наличия рекомендаций церковно- и священнослужителей и «генеральной линии», до личных вкусовых предпочтений регентов, их образования, воспитания и пр. Все это привело к накоплению «критической массы» материала, ускорению циклических «колебаний», которые в общем плане можно обозначить как «взаимовлияние канонического и авторского».

Еще одна закономерность развития музыкального компонента православного богослужения в 90-е гг. – неравномерность. Масштабы России, обостряющие проблему административной «управляемости», субъективные факторы, например, привитие навыков сочинения на канонические тексты в обучении композиции (как это произошло в Новосибирской консерватории в классе А. Мурова) или соединение в одном лице композитора и регента (П. Миролюбов, С. Рябченко, М. Мормыль, С. Трубачев и др.).

Избыточность и многообразие вариантов, предлагаемых для каждой допускающей выбор единицы чинопоследования, актуализировали церковные установления относительно богослужебного пения. Эти вопросы обсуждались на регентских съездах и Соборах различного уровня, что привело к появлению документов, регламентирующих церковное пение, и спровоцировало внутрицерковную и искусствоведческую дискуссию. Меры по упорядочению музыкального компонента богослужения были предложены духовенством, активной частью регентско-певческого сообщества России и административно вылились в подобие цензуры.

Накопление громадного количества песнопений, входящих в богослужебный репертуар, пошло на убыль в середине 2000-х гг. В репертуаре остаются те сочинения и переложения, которые по своей стилистике соотносятся с уставными.

Деструктивной тенденцией является фрагментация гласовой уставной основы богослужения. Уход пения «на глас» на второй план, а в особых праздничных случаях (в правых хорах) отказ от него в пользу авторской музыки приводит к потере своего рода «стилистического ориентира» в формировании музыкального ряда, что неизбежно приводит к искажению традиционного молитвенного устроения.

Вышесказанное дало основание для оценки рассмотренного этапа развития богослужебной практики как кризисного, требующего внутреннего преодоления. Сегодня положение меняется; уже осуществляется ряд преобразований певческого дела, направленных на его приведение в строгое соответствие уставным предписаниям. Единство стратегии и последовательность предпринимаемых действий зависят от многих факторов, например, наличия ярких личностей (как в церковной иерархии, так и в рядовых приходах), активности, качества и наступательности пропаганды, социально-экономического положения и многого другого.

Предмет нашего исследования живой и меняющийся, описываемые процессы не завершены, а динамика изменений стремительна, поэтому наше исследование носит открытый характер.

 

Основное содержание диссертации отраженно в следующих публикациях:

Монографии:

  • Православная певческая традиция на рубеже XX-XXI столетий : монография. – Майкоп : изд-во Магарин О. Г., 2011. – 412 с., нот. (25,5 п. л.).
  • Современный русский духовный концерт: монография. – Майкоп : изд-во Магарин О. Г., 2009. – 232 с., нот. (14,5 п. л.).

Статьи в журналах по списку ВАК:

  • Богослужебное пение в современной России: в поисках «идеальной модели» // Вестник Адыгейского государственного университета, 2008. – Вып. 10 (38) – С. 224–230 (0,5 п. л.).
  • Пространственно-временные и акустические параметры исполнения духовных песнопений РПЦ // Вестник Адыгейского государственного университета, 2009. – Вып. 1 (41) – С. 215–219 (0,5 п. л.).
  • Дирижирование и регентование – параллельное или встречное движение? // Вестник Адыгейского государственного университета, 2009. – Вып. 2 (45) – С. 265–271 (0,5 п. л.).
  • К проблеме соотношения принципа концерта и роспева: динамика богослужебных песнопений // Вестник Адыгейского государственного университета, 2009. – Вып. 3 (48). – С. 290–295 (0,5 п. л.).
  • Уставщик РПЦ: к изучению специфики управления клиросным хоровым коллективом // Дом Бурганова. – 2010. – № 1. – С. 153-163 (0,5 п. л.).
  • Священный синод в руководстве богослужебным пением // Вестник Адыгейского государственного университета, 2010. – Вып. 1. – С. 257–265 (0,5 п. л.).
  • Управление общенародным пением в православном храме // Вестник Адыгейского государственного университета, 2010. – Вып. 2 (58). – С. 224–231 (0,5 п. л.).
  • Духовный концерт как один из жанров запричастного пения на богослужении РПЦ XXI ст. // Дом Бурганова. – 2010. – № 2. – С. 221–235 (0,75 п. л.).
  • О церковной манере пения // Вестник Костромского государственного университета им. Н. А. Некрасова. – 2010. – № 3. – Т. 16, осн. вып. – Июль-сентябрь. – С. 112–116 (0,5 п. л.).
  • Пение на глас в современном православном храме // Вестник Адыгейского государственного университета, 2011. – Вып. 2 (62) – С. 191–197 (0,5 п. л.).
  • Чинопоследование современного богослужения: стабильные и мобильные элементы // Вестник Адыгейского государственного университета, 2011. – Вып. 3 (82) – С. 217–225 (0,5 п. л.).

Статьи в сборниках материалов международных и всероссийских конференций:

  • Богослужебная музыка в современной России: богословские и эстетические проблемы // Музыка и музыкант в меняющемся постсоветском пространстве. – Ростов н/Д : изд-во РГК им. С. В. Рахманинова. – 2008. – С. 316–328 (0,75 п. л.).
  • Взаимодействие светской и духовной систем хорового образования и расширение возможностей профессиональной самореализации выпускников // Музыкальное образование в XXI веке: история, традиции, перспективы, педагогика и исполнительство. – Астрахань 2010: тип. ООО ПКФ «Конус» г. Астрахань. – С. 19–25 (0,4 п. л.).
  • Исполнительская интерпретация клиросных произведений в богословской литературе: динамика // Исполнительское искусство и музыковедение. Параллели и взаимодействия. – М. : Человек, 2010. – С. 276–284 (0,5 п. л.).
  • Народная манера пения в православном храме // Народное песенное творчество и фольклорные традиции в современной системе образования. – Орел : ОГИИК, изд. Воробьев А. В., 2008. – С. 159–166 (0,5 п. л.).
  • Обновление содержания образовательных программ музыкальных вузов: к изучению основ регентования // Художественное образование: творческий и культурный потенциал в прогрессивном развитии современного общества. ? Кострома : КГУ им. Н. А. Некрасова, 2010. – С. 186–191 (0,25 п. л.).
  • Обработки знаменного роспева в творчестве современных композиторов // Гуманистическое наследие просветителей и проблемы модернизации музыкального образования в поликультурном пространстве. – Уфа: изд-во БГПУ, 2009. – С. 102–110 (0,5 п. л.).
  • От богоборчества к богоискательству: к изучению истории русской музыки рубежа XX–XXI веков // Музыкальное искусство и наука в XXI веке: история, теория, исполнительство, педагогика. – Астрахань : изд-во ОГОУ ДПО «АИПКП»,2009. – С. 376–392 (1 п. л.).
  • Пение общенародное и в народной манере в православном храме // Национальный фольклор и формирование духовно-нравственных ценностей в современном обществе. – Орел : Орловский гос. ин-т искусств и культуры; OOO « Горизонт», 2010. – С. 66–74 (0,5 п. л.).
  • Пути развития богослужебной музыки РПЦ в конце ХХ столетия: о стилевой эклектике песнопений современного клироса // Музыка ХХ века в ряду искусств: параллели и взаимодействия. – Астрахань : изд-во ОГОУ ДПО «АИПКП», 2008. – С. 88–94 (0,5 п. л.).
  • Рождественские колядки в православном храме // Модернизация дирижерско-хоровой подготовки учителя музыки в системе профессионального образования. – Таганрог : изд. Ступина А. Н., 2007. – С. 244–247 (0,25 п. л.).
  • Русская духовная музыка в эпоху Шостаковича [Текст] / С. И. Хватова // Актуальные проблемы взаимодействия науки и практики в развитии образования. Кн. 2. – Краснодар : КубГУ, 2008. – С. 312–320 (0,5 п. л.).
  • Символика знаменного распева в творчестве современных композиторов и «читаемость» его семантики // Музыкальная семиотика: пути и перспективы развития. – Астрахань : изд.-во ОГОУ ДПО «АИПКП», 2008. – С. 222–227 (0,5 п. л.).
  • Стилевые особенности современных клиросных концертов // Музыкальная семиотика: перспективы и пути развития. Часть 1: Семиотические аспекты музыкального творчества. – Астрахань : изд-во ОГОУ ДПО «АИПКП», 2006. – С. 374–383 (0,6 п. л.).
  • Традиционные функции запричастного пения в РПЦ [Текст] / С. И. Хватова // Восток и Запад: этническая идентичность и традиционное музыкальное наследие как диалог цивилизаций и культур. – Астрахань : изд-во ОГОУ ДПО «АИПКП», 2008. – С. 308–313 (0,4 п. л.).

Учебные пособия:

  • Изучение духовной музыки в светских и специализированных учебных заведениях: история и современность: учебное пособие – Майкоп : Аякс, 2009. – 104 с., нот. (7 п. л.).

Другие публикации:

  • Духовные искания современных композиторов: основные образные мотивы произведений // Регентское дело. – 2009. – № 5 (65). – С. 29–43 (1 п. л.).
  • Знаменный распев и творчество современных композиторов // Южно-российский музыкальный альманах, 2007. – Ростов н/Д : Изд-во РГК им. С. В. Рахманинова, 2008. – С. 95–101 (0, 5 п. л.).
  • Исполнительская интерпретация духовных песнопений: к проблеме церковной манеры звукоизвлечения // Гуманитарные и социально-экономические науки: СКНЦ ВШ. – 2007. – № 3 (34). – С. 214–218 (0,5 п. л.).
  • Казачество в православных храмах Кубани и Адыгеи: к вопросу об условиях отправления богослужений // Вопросы казачьей истории и культуры. – Вып. 7. – Майкоп : ИП Магарин О. Г., 2011. – С. 211–225 (0,25 п. л.).
  • Языки богослужебных текстов и духовных песнопений РПЦ // Язык и культура: единство и взаимосвязь. – Майкоп : изд. Григоренко, 2010. – С. 129–135 (0,4 п. л).

Бернштейн Б. М. Указ. соч. С. 144.

Бернштейн Б. М. Традиция и канон: два парадокса // Советское искусствознание’80. М. : Сов. художник, 1981. Вып. 2. С. 113.

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.