WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Отражение фрагментов русской языковой картины мира в предикативных стереотипных сочетаниях

Автореферат докторской диссертации по филологии

 

На правах рукописи

БУКАРЕНКО Светлана Григорьевна

ОТРАЖЕНИЕ ФРАГМЕНТОВ РУССКОЙ ЯЗЫКОВОЙ КАРТИНЫ МИРА

В ПРЕДИКАТИВНЫХ СТЕРЕОТИПНЫХ СОЧЕТАНИЯХ

 

Специальность 10.02.01 – русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

Москва – 2009

Работа выполнена на кафедре современного русского языка

Московского государственного областного университета

Научный консультант -               Лекант Павел Александрович,

заслуженный деятель науки РФ,

доктор филологических наук, профессор

Официальные оппоненты:          Монина Тамара Степановна,                                                                       доктор филологических наук, профессор

(Новый гуманитарный институт, г. Электросталь)

                                                        Алтабаева Елена Владимировна,                                                                         доктор филологических наук, профессор

(Мичуринский государственный педагогический                    институт)

Колесникова Светлана Михайловна,

                                                        доктор филологических наук, профессор

(Московский педагогический государственный                                   университет)

Ведущая организация:                          Московский государственный гуманитарный университет

                                                         им. М.А. Шолохова

         Защита состоится 3 декабря 2009 г., в 15.00 часов, на заседании диссертационного совета Д 212.155.02 по защите докторских и кандидатских диссертаций (специальности: 10.02.01 – русский язык, 13.00.02 – теория и методика обучения и воспитания [русский язык]) при Московском государственном областном университете по адресу: 105005, Москва, ул. Энгельса, д. 21-а.

         С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного областного университета по адресу: Москва, ул. Радио, д. 10-а.

        

Автореферат разослан «___» _________ 2009 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор филологических наук,

профессор                                                                            В.В. Леденёва

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Исследование языковой картины мира, берущее свое начало от работ В. фон Гумбольдта, гипотезы лингвистической относительности Сепира – Уорфа, относится к числу наиболее актуальных проблем, определяющих отличительную черту современной лингвистики, в том числе русистики (Н.Ф. Алефиренко, Ю.Д. Апресян, Н.Д. Арутюнова, В.М. Богуславский, Т.В. Булыгина, Т.И. Вендина, Г.А. Волохина, В.Г. Гак, Н.А. Герасименко, Анна А. Зализняк, В.И. Карасик, Ю.Н. Караулов, Е.В. Клобуков, В.В. Колесов, М.А. Кронгауз, Е.С. Кубрякова, В.В. Леденёва, В.А. Маслова, А.А.Мельникова, Л.Н. Михеева, З.Д. Попова, Е.В. Рахилина, Ю.А. Рылов, В.З Санников, Ю.А. Сорокин, Ю.С. Степанов,  И.А. Стернин, В.Н. Телия, Е.В. Урысон, Н.В. Уфимцева, А.Т. Хроленко, О.В. Шаталова, А.Д. Шмелёв, Е.С. Яковлева и др.).

Интерес к ЯКМ как путь к познанию самого главного - носителя языка - возник не на пустом месте, не неожиданно, ибо «классическая русская грамматика (которую сейчас называют ”традиционной”, вкладывая в это слово оттенок легкого пренебрежения), никогда не забывала о человеке, о “языковой личности”» [Лекант 2007: 3]. Обращение к трудам русских лингвистов прошлого (к работам Ф.И. Буслаева, А.М. Пешковского, А.А. Потебни, А.А. Шахматова, Л.В. Щербы, В.В. Виноградова и др.) с позиций современного прочтения позволяет увидеть важные моменты для решения ключевой проблемы - какие языковые единицы отражают ЯКМ. В настоящее время «в лингвистике нет пока ясного представления о том, какие языковые единицы составляют эту картину мира, потому что ее элементы обнаруживаются на всех уровнях языковой системы – от фонетики до текста» [Караулов 1999: 89, 90]. В предлагаемом исследовании эта точка зрения разделяется. Более того, считается, что есть ещё один тип экспликации ЯКМ – предикативные стереотипные сочетания (сочетания условного подлежащего /П/ и условного сказуемого /СК/), автоматически воспроизводимые при мгновенной реакции СК-ым на предложенное П-стимул Дождь…®идет, Москва…® - столица, Рябина®  красная, Километр…® пройден. Исследование этих сочетаний может показать, что для носителей русского языка является максимально значимым, поскольку закрепилось как стереотипное и вошло в общий фонд необходимых предварительных знаний [Гак 1977: 20], в соответствующий аспект ЯКМ.

Ещё Л.В. Щерба обратил внимание на такое явление: «…наш язык… имеет громадный ассортимент готовых шаблонов, готовых фраз и даже готовых мыслей. И это естественно…» [Щерба 1957: 131]. Принципиально важным для понимания сущности указанных сочетаний является следующее замечание А.М. Пешковского: «Если многие мысли столь просты, что не кажутся нам результатом этой внутренней работы (например, мысль, что снег бел, что огонь жжется, что один да один – два), то это объясняется только тем, что эту работу мы проделали в самом раннем возрасте, когда впервые продумали эти мысли, и с тех пор привыкли пользоваться результатами этой работы, не вспоминая о самой работе» [Пешковский 2001: 169 (курсив мой – С.Б.].

Рассмотрение стереотипных сочетаний в числе средств отражения национальной ЯКМ обусловлено новым подходом к осмыслению сочетаемости: «…лингвистическое исследование сочетаемости может воссоздать тот образ действительности, который человек имеет в виду, когда говорит и понимает. Обычно его называют языковой картиной мира» [Рахилина 2000: 11]. Сочетаемость стала рассматриваться не просто как техника языка, а «тоже своеобразное свойство “культурной памяти”» [Хроленко 2004: 82]. В этой памяти особое место занимают предикативные стереотипные сочетания, фиксирующие ситуацию застывшего процесса установления типичного признака познаваемого объекта и его результата.          Ранг любых предикативных сочетаний весьма высок: 1) «славянское подлежащее,…вероятно, связано с фокусным вниманием» [Кибрик 1994: 126-139] (значит, обозначаемое им оценивается носителями языка как существенное для познания); 2) сочетаемость П и СК отражает ход человеческой мысли, который «состоит из парных толчков: объясняемого и объясняющего» [Потебня 1968:8]. Ранг предикативных стереотипных сочетаний самый высокий, поскольку они отражают эталоны-инварианты наиболее значимых для человека ситуаций, необходимые для мгновенной оценки аналогичных, но уже конкретных ситуаций, а потому сохраняемые в памяти. «Способность к обобщению и нахождению инварианта – древнейший механизм ориентирования в среде, возникший у животных еще задолго до появления человека» [Горелов 1987: 12]. Сформировавшаяся система предикативных стереотипных сочетаний является отражением системы фрагментов ЯКМ в её эталонно-предикативном аспекте.

Актуальность исследования определяется:

  • потребностью восполнения сведений о фрагментах ЯКМ, в том числе в эталонно-предикативном аспекте, зафиксированном в предикативных стереотипных сочетаниях;
  • интересом современного человека к познанию самого себя и своего народа, чему, в частности, способствует познание предпочтений, фиксируемых доминантами предикативных стереотипных сочетаний;
  • тенденцией интерпретировать факты, закономерности, выявленные традиционным языкознанием, с позиций ЯКМ, что в данном случае применяется по отношению к предикативным стереотипным сочетаниям;
  • поставленной перед лингвистами задачей ввести сочетательные свойства главных членов двусоставного предложения в дефиниции П и СК [Ермакова 1974: 243], которая не может быть решена без выяснения, «при каком типе подлежащего предпочитается определенный тип сказуемого» [Обзор 1973: 38];
  • возможностью широкого практического применения результатов исследуемой проблемы.
  • обоснованным устойчивым вниманием в мировой научной литературе к исследованию языковой личности методом словесных ассоциаций (Kent G. H. and Rosanoff A. J. 1910; Birren, 1978; Deese J.1965; Gerow J. R. and Pollio H. R. 1965; Postman L. 1970); к поискам языковых доминант, в число которых входят языковые универсалии (Wierzbiska 1992); к языковым стереотипам (Bartminski 1985; Barsalou L.W. 1992); к языку как инстинкту (Пинкер С.).

Объектом исследования являются некоторые основные фрагменты русской ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте, отраженные в соответствующих предикативных стереотипных сочетаниях.

Предметом исследования являются доминанты фрагментов ЯКМ, определяемые по частотности отражающих их предикативных стереотипных сочетаний.

         Цель диссертационной работы заключается в доказательстве системности фрагментов русской ЯКМ на основе системности доминант предикативных стереотипных сочетаний, отражающих их.

Основные задачи работы, вытекающие из поставленной цели и рассматриваемые в соответствующих четырёх главах:

  • рассмотрение фрагментов как макроединиц системы ЯКМ и предикативных стереотипных сочетаний как микроединиц системы комплексов, отражающих эти фрагменты;
  • выявление доминант системы фрагментов ЯКМ номинативного уровня на основе доминант системы предикативных стереотипных сочетаний;
  • описание механизма предикативной стереотипной сочетаемости, обеспечивающего возможность отражения системы фрагментов ЯКМ с помощью построения соответствующих сочетаний;
  • изучение сбоев в реализации механизма сочетаемости предикативных сочетаний как функционирование рассматриваемой стереотипной системы в режиме нейтрализации, расширения или сужения.

         Научная гипотеза.Фрагменты ЯКМ, отраженные в предикативных стереотипных сочетаниях, представляют собою систему, сохраняемую в памяти как эталон, подобно таблице умножения, с целью экономии познавательных усилий. Эта система, будучи результатом многовековой селекции целого народа по выявлению наиболее типичного в познавательном процессе, для каждого конкретного носителя языка функционирует как система-вариация, реализующаяся вероятностно, с проявлением доминант-предпочтений.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. Фрагменты ЯКМ, познать которые можно только посредством языковых экспликаторов, имеют ещё один способ отражения – предикативные стереотипные сочетания, мгновенно извлекаемые из памяти носителями языка.

2. Фрагменты ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте представляют собою систему, в основе которой лежит отражение экстралингвистической ситуации отбора и сохранения в памяти в виде застывших наиболее существенных моментов процесса познания объекта по его сторонам («видимой»/ «невидимой» - «П»/ «СК») и доминирующих результатов.

3. Система фрагментов ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте, судя по отражающей их системе доминирующих предикативных стереотипных сочетаний, является весьма ограниченной и замкнутой в соответствии с принципами любой системы эталонов.

4. Системность фрагментов ЯКМ отражается в системности отражающих их предикативных стереотипных сочетаний.

5. Предназначенность предикативных стереотипных сочетаний для отражения фрагментов ЯКМ обусловливает наличия у них комплекса соответствующих свойств-признаков.

6. Последовательность значимости отражаемого анализируемыми сочетаниями, осознаваемая носителями русского языка, имеет две проекции - на ось селекции и на ось комбинаторики.

Научная новизна диссертации заключается: 1) в исследовании фрагментов русской языковой картины мира на материале предикативных стереотипных сочетаний, полученных в результате проведенного автором направленного ассоциативного эксперимента, 2) в доказательстве их системности.

Теоретическая значимость заключается:

1) в постановке проблемы отражения фрагментов ЯКМ в предикативных стереотипных сочетаниях, причем как в определенной их системе;

2) в разработке методики комплексного анализа, необходимого для исследования проблемы отражения фрагментов ЯКМ в предикативных стереотипных сочетаниях, что соответствует общему направлению в развитии науки – синтезу;

3) в расширении объема понятия фрагментов ЯКМ (путем рассмотрения их в эталонно-предикативном аспекте) и их экспликаторов (посредством введения понятия предикативного стереотипного сочетания - предикативного стереотипизма);

4) в расширении представления о фундаментальных оппозициях значимого/незначимого, «свой»/ «чужой», часть /целое и др. на базе выявленных доминант анализируемых фрагментов ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте;

5) в выявлении основных принципов действия эксплицитно-имплицитного механизма сочетаемости, действующего в предикативных стереотипных сочетаниях, и в составлении на их основе вероятностно-прогнозирующих таблиц.

6) в возможности продолжить исследование остальных фрагментов с целью получения полного представления о ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте, а также в допустимости экстраполяции разработанной методики на анализ других лингвистических объектов.

         Практическая значимость работы определяется возможностью выхода на решение ряда проблем, связанных с познанием русского языка его пользователями (в широком смысле):

1) на проблему составления словарей грамматики более высокого уровня, полнее и корректней фиксирующих особенности русской ЯКМ благодаря увеличению объема экспериментального материала и результатов его обработки: «Только с его [эксперимента – С.Б.] помощью мы можем действительно надеяться подойти в будущем к созданию вполне адекватных действительности грамматики и словаря» [Щерба 1974: 32];

2) на проблему последовательности подачи информации в словарях: от осознаваемого носителями языка наиболее типичным и значимым к наименее;

3) на проблему создания словарей направленных ассоциаций (экспериментальный материал данной работы и способ его обработки лег в основу одного из разделов проекта словаря «Словаря сочетаемости подлежащего и сказуемого» [Букаренко 1992]);

4) на проблему установления межпредметных связей: результаты исследования могут быть использованы в курсах по современному русскому языку, по когнитивной лингвистике и психолингвистике, лингвокультурологии, коммуникативной лингвистике, этнопсихолингвистике, литературоведению и др.;

5) на проблему разработки методики обучения языку, основанной на изучении фрагментов ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте, как направленной на формирование «инвариантного образа мира, …способного служить ориентировочной основой для эффективной деятельности человека в нем» [Леонтьев 2003: 273];

6) на проблему изучения эксплицитно-имплицитного механизма сочетаемости в предикативных сочетаниях, особенно с иностранцами, методика обучения которых скрытой грамматике представляет особую трудность [Всеволодова 2000: 378];

7) на проблему педагогической и медицинской диагностики, а также коррекционного и восстановительного обучения [Леонтьев 1977: 16; Цветкова 1988: 92-94.].

         Материал исследования представлен предикативными стереотипными сочетаниями, полученными в результате проведенного автором направленного ассоциативного эксперимента (42 289 реакций-СК на 740 П-стимулов). Использование для достижения поставленной цели традиционного материала – извлечений из текстов – невозможно, поскольку

рассматривается отражение не конкретной, а наиболее типичной ситуации, т.е. ситуации ‘вообще’.

Материал, полученный в результате проведенного эксперимента, относится к ряду фрагментов ЯКМ. Восемь из них анализируются в работе: «Человек», «Животные», «Насекомые», «Микроорганизмы», «Растения», «Пространство», «Время», «Указание». Этот материал приведен в виде частотных последовательностей, построенных по принципу градуальности [Колесникова 2007: 47-51] с начальным вершинным сочетанием, обычно резко отличающимся по количеству даже от последующего. Опыт ассоциативных словарей позволяет представить их аналогичным образом: Голова болит 121; думает 13; кружится 12; работает 8; идет (кругом), вымыта 3; лежит, закружилась, вертится, поседела, шумит, ясная 2 и т.д.

         Методы исследования применяются комплексно. Они включают метод лингвистического наблюдения и описания, структурно-семантический, сравнительно-сопоставительный метод, метод доминантного анализа, использующего количественную обработку материала, метод полевого описания, трансформационный метод, метод компонентного анализа, метод направленного ассоциативного эксперимента и др.

Особенность применения метода направленного ассоциативного эксперимента для исследования предикативных стереотипных сочетаний заключается в использовании в качестве стимула П с просьбой мгновенно назвать к нему СК.

Выбор именно П в качестве стимула обоснован результатами проведенного автором эксперимента по устранению логической несовместимости (Шар – квадрат, Зелень синяя, Мороз горячий и др.). Испытуемые исправляли не П, а СК, фиксируя тем самым закрепленность в языковом сознании в качестве исходного П, а не СК [Букаренко 1978: 80].

В направленном ассоциативном эксперименте, проводимом с 1984 по 2009 год, участвовал 1691 испытуемый (82% женского пола и 18% мужского). Для выявления наиболее чётких закономерностей достаточным считается опрос 1000 испытуемых [Леонтьев А.А. 1977: 13]. Особенность установки, назвать к П-стимулу СК-ое, потребовала привлечения в качестве испытуемых студентов-филологов.

Наличие единично употребленных сочетаний объясняется не столько спецификой индивидуальной ЯКМ (хотя этого нельзя отрицать [Постовалова 1988:32]), обусловлено рядом причин. Одной из них является самая последняя запомнившаяся информация. Так, если в недавнем прошлом испытуемым была куплена лодка, то при мгновенной реакции его ответом будет Лодка куплена (вместо Лодка плывёт)при сохранении остальных сочетаний стереотипными,т. е: Стол стоит, Картина висит и т.д.

Методологической основой исследования являются следующие положения:

1) наличие аналитических суждений, противопоставленных синтетическим [Кант 1965: 80]; см. обращение к этой идее в языкознании [Буслаев 1992: 194; Потебня 1968: 60 - 67; Гак 1968: 11; Степанов 1981: 251,252; 1985; 2001: 324;];

2) осмысление идеи картины мира как методологического приема, имеющего объясняющую силу [Хроленко 2004: 55];

3) признание национальной специфики ЯКМ [Гумбольдт 1985: 373; Щерба 1957: 53; Чесноков 1992, 2006 и др.];

4) доказательство тимиологического ранжирования элементов мира [Пеньковский 2004: 51];

5) выделение синтаксических концептов [Волохина, Попова, 1999; 2000, 2004; Казарина 2002; Очирова 2008: 155-157 и др.];

6) рассмотрение различных видов П как системы [Лекант 1992: 320];

7) выявление длинного семантического компонента [Степанов 1981: 352; см. также 257 - 276]; признание семантического сочетания слов законом [Гак 1998, Арутюнова 1974, Булыгина 1997 и др.];

8) признание скрытой грамматики [Кацнельсон 2002: 82]; см.: также: Т.В. Булыгина, В.Г. Гак, В.А. Звегинцев, Г.Г. Матвеева, Пеньковский; Б.Л. Уорф и др.; предпосылки этой идеи см.: А.М. Пешковский, А.А. Потебня, А.А. Шахматов, Л.В. Щерба;

9) установление направленности речевой деятельности накопленным организмом вероятностным опытом с использованием механизма вероятностного прогноза [Фрумкина 1971: 3];

10) использование мгновенных ассоциативных реакции в качестве средства обнаружения связей в языковом сознании [КСКТ 1996: 68], в том числе доминирующих и др.

Объективность исследованности темы обеспечивается:

- указанным объемом проанализированного материала;

- использованием комплекса методов и приёмов исследования;

- возможностью повторения проведенного эксперимента;

- проверкой приводимых реакций излагаемого любым носителем языка на основе автоматического обращения к собственному языковому опыту;

- совпадением ряда выводов работы с выводами, полученными другими исследователями на другом материале и другими методами;

- соотносительностью результатов, полученных на оси селекции и на оси комбинаторики.

Апробация и внедрение результатов. Основные теоретические положения изложены в 71 научной статье, 9 из которых опубликованы в в рецензируемых научных изданиях, включенных в реестр ВАК Министерства образования и науки РФ, а также одной монографии, полностью отражающих содержание диссертации. Материалы исследования обсуждались на заседаниях кафедры современного русского языка МГОУ. Доклады по материалам исследования были представлены на III Международном конгрессе исследователей русского языка (МГУ, 20-23 марта 2007 г.), на научных и научно-практических международных, республиканских и региональных конференциях (Москва, Ростов-на-Дону, Мичуринск, Пенза, Самара, Таганрог). Результаты исследования используются на лекциях и спецсеминарах в Таганрогском государственном педагогическом институте.

Структура диссертации. Работа состоит из введения, четырёх глав, заключения, библиографического списка и приложения.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении рассматривается актуальность исследования, его объект и предмет, цель и задачи, выдвигаемая научная гипотеза; формулируются положения, выносимые на защиту; отмечается научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы, обосновывается выбор материала и методов исследования, обеспеченность объективности исследованности темы; указывается апробация и внедрение полученных результатов, а также структура и объём работы.

В первой главе «Фрагменты как макроединицы системы ЯКМ и предикативные стереотипные сочетания как микроединицы системы комплексов, отражающих эти фрагменты» фрагменты и указанные сочетания рассматриваются как единицы системы.

1.1. Фрагменты анализируются как макроединицы системы ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте. Под термином языковая картина мира в эталонно-предикативном аспекте понимается та её разновидность, которая эксплицируется системой предикативных стереотипных сочетаний, знание которой сохраняется в языковой памяти с целью оперативного использования в качестве эталона (нормы, точки отсчета) для оценки конкретной ситуации с точки зрения типичное/нетипичное (старое/новое, известное/неизвестное). Система таких эталонов, представляющих готовые, как бы табличные результаты уже осуществленных и застывших процессов установления признаков объектов познания, позволяет существенно ускорять осмысление конкретной ситуации, несмотря на экономию познавательных усилий. Так, сочетание Гром гремит оценивается как проявлениеавторской оригинальности сразу же благодаря невольному и мгновенному соотнесению со стереотипным сочетанием Гром гремит [Халикова 2004: 117-144].

Допустимость введения термина фрагменты ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте обусловлена допустимостью неоднозначного толкования понятия ЯКМкак «орудия», необходимого для достижения поставленной цели исследования [Корнилов 2003: 4].

Понимание термина фрагмент ЯКМ в научной литературетакже неоднозначно. В данной работе он понимается как макроединица системы ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте. При таком подходе фрагменты представляют собою вертикально-горизонтальную систему, судя по такой организации отражающих их комплексов стереотипных сочетаний.

Вертикальноепротивопоставление фрагментов, т.е. отличающихсястепенью отвлеченности, проявляется в наличии такого же противопоставления предикативных стереотипных сочетаний, как и свободных предикативных сочетаний. Эта оппозиция фиксируется двумя противопоставленными формами П, отражающими две противопоставленные точки отсчета, используемые на начальном и конечном этапах познания объекта по двум его сторонам - «видимой» и «невидимой» («П» и «СК»). Предикативные сочетания с номинативным П рассматриваются как относящиеся к нижнему уровню, с инфинитивным – к верхнему. В работе приводятся модели, относящиеся к каждому уровню, и доказывается возможность их последовательной трансформации, приводящей на основе тождества [Монина 1995] к образованию системной замкнутости и исчерпанности.

Система моделей вертикального уровня в полном объеме лежит в основе свободных предикативных сочетаний, но только две из них в результате селекции вышли на уровень, соответствующий предикативным стереотипным сочетаниям максимальной частотности. Это модель с номинативным П Это есть 81,5% и модель с инфинитивным П Быть этим таково 58,4%. Они отражают наиболее значимые этапы в познании объекта по его «видимой»/ «невидимой» сторонам - начальный и конечный.

Реализация в предикативных стереотипных сочетаниях редуцированного варианта системы не означает отсутствия её. Поэтому в работе утверждается системность предикативных стереотипных сочетаний. Эта двухуровневая (вертикальная) система предикативных стереотипных сочетаний в её редуцированном варианте является отражением соответствующей системной организации фрагментов ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте.

Нижний и верхний уровни вертикального противопоставления фрагментов имеют также горизонтальное противопоставление.

В основе противопоставления на верхнем горизонтальном уровне лежит оппозиция человек / не-человек, которую можно рассматриватькак одно из проявлений «свой»/ «чужой». Антропоцентрический подход проявляется в том, что человек принимается за точку отсчета. Это тот же принцип отсчёта от известного объекта, который используется при вертикальном противопоставлении уровней.

На верхнем горизонтальном уровне указанный подход выражается в противопоставлении двух групп фрагментов. Среди них точкой отсчета является фрагмент, отражаемый предикативными стереотипными сочетаниями с П-инфинитивом, обозначающим независимое действия, свойственное только человеку: Читать – это значит думать, а также Быть читателем интересно. Этот фрагмент противопоставлен второму как не имеющему отношения к человеку: Ржаветь – это значит покрываться ржавчиной. Таким образом, из данной группы исключена модель Быть ржавым интересно. Она всегда воспринимается как отнесенной к первой.

На нижнем горизонтальном уровне антропоцентрический подход получает свое выражение в противопоставлении фрагментов по тому же принципу человек/ не-человек» [Гумбольдт 1984: 114]. Эта оппозиция весьма существенна для носителей языка [КСКТ 1997: 25]. В пределах объединения фрагментов «Не-человек» носители русского языка осознают различные степени удаленности от точки отсчета - фрагмента «Человек», определяемые степенью их значимости для себя. Первую степень удалённости имеет фрагмент «Животные». Определение границ этого фрагмента представляет собою проблему, решающуюся неоднозначно в связи с НКМ и ЯКМ [Щерба 1974: 280]. Исходным принят следующий подход: «НКМ и ЯКМ существуют параллельно, влияя друг на друга…Корнилов 2003: 19]. Это понимание имелось в виду при подготовке материала для проведения специального эксперимента, описанного в данной главе работы, и при трактовке его результатов. Полученные данные показали, что даже у людей, имеющих неполное высшее образование, доминирует ЯКМ относительно фрагмента «Животные». На основании данных эксперимента отдельно были выделены фрагменты «Человек»/ «Животное»/ «Насекомое»/ «Микроорганизм» и в указанной последовательности. Достоверность основных моментов данной последовательности по степени близости к человеку (следовательно, значимости) подтверждается определенным совпадением её с последовательностью членов однородного ряда, т.е. соотносительностью по оси селекции и комбинаторики. Обязательной точкой отсчета является человек, а в основе степени значимости, проявляющейся в последовательности фрагментов, связанных с животным, лежит его размер. Ср. приведенную выше последовательность на оси селекции и данную далее на оси комбинаторики: Ни человек, ни животное, ни насекомое никто уже неборется с истомой(Д.Э. Розенталь 1965: 107): Люди, львы, орлы и куропатки, рогатые олени, гуси, пауки, молчаливые рыбы, обитавшие в воде, морские звёзды и те, которые нельзя было видеть глазом, - словом всежизни, всежизни, совершив печальный круг, угасли(А.П. Чехов. Чайка).

Место фрагмента «Растения» в ЯКМ уже выявлено [Клобуков 2007:39].

Всё сказанное позволяет предположить, что выбранные для анализа номинативные фрагменты в горизонтальном направлении носителями русского языка интуитивно располагаются в следующей последовательности: («Человек») « («Животное в узком смысле» ® «Насекомое» ® «Микроорганизм» ® «Растение» …® «Пространство» ® «Время».

Кроме указанного внешнего противопоставления, почти каждый фрагмент имеет ещё внутреннее системное противопоставление подфрагментов, основанное на оппозиции целое/ часть целого.

1.2. Фрагменты ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте эксплицируется комплексами предикативных стереотипных сочетаний. Каждому фрагменту соответствует свой комплекс-система, состоящий из микроединиц – предикативных стереотипных сочетаний. Посредством этих комплексов каждый фрагмент проявляет присущий ему языковой образ, на основании которого как интегрирующего и дифференцирующего целого осуществляется «деление» ЯКМ на части-фрагменты.

Предназначенность предикативных стереотипных сочетаний выполнять функцию отражения  фрагментов ЯКМ обусловила ряд их особенностей. Несмотря на сохранение формы предложения, состоящего из условных П и СК, они утрачивают статус коммуникативной единицы, свойственный предложению (свободному предикативному сочетанию). В соответствии с этим они имеют только следы предикативности, переходя в статус особых номинативных единиц (единиц наименования ситуаций познания признака объекта) и приобретая характерную для них воспроизводимость.

Предикативные стереотипные сочетания а) представляют собою отпочковавшийся (подобно некоторым наречиям) член модально-временной парадигмы; б) имеют «стереотипную» форму – набор «застывших» форм для выражения стереотипного значения и зафиксированную сочетаемость; в) совмещают признаки фразеологизма и свободного предикативного сочетания, что ставит вопрос об их особом статусе в системе единиц языка. Все эти признаки позволяют предикативным стереотипным сочетаниям отражать фрагменты ЯКМ.

В выводах дается заключение о фрагментах как макроединицах, имеющих вертикально-горизонтальную систему организации, судя по такой организации предикативных стереотипных сочетаниях; о представлении образов фрагментов ЯКМ посредством комплексов указанных сочетаний, а также о системном наборе признаков данных сочетаний, позволяющем им выполнять предназначенную им функцию отражения.

.           Во второй главе «”Номинативные” фрагменты ЯКМ в стереотипных сочетаниях» рассматривается отражение в предикативных стереотипных предикативных сочетаниях с номинативным П фрагментов нижнего вертикального уровня - «Человек», «Животное», «Насекомое», «Микроорганизм». «Растение», «Пространство», «Время», «Указание». Назначением данной главы является изложение в возможно полном объеме экспериментальной базы для обоснования сделанных выводов.

2.1. Фрагмент ЯКМ «Человек» в ПСС»представлен в виде двух подфрагментов – «Человек как целое» и «Человек как часть».

2.1.1. Подфрагмент «Человек как целое» в ПСС включает два компонента.

2.1.1.1. Компонент «Человек как целое без дифференциации по взрослости в ПСС» эксплицирован комплексом предикативных стереотипных сочетаний с П-антропонимами. Термин антропоним понимается в широком смысле [Всеволодова 2000: 48]. Проанализировано 10 624 сочетаний с указанным П.

Доминантысочетаний представлены сочетаниями с глагольным СК, которые составляют 90,6% (9 628); ср. сочетаний с именным СК всего 9,4% (996). Степень предсказуемости глагола-СК зависит от принадлежности слова-П к тому или иному члену оппозиции ЛСГ «Наименование лиц по действию/  не по действию». Природа этой оппозиции носит не только лингвистический характер [Якобсон 1985: 278]. Личные отглагольные существительные-П обеспечивают высокую вероятность дублирования своей семантики: Писатель > пишет 79,2; Победитель > побеждает 71,4; Правитель > правит 70,8;  Грабитель > грабит 66,7 и т.д.

Существительные-П ‘Наименования лиц не по действию’ в качестве вершинных мотивируют глаголы-СК различных ЛСГ, образующие по вершинному СК-глаголу последовательность: 1) прийти (движение) 970 случаев употребления, 2) говорить (речи) 407; 3) учить(ся) 170 и др. Доминирует группа движения.

В траектории движения человека наиболее значимыми являются три этапа-фазы: 1) прийти [Fillmore 1966: 219-227] (Гость пришел 43,6); 2) идти [Гловенская 1981: 117; ср.: Рахилина 1990: 91] (Человек идет 12,8); 3) уйти (Друг ушел 4,5). В этом проявляется оппозиция «свой/чужой» [Монич 2001: 193; Лепская 1997: 12; Красных 2003: 43; Всеволодова 2000:10; Анштатт 1999: 492].

Относительные доминанты представлены сочетаниями с именным СК со связкой быть в форме настоящего времени. Степень вероятности сочетания П-антропонимов и именного СК зависит от принадлежности существительного-П к собственным или нарицательным. В первом случае количество именных СК составляет 40,4% (473 из 1 171), в то время как во втором - 0,9% (32 из 3 602).

Собственные существительные-П, как правило, мотивируют СК-существительные родового значения: Волга – река, Гагарин – космонавт, Петров – фамилия. Нарицательные – качественные прилагательные-СК, среди которых доминируют выражающие положительную оценку (67,8% - 106 употреблений): добрый 17, верный 11, хороший/хорош 10, умный/умен 8 и др.; см также: [Хроленко 2004: 160; Арутюнова 1988: 308]. Положительные оценки обычно связаны с лицами «своего» круга (Мать добрая), отрицательные – «чужого» (Начальник плохой). Это подтверждает мысль о подчиненности аксиологической оппозиции хороший – плохой оппозиции «свой»/ «чужой» [Пеньковский 2004: 13].

Итак, параметры застывшего процесса познания человека вне дифференциации его по возрасту: 1) динамика/статика, 2) звукопроизводство/ речь // 1) родовая отнесённость, 2) общая оценка. При отражении этого процесса языковой образ человека как целого сохранен в памяти движущимся.

2.1.1.2. Компонент «Человек как целое с актуализацией невзрослости в ПСС». Проанализировано 708 предикативных стереотипных сочетаний, включающих существительное-П’ ребенок/дети’. На основании проведенного анализа получен указанный далее вывод.

Итак, Параметры застывшего процесса познания признаков ребёнка: 1) звукопроизводство, 2) движение, 3) игра // 1) «размер»/возраст). При отражении этого процесса языковой образ малыша сохранён в памяти прежде всего плачущим, несколько в меньше степени – находящимся в движении.

2.1.2. Подфрагмент «Части человека» в ПСС рассматривается на основе языковой модели человека биологического.

            Доминанты представлены сочетаниями с глагольными СК: П Зуб 97,7; Ноги 95,6; Горло 95,5; Сердце 93,0; Голова 92,2. Они относятся, как правило, к двум ЛСГ: 1) функционирование с нарушением нормы (болеть): Горло 95,5; Зуб 81,8; болел 2,3; Желудок 68,2; Поясница 63,6; Голова 58,7 Голова для испанского сознания ассоциируется с волосами, а у русского – она прежде всего болит» [Караулов 2000: 192]) и т.д.; 2) выполнение/не выполнение физиологических функций (работать – не работать), что соответствует движению (в широком смысле): Легкие дышат 43,8; Сердца бьются 32,6; Организм работает 6,0; Желудок работает 4,5 - Почки отказали 35,7; Сердце перестало биться 2,3.

         Относительные доминанты представлены сочетаниями с именным СК со связкой быть в форме настоящего времени. Присвязочная часть выражена качественным прилагательным или страдательным причастием прошедшего времени. Прилагательные относятся к следующим ЛСГ: 1) размер 24,4 (Носы большие 28,6; Ногти длинные 11,1 – обычно большой размер; 2) цвет - в 2 раза меньше(Щека красная 10,7);3) форма в 2 раза меньше количества прилагательных размера (Позвоночник кривой 14,3); 4) эстетическая оценка – ещё в 2 раза меньше: (Лицо красивое 5,6).

Среди ЛСГ страдательных причастий прошедшего времени доминирует группа разрушения (Кости сломаны 21,1; Череп проломлен).

Итак, параметры застывшего процесса познания частей тела человека: 1) степень соответствия функционирования норме - болезнь; 2)выполнение/не выполнение физиологических функций// 1) размер, 2) цвет, 3) форма, 4) эстетическая оценка. При отражении этого процесса языковой образ частей тела человека сохранен в памяти прежде всего с признаком отклонения от нормы функционирования (эталон болит), а также с признаком по действию «извне» (эталон сломан).

2.2. Фрагмент ЯКМ «Животное» в ПСС

2.2.1. Подфрагмент «Животное как целое» в ПСС отражается соответствующим комплексом предикативных стереотипных сочетаний, включающих П-зооним. Термин зооним понимается в широком смысле [Всеволодова 2000: 49]. Данный подфрагмент включает два компонента.

2.2.1.1. Компонент «Животное как целое без дифференциации по взрослости в ПСС» эксплицирован сочетаниями с глагольными и именными СК.

Доминанты сочетаний представлены сочетаниями, включающими глагольные СК. Доминирует ЛСГ движения, составляя 44,5% от количества всех зафиксированных глаголов-СК при П-зоонимах. На втором месте – ЛСГ звукопроизводства.

Относительные доминанты представлены сочетаниями, включающими именные СК со связкой быть в форме настоящего времени.

Именное СК мотивируется, как правило, П, обозначающими наземных животных: Тигр кровожадный, царь, прыгун, злой; Ягуар страшный, чёрный, красивый и т.д. При П же, обозначающих обитающих в воде и птиц, они почти не наблюдаются.

В присвязочной части преобладают прилагательные следующих основных ЛСГ: 1) «цвет» животного (при 25 П), 2) «характер» (при 19 П), 3) признак по отличительной части(при 18 П),4) размер (при 17 П), 5) эстетическая оценка внешнего вида (при 16 П).

В языковой памяти русских размер животных сохраняется обычно как большой (Як большой 22,2).

Носители русского языка считают красивыми почти всех животных, в том числе и хищников, представляющих серьёзную угрозу для человека: Львы красивые 15,4; Гепард красивый 3,7; Ягуар красивый 3,6 и др. Прилагательное ужасный было зафиксировано только при одном П - Лягушки: Лягушки ужасны 2,9. Положительная оценка практически во всех случаях оказывается предпочтительной, отражая менталитет народа.

Итак, параметры застывшего процесса познания животного как целого бездифференциации по взрослости: 1) движение, 2) звукопроизводство //1) «цвет», 2) «характер». 3) признак по отличительной части, 4) размер,5) эстетическая оценка внешнего вида. При отражении этого процесса языковой образ указанного животного сохранен в памяти прежде всего движущимся.

2.2.1.2. Компонент «Животное как целое с актуализацией невзрослости – детеныш/детеныши». Проанализировано 454 сочетания с П ‘животное как целое с актуализацией невзрослости’. На основании анализа таких сочетаний сделан указанный далее вывод.

Итак, параметры застывшего процесса познания детенышей: 1) звукопроизводство, 2) движение, 3) игра //1) цвет, 2) размер. При отражении этого процесса языковой образ детёныша сохранен в памяти прежде всего издающим звуки, в меньшей степени – находящимся в движении.

2.2.2. Подфрагмент «Части тела животного» в ПСС описан на основе 1318 предикативных стереотипных сочетаний, полученных в результате реакции на 19 П-партонимов ‘части тела животного’.

Доминанты представлены сочетаниями, включающими глагольные СК, количество которых больше именных (ср.: 63,7% и 36,7%). Количество форм настоящего времени значительно превышает количество форм прошедшего (87,2% и 12,8%). Выявлено 18 ЛСГ глаголов-СК. Основные из них: 1) движение 40,2 (Крылья машут 24,2)и др.; 2) агрессивность, причинение вреда 17,3 (Коготь царапает 26,7); 3) разрушение, болезнь 10,7 (Крыло сломалось 10,4); 4) звукопроизводство: Копыта стучат 34,3); 5) прием пищи 4,1 (Клювы клюют 19,7).

Разнообразно представлена ЛСГ движения, а также небольшая группа агрессивности. В ЛСГ разрушения, болезни также очевидна высокая частотность глаголов с корнем -лом- ( сломаться).

Относительные доминанты представлены сочетаниями с именным СК, включающим связку быть в форме настоящего времени. Присвязочная часть обычно выражена прилагательными (качественные составляют 97,9%; притяжательные - 8,6%; относительные 4,5%) и страдательными причастиями прошедшего времени. Прилагательные относятся к следующим ЛСГ: 1) размер,; 2) форма, 3) степень твердости, 4) цвет и др. Среди причастий (5,7%) наиболее частотны страдательные прошедшего времени (5,4%) со значением разрушения (Крыло сломано 10,4).

Итак, параметры застывшего процесса познания частей тела животного: 1) динамика/ статика, 2) отношение к другим (агрессивность), 3) сохранение целостности (разрушение) // 1) размер, 2) форма, 3) признак по действию. При отражении этого процесса языковой образ частей тела животного сохранен в памяти прежде всего движущимся и, в значительно меньшей степени, находящимся в состоянии агрессивности.

         2.3. Фрагмент ЯКМ «Насекомое» в ПСС рассматривается на 888 предикативных стереотипных сочетаниях с П-энтомонимами.

Доминанты сочетаний представлены сочетаниями, включающими глагольное СК (всегда простое), которые составляют 74, 5% (форм настоящего времени 62,9%; прошедшего - 12,8%). Сочетаний с именным СК в 3 раза меньше – 25,5%. Однако концентрация внимания на одних и тех же активных признаках насекомых в 2 раза выше, чем на пассивных, поэтому они более прогнозируемые. Ср.: количество ЛСГ глаголов-СК 10, именных СК - 20 (соответственно и параметров описания).

Преобладают сочетания с глаголами-СК движения (62,7%). Его особенностью является разнонаправленность, хаотичность (летать 16,4 – лететь 5,0 и др.), хотя однонаправленность остаётся доминирующей.

Только при П-энтомонимах зафиксированы глаголы-СК, обозначающие негативное отношение человека (Тараканы надоели, забодали, достали; Комар надоел и т.д.).

Относительные доминанты сочетаний представлены сочетаниями с именным СК со связкой быть в форме настоящего времени (исключениеТаракан будет уничтожен 1). Присвязочная часть имеет следующее частеречное выражение (по нисходящей): прилагательное, существительное, причастие и (единично) числительное. Прилагательные-СК составляют почти 25%. Они представлены следующими основными ЛСГ: 1) цвет (чаще зеленый); 2) размер - реже(большой и маленький); 3) оценка (плохой, гадкий, мерзкий, ужасный/ужасен, противный, некрасивый и красивый/красив, прекрасный, великолепный). Обычно отрицательная оценка – редкое явление при мгновенной реакции. Однако при описании фрагмента «Насекомые» она доминирует по сравнению с положительной оценкой, выражаясь не только соответствующими указанными глаголами-СК, прилагательными-СК, но и существительными (Тараканыгадость 2,0; паразиты 2,0; *Гусеницамерзость 1,9).

Итак, параметры застывшего процесса познания насекомых: 1) динамика/статика // 1) цвет, 2) оценка,3) размер. При отражении этого процесса языковой образ насекомых сохраняется в памяти прежде всего движущимся, часто хаотично.

            2.4. Фрагмент ЯКМ «Микроорганизм» в ПСС

          Микромир – это невидимый человеку мир без увеличительных приборов. Несмотря на это, у каждого носителя языка существует определенное представление о микроорганизмах, отраженное в языке: Бактерии размножаются 27,8;  Вирусы размножаются 20,0; Бацилла распространяется 18,8; Микроб развивается 17,7, живой 17,7; 2) Бациллы маленькие 25,0;  Микроб маленький 17,7; Микробы вредные 17,6, болезнетворные 17,6 и др.

Частотность сочетаний с П-микрооргонимамипоказалаотсутствие резкой границы между абсолютной и относительной доминантой, судя по частотности употребления глагольного и именного СК (ср. 56,0% и 44,0%).

Домининаты сочетаний представлены сочетаниями, включающими только простое глаголы-СК (формы настоящего времени составляют 97,8%, прошедшего – 2,2%) . Среди них доминируют глаголы-СК движения 37,4%, причём ряд их них обычно не используется при мгновенной реакции, связанной с познанием видимого мира (двигаться 6,6; ползти 5,5; распространяться 4,4; кишеть 2,2; шевелиться 2,2; копошиться 1,1; наступать 1,1; рассеиваться 1,1; попадать 1,1 и др.). Типичны также сочетания с глаголами-СК размножения 29,7%, которые почти не употребляются при описании видимого мира.

Относительные доминанты представлены сочетаниями с именными СК, включающими связку быть в форме настоящего времени. Типичным выражением присвязочной части является прилагательное следующих ЛСГ: 1) размер(маленький, хотя при познании видимого мира типичным являетсявнимание к большому размеру), 2) цвет (только белый, черный, изредка зелёный; видимый же мир представлен разноцветнее) и 3) оценка (отрицательная, связанная с фиксацией нанесения вреда, при преобладании положительной оценки видимого мира).

Итак, параметры застывшего процесса познания микроорганизмов: 1) динамика/статика, 2) размножение// 1) размер, 2) цвет , 3) оценка. При отражении этого процесса языковой образ микроорганизма сохранен в памяти прежде всего как обладающий признаком движения, с которым, однако, конкурируют также другие признаки, также признаваемые существенными.

         2.5. Фрагмент ЯКМ «Растение» в ПСС рассматривается в двух подфрагментах.

         2.5.1.Подфрагмент «Растение как целое» в ПСС отражён в сочетаниях с глагольным и именным СК: Дерево растет 55,3; Сосны растут 50,0; Сирень цветет 50,0 // Рябина красная 34,3;  Дуб  срублен 7,7  Дерево большое 2,6; Береза кудрявая 2,9.

Доминаты сочетаний с П-флоронимама включают простые глагольные СК 69,6% (ср. сочетаний с именными СК- 30,4%). Количество форм настоящего времени в 4,5 раза больше прошедшего. Преобладают глаголы-СК роста, обозначающие особую разновидность движения, заключающегося в осуществлении его с сохранением нахождения в исходной точке.К ним примыкают глаголы-СК цветения, цвета и запаха, обозначающие сопутствующие ростуактивные признаки, среди которых доминируют глаголы-СК цветения. Глаголы-СК качания употребляютсяв 2 раза реже и связаны с сопутствующими ему глаголами-СК шума.

         Относительные доминанты сочетаний связаны с установлением пассивных признаков, выражаемых именными СК со связкой быть вформе настоящего времени. Присвязочная часть обозначает признаки:

1) собственные, выражаемые СК-прилагательными следующих ЛСГ: а) цвет (по отношению к П ’цветок’ преобладает красный и близкие к нему; по отношению в П’ дерево, массивы деревьев’ - зелёный), б) эстетическая оценка (преобладаеткрасивый), в) размер (как правило, с семантикой ‘большой’: большой, огромный, бескрайний, необъятный, широкий; г) форма: стройный, кудрявый и др.);

2) навязанные извне, выражаемые СК-причастиями страдательными прошедшего времени:при П ’цветы’ – отрицательной оценки, при П ‘массивы деревьев’ – положительной.

Отмечается родовая отнесенность (Роза – цветок). Встречается единичное, но «сквозное» употребление СК-*числительного один, а также первый (реже).

Итак, параметры застывшего процесса познания растительного мира: динамика/статика (включая качание/неподвижность), цветение, проявление цвета, звукопроизводство /шум, проявление запаха// цвет, эстетическая оценка, размер; форма, признаки по действию, родовая отнесенность; единично: количество и порядок при счете. При отражении этого процессаязыковой образ растения сохранен в памяти прежде всего в его особом движении – росте.

2.5.2. Подфрагмент ЯКМ «Растение как часть целого» в ПСС отражён сочетаниями с П-флоронимами ‘часть целого’. Преобладают глагольные СК (75,3%). Именных СК значительно меньше (24,7%). Стебли растут 33,0; Лист падает 30,0; Бутон распускается 18,0; Ветка качается 18,0 // Плоды вкусные 13,4; Листья зелёные 9,5; Корень длинный 3,0; Кроны пышные 3,0;Ветки сломаны 8,8; Зерно собрано 4,8.

Доминанты представлены сочетаниями с глаголами-СК. Количество форм настоящего времени - 74,9%; прошедшего - 24,9%; будущего - 0,2%.Глаголы-СК относятся кследующим ЛСГ: 1) движение(при широком его понимании, включающем рост и качание) - 647 случаев; доминирует расти: Корень растет; 2) разрушение 110; доминируют глаголы-СК с корнем –лом- : Ветка ломается; 3) расположение в пространстве 50 (доминирует стоять: Ствол стоит; Плод висит); 4) проявление цвета47(Стебли зеленеют).

Относительные доминанты представлены сочетаниями с именным СК, включающим связку быть в форме настоящего времени. Присвязочная часть выражена прилагательными (12,2%), существительными (8,4%) и причастиями (4,1%). Высокая частотность является показателем повышенного внимания носителей русского языка к признаку, выражаемому СК-прилагательными. Количество их ЛСГ - 16 (в скобках указаны доминанты): 1) размер 63,1% (’большой’: длинный 18,9% и большой 12,4%); 2) цвет 46,8% (зелёный 36,4%; ср.: жёлтый 8,4%, красный 1,3% при отсутствии чёрного и белого), 3) вкусовые качества 34,0% (вкусный 19,3%); 4) эстетическая оценка 20,0% (красивый 17,2); 5) форма 11,6% (пышный 6,0).

Среди страдательных причастий типичны 3 ЛСГ: 1) признак по разрушению 42,5; 2) признак по созиданию 15,8; 3) признак по изменению места нахождения 9,8%.

Итак, параметры застывшего процесса познания: 1) движение (в широком смысле, включая рост и качание), 2) разрушение, 3) расположение в пространстве, 4) проявление цвета// 1) размер, 2) цвет, 3) вкусовые качества, 4) эстетическая оценка, 5) форма; 6) родовая отнесённость, 7) признак по действию (особенно по разрушению). При отражении этого процесса языковой образ частей растения сохраняется в памяти прежде всего как осуществляющих движение в виде роста, а также обладающих пассивным признаком, связанным с разрушением.

         2.6. Фрагмент ЯКМ «Пространство» в ПСС описывается на основе сочетаний, включающих только П-дистанционимы, которые обозначают длину – одну из сторон трехмерного пространства. В перспективе это даст возможность сопоставить указанную сторону языкового стереотипа-образа пространства (длину) и стереотипа-образа времени.

Особенностью сочетаний с П-дистанционимом является существенное преобладание не глагольных СК, что типично, а именных. Ср.:72,6% и 27,4%.

2.6.1.Подфрагмент «Пространство как целое» в ПСС рассматривается на основе сочетаний со следующими П-дистанционимами, обозначающими линейное пространство как целое: Расстояние, Дорога, Путь, Тропинка.

         Доминанты сочетаний связаны с обозначением действий (исключение – расстояние). Преобладают сочетания с глаголами-СК движения, фиксирующими образ путника [Плунгян1997: 160,161]. Разновидности этих глаголов-СК: 1) ”форма” движения (Дорога извивается 2,2; Тропинка вьётся 4,0; Тропинка петляет 2,0; Тропинка расширилась 2,0; Тропинка стелется 2,0); 2) направление для движения обычно человека (Тропинка ведет 7,8; ведёт /в сад/ 2,0; Дорога ведёт 2,0); 3) «предзадача» (Дорога предстоит 2,1), 4) исчезновение (Тропинка пропала 2,0; Путь исчез 2,0) и др.

Сочетания с родовым П Расстояние, хотя и обозначает целое, однако по ЛСГ глаголов-СК сближаются с сочетаниями, включающимиП-дистанционимы ‘часть’. Эти группы обозначают: 1) уменьшение (Расстояние – Метр, Километр), 2) продолжение (Расстояние - Километр).

Сочетания с П-дистанционимами ‘целое’ могут представлять образ расстояния-«агрессора» (Расстояние пугает), к которому примыкает образдистанции-противостояния(Расстояние преодолевается 3,1).Этим образам противопоставлен положительный образ дистанции-«поводыря»(Тропинка ведет 7,8; ведет /в сад/ 2,0; Дорога ведет 4,2; Путь ведет 2,0). Языковой образ расстояния представлен как выражающий своё противоречивое отношение к перемещению человека. «Форма» движения самой дороги то мешает ему (извивается, петляет), то способствует (стелется, расширяется).

Относительные доминанты представлены сочетаниями с именными СК со связкой быть в форме настоящего времени. Присвязочная часть обозначает признаки, относящиеся к следкющим ЛСГ: а) форма (Тропинка извилистая, ветвистая; Дорога бугристая, ровная, кривая, прямая); б) общая оценка качества (Дорога плохая); в) место нахождения (Тропинка лесная); г) признак по действию (Путь проложен, Тропинка протоптан. Доминируют прилагательные-СК и страдательные причастия-СК совершенного вида прошедшего времени краткой формы.

В число относительных доминант не входит сочетание с П Расстояние. При нём доминирующим, вершинным является именное СК: Расстояние пройдено, реже - Расстояние измерено.

Итак, параметры застывшего процесса познания дистанции как целого: 1) статика/динамика, 2) отношение к человеку // 1) размер, 2) цвет, 3) эстетическая оценка, 4) форма, 5) родовая отнесенность, 6) признаки по действию. При отражении этого процесса языковой образ дистанции как целого сохраняется в памяти прежде всего в движении. Образ основан на двух противопоставлениях, в которые включен образ человека и вне отношений с которым он не мыслится: человек – дистанция-субъект и человек – дистанция-объект (Расстояние разделяется 3,1).

2.6.1. Подфрагмент «Пространство как часть» в ПСС. Для анализа данного подфрагмента использовались сочетания, включающие П ‘единицы системы мер длины’: Миллиметр, Сантиметр, Дециметр, Метр, Километр. Соотношение глагольных СК и именных при П-дистанционимах ‘часть’ не в пользу глагольных-СК, которые обычно преобладают: Дециметр 2,9/97,1; Сантиметр 9,1/90,9; Миллиметр 10,3/89,7; Метр 23,8/76,2; Километр 53,6/46,4; Километры 70,0/30,0. Приведенная последовательность показывает, что исключение составляет только П Километр/Километры, при которых доминирует глагольное СК. Наблюдается следующая зависимость: чем меньше обозначаемая П величина, тем меньше количество глаголов-СК и наоборот. Однако, несмотря на эти различия, количество сочетаний с П-дистанционимами ‘часть’, и глаголами-СК типично низкое. Подробное описание привело к указанному далее выводу.

Итак, параметры застывшего процесса познания дистанции как части:

1) признак по действию, 2) размер, в том числе по отношению к другой единице, 3) субъективное восприятие длительности прохождения расстояния// 1) динамика/статика, 2) измерение. При отражении этого процесса языковой образ расстояния-части сохранен в памяти как носитель прежде всего пассивных признаков, которые связаны с тем или иным воздействием на него человека. Кроме того, это образ единицы измерительной системы, признаки которой устанавливаются.

2.7. ФРАГМЕНТ ЯКМ «ВРЕМЯ» В ПСС рассматривается в двух подфрагментах. В сочетаниях с П-хрононимами доминируют глагольные сочетания по сравнению с именными (ср.: 76,3% и 23,7%).

         2.7.1. Подфрагмент «Время как целое» в ПССрассматривается на сочетаниях, включающих П Время.

         Доминанты представлены сочетаниями с глагольными СК. Эти СК составляют 98,1% (форм настоящего времени 76%; прошедшего - 21,6; будущего - 0,5).: 1) движение (образ времени-путника) - 91,3% от всех ответов-СК на П Время: Время идет 71; бежит 56; прошло 11; течет 7; летит 7; истекло 6 и др.;2) фаза движения 4,4%): Время закончилось 2, заканчивается 1, окончилось 1, кончилось 1, вышло 1 и др. Образ движения времени ассоциируется с образом наземного существа (Время идёт 34,1; бежит 26,9 и др.), птицы (Время летит 3,4; пролетело 1,0), жидкости (течёт 3,4; истекло 2,9; протекло 0,5). Ср. отсутствие ассоциаций с животными, обитающими в воде (*Время плывёт) и др.

Относительные доминанты представлены сочетаниями со связкой быть в форме настоящего времени и присвязочной частью, выраженной прилагательным, обозначающим признак времени относительно точки отсчета (Время позднее 1, вечно 1, быстротечно 1) и причастием (Время потеряно 1).

Итак, параметры застывшего процесса познания времени как целого: 1) динимика/статика, 2) фазы движения //1) признак по действию, 2) характеристика относительно точки отсчета. При отражении этого процесса языковой образ времени как целого сохранен в памяти прежде всего в движении.

         2.7.2. Подфрагмент «Части времени» в ПСС. П-хрононимы обозначают части времени как качественные или как количественные (принцип естественности / искусственности их выделения): Весна, Утро, Миг и т.д.//Год, Минута, Секунда.

Доминанты сочетаний с П-хрононимами ’часть’ включают также глаголы-СК. Соотношение количества форм времени у глаголов-СК при П-хронониме Время ‘целое’ и при П ’часть’ следующее: настоящее/прошедшее при первом составляет 76,0/21,6 и при втором - 31,4/ 67,0%%; единичными случаями употребления форм будущего времени можно пренебречь. При П-хрононимах ‘часть’ выделено 16 основных ЛСГ. Среди них наиболее частотна группа движения. Траектория движения в ней представлена 9 основными этапами-фазами. Самыми значимыми являются 3: 1) наступление на границу «своей» для наблюдателя зону (Вечер наступил 48,8; Осень наступила 46,7 и др.); 2) прохождение через неё (Неделя прошла 47,1) и 3) движение по «чужой» для наблюдателя зоне, но направленное к ней (Время идет 34,1). Фаза прихода фиксируется глаголом-СК прийти при трёх П-хрононимах ‘времена года’: Весна пришла 56,1 (ср. наступила 9,8); Зима пришла 66,7 (наступила 16,7), Лето пришло 34,2 (наступает 2,6).

         Относительные доминанты представлены сочетаниями со связкой быть в форме настоящего времении присвязочной частью, выраженной прилагательным и причастием; единично - существительным и числительным. Наиболее частотно представлены прилагательные-СК. Среди выявленных 27 основных ЛСГ. Наиболее частотна группа длительности протекания единицы времени (Вечность бесконечна). К ней примыкает группа скорости протекания единицы времени (Секунда быстрая). Оценка длительности и скорости протекания единиц времени носит часто субъективный характер. Благодаря соответствующим стереотипным предикативным сочетаниям в первом случае отражается образ времени-вместилища необходимых дел(Неделя коротка); во втором - образ времени-вместилища негативных событий, которые создают иллюзию замедленного течения того или иного отрезка времени (Минута долгая, Год долгий, Мгновение долгое). Само по себе время оценивается противоречиво, но преимущественно положительно. Ср. пары: Момент приятен 2,6 - Момент гадкий 2,6; Будущее хорошее 4,8 - Будущее плохое 2,4 и др.

Сочетания П-хрононимы и страдательные причастий-П прошедшего времени отражают образ времени-имущества, связанный сотрицательными переживаниями: Момент упущен 13,2; утерян 2,6; Мгновение упущено 2,8.

В отличие от точных количественных П-дистанционимов П-хрононимы практически не мотивируют сочетаемости с ними СК, выраженных числительными или словосочетаниями с числительными. Только при трех П зафиксировано употребление условного количественного числительного один (Мгновение одно 2,8) и порядкового первый (Суббота первая 0,6) и 2007-ой (Год – 2007-ой).

         Итак, параметры застывшего процесса познания времени как части:

1) динамика/статика // 1) длительность протекания, 2) скорость протекания, 3) признак по действию, 4) общая оценка по воздействию на человека, 5) количество, 6) порядок. При отражении этого процесса языковой образ части времени сохранен в памяти прежде всего движущимся.

         2.8. Фрагмент «Указание на предмет» в ПСС рассматривается в двух подфрагментах.

         Относительная замкнутость фрагмента «Указание» отражается в соответствующей замкнутости системы местоимений-П, что изначально задает системность предикативным стереотипным сочетаниям.

При указании оппозиция часть/ целое сохраняется. Во-первых, об этом свидетельствует сам факт наличия необходимых для этого местоимений. Во-вторых, существует реализация её на оси селекции и комбинаторики. На последней она выражена однородным рядом с обобщающим словом: Все: я, ты, он, она и т.д.

2.8.1. Подфрагмент «Указание на предмет как на целое» в ПСС отражается сочетаниями, включающими П-местоимения Всё/Ничто и П Все/Никто. Эти местоименияпредназначены для указания не на естественное (природное) исходное единое целое, а на составное, полученное в результате сложения/вычитания.

         Доминанты представлены сочетаниями, включающими глагольные СК. Количество их составляет 5954 единицы. Доминируют глаголы-СК в форме настоящего времени по сравнению с прошедшим (исключение при П Никто): Все 56,2/ 34,2; Ничто 42,6/ 13,3: Никто 29,2 /53,1; Всё 8,7/5,2. Зафиксированы глаголы-СК в форме будущего времени, что обычно не наблюдается или наблюдается крайне редко. Доминируют данная форма при П Ничто- 22,9%.Ср.: Ничто (22,9): Ничто не пройдет, не получится, не разбудит, не гарантирует и др.

Влияние пар П-местоимений на количество глаголов-СК примерно одинаково: П Всё  78,1 -  П Ничто 78,9; П Все 95,7 - П Никто 94,4.     Показательно, что П Никто и при П Ничто единично используются не только простые глагольные СК (хотя они доминируют), но также составные. Причём употребляется не их фазисная форма, а модальная. При П Никто по сравнению с мочь доминирует хотеть [Алтабаева 2002] (Никто не хочет заниматься, Никто не хотел уходить). При П Ничто, естественно, только мочь (Ничто не может произойти).

Основной ЛСГ является группа движения: Все пришли 5,9; Всё пройдет 6,8; Ничто не проходит 2,2; Никто не пришёл 7,1; реже –группа знания: Никто не знает16,8; Все знают 4,7

         Относительные доминанты сочетаний представлены сочетаниями со СК-прилагательными (Ничто не вечно 21,1; Всё мокро 15,1; Все рады 1,9; Никто не болен 0,9) и причастиями(П Ничто не забыто 17,4; Никто не забыт 4,3; Всё забыто, закрыто 4,1. Только при П Все единичнобыло употреблено местоимение-СК наши, относящееся к «сквозным»: Все наши 0,3.

Итак, параметры застывшего процесса познания предмета как целого, обозначенного указанием: 1) динамика/статика, 2) знание 2) //1) сохранение в памяти, 2) состояние. При отражении этого процесса образ предмета-целого, обозначенного указанием, сохранен в памяти находящимся в движении.

2.8.2. Подфрагмент «Указание на предмет как на часть» в ПСС отражается сочетаниями с П-местоимениями названной семантики.

Доминанты представлены сочетаниями с глагольными СК. Наиболее частотны сочетания с местоимениями-П, совмещающими значение активности и неопределенности (см.: Кто-то 100,0; Кто-либо 100,0), и глаголов-СК. Наименее – с местоимением-П Это (41,6%), совмещающим значения пассивности и определенности.

На уровень вершинных по частотности вышли глаголы-СК идти 434 прийти 433, знать 272, быть 170, сказать 164. ЛСГ глаголов-СК представлены последовательностью: движение, речь, неподвижность/покой, чувство, знание и т.д. Доминирует также ЛСГ группа движения. Количество следующей за ней группы звукопроизводства/речи в 5 раз меньше.

Относительные доминанты представлены значительно менее частотными сочетаниями П-местоимений и именных СК. Исключение составляет количество таких СК при П Это 58,3%; ср. при П То, указывающем на отдалённо расположенный предмет, оно равно всего 2,6%. При местоимениях-П наиболее регулярно используются прилагательные-СК, однако процент их невысок – 2,5% из всех 5152 СК-реакций. Они относятся к следующим ЛСГ: 1) эстетическая оценка внешности (красив), 2) душевное состояние (весел, грустный),  3) общая оценка (хороший, плохой), 4) отношение к другим (прав, добр, виноват), 5) характер (смелый), 6) умственные способности (умный, глуп) и др. Это признаки, которые обычно свойственны лицу. Исключение: ЛСГ 1) размера (Оно большое), 2) формы (Оно круглое). Признаки, выражаемые причастиями-СК, единичны (Оно открыто, Никто не забыт; Ничто не забыто; Кое-что изучено, сделано;  Что-то поставлено и др.). Единично зафиксировано условное числительное-СК один и притяжательные местоимения-СК мой, наш.

Итак, параметры застывшего процесса познания предмета-части, обозначенного указанием: 1) динамика/статика, 2) знание 3) звукопроизводство/речь //1) эстетическая оценка, 2) состояние, 3) общая оценка. При отражении этого процесса языковой образ предмета-части, обозначенного указанием, сохранен в памяти прежде всего находящимся в движении.

         В выводах подводятся итоги проведенного исследования номинативных фрагментов ЯКМ на основе анализа предикативных стереотипных сочетаний, отражающих их. Выяснена система параметров, используемая в ситуации мгновенного установления признаков познаваемого объекта, а также типичные результаты её применения в виде застывших признаков. Представлена стереотипная форма этих сочетаний, обеспечивающая отражение указанных фрагментов. Определены языковые образы, соответствующие каждому из рассмотренных фрагментов.

Основной вывод – наличие инвариантной однотипно построенной системы, которая на оси селекции проявляет себя как система фрагментов ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте, на оси комбинаторики – как система предикативных стереотипных сочетаний.

         В третьей главе «Механизм сочетаемости в предикативных стереотипных сочетаниях» рассматривается противопоставление «правильной»/ «неправильной» реализации указанного механизма. В соответствии с этим обосновывается выделение двух глав – третьей и четвёртой.

3.1. В указанном параграфе обосновывается необходимость рассмотрения проблемы, вынесенной в название главы. Приведёны доказательства, подтверждающие, что «…главного в механизме языка и языковой деятельности мы всё ещё не понимаем» [Кибрик  2003:43] Это распространяется в том числе на механизм сочетаемости П и СК, поскольку совершенно не исследована их стереотипная сочетаемость.

3.2. В данном параграфе рассматривается механизм стереотипной сочетаемости П и СК как включающий две стороны - эксплицитную и имплицитную. Благодаря этому обеспечивается гибкость функционирования жесткого механизма сочетаемости.

Эксплицитная сторона механизма сочетаемости  в научной литературе детально описана. Её идеальным воплощением является чисто формальное дублирование одного и того же значения одной и той же категории в словах-П и словах-СК, например: Весна (ед. число, ж. р.) пришла (ед. число, ж. р.). Обычно это имеют в виду, когда говорят о формальной синтагматической связи, «в которой подлежащему отводится руководящая роль» [Попов 1974: 81]. Наличие общего «знаменателя»-повтора в таких случаях очевидно.

Имплицитная сторона механизма обеспечивает сочетаемость разноименных категорий, которые используют «скрытый»/ «невидимый» общий «знаменатель»-повтор сем, необходимый для реализации такой разновидности семантического согласования. Так, при мгновенной реакции П-хрононимах Время и Год мотивируют в качестве доминирующих разные глаголы-СК: Время идёт, но Год прошёл. Следовательно, родовое значение слова-П и значение несовершенного вида глагола-СК имеют свой общий «знаменатель»-повтор сем, а видовое значение и значение совершенного вида – свой. Поскольку имплицитная сторона механизма сочетаемости опирается на семы разноименных категорий, то в этом можно видеть проявление особых категорий сочетаемости. В работе рассматриваются такие категории на примере одного из их комплексов, включающего категорию вида.

Проявление имплицитной стороны механизма сочетаемости носит вероятностный характер и свойственно не только П и СК [Караулов 1999: 52].

На основе полученных данных составлена вероятностно-прогнозирующая таблица стереотипной сочетаемости П и СК с целью выявления доминирующего в скрытой грамматике этой сочетаемости.

В выводах подводятся итоги, отмечается потребность в увеличении объёма экспериментального материала для уточнения и расширения составленных вероятностно-прогнозирующих таблиц, которое обеспечит дальнейшее теоретическое осмысление рассматриваемого механизма сочетаемости, контуры которого намечены в данной работе.

В четвертойглаве «Сбои и помехи в реализации механизма предикативной стереотипной сочетаемости» рассматриваются вопросы нулевой сочетаемости, собственно ошибочной и избыточной.

4.1. Отсутствие реализации механизма предикативной стереотипной сочетаемостиопределено как нулевая сочетаемость, которая при одном П в среднем составляет 33,7%. В эксперименте это проявилось в том, что при мгновенной реакции на П-стимул испытуемые не могут назвать к нему никакого СК (числительные-П давались в разных списках, чтобы исключить влияние аналогии). Носителями русского языка чётко осознаются частотные пределы в действии механизма сочетаемости П и СК – верхний и нижний.

Верхний предел отсутствия сочетаемости наблюдается при П, выраженных количественными  и дробными числительных, - 100,0%. Не было зафиксировано ни одного СК при П, обозначающих целые числительные (П Один и т.д. до П Десять, П Тысяча, П Миллиард)и дробные П 1/2, П 2/5, П 2/3, хотя оно возможно: Один делится, равняется, получается и т.д. Однако примерно в 50% случаев ошибочные ответы всё-таки давались.

Указанные П-числительные противопоставлены собирательным числительным-П как мотивирующим СК: П Двое 5,3; П Трое 5,3; П Четверо 6,7; … Девятеро 8,7; Десятеро 0,0. На втором месте после количественных и дробных числительных-П по количеству случаев отсутствия реализации механизма сочетаемости П и СК находится инфинитив-П – 61,6%.

Нижний предел представлен личными местоимениями-П и местоимениями-П группы кто/что (исключение П Нечто 31,7), к которому приближаются существительные-П 6,0%.

Следовательно, возрастание степени конкретности и определенности способствует реализации механизма сочетаемости П и СК и наоборот. Сказанное подтверждается также следующим частотным соотношением: Это 2,2 - То 66,7; Все 0,0 - Не все 8,6; Всё 5,5 – Не всё 17,9 и др.

4.2. Ошибочная реализации механизма предикативной стереотипной сочетаемости рассматривается в двух разновидности её проявления: 1) собственно ошибочная и 2) избыточная.

4.2.1. Собственно ошибочная реализация механизма предикативной стереотипной сочетаемости наблюдается при приписывании испытуемыми П-стимулу испытуемыми того, что не является СК. Чаще всего это наблюдается при двух способах выражения П.

В одном из них в структуру П входит отрицательная частица не, т.е. связано с семантикой отрицания. Ошибочным является ассоциирование не со СК, а со вторым членом однородного ряда, противопоставленного первому, исходному, с помощью противительного союза а, например: Не я… ®(Не я), а ты; Не впечатление… ®(Не впечатление), а воображение; Не день… ®(Не день), а ночь и т.д. Следовательно, отрицание в структуре П затрудняет установление признака-СК, ибо концентрирует внимание прежде всего на себе как показателе подразумеваемого противопоставительного члена в зоне утверждения по общему признаку-СК. Такие случаи составили 47,8% от всех ошибочных ответов. Это показывает, что для носителей русского языка важнее утверждение, чем отрицание и что при наличии последнего обычно отыскивается параллельное утверждение.

Во втором из рассматриваемых способов выражения П этот главный независимый член предложения выражен обычно таким существительным со значением неодушевленного предмета, для которого более типична функция дополнения. Отсюда ошибочные ответы: Билет…® Билет купили (вместо Билет куплен). Количество таких случаев составило 42,7% случаев от количества всех ошибочных ответов.

4.2.2. Избыточная реализация механизма предикативной стереотипной сочетаемости составляет 1,5% (639 случаев) от общего количества ответов – от 42289. В этом случае П обусловливает у испытуемых ассоциативную сочетаемость с ним распространенного СК вместо достаточного по условиям эксперимента нераспространенного. Это свидетельство наличия ассоциации настолько сильной, что испытуемые невольно нарушают данную экспериментатором установку. Исследовать такие случаи важно для выяснения расхождения представлений носителей языка о минимальном достаточном объеме вычленения стереотипной ситуации из фрагмента ЯКМ в ситуации установления признака познаваемого объекта. Информация, выражаемая сочетанием П и СК, оказывается недостаточной. Более того, самой существенной оказывается та, которая требует обозначения её не СК, а распространяющим его членом: «положение о существенности наиболее периферийного элемента относится к составу сказуемого. Ядро сообщаемого стремится переместиться в наиболее синтаксически зависимый член» [Арутюнова 1975: 376].

Механизм сочетаемости в таких случаях выходит за рамки П и CK, подключая ещё либо один (589 случаев – 92,2%), либо (предельно) два второстепенных члена предложения (50 случаев – 7,8%). Таким образом, при мгновенной реакции на П является может реализовываться структура, не превышающая 4 элементов (см. рассмотрение числа 4 как лингвистической константы [Юрченко 1992: 26]).

Выявлены 3 типа распространенных предложений, наиболее прочно сохраняемых в языковой памяти и мгновенно извлекаемых из неё:

1. [П, обычно выраженное нарицательным существительным] + [глагольное СК + обстоятельство(доминирует ‘место’)];

2. [П, обычно выраженное нарицательным существительным] + [глагольное СК + прямое дополнение(доминирует нарицательное существительное в форме ед. числа)];

3. [П, выраженное собственным существительным] + [именное СК+ обычно согласованное определение (доминирует ‘качество’].

В выводах подводятся основные итоги, отмечается, что регулярно проявляющаяся как нулевая или ошибочная реализация механизма сочетаемости П и СК следует рассматривать с точки зрения реализации разных типов потенциала исследуемой системы фрагментов ЯКМ.

В заключениипредставлены итоги проведенного исследования.

Основным итогом является приведение доказательств в пользу подтверждения гипотезы о системной организации фрагментов ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте на основании выявленной системности отражающих ихпредикативных стереотипных сочетаний. Данный основной вывод конкретизируется частными, являющимися его обоснованием.

1. Системность организации фрагментов ЯКМ обусловлена объективной необходимостью иметь исчерпывающе полную систему для первичного установления значимых признаков объекта в ситуации его мгновенного познания.

2. Данная система представляет собою результат длительной селекции, благодаря чему она эффективно функционирует как инвариантная для ситуаций мгновенного первичного познания объекта.

3. Указанная система отражается системой предикативных стереотипных сочетаний. Доказать системность этих сочетаний – значит доказать системность фрагментов ЯКМ в рассматриваемом аспекте.

4. В основе системы моделей предикативных стереотипных сочетаний лежит редуцированный вариант системы моделей свободных предикативных сочетаний с двумя видами П – номинативным и инфинитивным. Доминирует модель с номинативным П Это есть 81,5% и модель с инфинитивным П - Быть этим таково 58,4%. Высокая частотность указанных моделей соответствует закону края – вниманию к началу и концу.

На основе вывода о вертикально-горизонтальной системе предикативных стереотипных сочетаний делается вывод о такой же организации фрагментов ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте.

5. Исследуемая стереотипная система анализируемых сочетаний построена на минимальном количестве параметров, что свойственно эталонным системам. Их небольшое количество варьируется в зависимости от особенностей фрагмента. Однако более или менее постоянных, «сквозных» из них 5: динамика/ статика (включая результат – признак по действию), цвет, форма, размер, оценка (эстетическая и общая), признак «извне». Они обусловлены наибольшими возможностями в процессе познания органов зрения (преимущественно) и слуха. Поэтому в стереотипных сочетаниях частотно доминируют СК, обозначающие признаки-результаты зрительного восприятия: 1) глаголы-СК движения (Кто идет), а также причастия-СК со значением изменения объекта (Крыло сломано), 2) прилагательные-СК цвета (Растение зелёное), формы (Колено круглое), размера (Слон большой), а также основанная на таком восприятии эстетическая оценка (Она красивая). Результаты слухового восприятия фиксируются значительно реже (Я говорю, Дитя плачет, Деревья шумят). К числу доминирующих устанавливаемых признаков относится ещё общая оценка (Это хорошо), которая закономерна при мгновенной реакции на объект.

6. Параметры-установки, используемые при мгновенном познании, представляют собою систему, основанную на 3, при более широком включении (см. далее) 5, оппозициях признаков. Несмотря на такое небольшое количество их, они обеспечивают получение исчерпывающей для первичного восприятия объекта познания информации о нём. В основе этих оппозиций лежит вариативность оппозиции «свой» / «чужой» - одной из самых фундаментальных в силу опоры на инстинкт самосохранения. Если учитывать не только три частотно доминирующие, но также две сквозные оппозиции (см. п. 4, 5), то система параметров-оппозиций стереотипного познания может быть представлено следующим образом:

Активный признак:

1) «своё» / «чужое» действие (последнее не может быть представлено в силу концентрации внимания на одном объекте, но оно «восстанавливается» косвенно – на базе признака по «чужому» действию): Рыба плывёт / Ветка сорвана®‘кто-то сорвал ветку’;

Пассивные признаки:

2) собственный, исконный: цвет, форма, размер / несобственный, полученный извне (признак по «чужому» действию): Растение зелёное, Позвоночник кривой, Нос большой / Путь пройден; Билет куплен;

3) внешний / внутренний: Цветок красивый / Он хороший;

4) принадлежащий лицу (приближенный, «свой») / относящийся к роду (отдалённый, «чужой»): Он мой / Волга – река;

5) вне других, изолированный / в ряду других, неизолированный (разновидность внешнего признака): Я один / Ласточка первая.

7. Результаты анализа значимых фрагментов по каждому из перечисленных оппозиций-параметров объединяются и сохраняются в памяти как стереотипные параметрические разновидности ЯКМ с частотной иерархией: цветовая картина мира, картина форм, размеров, картина движения и т.д. Судя по экспериментальным данным, доминирует картина движения.

8. Поскольку фрагменты системны, то системны связанные с ним языковые образы.

9. Критерием вхождения в анализируемую систему фрагментов является частотность стимула-П, встречающегося в обыденной речи носителей языка. Ср. отсутствие СК при П-количественное числительное (П Один/Два и т.д. СК 0,0), частично при П-инфинитиве (П Писать 0,0; П Думать прочерков 27,8; ошибочных ответов 33,3); при П, включающих не (Не я прочерков 10,0; ошибочных ответов 20,0).

         10. Системность проявляется в реализации последовательности значимого на двух осях - селекции и комбинаторики. Экспериментально выявленная последовательность значимости разрядов признаков-СК по их частотности в принципе соответствует такой же последовательности разрядов неоднородного ряда при прямом порядке слов. Ср.:

-        ось селекции: 1) количество (условное числительное один, кроме единственного исключения) – единично / 2) принадлежность (только мой-наш) - единично, но чаще / 3) порядок при счете (только первый) - единично / 4) форма 7,1 / 5) цвет 12,9/ 6) оценка: а) интеллектуально-логическая (общая) 21,2; б) эстетическая 24,7 / 7) размер 35,1/ 8) действие 81,5; менее значим признак по «чужому» действию 5,9;

 - ось комбинаторики (сочетаемость разрядов): количество + принадлежность + порядок при счёте + размер + эстетическая или общая оценка + цвет + форма + признак по чужому действию = *один мой первый большой красивый / хороший красный круглый надутый (шар). Данная синтагматическая последовательность построена искусственно на основе объединения реально употребляемых: мой первый шар + большой красивый красный шар + большой надутый шар + красный надутый шар и т.д. Необходимость использования наложения обусловлена отсутствием неоднородных рядов такой длины в силу предела оперативной памяти человека 7+/- 2, которого (как предела возможности) носители русского языка избегают, ограничиваясь во всем 2-4 составляющими.

11. «Техническая» сторона системы предикативных стереотипных сочетаний также системна. Это проявляется в определенной «стереотипной форме» данных сочетаний, включающей только те формы, комплекс которых может быть средством отражения фрагментов ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте. Это отражается в эксплицитно-имплицитном механизме сочетаемости, экстралингвистическая основа которого связана с осмыслением совмещения в познаваемом объекте видимой/невидимой сторон (ср. термин скрытая грамматика) – «П»/ «СК».

         12. Рассматриваемая стереотипная система в некоторых случаях стремится к реализации заложенного в ней потенциала, судя по проявлению её как языка-где при предпочтительности проявления как языка-куда.

13. Анализируемая система обладает высокой степенью приспособления к конкретному носителю языка, что проявляется в вероятностной реализации её в виде вариаций, не разрушающих её основы. 14. Система фрагментов, отраженных в предикативных стереотипных сочетаниях, подобна системе, заложенной в искусственно созданной таблице умножения. Обе имеют одну и ту же установку на обеспечение экономии усилий и на представление в застывшей форме не только результата, но и процесса познания. Обе являются системами последовательностей, организованных по принципу возрастающей ценности. Обе они всегда «включены» в носителе языка и работают «автоматическом режиме». Образно говоря, это внутреннее бдительное «сито-сторож», пропускающее всё типичное как соответствующее его эталонам и мгновенно привлекающее внимание своего «владельца» к появлению нетипичного.

Перспективы данной работы связаны с тремя основными направлениями. Первое – уточнение намеченных в данном исследовании контуров системы фрагментов современной русской ЯКМ в эталонно-предикативном аспекте, для чего необходимо увеличить количество П-стимулов и испытуемых. Второе – выявление особенностей этой системы на основе проведения параллельных исследований в других языках. Третье – разработка методики практического применения полученных результатов.

В приложении приведены извлечения из «Словаря сочетаемости подлежащего и сказуемого», таблицы, в том числе вероятностно прогнозирующие таблицы, схемы, графики, списки анализируемых стереотипных предикативных сочетаний.

Публикации по теме диссертации

Всего по теме диссертации опубликована 71 работа.

Основные из них следующие:

Статьи в рецензируемых научных изданиях, включенных в реестр ВАК Министерства образования и науки РФ

1. Букаренко, С.Г. Стереотипы языковой картины мира (фрагмент «Растения») [Текст] / С.Г. Букаренко // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. «Филология и журналистика». Спецвыпуск.– Ростов-н/Д: Изд-во «Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. - 2007. - С. 24 – 27.

2. Букаренко, С.Г.Стереотипная сочетаемость подлежащих-антропонимов и сказуемых-глаголов речи [Текст] / С.Г. Букаренко // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Общественные науки. – Ростов-н/Д: Изд-во «Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион». - № 1. -  2008. - С.108 - 111.

3. Букаренко, С.Г. Двусоставные предложения-стереотипизмы [Текст] / С.Г. Букаренко // Вестник МГОУ. Серия «Русская филология» № 1. - М.: МГОУ, 2009. – С. 3-9.

4. Букаренко, С.Г. Стереотипные сочетания подлежащего и сказуемого [Текст] / С.Г. Букаренко // Русский язык в школе. - М., № 4, 2009. – С.80 - 83.

5. Букаренко, С.Г. Стереотипные сочетания подлежащих-зоонимов и составных именных сказуемых // [Текст] / С.Г. Букаренко // Научная мысль Кавказа. Ростов-н/Д.: Изд-во СКНЦ ВШ -, № 2,  2009.- .С. 142-146.

6. Букаренко, С.Г. Основные типы доминирующей стереотипной сочетаемости подлежащего и сказуемого [Текст] / С.Г. Букаренко // Вестник МГОУ. Серия «Русская филология» № 3 - М.: МГОУ, 2009. – С. 17-22.

7. Букаренко, С.Г. Сочетаемость подлежащих-антропонимов и глаголов-сказуемых эмоционального действия [Текст] / С.Г. Букаренко // Научная мысль Кавказа. Ростов-н/Д: Изд-во СКНЦ ВШ, № 3, 2009.- С.109 – 113.

8. Букаренко, С.Г Стереотипная сочетаемость: аспекты исследования [Текст] / С.Г. Букаренко // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. Серия «Филологические науки». Волгоград: ВГПУ, № 7(41), 2009.-С. 31-34.

9. Букаренко, С.Г. Стереотипные сочетания подлежащих-хрононимов и именных СК [Текст] / С.Г. Букаренко // Вестник МГОУ. Серия «Русская филология», № 3 - М.: МГОУ, 2009. – С. 12-17.

10. Букаренко, С.Г. Отражение фрагментов русской языковой картины мира в предикативных стереотипных сочетаниях. [Текст]: научная монография / С.Г. Букаренко. - М.:МГОУ, 2009. – 350 с.

Статьи и материалы конференций

11. Букаренко, С.Г. Соотношение классифицирующего и оценочного значений именного сказуемого при личном местоимении-подлежащем [Текст] / С.Г. Букаренко // Грамматические категории предложения и его структура». – М.: МОПИ, 1982. – С. 62-72.

12. Букаренко, С.Г. Предикативные сочетаемостные возможности подлежащего, выраженного нарицательным существительным в форме единственного числа [Текст] / С.Г. Букаренко // Сочетаемость синтаксических единиц». - Ростов-на-Дону: РГПУ, 1984. – С.27-36.

13. Букаренко, С.Г. К вопросу о влиянии семантики местоимений кто-то, что-то на их семантическую сочетаемость с прилагательными [Текст] / С.Г. Букаренко // Языковые единицы в семантическом аспекте. Межвузовский сб. научных трудов. – Таганрог: ТГПИ, 1991.- С. 36-45.

14. Букаренко, С.Г. Зоонимы в функции подлежащего [Текст] / С.Г. Букаренко // Депонирована в ИНИОН АН СССР от 28.03.91 № 44247.- С. 1- 17.

15. Букаренко, С.Г. О словаре сочетаемости подлежащего и сказуемого [Текст] / С.Г. Букаренко // Депонирована в ИНИОН РАН от 31.03.92,№ 46338.- С. 1-37.

16. Букаренко, С.Г. Влияние способов выражения подлежащего на количество «нулевых» сказуемых [Текст] / С.Г. Букаренко // Депонирована в ИНИОН РАН от 13.01.93, № 47554. - С. 1- 7.

17. Букаренко, С.Г. К вопросу о влиянии подлежащего на сказуемое [Текст] / С.Г. Букаренко // Депонирована в ИНИОН  АН СССР от 13.01.93, № 47552. - С. 1-26.

18. Букаренко, С.Г К проблеме сочетаемости подлежащего и сказуемого [Текст] / С.Г. Букаренко // Депонирована в ИНИОН РАН от 26.01.93. № 47615 – 1–5.

19. Букаренко, С.Г. Влияние способов выражения подлежащего на количество «ошибочных» сказуемых [Текст] / С.Г. Букаренко // Депонирована в ИНИОН РАН от 26.01.93. № 47613.- С.1-8.

20. Букаренко, С.Г Семантика подлежащего как система [Текст] / С.Г. Букаренко // Семантика языковых единиц» Материалы III научно-исследовательской конференции. Часть 3.- М.: Альфа, 1993.- С. 23-27.

21. Букаренко, С.Г. Регистросема: влияние на сочетаемость подлежащего и сказуемого [Текст] / С.Г. Букаренко // Семантика языковых единиц». Доклады VI Международной конференции. Т. 2 .- М.: МГОУ, 1998. –  С.75-77.

22. Букаренко, С.Г О сочетаемости главных членов двусоставного предложения [Текст] / С.Г. Букаренко // Филология на рубеже тысячелетий. Ростов-на-Дону - Новороссийск: Донской издательский дом. Вып. 2 «Язык как функционирующая система», 2000 - С.80-82.

23. Букаренко, С.Г. К вопросу о сочетаемостной функции категории числа [Текст] / С.Г. Букаренко // Функционально-семантический аспект единиц русского языка. Межвузовский сб. - Таганрог: ТРТУ, 2001. – С.15-17.

24. Букаренко, С.Г. Влияние контекста на сочетаемость составов подлежащего и сказуемого [Текст] / С.Г. Букаренко // Текст. Структура и семантика. Доклады VIII Международной конференции. Т II.- М.: СпотрАкадемПресс, 2001. – С.229-233.

25. Букаренко, С.Г. Сочетаемость подлежащего и сказуемого в ассоциативном аспекте [Текст] / С.Г. Букаренко // Филология в образовательном пространстве Донского региона и её роль в развитии личности. - Ростов-на-Дону: РГПУ, 2001.-С. 19-22.

26. Букаренко, С.Г. Влияние контекста на сочетаемость составов подлежащего и сказуемого [Текст] / С.Г. Букаренко // Текст. Структура и семантика. Доклады VIII Международной конференции. Т II.- М.: СпортАкадемПресс, 2001. – С.229-233.

27. Букаренко, С.Г. Влияние способов выражения подлежащего на качественный диапазон сказуемого [Текст] / С.Г. Букаренко // Речевая деятельность. Текст: Межвузовский сб. научных трудов. - Таганрог: ТГПИ, 2002. – С. 21-28.

28. Букаренко, С.Г. Сочетаемость подлежащего и сказуемого составного глагольного сказуемого, включающего вспомогательный фазисный компонент [Текст] / С.Г. Букаренко // Сб. научных трудов преподавателей и аспирантов. – Таганрог: ТГПИ, 2003. – С.11-16.

29. Букаренко, С.Г. Ассоциативная сочетаемость подлежащего и сказуемого у реципиентов-филологов [Текст] / С.Г. Букаренко // Русский язык в контексте реформирования российского общества. - М.: РГТЭУ, 2003.- С.19-21.

30. Букаренко, С.Г О реализации модели подлежащее+сказуемое, выраженное глаголом движения [Текст] / С.Г. Букаренко // Математические модели физических процессов. Гуманитарная секция. Таганрог: ТГПИ, 2004.-С. 261-266.

31. Букаренко, С.Г Влияние контекста на сочетаемость подлежащего и глагольного сказуемого [Текст] / С.Г. Букаренко // Текст. Структура и семантика. Доклады IX Международная конференции. - М., 2004. С. 241-243.

32. Букаренко, С.Г. Сочетаемость подлежащих-соматизмов и прилагательных-сказуемых со значением размера [Текст] / С.Г. Букаренко // Язык. Дискурс. Текст. II Международная научн. конф., 20 апреля 2005. - Ростов-н/Д: РГПУ, 2005. – С.52-54.

33. Букаренко, С.Г. Сочетаемость подлежащего-соматизма и глагольного сказуемого в ассоциативном тексте [Текст] / С.Г. Букаренко // Текст. Структура и семантика. X Междунар. юбилейная конференция 5-7 апреля 2005. - М., 2005.- С.299 – 303.

34. Букаренко, С.Г. Модель «собственное существительное + глагольное сказуемое» (К проблеме сочетаемости) [Текст] / С.Г. Букаренко //«Математическая модель физических процессов». Т.2. Модели в области гуманитарных наук. – Таганрог: ТГПИ, 2005. – С.35-39.

35. Букаренко, С.Г. Модель «энтомоним-подлежащее + сказуемое» (К проблеме сочетаемости) [Текст] / С.Г. Букаренко // Математическая модель физических процессов». Т.2. Модели в области гуманитарных наук.- Таганрог: Таганрог, 2005: 35 – 39.

36. Букаренко, С.Г. Стереотипная реализация модели подлежащие–антропонимы+глаголы-сказуемые покоя [Текст] / С.Г. Букаренко // Математические модели и алгоритмы для имитации физических процессов. .T 2. «Моделирование процессов обучения в естественных и гуманитарно-социальных науках». - Таганрог: 2006.- С.49-53.

37. Букаренко, С.Г. Стереотипы языковой картины мира (фрагмент «Части тела человека») [Текст] / С.Г. Букаренко // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. «Вопросы филологии». Спецвыпуск .– Ростов н/Д: Изд-во «Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион». - 2006.- С. 17 – 20.

38. Букаренко, С.Г. Стереотипная сочетаемость соматизмов-подлежащих и прилагательных-сказуемых размера, цвета, формы [Текст] / С.Г. Букаренко // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион, ОН «Проблемы филологии». Спецвыпуск. – Ростов-н/Д: Изд-во «Известия высших учебных регион». Северо-Кавказский регион, 2006. – С. 57 - 61.

39. Букаренко, С.Г. Стереотипы языковой картины мира (Пространство) [Текст] / С.Г. Букаренко // Активные процессы в современном русском языке. Материалы Всероссийской межвузовской конференции. - Ростов-н/Д: Легион, 2006.- С.170-174.

40. Букаренко, С.Г. Доминанты языковой картины мира (фрагмент Животные») [Текст] / С.Г. Букаренко // Научная мысль Кавказа. Спецвыпуск № 6 - Ростов н/Д: Изд-во СКВЦ ВШ, 2006.- С. 59 – 64.

41. Букаренко, С.Г. Исследование доминирующих связей языковой картины мира методом психолингвистического эксперимента [Текст] / С.Г. Букаренко // Известия ТРТУ. Тематический выпуск «Психология и педагогика». Раздел IV «Междисциплинарные исследования», 2006, №13.- С.289-295.

42. Букаренко, С.Г. К проблеме описания языковой картины мира методом психолингвистического эксперимента: (фрагмент «Человек») [Текст] / С.Г. Букаренко // Известия ТРТУ. Тематический выпуск «Психология и педагогика». Раздел IV «Междисциплинарные исследования». Таганрог: ТГРУ, 2006, №14.- С.309-315.

43. Букаренко, С.Г. Стереотипная сочетаемость как отражение доминирующих связей языковой картины мира (К постановке проблемы) [Текст] / С.Г. Букаренко // Русский язык: Исторические судьбы и современность. Труды и материалы III Международного конгресса исследователей русского языка 20 -23 марта 2007, Москва, МГУ. - М.: МАКС Пресс, 2007. – С.478.

44. Букаренко, С.Г. Стереотипная сочетаемость подлежащих ‘потомство человека’ и сказуемых [Текст] / С.Г. Букаренко // Математические модели физических процессов. Ч.2. Модели в области гуманитарных наук. Сб. научных трудов XII Международной конференции 14-15 сентября 2007.- Таганрог: ТГПИ, 2007.- С.39-44.

45. Букаренко, С.Г. К проблеме доминирующей сочетаемости номинативного подлежащего и сказуемого (ассоциативный аспект) [Текст] / С.Г. Букаренко // Русское слово, высказывание текст: рациональное, эмоциональное, экспрессивное. Межвузовский сб. научных трудов. - М.: МГОУ, 2007. – С.67-72.

46. Букаренко, С.Г. К проблеме доминирования в оппозиции хороший / плохой [Текст] / С.Г. Букаренко // Текст. Структура и семантика. XI Междунар. конференция 3 -5 апреля 2007 МГОПУ им. М.А. Шолохова. Т.II. - М.: МГГУ, 2007. – С. 61-65.

47. Букаренко, С.Г. К проблеме доминирующей сочетаемости номинативного подлежащего и сказуемого (ассоциативный аспект) [Текст] / С.Г. Букаренко // Русское слово, высказывание, текст: рациональное, эмоциональное, экспрессивное. Сб., посвященный 75-летию П.А. Леканта. – М.:МГОУ, 2007.- С. 67 - 72.

48. Букаренко, С.Г. Стереотипная сочетаемость подлежащих-микронимов и глагольных сказуемых [Текст] / С.Г. Букаренко // Проблемы прикладной лингвистики: Международная научно-практическая конференция. – Пенза: Приволжский Дом знаний, 2008. – С.24-26.

49. Букаренко, С.Г. Об одном аспекте языковой картины мира // Вопросы теории и методики преподавания иностранных языков // Сб. трудов III Международной научной конференции (5-7 июня 2009, Таганрог). Ч.1 – Таганрог: ТГПИ, 2009. – С.103 -106.

50. Букаренко, С.Г Стереотипная сочетаемость подлежащих-антропонимов и глаголов-сказуемых восприятия [Текст] / С.Г. Букаренко // Новые направления в изучении лексикологии, словообразования и грамматики начала XXI века. Материалы Международного симпозиума 4-5 мая 2009, Самара: Изд-во Поволжской государственной социально-гуманитарной академии, 2009. – С.175-177.

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.