WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Подчинительные словосочетания в свете теории синхронной переходности

Автореферат докторской диссертации по филологии

 

На правах рукописи

 

ПОЛИТОВА Ирина Николаевна

 

ПОДЧИНИТЕЛЬНЫЕ СЛОВОСОЧЕТАНИЯ

В СВЕТЕ ТЕОРИИ СИНХРОННОЙ ПЕРЕХОДНОСТИ

 

Специальность 10.02.01 – русский язык

 

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

 

 

 

 

Москва 2009

Работа выполнена на кафедре русского языка ГОУ ВПО МО «Коломенский государственный педагогический институт»

Научный консультант:

доктор филологических наук, профессор

БАБАЙЦЕВА Вера Васильевна

Официальные оппоненты:

доктор филологических наук, профессор

ЛЕКАНТ Павел Александрович

доктор филологических наук, профессор

ФЕДОСЮК Михаил Юрьевич

доктор филологических наук

СИГАЛ Кирилл Яковлевич

Ведущая организация – ГОУ ВПО «Московский городской педагогический университет»

 

Защита состоится «15» июня 2009 г. в 14-00 часов на заседании диссертационного совета Д 212.154.07 при ГОУ ВПО «Московский педагогический государственный университет» по адресу: 119991, г. Москва, ул. Малая Пироговская, д.1, ауд. …….

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ГОУ ВПО «Московский педагогический государственный университет» по адресу: г. Москва, ул. Малая Пироговская, д.1.

        

Автореферат разослан «…….» ……………….. 2009 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета                                                    М.В. САРАПАС

Общая характеристика работы

Объектом диссертационного исследования являются подчинительные словосочетания и глагольного, и именного типа.

Предмет реферируемой работы – проявление синкретизма в подчинительных словосочетаниях, различающихся видом и характером подчинительной связи слов, а также в системе синтаксически нечленимых (цельных) словосочетаний.

Разные аспекты описания подчинительных словосочетаний и связей слов в словосочетании широко представлены в лингвистической литературе 50-х – начала 90-х годов прошлого века, в частности, в работах В.В. Виноградова, В.П. Сухотина, Н.Н. Прокоповича, Н.Ю. Шведовой, М.Д. Лесник, Ю.Д. Апресяна, В.П. Малащенко, Е.С. Скобликовой, Л.Д. Чесноковой, Е.Н. Смольяниновой, Н.М. Лаврентьевой, Ю.С. Долгова  и др.

Авторы исследований, посвященных словосочетанию, в разное время касались различных проблем. Если обратить внимание на годы выхода диссертационных работ по словосочетанию, то в основном это 50–70-е годы. На рубеже XX–XXI веков все реже встречаются подобного рода исследования. Казалось бы, в последние десятилетия интерес к проблемам словосочетания несколько снизился, однако дискуссионная острота некоторых ключевых вопросов нисколько не ослабла.

Одним из трудных случаев теории и практики преподавания русского языка являются вопросы, связанные с определением вида и характера подчинительной связи слов в словосочетании. За постановкой таких вопросов, как разграничение видов подчинительной связи, в частности управления и примыкания, в связи с этим определение статуса падежного примыкания, определение границ сильной связи, дифференциация сильной и слабой связи, к сожалению, не последовало работ, исчерпывающе на них отвечающих.

По-прежнему внимание лингвистов приковано к вопросу природы «рождения» необходимой связи. Научная значимость этого вопроса ни у кого не вызывает сомнения, однако он по-прежнему остается открытым и несистематизированным. Между тем его решение и многоаспектное изучение необходимо в силу того, что системный анализ обязательных связей позволит решить огромный ряд принципиально важных вопросов, выходящих далеко за область словосочетания – и в предложение, и в сложное синтаксическое целое.

С проблемой обязательности связи в словосочетании переплетается вопрос о синтаксически нечленимых (цельных) словосочетаниях, поскольку между компонентами таких словосочетаний устанавливается очень тесная связь. До сих пор нет единого мнения по поводу того, какие конструкции относить в эту область. Вопросы определения места различных групп синтаксически цельных словосочетаний в общей системе словосочетаний нуждаются в уточнении. Более того, несмотря на ряд имеющихся в лингвистике работ по нечленимым словосочетаниям, последовательного и системного рассмотрения этот вопрос так и не получил.

Спорность, неясность, малоизученность обозначенных выше вопросов теории подчинительных словосочетаний и определяют актуальность их исследования и необходимость в поиске новых подходов к их решению.

Различные типы подчинительных словосочетаний и внутрисистемные отношения между ними мы предлагаем рассмотреть с позиций теории синхронной переходности, основные положения которой изложены в трудах профессора В.В. Бабайцевой.

Теория синхронной переходности опирается на основные положения современного учения о системном характере языка, тесно связана с системным подходом к изучению языковых единиц как одним из основополагающих принципов современного языкознания, способствующих объективному отражению и познанию отдельных языковых явлений (фактов, элементов, единиц) и языка в целом, поскольку «…действительное положение элемента, его сущность можно понять, только рассматривая его в системе, во взаимосвязи и взаимообусловленности с другими элементами системы» (В.А. Гречко).

Системность и переходность – взаимосвязанные понятия, предполагающие друг друга.

Язык – сложная, многоплановая система, представляющая собой совокупность взаимосвязанных и взаимообусловленных элементов, имеющая внутреннюю организацию составляющих его единиц и частей. Переходность – это универсальное свойство языка, отражающее взаимосвязь и взаимодействие языковых фактов и скрепляющее их в целостную систему.

Язык – открытая и динамичная система. «Открытый» характер системы обусловлен тем, что «синхронный срез неизбежно включает как ведущие и определяющие данную языковую систему элементы, так и элементы, для данного состояния периферийные» (М.М. Гухман). Динамический характер языковой системы проявляется в способности одних и тех же элементов системы выступать в различных функциях в момент речевой деятельности.

Для всестороннего и глубокого осмысления языковых единиц необходимо анализировать их с учетом устройства, организации той системы (подсистемы), в которую они входят. В описании и изучении единиц системы очень важно определить их место через связь и взаимодействие с другими однопорядковыми и разнопорядковыми единицами. Лингвистическая сущность языковой единицы проявляется, с одной стороны, в сходстве с другими единицами, с другой стороны, в противопоставлении другим единицам.

Любое языковое явление обладает набором дифференциальных признаков, по которым определяется его статус. Противопоставляясь по ряду этих признаков другому явлению, оно вступает с ним в оппозицию. Явления языка, вступающие друг с другом в оппозиционные отношения, представляют собой типичные (ядерные, узловые) элементы системы.

Однако типичные оппозиционные явления не существуют изолированно друг от друга, между ними нет пустого пространства. Всякая оппозиция предполагает наличие случаев, в которых дифференциальные признаки полярных языковых фактов находят свое взаимодействие. Такие языковые факты называются переходными.

Различают два вида переходных явлений: диахронные (трансформационные) и синхронные (синкретичные, гибридные). В настоящей работе речь идет о синхронных переходных явлениях. По определению В.В. Бабайцевой, «синхронная переходность – это такой вид переходности в современной системе языка, при котором связи и взаимодействие между оппозиционными центральными (типичными) категориями (типами), разновидностями, разрядами и т.д. создают (образуют) зону синкретизма с периферийными и промежуточными звеньями» (В.В. Бабайцева).

Синкретизм – это свойство языковых и речевых явлений «выражать комплекс противопоставленных лексических и/или грамматических значений» (И.В. Высоцкая).

Идея синкретизма универсальна, поскольку обнаруживает себя на различных языковых уровнях и в различных областях отдельно взятого уровня. Гибридные образования пронизывают всю систему языка. Они демонстрируют взаимодействие полярных языковых единиц, поскольку для них характерно совмещение (синтез) дифференциальных признаков противопоставляемых единиц.

Изучение синкретичных явлений актуально для современной лингвистики, так как внимание к ним позволяет охватить в анализе не только типичные, но и нетипичные, переходные, факты языковой действительности. Синкретичные явления «разрушают» красиво выстроенные классификации, а вместе с тем и представления о системе языка как стройном и стабильном образовании. Стремясь к объективному восприятию и описанию языковых единиц, исследователь должен вскрывать и внутренние противоречия системы, и динамичный, подвижный, неустойчивый характер единиц. Теория синхронной переходности и призвана фиксировать факты нестабильности, неустойчивости и противоречивости в системе и подсистемах языка.

Считается, что наиболее полно с точки зрения теории переходности описаны в грамматике именно синтаксические единицы. С этим трудно не согласиться, однако среди синтаксических единиц словосочетание в этом плане остается по-прежнему малоизученным и системно не исследованным. Несмотря на пристальное внимание ученых на протяжении многих десятилетий к проблемам словосочетания, осталось немало неясных, неоднозначных случаев. В классификациях словосочетания немало разночтений и противоречий. Отчасти это связано с тем, что при анализе того или иного материала в работах синтаксистов не учитывались случаи, совмещающие признаки оппозиционных групп, в то время как исследование активных процессов в современном словосочетании, связанных с переходностью и синкретизмом явлений, позволяет найти оптимальное решение многих спорных вопросов.

Благодаря методике описания языковых единиц с позиций теории синхронной переходности удается определить статус многих словосочетаний, не обладающих четко выраженными дифференциальными признаками, «нейтрализовать» дискуссионность и неоднозначность в решении многих актуальных вопросов словосочетания.

В связи с выше сказанным определяется цель исследования выявить и описать в системе подчинительных словосочетаний современного русского языка переходные (синкретичные) явления.

Для достижения этой цели были поставлены следующие задачи.

1. Рассмотреть вопрос о видах подчинительной связи слов в словосочетании и описать зону переходности между собственно управлением и собственно примыканием.

2. Определить круг понятий, с помощью которых раскрывается явление сильной (обязательной) связи в словосочетании; системно описать факты обязательной сочетаемости слов в словосочетаниях с разными видами подчинительной связи и выявить зону их взаимодействия.

3. Разработать методику описания переходной зоны между сильным и слабым типами подчинительной связи.

4. Комплексно проанализировать подсистему синтаксически нечленимых (цельных) словосочетаний, продемонстрировать их расположение на шкале переходности между семантически несвободными сочетаниями и синтаксически членимыми словосочетаниями.

В решении поставленных в диссертации цели и задач раскрывается научная новизна исследования, которая заключается прежде всего в том, что системное теоретическое и практическое осмысление проблем словосочетания в аспекте теории синхронной переходности осуществляется впервые.

В работе впервые решается вопрос о статусе падежного примыкания как промежуточного звена в зоне переходности между собственно управлением и собственно примыканием; уточняется и расширяется классификация видов подчинительной связи слов в словосочетании в связи с введением в исследуемую область нетипичных конструкций; выделяется наиболее полный перечень синтаксически нечленимых (цельных) словосочетаний; анализируется система нечленимых словосочетаний как синкретичное образование, исследуется «движение» словосочетаний внутри подсистемы и их взаимодействие с другими единицами.

Словосочетания представлены в работе и вне предложения, и чаще всего в составе конкретных предложений. Обращение к предложению как синтаксической единице при анализе словосочетаний было обусловлено мнением, что «...изучать значение и функции словосочетаний в отрыве от контекста, вне связи его с другими словами высказывания невозможно и неправильно» (В.П. Сухотин). В определении статуса того или иного словосочетания и его места в определенной подсистеме общей системы подчинительных словосочетаний важно учитывать и структурные, и семантические его свойства и влияние на изменение этих свойств контекстного окружения единицы.

Соотношение между словосочетанием и предложением представлено в грамматике русского языка двумя мнениями. В первом – словосочетание  определяется как самостоятельная, независимая от предложения синтаксическая единица, во втором – как структурный элемент предложения.

Не отрицая уникальность и специфичность словосочетания как синтаксической единицы, проявляющиеся в особенностях его построения, в то же время мы не можем не согласиться с тем, что «формирование словосочетаний «задается» и «контролируется» предложением» в целом (Е.С. Скобликова).

Не менее весомым является аргумент, что изучение словосочетаний, выделенных в составе предложений, способствует более глубокому постижению теории членов предложения.

С точки зрения системного подхода к изучению языковых единиц важно учитывать, что языковые элементы, образующие систему, проявляют и формируют свои свойства не только внутри этой системы во взаимодействии с другими единицами одного порядка, но и во взаимодействии со «средой» (А.В. Бондарко). Предложение и является основной средой функционирования элементов системы подчинительных словосочетаний.

Кроме того, в свете поставленных в работе задач важен тот факт, что синкретичный характер словосочетаний проявляется наиболее ярко в момент их функционирования (т.е. в предложении), поскольку именно в результате функционирования единиц и возникают в языковой системе переходные (синкретичные) явления как признак ее динамичности, самоорганизации и дальнейшего развития.

Теоретической основой диссертационного исследования явились современные научные труды о системном характере языка  (В.Г. Адмони, А.В. Бондарко, Р.А. Будагов, М.М. Гухман, В.М. Солнцев и др.), работы по теории переходности в грамматике (В.В. Бабайцева, Г.В. Валимова, И.В. Высоцкая, К.Э. Штайн и др.), работы по общим и частным проблемам словосочетания (В.В. Виноградов, В.П. Сухотин, Н.Н. Прокопович, Н.Ю. Шведова, В.В. Бабайцева, Е.Н. Смольянинова, Ю.В. Фоменко, Ю.С. Долгов и др.), работы о видах подчинительной связи слов в словосочетании (Е.В. Кротевич, М.Д. Лесник, Е.С. Скобликова, В.П. Малащенко, З.Д. Попова и др.), работы о природе информативно недостаточных и неполнознаменательных слов и их реализации в синтаксически нечленимых словосочетаниях (Ю.Д. Апресян, В.Н. Белоусов, Р.М. Гайсина, Г.А. Золотова, П.А. Лекант, В.И. Фурашов, Е.Н. Лагузова и др.), о категориях количества (А.Е. Супрун, Л.Д. Чеснокова), модальности (А.В. Бондарко, С.Н. Цейтлин, С.В. Чернова и др.), оценки (Е.М. Вольф, Т.В. Маркелова, Л.М. Васильев), работы по проблеме обязательной связи слов (Ю.Д. Апресян, Т.М. Дорофеева, М.Д. Лесник, Л.Д. Чеснокова), по вопросу вариативности языковых единиц  (В.А. Ицкович, И.Н. Кручинина, В.Л. Лещенко,  В.М. Солнцев, Н.Ю. Шведова и др.), исследования о природе и типах контекста (Г.В. Колшанский, В.И. Кодухов, В.Я. Мыркин) и другие исследования.

Настоящее исследование проведено в рамках структурно-семантического направления, которое выдвигает следующие принципы, важные для описания синтаксических единиц: 1) принцип многоаспектного изучения и описания синтаксических единиц; 2) принцип системности; 3) учет значений элементов (компонентов) синтаксических единиц и отношений между ними; 4) внимание к явлениям переходности (синкретизма).

Перечисленные положения и специфика проблемы работы сориентировали нас на использование таких методов и приемов исследования, как метод структурно-семантического описания, сравнительно-сопоставительный метод, метод оппозиционного анализа, элементы трансформационного анализа, приемы классификации и систематики, прием операционного контекста.

Методика описания переходных явлений основана, по сути, на всех перечисленных выше методах, основными из которых являются системный и оппозиционный.

Изучение словосочетаний в свете теории синхронной переходности предполагает разграничение типичных и синкретичных явлений в области различных классификаций подчинительных словосочетаний. Типичные явления обладают полным набором дифференциальных признаков оппозиционных звеньев классификации. Переходные (синкретичные) явления совмещают признаки противопоставляемых единиц. По сути дела, это зона взаимодействия типичных явлений. Синкретичные явления представлены обычно несколькими группами: периферийными и промежуточными звеньями.

В качестве вспомогательных графических средств в работе использованы шкала «словосочетание в общеязыковой системе», шкала переходности «управление – примыкание», «силовая» шкала управления, шкала переходности «семантически несвободные сочетания – синтаксически членимые словосочетания», обобщающие схемы и таблицы.

Все шкалы разработаны на основе шкалы переходности В.В. Бабайцевой, выступающей в теории переходности универсальным наглядным графическим средством расположения типичных и нетипичных явлений той или иной классификации.

Шкала переходности обычно включает следующие звенья: А и Б – звенья оппозиции, представляющие типичные явления с четко выраженными дифференциальными признаками. Аб, аБ – периферийные звенья, представляющие явления с ослабленными или утраченными дифференциальными признаками того или иного звена. АБ – промежуточное звено, демонстрирующее явления, которые совмещают (обычно в равной доле) признаки звеньев А и Б. Если в ходе анализа выделяем несколько периферийных звеньев по отношению к одному и тому же ядерному звену, используем индексацию: Аб1, Аб2, Аб3 и т.д.

Основная исследовательская гипотеза заключается в том, в системе подчинительных словосочетаний различные оппозиционные типы словосочетаний не находятся в изолированном положении. «Пространство» между «ядерными» единицами системы представляет собой зону переходности (синкретизма). Словосочетания, образующие зону переходности, отражают взаимосвязь и взаимодействие элементов системы. Определенное расположение различных типов подчинительных словосочетаний внутри системы обусловлено их отношением к рядом «стоящим» единицам.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. В системе видов подчинительной связи слов в словосочетании наряду с типичными (ядерными) явлениями: «собственно управлением» и «собственно примыканием» – находится множество переходных звеньев, образующих зону синкретизма: периферия собственно управления, периферия собственно примыкания, промежуточное звено между собственно управлением и собственно примыканием (падежное примыкание).

2. Подчинительные словосочетания с обязательной связью между компонентами, выделенные в составе предложения, представлены всеми видами подчинительной связи слов.  В системе видов сильной подчинительной связи в момент функционирования подчинительных словосочетаний «рождаются» синкретичные случаи, демонстрирующие взаимодействие словосочетаний с согласованием и управлением, управлением и примыканием, а также взаимодействие всех видов сильной подчинительной связи.

3. Разграничение сильного и слабого типов подчинительной связи слов в словосочетании целесообразно проводить с учетом явлений переходности. Между сильной и слабой связью находится определенное число переходных (промежуточных, периферийных) звеньев, демонстрирующих взаимодействие сильной и слабой связи.

4. Синтаксически нечленимые (цельные) словосочетания – синкретичные конструкции. В системе подчинительных сочетаний они взаимодействуют с семантически несвободными (устойчивыми) сочетаниями и синтаксически членимыми словосочетаниями. Данное взаимодействие определяет возможность выделения определенного перечня групп синтаксически цельных конструкций и особого расположения этих групп по отношению к другим конструкциям. Внутрисистемные отношения между различными группами синтаксически нечленимых словосочетаний и словосочетаний внутри одной группы отличаются неустойчивым и подвижным характером.

Теоретическая значимость диссертации заключается:

– в углублении и развитии принципов структурно-семантического направления, основных идей и положений теории синхронной переходности и современного учения о системном характере языка на материале подчинительных словосочетаний;

– в исследовании системного взаимодействия различных типов подчинительных словосочетаний;

– в определении статуса синкретичных конструкций через отношение к ядерным единицам оппозиции и определении их места и особенностей функционирования в системе подчинительных словосочетаний;

– в комплексном изучении вопросов обязательной связи в словосочетании и фактов взаимодействия ее разных видов;

– в установлении зоны синкретизма между сильным и слабым типами подчинительной связи;

– в уточнении и расширении некоторых классификаций подчинительных словосочетаний;

– в решении вопросов теории словосочетания через отношение к предложению, через связь с теорией членов предложения.

Практическая значимость работы определяется широтой использования и востребованностью ее результатов в практике преподавания синтаксиса современного русского литературного языка. Материалы исследования могут быть применены в вузовской сфере преподавания, в основных лингвистических учебных курсах по разным направлениям подготовки специалистов в педагогических вузах: по специальности «Русский язык и литература» в дисциплине «Современный русский литературный язык», по специальности «Логопедия» в дисциплине «Русский язык с основами языкознания», по специальностям «Педагогика и методика начального образования» и «Педагогика и методика дошкольного образования» в дисциплине «Русский язык», а также по университетской специальности «Журналистика» в дисциплине «Современный русский язык». Согласно требованиям современных учебных вузовских программ, в настоящее время разрабатывается и широко внедряется в процесс обучения система курсов по выбору студентов и факультативов, на которых необходимо рассматривать различные актуальные вопросы основных дисциплин и новые подходы к изучению традиционных вопросов. Для студентов-филологов подобный курс по синтаксису словосочетания является необходимым. Отдельные материалы исследования могут быть также использованы в элективных курсах в средней общеобразовательной школе в классах гуманитарного профиля.

Материалы диссертации можно использовать при составлении словарей сочетаемости слов.

Материалом исследования послужили примеры из произведений художественной и публицистической литературы XX и XXI веков,  картотека которых составляет 3800 единиц. В качестве дополнительного материала были использованы данные различных словарей и справочников.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения, библиографического списка.

Общий объем работы – 372 страницы. Основной текст диссертации изложен на 336 страницах. Библиографический список содержит 337 наименований научных и учебных работ.

Апробация работы.

Основные теоретические положения диссертации обсуждались на заседаниях кафедр русского языка Коломенского государственного педагогического института (ноябрь 2008 г.), Московского педагогического государственного университета (январь 2009 г.). Материалы исследования были использованы в лекционном курсе и на лабораторных занятиях по синтаксису современного русского литературного языка на 4 курсе филологического факультета, специальности «Русский язык и литература».

По теме исследования прочитаны и обсуждены доклады на международных и всероссийских научных конференциях: «Структурно-семантическое описание единиц языка и речи» (г. Москва, МПГУ, 13–15 октября 2005 г.); «Активные процессы в современном русском языке» (г. Таганрог, ТГПИ, 11–13 сентября 2006 г.); «Аспекты исследования языковых единиц и категорий в русистике XXI века» (г. Мичуринск, МГПИ, 27–28 ноября 2007 г.); «Русский язык в условиях интеграции культур: XXVI Распоповские чтения» (г. Воронеж, 26–27 февраля 2008 г.); «Активные процессы в современной грамматике» (г. Москва, МПГУ, 19–20 июня 2008 г.); «Состояние и перспективы методики преподавания русского языка и литературы» в рамках Ассамблеи русского мира (г. Москва, РУДН, 1–4 ноября 2008 г.); «Русистика XXI века: традиции и тенденции» (г. Мичуринск, МГПИ, 20–22 ноября 2008 г.); «Лингвофилософский портрет современной языковой личности» (г. Владимир, ВГГУ, 27–29 ноября 2008 г.); на международных, всероссийских и областных научно-практических конференциях: «Актуальные проблемы современной русистики» (г. Киров, Вятский ГПУ, 22–24 мая 2000 г.); «Виноградовские чтения» (г. Зарайск, 12 мая 2005 г.; г. Москва, Всероссийский выставочный центр, 3 октября 2007 г.); «Вопросы современной филологии и методики обучения языкам в вузе и школе» (г. Пенза, ПГПУ, март 2008 г.); «Русская словесность как основа возрождения русской школы» (г. Липецк, ЛГПУ,  10–12 октября 2008 г.); «Проблемы преподавания русского языка и литературы в школе и вузе. Взаимодействие академической науки и практики филологического образования» (г. Белгород, Белгородский региональный институт повышения квалификации и профессиональной переподготовки специалистов, 14 ноября 2008 г.); на научно-методическом семинаре «TEXTUS» (г. Москва – г. Ставрополь, октябрь, 2000 г.); на научно-практическом семинаре-совещании «Русский язык в Центральном регионе России: состояние, функционирование и перспективы развития» (г. Иваново, 17–19 октября 2007 г.).

Основное содержание работы

Во Введении обосновывается выбор темы и определяются цель, задачи и методика исследования, отмечается его актуальность, научная новизна, теоретическая и практическая значимость, содержатся сведения об апробации и структуре работы.

В Главе I «Подчинительные словосочетания и виды подчинительной связи слов» представлен обзор и анализ следующих вопросов: 1) синтаксическая связь и ее виды; 2) подчинительная связь; 3) словосочетание как синтаксическая единица; 4) различные трактовки видов подчинительной связи; 5) управление в узком смысле и неуправляемые падежные формы; 6) зона переходности между собственно управлением и собственно примыканием.

В § 1 «Подчинительные словосочетания» определены взаимосвязанные понятия «валентность», «сочетаемость», «синтаксическая связь»; основные виды связи (предикативная, полупредикативная, непредикативная). Введено понятие «словосочетание», рассмотрены его различные трактовки, связанные с тем, каков объем этого понятия. Затрагивается проблема соотношения словосочетания и предложения, при этом особо подчеркивается двойственная природа словосочетания как синтаксической единицы. С одной стороны, словосочетание, подобно слову, воспроизводится как номинативная единица. Используя известные языковые модели, мы строим словосочетание без опоры на конкретное предложение, трансформируем его, составляем его парадигму. С другой стороны, словосочетание рождается в предложении и вычленяется из предложения, а абстрактные языковые модели, по которым строятся словосочетании, выводятся из конкретного речевого материала, то есть из предложения. Двоякое отношение к словосочетанию не вносит дисгармонию в понимание его природы, поскольку эта двойственность определена самой  природой единицы. Двойной подход к словосочетанию определяет два вида его анализа: «от слова» и  «от предложения» (В.В. Бабайцева).

В диссертационной работе анализируются только подчинительные словосочетания, к которым относим непредикативные сочетания  двух и более слов знаменательных частей речи, соединенных на основе подчинительной связи.

Расположение основных структурных разновидностей словосочетания: простого синтаксически нечленимого словосочетания, простого синтаксически членимого словосочетания, сложного словосочетания – показано на шкале переходности через взаимодействие с единицами других подсистем языка.

Точками оппозиции на данной шкале являются: А – словоформа, Б – предикативное сочетание (простое предложение). В переходной зоне находятся разные типы сочетаний и словосочетаний, она делится на три части: зона с центром «словоформа (синтаксема)» (А), промежуточная зона с центром «простое синтаксически членимое словосочетание» (АБ), зона с центром «предикативное сочетание» (Б).

В зоне с центром «словоформа» находится периферия (Аб1) – фразеологическое сочетание.

В зоне с центром «простое синтаксически членимое словосочетание» с одной стороны слева направо находятся периферийные звенья Аб2 (семантически несвободное сочетание), Аб3 (простое синтаксически нечленимое словосочетание). С другой стороны – периферийные звенья аБ2 (сложное словосочетание) и аБ1 (полупредикативное сочетание).

Изобразим шкалу с помощью графических средств.

Составленная шкала демонстрирует отношение словосочетания как языковой единицы к единицам низшего и высшего порядка, а также отношения между однородными, однопорядковыми единицами, т.е. между различными типами словосочетаний.

В § 2 «Виды подчинительной связи слов в словосочетании»  описаны широкая и узкая трактовки управления и в ходе их анализа обнаружено в них не только противоположное, но и общее. Так, А.М. Пешковский вводит понятия сильного и слабого управления. Это разграничение управления позволяет, с одной стороны, сохранить традиционную классификацию видов подчинительной связи по способу оформления зависимого компонента, с другой стороны, показать неоднородность случаев, относящихся к области управления. В узкой трактовке вводится понятие «падежное примыкание», которое по сути своей то же, что и слабое управление у Пешковского. Все это позволяет соединить обе трактовки управления.

Для обозначения управляемых и неуправляемых падежных форм целесообразнее использовать термины «собственно управление» и «падежное примыкание», нежели «сильное» и «слабое» управление, так как последние, в свою очередь, в современном языкознании применяются также при разграничении случаев, относимых к собственно управлению. Однако и «собственно управление», и «падежное примыкание» оставляем в пределах управления в широком смысле. Включение падежного примыкания в область управления в широком смысле кажется нам оправданным, так как зависимая падежная форма как способ оформления связи не является единственным признаком управления. Это идентифицирующий признак, его «следует понимать как признак сходства, который вовсе не предполагает полного отождествления единиц». Более того, «идентификация по одному признаку не исключает, а предполагает различие по другому» (Е.Н. Смольянинова).

Такой подход к разграничению видов связи позволяет, с одной стороны, сохранить традиционную классификацию видов подчинительной связи слов, с другой – учесть неоднородность падежных и предложно-падежных конструкций с точки зрения их обусловленности главным словом словосочетания.

Итак, при учете обеих трактовок управления классификация видов подчинительной связи может выглядеть следующим образом:

       § 3 «Переходные явления на шкале переходности “собственно управление – собственно примыкание”» посвящен описанию зоны переходности между управлением и примыканием. Основным результатом этой части исследования является шкала «собственно управление – собственно примыкание», построенная на материале глагольно-именных и субстантивно-именных словосочетаний.

На данной шкале, независимо от типа конструкции, установлены следующие звенья: А – собственно управление, Аб – периферия собственно управления, АБ – падежное примыкание, аБ – периферия собственно примыкания, Б – собственно примыкание.

При разграничении глагольных словосочетаний учитывались следующие дифференциальные признаки: 1) предсказуемость связи; 2) способ выражения зависимого компонента; 3) тип отношений между компонентами словосочетания.

Наличие нескольких дифференциальных признаков оппозиции обусловливает появление различных соединений.

Так, на периферии собственно управления (звено Аб) – два признака собственно управления (предсказуемая связь, зависимая падежная форма) и один признак собственно примыкания (обстоятельственные отношения). Сюда, например, относятся словосочетания с пространственной падежной формой, зависимой от глаголов пребывания, возникновения, размещения, движения, перемещения в пространстве (присутствовать на уроке, появиться в городе, поселиться в деревне, плыть к берегу, толкнуть к стене).

Для падежного примыкания (звено АБ) характерны два признака собственно примыкания (непредсказуемая связь, обстоятельственные отношения) и один признак управления (зависимая падежная форма).  Например, словосочетания с пространственной падежной формой при глаголах, не предсказывающих пространственный распространитель (обедать на террасе, беседовать возле дома, целоваться в подъезде, играть под балконом).

При определении промежуточного расположения данного звена мы учитываем, что главный структурный признак падежного примыкания (зависимый компонент, выраженный падежной или предложно-падежной формой) – это признак управления в широком смысле. Два других дифференциальных признака, унаследованных от примыкания, связаны с проявлением грамматического содержания явления. Поэтому, определяя падежное примыкание как промежуточное звено, мы имеем в виду не количественное равновесие признаков оппозиционных явлений (это было бы в некотором роде примитивно), а равновесное, равнозначное соотношение структурных и семантических признаков. Другими словами, главный структурный признак по значимости может быть приравнен к двум дополняющим друг друга семантическим признакам.

В звене аБ – два признака собственно примыкания (непредсказуемая связь, обстоятельственные отношения) и слабо выраженный признак управления (падежная форма, находящаяся на определенной ступени адвербиализации).

Появление в системе подчинительных связей синтаксического пространства с границами «падежное примыкание – собственно примыкание» связано с движением управляемых форм к примыканию, с процессом перехода некоторых имен существительных с предлогом и без него в наречия.

А.М. Пешковский выделял разные ступени адвербиализации: 1 ступень – «еле зарождающиеся наречия», 2 ступень – середина   процесса перехода, 3 ступень – процесс адвербиализации завершен .

Все три ступени можно соотнести с разными видами связи: 1 ступень – падежное примыкание, 2 ступень – периферия собственно примыкания, 3 ступень – собственно примыкание.

Интегральный признак примыкающей падежной и адвербиальной форм – обстоятельственное значение. Именно этот признак способствует зарождению переходного процесса падежной или предложно-падежной формы в наречие.

Дифференциальными являются следующие признаки: 1) наличие / отсутствие предметного значения; 2) наличие / отсутствие связи с парадигмой существительного (этот признак проявляется в способности / неспособности употребляться в других падежных формах, с другими предлогами); 3) возможность / невозможность подстановки определения.

Если падежная форма утрачивает хотя бы один из перечисленных выше признаков, она попадает в зону переходности между падежным примыканием и собственно примыканием. Переходное состояние такой формы определяется тем, что она, оторвавшись от существительного, так и не примкнула к наречию, поскольку полностью не утратила признаки исходной части речи. Уже не существительное, но еще не наречие.

Например, словоформы с опаской, без опаски оторвалисьот существительного, но полностью в наречие не перешли. Об этом свидетельствует употребление данных форм с инфинитивом : …Свой подарок Поля раскутывала с опаской заслужить пусть хоть необидный смешок (Л. Леонов). В данной словоформе сильно выражена глагольная сема. Сравните: раскутывала, опасаясь заслужить смешок или раскутывала с опасением заслужить смешок.

Субстантивные словосочетания с именами существительными неглагольного происхождения и с некоторыми существительными глагольного образования со значением лица распределены на шкале переходности следующим образом.

Звено А (область собственно управления): 1) словосочетания с именем существительным неопределенно-абстрактного значения (вид растения, признак ума, рецепт спасения, состав лекарства); 2) количественно-именные словосочетания (десяток яиц, часть рассказа, стопка блинов); 3) словосочетания с субъектно-объектным значением (автор письма, свидетель событий, представитель администрации). Для данных словосочетаний характерны объектные и комплетивные отношения.

Звено Аб (периферия собственно управления, или переходная зона между собственно управлением и падежным примыканием) – словосочетания с дуплексивом, т.е. со словоформой с двойной синтаксической зависимостью (термин введен в научный обиход Л.Д. Чесноковой). Зависимая падежная или предложно-падежная форма находится в одновременной связи с глаголом (управление) и именем существительным (падежное примыкание).

Наиболее распространенный тип конструкций с дуплексивом словосочетания: 1) с глаголами расположения предмета в пространстве (сидеть, стоять, лежать, расположиться, разместиться, селиться, поселиться, находиться  и т.п. в значении «располагаться»): Настена села на лавку у окошечка… (В. Распутин). – дуплексив у окошечка (сел (где?) у окошечка, на лавку (какую?) у окошечка); 2) с глаголами бытия (жить, квартировать, находиться и т.п. в значении «пребывать», собираться, толпиться): На площади у церковной ограды кучился народ (М. Шолохов). – дуплексив у ограды (кучился (где?) у ограды, на площади (какой?) у ограды).

Звено АБ (промежуточная зона между собственно управлением и собственно примыканием) – падежное примыкание.

Во-первых, это словосочетания, соотносительные с полупредикативными или предикативными сочетаниями: (сесть) в кресло у окна – ср.: в кресло, стоящее у окна; (открыть) дверь на кухню – ср.: дверь, ведущую на кухню.

Вторая группа словосочетаний, относящихся к падежному примыканию, полагаем, появилась в речи из предикативных сочетаний или, по крайней мере, очень четко соотносится с ними. Это словосочетания типа тетрадь в линейку, очки в оправе, костюм без пуговиц, бутылка с молоком и т.д. Данные сочетания могут употребляться в качестве предикативных и в качестве непредикативных. Предикативная связь между именами существительными выражается с помощью незнаменательной связки быть. Второе существительное выполняет роль именной части в составном сказуемом. Сравните: Платье без воротника. Платье было без воротника. Платье будет без воротника. Как только данное сочетание попадает в конструкцию, где сказуемое выражено другими средствами, зависимое существительное занимает позицию несогласованного определения. И на уровне словосочетания реализуется связь падежного примыкания: Тебе идет это платье без воротника.

Звено аБ (периферия собственно примыкания, или переходная зона между падежным примыканием и собственно примыканием) – словосочетания со сравнительно-уподобительными отношениями типа хвост трубой.

Форма беспредложного творительного особенно активно проявляет себя в процессе образования наречий. Главное слово в таких словосочетаниях обычно обозначает: 1) часть человека (лицо огурцом, грудь колесом); 2) одежду (платье колоколом, шляпка блином).

Определение вида подчинительной связи слов в субстантивных словосочетаниях тесно переплетается с установлением типа синтаксических отношений между компонентами конструкции, особенно ярко это проявляется в девербативно-именных словосочетаниях.

Синтаксические отношения между компонентами словосочетаний с девербативом (отглагольным существительным) всегда многозначны. Эта многозначность обусловлена синкретичной природой отглагольных существительных. С одной стороны, они имеют все признаки существительных (общекатегориальное значение предметности; лексико-грамматические и словоизменительные категории; словообразовательные приметы и особенности; синтаксическая функция). С другой стороны, они сохраняют в своем значении сему действия и нередко заимствуют от глагола его синтаксические потенции.

Гибридный характер девербатива обусловливает присутствие в его категориальном значении двух семантических компонентов: предметного (субстантивного) и процессуального (глагольного). Наличие предметной семы определяет появление в синтаксическом значении словосочетания атрибутивных отношений. Наличие процессуальной семы определяет появление объектных, субъектных, обстоятельственных отношений. Таким образом, в девербативно-именных словосочетаниях можно установить объектно-определительные, субъектно-определительные, обстоятельственно-определительные значения.

Предметная и процессуальная семы развиваются и проявляются в значении девербатива с разной степенью выраженности. Преобладание одной семы над другой обусловливает преобладание одного синтаксического значения над другим. Так, исследователи сочетаемости отглагольных существительных с падежными и предложно-падежными формами отмечают: если девербатив утрачивает процессуальное значение и, наоборот, упрочивает значение предметности, то в зависимом имени активно развивается атрибутивное значение (В.П. Казаков, Х.Н. Абдуллаев, А.Н. Печников).

Например, в словосочетаниях с объектными отношениями девербатив употребляется не только в прямом, но и в переносных значениях. Различные значения полисемантичного отглагольного существительного нередко демонстрируют развитие (усиление) в значениях предметной семы. 

В качестве примера проследим, как развивается предметное значение в слове воспоминание. Данная лексема многозначная. В «Словаре современного русского литературного языка» (БАС) зафиксировано три значения.

В первом, прямом, значении «мысленное воспроизведение чего-либо прошедшего, сохранившегося в памяти» явно доминирует глагольная сема: Памятники ставятся для воспоминания об усопших, а не для каких-либо иных целей… (А. Гайдар). В таких примерах девербативно-именное словосочетание легко трансформируется в придаточную часть со значением цели, в которой вместо девербатива употребляется инфинитив. Сравните: Памятники ставятся, чтобы вспоминать об усопшихВ отношениях между девербативом и зависимым именем в словосочетании воспоминание об усопших преобладает объектное значение.

Во втором, переносном, значении «то, что помнится, хранится в памяти» начинает активно развиваться предметное значение, и можно отметить некоторое равновесие между глагольным и субстантивным компонентом: Однажды возникло смутное воспоминание о золотой розе (К. Паустовский). В этом случае отношения между компонентами словосочетания можно определить как объектно-определительные.

Наличие предметной семы в этом значении может быть подчеркнуто лексико-грамматическим характером выражения сказуемого: И сейчас, как всегда, воспоминания о счастливом прошлом были для Екатерины Ивановны тем живым родником, который возвращал силы (Г. Николаева). Сравните: воспоминания – это родник.

И, наконец, в третьем, переносном, значении «записки или рассказы о своей или чьей-либо жизни» (слово в этом значении употребляется только во множественном числе) предметное значение выражено наиболее ярко: Недавно я читал воспоминания о Бунине (К. Паустовский). В отношениях, устанавливающихся между компонентами выделенного словосочетания, усиливается определительное значение.

Постепенное усиление определительного значения в девербативно-именных словосочетаниях с объектными отношениями свидетельствует о разноместном расположении данных конструкций на шкале переходности. Из трех рассмотренных примеров сочетаемости девербатива воспоминание первое словосочетание находится ближе к центру «собственно управление», третье приближается к «падежному примыканию», а второе находится в промежуточной зоне между первым и третьим примерами.

Описание зоны переходности между управлением и примыканием способствует решению вопроса о проведении границ между полярными видами подчинительной связи слов в словосочетании. Такой подход к разграничению управления и примыкания лишен размытости, категоричности и, напротив, приближает к более объективному описанию синтаксических единиц.

Глава II «Сильные связи слов в словосочетании» посвящена изучению сильных связей в области словосочетания.

§ 1 «Общая характеристика обязательной сочетаемости» содержит комплексный анализ проблемы обязательной связи слов. В нем подняты такие вопросы: 1) обязательность зависимого компонента как главный признак сильной связи; 2) факторы, обусловливающие возникновение сильных связей; 3) типы слов с точки зрения смысловой достаточности; 4) «наследование» сильных связей; 5) операционный контекст как условие реализации обязательной связи слов в словосочетании; 6) способы замещения позиции обязательного распространителя.

Основные положения этой части работы.

Интегральный признак сильных связей – обязательность. При разграничении сильной и слабой связи имеем в виду структурную обязательность, которая связана с внутренними свойствами главного компонента словосочетания, демонстрирующего потребность в зависимом компоненте в составе предложения.

Факторами, обусловливающими возникновение сильных связей, являются: лексический (обязательные отношения мотивированы лексическим значением), словообразовательный (влияние приставки на появление формы с определенным предлогом), семантический (обязательная сочетаемость характерна для слов одной лексико-семантической группы), грамматический (появление обязательного распространителя обусловлено грамматической формой главного компонента), синтаксический (обязательная сочетаемость связана с употреблением слова в определенной конструкции).

Различная природа возникновения сильных связей в словосочетании связана с разной степенью смысловой полноты слов, относящихся к знаменательным частям речи.

Полнозначные (полнознаменательные) слова, вступающие в обязательные отношения с зависимым словом, обладают структурной (синтаксической) неполнотой. Для них характерен признак конструктивной обусловленности, проявляющийся в способности реализовывать свое значение только в определенной синтаксической конструкции. Особо ярко признак конструктивной обусловленности проявляют глаголы. Например, преодолеть что: Я преодолею все трудности.; пожертвовать кем или чем: Он пожертвовал своим положением ради тебя.; выглядеть как: Эта женщина выглядит потрясающе.; предпочесть что чему или что делать: Она предпочла чтение вязанию. Он предпочел уединиться. Но в принципе эта черта свойственна различным частям речи: претендент на что, одержимый чем.

Для многих многозначных слов употребление с той или иной формой  (или формами) является способом различения значений. Например, глагол баловаться в значении «заниматься чем-либо ради удовольствия» употребляется с именем в творительном падеже: баловаться охотой (пивком, картишками); в значении «шалить, забавляться» – с формой творительного падежа с предлогом «с»: баловаться с огнем.

Неполнозначные (неполнознаменательные) слова лишены достаточной смысловой наполненности. Именно поэтому они нуждаются в распространителе. Смысловая неполнота свойственна, например, некоторым абстрактным существительным, модальным и фазисным глаголам, неопределенным местоимениям, словам с количественной семантикой.

Деление слов по принципу смысловой полноценности на отмеченные разновидности выглядит весьма условной, поскольку степени смысловой наполненности слов столь различны, что трудно бывает распределить их по определенным группам, провести грань между полнозначными и неполнозначными словами.

Одна из причин возникновения сильных связей – ее наследование от слова с производящей основой. «Наследственные» отношения в плане синтаксической сочетаемости характерны в большей степени для глаголов, имен существительных, имен прилагательных. Отношения наследования устанавливаются между единицами словообразовательной пары (стремиться – стремление к кому-чему), словообразовательной цепи (согласен – согласие – согласиться с кем-чем), словообразовательной парадигмы (намереваться – намерен и намерение что сделать).

В многоаспектном анализе словосочетаний необходимо учитывать объем операционного контекста, определенный количеством компонентов контекстного окружения, необходимых для реализации и выявления сильной связи. Операционный контекст может быть определен рамками синтаксически нечленимого (цельного) словосочетания, синтаксически членимого словосочетания (простого и сложного), простого предложения, сложного предложения, сложного синтаксического целого.

Позиция обязательного распространителя может быть замещена различными способами: 1) конкретной формой (принадлежать сестре); 2) одной из возможных форм в пределах одного вида подчинительной связи (разместиться в доме (за домом и т.д.)); 3) одной из возможных форм в пределах разных видов подчинительной связи (находиться в доме – находиться здесь); 4) фразеологическим оборотом (находиться в двух шагах); 5) сравнительным оборотом (реагировать как ребенок); 6) частью сложного предложения или прямой речью (Второгодник Дубилов сказал, что встретил недавно Вальку в магазине… (А. Гайдар). – Второгодник Дубилов сказал: «Я встретил недавно Вальку в магазине».).

Анализ обязательной связи ограничен в диссертации тремя первыми способами.

§2 «Форма обязательного распространителя» содержит описание случаев обязательной связи в согласовании, управлении и примыкании.

Обычно сильные и слабые связи демонстрируют на материале управления, поскольку этот вид подчинительной связи представляет огромное количество примеров, позволяющих четко разграничить случаи сильного и слабого управления.

Несмотря на то, что «силовые» отношения в словосочетаниях действительно ярче всего проявляются в управлении (примером тому могут быть многочисленные работы по разграничению сильного и слабого управления), ученые отмечают, что сильным и слабым может быть не только управление, но и согласование и примыкание (Л.Д. Чеснокова).

В «Грамматике современного русского литературного языка» 1970 года и «Русской грамматике» 1980 года разграничение сильных и слабых связей отнесено только к области управления и примыкания .

Что касается согласования, то, по мнению авторов академической грамматики, «связь согласования является лексически неограниченной слабой связью» (Грамматика 1970, с. 488). В «Русской грамматике» 1980 года, однако, замечено, что отдельные случаи сильного согласования имеют место при информативно недостаточных словах  (Русская грамматика 1980, с. 56), т.е. категоричное отрицание случаев сильного согласования снято.

Почему так неоднозначно и осторожно относятся ученые к наличию связи «сильное согласование»?

Л.Д. Чеснокова выдвигает следующее объяснение этому обстоятельству: «Это, очевидно, обусловлено тем, что в отличие от сильного управления, где необходимая связь обусловливается в основном лексическим или лексико-грамматическим значением слов и является, так сказать, внутренним свойством этих слов, сильное согласование возникает  только в предложении или сложном словосочетании под воздействием синтаксического фактора (в особых структурах), конечно, не без влияния лексического значения слов. Однако сама потребность в согласующихся зависимых словах не есть внутреннее свойство слова» .

Следует добавить, что термин, да и само явление «сильное согласование» не принимают те ученые, которые рассматривают словосочетание как самостоятельную, независимую от предложения языковую единицу, как «строительный материал» предложения. И при таком подходе к словосочетанию они совершенно правы в своем отношении к сильному типу связи в согласовании. На «докоммуникативном» уровне, при подходе к изучению словосочетания «от слова», «сильное согласование» действительно очень сложно, если вообще возможно, выделить.

Другое дело, если словосочетание мы рассматриваем в составе предложения. В ходе анализа словосочетания мы вычленяем его из конкретного предложения и описываем его свойства и характер связи с учетом того контекста и структурно-семантических особенной того предложения, в котором словосочетание функционирует. В этом случае можно говорить о том, что сильная (необходимая) связь устанавливается и между согласующимися формами.

Трудно согласиться с тем, что сильное согласование не может быть проявлением внутренних свойств слова. При анализе этих случаев мы говорим именно о внутренних потребностях слова иметь обязательный зависимый атрибутивный компонент, выраженный именем прилагательным или другим адъективным словом. Но эта внутренняя потребность развивается в слове под влиянием различных внешних факторов окружающей среды, то есть контекста, именно в контексте слово «сигнализирует» о потребности иметь обязательный распространитель.

В связи с выше сказанным, особо подчеркнем, что употребляем в работе термины «сильное согласование», «сильное управление» и «сильное примыкание» с учетом «собственно синтаксической» трактовки словосочетания как конструкции, формирующейся в предложении и являющейся структурным звеном предложения.

В пункте параграфа 2.1. «Адъективные слова в роли обязательного распространителя» рассмотрены случаи необходимой связи в словосочетаниях, построенных способом согласования. В роли зависимого компонента выступают адъективные слова, или адъективы: имена прилагательные, порядковые числительные, местоимения-прилагательные, причастия. Появление обязательного адъектива определено различными моментами. Например. 1) Обязательный адъектив может уточнять значение многозначного слова (так, слова день (дни), денек (деньки) в сочетании с качественными прилагательными типа хороший, теплый, солнечный, ясный – плохой, холодный, пасмурный, ненастный, дождливый реализуют значение «погода»: Но такая тишина стоит в лесах только в безветренные дни (К. Паустовский).). 2)  Обязательный адъектив уточняет значение информативно недостаточного слова (Это было моим любимым занятием… (В. Бианки).). 3) Обязательный адъектив при существительном, употребляющемся в местоименном значении (Но Пете бросилась в глаза одна вещь, сильно поразившая его (В. Катаев).); 4) Обязательный адъектив при полнозначном существительном, теряющем в определенном контексте свою синтаксическую самостоятельность: без определения оно утрачивает свою информативную достаточность (Зябликов послушно стоял с разведенными руками… (Д. Емец).). 5) Обязательный адъектив при имени существительном в определенной форме (Из нас пятерых – ни одного порядочного охотника, так себе, любители районного масштаба (В. Солоухин). Рядом упругой, крепкой походкой шагал Федя и быстро говорил что-то командиру (А. Гайдар).) и другие случаи.

В пункте 2.2. «Падежная и предложно-падежная формы в роли обязательного распространителя» рассмотрены примеры сильного управления. При описании языкового материала учитывалось синтаксическое значение зависимой формы и лексическое значение главного компонента.

Например, словоформа в родительном падеже без предлога как обязательный распространитель обозначает: 1) объект, которого опасаются, лишаются (родительный удаления, лишения) при глаголах: бояться, избежать (избегать), лишить (лишать), лишиться (лишаться), опасаться, остеречься (остерегаться), страшиться, чуждаться и др. Нет, она не бедствий и кары боялась, а стыда и одиночества (Л. Леонов).; 2) объект желания, достижения (родительный цели) при глаголах: добиться (добиваться), достичь (достигать), жаждать, ждать, дождаться (дожидаться), желать, искать, просить, требовать (потребовать), хотеть и др. и прилагательном достойный (достоин): Только эти последние слова и достигли Полиного сознания (Л. Леонов). Даже в самые счастливые наши дни на меня иногда находило беспокойное сомнение, достоин ли я Майи (В. Тендряков).;3) объект внутреннего содержания при прилагательном полный в прямом значении «содержащий в себе что-нибудь до возможных пределов, наполненный, занятый чем-нибудь целиком» (СОиШ, 1): Ночь уже стоит над ним и смотрит в его темную воду – ночь, полная звезд (К. Паустовский). Стебель куги полон воздушных ячеек (К. Паустовский). ив переносном значении «целиком проникнутый, охваченный чем-нибудь» (СОиШ, 2): …Жизнь Гаврика была полна трудов и забот… (В. Катаев).

В диссертации рассмотрены словосочетания с разными падежными и предложно-падежными формами.

В пункте 2.3. «Наречие и инфинитив в роли обязательного распространителя» описаны лексико-синтаксические классы слов и их сочетаемость, подводимая под понятие «сильное примыкание». Речевой материал разбит в ходе анализа на следующие группы: 2.3.1. Словосочетания с обязательным зависимым компонентом, выраженным наречием (поступить некрасиво, выразиться неясно, стоить дорого); 2.3.2. Словосочетания с обязательным зависимым компонентом, выраженным инфинитивом (данная группа рассмотрена на материале глагольных словосочетаний (стараться не смотреть, научиться шить, попросить помочь) и именных словосочетаний (повод подумать, должен поблагодарить, не время разговаривать)). Внутри каждой группы и подгруппы намечено дальнейшее дробление с учетом семантики и других особенностей главного компонента.

§3 «Сильные подчинительные связи слов на шкале переходности» посвящен вопросу взаимодействия сильных подчинительных связей в словосочетании.

В переходной зоне находятся слова, которые могут участвовать в реализации разных видов сильной подчинительной связи, например, в сильном согласовании и сильном управлении, сильном управлении и сильном примыкании или во всех трех видах.

На шкале переходности «сильное согласование – сильное управление» расположены некоторые субстантивные словосочетания, главный компонент в которых способен участвовать в реализации и сильного согласования, и сильного управления. К промежуточным явлениям шкалы отнесем конструкции, главное слово в которых выражено именами существительными,  открывающими в предложении атрибутивную позицию: вид, сорт, класс, масть, порода, признак, форма, размер, рисунок; цвет, оттенок, тон; вкус, привкус; выражение, поза; чувство, состояние и т.д.Данная позиция может замещаться именем прилагательным в полной форме, порядковым числительным, местоимением-прилагательным в полной форме, причастием в полной форме. Эта связь – согласование. Другой способ замещения атрибутивной позиции – падежная или предложно-падежная форма. Эта связь – управление. Взаимодействие разных видов сильной связи проявляется в том, что одно и то же слово в разных контекстах реализуется в словосочетаниях с разным способом подчинительной связи. Сравните: При этом его мужское, грубоватое и красивое лицо приобретало …младенческое счастливое выражение (Г. Николаева). Эта пухлая верхняя губа и слегка поджатая нижняя придавали ее лицу выражение детской серьезности и наивности… (Г. Николаева).

Самая многочисленная и разнообразная группа словосочетаний находится в зоне взаимодействия сильного управления и сильного примыкания.

Здесь представлены три разновидности словосочетаний по морфологической структуре: глагольные, адъективные, субстантивные.

Среди глаголов, способных участвовать в реализации сильной связи в области управления и примыкания, можно определить следующие разновидности: 1) глаголы, сочетающиеся с предложно-падежной формой и наречием одного синтаксического значения: расположиться в доме – здесь; 2) глаголы, сочетающиеся с предложно-падежной формой и инфинитивом: отказаться от обеда – обедать; 3) глаголы, сочетающиеся с предложно-падежной формой, инфинитивом и наречием: отправиться на работу – отправиться работать – отправиться туда.

В области сильного управления и сильного примыкания особенно активно ведут себя краткие прилагательные. Наблюдения над их сочетаемостью с падежными формами (управление) или инфинитивом (примыкание) показывают, что бoльшая часть кратких прилагательных участвует в управлении, меньшая часть – только в примыкании. Третью группу составляют прилагательные, способные употребляться как с падежной формой, так и с инфинитивом. Эта группа и представляет зону переходности. В нее входят прилагательные готовый (готов), достойный (достоин), способный (способен), рад, склонный (склонен).

Взаимодействие сильного управления и сильного примыкания в области имен существительных демонстрируют имена, для которых также характерна реализация в речи в сочетании с обязательным распространителем, выраженным либо падежной или предложно-падежной формами (сильное управление), либо инфинитивом (сильное примыкание).

Например, многозначное отглагольное существительное основание взначении «повод, причина» довольно часто употребляется с обязательным зависимым инфинитивом: Нет никаких оснований волноваться (В. Катаев). В позиции обязательного зависимого компонента может выступать также словоформа «для + род. п.». Заметим, что форма инфинитива синонимична предложно-падежной форме. Сравните: Нет никаких оснований для волнений. В предложенном для анализа предложении у словоформы оснований есть еще один зависимый компонент – оснований (каких?) никаких. Прием опущения данного члена из предложения без изменения смысла и структурной полноты всей конструкции подчеркивает необязательный характер сочетаемости имени существительного с отрицательным местоимением. Таким образом, выделим словосочетания со словоформой оснований: никаких оснований – слабое согласование; оснований волноваться – сильное примыкание; оснований для волнений – сильное управление. Возможность слова основание участвовать в реализации сильного управления или сильного примыканияопределяет его положение в зоне переходности выше названных видов сильной связи.

В зоне взаимодействия всех видов сильных подчинительных связей находятся имена существительные, способные сочетаться с инфинитивом. Как всякое имя существительное, эти лексемы распространяются прилагательным или каким-либо другим адъективным словом. Большое количество слов среди данных существительных – девербативы. От глаголов они наследуют способность к сильному управлению. Например, Наконец ему в голову пришла удивительно простая и вместе с тем замечательная мысль (В. Катаев). Но еще большее волнение охватывало мальчика при мысли о Гаврике, который потребует завтра денег (В. Катаев).  Мысль уйти отсюда не покидала меня ни на минуту.

Описание сильной связи в словосочетаниях с учетом взаимодействия различных видов подчинительной связи показывает, что области согласования, управления и примыкания не находятся в изолированном положении, а имеют зоны пересечения, наложения друг на друга.

В Главе III «Переходные явления между сильной и слабой связью (на материале управления)» показана методика разграничения сильных и слабых связей с учетом переходных явлений и продемонстрирован опыт составления «силовой» шкалы.

Для этих целей были использованы материалы управления по следующим причинам. Уникальность управления как вида подчинительной связи слов заключается, на наш взгляд, в том, что в этой области четко выражены признаки противопоставления сильной и слабой связи. Поскольку таковых оказывается сразу три (обязательность / факультативность связи, невариативность / вариативность замещения позиции зависимого компонента, тип синтаксических отношений между членами словосочетания), то возникают разные комбинации этих признаков. Если комбинация содержит признаки противоположных явлений, есть основание для выделения и описания зоны переходности.

Дифференциальные признаки сильного управления: обязательная связь между компонентами словосочетания, зависимый компонент выражен определенной падежной или предложно-падежной формой, между компонентами словосочетания имеют место объектные отношения. Например, …Нетерпение это передавалось и ему (Д. Гранин). …Это, как известно, всегда приводит к быстрому проигрышу (В. Катаев). По ним (флагам) Петя привык судить о богатстве домовладельца (В. Катаев).

Дифференциальные признаки слабого управления: необязательная (факультативная) связь между компонентами словосочетания, зависимый компонент представлен формой из ряда вариативных, между компонентами словосочетания обстоятельственные отношения. Например, Теперь все было готово, и джигит спрятался в густой листве кустов (В. Бианки). Гаврик подошел к балагану и остановился возле дверей… (В. Катаев). Войдя в избу, Андреич достал из-под кровати плетенку и положил в нее зверька (В. Бианки).

В зоне переходности на «силовой» шкале управления нами установлены периферийные звенья сильного и слабого управления (всего четыре звена): ближняя периферия сильного управления (связь обязательная, невариативная (определенная) зависимая форма, объектно-обстоятельственные отношения между компонентами словосочетания): добежать до деревьев, прирасти к камню, вмерзать в лед; дальняя периферия сильного управления (связь обязательная, вариативная зависимая форма, обстоятельственные отношения между компонентами словосочетания): примоститься на диване (у дивана, за диваном), оказаться перед домом (за домом, в доме); дальняя периферия слабого управления (факультативная связь, невариативная зависимая форма, объектные отношения): прятаться от врагов, продать перекупщикам; ближняя периферия слабого управления (факультативная связь, невариативная зависимая форма, объектно-обстоятельственные отношения между компонентами словосочетания): не любить (за что? по какой причине?) за лень, ощутить (чем? каким образом?) телом.

В последнем параграфе главы проанализированы языковые факторы, влияющие на усиление или ослабление связи в глагольно-именных словосочетаниях. Среди частных факторов выделены такие: лексический (внутренняя природа слова, тип его лексического значения); семантико-словообразовательный (морфемная структура глагола); морфологический фактор (форма слова); контекстуальный (смысловое (информативное) наполнение синтаксической конструкции).

Распределение словосочетаний с признаками сильного и слабого типов связи на шкале переходности позволяет более четко обозначить границы между сильной и слабой связью и показать зону их взаимодействия. Наличие явлений переходности подчеркивает системный характер сильных и слабых связей в общей системе подчинительных словосочетаний.

Глава IV«Синтаксически нечленимые (цельные) словосочетания как синкретичное образование» посвящена комплексному анализу конструкций, подводимых под понятие синтаксически нечленимых (цельных) словосочетаний.

В работе представлена наиболее полная классификация синтаксически нечленимых словосочетаний. Всего выделено 11 групп словосочетаний: 1) с неполнознаменательным глаголом (дать команду); 2) со словом в метафорическом значении (язычок свечи, стон сосны); 3) с фазисным значением (начать учиться, середина дня); 4) с модальным значением (способен рисовать, необходимо знать); 5) с полнознаменательным словом в роли информативно избыточного или информативно недостаточного слова ((улыбаться) печальной улыбкой, (автомобиль) старого выпуска); 6) со значением совместности (брат с сестрой, мы с другом); 7) с количественным значением (несколько монет, две тетради); 8) с неопределенным значением (что-то новое, где-то за лесом, когда-то весной); 9) с отрицательным значением (ничего интересного); 10) со значением обобщенности (все вы, все пятеро, все присутствующие, все новое); 11) со значением избирательности (самый лучший из класса).

Неоднородный характер анализируемых конструкций связан с синкретичной природой цельных словосочетаний, поэтому основное внимание обращено на движение синтаксически нечленимых словосочетаний на шкале переходности «семантически несвободные сочетания – синтаксически членимые словосочетания».

Распределение материала на шкале связано в диссертации с делением грамматически главенствующих слов в словосочетании с точки зрения их смысловой полноты. В связи с этим на шкале обозначены пять основных звеньев (перечисляем в порядке линейного расположения слева направо): А – семантически несвободное сочетание (составные наименования); Аб – периферия семантически несвободных сочетаний (синтаксически нечленимые словосочетания с семантически недостаточным словом); АБ – промежуточное звено (синтаксически нечленимые словосочетания с полнознаменательным главным словом); аБ – периферия синтаксически членимых словосочетаний (синтаксически нечленимые словосочетания с информативно недостаточным словом); Б – синтаксически членимые словосочетания.

В диссертации рассмотрены три звена зоны переходности.

Аб – словосочетания с семантически недостаточным словом.

 Семантически недостаточные слова без распространителя не могут передавать какие-либо полные для речевого высказывания понятия. Такая способность приобретается ими только в соединении с зависимым компонентом, выполняющим роль компенсатора семантической неполноты. Часто семантически недостаточные слова играют роль вспомогательных компонентов. Поэтому их можно назвать синсемантичными словами, которые в отличие от автосемантичных, способны «указывать на мир только при совместной реализации с семантически ключевым словом»  (В.Н. Телия).

К конструкциям с семантически недостаточным словом мы относим словосочетания с модальным значением (способен рисовать, желает учиться), с фазисным значением (начинать работать, середина урока), словосочетания со словом в метафорическом значении (ножка стула, облако пыли). К этому звену примыкают глагольно-именные сочетания с неполнознаменательным глаголом (вести беседу, дать ответ).

Если рассматривать словосочетания с семантически недостаточным словом с точки зрения их приближения к центру семантически несвободных сочетаний, то условно их можно расположить в следующем порядке по направлению от семантически несвободных сочетаний к синтаксически членимым словосочетаниям:

1) ближняя периферия: Аб1 – словосочетания с неполнознаменательным глаголом; Аб2 – словосочетания со словом в метафорическом значении;

2) дальняя периферия: Аб3 – словосочетания с фазисным значением; Аб4 – словосочетания с модальным значением.

аБ – словосочетания с информативно недостаточным словом.

Информативно недостаточные слова близки к полнознаменательным, так как могут быть достаточными для называния какого-либо явления или понятия. В отличие от семантически недостаточных слов, их можно назвать автосемантичными.

Но вместе с тем эти слова в речи информативно ущербны и зачастую не способны обходиться без зависимых слов, делающих информацию более определенной и конкретной. Попадая в речевую ситуацию, связанную с отображением конкретных реалий действительности, они требуют для себя конкретизации через слова-названия тех предметов и явлений, к которым имеют непосредственное отношение.

К конструкциям с информативно недостаточным словом относим количественно-именные словосочетания (трое детей, много подруг), словосочетания с неопределенным значением (что-то большое, когда-то осенью), с отрицательным значением (ничего хорошего), с обобщающим значением (все трое, все присутствующие), с избирательно-выделительным значением (каждый из нас).

Данные словосочетания находятся на периферии синтаксически членимых словосочетаний, поскольку в определенных речевых ситуациях и синтаксических условиях информативно недостаточные слова могут употребляться и без распространителя: Быстро повернув голову, я увидел, что за моей спиной стоят четвероБольшинство согласилось с этим… Кто-то пытался вытолкнуть мою руку из кармана. Шел, стараясь ни о чем не думать, ничего не вспоминать, ничего не желая, кроме одного только: скорей попасть к своим. (А. Гайдар). Все знают стихи о старом Мазае (В. Песков).

В промежуточном звене (АБ) на шкале переходности между семантически несвободными сочетаниями и синтаксически членимыми словосочетаниями находятся словосочетания: 1) с  полнозначным словом в роли информативно избыточного или информативно недостаточного слова (говорить громким голосом, женщина с красивыми глазами, мужчина высокого роста); 2) со значением совместности (отец с матерью, мы с подругой).

         Словосочетания первой группы в промежуточном звене АБ располагаются слева (со стороны семантически несвободных сочетаний) ввиду некоторой степени устойчивости зависимого компонента, приближающегося по значению к одному слову, а словосочетания второй группы – справа (со стороны синтаксически членимых словосочетаний) ввиду некоторой схожести со словосочетаниями с информативно неполным словом звена аБ.

Неоднородность синтаксически нечленимых словосочетаний рассмотрена и внутри отдельных групп. Так, можно выстроить количественно-именные словосочетания в определенном порядке их движения от синтаксически свободных (членимых) словосочетаний к семантически несвободным (устойчивым) сочетаниям и продемонстрировать это «движение» с помощью шкалы переходности.

А – синтаксически членимые словосочетания: 1) количественно-именное словосочетание, способное к трансформации (группа студентов – студенческая группа; стая волков – волчья стая); 2) словосочетания с количественным числительным в косвенном падеже (без двух яблок, для трех сестер).

Аб – периферия синтаксически членимых словосочетаний: словосочетания с количественным числительным в именительном и винительном падежах (два яблока, три сестры).

АБ – промежуточное звено между синтаксически членимыми словосочетаниями и семантически несвободными сочетаниями: 1) словосочетания с количественными числительными со значением приблизительного количества (около двух километров, более тридцати рублей); 2) словосочетания со значением неопределенного количества (несколько килограммов, много книг).

аБ – периферия семантически несвободных сочетаний: словосочетания со значением метафорического количества (горы подарков, море слез).

Б – семантически несвободные сочетания: количественно-именные сочетания в названиях (пьеса «Три сестры»).

Синкретичная природа синтаксически нечленимых словосочетаний проявляется в их взаимодействии с конструкциями пограничных зон. В общей системе цельных словосочетаний выделены группы конструкций, совмещающих признаки  словосочетаний различных структурно-семантических групп.

Ярким примером служат словосочетания со значением избирательности. Данные конструкции построены по определенной модели: «имя в им. п. (в начальной форме словосочетания)  + из + имя в род. п.».

Словосочетания со значением избирательности в зависимости от семантической природы главного компонента могут приближаться к другим группам синтаксически нечленимых словосочетаний. Среди словосочетаний рассматриваемой группы есть конструкции типичные, однозначные, а есть конструкции нетипичные, многозначные, синкретичные.

К типичным случаям отнесем словосочетания, которые выражают только значение избирательности: самый способный из группы, красивейшая из женщин. Избирательно-выделительное значение передают оба компонента.

К нетипичным случаям отнесем словосочетания, в которых значение избирательности соединяется с другими значениями.

 1) Словосочетания с количественно-избирательным значением в качестве главного компонента имеют слово с количественной семантикой. Это могут быть имена числительные, собственно количественные, собирательные и порядковые. Трое незнакомых направились прямо ко мне. Двое из них были с винтовками (А. Гайдар).

2) Словосочетания с обобщенно-избирательным значением включают в свой состав местоимения весь, всякий, каждый, любой: На каждом из нас ответственность – беречь красоту на земле (В. Песков).

3) Словосочетания с неопределенно-избирательным значением в позиции грамматически главного компонента имеют неопределенные местоимения кто-то, кто-нибудь, кое-кто и другие. Обычно Настена звала с собой в баню кого-нибудь из соседок (В. Распутин). В роли главного компонента могут выступать местоимения-прилагательные с неопределенным значением: В каком-то из кабинетов поняли, вызвали Ромахина… (Б. Васильев).

4) Словосочетания с отрицательно-обобщающе-избирательным значением с отрицательными местоимениями ничто и никтоВпрочем, никто из них не бросал прокоса на середине… (В. Солоухин).

Подход к анализу синтаксически нечленимых словосочетаний с позиций теории синхронной переходности позволяет решить ряд важных проблем: снять категоричность некоторых трактовок в отношении тех или иных конструкций, относящихся к синтаксически нечленимым словосочетаниям; показать причины неоднозначности в природе нечленимых словосочетаний, определить их общее место в системе подчинительных словосочетаний и место каждой структурно-семантической разновидности в системе синтаксически нечленимых словосочетаний.

В Заключении подводятся общие итоги работы и намечаются дальнейшие перспективы исследования словосочетаний в аспекте теории синхронной переходности.

Проведенный в работе анализ подчинительных словосочетаний и их системное описание с учетом явлений переходности (синкретизма) позволяют сделать следующие выводы общего и частного характера:

1. Область подчинительных словосочетаний представляет собой сложную динамическую систему, для которой характерны открытость, самоорганизация и саморазвитие. Различные группы словосочетаний, входящие в определенную классификационную схему, не существуют изолированно друг от друга, а находятся, напротив, в постоянном взаимодействии. В системе подчинительных словосочетаний наряду с типичными (ядерными) элементами, образующими сеть «стандартных» противопоставлений (оппозиций), находятся «нестандартные» элементы, проявляющие свойства противоположных явлений. Это явления переходного (синкретичного) характера.  

Учет явлений переходности в описании системы словосочетания позволяет вскрыть глубинные процессы, происходящие внутри этой подсистемы языка и в системе языка в целом, так как взаимодействие единиц подсистемы с другими языковыми единицами выходит за рамки определенной подсистемы.

Подчинительное словосочетание в общей системе подчинительных сочетаний находится в зоне переходности между семантически несвободным сочетанием и полупредикативным сочетанием.

В системе подчинительных словосочетаний все составляющие ее части (различные группы подчинительных словосочетаний) занимают свое место согласно принципам взаимодействия с соседствующими единицами.

2. Анализ и системное описание различных подчинительных словосочетаний с учетом явлений переходности не перечеркивают, а напротив, сохраняют и углубляют все традиционные трактовки и классификации словосочетаний, позволяют продемонстрировать все свойства системных отношений изучаемых единиц: взаимодействие, взаимопроникаемость, взаимообусловленность, взаимозависимость друг от друга. Переходные явления, демонстрирующие внутриуровневые и межуровневые переходы, и являются системообразующим фактором.

3. Результаты исследования подтверждают необходимость изучения явлений переходности, поскольку при описании системных отношений в языке важно не только показывать стабильность, стройность, устойчивость этой системы, но и раскрывать ее противоречия. 

Теоретическое осмысление проблем подчинительных словосочетаний в аспекте теории синхронной переходности позволяет не только восполнить «пробелы» в их исследовании, но и «смягчить» категоричность некоторых трактовок, соединить рациональные зерна различных мнений в единое, органичное, целое представление о системе словосочетаний современного русского литературного языка, снять некоторую неоднозначность в определении конструкций, входящих в область подчинительных словосочетаний.

4. В системе видов подчинительной связи в словосочетании необходимо выделять три классификационных уровня. Первый уровень касается разграничения видов подчинительной связи по способу оформления зависимого компонента. Второй уровень касается разграничения управляемых и примыкающих падежных и предложно-падежных форм. Третий уровень связан с разграничением сильной и слабой подчинительной связи.

5. При разграничении случаев управления и примыкания и выделении переходных явлений между ними необходимо учитывать наличие или отсутствие дифференциальных признаков определенного набора, морфологическую природу главного компонента словосочетания, а также условия реализации словосочетания в речи.

6. Изучение природы обязательной связи в словосочетаниях, выделенных из предложения, и условий ее возникновения, связанных как с категориальными свойствами главного компонента словосочетания, так и с влиянием на развитие и изменение этих свойств «среды», в которой словосочетание образовано, определяет возможность выделения сильной связи не только на материале управления, но и примыкания и согласования.

7. Системный характер сильных подчинительных связей в словосочетании особо подчеркивается через системное описание примеров сильной связи в согласовании, управлении и примыкании, а также через выявление случаев их взаимодействия.

8. Разграничение сильных и слабых связей в словосочетании целесообразно проводить на основе методики теории синхронной переходности. Это снимает многие противоречивые моменты в решении вопроса, позволяет охватить в анализе разнородный по признакам речевой материал, доказывает возможность проведения «видимых», «неиллюзорных» границ между разными типами словосочетаний по «силе».

9. Изучение различной степени смысловой полноты главных слов в подчинительных словосочетаниях и условий возникновения спаянности компонентов, цельности конструкций позволяет показать неоднородность нечленимых (цельных) словосочетаний, их движение от синтаксически свободных словосочетаний к устойчивым сочетаниям и тем самым определить место исследуемых конструкций в общей системе подчинительных сочетаний.

10. Все вопросы, поставленные в диссертации, могут претендовать на специальное рассмотрение и стать предметом отдельного исследования. Так, перспективными являются вопросы о синкретичной природе сложных словосочетаний, о построении шкал переходности для отдельных групп синтаксически цельных словосочетаний, проблема разграничения сильного и слабого типа связи в согласовании и примыкании с учетом зоны переходности. В аспекте теории синхронной переходности необходимо изучать систему сочинительных сочетаний.

Содержание и результаты диссертационного исследования нашли отражение в следующих публикациях общим объемом 36, 4 п.л.

Монография и учебные пособия

  1. Политова И.Н. Переходность в системе подчинительных словосочетаний в современном русском языке: монография / науч. ред. В.В. Бабайцева. – Коломна: КГПИ, 2008. – 330 с. (20,6 п.л.)
  2. Политова И.Н. Сборник упражнений по синтаксису современного русского литературного языка: Словосочетание и предложение: учебное пособие. – Коломна: КГПИ, 2006. – 80 с. (0,4 п.л.)
  3. Политова И.Н. Тестовые задания по синтаксису современного русского литературного языка: Словосочетание и предложение: учебное пособие. – Коломна: КГПИ, 2006. – 90 с. (0,4 п.л.)

Статьи

  1. Политова И.Н. Цельные словосочетания в составе предложения // Русская словесность. – 2008. – № 1. – С. 56–60. (0,5 п.л.)
  2. Политова И.Н. Обязательная сочетаемость глаголов движения с именем // Вестник Челябинского государственного университета: Филология. Искусствоведение: научный журнал. – Вып. 21. – Челябинск, 2008. – № 16 (117). – С. 120–125. (0,5 п.л.)
  3. Политова И.Н. Изучение темы «Словосочетание» в курсе современного русского литературного языка // Преподаватель XXI век. – М.: МПГУ, 2008. – № 3. – С. 177–183. (0,7 п.л.)
  4. Политова И.Н. Разная степень смысловой полноты слов // Известия Волгоградского государственного педагогического университета: научный журнал. Серия «Филологические науки». – 2008. – № 10 (34). – С. 92–96. (0,4 п.л.)
  5. Политова И.Н. Сильные связи в подчинительных словосочетаниях // Вестник Ленинградского государственного университета имени А.С. Пушкина: научный журнал. Серия «Филология». – СПб., 2008. – № 4 (16). – С. 188–198. (0,7 п.л.)
  6. Политова И.Н. Синтаксически нечленимые словосочетания как синкретичное явление // Вестник Челябинского государственного университета: Филология. Искусствоведение: научный журнал. – Вып. 26. – Челябинск, 2008. – № 30 (131). – С. 122–129. (0,8 п.л.)
  7.  Политова И.Н. Подчинительные словосочетания в свете теории переходности // Вестник Поморского университета: научный журнал. Серия «Гуманитарные и социальные науки». – 2008. – № 12. – С. 200–205. (0,6 п.л.)
  8.  Политова И.Н. Словосочетания с девербативом на шкале переходности // Вестник Пятигорского государственного лингвистического университета: научный журнал. – 2008. – № 3. – С. 32–36. (0,5 п.л.)
  9.  Политова И.Н. Основные вопросы изучения подчинительных словосочетаний // Русская словесность. – 2008. – № 6. – С. 62–66. (0,5 п.л.)
  10.  Политова И.Н. Словосочетания с зависимым инфинитивом в составе предложения // Русский язык в школе. – 2009. – № 1. – С. 29–34. (0,5 п.л.)
  11. Политова И.Н. Новые подходы к изучению словосочетания // I международная научно-методическая конференция «Состояние и перспективы методики преподавания русского языка и литературы»: сборник статей. – М., 2008. – С. 155–159. (0,5 п.л.)
  12.  Политова И.Н. Трудные случаи анализа словосочетаний в лингвометодике // Проблемы преподавания русского языка и литературы в школе и вузе. Взаимодействие академической науки и практики филологического образования: материалы Второй международной научно-практической конференции, 14 ноября 2008 г., г. Белгород / отв. ред. П.Ю. Федорченко. – Белгород: ИПЦ «ПОЛИТЕРРА», 2009. – С. 165–170. (0,4 п.л.)
  13.  Политова И.Н. Синкретизм в сфере подчинительных словосочетаний как активный языковой процесс // Лингвофилософский портрет современной языковой личности: сборник материалов Международной научной конференции 27–29 ноября 2008 г. – Владимир: ВГГУ, 2008. – С. 181–188. (0,5 п.л.)
  14. Политова И.Н. Словосочетание как синтаксическая единица // Вопросы современной филологии и методики обучения языкам в вузе и школе: сборник статей XI Международной научно-практической конференции (март 2008 г.). – Пенза: РИО ПГСХА, 2008. – С. 85–88. (0,3 п.л.)
  15.  Политова И.Н. Управление как вид подчинительной связи слов // Исследование языковых единиц в их динамике и взаимодействии: сборник научных трудов. – М.; Уфа: БГПУ, 2000. – С. 63–70. (0,5 п.л.)
  16.  Политова И.Н. Переходные явления в области управления и примыкания // Языковая деятельность: переходность и синкретизм: сборник статей научно-методического семинара «TEXTUS». – Вып. 7. – М.; Ставрополь: Изд-во СГУ, 2001. – С. 176–178. (0,3 п.л.)
  17. Политова И.Н. Падежное примыкание // Активные процессы в современной грамматике: материалы международной конференции 19–20 июня 2008 года / под ред. С.В. Иванова, О.В. Фокиной. – М.; Ярославль: Ремдер, 2008. – С. 202–208. (0, 4 п.л.)
  18.  Политова И.Н. Присубстантивное падежное примыкание // Альманах современной науки и образования. – Тамбов: «Грамота», 2008. – № 8 (15): Языкознание и литературоведение в синхронии и диахронии и методика преподавания языка и литературы: в 2 ч. Ч. 1. – С. 161–163. (0, 3 п.л.)
  19. Политова И.Н. Об актуальности исследования сильных и слабых подчинительных связей в словосочетании // Русский язык в Центральном регионе России: состояние, функционирование и перспективы развития (научно-практ. семинар-совещание, г. Иваново, 17–19 октября 2007 г.): сборник научных трудов  / отв. ред. Л.Н. Михеева. – Иваново, 2007. – С. 74–79. (0,6 п.л.)
  20. Политова И.Н. Природа «рождения» сильного управления // Актуальные проблемы современной русистики: материалы Всероссийской научно-практической конференции памяти В.И. Чернова (22–24 мая 2000г.): в 2 ч. Ч. 2. – Киров, 2000. – С. 45–47. (0,2 п.л.)
  21. Политова И.Н. Типичные случаи сильного глагольного управления // Русистика XXI века: Аспекты изучения языковых единиц и категорий: межвузовский сборник научных трудов, посвященный 75-летию со дня рождения доктора филол. наук, проф. П.А. Леканта / отв. ред. Е.В. Алтабаева. – Мичуринск: МГПИ, 2007. – С. 172–177. (0,4 п.л.)
  22. Политова И.Н. Типичные случаи слабого управления // Вестник Коломенского государственного педагогического института: Гуманитарные науки: научно-методический журнал. – Коломна. – 2007. – № 3 (4). – С. 45–51. (0,7 п.л.)
  23. Политова И.Н. Форма родительного падежа с предлогом на периферии слабого управления // Альманах современной науки и образования. – Тамбов: «Грамота», 2008. – № 2 (9): Языкознание и литературоведение в синхронии и диахронии и методика преподавания языка и литературы: в 3 ч. Ч. 2. – С. 144–147. (0,4 п.л.)
  24. Политова И.Н. Языковые факторы, влияющие на усиление или ослабление связи в глагольно-именных словосочетаниях // Активные процессы в современном русском языке: материалы Всероссийской межвузовской конференции / отв. ред. Г.Г. Инфантова, Н.А. Сенина. – Ростов н/Д: Легион, 2006. – С. 130–134. (0,5 п.л.)
  25. Политова И.Н. Невариативность / вариативность зависимой формы в глагольно-именных словосочетаниях как дифференциальный признак сильного и слабого управления // Виноградовские чтения: материалы научно-практической конференции, посвященной 110-летию акад. В.В. Виноградова, 12 мая 2005 г. / Отв. ред. Л.А. Чернова. – Зарайск; Коломна: КГПИ, 2005. – С. 114–122. (0,6 п.л.)
  26. Политова И.Н. Сильное согласование в словосочетании и предложении // Структурно-семантическое описание единиц языка и речи: сборник статей. – М.: Прометей, 2006. – С. 126–134. (0,6 п.л.)
  27. Политова И.Н. Словосочетания с обязательным зависимым компонентом, выраженным наречием со значением образа действия // Виноградовские чтения: материалы научно-практической конференции, 3 октября 2007 г. / Отв. ред. Л.А. Чернова. – М.; Зарайск: ЗПК, 2007. – С. 112–116. (0,3 п.л.)
  28.  Политова И.Н. Инфинитив в роли обязательного зависимого компонента в глагольных словосочетаниях // Русский язык в условиях интеграции культур: XXVI Распоповские чтения: материалы Международной конференции (Воронеж, 26–27 февраля 2008 г.): в 2 ч. Ч. 1. – Воронеж: ВГПУ, 2008. – С. 127–133. (0,4 п.л.)
  29. Политова И.Н. Взаимодействие сильных подчинительных связей в словосочетании // Современные проблемы лингвистики и методики преподавания русского языка в вузе и школе: сборник научных трудов. Вып. 5. / под ред. О.В. Загоровской. – Воронеж: Научная книга, 2008. – С. 156–162. (0,4 п.л.)
  30. Политова И.Н. Нечленимые словосочетания с информативно неполным словом // Вестник Коломенского государственного педагогического института: Гуманитарные науки: научно-методический журнал. – Коломна: КГПИ, 2008. – № 2 (6). – С. 101–112. (1 п.л.)

                                                                        

См.: Пешковский А.М. Русский синтаксис в научном освещении. – 7-е изд. – М.: Гос. уч.-пед. изд-во Министерства просвещения РСФСР, 1956. – С. 142–146.

Как известно, к наречиям инфинитив не примыкает (не следует путать со словами состояния, которые в лингвистической литературе называют также предикативными наречиями). Пожалуй, исключением является пример с наречием вправе: Он не вправе так со мной поступать.

Грамматика современного русского литературного языка / отв. ред. Н.Ю. Шведова. – М.: Наука, 1970. – С. 490, 511; Русская грамматика: В 2-х т. / гл. ред. Н.Ю. Шведова. – М.: Наука, 1980. – Т. II. – С. 25, 40.

Чеснокова Л.Д. Связи слов в современном русском языке. – М.: Просвещение, 1980. – С. 55–56.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.