WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


ТАДЖИКСКАЯ ЖУРНАЛИСТИКА В ПЕРИОД КУЛЬТУРНОЙ РЕВОЛЮЦИИ (1929-1940 гг.)

Автореферат докторской диссертации по филологии

 

На правах рукописи

 

 

АЗИМОВ АЪЗАМДЖОН ХОЛМАТОВИЧ

 

ТАДЖИКСКАЯ ЖУРНАЛИСТИКА В ПЕРИОД

КУЛЬТУРНОЙ РЕВОЛЮЦИИ (1929-1940 гг.)

 

10.01.10 – журналистика

 

 

 

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

 

 

 

 

 

Душанбе – 2009

Работа выполнена на кафедре телевидения и радиовещания Таджикского  национального университета

Научный консультант:            доктор исторических наук, профессор

Усмонов Ибрагим Кенджаевич

Официальные оппоненты:        доктор филологических наук, профессор              Садуллоев Асадулло

доктор филологических наук, профессор

Сайфуллоев Атахон Сайфуллоевич

доктор исторических наук, профессор

Хотамов Намоз Басарович

Ведущая организация:             Худжандский государственный университет имени академика Б.Г.Гафурова

 

Защита диссертации состоится «_25_» __июня__2009г. в _13.30_ на заседании диссертационного совета Д 737.004.03 по защите докторских и кандидатских диссертаций при Таджикском  национальном университете (734025, г.Душанбе, пр.Рудаки 17).

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Таджикского  национального университета.

Автореферат разослан «_16_»__марта__2009 г.

          Ученый секретарь

  диссертационного совета

доктор филологических наук,

      профессор                                                    М.Б.Нагзибекова

 

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы: Журналистика - одно из основных средств воплощения главных замыслов, играющих неоспоримую роль в решении самых насущных проблем общества. Это связано с тем, что СМИ является проводником любых преобразований, политических и социальных изменений. В 30-х годах ХХ столетия после образования Тадж. ССР первостепенной задачей республики стал вопрос культурного строительства, (согласно терминологии того времени - культурной революции). Как ни странно, для социалистического Таджикистана вопрос культурной революции стал первостепенным даже в сравнении с аграрными вопросами. Поэтому таджикская журналистика, которая и сама находилась в условиях формирования, являясь частицей этой же культурной революции, сыграла важнейшую роль в освещении культурных преобразований в Таджикистане. В диссертационном исследовании  прослеживаются пути организации и реорганизации СМИ 30-х годов, создания новой системы СМИ, которая включала в себя газеты, журналы, издательства и радио, рассматриваются особенности становления журналистики как рода творчества. Организаторская деятельность журналистов выразилась в их активном участии в становлении и развитии новой культуры, включая ликвидацию безграмотности, достижение свободы и равноправия женщин, создание творческих союзов писателей и журналистов, организацию творческих диспутов, юбилеев и встреч, проведение всемирно значимых юбилеев и торжеств, организацию выпуска специальных полос, целью которых являлось развитие искусства и литературы и т.д.



Одним из значимых начинаний СМИ в области культуры является организация научных споров и полемики в области литературы, таджикского языка, а также установление новых норм таджикского литературного языка, принятие латинской  графики и кириллицы.

Актуальность темы исследования заключается именно в определении заслуг журналистики в становлении новой таджикской культуры. Изучение и анализ  деятельности газет, издательств, радио рассматриваемого периода в данном направлении даёт возможность выявить общие закономерности данного процесса и его специфические особенности, определить взаимосвязь таджикской культуры и искусства  и журналистики.

Степень изученности проблемы. Изучение и анализ становления новой таджикской  культуры и СМИ как ее частицы,  роли СМИ в обществе и, в первую очередь, в становлении таджикской культуры имеют большую теоретическую и практическую значимость.

Средства информации смогли запечатлеть историю становления нового общества в Средней Азии, а это стало возможно потому, что они сами являлись активной  и очень важной частью этого процесса.

В Таджикистане написано немало книг и статей,  защищены десятки научных работ, в которых с точки зрения истории, литературоведения или языкознания  дана оценка культуры 30-х годов ХХ столетия. Наряду с этим в связи с тем, что большинство из этих работ написано в годы советской власти, в основе их методологии лежит марксистско-ленинская идеология, которая не давала возможность свободно и всесторонне проследить происходившие явления. С другой стороны, исследования носили либо исторический, либо литературоведческий характер, поэтому для них материалы СМИ служили как источником, так и материальной базой. Наше исследование имеет журналистское направление, то есть событиям тех лет даётся социально – историческая  оценка. Поэтому, несмотря на многочисленность научных материалов, они непосредственно не касаются нашей проблемы.  Для большей объективности и доказательности суждений  нами рассмотрены все существующие  материалы как научного, так и историко-документального характера. С этой целью мы разделили их на пять групп.

Первая группа - это постановления, законы, директивы и резолюции ЦК ВКП(б), советского правительства, Средазбюро, ЦК КП(б) Таджикистана и таджикского правительства, посвященные культурной революции1.

Мы выделяем, главным образом,  те документы, в которых речь идёт о СМИ и их роли в пропаганде культурных ценностей, в процессе  взаимовлияния прессы,  литературы и искусства.

Вторая группа материалов посвящена вопросам краеведения.  В них эти вопросы освещаются с точки зрения историографии , литературоведения и лингвистики.

Например, историк М.Р.Шукуров в своей работе «Культурная революция в Таджикистане», основываясь на материалах газеты «Коммунист Таджикистана», восстанавливает картину, связанную с культурной революцией в Таджикистане. Однако автор недостаточно внимания уделяет изданиям на местном языке, в частности «Точикистони сурх». Для М.Р.Шукурова пресса не является предметом исследования, а служит только источником. Такой же подход свойственен и другой его работе - «История культурной жизни Советского Таджикистана». Автор придаёт большое внимание материалам с точки зрения историографии.

Третья группа включает в себя  литературу, которая посвящена отдельным деятелям литературы и культуры .

Например, в работе литературоведа А.Маниязова «Публицистика и поэзия устода С.Айни»  исследуется публицистическая деятельность С.Айни, в том числе  его поэзия, носящая публицистический характер. Особое внимание исследователь обращает на произведения, написанные до и после революции, напечатанные в еженедельнике «Шуълаи инкилоб» («Пламя  революции»).

Другая работа посвящена публицистике Мирзо Турсун-заде. Автор книги А.Садуллоев констатирует, что именно пресса 30-х годов подняла авторитет поэта до уровня публицистов мирового уровня. По мнению А.Садуллоева, Мирзо Турсун-заде являлся и активным журналистом 30-х годов, используя  в своем  творчестве    жанры  публицистики.

Литература четвертой группы  носит юбилейный  характер. С далеких 30-х годов по сей день  изданы десятки книг, брошюр,  буклетов, посвященных юбилеям газет, издательств, радио, журналистов и творческих организаций . В этих материалах  содержится много сведений и высказываний о печати 30-х годов.

В частности, 75-летию юбилея газеты «Коммунист Таджикистана» был посвящен специальный сборник. Авторы книги рассказывают о разных сторонах  истории этой газеты, ее  деятельности. Русская печать Советского Таджикистана являлась средством влияния не только на русскоязычных  читателей, но и на все население республики. Об этом свидетельствует обращение А.М.Горького к  сотрудникам  газеты  «Коммунист  Таджикистана». Отвечая на письмо ее сотрудников,  он, в частности, писал: «Товарищеский сердечный привет отважным работникам на первых постах культурной революции Таджикистана.

Большая радость и гордость, товарищи, получить умный, социалистический орган из далекого, неведомого края, где несколько лет тому назад русский был физическим завоевателем, чужим человеком. Теперь он в Таджикистане, в Якутии и Карелии и всюду, на всем пространстве Союза Советов, является возбудителем и проводником социалистической культуры. И за пределами Союза на всех материках, островах земли все сильнее, увереннее звучит его голос, создавая ответное эхо.

Я говорю «русский» - только по привычке грамматической, но уже давно чувствую и знаю, что говорю о советском человеке, кто бы он ни был – узбек, таджик, осетин, якут, кореец».

С.Айни назвал газету «Точикистони совети» матерью таджикской печати. Этому официальному периодическому изданию посвящено  много  воспоминаний и исследований. Газета «Точикистони совети»  недавно отметила 75-летие своего рождения. К этому юбилею вышел сборник «Ойинаи миллат» .

Примечательно, что авторы этого сборника дают оценку с нынешней точки зрения тем материалам, которые печатались тогда и на протяжении длительной  истории новой культуры.

В пятую группу материалов включены научные исследования, непосредственно касающиеся истории и теории таджикской журналистики, проблем СМИ.

Авторы этих работ, в частности, освещают некоторые вопросы истории журналистики 30-х годов, дают характеристику публицистики тех времен, классифицируют ее проблематику. Естественно, полностью согласиться с их оценками нельзя, в их констатациях больше субъективного, чем объективного анализа происходящих событий, неоднозначно комментируются не только жанровая картина, но и паспортные данные прессы. Большинство исследователей не дифференцируют прессу 30-х годов, а в целом дают оценку общенациональным изданиям. В числе этих работ самой ранней, но, тем не менее, самой значимой по содержанию является статья Рахима Хошима «Ба газетчигии мо як назар» («Мимолетный взгляд на наших газетчиков»),  опубликованная в сборнике, посвященном 8-летию газеты «Хакикати Узбекистон». Это первое исследование, в которой нашла правдивое отражение  история таджикской журналистики. Рахим Хошим является первым исследователем истории таких периодических изданий, как «Бухорои шариф» и «Овози точик». Его статьи  о газетах «Рахнамои мухбирон», «Саводи мехнат», «Ширинкор», «Дониш-биниш», «Рахбари дониш», «Мушфики», «Мулло Мушфики», а также о сатирико-юмористических изданиях «Муштум» и «Бигиз» раскрывают  многоцветную картину таджикской прессы 30-х годов.

Один из основателей таджикской журналистики иранский политэмигрант К.Дайлами не только был первым  редактором партийной газеты «Тољикистони сурх», но и многие годы работал в иновещании таджикского радио, написав множество статей о таджикской печати. Размышляя о событиях тех лет, К.Дайлами говорит об этапах становления  и развития СМИ Таджикистана, определяет  степень их влияния на культурную революцию 30-х годов. Это  особенно ярко прослеживается в статье под названием «Оѓози кор», («Начало деятельности»), которая была опубликована в газете «Комсомоли Точикистон» 11 августа 1960 года. В ней очень много живых фактов, свидетельствующих о сложности становления таджикской журналистики.

Среди работ, посвященных 20-30-м годам, необходимо отметить труды  С.Айни, в частности, его сборник «Ахгари инкилоб» («Пламя  свободы»). В этот двухтомник включены статьи, обозрения, комментарии С.Айни, которые в основном посвящены вопросам культурных преобразований в республике, формирования новой таджикской культуры.

Важное место в них занимают  вопросы национального самоопределения и самосознания таджиков. Именно С.Айни определил значение печати для таджиков как инструмента самозащиты и самозаявления.

С.Айни безусловно является основоположником таджикской журналистики. Все, что он написал в 20-30-х годах и опубликовал в газетах, ныне стало доступно читателям. С.Айни не был историографом нашей культуры, наоборот, он находился в авангарде развития этой культуры - материалы вышеупомянутого сборника свидетельствуют об этом. Большое количество его статей впервые были опубликованы в газете «Овози точик», но не все включены в «Ахгари инкилоб». Позднее диссертант выявил и опубликовал их в отдельном сборнике.

Когда речь идет о культурной революции, необходимо выделить такие работы, как «Матбуоти точик», («Таджикская печать») «Забони точики» («Таджикский язык») и некоторые другие статьи, рассматривающие основополагающие вопросы  развития культуры, национального  языка,  в том числе таджикской журналистики.

И.Усмонов всю свою научную деятельность посвятил исследованию истории таджикской печати и публицистики в целом. В ранней работе автора «Ёрдамчии содики партия» («Верный  помощник партии»), посвященной 50-летию газеты «Точикистони совети», всесторонне исследуется пресса 20-х и 30-х годов. Выделяется роль газеты «Точикистони совети» в осуществлении  культурной революции. В двух его работах «Назарияи публицистика» («Теория  публицистики») и «Таърихи матбуоти точик» («История таджикской печати») (в соавт. с Д. Давроновым) исследуются история и развитие печати, определяются особенности публицистики 20-х 30-х годов. Недавно вышла в свет новая книга этого автора «Журналистика» в двух томах. Она представляет собой сборник статей, охватывающий следующий круг проблем: история и теория журналистики, жанры и проблемы СМИ. В сборник включены материалы прессы 30-х годов, наглядно представляющие их проблематику.

В числе других работ, близких к теме  нашей диссертации, можно выделить книгу Дж.Усмонова и У.Гаффорова «Матбуот ва мухбирони коргару дехкон» («Печать и рабселькоры»). В книге отражены такие вопросы, как история создания новых СМИ, рабоче-селькоровское движение, взаимосвязь СМИ и литературы. В другой работе Дж.Усмонова «Матбуоти советии тољик» («Таджикская советская печать») приводятся статистические данные по вопросам печати 30-х годов. Один из руководителей прессы 30-х годов Шахобиддин Садруллин в своей статье «Айни ва матбуоти тољик» («Айни и таджикская печать»), опубликованной в газете «Хакикати Узбекистон» 11 апреля 1964 года, особо выделяет роль С.Айни в пробуждении таджикской интеллигенции 30-х годов. Как редактор газеты «Овози точик», Ш.Садруллин четко определил роль С.Айни в создании литературных страниц.

Подчеркивается особая роль С.Айни в становлении таджикского литературного языка. В те годы Айни поддержали О.Исмати, Т.Зехни, Х.М.Шукуруллоев, С.Ализода, П.Сулаймони,Б.Азизи, Р.Хошим, А.Исмоилзода, Ф.Роджи, М.Аминзода и др.

Как видно из анализа опубликованных работ, посвященных  печати 20-30-х годов, проблемы формирования СМИ в РТ и ее роли в становлении культуры рассмотрены поверхностно, возможно, по причине того, что задачи, которые ставили, перед собой их авторы,  были  иными.

Цель и задачи исследования. Основной целью данного исследования является определение роли журналистики в процессе реализации задач культурной революции 30 - х годов, а также объективная оценка итогов культурной революции, деятельности СМИ как неотъемлемой части данного социально - политического и культурного процесса. Эти и другие задачи рассматриваются в следующих аспектах:

- становление и развитие СМИ нового типа в Таджикистане;

- СМИ как частица культурной революции;

- деятельность партийных и правительственных органов по созданию и развитию СМИ и их привлечению к реализации планов культурной революции;

- организаторская деятельность СМИ в следующих направлениях:

а) ликвидация безграмотности;

б) развитие таджикского литературного языка;

в) становление новой таджикской письменности;

г) раскрепощение женщин;

д) развитие просветительских учреждений;

е) развитие культурных учреждений;

ж) создание и становление творческих Союзов;

з) пропаганда международного сотрудничества интеллигенции.

Методологическая основа диссертации. В своем исследовании автор опирается на принципы исторического объективизма, используя по мере  необходимости методы логико-статистического и практического анализа фактов и событий в контексте конкретной исторической обстановки.

Хронологические рамки исследования ограничиваются 30-ми  годами ХХ века, но в случае необходимости автор обращается также к материалам СМИ 1928-29 и начала 40-х годов. Это связано с тем, что осенью 1929 года была создана Тадж. ССР и в 1941 году началась ВОВ. Таджикские историографы определяют данные отрезки времени как отдельные периоды, в связи  с чем диссертант опирается на уже принятую периодизацию истории Таджикистана.

Научная новизна исследования заключается в том, что впервые в истории таджикской журналистики было проведено с современных позиций комплексное исследование журналистики 30-х годов и ее проблем  и в первую очередь роли прессы в становлении новой таджикской культуры.

Привлечение малоизвестного журналистского материала, а именно  книг, очерков, политических стихотворений, прокламаций, корреспонденций и, наконец, исследований, позволило автору с новой точки зрения оценить культурную ситуацию 30-х годов, выявить закономерности происходящих явлений, определить и оценить роль СМИ в данном процессе. Диссертант тщательно исследует публицистическую деятельность корифеев таджикской литературы и журналистики, таких как С.Айни, А.Лахути, М.Турсун-заде, А.Дехоти, Х.Карим, С.Улуг-заде, М.Миршакар, которые своим творчеством повлияли на становление таджикской культуры в целом и развитие публицистики в частности.

Практическая значимость диссертации определяется тем, что результаты исследования можно использовать при чтении цикла лекций на  факультетах филологии и журналистики , проведении спецкурсов, а также в дальнейших научных изысканиях по проблемам СМИ и массовых коммуникаций Республики Таджикистан.   

Апробация работы. Основное содержание работы отражено в опубликованных автором статьях и книгах, список которых прилагается в конце автореферата. Результаты исследования были доложены на научных конференциях профессорско – преподавательского состава ТНУ (1988-2006), а также на международных и республиканских конференциях (1990-2008).   Диссертация обсуждена на объединенном заседании кафедр телевидения и радиовещания, печати и международной журналистики ТНУ (протокол № 7 от 22.06.07г.) и рекомендована к защите.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, трех глав, заключения и списка литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность избранной темы, определяется степень ее научной разработанности, даётся оценка основных аспектов  проведённых исследований, сформулированы цели и задачи работы, определены ее    структура и практическая значимость.

Первая глава- «Становление печати Таджикской ССР (1929-940гг.)». Здесь рассматривается процесс формирования прессы в 30-х годах, раскрывается ее значение, необходимость развития в сложившихся социально-политических условиях. Характер и направленность  периодической печати того времени были обусловлены целями и задачами партии и государства.

В первом разделе «Партийно-советская печать в годы культурной революции» рассматривается вопрос использования печати в целях пропаганды  идей компартии,  государства и советского правительства.

В конце 20-х и  начале 30-х годов, когда стала развиваться печать, появились её новые разновидности, в задачу которых входило освещение и пропаганда решений и постановлений партии и правительства. Как известно, в ноябре 1927 года съезд  ВКП (б) принял специальное постановление для развития сельского хозяйства и обязал печать всесторонне поддержать его.  Были приняты и соответствующие постановления для развития периодической печати. В качестве примера можно привести постановления «О новой организации сети газет в связи с ликвидацией округов» (1 августа 1930), «О проведении  общественно -партийной работы на территориях МТС» (16 октября 1930), «О кадрах работников печати» (11 ноября 1930), «О работе газет сельских районов и низовой печати» (18 января 1931г.), «Об улучшении работы районных газет» (21 апреля 1931).

Однако печать вскоре стала развиваться по законам новых общественно -политических реалий: произошло преобразование автономной республики в союзную социалистическую республику. Наряду с газетами появились и журналы, которые несли знания в массы,  содействовали их общественно – политическому воспитанию. «Специфика данного периода определяется тем, что в это время в Таджикистане газеты и журналы печатались как в самой стране, так и в других союзных республиках. Периодическая печать в основном развивалась за счет районных газет, газет политчастей, нижних звеньев периодики» . С 25 августа 1924 года по 1930 год в городе Самарканде печаталась газета «Овози точик» («Голос таджика»), которая впоследствии стала называться «Хакикати Узбекистон» («Правда Узбекистана»). В настоящее время эта газета издается под старым названием («Голос таджика») в  Ташкенте. Она сыграла огромную роль в воспитание новой интеллигенции – поэтов, писателей, литературоведов, лингвистов, таких как С.Айни, А.Лахути, П.Сулаймони, Т.Зехни, А.Курби, М.Сарвар, Н.Шерзода, О.Исмати, М.Амин-заде, А. Дехоти, Б.Азизи, Р.Хошим, С.Джавхари-заде, Мунзим, Н.Бектош, К.Бахлул-заде, С.Улуг-заде, Ш.Хусейн-заде и другие.

В честь образования Тадж. ССР 15 марта 1925 в г. Душанбе вышла газета «Иди точик» («Праздник таджика»)- орган Бюро ЦК КП (б) Узбекистана в Таджикистане на таджикском языке. Тираж первого номера составлял 1000 экземпляров. Однако по сей день не найден первый номер этой газеты , который подготовил ученый и государственный деятель Аббос Алиев. Как пишет И.Усмонов, «газета издавалась 16 полосами малого формата». Этого мнения придерживаются  и другие исследователи. Как утверждают Дж. Усманов и У.Гаффаров, «впоследствии вышла из печати четырехполосная газета «Бедории точик», тираж которой составлял 2500 экземпляров».

М.Р. Шукуров называет другую цифру, отмечая, что в 1925 г. газета «Бедории точик» только 8 раз вышла тиражом в 9500 тысяч экземпляров. На наш взгляд, ближе к истине И.Усмонов, который придерживается мнения, что в 1925 г. вышлы в свет только 24 номера газеты «Бедории точик».  В газете «Бедории точик» ( с 1925 «Точикистони сурх ») сотрудничали выдающиеся представители таджикской интеллигенции, такие как Аббос Алиев, Али Исмаил-заде, Абулкосим Лахути, Саидбогир Косимов, Махди Тахмосов, Косим Дайлами, Кули Обидов, И Бахроми, Мухаммад Мусави и другие.

С 1 января 1955 года «Точикистони сурх» выходила под названием «Точикистони совети», а с 1990 года по настоящее время издается под заголовком «Джумхурият» («Республика»). Несмотря на партийную направлённость газеты, следует признать, что она очень много сделала для становления национального самосознания и независимости Таджикистана

Компартия уделяла много внимания показному равноправию всех наций и народностей. С этой целью  вышли в свет «Кизил Таджикистан» (на узбекском языке) и «Советский Таджикистан» (на русском языке). Однако и до этого на страницах прессы печатались материалы на языках других народов, населяющих Таджикистан. Так, с 1 декабря 1926 г. в газете «Точикистони сурх» появились материалы (полоса в каждом номере) на узбекском языке.

В Таджикистане проживало  много русскоязычного населения, в связи с тем  назрело время организации печати на русском языке. Первый номер газеты «Советский Таджикистан» вышел 7 ноября 1925 года. Первым редактором ее был Абрам Борисович Ромов. Однако, как пишет нынешний редактор «Народной газеты» (продолжатель эстафеты «Советский Таджикистан» и «Коммунист Таджикистана») В Воробьев, «Ромову не удалось наладить постоянный выпуск газеты» . И.Усманов, Д.Давронов так же констатируют, что «… в течение первых трех месяцев вышли всего пять номеров газеты... 3 октября 1927 года облбюро партии приняло постановление и приостановило издание газеты . Последующее издание газеты «Советский Таджикистан» начинается с 7 ноября 1929 года, когда её возглавил бывший сотрудник «Правды Востока» Арон Маркович Глуховский.  До приезда в Душанбе Глуховский работал редактором газеты «Комсомолец Востока», издававшейся в Ташкенте. Коллектив редакции «Советский Таджикистан» делал все возможное, чтобы донести важнейшие события эпохи до широких масс народа.

Тогда, как и сейчас, большинство населения Таджикистана проживало на селе. Бюро ЦК КП (б) республики приняло постановление об учреждении газеты «Дехкони камбагал» («Бедный крестьянин»). Она вышла 1 марта 1939г. на латинской и арабской графике таджикского языка. Редакция газеты работала по указанию центральной «Крестьянской газеты»  и освещала все жизненно важные вопросы, связанные с сельским хозяйством, в первую очередь с коллективизацией сельского хозяйства. 30-е годы можно называть кульминацией в развитии сети печати, борющейся за расширение фронта культурной революции. Так, в эти годы были организованы журналы «Инкилоби мадани» («Культурная революция», 1930-1938), «Барои адабиёти сотсиалисти» («БАС»), («За социалистическую литературу», 1932-1937), «Коркуни партияви» («Партийный работник», 1934-1937), «В помощь партийному работнику» (1937-1941), «Калтак» («Дубинка» 1931-1938), «Бо рохи Ленини» («Ленинским путем», 1932-1941), «Хукукшиноси шурави» («Советский юрист», 1934-1935), «Блокнот агитатора» (1938-1939), «Мактаби Совети» («Советская школа», 1938-1941), «Октябр» (1934-1937), «Чахоннамо» («Путеводитель мира», 1934-1937). Все эти издания вели пропагандистскую деятельность по претворению в жизнь идеалов культурной революции.

Несмотря на вовлечение в идеологическую работу, партийно-советская печать широко отражала непростую жизнь таджикского народа.

Bо втором разделе  «Развитие различных форм партийно-советской печати» речь идет об областных и районных газетах, выясняется их роль и задачи в пропаганде культурно-просветительных ценностей. Особое внимание уделяется материалам таких газет, как «Бо рохи Ленин» («Ленинским путем»), «Пионери Точикистон» («Пионер Таджикистана») «Чавонони Точикистон» («Молодежь Таджикистана»), и «Рохи колхозчи» («Путь колхозника»), «Барои савод» («За грамоту»), «Стахановчии Ёвон» («Яванский стахановец»), «Мубориза барои пахта» («Борьба за хлопок»), «Рохи Сталин» («Сталинский путь»). Помощь им оказывали центральные и республиканские газеты.

Этот раздел имеет три подраздела:

а)  в первом подразделе «Становление областных и районных средств информации» освещается история развития областной и районной печати,  характеризуются стили и методы партийно-советского  руководства прессы. Автор особо подчеркивает роль газеты «Пролетари Худжанд» (бывшая «Рохи колхозчи», «Колхозчи» «Большевики Худжанд»). В этой газете работали будущие прозаики, такие как Рахим Джалил и Хаким Карим, которые очень много сделали для обновления жизни на севере и юге республики. Об истории газеты «Хаккикати Ленинобод» («Правда Ленинабада») написано немало статей и исследований. Историки М.Р. Шукуров Г.Х. Хайдаров, Дж. Усмонов и У.Гаффоров, И.К. Усмонов, Д.Давронов в своих трудах всесторонне осветили роль этой газеты в пропаганде идей культурной революции.

В разделе освещается деятельность районных газет «Большевики Кургонтеппа», «Коммунисти Исфара», «Хакикати Шахринав», «Коммунисти Панчакент», «Пролетар хакикати», «Бадахшони сурх», «Бо рохи Ленин», «Васияти Ленин» «Харакати стахановчиён», «Рабочий Ходжента», «Мехнати сотсиалисти», «Байраки сотсиализм», «Большевики Шахристон», «Коммунизм», «Варзоби нав», «Рохи Сталин», «Барои чорводорни сотсиалисти» и других. Слова «сурх (красный), социализм, Ленин, Сталин, пролетар» в названиях газет говорят о политической направленности этих изданий и о тех задачах, которые они выполняли.

б)  во втором подразделе «Особенности многотиражной печати (многотиражек)» даётся  полная характеристика тематических особенностей прессы отдельных предприятий, их связи с  органами партии, правительства и печати.

Первой газетой такого типа была «Бо рохи Ленин» («Ленинским путем»), первый номер которой вышел 3 августа 1933г. в МТС Худжанда. После этого начали издаваться газеты в МТС Новского района («Сталин юли»), Арала («Политоделчи»), Регара («Пахтакор»), Шаартуза («Колхозчи»), Куляба («Колхозчии зарбдор»).

Газеты политотделов способствовали развитию колхозных стенных газет. Примером такого содействия можно назвать многотиражки «Галаба» («Победа») в колхозе «Большевик» и «За хлопок» в колхозе им. Фрунзе Худжандского района.

в)  в третьем подразделе «Создание отраслевой и специальной печати» рассматриваются вопросы освещения процессов текущей жизни в отраслевой и специальной печати, разъясняются причины обращения руководящих органов к такого рода изданиям, их основное назначение (стенная печать,  многотиражки, агитлистки и др.).

В подразделе дается исчерпывающаяся характеристика газет «Рањнамои мухбирон» («Путеводитель корреспондентов», 1928), «Саводи мехнат» («Трудовое просвещения», 1929), «Дехкони камбагал» («Бедный дехканин», 1930), «Барои адабиёти сотсиалисти» («За социалистическую литературу», 1932) и др. Главной целью отраслевых газет было освещение жизни тружеников в отдельных отраслях народного хозяйства, ликвидация безграмотности,  привлечение интеллигенции  к общественной жизни и др. вопросы.





Третий раздел диссертации «Образование таджикского радио», посвящен становлению таджикского радио его роли в пропаганде (тогдашней) культурной революции. Хотя вопрос о создании радио на уровне областного комитета КП (б) был обсуждён в январе 1928 г, радио начало работать в апреле 1930 г. Республика к тому времени имела 20 радиоприёмников. Передачи начались в помещении Дома Дехканина, ( ныне здание русского драмтеатра им. В. Маяковского ) . 30 января 1932г. был образован Радиокомитет, а 1 февраля утверждены сотрудники комитета в составе 13 человек, в числе которых были и журналисты Х.Хайдаров, В. Шарипов, К. Дайлами, А.М. Глуховский. Все они являлись ответственными секретарями «Радиожурнала» и «Радиогазеты». В большинстве случаев читались материалы газет. Первым председателем радиокомитета стал Х.Хайдаров. С радио активно сотрудничали известные  писатели С. Айни, А. Лахути, М. Рахими, М. Турсун-заде, Дж. Икроми, А. Дехоти и другие.

В 1957 г. в республике началось строительство телецентра. Позывные телепередачи прозвучали 3 октября 1959 года. С тех далеких времен по сей день радиостанции Таджикистана настраивают свои каналы на выполнение культурно - просветительских задач, на благо улучшения жизненного уровня таджикского народа.

Четвертый раздел первой главы «Проблемы воспитания журналистских кадров» посвящен участию рабоче-крестьянских корреспондентов в строительстве нового уклада жизни. Было организовано много новых газет типа «Овози шарк» («Голос востока», 1924), «Дониш ва омузгор», («Знание и учение, 1926), «Маориф ва маданият» («Просвещение и культура, 1929), однако, как пишет М.Р. Шукуров, образцом количественного и качественного роста периодической печати в республике являлась газета «Чавонони Точикистон» («Молодежь Таджикистана») .

По утверждению этого же историка, каждый месяц редакция получала от селькоров более 1000 писем, когда другие газеты получили за месяц не более 200.

Таким образом, только в 1931 г. в 13 районах было организовано бюро корреспондентов, число штатных работников, постоянно связанных с редакциями, достигло 100. В сентябре 1931 в г. Сталинабаде  прошел съезд рабселькоров, в котором участвовали 285 человек – таджикоязычные рабселькоры,  приехавшие не только из городов и районов республики, но из многих городов и сел таджикоязычных регионов Средней Азии. На съезде выступил секретарь ЦК КП (б) Таджикистана  Шириншо Шотемуров. Рабселькоровское движение стало активным участником строительства нового общества.

Во второй главе - «Печать в борьбе за ликвидацию безграмотности» -  исследованы вопросы, связанные с изменениями алфавита, развитием просвещения, учреждением новых школ, воспитанием молодых кадров  для работы в клубах, библиотеках и красных чайханах как вспомогательных учреждениях сферы образования и культуры.

Вторая глава диссертации состоит из четырёх разделов.

Первый раздел второй главы назван «Вопросы замены алфавита и их отражение на страницах печати». Как показывает практика, замена алфавита (арабского на латинский, латинского на кириллицу) действительно была беспрецедентной для культуры нашего народа. Вокруг этого вопроса разгорелась большая дискуссия,  в ней участвовало бессчетное количество специалистов, политиков, публицистов, писателей, лингвистов и др. В полемике высказали свою позицию выдающиеся деятели культуры, представители многих национальных республик, хорошо осведомленные в истории таджикского народа. Так, С. Айни  в статьях «Масъалаи таърихи» («Исторический вопрос») и «Забони точики» («Таджикский язык») последовательно поддерживал изменения в нашей новой письменности. Он выразил уверенность, что эти нововведения ускорят темпы культурной революции .

Одновременно он подчеркивал, что язык должен быть понятным всему народу. Были и противники изменения алфавита. По мнению А. Валиходжаева, «упрощение языка не приведет к хорошим последствиям. Такой подход к языку может быть приемлемым для народов, которые ранее не имели письменности, своего алфавита. Таджики, имеющие богатое культурное наследие, должны общаться на чистом литературном языке» .

Это мнение поддерживали или отвергали другие участники дискуссии. Особенно острыми и актуальными были статьи А. А. Семёнова, А. Фитрата, А.Лахути, С.Айни. Так, Т.Зехни в статье «Таджикский литературный язык» отмечал, что «интересы развития культуры и просвещения в Таджикистане вынуждает нас ускоренными темпами приблизить язык газет, журналов и книг к народу» .

1928 году ЦК партии издал директиву под названием «От старого к новому», в которой были указаны основные недостатки арабской графики, в том числе и фонетический состав.

Следует отметить, что инициаторами перехода на латинский алфавит были азербайджанцы . Эту инициативу поддержали другие народы, особенно тюркоязычные. В 1926 году в г. Баку состоялся общетюркский съезд, посвященный латинскому алфавиту. В его работе также участвовали представители народов Кавказа и иранских народностей.

В 20-е годы началась кампания по переходу на латинскую письменность в Таджикистане. Простой труженик должен был быстрее стать грамотным. Латинский алфавит казался очень легким по сравнению с арабской письменностью. ЦИК, СНК Таджикской АССР на своём заседании от 15 апреля 1928 принял решение о введении нового алфавита.

Реализация этого постановления была возложена на органы народного просвещения. С. Айни  писал: «Нельзя упрощать этот вопрос. Он не обычен и не терпит обязательства. Это один из исторических моментов, который возможен в жизни различных национальностей один или два раза».

В 1936 году начался массовый переход народов СССР к кириллице.  Были устранены те недостатки, которые имели место при принятии латинской письменности. Конечно, нельзя считать использование латинской графики безуспешной. Однако переход к русской графике (кириллице) имел и политические цели. Деятели некоторых советских народов горячо поддержали кириллицу. Например, выдающий писатель и публицист Мирзо Фатали Ахундов писал: «В нашем веке русский язык является самым лучшим языком и по своей письменности, и в целом во всех отношениях. Этот язык действительно бесподобен для выражения мысли » .

18 июня 1939 года в газете «Коммунист Таджикистана» была опубликована статья сотрудников сектора истории и лингвистики Таджикской базы АН СССР С. Арзуманова. А. Бузург-заде, Р. Джамолова, Н. Ершова, С. Нестеренко, Б. Ниёзмухамедова, в которой разъяснялись основные директивы перехода на русский алфавит. В этой газете также был опубликован проект алфавита таджикского языка. Трудящиеся Таджикистана, особенно учащиеся Кулябского округа и Гармской долины, своими письмами горячо поддержали этот почин .

Как пишет М. Имомов, «замена письменности являлась результатом большой политики и не зависела от желания отдельных людей. Все великие империи в целях укрепления своего влияния навязывали свои алфавиты народам завоеванных ими государств» .Данное мнение разделяет и С. Назарзода . По этому поводу также неоднократно высказывал своё мнение и академик М.Ш. Бухорои.

         Таким образом, хотя и в прошлом, и в наше время о причинах изменения алфавита в средствах массовой информации было и есть множество мнений, можно констатировать следующее:

1.История человечества знает много алфавитов. Они возникли в связи с требованием времени, социально - политическими условиями политикой правителей и, естественно, благодаря наличию грамотного населения. Переход таджикского народа  на другой алфавит в этом плане не является исключением.

2.Правда и то, что арабский алфавит является письменностью наших  предков. На этом письме нашли воплощение все исторические, эстетические, нравственные и духовные ценности нашего народа. Однако трудности изучения арабского алфавита не только признаны специалистами, издателями, читателями, но и самими творцами. Известны  факты, что в течение 8-10 лет учащиеся занимались только изучением законов правописания. Основной причиной замены арабской графики на латинскую, на наш взгляд, является то, что  ее достаточно трудно изучать.

3.Переход от латинского алфавита к кириллице был продолжением политики коммунистической партии, советской власти, которая стремилась к единообразию всех советских народов и национальностей. Кроме того, надо признаться в том, что на пути к достижению высокой цели – гуманизму, освоению  общечеловеческой культуры - это было попыткой присоединения к общему процессу взаимопознания. Кроме нескольких национальностей (грузин, армян и некоторых других) большинство советских народов приняли кириллицу. Следовательно, принятие этой письменности можно считать прогрессивным, перспективным актом.

Во втором разделе второй главы - «Задачи просвещения и создание новых школ» - рассматриваются проблемы образования и создания новых школ. Эти вопросы являлись наиболее актуальными в то время. Партия и правительство с первых дней организации советской власти приступили к решению важнейших задач народного просвещения. После образования Таджикской АССР (15 марта 1924 г.) во всех сферах культурной жизни наметился явный прогресс. Особое развитие  наблюдается в области народного просвещения и в деле организации различных школ по всей территории республики. С образованием автономной республики  создаётся Комиссариат Народного просвещения, деятельность которого началась в феврале 1925 года. В Комиссариате работало всего 13 сотрудников. Республика была разделена на 7 областей: Куляб, Гарм, Курган-Тюбе, Горный Бадахшан, Ура - Тюбе, Пенджикент. В областях были созданы отделы просвещения. В связи с отдаленностью Пенджикентской и Уратюбинской областей от центра республики Комиссариат народного просвещения Таджикистана назначил своего постоянного представителя в СНК УзССР, на которого возложил контролирующую функцию. Данный представитель одновременно выполнял и функции руководителя научной комиссии Таджикистана в Народном Комиссариате Узбекистана.

Все эти вопросы своевременно и остро освещались в СМИ. Периодическая печать 30-х годов внесла большой вклад в освещение проблем образования, агитацию и пропаганду ликвидации безграмотности, строительства школ, раскрепощения женщин, привлечения девушек к учебе, вклада колхозов, совхозов, МТС, кишлачных советов, городских и районных хукуматов в организацию и строительство новых образцовых школ, и т. д. Газета «Точикистони сурх» («Красный Таджикистан»), обращаясь к этим темам, писала: «В апреле 1930 года ЦК КП Таджикистана обсуждал проблемы народного просвещения республики и приял по этому вопросу развёрнутое постановление, в котором были определены основные задачи партийных организации в сфере народного образования.

 Партийная организация республики поставила задачу, чтобы до конца первой пятилетки 75% детей школьного возраста восточных районов, 100% детей северных районов Таджикистана и до конца 1931 – 1932 учебного года все дети школьного возраста всех секторов социалистического сельского хозяйства были привлечены в школы» .

 Первый учредительный съезд КП Таджикистана, который проходил в июне 1930 года, в своем постановлении «О культурном строительстве» специально остановился на проблемах укрепления народного просвещения, осуществления  культурных преобразований.

 На съезде было подчеркнуто, что ликвидация безграмотности является основной задачей партийных организаций республики. Именно на этом съезде появился лозунг «Культурный поход», который был признан как одно из важных средств ликвидации культурной отсталости и безграмотности. Прежде всего задачей «Культурного похода» было скорейшее решение проблем, связанных с культурным строительством: ликвидация безграмотности, строительство и ремонт школ, обязательное общее образование, подготовка учителей, работников сферы культуры и образования и др.

Таким образом, в 1931 году в республике бурно развивалось строительство школ. Проблемы школ и народного просвещения были обсуждены на 4 съезде Советов Тадж.ССР, который проходил 17 – 23 февраля 1931 года. «Все документы, находящиеся в фондах съездов, - пишет Т.В. Каширина, - являются важными историческими документами, показывающими уровень прогресса и развития народного просвещения на каждом историческом этапе» .

Газеты «Точикистони сурх», «Барои маорифи коммунисти», «Васияти Ленин» чаще всех поднимали этот вопрос на своих страницах и предложили составить единую образцовую программу. В связи с этим Комиссариат народного просвещения Таджикистана счел необходимым создать специальную комиссию .

В 1933-1934 учебном году все школы республики осуществляли свою деятельность на основании утвержденной программы 1932-1933 годов, что принесло впоследствии хороший результат. Важную роль в дальнейшем развитии строительства школ, хозяйственных и культурных учреждений  сыграло постановление Совета народных комиссаров Советского Союза и ЦК ВКП (б) «О мерах развития хозяйства и культуры Таджикской ССР» в апреле 1935 года.

В 1935 году за счет резервного фонда советского Правительства средства на строительство школ в Таджикской ССР были увеличены на 5 млн. рублей .

Огромную помощь в деле учебно-воспитательной работы, развития и укрепления школ в Таджикистане оказали русские учителя Именно они составляли учебные планы и учебные программы, вносили вклад в подготовку кадров таджикских учителей.

 Третий раздел второй главы назван «Клубы, библиотеки и красные чайханы как вспомогательные учреждения ликвидации безграмотности». Следует отметить, что в 30-е годы роль культурных просветительных учреждений была велика. Стремление трудящихся масс к культуре вынуждали поставить работу в этой сфере на должном уровне. В свою очередь, что ликвидация безграмотности помогла развитию всех отраслей народного хозяйства, экономики, промышленности, сельского хозяйства. Разумеется, хорошая организация работы клубов, библиотек, красных чайхан, кинотеатров, домов культур и других культурных центров предоставляли возможность массам быстрее овладеть грамотой, политически и культурно развиваться. Одним словом, роль клубов, библиотек и красных чайхан в тех условиях Таджикистана в деле ликвидации безграмотности в республике была весьма заметной. Клубы в Таджикистане возникли в середине 20-х годов. Они создавались во всех областях, районах, джамоатах, колхозах, совхозах, заводах, фабриках и учебных учреждениях. Работа клубов в предвоенной пятилетке была поставлена очень хорошо. В то время наряду с общими клубами также были созданы женские клубы, деятельность которых широко освещалась в периодической печати.

В первые годы второй пятилетки в республике работало всего 382 клуба, из которых 210 были женские. В конце пятилетки количество клубов достигло 512, из них 434 были расположены в кишлаках .

         Несмотря на ограниченные финансовые возможности, Правительство Таджикистана искало всевозможные пути приобретения средств, направляемых на строительство клубов.

         За короткое время клубы были построены в таких городах и районах, как Ленинабад, Исфара, Шуроб, Пенджикент, Регар, Нов, Файзабад, Гиссар, Куляб, Ура - Тюбе. К концу 40-х годов в Таджикистане уже было 512 подобных учреждений, что по сравнению с предыдущим периодом в количественном плане было на 12% больше.

         В системе культурно- просветительных учреждений красные чайханы занимали основное место. Первые красные чайханы были созданы в Худжанде в первой половине 20-х годов. До образования Таджикской АССР в Худжанде было более 20 чайхан. В 1924 г. в ТАССР насчитывалось всего 7 чайхан. Правительство уделяло особое внимание их строительству и благоустройству. Красные чайханы в период проведения различных политических кампаний, выборов, во время посевных кампаний, распределения займов, сбора хлопка, избрания правления колхозов были местом проведения бесед и дискуссий, В газете «Точикистони сурх» был опубликован цикл репортажей о сдаче в эксплуатацию примерных чайхан в Ленинабаде, Исфаре, Канибадаме, Ура-Тюбе. Например, сельский корреспондент С.Умар из Балджуванского района писал: «В центре Балджувана отдел народного просвещения района построил красную чайхану. Это одно из красивых зданий в районе. В настоящее время для чайханы приобретают оборудование. Колхозники очень довольны. Они понимают, что чайхана является местом культурного отдыха» . Такие сообщения и статьи в периодике 30-х годов были обычным явлением. В 1935 году в целях повышения качества оказываемых услуг и улучшения работы красной чайханы было созвано первое совещательное собрание заведующих красных чайхан республики. Делегаты, выступая с трибуны собрания, высказывали свои суждения о развитии красных чайхан, отмечали проблемы, предлагали пути улучшения их работы, На этом собрании был также обсужден вопрос о подготовке кадров для красных чайхан. Принимая во внимание эти пожелания, партийные организации и советские органы Таджикистана возглавили работу по созданию краткосрочных курсов и семинаров при культурно-просветительских центрах.

         В системе культурно-просветительной работы среди трудящихся достойное место занимали библиотеки. Советская власть считала библиотеку основным средством в деле повышения уровня образования и культуры народа. Если в 1929 году в Таджикистане была всего 1 библиотека, то в конце первой пятилетки их количество достигло 119 с фондом в 107 тысяч томов.

         Во второй пятилетке строительство библиотек приобрело массовую форму. В это время  в городе Душанбе было построено и сдано в эксплуатацию  самое большое книгохранилище - библиотека имени Фирдоуси. Эта библиотека до 1932 года считалась городской, затем ей дали статус республиканской, её книжной фонд состоял из 46920 томов книг.

В результате изучения деятельности культурно-просветительных учреждений на примере материалов мы пришли к следующим выводам:

  1. Работа и деятельность культурно-просветительных учреждений (клубы, красные чайханы, библиотеки) в 30-е годы свидетельствуют о подъеме культуры таджикского народа в новых условиях. Именно организация таких учреждений способствовала значительному сокращению числа безграмотных и полуграмотных граждан республики.
  2.  На всех этапах деятельности культурно-просветительных учреждений их работа была направлена на ликвидацию безграмотности, что существенно помогло в деле привлечения народа к политическим и культурным преобразованиям.
  3. В этой важной кампании существенное место занимают периодические издания, отражающие на своих страницах работу культурно - просветительного характера клубов, красных чайхан, библиотек.

Четвертый раздел второй главы озаглавен «Подготовка кадров в области просвещения в системе курсов и вузов (институтов)». В конце 20-х и в начале 30-х годов Таджикская ССР была вовлечена в экономические, политические, социальные и культурные преобразования. В этих условиях возникла необходимость подготовки высококвалифицированных специалистов, имеющих высшее образование в различных сферах народного хозяйства. Для решения проблем, связанных с развитием промышленности, строительства, сети автомобильных и железных дорог, сельского хозяйства, здравоохранения, народного образования, и в целом для развития всех отраслей народного хозяйства Таджикистан особенно нуждался в специалистах. Для подготовки таких кадров был принят ряд мер на республиканском уровне.

Специальные постановления ЦК КП(б) Таджикистана «О народном образовании Таджикистана» от 6 апреля 1930 года, «О культурном строительстве» (1930), «О педагогических институтах» (май, 1931 года), « О консультативном республиканском совещании по педагогическому образованию» (январь, 1930), «О создании новых институтов» (1934), «О повышении квалификации учителей» (октябрь 1936) содействовали развитию образования, созданию высших школ, техникумов, профессионально-технических училищ, краткосрочных курсов.

В 30-е годы особую роль в ликвидации безграмотности и полуграмотности сыграли начальные, семилетние, средние, специальные школы. Были созданы краткосрочные курсы для учителей, годичные, двухгодичные летние курсы по переподготовке учительских кадров, а также техникумы и педагогические училища.

Несомненно, такие техникумы, училища и институты создавались в экономически развитых городах с учётом их материально - технической обеспеченности. В Сталинабаде, Ленинабаде, Канибадаме, Исфаре, Ура-Тюбе, Пенджикенте, Самарканде, Ташкенте, Бухаре были созданы соответствующие институты.

Исследуя данную проблему, И.О.Обидов подчеркивает, что в республике «было открыто 16 педагогических техникумов. Если слушателей этих техникумов в 1928 году было 125 человек, то уже в 1939 году число слушателей достигло 3756» .

Подготовка профессиональных учителей для республики считалась первоочередной задачей. Учитывая это,  2 декабря 1930 года коллегия Наркомпросса Таджикской ССР приняла решение об организации восьми педагогических курсов на 500 человек».

Несмотря на то, что была проведена огромная работа по подготовке учителей, в конце 30-х годов основное ядро учителей страны не имело высшее профессиональное образование. Возникла необходимость в создании новых педагогических институтов. Поэтому Совет народного контроля Таджикский ССР на 1У съезде  (февраль, 1931г.), предложил рассмотреть вопрос о создании в городе Сталинабаде педагогического института. Съезд единогласно одобрил внесенное предложение и поддержал начало строительства высшего образовательного учреждения. Впервые в истории таджикского народа в 1931 – 1932 учебном году в столице Таджикистана был создан педагогический институт. Необходимо отметить, что создание первого вуза не было лёгким делом. Требовался огромный труд партийных и советских органов, а также интеллектуальный потенциал, которого было очень мало. В создании педагогического института значителен  вклад и других народов, особенно русского.

В 1932 году был открыт педагогический институт в городе Худжанде, который являлся культурным и промышленным центром северного Таджикистана. Это был второй педагогический вуз республики. В институте было два отделения: химико-биологический и физико-математический, где работал 21 научный сотрудник.

Количество студентов составляло 26 человек. Необходимо подчеркнуть, что Худжандский педагогический институт с первого дня своего создания был вечерним. Молодёжь училась, не отрываясь, от производства. Повседневный спрос в квалифицированных педагогических кадрах и их нехватка в средних школах Худжанда вынудили правительство Таджикистана принять дополнительные меры. После годовщины создания института в сентябре 1933 года было создано и дневное отделение.

Таким образом, в 1933 – 1934 учебном году при институте были созданы еще два отделения: истории и экономики, литературы и языкознания. Если в начале создания педагогического института в нем учились 26 студентов, то в 1934 году их было уже 104.

В связи с нехваткой учителей СНК Тадж.ССР открыл в городе Ташкенте двухгодичный институт для подготовки преподавателей. В Сталинабаде и Кулябе были созданы учительские институты. Только с 1935 года по 1941 годы этими институтами было подготовлено 719 учителей. Создание сельскохозяйственного института так же являлось требованием времени. Сельскохозяйственный институт был создан в соответствии с постановлением Экономического совета Средней Азии 3 марта 1931 года в городе Худжанде. С.А.Абдуллаев пишет, что «…вначале институт назывался Среднеазиатским институтом фруктов и овощей (САПОИ)» . Однако другой историк - М. Р. Шукуров - по этому поводу отмечает: «… в сентябре 1931 года в Ходженте этот институт начал свою работу как Среднеазиатский научно-исследовательский институт фруктов и овощей».

В 1935 году вуз был переименован в Таджикский сельскохозяйственный институт, где функционировали два факультета: агрономический и факультет овощей и фруктов.

В институте учились 150 студентов. Он внёс огромный вклад в подготовку и воспитание специалистов различных отраслей сельского хозяйства.

1 сентября 1939 года открыл свои двери для студентов Таджикский медицинский институт имени Абуали ибн Сино. В том же году в институт поступили 123 студента. В первый год деятельности вуза в нем работали 6 преподавателей, а в 1944 году их количество достигло 22. В создание и укрепление деятельности института существенный вклад внесли второй медицинский институт города Москвы и аналогичный вуз Курска.

Таким образом, по инициативе ЦК КП(б) Таджикистана, Правительства Таджикистана, Комиссариата по народному просвещению Таджикистана были определены пути и направления развития школы и таджикского просвещения. По всему Таджикистану для ликвидации безграмотности и малограмотности были созданы специальные курсы, училища, техникумы, педагогические институты и другие учебные и научные учреждения.

Именно поддержка и непосредственная помощь советского государства на определённом историческом этапе привели к созданию целой сети учебных учреждений.

В школах (действующих и вновь созданных) постепенно стали закладываться вакансии, система образования стала работать стабильно, а выпускники средних специальных и высших учреждений  охотно включались в культурное строительство, с усердием работали в школах, культурно- просветительских, медицинских учреждениях на селе и в  городе.

В третьей главе диссертации – «Место и роль печати в становлении новой таджикской литературы» - рассматриваются вопросы развития литературы, литературных кружков, литературных страниц, традиции проведения празднеств и юбилеев, приезд интернациональной бригады литераторов, образование Союза писателей Таджикистана и состояние подготовки литературных кадров. Естественно, рассматривается и роль периодической печати в деле становления и развития новой таджикской литературы.

Первый раздел третьей главы назван «Литературные страницы в периодической печати». Многие исследователи, например такие, как Х. Мирзо-заде, А. Сайфуллаев, А. Абдуманонов, Л.Н. Демидчик и С.Ш. Табаров (цикл книг под общим названием «Њаёт, адабиёт, реализм», «Жизнь, литература, реализм»), рассматривая данный вопрос, представляли свое видение причин возникновения литературных полос на страницах периодической печати и их значения в литературной жизни республики.

Октябрьская революция внесла огромные изменения в жизнь нашего народа. Одический пафос, воззвание и прокламация были особенностью не только призывно-патриотической поэзии, но и прозы и публицистики. Как известно, журнал «Шуълаи инќилоб» («Пламя революции») в декабре 1921г. был закрыт, и до марта 1924г., т.е. до начала издания газеты «Овози точик» («Голос таджика»), на всей территории тогдашнего Таджикистана не было ни одной типографии. Однако, несмотря на это первые образцы поэтических произведений нашей революционной литературы – С. Айни, А. Мунзима, А. Хамди, Т. Зехни, А. Роджи, Ш. Хилми – были представлены широким кругам почитателей поэзии именно на страницах периодической печати.

Следует отметить, что, начиная с «Шуълаи инкилоб» и вплоть до 50-х годов прошлого века литературные страницы газет и журналов по своему содержанию не соответствовали общепринятым требованиям. Зачастую на этих полосах (особенно в 20-30 гг.) помимо поэтических произведений публиковались обращения или письма писателей, новости о культурном строительстве в городах и селах страны, вести о сдаче общественных и женских клубов, призывы к массам участвовать в тех или иных культурно-массовых мероприятиях.

Литература 20-30-х годов, наряду с воспеванием революционных идей,  восхвалением советской власти, обращалась к таким острым темам, как хлопковые кампании, снятие паранджи, коллективизация, освоение грамоты, строительство школ нового типа, ликвидация неграмотности, призывы к обучению девушек и женщин, пропаганда новой идеологии и сути социалистического строя. Стихи и призывы Шарафа Хилми («Адабиёт» - «Литература»), Мунзима («Хитоб ба фукарои Бухоро» - «Обращение к беднякам Бухары» и «То ба кай» - «До каких пор»), А. Хамди («Баёни њол» - «О сути»), А. Фитрата («Як дар» - «Одна дверь») в журнале «Шуълаи инкилоб» и газете «Кутулиш» - наиболее яркие образцы такого рода произведений того периода.

В 1922г. в СССР приезжает революционный поэт Абулкосим Лахути. Его первые стихи были с воодушевлением приняты таджикскими литераторами. Айни, Хамди, Мунзим, Зехни, Фитрат, Авхади назвали его «Адиби сурх»  «Красным поэтом» и писали в подражание его произведениям свои назира (литературное подражание – А.А.). В сборнике Лахути «Адабиёти сурх» («Красная литература») воспевается героическая борьба интеллигенции Востока за новую жизнь. Затем главной темой творчества поэта стала тема иранской революции и участь трудового народа этой страны.

Произведения, опубликованные на страницах периодической печати, рассматривали революцию как главную прогрессивную силу, разрушающую основы феодального гнета в стране.

Естественно, что многие критики, писатели, исследователи литературы откликались на всё, что было связано с культурной революцией, обсуждая её многогранные аспекты (новый образ жизни, печать, вопросы литературоведения, чистота языка, национальное самосознание). В этом ряду особо стоит упомянуть имена О.Исмати, С. Айни, Фитрата, А. Лахути, С. Джавхари-заде, С. Али-заде, А. Дехоти, Н. Шер-заде, Б. Умари, Х. Бако-заде, К. Дайлами, А. Саттори, Бахлул-заде, Н. Мухаммада, Мухаммадджона Хасана Худжанди, Ш. Хусейн-заде, М. Амин-заде и др. Статьи Б. Азизи «Шоири бузурги нахустини точикон» («Первый великий поэт таджиков») и «Тарчумаи холи яке аз адибони точик» («Биография одного из таджикских литераторов») и Мирзо Мухсина Иброхими «Аз таърихи адабиёти форс» («Из истории персидской литературы») так же посвящены этой проблеме.

Одним из важных свойств  периодической печати конца 20-х – начала 30-х годов являлось то, что ни одно опубликованное произведение не оставалось без внимания. Систематически публицисты, журналисты и литераторы обсуждали последние литературные публикации, и «страницы периодической печати признавались как зеркало литературной жизни». Так, например, в журнале   «Рохбари дониш» («Наставник знаний») была опубликована статья Собита Маноф-заде «Парчами адабии мо» («Наш литературный стяг»), где рассматривается не только состояние литературной критики, но и проблемы профессионального мастерства журналистов и литераторов. Однако, как подчеркивает Х. Мирзо-заде, критика в эти годы не всегда воспринималась должным образом. Некоторые авторы, ставшие объектом критики, считали ее  личным оскорблением, и ответы зачастую выражались в грубой и нелицеприятной форме. Анонимная статья «Чавоб ба мусохиба» («Ответ на дискуссию») - яркий пример такой реакции.

Между тем важным критерием признания творчества литераторов, особенно поэтов-стихотворцев, стало появление заинтересованной литературной критики на страницах периодической печати. В подтверждение сказанному достаточно вспомнить проблемные статьи «Сабзаи навхез» («Новые ростки») и «Адабиёти мо» (Наша литература) Наби Фахри «Набояд кач фахмид» («Нельзя неправильно толковать») Абдусалома Дехоти. По мнению  Х. Мирзо-заде, эти авторы не рассматривают поэтику произведений, их оригинальность и степень следования канонам классического стихосложения, основное внимание они уделяют содержательной стороне стихов, что не совсем правильно. Кроме того, авторы подобных материалов, в том числе Шахабуддин Садруллин в статье «Барои мафкураи солим» («Во благо здравого смысла») и Хомид Бако-заде в работе под названием «Мубориза барои шукуфаи солим» («Борьба за выращивание здорового семени»), обращают внимание на идеологический аспект анализируемых произведений и никоим образом не касаются их художественной ценности.

В этот судьбоносный период истории нашего народа велика роль Садриддина Айни в формировании и развитии литературоведения и литературной критики. В это время он не только написал отдельные книги о жизни и творчестве таких классиков таджикско-персидской литературы, как Рудаки, Саади, Камол Худжанди, Восифи, Навои, Хафиз и др., но и опубликовал целый ряд научных и научно-популярных статей. Следует отметить, что многие из этих работ увидели свет на литературных страницах под рубриками «Литература», «Критика» или же в разделах новостей о тех или иных культурно-просветительских, литературных, общественных преобразованиях.

Страницы периодической печати 30-х годов прошлого века являются свидетелями рождения новых форм художественно-публицистических жанров, куда в первую очередь можно отнести очерк. Одним из первых таджикских очерков является очерк С. Айни «Колхози коммунизм» («Колхоз коммунизма», 1934). Вот как сам автор определяет жанровое своеобразие этого произведения: «Это не поэма (дастан – А.А.), не сказка, не очерк и не аллегория, а всего лишь один единственный факт, который на основе реальных писем был запечатлен так, как и происходило в действительности».

Другим очерком С. Айни является «Тирози чахон» («Укращение мира»), который сначала фрагментами был опубликован в «Точикистони сурх» («Красный Таджикистан»), затем полностью вышел  в 5 номере журнала «БАС» (1937)  и в завершение был издан в виде брошюры (1937). Очерк состоит из двух частей. В первой части рассказывается о дореволюционном Худжанде, во второй – о Ленинабаде тех дней. Наблюдая за гигантскими преобразованиями, происходившими здесь, автор пишет: «Это двухэтажное здание - одним из тех научных центров, подобных которому можно увидеть только лишь в Москве. Правда, в Ташкенте, в Самарканде и других городах Средней Азии научные центры и другие высшие учебные заведения располагаются в очень больших зданиях. Однако ни в одном городе Средней Азии для десятилетки такой царский дворец не построен».

Многие документальные произведения посвящены трудовым подвигам народа. Воспевая трудовые свершения своих современников, писатели  агитировали и призывали всех граждан страны подражать этим героическим личностям. Например, Њаким Карим в своем этюде - рассказе «Латиф Ќутил» (1934) обращается к одному из эпизодов 1929г., происшедших в Гармской долине. Али Хуш в очерке «Далери чавон» («Молодой храбрец») (1936) описывает подвиг ударника колхоза «Хаёти нав» («Новая жизнь») Искандара Шохимардонова, а в очерке «Шучои номдор» («Прославленный герой») жизнь председателя колхоза «Гулистон» («Цветник») Гармской долины Азизмох. С. Улугзаде в очерке «Яке аз бехтарин ташкилотчиёни колхоз, устоди хосилоти баланд» («Один из организаторов колхоза, мастер высокого урожая») (1935) рисует знатного хлопкороба республики и одного из самых известных строителей колхозного строя, председателя широко известного колхоза «Коммунизм» Худжандского района Пулода Бобокалонова. Документальность является главной отличительной особенностью всех произведений Али Хуша, Дж. Икроми, Хакима Карима, С. Улуг-заде и Рахима Джалила, написанных в тот период.

Это время создало своего типического героя, которым был простой трудящийся человек.

Таким образом, из экскурса в историю периодической печати 20-30 гг. прошлого века можно вывести следующие выводы:

1. Новая советская литература берет свое начало с периодической печати. Многие литераторы первого и второго поколений новой таджикской литературы представляли свои произведения большой читательской аудитории посредством периодической печати.

2. Не все материалы литературных страниц относились исключительно к вопросам литературы. Заметки и сообщения о курсах борьбы с неграмотностью (ликбезы), создании женских клубов, строительстве социально-бытовых учреждений и тому подобном так же помещались на этих полосах.

3. Абсолютное большинство опубликованных материалов периодической печати основывалось на реальные жизненные факты – деятельность, фамилия, имя, отчество, инициатива (начинание), слава и известность имели документальное подтверждение.

Во втором разделе третьей главы «Печать - организатор литературных юбилеев» предпринимается попытка определить место и значение юбилеев известных деятелей культуры в духовной жизни общества.

В наши  дни многие знаменательные даты, юбилеи известных деятелей   утратили свое значение по некоторым не зависящим от нас причинам.

Однако в конце 20-х и в особенности в начале 30-х годов прошлого века проведение литературных вечеров становилось важным историческим событием. В настоящем разделе рассматривается история проведения юбилейных мероприятии двух столпов таджикской литературы того периода – Садриддина Айни и Абулкосима Лахути.

Творчество С. Айни и А. Лахути - это не только школа жизни для молодых литераторов, но живой родник, питавший новую таджикскую литературу. Уже те годы С. Айни и А. Лахути стали признанными корифеями советской литературы. В связи с этим Среднеазиатское бюро ЦК ВКП(б) 19 июня 1933г. приняло решение о праздновании 30-летия творческой деятельности А. Лахути. Оно обязывало областные комитеты провести творческие вечера поэта, показав, таким образом,  высокий уровень как всей культуры народов Таджикистана в целом, так и таджикской литературы в частности. Так, республиканские периодические издания с 24 июня должны были три полосы трех своих номеров посвятить празднованию данного юбилея. При Центральноазиатском Бюро ЦК ВКП(б) была организована комиссия по проведению торжеств в составе У. Ашурова (председатель), Галузо, Жудина, Маджиди, Трегуба, Деминского, Пестова, Пинхасика и Анкабая.

5 июля 1933г. в театре имени Свердлова города Ташкента прошло торжественное собрание, посвященное 30-летию творческого пути и революционной деятельности А. Лахути, в котором участие руководство и представители творческой интеллигенции Узбекистана. Председательствовал на собрании Файзулло Ходжаев, прочитавший поздравительное письмо ЦК ВКП(б) Узбекистана. В  нем была дана высокая оценка заслуг Лахути в деле развития литературы и революционного движения. Заведующий отделом агитации и пропаганды Центральноазиатского ЦК ВКП(б) А. Ашуров выступил с докладом о творческом пути поэта. Председатель оргбюро Центральноазиатского Союза писателей СССР Маджиди поздравил поэта от имени представителей литературы и искусства страны и редакционной коллегии журнала «Советская литература народов Средней Азии» и наизусть прочел фрагмент касыды А. Лахути «Кремль».

Такие же торжественные собрания прошли в Самарканде и Ереване. На имя Лахути и в адрес оргкомитетов торжеств поступало огромное количество поздравительных писем и телеграмм, где выражались любовь к нему и признание его творчества восхищение мужеством поэта. Так, например, один из крупных русских прозаиков того времени А.Серафимович писал: «Поздравляю с 30-летним юбилеем творческой и революционной деятельности дорогого Лахути, желаю ему долгих лет жизни, бодрости, силы и оставаться таким же пламенным борцом» .

Тридцатилетие творческого пути А. Лахути превратилось поистине во всенародное культурное торжество всего советского народа и всей прогрессивно настроенной интеллигенции зарубежных стран.

В дни чествования Лахути на его имя поступали сотни писем и телеграмм, где авторы выражали свою благодарность и признание творчеству революционного поэта. Оргкомитеты союзов писателей Белоруссии, Узбекистана, Туркменистана, Киргизии поздравили поэта с юбилеем. От имени ЦК КП(б) Таджикистана поэта поздравил секретарь Центральноазиатского Бюро ЦК ВКП(б) Шадунц. От себя лично поздравление прислал академик С.Ф. Ольденбург. Организационные комитеты СССР, ЦК ЛКСМ Таджикистана и Узбекистана, жители Гарма и Хаита, Джиргиталя и Тавильдары, Калаи Хумба, принимавшие участие в общереспубликанском слете хлопкоробов и заготовителей зерна, так же поздравили поэта с крупной датой творческого и революционного пути.

В честь празднования 30-летия творческого и революционного пути А. Лахути редакционная коллегия журнала «Барои адабиёти сотсиалисти» («За социалистическую литературу») посвятила жизни и творчеству поэта отдельный номер. Известные ученые Х. Мирзо-заде и В. Самад анализируя материалы данного номера разделили его на четыре группы:

  1. Статьи, посвященные изучению творчества А. Лахути.
  2. Работы поэта, не вошедшие в его шеститомник.
  3. Стихи и воспоминания о Лахути.
  4. Поздравительные письма и телеграммы на имя поэта-революционера.

Следует отметить, что материалы, собранные авторами, наглядно свидетельствуют об огромном вкладе А. Лахути в литературу и безосновательности различного рода суждений о его противоборстве с чуждыми элементами социалистического строительства, освободила поэта «от нападок пантюркистов и шовинистов».

С другой стороны, абсолютное большинство произведений 30-х годов С. Айни и А. Лахути, по мнению многих исследователей, например М. Раджаби, «находились под давлением» сиюминутной действительности того времени и соответствовали лозунгу «литература – это зеркало жизни».  Своей «целенаправленной публицистикой» они имели огромный успех среди всех слоев общества.

30-летие творческого пути С. Айни праздновалось так же пышно и красочно. К юбилею готовились и творческая интеллигенция, и жители городов и сел. Во всех школах и высших учебных заведениях к этим торжествам отнеслись с особым вниманием и любовью.

На завершающее республиканское собрание съехались делегации из Узбекистана, Туркменистана, Белоруссии, Башкирии. А. Лахути, как одного из любимых поэтов страны и представителя иранской культуры, поэта, широко известного в СССР и странах Востока, от всего сердца поздравил С. Айни,  с любовью и почитанием называя его «устоджон» (дорогой устод, родной устод), «наставник молодых поэтов и «лев Востока».

С. Айни также поздравили от имени Союза писателей Таджикистана, ЦК ЛКСМ Таджикистана, Совета профсоюзных комитетов, партийного комитета и Совета народных депутатов города Душанбе, коллектива Главного управления по кинематографии, представители министерств образования, культуры и т.д.

Таким образом, с уверенностью можно констатировать, что в 30-е годы прошлого века творческие литературные вечера стали одним из главных культурных событий общественной жизни того периода, их опыт имеет огромное значение и в наши дни, так как:

1. Юбилейные литературные мероприятия (юбилеи творческого пути, творческие вечера, вечера поэзии и т.д.) прежде всего, имели общественно - политическое значение. Проведение такого рода мероприятий способствовало действенной пропаганде господствующей идеологии. По этой причине агитация и пропаганда идей нового времени нашли яркое отражение в публицистике, коллективных письмах, книгах того времени.

2. В 30-е годы празднование творческого пути А. Лахути, С. Айни, тысячелетия «Шахнаме» Фирдоуси, творческие вечера Пайрава и Мунзима, поэтические вечера молодых поэтов стали неотъемлемой частью культурной жизни, стимулируя творческие поиски как писателей старшего поколения, как и молодых художников пера.

Литература приобрела социальный оттенок. В своих произведениях авторы наряду с обращением к литературным традициям классического периода на практике демонстрировали новые формы и методы творчества, доказывали, что любой литературный жанр может вместить в себя новое содержание, без искажений отражать действительность. Это суждение подтверждает наличие в то время различных литературных школ и течений.

3. Несмотря на новаторские поиски в области формы в творчестве таджикских поэтов наблюдается следование классическим канонам стихосложения, использование традиционных  стихотворных форм  помогало донести до широкого круга читателей гуманистическую суть поэзии и прозы предшествующих поколений, обогащало их новым содержанием. 4. В литературе 30-х годов наблюдаются и произведения  слабые по художественно – эстетическому уровню, заказные элегии и оды. Однако нельзя считать, что подобного рода произведения создавались только по прихоти «господ от власти», очень часто они выражали искренние чувства авторов, их преданность идеалам времени и народу, стремление  служить  новому обществу.

Третий раздел третьей главы «Интернациональная  бригада литераторов». В начале 30-х годов Таджикистан посетила большая группа литераторов - интернационалистов из Западной Европы и США. Результатом этой поездки явились книги, воспоминания, путеводители, которые рассказывали о жизни народов советской Средней Азии, в частности Таджикистана. Книги привлекли внимание не только отечественных читателей, но имели успех за рубежом. Произведения интернациональной литбригады были изданы на языках народов СССР и иностранных языках огромными тиражами. Среди них книги Поля Вайяна Кутюрье «Средняя Азия пробуждается», Эгона Ирвина Киша «Изменившаяся Азия», Бруно Ясенского «Человек меняет кожу», в которых описывается строительство социализма в Таджикистане. В 1934-1935 годах после поездки по средней Азии в Таджикистан приехал чешский журналист и писатель Юлиус Фучик, результатом его путешествий по различным районам Таджикистана стали многочисленные очерки о жизни таджикского народа.

Организатором литературно-интернациональной бригады был писатель и публицист, деятель рабочего движения поляк Бруно Ясенский. В то время он был редактором журнала «Интернациональная литература», являлась в то же время одним из руководителей Международного союза революционных писателей.  Впервые Б. Ясенский узнал о Таджикистане в 1921 году в Париже, где проживал будучи польским политэмигрантом. В Париже тогда находился один из деятелей польского рабочего движения Томас Домбаль, выступивший в 1928 году на Пленуме областного комитета Таджикистана с докладом об итогах VI конгресса Коминтерна. При встрече с ним Б. Ясенский получил всестороннюю информацию о Таджикистане, его народе, образе жизни, литературе и культуре, географическом и этническом положении, что привлекло его внимание к нашей республике. В результате этой встречи у Б. Ясенского появилось желание организовать поездку группы писателей и журналистов в Среднюю Азию. В то же время Б. Ясенский обратился к председателю Совнаркома Таджикской ССР с просьбой организовать такую рабочую поездку. «Литературная газета» писала: «Эта интернациональная литбригада отправляется в конце мая в двухмесячную поездку в Среднюю Азию, Таджикистан и на Памир».

15 июня 1931 года их поезд прибыл в Сталинабад. Гостей на перроне столичного вокзала встречали с цветами партийные деятели, рабочие, учащиеся и преподаватели. В газетах «Точикистони сурх», «Коммунист Таджикистана» и «Чавонони Точикистон» были помещены фотографии литераторов - интернационалистов и лозунги на английском, немецком, русском и таджикском языках. Литераторы приступили к работе и на следующий же день ознакомились с историческими достопримечательностями столицы. Они посетили Наркомпрос, редакции газет, дом Красной Армии, заводы и фабрики. 17 июня группа иностранных писателей поехала на строящуюся Варзобскую гидроэлектростанцию. Варзобское ущелье поразило гостей своей красотой, в особенности Б. Ясенского. Через некоторое время именно здесь он напишет роман «Человек меняет кожу».

Литераторы пробыли в Таджикистане шесть недель. Разъясняя прессе цели и задачи бригады литераторов, Б. Ясенский,  в частности, заметил, что посещая дальние (труднодоступные) районы, экономически и демографически значимые города, кишлаки, райцентры и стройки, непосредственно знакомясь с читателями, они хотели бы увидеть, как преобразовывается  этот край, узнать, чем живет народ Таджикистана. Каждый член бригады имел свою задачу и был направлен по различным районам. Добирались до места назначения на лошадях с телегами, самолетами и поездами. Газеты и некоторые журналы постоянно сообщали о поездках и посещениях литераторов в сериях репортажей, статей и бесед на своих страницах.

17 июня 1931 года литераторы посетили строительство Варзобской ГЭС. В честь прибытия гостей была  организована экскурсия. Б. Ясенский отметил, что строительство этого гидроэнергетического объекта является велением времени и достижением социалистического строя в республике. В тот же день писателей принял председатель Совнаркома Тадж. ССР А. Хаджибаев.

  26 июня 1931 года газета «Коммунист Таджикистана» напечатала статьи о общественной и литературной деятельности некоторых членов бригады, в том числе «Революционный писатель Польши» с фотографией Б. Ясенского, «Революционные писатели Франции» о Поле Вайяне Кутюрье. Маршрут бригады пролегал по следующим направлениям Южного Таджикистана: Арал (Куйбышевский – ныне Джами), Курган-Тюбе – строительство Вахшского канала, Сарой – Камар – Фархор – Чубек, Куляб, Саричашма – Шурабад – Муминабад – Ховалинг – Кангурт. Иностранные гости стали свидетелями завершения гражданской войны. Это знаменательное событие нашло отражение в большинстве написанных ими очерков, репортажей и книг. В связи с окончанием гражданской войны в Кокташе состоялся всенародный праздник. Именно здесь члены бригады писателей – интернационалистов узнали о пленении красноармейцами главы басмачества Ибрагимбека. Поль Вайян Кутюрье написал в своем очерке: «Его разгромил «Красный полк». Это было сильнейшее поражение не только для него, но для всех империалистов, которые порабощали и терроризировали Азию».

Всё, что Б. Ясенский написал под впечатлением поездки в Таджикистан, регулярно печаталось в газетах Советского Союза и европейских странах. Его очерки и репортажи служили мостом, соединяющим Азию и Европу. Иностранцы узнавали о ходе строительства социализма и достижениях седьмой Социалистической Республики – Таджикистана.

Чешский публицист Ю. Фучик имел глубокие многосторонние знания об истории таджикского народа, классической и современной литературе и отдельных писателях. Он встречался с таджикскими журналистами А Глуховским, Пирумкуловым, Дайлами, сотрудниками газет «Чавонони Точикистон», «Точикистони сурх», руководителями республики, секретарями ЦК Комсомола республики, ответственными деятелями Управления ЦК Комсомола и представителями профсоюзов. И.Усмонов отмечает, что «Ю. Фучик не забыл о том, что он журналист. Возможно, именно поэтому первую встречу он провел с сотрудниками газеты «Точикистони сурх». Он пробыл в Таджикистане один месяц. За это время посетил большинство мест и окраин Таджикистана, в частности, области, города, дальние районы и кишлаки, Душанбе, строительство Вахшского канала, Гарм, Ванч, Даштиджум, Калаи Хумб, Пяндж, Памир и Худжанд. На основе собранного материала он написал цикл очерков и репортажей, корреспонденций и книг. Очерки «Воспитатель», «Солнце на службе социализма», «Среднеазиатские чудеса», «Мистер Твистер, степь и вторая пятилетка», «В колхозе Ферганской долины», «Когда на Пяндж опускается ночь», «Рассказ полковника Бобунова о взятии луны», «Борьба за Таджикистан самолетами», «Гулямова Нуринисо приезжает верхом на осле» повествуют о прошлой и современной истории Таджикистана.

В четвертом разделе третьей главы «Образование Союза писателей Таджикистана»  рассматривается история создания и развития литературной организации Таджикистана, которая  во многом сходна с историей таких объединений в советских республиках в целом.

Данный вопрос наиболее подробно рассматривал Маъруф Раджаби. Но известен и тот факт, что исследование истории создания литературных организаций в тогдашнем Таджикистане впервые было предпринято литературоведом Х. Мирзо-заде. Он отмечает, что в 1922 году в Самарканде было организовано «Общество поэтов» во главе с Абдулкаюмом Курби Самарканди. В 1925 году при газете «Овози точик»  было создано «Общество редакторов», а с 1930 года начала действовать таджикская секция литературной организации таджикоязычных писателей Узбекистана под названием «Калами сурх».

О трудностях первых литературных образований пишут  Ф.Роджи, Х. Мирзо-заде, А. Набиев, М. Раджаби и другие. До создания главной организации писателей в Таджикистане действовали «Общество поэтов» (1922), «Общество редакторов» (1925), «Калами сурх» («Красный карандаш») (1930), «Секция таджикских советских писателей» (1932) и «Ассоциация пролетарских писателей Таджикистана», которые вложили много труда и способностей для создания  единого творческого союза и упорядочения литературной деятельности. В то время наряду с С. Айни и А. Лахути таджикскому читателю были известны также А. Мунзим, М. Сарвар, З. Джавхари, А. Хамди, М. Рахими, М. Амин-заде, Б. Азизи, П. Сулаймони, С. Джавхаризаде, и Дж. Икроми.   В создание творческой организаций вложила много усилий партийная организация республики. Так, 10 июля 1932 года было принято специальное решение ЦК КП(б) Таджикистана, согласно которому на основании указа ЦК ВКП(б) от апреля 1932 года было упразднено Организационное бюро Ассоциации пролетарских писателей Таджикистана и учреждено Организационное бюро советских писателей Таджикистана.

Третьим пунктом решения в состав Оргбюро были вкючены  А. Лахути, С. Айни, С. Улуг-заде, К. Терегулов, К. Дайлами, М. Хасани, М. Рустамов, Б. Азизи, М. Бурхонов и  Юртаев.

В преддверии форума в Сталинабад прибыла группа членов Всесоюзного комитета организации советских писателей (А. Лахути, Б. Ясенский – глава группы, В. Шкловский, Б. Лапин, З. Хацревин, П. Васильев, М. Зенкевич и французский писатель Поль Низан). Газета «Точикистони сурх» сообщила, что группа «прибыла для перестройки организации работы местного оргкомитета в части подготовки собрания писателей Таджикистана к Всесоюзному собранию писателей» .

Как отмечает А. Набиев (Набави) в своих статьях и книгах, до сих пор не найдена стенограмма Первого съезда писателей Таджикистана , но из существующих источников известно, что подготовка к этому событию спешно проводилась во всех организациях (отделениях, фракциях). Это подтверждается в материалах, опубликованных в журнале «Литература народов Средней Азии», газетах «Точикистони сурх», «Коммунист Таджикистана» и журнале «За социалистическую литературу».

Съезд начался 10 мая в Доме офицеров. На него были приглашены 300 человек со всех регионов Таджикистана и таджикских общин (диаспор) из других республик. Это может подтвердить даже состав Президиума собрания: Бройдо, Рахимбаев, Исмоилов, Айни, Лахути, Носиров (председатель оргкомитета), Хидиров (председатель ЦК культпрома), Мельник (председатель ЦК Комсомола), Алексеев (председатель Среднеазиатского оргкомитета), Дехоти (Самарканд), Маджиди (Узбекистан),  Армен (Армения), Джурменов (Туркмения), Джалмирзоев (Казахстан), Поль Низан (Франция), Р. Джалил (Худжанд), Тохири (Пенджикент), Сафаров (Гарм), Давлатшох (Памир), Давлат (Совпроф), Миршакар (Вахш), Махмудов (Сталинабад), Юртаев, Фузайлов (Таджикполк), Хамди (Ташкент), Маликов («Коммунист Таджикистана»), Дайлами («Точикистони сурх»), Туракулов («Кизил Точикистон») Музаффарова (Сталинабад).

На съезде с 3-х часовым с докладом «Барои кори амали, барои дар тахти рохбарии партия кор кардан» («За практическое дело, за работу под руководством партии») на таджикском и русском языках выступил А. Лахути.

В докладе А. Рахимбаева, выступившего от имени ЦК КП(б) Таджикистана, прозвучал призыв к писателям принять активное участие в решении задач II пятилетки . По данным источников, в 1934 году в Таджикистане работало почти 100 писателей, 46 из них писали на таджикском языке. В своем докладе А. Рахимбаев подверг резкой критике Н. Махсума и А. Ходжибаева за ошибки в руководстве литераторами.

Горячо обсуждался на съезде доклад С. Носирова. Выступившие от Бауманабада Исоев, Сталинабада - Обид Исмати, Джарор, Г. Абдулло, Али Хуш, от «Точикистони Сурх» Али Хусейн, от Худжанда- Р. Джалил, от Дома Красной Армии - Юртаев говорили о необходимости исправления сложившейся ситуации в области творческой работы. Таким образом, в дискуссиях и в атмосфере воодушевления прошел первый съезд, который избрал центральные органы Союза писателей Таджикистана. В него вошли Лахути, Айни, Расули, Носиров, Хидиров, Дайлами, Музаффаров, Рабии, Махмудов, Икроми, Гани Абдуллоев, Дехоти, Р. Джалил, Р. Хошимов, М. Миршакаров, Тохири, Комили, Юртаев и Туйгун. Делегатами на всесоюзний съезд писателей были избрана Лахути, Айни, Носиров, Рахим Хошимов, Рабии, Гани Абдуллоев, Р. Джалил, Миршакар и Туйгун.

Итак, создание Союза писателей, организация и проведение съезда писателей подтвердили, что:

а) в Таджикистане  к тому времени сложился достаточно высокий уровень организации серьезных мероприятий,  благодаря которым народ достойно  сохраняет и пропагандирует свое литературное наследие;

б) Таджикистан обладал сильным творческим потенциалом, десятки молодых талантов, влившихся в литературный процесс, были способны поднять авторитет национальной литературы на новой качественной уровень;

в) появление творческого союза художников пера способствовало решению многих организационных задач, что так же стимулировало подъем творческой энергии писателей, их художественные поиски;

г) новая таджикская литература основывалась на классических традициях, но к этому времени сложилась и современная литературная школа – это школа творчества Айни и Лахути.

В пятом разделе третьей главы «Подготовка литературных кадров» рассматриваются вопросы воспитания литературно одаренных кадров литературы. Естественно, основой всякого творчества является талант, но талант, по словам М. Горького, без упорного труда не развивается. В.И. Ленин в статье «Партийная организация и партийная литература», М. Горький в многочисленных выступлениях настаивали на поддержке государством кадров новой литературы. Новейшая таджикская литература, как неотделимая часть многонациональной советской литературы, начинает пополняться новыми именами.

Анализируя состояние, литературы того периода, диссертант напоминает о причинах застоя и отставания культуры вообще и литературы и искусства в частности, дает оценку политическим  течениям, группам, литературному процессу и  основным тенденциям развития литературы. Не все «старые кадры» понимали суть происходивших событий, и не все молодые творцы могли, определить свою творческую позицию. С этой точки зрения, в диссертации даётся исчерпывающий  анализ творчества С. Айни, Джуръата, Туграла, Азизи, Васли, Сарвара, Тамхида, Пайрава, Джавхари и др.

Часть деятелей культуры поступила на службу узбекской периодической печати, примкнув к узбекоязычным писателям.

Однако, как справедливо замечает Х. Мирзозода, некоторые  «замолчавшие группы литераторов» «не стали сотрудничать с националистами, но и не стали бороться за объявленное  советским правительством право на национальное самоопределение…(кроме Саттори, Расули, Ализода, Айни, Исмоилзода и др.)».

В разделе подробно анализируется идеологическая борьба в творческих группах и направлениях, националистические взгляды Мухиддина Кози, Чулпана, Фитрата, Вадуда, Махмуди, бескомпромиссная борьба Хамзы Хакимзода Ниёзи, Садриддина Айни, Ойбека, Хомида Олимжона, Гафура Гулома за чистоту рядов писателей, избавление от националистических и даже шовинистических идей.

В разделе определяется роль литературных кружков (особенно «Калами сурх»-«Красное перо» в Самарканде), литературных страниц и приложений к газетам «Точикистони сурх»,  «Чавонони Точикистон», в журнале «БАС» («Барои адабиёти социалисти» - «За социалистическую литературу»), альманаха «Тухфа» («Подарок»), организации и выпуска газет «Пионери Точикистон» (на таджикском и русском языках), «Аскари сурх», журналов «Инкилоби мадани» («Культурная революция»), «Бо рохи Ленини» («Ленинским путем») и др. в формировании новых кадров писателей.

Проведение 1-го съезда писателей Таджикистана, перевод произведений выдающихся русских писателей (Пушкина, Гоголя, Чехова, Горького), издание произведений Б. Лукницкого, Б. Юткевич, В. Луговского, Б. Ясенского так же дали толчок развитию новой таджикской литературе. В результате этих и других перемен на литературном арене появились творческие таланты, такие как М. Турсунзода, М. Миршакар, С. Улугзода, Х. Карим и др.

Постепенно неуверенность в своих силах сменилась энтузиазмом и желанием внести свой вклад  в развитие литературного дела. Садриддин Айни когда-то не веривший в силу творческих союзов и считавший единственно верным классический путь развития литературы, начал приобретать новые организационные навыки. Как  мудрый наставник, он уверовал, что «источники культуры нашей не иссякли» , что  надо вникнуть в суть  новых веяний. Творческая молодёжь пошла по пути своего наставника, появились новые таланты, зарождаются ростки новой литературы.

Новосозданный Союз писателей Таджикистана приступил к активной организационной работе,  пропагандируя творчество таджикских художников пера. В газетах «Точикистони Сурх», «Чавонони Точикистон» и «Кизил Точикистон» были открыты литературные странички. В городах Душанбе, Худжанд, на Вахшстрое и других грандиозных стройках были созданы литературные кружки. Уже с 1932 года начал издаваться печатный орган Союза писателей «За советскую литературу», привлекавший к сотрудничеству новые творческие кадры. Результатом этих мер можно считать издание в 1934 г. альманаха «Тухфа» («Подарок») тиражом 3000 экземпляров. В этом альманахе, посвященном 10-летию Таджикистана, были напечатаны лучшие произведения С. Айни, А. Лахути, Б. Ясенского и других.

Говоря о путях развития новой литературы и воспитании нового поколения творческой интеллигенции, следует сказать, что почти все литературные объединения, направления, течения, существовавшие в советской литературе, так или иначе наблюдались и в таджикской литературе. Однако была еще и школа Максима Горького и Владимира Маяковского, устода Айни и Лахути. Благодаря этим великим наставникам  Сиддики, Туграл, Азизи, Джавхари, Васли, Сарвар, Тамхид, Пайрав, будучи некоторое время в забвении или в творческом застое, вновь начали писать пламенные публицистические стихи. Продолжатели самаркандской школы «Красное перо» Шахобиддин Садруллин, Наби Фахри, Зехни, Обид Исмати, Али Исмоилзода, Каримзода, Бурхонов, Бону, Амин-заде, Вахоб Шакури, Пирмухаммад-заде, Нурмухаммад-заде, Али-заде, Якуб Калонтаров, Маъруф Акрами, Пинхос, Али Хуш и др. стали активно сотрудничать с периодической печатью.

Всесоюзный съезд писателей (1934), перевод классиков мировой литературы, таких как А.С.Пушкин, А.М.Горький, М.А. Шолохов, Л.Н. Толстой, В.Шекспир, Лопе де Вега, Э.Войнич и др., помогли многим начинающим писателям осознать суть художественного  творчества, освоить опыт иных художественных систем.  

Литература 30-х годов развивалась в условиях острейшей революционной борьбы. И сторонники старых идей (в лице Камоли и др.), и сторонники развития пролетарской литературы (О. Исмати и др.) стремились привлечь на свою сторону молодых сподвижников.

Решением собрания Центрального бюро КП(б) Таджикистана от января 1939 года стали издаваться газеты «Точикистони сурх», «Коммунист Таджикистана», «Кизил Точикистон», «Комсомоли Точикистон», «Пионери Точикистон» (на таджикском и русском языках), «Аскари Сурх», журналы «Инкилоби мадани», «За социалистическую литературу», «Ленинским путем» (женский журнал) и 27 районных газет . Всё эти издания тесно сотрудничали с молодыми литературными кадрами.

Если в зарождении и формировании современной таджикской прозы основателем по праву считается устод Айни, то в поэзии эту роль, безусловно, занимает певец революции, поэт Лахути. Достойно внимания и то, что Лахути не ограничивался внутренними темами. Он придавал огромное значение борьбе советских народов и народов мира за социальную справедливость. Уже в начале 30-х годов он был уверен в неминуемом крахе новоявленного фашизма. Поэма «Мы победим», письмо председателя правления «Госиздата» А.Б. Холстова М. Горькому (во время его пребывания в Сорренто) являются подтверждением вышесказанного. В  первой половине 30-х годов написал самые лучшие свои произведения Пайрав. Среди них «Милитаристам Японии», «Кровавый трон», «Башня смерти», затрагивающие актуальные вопросы того времени.

Такие многообещающие литераторы,  как М. Турсун-заде, М. Миршакар, Р. Джалил, А. Дехоти, С. Улуг-заде, Х. Юсуфи, Х. Карим, Г. Абдулло и др., так же вошли в литературу со своими темами, своей неповторимой творческой индивидуальностью и художественным почерком.

Таким образом, можно сказать, что именно в 30-е годы происходит активное становление и развитие таджикской литературы, культурной жизни народа. Воспитание талантливых литературных кадров явилось очень важной  стороной этого плодотворного процесса. Таким образом, можно сделать следующие выводы:

1. Первые пятилетки развития социалистического общества оказали большое влияние на становление и укрепление науки и культуры, в особенности современной таджикской литературы. Десятки клубов, литературных организаций, новых художественных объединений способствовали воспитанию подрастающего литературного поколения.

2. Творчество таджикских писателей, поэтов и драматургов отличалось идейно - тематическим многообразием. Их интересовало всё, что происходило в стране. В атмосфере воспевания достижений народа, отображения борьбы народов мира за мир, дружбу и взаимопонимание развивалась таджикская литература, которая обрела свою специфическую художественную школу.

3. На таджикских литераторов, как и на весь советский народ, имели большое влияние идеи коммунистической партии. Несмотря на идеологическое давление, невозможно отрицать вклад компартии и советского строя в развитие всех сфер общества, в том числе сферы литературы и искусства.

         В заключении диссертации приводятся  наиболее важные выводы диссертанта по проделанной работе, а именно о роли и значении печати 30-х годов ХХ в  как стимулятора возрождения некогда прославленной культуры таджикского народа, пробуждения его самосознания и самопознания, ликвидации безграмотности, организации социальных, экономических, культурно-просветительских  институтов  развития народного хозяйства.

         Общеизвестно, что в 30-е годы ХХ в.  периодическая печать была и массовым проводником культурной революции, и организатором многих народных инициатив в проведении общественных мероприятий по внедрению принятых коммунистический партией  и правительством мер по улучшению жизненного уровня населения (Постановления  СНК Тадж. ССР, ЦК КП Тадж. ССР, ЦИК Тадж. ССР, ЦК ЛКСМ, Совпроф и др.).

         В заключении также приводятся выводы об усилении культурно-массовой работы, достижениях народа в деле обязательного всеобщего образования, о результатах деятельности курсов ликвидации безграмотности, причинах и стимулах перехода на латинскую графику, а позднее на кириллицу, роли и месте  зачинателей_этого мероприятия (А. Семенов,  А.Фрейман, А. Фитрат, непосредственное участие С. Айни в диспутах) по материалом таджикской периодической печати.

         Особое внимание уделяется тогдашнему сотрудничеству российских (русских) и европейских писателей с творческой интеллигенцией Таджикистана, помощи интернациональной бригады писателей (Б. Ясенский, Э.Э. Киш, Э. Глезер, Л. Лозовик, П. Кутюрье, О. Кюниц и др.) таджикским писателям по изучению действительности и созданию документальных произведений, образованию творческого союза писателей, проведению первого съезда писателей республики, организации издательского дела.

         Наряду с этими выводами даётся оценка направлений и развития самой периодической печати, подготовки и переподготовки национальных и местных кадров журналистики  и полиграфии (создание краткосрочных курсов подготовки рабоче - крестьянских корреспондентов, их съезд), в результате которых сформировалась плеяда по - новому мыслящих писателей - агитаторов и пропагандистов новой жизни. При наставничестве С. Айни и А. Лахути они создавали литературу грядущего поколения. Тогда литература и журналистика развивались бок на бок, взаимодействуя, оказывали благотворное влияние  и на периодику, и на журналистику, и на литературу  Советского Таджикистана. В этом и заключается огромная направляющая, вдохновляющая, воспитательная и созидательная роль печати 30-х годов ХХ столетия.

 

 

Основное содержание диссертации отражено в

публикациях:

I. Монографии:

  1. Очерки из истории таджикской периодической печати (20-30 годы).         Душанбе: Адиб, 1998. 99 с. ( на тадж. яз.).
  2. Реальная действительность и таджикская периодическая печать.                    Душанбе: Сино, 2000.  183 с. (на тадж. яз.).
  3. Публицистика и современность.  Душанбе: Шарќи озод, 2004. 138 с. (на тадж. яз.).
  4. Грани слова. Душанбе: Дониш, 2008. 94 с. (на тадж. яз.)

5. Литературные веяния в периодике  30-х годов. Душанбе: Сино, 2007. 55 с.  

( на тадж.яз.).

 

 I. Статьи, опубликованные в научных

сборниках и журналах:

  1. Устод Айни и некоторые вопросы печати // Вестн. ун-та. [ТГНУ] 1994. №2. С. 55-59.
  2. Бободжон Гафуров и «Овози точик» // Материалы республиканской научно–практической конференции, посвященной 90-летию Героя Таджикистана Б. Гафурова.  Душанбе, 1998.  С. 11–12 (на тадж.яз.).
  3. Новый взгляд на публицистику устода Айни // Журналистика и общество.  Душанбе, 1999. С. 27-29  (на тадж.яз.).
  4. Устод Лохути и газета «Овози точик» // Вклад молодых ученых в развитие науки.  Душанбе, 1999.  С. 98-100 (на тадж.яз.).
  5. Суть одной ответной статьи С.Айни // Вклад молодых ученых в развитие науки.  Душанбе, 1999.  С. 100-104 (на тадж.яз.).
  6. Таджикская печать в годы Великой Отечественной войны.// Материлы научно- практической конференции в честь 55-летия Победы. Душанбе, 2000.  С. 32-34 (на тадж.яз.).
  7. Образование и просвещение с точки зрения устода Айни // Материалы научной конференции молодых ученых Ленинабадской области.                       Худжанд, 2000.  С. 109-111 (на тадж. языке).
  8. Бободжон Гафуров - публицист газеты «Овози точик» // Вестн. ун-та. [ТГНУ].   2000.  № 3.  С. 150-153 (на тадж.яз.).
  9. Таджикистан с точки зрения зарубежных литераторов // Вестн. ун-та. [ТГНУ].  2000.  №3. С. 163-169 (на тадж.яз.).
  10. Историческая истина и культура таджиков // Материалы научно-теоретической конференции профессорско-преподавательского состава и студентов «День науки».  Душанбе, 2001. С. 206-207 ( на тадж.яз.).
  11. Проблемы негосударственного радио // Боли сухан. Душанбе, 2004.   С. 11-17 ( на тадж.яз.).
  12. История развития таджикского радио. Душанбе: Матбуот, 2005. 24с     (на  тадж.яз.).
  13.  Система продолжается // Дар моварои сухан. Душанбе, 2005.  С. 3-5. (на тадж.яз.).
  14. Образование и просвещение в публицистике устода Айни // Дар моварои сухан. Душанбе, 2005. С. 27-31( на тадж.яз.).
  15.  Академик Б. Гафуров в решении научных задач // Дар моварои сухан.  Душанбе, 2005. С. 91-94 ( на тадж.яз.).
  16.  Демократическое общество и проблемы доступа к источникам // Вестн.   

     межд. гуманит. ун – та. 2006. №2.  С. 7-11 ( на тадж.яз.).

  1.  Становление таджикского радио.  Душанбе: Ирфон, 2007.  24 с. (на рус.  

     яз.).

18. Проблемы и юбилеи. // Вестн. ун – та. [ТНУ]. 2008. №2 (48). С. 259-262.  

(на рус. яз.).

19. Печать как основа национального самосознания. // Вестн. ун – та.  

[ТНУ]. 2008. №2(48). С. 263-265.

20. Газета в историческом пути  // Вестн. ун-та. [ТНУ]. 2008. №3 (46). С. 214-   

217 (на тадж. яз.).

21. Проблемы воспитания журналистских кадров в 30-е годы. // Вестн. ун-

та. [ТНУ]. 2008. №3 (46). С. 222-224.(на рус.яз.).

Литературная газета. 1931. 19 апреля.

Поль Вайян  Кутюрье. В стране Темирлана. Журнально-газетное объединение.  М., 1933.  С.20.

Усманов И. Песнь Юлиуса // Точикистони Совети. 1985. 8 сентября.

См.: Раджаби М. Таърихи танкид ва адабиётшиноси.  Душанбе: Адиб, 1997.  .

Мирзозода Х. Муносибати партия ба адабиёт ва тарбияи кадрхои адабї // Садои Шарк. 1965. №7.  С. 143-150.

См.: Шукуров М.Р. История культурной жизни Советского Таджикистана. Душанбе: Ирфон, 1970. . Набиев А. Таърихи ташаккули Иттифоки нависандагони Точикистон.  Душанбе: Адиб, 2004.

Постановление ЦК ВКП (б) от 20 апреля 1932 «О перестройки литературно-художественных организации». // Из культурного строительства в Таджикистане. Душанбе: Ирфон, 1976. С.573.

Постановление ЦК ВКП (б) Таджикистана «О перестройке литературно-художественных организаций и организации Союза советских писателей Таджикистана». Там же. С. 574-576.

Тољикистони сурх. 1934. 28 апреля

Набиев  (Набавї) А. Таърихи ташаккули иттифоќи нависандагони Тољикистон. Душанбе: Адиб, 2004. С. 47

Рахимбоев А. Барои муваффаќиятнок њал кардани вазифањои таърихии панљсолаи дуввум бо њамроњии партия ба пеш. //БАС. 1934. № 5-6. С.3-6.

Точикистони сурх. 1934. 12-14 мая.

  Мирзозода Х. Адабиёт аз нуктаи назари хаёт. Душанбе: Ирфон, 1973. С.135. 

Айни С. Намунаи адабиёти тољик. Нашри чопхонаи нашриёти иттињодияи љамоњири шўравии сотсиалистї.  М., 1926. С.4.

Из истории культурного строительства в Таджикистане. Сб. документов. Душанбе: Ирфон, 1966. С.598-599.

Там  же. С.156.

Назарзода С. Ташаккули истилоњоти иљтимої- сиёсии забони тољикї дар садаи ХХ. Душанбе: Дониш, 2004.

Тоxикистони сурх. 1930. 18 март.

Каширина Т.В. Народное образование в Таджикистане, 1924-32 гг. Душанбе: Дониш, 1986.  С. 41

Барои маорифи коммунистї. 1933. 19 сентября.

Коммунист Таджикистана.  1935. 8 апреля.

Хољагии халќи РСС Тољикистон. Маљмўаи статистикї. Сталинобод: Нашрдавтољ, 1957. С.32.

Тољикистонии сурх. 1936. 11 октябр.

Таджикистан за 40 лет. Статистический сборник.  Душанбе, 1964.  С.200.

Обидов И. О Таджикской национальной школе – 50 лет. // Советская педагогика. 1974. № 11.  С. 113.

Шукуров М. Р. История культурной жизни советского Таджикистана.  Душанбе: Ирфон, 1970.  С.300.

Из истории культурного строительства в Таджикистане в 1924 – 1941 гг.  Душанбе: Ирфон, 1966.  С. 58.

См.: Хайдаров Г. Х. Альма – матер.  Худжанд, 2002. 380 с ; Того же: Былое и Думы. Худжанд, 2004. 396 с.

Абдуллаев С. Аз таърихи ташаккули матктабњои олии Тољикистон.  Хуљанд, 1997.  С. 67.

Шукуров М. Р. Революцияи маданї дар Тољикистон. Сталинобод: Нашрдавтољ , 1957.  С. 174

См.: Холджураев Х., Шагалов Е. Таджикскому сельскохозяйственному институту – 50 лет.  Душанбе: Ирфон, 1981.  С.68.

Таърихи адабиёти советии тољик, љ.1. Душанбе: Дониш, 1984. 

Таърихи адабиёти советии тољик, љ.2. Душанбе: Дониш, 1978. 

Таърихи адабиёти советии тољик. Назму насри солњои 20.  Душанбе: Дониш,  1984. С. 27.

Овози тољик. 1925.  № 47-48.

Овози тољик. 1927, № 144.

Роњбари дониш. 1928, № 4-5.  С. 30-32, № 6.  С. 15-19.

Роњбари дониш. 1928, № 1-2.  С. 27.

Овози тољик. 1927. № 138.

Айни С. Собр.соч. Т.5.  С.106. Данный очерк полностью рассмотрен в работах Л.Н.Демидчик, А.Саъдуллаева, А.Набиева, А.Сайфуллоева, И.Усмонова.

Айни С. Куллиёт, Ч.5.  Душанбе: Нашрдавтољ., 1963.  С.137.

См.: Таърихи адабиёти советии тоxик. Душанбе: Дониш, 1978. Т.2. С.60 -70.

Из истории культурного строительства в Таджикистане. Сб. документов. Душанбе: Ирфон, 1966.  С.576.

См.: Холик Мирзозода., Валї Самад. Сабт аст бар чаридаи олам… // Садои Шарк. 1983. №12. С.14-25.

Там же.

Холик Мирзозода, Вали Самад. Сабт аст бар чаридаи олам… // Садои Шарк. 1983. №12.  С.14-25.

Там же.

1 «Дар бораи њаракати  мухбирони  коргару  дењќон» (1 июли  соли  1925); «Сиёсати партия  дар соњаи  адабиёти бадеї»(18 июни  соли  1925); «Вазифањои  навбатии партия  дар соњаи  њаракати  мухбирони  коргару дењќон» (27 августи  соли 1927); «Дар  бораи  маорифи халќи Тољикистон » (6 апрели  соли  1930); «Оид ба сохтмони  маданї» (1июни соли 1930); «Дар  бораи  аз нав  ташкил  намудани  шабакаи  газетањо  ба муносибати  барњам  дода  шудани  округњо (11 августи  соли  1930); «Дар бораи  таълими  ибтидоии њатмии умумї» (25 июни соли 1930); «Дар  бораи  кори  партиявї оммавї дар  њудуди  фаъолияти МТС- њо» (16 октябри  соли  1930) ; «Дар бораи  кадрњои  коркунони  газета» (11 ноябри  соли 1930); «Љорї  намудани  таълими умумии њатмии кўдакони  њар  ду љинс» (11 октябри  соли 1930); «Дар бораи кори газетањои  районњои  ќишлоќї  ва матбуоти  поёнї» (18 январи соли 1931); «Дар  бораи  азнавсозии  њаракати  мухбирони  коргару деќон» (16 апрели  соли  1931); «Дар  бораи  бењтар  намудани газетањои  районї» (21 апрели  соли  1931); «Дар  бораи  донишкадањои  педагогї» (майи соли 1931); «Дар бораи  мактаби ибтидої ва миёна»  (5 сентябри  соли  1931); «Дар бораи  рўзномаи  сертираж» (4 декаби  соли 1931) ; «Дар  бораи  чорањои ташкили  газетањои  районї» (7 апрели  1932 ); «Дар  бораи  азнавсозии  ташкилотњои  адабї – бадеї» (10 апрели соли 1932); «Дар  бораи  рўзномањои «Сохтмони  Вахш» ва кумитаи њизбии райони Ќурѓонтеппа» (23 октябри  соли 1932); «Дар бораи  программањои  таълимї ва режим  дар  мактабњои  ибтидої  ва  миёна» (25 августи  соли  1932); «Дар бораи  китобњои дарсии  мактабњои  ибтидої  ва миёна» (21 феврали  соли 1933); «Маљлиси машваратии  республикавии  оид ба  маълумоти  педагогї» (апрели  соли 1933); «Дар бораи кори  шўъбањои  сиёсии МТС –њо, дар  бораи  муносибати  байни  шўъбањои  сиёсї  ва комитетњои  ноњиявии  њизб» (15 июни соли 1933); «Дар бораи љашн гирифтани  30- солагии фаъолияти  эљодии Абулќосим Лоњутї» (19 июни соли 1933); «Дар бораи  ташкили  чойхонаи  сурхи  намунавї» (14 апрели соли1934); «Дар бораи аз нав ташкил намудани  донишкадањо» (14 июни соли 1934); «Дар бораи чорањои  тараќќи додани  хољагї  ва маданияти  РСС Тољикистон» ( апрели соли 1935); «Дар бораи сохтмони  мактабњо  дар  соли 1936» (Апрели соли 1935); «Дар бораи наќшаи  нашри  рўзномањо  ва маљаллањо  барои соли 1935» (1 ноябри соли 1935);  «Дар бораи  кори таълим  додани  бесаводон ва чаласаводон дар Тољикистон» (14 феврали соли 1936); «Дар  бораи баланд бардоштани ихтисоси  муаллимон»     (октябри соли 1936) .                     

Шукуров М.Р. Револцияи маданї дар Тољикистон. Сталинобод: Нашрдавтољ , 1957; Его же. Очерки таърихи ташаккули маданияти социалистии тољик. (1917-1929гг). Душанбе: Ирфон, 1969; Его же: История культурной жизни советского Таджикстана.  Душанбе: Ирфон, 1970; Из истории культурного строительства в Таджикистане (сб. документов) в 1924-1941 гг. В двух томах. Т. 1. Душанбе: Ирфон, 1966; История культурного строительства в Таджикистане. Душанбе: Ирфон, 1983; Искандаров М. Из истории Советского строительства в Таджикистане. (1924-1929гг).  Душанбе: Ирфон, 1976; Кадыров А. Из истории создании Советской периодической печати Таджикистана (1924-1929) // Из истории культурного строительства в Таджикистане. Душанбе: Ирфон, 1968. Вып. 1.С. 157-173; Его же: Создание социалистической культуры в северном Таджикистане (11917-1924гг ). Душанбе: Ирфон, 1977; Масов Р. История топорного разделения. Душанбе: Ирфон, 1991; Абдуллоев С. Аз таърихи ташаккули мактабњои олии Тољикистон.  Хуљанд, 1997; Њайдаров Г.Х. Из истории создания культурно- просветительных учреждений в северном Таджикистане. // Очерки из истории северных районов Таджикистана.  Ленинабад, 1967.  С. 171-191; Каширина Т. Народное образование в Таджикистане в 1924-1932гг.  Душанбе: Дониш, 1986;

Мирзозода Х. Масъалањои асосии инкишофи назми советии тољик дар солњои 1917-1929. // Назаре ба таърихи адабиёти тољик.  Душанбе: Ирфон, 1966, љ. 45. Его же: Афкори рангин.  Душанбе: Ирфон, 1966; Его же: Муносибати партия ба адабиёт ва тарбияи кадрњои адабї. // Садои шарќ. 1965. С. 143-150; Его же: Основные вопросы идейно- эстетического развития таджикской советской поэзии двадцатых годов. // Автореф… дис. д. филол. наук.  Душанбе, 1968; Отахонова Х. А. Лоњутї ва С. Айнї. // Љашнномаи Айнї. Љузъи III. Душанбе, 1966; Очерки таърихи адабиёти советии тољик. Ќ.1-2.  Сталинобод: Нашрдавтољ. 1956; Раљабї М. Таърихи танќид ва адабиётшиносї.  Душанбе: Адиб, 1987; Табаров С. С. Айнї- основоположник таджикской советской литературы.  М.; Знание, 1969; Его же: Мунзим, Бењбудї. Душанбе, 2002; Таърихи адабиёти советии тољик. љ.1.  Душанбе: Дониш, 1984; љ.2. 1978; Њодизода Р. Аз гузашта ва њозираи адабиёти тољик.  Душанбе: Ирфон, 1974; Шарипов Х. Шоир ва шеър.  Душанбе: Адиб, 1998; Имомов М. Маънавият ва наќши зоњир. Душанбе: Адиб, 2000;

Асимова Б.С. Языковое строительство в Таджикистане. (1920- 1940гг).  Душанбе: Дониш, 1982; Њалимов С. Садриддин Айнї ва баъзе масъалањои инкишофи забони адабии тољик.  Душанбе: Ирфон, 1974; Њољиев С. Забони адабии тољик дар ибтидои асри XIX.  Душанбе: Адиб, 1992; Шукуров Ш. Хати тољикон. // Садои шарќ. 1989. № 1.  С. 103- 111; Ѓаффоров Р. Револютсияи октябр ва инкишофи забони адабии тољик.  Душанбе: Ирфон, 1979; Язык и общество.  М.: 1968; Маъсумї Н. Очеркњо оид ба инкишофи забони адабии тољик.  Сталинобод, 1959; Солибоев К.Х. К вопросу о переходе от арабского алфавита к латинской графике в Узбекистана. Самарќанд, Изд-во. СГУ им. Навои, 1961.  С. 145-147; Дьяков А. О летературном таджикском языке. // Правда Востока. 1928. 21 октября; Исматї О. Мубориза барои алифбои нав. // Тољикистони сурх. 1933. 21 июн; Имомов М. Айнї ва баъзе масъалањои табдили хат // Номаи пажўњишгоњ.Душанбе, 2001. С. 79-87; Назарзода С. Ташаккули ислоњоти иљтимої- сиёсии забони тољикї дар асри XX.  Душанбе: Дониш, 2004.

Маниёзов А. Публицистика ва назми устод С. Айнї.  Сталинобод: Нашрдавтољ, 1958; Амонов Р., Сайфуллоев А. Суњайлї Љавњаризода.  Сталинобод: Нашрдавтољ , 1960; Атобуллоев С. Саидризо Ализода.  Душанбе: Ирфон, 1976; Саъдуллоев А. Публицистикаи Турсунзода.  Душанбе: Адиб, 1988; Ќосим Р. Сухан аз устодон ва  дўстон. Душанбе: Ирфон, 1983; Љашни Бањром Сирус. - Душанбе: Дониш, 1977; Њайдаров С. Бободжон Ѓафуров публицист. // Автореф. дис. … канд. филол. наук. Душанбе, 1998; Ќутбиддинов А. Публицистика Мирсаида Миршакара. // Автореф. дис. … канд. филол. наук. Душанбе, 2004. Шоев М. Жанрово- тематические особенности очерков Фазлиддина Мухамадиева. // Автореф. дис. … канд. филол. наук.  Душанбе, 2003.

75- лет «Народная газета». 1925-2000.  Душанбе, 2001; Родом из газеты. Размышления по поводу, или околоюбилейные мысли.  Душанбе, 2001; Ойинаи миллат (80 солагии «Љумњурият»). Душанбе: Эљод,  2005; Љашни 60-солагии «Садои шарќ». // Садои шарќ, 1987. № 12; Олимов М. Роњи пуршараф. (Дар бораи 50- солагии журнали «Коммунисти Тољикистон»). Душанбе: Ирфон, 1986; Усмонов И. 50-лет «Комсомоли Тољикистон». // Журналистика. ч.2. Душанбе, 2005; Њошим Р. Аввалин маркази илмї. Душанбе: Ирфон, 1985; Ошёни булбулон.  Душанбе: Ирфон, 1990; Таджикскому радио 50 лет. Душанбе: Ирфон, 1980; Набиев А. Таърихи ташаккули иттифоќи нависандагони Тољикистон. (Ба муносибати 70-солагии иттифоќи нависандагони Тољикистон). Душанбе: Адиб, 2004.

Коммунист Таджикистана. 1930. 30 сентября.

Ойинаи миллат.   Душанбе: Эљод, 2005. 205с.

Усмонов И. Журналистика. Ќ.1. Душанбе: Империал Групп, 2005; Его же: Журналистика. Ќ.2.  Душанбе: Империал Групп, 2005; Его же: Ёрдамчии содиќи партия.  Душанбе, 1975; Его же: Печать и международная пропаганда.  Душанбе:  Дониш,  1980; Его же: Назарияи публицистика. Душанбе: Шарќи озод, 1999; Его же: Таърихи матбуоти тољик.  Душанбе: Маориф, 1997; Его же: Печать советского Таджикистана. // Распростронения печати.  М.: 1980. №6.  С.12-15; Усмонов Љ., Ѓаффоров У. Матбуот ва мухбирони коргару дењќон.  Душанбе: Ирфон, 1975; Его же: Тараќќиёти матбуоти советї дар Тољикистон.  Сталинобод: Нашрдавтољ, 1957; Его же: Матбуоти Тољикистони советї.  Душанбе, 1974; Азимов А. Воќеияти зиндагї ва матбуоти тољик.  Душанбе: Сино, 2000; Его же: Очеркњо аз таърихи матбуоти тољик (солњои 20-30-юм). Душанбе: Адиб, 1998; Его же: Публитсистика ва замони муосир.  Душанбе: Шарќи озод, 2004; Дайлами Ќ. Оѓози кор. // Комсомоли Тољикистон. 1968. 24 январ; Нуралиев А., Саъдуллоев А. ва диг. Журналистикаи советии тољик.  Душанбе: Ирфон, 1989; Айнї С. Ахгари инќилоб.  Душанбе: Ирфон, 1974; Оташи мењр.  Душанбе: Адиб, 2001; Саъдуллоев А. Аз дида ба дил рафта. //  Душанбе: Адиб. 2001; Њошим Р. Њамсоли республика. // Садои шарќ. №10. С. 119-121; Садруллин Ш. Айнї ва матбуоти тољик. // Њаќиќати Ўзбекистон.  1964. 11 октябр; Њошим Р. Ба газетчигии мо як назар. Самарќанд. 1932. Ба муносибати 20 солагии баромадани якумин газетаи тољикї «Бухорои шариф» ва љашни 8 солагии «Њаќиќати Ўзбекистон»; Атовулло Х. Пайванди пайкарањо. Душанбе, 2000.

Айни С. Ахгари инќилоб.  Душанбе: Ирфон, 1974.  С.5.

Усмонов И.К. Асосгузори публицистикаи точик // Хаќиќати Узбекистон. 1971. 12 май.

См.: Азимов А. Публицистика ва замони муосир.  Душанбе: Шарки озод, 2004.

Усмонов И., Давронов Д. Таърихи матбуоти тољик. Душанбе: Маориф, 1997. С. 95

Усмонов И. Журналистика. Ч. 1. Душанбе: Империал Групп, 2005. С.59

Усмонов Ч., Гаффоров У. Матбуот ва мухбирони коргару дењrон.  Душанбе: Ирфон, 1985.  С.40.

75 лет «Народной газете» .  1925 – 2000.  Душанбе, 2001. С. 57.

Усмонов И., Давронов Д. Таърихи матбуоти точик. Душанбе: Маориф, 1997.  С.84

См.: Шукуров М.Р. Револютсияи маданї дар Точикистон. Сталинобод: Нашрдавточ, 1957; Хайдаров Г.Х. Из истории создания культурно-просветительных учреждении в северном Таджикистане (1917 – 1920). Очерки из истории северных районов Таджикистана.  Ленинобод , 1967; Усмонов Ч., Гаффоров У. Матбуот ва мухбирони коргару дехкон.  Душанбе: Ирфон, 1975; Усмонов И., Давронов Д. Таърихи матбуоти точик. Душанбе: Маориф, 1997; Усмонов X. Тараќќиёти матбуоти советї дар Точикистон. Сталинобод, 1958.

Ошёни булбулон. Душанбе: Ирфон, 1990.  С. 7.

Шукуров М.Р. История культурной жизни советского Таджикистана (1917- 1929). Ч. С.1. Душанбе: Ирфон, 1970. С. 391.

Там же. С. 393.

Роњбари дониш. 1928. № 11-12.  С.6.

Валиходжаев А. Оид ба соддакунии забони китобии тољикї // Роњбари дониш. 1929. № 5. С.11.

Роњбари дониш. 1928. № 5-6. С.39.

См.: Асимова Б.С. Языковое строительство в Таджикистане. 1920 - 1940. Душанбе: Дониш, 1982.

Бойгонии давлатии Тољикистон. Ф. 162. оп. 1. л. 310. л.33.

Айнї С. Масъалаи таърихї  // Роњбари дониш. 1928. №12. С. 15-18.

См.: Газетаи муаллимон. 1939. 14 июн.

Коммунист Таджикистана. 1939. 18 июня.

Имомов М. С.Айнї ва баъзе масъалањои табдили хат // Номаи пажўњишгоњ.  Душанбе,  2001. С. 97.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.