WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Проблема реальности в биологической таксономии

Автореферат докторской диссертации по философии

 

                                                                              На правах рукописи

 

 

 

 

ЗУЕВ ВАСИЛИЙ ВИКТОРОВИЧ

 

 

Проблема реальности в биологической таксономии

 

Специальность 09.00.08. - философия науки и техники

 

Автореферат диссертации

на соискание ученой степени

доктора философских наук

 

 

 

 

 

 

Новосибирск

2008 г.

 

Работа выполнена на кафедре философии философского факультета Новосибирского государственного университета

Научный консультант:                доктор философских наук, профессор

С.С. Розова

Официальные оппоненты:          доктор философских наук, профессор

С.К. Черепанов

                                                       

доктор философских наук, профессор

                                                        Н.И. Мартишина

 

доктор биологических наук, профессор

М.Г. Сергеев

 

Ведущая организация                  Институт философии РАН

 

Защита состоится 26 февраля 2009 г. в 14.00 часов на заседании диссертационного совета Д 003.057.02  по присуждению степени доктора философских наук Института философии и права СО РАН по адресу: 630090, Новосибирск, ул. Николаева, 8, зал заседаний совета.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института философии и права СО РАН

Автореферат разослан  «_____»_________________2008 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

Кандидат философских наук                                                     А.Ю. Сторожук

                                                     

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность исследования. Одним из положений, в которых философия науки резюмирует многоплановость изменения облика современной науки, является тезис о том, что классическая наука превращается в неклассическую. Центральным моментом этого сдвига выступает новое понимание роли прибора, а через него и всей культуры в формировании научного знания. Меняется понимание процесса познания. Понятия объективности и истинности наполняются новым содержанием. Объектом научного познания выступает предметная реальность науки - продукт соавторства натуры и культуры. В центре этих превращений находится проблема реальности объектов исследования. Родившись в недрах классической науки, она поднимает вопросы, решение которых предполагает переход к новым философским основаниям, на которых базируется неклассическая наука, предполагающая переход к неклассическому когнитивизму. Будучи сложной и многоплановой по содержанию, касаясь предметно-онтологического, методологического и философского уровней рефлексии ученых, она требует от них быть едиными в трех лицах и проявлять обостренное внимание к современным исследованиям в области философско-научного изучения науки, к тем теоретическим средствам, которые могут поднять уровень их рефлексии и тем самым способствовать более глубокому пониманию сути и природы самой постановки этой проблемы.

Строя современную теоретическую модель науки, философия науки не может пройти мимо особенностей протекания процесса превращения классической науки в неклассическую в науках с разным уровнем методологического сознания ученых. В этом плане особенности постановки и обсуждения проблемы реальности таксонов в биологической таксономии, по сравнению с постановкой проблемы реальности в физике, представляют несомненный интерес, ибо разворачиваются на фоне существенно иного, чем в физике, уровня теоретических исследований. Да и весь облик науки, строящей научную теорию, существенно иной, чем облик науки, строящей эмпирическую классификацию. И рефлексия ученых, в частности их философские представления, существенно иные. А проблема реальности объектов исследования встает и там и там. Ее общенаучный характер отмечал Б.С. Грязнов в начале 80-х, говоря, что наука постоянно решает, на первый взгляд, тривиальный вопрос о существовании объектов, знанием о которых она является: существуют ли они, а если существование их установлено, то необходимо понять, как они существуют.

Однако, будучи по форме одной и той же, проблема реальности объектов исследования в физике и в биологической таксономии и по постановке и по поиску путей решения заметно различна. В физике проблема реальности ставится относительно продукта теоретической работы, социокультурная природа которого лежит на поверхности. В таксономии она ставится относительно продукта эмпирической классификации, которая потому и называется “естественной”, что она “увидена”, “усмотрена”, “обнаружена” в организации самой природы. Человеческий (теоретический) вклад в природный таксон полностью скрыт от нормального таксономиста. Путь перехода к неклассической науке, сопряженный со сменой философских ориентаций ученых, с новым пониманием природы познания и новым представлением об источнике истинности и объективности научного знания и, соответственно, новым пониманием феномена “реальность”, оказывается существенно разным у наук, строящих теории и строящих классификации.

Анализ особенностей проблемы реальности в таксономии важен для реализации типологических программ современной философии науки. Рефлексия ученых относительно реальности объектов исследования может включать не только различную степень осознания их социокультурной природы, но и различную степень понимания связи природного и социокультурного в структуре объектов иследования. Таксономисты считают, что они непосредственно фиксируют реально существующие в природе объекты. Они осознают социокультурный характер теории как средства познания, полагая, однако, что теории лишь помогают обнаружению и описанию таксономических объектов. Неразделимость теоретических средств и природных компонентов предметной реальности по преимуществу скрыта от таксономистов. Для физиков социокультурная природа теоретических конструктов очевидна. Вместе с тем, они также полагают, что теория - лишь средство познания истинной природы вещей, стремясь обнаружить ей эмпирическое подтверждение, полагая, что только в этом случае процесс познания получит свое завершение. Поэтому и те и другие сталкиваются с необходимостью постановки вопроса о реальности объектов исследования. Проблема таксономистов – это проблема построения естественной классификации, обусловленная регулятивными правилами организации деятельности в рамках таксономической теории. Проблема физиков – это проблема эмпирического подтверждения теории, которая, в отличие от таксономической, имеет конститутивный характер правил организации деятельности исследователей. Однако, и в том и в другом случае корни проблемы натуралистические: классическая натуралистически-организованная наука считает, что теоретическую деятельность по организации опыта можно не учитывать, поскольку теория - это лишь средство познания истинной природы вещей, не зависящей от уровня развития науки. В противоположность данной точке зрения, философия науки полагает, что в предметной реальности науки природный и социокультурный элементы неразделимы, природа, неосвоенная деятельностью, представляет “вещь в себе”, материал, который организуется теорией по-разному, в зависимости от задач исследования, уровня научно-технического прогресса и т.д.

Степень разработанности проблемы. Проблема исследуется, начиная с XVIII в. В науке - это исследования в рамках предмета таксономии, включающие работы передовых ученых - К. Линнея, М. Адансона, поставивших проблему разработки естественной системы классификации, а также проблему границ между надвидовыми таксонами как основную проблему, связанную с представлением об их естественности, Ж.Б. Ламарка, Ж. Кювье, Ж. Бюффона, Б. Жюссье и А. Жюссье, А. Декандоля, Ч. Дарвина, выявивших непрерывность системы таксонов и отсутствие резких границ, постепенность переходов между таксонами, и поставивших в связи с этим проблему реальности как надвидовых таксонов, так и видов, Г. Менделя, сформировавшего современные представления о наследственности, и других ученых XVIII-XIX вв. С конца XIX и в XX в. - это Н.В. Беклемишев, Н.И. Вавилов, В. Грант, К.М. Завадский, Б.М. Козо-Полянский, В.Л. Комаров, А.А. Любищев, Э. Майр, М. Рьюз, Дж. Симпсон, А.Л. Тахтаджян, К.А. Тимирязев, сделавшие вклад в изучение проблемы реальности видов и надвидовых таксонов, и другие ученые. Все эти исследования представляют собой различные этапы постановки и обсуждения проблемы реальности таксона как собственно научной таксономической проблемы, являющейся объектом данного диссертационного исследования, выполняемого в рамках и предмете философии науки.

В философии науки анализа данной проблемы фактически не проводилось, хотя существует огромный массив работ любой предметной определенности, который составил основную теоретическую базу диссертационного исследования. Все работы, касающиеся анализа различных аспектов проблемы реальности, связаны с сопоставлением классического представления науки о естественных объектах и философско-научного представления о предметной реальности науки, фиксирующей неразрывную связь объективной реальности и культурных средств ее познания: натуралистически-организованная наука считает, что теоретическую деятельность по организации опыта можно не учитывать, поскольку теория - это лишь средство познания истинной природы вещей, не зависящей от уровня развития науки, тогда как философия науки полагает, что в предметной реальности науки природный и социокультурный элементы неразделимы, природа, неосвоенная деятельностью, представляет “вещь в себе”, материал, который организуется теорией по-разному, в зависимости от задач исследования, уровня научно-технического прогресса и т.д. Можно выделить три основных направления анализа предметной реальности науки, имеющие непосредственное отношение к проблеме реальности объектов исследования.

Первое направление составляют работы, выявляющие важную роль деятельности ученых в процессе познания, вносящей неустранимый социокультурный вклад в предметную реальность науки. Это работы И.С. Алексеева, Е.А. Мамчур, Л.А. Микешиной, Ш. Охмори, Х. Патнэма,  В.Н. Поруса, М.А. Розова, С.С. Розовой, А.Ю. Севальникова, В.С. Швырева, Г.П. Щедровицкого и др. М.Б. Сапунов и Г.П. Щедровицкий отмечают, что натуралисты рассматривают объекты исследования как данные ученому до акта познания, тогда как в действительности природа до акта познания - это неосвоенная деятельностью материя, и только включенная в познавательные схемы, организованная человеком, она приобретает смысл и место в человеческой картине природы. Эта двухслойная природно-социокультурная конструкция, по словам М.Б. Сапунова, представляет предметную реальность науки, социокультурный вклад из которой неустраним. В работах М.А. Розова объекты науки и научная картина мира рассматриваются как результат взаимодействия человека и природы. В рамках социокультурного подхода относительно предметной реальности таксономии М.А. Розов сделал вывод, что таксономист обычно “видит” природу, но не обращает внимания на социальные программы, в которых осуществляется его деятельность и следы которых образуют то, что он видит. Иными словами, таксон - это продукт взаимодействия социальной программы и природы. Из работ зарубежных авторов - работы Х. Патнэма, введшего представление о метафизическом реализме (натуралистический подход) и внутреннем реализме, исходящем из установки на тот факт, что исследователи “разрезают” реальность на объекты, вводя тот или иной знак. Из недавних работ, примыкающих к данному направлению, можно отметить работы Ш. Охмори, фиксирующие социокультурную составляющую научной картины мира, формирующейся в результате взаимодействия воспринимаемого мира - фрагментов объективной реальности и “наложенной” на них науки, дающей картины объективной реальности.

И.С. Алексеев проанализировал значение деятельности ученого в развитии представлений о физической реальности и сделал вывод об относительности реальности в форме объекта, принимаемой классической наукой, обусловленной уровнем развития практики как реальности в “форме деятельности”. А.Ю. Севальников отмечает, что учет деятельностной составляющей приводит к трансформации субъект-объектных отношений в квантовой механике и делает вывод, что в акте взаимодействия, содеятельности объект и субъект объединены. В результате взаимодействия не теряется индивидуальности, сущности, как объекта, так и субъекта, но получается нечто новое, третье - содеятельность двух бытий.

Анализ постановки проблемы реальности в других областях научного знания проводился с целью сопоставления особенностей проблемы реальности в данных областях с характером проблемы в таксономии для выявления социокультурной составляющей в предметной реальности науки в целом.  Эти исследования важны, прежде всего, постановкой вопроса о различии статуса реальности объектов, порожденных человеческой деятельностью - искусственных объектов (археология), моделей реальных объектов (психология) и “естественных”, “природных” объектов (физика, биология, геология и др.), анализ которого выявил наличие во всех отмеченных категориях объектов социокультурной и природной составляющих. Из них представляют интерес работы Р. Солсо, Х. Хекхаузена, К.И. Алексеева по психологии, касающиеся онтологического статуса понятий когнитивной психологии, в которых делается вывод о гипотетическом характере конструктов психологии, являющихся лишь удобными моделями объектов психологии, в реальности которым ничто не соответствует. В археологии - работа Л.И. Ядута - об особенностях археологической реальности, в которой археологическая реальность рассматривается как порожденная человеком и, следовательно, искусственная в сравнении с объектами естествознания, которые считаются естественными и, следовательно, реальными. Из работ по физической реальности можно отметить работу Я. Хакинга о реальности электронов, который полагает, что электроны реальны, поскольку ими можно манипулировать. В последние несколько лет - работы Р. Хили, касающиеся онтологического статуса калибровочного потенциала в теории электромагнетизма, ставящего вопрос: является ли калибровочный потенциал реальным физическим объектом, или он служит только математическим средством?

В целом в рассмотренных работах для нашего исследования имеет значение сопоставление натуралистического и социокультурного подходов относительно понимания природы предметной реальности: натуралистический подход не учитывает социокультурную составляющую предметной реальности науки, что имеет место в таксономии и является причиной постановки проблемы реальности, а также вывод о предметной реальности науки как продукте взаимодействия человека и природы.

Второе направление составили работы, имеющие значение для понимания особенностей предметной реальности науки, касающиеся анализа философских оснований науки, связанных с признанием в качестве реальных только индивидуальных объектов. В таксономии проблема индивидуализации привела к формированию эссенциализма, признающего реальное существование общего организмов, как индивидуальной сущности, и номинализма, признающего реальное существование только отдельных индивидов. В целом, современная таксономия идет по пути эссенциализма, признавая в качестве объективно существующего общего особые наследственные сущности - генофонд, геном, определяющие таксон как индивидуальное целое. В философии науки проблему индивидуализации исследовали авторы: В.В. Целищев, пришедший к выводу, что индивидуализация объекта необходима для подтверждения его самотождественности в различных возможных мирах, а, следовательно, и признания его объективного существования, М.Ф. Волкова, которая отмечает, что “платоновская... ...идея есть фактически реально существующие особые индивидуальные объекты”, И.Я. Павлинов, отмечающий, что признание индивидуальной природы таксономических объектов фактически означает признание их реальными, а также другие авторы. Для диссертационного исследования имеет значение вывод о признании в качестве основы реальности объектов возможности представить их в форме индивидов.

Третье направление составили философско-научные исследования, в которых анализируется научный реализм, из них главный интерес составляют работы Дж. Беннета, У. Ньютон-Смита, Дж. Остина, Х. Патнэма, Дж. Смарта, Б. ван Фраассена, Я. Хакинга. Я. Хакинг, подведя итог этим исследованиям, выделил две формы научного реализма: реализм относительно объектов и реализм относительно теорий. Реализм относительно объектов признает причинную связь явлений и полагает, что теоретические объекты, электроны, кварки, гены и др., также реальны как турбины, отдельные деревья, вихревые потоки и т.д. Теории эта разновидность реализма воспринимает как средства познания окружающего мира и выявления истинной природы вещей, не зависящей от уровня развития науки. Реализм относительно теорий отрицает причинность явлений и существование теоретических объектов и полагает, что явления окружающего мира можно описывать на основе законов, выводимых теориями, истинность которых относительна к уровню развития человеческой культуры. Для нашего диссертационного исследования важна вторая точка зрения, отражающая социокультурный вклад в научную картину мира.

Одна из причин проблемы реальности теоретических объектов выявляется в анализе вопроса о различии статуса реальности наблюдаемых и теоретических объектов в работах по физике, например, в работе Л.Г. Антипенко о физической реальности в целом, который все физические объекты делит на две группы: наблюдаемые, относительно реальности которых вопроса не ставится, и теоретические, по отношению к которым ставится вопрос: можно ли отнести их к классу вещей, рассматриваемых Антипенко в качестве реальных. Данный вопрос проанализирован в работах К. Поппера, П. Фейерабенда, И. Лакатоса, М. Малкея, сделавших вывод, что факты наблюдения не являются теоретически нейтральными, в основании фактов лежит предшествующее им теоретическое исследование. Результат, полученный данными авторами, имеет значение для данного исследования: в таксономии теоретическая природа наблюдаемых фактов не анализируется и не принимается в расчет в силу регулятивного характера правил организации теоретической деятельности таксономистов.

Исследования относительно степени зрелости теории, как показателя ее эффективности и истинности, имеют значение для данного исследования. Это работы И. Лакатоса, К. Поппера, В.С. Степина и др. В данных работах сформировано представление о незрелой науке, развивающейся методом проб и ошибок, и зрелых научно-исследовательских программах, имеющих “ядро” и “защитные пояса”. Авторы выделяют классический, неклассический и постнекласический этапы развития науки. Делается вывод, что на этапе преднауки теория развивалась путем схематизации практики, тогда как в развитой науке теория развивается как бы сверху по отношению к практике: идеальные модели создаются не за счет абстрагирования свойств и отношений объектов реальной практики, а конструируются в процессе оперирования уже созданными ранее идеальными объектами. Механизм функционирования незрелой и зрелой теорий был раскрыт в исследованиях Дж. Серля, введшего представление о регулятивных и конститутивных правилах организации научной деятельности. Для нашего исследования имеет значение вывод о реализации регулятивных правил организации деятельности в таксономической теории. В таксономии регулятивные правила организации деятельности выступают как правила, присущие самой природе таксономической реальности, исследователи “открывают” их в процессе изучения объектов, существующих в природе в форме индивидов. Теория с регулятивными правилами организации научной деятельности приводит к неустойчивости референции знания и является одной из главных причин проблемы реальности. Для диссертационного исследования представляет интерес развитие теоретического конструирования на основе введения конститутивных правил организации таксономической деятельности для решения проблемы неустойчивости референции.

Объект исследования: проблема реальности объектов исследования как особый социокультурный феномен, характерный для ряда областей естествознания и для биологической таксономии, относительно которой выполнено диссертационное исследование.

Предмет исследования: cоциокультурные механизмы возникновения проблемы реальности в таксономии.

Цель исследования - выявление содержания проблемы реальности в биологической таксономии, и его анализ с использованием современных теоретических средств анализа науки и ее продуктов - знаний, а также на этой основе обсуждение необходимых предпосылок и возможных путей решения проблемы.

Задачи исследования:

1. Проанализировать гипотезу о роли натуралистического подхода в возникновении проблемы реальности в таксономии.

2. Выявить роль незрелости таксономической теории с регулятивными правилами организации деятельности таксономистов в возникновении проблемы реальности таксонов.

3. Выявить связь проблемы реальности таксонов с проблемой устойчивой референции в таксономии.

4. Дать анализ исторических форм и конкретных предпосылок возникновения проблемы реальности таксонов.

5. Рассмотреть необходимость развития в таксономии зрелой теории с конститутивными правилами организации деятельности в качестве предпосылки решения проблемы реальности таксонов. Проанализировать причины различия в постановке проблемы реальности вида и реальности надвидовых таксонов.

6. Рассмотреть роль социокультурного понимания таксономической деятельности и таксономического знания в решении проблемы реальности таксонов. Наметить пути решения проблемы реальности таксонов, исходя из идеи социокультурной обусловленности познания и, в частности, относительности получаемых научных знаний о природе к используемым в ходе познания теоретическим средствам, создающим предметы научного исследования.

7. Рассмотреть возможность использования теории социальных эстафет в качестве средства построения природно-социокультурной онтологии феномена “биологический таксон”.

Методология исследования. В основе методологии диссертации лежат следующие принципы:

Принцип историзма в форме установки на анализ фактической истории конкретной науки. В таксономии - это изучение того, как фактически работали и работают ныне таксономисты, в противоположность установке на возможные методологические предписания о том, как им следовало бы это делать. Тем самым автор диссертации присоединяется к идее превращения современной философии науки в особую научную дисциплину, изучающую науку, и тесно связанную с методологией науки как составной частью изучаемой науки, определяющей основные стратегические направления и пути ее развития. Как всякая наука, философия науки опирается на определенные собственно философские основания, представленные в частности предельными гносеологическими допущениями, характерными для современной, неклассической науки.

Принцип социальной обусловленности научного знания. Успехи современного естествознания, в частности квантовой физики, породившей неклассическую науку, существенно меняют представления о познании как о фиксации того, что существует в природе самой по себе. Признаваемая неклассической наукой зависимость научного знания не только от изучаемой реальности, но и от средств ее изучения, заставляет пересматривать предельные гносеологические допущения, на которых базировалась классическая наука. Для классического естествознания объекты науки даны исследователю как вполне определенные до акта познания, в ходе которого строится картина объекта, во всем соответствующая реальности “самой по себе”.

Современная наука кардинально меняет это представление о познании, усматривая в познании активность социального субъекта, определяющую не только сам факт возникновения знания, но и некоторое содержание изучаемой реальности. Осознание современной культурой деятельностной, практической природы познания дает возможность различить объективную реальность и предметную реальность науки, понимая под последней определенные социокультурные представления объективной реальности, выполненные в средствах данной науки. В качестве предельных гносеологических допущений автор опирается на познание как на фиксацию продукта взаимодействия реальности, объективно существующей независимо от исследователя, и социокультурных средств ее представления и выражения, включающих не только взаимодействующие с ней приборы, но и весь арсенал культурных ресурсов общества.

Принцип заимствования естественно-научных методов в гуманитарных науках, заключающийся в возможности провести гуманитарное исследование по стандартам естественной науки. В качестве стандарта гуманитарного исследования рассматривается феноменологическое описание исследуемого явления, тогда как стандартом естественнонаучного исследования является выявление структурных особенностей и механизмов, лежащих в основе исследуемого явления. Соответственно, философско-научный анализ таксономии включает выявление и анализ программ деятельности таксономистов, в частности, эстафетных структур, где эстафетные структуры представлены социальными эстафетами воспроизводства различных видов деятельности, составляющих основу таксономической программы, включающих главным образом два типа эстафет: лингвистические эстафеты - эстафеты словоупотребления, и экстралингвистические - эстафеты оперирования с называемыми так объектами.

Автору представляется, что отмеченные методологические установки философско-научного исследования могут способствовать не только объяснению проблемы реальности таксона, но и ее фактическому снятию в прежнем ее содержании, в переводе ее в форму проблемы критериев предметной реальности науки. Решение же проблемы, с точки зрения автора, находится вне компетенции философии науки. Оно всецело принадлежит компетенции научного сообщества.

Данная методология предполагает методы исследования, представленные, во-первых, методами философско-научного анализа текстов работ таксономистов различных исторических этапов развития таксономии, а также текстов специальных историко-научных исследований, посвященных истории таксономии. Метод был применен для анализа рефлексии таксономистов, дающей наиболее богатое и полное представление о содержании образцов исследовательской таксономической деятельности.

Во-вторых, применяется метод теоретической реконструкции исторически складывающихся эстафетных структур деятельности таксономистов. С его помощью выявлялось уже не содержание деятельности таксономистов, представленное их рефлексией, а выстраивались сами эстафетные структуры этой деятельности, представляющие собой механизмы трансляции соответствующих образцов.

В-третьих, это метод логического анализа полученного в том и в другом исследованиях материала с целью гипотетического выявления в нем глубинных, эстафетных оснований возникновения в рефлексии ученых анализируемой проблемы - проблемы реальности таксонов. Предполагалось, что именно куматоидная онтология и эстафетный механизм трансляции опыта деятельности таксономистов могут послужить теми теоретическими средствами, с помощью которых проблема реальности таксона получит некоторый новый уровень анализа ее природы.

Теоретическая и эмпирическая база исследования. В качестве исходной модели науки и научной деятельности избрана концепция науки, изложенная в работах М.А. Розова, в частности, в работах “Теория социальных эстафет и проблемы анализа знания” (1997) и “Феномен социальных эстафет” (2004), разработанная на базе теории социальных эстафет. Данная концепция может быть применена для анализа различных проблем, возникающих в науке, связанных с особенностями научного знания, в данном случае – для анализа проблемы реальности. Одно из достоинств концепции - возможность применения объясняющего подхода в гуманитарных науках, соответственно, возможность описания не только содержания научного знания, но и механизмов его существования. В рамках данного исследования – это учет социального бытия таксономии как совокупности устойчиво воспроизводящихся научных (социальных) программ, включающих такой социокультурный феномен как проблема реальности таксона. Применение объсяняющего подхода позволяет объяснить причины возникновения таксономических программ, включающих несовместимые, противоречащие друг другу элементы, например, в концепции ограниченного трансформизма, приводящие к постановке проблемы реальности таксона. Другое достоинство – это возможность анализа систем с рефлексией посредством фиксации устойчиво воспроизводящихся (эстафетных) образцов рефлексивного осознания собственной деятельности учеными, в частности, в таксономии – осознание таксономистами собственной деятельности как эмпирической фиксации объектов в природе, или в физике осознание физиками собственной деятельности как теоретического предсказания феноменов. Данный анализ позволяет зафиксировать нарушение рефлексивной симметрии между эмпирическим и теоретическим этапами исследования, в идеале симметричными, что приводит в первом случае - к эмпирической, а во втором – к теоретической системам знания.

Эмпирическим материалом исследования явилась история таксономии, представленная как в специальной историко-научной литературе, так и в классических трудах таксономистов. Особо отметим научную рефлексию таксономистов, ставящих, обсуждающих и решающих проблему реальности объектов таксономии, а также рефлексию ученых других областей естествознания. Философско-научные представления о предметной реальности науки, зафиксированные в историко-научных и философско-научных текстах, использовались и как эмпирический материал и как мнения коллег по философско-научной специальности.

Научная новизна диссертационного исследования:

Впервые проведен философско-научный анализ проблемы реальности в биологической таксономии, давший возможность зафиксировать причины постановки данной проблемы посредством

- выявления неадекватности понимания таксономистами научного познания как отражения объективной таксономической расчлененности природы, когда мыслится, что объект и знание с той или иной степенью точности соответствуют друг другу, тогда как по современным представлениям следует различать объективную реальность и предметную реальность науки: знание относится к предметной реальности науки и претерпевает изменения в процессе исторического развития науки с ростом научно-технического прогресса, развитием научно-технических средств исследования и т.д.

- фиксации факта наличия в таксономии признаков незрелой теории с регулятивными правилами организации деятельности; зрелая теория опирается на конститутивные правила организации научной деятельности, формулируемые человеком, организующие деятельность вполне определенным образом, тогда как в незрелой теории с регулятивными правилами полагается, что эти правила присущи самой природе реальности и их нужно открыть в природе, что обусловливает ситуативный характер работы исследователей и постоянное изменение знания об объектах.

- выявления несогласованного характера присвоения разными таксономистами онтологического статуса различным моделям таксонов, когда каждый исследователь полагает, что он открыл природные свойства объекта исследования, соответственно, полагает, что предыдущий исследователь ошибался при описании данного объекта; это обусловливает нестационарность социальных механизмов трансляции опыта таксономической деятельности, приводящую к многообразию и небольшому сроку жизни моделей таксонов, создаваемых разными таксономистами.

Выявлены особенности развития онтологии таксономии: в ее развитии прослеживаются три формы – статическая, эволюционная и концепция «ограниченного трансформизма», для первой из которых выявлены 4 генетических формы проблемы реальности (проблема несоответствия представлений разных таксономистов об одних и тех же объектах, как проблема истинности знания о данных объектах, рефлексивно-симметричная проблеме реальности данных объектов, проблема границ между сходными объектами как проблема реальности самих объектов, проблема реальности таксономической категории или ранга, проблема реальности типа), для второй характерна 5-я генетическая форма – проблема реальности таксономических объектов во времени, и третья объединяет все 5 генетических форм проблемы реальности.

Намечены пути решения проблемы реальности в таксономии посредством учета социокультурной природы предметной реальности таксономии и развития зрелой теории таксономии с конститутивными правилами организации деятельности таксономистов, предложен оригинальный образец теоретического конструирования в таксономии с использованием куматоидной онтологии и конститутивных правил организации деятельности.

 

Положения, выносимые на защиту:

1. Натуралистический подход к познанию природы рассматривает таксономические объекты как существующие в природе самой по себе и независимые во всей своей определенности от людей и их отношения к природе. Они имеют четкие границы и иерархически упорядочены. Однако, неудачи практической таксономии, а именно: безуспешные попытки таксономистов “обнаружить таксоны в природе”, т.е. построить их непротиворечивую систему с четкой иерархической структурой и четкими границами между таксонами внутри каждого иерархического уровня и приводят к постановке проблемы реальности таксонов. Объем и границы одних и тех же таксонов оцениваются по-разному различными исследователями, что определяется различными научными подходами, в рамках которых осуществляется деятельность исследователей. Это приводит к критике идеи объективной таксономической расчлененности природы и сомнениям в реальности таксонов.

2. Проблема реальности таксонов тесно связана с ценностной установкой таксономистов на построение естественной классификации живых организмов. Классификации, обладающие достоинствами, обычно приписываемыми естественным классификациям (сохранение стабильности при выполнении сколь угодно сложных и разнообразных исследовательских программ), могут быть построены только с использованием зрелой теории в рамках реализации конститутивных правил. Неучет этого обстоятельства и попытки достичь достоинств идеальной классификации на основе регулятивных правил организации деятельности порождают классификационную проблему в таксономиии и тем самым рефлексивно симметричную ей проблему реальности таксонов. Таким образом, источником возникновения этой проблемы выступает незрелая теория.

3. В силу незрелости теории таксономии в ней сложилась практика стихийного включения моделей, полученных в процессе “черновой” работы, в онтологические схемы науки. Данный процесс происходит путем многократного пересматривания оснований выделения неясных (модельных) таксонов, предлагаемых разными таксономистами, путем многочисленных проб и ошибок, постепенного “отсеивания” слабых, неэффективных моделей, что делает возникающие таким путем онтологические схемы неустойчивыми и несущими на себе явные следы социокультурного вклада, что в свою очередь порождает сомнения в реальности таксонов.

4. Биологический таксон как элемент предметной реальности науки таксономии прошел в своем развитии ряд этапов, различающихся характером принимаемой за основу философской онтологии, начиная от статической (метафизической) и кончая эволюционной. Идея тесной связи таксономического разнообразия и эволюционного развития форм живых организмов, систематики (строящейся в основном эмпирически) и филогении, требующей теоретической работы, реализуется в современной таксономии, порождая сложные и вместе с тем трудно поддающиеся адекватной рефлексии связи взаимодействия эмпирических и теоретических исследований, что существенно обостряет постановку проблемы реальности таксонов. Кроме того, в развитии таксономии имели место тесные связи между философскими взглядами ученых на природу и способ бытия общего и их пониманием природы и способа бытия таксона. Реализм (крайний и умеренный), номинализм и концептуализм приводили к существенным различиям в понимании таксона. Тезис об объективной таксономической расчлененности природы приводил к позитивному решению проблемы реальности таксонов, тогда как номиналистические установки склоняли ученых к отрицанию их реальности, к признанию условности их выделения деятельностью таксономистов. В современной таксономии номиналисты признают реальность особей и отрицают реальность таксонов, реалисты же, признавая реальность и особей и таксонов, сталкиваются с трудностями обнаружения конкретных таксонов в ходе эмпирического исследования. Преобладающая ныне концепция умеренного реализма принимает в качестве реальных только таксоны видового ранга, тогда как надвидовые таксоны рассматриваются как подразделения, принимаемые для удобства обозрения таксономического разнообразия.

5. Непосредственным источником возникновения проблемы реальности таксонов надвидового уровня и значительной части таксонов видового ранга в рамках концепции умеренного реализма является отсутствие адекватных теоретических моделей этих таксонов, что выражается в отсутствии устойчивого консенсуса в научном сообществе по поводу конкретных границ между таксонами одного ранга и по поводу принадлежности отдельных таксонов к тому или иному таксону более высокого ранга иерархии. Относительный консенсус достигнут в сообществе таксономистов применительно к реальности таксона ранга “вид”, что является следствием более или менее успешного теоретического конструирования идеальной системной модели вида для отдельных групп живых организмов (в частности - для бипарентальных организмов в рамках биологической концепции вида) и признаваемое рядом исследователей ее хорошее эмпирическое подтверждение. Понятие биологического вида является теоретической конструкцией науки, прошедшей во многих случаях через фильтры проверки на соответствие с реальностью и получившей в науке статус онтологической схемы - элемента предметной реальности науки, совпадающего с точки зрения рефлексии ученых с объективной реальностью природы.

6. Выход из указанных трудностей лежит в первую очередь на пути  осознания социокультурной природы предметной реальности таксономии, что необходимо для переосмысления проблемы реальности. Проблема реальности таксонов в этой связи примет форму проблемы критериев принадлежности изучаемого феномена к предметной реальности науки. Кроме того, выходу из указанных трудностей будет способствовать смена ценностной установки таксономистов от ценности эмпирического исследования к ценности теоретического исследования и достижения возможности построения идеальной в понимании натуралистов “естественной таксономии” - наиболее оптимальной таксономии (которую можно построить только теоретическим путем), сохраняющей устойчивость выделенных таксонов при сколь угодно сложной и разнообразной исследовательской программе. Осознание учеными социокультурной природы познания обеспечит понимание относительности научного знания к средствам познания и, в частности, к культурным ресурсам науки и тем самым снимет проблему реальности таксона в ее натуралистической форме, как проблему их существования в мире природы “самой по себе”. Новое социокультурное понимание реальности таксонов исходит из идеи их существования в мире взаимодействия человеческой культуры с освоенной человеческой деятельностью объективной реальностью. В ходе этого взаимодействия возникают научные предметы, строится предметная реальность науки как совокупность ее онтологических схем, представляющих объективную реальность природы в теоретических средствах данной науки.

7. Биологический таксон как элемент предметной реальности науки таксономии в рамках социокультурного подхода выступает как объектное поле социального куматоида понятия “таксон”, в основе которого лежит куматоидная природа феномена общего. В рамках теории социальных эстафет понятие “таксон” имеет особую онтологическую природу, напоминающую волну на поверхности водоема, а именно совокупность научных программ, как бы “живущих” на постоянно сменяемом материале, “скользящих” по этому материалу, постоянно переходя с одной его части на другую. В основе этого “скольжения” лежит отождествление учеными отдельных организмов как обладающих, с точки зрения людей, общими диагностическими признаками. Человеческий характер этого отождествления в рамках натуралистического подхода не осознается. Осознание его социокультурного характера является главным фактором, снимающим проблему реальности таксона. Программы, образующие содержание понятия “таксон”, представлены набором правил словоупотребления термина “таксон” и правил предметного оперирования с так обозначенными объектами в эмпирических и теоретических исследовательских ситуациях. Эти программы меняются исторически и от одной школы таксономистов к другой.

Значение результатов диссертационного исследования:

1. Опыт применения эстафетной модели науки в исследовании таксономического знания может использоваться для развития методологии и теории философии науки, поскольку:  

- осуществлен переход от понимающего подхода, характерного для всех гуманитарных наук и философии науки в том числе, реализующего феноменологические описания исследуемых явлений, к объясняющему подходу, реализующему описание структурных особенностей и механизмов исследуемых явлений путем анализа не только содержания образцов познавательной деятельности, но и механизмов их трансляции – социальных эстафет познавательной деятельности, их становления и изменения;

- показана связь особенностей эмпирического и теоретического исследований в таксономии с программой теоретического конструирования посредством экспликации исторически складывающихся образцов теоретического конструирования;

- на примере процессов таксонообразования в предметной реальности таксономии выявлены пути и механизмы культурных вкладов в изучаемую реальность (в соответствии с эстафетной моделью науки научные программы таксономии реализуются на постоянно сменяемом биологическом материале, в основе этой реализации лежит отождествление учеными отдельных организмов как обладающих, с точки зрения людей, общими диагностическими признаками).

2. Исследована проблема реальности как особый целостный социокультурный феномен, имеющий множество аспектов, обусловленный онтологическими, гносеологическими, методологическими причинами, что имеет значение для построения модели развития науки в целом, как особой целостной социокультурной традиции, одной из характерных особенностей которой является феномен проблемы реальности объектов исследования.

3. Научно-практическое значение исследования заключается в возможности использования результатов исследования для снятия проблемных ситуаций в таксономии, связанных с возникновением проблемы реальности (в частности – трудности развития теории таксономии, обусловленные натуралистическим представлением об объекте исследования); в создании предпосылок для повышения общей философской культуры в сообществе биологов-таксономистов, для использования результатов исследования в разработке теоретического конструирования в биологической таксономии.

4. Работа имеет практическое значение для образовательного процесса путем использования ее результатов при разработке спецкурсов по проблеме реальности и курсов лекций по философии науки для студентов и аспирантов и по общей философии для студентов факультетов естественных наук.

Апробация работы. Результаты работы изложены в монографии «Проблема реальности в биологической таксономии» (2002), объемом 12 п.л., в разделе «Проблема способа бытия биологического таксона и философская рефлексия в биологии» монографии «Проблема способа бытия объекта исследования как методологическая проблема» (2002), объемом 1.5 п.л., в 15 статьях, опубликованных в центральных и местных изданиях. Основные положения диссертации  обсуждались на философском семинаре кафедры философии НГУ, философском семинаре Института философии СО РАН; представлены в виде выступлений, опубликованных тезисов и докладов на всероссийских конференциях: на Философской конференции (Ростов, 2002), XI Делегатском съезде Всероссийского ботанического общества (Новосибирск, 2003). Результаты исследования используются для преподавательского курса «Введение в философию» для студентов ФЕН (химики, 2 курс) и ГГФ, 2 курс.

Структура работы. Работа включает содержание, введение, 5 глав, заключение, список литературы.

 

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении формулируется актуальность темы диссертации, определяются цели и задачи, методологическая основа и эмпирический материал исследования, степень изученности проблемы, новизна и практическая значимость работы, ее структура.

В главе 1. «Проблема реальности в философии и науке» рассматриваются различные концепции философии науки с целью выявления той, которая позволила бы провести анализ проблемы реальности в таксономии. Наряду с этим рассматриваются разработки в современной философии биологии, исследующие различные аспекты биологической реальности (социокультурная обусловленность познания, проблема реальности общего). Анализируются особенности и конкретные причины постановки проблемы реальности в ряде областей естествознания (физике, археологии, психологии, биологии), а также сложившиеся в философии науки средства анализа различных аспектов проблемы реальности, фиксирующие ее причины: недостаточность натуралистического подхода в исследовании объектов действительности, отсутствие эмпирического подтверждения теоретических высказываний, связь проблемы с представлением о словах как об указателях референции и др. В разделе 1.1 «Проблема реальности как общая проблема ряда наук» отмечается, что проблема реальности по-разному рассматривается учеными и философами науки. С одной стороны, ученые считают реальными, существующими в природе «самой по себе», лишь некоторую часть из всего многообразия объектов исследования, функционирующих в науке. Другая часть рассматривается ими как модели, которым в реальности ничего не соответствует. Поэтому для них проблема реальности - это выражение недостаточного познания: проведение грани между возможностью полагания объекта в качестве реально существующего и еще достаточно туманным представлением о возможности такого полагания.

Совершенно иначе проблема выглядит с позиции философа науки (в рамках принятой нами концепции), который усматривает ее не в том, чтобы разобраться, что «от природы», а что «от науки», а в том, чтобы понять, при каких условиях и как именно ученые наделяют статусом реально существующих одни объекты, а другие оценивают как их теоретические модели. Философу науки важно понять, как возникает научная онтология, как в числе многих научных построений выделяется и обособляется тот слой научной организации, который представляет «природу» в системе науки. Таким образом, обращение к философии науки связано со стремлением разобраться не в природе объекта как такового, а в природе самой проблемы его реальности; не решать эту проблему, а понять ее истоки и возможные пути ее решения.

К анализу данной проблемы обращаются многие выдающиеся ученые XX столетия, например, А. Эйнштейн, посвятивший ей ряд специальных работ. Суть проблемы выявляется в беседе Эйнштейна с Р. Тагором.  А. Эйнштейн не соглашается с Р. Тагором в вопросе об истине и высказывает мнение, характерное для большинства ученых-натуралистов, что истина не зависит от людей, что она соответствует объективной реальности. Проблема истины и проблема реальности таксона или другого знаниевого образования, построенного наукой и претендующего на соответствие природе, оказываются тесно связанными: если истинно научное построение “таксон”, то таксон реально существует в природе “самой по себе”. Это - позиция А. Эйнштейна. Если истинно научное построение “таксон”, то таксон реально существует в освоенном человеком мире и несет на себе следы взаимодействия человека и мира. Это - позиция Р. Тагора.

Итак, для исследователя-натуралиста природа с самого начала состоит из объектов созерцания, которые и становятся затем, по мнению натуралиста, объектами специального научного исследования. В  силу натуралистического понимания реальности, в науке сложилась “двухслойная концепция научного знания”, составляющая существо “стандартной концепции науки”, описанной М. Малкеем . Двухслойная концепция научного знания, по существу верно схватывающая двухслойный характер знания, дает ему натуралистическую трактовку и имеет онтологические истоки в эссенциалистском понимании реальности, когда полагается, что реальность имеет два “слоя”: наблюдаемый - эмпирически данные фрагменты реальности, и ненаблюдаемый, определяющий структуру наблюдаемого слоя, описываемый теоретическими конструктами, открываемыми исследователем в процессе научной работы. Часто встает вопрос о соответствии теоретических объектов, как научных конструктов, объективному положению дел, т.е. об объективном существовании или, проще, о реальности того, что описано тем или иным теоретическим конструктом.

Этот же вопрос встает и по отношению к эмпирическим объектам, т.е. фрагментам реальности, данным ученому эмпирически, “покоящимся” на теоретическом фундаменте. Иначе говоря, возможна ситуация, когда эмпирически данные фрагменты реальности “подвисают в воздухе”, лишаясь ненаблюдаемого слоя, выступающего в качестве базиса, определяющего наблюдаемый слой реальности. Наряду с этим, возможна ситуация, когда тот или иной эмпирический объект, ранее воспринимаемый одним способом, и соответственно называемый, переназывается, оказываясь не тем, чем ранее считался. В противовес стандартной концепции науки, современная философия науки показывает, что теоретические объекты науки, равно, как и эмпирические - это результат деятельности ученых.

В случае, если заведомо теоретические средства - знаниевые образования - не находят себе “поддержки”, опоры в эмпирически данных ученому фрагментах реальности, нарушается классическая схема “двухслойности научного знания” - ненаблюдаемый слой не “выявляется” в наблюдаемых фрагментах, соответственно встает проблема реальности и самих объектов - эмпирически данных фрагментов реальности, не получивших теоретического объяснения. Ученый встает перед проблемой поиска адекватной мысленной картины наблюдаемого фрагмента реальности. Философия науки объясняет это несогласованностью эмпирических и теоретических элементов знания. Однако ученый-натуралист склонен “погружать” теоретические объекты в реальность, в природу “саму по себе”. Поэтому, сталкиваясь с несоответствием теоретических объектов эмпирии, ученый именует эти теоретические объекты “моделями”, оставляя за ними наименования объектов, надеясь получить в дальнейшем исследовании подтверждения их существования в природной реальности.

В разделе 1.2 «Философия науки и ее роль для анализа проблемы реальности» рассматриваются различные концепции философии науки – В.А. Канке, И.Т. Касавина, В.Н. Поруса, А.П. Огурцова, М.А. Розова и других авторов с целью выявления концепции, которая позволила бы провести анализ проблемы реальности в таксономии.

В.Н. Порус считает, что философия науки «делает науку зеркалом человека, тогда как научные дисциплины о науке пытаются рассмотреть науку «сквозь прозрачное стекло», увидеть ее в объектной форме, поступая с ней как, собственно, и предназначена поступать наука с любым своим предметом». И, продолжая свою мысль, далее говорит, что в этом плане философия науки не может быть ни общим названием совокупности разных наук о науке, ни философской частью науковедения, ни особой научной дисциплиной. А главным ее предметом и конечной цельюдолжен бытьчеловек, осуществляющий познавательную деятельность в форме науки. В этом плане, по мнению В.Н. Поруса, область интересов философии науки - методы, язык науки, научные институты, нравственность и социальная роль ученых, отношения людей в научных коллективах, и многое другое, знание о чем она черпает из междисциплинарных (научных и метанаучных) исследований.

М.А. Розов полагает, что современная философия науки рождается на стыке философии и историко-научных исследований, отмечая, что эмпирически ориентированная философия науки – это уже не философия в традиционном ее понимании, по крайней мере, в перспективе. По всей вероятности, она формируется аналогично социологии или психологии и другим наукам, которые еще недавно имели философское прошлое. Раскрывая причины формирования философии науки, М.А. Розов говорит, что в формировании многих наук наблюдается следующая закономерность: развитие начинается с накопления чисто рецептурных знаний практического характера, а на следующем этапе исследователей начинает интересовать объект сам по себе. Так, например, Э. Дюркгейм, описывая возникновение социологии, говорил, что все исследования социальной жизни до О. Конта существенно отличались от того, что означает слово «социология». Они ставили себе задачей не описать общества «такими, каковы они в данный момент на деле или каковы они были на деле», а исследовать, какими «должны быть общества, как они должны сорганизоваться», чтобы быть по возможности совершенными. Совсем другую цель ставит социология, изучающая общества для того, чтобы их познать и понять, также, как физик, химик, биолог изучают физические, химические и биологические явления.

М.А. Розов считает, что в развитии современной философии науки имеет место аналогичная ситуация. Довольно длительный период времени работы по философии науки имели логико-методологический характер, в частности, исследования Венского кружка и «Логика научного исследования» К. Поппера. К. Поппер, отмечая задачи философии науки, считает, что не следует требовать выделения некоторой научной системы раз и навсегда в положительном смысле, но нужно потребовать, чтобы она «имела такую логическую форму, которая позволяла бы посредством эмпирических проверок выделить ее в отрицательном смысле: эмпирическая система должна допускать опровержение путем опыта». М.А. Розов обращает внимание на то, что здесь все выдержано в модальности долженствования, аналогично тому, что имело место в формировании социологии до О. Конта, который перешел к модальности существования. Аналогично и Т. Кун, независимо от того осознавал он это или нет, также перешел в исследовании науки от модальности долженствования к модальности существования, и тем самым прочертил границу между методологией и философией науки.

В целом вопрос о предмете философии науки является дискуссионным, но отдается предпочтение концепции М.А. Розова, поскольку она вскрывает механизмы формирования двух типов систем знания. Это является ценным в том смысле, что позволяет проводить границу между классической философией и философией науки, исходя из фактически складывающихся норм деятельности исследователей, и позволяет фиксировать моменты формирования в недрах философии новых дисциплин, включая и философию науки. Данная концепция имеет ряд преимуществ для анализа проблем, связанных с особенностями научного знания, в данном случае – для анализа проблемы реальности. В частности – возможность применения объясняющего подхода в гуманитарных науках посредством описания не только содержания научного знания, но и механизмов его существования. В рамках данного исследования – это учет социального бытия таксономии как совокупности устойчиво воспроизводящихся научных (социальных) программ.

Для анализа проблемы реальности важны два аспекта, альтернативные трактовки которых в разных сочетаниях обусловливают различные образцы понимания реальности - это социокультурная обусловленность познания (1) и проблема существования общего (2). Рассматриваются работы Л.А. Микешиной, Г.П. Щедровицкого, М.Б. Сапунова, в которых отмечается социокультурная обусловленность познания, а также работы В.М. Эпштейна, Х. Патнэма, Я. Хакинга, М.А. Розова, в которых анализируется проблема существования общего. Например, Л.А. Микешина рассматривает социокультурный фактор как один из ведущих при анализе познавательного процесса. Она говорит, что «…реальность можно рассматривать в различных перспективах, концепциях и языках, но важно признавать, что привилегированного выбора нет ни в одном из этих вариантов». Далее она рассматривает сложившиеся в отечественной гносеологии представления о познании как отражении и отмечает, что в настоящее время выявилась неполнота  и проблематичность трактовки познания как «непосредственного получения «копии», образа реального мира». Как она считает, познавательный процесс не всегда есть отражение и, как правило, включает творчески-созидательные, конструктивные и гипотетико-проблемные подходы, в основе которых лежат не только параметры объекта, но особенности продуктивного воображения, социокультурные предпосылки, индивидуальный и коллективный жизненный опыт.

В большинстве работ анализирующих проблему существования общего фиксируется социокультурный характер реальности общего. Так, Патнэм полагает, что вопрос: «Из каких объектов состоит мир?», - имеет смысл только в рамках какой-либо теории или описания. Не существует единственной истинной теории или описания мира, а истина представляет некую разновидность рациональной приемлемости или же идеальной согласованности различных убеждений друг с другом и данными опыта в той степени, в какой «эти данные репрезентированы в нашей системе убеждений», а вовсе не как соответствующие независимому от сознания положению дел. Вместе с тем, концепция Х. Патнэма не лишена недостатков и справделиво критикуется Я. Хакингом. Например, слабое место в теории Патнэма, как считает Хакинг, это – теория референции. Хакинг замечает, что концепция «значения» Патнэма содержит «зародыши собственного крушения» и они есть не что иное, как «точки расширения» в терминологии Я. Хакинга. Имеется в виду, что значение термина, относимого к естественному типу – это последовательность элементов, сходящаяся к объему термина, но ее невозможно выявить, как считает Хакинг. Когда идет речь о кошках и ковриках, возможно, имеется в виду то, что Патнэм имеет в виду, говоря о вишнях и деревьях, - и, тем не менее, различия в референте не будет, потому что то, в чем уверен Хакинг (некая кошка находится на некоем коврике) выражается предложением, которое в интерпретации Патнэма есть нечто, в чем Патнэм уверен в той же степени (некая вишня находится на некоем дереве). Это, конечно, довольно необычно. Здесь имеют место две трудности: с одной стороны, нужно сделать правдоподобным для нас это странное утверждение. С другой стороны, необходимо понять его место в аргументации против внешнего или метафизического реализма. Таким образом, мы должны иметь «локальный аргумент для вывода заключений о кошках/вишнях, и у нас должен быть локальный аргумент, показывающий, как это приводит к антиметафизической позиции».

Феномен общего и форма его существования находят свое объяснение в куматоидной концепции М.А. Розова. Понятие куматоида включает программу и поле ее реализации. Научная реальность рассматривается как имеющая куматоидную природу: каждая программа имеет свою область реализации, свое объектное поле, “скользит”, “катится” по своему материалу. Как отмечает М.А. Розов, “суть в том, что естествоиспытатель, как правило, “видит” природу, но не замечает тех социальных программ, в которых работает, и следы которых как раз и образуют то, что он видит. В большинстве случаев это столь же удобно, как смотреть кинофильм, забывая о технологии создания изображения на экране”. Если же не забывать о социальных программах деятельности ученых, то любой объект научного исследования, в том числе и таксон, может быть рассмотрен как объектное поле социального куматоида - комплекса социальных программ научного исследования - тот конкретный материал объективно существующей реальности, который “захвачен” данной социальной программой, вовлечен ею в исследовательскую деятельность натуралистов.

Отсюда становится понятным натуралистический подход современных таксономистов к проблеме реальности таксона, не учитывающий двойную - натурно-культурную природу реальности. Он может быть понят как следствие исторически совершившегося процесса онтологизации продуктов познавательной деятельности таксономистов, приписавших природе “самой по себе” построенную в ходе исследования тождественность организмов, относимых к одному таксону. А так как каждый (или почти каждый из них) это отождествление проводил по-своему, возникали с неизбежностью трудности выработки единого для всех таксономистов взгляда на границы конкретных таксонов, что порождало сомнения в правомерности идеи реальности таксонов, или, иначе, постановку проблемы реальности таксонов.

В разделе 1.3 «Философия биологии и проблема биологической реальности» рассматриваются различные аспекты исследования биологической реальности: особенности биологического познания, соотношение натуралистического и социокультурного подходов к исследованию биологических объектов, проблема биологической реальности. Анализируются работы И.Т. Фролова, Р.С. Карпинской, Ю.А. Шрейдера, В.М. Розина, И.К. Лисеева и других авторов. Авторы отмечают, что необходимо создание целостного образа биологии в силу сложного и многоуровневого характера биологических объектов. Причины гетерогенности образов биологической реальности заключаются в натуралистическом толковании проблем биологии. С учетом современных тенденций в философии биологии, исторически сформировавшийся принцип редукции в современной биологии переводится в сферу логико-гносеологических оснований биологического исследования. Операция сведения (редукции) проводится не по отношению к конкретным биологическим структурам, а по отношению к самому познавательному процессу. В связи с этим, анализ отношения «предмет – знание» предполагает учет исторической социокультурной составляющей. Также необходим анализ субъект-объектного отношения при решении проблемы объективности научного знания.

Понятие реальности не тождественно понятию сущего, поэтому оно требует дифференциации: все, что существует, реально, но реально по-разному. Понятие реальности подразумевает различие в способе существования, например, по-разному существуют индивиды, таксоны как эмпирические и как теоретические объекты, популяции и т.д.

Эмпирическая традиция, укоренившаяся в биологии, не пригодна для научного обоснования предмета биологического исследования. Позиция эмпиризма, ведущая к абсолютизации определенного класса выделенных объектов, ведет к утрате их качественной специфики, подрывает основы для гносеологического анализа реальных проблем экспериментальной деятельности. Эмпиризм провозглашает опытные данные науки единственно возможной теорией, и более того – философией биологии.

В главе 2. «История развития представлений о реальности в таксономии» рассматриваются различные исторические формы статической онтологии таксономии, сменяющие друг друга в процессе развития таксономии, и сопровождающиеся различными генетическими формами проблемы реальности. В античности и в средние века выявляются факты несовпадений в представлениях авторов (Плиния и Альберта Великого) о таксономическом разнообразии с представлениями предшественников, что трактуется как ошибки предшественников, что можно рассматривать как предпосылку постановки проблемы реальности таксонов. Проблема реальности таксонов здесь еще не поставлена в общем виде и еще не отделена от рефлексивно-симметричной ей проблемы истины , однако уже есть предпосылки для ее постановки в частной форме, в форме несоответствия реальности отдельных таксонов. Следует отметить, что подобная неявная форма проблемы реальности, которую можно обозначить как первую генетическую форму проблемы реальности, наиболее широко представлена в исследованиях таксономистов вплоть до настоящего времени. В исследованиях К. Линнея выявлена проблема границ между классами - вторая генетическая форма проблемы реальности таксонов: проблема границ, вызывающая сомнение в естественности классов, в дальнейшем, в исследованиях эволюционистов, порождает и сомнения в их реальности. Вместе с тем, здесь скрыта и третья форма проблемы таксономической реальности - проблема реальности таксономических категорий. Проблема реальности типа - это четвертая генетическая форма проблемы таксономической реальности, в философии науки она формулируется как проблема реальности общего, фиксируемого в общих понятиях - универсалиях.

В главе 3. «Современные представления в таксономии» рассматривается развитие и становление эволюционных представлений в таксономии. В разделе 3.1. «Эволюционные представления о реальности в таксономии» рассматриваются различные этапы развития эволюционной онтологии, как адекватной формы онтологии, возникшей вследствие кризиса статической онтологии. Ряд исследователей в XIX столетии высказали мысль о несостоятельности статичных представлений, что повлекло за собой развитие эволюционной онтологии и четкое осознание проблемы реальностивидов и надвидовых таксонов. Анализируются работы Ж. Б. Ламарка, Ж. Л. Бюффона, Б. и А. Жюссье, Ч. Дарвина и др. В работах Ламарка фиксируется факт искусственности таксономических границ, вследствие чего он считает нереальными как надвидовые, так и видовые таксономические группы, считая реальными лишь “естественные ряды” таксонов, расположенных в ряд согласно сходства, аналогичные филогенетическим ветвям эволюционистов более позднего периода.

Будучи эволюционистом, т.е. понимая вид как нечто подвижное, развивающееся во времени, Ж.Л. Бюффон не находит возможности укоренить его бытие в объективной реальности. Вид (как и другие таксоны) есть, с точки зрения Бюффона, продукт рассмотрения человеком (таксономистом) этих индивидов во времени, т.е. в процессе их онтогенетического развития с происходящими в них изменениями. Очевидно, что такое рассмотрение возможно осуществить лишь мысленным взором, т.е. в абстракции. Отсюда и вид оказывается лишь абстракцией. Эволюционная онтология Бюффона еще носит неразвитый характер, она не допускает сочетание “изменения во времени” (собственно развития), которое не дано эмпирическому взору, и признания его реальностью. Реально лишь то, что есть “здесь и теперь”. Соответственно, он считал, что в природе нет тех групп, на которые исследователи делят живые организмы: нет ни видов, ни родов, ни порядков, ни классов. Существуют лишь особи и индивидуумы. Какой бы признак ни был положен в основу классификации, она всегда будет искусственной. Проблема реальности видов (и надвидовых таксонов) во времени, в ретроспективе их исторического развития - это пятая генетическая форма проблемы таксономической реальности.

В работах Б. и А. Жюссье впервые разрабатывается форма построения естественной системы - посредством расположения таксономических групп по степени их сходства (родства). Ч. Дарвин впервые разрабатывает теорию эволюции и дает объяснение происхождения видов. Согласно дарвиновской эволюционной онтологии, виды в естественно-историческом процессе развития постепенно становятся родами, семействами, порядками и т.д., обуславливая ту форму естественной системы в виде эволюционного дерева, которую фиксируют таксономисты. Дав объяснение происхождения живых форм, Ч. Дарвин не избегает постановки проблемы реальности, оставаясь по существу во власти старых статических представлений о реальности таксонов. Отмечая трудность понимания природы таксонов, он говорил, что исследователи будут относиться к видам так же, как относятся к родам те, кто допускает, что род - искусственная конструкция, придуманная для удобства.

В разделе 3.2. «Концепция “ограниченного трансформизма» рассматривается современный этап развития онтологии таксономии. Отмечается, что на современном этапе наблюдается переход от статической онтологии к эволюционной, при этом воспроизводство элементов статической онтологии приводит к формированию концепции “ограниченного трансформизма”. Статическая онтология, как правило, включена в самые разнообразные человеческие традиции, в ее обыденной форме она является частью человеческой жизни, ее “азы” прививаются человеку с младенческих лет. В связи с этим, в периоды интенсивного развития науки, когда статическая онтология начинает заменяться научной, по словам М.Б. Сапунова,  “ученому кажется, что рушится “сама природа”, “материя исчезает”.

Тот факт, что дарвинизм - это концепция, диаметрально противоположная классической статической концепции, был осознан лишь немногими биологами. В таксономии до сих пор стойко сохраняются тенденции статической онтологии, имплицированные в деятельности ученых, не осознающих “смешанного” характера современной онтологии таксономии, приводящего к различным несоответствиям в исследовательских программах, например, к представлению об эволюционном процессе с сохранением постоянства видов в концепции ограниченного трансформизма. Это привело к кризису в таксономии и заставило ученых в первую очередь пересмотреть коренным образом представления о виде.

Наряду с явными проявлениями нестыковок в фиксации противоречивой природы таксонов (признание эволюционизма и осознание необходимости нахождения четких границ таксонов, отделяющих одну эволюционирующую единицу от другой) можно указать на другую форму, в которой проявляется роль статической онтологии, ее элементаристской направленности в понимании устройства природы. Это принятие в качестве априорной, базовой, исходной, как бы предельной и не подлежащей дальнейшему обоснованию чем бы то ни было видовой организованности природы, в которой вид выступает как некая элементарная единица устройства природы. Этим путем идут многие. Большинство авторов, обсуждая вопрос о реальности вида, рассматривают его как особое явление природы и принимают реальность вида априори.

В концепции “ограниченного трансформизма” проявляются типологические и аристотелевские тенденции. В качестве примера воспроизводства типологических идей приводятся работы С.В. Мейена, в которых развивается типология. Естественно, что Мейен сталкивается с необходимостью обсуждения проблемы реальности, однако, по-прежнему натуралистически полагает, что в природе существует некая естественная типология, которую мы постепенно познаем. Современные аналоги аристотелевских идей проявляются в генетических трактовках таксонов Н.И. Вавилова, Л.С. Берга, М.Г. Попова, Э. Майра, В. Гранта и др. Менделизм усилил эссенциалистскую и, соответственно, элементаристскую направленность представлений о способе бытия таксонов: авторы полагали, что генетический - “ненаблюдаемый слой” таксономической реальности - является более глубоким и определяет наблюдаемые признаки таксономических объектов.

В главе 4. «Анализ проблемы реальности в таксономии» рассматриваются гносеологические, методологические и онтологические причины проблемы реальности в биологической таксономии. В разделе 4.1. «Натуралистический и социокультурный подходы к познанию» отмечается, что в истории науки реализовались два принципиально отличных ответа на вопрос о существовании объектов исследования в двух альтернативных мировоззренческих концепциях: (1) натуралистический подход полагает, что мир объектов знания независим от человека как субъекта познания, и (2) социокультурный подход полагает, что мир объектов знания конструируется самим человеком в процессе познания за счет представления изучаемого фрагмента объективной реальности в средствах данной науки. Благодаря чему получаемое знание относится не к миру самому по себе, а к миру, представленному в онтологических схемах науки. Наука и, в частности, естествознание в его классических формах реализует натуралистический подход, тогда как социокультурный подход оформился внутри философской рефлексии как понимание практической, человеческой, природы познания и, соответственно, социокультурного характера объектов науки.

Вместе с тем, открытие того факта, что объекты исследования не представляют собой объектов созерцания, приводит к постановке другого вопроса: что же собой представляют объекты науки, в частности, таксономические объекты, каков способ их бытия, каково соотношение в их структуре социокультурного и природного? Первые исследователи, придерживающиеся социокультурной концепции, особо подчеркивали деятельностный характер объектов науки, поэтому данная концепция и выделилась как деятельностная, альтернативная натуралистической - созерцательной. Возникнув с самого начала как альтернатива натуралистическому подходу, деятельностная концепция хотя и выявила природно - социокультурную “двухслойность” структуры объектов исследования, но не рассматривала характер связи между социокультурным и природным элементами объектов, практически исключив из рассмотрения природный материал, необходимо участвующий в человеческой деятельности, противопоставляя деятельностный характер выделения объектов и построения знаний натуралистическим представлениям об объектах как объектах созерцания, исходя из тех посылок, что объекты задаются и определяются главным образом средствами и методами нашего мышления и нашей деятельности.

Отдавая должное деятельностной концепции, выявившей природно-социальную структуру объектов науки, сочтем нужным сказать следующее. На наш взгляд, утверждение, что объекты задаются большей частью средствами и методами нашего мышления и нашей деятельности, является слишком сильным утверждением. Конечно же, теоретические схемы являются результатом определенной деятельности и определенного мыслительного процесса. Но можно ли утверждать, что такие теоретические объекты физики, как, например, жидкости, твердые вещества и газы определяются по преимуществу средствами нашего мышления? А как же “поведение” самого исследуемого материала в наших экспериментальных и приборных установках? Очевидно, что средствами нашего мышления подбираются из наличных понятийных средств именно те, которые наиболее адекватны этому поведению, превращая наши знания о свойствах и природе изучаемых материалов в продукты “соавторства” натуры и культуры.В связи с этим, более эффективное средство анализа предметной реальности науки дает куматоидная онтология, в рамках которой объективный мир включается в человеческое знание посредством реализации социальных программ и оказываются связанными друг с другом слова и вещи, социальное и природное, представляемое как материал для реализации социальной программы. Учитывая социокультурные моменты познания по отношению к конкретному таксону, можно выделить лингвистические эстафеты, транслирующие правила словоупотребления - наименование класса организмов, обладающих определенными диагностическими признаками. Лингвистические эстафеты сопряжены с экстралингвистическими эстафетами, несущими правила практического и познавательного оперирования с названными так объектами, т.е. все то, на основе чего мы выделяем такие классы организмов (все или практически все).  Человеческий характер диагностики часто выявляется особенно выпукло, когда обнаруживается, что некоторые растения обладают нетипичными признаками. Такие случаи обычно трактуются исследователями не только как следствие трудности разграничения двух близких видов, но часто рассматриваются как основание для объединения данных видов в один. Именно осознание социокультурной составляющей природы вида позволило бы на наш взгляд избежать многочисленных случаев пересмотра видового статуса таксонов при обнаружении переходных форм. Ясно, что при этом основные составляющие натуралистической программы исследования не меняются, изменяется лишь осознание природы объекта, который теперь понимается как содержащий природный и человеческий элементы.

При натуралистическом видении реальности исследователи не разделяют в структуре объектов “природную” и “социокультурную” части, все характеристики объектов считаются природными, поскольку объекты представляются некими природными индивидами. Однако социокультурная часть дает о себе знать - она оказывается разной у разных таксономистов. На ранних этапах развития науки еще не сложились стационарные эстафеты таксономической деятельности. Разные таксономисты по-разному проводят таксономические границы и по-разному именуют выделяемые ими таксоны: объекты исследования задаются образцами словоупотребления, которых может быть множество, поэтому существование “самих по себе” “лютиков”, “одуванчиков” и т.д. еще весьма проблематично, оно представляется таковым лишь для отдельных таксономистов, а не для таксономии в целом, обусловлено в значительной мере наличием многих разных, и иногда даже реализуемых одним таксономистом социальных куматоидов и их следов. Изменение в части социальной программы “лютик”, например, установление новых диагностических признаков, приведет и к изменению объектного поля - материала, к которому относят наименование объекта исследования и соответствующие знания. Как уже отмечалось выше, существует единственный известный путь преодоления данной ситуации - это переход к моделированию таксономической реальности в рамках какой-либо концепции (теории Дарвина, куматоидной концепции и др.) и выработка общей социальной программы выделения объектов с учетом их природных особенностей и существующих наиболее общепринятых традиций такого выделения. Для видовых таксонов такое решение проблемы реальности возникло в рамках биологической концепции вида, для надвидовых таксонов такого решения пока нет.

Социокультурный подход помогает понять, каким образом происходит решение проблемы реальности в таксономии, а, следовательно, и природу проблемы. Данное решение заключается в построении онтологии науки, в которой смыкаются “натура и культура” в виде представлений о реальности объектов природы в картинах науки. Для решения проблемы реальности необходима стационарность эстафет, транслирующих деятельность разбиения множества объектов на подмножества, что на феноменологическом уровне выражается в согласии ученых по вопросам реальности тех или иных объектов. Такое решение достигается в процессе множества “проб и ошибок” - отсеивания из всего многообразия моделей наиболее эффективных, включаемых в онтологические схемы науки в деятельности их сопоставления с реальностью в эмпирических исследованиях. Недостаток такого подхода состоит в том, что онтология формируется стихийно и в каждом новом исследовании возникает необходимость пересмотра существующих представлений и формирования новой системы представлений, что отнюдь не способствует успешному развитию науки.

В разделе 4.2. «Незрелая теория таксономии как источник постановки проблемы реальности таксона» рассматриваются особенности программ эмпирического и теоретического исследований в таксономии. Выясняется, что в таксономии этап теоретического исследования не рефлексируется таксономистами, как бы “выносится за скобки”, а наиболее ценным считается эмпирическое исследование: весь характер исследования оценивается как эмпирическая фиксация (открытие) в природе таксонов, существующих в форме отдельных индивидов. Выявляется, что таксономия входит в состав биологии как программно-предметного комплекса, в котором таксономические системы знания задают расчлененность и организацию предметной области для всех биологических наук, тогда как фундаментальные науки - экология, генетика, биохимия, морфология и др. - получают различные предметные знания и задают подходы, использующиеся в таксономических системах знания.  Референция в таксономических системах знания образуется за счет функционирования программ классификации, в ходе которых образуются классы объектов, характеризующиеся отличиями - существенными признаками, или таксоны. Репрезентация в таксономических системах знания образуется за счет функционирования программ изучения живых организмов, которые строятся на базе фундаментальных биологических наук, задающих различные подходы к изучению живых объектов и методы получения ответов на вопросы, поставленные программой проблематизации. Результатом является знание о морфологических, экологических, географических, биохимических и прочих характеристиках таксонов.

Выделяется три типа программ, определяющих построение и функционирование таксономических систем знания: 1) программа разбиения всего множества изучаемых объектов на подмножества, т.е. собственно классификация или классификация как таковая - деятельность, транслируемая эстафетами построения классификаций, создающими референцию в составе таксономического знания (объекты и их наименования), 2) программы изучения живых организмов, возникшие на базе фундаментальных биологических наук - деятельность, транслируемая эстафетами конкретных исследований, создающими репрезентацию в составе таксономического знания (множества меронов, использующиеся для описания объектов),  и 3) программа описания выделенных подмножеств, продуктом которой является знание о множествах таксонов различного ранга, образующееся на основе синтеза продуктов двух первых программ: программ референции и программ репрезентации.

Классификация как таковая (классификационная деятельность) имеет циклический характер: на первых этапах цикла производится предварительное разбиение множества на подмножества объектов, границы между которыми носят еще неустойчивый характер, что выражается в неустойчивости употребления терминов по отношению к объектам; с последующими циклами границы подмножеств объектов становятся более определенными, а употребление терминов по отношению к ним приобретает относительно устойчивый характер. В циклах классифицирования теоретическая гипотеза о сходстве признаков (меронов) подтверждается на этапе эмпирического исследования. В конечном счете, циклы классифицирования приводят к относительно устойчивому характеру деятельности, порождающему два вида эстафет референции: эстафеты разбиения множеств на подмножества и сопряженные с ними эстафеты их наименования. Объекты одного рода группируются в класс в процессе употребления слов по отношению к живым особям, у которых выявлены отличия. Фиксация множества особей как класса осуществляется посредством выделения из всей выявленной совокупности меронов “существенных”, в дальнейшем являющихся диагностическими для данного класса.

Программа изучения живых организмов предполагает предварительное деление их на части, описание каждой из частей, а затем описание организма как целого. Данная программа является основополагающей для таксономии, поскольку продукты ее - мероны - выступают как репрезентаторы, служащие не только для описания организмов, но и для выделения таксонов. Первоначально материалом для мерономии является практически полученное знание о частях организмов, постепенно формирующееся в самостоятельную, фундаментальную для таксономии науку - морфологию. В дальнейшем для получения более полной репрезентации привлекаются подходы программ изучения живых организмов других фундаментальных биологических наук - анатомии, физиологии, биохимии, экологии и др. Продукты функционирования данных программ - множества меронов - включаются в циклы таксономии и порождают эстафеты репрезентации, несущие знания о морфологических, анатомических, биохимических и прочих меронах живых организмов.

Программа описания - синтез продуктов двух первых программ, в процессе функционирования которой образуется итоговая референция и итоговое знание о таксонах различного ранга. В качестве референтов начинают выступать имена и эталонные образцы организмов (типы, с которыми сравниваются конкретные образцы организмов и делается заключение о их принадлежности к данному таксону), а в качестве репрезентации - совокупность эстафет репрезентации и рефлексивно-симметрично преобразованных эстафет референции в эстафеты репрезентации. Данная программа чаще всего не вербализуется, а существует на уровне конкретных образцов описания.

Таксономическая деятельность осуществляется с целью накопления опыта и соответствующего знания о биологическом разнообразии, относящегося как к отдельным организмам, так и к таксонам. К первым относят эмпирические знания, ко вторым - теоретические. Однако, в таксономии в силу господства эмпирических традиций теоретический характер выделения таксономических объектов оказывается скрытым, нерефлексируемым, “вынесенным за скобки”. Вследствие этого, деятельность оценивается самими таксономистами как непосредственная, эмпирическая работа с объектами, существующими в природе независимо от исследователя.

В таксономии очень многие виды деятельности задаются регулятивными правилами (по Серлю), характерными для эмпирических систем знания, в отличие от конститутивных правил, полностью задающих, конституирующих ту реальность, в рамках которой осуществляется деятельность. Эта реальность строится человеком по типу правил ходов шахматных фигур. Регулятивные же правила человек пытается усмотреть, открыть в самой природе, по его представлению - это природные или божественные правила, которые доступны человеку лишь частично, соответственно данные правила лишь регулируют деятельность в рамках независимой от деятеля реальности. В силу этого каждый новый шаг человека в этой реальности может дать неожиданный результат, что исключено в случае конститутивных правил. Теоретическое исследование реализуется не в регулятивных, а в конститутивных правилах, которые человек формулирует сам с осознанием целей и задач организации реальности посредством данных правил. Переход от эмпирических знаний об отдельных организмах к теоретическим знаниям - знаниям о таксоне и представляет собой нерефлексируемое таксономистами превращение одного типа работы в другой, требующее особых теоретических правил и особого осознания, осознания специфики работы с идеальными объектами.

Разграничение и фиксация эмпирического и теоретического аспектов затрудняется тем, что “практически любое эмпирическое исследование включает в себя интерпретацию непосредственных данных наблюдения, что невозможно без теории. А любая теория строится как интерпретация некоторых эмпирических данных” . Конкретные знания могут функционировать и в том и в другом качестве. Рассмотрим простой пример из таксономии. Исследования таксономического разнообразия предполагают наблюдение у объекта ряда конкретных признаков, например, черно-белой коры у березы. Интерпретацию и объяснение этого наблюдения дают представления о таксономической организованности живых объектов, в соответствии с чем, каждый организм обладает таксономическими признаками, позволяющими отнести его к определенному таксону. Спрашивается, что мы здесь имеем: эмпирическое доказательство того, что таксон береза имеет черно-белую кору, или теорию, которая объясняет наблюдаемые факты? Все определяется нашими рефлексивными установками, тем, как мы определяем референцию получаемого знания. Если, например, мы строим знание о наблюдаемых фактах, с целью их объяснения, и именно наблюдаемые феномены выступают как объект исследования, то в целом все выглядит как теоретическое знание. Скажем, данное дерево имеет черно-белую кору, потому что оно принадлежит таксону “береза”. Если же, наоборот, данные наблюдения мы рассматриваем как средство обоснования или детализации тех представлений, которые перед этим претендовали на роль теоретического знания о свойствах таксона, то исследование приобретает характер опосредованной эмпирии. В случае с березой установленный эмпирический факт - характер ее коры - может рассматриваться как эмпирическое подтверждение теоретического знания: “таксон “береза” имеет черно-белую кору”.

В случае действия конститутивных правил наблюдается полная рефлексивная симметрия между теоретическим и эмпирическим этапами таксономического исследования. На этапе теоретического конструирования класса объектов мы на основе эмпирического исследования объектов выявляем существенные мероны у особей и строим соответствующие им классы, которым даем имена и формулируем правила конструирования классов в теории. На этапе эмпирического исследования (описания объектов) мы в основу исследования берем правила, сформулированные на этапе теоретического исследования: выявляем и фиксируем у объектов именно те диагностические признаки, которые были приняты нами в ходе теоретического конструирования классов объектов и на основании этого относим объекты к соответствующим классам, соответственно, наблюдается полная симметрия предыдущему теоретическому этапу исследования.

В случае действия регулятивных правил, исследователи рассматривают эти правила не как сконструированные ими самими, а как существующие в самой природе и открывающиеся исследователям лишь частично, поэтому построенная теория не рассматривается в качестве окончательной и эмпирическое исследование, предшествующее построению теории оказывается незаконченным и возобновляется в исследованиях другого ученого, приводящих к выявлению новых существенных меронов у особей и построению новой теории и т.д.

В таксономии, в силу регулятивного характера правил задания реальности, полная симметрия теоретического и эмпирического этапов исследования наблюдается главным образом в исследовании конкретного ученого при описании нового таксона, при этом теоретический этап исследования не осознается ученым, а фиксируется лишь способ применения теоретического знания для эмпирического описания организмов, соответственно сам характер исследования оценивается как эмпирическая фиксация (открытие) таксонов, существующих в природе самой по себе. Реже полная симметрия наблюдается в исследованиях многих ученых, пришедших к консенсусу в процессе длительного обсуждения и принятия той или иной концепции, однако, в последующих исследованиях концепция опять может измениться.

Таким образом, традиция эмпирического исследования, предполагающая незавершенность эмпирического исследования, предшествующего построению теории (поскольку поиск новых таксонов в природе всегда предполагает существование еще не открытых таксонов и никогда не оказывается законченным), обусловлена регулятивным характером принимаемых правил, формулируемых теорией, что, в свою очередь, обусловлено натуралистическим приписыванием данных правил самой природе и представлением о том, что правила открываются в процессе исследования.

Программа теоретической работы, фиксирующая сферу применимости теории и составляющая первоначальный этап таксономической работы, включающей эмпирическую работу с особями и их признаками, на основе которой выводятся правила теоретического конструирования нового класса, - оказывается при этом скрытой, происходит рефлексивно-симметричное переключение с теоретического аспекта деятельности на эмпирический, последний, при этом натуралистически наделяется большей ценностью: фактическая теоретическая природа объектов не замечается. В силу натуралистического характера таксономической деятельности, объекты полагаются существующими в природе до акта познания, поэтому исследователи считают, что суть исследования заключается в эмпирическом обнаружении и описании таксонов как индивидуальных объектов природы, а не продуктов мыслительной деятельности, направленной на организацию практического опыта таксономической деятельности. Полученное в ходе теоретического исследования знание об объектах онтологизируется - приписывается самой природе. Корни такого рассмотрения продуктов деятельности человека как продуктов природы уходят к истокам развития человеческой культуры: в условиях стихийного освоения окружающего мира вряд ли было возможным увидеть теоретический характер его картины, знание об этом мире передавалось по непосредственным образцам, а это уже придавало объектам характер самостоятельного, независимого от человека существования, соответственно, употребление их имен носило характер имен собственных. Тот факт, что работа осуществляется с множествами сходных индивидов, организованных исследователем в класс, а не с индивидуально обособленным природой множеством организмов, постоянно выплывает: оказывается, например, что объект можно разделить на два или более равноценных объектов, возможны ли такие операции с индивидами?

В разделе «Проблема устойчивой референции в таксономии» показано, что эмпирический характер таксономического исследования приводит к проблеме устойчивой референции и, как следствие, к проблеме реальности объекта исследования, поскольку неустойчивость референции расценивается как результат неверного выделения объекта. Причиной неустойчивости референции являются действующие в таксономии регулятивные правила, не позволяющие организовать реальность однозначно, поскольку исследователи рассматривают эти правила не как сконструированные ими самими, а как существующие в самой природе и, по мнению таксономистов, открывающиеся им лишь частично, что и приводит, как считают таксономисты, к ошибкам предшественников в описании естественных таксонов. Поэтому построенная каким-либо исследователем в процессе эмпирического исследования референция путем организации особей на основе выявленных существенных меронов в классы с соответствующими именами, не рассматривается последующими учеными в качестве окончательной, эмпирическое исследование оказывается незаконченным и возобновляется в исследованиях других таксономистов, приводящих к выявлению новых существенных меронов у особей и построению новой референции, тогда как имена остаются прежними и т.д.

Таким образом, с одним и тем же именем оказываются связанными каждый раз новые множества особей, составляющие объем таксона, который меняется из-за введения в каждом новом эмпирическом исследовании новых существенных признаков. Фактически из всех элементов, входящих в структуру таксономического объекта, постоянным оказывается только имя, тогда как референция и знание все время меняются. Отсюда становятся понятными периодические рецидивы номинализма в таксономии, когда феномен таксона рассматривается лишь как употребление имен, и постановка проблемы реальности таксонов в рамках умеренного реализма: повторяющиеся “подвижки” референции обычно рассматриваются реалистически настроенным таксономистом как следствие ошибки предыдущего исследователя, который, по его мнению, неверно увидел сущность таксономического объекта, а, соответственно он отрицает и реальность выделенного предыдущим исследователем таксона.

Поэтому для анализа проблемы реальности имеет значение осознание различий методологий эмпирического и теоретического исследования, определяющих и в том и в другом случае весь характер исследовательской деятельности: ее ценностные установки, ее представления о характере итогового научного продукта, представления об изучаемой реальности и ее методические и технологические приемы.

В разделе 4.3. «Роль философских традиций в оценке реальности таксонов» отмечается, что философское осмысление особого типа бытия таксона связано с тем, что таксон представлен надындивидуальными структурами, образованными многими индивидами, обладающими сходными чертами и, возможно, при этом образующими системные целостности. Таксон выступает как такая надындивидуальная форма существования - незамкнутое множество единичных объектов (индивидов), выделяемых людьми посредством понятий. Объем понятия (класс - у логиков, экстенсионал - по Карнапу, или таксон - у таксономистов) и образует множество индивидуальных объектов, составляющих данный таксон. Содержание понятия (интенсионал - по Карнапу) в терминах таксономии образует тип - систему общих для единичных объектов признаков, на основании которых объекты и объединяются в таксон. Отметим необходимость указать на участие человеческих понятий в том, как мы выделяем сам феномен таксона. Очевидно и наличие в нем двух отмеченных аспектов - экстенсионального (множество индивидуальных объектов) и интенсионального (типологической определенности).

В целом таксономия идет по пути эссенциализма. Научные аспекты проблемы способа бытия в таксономии обусловлены, с одной стороны, особенностями эссенциализма, как формы мировоззрения, а с другой - особенностями чувственного восприятия человеком окружающего мира: он склонен воспринимать объекты действительности как реальные только в форме индивида, в силу того, что индивид - это первая и единственная непосредственно (без предварительных процедур) воспринимаемая форма объекта, с которой исследователь сталкивается в своей практической деятельности. Поэтому, индивид наиболее удобен для исследования (наблюдения): визуально ощущается цвет, габитус, различные количественные особенности частей индивида (число лепестков, тычинок и др.), посредством органов осязания фиксируется характер поверхности, органов вкуса и обоняния - вкус, запах и т.д. В процессе исследования выявляются фундаментальные свойства индивида - целостность, устойчивость формы и границ в пространстве и наблюдаемость. Именно эти свойства обусловливают легкость осознания объективности индивидов: их можно сразу воспринимать как объекты, поэтому эти свойства включаются в программу научного исследования как критерии реального или естественного объекта.

В разделе 4.4. «Стихийный характер включения теоретических моделей в онтологические схемы таксономии как предпосылка возникновения проблемы реальности таксонов» показано, что на ранних этапах развития таксономии зафиксированные таксономической практикой различия между растениями, ложатся в основу представлений о бытии таксонов: различия рассматриваются как некие сущности, определяющие существование таксонов, что хорошо видно в текстах Теофраста. Сформированные в результате этого процесса представления о сущностях таксонов можно рассматривать лишь как гипотезу, впоследствии не находящую подтверждения. Следует подчеркнуть, что на этом первичном этапе своего формирования онтология выступает не как специальная область исследования, изучающая способ бытия таксонов, а лишь стихийно принимает выявленные практически таксономические различия в качестве оснований бытия таксонов. Происходит нерефлексируемый перевод знаний о таксономических различиях, носящих явный характер деятельности исследователей, в знания о способе бытия таксонов, предполагающие природную, независимую от человека, принадлежность.

Первичная обыденная онтология является статичной и проистекает из обыденных представлений о таксономическом разнообразии, складывающихся из непосредственных наблюдений живого в окружающем повседневном быту человека: живые формы в этом обыденном мире, как правило, хорошо отличны, а сами различия можно непосредственно наблюдать, поскольку здесь сталкиваются чаще всего  виды далекого родства - сосна и береза, рябина и черемуха, колокольчик и незабудка. В этом обыденном взоре на окружающий мир множества особей рассматриваются как отделенные друг от друга индивиды. Лишь в ходе специального изучения таксономического разнообразия, когда таксоны изучаются на протяжении всего ареала, обнаруживается, что между ними не существует резких границ. Эволюционная теория, используя данные палеонтологии, помимо пространственной выявила и временную непрерывность таксономической реальности, что и привело, в конце концов, к кризису обыденных статических представлений.

Факт необходимости отказа от старых программ исследования способа бытия таксонов осознается лишь при полном выходе за пределы статической онтологии, что наблюдается довольно редко в силу традиционности социальных программ и стихийного характера воспроизводства образцов таксономической деятельности. Даже основатели эволюционной теории, в частности Ч. Дарвин, сохраняли в своей деятельности базовые элементы статической онтологии, поэтому также приходили к постановке проблемы реальности. Именно неосознанность необходимости замены старой статической онтологии новой эволюционной онтологией, адекватной созданному миру таксономических объектов, приводит к постановке проблемы реальности. Вопрос о том, существуют ли (реальны ли) объекты, скрывает за собой эту необходимость: исходные представления о способе их бытия оказались не соответствующими их природе и нуждаются в замене новыми. Другими словами, проблема вовсе не в реальности таксонов, следует осознать задачу замены статического мировоззрения.

Существует и другая сложность перехода от статической онтологии к эволюционной. Статическая онтология тесно связана со статическими схемами, без которых невозможна фиксация таксономического разнообразия. Можно сказать, что с позиции эволюционных представлений о реальности статические схемы недостаточны и отражают лишь определенный этап в деятельности исследователей по фиксации таксономического разнообразия, тогда как эволюционные, по мнению таксономистов, отражают природные свойства самой таксономической реальности. Эволюционная онтология не исключает статические схемы, а лишь дополняет их эволюционным содержанием, осознавая при этом их относительность. В результате статические схемы живут как в статической онтологии, так и в эволюционной, что приводит к постоянному воспроизводству образцов статической онтологии.

В силу эстафетного характера таксономических программ и стихийного характера их формирования, когда элементы старых программ продолжают “по инерции” включаться в новые, в таксономии XX столетия наблюдаются статические тенденции, состоящие в установке сознания таксономистов на понимание таксона как отдельного от других таксонов статического образования, т.е. особой природной реальности, имеющей индивидуальное бытие. Они влекли за собой развитие концепции “ограниченного трансформизма”, в рамках которой сформировались эволюционная типология и биологическая концепция вида. Именно в концепциях “ограниченного трансформизма” можно усмотреть “уживание” друг с другом новых эволюционных и старых статических онтологий, покоящихся на противоположных философских картинах мира живого - антиэволюционных и эволюционных. Поскольку эти онтологии сформировались на основе противоположных несовместимых онтологий - статической и эволюционной, исходящих из противоположных философских посылок, и при этом сосуществующих, то уже в силу этого они имплицитно несут в себе проблему реальности, которая и ставится учеными, наталкивающимися на противоречия в исследовательской деятельности.

В главе 5. «Принципы теоретического конструирования в таксономии» отмечается, что для успешного развития программы теоретической работы в таксономии необходимо осознание социокультурного вклада в структуру таксономических объектов. Основой перехода к осознанию двухслойной природно-социокультурной структуры таксономических объектов является куматоидная онтология: представление таксономических объектов как объектного поля таксономических программ. Куматоидное представление поможет осознанию деятельностной, социокультурной составляющей таксономических объектов, переводя акцент с поиска объектов в природе к целенаправленному развитию программ таксономической деятельности, в частности - программ теоретического конструирования.

На практике образцам указанных программ соответствуют два способа задания референции, дополнительные друг другу в боровском смысле: теоретический, когда референты конструируются в рамках самой теории на базе ее средств, и прагматический - задание референции в конкретных практических ситуациях, в которых данная теория применяется. Так, понятие “материальная точка” мы можем применить практически, когда в некоторых случаях материальной точкой называем любой материальный объект, например, при описании вращения Земли вокруг Солнца, Землю можно представить как материальную точку - объект, размерами которого в данной ситуации можно пренебречь. Либо мы применяем его теоретически, когда даем строгое определение этому понятию и тогда материальная точка - это как бы шарик, радиус которого уменьшен до бесконечно малой величины, а масса сохраняется та же. Соответственно, можно дать два разных определения объектов, к которым приложима теория: в одном случае - по образцу практического употребления слова, обозначающего объект, во втором - дается строгое определение.

В рамках сложившихся в биологии представлений наука о биологическом разнообразии, систематика, включает мерономию - теорию о частях организмов, а также таксономию - теорию о группах организмов - таксонах. С учетом прагматического и теоретического способов задания референции структуру данных теорий можно представить следующим образом. Теория описания частей особей включает мерономию (прагматический способ задания референции) и дополнительную ей фенетику (теоретический способ задания референции), а теория описания групп особей включает классификацию (прагматический способ задания референции) и таксономию (теоретический способ задания референции). Из указанных программ референции, составляющих общую теорию таксономии, базовой для таксономии является фенетика, развивающаяся на основе конститутивных правил организации деятельности. Ее продукты, фены-маркеры, являются элементами, из которых конструируются классы организмов и таксоны. Между тем, фенетика пока развивается в значительной мере изолированно от таксономии: она получила развитие главным образом как часть общей генетики отдельных организмов и популяций и пока не применяется в описании групп особей (таксонов). Классификация и таксономия развиваются до сих пор на основе регулятивных правил организации деятельности таксономистов: таксономисты пытаются усмотреть основания классификации и таксономических рангов в самой природе.

Теория описания частей организмов. Теория описания частей организмов, включающая мерономию и фенетику, является базовой для таксономии, поскольку ее продукты, фены-маркеры, используются для конструирования классов объектов и таксонов. Мерономия впервые была выделена и описана С.В. Мейеном как наука о частях организмов.  С точки зрения теории социальных эстафет она представляет собой программу референции, реализующую прагматический способ задания референции в теории описания частей организмов. Референтом мерономии выступает материальный объект - часть организма, мерон. Главная задача мерономии - конструирование частей организмов. Конструктор мерономии включает понятия, обозначающие целые предметы и их части. Например, лист как целое можно классифицировать на такие мероны, как “верхушка листа”, “край листа”, “основание листа”. Таким образом, в простейшем случае описание мерона представляет собой конструкцию из двух слов, одно из которых обозначает целое, а другое - описываемую часть этого целого.

Дополнительная мерономии фенетика предполагает теоретический способ задания референции. Фенетика была основана Г. Менделем: он впервые сформировал представление о признаках как теоретических идеальных объектах, с которыми можно проводить статистические расчеты. Мерон в рамках фенетики предстает не как материальный объект, а как абстрагированная от него его форма, признак . Основная задача фенетики - представить текучие и непрерывно меняющиеся признаки как отдельные объекты, поэтому исторически формирование конструктора фенетики шло по пути выработки таких средств деления континуума признаков, которые можно было бы применить к любым характеристикам - форме, цвету, консистенции и т.д. Наиболее удобным оказалось выделять альтернативные и промежуточные вариации признаков, которые достаточно устойчиво фиксируют любой континуум на ряд состояний. Как правило, выделяют три таких состояния, два альтернативных и одно или несколько промежуточных. Таким образом, фенетика фиксирует сферу применимости теории описания частей организмов посредством ранжирования признаков организмов на альтернативные и промежуточные состояния. Описанием ранжированных признаков являются репрезентаторы знания о признаках - фены-маркеры, включающие символ и соответствующее состояние признака. Например, для признака форма лопастей рыльца у растений семейства горечавковых можно выделить три фена-маркера: A - лопасти рыльца округлые, альтернативный ему -a - лопасти рыльца линейные, и промежуточный Aa - лопасти рыльца овальные.

Теория описания групп особей.  Теория описания групп особей включает два способа задания референции - классификацию (прагматический способ) и таксономию (теоретический способ). Как мы отмечали, программа описания групп особей использует продукты фенетики для прагматического задания референции (классификации) главным образом интуитивно в силу натуралистического характера таксономии. На пути выявления генетических таксономических параметров групп особей многие ученые интуитивно исходят из исторически сложившегося выделения групп особей посредством альтернативных и промежуточных фенов-маркеров. Исследователи выделяют морфологические, анатомические, биохимические и другие фены-маркеры. Альтернативные и промежуточные фены-маркеры, выявленные в процессе практического оперирования с живыми организмами - это наиболее устойчивые параметры таксономических групп, которые можно непосредственно наблюдать в процессе изучения особей. Это генетические параметры таксономических групп, которые можно обозначать буквенными символами, а связи между ними - знаком "+",  как это было  сделано  Г. Менделем для описания системы гибридов.

Таким образом, первая часть программы описания групп особей - классификация, референтом которой является материальный объект, группа особей, соответственно способ задания референции здесь прагматический. Теория описания групп особей строится на множестве фенов-маркеров, продуктов фенетики. Привлечение фенетики целесообразно для решения задачи представления групп особей как отдельных объектов, поскольку фенетика в рамках фенетического конструктора уже организовала континуум признаков, использующихся в классификации для организации групп особей. Соответственно, описание групп особей производится посредством фенов-маркеров и соответствующих имен, например, род альпийских растений - горечавок - выделяется посредством фена-маркера - A - венчик со слабовыраженными промежуточными складками, и имени на латинском языке - Gentiana.

Теоретическое задание референции или ранжирование полученных в ходе классификации фенов-маркеров, фиксируемых именами - таксонов, в классической таксономии осуществляется посредством отнесения таксонов к категориям различного ранга (видам, родам, семействам и т.д.) на основе степени их общности у групп организмов. Для введения правил теоретического конструирования многоуровневая система иерархии может описываться математически, т.е. каждому уровню иерархии присваивается порядковый номер, начиная с уровня, который берется за систему отсчета (в рамках классических представлений видового или высшего надвидового), которому присваивается 0-ой номер (ранг), либо она может описываться традиционно в терминах таксономических категорий (вид, род, семейство и т.д.), но при этом необходимо учитывать, что таксономические категории являются лишь неточным выражением таксономического ранга.

Таким образом, таксономия фиксирует сферу применимости теории описания групп особей посредством ранжирования их сущностей - фенов-маркеров по степени их общности. Группа особей здесь выступает не как материальный объект, а как теоретический объект, таксон - абстрагированные от материального объекта фены-маркеры, наделяющиеся особой характеристикой - рангом,  оценочной категорией, выявляющей степень общности характеризующего таксон фена-маркера по представленности его у организмов: чем большее количество организмов охвачено данным феном-маркером, тем выше ранг таксона. Например, самый высокий ранг у организмов (надцарство) фиксируется феном, маркирующим наличие или отсутствие ядра в клетках, характеризующим крупные группы организмов: надцарства доядерных (бактерии) и ядерных (грибы, растения и животные). Результатом ранжирования являются репрезентаторы знания о таксонах - имена, фены-маркеры и соответствующие им символы или термины, фиксирующие ранг таксона. Например, Gentiana - венчик с промежуточными складками - 1-ый ранг (общее, в рамках классической таксономии - род); Gentiana lutea - венчик желтый, раздельный до основания - 0-ой ранг (частное, в рамках классической таксономии - вид).

В Заключении делаются выводы из проведенного исследования.

Основные положения диссертации изложены в следующих публикациях.

Монографии

1. Зуев В.В. Проблема реальности в биологической таксономии. Новосибирск, 2002. 192 с. 12 п.л.

2. Зуев В.В. Проблема способа бытия биологического таксона и философская рефлексия в биологии// Проблема способа бытия объекта исследования как методологическая проблема. Новосибирск, 2002. С.269-281. 1,5 п.л.

Публикации в изданиях, рекомендованных ВАК

1. Зуев В.В. Принципы теоретического конструирования в биологической таксономии// Философия науки, № 3. 2007. С.110-137. 1,5 п.л.

2. Зуев В.В., С.С. Розова. Проблема реальности объекта исследования// Высш. образ. в России. № 7. 2005. С.123-132. 0,35 п.л.

3. Зуев В.В., С.С. Розова. Проблема способа бытия таксона в биологической таксономии// Вопр. философии, № 2. 2003. С.90-103. 1.5. п.л.

4. Зуев В.В., С.С. Розова. Проблема способа бытия таксона в биологической таксономии// Философия науки, № 2. Новосибирск, 2001. С.80-101. 1.5. п.л.

5. Зуев В.В., С.С. Розова. Проблемы таксономии и перспективы их решения// Успехи соврем. биол. Т.120. Вып.3. 2000. С.240-252. 1.5. п.л.

6. Зуев В.В. К развитию теоретической таксонологии// Успехи соврем. биол. Т.118, вып.2, 1998. С.133-147. 1.7. п.л.

7. Зуев В.В. Надвидовой таксон как временно функционирующая система// Успехи соврем. биол. Т.118, вып.6, 1998. С.679-686. 1,0 п.л.

8. Зуев В.В. Закономерности развития структуры таксонов высших растений в процессе адаптивной эволюции на примере семейства Gentianaceae// Успехи соврем. биол. Т.116. Вып.6. 1996. С.673-685. 1,3 п.л.

9. Зуев В.В. Анализ иерархических структур в систематике растений//  Успехи соврем. биол. т.115, вып.5. 1995. С.526-534. 1,2 п.л.

10. Зуев В.В. Ранжирование таксонов методами структурного анализа// Успехи соврем. биол. Т.114. Вып.1. 1994. С.22-29. 1,0 п.л.

11. Зуев В.В. Структурный анализ признаков филогенетического уровня и родства в систематике растений// Успехи соврем. биол. т.113, вып.3. 1993. С.297-303. 1,0 п.л.

Прочие публикации

1. Зуев В.В., С.С.Розова. Проблема реальности объекта исследования// Гносеологический анализ представлений о реальности в науке. Новосибирск, 2004. С. 25-43. 1,7 п.л.

2. Зуев В.В. Перспективы развития теории таксономии// Ботанические исследования в Азиатской России (Материалы XI съезда Русского ботанического общества). Барнаул, 2003. С.253. 0,1 п.л.

3. Зуев В.В. Развитие онтологических представлений в биологической таксономии// Проблема способа бытия объектов исследования в гуманитарных и естественных науках. Новосибирск, 2001. С.151-167. 1,5 п.л.

4. Зуев В.В., С.С.Розова. Проблема способа бытия биологического таксона и философские предпосылки научной онтологии// Проблема способа бытия объектов исследования в гуманитарных и естественных науках. Новосибирск, 2001. С. 137-150. 1,4 п.л.

Розов М.А. Теория социальных эстафет и проблемы анализа знания// Теория социальных эстафет: история - идеи - перспективы. Новосибирск, 1997. С.56.

На практике термины, обозначающие материальные и теоретические  идеальные объекты, часто употребляются как синонимы, в частности не проводится различия между понятиями “мерон” и “признак”, “группа особей” и “таксон”. Соответственно, и понятия “классификация” и “таксономия” также употребляются как синонимы. Исключение составляют понятия “мерономия” и “фенетика”, поскольку фенетика изначально выделилась как особая наука - часть общей генетики, связь ее с таксономией выявлена лишь в конце XX в.

Малкей М. Наука и социология знания. М.: Прогресс, 1983.

Обе проблемы - реальности созданных людьми мысленных конструкций и истинности имеющихся у людей знаний посвящены установлению связи знания и реальности. Их рефлексивно-симметричный характер состоит в том, что именно наша рефлексия превращает или знание или реальность в референт проблемы. В одном случае мы спрашиваем о знании (соответствует ли оно реальности), а в другом о реальности (существует ли реально то, что помыслено нами и теоретически сконструировано).

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.