WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Моделирование и тпология дискурса межкультурной коммуникации

Автореферат докторской диссертации по филологии

 

На правах рукописи

Пермякова Татьяна Михайловна

 

 

 

 

МОДЕЛИРОВАНИЕ И ТИПОЛОГИЯ ДИСКУРСА

МЕЖКУЛЬТУРНОЙ КОММУНИКАЦИИ

 

Специальность 10.02.19 – теория языка

 

 

А в т о р е ф е р а т

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

 

 

 

Пермь 2009

 

 

 

Работа выполнена в Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Пермский государственный университет» на кафедре английской филологии

Научный консультант:

доктор филологических наук, профессор

Светлана Леонидовна Мишланова

 

Официальные оппоненты:

доктор филологических наук, профессор

Наталья Михайловна Нестерова

 

доктор филологических наук, профессор

Наталья Иосифовна Пушина

 

доктор филологических наук, профессор

Анатолий Прокопьевич Чудинов

Ведущая организация:

ГОУ ВПО «Челябинский государственный университет»

                                                                 

Защита состоится « 24 » декабря 2009 г. в ___ часов на заседании диссертационного совета Д 212.189.11 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора филологических наук при ГОУ ВПО «Пермский государственный университет» по адресу: 614990, г. Пермь, ул. Букирева, 15.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Пермского государственного университета.

Автореферат разослан «       »                                  2009 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

доктор филологических наук

профессор

С.Л. Мишланова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Диссертационная работа посвящена развитию теоретических основ межкультурной коммуникации,  моделированию, дискурс-анализу и типологии межкультурной коммуникации (МК).

Актуальность исследования. В современном глобализированном мире  происходят коренные изменения во всех областях социально-культурного взаимодействия: усиливается интеграция экономик, расширяются границы культурного пространства, повышается академическая мобильность,  создаются условия развития конкурентноспособной и социально успешной личности (мультикультурной и полилингвальной). Поскольку неотъемлемой частью гармоничного социально-культурного взаимодействия выступает межкультурная компетенция личности, формирующаяся в МК, основной научной проблемой современных межкультурных исследований становится новое  теоретическое осмысление  феномена МК, разработка и оптимизация  методологии исследований.

В современных теориях межкультурное взаимодействие трактуется как деятельность и представляет собой динамическую систему взаимодействий субъекта с миром, единство внутренней (концептуализация и категоризация) и внешней (предметность специальной сферы) деятельности, предполагает развитие личности как субъекта деятельности, носит преобразовательный характер (распредмечивание мира и опредмечивание человека в нем), сопровождается развитием духовной и материальной культуры. Иными словами, в процессе деятельности возникает множество культурных кодов, одним из которых является язык.

Во всех деятельностных теориях сложная структура деятельности обусловливает наличие интегративного объекта, включающего субъекта деятельности, предметность, внутреннюю и внешнюю структуру деятельности. В качестве такого интегративного объекта во многих гуманитарных исследованиях выступает дискурс. В данной работе под дискурсом понимается вербально опосредованная профессиональная деятельность (Алексеева, Мишланова 2002). В дискурсе формируется  профессиональная языковая личность (ПЯЛ): личность выступает субъектом деятельности, личность является языковой, поскольку деятельность вербально опосредована, и личность является профессиональной, так как сфера деятельности специальная.

Развитие личности, и соответственно, повышение профессиональной компетенции происходит по мере усложнения специальной деятельности, при этом в дискурсе происходит взаимодействие различных  видов знания и формируется концепт как совокупность всех типов специального знания (от наивных и обыденных представлений до научных понятий). Поскольку знание специальной сферы носит кумулятивный характер, можно говорить о стратификации концепта и об освоении различных фрагментов знания в разных типах дискурса.

Исходя из этого, МК можно рассматривать как вербально опосредованную деятельность, предполагающую взаимодействие коммуникантов, принадлежащих различным культурам, и обладающих разными уровнями профессиональной компетенции.

Важной предпосылкой качественно нового осмысления феномена МК является антропоцентрическая парадигма современной лингвистики. Антропоцентризм, по Е.С.Кубряковой, характеризуется такими параметрами, как интегративность, экспланоторность, комплементарность. В свете антропоцентрической лингвистики МК предстает как дискурс – вербально опосредованная деятельность «при пересечении дискурсивных границ» (Scollon & Scollon 2002), где языковые феномены изучаются с учетом человеческого фактора, язык рассматривается во взаимосвязи с мышлением, познанием, деятельностью.

Единицей дискурса МК является коммуникативное событие – совокупность речевых действий, направленных на достижение коммуникативной цели, в результате  которых порождается текст о межкультурном событии . Поскольку единица обладает всеми свойствами целого, коммуникативному событию присущи все свойства дискурса. И дискурс в целом, и коммуникативное событие характеризуется такими параметрами, как Субъект, Место и Время, вербальная репрезентация которых попадает в фокус внимания лингвистов.

Объектом данного исследования является дискурс межкультурной коммуникации – вербально опосредованная деятельность человека при взаимодействии культур, в том числе совокупность текстов по МК (продукт деятельности).

Предмет исследования – дискурс межкультурной коммуникации как система взаимосвязанных лингвистических параметров.

В данном исследовании мы опирались на теоретические и методологические положения современных направлений лингвистики и МК: когнитивной лингвистики (Демьянков 1995; Карасик 2002; Красных 1999; Кубрякова 2004; Попова, Стернин 2005; Селиванова 2000; Слышкин 2000; Степанов 1995; Чернявская 2001; Langacker 1996; Turner, Fauconnier 1996), теории речевой деятельности (Выготский 1982; Жинкин 1998; Леонтьев 1969; Лурия 1998; Пиаже 1983), психолингвистики и этнопсихолингвистики (Гальскова 2004; Залевская 1999; Зимняя 1999; Караулов 1987, 1999; Лебедева 1999; Овчинникова 2002; Привалова 2006; Сахарный 1993; Халеева 1989; Хитрик 2001; Уфимцева 1999; Mackie, Hamilton 1993), лингвокультурологии (Вежбицка 2001; Верещагин, Костомаров 1980; Воркачев 1995; Воробьев 1997; Маслова 2001; Тарасов 1998; Телия 1999; Тер-Минасова 2000; Шмелев 2004), межкультурной коммуникации (Бергельсон 2005; Грушевицкая, Попков, Садохин 2002; Гудков 2003; Донец 2004; Клюканов 1999; Красных 2002; Леонтович 2002; Тер-Минасова 2000; Bennet 1998; Dahl 1998; Hall 1976; Hofstede 1980; Jandt 1995; Klopf 1998; Lewis 1998; Samovar, Porter 1995; Ting-Toomey 1999); дискурсивного анализа (Карасик 1996, 2002; Филипс, Йоргенсен 2004; van Dijk 1999; Fairclough 1999), системного подхода (Алексеева, Мишланова 2002; О'Коннор 2006; Рубаник 2006), дискурсивного анализа (ван Дейк 1986, Карасик 2000, Fairclough 2002, McDermott 2002), методологии корпусного анализа (Кибрик 1993; Givon 1990; Mann, Thompson 1992). Несмотря на то, что МК давно привлекает интерес исследователей разных направлений, до сих пор нет работ, связанных с интегральным осмыслением ее теоретико-методологических основ, нет единого мнения по вопросу об объекте МК, способах анализа, изучению развития МК и межкультурной специфики. Это свидетельствует о высокой актуальности комплексных исследований МК, интегративного описания данного феномена, создания типологии дискурса МК и разработки основ его моделирования.

Цель исследования – моделирование дискурса МК на основе корпусно-дискурсивного метода, построение типологии дискурса МК, обоснование дискурсивной теории МК.

Для достижения поставленной цели в исследовании решаются следующие задачи:

  • изучить историю развития МК, выявить основные парадигмы и направления развития дисциплины;
  • на основе дефиниционного анализа обосновать интегративный характер МК; определить возможные пути интеграции теоретических и методологических положений исследователей разных направлений;
  • на основе общей теории дискурса описать взаимосвязи основных категорий МК, определить методологические принципы анализа МК;
  • по результатам анализа основных категорий дискурса построить модель МК; разработать и обосновать типологию дискурса МК; охарактеризовать основные параметры коммуникативного события;
  • охарактеризовать особенности вербальной экспликации параметров коммуникативного события в разных типах дискурса МК;
  • на основе сравнительного анализа (между параметрами и между типами) выявить основные способы вербализации, концептуализации, динамики концептуальной структуры параметров коммуникативного события;
  • изучить закономерности моделирования и типологии дискурса МК, обосновать дискурсивную теорию МК.

Материалом исследования послужили 29219 единиц дискурса (контекстов и целых текстов), репрезентирующих коммуникацию представителей разных культур/стран, полученных методом сплошной выборки из текстов печатных и электронных текстов массовой коммуникации, а также текстов личностной направленности, общим объемом около 800 тыс. словоупотреблений. Материал представлен публикациями в журналах и газетах разной издательской, тематической и профессиональной направленности, разных жанров (аналитическая статья, новостная заметка, репортаж, комментарий, обзор, фельетон, интервью), Интернет-сайтами, блогами, опубликованными в период с 1994 г. по 2008 г. Список русских и английских источников включает более 40 наименований.

Методы исследования. В исследовании применялись общенаучные методы, в том числе системный анализ и моделирование, полевый метод, а также методы статистической обработки данных (корреляционный анализ; статистические программы STATISTICA 6.0, Excel 2003, SPSS 10). Дополнительно привлекались  социологический метод экспертной оценки и метод картографирования.

К лингвистическим методам исследования, используемым в работе, относятся компонентный, дефиниционный, сравнительный, контекстуальный, семантико-стилистический и композиционный анализ, анализ тема-рематического членения, а также методы когнитивной лингвистики (концептуальный анализ, метод тезаурусного описания моделей).

Дизайн исследования включает анализ макроструктур и микроструктур дискурса (ван Дейк 1989). Изучение макроструктуры дискурса проводилось на материале 300 целых текстов. Для изучения микроструктур дискурса нами был разработан и применен корпусно-дискурсивный метод (как модификация квантитативного референтивного метода), заключающийся в анализе концептуальной структуры интегративного понятия в дискурсе как совокупности текстов о межкультурной коммуникации.

Дискурсивный анализ предполагает выявление специфики репрезентации параметров межкультурного события на языковых уровнях, в том числе лексическом. Каждый параметр определяется грамматической функцией параметральной единицы в предложении: Субъект – подлежащее и дополнениее, Место – обстоятельство места, Время – обстоятельство времени. Каждая единица фиксируется в базе данных и маркируется по семантике и типу дискурса. Совокупные данные анализируется полевым методом (определяется ядерно-периферийный состав каждого параметра по классам номинаций), выявляются ключевые классы номинаций каждого параметра и их взаимосвязи.

На защиту выносятся следующие положения:

  • Межкультурная коммуникация, междисциплинарная и интегративная по своей природе, является объектом, который может быть адекватно изучен только с позиций когнитивно-дискурсивной теории. Наибольшим эвристическим потенциалом исследования МК обладают деятельностные теории, трактующие дискурс как вербально опосредованную деятельность в специальной сфере. В рамках деятельностной теории когнитивным механизмом является механизм развития языковой личности, одним из вариантов описания которого является теория концептуальной интеграции.
  • Обращение к положениям теории языковой личности, теории деятельности, теории дискурса делает возможным постулировать моделируемость дискурса МК. Моделирование учитывает деятельностную природу дискурса, что позволяет соотносить данную модель с моделью профессиональной языковой личности. Актуализация данной модели выявляет следующие типы дискурса: обучающий, туристский, профессиональный, специальный. Данная типология коррелирует с уровнями развития личности, фазами развития знака в дискурсе, структурой деятельности.
  • Адекватным методом исследования дискурса МК является корпусно-дискурсивный метод – метод вербального анализа концептуальной структуры ключевых параметров межкультурного события как единицы дискурса МК. Ключевыми лингвистическими параметрами модели МК в корпусно-дискурсивном анализе являются Субъект, Место и Время события.
  • Тип дискурса определяет специфику номинации параметров субъекта, места и времени события МК. Усложнение типа дискурса по шкале «наивный-профессиональный» характеризуется уменьшением номинаций конкретных понятий и увеличением числа номинаций абстрактных понятий каждого из выявленных параметров МК. Тенденция при формировании межкультурной компетенции заключается в динамике от межличностной идентичности личности к социальной, от обыденной локально-центрированной деятельности в сторону темпоральности профессиональной деятельности, а также повышения абстрактности локализации и времени.
  •  Статистическая обработка лингвистических параметров обнаруживает прямую зависимость межкультурной компетенции личности от опыта Общественного взаимодействия. Наиболее актуальным в параметре Место является субконцепт Территориального разграничения. Субъективность восприятия времени снижается по мере роста профессионализма субъекта МК. Высокая степень корреляции параметров модели дискурса свидетельствует о надежности эмпирических данных, лежащих в основе дискурсивной теории МК.

Научная новизна работы. Впервые осуществлен комплексный системный подход к изучению МК как дискурса – вербально опосредованной деятельности при взаимодействии культур. В работе впервые представлена методика моделирования дискурса МК и разработана модель дискурса МК на основе уровня развития профессиональной компетенции личности. Впервые разработан и применен корпусно-дискурсивный метод анализа. На основе актуализации модели дискурса МК создана новая типология дискурса МК как разновидностей дискурса в зависимости от уровня межкультурной компетенции личности в профессиональной сфере (типе). Впервые проведен корпусно-дискурсивный анализ лингвистических параметров события МК, обнаружена специфика каждого из выделенного типов дискурса, обоснована дискурсивная теория МК.

Теоретическая значимость работы заключается в развитии теории дискурса применительно к качественно новому объекту – МК. В работе определяется теоретический и методологический статус МК, описывается ее категориальный аппарат, разрабатывается методика моделирования и типологии дискурса МК. Разработан корпусно-дискурсивный метод анализа, способствующий получению комплексных и статистически достоверных данных, чья интерпретация может носить комплементарный характер.

Практическая значимость работы состоит в распространении нового теоретического подхода на области лингвистики, коммуникатологии и других дисциплин, связанных с формированием межкультурной и лингводидактической компетенций личности. Положения представленной в работе дискурсивной концепции МК могут быть использованы в теоретических курсах по общему языкознанию, лексикологии,  коммуникации, МК, методике обучения иностранным языкам, переводоведении. Полученные результаты могут применяться в кейс-методиках анализа каждого дискурсивного типа, межтиповых случаев МК, а также в отношении определенной пары культур. Результаты исследования могут использоваться на практических занятиях по МК, по иностранным языкам, и при обучении  профессиональной иноязычной коммуникации и переводу.

Апробация работы. Основные результаты исследования обсуждались на зарубежных международных научных конференциях: «Post-Communist Language, Culture and Society in Russia, the Other Former Republics of the Soviet Union and Eastern Europe» (Lubbock, Texas Tech University, USA, 1998), Buffalo-Toronto Student Conference in Linguistics (Buffalo, New York, USA, 1997), «Rethinking Identities: State, Nation, Culture», Association for the Study of Nationalities. Fourth Annual World Convention (Columbia University, New York, USA, 1999), Technology for Society MOST (Warsaw, Poland, 2002), UNESCO Conference on Intercultural Education (Jyvaskyla, Finland, 2003), “Reaching In/Reaching Out” National Communication Association Convention (Miami, USA, 2003); на международных научных конференциях: «Актуальные проблемы исследования языка и речи» (Минск, 1996), «Филология на рубеже ХХ-ХХI веков» (Пермь, 1996), «Филология на рубеже тысячелетий» (Ростов-на-Дону, 2000), «Языки в современном мире» (Москва, 2004), «Классический университет в российском образовательном пространстве» (Пермь, 2006), «Индустрия перевода и информационное обеспечение внешнеэкономической деятельности предприятий» (Пермь, 2006, 2008), на III Международном конгрессе исследователей русского языка «Русский язык: исторические судьбы и современность» (Москва, 2007), на III международной научной конференции «Языки профессиональной коммуникации» (Челябинск, 2007), на IV Международной конференции РКА «Коммуникация в современной парадигме социального и гуманитарного знания» (Москва, 2008), «Иностранные языки в контексте культуры» (Пермь, 2009),  на Всероссийской научной конференции «Инновационные проекты в обучении иностранным языкам» (Москва, 2007), на Всероссийской научно-практической конференции «Актуальные проблемы терминологии, языков специальной цели и профессиональной коммуникации» (Пермь, 2007), на краевой научной конференции «Язык и духовность» (Пермь, 2007); на международной школе-семинаре «Преподавание с помощью кейс-технологии» (Санкт-Петербург, 2002), на межрегиональном круглом столе «Толерантность в образовании» (Екатеринбург, 2003), семинарах школ-участников Университетского округа (Пермь, 2006), на конференциях профессорско-преподавательского состава, заседаниях кафедр и семинарах в Пермском государственном университете и Пермском филиале Государственного университета «Высшая школа экономики» (1992 – 2009).

Публикации. Основное содержание диссертации представлено в 75 научных публикациях, в число которых входят: «Межкультурная коммуникация в свете теории дискурса», Пермь, 2007 – 141 с.; «Корпусный анализ в межкультурной коммуникации», Пермь, 2009 – 193 с. (в соавт.), «Межкультурная коммуникация (социально-психологический аспект)», Пермь, 2001. - 120 с.; 7 статей в научных журналах, рекомендованных ВАК.

Объем и структура работы. Диссертация состоит из введения, двух частей, 6 глав, библиографического списка и списка источников материала исследования. Работа иллюстрирована 24 таблицами, 10 графиками, 23 рисунками. Текст диссертации изложен на 368 страницах, список литературы содержит 475 наименований, список источников – 45.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении содержится обоснование актуальности темы исследования, сформулированы цели и задачи, дана общая характеристика диссертации, включающая научную новизну и практическую значимость, исходные теоретические и методологические положения, а также представлены положения, выносимые на защиту.

В части I «Теоретические и методологические основы межкультурной коммуникации» анализируются основные парадигмы развития МК, теоретический и методологический базис теории МК, обосновываются ключевые категории дискурсивной теории МК, рассматриваются варианты моделирования, типологии, выявления параметров коммуникативного события как единицы дискурса МК.

Глава 1. Теоретические и методологические предпосылки развития теории межкультурной коммуникации

Обращение к истории МК свидетельствует о том, что формирование МК как самостоятельной дисциплины происходило длительное время. Взаимосвязь культуры, деятельности и языка была отмечена еще в трудах В. фон Гумбольдта («Каждый язык описывает вокруг народа, которому он принадлежит, круг, из пределов которого можно выйти только в том случае, если вступаешь в другой круг»), в которых подчеркивалась не только сложность межкультурных границ, но и их принципиальной преодолимость.

При анализе исторического аспекта теоретических основ МК отчетливо прослеживается смена научных парадигм (рис. 1). В 1940-е гг. МК получает статус эмпирической социальной/функциональной дисциплины, занимающейся классификацией культурных контактов и выработкой рекомендаций по разрешению межкультурных конфликтов. В данной парадигме объект МК определялся в социологическом аспекте. 

Следущая критическая/интерпретативная парадигма в эволюции МК сопровождалась увеличением междисциплинарных связей и последовательным усложнением объекта, в котором исследователи стремились изучить роль контекста коммуникации и роли коммуникантов.

Современная диалектическая парадигма признает сложность МК, ее комплексный интегративный характер, и занимается поиском адекватного объекта и методов его исследования.    

Парадигмальный анализ говорит о свойственной МК проблематике поиска нового объекта, способного комплексно отразить новые междисциплинарные тенденции. Поскольку последовательная смена парадигм влечет за собой качественное усложнение объекта в каждой парадигме, но при этом не решает задач интегративного описания дисциплины, то требуется новая методология, способная учитывать не только внутрипарадигмальные, но и межпарадигмальные взаимосвязи. Именно комплексность и интегративность объекта придает МК большой эвристический потенциал.

В настоящей работе выделены основные сложившиеся школы межкультурных исследований: западная и отечественная. В трудах западной школы доминирует традиционный функциональный подход к объекту, поэтому исследования и их результаты оказываются фрагментарными в отношении сложного объекта МК. В отечественной школе в отношении сложных интегрированных объектов используется деятельностный подход и теория дискурса, но в фокус внимания исследователей не попадал объект МК. Интеграция культурных традиций – сопряжение достижений западной и отечественной  школ – обладает не только наибольшим эвристическим потенциалом, но и соответствует сути и духу межкультурной коммуникации, которая по определению межкультурна.

В процессе аналитического обзора МК выявлено, что методы исследований МК отражают парадигмы ее развития. В традиционном/функциональном направлении исследований МК разработаны количественные методы анализа межкультурной компетенции личности в адаптации к инокультурной среде – инструменты, получившие распространение в силу высокой верифицируемости количественных данных. Критическая/интерпретативная парадигма развития МК сосредоточивается на качественных методах анализа (риторический, стилистический анализ, анализ текста) и в большей степени учитывает динамические и личностные аспекты МК. Обращение к теории дискурса актуализирует поиск релевантных методов анализа МК, и современный этап развития МК фокусируется на дискурс-анализе и концептуальном анализе.


Рис. 1

Этапы развития межкультурной коммуникации

 

Социальный

Интерпретативный

Диалектический

Этнографический

Критический

Персоналии

М. Беннет, A.Гидденс, Р.Портер, Л.Самовар  

М.Мид, Б.Рут, А.П.Садохин

M.Фуко, Н.Фэаркло

И.Э. Клюканов, Н.Нишида, Р. И С. Сколлоны, Р.Уайзман

Постулаты

Описывается внешняя действительность; человеческое поведение предсказуемо

Реальность субъективна; контекст в коммуникации важен; исследуются отношения власти в коммуникации и как они влияют на культурную коммуникацию

МК обусловлена и культурно, и личностно; коммуникация и статична, и динамична; время диалектично

Цели

Описать и спрогнозировать поведение

Понять и описать человеческую природу, повлиять на жизнь коммуникантов

Методы

Количественный:  сбор и количественная обработка данных (чаще анкет)

Качественный: риторический, стилистический анализ; обнаружение и анализ артефактов

Преимущества

Высокий уровень надежности  данных; минимизация субъективности выводов; возможность проведения продолжительных замеров

Получение реалистичной картины явления; использование целостного подхода к исследуемому явлению; использование описаний, базирующихся на первичных и неструктурированных данных

Недостатки

Отсутствие информации о ситуативном контексте; ограниченность выводов

Проблематичность объяснения различий между качеством и количеством информации; отсутствие полной объективности и надежности выводов

                                                                                                                                                                              


В Главе 2. Основные категории дискурсивной теории межкультурной коммуникации рассматриваются такие основные категории теории МК, как дискурс, концепт, языковая личность.

Данное исследование выполнено в русле антропоцентрической парадигмы лингвистики, изучающей язык в его взаимосвязи с человеком, его мышлением, познанием, деятельностью.

Дискурс как интегративный объект (вербально опосредованная деятельность в специальной сфере) предполагает накопление всех знаний и представлений о специальном объекте (в данном случае – МК), и вся совокупность знания об объекте описывается как концепт. При этом базируется не на абстрактной совокупности знаний, в основе концептуализации лежат ментальные процессы, которые направлены на формирование нового знания и преобразование личности. Механизм развития личности, таким образом, – это механизм концептуальной интеграции, перестройки внутренней категориальной системы, интеграции новых конструктов в систему.

Ключевой категорией антропоцентрической лингвистики является категория языковой личности. Языковая личнсоть – многокомпонентный, структурно-упорядоченный набор языковых способностей, умений (компетентностей), преломляемый через ее язык, дискурс (Караулов 1987). Формируемая в условиях МК межкультурная компетенция личности (МКК), понимаемая как динамическая смена ролей личности согласно целеполаганию и включающая весь спектр компетенций (языковую, лингвострановедческую, коммуникативную, прагматическую и т. д.), преобразует категорию языковой личности в категорию поликультурной, мультилингвальной и полипрофессиональной личности.

Категории МК – языковой личности, концепта, дискурса – тесно взаимосвязаны: по мере усложнения деятельности постоянно развивается личность за счет расширения концептов в концептуальной системе.

Все категории теории дискурса моделируются матричным образом с учетом специфики знака и знаковой деятельности (Мишланова, Пермякова 2001; 2006), например:

  • Дискурс

Дискурс как знаковая деятельность предстает в четырех репрезентациях:

1. деятельность (взаимодействие)

2. процесс (смена фаз деятельности)

3. результат деятельности (продукт, совокупность текстов по заданной теме)

4. совокупность знаков (знаковая система), семиотическая обработка знака, репрезентирующего деятельность (например, материальная культура, культурный код).

II. Межкультурная коммуникация

1. МК – деятельность людей на пересечении культурных границ (как физических, так и нефизических)

2. МК – преобразование личности, образование мультикультурной личности

3. МК – совокупность текстов, порождаемых в ходе МК, а также текстов по теме МК, упорядоченных от наивных к научным в зависимости от уровня профессиональной компетенции

4. МК – система знаков (понятийный аппарат, терминология). 

Изоморфизм матричного представления дефиниций ключевых понятий позволяет уточнить дискуссионный для МК момент: можно ли считать межкультурной коммуникацию, если это не общение между представителями разных национальностей? Очевидно, что в рамках дискурса происходит расширение понимания МК до рамок общения людей разных компетенций – например, в социальной дифференциации коммуникации к межкультурному общению будет относиться межкорпоративное, межпоколенческое, межгендерное.

Глава 3. Интегративная модель межкультурной коммуникации

В данной главе представлены варианты моделирования МК,  интегративная модель дискурса МК, характеристика коммуникативного события как единицы дискурса МК и типов дискурса МК.

Освещение проблематики МК в свете теории дискурса, а именно обращение по интегрирующему свойству к положениям теории развития личности, теории языковой личности, теории деятельности с выделенными фазами внутренней структуры и в целом к дискурсу как деятельностному и системному феномену, создает предпосылки для моделирования деятельности МК. Исходя из внутренней структуры дискурса как деятельности, мы можем получить монопарадигмальную модель дискурса МК, представленную в моделях развития личности по фазам преодоления межкультурных барьеров. На основании критерия взаимодействия с Другим выделяемые модели также монопарадигмальны и противоречивы, особенно эмпирически.

Модель интегрирующего вида строится на основе деятельностного характера дискурса субъектов в специальной сфере МК. В работе учитывается следующая специфика дискурса МК:

а)      фазы развития личности (фазы концептуализации, этапы деятельности);

б)      полипрофессионализм языковой личности в специальных условиях МК;

в)      иерархичность дискурса специальной сферы (от наивного к научному);

г)       четырехчастное взаимодействие с Другим по принципам комплементарности и контрадикторности.

Таким образом, дискурсивная теория МК обращается к интегративной модели МКК с учетом профессиональной комптенции, или   полипрофессиональной языковой личности (ППЯЛ). При актуализации данной модели выделяются четыре типа дискурса (рис. 2):

а)       на практическом наивном уровне – обучающий (I тип);

б)       на практическом профессиональном уровне – туристский/личностный (II тип);

в)       профессиональный неспециальный (III тип);

г)       профессиональный специальный (IV тип).

Предлагаемая модель дискурса постулирует такие свойства дискурса, как интегративность (и фрагментарность), иерархичность (и диффузность), гетерогенность (и гомогенность), комплементарность (и контрадикторность).

Интегративная модель дискурса МК не только повторяет фазы развития личности, структурируется по уровням развития личности, повторяет фазы развития знака в дискурсе, но и повторяет структуру деятельности с мотивационным, ориентировочным, реализующим и контролирующим этапами. При этом обучающий тип дискурса в модели дискурса МК больше ассоциируется с мотивационным этапом, туристский – с ориентационным, профессиональный – с реализующим (производственным), специальный – с контролирующим (см. рис 3).

Рис. 2

Структура дискурса межкультурной коммуникации

Дискурс

Профессиональная степень МКК

Профессиональный

Практический

Туристский личностный

(2)

Профессиональный неспециальный

(3)

Профессиональный специальный

(4)

Практический

Наивный

Обучающий

(1)

Интегративная модель дискурса заключается не в системно-структурном способе интеграции (как чаще всего представляется в процессах моделирования), а в объемном. Следовательно, графически интегративная модель дискурса, в том числе дискурса МК, представляется в виде циклического (с учетом фазовости) графика, а не ступенчатого графика. Дискурс МК и его соответствующая модель учитывают сменность деятельности как условие развития личности.

В данном разделе дается характеристика выделяемых типов дискурса МК.

Первый, обучающий тип дискурса МК включает спектр взаимодействия индивидов при обучении иностранному языку. Изучая иностранный язык, учащиеся приобщаются к иной культуре, и «преподавание языков – это всегда межкультурное общение» (Шуман 2006). В рамках компетентностного подхода к обучению иностранным языкам понятие «коммуникативная компетенция» выходит за рамки лингвистической компетенции, и входит в структуру компетенции межкультурной. В методическом плане это означает сдвиг от механического


Рис. 3

«Параллелизм» типологии дискурса МК и внутренней структуры деятельности

 

Внутренняя структура деятельности

Модель номинации

Семиотический цикл

Фазы формирования личности

Структура

языковой личности

Уровни профессиона

лизации

Типология дискурса

МК

Л.С.Выготский А.А.Леонтьев

Е.А.Селиванова

Л.М.Алексеева С.Л.Мишланова

Психологические и психолингвистические исследования

(Ю.Н.Караулов)

D.Holmes (функциональный подход)

 

4

Результиру

ющий

Парадигмати

зация и cинтагматизация

Вторичный знак

Интеграция

Прагматический

 Интуитивное решение проблем (творчество)

Специальный

3

Реализующий

Селекция

Метатекст в тексте

Индивидуали

зация

Когнитивный

Нестандартные проблемы

Профессио

нальный

2

Ориентиро

вочный

Интериоризация

Метазнак

Адаптация

Вербально-грамматический

Стандартизация решения проблем

Туристский

1

Мотивационный

Апперцепция

Исходный знак

Повторяемость проблем

 Обучающий


заучивания к глубинным формам языкового самовыражения. В связи с этим возникают вопросы определения коммуникативной ситуации, целей и границ коммуникации, типа события и контекста, содержания и формы, участников общения, которые для содержания обучения далеко не всегда определены.

Ближе всего к осознанию необходимости интегративной концепции методики обучения иностранным языкам подошли исследователи преподавания иностранного языка как специальности, либо преподавания языка специальных целей (ESP) (Tella, Rasanen, Vahapassi 2003). И если в первом случае понимание проблемы объясняется очевидной необходимостью «присвоения» иноязычной и инокультурной коммуникации, то втором случае преодоление традиционного взгляда на иностранный язык исключительно как на необходимое условие получения будущей профессии (особенно нефилологический профиль) происходит только в последнее время (Федорова  2003). Так, исследователи отмечают необходимость полипрофессиональной деятельности специалиста, когда ему нужно не только выполнить свою работу (цель в условиях МК), но и принеобходимости одновременно выступить в качестве переводчика (самому себе), учителя, библиотекаря, организатора рабочего места. Индивиду необходимо постоянно продолжать формировать в себе «медиатора» – посредника культурной коммуникации (Tella, Rasanen, Vahapassi 2003). Такая точка зрения отвечает культурному состоянию коммуникации и одновременно дает возможность коммуникантам ответственно и естественно относиться к социокультурным параметрам общения.

Несмотря на то что на профессиональном уровне туристский/ личностный тип дискурса является самым массовым видом межкультурных контактов, исследования этого дискурсивного типа немногочисленны. В литературе разграничиваются субъекты межкультурного взаимодействия: турист и временно пребывающий. Турист сталкивается с межкультурным действием для повышения «привлекательности» текущей жизни, без ее изменения. Временно пребывающий, напротив, ищет влияния на общество (Byram 1997; Suvantola 2002). В практических пособиях и руководствах для туристов и временно пребывающих прослеживается интердискурсивность данной социальной сферы: такие институты, как иммиграционная служба, таможня, международные организации демонстрируют взаимосвязь данной сферы со специальным профессиональным дискурсом, с одной стороны, а с другой стороны, службы транспорта, медицины, торговли связаны с профессиональной коммуникацией и подчеркивают практический характер коммуникации (Developing 1999; Rabe 1997).

Общие свойства дискурса туриста: 1) «капсульность», свойственная всем уровням и всему пространству туристского дискурса при выборе места поездки; 2) стандартизация (транспорта, места проживания, перечня достопримечательностей, справочной литературы, еды); 3) предназначенность объектов для туристов (традиции страны, место проживания) (Suvantola 2002). Межкультурная основа туризма подтверждается, во-первых, множественностью форм туристского дискурса (приключенческий, экотуризм, массовый, курортный, походный, поездки в медовый месяц), во-вторых, знаковым характером моделирования туристского опыта (знаний).

Профессиональный неспециальный тип включает спектр коммуникации не-специалистов в области МК (международный бизнес).  Условно данный тип деятельности можно подразделить на два класса: а) переподготовка специалистов для работы за рубежом (Samovar, Porter 1995); б) профессионально интегрированное обучение иностранному языку, где под межкультурным компонентом подразумевается параллельная родной иноязычная сфера профессиональной деятельности.

Первый класс деятельности рассчитан на кратковременную эффективность, результативность выполнения работы при обучении посредством ассимиляторов, кейс-методов, ролевых игр. При всех своих преимуществах, к которым в первую очередь относят поддержание компетенции в профессиональной квалификации, обучение не преследует целью саморефлексию и развитие самомотивации.

Поскольку деятельность представляет собой единство процесса и результата, продуктом вербально опосредованного межкультурного  взаимодействия является совокупность текстов, репрезентирующих концепт, или все знание о МК.

Действительно, эмпирические данные исследований подтвержадют, что большинство профессионалов-неспециалистов в МК полагают, что межкультурная компетенция – это прирожденное качество (подобно языковым способностям), что индивидуально-личностные характеристики предопределяют межкультурную компетенцию (например, успешный организатор везде проявляет свои организаторские способности), и что краткосрочная подготовка решает долгосрочные задачи (Korhonen 2003).

Примером второго вида взаимодействия в данном типе является анализ концептуализации профессиональной деловой сферы. Обучение не-специалистов, как правило, когнитивно-лингвоцентрично; с дискурсивным подходом его сближает не только наличие вербальных (метафорических), но и невербальных схем организации (Schmidt 2004). В данном случае МКК для профессионалов подразделяется на содержательную компетенцию и процессуальную (Knowingthat versus Knowing how), когда подразделяются знания о фактах культуры и умение их применять. В анализе это противопоставление распространяется на понятие-слово (notion) в противовес понятию-концепту. Для профессионалов с МКК необходимо не только и не столько изучение языка клиентов/других агентов, сколько умение узнавать интенции и интерпретировать, применять «ролевой язык» (Stier 2004).

Профессиональный специальный тип представлен деятельностью специалистов в области МК – дипломатов, переводчиков, практиков межэтнического общения.

В последнее время появляется все большее количество работ, посвященных МКК переводчика – специалиста по МК (Pistillo 2003). Эта проблема рассматривается в когнитивистском направлении исследований перевода. Д. Жиль отмечает, что принцип обнаружения расхождения между исходным текстом и текстом перевода дает богатый лингвостилистический материал анализа и решает узкоприкладные переводческие задачи, но изучение МКК переводчика реализуется лишь в случае обращения к самому процессу перевода, например, к культурно-специфичным понятиям «режима перевода» или к случаям «вступления переводчика».

Подобно туристскому дискурсу институт дипломатии и международных организаций как тип специальной межкультурной коммуникации слабо представлен в теоретическом отношении (Newmark 1979). Фрагментарно выделены субъекты международных отношений и организаций – торговые представители, студенты по обмену. Исследователи предлагают считать процесс переговоров неотъемлемым свойством международных отношений (Korzhenny, Ting-Toomey, Ryan 1990).

Профессия практика межэтнического общения появляется в обществе связи с постепенным формированием нового типа целевой группы – межэтнической группы (Paige1996), что требует подготовки профессионалов межкультурной практики, разделяющих приемы, техники взаимодействия с группой, а также аналитический инструментарий (Jensen 2003). Для практиков межэтнического общения основным понятием становится понятие «культурной идентичности», действенное в условиях глобализации,  дискриминации, межэтнических конфликтов. Понятие «культурной идентичности» имеет не-иерархичную структуру, оно переменчиво: в каждом конкретном случае культурная идентичность предстает как фрагментарная.

Специальный тип дискурса он интегративен, что проявляется в формировании специального категорийного аппарата, общими чертами которого являются интердискурсивность, интер- и мультикультуральность, полипрофессиональность личности.

Коммуникативное событие как единица дискурса МК. Согласно теории деятельности, фазы внутренней структуры реализации получают внешнюю манифестацию, или воплощение в виде внешних структур – единиц деятельности; при этом единицы должны обладать всеми свойствами целого (Выготский 1982).

В настоящем исследовании в качестве единицы анализа (единицы дискурса) принимается коммуникативное событие. Коммуникативное событие представляет собой совокупность коммуникативно значимых, прагматически связанных речевых действий, направленных на достижение коммуникативной цели (Гришаева, Цурикова 2006), в результате  которых порождается текст о межкультурном событии.

Для анализа нами  разработана модель события – набор основных параметров, составляющих событие. Предполагаемая модель коммуникативного события строилась в три этапа. На первом этапе, на уровне анализа эпистемической ситуации описывалась типология коммуникантов, основных субъектов дискурса. Типология субъектов межкультурного коммуникативного события учитывала данные исследований Н.Б. Гвишиани (социальная иерархия), И.А. Зимней (сменность ролей субъектов в совместной деятельности), Н.Б. Гвишиани (социальная иерархия), В.И. Карасика (агентско-клиентских отношения в дискурсе), рис. 4.

Рис. 4

Примерная типология ролей в МК

клиент

агент

ученик

учитель

турист

турагент

организация

организация

лицо - организация - общество

лицо - организация - общество

На втором этапе выделялись параметры события, поскольку модель события воспринимается через категории, взаимодействующие друг с другом по ряду признаков. На третьем этапе каждый из типов дискурса проанализирован по параметрам коммуникативного события. Поскольку дискурс – вербально опосредованная деятельность, основные параметры события – лингвистические, или способы номинации параметров события.

С учетом методов исследования Т. ван Дейка, В.И. Карасика коммуникативное событие, или единица дискурса, анализируется как взаимосвязь категорий и компонентов текста на макроуровне. В результате были получены следующие параметры анализа в иерархии текстуальных отношений: Основное событие, Причины, История, Следствия, Оценка события, Субъект/ы, Место и Время события. Выявлено, что микроуровень анализа коммуникативного события предполагает выход на репрезентируемые в тексте концепты, понимание которых означает наличие у читателей знаний о социальной ситуации. Взаимосвязь целостности коммуникативного события интуитивно осознается как тема, концептуально суммирующая информацию о событии.

В диссертации при модификации квантитативного референтивного метода анализа дискурса А.А. Кибрика разработан корпусно-дискурсивный метод – метод анализа концептуальной структуры интегративного понятия в дискурсе (корпус текстов по специальной теме). Ключевыми параметрами межкультурного события в корпусно-дискурсивном анализе выступают Субъект, Место и Время.

В работе обосновывается методология формирования корпуса текстов с учетом предпринятой модификации квантитативно-референтивного метода. Лингвистическим корпусом называют собрание текстов, собранных в соответствии с определёнными принципами, размеченных по определённому стандарту и обеспеченных специализированной поисковой системой. Корпусом первого порядка называют просто любое собрание текстов, объединённых каким-то общим признаком. Согласно В.В. Рыкову (2002), в основе корпуса текстов лежит замысел, объединяющий эти тексты: применительно к данному исследованию это набор текстов (равновеликого объема по выделяемым типам дискурса), содержанием которых является общение представителей разных культур. Проблема представительности корпуса решается за счет достаточно большого количества текстов – свыше 300 целых текстов общим объемом около 800 тысяч словоупотреблений. По критерию фактуры речи, корпус относится к компиляции письменных текстов (на машинном носителе). По классификации корпусов, данный вид относится к электронным архивам, так как форма представления текстов на машинном носителе не стандартизована и не унифицирована (в отличие, например, от исключительно корпусов). По виду индексации корпус является простым (не аннотированным), а по языковой принадлежности – моноязычным, с привлечением англоязычного субкорпуса, что объясняется задачами данного исследования и трудоемкостью создания мультилингвальных и параллельных корпусов. Особенности применения корпуса характеризуют его как исследовательский и иллюстративный. Разметка корпуса как еще один существенный критерий корпуса текстов соответствует шагам дискурсивного анализа, представленным выше, в частности в шаге выявления грамматической функции единицы в предложении и семантике субъекта, места и времени события. Дополнительно использовался тема-рематический анализ и экспертная оценка для разметки единицы. Данные процедуры описывают проблемную область корпуса (problem-defined corpus vs user-defined corpus) (Рыков 1999). Проблема представления результатов решается как однородная разметка (кодирование единицы) с оценкой частности.

В части II «Анализ дискурса межкультурной коммуникации» представлен корпусно-дискурсивный анализ параметров коммуникативного события в разных типах дискурса МК.

В Главе 4. Анализ коммуникативного события представлен анализ макроструктуры текстов о МК.

Дизайн анализа включает следующие этапы: 1) членение текста на эпизоды, 2) выделение единиц, выражающих субъекта/-ов действия, место и время действия; 3) фиксация референциальной единицы в грамматической структуре предложения, 4) установление иерархических взаимосвязей единиц в тексте.

Рассмотрим следующий пример. Данный фрагмент текста относится к межличностному, туристскому типу дискурса (описывает личный опыт российской журналистки за рубежом).

Персональный банзай

(1)… Оправившись от парфюмерного удара, едва не свалившего меня с ног при входе, обнаруживаю, что ангельские создания довольно брезгливо меня сторонятся. <…> Я не засунула свой зонтик в один из специально вывешенных у входа чехольчиков, и с него на яркие туфельки посетительниц магазина капает вода. …

(2) Один квадратный метр [земли] в центре Токио стоит 10 миллионов иен (примерно 100 тысяч долларов), стоимость аренды хорошей квартиры (заметим, что японские представления о хорошей квартире ближе к нашим, чем к американским) может доходить до миллиона иен в месяц. <…> В отличие от западных сверстниц японские девушки не стремятся съехать от родителей и чаще всего прямехонько после школы отправляются работать <…> Потому что с выходом замуж жизнь обычной японской женщины превращается в хранение домашнего очага. Из чудесной нимфетки в белых носочках получается строгая тетя, наряжающаяся на праздники в кимоно своей бабушки. (Эксперт, № 27, 17.07.2000)

Способами идентификации субъекта являются: 1) наименование национальной принадлежности (японцы), 2) местоимения (я, нас, все), б) имя собственное, в) указание социального статуса: профессиональной принадлежности, звания, места работы, возраста, семейного статуса, пола (женщина, бабушка), д) метонимия (Белый дом), е) парафраз (летчик = ас), ж) метафора (крылатые россияне), д) собирательные существительные (разведка, служба, начальство) и существительные, а также субстантивированные формы других частей речи, в единственном числе, обозначающее коллективное (рабочий = японцы-рабочие).

Первые два способа номинации – номинация национальности (формально принадлежащий способу социальной идентификации) и оппозитивы местоимений я/мы – он/они, наши – другие являются обязательными маркерами МК и как таковые дифференциальными межкультурными признаками не обладают. Наличие метафор, стилистических фигур, экспрессивных средств, по нашим наблюдениям, в случае характеризации субъектов МК факультативно, хотя значимо в отношении оценки события, референциального поля события, следствий события.

Важным представляется, как развертываются характеристики национальности и оппозиции через социальный статус (который культурно детерминирован) и оппозитивы (ситуативно детерминированы). При таком разграничении мы видим, что, во-первых, общей закономерностью выступает «подведение» иного субъекта коммуникации под «общий статус», и, во-вторых, дифференциация «внутри» субъекта своей культуры. Таким образом, в характеристике субъектов МК заложены два принципа – генерализация противоположной стороны и дифференциация в самоидентификации. Эти принципы являются базовыми, поскольку  являются лингвокогнитивными, так как обусловлены развитием языковой личности в ходе ее жизнедеятельности. Иными словами, МКК формируется на стадии развития личности, когда субъект не только активно познает реальность, но и способен активно ее преобразовывать.

Анализ показывает, что основным способом реализации пространственно-временных отношений в дискурсе МК является гиперонимия, например: вход (магазина), земля – квадратный метр/квартира, квартира – жизнь с родителями/домашний очаг. При этом возможно движение в метонимическом переносе как от общего к частному (квартира – родители), так и субстантивация частного общим (после школы).

Гиперонимия связана с объектом, деление которого в ином культурном пространстве происходит по иным основаниям (парфюмерные отделы располагаются у входа в магазин) и/или отсутствует/присутствует (чехлы для зонтиков у входа). В вышеприведенном примере мы видим: 1) взаимосвязь пространственного деления объекта (магазин, земля) и временных отрезков (работа после школы); 2) вовлеченность субъекта в объяснение локальных отношений (наши представления о квартире), при этом основным качеством субъекта можно считать его национальную принадлежность (а не, например, пол и место проживания, что существенно уточняло бы восприятие места и времени, но снижало бы скорость коммуникации).

Анализ показывает, что чем формальней уровень коммуникации (политические переговоры, межгосударственное общение), тем частотней топонимика и менее частотней гиперонимия, т.е. культурная специфика нивелируется (существует опосредованном виде), и повышается значение ситуативности. Как правило, это свидетельствует о высоком уровне профессионализма, когда коммуниканты оперируют большим количеством универсальных для данной сферы понятий.

В характеристике пространственн0-временных отношений также важно представление через реалии воспринимающего (домашний очаг, наряжаться на праздники), выраженных при помощи экспрессивных средств (яркие туфельки, Kitai-GorodneighborhoodofcentralMoscow). Базовыми маркерами места служат  топонимы, имена собственные (наименования магазинов, районов, улиц): Токио, Сантьяго. Культурно-специфичные временные определения фактически не задействованы (если только темпоральность не черта объекта коммуникации), что говорит о большей универсальности формального деления времени.

Жирным шрифтом выделены номинации субъекта, подчеркиванием – места, пунктирной линией – времени.

Способы актуализации Причинно-следственных условий события МК повторяют предикативность, свойственную параметрам места и времени события МК, но с использованием: а) интенсифицирующих частиц (Они же кончали полицейскую академию!); б) противительных союзов (но, хотя), в) модальности (должен был, нужно было), г) сослагательного наклонения (решили бы сами), д) рационально-оценочной лексики эмоциональных состояний (возмущен, раздражен, с недоумением), е) генерализованных суждений, следующих после описания события МК (уехать в Англию навеки, коррупция на самом высоком уровне). При учете связи маркеров места с интенсификаторами, модальностью и оценочностью, обобщенные понятия представляют собой культурно-специфичные социальные институты (например, академия – академия не как учебное заведение, а полицейская академия в Ирландии).

В результате анализа макроструктуры корпуса текстов определены типовые способы номинации параметров Субъекта, Места, Времени события МК, количественный анализ которых представлен в следующей главе.

В Главе 5. Корпусно-дискурсивный анализ параметров события межкультурной коммуникации приведен полевый (количественный) анализ номинаций параметров события МК (данные таблиц 1, 2, 3). 

В первом, обучающем типе дискурса лексика, называющая Субъекта МК,  распадается на ядерную – высокочастотную и семантически актуальную (к ней относятся наименования по возрасту, семейному статусу, имя собственное, местоименное обозначение, наименования профессий) и периферийную – низкочастотную (все остальные классы), с относительным показателем ниже 10%.

Относительно местоимений (и примыкающих к ним средств референции) можно заключить, что из ряда всех известных и используемых местоименных форм выделяются местоимения прямой адресации ты и вы, что характеризует данный тип дискурса МК в большой степени как межличностный.

В группе лексем, обозначающих возраст субъекта, доминируют лексемы, означающие детей (малыш, младенец). Данное положение коррелирует с обобщением данных других лексических групп (например, семейного статуса и пола), где также наблюдается устойчивое преобладание номинаций детей. Такая семантическая доминанта закономерна в связи с тем, что обучение является базисным в развитии личности, и наряду с институтом семьи становится первым социальным институтом, где происходит становление межкультурной компетенции.

Закономерно, что следующим по значимости в ядре номинаций субъекта МК становится класс лексем, обозначающих семейный статус субъекта. Интенсивнее всего проявляют себя номинации, обозначающие женский пол в семейных отношениях (мамы, бабушки, дочери), они составляют около 80% от общего числа данной группы лексем. Данный разряд лексем демонстрирует тесную взаимосвязь с другими выделенными категориями в структуре субъекта. Так, семейный статус женщины связан с возрастом (молодая мамаша), с отношением к субъекту (красавица жена), а семейный статус мужчины связан с профессиональной деятельностью (папаша бизнесмен).

Имя собственное часто характеризует тип межличностного общения; номинации конкретных лиц составляют половину данной группы. Тем не менее, специфика дискурса МК в этом случае представлена подавляющим количеством иностранных имен собственных (Джейн, Джон), особенно имен людей известных (свыше 60% от числа данной категории). Данный факт можно объяснить тем, что высокий потенциал национально-культурной маркированности имени собственного, а в нашем случае – русского имени собственного, усваивается для «внутреннего» пользования, в пределах исключительно русской языковой картины мира. В то же время, в ходе межкультурного общения, при столкновении с Другим актуализируются частотные связи имени собственного Иного. Сферы обращения имен собственных – политика, история, популярная культура, литература. При этом имена собственные характеризуют чаще всего не собственно концептосферу (например, Шекспир – английская литература), а национальную/инокультурную принадлежность коммуниканта, а также бытовую сферу (например, что мог изречь известный философ в отношении питания, сна, учебы, семейной жизни).

Класс номинации жители стран/ы занимает по частоте далеко не первое место, хотя национальная принадлежность коммуникантов – первый признак межкультурной ситуации общения. В данном случае такой результат объясним методикой подсчета – принимались за единицу анализа в этой категории наименования национальной принадлежности (англичане, русские, французы), а сочетания «национальность + социальная роль» подсчитывались в категориях ролей.

Класс жители страны характеризует ментальный образ «иностранца» в восприятии русскоязычных коммуникантов (см. работу С.Г. Тер-Минасовой). «Иностранец» предстает в первую очередь как англичанин, американец, представитель Англо-Саксонской европейской культуры, и во вторую очередь как гражданин, принадлежащий культуре страны ближайшего зарубежья (Армения, Азербайджан). Показателен и тот факт, что представители славянских, родственных культур иностранцами не считаются (на бытовом уровне). Такое заключение коррелирует с выводами семантических и лингвокультурологических исследований (Шмелев 2004, Садохин 2002).

В первом, обучающем типе дискурса (на наивном, обыденном уровне) преобладают: имена собственные (Джейн, Николай, писатель Достоевский и драматург Чехов).  Другие наименования даются по ролям лиц: девица, девушка, милая англичанка, тетка весом в центнера полтора, мои друзья, дети, муж. В этом типе дискурса представлены роли, характеризующие внешность, характер внешнего поведения, и роли, обретаемые первично в социализации – родственные и дружественные связи, возрастной и половой статус участников коммуникации, также частотны эмоционально окрашенные номинации субъектов.

Во втором, туристском (межличностном) типе часта персонификация городов: Сеул не кишит памятниками истории, как Париж, Рим или Москва,  Тунисский курорт встретит Вас. Наименования ролей следующие: таксист, водители, истеричные героини корейских сериалов, бесстрашная продавщица, кореянка в национальном платье, зарубежные ученые, отпускники, сотрудники турагентств, пассажиры, пожилые смотрительницы пражских музеев. Наиболее объемный пласт лексики принадлежит индустрии сервиса, всему, что связано с путешествием туриста (транспорт, гостиница, агентства, музеи). Характер номинации в значительной степени ориентирован на место (сотрудники пражского метро).

В третьем, профессиональном неспециальном типе доминирует множественное число номинации субъекта: прохожие, папарацци, владельцы мелких магазинов, шумные посетители, пациенты, персонал. Чрезвычайно часто в качестве субъекта выступают организации, учреждения, фирмы, страны: авиакомпании защищаются от террористов, Великобритания стала лидером.

Несмотря на то, что способы номинации не говорят о межкультурной специфике, «межкультурность» проявляется: 1) в «переходе» от личностно-ориентированной к социально-ориентированной номинации лица (человек преобразуется в гражданина), 2) в усложненности внутри дискурса, когда одному и тому же виду коллективного субъекта соответствуют противоречивые номинации: госорганы = персонал, худший чиновник = полусекретные государственные системы наблюдения, рядовые граждане = африканская община, учитель/учителя = педагог, кадры, начальник, русские, европейцы, конкурент, безответственный, льготник, помогающий, человек, неудачник, способный. Номинации пола в данном типе дискурса в основном  обозначают мужчин.

В четвертом специальном типе (межгосударственной, переводческой практики) характерной особенностью является использование наименований личности в ее социальном, формальном статусе. Лица ведут переговоры от имени стран, коллективных субъектов: председатель правительства Михаил Фрадков, президент (имя известно), геополитический противник, футболисты Японии, ключевой докладчик, профессионалы, «звезды» (синхронного перевода). Ключевые концепты - государство, правительство, власть. Сохраняются метонимии, и более того, они становятся устойчивыми, стереотипными для данной сферы: рассуждения Вашингтона, без участия Америки в выполнении международных обязательств по сохранению окружающей среды.

Качественный сопоставительный анализ между типами дискурса МК свидетельствует, что наибольшая динамика с структуре параметра Субъект МК касается классов номинаций возраст, семья, страна.

Рассмотрим анализ номинаций параметра Место на примере второго, туристского типа дискурса. Характерной особенностью наименований стран, географических точек во втором типе дискурса по сравнению с первым является использование названий городов (Афины, Москва, Париж), часто столиц государств, курортных городов, городов распространенных туристических маршрутов, городов и мест, экзотических для русскоязычного читателя.

Относительно состава лексем, обозначающих конкретное место можно заключить, что, в отличие от первого типа, концентрирующегося на бытовой сфере (кухня, диван), во втором типе состав подчеркивает архитектурность пространства, называет строения внутри городов (музеи, дворцы, дороги, мосты).

Во втором типе дискурса класс природа - ядерный, и природное пространство чаще всего представлено лексемами море и горы, которые привлекательны для путешествующих. Лексемы абстрактного места тоже стереотипны для клиента данного типа дискурса (рай,  в туризме).

Во втором типе дискурса периферические классы лексем характеризуют место пребывания туриста. Логично, что cреди референций места почти 50% всех единиц составляет слово здесь. Единица туда сопрягается со спецификой состава класса единиц, обозначающих направление. Главным принципом концептуализации в этом классе можно признать географический, так как и расстояние, и направление дается не с точки зрения субъекта коммуникации, а по канонам картографирования (в 30 км от, на юге от).

В составе класса транспорт используются наименования всех видов наземного транспорта, в особенности транспорта городского (поезд, трамвай, троллейбус), и лишь единичны упоминания самолета, что опять может быть объяснено вниманием к месту непосредственного пребывания туриста.

В качестве наименований учреждений преимущественно используются те, которые обеспечивают пребывание туриста (автобусная сеть, турагентство, консульство).

В данном типе дискурса сохраняется использование лексем технологически опосредованной коммуникации (Сеть, Интернет, ноутбук, по телефону), но их частотность заметно падает по сравнению с первым типом, что может быть объяснено отсутствием необходимости в таком виде коммуникации.

Суммируя вышеприведенное описание содержания структуры фактора места в туристском дискурсе, можно сказать, что ключевыми концептами туристской локализации является город, море и горы, а также географическое расположение места пребывания.

Анализ номинаций параметра Время рассмотрим на примере третьего, профессионального типа дискурса. Состав ядра параметра Время в профессиональном неспециальном типа дискурса многообразен. Помимо протяженности времени (за последние несколько лет) и референцией на время (за годы революций), присутствуют год (в 1999 году), дата (20 августа 2000 года), частотность (каждый год). Средства выражения временной протяженности составляют формальное поле сравнения результатов (за последнее время было произведено). При этом наиболее специфичным для ядра оказывается класс дата, так как наиболее точно указывает время события (время сделки, переговоров, соглашения); вне узкого контекста обстоятельства даты непонятны читателю.

В составе периферии номинаций времени в этом типе дискурса  – классы настоящего (в данный момент), прошлого (в прошлом году), месяца и сезона как календарных единиц. Особенность их употребления заключается в том, что они клишированным способом означают конец сезона, финансового квартала (в аналогичный период прошлого года).

Основное представление о времени в данном виде дискурса – это представление о времени точном, календарном, ориентированном на текущий год или ближайшее будущее.

В сопоставительном анализе номинаций параметров коммуникативного события осуществляется два вида сопоставления: качественный состав структуры параметров в составе «ядро-периферия» и количественный аспект сопоставления между четырьмя выделяемыми типами дискурса.

Обучающий тип дискурса МК (тип 1) представлен

в параметре субъекта номинациями ключевых классов возраст (13%) , семья (13%), имя собственное (12%);

в параметре места – конкретное место (33%), страна (26%);

в параметре времени – референция на время (17%), частотность во времени (17%), протяженность во времени (30%).

Туристский тип дискурса (тип 2) представлен

в параметре субъекта номинациями жители страны (14%), профессии (17%), имя собственное (12%);

в параметре места – природа (11%), страна (29%), конкретное место (29%);

в параметре времени – референция на время (24%),  протяженность во времени (31%), прошлое (14%).

Профессиональный тип дискурса (тип 3) представлен

в параметре субъекта номинациями собирательные наименования (16%), профессии (26%), имя собственное (11%);

в параметре места – абстрактное место (22%), страна (40%), конкретное место (18%);

в параметре времени – референция на время (11%), протяженность во времени (27%), прошлое (14%), год (16%), дата (12%), частотность во времени (14%).

Специальный тип дискурса (тип 4) представлен

в параметре субъекта номинациями собирательные наименования (15%), профессии (17%), имя собственное (15%), страна (18%);

в параметре места – абстрактное место (26%), страна (47%);

в параметре времени – референция на время (22%),  протяженность во времени (15%).

В ходе анализа выявлено, что усложнение типа дискурса по шкале «наивный-профессиональный» характеризуется уменьшением конкретных понятий и увеличением абстрактных понятий каждого из выделенных параметров МК:

в параметре Субъект - за счет использования средств выражения социального (наименования национальностей, профессий) и межличностного статуса (экспрессивные средства) субъекта, оппозитивов (местоименные формы);

в параметрах Место и Время – за счет использования гиперонимии и топонимики, аксиологических средств языка. Тенденция при формировании межкультурной компетенции заключается в динамике от межличностной идентичности личности к социальной, от обыденной локально-центрированной деятельности в сторону темпоральности профессиональной деятельности, а также повышении абстрактности локализации и времени.

Количественный результаты, полученные в ходе сравнительного анализа между типами дискурса МК по параметру Субъект, свидетельствуют о значительной динамике классов возраст, семья, страна по мере усложнения типа дискурса. Межличностные классы – возраст, семья количественно снижаются, а общественный класс страна повышается. Анализ структуры параметра Субъект МК свидетельствует о МКК личности как последовательно усложняющейся по мере роста сложности взаимодействия.

По результатам количественного анализа между типами дискурса МК по параметру Место наибольшая динамика в структуре данного параметра наблюдается в соотношении классов абстрактное место и конкретное место, природа, тело человека, технология, учреждения. Параметр Место выступает как последовательно усложняющийся параметр в МК, с относительным повышением абстрактного восприятия места  (по мере роста уровня сложности деятельности), за счет классов учреждение, страна, и с последовательным понижением субъективности восприятия места (природа, конкретное место, референция на место).

В отношении структуры параметра Время МК в межтиповом  сравнении, полученные данные позволяют заключить, что классы прошлое и настоящее/будущее, результат, дата, год вступают в противоречие по шкале «прошлое-будущее» и по объективному календарно-хронологическом делению времени. Тип дискурса на наивном уровне ориентирован на прошлое и субъективность временного восприятия, профессиональный уровень дискурса – на объективное хронологическое деление времени, а специальный тип дискурса ориентирован на будущее и результат во времени.

Сравнительный анализ качественного состава параметров модели говорит о том, что тип дискурса определяет ключевые номинации всех параметров непосредственным образом (ученик/школа/в детстве – обучение, пассажир/гостиница/вечером – туризм, акционер/офис/20 декабря – бизнес, правительство/саммит/через год – межгосударственные переговоры).

В Главе 6. Сопоставительный анализ параметров события МК согласно разработанной методике исследования, структура параметра коммуникативного события – концепт - подразделяется на крупные разряды субконцептов. Вслед за разрабатываемой типологией коммуникативных категорий (Андреева 2001; Гейхман 2002; Карзенкова, Салимовский 2005), мы распределили классы номинаций субъекта по типам Межличностного (друзья, бабушка) или Общественного (сотрудники, руководитель) взаимодействия. Достаточно большой пласт лексики не может быть отнесен ни к одной из двух представленных шкал (например, местоимения и обозначение стран). Тем не менее, объем «оставшейся», неспециализированной лексики также может являться показателем специфичности конкретного типа дискурса МК (таблица 1).

Сравнительный анализ количественных данных параметра показывает последовательную специализацию Субъекта МК по мере нарастания сложности вида социального взаимодействия. Это свидетельствует о том, что существует прямая зависимость МКК от опыта Общественного взаимодействия. Уровень МКК определяется как превышающий уровень профессиональной компетенции, но не достигающий уровня специальной профессиональной компетенции.

Количественные данные подтверждают теоретическое предположение моделирования дискурса МК, а именно прогрессивный рост абстрактности события МК по мере нарастания абстрактности вида деятельности, от наивного к специальному профессиональному.

 

Таблица 1

Структура параметра Субъект дискурса МК (%)

Недифференцированные

I тип

II тип

III тип

IV тип

Примеры

Местоимения, числительные

27

27

17

15

он, они, я, она, тысячи (людей),

Пол

4

1

0

0

мужчина, женщины

Собирательные

4

8

16

15

мир,  люди

Жители страны

4

14

8

8

американцы, индейцы, парижане

Артефакты

2

1

1

0

скрипка, воинский устав, кока-кола

Страна (географическое название)

1

4

1

18

Запад, Европа, Штаты, Англия

42

55

43

56

Межличностные

Возраст

13

2

2

0

взрослые, дети, малыш, младенец

Семья

13

2

5

0

супруги, бабушки и дедушки, брат

Отношение к субъекту

7

8

4

2

глупое существо, толстозадые бабы

Имя собственное

12

12

11

15

Майкл Джексон, Джим Картер, Джейн, Шекспир, Чехов, Путин

45

24

22

17

Общественные

Профессии, должности

9

17

26

17

адвокаты, научный сотрудник,бизнесмен, президент, ученик

Организации/учреждения

4

4

5

9

магазины, Госкино, телеканал, ООН

13

21

32

26

Вслед за О.Я. Ивановой (2004), мы выделяем в структуре параметра Место  следующие субконцепты: 1) Пространство (со значением территория, не имеющая определенных границ, которую можно окинуть взглядом, чаще не освоенная человеком, как земная, так и воздушная и водная); 2) Территория (со значением ограниченная территория, имеющая определенные границы, являющиеся результатом какой-либо деятельности человека, преимущественно земная); 3) Сооружения/вместилища событий (со значением помещение, которое постоянно и/или сейчас характеризуется по процессуальному или результативному признаку, названному мотивирующим словом) (таблица 2).

Как свидетельствуют количественные данные, несмотря на то что субконцепт Пространство не самый актуальный в структуре параметра Место в дискурсе МК (по сравнению, например, с субконцептом Территория), тем не менее, он подтверждает основную гипотезу моделирования дискурса МК, а именно прогрессивный рост абстрактности локализации события МК по мере нарастания абстрактности вида деятельности. Данные по субконцепту Пространство подтверждают ориентацию туристского типа дискурса на природное пространство (11%).

Субконцепт Территориального разграничения является наиболее актуальным для дискурса МК, его актуальность усиливается по мере нарастания сложности межкультурной деятельности, главным образом за счет  класса страна (47% в специальном типе дискурса).

Таблица

Структура параметра Место в дискурсе МК (%)

Пространственная локализация

I тип

II тип

III тип

IVтип

Примеры

Природа

5

11

2

1

В пустыне, на берегу, на дереве, на почве, среди берез/сосен

Тело

6

2

2

4

В глотку, в глазах, в носу, в ушах, на животе

Абстрактное место

9

1

22

26

В науке, в культуре, в  праздности

20

23

26

31

Территориальная локализация

Страна

26

29

4

47

В Америке, в Неваде, в Чили, в Малазии

Референция места

7

9

5

4

Здесь же, отсюда, там, здесь, сюда, тут

Направление

4

7

2

3

Влево, направо, к нему, прямо

37

45

47

54

Сооружение

Технология

6

1

1

0

В Интернете, на мониторе, на сайте, на экране, в компьютере

Сооружение

Транспорт

3

2

1

2

В роллс-ройсе, на самолетах, на яхте

Учреждения

0

1

3

6

в НАТО, в представительстве, через агентство по печати

Мероприятие

0

0

0

1

На саммите 2000, на родительском собрании

Конкретное место

33

29

18

6

В метро, в кафе, в классе, в тату-салоне, в церкви, дома

42

33

23

15

Вслед за В.Я. Мыркиным (1989),  мы принимаем выделяем в структуре параметра Время следующие субконцепты: 1) время Хронологическое (выражается в датах и фиксации временных интервалов на некоторой принятой в обществе шкале), 2) время Релятивное (выражается в понятиях «раньше - одновременно – позже», точкой отсчета является произвольно выбранный момент), 3) время Эгоцентрическое (понимание связано с моментом осознания времени как настоящего, прошедшего и будущего), таблица 3.

Анализ показывает, что наиболее важно для дискурса МК представление о времени как Хронологическом и Релятивном: во времени Хронологическом календарность важна не на наивном, а на практическом уровне (2, 3 и 4 типы дискурса). В Хронологическом времени выделяется туристский дискурс, который представлен максимально дробно в календарном делении (сезон, дни недели, части суток). Представление о Релятивности времени снижается по мере повышения типа дискурса (с 52% до 30%), то есть субъективность восприятия времени несколько падает по мере роста профессионализма личности. Самая значительная дифференциация наблюдается в Эгоцентрическом времени по типам дискурса: наивный межличностный дискурс ориентирован на прошлое, а специальный профессиональный – на настоящее и будущее.

Таблица 3

Структура параметра Время в дискурсе МК (%)

Хронологическое

I

II

III

IV

Примеры

Год

9

3

16

8

2001 год, 2002 год

Месяц

0

6

3

7

В декабре, в августе, в октябре

Сезон

2

6

0

1

Весной

Дата

0

0

12

3

11 сентября, 2 октября

Хронологическое

I

II

III

IV

Примеры

Дни недели

0

3

0

1

В воскресенье, в понедельник, по выходным

Части суток

0

3

0

0

Днем, ночью, вечерами

Референция времени

17

24

11

22

До культурной революции, в колониальные времена, в начале учебного года

28

45

42

42

 

Релятивное

I

II

III

IV

Примеры

Сроки, протяженность

30

31

27

15

До сих пор, на протяжении 20 лет, до недавнего времени, в течение нескольких лет

Релятивное

I

II

III

IV

Примеры

Результат

0

0

0

4

В итоге, в результате, в конце концов

Частотность

17

1

14

7

Раз в неделю, ежегодно, часто, никогда, каждый год

Темп

5

4

4

4

В один миг, в одночасье

52

36

45

30

 

Эгоцентрическое

I

II

III

IV

Примеры

Прошлое

8

14

7

10

На минувшей неделе, два года назад

Настоящее

4

3

4

8

Нынче, сегодня, теперь

Будущее

7

3

1

8

На следующий год, в обозримом будущем

19

20

12

26

 

                                                                                                         

Результаты статистического анализа достоверно обнаруживает высокую корреляцию типов дискурса МК.

В параметре Субъект МК выявлена сильная корреляция между туристским и профессиональным (2-м и 3-им) типами дискурса (r = 0,79),  средняя корреляция обнаружена между обучающим и туристским (1 и 2) типами (r = 0,72) и между профессиональным и специальным (3 и 4) типами дискурса (r = 0,71).

В параметре Место МК обнаружены самые сильные корреляционные связи: корреляция обучающего и туристского (1 и 2) типов дискурса составила 0,95,  профессионального и специального (3 и 4) типов также составила 0,95, для туристского и профессионального (2 и 3) типов дискурса r = 0,83, а для обучающего и профессионального (1 и 3) типов r = 0,77.

В параметре Время МК выявлены следующие корреляции: 1 и 2 типов (r = 0,78), 1 и 3 типов (r = 0,85), 1 и 4 типов (r = 0,76), 2 и 4 типов (r = 0,79), при этом все корреляции являются сильными.

Статистическая обработка результатов всех параметров позволила обнаружить достоверно сильную корреляцию между 2 и 3 типами (r = 0,73), 3 и 4 типами (r = 0,80) дискурса,  а также среднюю корреляцию между 1 и 2 типами (r = 0,69).

Статистическая обработка результатов концептов трех параметров (Субъекта, Времени и Места) позволила обнаружить сильную корреляцию между всеми типами дискурса МК: 1 и 2 типов (r = 0,81), 1 и 3 типов (r = 0,99), 1 и 4 типов (r = 0,99), 2 и 3 типов (r = 0,84), 2 и 4 типов (r = 0,76), 3 и 4 типов (r = 0,99).

Статистически была проверена еще одна гипотеза касательно полученного корпуса единиц: какой конкретный фактор коррелятивно достоверен при постепенном возрастании степени сложности межкультурной деятельности (так же при нулевой гипотезе, исчислении гамма-коэффициента связи между переменными и коэффициенте верифируемости ошибки альфа 0,05; SPSS). В результате были получены следующие данные.

По параметру субъекта континуальная корреляция представлена следующим образом.

По классу возраст обнаружена сильная отрицательная континуальная корреляция (r = - 0,79), свидетельствующая о том, что указание на возраст субъекта МК имеет большое значение в дискурсе первого типа и становится менее релевантным по мере усложнения дискурса.

По классу страна корреляция составила 0,73, что говорит о прямой высокой зависимости, иными словами, по мере усложнения дискурса в качестве субъекта МК все чаще выступает страна, отдельное государство, административный субъект. Напомним, что ключевыми номинациями являются наименования стран, городов, регионов, частей света, континентов (Париж, Азия, ФРГ).

По классу пол обнаружена сильная отрицательная континуальная корреляция (r = - 0,78), свидетельствующая о том, что указание на пол субъекта МК имеет большое значение в дискурсе первого типа и становится менее релевантным по мере усложнения дискурса. 

В параметре места по классу технология выявлена сильная отрицательная континуальная корреляция (r = - 0,80), что говорит о том, что технологические средства общения (Интернет, электронная почта, скайп) для представителей разных культур имеют меньшее значение по мере усложнения дискурса. В то же время по классу мероприятие обнаружена сильная положительная континуальная корреляция (r = 0,85), что свидетельствует о возрастающей значимости формата мероприятия по мере усложнения дискурса (саммит, форум, симпозиум).

В параметре времени по классу результат континуальная корреляция составила 0,89, что говорит о том, что указание на результат действия во времени несущественно в дискурсе первого типа и становится важным по мере усложнения дискурса.

Анализ межкультурного события англоязычного дискурса проводится в последовательности: а) анализ макроструктуры текста каждого типа дискурса, б) анализ способов реализации основных лингвистических параметров межкультурного события – субъекта, времени и места, в) сопоставление полученных результатов анализа межкультурного события в англоязычном дискурсе с русским языковым материалом. Задачи сопоставления в рамках данного исследования  направлены на реализацию моделирования объекта дискурса МК, где моделирование выявляет универсальные признаки объекта. Сопоставление, таким образом, дополняет и уточняет постулируемую модель дискурса МК.

В одном из проанализированных текстов – о ритуале обмытия покупки в России, являющимся предметом межкультурного рассогласования, – в анализе макроструктуры основное понятие представляется через смену классов лексем, идущих от внутренней структуры слова (to wash, torinse) к интегральному понятию в собственной структуре знаний автора (formofsecurity, insuranceasittinganddrinkingandappreciatingvirtues). В тексте можно выявить два варианта формирования культурного концепта: 1) первый – концепт как лингвокультурологическое понятие, «слоистый» концепта Ю.С. Степанова (towashatowetbabysheadatodrinkto\мыть a крестить ребенка водой (выпить за); иностранцу за отсутствием знания истории и современного состояния знака проще «восстановить» культурные слои концепта в силу универсальности многих культурных знаков; и 2) второй – концепт как интегральное понятие, свидетельствующее о развитии личности в ходе межкультурного взаимодействия, когда знак оценки искомого понятия меняется на прямо противоположный (buyanddrinktoitasuperstitiousattitudeagreatconfusionavile, drunkenparty/toastinganewcaravulgarityandbadtasteainvitationforadrinkawashingainsuranceaRussianexcusetodrinkasittinganddrinkingandappreciatingfirst).

В анализе микроструктуры параметров субъекта, места и времени представлены те же способы реализации, что и в русском языке – местоимения, наименования профессий, социального статуса коммуникантов (trumpeter, husband), экспрессивная, эмоционально-оценочная лексика (terrifyingthug).  

Специфика параметра Субъекта в англоязычном дискурсе проявляется в следующем:

1) семейные роли коммуникантов в английском дискурсе, как правило, не так широки, как в русском языке,  и ограничиваются супругами и детьми, в то время как в русском дискурсе семейные роли распространены на бабушек\дедушек, тетей\дядей, двоюродных братьев\сестер, что в целом говорит о культурной специфике концепта семья;

2) в английском языке, по сравнению с русским, коммуниканты в большей степени представляют себя как субъекты экономического взаимодействия (customer, owner, buyer/потребитель, владелец, покупатель);

3) в английском дискурсе в отличие от русского субъект речи способен на ироничную оценку себя в межкультурном взаимодействии – в русской речи негативная оценка представителей собственной культуры чаще бывает только в отношении третьего лица в нарративе, что дистанцирует говорящего от оцениваемого лица;

4) спектр оценочной шкалы  в пределах одного английского текста шире (от высокой коннотации до слэнга), чем у русского, где тональность сохраняется на протяжении всего текста.

В параметре Место существенных различий между англо- и русскоязычным дискурсом не выявлено.

В параметре Время, подобно русскому дискурсу, преобладает хронологическое прошедшее время (thedayafter, lastweek, ago) и протяженность во времени (forthreedays). В отличие от русского языка,  в первом  и втором типах чаще представлено настоящее и будущее время (что в русском языке свойственно профессиональным типам дискурса). Специфика английского синтаксиса обусловливает значительное количество условных предложений времени и следствия (с союзами when, if, until).

Сопоставительный анализ дискурса английского языка с русским демонстрирует последовательную тенденцию к повышению специфичности параметров Субъекта и Времени – от наивного уровня к практическому специальному, подобно русскому языку. Результаты свидетельствуют о том, что в отличие от русского языка, параметр субъекта на наивном уровне в английском дискурсе характеризуется большей специализацией, чем в русском языке, и наоборот, данный параметр на специальном профессиональном уровне характеризуется специализацией несколько ниже, чем в русском языке.

В заключении подводятся основные итоги исследования и определяются перспективы изучения МК.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

Публикации в рецензируемых изданиях:

  1. Возможности межкультурных исследований в специальной сфере // Вестник Поморского университета. Серия Гуманитарные науки. № 6/2006. Архангельск, 2006. с. 240-243.  - в соавторстве с А.А. Филипповой, М.А.Хрусталевой.
  2. Моделирование дискурса межкультурной коммуникации // Вестник Челябинского университета. Серия Филология. Искусствоведение. Вып. 18. 2008. - с. 71-84.
  3. К вопросу о типологии дискурса межкультурной коммуникации // Вестник Тюменского госуниверситета. № 1. Тюмень, 2008. - с. 201-204. - в соавторстве с С.Л. Мишлановой.
  4. Особенности моделирования дискурса межкультурной коммуникации // Вестник Тамбовского университета. Серия Гуманитарные науки. Тамбов, 2008. Выпуск 12(68). - с. 199-201.
  5. Динамика концепта «место» в межкультурной коммуникации // Известия Волгоградского государственного педагогического университета. 2009. № 2(36). - c. 36 - 39.
  6. Дискурсивный анализ межкультурного конфликта // Известия СПбУЭФ. № 3. Санкт-Петербург, 2009. - с. 76-82.
  7. Номинации деятеля в разных типах дискурса межкультурной коммуникации //  Вестник Челябинского университета. Серия Филология. Искусствоведение. Вып. 34. 2009. с. 89-93.

 

Монографии:

  1. Межкультурная коммуникация в свете теории дискурса. Пермь, 2007 – 141 с. (8,81 п.л.)
  2. Корпусный анализ в межкультурной коммуникации. Пермь, 2009 – 193 с. (в соавторстве).
  3. Оценка как стержень структурной организации текста // Методология исследований политического дискурса: Актуальные проблемы содержательного анализа общественно-политических текстов. Вып. 1. Минск, 1998. – с. 81-86 (коллективная монография).

Учебно-методические издания

  1. Межкультурная коммуникация (социально-психологический аспект). Учебное пособие. Пермь, 2001. – 120 с.
  2. Особенности разработки дистанционного курса с точки зрения учащихся // Методика преподавания: американский опыт. Материалы межд. конф. 21-22 ноября 2002 г.  Уральский государственный технический университет. Екатеринбург, 2002. с. 74-79.
  3. Long Distance Course Grading Problem (задание по курсу для студентов специальности “Лингвистика и межкультурная коммуникация», на английском языке) (электронная публикация) www.casemethod.ru
  4. Cultural crossroads: Метод. материал для студентов спец. «Лингвистика и межкультурная коммуникация» / Перм. ун-т; Сост. Т.М. Пермякова, Е.Г.Меченкова. – Пермь, 2005. – 40 с.

Статьи:

  1. Сorrelation of Argumentative and Evaluative Discourses // Buffalo Working Papers 98-01. Papers presented at the fourth Buffalo-Toronto student conference in Linguistics (September 1997). Buffalo, 1998. – p. 77-85.
  2. Некоторые особенности концептуализации в газетно-публицистическом тексте // Стереотипность и творчество в тексте. Межвуз. сб. науч. тр. Пермь, 2000. – с. 336-347.
  3. Проблема «творческое-стереотипное» (в работах, реферируемых лингвистическим сайтом и его поисковой системой) // Стереотипность и творчество в тексте. Межвуз. сб. науч. тр. Пермь, 2000. – с. 376-381.
  4. Дискурс: в поисках новой парадигмы // Стереотипность и творчество в тексте. Пермь, 2001. - с. 384-393. – в соавторстве с С.Л.Мишлановой.
  5. Стереотипизация в публицистическом тексте // Стереотипность и творчество в тексте. Пермь, 2002 – с.317-328.
  6. Mobilizing Computer-Aided Teaching // Technology for Mobile Society. MOST Press. Warsaw, Poland 2003. – p. 107-111.      – в соавторстве с Н.А.Рукавишниковой.
  7. Intercultural Barriers to RFL Teaching (материалы конференции, на английском языке) UNESCO Conference on Intercultural Education. Jyvaskyla, Finland 2003. – в соавторстве с Е.Г.Меченковой  (электронная публикация на компакт-диске)
  8. Современная концептосфера: направления и перспективы // Стереотипность и творчество в тексте. Пермь, 2004. - с. 351-364. - в соавторстве с С.Л.Мишлановой.
  9. Межкультурное исследование соотношения приверженности работе и различных факторов коммуникации // Теория и практика коммуникации. Вестник 2. Ростов-на-Дону, 2004. - с. 167-189.  - в соавторстве с Доунсом К., Адриан А., Набирухиной А, Тайсхерстом У.
  10. An intercultural investigation of the relationships between commitment and different factors of communication. // Theory and practice of communication. Bulletin 2. Rostov-on-Don, 2004. - p. 131-152.  - co-authored С. Downs, W. Ticehurst, A. Adrian, A. Nabirukhina.
  11. Межкультурная парадигма и перспективы межкультурной коммуникации // Стереотипность и творчество в тексте. Межвуз. сб. науч. тр. Пермь, 2005. – с. 338-348. – в соавторстве с С.Л.Мишлановой.
  12. Категория языковой личности в свете дискурсивной концепции межкультурной коммуникации // Стереотипность и творчество в тексте. Пермь, 2006. – с. 290-310. - в соавторстве с С.Л.Мишлановой.
  13. Вопросы межкультурной компетентности в специальной сфере // Вестник Пермского университета.  Вып. 2. Пермь, 2007 – с. 172 – 176.
  14. К вопросу о категориях дискурса межкультурной коммуникации // Вестник Пермского университета. Вып. 6 (11). Университетское образование. Классический университет в российском образовательном пространстве. Пермь, 2007. – с. 178-183. – в соавторстве с С.Л.Мишлановой.
  15. Системный подход в дискурсивных исследованиях // Стереотипность и творчество в тексте. Пермь, 2007. - с. 351-358. – в соавторстве с С.Л.Мишлановой.
  16. Концептуальная структура параметра «субъект» в типологии дискурса межкультурной коммуникации // Языки профессиональной коммуникации. т. 2. Челябинск, 2007. - с. 118 -123.
  17. Дискурс, культура, личность: к истокам межкультурной коммуникации // Стереотипность и творчество в тексте. Межвуз. сб. науч. тр. Пермь, 2008. – с. 211-220. - в соавторстве с С.Л.Мишлановой.

Тезисы:

  1. Особенности семантико-стилистических изменений оценочности (на материале русских газет 1980-90-х гг.) // Проблемы языкознания и мировой литературы рубежа ХХI века глазами молодых исследователей. Пермь, 1996. - с.34-35.
  2. Semantic Changes of Evaluation in Russian Newspapers after Perestroika // Post-Communist Language, Culture and Society in Russia, the Other Former Republics of the Soviet Union and Eastern Europe. Lubbock: Texas Tech University, 1998. – p. 4.
  3. Cultural Factors of Evaluation Change in Russian Newspapers in Post-Perestroika Period //  Association for the Study of nationalities. Fourth Annual World Convention (April 15-17, 1999) Rethinking Identities: State, Nation, Culture. New York: Columbia University, 1999. – р. 56.
  4. Некоторые особенности концептуализации в газетно-публицистическом тексте // Филология на рубеже тысячелетий. Материалы межд. науч. конференции. Вып. 2. Язык как функционирующая система. Ростов-на-Дону, 2000. – с. 167-168.
  5. Опыт дистанционного курса межкультурной коммуникации (1999-2000 гг.) // Гражданские свободы и образование на рубеже веков и континентов: Материалы конф. 19-21 окт. 2000 г. Екатеринбург, 2000. – с. 145-147.
  6. Качества стереотипа в газетной речи (на материале русского и английского языков)          // Язык и культура. Тезисы докладов межд. нач. конф. Москва, 2001. – с. 218.
  7. Mobilizing Computer-Aided Teaching // MOST conference 7-8 October, 2002. Technology for Society. Abstracts. Warsaw, Poland 2002. – p. 86. – в соавторстве с Н.А.Рукавишниковой.
  8. Подходы к рассмотрению коммуникации в дистанционном курсе // Электронные ресурсы в региональном образовании. Материалы региональной научно-практической конференции. 8-10 окт. 2003 г. Йошкар-Ола, 2003. - с. 55-57.
  9. Exploration through Communication Education // National Communication Association Convention “Reaching In/Reaching Out”, Miami, USA 2003.
  10. Межкультурное исследование соотношения приверженности работе и различных факторов коммуникации // Коммуникация: концептуальные и прикладные аспекты (Коммуникация-2004). Ростов-на_Дону, 2004. - с. 51  - в соавторстве с Доунсом К., Адриан А., Набирухиной А, Тайсхерстом У.
  11. Culture-centered approach: English language tests // International Humanities Conference, Tuscany, Italy, 2004 In: www.HumanitiesConference.com
  12. Educational Collaboration: Commitment factors // National Communication Association Convention. Chicago, 2004. In: http: convention.allacademics.org/nca-2004
  13. Межкультурная компетенция в обучении иностранным языкам // Межкультурный аспект образования. Межд. науч.-практ. конф. АСПРЯЛ. Екатеринбург, 2005. – с. 34-35.
  14. Вопросы межкультурной компетенции переводчика // Преподавание иностранных языков. Пермь, 2005. - с. 78-79. - в соавторстве с А.Шиловой.
  15. Категории теории межкультурной коммуникации // Классический университет в российском образовательном пространстве. Материалы межд. науч.-практ. конференции.  Пермь, 2006. - с.  177-178. - в соавторстве с С.Л. Мишлановой.
  16. Критерий полипрофессиональности языковой личности в структуре дискурса межкультурной коммуникации // Индустрия перевода и информационное обеспечение внешнеэкономической деятельности предприятий. Материалы Межд. науч.-практ. конференции ПГТУ, Пермь, 2006. - с. 218 – 220.
  17. Характеристики компетенций в межкультурном образовании // Язык и духовность Тезисы краевой науч.-прак. конференции 25-26 апреля 2007. Пермь, 2007. – с.79-80
  18. Концептуальный анализ художественного текста // Русский язык: исторические судьбы и современность. Труды и материалы 3й межд. конгресса. Москва, МГУ 20-23 марта 2007. - с. 668.
  19. Номинация субъекта специального типа дискурса межкультурной коммуникации // Актуальные проблемы современной лингвистики. Межвуз. сб. статей по материалам конф. Пермь, 2008. - с. 225-227.
  20. Сравнительный анализ параметров коммуникативного события в межкультурной коммуникации // Коммуникация в современной парадигме социального и гуманитарного знания. Материалы межд. конф. РКА «Коммуникация-2008». М., 2008. - с. 128. – в соавторстве с С.Л.Мишлановой.
  21. Соматизмы в дискурсе межкультурной коммуникации // Классический университет в системе непрерывного образования. Материалы Межд. науч.-практ. конф.  Пермь, 2008. - с.  280-281. - в соавторстве с С.Л. Мишлановой.
  22. Особенности формирования межкультурной компетенции (дискурсивно-типологический подход) // Классический университет в системе непрерывного образования. Материалы межд. науч.-практ. конференции.  Пермь, 2008. - с. 286-287.

Приводится относительная частота лексических единиц (по типам дискурса), входящих в ядерный состав параметра, с учетом актуальности семантики и количественным показателем класса номинации выше 10%.

Относительная частотность в типах; курсивом выделены значения, намного превышающие среднее.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.