WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Старообрядческая богослужебно-певческая культура (к проблеме типологии)

Автореферат докторской диссертации по искусствоведению

 

На правах рукописи          

 

 

 

Денисов Николай Григорьевич

Старообрядческая богослужебно-певческая культура

(к проблеме  типологии)

Специальность 17.00.02 — музыкальное искусство

 

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора искусствоведения

 

 

Санкт-Петербург – 2010

Работа выполнена на секторе музыки федерального государственного      бюджетного научно-исследовательского учреждения «Российский институт       истории искусств»

Научный консультант:          доктор искусствоведения

Серегина Наталья Семеновна

Официальные оппоненты: доктор искусствоведения, профессор

Левашев Евгений Михайлович;

                                      доктор искусствоведения, профессор

Рудиченко Татьяна Семеновна;

доктор филологических наук, профессор

Власов Андрей Николаевич

Ведущая организация: Новосибирская государственная

консерватория (академия) им. М. И. Глинки.

Защита состоится «29» декабря 2010 года в 12 часов на заседании             диссертационного совета Д 210.014.01 при Российском институте истории          искусств по адресу: 190000, Санкт-Петербург, Исаакиевская площадь, д. 5.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Российского института истории искусств (Санкт-Петербург, Исаакиевская площадь, д. 5).

Автореферат разослан   «      »                                  2010 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор искусствоведения                                    В.А.Лапин

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность ИЗБРАННОЙ ТЕМЫ. Настоящее исследование посвящено изучению церковно-певческих традиций старообрядцев – уникальному культурному феномену, имеющему огромное значение в духовной истории России и во многом определившему пути ее развития. Процесс угасания этой самобытной культуры, обусловленный историческими событиями последнего столетия, требует срочных мер и усилий по ее сохранению. В связи с этим особую актуальность приобретают научные работы, посвященные различным проблемам старообрядческой культуры.

Актуальность диссертационного исследования обеспечивается также:

- рассмотрением системообразующих компонентов церковно-певческих традиций старообрядчества, позволившим обозначить субкультурные общности и определить их специфику;

- изучением динамики культурных процессов в сфере богослужебной культуры, которые вплоть до настоящего времени оставались вне поля зрения ученых;

- последовательным применением комплексного подхода, соотнесением результатов изучения музыкальных богослужебных традиций с данными истории, богословия, культурологии;

- сочетанием исследовательской точки зрения на избранный объект с мнениями о нем непосредственных носителей старообрядческий традиций - такой подход к изучению явлений культуры в настоящее время признан наиболее перспективным в гуманитарных исследованиях.

ЦЕЛИ И ЗАДАЧИ ИССЛЕДОВАНИЯ. Главная цель диссертации – исследовать и представить богослужебно-певческую культуру старообрядцев различных общин в единстве историко-культурных, богослужебных и собственно певческих особенностей.

На пути к достижению этой цели были решены следующие задачи:

1) сделано научное описание певческих рукописей и книг Бессарабского собрания Научной библиотеки МГУ; 2) собраны и систематизированы источники по истории общин казаков-некрасовцев, Московской Рогожской общины, Певческой школы при Стрельниковской общине (Кострома), в старообрядческих общинах Москвы, Поволжья, южных и юго-западных территориях России, Белоруссии, Украины, Молдове; 3) выявлен и исследован особый пласт старообрядческого богослужебного репертуара – в пении по «напевке»; 4) проведено компаративное исследование локальных культурных и богослужебных традиций различных старообрядческих общин и создана их первичная типология; 5) осуществлен сравнительный анализ песнопений одного жанра в сопоставлении письменных и устных версий.

 ОБЪЕКТ ИССЛЕДОВАНИЯ. В качестве объекта исследования в настоящей диссертации выступает музыкально-певческая культура локальных старообрядческих общин белокриницкого согласия и некоторых беглопоповских общин.

Специфика этой культуры определяется вероучением и самосознанием ее носителей, склонным к консерватизму, что прослеживается на всех уровнях, в том числе и на музыкальном.

ПРЕДМЕТ ИССЛЕДОВАНИЯ. Предметом исследования в настоящей диссертации стали системные связи между различными уровнями богослужебных и культурных традиций различных старообрядческих общин, на основе изучения которых определяются их типологические  черты.

МАТЕРИАЛ ИССЛЕДОВАНИЯ.  Исследование проводилось на основе многочисленных записей старообрядческого богослужебного пения, составляющих более 500 часов звучания, которые осуществлялись автором на протяжении 1979-2010 гг. в старообрядческих общинах Москвы, Поволжья, южных и юго-западных территориях России, Белоруссии, Украины, Молдове. В качестве дополнительного материала привлекались записи богослужебного пения и бесед с прихожанами в общинах беспоповцев Татарстана, Бразилии, в старообрядческих общинах Австралии, Румынии,  США.

Параллельно привлекались печатные источники , письменные рукописные источники - певческие рукописи Бессарабского собрания научной библиотеки им. М. Горького МГУ им. М. В. Ломоносова, описание которых представлено в диссертации. Эти источники рассмотрены в связи с материалом, собранным автором.

Анализ указанных источников позволил определить критерии для создания типологии старообрядческой культуры. На основе этих критериев были выявлены  две больших традиции, названные автором «российской» и «южной». В совокупности они характеризуют старообрядческую богослужебно-певческую культуру в типологическом аспекте. Их рассмотрению посвящены отдельные главы диссертации.

НОВИЗНА ИССЛЕДОВАНИЯ. Автором настоящей диссертации впервые в отечественном музыкознании:

- проведено целостное исследование певческой старообрядческой культуры в ее типологических разновидностях;

- поставлена проблема рассмотрения старообрядческих певческих традиций как самостоятельной культуры, выявленной в единстве историко-культурных и церковно-певческих особенностей;

- научная проблематика исследована в широком географическом контексте, на материале старообрядческих общин практически всех регионов России и стран СНГ (частично – и стран дальнего зарубежья);

- выявлен и подробно исследован специфический, характерный именно для старообрядцев пласт богослужебной певческой культуры – пение по «напевке»;

- музыковедческое исследование песнопений столпового знаменного роспева осуществлено на основе письменных памятников, с учетом их реального исполнения на богослужениях;

- проведен сопоставительный анализ напевов, зафиксированных в письменном источнике, и устных версий, бытующих в исполнении певцов, что дало возможность выявить особенности музыкального мышления старообрядческих церковных певцов;

- осуществлено комплексное исследование старообрядческих богослужебных песнопений, на основе структурно-типологического анализа (синхронический аспект) и рассмотрения певческой практики конкретной старообрядческой общины в течение определенного исторического периода (диахронический аспект);

- создана типология сходства и различий старообрядческих богослужебно-певческих традиций.

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ ИССЛЕДОВАНИЯ. Тема и научная направленность диссертации обусловили использование широкого круга методов, выработанных как в области музыковедения, так и в области смежных дисциплин. Прежде всего, это метод комплексного исследования, необходимый при рассмотрении круга междисциплинарных проблем; разработанные в трудах российских медиевистов историографический, источниковедческий методы, а также совокупность методов полевой археографии. В аналитических разделах диссертации использован структурно-типологический метод анализа, который позволяет упорядочить и систематизировать большой объем эмпирического материала, отделив в нем закономерные явления от случайных. В российском музыкознании данная методика разрабатывалась в трудах этномузыкологов Е.В. Гиппиуса, З.В. Эвальд, К.В. Квитки, В.Л. Гошовского, Б.Б. Ефименковой и других. Автором настоящей диссертации метод структурно-типологического анализа впервые применен в исследовании музыкально-певческой культуры старообрядчества. .

Согласно структурно-типологической методологии, наряду с описанием одной традиции как текста высшего порядка следует ее сопоставление с аналогичными музыкальными системами. С этой целью в диссертации используется метод музыкальной компаративистики, который позволяет сопоставить описанные певческие традиции не на уровне отдельных элементов, а на уровне их взаимосвязей.

В диссертации также использованы некоторые специальные методы. Исследование богослужебных традиций и жизненного уклада в старообрядческих общинах осуществлялось с помощью метода лонгитюдного исследования (от Longitude /англ./ – долгота, длительность). Данный метод предполагает длительное и систематическое изучение одного и того же локального сообщества, позволяющее выявить изменчивость и устойчивость тех или иных традиций.

Описание певческих рукописей осуществлялось на основе археографических методов.

 СТЕПЕНЬ НАУЧНОЙ РАЗРАБОТАННОСТИ. Комплексные исследования музыкальных богослужебных традиций старообрядчества, всесторонне охватывающие это сложное культурное явление, вплоть до последних десятилетий ХХ века не проводились. На протяжении XVIII – XIX веков основная литература по расколу носила богословско-полемический либо апологический характер. Общее количество таких изданий чрезвычайно велико – более двух тысяч.  Иной характер имеют научные и художественные издания, также представляющие большую ценность для исследования. В поле зрения художников, композиторов, писателей и ученых оказались история старообрядчества, основы его духовности, традиции, судьба.

Обширный корпус исторических исследований раскрывает важнейшую роль старообрядческих династий в развитии русской промышленности (П.А. Бурышкин, В.В.  Керов,  Д.Е.  Расков, Ф.Ю.Петров,  А.В. Стадников и д.р.).

В советское время в атеистических изданиях старообрядчество как религиозное течение освещалось в негативном ключе (Н.М. Никольский, И.А. Кремлева, А.К. Рабчевская, В.Ф. Миловидов и др.). В исторических же трудах оно рассматривалось как общественно-политическое движение, оппозиционное царской власти и господствующей Церкви (Н.С. Гурьянова,  Н.Н.Покровский,  В.Г. Карцов).

Заслуги старообрядцев в сохранении многих видов древнерусской культуры чрезвычайно велики, что нашло свое отражение в многочисленных исследованиях, посвященных проблеме сохранения древнего церковно-славянского произношения (Б.А. Успенский), традициям полемической литературы и книжности (А.Герасимов, С. Денисов, А.С. Елеонская,   Е.М. Юхименко, Н.С.Демкова, Н.В. Понырко и др.), рукописной и старопечатной книжности (О.Н. Бахтина,  Е.А.  Агеева, Е.Б. Смилянская, Н.А. Кобяк, И.В. Поздеева, Н.Ю. Бубнов, И.А. Кашкарова, М.М. Леренман, Е.М. Сморгунова, Н.Н.  Покровский), иконописи (В.И. Антонова, Н.Е. Мнева, Т.Е. Гребенюк, Э.К.  Гусева,  Г.Г. Нечаева,  В. Рябушинский, Н.Н.  Чугреева и др.), искусству медного литья (В.Г. Дружинин,  Е.С. Зотова, С.В.  Гнутова), отдельным ветвям музыкальных традициям старообрядцев (Ф.М Селиванов,  С.Е. Никитина, Г.П. Федотов,  М.Г. Казанцева,  Л.А.  Петров, Н.С. Серегина, Т.С.  Рудиченко, Б.А. Шиндин и д.р.), былинам (А.Ф. Гильфердинг,  О.В. Гордиенко).

Важным этапом в изучении культурных традиций старообрядчества явилась деятельность В.И. Малышева, с середины 1940-х годов осуществлявшего археографические экспедиции в старообрядческие поселения с целью собирания рукописных и старопечатных книг для пополнения коллекций научных библиотек.

Принципиально новые тенденции в изучении старообрядчества обозначились в 70-е – 80-е годы ХХ века, когда начались комплексные исследования в научных центрах Санкт-Петербурга, Новосибирска, Екатеринбурга, Московского государственного университета им.М.В. Ломоносова. Археографическими экспедициями оказались охвачены фактически все регионы, в которых проживают старообрядцы; в результате интенсивной полевой деятельности созданы региональные рукописные и книжные собрания. В частности, в Научной библиотеке МГУ сложились: Ветковско-Стародубское собрание, Молдавско-Украинская книжная коллекция, Пермско-Удмуртская, Ржевская, Оренбургско-Казахстанская, Волго-Донская, Кавказская, Иргизская, Приволжская, Залеская, Московская коллекции, Верхокамское собрание. Значительная часть этих коллекций уже получила научное описание ,  другие еще ждут своих исследователей.

В последние десятилетия ХХ в. был проведен ряд научных конференций, посвященных старообрядческим культурным традициям; материалы этих конференций пополнили корпус научной литературы о старообрядчестве. Глобальные изменения в жизни российского общества способствовали активизации церковного книгоиздательства в старообрядческой среде. Опубликованы труды начетчика Ф.Е. Мельникова, старообрядческих епископов Арсения Уральского (Швецова), Михаила (Семенова); появились периодические издания, в которых представлена хроника современной религиозной жизни старообрядцев; наконец, вышел в свет первый энциклопедический словарь старообрядчества.

Новым вкладом в науку явились монографии, в которых исследуется проблем личности в старообрядчестве (О.Н. Бахтина,  Н.С. Гурьянова), работы по вероучению отдельных, в том числе редких и малоизвестных старообрядческих согласий: странников (А.И. Мальцев), спасовцев (Е.А. Агеева, Р.Р. Робсона, Е.Б. Смилянская), часовенных (Н.Н. Покровский, Н.Д. Зольникова), старообрядцев-карелов (О.М.  Фишман).

Начало исследований старообрядческой певческой культуры было положено в начале ХХ века С.В. Смоленским, зарубежными учеными Э. Кошмидером и И.А. Гарднером; во второй половине ХХ столетия эту деятельность продолжила Т.Ф. Владышевская. В их трудах певческие традиции старообрядчества рассматриваются как один из источников сведений о древнерусском певческом искусстве (наряду с документальными, книжными материалами и певческими рукописями), необходимый для решения музыкально-теоретических, источниковедческих, семиографических проблем.

На рубеже ХХ и XXI столетий заявил о себе ряд музыковедов-медиевистов, направивших свои усилия на изучение локальных традиций старообрядческой певческой культуры  Созданы кандидатские диссертации Т.Г. Федоренко,  М.Макаровской, Н.Е. Денисовой, Ф.В. Панченко, Е.В. Коняхиной, О.А. Светловой, В.Х Назаровой, Л.Р. Фаттаховой, Н.С. Мурашовой, Н.И. Дожиной, Е.Л.  Плавской, Е.К. Червяковой, И.В.Дынниковой, П.А. Павловой и др.; докторская диссертация И.В. Полозовой.

Отдавая должное всем исследователям старообрядческой культуры, необходимо сказать, что в процессе работы неоценимую помощь автору оказали носители этой культуры. В диссертации наиболее полно представлены епископ  Анастасий, протоиерей Евгений Бобков, уставщик Рогожской общины г. Москвы Валентин Александрович Лукин, руководители хоров Стрельниковской общины Костромской области Иван Алексеевич Лукин и Антонина Николаевна Задворнова.

ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ И ПРАКТИЧЕСКАЯ ЗНАЧИМОСТЬ ИССЛЕДОВАНИЯ. Значение настоящей диссертации состоит в выработанной методологии изучения музыкальной культуры старообрядчества, включающей также и практические рекомендации по ее освоению и сохранению. Диссертация стала итогом многолетней исследовательской работы широкого диапазона – критического освоения литературы по истории и сущности раскола, разработки новых экспедиционных маршрутов в старообрядческие общины; внедрения новых аналитических методик в изучение музыкальных богослужебных текстов, создания типологической систематики старообрядческих традиций. Данный опыт может быть использован при дальнейшем изучении культурных традиций старообрядчества, а также богослужебной культуры практики христианских конфессий. Материалы диссертации могут использоваться в курсах истории русской музыки в музыкальных вузах, в курсах  истории церковной музыки в семинариях и духовных училищах.

Автором разработана методика обучения знаменной нотации и пению, создан учебный курс «Обучение знаменному пению на основе певческой практики у старообрядцев», апробированный в Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского, Центральном  музее древнерусской культуры и искусства имени Андрея Рублева, Свято-Тихоновском православном богословском университете, Московской регентской семинарии, воскресных школах  (как старообрядческих, так и православных). Автором разработана методика полевой работы по изучению старообрядческого певческого искусства, активно применяемая специалистами.

ПОЛОЖЕНИЯ, ВЫНОСИМЫЕ НА ЗАЩИТУ.

  • Старообрядчество – это живая Церковь со своими традициями и целостная культурная система, изучение которой должно исходить из понимания этой целостности.
  • Коренные, наиболее существенные особенности старообрядческой культуры сохранились прежде всего в центре России, а не на ее окраинах; и исследование ее должно начинаться с центральных Российских регионов.
  • Одну из центральных позиций в традициях старообрядцев, с точки зрения их самоидентификации, занимает пласт культурных текстов, передающихся устным путем: речитативное чтение, пение по «напевке».
  • Ни одно явление в культуре старообрядцев не является самоценным; все в ней определяется церковной жизнью, в богослужебной практике главным остается сохранение веры, моление Богу. Культура и искусство служат этой же цели и носят прикладной характер.
  • Старообрядческая культура  едина в типологическом отношении.

АПРОБАЦИЯ ДИССЕРТАЦИИ состоялась на всероссийских  и международных конференциях, посвященных вопросам богослужебного певческого искусства, истории и культуры старообрядчества, православной культуры. Эти форумы проходили в гг.: Москве (1991-2009), Ростове-на Дону (1991, 1999), Новосибирске (1992, 1993), Екатеринбурге (1999), Ногинске и Куровском (1995, 2005), Сергиевом Посаде (1994-2003) (Московская область), Боровске (1992) (Калужская область), Киеве (2003), Одессе (1991), Вилково Одесской области (2007) (Украина), Кишиневе (2002) (Молдова), Варшаве (2000, 2009), Хайнувке (2008) (Польша), Софии  (1998) (Болгария), Таллине (2007) (Эстония).

СТРУКТУРА ДИССЕРТАЦИИ. Работа состоит из Введения, пяти глав, Заключения, Библиографии, Приложения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ.

Во Введении получает обоснование актуальность темы исследования, его главной проблемы, а также ряда специальных подходов, обусловленных глубоким своеобразием материала. Это своеобразие – в силу своей многоаспектности – потребовало особой характеристики, основанной на переплетении множества общеполитических и субъективных факторов, на многоаспектном изучении старообрядческой культуры в условиях стремительных исторических изменений, произошедших в нашей стране за последние десятилетия. Особая важность проблемы характеристики интонационного фонда  песнопений актуализировала ряд вопросов, ставших в диссертации ключевыми. Они охватывают обширный диапазон сведений, относящихся к типологии старообрядческого церковного пения, особенностям певческих источников и хорового исполнительства, средствам музыкальной выразительности и формам реализации богослужебного репертуара. Во Введении раскрывается основной замысел работы и ее теоретико-методологическая основа; оценивается степень научной разработанности темы диссертации; определяются объект, предмет, цель и задачи исследования; аргументируется его научная новизна, теоретическая и практическая значимость; формулируются положения, выносимые на защиту; излагаются данные об апробации результатов исследования и о структуре диссертации.

Глава 1. Особенности богослужебно-певческой практики в общинах старообрядцев-поповцев содержит сведения об общинах старообрядцев белокриницкого и беглопоповского согласия , действующих на территории нашей страны (с 1991 года ? в странах СНГ).

1.1. Общины старообрядцев-поповцев. Районы изучения. Богослужебное  чинопоследование.  В настоящее время действует около 250 общин белокриницкого согласия и около 90 общин беглопоповского согласия (в 1980-е годы ХХ века, когда автор только начинал работу по изучению старообрядческой певческой традиции, в стране было 126 общин белокриницкого согласия и 13 общин беглопоповского согласия).

Исследование певческих традиций, предпринятое автором на протяжении 1979-2010 гг., относится к следующим общинам : Поволжье. Костромская область: с. Стрельниково, с. Дворищи, г. Кострома, г. Иваново, г. Казань.  Москва: Рогожская община. Юго-западная часть России. Брянская область: г. Клинцы, г. Новозыбков (община беглопоповского согласия), г. Гомель. Юг. Волгоградская область: хутор Грачи; Ставропольский край: г. Кисловодск, пос. Новокумский, пос. Бургун-Маджары; Краснодарский край: хутор Новопокровский, г. Приморско-Ахтарск (общины беглопоповского согласия); Одесская область: г. Вилково, г. Килия; Молдова: с. Куничи .

1.2. Певческие источники (певческие книги, используемые в старообрядческих общинах). Во всех обследованных общинах пение совершается по книгам Калашниковского издания, получивших распространение в России с начала ХХ столетия. В ряде общин имеются книги из «Круга церковного пения», которые называются «Морозовскими» . Эти книги есть в достаточном количестве в Вилковской общине, а также Дворищах и Иванове, у казаков-некрасовцев. Используется также печатная книга «Избранные песнопения двунадесятым праздникам» (Старопечатный текст). СПб.: Синод. тип., 1912.

Почти во всех общинах имеются рукописные книги. Больше всего их в Рогожской общине, т.к. они создавались для этого храма специально. Почти везде, особенно в общинах Поволжья, юго-западной части России, есть гуслицкие певческие рукописи. Находящиеся в общинах книги датируются XIX-XX веками. Во всех певческих книгах текст истинноречный, нотация пометная с признаками.

1.3. Хоры: состав, методика обучения крюкам и пению, владение знаменной нотацией, пение по «указке», этика отношений

Состав.В настоящее время у старообрядцев приняты смешанные хоры. Женское пение стало вводиться в храмах в начале ХХ века. В Стрельниковской и Костромской общинах, по установившейся традиции, левые клиросы ? только женские. В Казани женское пение было разрешено в 1909?1910 годах. На юге ? втаких местах, как Кисловодск, Грачи, Куничи, Вилково, это произошло значительно позже.

Казаки-некрасовцы твердо придерживаются традиций исключительно мужского пения. Женщины у них молятся на службе в задней части храма, могут подпевать хору, стоя на своем месте.

В конце 1980-х годов прошлого века в российских общинах стала появляться новая тенденция ? создавать мужские хоры или петь только мужским составом. Такая тенденция утверждается в Казани, Нижнем Новгороде, Москве. У знатоков из среды старообрядцев эта тенденция научно аргументируется. Интересуясь историей богослужебного певческого искусства, они узнают о господстве мужского пения в прошлом и хотят возродить его у себя в храмах.

Методика обучения крюкам и пению. В общинах существует два типа обучения пению по крюкам. К первому относится систематическое изучение крюков в специальной школе по определенной программе (Стрельниковская школа пения). Другой тип, более распространенный, представляет собой индивидуальное обучение на дому у знатоков пения. Оба вида преподавания предполагают обязательное регулярное присутствие на богослужениях и пение в хоре.

Владение знаменной нотацией. В разных приходах наблюдается различная степень обученности владению крюковой нотацией. В Стрельниково и Костроме опытные певцы являлись выпускниками Стрельниковской певческой школы, у них училось молодое поколение. В Москве руководители хоров, многие певцы, в том числе и приехавшие в общину из других мест, хорошо знают крюки. Немало грамотных певцов в Нижнем Новгороде, Новосибирске, в Казани, а также в Гомеле и Кисловодске (в 1990-е гг.). Все эти знатоки (в отличие от костромичей) обучались крюкам индивидуально, на дому. В советское время это делалось негласно, почти тайно.

Другую, причем основную, часть певцов в каждом старообрядческом храме составляют те, кто не знает крюковой нотации. Как правило, это воспитанники своей общины. Для них напевы ? родной язык. Руководители хоров их пение не считают качественно более низким.

Пение «по указке» . По словам прихожан, появление указки относится к началу прошлого века. В настоящее время в России она распространена повсеместно. В отдельных общинах (Москве, Новосибирске, Стрельниково, Костроме) указка бывает очень длинной. У опытных головщиков есть даже своя манера пользования указкой. Все современные певцы российских храмов не представляют себя в пении без указки и каждый раз подчеркивают: «Указка говорит все».

В южных приходах дело обстоит несколько иначе. Указка здесь появилась значительно позднее. Соответственно, головщики южных приходов не обладают таким опытом владения указкой, какой существует в общинах России. Не пользуются указкой и казаки-некрасовцы. Попытки в конце 1970-х годов ввести у них указку не имели результата.

Этика отношений в церковном  хоре.  В приходе и руководитель хора, и опытные певцы являются людьми уважаемыми. Только головщик имеет право брать указку в руки.

Певцы, священники и простые верующие четко осознают особенности своей общинной жизни, пения и чтения, сходство и отличия от других мест, взаимоотношения с тем или иным центром и т. д. Певцы и прихожане воспринимают церковную певческую культуру в живом исполнении. Минимальные различия мелодических ходов, наличие замедлений или ровного исполнения в том или ином месте песнопения, разность регистров и другие детали в пении представляются им значимыми и достаточными для того, чтобы говорить, что у них другое пение, что в их общине песнопение исполняется по-другому.

1.4. Монодия, влияния поздней музыкальной культуры

Монодия. В храмах Поволжья, Москвы, Новосибирска, Клинцов, Гомеля в пении доминирует унисон, или монодия. Особенно чисто поют в Костроме, Нижнем Новгороде, Казани. Чистая монодия звучала в Кисловодской общине, так как в 1980-е годы там руководили пением новосибирские певцы. В храмах перечисленных общин, если и встречаются случаи расхождения голосов в терцию, то они имеют случайный характер и строго осуждаются руководителями хоров.

Монодия представлена также октавным дублированием. В одних общинах женские голоса дублируются мужскими голосами (в Стрельниково, Костроме, Нижнем Новгороде, Казани, Кисловодске). В других, как правило, дублировка возникает внутри либо женского, либо мужского пения.

В других же общинах дело обстоит несколько иначе. В Иванове фрагменты напева, удвоенные в терцию, встречались достаточно часто. В Кисловодске, Вилково, также в пении нет чистой монодии. Некрасовцы в беседах уверяют, что исполнение у них одноголосное. В пении же ими стихир, ирмосов ? стабильно присутствует многоголосие. В основе своей это «вторы». В исполнении песнопений мелизматического склада, например, в Херувимской, песнопениях Евхаристии, многоголосные фрагменты более развернуты. На структурно значимых, опорных звуках певцы сходятся в унисон. Все это поется наизусть, что свидетельствует о сугубо местной традиции.

Также в старообрядчестве повсеместно встречаются влияния поздней церковной музыкальной культуры: такова, например, замена в кадансовых фрагментах напева целотоновых мелодических ходов вводнотоновыми; выявлена динамическая нюансировка (это обнаружилось в пении старообрядцев в 1970?1980-е годы).

1.5. Средства музыкальной выразительности: темп, звукоизвлечение, произношение, система дыхания, динамика.

 О темпе богослужения. В каждой общине принят свой темп исполнения тех или иных песнопений, в зависимости от типа богослужений. Более того, темп может меняться и на протяжении одной службы.

Относительно времени ведения службы в целом, во всех общинах певцы констатировали ускорение темпа на протяжении ХХ столетия. Причины этого явления простые, чисто житейские: удаленность храма от места жительства, производственная занятость людей (в советское время). Влияет на старообрядчество и ускоряющийся в ХХ и особенно в ХХI веке темп жизни. Это неоднократно отмечалось певцами Рогожской, Стрельниковской, Костромской общин.

На темп влияет и значение службы (рядовая, праздничная, великопостная); при этом существенно, кто совершает богослужение (один священник, архиерей, или это соборное служение с хиротонией) и т. д. Свои коррективы вносят в богослужение также традиции общины, состав хора (смешанного или чисто мужского), возраст певцов, географическое положение общины, местонахождение прихода, наконец, руководители хора.

О специфике звукоизвлечения. Регистровый диапазон.  Дыхание.

Особенности  звукоизвлеченияодна из наиболее тонких и сложных проблем в изучении старообрядческой певческой культуры. На его характер влияют такие факторы, как размер храма, акустика, условия воспитания певца, его природный дар и т.д. В диссертации по способу пения общины выделяются две группы. К первой, академической манере, принадлежат общины Стрельникова и Костромы, Москвы, Гомеля, Кисловодска, Новосибирска. Ко второй группе относятся преимущественно общины юго-западной части и юга России, Украины и Молдовы, где певцы поют открытыми народными голосами.

Тембровая окраска голоса тесно связана и с такой стороной исполнения, как регистровый диапазон. На примерах сравнительного анализа исполнения ирмосов 4-го гласа в общинах Поволжья, Москвы, юго-западной части России удалось установить разницу рабочих диапазонов хоров. Регистровый диапазон пения в старообрядческих общинах отличается стабильностью. Так, диапазон женских хоров в общинах Стрельниково, Москвы, Гомеля, Клинцов, Иванова охватывал «ми» первой октавы ? «ре» второй октавы; в Дворищах «ре» первой октавы ? «до» второй октав.  В целом там, где преобладает народная манера пения, регистр ниже, а там, где академическая ? выше.

Правильное дыхание составляет осознанный момент пения: «Правильное дыхание ? остановки на конце слов. Потому что нельзя всем передыхать. Одни в одном месте отдыхают, а другие ? в другом. Если мы все вместе кончим, то пение обрывается» - это объяснение цепного дыхания, данное Антониной Николаевной  Задворновой, представляется наиболее четким. Подобный подход к дыханию характеризует пение в Стрельникове, Костроме.

Произношение. В старообрядческом пении весьма специфична акцентуация.Никогда не выделяются отдельные слова текста (в отличие от церковной музыки XVIII?XX вв.). Задача певца состоит в четком и ясном донесении текста до молящихся. Серьезное внимание в певческой практике у старообрядцев уделяется дикции. Справедливым представляется убеждение певцов, что четкая дикция определяет правильное звукоизвлечение.

Динамика. Обязательным условием ведения службы в старообрядческих храмах является ровный динамическийуровень ? «в полный голос», по терминологии певцов. Динамический уровень строго выдерживается на протяжении всего песнопения. В целом пение, чтение, возгласы священников на богослужениях не предназначены для выражения аффектов, нет в них даже намека на артистичность.

Динамический уровень пения в храмах зависит от того, в какой день совершается служба: в рядовой или праздничный, при малом составе хора или при большом. Наиболее оптимальным его вариантом является пение в общинах Костромской области, Казани, Новосибирска, Кисловодска, Гомеля. Громкое пение любят казаки-некрасовцы, считая его своего рода показателем грамотности исполнения.

1.6. Формы реализации богослужебного репертуара. Весь годовой репертуар в старообрядческих храмах воспроизводится различным образом. Основное число стихир поется на глас (т. е. на самогласен, подобен - согласно указанию в Минеях и Уставе). В тех общинах, где крюковая грамотность низкая и хористы не могут петь стихиры на подобен, все поется только на глас. В праздники существует традиция исполнения определенных стихир по крюкам.

Определенную часть годового репертуара в каждом храме поют «по напевке», «напевом», «на память», «по погласке» и т. д. Исполнение по «напевке» включает как зафиксированные, так и незафиксированные в письменных источниках песнопения. На богослужениях они звучат по устным версиям, сложившимся в общинах. Данные образцы составляют отдельный пласт певческой культуры старообрядцев. В Рогожской общине существует стройная система исполнения песнопений.

1.7. Речитативное чтение. Особый устный пласт старообрядческой культуры представляет чтение. Определенные богослужебные тексты принято читать разными способами, или, как говорят певцы, погласицей. В российских приходах ? в Москве, Стрельниково ? существует четко дифференцированная система погласиц. Большинство опытных певцов в первую очередь относят к такому роду чтения погласицы ексапсалмов, канона, Псалтыри, Апостола, Евангелия (в обычные дни и на Пасху), поучений, Великого канона Андрея Критского. В целом в российских приходах культура речитативного чтения намного выше в сравнении с южными приходами.

В российских общинах дифференциация в чтении касается темпа, мелодико-ритмического рисунка при воспроизведении того или иного богослужебного текста. Он строится как последовательность законченных построений. Чтение в соединении с пением способствует единому, гармонически цельному ходу службы. В качестве примера представлены все образцы погласиц репертуара Стрельниковской и Рогожской общин.

1.8. К вопросу об интерпретации напевов старообрядческими певцами. Сопоставление крюковой версии напева и фонограммы исполнения дает важный материал для выявления особенностей интерпретации старообрядческими певцами нотации знаменного роспева. Даже самое точное пение по крюкам показывает, что звучащий текст не идентичен письменному.

Интерпретация напевов Стрельниковским хором позволила сделать ряд корректировок в вариантах прочтения знаков нотации песнопений. Наиболее интересной в этом отношении является темпово-ритмическая сторона исполнения. Ритм и темп в пении тесно взаимосвязаны, влияют друг на друга. Темповая интерпретация влияет на особенности ритмической трактовки напева. На примере ряда ирмосов показывается, как меняется темп пения в зависимости от жанра, функционального назначения напева, состава хора и т. д. Большое значение имеют исполнительские корректировки ритмической формы песнопения.

1.9. Выводы: богослужебно-певческая практика и проблемы типологии старообрядческой культуры.  В ходе экспедиционной работы приходилось наблюдать за совершением богослужений и особенностями общинной жизни в каждом месте. В совокупности с пением все это характеризует каждый приход, а в целом ? современную старообрядческую культуру. В итоге можно сделать следующие выводы. В Русской Православной Старообрядческой Церкви белокриницкого согласия (также и у старообрядцев беглопоповцев) исторически сложились две церковных богослужебных общинных традиции. Одна связана с Москвой и ее центром на Рогожском, другая ? с Югом, возможно с историческим центром в Белой Кринице. Первую традицию условно назовем российской, илимосковской, вторую ? южной. В разделе описываются наиболее типичные для каждой традиции особенности ? богослужебные общинные, а затем певческие.

Российская традиция объединяет общины Москвы, Поволжья, юго-западной части России, Сибири, а также хутор Грачи Волгоградской области. Южная традиция ? все остальные. В разных приходах не все в одинаковой степени сохранилось, что было вызвано начавшимся после 1940 года московским влиянием, с переподчинением Рогожскому центру. Поэтому в настоящее время здесь можно обнаружить элементы и той, и другой традиций. Типичные явления, характеризующие каждую традицию, представлены в двух подробных схемах, которые обобщают сказанное в данной главе диссертации.

Глава 2. «Южная» традиция старообрядческой певческой культуры

2.1. Певческая культура и репертуар певческих книг Бессарабских старообрядцев по материалам Бессарабского собрания Научной библиотеки МГУ им. М.В.Ломоносова.

Знакомство с певческой культурой старообрядческих общин междуречья Днестра, Прута и Дуная позволяет видеть, сколь значительно они отличаются от традиций старообрядческих приходов Центральной России. Одной из отличительных особенностей певческих традиций Бессарабии является отсутствие в исполнении строгого унисона, важнейшей черты старообрядческого пения. Различны и динамические уровни исполнения. У Бессарабских старообрядческих хоров он громкий, артикуляция ? резкая, звукоизвлечение открытое (как в народном исполнении), большой вес в репертуаре имеют песнопения, исполняющиеся «напевкой»  по устным версиям, сложившимся в общинах.

Сравнительный анализ церковного пения старообрядческих общин Бессарабии обнаруживает заметные следы межкультурного взаимодействия. В ряде общин пение представляет собой тип многоголосия, который этномузыкологи классифицируют как тип функционального одноголосия или вариантная гетерофония. Возможно, в данном случае в пении, а также в чтении обнаруживаются элементы воздействия культур юго-восточных православных   греков, румын, болгар; староверы могли позаимствовать у них обилие мелизматики, разного рода форшлагов, украшающих исполнение.

В рамках диссертации выполнено описание Бессарабского собрания Научной библиотеки МГУ им. М.В.Ломоносова, рассматриваемого в связи с археографическими особенностями и старообрядческой певческой культурой этой локальный традиции. Прояснению специфики музыкальной церковно-певческой культуры бессарабских старообрядцев способствовал детальный анализ рукописных памятников, бытующих в многочисленных приходах междуречья Дуная, Прута и Днестра.

Азбуки  довольно часто встречаются в частных и церковных собраниях Бессарабии и хорошо представлены в Бессарабском собрании МГУ. Чаще всего Азбуки знаменные и демественные входят в состав певческих сборников; при этом в Бессарабском собрании МГУ есть три Азбуки, являющиеся отдельными книгами. В работе характеризуются как типовые, так и отличительные  особенности азбук.

Книга Праздники в Бессарабском собрании представлена 26-ю списками, преимущественно полной редакции. Принцип последования праздников в книгах одинаков - с Рождества Богородицы до Успения Богородицы, в службы Рождеству Христову и Богоявлению могут включать «Царские часы».

Трезвоны (Стихирарь месячный) представлены в Бессарабском собрании семью списками. Один список последней трети XVIII в. относится к беспоповской традиции (№ 2071) и, возможно, оказался в Бессарабии случайно. Рукописи № 753 и № 2202  местные бессарабско-украинские, Трезвоны середины XIX в. (№ 1608) и Трефолой конца XVIII в. (№ 798) ветковские, Трезвоны и Праздники начала XIX в. (№ 1759) гуслицкие. Состав служб во всех памятниках типичен. Большим количеством песнопений представлены службы Покрову, св. Николе. Из редких богослужений в Трезвонах отмечаются песнопения на Преставление Алексия митрополита киевского (12 февраля) и богородичным иконам (№ 753), многочисленные службы русским святым, царевичу Димитрию, Пафнутию Боровскому, Борису и Глебу, трем московским святителям и др. (№ 798), предпразднеству Просвещения (№ 2202).

Певческие Триоди представлены в собрании 5-ю списками, из них 3  в составе сборников и 2 самостоятельные рукописи местного происхождения.

Особо отмечена Триодь первой четверти XIX в. (№ 1606). В ней обнаружено уникальное в старообрядческой певческой практике употребление термина «доместик». Редкостью является и подобен 4-го гласа на 8 строк «Хотехъ слезами омыти» (л.98 об.), ныне отсутствующий в старообрядческой певческой практике. Примечательной особенностью Триоди третьей четверти XVIII в. (№ 697) является то, что песнопения каждого дня Страстной седмицы выписаны подробно, тогда как служба Пасхи отсутствует и пасхальный цикл начинается сразу с Недели Фоминой.

Ирмосы (Ирмологий). Книга ирмосов в Бессарабском собрании МГУ представлена 11 списками, из них 7 отдельных рукописей и 4 в составе сборников. Все рукописи практически идентичны по составу и содержат ирмосы восьми гласов и Розники. Роспев знаменный. Лица и фиты разведены в напеве. Особенности памятников заключены в почерке писцов, орнаментальном обрамлении, говорящих о той или иной писцовой школе. Некоторые рукописи (Ирмосов), имеют добавления. По месту написания Ирмосы Бессарабского собрания, как и прочие типы певческих памятников, можно разделить на ветковские, гуслицкие и местные (бессарабско-украинские).

Октай (Октоих) певческий представленв собрании МГУ 18 списками (включая фрагменты) в составе сборников. Октай был у старообрядцев главным учебным пособием при обучении крюковой нотации, поэтому в большинстве списков вместе с Октаем помещены и Азбуки (полные или в сокращении, частями и фрагментами). Составная часть Октая ? Евангельские стихиры, без которых старообрядческий Октай не является законченной книгой. Нередко с Октаем объединяли певческие Обиход или Триодь, реже ? другие певческие книги. По составу рукописные Октаи Бессарабского собрания МГУ делятся на две группы: 1) Октаи пространной редакции, в которой в каждом гласе расписаны стихиры на малой и на великой вечерне на «Господи воззвахъ», на литии, на стиховне, на хвалитех, антифоны и блаженны; 2) Октаи краткой редакции,с сокращенным количеством стихир (стихиры на хвалитех отсутствуют), списки краткой редакции в своем большинстве датируются более поздним временем, нежели рукописи пространной редакции.

Книга Обедница (Обиход литургийный) в Бессарабском собрании представлена 11 списками. Рукописи Обедницы широко распространены в старообрядческой среде у поповцев. Именно им принадлежит и заслуга в создании книг этого типа. Обедница представлена у старообрядцев в двух разновидностях: знаменная и демественная. Представленные в Бессарабском собрании МГУ Обедницы по составу практически не различаются, хотя по происхождению их можно разделить на гуслицкие и местные (бессарабско-украинские). Для гуслицких Обедниц характерно подробное изложение крюками как можно большего количества даже самых малых по объему песнопений в соответствии с ходом совершения литургии.  В южных памятниках стабильным является наличие в знаменной литургии образцов демественного роспева.

В Бессарабском собрании МГУ представлено значительное количество певческих сборников. Они различаются по составу, происхождению, времени написания, не все связаны со старообрядческой традицией. Некоторые памятники представляют значительный интерес для изучения древнерусской певческой культуры в период ее перелома, забвения старого и перехода к новому.

В сборниках чаще всего представлены в том или ином объеме песнопения Обихода. Особенно примечательны два памятника. Это весьма богатый по содержанию Обиход на крюковых нотах к. XVII – нач. XVIII в. (№ 690), относящийся скорее не к старообрядческой, а общерусской традиции; а также сборник  Обиход и Обедница 1897 г. (№ 1621), представляющий  местную старообрядческую певческую и рукописную традицию. Этот сборник ? самая полная рукопись из всего Бессарабского собрания, ее можно назвать «энциклопедией старообрядческого певческого репертуара», т.е. годовой круг церковных песнопений.

В диссертации проанализированы состав, певческие характеристики, особенности письма и оформления рукописей. Это позволило определить происхождение певческих книг, их принадлежность к тем или иным традициям, а также показать их историческое и культурное значение.

2.2. Центры Бессарабской певческой традиции: Кунича, Вилково, Килия. В данном разделе содержится сопоставление письменной и устной традиций, в сравнении известного по письменным источникам прошлого Бессарабии с тем, что сохраняется в настоящее время.

2.2.1. Старообрядческий центр на Днестре  с. Кунича. Возникновение села связывается со временем правления Петра I и Екатерины I. С момента присоединения Бессарабии к России вплоть до 1920-х гг. наблюдался быстрый рост населения: по румынским данным 1923 г., в Куниче в 770 дворах жило 4147 человек. Эта численность насе­ления с сохранилась до начала 1970-х гг. Старообрядческая Кунича продолжает активное существование и сохраняет в округе славу бо­гатого торгового села. Стремление к сохранению традиционного старообрядческого ук­лада предопределило этно-религиозно-культурную обособленность с. Куничи. Центром его оказывается деревянный храм в честь свв. Флора и Лавра, постро­енный на рубеже XVIII и XIX вв. Приход церкви в Куниче состоит только из местных жителей. Кроме храма, с конца 90-х гг. ХХ в. стал возрождаться и старообрядческий женский монастырь. В Куниче существуют давние традиции иконописного искусства.

Кунича ? одно из самых книжных старообрядческих поселений Бессарабии. Благолепие церковных праздников, яркость постоянно поднов­ляемого храма, сильный церковный хор, высокая традиция знаменного пения и искусство колокольно­го звона ? неотъемлемые элементы культуры села. Все это едва ли было бы возможно без выдающейся роли священника  настоятеля куничского старообрядческого храма .

Вместе с тем, эти традиции, как, впрочем, и вся старообрядческая культура с. Кунича, не избежали трансформации. Общественно-политические события последних десятилетий отразились на некогда благополучной жизни села.

2.2.2. Вилково. «Старообрядческая Венеция»: традиции жизни и пения общины г. Вилково. г. Вилково Одесской области Украины примечателен своеобразной планировкой. В значительной части города улицы заменяют каналы-ереки, а по сторонам ереков пешеход может передвигаться по скрипучим деревянным настилам. Поэтому за поселением укрепилось сравнение с великим итальянским городом. А поскольку Вилково на две трети городок старообрядческий, то и именуют его нередко «старообрядческой Венецией». Преобладающей в этих местах стала липованская традиция, родственная многим южным старообрядческим приходам.  Количество прихожан старообрядческих церквей в Вилково и по сей день весьма значительно. Службу совершают в двух храмах ? старейшем в Вилкове храме Рождества Богородицы и в Никольской церкви.В Вилкове была собрана крупнейшая в этих местах домашняя старообрядческая библиотека, собранная священниками Сипаткиными, отцом и сыном. Библиотека включала полтораста рукописей и печатных книг конца XIX ? XX вв. Из библиотеки Сипаткиных в Бессарабское собрание МГУ за 1973-1990 гг. поступили все типы певческих старообрядческих книг.

И в пении, и в богослужении вилковская традиция имеет свои особенности. Помимо влияний (московское, южнорусское), отмечаются и региональные особенности. При исполнении песнопений по книгам хор четко придерживается письменной версии.  Одноголосного пения в Вилково, как и везде в Бессарабии, в строгом смысле нет. Регистр пения стабильный. Руководство хором осуществляется указкой. Это московское влияние. Манера звукоизвлечения  открытая, ближе к народной. Поют громко, мощно. 

2.2.3. Дунайская староверческая Килия. Если село Кунича и город Вилково являются местами компактного проживания старообрядцев, то древний город Килия, расположенный немного выше Вилкова по течению Дуная, был изначально многонациональным. Старообрядцы влились в него, уже почти два столетия сосуществуя с инокультурными и иноконфессиональными соседями. Помимо этого, старообрядцы в Килие также не были едины, долго разделяясь на враждующие согласия, давшие со временем взаимопроникновение традиций, наблюдаемое в богослужебной и певческой культуре килийцев.

В Килии свои имена, своя история, в том числе и певческая. У известного по всей Бессарабии протодьякона Анисима удалось собрать немало сведений об обучении певческому искусству и крюковой азбуке в прошлом. В настоящее время сохранение местных традиций пения представляет особую проблему. Сохранить роль старообрядческих приходов как очагов русской традиции в липованском Подунавье и на Юго-Востоке Европы призвано созданное в Килии движение «Киевская Русь», которое возглавил настоятель килийского прихода о. Никола (Муравьев).

2.3.  Богослужебно-певческие традиции казаков  некрасовцев (на примере общин Ставропольского края). Культура казаков-некрасовцев, поселившихся на юге Ставрополья после возвращения из Турции, поражают своей уникальностью. Находясь 254 года на чужбине, они сохранили свой язык, веру, культуру. При этом нельзя не отметить, что в настоящее время многие традиции, в том числе богослужебные, либо уходят, либо претерпевают существенные изменения.

История казаков-некрасовцев восходит к трагическому восстанию на Дону в начале ХVIII века. Конфликт с царской властью обострялся религиозным расколом: казаки воспротивились нововведениям патриарха Никона и приняли старообрядчество. После поражения восстания возглавлявший сопротивление Игнат Некрасов увел тысячи казаков с семьями за пределы Родины. Основная масса казаков осела в Турции. Уходя на чужбину, они уносили с собой древние книги, рукописи, иконы. Везде, где проживали казаки, они строили свои часовни и храмы, регулярно совершали богослужения. Церковь была центром их духовной и общественной жизни. Благодаря вере они сохранили свой язык, свою культуру, обряд и репертуар пения.

По своему вероисповеданию они являются старообрядцами белокриницкого согласия. Приходы некрасовцев входят в состав Донской-Кавказской епархии. Церковная культура некрасовцев ? специальная и обширная область исследований.

Традиции церковной жизни и богослужебного пения в современных общинах казаков-некрасовцев. Некрасовские общины пп. Новокумский и Бургун-Маджары представляют одну культурную традицию, в остаточном виде сохранившей многие особенности древней богослужебной практики. Одной из них является общинный уклад. Церковь выступает духовным стержнем во всех начинаниях. Все делается по благословению священника, и священник выбирается до настоящего времени только из своей, казачьей, среды. Общинно отмечаются престольные праздники; каждая семья делает вклад в общую трапезу. После совместного моления прихожане из храма отправляются на праздничный обед, который делается в доме какого-либо некрасовца. Среди всех старообрядческих общин такая традиция существует только у некрасовцев. До настоящего времени женщины-некрасовки сохраняют свой национальный костюм и надевают его, когда идут в храм. Мужчины утратили эту традицию вместе с ношением бороды, за что неоднократно получали нарекания со стороны старообрядческого духовного руководства.

Особенности богослужебно-певческих традиций казаков-некрасовцев. Некрасовцы принципиально отличаются от всех других старообрядческих общин России и ближнего зарубежья, независимо от согласия. Правильнее было бы назвать эти общины не старообрядческими, а общинами из Древней Руси. Из всех старообрядческих общин настоящего времени только казаки-некрасовцы сохраняют традицию устного церковного пения. Крюковую грамотность они потеряли давно. Важнейшие характеристики церковно-певческой культуры казаков таковы:

1. Общины казаков-некрасовцев являются единственными на сегодняшний день в старообрядчестве России, где сохраняется традиция только мужского пения.

2. Состав прихожан и поющих в их храмах стабилен. Это только жители своих сел, некрасовцы, включая священнослужителей.

3. В некрасовском пении не употребляется указка для руководства хором, что повсеместно распространено в поповских приходах в ХХ веке. Руководитель хора первым запевает песнопение, и за ним вступает весь хор.

4. В богослужебной практике у некрасовцев сохраняются остатки такого явления, которое принято называть многогласием. Подобных архаизмов нет ни в одной поповской общине. Многогласие постоянно на всенощном богослужении некрасовцев, на каноне, наконец, на службе часов.

 5. В пении казаков-некрасовцев в целом выдерживается монодия. Но в исполнении песнопений стабильно присутствует отступление от унисона. Многоголосные фрагменты бывают достаточно большими. По типологии это многоголосие сопоставимо с типом функционального одноголосия  вариантной гетерофонией.

6. Казаки-некрасовцы являются единственными среди старообрядцев-поповцев, где сохраняется пение кафизм напевом Маркела Безбородого  . Из-за этого они имели споры со старообрядцами других общин, встречали непонимание со стороны священноначалия, однако проявили твердость и до настоящего время хранят эту традицию.

7. Певческие книги, по которым некрасовцы раньше молились и пели, остались в Турции. Поэтому книги, по которым поют на клиросе ? российского происхождения (гуслицкие или печатные, Калашниковские, Морозовские). Не зная нотации, казаки исполняют песнопения, особенно сложные, по книгам.

8. Казаки-некрасовцы не сохранили высокую культуру церковного чтения. У них нет дифференцированной системы погласиц, принятой в других старообрядческих общинах. На чтение влияют и диалектные особенности речи казаков-некрасовцев. Мелодичности, свойственной русской речи, здесь нет: сказалось влияние тюрских языков, заключающиеся в большой концентрации согласных звуков в словах.

9. Пение у некрасовцев истинноречное. Встречающиеся огласовки согласных нельзя отнести к раздельноречию. Это, скорее, влияние диалектных особенностей речи.

10. Все клиросные певчие исполняют народные песни. Некрасовские фольклорные коллективы не раз являлись участниками фольклорных фестивалей. Со стороны же духовного руководства участники коллективов, являющиеся одновременно и клиросными певчими, неоднократно слышали нарекания в свой адрес.

11. Репертуар: в большинстве старообрядческих общин в настоящее время все богослужебные тексты воспроизводятся следующим образом: а) по крюкам; б) на глас; в) речитативом; г) чтением; д) «напевкой».

Способы воспроизведения репертуара некрасовцами можно представить следующим образом: а) пение «по крюкам», т. е. роспевом. Часто некрасовцы исполняют песнопения именно по певческой книге. В основном это песнопения столпового знаменного роспева (стихиры-славники, ирмосы), песнопения из евхаристической части Литургии; б) на глас:  это, в основном, стихиры; в) речитативом. В первую очередь, это песнопения: Великое славословие и «Верую»; г) чтением. Многие богослужебные тексты читаются, а не поются. Например, гласовые антифоны на всенощной. В некрасовской традиции бытует группа песнопений, исполяемых по «напевке». Это касается многих образцов ирмосов, которые звучат быстрее и в более упрощенной версии. Например, ирмосы канона четвертого гласа «Отверзу уста моя», канон Пасхе и др.

12.       Тембр звучания у казаков  насыщенный. Звукоизвлечение  открытое. Регистр пения стабильный. Все конечные звуки возгласов священника и первые звуки хора стабильны в звуковысотном отношении.

13.       Взаимоотношение с духовным центром по вопросам богослужебных традиций. По возвращении на родину общины некрасовцев вошли в юрисдикцию Русской Православной Старообрядческой Церкви. В отношении же пения казаки-некрасовцы остались приверженными своим традициям. Они не перестали петь кафизмы, не приняли указку для управления хором, не ввели женское пение. Такова эта позиция и по сей день.

14. Общинное и личностное. В хоре чрезвычайно велика роль руководителя, знатока пения. Если в церковном профессиональном искусстве уходит мастер, то исчезает и основа пения - пение «на глас», закрепленная в церковном Уставе.

15. Важный и интересный аспект некрасовской культуры ? взаимоотношение с греческой церковью и с греческой певческой культурой в период проживания казаков в Турции. Это влияние сказалось в некоторых приемах выпевания звуков, прихотливых ритмических нюансах, обилии мелизматических украшений. Проживая на протяжении столетий на территории мусульманского государства, некрасовцы смогли сохранить многие особенности древнерусской культуры. Главную причину такого явления сами некрасовцы объясняют тем, что у них всегда была Церковь. Оказавшись же на родине, в атеистическом государстве, древняя церковная культура стала угасать. Некрасовский микроэтнос находится на грани своего исчезновения.

2.4. Выводы: типология «южной» старообрядческой культуры. Культуру старообрядческих общин Бессарабии характеризует типологическое единство. Общие черты липованской старообрядческой культуры обнаруживаются не только у старообрядцев Бессарабии, но и у их одноверцев к северу и востоку от Днестра и к юго-западу за Дунаем и Прутом, а также у переселившихся из Румынии в СССР старообрядцев, которые до настоящего времени называют себя дунаками. Некоторые общие черты этой липованской культуры видятся нам в следующем:

 - общая самоидентификация: местное население, обычно принадлежащее к господствующей православной церкви, называет старообрядцев в Румынии, Подолии, Бессарабии или на Юге России липованами или пилипонами. Это стало и самоназванием русских старообрядцев в исследуемых местах;

 - конфессиональная ориентация: белокриницкое направление господствует у старообрядцев-липован; за исключением прихода беспоповцев-поморцев в Единцах, приходы Бессарабии принадлежат к белокриницкой иерархии;

 - отличия в богослужебной практике: с праздника Воздвижения до Благовещения липоване Румынии и дунаки совершают богослужения по ночам; липоване же Бессарабии отошли от подобной практики только после  Второй мировой войны, когда вошли в подчинение московскому Рогожскому центру;

- выборы священника: у всех липован до настоящего времени сохраняется правило всем приходом выбирать священника из своей среды;

- приходская трапеза: большую роль в жизни общины играют общинные праздничные обеды;

- храмовая одежда и внешний вид: у дунаков бритых мужчин и подстригающих волосы женщин в храм не пускают, дунаки ходят в храм в национальной одежде;

- влияние соседей: дунаки и липоване Бессарабии нередко украшают свои храмы бумажными цветами, как у православных на Украине, в Молдавии и Румынии.

Можно с уверенностью говорить, что липованская традиция в Бессарабии и за Дунаем едина. Многолетние исследования конфессиональной ориентации, книжности, церковного пения, богослужебной и внецерковной практики не только липован (к которым мы относим и дунаков), но и игнат-некрасовцев-турчан, выехавших из Турции (проживающих на Ставрополье), позволяют говорить о следующих особенностях этих ветвей в южной старообрядческой культуре:

- самоидентификация: некрасовцы хорошо отличают своих от дунаков и липован; кроме того  в Турции старообрядцев не называли липованами, а только казаками или игнат-некрасовцами;

- приходская трапеза: у турчан общинный обед «берут в дом» семьи прихожан, и аналогов этому мы не встречали; между тем общим для «турчан» и «липован» является обычай жертвовать в определенный для каждой семьи праздник в храм хлебы, вино, масло;

- у турчан-некрасовцев, так же как и у липован, до настоящего времени сохраняется правило всем приходом выбирать священника только из своей среды;

- храмовая одежда: национальный костюм, в котором продолжают ходить в церковь турчане-некрасовцы, значительно отличается от липованского, особенно у женщин;

- украшать бумажными цветами храм у турчан-некрасовцев не принято. 

Существует значительное количество отличий и в богослужебно-певческих традициях:

- у турчан принято только мужское пение; у липован Бессарабии и дунаков в последнее десятилетие стало вводиться женское пение; в Бессарабии женское пение стало вводиться после Второй мировой войны под влиянием Рогожского центра, и в настоящее время хоры в храмах смешанные;

- турчане вынуждены были оставить свои певческие книги в Турции, поэтому в настоящее время имеющиеся в общинах певческие памятники не отражают местной древней традиции; у дунаков употребляются издания Л.Калашникова, хотя и из Румынии привозят современные рукописные певческие книги; в Бессарабии после присоединения к Рогожскому центру стали распространяться печатные книги Л. Калашникова, а традиция переписывания певческих книг постепенно прекратилась;

- ныне у турчан нет знатоков крюковой нотации и традиция пения полностью устная; у дунаков, как и у липован Бессарабии, и ныне есть грамотные певцы;

- динамика исполнения у всех громкая, у липован порой форсированная;

- у турчан в пении можно наблюдать влияние греческого богослужебного пения; некоторые певцы и священники учились в греческой семинарии в Турции. Аналогов этому больше ни у кого нет;

- у турчан нет чистой монодии, в пении постоянно присутствуют элементы многоголосия. У липован больше чистой монодии, если и встречаются многоголосные фрагменты, то они по своей природе родственны многоголосию турчан. В Вилково, о котором чаще, чем о других населенных пунктах, говорят как о некрасовском поселении, ряд признаков свидетельствует о большом отличии церковного пения от пения некрасовцев-турчан. У липован Бессарабии после войны под влиянием Рогожского центра вводится монодия. Встречающиеся многоголосные фрагменты отличаются от аналогичных у турчан: как правило, это удвоение напева в терцию. Встречаются и вводнотоновые тяготения. Подобные нововведения  результат влияния уже не Рогожского центра, а церковно-певческой культуры соседей-украинцев и господствующей («никонианской») церкви;

- темп богослужения:  у турчан темп служения и пения не изменились со времени возвращения в Россию, у дунаков в последнее десятилетие наметилась тенденция быстрее служить и петь. Отдельные песнопения поются в Бессарабских приходах очень медленно (например, ектении в Вилково);

- по звукоизвлечению все южные приходы отличает пение открытым звуком, тембр пения особенный у турчан ? очень насыщенный, красивый;

- у турчан и липован есть специфические особенности чтения богослужебных текстов, но нет дифференциации погласиц. В бессарабских приходах наблюдается влияние традиций чтения, принятых в российских старообрядческих общинах;

- в Центральной России головщик в пении клироса использует указку; такая же указка используется в приходах Бессарабии и у дунаков, тогда как турчане-некрасовцы указкой не пользуются и отвергают ее в категоричной форме.

Этот перечень сравнений и сопоставлений приводит к заключению, что культура игнат-некрасовцев-турчан отличается таким своеобразием, что можно поставить под сомнение сам факт единства турецких игнат-некрасовцев с так называемыми «некрасовцами», переселившимися из-за Дуная (по сути  липованами). Сложившаяся на базе одной донской казачьей монокультуры, культура игнат-некрасовцев претерпела инонациональные влияния, но группы игнат-некрасовцев почти не пополнялись за счет притока старообрядцев из неказачьих регионов. У липован история их развития складывалась иначе: их культура явилась сплавом различных традиций русских переселенцев из Центральной и Южной России, включая казаков.

Глава 3. «Российская» традиция старообрядческой певческой культуры Своеобразие певческих традиций Поволжья: Стрельниковский хор (Костромская область)

3.1. «Российская» традиция старообрядческой певческой культуры.

После рассмотрения «южной» традиции в работе представлена «российская» традиция старообрядческой певческой культуры. Осуществлено это на примере двух общин: Рогожской (г. Москва) и Стрельниковской (Костромская область). Рогожская община - духовно-административный центр старообрядцев. Стрельниковская община - локальный  очаг, в котором хранились уникальные богослужебно-певческие традиции. На примере этих общин удалось выявить репертуар пения, как и специфически старообрядческого явления - пения по «напевке». Итогом работы явилось сопоставление письменных версий песнопений знаменного роспева и версий бытующего репертуара по «напевке».

 3.2. Из жизни Стрельниковской об­щи­ны и де­ятель­но­с­ти церковной пев­че­с­кой шко­лы: по материалам церковных изданий начала ХХ в. и полевых исследований 1980-х гг. О жиз­ни Стрель­ни­ков­ской об­щи­ны и де­я­тель­но­с­ти пев­че­с­кой шко­лы мы уз­на­ем из ста­ро­об­ряд­че­с­кой прес­сы на­ча­ла ХХ ве­ка. На­и­бо­лее важ­ные сведения о жиз­ни хо­ра и об­щи­ны в со­вет­скую эпо­ху по­черп­ну­ты из рас­ска­зов при­хо­жан и пев­цов, из наблюдений автора диссертации.

16 но­я­б­ря 1908 г. в се­ле Стрель­ни­ко­во от­кры­то зем­ское учи­ли­ще для де­тей ме­ст­ных ста­ро­об­ряд­цев. В нем 18 де­тей ста­ли обу­чать­ся цер­ков­но­му пе­нию. Пер­вы­ми учи­те­ля­ми были В.И. Егин и В.И. Зы­ков, обучавшиеся цер­ков­но­му пе­нию в Ро­гож­ской об­щи­не. 4 ок­тя­б­ря 1909 г. со­сто­я­лось от­кры­тие но­во­го зда­ния учи­ли­ща. В 1909 г. пе­нию обу­ча­лось уже 30 че­ло­век. Учи­те­лем пе­ния ос­та­вал­ся В.И. Егин, дру­гие пред­ме­ты ве­ли В.Ф. Муш­ка­ров и М.Г. Ас­та­ше­ва, чис­ло уче­ни­ков уве­ли­чи­лось до 45. Од­на­ко де­я­тель­ность В.И. Егин в Стрель­ни­ков­ском учи­ли­ще бы­ла не­про­дол­жи­тель­ной: за­бо­лев пле­в­ри­том, он скон­чал­ся 3 ап­ре­ля 1911 го­да в воз­ра­с­те 22 лет. Бес­смен­ной учи­тель­ни­цей пения на протяжении десятилетий ста­ла Ва­лен­ти­на Гри­го­рь­ев­на Ан­то­но­ва, на эк­за­ме­ны ре­гу­ляр­но при­ез­жал епи­с­коп Ге­рон­тий. По окон­ча­нии обу­че­ния епи­с­коп Ге­рон­тий бла­го­слов­лял луч­ших уче­ни­ков ехать в от­да­лен­ные при­хо­ды для обу­че­ния пе­нию и ру­ко­вод­ст­ва хо­ром.

3.3. Жизнь Стрельниковской общины в советское время бо­лее чем дра­ма­тич­на. В 1920-е го­ды шко­лу в Стрель­ни­ко­ве за­кры­ли. Тем не ме­нее в Стрель­ни­ков­ском хра­ме не пре­кра­ща­лись бо­го­слу­же­ния. Это был один из трех ста­ро­об­ряд­че­ских хра­мов во всей стра­не, ко­то­рый не за­кры­ли вплоть до Ве­ли­кой Оте­че­ст­вен­ной вой­ны. Имен­но в 1930?1940-е го­ды в Стрель­ни­ко­ве про­цве­та­ла куль­ту­ра цер­ков­но­го пе­ния.

Пер­вые за­пи­си стрель­ни­ков­ско­го пе­ния бы­ли осу­ще­ств­ле­ны са­ми­ми ста­ро­об­ряд­ца­ми. По просьбе Епи­с­копа Ио­а­сафа пев­цы за­пи­са­ли на маг­ни­то­фон боль­шое ко­ли­че­ст­во пес­но­пе­ний и от­пра­ви­ли ему в епар­хию. Первые экспедиционные записи бы­ли выполне­ны Т. Ф. Вла­ды­шев­ской в 1971 го­ду. Наше пер­вое по­се­ще­ние Стрель­ни­ко­ва в 1981 го­ду по­ка­за­ло не­об­хо­ди­мость про­ве­де­ния по­втор­ных за­пи­сей хо­ра и при­сталь­но­го на­уч­но­го ис­сле­до­ва­ния тра­ди­ций об­щи­ны. Репертуар и характер пения, об­ще­ние и бе­се­ды с жи­вы­ми но­си­те­ля­ми куль­ту­ры поз­во­ли­ли за­явить об уни­каль­ной ценности тра­ди­ций Стрель­ни­ков­ско­го хо­ра.

В год 1000-ле­тия при­ня­тия хри­с­ти­ан­ст­ва на Ру­си Ста­ро­об­ряд­че­с­кая Цер­ковь ста­ла го­то­вить к из­да­нию аль­бом грам­пла­с­ти­нок. Пер­вая пла­с­тин­ка бы­ла пред­став­ле­на ре­с­та­в­ри­ро­ван­ны­ми грам­мо­фон­ны­ми за­пи­ся­ми Мо­ро­зов­ско­го хо­ра на­ча­ла ХХ ве­ка, вторая ? Стрель­ни­ков­ским хо­ром. Стрель­ни­ков­ский хор ока­зал­ся представленным вто­рой за­пи­сью на грам­пла­с­тин­ку в ис­то­рии ста­ро­об­ряд­че­ст­вапер­вой ? в со­вет­ское вре­мя. Но с со­жа­ле­ни­ем при­хо­дит­ся кон­ста­ти­ро­вать, что до сих пор ни в Стрель­ни­ко­ве, ни в Ко­ст­ро­ме не во­зоб­но­ви­ла свою де­я­тель­ность певческая шко­ла.В ре­аль­ной бо­го­слу­жеб­ной прак­ти­ке идет уга­са­ние традиций.

3.4. Экспедиционная работа в Стрельниковской общине. Пер­вая экс­пе­ди­ция в об­щи­ну состоялась в 1981 го­ду. Се­ло Стрель­ни­ко­во давно бы­ло ста­ро­об­ряд­че­с­ким. В этом кра­си­вом рус­ском се­ле со­хра­ни­лось мно­го до­мов, сви­де­тель­ст­ву­ю­щих о вы­со­ком уров­не жиз­ни его оби­та­те­лей в про­шлом. Неоценима деятельность людей, которые были хранителями и продолжателями стрельниковских певческих традиций. Среди них ? Леонид Николаевич Матвеев, опытный певец и единственный в то время стихарный , а также другие певцы ? корифеи певческого искусства Ива­н Алек­се­е­ви­ч Сер­ге­е­в, Ан­то­ни­на Ни­ко­ла­ев­на За­двор­но­ва, Ана­с­та­сия Ива­нов­на Чу­пра­ко­ва. Важно подчеркнуть, что уникальная природная куль­ту­ра со­еди­ня­лась у этих лю­дей с их твер­дой при­вер­жен­но­с­тью сво­ей ве­ре, сво­им обы­ча­ям и об­ря­дам, ис­то­вой ре­ли­ги­оз­но­с­тью.

Стрель­ни­ков­ские при­хо­жа­не за­мет­но от­ли­ча­ют­ся от всех дру­гих ве­ру­ю­щих лю­дей и сво­им ви­дом, и ма­не­рой по­ве­де­ния. Ни один че­ло­век ни­ког­да не сде­ла­ет не­бреж­но­го или спеш­но­го кре­ст­но­го зна­ме­ния. Во вре­мя бо­го­слу­же­ния в хра­ме ца­рит аб­со­лют­ная ти­ши­на: ни хож­де­ний, ни ок­ри­ков. Све­чи, ко­то­рые при­хо­жа­нин по­ку­па­ет, он не пе­ре­да­ет че­рез пле­чи впе­ре­ди мо­ля­щих­ся при­хо­жан. Для это­го есть спе­ци­аль­ный че­ло­век, сто­я­щий за свеч­ным ящи­ком. Ес­ли кто-ли­бо из ве­ру­ю­щих опоз­дал к на­ча­лу служ­бы, то он идет к сво­е­му ме­с­ту в бук­валь­ном смыс­ле сло­ва на цы­поч­ках. Са­мо бо­го­слу­же­ние со­вер­ша­ет­ся чин­но, не­спеш­но. Свя­щен­ник, чте­цы чет­ко про­из­но­сят сло­ва мо­литв, буд­то по ис­ста­ри ус­та­нов­лен­но­му в об­щи­не за­ко­ну. Мож­но ска­зать, что здесь в 1980-е го­ды ХХ сто­ле­тия со­хра­ня­лись все ос­нов­ные пра­ви­ла ста­ро­об­ряд­цев, их тра­ди­ции и куль­ту­ра.

3.5.  Стрельниковский хор в Москве (2–5 октября 1984  года). Фольклорная комиссия СК РСФСР в 1984 году вызвала группу певцов в Москву. Певцы продемонстрировали свое искусство перед исследователями древнерусского пения в Фольклорной комиссии Союза композиторов России, Государственном музыкально-педагогическом институте им. Гнесиных. Тогде же была осуществлена запись пения коллектива на Всесоюзной  фирме «Мелодия».

3.6. Ведущие певцы Стрельниковского хора. Жизнеописание. Воспоминания. Письма. При написании истории старообрядческой культуры, о выдающихся деятелях церковного пения, о последовательных и ярких носителях старообрядческой культуры и певческих традиций, особенно важными оказываются их собственные рассказы об истории прихода, воспоминания близких им людей, письма. Данный раздел построен на таких документах, выявленных автором диссертации.

3.6.1.  Иван Алексеевич Сергеев (1907?1990). Замечательный знаток цер­ков­но-бо­го­слу­жеб­но­го ис­кус­ст­ва, практик, руководитель хора, И.А. Сергеев был человеком высокой культуры и обширной эрудиции. Он мыс­лил не толь­ко на уров­не од­ной ста­ро­об­ряд­че­с­кой об­щи­ны или Ста­ро­об­ряд­че­с­кой церк­ви, но как го­су­дар­ст­вен­ный де­я­тель, по­ни­мавший про­бле­мы ста­ро­об­ряд­че­ст­ва как исторические.. В работе приводятся выводы о певческих традициях общины, о прежних руководителях хора, записанные со слов И.С.Сергеева.

3.6.2. Антонина Николаевна Задворнова (1907?1996) была  за­ме­ча­тель­ной пе­ви­цей, опыт­ной учи­тель­ни­цей, но по­ми­мо это­го еще и уди­ви­тель­ным зна­то­ком те­о­рии зна­мен­но­го пе­ния, крю­ко­вой но­та­ции. В этом она не име­ла се­бе рав­ных. Ан­то­ни­на Ни­ко­ла­ев­на сво­бод­но мог­ла из­ло­жить лю­бой зву­ча­щий на­пев крю­ка­ми, не за­гля­ды­вая в кни­гу. Она по­ни­ма­ла за­ко­ны и пра­ви­ла сло­же­ния зна­мен­ных пес­но­пе­ний, зна­ла их мор­фо­ло­гию и син­так­сис. Ее наследие, отраженное в магнитофонных и рукописных записях - о функ­ци­о­наль­но­м зна­че­нии зна­ков но­та­ции, их ­по­ло­же­нию в струк­ту­ре на­пе­ва, тем­б­ро­во-ре­ги­с­т­ро­вой трак­тов­ке зву­ков раз­ных «со­гла­сий» цер­ков­но­го зву­ко­ря­да, гла­сов, тер­ми­нов древ­не­рус­ской пев­че­с­кой те­о­рии ? яв­ля­ет­ся вкла­дом в со­вре­мен­ную му­зы­каль­ную ме­ди­е­ви­с­ти­ку.

3.7.  Обу­че­ние в пев­че­с­кой шко­ле (по материалам  А. Н. За­двор­но­вой). Рукопись А. Н. За­двор­но­вой ? рас­сказ об обу­че­нии в Стрель­ни­ков­ской шко­ле - подлинный па­мят­ни­к ста­ро­об­ряд­че­с­кой му­зы­каль­но-те­о­ре­ти­че­с­кой мыс­ли, это ее ду­хов­ное за­ве­ща­ние. Он содержит не только историю школы, но и систематическое изложение методики преподавания церковного пения.

Обучение пе­нию про­дол­жа­лось три го­да. Ра­зу­чи­ва­ние пес­но­пе­ний на­чи­на­лось с «Гос­по­ди воз­звах» 1-го гла­са. По­сле это­го учи­ли са­мо­глас­ны, по­доб­ны. По ним ра­зу­чи­ва­ли сти­хи­ры. За «Ок­та­ем» шли пев­че­с­кие кни­ги: «Оби­ход», «Ир­мо­сы», «Пра­зд­ни­ки», «Тре­зво­ны». «Обед­ни­ца» изу­ча­лась па­рал­лель­но всем кни­гам, так как во все пра­зд­нич­ные дни уче­ни­ки хо­ди­ли на служ­бу и уча­ст­во­ва­ли в пе­нии хо­ра. Боль­шое вни­ма­ние об­ра­ща­лось на дик­цию, пра­виль­ное про­из­но­ше­ние. Обу­ча­ли в шко­ле и всем по­гла­си­цам чте­ния: Псал­ты­ри, Ка­но­на, Ча­сов, Па­ре­мий, По­учи­тель­ных чте­ний, Ек­сап­сал­мов, то есть Ше­с­топ­сал­мия, Апо­с­то­ла. Обу­ча­ли уча­щих­ся и воз­гла­сам ? ис­кус­ст­ву ка­но­нар­ше­ния, то есть тор­же­ст­вен­ного про­из­не­се­ни­я сти­хов в на­ча­ле пес­но­пе­ний.

Уче­ни­кам при­ви­ва­ли на­вык поль­зо­ва­ния указ­кой. В по­след­ний год обу­че­ния уча­щи­е­ся по­лу­ча­ли за­да­ние «пе­ре­кла­ды­вать на оп­ре­де­лен­ный на­пев ка­кой-ни­будь текст». Уче­ни­ки долж­ны бы­ли пра­виль­но ус­лы­шать зву­ки на­пе­ва по вы­со­те, за­пи­сать его со­от­вет­ст­ву­ю­щи­ми по­ме­та­ми. Все зна­ния уче­ни­ков про­ве­ря­лись на вы­пу­ск­ном эк­за­ме­не, где уче­ник обя­зан был без под­го­тов­ки спеть лю­бое пес­но­пе­ние из всех пев­че­с­ких книг, вла­деть все­ми по­гла­си­ца­ми, знать по­пев­ки, фи­ты, уметь де­лать воз­гла­сы, спеть на лю­бой из 8-ми гла­сов пес­но­пе­ние «Бог Гос­подь», спеть лю­бую сти­хи­ру на по­до­бен.

По окон­ча­нии шко­лы вы­пу­ск­ни­ки вы­ез­жа­ли в раз­ные ста­ро­об­ряд­че­с­кие об­щи­ны, как Ко­ст­ром­ской об­ла­с­ти, так и дру­гих мест, в ка­че­ст­ве ру­ко­во­ди­те­лей хо­ров и учи­те­лей пе­ния.

В выводах к главе  отмечается, что  Стрель­ни­ков­ское пе­ние пред­став­ля­ет осо­бое яв­ле­ние в современной ста­ро­об­ряд­че­с­кой пев­че­с­кой куль­ту­ре. Школа, созданная в  на­ча­ле ХХ сто­ле­тия свя­щен­ником отцом Гри­го­рием Ла­ком­киным (епи­с­коп Ге­рон­тий), да­ла ре­зуль­та­ты, ощутимые и поныне: за­ме­ча­тель­ный хор с пев­че­с­ки­ми тра­ди­ци­я­ми, ко­то­рые су­ще­ст­ву­ют уже вто­рое сто­ле­тие.

Глава 4. «Напевка» и ее место в старообрядческой певческой культуре

4.1. Особенности «напевки» как части старообрядческой певческой культуры: историография вопроса. В со­вре­мен­ной пев­че­с­кой прак­ти­ке ста­ро­об­ряд­цев есть боль­шой пласт уст­но­го пе­ния. Его вы­де­ля­ют са­ми но­си­те­ли куль­ту­ры, на­зы­вая «на­пев­кой», «пе­ни­ем по на­пев­ке», «рос­пе­вом на­пев­кой», «по по­гла­с­ке», «пе­ни­ем на па­мять». При­ве­ден­ные на­зва­ния сви­де­тель­ст­ву­ют о том, что, на­ря­ду с пе­ни­ем по крю­ко­вым кни­гам  по пись­мен­ной вер­сии, су­ще­ст­ву­ют и уст­ные тра­ди­ции пе­ния, сло­жив­шие­ся в об­щи­не. «На­пев­кой» по­ет­ся боль­шое ко­ли­че­ст­во ир­мо­сов,  па­с­халь­ный ка­нон, об­раз­цы дру­гих жа­н­ров: «Све­те ти­хий», Ве­ли­кое сла­во­сло­вие, «Еди­но­род­ный Сын» и т. д. Об­ра­тив­шись к ис­то­риографии, мы об­на­ру­жили, что во­прос о «на­пев­ке» впер­вые был под­нят «древ­ле­пра­во­слав­ной» прес­сой еще в на­ча­ле XX ве­ка в связи с су­ще­ст­во­ва­ние ме­ст­ных пев­че­с­ких школ. В пе­ча­ти возник во­прос о со­зда­нии пра­виль­ной и еди­ной ре­дак­ции пес­но­пе­ний, ко­то­рой долж­ны сле­до­вать рев­ни­те­ли ста­рой ве­ры.

Од­на­ко все пред­при­ни­ма­е­мые дей­ст­вия ста­ро­об­ряд­че­с­ких де­я­те­лей, ка­са­ю­щи­е­ся про­блем пев­че­с­кой куль­ту­ры, на­толк­ну­лись на сопротивление при­вер­жен­цев пе­ния «по на­пев­ке» За­щит­ни­ки «на­пев­ки» до­ка­зы­ва­ли ее …древ­ность.  В про­ти­во­вес им иные зна­то­ки пе­ния объ­яс­ня­ли ее су­ще­ст­во­ва­ние без­гра­мот­но­с­тью пев­цов, ошиб­ка­ми в пев­че­с­ких кни­гах, раз­ру­ше­нием тра­ди­ции, про­вин­циальность общин, дол­гим периодом пре­сле­до­ва­ния ста­ро­об­ряд­че­ст­ва и от­сут­ст­ви­ем цен­т­ра­ли­зо­ван­но­го обу­че­ния. Еди­но­го мне­ния по это­му во­про­су не бы­ло, да, ве­ро­ят­но, и не мог­ло быть. Ьоль­шие на­деж­ды воз­ла­га­лись на де­я­тель­ность ко­мис­сии, ко­то­рая долж­на бы­ла бы за­нять­ся свер­кой раз­ных ис­точ­ни­ков для вы­ра­бот­ки не­кой еди­ной и пра­виль­ной ре­дак­ции пес­но­пе­ний.  Во­прос о «на­пев­ке» рас­сма­т­ри­вал­ся па­рал­лель­но с раз­ны­ми за­да­ча­ми, в ча­ст­но­с­ти, ка­са­ю­щи­ми­ся уров­ня ис­пол­не­ния пес­но­пе­ний за бо­го­слу­же­ни­ем, их пись­мен­ных ре­дак­ций в кни­гах и т. д.

Несмотря на все споры, связанные с «напевкой», в ста­ро­об­ряд­че­ст­ве и в настоящее время су­ще­ст­ву­ют тра­ди­ции уст­но­го пе­ния ? причем не толь­ко там, где низ­ка крю­ко­вая гра­мот­ность пев­цов, но и в ме­с­тах, где она вы­со­ка. Боль­шое ко­ли­че­ст­во пес­но­пе­ний раз­ных жа­н­ров, не­за­ви­си­мо от то­го, за­фик­си­ро­ва­ны они в пись­мен­ных ис­точ­ни­ках или нет, ? ста­ро­об­ряд­цы ис­пол­ня­ют толь­ко «на­пев­кой». В данном разделе выявлен ре­пер­ту­ар, ох­ва­ты­ва­е­мый «на­пев­кой», про­ведено срав­ни­тель­ное изу­че­ние му­зы­каль­ных вер­сий  на­пе­вов.

4.2. Рогожская община (Москва). Певческие традиции.  Ро­гож­ское ? центр ста­ро­об­ряд­цев бе­ло­кри­ниц­ко­го со­гла­сия, пев­че­с­кий центр. Ро­гож­ское (имен­но так лю­бят на­зы­вать его са­ми ста­ро­об­ряд­цы) бо­га­то ре­ли­ги­оз­ны­ми тра­ди­ци­я­ми, в том чис­ле и пев­че­с­ки­ми. Здесь ни­ког­да не пре­ры­ва­лась бо­го­слу­жеб­ная прак­ти­ка (вклю­чая труд­ные вре­ме­на го­не­ний на ста­ро­об­ряд­че­ст­во ? в император­ской России до 1905 года и в советский пе­ри­о­д). На Ро­гож­ском бы­ла со­бра­на бо­га­тая кол­лек­ция пев­че­с­ких ру­ко­пи­сей, ко­то­рая по­сле ре­во­лю­ции бы­ла кон­фи­с­ко­ва­на и в на­сто­я­щее вре­мя на­хо­дит­ся в РГБ (ф. 247). Кро­ме этой коллекции, су­ще­ст­ву­ет еще од­но со­бра­ние пев­че­с­ких книг, на­ко­пив­ше­е­ся в со­вет­ские го­ды и хра­ня­ще­е­ся в са­мой об­щи­не.

4.3. Уставщик и знаток пения - ВалентинАлександрович Лукин. Наша по­пыт­ка вы­явить все, что ох­ва­ты­ва­ет­ся в пе­нии «на­пев­кой», ста­ла воз­мож­ной толь­ко по­сле вни­ма­тель­ной про­ра­бот­ки пол­но­го кру­га пев­че­с­ких крю­ко­вых книг в соотнесении с певческой практикой. Это ока­за­лось дли­тель­ным и кро­пот­ли­вым де­лом. По­на­до­би­лась по­мощь опыт­но­го пев­ца или ус­тав­щи­ка из ста­ро­об­ряд­цев, ко­то­рый зна­ет, как ре­а­ли­зу­ет­ся го­до­вой ре­пер­ту­ар на прак­ти­ке. Та­ким че­ло­ве­ком стал Ва­лен­тин Алек­сан­д­ро­вич Лу­кин. Он был  уни­каль­ным че­ло­ве­ком в об­щи­не, ес­ли не во всем ста­ро­об­ряд­че­ст­ве. В хо­ре Ро­гож­ской об­щи­ны Ва­лен­тин Алек­сан­д­ро­вич на­чал петь с 1928 го­да. Офи­ци­аль­но ре­ген­том хо­ра на Ро­гож­ском Ва­лен­тин Алек­сан­д­ро­вич ни­ког­да не был, хо­тя, как он сам вспо­ми­нал, «при­хо­ди­лось брать указ­ку в ру­ки». Его фе­но­ме­наль­ные зна­ния пев­че­с­ких тра­ди­ций хо­ра поз­во­ли­ли нам ре­шить по­став­лен­ную за­да­чу ? вы­яс­нить спо­со­бы ре­а­ли­за­ции пев­че­с­ких тек­с­тов в об­щи­не на про­тя­же­нии все­го ли­тур­ги­че­с­ко­го го­да. В ре­зуль­та­те спи­с­ки пес­но­пе­ний, по ко­то­рым про­во­дил­ся оп­рос, ока­за­лись зна­чи­тель­но пол­нее по со­дер­жа­нию  в срав­не­нии толь­ко с ру­ко­пис­ны­ми ли­бо толь­ко с пе­чат­ны­ми кни­га­ми, бы­ту­ю­щи­ми в прак­ти­ке Ро­гож­ско­го хо­ра. Воз­мож­ность пропусков каких-либо об­раз­цов ис­клю­че­на. Та­ким об­ра­зом, ох­ва­чен весь го­до­вой ре­пер­ту­ар. Со­здан­ные в ре­зуль­та­те ра­бо­ты перечни песнопений зна­ко­мят в це­лом с ре­пер­ту­ар­ной ре­дак­ци­ей Рогожскй традиции. Ито­гом репертуарного изучения всех книг ста­ли пол­ные спи­с­ки всех пес­но­пе­ний из всех пев­че­с­ких кни­г и спо­со­бы их ис­пол­не­ния.

4.4. Репертуар пения по «напевке» в Рогожской общине. При вы­яс­не­нии ре­пер­ту­а­ра, ох­ва­ты­ва­е­мо­го «на­пев­кой» фак­ти­че­с­ки бы­ла вы­пол­не­на бо­лее ши­ро­кая по объ­е­му ра­бо­та: преж­де все­го оп­ре­де­ле­ны спо­со­бы ре­а­ли­за­ции все­го го­до­во­го ре­пер­ту­а­ра в пев­че­с­кой прак­ти­ке. В ре­зуль­та­те ока­за­лось, что в на­сто­я­щее вре­мя в ста­ро­об­ряд­че­ст­ве су­ще­ст­ву­ет, ус­лов­но го­во­ря, пять ви­дов вос­про­из­ве­де­ния пев­че­с­ких тек­с­тов: по крю­кам, на глас (или гла­со­вое пе­ние ? по об­раз­цам са­мо­глас­на или по­доб­на),  ре­чи­та­ти­вом, «на­пев­кой», чте­ни­ем.

По­сле со­став­ле­ния ре­пер­ту­а­ра «на­пев­ки» по при­ме­ру Ро­гож­ской об­щи­ны ста­ло воз­мож­ным про­во­дить ана­ло­гич­ную ра­бо­ту в дру­гих при­хо­дах. Осо­бен­но это важ­но для тех мест, где бе­реж­но хра­нят­ся пев­че­с­кие тра­ди­ции и хо­ры со­сто­ят из гра­мот­ных пев­цов. Учи­ты­вая зна­чи­мость Ро­гож­ско­го как пев­че­с­ко­го цен­т­ра, со­здан­ный ре­пер­ту­ар­ный спи­сок мож­но при­знать ти­пич­ным в це­лом для ста­ро­об­ряд­че­с­ких об­щин бе­ло­кри­ниц­ко­го со­гла­сия. Тра­ди­ции дру­гих мест мо­гут рас­сма­т­ри­вать­ся в со­по­с­тав­ле­нии с ним.

На ос­но­ва­нии все­го вы­ше­ска­зан­но­го мож­но сде­лать сле­ду­ю­щее за­клю­че­ние. В дей­ст­ву­ю­щей ста­ро­об­ряд­че­с­кой об­щи­не в ка­че­ст­ве тра­ди­ции за­креп­ле­но все: ис­поль­зо­ва­ние за бо­го­слу­же­ни­ем той или иной кон­крет­ной пев­че­с­кой кни­ги (пе­чат­ной или ру­ко­пис­ной), пев­че­с­кой ре­дак­ции пес­но­пе­ний и спо­со­бов их вос­про­из­ве­де­ния. Сло­жив­ши­е­ся в об­щи­не тра­ди­ции ста­но­вят­ся для при­хо­жан рав­но­силь­ны­ми ука­за­ни­ям и пра­ви­лам цер­ков­но­го Ус­та­ва.

В заключении главы приводится список песнопений, исполняемых «напевкой», включающий следующие источники: песнопения из книг Ир­мо­сы, Октай, Обиход; песнопения из Триодей Постной и Цветной; пес­но­пе­ния, ис­пол­ня­е­мые на По­гре­бе­нии; пес­но­пе­ния из кни­ги Обед­ни­ца, пес­но­пе­ния из кни­ги Пра­зд­ни­ки; пес­но­пе­ния из кни­ги Тре­зво­ны.

4.5. Выводы к 4-й главе. Спи­сок да­ет до­ста­точ­но чет­кое пред­став­ле­ние о при­чи­нах, вли­я­ю­щих на ис­пол­не­ние то­го или ино­го пес­но­пе­ния «на­пев­кой». При­чин этих не­сколь­ко, и они вза­и­мо­свя­за­ны. Во-пер­вых, по «на­пев­ке» по­ют­ся ир­мо­сы - пес­но­пе­ни­я од­но­го кон­крет­но­го жа­н­ра сил­ла­би­че­с­ко­го и не­вма­ти­че­с­ко­го скла­да, од­но­го рос­пе­ва ? зна­мен­но­го. Пись­мен­ная вер­сия этих на­пе­вов из­ло­же­на в пев­че­с­кой кни­ге «Ир­мо­сы». В ос­нов­ном, это ир­мо­сы вос­крес­ных ка­но­нов, так на­зы­ва­е­мые «бо­го­ро­дич­ные» (они ис­пол­ня­ют­ся в Бо­го­ро­дич­ные пра­зд­ни­ки и ча­с­то - в ка­че­ст­ве ка­та­ва­сии: ? ир­мос пер­вой пес­ни «От­вер­зу ус­та моя»), ир­мо­сы за­упо­кой­но­го ка­но­на (ир­мос пер­вой пес­ни ? «Во­ду про­шед»). Ча­с­то­та упо­треб­ле­ния пес­но­пе­ний за бо­го­слу­же­ни­я­ми в те­че­ние го­да яв­ля­ет­ся ос­нов­ной при­чи­ной, объ­яс­ня­ю­щей ис­пол­не­ние их «на­пев­кой». Ир­мо­сы же, зву­ча­щие толь­ко один раз в го­ду, в тот или иной пра­зд­ник, по­ют­ся по крю­кам, а не «на­пев­кой».

Во-вто­рых, «на­пев­кой» по­ют­ся об­раз­цы дру­гих жа­н­ров, из дру­гих пев­че­с­ких книг: 1) из кни­ги «Оби­ход» ? пса­лом 103 «Бла­го­сло­ви ду­ше моя Гос­по­да», ка­физ­ма 1 ? «Бла­жен муж», «Све­те ти­хий», тро­па­ри «Бла­го­сло­вен еси Гос­по­ди» (по не­по­роч­нах), «Хва­ли­те имя Гос­под­не» (на по­ли­еле­о­се), Ве­ли­кое сла­во­сло­вие, по­доб­ны и са­мо­глас­ны и др.; 2) из «Три­о­дей По­ст­ной и Цвет­ной» ? «Сто­пы моя на­пра­ви», «Да ис­пол­нят­ся ус­та моя», «По­мя­ни нас Гос­по­ди», «Кре­с­ту тво­е­му», «Хри­с­тос вос­кре­се», сти­хи­ры Па­с­хе, пес­но­пе­ния, ис­пол­ня­е­мые на по­гре­бе­нии; 3) из пев­че­с­кой кни­ги «Обед­ни­ца»: «Еди­но­род­ный сын», «При­иди­те по­­кло­­ним­ся», «Ели­цы во Хри­с­та», «Свя­тый Бо­же», «Ве­рую», «Бу­ди имя Гос­под­не». Сю­да же вхо­дит и сти­хи­ра «Ца­рю не­бес­ный» из кни­ги «Пра­зд­ни­ки».

Тре­тья при­чи­на, вли­я­ю­щая на то, что тот или иной об­ра­зец пись­мен­ной вер­сии по­ет­ся «на­пев­кой», за­клю­че­на в ре­ли­ги­оз­но-смыс­ло­вом на­зна­че­нии пес­но­пе­ний. Под­вер­жен­ные «на­пев­ке» об­раз­цы до­пу­с­ка­ют не­ко­то­рую сво­бо­дуот ка­но­нов: ис­пол­не­ние не по крю­кам (не по пись­мен­ной вер­сии), и не в стро­го оп­ре­де­лен­ном тем­пе.

Чет­вер­тая при­чи­на кро­ет­ся в том, что пись­мен­ная вер­сия ря­да пес­но­пе­ний от­сут­ст­ву­ет в пев­че­с­ких, в ча­ст­но­с­ти ста­ро­об­ряд­че­с­ких, пись­мен­ных  ис­точ­ни­ках. Это ка­са­ет­ся та­ких пес­но­пе­ний, как «Ве­рую», Ве­ли­кое сла­во­сло­вие, «Еди­но­род­ный Сын» и др. Они бы­ту­ют ис­клю­чи­тель­но в уст­ном ви­де.

На­ко­нец, по­след­няя ? пя­тая ? при­чи­на обус­лов­ле­на кон­крет­ным, ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­ким скла­дом пес­но­пе­ний. Это, по-ви­ди­мо­му, и объ­яс­ня­ет, по­че­му сре­ди ир­мо­сов од­но­го гла­са, од­но­го ка­но­на, оди­на­ко­вой ча­с­то­ты упо­треб­ле­ния оп­ре­де­лен­ные об­раз­цы под­вер­же­ны «на­пев­ке», а иные нет, или под­вер­же­ны ча­с­тич­но, то есть по­ют­ся «с эле­мен­та­ми «на­пев­ки»». В связи с этим приводится ряд примеров. Так, в вос­крес­ном ка­но­не 2-го гла­са не под­вер­же­ны «на­пев­ке» ир­мо­сы 1-й, 3-й, 6-й, 9-й пес­ней, в вос­крес­ном ка­но­не 5-го и 7-го гла­сов ? ир­мос толь­ко 1-й пес­ни. Пес­но­пе­ние «Бог Гос­подь» на 7-й и 8-й гла­сы по­ют­ся «на­пев­кой», а на дру­гие гла­сы ? по крю­кам.

Ис­пол­не­ние «на­пев­кой» пес­но­пе­ний из чи­на От­пе­ва­ния, по­ми­мо ча­с­то­ты их упо­треб­ле­ния, объ­яс­ня­ет­ся повсеместной  его рас­про­ст­ра­нен­но­с­тью не толь­ко во всех об­щи­нах, но и про­сто в ста­ро­об­ряд­че­с­ких се­лах ? не­за­ви­си­мо от со­ста­ва при­хо­жан, ме­с­то­на­хож­де­ния об­щи­ны, пев­че­с­кой гра­мот­но­с­ти пев­цов (в «на­пев­ку» во­шло 18 об­раз­цов).

Не­об­хо­ди­мо ска­зать о пес­но­пе­ни­ях, не во­шед­ших в «на­пев­ку». Это, преж­де все­го, сти­хи­ры, ко­то­рые ис­пол­ня­ют­ся по крю­кам или на глас (на по­до­бен или са­мо­гла­сен) ? по ста­ро­об­ряд­че­с­кой тер­ми­но­ло­гии. Это сти­хи­ры из «Ок­тая», «Пра­зд­ни­ков», «Тре­зво­нов» и т. д. Они ис­пол­ня­ют­ся по не­ко­е­му об­раз­цу, за­фик­си­ро­ван­но­му в пев­че­с­ких кни­гах. Пес­но­пе­ния дру­гих жа­н­ров, в ос­нов­ном кон­да­ки и тро­па­ри (из «Ок­тая», «Пра­зд­ни­ков», «Тре­зво­нов»), ко­то­рые не вос­про­из­во­дят­ся в со­от­вет­ст­вии с прин­ци­па­ми, свой­ст­вен­ны­ми пе­нию «на глас», ин­тер­пре­ти­ру­ют­ся ста­ро­об­ряд­ца­ми по крю­кам, ли­бо ре­чи­та­ти­вом, ли­бо да­же, в от­дель­ных слу­ча­ях, чте­ни­ем.

Пес­но­пе­ния из кни­ги «Обед­ни­ца» по­ют­ся сле­ду­ю­щим об­ра­зом. По крю­кам вос­про­из­во­дят­ся не­слож­ные по сво­е­му му­зы­каль­но­му скла­ду об­раз­цы (все «Ек­те­нии», «Аминь»), а так­же уже упо­ми­нав­ши­е­ся вы­ше Хе­ру­вим­ская песнь, пес­но­пе­ния ев­ха­ри­с­тии, при­ча­ст­ны ? то есть важ­ные в ре­ли­ги­оз­но-дог­ма­ти­че­с­ком от­но­ше­нии мо­лит­во­сло­вия, слож­ные по ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­кой струк­ту­ре, ме­лиз­ма­ти­че­с­ко­го скла­да. По крю­кам же по­ют­ся и на Ли­тур­гии кон­да­ки и тро­па­ри боль­шим пра­зд­ни­кам (ес­ли это яв­ля­ет­ся в об­щи­не тра­ди­ци­ей), а так­же пес­но­пе­ния Ли­тур­гии, из­ло­жен­ные де­ме­ст­вен­ным рос­пе­вом. Ос­таль­ное, как го­во­ри­лось вы­ше, по­ет­ся «на­пев­кой». Пред­став­ля­ет ин­те­рес от­но­ше­ние ста­ро­об­ряд­цев к вос­про­из­ве­де­нию фит. Их по­ют ли­бо стро­го по крю­кам, ли­бо во­об­ще вы­пу­с­ка­ют из ис­пол­не­ния.

В ито­ге делается вывод, что «на­пев­ка» (пе­ние по «на­пев­ке», «рос­пев на­пев­ка», пе­ние «на па­мять», «по по­гла­с­ке» и т. д.) ? это ис­пол­не­ние ка­ко­го-ли­бо пес­но­пе­ния не по крю­ко­вым кни­гам (пись­мен­ной вер­сии), а изу­ст­но, по сло­жив­шей­ся в об­щи­не тра­ди­ции. В со­вре­мен­ной ста­ро­об­ряд­че­с­кой прак­ти­ке оно пред­став­ля­ет со­бой пласт чи­с­то уст­но­го пе­ния. В об­щи­нах, где есть хо­ры с пев­ца­ми, гра­мот­но вла­де­ю­щи­ми крю­ко­вой но­та­ций, пес­но­пе­ния, при­ня­тые петь «на­пев­кой», так и ис­пол­ня­ют­ся, не­за­ви­си­мо от то­го, име­ют  они в пев­че­с­ких ис­точ­ни­ках пись­мен­ную вер­сию или за­фик­си­ро­ва­ны в бо­го­слу­жеб­ных кни­гах толь­ко в ви­де тек­с­та. Ког­да ис­пол­ня­е­мое «на­пев­кой» пес­но­пе­ние име­ет пись­мен­ную вер­сию, оно, тем не ме­нее, вос­про­из­во­дит­ся в сво­ей уст­ной ре­дак­ции да­же тог­да, ког­да пись­мен­ный ис­точ­ник на­хо­дит­ся не­по­сред­ст­вен­но пе­ред гла­за­ми пев­цов.

Глава 5.  Песнопения знаменного роспева и исполняемые по «напевке»: сопоставительный анализ.

 5.1. Введение.  Методология исследования. Глава посвящена ана­ли­зу уст­но­гопла­с­та цер­ков­но­го пе­ния ? по «на­пев­ке», вы­яс­не­нию его осо­бен­но­с­тей (в рам­ках од­ной об­щи­ны) и срав­не­нию ис­пол­ни­тель­ских вер­сий од­них и тех же пес­но­пе­ний в раз­ных об­щи­нах. Ос­нов­ным жа­н­ром, ис­пол­ня­е­мым по «на­пев­ке», яв­ля­ют­ся ир­мо­сы ? пес­но­пе­ния соб­ст­вен­но зна­мен­но­го рос­пе­ва, име­ю­щие в ка­че­ст­ве пер­во­ис­точ­ни­ка пись­мен­ную вер­сию. Ес­те­ст­вен­но, что в та­ком слу­чае ана­ли­зу уст­ной вер­сии долж­но пред­ше­ст­во­вать рас­смо­т­ре­ние пись­мен­ной. Это объ­яс­ня­ет струк­ту­ру гла­вы, вклю­ча­ю­щую ана­лиз пись­мен­но­го ис­точ­ни­ка, за­тем уст­ной вер­сии (в со­по­с­тав­ле­нии с ним). В ка­че­ст­ве об­раз­цов для уст­ной вер­сии взя­ты ир­мо­сы бо­го­ро­дич­ных ка­но­нов 4-го гла­са (ир­мос 1-й пес­ни «От­вер­зу ус­та моя»), ко­то­рые ста­ро­об­ряд­цы так и на­зы­ва­ют «бо­го­ро­дич­ные ир­мо­сы». Бла­го­да­ря их ча­с­то­му ис­пол­не­нию за бо­го­слу­же­ни­ем в те­че­ние го­да во всех ста­ро­об­ряд­че­с­ких хра­мах, они по­ют­ся ис­клю­чи­тель­но «на­пев­кой». Ос­нов­ное вни­ма­ние  со­сре­до­то­че­но на сле­ду­ю­щих во­про­сах: ко­ор­ди­на­ция на­пе­вов и тек­с­тов на уров­не рит­ма; вы­яв­ле­ние за­кон­чен­ных му­зы­каль­но-рит­ми­че­с­ких по­ст­ро­е­ний ? строк, их вну­т­рен­ней ор­га­ни­за­ции (с точ­ки зре­ния сло­го­во­го рит­ма); объ­е­ди­не­ние строк в бо­лее круп­ные по­ст­ро­е­ния ? раз­де­лы; вы­яв­ле­ние за­ко­но­мер­но­с­тей ла­да на уров­не од­ной стро­ки и все­го ир­мо­са в це­лом.

5.2. Неко­то­рые ас­пек­ты вза­и­мо­от­но­ше­ния цер­ков­ных пес­но­пе­ний и рус­ско­го на­родно­го му­зы­каль­но­го твор­че­ст­ва. Изу­ча­е­мые пес­но­пе­ния, ис­пол­ня­е­мые уст­но, по «на­пев­ке», сле­ду­ет рас­сма­т­ри­вать как тек­с­ты, ко­ор­ди­ни­ру­ю­щие сло­вес­ные и му­зы­каль­ные по­ст­ро­е­ния, ко­то­рые от­но­си­тель­но ав­то­ном­ны и всту­па­ют в оп­ре­де­лен­ные вза­и­мо­от­но­ше­ния (как и в му­зы­каль­ном фоль­к­ло­ре). Вме­с­те с тем не­об­хо­ди­мо учесть, что пес­но­пе­ния по «на­пев­ке» при­над­ле­жат к пись­мен­ной куль­ту­ре, они за­фик­си­ро­ва­ны гра­фи­че­с­ки, в от­ли­чие от фоль­к­лор­ных изу­ст­ных об­раз­цов. По­это­му ана­лиз струк­ту­ры пес­но­пе­ний вклю­ча­ет не­сколь­ко уров­ней рит­ми­че­с­кой ор­га­ни­за­ции ? сло­вес­но­го тек­с­та, на­пе­ва, гра­фи­ки и всех форм их ко­ор­ди­на­ции.

Важ­ным эта­пом ана­ли­за яв­ля­ет­ся рас­смо­т­ре­ние ла­до-ме­ло­ди­че­с­ко­го скла­да пес­но­пе­ний, рас­кры­ва­ю­ще­го­ся че­рез вза­и­мо­дей­ст­вие зву­ко­вы­сот­ной ор­га­ни­за­ции на­пе­ва и сло­го­вой му­зы­каль­но-рит­ми­че­с­кой фор­мы. Та­кой под­ход обус­лов­лен осо­бен­но­с­тя­ми дан­ной му­зы­каль­ной си­с­те­мы, ибо в зна­мен­ном пе­нии, как и в про­из­ве­де­ни­ях тра­ди­ци­он­ной на­род­ной куль­ту­ры, лад во мно­гом ор­га­ни­зу­ет­ся рит­мом. В зна­мен­ном рос­пе­ве, как и в на­род­ной пес­не, ла­до­вые струк­ту­ры (си­с­те­ма опор­ных зву­ков) тес­но спа­я­ны с ти­по­вы­ми ме­ло­ди­че­с­ки­ми мо­де­ля­ми (ячей­ка­ми). То есть речь идет о ме­ло­ди­че­с­кой ла­до­во­с­ти. Та­ким ла­дам не­ред­ко свой­ст­вен­на не­цен­т­ри­ро­ван­ность. Для них ха­рак­тер­но по­яв­ле­ние по­боч­ных опор, притом что глав­ный опор­ный тон все­гда вы­ра­жен уни­со­ном и т. д. Для зна­мен­но­го пе­ния это осо­бен­но важ­но в си­лу его по­пе­воч­ной при­ро­ды. В этом пла­не изу­че­ние мо­жет ве­с­тись по ли­нии: а) вы­яв­ле­ния по­пе­вок и рас­смо­т­ре­ния их вну­т­рен­ней ор­га­ни­за­ции; б) оп­ре­де­ле­ния форм ли­ней­ной свя­зи по­пе­вок (объ­е­ди­не­ния по­след­них в бо­лее круп­ные по­ст­ро­е­ния).

5.3.  Анализ поэтических текстов (на примере ирмосов 4-го гласа). В со­вре­мен­ных гу­ма­ни­тар­ных на­уках и пре­иму­ще­ст­вен­но в линг­ви­с­ти­ке сло­жи­лась оп­ре­де­лен­ная ме­то­ди­ка ана­ли­за тек­с­тов, на важ­ней­шие по­ло­же­ния ко­то­рой мы опи­раемся при рас­смо­т­ре­нии пес­но­пе­ний. Суть ее сво­дит­ся к вы­яв­ле­нию струк­тур­ных еди­ниц ана­ли­зи­ру­е­мо­го тек­с­та и к рас­смо­т­ре­нию свя­зей меж­ду ни­ми.

Ма­те­ри­а­лом анализа рит­ми­че­с­кой струк­ту­ры по­эти­че­с­ких тек­с­тов, за­фик­си­ро­ван­ных в бо­го­слу­жеб­ных кни­гах, ? как в не­пев­че­с­ких, так и в пев­че­с­ких, ? стала до­ни­ко­нов­ская ре­дак­ция цер­ков­но­сла­вян­ско­го язы­ка. Эта ре­дак­ция име­ет ряд сво­их осо­бен­но­с­тей, из ко­то­рых на­и­бо­лее важ­ной яв­ля­ет­ся си­с­те­ма уда­ре­ний (на­ли­чие эн­к­лиз и про­клиз). В тек­с­тах пев­че­с­ких книг Ка­лаш­ни­ков­ско­го из­да­ния нет ни уда­ре­ний (как при­ня­то в ру­ко­пи­сях), ни зна­ков пре­пи­на­ния. Во вре­мя пе­ния ис­пол­ни­те­ли ори­ен­ти­ру­ют­ся по оп­ре­де­лен­ным зна­ме­нам, ко­то­рые ука­зы­ва­ют на уда­ре­ние в сло­вах и чле­не­ние тек­с­та.

В пе­чат­ном не­пев­че­с­ко­м из­да­нии ка­но­нов, осу­ще­ств­лен­но­му ста­ро­об­ряд­ца­ми (вы­ход­ные дан­ные ука­зы­ва­ют на По­ча­ев­скую ти­по­гра­фию), в тек­с­тах про­став­ле­ны зна­ки пре­пи­на­ния. Од­на­ко на­блю­де­ния по­ка­зы­ва­ют, что они вы­пол­ня­ют не толь­ко свою обыч­ную функ­цию, но вы­сту­па­ют в ро­ли це­зур, чле­нят текст на со­раз­мер­ные от­рез­ки, ко­то­рые мы называем тек­с­то­вой стро­кой. В боль­шин­ст­ве слу­ча­ев они пред­став­ля­ют син­так­си­че­с­ки са­мо­сто­я­тель­ные груп­пы слов. В ме­с­тах же, где зна­ки пре­пи­на­ния яв­но не­об­хо­ди­мы: при пе­ре­чис­ле­нии од­но­род­ных чле­нов пред­ло­же­ния, при об­ра­ще­ни­ях, при вы­де­ле­нии пря­мой и ко­с­вен­ной ре­чи, их, как пра­ви­ло, нет. На­при­мер: «Ни му­д­ро­с­тию ни си­лою, ни бо­гат­ст­вомъ хва­лим­ся»; или: «...бла­го­сло­ви­те вся де­ла Гос­под­ня Гос­по­да». На­обо­рот, там, где груп­пы слов свя­зы­ва­ют­ся со­ю­зом и не тре­бу­ет­ся за­пя­тая, она про­став­ля­ет­ся, ес­ли на это ме­с­то при­хо­дит­ся гра­ни­ца тек­с­то­вой стро­ки.

Не­об­хо­ди­мость в при­ме­не­нии зна­ков пре­пи­на­ния для де­ле­ния тек­с­тов на от­рез­ки дик­то­ва­лась и спо­со­бом их из­ло­же­ния в кни­гах: под­ряд, в про­за­и­че­с­кой, а не в сти­хо­твор­ной гра­фи­ке. Сле­ду­ет вы­вод ? за­пя­тая чле­нит текст на со­раз­мер­ные от­рез­ки, а не по пра­ви­лам син­так­си­са. Это один из уров­ней ор­га­ни­за­ции тек­с­та, свой­ст­вен­ный ре­чи по­эти­че­с­кой, а не про­за­и­че­с­кой.

Особого внимания в жанре канона заслуживает его за­клю­че­ние ? вос­хва­ле­ние Бо­га или об­ра­ще­ние к не­му. За­клю­че­ние по сво­им раз­ме­рам бы­ва­ет раз­ным. Оно пред­став­ля­ет со­бой ли­бо це­лое пред­ло­же­ние («по­емъ Бо­гу на­ше­му, яко про­сла­ви­ся»; «да бла­го­сло­ви­те вся де­ла Гос­под­ня, Гос­по­да и пре­воз­но­си­те Его во ве­ки»), ли­бо син­так­си­че­с­ки са­мо­сто­я­тель­ную груп­пу слов («по­бед­ное пою вос­пе­ва­ние»; «ве­рою хва­ля­щихъ Тя»). Не­ко­то­рые за­клю­че­ния до­ста­точ­но ста­биль­ны и без вся­ких из­ме­не­ний упо­треб­ля­ют­ся в ир­мо­сах раз­ных ка­но­нов, но, как пра­ви­ло, в од­них и тех же пес­нях. Ес­ли в пес­не ка­но­на за­клю­че­ние по­сто­ян­но, оно иг­ра­ет роль сво­е­го ро­да ре­фре­на. Кро­ме то­го, пе­ред чте­ни­ем тро­па­ря про­из­но­сит­ся за­го­ло­вок ? за­пев, со­от­вет­ст­ву­ю­щий пра­зд­ни­ку. В ре­зуль­та­те песнь ка­но­на и весь ка­нон (со ста­биль­но вы­дер­жан­ным за­клю­че­ни­ем) об­рам­ля­ют­ся двой­ным ре­фре­ном. Сво­ей ста­биль­но­с­тью за­клю­че­ние вы­пол­ня­ет ор­га­ни­зу­ю­щую, скреп­ля­ю­щую функ­цию в тек­с­те. На­ли­чие та­ких за­клю­че­ний яв­ля­ет­ся вто­рым фор­мо­об­ра­зу­ю­щим фак­то­ром в струк­ту­ре тек­с­та и так­же яв­ля­ет­ся при­зна­ком ре­чи по­эти­че­с­кой, а не про­за­и­че­с­кой.

5.4. Анализ напевов ирмосов, изложенных в письменном певческом источнике. Данный раздел посвящен рас­смо­т­ре­нию ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­ко­го стро­е­ния ир­мо­сов. Они чле­­нят­ся на стро­ки ? за­вер­шен­ные му­зы­каль­ные по­ст­ро­е­ния. Ука­жем на на­и­бо­лее су­ще­ст­вен­ные при­зна­ки чле­не­ния: ка­ден­ци­он­ные ме­ло­ди­че­с­кие сег­мен­ты, ко­то­рые во мно­гих стро­ках оди­на­ко­вы; опор­ные зву­ки в на­ча­ле и кон­це по­ст­ро­е­ний, вы­ра­жен­ные оп­ре­де­лен­ны­ми зна­ка­ми; сход­ст­во от­дель­ных ме­ло­ди­че­с­ких по­ст­ро­е­ний; со­раз­мер­ность по­ст­ро­е­ний на­пе­ва.

Ана­лиз по­ст­ро­е­ния строк по­ка­зал, что они име­ют оп­ре­де­лен­ную ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­кую фор­му, скла­ды­ва­ю­щу­ю­ся из трех зон ? ик­то­вой, сре­дин­ной, ка­ден­ци­он­ной.

Ик­то­вая зо­на вклю­ча­ет в се­бя опор­ный звук (на­зо­вем его «на­чаль­ный») и ме­ло­ди­че­с­кий под­вод  к не­му. Сре­дин­ная ме­жу­дар­ная зо­на на­чи­на­ет­ся сра­зу по­сле глав­но­го опор­но­го зву­ка  ик­то­вой зо­ны. Эта часть стро­ки са­мая мо­биль­ная. Имен­но она в ос­нов­ном ко­ор­ди­ни­ру­ет на­пев с раз­ной по ве­ли­чи­не тек­с­то­вой стро­кой. Ка­ден­ци­он­ная зо­на ? по­след­няя в стро­ке. Она вы­де­ля­ет­ся уве­ли­че­ни­ем сло­го­вых вре­мен и яр­ко­с­тью ме­ло­ди­че­с­ко­го ри­сун­ка. Каж­до­му сло­го­во­му вре­ме­ни в ней со­от­вет­ст­ву­ет свойгра­фи­че­с­кий знак. Это са­мая ста­биль­ная зо­на в стро­ке. Скла­ды­ва­ет­ся она из трех или двух сло­го­вых вре­мен.

От­ме­чен­ные зо­ны стро­ки объ­е­ди­ня­ют­ся в од­но це­лое (ло­ги­че­с­кое, му­зы­каль­ное). Это­му спо­соб­ст­ву­ет преж­де все­го сим­ме­т­рия рит­ми­че­с­кой  фор­мы, об­рам­ле­ние стро­ки дол­ги­ми  или ак­цент­ны­ми  зву­ка­ми.

Зву­ко­вы­сот­ная ор­га­ни­за­ция стро­ки скла­ды­ва­ет­ся как со­от­но­ше­ние уров­­ня ик­то­во­го зву­ка, уров­ня стро­ки (в сре­дин­ной зо­не) и уров­ня каж­до­го сло­го­во­го вре­ме­ни ка­ден­ци­он­ной зо­ны. Ес­ли ик­то­вая зо­на рас­ши­ря­ет­ся (а это бы­ва­ет толь­ко в стро­ках, рас­по­ло­жен­ных вну­т­ри на­пе­ва, то есть сре­дин­ных раз­де­лах), то вы­со­та ик­то­вых зву­ков воз­ра­с­та­ет, и опять же са­мым вы­со­ким ос­та­ет­ся глав­ный ик­то­вый звук. Соответственно, зву­ко­вы­сот­ный кон­тур стро­ки так­же име­ет свои за­ко­но­мер­но­с­ти: ик­то­вая зо­на ус­та­нав­ли­ва­ет ме­ло­ди­че­с­кую вер­ши­ну в стро­ке (во всех аб­со­лют­но слу­ча­ях под­вод к на­чаль­но­му опор­но­му зву­ку осу­ще­ств­ля­ет­ся толь­ко сни­зу). Сре­дин­ная зо­на вы­дер­жи­ва­ет зву­ко­вы­сот­ный уро­вень стро­ки. Ка­ден­ци­он­ная зо­на, в за­ви­си­мо­с­ти от ме­с­то­по­ло­же­ния стро­ки в ир­мо­се, ли­бо за­вер­ша­ет стро­ку на ее зву­ко­вы­сот­ном уров­не, ли­бо ос­но­ва­на на нис­хо­дя­щем дви­же­нии, сим­ме­т­рич­ном вос­хо­дя­ще­му дви­же­нию ик­то­вой зо­ны.

Стро­ки объ­е­ди­ня­ют­ся в бо­лее круп­ные по­ст­ро­е­ния ? раз­де­лы. Ча­ще все­го раз­дел об­ра­зу­ют две стро­ки, ре­же ? три. Бы­ва­ют слу­чаи, ког­да стро­ка не вхо­дит ни в ка­кой раз­дел. В ос­нов­ном это ка­са­ет­ся са­мой по­след­ней (на­при­мер, ир­мос 5-й пес­ни вос­крес­но­го ка­но­на). В боль­шин­ст­ве слу­ча­ев ир­мос со­сто­ит из трех раз­де­лов: на­чаль­но­го, сре­дин­но­го и за­клю­чи­тель­но­го. При уве­ли­че­нии раз­ме­ров ир­мо­са уве­ли­чи­ва­ет­ся чис­ло сре­дин­ных раз­де­лов. В не­боль­ших по раз­ме­ру ир­мо­сах два раз­де­ла ? на­чаль­ный и за­клю­чи­тель­ный.

Стро­ки скла­ды­ва­ют­ся в раз­дел сле­ду­ю­щим об­ра­зом: а) на уров­не ме­ло­ди­ки: сход­ст­вом ме­ло­ди­че­с­ко­го стро­е­ния ? вы­сот­ным по­ло­же­ни­ем ик­то­вых зву­ков и ка­ден­ци­он­ных яче­ек в оп­ре­де­лен­ных стро­ках пес­но­пе­ния; б) на уров­не рит­ми­че­с­кой ор­га­ни­за­ции: воз­ра­с­та­ни­ем сло­го­вых вре­мен ка­ден­ци­он­ных зон к кон­цу раз­де­ла; за­ко­но­мер­ным че­ре­до­ва­ни­ем дак­ти­ли­че­с­ких и хо­ре­и­че­с­ких кла­у­зул в стро­ках; в) на уров­не фор­мы: со­раз­мер­но­с­тью по­ст­ро­е­ний (из двух, ре­же из трех строк); оп­ре­де­лен­ны­ми про­пор­ци­я­ми ? «рит­мом фор­мы».

Ана­лиз ме­ло­ди­че­с­ко­го стро­е­ния пес­но­пе­ний поз­во­лил сде­лать еще не­ко­то­рые на­блю­де­ния. Во-пер­вых, мно­гие стро­ки, рав­ные по­пев­ке, име­ют стро­го оп­ре­де­лен­ную функ­цию в раз­де­ле ? на­чаль­ную или ко­неч­ную. Это ка­са­ет­ся имен­но раз­де­ла, а не все­го пес­но­пе­ния (на­при­мер, и. п. 1, к. Воскр.; и. п. 3, к. Пр.; и. п. 6, к. Благ., Усп., Введ.). Во-вторых, есть слу­чаи, ког­да од­на и та же по­пев­ка на­хо­дит­ся в раз­ных раз­де­лах ир­мо­са, но при этом она вы­сту­па­ет в сво­ей, стро­го оп­ре­де­лен­ной функ­ции в раз­де­ле. Так, по­пев­ка, яв­ля­ю­ща­я­ся по функ­ции на­чаль­ной, в ка­че­ст­ве та­ко­вой мо­жет при­сут­ст­во­вать в на­чаль­ном и за­клю­чи­тель­ном раз­де­лах ир­мо­са. На­ко­нец, по­пев­ка, яв­ля­ю­ща­я­ся по функ­ции ко­неч­ной в раз­де­ле, мо­жет вы­пол­нять эту роль как в сре­дин­ном, так и в за­клю­чи­тель­ном раз­де­лах пес­но­пе­ния и т. д.

Со­от­но­ше­ние стро­ки с тек­с­том. Каж­дая стро­ка, в за­ви­си­мо­с­ти от ее раз­ме­ров, ох­ва­ты­ва­ет оп­ре­де­лен­ную часть тек­с­та. Как пра­ви­ло, это син­так­си­че­с­ки са­мо­сто­я­тель­ные еди­ни­цы пред­ло­же­ния, при­чем гра­ни­ца стро­ки сов­па­да­ет со сло­во­раз­де­лом. В ир­мо­сах, где стро­ки от­но­си­тель­но рав­ны друг дру­гу, они со­от­вет­ст­вен­но со­от­не­се­ны с от­но­си­тель­но оди­на­ко­вы­ми фраг­мен­та­ми тек­с­та. В дру­гих об­раз­цах, где стро­ки кон­тра­ст­ны по ве­ли­чи­не, од­на мо­жет ко­ор­ди­ни­ро­вать­ся с груп­пой слов, дру­гая ? с од­ним сло­вом. В тех слу­ча­ях, ког­да на стро­ку при­хо­дит­ся боль­шая часть тек­с­та, раз­ме­ры ее уве­ли­чи­ва­ют­ся: как за счет рас­ши­ре­ния сре­дин­ной зо­ны, так и за счет мо­ди­фи­ка­ции ик­то­вой зо­ны, ред­ко ? ка­ден­ци­он­ной.

Раз­де­лы ир­мо­са ох­ва­ты­ва­ют зна­чи­тель­ную часть тек­с­та. Но гра­ни­цы их не обя­за­тель­но сов­па­да­ют с гра­ни­ца­ми сло­вес­ных пред­ло­же­ний. На­пев стро­ит­ся по сво­ей ло­ги­ке, на уров­не фор­мы он под­чи­ня­ет се­бе текст, чле­нит его. Так же, как и в тек­с­те, груп­пы слов, от­де­ля­е­мые зна­ка­ми пре­пи­на­ния, со­раз­мер­ны друг дру­гу, так и стро­ки на­пе­ва вы­ст­ра­и­ва­ют­ся в ана­ло­гич­ную ком­по­зи­цию, но свою. На­пев чле­нит текст со­глас­но сво­им за­ко­но­мер­но­с­тям, при­вно­ся в не­го упо­ря­до­чен­ность рит­ми­че­с­кой ор­га­ни­за­ции.

Сте­пень ис­поль­зо­ва­ния по­пе­воч­но­го фон­да гла­са раз­лич­на в раз­ных ка­но­нах: од­ни стро­ят­ся на пре­иму­ще­ст­вен­ном упо­треб­ле­нии не­сколь­ких по­пе­вок, ко­то­рые ва­рь­и­ру­ют­ся как по раз­ме­рам, так и по вы­сот­но­му уров­ню ик­то­вых зву­ков и ка­ден­ци­он­ных зон. В дру­гих ка­но­нах от пес­ни к пес­не не­у­клон­но об­нов­ля­ет­ся по­пе­воч­ный со­став. Например, в ка­но­нах Бла­го­ве­ще­нию, Ус­пе­нию, Вве­де­нию ир­мо­сы 6-й, 9-й пес­ней как бы объ­е­ди­ня­ют­ся в од­ну груп­пу не толь­ко по сво­им раз­ме­рам (боль­шим, чем раз­ме­ры пре­ды­ду­щих ир­мо­сов), но и оди­на­ко­вы­ми на­чаль­ны­ми по­пев­ка­ми.  Как пра­ви­ло, мно­гие ир­мо­сы в ка­но­не за­кан­чи­ва­ют­ся оди­на­ко­вой по­пев­кой. Мень­шая их часть за­кан­чи­ва­ет­ся ины­ми по­пев­ка­ми, что сви­де­тель­ст­ву­ет как о стрем­ле­нии к объ­е­ди­не­нию ка­но­на по по­след­ним стро­кам, так и о тен­ден­ции к об­нов­ле­нию, раз­но­об­ра­зию, кон­тра­с­ту в раз­ных ир­мо­сах (во всех ка­но­нах).

5.5. Основные результаты сравнительного анализа письменной и устной версий ирмосов 4-го гласа. Уст­ная вер­сия или «на­пев­ка» пре­вра­ща­ет пись­мен­ный ис­точ­ник в но­вый по фор­ме на­пев. В связи с этим в работе рассматриваются основные параметры таких изменений. Обобщение основных ре­зуль­та­тов срав­ни­тель­но­го ана­ли­за уст­ной и пись­мен­ной вер­сий позволило сделать следующие выводы: 1). В уст­ной вер­сии из­ме­не­ни­ям под­вер­же­ны все сто­ро­ны на­пе­ва, из­ло­жен­но­го в пись­мен­ном ис­точ­ни­ке (рит­ми­че­с­кая, зву­ко­вы­сот­ная, струк­тур­ная). 2). Про­из­воль­ных из­ме­не­ний в уст­ной вер­сии нет. 3). Пер­во­при­чи­ной всех из­ме­не­ний яв­ля­ет­ся темп. Во всех об­щи­нах ир­мо­сы по «на­пев­ке» ис­пол­ня­ют­ся на­мно­го бы­с­т­рее, чем по пись­мен­но­му ис­точ­ни­ку.

Па­ра­ме­т­ры струк­ту­ры на­пе­ва с точ­ки зре­ния рит­ма, ла­да, фор­мы стро­ки. Из­ме­не­ния на уров­не рит­ма и тем­па:

4. На уров­не рит­ма из­ме­не­ни­ям мо­гут быть под­верг­ну­ты все струк­тур­ные ча­с­ти на­пе­ва: стро­ка; ик­то­вая, сре­дин­ная и ка­ден­ци­он­ная зо­ны в стро­ке; раз­дел. При­чи­ной этих из­ме­не­ний яв­ля­ет­ся, в пер­вую оче­редь, не ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­кий склад стро­ки, а ее ме­с­то­по­ло­же­ние в струк­ту­ре на­пе­ва.

Из­ме­не­ния, ка­са­ю­щи­е­ся зву­ко­вы­сот­ной сто­ро­ны на­пе­ва:

5. Ме­ло­ди­че­с­кий ри­су­нок на­пе­ва в уст­ной вер­сии уп­ро­ща­ет­ся.

6. Ме­ня­ет­ся сти­ли­с­ти­ка пес­но­пе­ния бла­го­да­ря пре­вра­ще­нию не­вма­ти­че­с­ко­го скла­да в сил­ла­би­че­с­кий.

7. Вну­т­ри­сло­го­вые обо­ро­ты со­хра­ня­ют­ся толь­ко в ка­ден­ци­он­ных  зо­нах.

8. Ме­ло­ди­че­с­кие ри­сун­ки пись­мен­но­го ис­точ­ни­ка пре­тер­пе­ва­ют сле­ду­ю­щие из­ме­не­ния: а) со­хра­ня­ет­ся толь­ко кон­тур; б) все пре­вра­ща­ет­ся в ре­чи­та­цию; в) со­зда­ют­ся но­вые ри­сун­ки; г) от­дель­ные ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­кие ри­сун­ки пись­мен­ной вер­сии в уст­ном вос­про­из­ве­де­нии не из­ме­ня­ют­ся, а за­ме­ня­ют­ся дру­ги­ми, встре­ча­ю­щи­ми­ся в пись­мен­ном ис­точ­ни­ке.

9. Из­ме­не­ния ме­ло­ди­че­с­ко­го ри­сун­ка в уст­ной вер­сии (и сте­пень это­го из­ме­не­ния) за­ви­сят не от его ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­ко­го скла­да (в пер­вую оче­редь), а, опять же, от ме­с­то­по­ло­же­ния в струк­ту­ре на­пе­ва.

10. Всем из­ме­не­ни­ям под­вер­же­ны в боль­шей сте­пе­ни сре­дин­ные стро­ки.

Ла­до­вые из­ме­не­ния:

11. Ра­бо­чий ди­а­па­зон на­пе­ва в уст­ной вер­сии со­кра­ща­ет­ся с сек­с­ты (c1?a1) до квар­ты (e1?a1).

12. Не­за­ви­си­мо от пись­мен­но­го ис­точ­ни­ка все ир­мо­сы на­чи­на­ют­ся с вы­со­ты f1.

13. В пер­вом по­ст­ро­е­нии икт и ре­чи­та­ция обя­за­тель­но вы­рав­ни­ва­ют­ся.

14. В боль­шин­ст­ве строк икт, ре­чи­та­ция, пер­вые зву­ки ка­ден­ци­он­ных зон идут на од­ной вы­со­те. Ко­неч­ный звук ка­ден­ци­он­ной зо­ны за­ви­сит от ме­с­то­по­ло­же­ния стро­ки в на­пе­ве. Он под­во­дит к вы­сот­но­му уров­ню сле­ду­ю­щей стро­ки.

15. Раз­вер­ты­ва­ние на­пе­ва идет по пу­ти по­вы­ше­ния уров­ня ик­та и ре­чи­та­ции от f1 к g1 с по­сле­ду­ю­щим по­ни­же­ни­ем к f1. За­кан­чи­ва­ют­ся все ир­мо­сы зву­ком e1.

16. В боль­ших по раз­ме­рам ир­мо­сах в сре­дин­ной ча­с­ти обя­за­тель­но по­явит­ся на ик­те звук a1.

Из­ме­не­ния на уров­не фор­мы строк и раз­де­лов:

17. Стро­ка: а) каж­дая стро­ка уст­ной вер­сии обя­за­тель­но вклю­ча­ет все три ком­по­нен­та: ик­то­вую, сре­дин­ную, ка­ден­ци­он­ную зо­ны. В рит­ми­че­с­ком от­но­ше­нии они вы­ра­же­ны бо­лее чет­ко, чем в пись­мен­ном ис­точ­ни­ке. Ик­то­вый звук, а так­же пер­вый звук ка­ден­ци­он­ной зо­ны, вы­де­ле­ны, как пра­ви­ло, рит­ми­че­с­кой дол­го­той и яр­ко ак­цен­ти­ру­ют­ся в ис­пол­не­нии; б) стро­ка уст­ной вер­сии мо­жет со­от­вет­ст­во­вать стро­ке в пись­мен­ной; в) стро­ка в уст­ной вер­сии мо­жет со­от­вет­ст­во­вать двум стро­кам пись­мен­ной. В ос­нов­ном это про­ис­хо­дит вну­т­ри на­пе­ва, там, где он зву­чит в ос­нов­ном тем­пе. Это ни­ког­да не ка­са­ет­ся по­след­ней стро­ки пись­мен­но­го ис­точ­ни­ка; г) ес­ли в пись­мен­ном ис­точ­ни­ке в стро­ке со­дер­жит­ся рас­ши­рен­ная ик­то­вая зо­на (в ней не­сколь­ко ик­то­вых зву­ков) ? в уст­ной вер­сии ос­та­ет­ся глав­ный ик­то­вый звук, ос­таль­ные ни­ве­ли­ру­ют­ся; д) ес­ли в пись­мен­ном ис­точ­ни­ке стро­ка рас­ши­ря­лась в ка­ден­ци­он­ной зо­не (то есть в ней бы­ло два ка­ден­ци­он­ных сег­мен­та) ? в уст­ной вер­сии ос­та­ет­ся глав­ный по­след­ний ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­кий ри­су­нок ка­ден­ци­он­ной зо­ны, ос­таль­ное ни­ве­ли­ру­ет­ся, то есть пре­вра­ща­ет­ся в зву­ки сре­дин­ной зо­ны; е) при объ­е­ди­не­нии строк пись­мен­ной вер­сии в од­ну, в уст­ной, зо­ны мо­гут ме­нять свою функ­цию: ик­то­вая мо­жет пре­вра­щать­ся в сре­дин­ную, сре­дин­ная ? в пре­дик­то­вую, ка­ден­ци­он­ная ? в ик­то­вую и т. д; ж) в ре­зуль­та­те всех из­ме­не­ний транс­фор­ми­ру­ет­ся сло­го­вая му­зы­каль­но-рит­ми­че­с­кая фор­ма стро­ки.

18. Раз­дел: мо­ди­фи­ка­ция строк вле­чет за со­бой в ря­де слу­ча­ев пе­ре­ком­по­нов­ку их в раз­де­лы. В ито­ге в ря­де ир­мо­сов уст­ной вер­сии ме­ня­ет­ся струк­ту­ра ? это ка­са­ет­ся мас­шта­бов раз­де­лов, их ко­ли­че­ст­ва в на­пе­ве. Та­ким об­ра­зом, в уст­ной вер­сии скла­ды­ва­ет­ся соб­ст­вен­ная фор­ма, в ар­хи­тек­то­ни­че­с­ком от­но­ше­нии по­доб­ная кри­с­тал­ли­че­с­кой. В ре­аль­ном вос­про­из­ве­де­нии она об­рам­ля­ет­ся тем­по­вы­ми за­мед­ле­ни­я­ми, от­че­го струк­ту­ра на­пе­ва вы­гля­дит еще бо­лее вы­пук­лой.

Выводы. Уст­ная вер­сия напева пред­став­ля­ет со­бой вос­про­из­ве­де­ние рит­ми­че­с­кой и зву­ко­вы­сот­ной мо­дели, ядра напева.В уст­ной вер­сии пев­цы опираются на про­то­тип на­пе­ва – «схе­му», ядро, восоздавая его вариантно. Бла­го­да­ря уст­ной вер­сии пения по «на­пев­ке» мож­но пред­по­ло­жить, ка­ким об­ра­зом в да­ле­ком про­шлом мог­ла фор­ми­ро­вать­ся стили­с­ти­ка пес­но­пе­ний стол­по­во­го зна­мен­но­го рос­пе­ва ? как из гла­со­во­го, сил­ла­би­че­с­ко­го пе­ния она пре­вра­ща­лась в не­вма­ти­че­с­кое. Уст­ная вер­сия пись­мен­ных на­пе­вов не есть их ис­ка­же­ние, при­ми­тив­ное уп­ро­ще­ние, объ­яс­ня­е­мое яко­бы упад­ком куль­ту­ры в ста­ро­об­ряд­че­ст­ве. Она воз­ни­ка­ет не от не­гра­мот­но­с­ти пев­цов. Ча­с­тое упо­треб­ле­ние пес­но­пе­ний при­во­дит к то­му, что лю­ди на­чи­на­ют их петь на­и­зусть, и, со­от­вет­ст­вен­но, бы­с­т­рее. Па­мять фик­си­ру­ет са­мые глав­ные, сущ­но­ст­ные ас­пек­ты в струк­ту­ре на­пе­ва. Это до­ка­зы­ва­ет, что ста­ро­об­ряд­цы не яв­ля­ют­ся фор­маль­ны­ми но­си­те­ля­ми древ­ней тра­ди­ции, древ­ней му­зы­каль­ной си­с­те­мы ? они мыс­лят  в ней.

5.6. Особенности устной версии ? «напевки» в разных общинах. По­сле срав­ни­тель­но­го ана­ли­за пись­мен­ной вер­сии и од­ной уст­ной, в работе дается со­по­с­тав­ле­ние всех уст­ных вер­сий, за­фик­си­ро­ван­ных в хо­де экс­пе­ди­ций в раз­ных ме­с­тах. Вна­ча­ле со­по­с­тав­ля­ют­ся вер­сии, ис­пол­нен­ные в каж­дой об­щи­не, а за­тем да­ет­ся со­по­с­тав­ле­ние всех при­хо­дов раз­ных ре­ги­о­нов.

Срав­не­ние уст­ных (че­ты­рех) вер­сий в Стрель­ни­ков­ской об­щи­не:

1. Уст­ная вер­сия на­пе­ва, сло­жив­ша­я­ся в об­щи­не, ста­биль­на; ва­ри­ан­тов уст­ной вер­сии нет.

2. Из­ме­не­ния, ко­то­рые фик­си­ру­ют­ся при раз­ных ис­пол­не­ни­ях (рит­ми­че­с­кие, зву­ко­вы­сот­ные), не из­ме­ня­ют струк­ту­ру на­пе­ва.

3. Из­ме­не­ния на­пе­ва де­ла­ют­ся, как пра­ви­ло, в од­них и тех же фраг­мен­тах пес­но­пе­ний.

Рит­ми­че­с­кая сто­ро­на:

1. В пер­вом по­ст­ро­е­нии ир­мо­сов мо­жет из­ме­нять­ся дол­го­та зву­ков: а) всей ик­то­вой зо­ны; б) ик­то­вых зву­ков.

2. В дру­гих по­ст­ро­е­ни­ях так­же мо­жет из­ме­нять­ся дол­го­та ик­то­вых зву­ков.

3. Мо­жет из­ме­нять­ся дол­го­та по­след­не­го зву­ка в по­ст­ро­е­нии.

Зву­ко­вы­сот­ная сто­ро­на:

1. Про­хо­дя­щие, пре­дик­то­вые зву­ки мо­гут: а) за­ме­нять­ся эк­ви­ва­лент­ны­ми в тер­цо­вом от­но­ше­нии; б) сра­зу ис­пол­нять­ся в тер­цию;

2. Пре­дик­то­вый звук мо­жет ис­пол­нять­ся од­ним из зву­ков вну­т­ри­сло­го­во­го обо­ро­та пись­мен­ной вер­сии (в каж­дом слу­чае раз­ным).

3. В пре­дик­то­вом сло­го­вом вре­ме­ни мо­жет осу­ще­ств­лять­ся под­вод к вы­со­те ик­та, а мо­жет и за­тра­ги­вать­ся вы­со­та са­мо­го ик­та;

4. В ик­то­вых и ко­неч­ных сло­го­вых вре­ме­нах мо­жет осу­ще­ств­лять­ся ме­ло­ди­че­с­кий пе­ре­ход к дру­гим струк­тур­но-зна­чи­мым зву­кам.

При сравнении при­ме­ров напевов дру­гих об­щин с их пись­мен­ной вер­си­ей (например, Дво­ри­щен­ской об­щи­ны Ко­ст­ром­ской об­ласти), то в них, в прин­ци­пе, об­на­ру­жат­ся те же са­мые из­ме­не­ния, что и у стрель­ни­ков­цев.

На уров­не рит­ма. Мо­биль­ная дол­го­та ик­то­вых зву­ков, ик­то­вых зон пер­вых строк в ир­мо­сах, ко­неч­ных зву­ков. По срав­не­нию со стрель­ни­ков­ца­ми амп­ли­ту­да рит­ми­че­с­ких из­ме­не­ний на­мно­го мень­ше. В це­лом и пе­ние ир­мо­сов здесь ров­нее, чем в Стрель­ни­ко­ве.

На уров­не ме­ло­ди­ки. Те же за­ме­ны пре­дик­то­вых зву­ков эк­ви­ва­лент­ны­ми, то есть ис­пол­ня­е­мы­ми од­но­вре­мен­но в тер­цию про­хо­дя­щи­ми зву­ка­ми, на­зы­ва­е­мы­ми у ста­ро­об­ряд­цев «вто­ра­ми». От­ли­чия уст­ных вер­сий Дво­ри­щен­ской об­щи­ны от Стрель­ни­ков­ской: а) «вто­ры» встре­ча­ют­ся зна­чи­тель­но ча­ще, чем в Стрель­ни­ко­во (ино­гда да­же на струк­тур­но-зна­чи­мых зву­ках в ик­то­вых зо­нах и ка­ден­ци­он­ных); б) боль­ше от­ступ­ле­ний от пись­мен­ной вер­сии в зву­ко­вы­сот­ной ча­с­ти (опять же струк­тур­но-зна­чи­мых зву­ков); в) есть ряд крат­ких ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­ких ри­сун­ков в уст­ной вер­сии, при­су­щих толь­ко Дво­ри­щен­ско­му хо­ру; г) вер­сии уст­но­го вос­про­из­ве­де­ния на­пе­вов бо­лее мо­биль­ны (из че­ты­рех вер­сий у стрель­ни­ков­цев не­боль­шое из­ме­не­ние мо­жет по­явить­ся толь­ко в од­ной), в тра­ди­ции Дво­ри­щен­ской об­щи­ны раз­ли­чия в вер­си­ях встре­ча­ют­ся ча­ще. В структурно-ти­по­ло­ги­че­с­ком же от­но­ше­нии дво­ри­щен­ские и стрель­ни­ков­ские на­пе­вы иден­тич­ны.

Уст­ные вер­сии в Ива­нов­ской об­щи­не. Здесь, как и в пе­нии Ко­ст­ром­ских мест, ти­пич­ны слу­чаи уве­ли­че­ния дол­го­ты ик­то­вых и ко­неч­ных зву­ков, вза­и­мо­за­ме­ня­е­мость пре­дик­то­вых зву­ков. В це­лом ива­нов­ские вер­сии да­же бли­же стрель­ни­ков­ским, чем дво­ри­щен­ские. Тер­цо­вых фраг­мен­тов в на­пе­вах, по срав­не­нию с Дво­ри­ща­ми, поч­ти нет, од­на­ко встре­ча­ют­ся они имен­но на ик­то­вых, струк­тур­но зна­чи­мых зву­ках.

1. От­ме­ча­ют­ся ме­ло­ди­че­с­кие опе­ва­ния опор­ных зву­ков, свой­ст­вен­ные толь­ко дан­ной об­щи­не и оп­ре­де­ля­ю­щие ее ло­каль­ный му­зы­каль­ный ко­ло­рит.

2. Встре­ча­ют­ся при­ме­ры пе­ре­рит­ми­за­ции. В уст­ной вер­сии со­зда­ет­ся иная сло­го­вая му­зы­каль­но-рит­ми­че­с­кая фор­ма.

Уст­ные вер­сии юго-за­пад­ных об­щин Рос­сии (Клин­цы, Го­мель)

1. Ик­то­вые и ко­неч­ные зву­ки в об­щи­нах дан­но­го ре­ги­о­на не име­ют та­кой мо­биль­но­с­ти по дол­го­те, как в об­щи­нах По­вол­жья. При этом ча­с­то дли­тель­ность ик­то­вых зву­ков сов­па­да­ет с пись­мен­ным ис­точ­ни­ком, то есть от­сут­ст­ву­ет сме­ще­ние его ме­с­то­по­ло­же­ния в уст­ной вер­сии (по­это­му сло­го­вая му­зы­каль­но-рит­ми­че­с­кая фор­ма уст­ной вер­сии здесь иная).

2. Дол­го­та ик­то­вых и ко­неч­ных зву­ков раз­ных вер­сий уст­ной ре­дак­ции на­пе­ва ста­биль­на. Воз­мож­но, это вы­зва­но и тем, что в юго-за­пад­ных при­хо­дах при­ня­то бо­лее бы­с­т­рое и бо­лее ров­ное ис­пол­не­ние на про­тя­же­нии все­го ир­мо­са.

3. По срав­не­нию с волж­скими об­щи­на­ми, в юго-за­пад­ных об­щи­нах силь­но уп­ро­ща­ет­ся ме­ло­дия ? сни­ма­ют­ся вну­т­ри­сло­го­вые обо­ро­ты.

4. Под­ход к ик­то­вым зву­кам осу­ще­ств­ля­ет­ся сни­зу, что яв­ля­ет­ся от­ли­чи­тель­ным свой­ст­вом юго-за­пад­ных вер­сий.

5. Есть слу­чаи из­ме­не­ния ме­ло­ди­че­с­ких ри­сун­ков в уст­ных вер­си­ях (при­чем в каж­дой об­щи­не по-раз­но­му).

6. Встре­ча­ют­ся из­ме­не­ния зву­ко­вы­сот­но­го уров­ня зву­ков, фраг­мен­тов на­пе­ва. Все вы­ше­пе­ре­чис­лен­ные осо­бен­но­с­ти сбли­жа­ют вер­сии этих об­щин с Мос­ков­ской тра­ди­ци­ей.

По­след­ним эта­пом ра­бо­ты стало со­по­с­тав­ле­ние всех за­фик­си­ро­ван­ных уст­ных вер­сий в об­щи­нах раз­ных ре­ги­о­нов: По­вол­жья (об­щи­ны Стрель­ни­ко­во, Дво­рищ, Ива­но­во), цен­т­ра Рос­сии (Моск­ва), юго-за­пад­ной ча­с­ти Рос­сии (Клин­цы, Го­мель). Срав­не­ние всех уст­ных вер­сий всех на­зван­ных об­щин по­ка­за­ло сле­ду­ю­щее: в ти­по­ло­ги­че­с­ком от­но­ше­нии все на­пе­вы еди­ны. На­и­бо­лее ти­пич­ные слу­чаи раз­но­чте­ний в раз­ных фраг­мен­тах (в раз­ных вер­си­ях в од­ной об­щи­не).

На уров­не рит­ма: а) мо­биль­ная дол­го­та ик­то­вых зву­ков, зву­ков ик­то­вых зон (пер­вой стро­ки в на­пе­ве), ко­неч­ных зву­ков; б) уп­ро­ще­ние ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­ко­го ри­сун­ка: сня­тие вну­т­ри­сло­го­вых обо­ро­тов, опе­ва­ний и со­зда­ние ре­чи­та­тив­ных фраг­мен­тов (ос­та­ет­ся, как бы «ске­лет» на­пе­ва); в) со­зда­ние ста­биль­но по­вто­ря­ю­щих­ся ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­ких ри­сун­ков в уст­ной вер­сии, яр­ко от­ли­ча­ю­щих­ся от пись­мен­но­го ис­точ­ни­ка.

На уров­не ме­ло­ди­ки: а) вза­и­мо­за­ме­ня­е­мость пре­дик­то­вых зву­ков: эк­ви­ва­лент­ны­ми в тер­цо­вом от­но­ше­нии; од­ним из зву­ков вну­т­ри­сло­го­во­го обо­ро­та пись­мен­ной вер­сии; зву­ка­ми, рас­по­ло­жен­ны­ми от ик­то­во­го на рас­сто­я­нии квар­ты (ред­ко); б) ис­пол­не­ние пре­дик­то­вых и про­хо­дя­щих зву­ков од­но­вре­мен­но в тер­цию; в) со­зда­ние ме­ло­ди­че­с­ких хо­дов вну­т­ри сло­го­во­го вре­ме­ни (от­сут­ст­ву­ю­щих в пись­мен­ной вер­сии), ме­ло­ди­че­с­ких под­во­дов к струк­тур­но-зна­чи­мым зву­кам.

Все вы­ше­пе­ре­чис­лен­ные раз­но­чте­ния в каж­дом фраг­мен­те на­пе­ва в пер­вую оче­редь обус­лов­ле­ны тем­по­вы­ми осо­бен­но­с­тя­ми вос­про­из­ве­де­ния на­пе­ва. Из этих раз­но­чте­ний од­ни ти­пич­ны для всех об­щин, дру­гие ? толь­ко для от­дель­но­го ре­ги­о­на (По­вол­жья, Моск­вы или юго-за­пад­ной ча­с­ти Рос­сии).

При­ве­дем на­и­бо­лее ти­пич­ные осо­бен­но­с­ти уст­ных вер­сий в каж­дой, от­дель­но взя­той об­щи­не.

Стрель­ни­ко­во: а) рит­ми­че­с­кая мо­биль­ность ик­то­вых зву­ков, ко­неч­ных зву­ков; б) под­вод к ик­то­во­му зву­ку свер­ху; в) бо­лее мед­лен­ный темп. Вну­т­ри на­пе­ва тем­по­во-рит­ми­че­с­кая ню­ан­си­ров­ка (со­зда­ние в оп­ре­де­лен­ных фраг­мен­тах на­пе­ва фер­мат).

Дво­ри­щи: а) тер­цо­вые уд­во­е­ния на пре­дик­то­вых и про­хо­дя­щих зву­ках; б) со­зда­ние ста­биль­но по­вто­ря­ю­щих­ся ме­ло­ди­ко-рит­ми­че­с­ких ри­сун­ков в на­пе­ве, ха­рак­тер­ных для этой об­щи­ны.

Ива­но­во: а) тер­цо­вые уд­во­е­ния (в том чис­ле и на ик­то­вых зву­ках); б) со­зда­ние ста­биль­но по­вто­ря­ю­щих­ся ме­ло­ди­ко-рим­ти­че­с­ких ри­сун­ков в на­пе­ве, ха­рак­тер­ных имен­но для Ива­нов­ской об­щи­ны.

Го­мель и Клин­цы: а) по­ра­зи­тель­ное сход­ст­во вер­сий обе­их об­щин; б) рит­ми­че­с­кая ста­биль­ность ик­то­вых и ко­неч­ных зву­ков; в) сня­тие вну­т­ри­сло­го­вых обо­ро­тов; г) под­вод к ик­то­во­му зву­ку сни­зу; д) зву­ко­вы­сот­ные окон­ча­ния в ка­ден­ци­он­ных зо­нах, ха­рак­тер­ные для Го­ме­ля и Клин­цов и от­ли­ча­ю­щие их от при­хо­дов Моск­вы и По­вол­жья.

Дру­гие слу­чаи раз­но­чте­ний, встре­ча­ю­щи­е­ся в уст­ных вер­си­ях в раз­ных об­щи­нах: а) от­дель­ные фраг­мен­ты на­пе­ва пись­мен­но­го ис­точ­ни­ка в уст­ной вер­сии в каж­дой об­щи­не из­ме­ня­ют­ся по-сво­е­му; б) в той или иной об­щи­не бы­ва­ют слу­чаи пе­ре­рит­ми­за­ции и из­ме­не­ния сло­го­вой му­зы­каль­но-рит­ми­че­с­кой фор­мы в уст­ной вер­сии; в) встре­ча­ют­ся при­ме­ры зву­ко­вы­сот­ных раз­но­чте­ний (в ре­чи­та­тив­ных фраг­мен­тах, на ик­то­вых зву­ках, в ка­ден­ци­он­ных зо­нах) в уст­ной вер­сии в раз­ных об­щи­нах; г) от­ме­ча­ют­ся при­ме­ры ис­пол­не­ния на дру­гой вы­со­те от­дель­ных по­ст­ро­е­ний (до­ста­точ­но про­тя­жен­ных) в той или иной об­щи­не.

Та­ким об­ра­зом, все уст­ные вер­сии на­пе­вов, со­хра­няя в це­лом ти­по­ло­ги­че­с­кое един­ст­во, в каж­дой об­щи­не име­ют и свои осо­бен­но­с­ти. Они за­ви­сят от ре­ги­о­на и от­дель­но взя­той об­щи­ны, сло­жив­ших­ся в ней тра­ди­ций пе­ния. Но имен­но эти, ка­за­лось бы, не­зна­чи­тель­ные от­ли­чия яв­ля­ют­ся «род­ным язы­ком» для пев­цов и чле­нов при­хо­да и кам­нем пре­тк­но­ве­ния для по­сто­рон­них.

5.7. Выводы к 5-й главе: Таким образом, «на­пев­ка», уст­ная вер­сия ? это му­зы­каль­ный язык об­щи­ны, на ко­то­ром мыс­лят и пев­цы, и при­хо­жа­не. Все для них яв­ля­ет­ся род­ным в этих на­пе­вах: темп, дол­го­та зву­ков, опе­ва­ние опор­ных зву­ков, каж­дый ме­ло­ди­че­с­кий обо­рот и т. д. Та­ко­вой она ? «на­пев­ка» ? яв­ля­ет­ся в каж­дом при­хо­де. В ито­ге мож­но под­черк­нуть, что при ти­по­ло­ги­че­с­ком един­ст­ве ста­ро­об­ряд­че­с­кой куль­ту­ры ? куль­ту­ры сред­не­ве­ко­во­го ха­рак­те­ра, куль­ту­ры про­фес­си­о­наль­ной ? осо­бен­ное, ин­ди­ви­ду­аль­ное, бе­зус­лов­но про­яв­ля­ет­ся, но в пре­де­лах, не до­пу­с­ка­ю­щих раз­ру­ше­ние ка­но­на. Ана­ли­ти­че­с­кие опе­ра­ции, про­ве­ден­ные с уст­ны­ми вер­си­я­ми на­пе­вов, по­ка­за­ли, что пев­цы вла­де­ют мы­ш­ле­ни­ем сво­ей пев­че­с­кой тра­ди­ции, зна­ют пра­ви­ла со­че­та­ния эле­мен­тов на­пе­ва, пра­ви­ла по­ст­ро­е­ния фор­мы, по­это­му мо­гут со­зда­вать текст, по сти­лю и мор­фо­ло­гии от­ве­ча­ю­щий са­мим тре­бо­ва­ни­ям ка­но­на этой куль­ту­ры. Они мыс­лят в его рам­ках. «На­пев­ка» у ста­ро­об­ряд­цев не есть ре­зуль­тат упад­ка их куль­ту­ры и по­те­ри крю­ко­вой гра­мот­но­с­ти. Как и в дру­гих ви­дах цер­ков­но­го ис­кус­ст­ва ? ико­но­пи­си, мед­ном ли­тье, ис­кус­ст­ве по­ле­ми­че­с­кой ли­те­ра­ту­ры и т. д. ? ста­ро­об­ряд­цы в пе­нии яви­лись не про­сто фор­маль­ны­ми хра­ни­те­ля­ми крю­ко­во­го пе­ния. Они со­зда­ли са­мо­быт­ный пласт куль­ту­ры, вы­ст­ра­дан­ный во вре­мена го­не­ний и за­пре­тов ? ис­кус­ст­во пе­ния по «на­пев­ке». Его от­ли­ча­ет, по­ми­мо ори­ги­наль­но­с­ти, с од­ной сто­ро­ны, от­сут­ст­вие ре­дак­ций дан­ных на­пе­вов в пись­мен­ных ис­точ­ни­ках дореформенного вре­ме­ни, иных сред­не­ве­ко­вых куль­ту­р. С дру­гой сто­ро­ны, интонационная сти­ли­с­ти­ка этих пес­но­пе­ний по­ка­зы­ва­ет их ор­га­ни­че­с­кую связь с куль­ту­рой Древ­ней Ру­си.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ. Рас­кол русской церкви, происшедший в середине ХVII века, явился одним из самых драматичных событий в истории  нашей страны. Миллионы людей не пожелали принимать нововведений, привнесенных в жизнь реформами патриарха Никона, остались принципиальными приверженцами древнего богослужения. Они сумели сберечь величайшие национальные ценности. Среди этих ценностей ? не только древняя вера, но все то, что ей сопутствовало: образ жизни, быт, культура и певческое искусство.

Ста­ро­об­ряд­че­ст­во не есть не­кий за­стыв­ший ис­то­ри­че­с­кий «ра­ри­тет». Это жи­вая Цер­ковь, со сво­и­ми за­ко­на­ми, тра­ди­ци­я­ми, са­мо­быт­ной куль­ту­рой, тре­бу­ю­щей изу­че­ния как часть оте­че­ст­вен­ной куль­ту­ры в це­лом. По­это­му в ста­ро­об­ряд­че­ст­ве на­до раз­ли­чать дог­ма­ти­че­с­кие, ка­но­ни­че­с­кие и во­об­ще пись­мен­ные по­ло­же­ния от­но­си­тель­но то­го или ино­го яв­ле­ния и фор­му его ре­а­ли­за­ции, вос­про­из­ве­де­ния на прак­ти­ке. Сле­ду­ет от­де­лять то, что хра­нит­ся ис­то­ри­че­с­кой па­мя­тью, от то­го, что со­зда­но с те­че­ни­ем вре­ме­ни.

Изу­чая лю­бое яв­ле­ние в куль­ту­ре ста­ро­об­ряд­цев, не­об­хо­ди­мо фик­си­ро­вать его не­сколь­ко раз в од­ном и том же ме­с­те, срав­ни­вать с дру­ги­ми об­щи­на­ми, учи­ты­вать оцен­ку его са­ми­ми но­си­те­ля­ми куль­ту­ры. Важ­но при этом по­мнить, что сущ­ность ста­ро­об­ряд­че­ст­ва (во всех во­про­сах) со­хра­ни­лась, преж­де все­го, в цен­т­ре Рос­сии, а не на ок­ра­и­нах (в глу­бин­ке или за ру­бе­жом).

Российская традиция объединяет общины Москвы, Поволжья, юго-западной части России, Сибири, а также хутор Грачи Волгоградской области. Южная традиция ? все остальные. В разных приходах не все в одинаковой степени сохранилось, что было вызвано начавшимся после 1940 года московским влиянием, в связи с переподчинением их Рогожскому центру. Поэтому в настоящее время здесь можно обнаружить элементы и той, и другой традиций. Типичные явления, характеризующие каждую традицию, представлены в двух подробных схемах, которые обобщают сказанное в 1-й главе диссертации.

В рамках типологического единства старообрядческой певческой культуры существуют локальные особенности, связанные со спецификой заселения тех или иных мест, укладом жизни, взаимоотношениями с окружающим иноверным и иноязычным населением.  Применительно к южной традиции проведено типологическое исследование общин, имеющих разное историческое происхождение, вызванное многочисленными миграционными течениями и заселениями юга России, устья Дуная, Турции. Выявлены особенности старообрядцев, идентифицирующих себя как «липованы» и «турчаны-казаки» (или «казаки-некрасовцы»). Все  своеобразие каждой группы, все отличия в жизни, культуре и пении также не нарушают  типологической общности.  

Боль­шую цен­ность в ста­ро­об­ряд­че­ст­ве име­ет то, что хра­нит­ся пев­ца­ми изу­ст­но: ре­чи­та­тив­ное чте­ние, пе­ние по «на­пев­ке»; ог­ром­ное зна­че­ние име­ет уст­ная пе­ре­да­ча пев­че­с­ких на­вы­ков, не­пре­рыв­ная связь по­ко­ле­ний. Ста­ро­об­ряд­че­с­кое цер­ков­ное ис­пол­не­ние име­ет ряд осо­бен­но­с­тей: ров­ную ди­на­ми­ку, цеп­ное ды­ха­ние, чет­кую дик­цию, зву­ко­изв­ле­че­ние, тем­по­во-рит­ми­че­с­кую ню­ан­си­ров­ку, ста­биль­ный ре­гистр, про­фес­си­о­наль­ное вла­де­ние но­та­ци­ей, си­с­те­му обу­че­ния крю­кам и пе­нию в хо­ре.

Са­ми­ми но­си­те­ля­ми тра­ди­ций пев­че­с­кая куль­ту­ра осо­зна­ет­ся в жи­вом ис­пол­не­нии, в ком­плек­се всех му­зы­каль­но-вы­ра­зи­тель­ных средств.

В со­вре­мен­ной ста­ро­об­ряд­че­с­кой пев­че­с­кой куль­ту­ре есть пласт чи­с­то уст­но­го пе­ния ? «на­пев­ка» ? то есть ис­пол­не­ние ка­ко­го-ли­бо пес­но­пе­ния не по крю­ко­вым кни­гам, а по уст­ной вер­сии, сло­жив­шей­ся в при­хо­де.

Уст­ные вер­сии на­пе­вов раз­ных об­щин, со­хра­няя в це­лом ти­по­ло­ги­че­с­кое един­ст­во, в каж­дом ме­с­те име­ют свои осо­бен­но­с­ти, ко­то­рые яв­ля­ют­ся «род­ным язы­ком» для пев­цов и чле­нов при­хо­да и кам­нем пре­тк­но­ве­ния для по­сто­рон­них. От ча­с­то­го ис­пол­не­ния па­мять пев­цов фик­си­ру­ет глав­ные, сущ­но­ст­ные ас­пек­ты в струк­ту­ре на­пе­ва. Ана­ли­ти­че­с­кие опе­ра­ции по­ка­за­ли, что пев­цы зна­ют пра­ви­ла со­че­та­ния эле­мен­тов на­пе­ва, пра­ви­ла по­ст­ро­е­ния фор­мы, ? по­это­му мо­гут со­зда­вать текст, по сти­лю и мор­фо­ло­гии от­ве­ча­ю­щий тре­бо­ва­ни­ям сред­не­ве­ко­во­го ка­но­на. А это и до­ка­зы­ва­ет, что ста­ро­об­ряд­цы не яв­ля­ют­ся толь­ко фор­маль­ны­ми но­си­те­ля­ми тра­ди­ции ? они мыс­лят ка­те­го­ри­я­ми древ­ней му­зы­каль­ной си­с­те­мы.

Перспективы исследования. Cозданная в работе типология приложима и к другим региональным традициям старообрядцев – например, сибирской и алтайской старообрядческой певческой культуре, связанной с московской традицией. Полученные данные о заграничных ареалах распространения старообрядцев (напр., Бразилия) свидетельствуют о действии стойких форм культурного иммунитета русских старообрядческих общин в инокультурной среде, проявившихся в традициях южных регионов России.

Основное содержание диссертационного исследования отражено в публикациях автора общим объемом 67 а.л.

Статьи в изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ для публикации результатов диссертаций на соискание ученой степени доктора искусствоведения:

  1. Сорок лет на родной земле // Музыкальная академия. - 2002. - № 3. - С. 51-53. 0, 3 п.л.
  2. Новые факты истории // Музыкальная академия.- 2002.- № 3. - С. 53-57. 0, 8 п.л. (совместно с Агеевой Е.А.)
  3. Праздник на Эстонской земле [(о фестивале старообрядческого певческого искусства) - Н.Д.] // Музыкальная  академия. - 2009. - № 1. - С. 31-33. 0,5 п.л.
  4. Духовно-культурные очаги старообрядческой Бессарабии (село Кунича) // Традиционная культура. 2009 № 1. С. 93-104. 1 п.л.
  5. «Боярыня Морозова»: новая хоровая опера или думы о судьбе России? // Музыкальная академия.  2007 № 4. С. 8-16.  1 п.л.
  6. Старообрядческая певческая Гуслица // Сибирский филологический журнал. Барнаул-Иркустк-Кемерово-Новосибирск-Томск. 2009. № 1. С. 14-22. 0, 5 п.л.
  7. О поэтическом складе богослужебных текстов древнерусский песнопений // Сибирский филологический журнал. Барнаул-Иркутск-Кемерово-Новосибирск-Томск. 2009. № 2. С. 22-38. 0, 5 п.л.
  8. Старообрядческое церковное пение // Вестник Томского  государственного университета,  № 333 (апрель 2010), С. 55-60. 0,5 п. л.

Монографии.

  1. Денисов Н.Г. Стрельниковский хор Костромской земли: Традиции старообрядческого церковного пения. М.: Прогресс-Традиция, 2005. 480 с. 30 п.л.
  2.  Смилянская Е.Б., Денисов Н.Г. Старообрядчество Бессарабии: книжность и певческая культура. М.: «Индрик», 2007. 432 с., илл. 20 п.л.

Учебники и учебные пособия.

  1.  Всенощное бдение древних одноголосных роспевов. Вып. 1 Великая вечерня. Издание 1-е. М., 2008. 64 с.
  2.  Литургия древних одноголосных роспевов. Издание 2-е. Вып. 1. М., 2004 . 84 с.

 Статьи в сборниках материалов международных и всероссийских научных конференций

  1. Профессиональные певческие традиции Стрельниковского старообрядческого хора Костромской области // Музикални хоризонти.- София, 1989.- № 2. – С. 176-183. 0,9 п.л.
  2. Некоторые методические рекомендации по изучению певческих традиций старообрядцев // Фольклор и традиционная музыка: Науч.-метод. материалы по пробл. подготовки руководителей муз. коллективов / Вост.-Сиб. гос. ин-т культуры. - Улан-Удэ, 1990. - С. 16-21.
  3. Современная старообрядческая певческая культура: проблемы фиксации и изучения // Отечественная культура XX века и духовная музыка: Всесоюз. науч.-практ. конф.: Тез. докл. / Отв. ред. Т. В. Франтова. - Ростов-на-Дону, 1990. - С. 98-100.
  4. Певческие традиции старообрядцев беглопоповского согласия хутора Новопокровский Краснодарского края // Культура. Религия. Церковь: Всерос. науч. конф.: Мат-лы. – Новосибирск, 1992.- Ч. 3.- С. 329-342. 0,5. п.л.
  5. Традиции пения старообрядцев юго-западной части России и Верхнего Поволжья // Музыкальная культура Средневековья / тез. и докл. конф. / МГК им.

    П.И. Чайковского; сост. и отв. ред. Т.Ф. Владышевская. МГК.: М., 1992 – Вып. 2. С. 196-211. 0,8 п. л.

  6. Традиции пения в старообрядческой общине села Куничи // Периферия в культуре. Материалы международной конференции (апрель 1993). Новосибирск, 1994. С. 75-83. 0,5 п.л.
  7. Певческие традиции Стрельниковского хора Костромской земли // Skupiska Staroobrzedowcow w Europie, azji I Ameryce. Ich Miejsce I Tradycje we wspolczesenym Swiecie, Warszawa, 1994. Р. 231-236. 0,3 п.л.
  8. Традиции пения по «напевке» у старообрядцев (вопросы репертуара) // Ежегодная богословская конференция Православного Свято-Тихоновского Богословского института. Материалы 1992-1996. М., 1996. С. 175-182. 1 п.л.
  9. "Старообрядческая Венеция": Певческие традиции общины г. Вилкова // Старообрядчество: История. Культура. Современность: Тезисы. - М., 1997. - С. 236-240.
  10.  Певческие традиции в старообрядческой общине // Материалы VIII Ежегодной богословской конференции / Православный Свято-Тихоновский богословский ин-т. - М., 1998. – С. 345-353. 0,5 п.л.
  11. Певческие традиции старообрядцев Бессарабии / Н.Г. Денисов, Е.Б. Смилянская // Материалы IX Ежегодной богословской конференции / Православный Свято-Тихоновский богословский ин-т. - М., 1999. - 221-225.
  12. Церковно-певческая культура старообрядцев казаков-некрасовцев // История Церкви: изучение и преподавание: материалы междунар. конф., посвящ. 2000-летию Христианства, Екатеринбург, 22-25 нояб. 1999 г. - Екатеринбург, 1999. — 171-174.
  13. Традиции пения по «напевке» в старообрядческой певческой культуре // Музыкальная культура Средневековья: Сб. науч. тр. Вып.1: Проблемы древнерусской и армянской письменности и культуры / Сост. Т. Ф. Владышевская. / ЦМиАР, МГК. – М., 1999. – С. 215-228. 0,8 п.л.
  14. Певческие традиции старообрядчества // Музыкальная культура христианского мира. Материалы международной научной конференции. Ростов-на-Дону. 2001. С. 368-372. 0, 4 п.л.
  15.  Певческая культура старообрядцев Бессарабии // Старообрядцев Молдовы живое слово. Материалы международной научно-практической конференции «Старообрядчество Молдавии: истоки и современность». 14-16 декабря 2002 г. Кишинев, 2003. С. 217-240 (совместно с Е. Б. Смилянской). 2,0 п.л.
  16.  К вопросу о поэтической организации богослужебных текстов // Гимнология. Вып. 3. Материалы Международной конференции «Церковное пение в историко-литургическом контексте: Восток - Русь - Запад» (к 2000-летию Рождества Христова). 15-19 мая 2000 г-. М., 2003. С. 254-271. 0,5 п.л.
  17.  Из истории певческих традиций Гуслицы //  Гуслица старая и новая. Материалы межрегиональной научно-практической конференции (Куровское, 29-30 2003 года). М., «Археодоксiя». 2004. С. 73-82. 0,5 п.л.
  18. Устные традиции пения казаков-некрасовцев // Гимнология. Вып. 5: Устная и письменная трансмиссия церковно-певческой традиции: Восток – Русь – Запад / Ред.-сост. И.Е.Лозовая. Материалы международной научной конференции. 23-27 мая 2005 года. Москва: Научно-издательский центр «МГК им. П.И. Чайковского», 2008. С. 280-287. 0,8 п.л.

Статьи в других изданиях.

  1.  Церковно-певческие традиции хутора Новопокровский // Община старообрядцев-липован Приморско-Ахтарского района: история и культура. Краснодар, 2006. С. 52-58. 0,5 п.л.
  2.  Служба старообрядческому святому - Епископу Павлу Коломенскому // Музыкальная культура Средневековья: Сб. науч. тр. – Вып. 2: (Тез. и докл. конф.) / Сост. Т. Ф. Владышевская. / ЦМиАР, МГК, ВООПИК.- М., 1992 [1991]. – С. 33- 39. 0,5 п.л.
  3. Церковно-богослужебные традиции казаков-некрасовцев // Христианство и христианская культура в степном Предкавказье и на Северном Кавказе: Сб. науч. тр. / Ростовская гос. консерватория им. С. В. Рахманинова. - Ростов-на Дону, 2000. - С. 53-59.
  4. Казаки-некрасовцы сегодня // Вопросы казачьей истории и культуры. Вып. 1. Майкоп, 2002. С. 90-101. 0,5 п.л.
  5. О пении и чтении старообрядческой церкви: публикация рукописи прихожанки Стрельниковской старообрядческой общины Костромской области А.Н.Задворновой (1907-1996) // Гимнология. Вып. 4. Византия и Восточная Европа. Литургические и музыкальные связи. К 80-летию доктора Милоша Велимировича. Ученые записки Науч.центра рус.церковной музыки / Отв.ред.И.Лозовая. - М. : Прогресс-Традиция, 2003. С. 269-280. 0,5 п.л.
  6. Еще раз об истории казаков-некрасовцев // Культура российской провинции. Памяти Марины Георгиевны Казанцевой. Сборник научных статей. Екатеринбург. Изд-во АМБ, 2005. С. 125-131. 0,4 п.л.
  7. Традиционное пение в православном храме // Sacrum muzyki  Cerkiewnej. Hajnowka. 2008. С. 34-48. 0,5 п.л.

Диски: 1. Стрельниковский хор Костромской земли - Памятники старообрядческого певческого искусства - 2007, MP3, 256 kbps. Продолжительность: 59:16. Старообрядческий хор села Стрельниково. Диск издан в память основателя хора – головщика  Ивана Алексеевича Сергеева (1897—1990).

2. Хор старообрядческого Покровского собора, что на Рогожском — Памятники старообрядческого певческого искусства. Научное издание. Выпуск II. 2009.  ND 002.

См. об этом: Успенский Н. Д. Древнерусское певческое искусство. ? 2-е изд., доп.? М.: Сов. Композитор, 1971.? 624 с.: ил., нот. прим., библиогр., указ.  ркп.; Смирнова А. Е. Творчество гимнографа XVI века Маркелла Безбородого. Автореф. к. филол. наук. СПб,: ИРЛИ, 2005.

  Сти­хар­ный ? ли­цо,  по­свя­щен­ное ар­хи­ере­ем в пер­вую сте­пень свя­щен­ст­ва. По сво­е­му зна­че­нию эта сте­пень  близ­ка сте­пе­ни  ипо­ди­а­ко­на в Па­т­ри­ар­шей церк­ви. Ипо­ди­а­кон - слу­жи­тель церк­ви, стоящий в иерархии ниже ди­а­ко­на.

Ка­но­ник. ? Почаев, 1794. ? 629.  [На са­мом де­ле кни­га пе­ча­та­лась в зна­ме­ни­той ста­ро­об­ряд­че­с­кой (тай­ной) Клин­цов­ской ти­по­гра­фии].

Круг  церковного древнего знаменного пения: В 6 ч. / Изд. иждивением А.И.Морозова.— СПб: Балашов, 1884-1885.— С. 1: Октай; Ч. 2: Обиход Всенощного бдения, Триодей Постной и Цветной; Ч. 3: Обиход литургии Иоанна Златоустаго; Ч. 4: Праздники двунадесятые; Ч. 5: Трезвоны; Ч. 6: Ирмологий. Избранные песнопения двунадесятым праздникам: (Старопечатный текст). — СПб: Синод. Тип., 1912. Певческие печатные книги, изданные Л.Калашниковым: Ирмосы.— Знаменное пение, 1909. Октай и азбука церковного знаменного пения.— Киев: Знаменное пение, 1909. Октай церковного крюкового пения.— 1-е изд. — М.: Знаменное пение, 1913. Праздники. Киев, 1910. Служба в Великую субботу.— [Ижевск: Б.и., 1993]. Трезвоны.— М.: Знаменное пение, 1914.

См.: Агеева Е. [и др.]  Находки археографических экспедиций, пополнившие фонды библиотеки МГУ: Обзор поступлений 1984-1989 гг. / Агеева Е.А,  Кобяк Н.А., Круглова Т.А., Смилянская Е.Б. // Из фонда книг и рукописей Научной  библиотеки Московского университета.— М.: МГУ, 1993.— С. 229-249.

Белокриницкое согласие ? наименование старообрядцев, приемлющих белокриницкую иерархию. Белокриницкая иерархия ? иерархия Старообрядческой церкви, восстановленная в полноте трех священных чинов (диаконство, пресвитерство и епископство) в 1846 году в с. Белая Криница (ныне Черновицкая область Украины, в то время ? территория Австрийской империи) путем присоединения к старообрядчеству митрополита босно-сараевского Амвросия. В России с 1988 г. Официальное название этой церкви ? Русская Православная Старообрядческая церковь. Главой церкви является митрополит, носящий титул Московский и всея Руси. Беглопоповское согласие ? официальное название конфессии «Церковь Древлеправославных Христиан-Старообрядцев». Религиозно-административный центр с 1963 года находится в г. Новозыбков Брянской области.

Большинство из них является общинами белокриницкого согласия (общины беглопоповского и беспоповских согласий указываются в скобках). Аналогично строится и список в отношении общин, в которых не было подробного изучения певческих традиций, а было лишь ознакомление с ними.

Ознакомление с певческими традициями состоялось также в следующих общинах: с. Дурасово (Костромской области), г. Нижнего Новгорода, г. Новосибирска, г. Москвы (община беглопоповского согласия), г. Новозыбкова Брянской области, с. Добрянка Черниговской области, с. Белая Криница Черновицкой области Украины, хутора Новонекрасовский Краснодарского края, гг. Кишинева, Тирасполя, Бендер, сс. Покровка, Старая Добруджа, Егоровка в Молдове. Кроме этого, автору удалось прослушать записи богослужебного  пения, а также пообщаться с прихожанами общин: г. Калуги, г. Боровска Калужской области, Татарстана (общины беспоповцев), х. Новонекрасовский Краснодарского края, г. Сиднея (Австралия), Румынии, Бразилии (общины беспоповцев), пос. Николаевска (США) и ряда других мест.

Круг церковного древнего знаменного пения: В  6 ч. / Изд. иждивением А.И.Морозова. ? СПб.: Балашов, 1884-1885.

Указка ? это аналог дирижерской палочки.

Последние сорок лет возглавляет куничинский старообрядческий приход отец Иоанн (Иван Иосифович) Андронников, которого часто называют «заслуженный протоиерей». Отец Иоанн не просто хорошо разбирается в Уставе, знает традиции богослужения, колокольного звона в своей общине, он понимает и ценит особенности местного пения. При нем богослужение ведется очень чинно; каждый его жест, шаг, взгляд, благословение, возглас, все движения отработаны десятилетиями. Возгласы он произносит торжественно, неторопливо, действительно молитвенно. 

 

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.