WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Историко–лингвистическое исследование топонимии Гиссарской долины Таджикистана

Автореферат докторской диссертации по филологии

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Махмаджонов Олимджон Обиджонович

Историко-лингвистическое исследование топонимии Гиссарской долины Таджикистана

10.02.22

филологические науки

Д 047.004.01

Институт языка и литературы им. Рудаки Академии наук Республики Таджикистан

734025, Душанбе, пр. Рудаки, 21.

Тел.: (992 372) 221-70-30, 227-29-07

E-mail: iza-rudaki@mail.ru

Предполагаемая дата защиты диссертации – 16 сентября 2010года

Автореферат

 

 

 

 

 

 

 

На правах рукописи

 

МАХМАДЖОНОВ  ОЛИМДЖОН ОБИДЖОНОВИЧ

 

ИСТОРИКО – ЛИНГВИСТИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ

 ТОПОНИМИИ ГИССАРСКОЙ ДОЛИНЫ ТАДЖИКИСТАНА

Специальность: 10.02.22 – Языки народов зарубежных стран  Европы,

Азии, Африки, аборигенов Америки и Австралии

(таджикский язык)

 

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

 

 

 

 

 

ДУШАНБЕ – 2010

 

Работа выполнена в отделе таджикского языка  Института языка и литературы

имени Рудаки Академии наук Республики Таджикистан

Научный консультант:

доктор филологических наук, профессор

НАЗАРЗОДА Сайфиддин

Официальные оппоненты:

доктор филологических наук, профессор Джамшедов Парвонахон

доктор филологических наук, профессор Сулаймонов Саидрахмон

доктор филологических наук, профессор Офаридаев Назри

Ведущая организация:

Худжандский  государственный университет имени академика Бободжона  Гафурова

Защита состоится « 15 »   сентября   2010 г.  в 10  часов на заседании диссертационного совета Д 047.004.01 по защите диссертации на соискание ученой степени доктора филологических наук при Институте языка и литературы им. Рудаки АН Республики Таджикистан (734025, г. Душанбе, пр. Рудаки, 21)

С диссертацией можно ознакомиться в Центральной научной библиотеке имени Индиры Ганди АН Республики Таджикистан (734025, г. Душанбе, пр. Рудаки 33).

Автореферат  разослан «____»___________2010г.

 

Ученый секретарь

 диссертационного совета,

кандидат филологических наук                                                             Касимов О.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность работы. Географические названия являются отражением истории нации и в них зафиксированы различные периоды развития и процветания языка и культуры общества. Изучение географических названий остаётся одной из актуальных проблем современного языкознания, ибо топонимы из глубины веков несут нам различную и очень ценную информацию о структуре и особенностях языка. Появляясь в различные исторические периоды, топонимы развиваются  в зависимости от особенностей развития общества, отражая её различные пласты жизни и жизнедеятельности. Это важное  свойство открывает новые перспективы для проникновения  в историю языка и в историю народа, расширяет и углубляет наши представления о диахронических процессах, предоставляет в распоряжение исследователя возможность создания новой лингвистической методики.

Топонимия Гиссарской долины, функционирующая на территории нынешнего Таджикистана, в частности долины Гиссара, представляет собой особую культурно историческую зону, сложившуюся в климато-географических условиях данного региона и определяется физико-географическими, климатическими, хозяйственными, историческими, демографическими, языковыми и собственно этнографическими факторами в их взаимосвязи, что описано в научных и научно-популярных работах (Хромов, 1969; Додихудоев, 1979; Сулаймонов, 1979; Абдунабиев, 1992; Алими , 1993, 1995; Офаридаев, 1991, 2002; Назарзода, 1999; Шодиев, 1994; Шоев, 1997; Исмоилов, 1999; Хомидов, 2002; Насриддиншоев, 2003 и т.д.).

Топонимия Гиссарской долины прежде всего связана с местными диалектами. Говоры гиссарской долины в последние десятилетия неоднократно становились объектом научного анализа, который выявил фонетические черты и исторические особенности формирования говоров региона.

Современный уровень  таджикского языкознания, перешедший из просто описательного к объяснительному, ставит перед исследователями задачу изучения топонимии в этнолингвистических, этнокультурных, социолингвистических аспектах общего и индивидуального характера, с акцентом на её антропоцентрические, когнитивистские параметры, а также с учетом особенностей языковой личности и коммуникативной прагматики, что относится и к исследуемому региону.

В отличие от европейской и русской ономастики, традиционно таджикская ономастическая наука развивалась внутри диалектологии, ограничивая возможность исследования топонимии извне. Чаще всего топонимия и микротопонимия рассматривалась в плане отражения пространства. Данные моменты  представляют топонимию как сферу, открытую для наблюдений и анализа.

Наша работа представляет собой попытку заполнить  названную интерпретационную лакуну относительно топонимии Гиссарской долины. В связи с этим данное исследование посвящено целостному анализу собственно топонимии долины Гиссара в нескольких аспектах: семасиологическом, ономасиологическом, когнитивном, ментальном (с выявлением процессов, сопровождающих возникновение и функционирование единиц), концептуальном (микротопонимы рассматриваются как средство вербализации основных понятий в ментальной сфере этноса, социума, личности), системном (как зоны пересечения языковых систем), функционально-дискурсном (использования в коммуникативной деятельности носителя системы).

Объектом исследования является региональный материал, фрагмент языковой картины мира территории Гиссарской долины как историко-культурной зоны. При этом региональный имеет значение «относящийся к данному региону», с включением наблюдений в соответствии со значением «характерный только для исследуемого региона.

Предмет исследования - топонимия региона, взята я в единстве различных аспектов ее существования, как система микротопонимических комплексов, где каждый комплекс составляет сам микротопоним, его онтологическая, дифинитивная сущность, дискурсно-текстовая часть, координаты объекта, адрес микросистемы.

Объем материала составляет около 5000 единиц, зафикисрованных в  алфавитном порядке и оформленном в виде приложения докторской диссертации. В работе сознательно дается большая эмпирическая база в большинстве случаев в виде самих микротопонимов как номенклатурных единиц, а также микротопонимических комплексов, с целью подтверждения предпосылок теоретических установок и обоснованности выводов.

Анализ данного материала посвящен подтверждению следующей гипотезы: топонимия Гиссарской долины, как места компактного проживания таджиков в соприкосновении с другими этносами, представляет собой фрагмент региональной диалектной языковой картины мира в составе таджикской культуры, она как высокоинформативная система в концептуальном и собственно языковом отношении заключает в себе как общетаджикские черты, так и региональные, обусловленные данной историко - культурной зоной.

Общей целью данной работы является комплексный и разаспектный анализ топонимии Гиссарской долины как части языковой картины Таджикистана, представив ее изнутри как средство формирования и выражения знаний местного населения об объективном мире, как средство его познания, восприятия и концептуализации.

Задачи работы отражают как названную разноаспектность анализа материала, так и  характеристику его сущности в составе региональной языковой картины мира, являясь, в свою очередь, комплексными. В их числе:

А). Выявить и определить структурные закономерности топонимии и микротопонимии региона.

Б). Показать некоторые их общие и частные особенности  в сравнении с другими местностями региона и за его пределами.

В). Определение ареала распространения и использования географических названий в пределах регионов Таджикистана.

Г). Анализ грамматических форм топонимов и микротопонимов, а также обзор особенностей их формирования и распространения

Данные задачи исследования связаны со следующими аспектами работы:

А). Сбор топонимического и микротопонимического материала исследуемой местности.

Б). Классификация, структурный, семантический и этимологический  анализ собранной топонимии региона.

В). Выявление места и значения топонимоформирующих элементов с точки зрения этнического соответствия топонимов в топонимической системе региона.

Г). Определение места и значения топооснов в формировании географических названий региона.

Д). Анализ места и времени появления и развития географических названий в данной географической и административной территории.

Данное исследование актуально тем, что в нем впервые  подвергаются лингвистическому анализу географические названия одного из древнезаселенных, но комплексно не изученных до настоящего времени регионов Таджикистана - Гиссарской долины. В концептуальном плане данное исследование позволяет  более интенсивно изучить этимологические, исторические, географические, этнолингвистические и лингвокультурологические аспекты развития таджикского языка на примере топонимии Гиссарской долины Таджикистана.

Историко-сравнительные исследования топонимии данного региона позволяют проследить некоторые аспекты развития отношений между современным литературным таджикским и  западными и восточноиранскими языками и диалектами, а также имеет существенное значение для объяснения ряда топонимических лакун ареала распространения иранских языков.

Выбор региона связан не только с интересом автора к древнему Гиссару и нынешней её территории, но и зависит от того, что в связи с удобной географической расположенностью, в этом регионе с древнейших времен проживали различные племена и народы, а историческая миграция ярко и колоритно отражена в топонимии этой местности. Данный факт даёт возможность проследить этногенез таджикского народа и его языка в пределах Гиссарской долины Таджикистана её окрестностей.

Вводится в оборот новый лингвистический материал, которого ранее в источниках не было. Практическая ценность работы заключается в том, что ее результаты можно использовать при составлении топонимических, диалектических, этимологических словарей таджикского языка и других иранских языков. Кроме того этот материал и вообще результаты исследования, можно использовать и в процессе обучения. Особенно его можно употребить при прохождении спецкурсов по ономастике и топонимике на факультетах филологии, при практических занятиях по диалектологии, истории таджикского языка, лексикологии и фонетики.

Материал, собранный нами на поле, никогда ранее не подвергался лингвистическому анализу. Для его всестороннего освещения использованы сопоставительный, синхронно-диахронный, структурно-грамматический анализы и формантный метод. Лингвистами подчеркивается необходимость подобных методов исследования [1].

В работе по мере необходимости использовалась транскрипция, основанная на русской графике, принятая при написании исследований по диалектологии таджикского языка и топонимике.

В последние десятилетия во многих региональных исследованиях обращается большое внимание структурно-грамматическому и формантному анализу. Этот метод использован как удобный и близкий к цели  исследования иранской топонимии, что подтверждают обширные исследования и монографии [2].

Подчеркивая преимущества формантного анализа в топонимических исследованиях, следует отметить, что возможности (потенциал) этого метода в полной мере показаны в исследовании В.Н.Топорова и О.Н.Трубачева, посвященного лингвистическому анализу гидронимии верховья Днепра[3]. Кроме этого исторический метод также имеет большое значение в изучении географических названий. Эта мысль отмечена и доказана в исследовании А.И.Попова [4]. Используя метод исторического анализа, можно проследить возникновение, развитие и изменение топонимов, включая возникновение (рождение) новых.

Топонимия  любого пространства и региона, в том числе Гиссарской долины, формировалась исторически. Об этом свидетельствует тот факт, что в их развитии важная роль принадлежит ираноязычному населению. В тоже время так же нельзя не учитывать роль неиранского населения (этнических групп), исторически проживающих в этой местности в различные периоды.

Кроме отмеченных методов обращается внимание и на этимологический метод,  о преимуществах которого отмечается часто [5] .

Этимологическое объяснение топонимов является одним из труднейших и важных периодов топонимического исследования, т.к. способствует восстановлению смысла и первичной формы географических названий. Соответственно, мы также должны опираться как на географические реалии, так и на исторические источники. «В этимологии топонима особенно интересно то, что даже «самая точная» этимология условна. Только в некоторых случаях используя субстратный материал, принимая во внимание топонимические кальки и физико-географическую информацию, можно определить смысл топонимов»[6].

Источники исследования. Основными источниками исследования послужили материалы собранные самим автором в регионе в течении 1989-2009 гг. При лингвистическом исследовании топонимии анализируемого региона  также использовались китайские, греческие, арабские и персидско-таджикские источники, древне- и средневековое наследие таких авторов как Страбон, ал-Истахри, Ибни Хавкал, «Зайн-ул-ахбор» Гардези, «Худуд-ул-олам»  и «Таърихи Табари» Рашидаддина Наршахи, Ёкут  Хамави и  др.  исторические памятники, дающие ценнейшую информацию по топонимии древнего Гиссара, в том числе Шумона,  Кумеда и Кофарнихона.

Для решения основных  задач использованы различные лингвистические методы: структурный, ареальный (формантный), сравнительный и др. С теоретической стороны автор в основном опирался на исследования топонимистов В.И.Никонова, Э.М.Мурзаева, А.И.Попова, В.А.Жучкевича, А.П.Суперанскую, Н.В.Подольскую, О.Н.Трубачева, С.Роспонд, А.Л.Хромова, Р.Х.Додихудоева и др.

Собранный материал подвержен синхронно-описательному анализу, в то же время использованы сопоставительный и сопоставительно-исторический методы. Целесообразность такого метода в топонимических исследованиях обоснована с той точки зрения того, что структура и семантика большей части в основном таджикских (согдийских) с одной стороны, и тюркской топонимии  с другой, имеют интересные особенности.

При освещении смысла и этимологии группы топонимов мы пользовались материалом других иранских и тюркских языков. В то же время был использован язык местных и южных наречий (диалектов) таджикского языка, словари и другая литература.

Научная новизна:  Научная новизна данного исследования заключается в том, что топонимия Гиссарской долины, вопреки существующей в Таджикистане традиции, стала предметом отдельного исследования. Выбор топонимики Гиссарской долины в качестве отдельного объекта исследования позволило рассматривать ее извне, а не в пределах диалекта региона. Научная новизна данного исследования, прежде всего определяется тем, что в нем впервые собран и проанализирован топонимический материал Гиссарской долины, который дал возможность ввести в научный оборот ранее неисследованный пласт географических названий, ряд новых этимологий топонимов и микротопонимов.

Впервые в таджикской топонимической науке исследованы топонимы структуры pluralia tantum на основе топонимического материала Гиссарской долины.

Выявлены семантические типы и этнолингвистические пласты топонимов. Впервые исследованы гендерные аспекты антропонимов Гиссарской долины в сравнении с топонимией других регионов Таджикистана.

Материалы и методы исследования составляют традиционные парадигмальные устои современной лингвистики-системно-структурная организация языка и топонимии как ее составной части и историзм (Караулов 2002), а также идеи когнитивизма и антропоцентризма, восходящие, к традициям в отечественном языкознании в решении проблем соотношения языка и мышления, языка и общества, языка и речи, статики и динамики, проблемы значения (ср.: Кубрякова 1995)  Необходимо отметить, что в пределах Гиссарской долины многие топонимы лексически и этимологически необъяснимы.

В большинстве случаев названия того или иного топонима без всякой сложности объясняются на основе материала современного таджикского языка, но смысл некоторых географических названий не возможно объяснить на этой основе. Такая группа топонимов для представителей таджикского языка не понятна как с точки зрения строения, так и внутренних особенностей.

Именно с этой точки зрения исследование топонимии сильно связано с изменением микротопонимии. Поэтому, исследование топонимии и микротопонимии региона производится одновременно, ибо и в историческом плане они имеют одинаковый подобный порядок.

Теоритическое и практическое значение работы    заключается в том, что ее результаты могут быть использованы в составлении историко – этимологических словарей и словарей топонимов Таджикистана, а также в разработке  и написании учебников по иранской ономастике.

Конкретные результаты работы  апробированы и использованы  в практике вузовского преподавания, при чтении курса истории таджикского языка и исторической грамматики, а также чтении  и составлении спецкурса по гендеру в ВУЗ-ах Таджикистана.

Апробация работы.  Основные результаты исследования были изложены на международных научных конференциях «Мир языка и деловое общение» (Алма-Ата, 2000), «Гендер: таджикский язык и литература» (Будапешт – Душанбе, 2001), республиканских (г. Ленинабад, 1989; г. Курган-тюбе 1991; г. Душанбе, 1999), на ежегодных научных конференциях профессорско-преподавательского состава ТГПУ им. С. Айни (1987-1995гг., 2003-2010гг.) и профессорско-преподавательского состава Таджикского института языков им. Сотима. Улугзода (2004-2010 гг.).

Отдельные положения диссертации отражены в монографической работе (2004, 2007, 2009) и более 30 научных статьях.

Диссертация была обсуждена и рекомендована к защите на расширенном заседании кафедры  Восточных языков   ТГИЯ  им. Сотима Улугзаде (протокол № 2 от 10.09.2009 г.) и совместного заседания отделов таджикского языка, лексикографии и терминологии   Института языка и литературы им. Рудаки АН Республики Таджикистан (протокол № 1  от 15  января  2010 г.).

Структура и объем диссертации. Диссертационная работа состоит из введения, четырех глав, заключения и списка использованной литературы и сокращений, а также приложений в виде алфавитного словаря топонимов, топонимические карты и диаграммы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

В первой главе работы изложены некоторые теоретические вопросы, посвященные исследованию и анализу топонимии ареала распространения иранских языков, методам исследования топонимов, степени изученности топонимического материала регионов Республики Таджикистан и исследуемого  региона.

Надо отметить, что проблема классификации топонимов и микротопонимов по языковым формам является одной из важнейших и основных проблем исследования имен. В этой связи важнейшими средствами и методами  исследования и классификации топонимов являются методы и средства, предложенные таджикскими и зарубежными учеными, посвященные теоретическим аспектам топонимики и антропонимики. Исследования Суперанской, А.В., Роспонд С., Матвеева А.К., и таджикских исследователей - Хромова А.Л., Додихудоева Р.Х.. Исмоилова Ш., Офаридаева Н., Дж. Алими  и др. являются наиболее значимыми.

В структурно-словообразовательной классификации микротопонимов региона, который составляет большую часть собранного нами топонимического материала, использованы также и топонимы. В этой части работы в основном нашли объяснение и трактовку наиболее известные и часто употребляемые в таджикском языке. Эти топонимы появились и структурировались на основе и в пределах параметров словообразования самого таджикского языка и других иранских языков.

Однако значение некоторых географических названий объяснить на этих условиях оказывается не возможным. Эта группа топонимов по своей структуре и внутренним особенностям остаётся непонятной.

Одной из центральных проблем современной топономастики является классификация географических названий и очевидно, что топономастика является достаточно молодой наукой. В начале 60-х годов прошлого столетия В.Л. Жучкевич предложил теорию исследования географических названий, которую  называли «универсальной» или «общей». По этой теории предлагалось обращать внимание на следующие параметры названия:

-  характер объекта (что называется);

  1. средство обозначения объекта (как называется);
  2.  принадлежность объекта (почему называется)[7];

Данная методика удовлетворяла первый этап исследования топонимики, но в дальнейшем, с развитием этой области лингвистики появилась мысль обращать внимание на все аспекты географического названия[8].

Вместе с тем, таджикские исследователи используя длительный опыт изучения проблемы европейскими учеными и национально-культурные  особенности местности предлагают методику исследования топонимики, когда учитывается проявление отношения человека к природе и среде обитания. Этот метод заключается в выявлении следующих параметров:

А) существование языков и диалектов (живых) на исследуемой территории;

Б) адстратные, субстратные и суперстатные явления живых и мертвых языков местности;

В) традиционные формы и шаблоны словообразования (формообразования) топонимов;

Г) природные условия и физико-географические особенности местности, характеристики растений и животных региона;

Д) существование  записей названий местности, на основании которой создаются названия новых объектов;

Е) различные природные, исторические и социальные явления;

Ё) наличие традиционных религий и верований, мифологии и их воздействия на среду того или иного языка [9].

Используя данный принцип в своем исследовании, мы попытались при лингвистическом анализе пользоваться современными существующими основными принципами таджикского языкознания.

Топонимы (микро- и макро-) составляют существенную часть именительных существительных и при их исследовании изучаются их следующие аспекты:

  1. состав и словообразование имен;
  2. фонетическое строение имен;
  3. синтаксическое строение имен;
  4. семантика и истинное значение (этимология) имен;
  5.  исторический круг имен;
  6. их взаимосвязь с природно-историческими явлениями;
  7.  связь имен с миграцией этнических групп;
  8. пределы и причины распространения имен или ее части;
  9. возникновение и жизнь имен, связанные с мифологией, религией и верованиями;
  10. причины исчезновения и малого использования имен;
  11. причины изменения или переименования [10].

 Одной из важнейших частей топонимики  считаются классификация и анализ, исследование грамматических особенностей географических названий, определение морфологической структуры, и прежде всего, выявление видов окончаний, строящих топонимы (посредством формантов, суффиксов, морфем и т.п.). Сама топонимия не образует специальных топонимических окончаний, а использует средства и особенности языка. Точнее, язык создал подобные средства обозначения географического объекта с тем, чтобы они в будущем смогли в географических названиях обрести свою особенность[11].  Мы воспользовались классификацией, предложенной таджикскими топонимистами (Хромов А.Л., Додихудоев Р.Х., Исмоилов Ш., Офаридаев Н., Алими Дж.), а также теорией и общей методикой изучения грамматического строения топонимов зарубежных ученых (Никоновым В.А., Подольской Н.В., Матвеевым А.К., Роспондом С. и др.). Топонимы Гиссарской долины классифицированы по следующим параметрам:

    1. Образование топонимов путем аффиксации;
    2. Без аффиксное образование топонимов;
    3. Сложные топонимы;
    4. Топонимы-словообразования;
    5. Топонимы вида Pluralia tantum.

 В параграфе Структурный анализ таджикских топонимов исследованы традиционные особенности создания имен, префиксы и суффиксы, словообразующие формы и структуры. Топонимы и микротопонимы  Гиссарской долины в первой части работы подвергаются синхроническому изучению. Эта часть топонимических названий составляет  большее количество собранного нами топонимического материала.

1.1.1. Аффиксное образование топонимов  является  наиболее плодотворным способом создания географических имен и эта важная и основная особенность часто подчеркивается исследователями и в этой сфере  основную и решающую роль играют топонимообразующие суффиксы. (Никонов, 1962, 23). Это касается и топонимостроения Гиссарской долины, большинство топонимов которого создано посредством аффиксации. Наши исследования топонимов и микротопонимов Гиссарской долины показывают, что в этом регионе  образование топонимов с использованием суффиксов является наиболее используемым методом, а можно выделить большую группу топонимикона местности образованных  данным способом:

А) топонимы, образованные с топонимообразующими формантами. Образование топонимов посредством топоформантов, особенно в таджикском языке, является относительно традиционным и обычным языковым явлением. Исследование путей образования топонимов посредством суффиксов «... позволяет исследователям выявить наиболее популярные и продуктивные компоненты образующие топонимы: топоосновы, суффиксы, а также топонимообразующие префиксы». (Бондарук, 1970,19)

При этом анализируя топоформанты следует учитывать следующие предпосылки:

-форманты, произношение которых связано с диалектной фонетикой местного говора;

  1. ареал распространения формантов;
  2. историческое развитие формантов;
  3. языковая принадлежность топоформантов, так как не все окончания относятся к языку распространенному в регионе;
  4. различия формантов.

В соответствии с подобным разделением можно выделить следующие окончания, образующие топонимы Гиссарской долины:

1.Форманты –о (хо); -он (-ун, -йон, -йун). В таджикском языке эти два форманта имеют формообразующее свойство, они образуют множественное число существительных.

Исторически окончание -хо используется как с существительными обозначающими живые объекты, так и не живые объекты. Но в топонимии Гиссарской долины подобные окончания проявляют особенности создания имен вместе с существительными, прилагательными, числительными и т.д., где они создают ойконимы и оронимы:

А) существительное: Турко ( место жительства), Фарошо (село);

Б) прилагательное и существительное: Кавутсанго (гора);

В) числительное и существительное: Чилчиноро (местность);

Формант -он (-ун, -йон, -йун), в древнеперсидском  anam- ср.пер. on- нов.пер-on равен суффиксу –он таджикского языка: Муњољирон (село), Хушон(село), Ѓуломон (ущелье), Ремон (местность); -он (-ун)- Дараи Хирсон// Дари Хирсон (село); Дири Разон//Дараи Разон и т.д.

2. Формант –го(х) и его диалектный синоним –га(х) также достаточно плодотворен и образует топонимы из различных существительных: Гардангах (перевал), Наврузгах (местность), Шикоргох (надел), Манзилгах (кладбище). Как отмечает В.С.Расторгуева, формант –го(х) в древнеперсидском имел вид gava  в значении «место, местность»,  gatu «местность, трон», в среднеперсидском  gah, а в классическом персидском означал gah [14] и сегодня в таджикском языке используется в виде –гох.

3. На ряду с таджикскими топонимообразующими окончаниями встречается арабское выражение множенственного числа –от (с вариантами –йот, ийот): Мазорот (кладбище). Это окончание образует множественное число из таджикских слов-существительных: Богийот (сад).

Следует напомнить, что подобная форма в диалекте Гиссарской долины используется традиционно в виде: кола // колот (крупный рогатый скот), ускуна // ускунот (недвижимость), о чем упоминают исследователи и сравнивают с формой древнеперсидского множественного числа. Отмечается, что это окончание устойчиво используется  в живом ягнобском языке. В современном ягнобском языке окончание –т присоединившись к существительным образует множественное число и часто гласная –а в конце слов изменяется на –о: жута (мальчик), жутот (мальчики) т.д. (Мирзозода 2002,127). Подобные языковые явления демонстрируют генетическую общность ягнобского языка и гиссарского диалекта. Данная гипотеза диалектологов подтверждается и общими особенностями восточноиранских топонимов Гиссара, о которых мы подробно останавливаемся во второй главе диссертации.

4. Формант –а соответствует таджикскому суффиксу –а. В топонимах соединяется с существительными и образует различные виды географических названий: Дахана (перевал), Селраха (надел).

5. Формант – и (-ги)  встречается и в древнеперсидском и в средне и новоперсидском , где они соответствуют таджикскому языку. Этот формант очень плодотворен и образует антропонимы и оронимы: Азрифи (ущелье), Шодмони (надел), Сари Гури (высота), Лалми (надел) и т.д.

6. Формант –истон// -истун образуют топонимы с обозначением места, места для жилья с древнейших времен (Саймиддинов 1998,20) и аналогичные значения имеют в ягнобском и памирском языках (Додихудоев  1972,50; Хромов 1969,469). Этот формант также широко используется в топонимо образовании Гиссара и обозначает место жительства людей, народа или место скопления предметов: Себистон (сад), Сангистон (надел), Фаркистон (местность, надел) и т.д.

7. Формант –ак также достаточно древен (Расторгуева 1966,29): Бедак (место жительства), Новак (села), Айлоки Гирйонак (пастбище), Куйи Чавобак (гора) и т.д.

8. Формант – манд,  соответствует суффиксу –манд современного таджикского языка и образует прилагательные из различных существительных, фигурирующих в топонимии: Мошманд (земля, где много маша (местный вид бобовых)), Дари Хучманд (ущелье, где много шиповника).

9. Формант – ча  соответствует  детерминативному суффиксу в таджикском языке: Кулча (гидроним, озерце), Богча (фитоним, садик), Агбача (ороним, перевальчик).

10. Формант- зор: данный формант происходит из др.п.- –zor> ср.п.zor> нов.п. zor (Расторгуева 1966,30). Он относительно продуктивен и соответствует – зору  современного таджикского языка, обозначает местность, в котором много чего-либо: Сирзор (фитоним- место, где много горного лука), Оличазор- (фитоним- место, где много вишни). Этот формант больше используется с названиями растений и образует фитонимы.

11. Формант –сор также означает изобилие чего-либо и обозначает различные объекты: Чашмасор (ороним- источники).

Б). Топонимы, образованные при помощи префиксов.  В топонимообразовании роль суффиксов гораздо активнее в топонимии данного региона, нежели префиксов. При этом ряд названий образован при помощи префиксов, хотя подобных форм не слишком много: Бесурок (разрушенное пастбище), Беов (надел), Беова (надел, образован префиксом и суффиксом), Беѓар (предгорье, префикс бе- и согдийское слово-ѓар- гора).

1.1.2. Достаточно значительную часть топонимов составляют географические названия, образованные без использования формантов. Эта группа имеет несколько названий «основа-существительное без окончаний» (Никонов 1962,17) «простые географические названия без окончаний (примарные)» (Роспонд, 1962,14), «простая основа- существительное» (Хромов 1975,17), «простые топонимы» (Алими, 1999,24) и т.д.

А) Топонимы, образованные на основе имен существительных. В соответствии с семантическими особенностями и местом аппелятивов в формировании топонимов данную группу топонимов можно разделить на следующие группы:

1) К этой группе топонимов относят прежде всего топонимы, образованные на основе географических терминов, обозначающих особенности объекта: Камар (предгорная низина), Агба (горный перевал), Дашт (ровнина), Адир (сопка), Кул (орошаемая низина), Гузар (тропинка), Дара (ущелье) и т.д.

2) Топонимы, которые образованы на основе географической терминологии, но не отражают  и не уточняют особенностей объекта. Они построены в форме метафоры, синекдохы, метонимии и т.п.: Мазор, Теппа, Майдон, Кутан.

3) Топонимы, которые возникли на основе антропонимов: Чингиз (ущелье), Хол (село) и т.д.

4) Топонимы, на основе  апеллятивов с географической семантикой: Карасма (мелкое пастбище), Чарбум (пастбище), Магаск (село), Шахид (перевал) и т.д.

Б) Топонимы, образованные на основе прилагательных. Данная группа топонимов в собранном нами материале количественно не велика и в основном указывает на признак места или же местности (цвет, особенность, состояние или же свойство объекта): Сурх (гора, красная), Хинг (озеро, мутное), Кок (надел, сухой), Дароз (ущелье, длинное) и т.д.

1.1.3. Сложные топонимы в системе топонимов Гиссарской долины также многочисленны и к ним исследователи относят  названия, которые состоят из двух или нескольких частей. В эту группу входят сложносоставные топонимы детерминативной и копулятивной связи и классификация этих топонимов производится на следующие группы:

А/. Топонимы, образованные на базе детерминативной связи частей:

а) существительное + существительное: Девдара (ущелье), Арчамайдон (место охоты)

б) существительное + прилагательное: Дикухна (местность), Динав (село),  а также группа топонимов с препозитивными прилагательными: Сафедов ( озеро), Сияхкух (местность);

в) числительное + существительное: Чилчанор, Чорчашма, Чилтан (святое место).

г) существительное + форма глагола: топонимы данной формы не так многочисленны, однако эти топонимы появились на основе существительных и основы настоящего времени глагола – Сангпар (низина), Дустбеккуш (перевал), Говхур (надел); существительное и основа причастия- Кампирпаридаги (перевал), Говгалтидаги (овраг). Часть из этих топонимов составлена на основе лексики таджикского и тюркского языков: существительное + форма глагола- Мохтърма (узб. Луноликая,- сад), Зойбулди (узб. Становиться- надел); числительное + форма глагола: Якатоймас (узб. Единоличник, надел).

Б/. По поводу топонимов, которые появляются на основе копулятивной связи частей можно отметить, что таких топонимов в Гиссарской долине не слишком много. Однако исторический анализ архивов Гиссарской долины позволяет констатировать, что здесь были такие названия жилых районов как Шар-шар, Сим-симон. К сожалению, фактического подтверждения этому  в виде карт и географических схем пока не найдено.

1) Сложные топонимы могут образовываться и при помощи аффиксации. Топоформант –а, -ак, -хо являются наиболее употребляемые в создании топонимов:

А) существительное + существительное + суффикс –а: Гуспандраха (овраг), Гулраха (надел), Лингова (ущелье).

Б) Числительное + существительные + а: Дуова (рукав реки), Душоха (гора).

В) Существительное + основа глагола + а: Тансухта (поле), Сангбурида (гора), Абдучаборпарида (перевал).

2) Сложные топонимы с топоформантом –ак:

А) Существительное + существительное + -ак: Момокампирак (гора), Талохтутак (поле), Говангурак (галечник).

Б) существительное + прилагательное + -ак: Сияхтутак ( роща), Сафедрегак (ущелье), Сияхлояк (поле).

В) Числительное + существительное + -ак: Чорсангак (дорога), Чортутак (поле).

Г) Существительное + основа глагола + -ак: Овхурак (пастбище), Овгирак (луг).

3) Сложные топонимы с топоформантами–о (-хо): Съгрсанго (охотничье угодье).

В/ Сложные топонимы, образованные на двух основах. Данная группа топонимов количественно крайне велика и по особенностям их формирования делятся на несколько групп:

- сложные топонимы, образованные на основе лексики таджикского языка: Гулбутта (село), Норобод (село), Пуштамиёна (село), Сарипул (село).

-сложные топонимы, образованные на основе одной таджикской и другой –заимствованной компоненты (гибридные): Гурсой (название местности), Олучабулоќ (село), Темурдара (пастбище), Хиштбулоќ (родник).

-сложные топонимы, обе компонены которых являются заимствованными тюркскими словами: Толбулоќ/Торбулоќ (название надела), Тешуктош (село), Тошќутан (пастбище) и т.д.

-сложные топонимы, обе компоненты которых состоят из таджикских слов, однако одну из компонент не возможно объяснить на базе современного таджикского языка: Армашкон (название пастбища), Ављардара (пастбище), Зимчакамар (овраг), Авзикент (село), Ламатут (село), Ѓурумпок (местность) и т.д.  

1.1.4. Другая группа топонимов представлена топонимами-словосочетаниями и к ним относятся топонимы, состоящие их двух или нескольких компонентов. Данный вид топонимов представляет синтаксическую форму топонимообразования и их количество более половины собранного нами материала. Появление топонимов-словосочетаний связано с аналитической структурой таджикского языка и с изафетной формой связи между компонентами топонима.

Топонимы-словосочетания по языковой принадлежности их компонент можно разделить на следующие группы: а) таджикские топоним-словосочетания - Боѓи Ѓафур (пастбище), Чашмаи Чанор (источники); б) заимствованные  топоним-словосочетания: Боѓи Ќушбулоќ (сад), Боѓи Чингиз (пастбище).

Еще одну часть топоним-словосочетаний по их синтактическим и морфологическим, и особенно, по месту ударения можно разделить на следующие подгруппы:

1. топоним-словосочетания, образованные из различных частей речи, где части топонима имеют свойство определения существительного, являющегося основной частью топонима:

а) сочетание существительное + существительное: Майдони Мазор, Дарайи Сев, Кутани Бодом;

б) сочетание существительное + прилагательное: Севои Ширин, Оби Нукра, Бурси Калон, Санги Сафед, Куйи Сурх;

в) сочетание существительное + антропоним: Теги Каримдод, Боги Курбон, Замини Бобохон, Дашти Хусейн;

г) сочетание существительное + микротопоним: Дарайи Вахш, Замини Сайёд, Кабристони Поиноб, Чашмайи Регак, Дашти Лангар.

Данный тип топонимов активно использует географические или связанные с деятельностью человека термины. Такими индикаторами являются  кул, об, чашма, хавз, айлок, шибер, кутан, гузар, замин, дашт, кух, тег, деха, агба, нишов, камар, чангал, чар, пул , бог, талу теппа, вароз, зов, бурс, сар, лаб, дахан, боло, берун, пушт, тах, хам, руй, кад, гардан.

1.1.5. Топонимы вида Pluralia tantum. Группа топонимов, объединенных под названием Pluralia tantum представляет собой особую форму топонимов множенственного числа и на которую обращали внимание европейские исследователи, но не таджикские топонимисты. В Словаре русской ономастической терминологии этот тип топонимов описывается как обобщенное множественное число, выраженое объединяющим обобщающим понятием: Карпаты, Альпы, Балканы, Татры, Жигули. Мы обратили внимание на обобщенные названия в топонимике Рамита и выявили, что форма топонимов Pluralia tantum свойственна и для таджикского языка. При этом в историческом процессе в различные периоды и эпохи названия географических объектов, подвергаясь изменениям, изменяли свою грамматическую форму. Подобные изменения форм в названиях объектов в географической карте названного региона происходили в различные периоды и выражали объединение нескольких географических объектов в один и наоборот, разделение одного объекта на несколькие. Поэтому  мы можем встретить топонимы названной формы типа Новаки Поён, Новаки Боло- много новаков, Дараи Боло и Дараи Поён – много дара, Гузари Боло и Гузари Поён- много гузаров, которые используются совместно. Хотя подобный тип топонимов не столь многочисленен и составляет около 2-3 %, эти названия можно по принадлежности топооснов разделить на несколько групп:

  1. Основа- зоонимы: Каргас(х)о (название поля), Кафтар(х)о (название долины), Хирсон (поле), Сугурон (надел), Хирсон (перевал);
  2. Основа- этнонимы: Турк(х)о (ущелье), Узбак(х)о (пастбище), Ягноби(х)о (клабдище);
  3. Основа-фитонимы: Чормагзон (ущелье),Сафедорон (ущелье), Себистон (сад), Фаркистон (сад);
  4. Основа – антропонимы: Шохсавзон (пастбище), Солехон (надел), Гуломон (гора), Чингизиён (ущелье).
  5.  Основа – субстраты: Маргон (ущелье), Разон (ущелье), Хушон (село), Зайрон (село);
  6.  Основа – апеллятивы: Кул(х)о (село), Шахидон (перевал), Мухочирон (село), Фаррошон (ущелье), Сурхиён (надел).

Интересно, что малоупотребляемый в гиссарском диалекте суффикс –он и его фонетический синоним –ун (Бердиев 1979, 11-12), отлично сохранился в топонимах этого типа: Ремон // Ремун (лесок), Мухочирон // Мухочирун (село), Хони Туркон (пастбище).

Некоторые топонимы этой формы еще принимают суффикс множественного числа –хо, выражая двойственное множественное число: Пистон // Пистун – Пистунхо (надел), Хон-Хонхо-Хон(h)о(h)о (пастбище), Шахид –Шахидон//Шухадо//Шайдон//Шайдон(h)о (перевал). Кроме этого в топонимике Гиссарской долины встречается суффикс –от (после гласных –йот// ийот) образующий  так называемое арабское множественное число в основном используемое с арабскими словами. Однако в Гиссарской долине подобное образование множественного числа встречается и с таджикскими словами: Бог- Богийот, Хутан- Хутанот (ущелье, пастбище), Мукорот (село), Мазор-Мазорот (кладбище). Здесь же необходимо отметить субстратное  топонимообразование данного типа, когда названия образуются из согдийских/ягнобских существительных с суффиксом – от /-т. При этом слова заканчивающиеся на гласную –а теряют ее: жута/ жутот, кола/ колот, ускуна /ускунот (Оранский 1963, 185-186; Боголюбов 1966, 346-347; Хромов 1972, 18; Бердиев 1979, 12).

Вторая глава диссертации посвящена формированию и  развитию исторических топонимов Гиссарскогой долины.

Сегодня о географических названиях различных местностей Таджикистана изданы ряд трудов и статей, и эта часть языкознания вызывает большой интерес исследователей. Но вместе с тем, в ономастике Таджикистана остается еще много белых страниц. (Хромов 1968, 75).

Гиссарская долина является одним из древнейших обжитых регионов Таджикистана, где плотно проживали и живут различные ираноязычные племена с древнейших времен. Природные богатства и благоприятные климатические условия,  благоприятствующая скотоводству издревле привлекала внимание скотоводческих племен и народов, и тюркские племена часто посещали летние пастбища этой местности.  Их путь пролегал как через Зерафшанскую и Ягнобскую долины, так и со стороны Каратегина.  В советское время в этой долине располагались курорты и пионерские лагеря, зоны отдыха и различные производства и это сильно повлияло на образование географических названий. Таким образом, здесь имеются топонимы с древнеперсидскими, иранскими, тюркскими, русскими и таджикскими основами. Но наиболее крупную группу топонимов составляют названия с иранскими и таджикскими основами.

2.1. Восточно-иранские топонимы региона (субстратные). Топонимы с иранской основой делятся на две группы: восточноиранские и западноиранские (таджикские) топонимы. Среди них большую часть составляет восточноиранская группа топонимов (субстратная). В эту группу отнесены топонимы, которые образованы только на основе восточноиранских языков – ягнобского, согдийского, памирского.

Исторические источники свидетельствуют, что население части сел Варзоба и верховья долины Вистан (Рамит), входящие в Гиссарскую долину, было ягнобским или матчинским, которое в начале 70-х годов Х1Х века перекочевали с верховьев Зерафшана и стали здесь постоянно проживать (Соколова 1953, 62-63; Неменова 1969, 40-41). Маркварт Ж. напротив, отмечает, что «ягнобские языки - это наследник (остаток) одного из сакских племен, которое перекочевало в Ягнобскую долину с долины реки Сорвог (в Раштском регионе) и Ромит и осталось здесь» (Маркварт 1938, 76).

Действительно, сакские племена являются одним из древнейших иранских племен, которые уже в первой половине первого столетия до нашей эры проживали не только в пределах современной Средней Азии, но и далеко за ее пределами (Оранский 1988, 70). Некоторые исследователи придерживаются мнения Маркварта (Хромов  1972, 109) и полагают, что исследования общих характеристик топонимов и микротопонимов нашего региона географических названий верхней части Гиссарской долины и Ягноба показывают, что большинство названий произошло на основе ягнобского языка, что дает основу полагать, что в каком-то историческом периоде эту местность населяли ягнобцы. Далее, развивая эту мысль, продолжают, что проникновение таджикских говоров в Гиссарскую долину, в частности в Верхний Ягноб, Рамит (особенно) и Матчу произошло гораздо позже» (Хромов 1972, 109).

Хотя современное население Гиссарской долины не говорит на ягнобском (Бердиев 1984, 25), известно, что эту местность исторически называли Кухистон, а жителей этой местности «галча» (Сиёев 1971, 86). Кроме того, в прошлом Кухистоном называли часть Афганистана (юг Хорасана), а также истоки Зерафшана, а население этой местности называли себя в соответствии с названием их местности «кухистони» (Мухторов 1974, 93). В связи с этим можно предположить, что население этого региона объединялось в этническое сообщество «галча», что отражено в их говоре и названиях региона.

Учитывая  общие особенности диалектов верховья Зерафшана и Гиссарской долины, исследователи  выдвинули гипотезу  о миграции населения соседствующих с Гиссарской долиной народов в историческом процессе. Эта гипотеза подтверждается исследованиями местной топонимии и диалектов (Андреев М.С., Пещерова Е.М., Хромов А.Л., Мирзозода С.). Мы вносим свой вклад в подтверждение этой гипотезы исследованием общих часто используемых слов и понятий:

  1. слова, объясняемые на основе согдийского (ягнобского языка) и сохранившиеся и используемые только в диалекте Гиссарской долины: сирвишк (ягн. сервич)- съедобное растение, камч (ягн. камч)- дикий лук, парч (ягн. парч)-опора моста; кута (ягн. кут)- собака, щенок; ча// зоча (ягн. зарча)- роженица; васак (ягн. васак, васа - теленок)- макет теленка; парчов (ягн. парчоб) – отвод для воды (яма для изменения потока воды) и т.д.
  2. слова, объясняемые на основе ягнобского языка и используемые в речи народов исторически соседствующих с Гиссарской долиной: хаф (ягн. хаф)- мыльная пена; сиван (ягн. сипа, раштское- сиба)- кувшинчик,  глиняный горшок; хоч (ягн. хорч, раштское - корч)- грибы; чалак (ягн. чалак, в раштском- челикреси-прясть)- прялка ручная или инструмент для прядения; шорагма (ягн. рагза, раштское- шорагза кардан- заправлять рубашку в брюки, поправлять ремень на брюках а также- вид шерстяных мужских брюк) – шаровары мужские; шак (ягн. шашка, раштское- шак, шак рехтан-покрыться инеем)- иней и т.д.

Подобное сопоставление уместно и с памирскими языками, что подтверждает распространенность и единство языков согдийского (ягнобского) и народов, населяющих Раштский и Памирский регион. В этом регионе есть большое количество слов, которые используются в гиссарском, рамитском и ягнобском диалектах, но объясняются на основе памирских языков: бурс (ваханск.- фурс)- елка; ур (мунджанск. -ур)- пещера; чигез (язгул.- хез)- часть моста; лок (шугн. и рушанск. – лок; используется и в южных говорах в том же значении) – одежда; гажд (шугн.- гадж, в раштском-гажд)- грязно; ашгол ( ваханс. –ашгол, в раштск.- ачгол)- член семьи; воп (рушанс.-веб)- стог, копна сена. (Каримова 1970, 173-203; Карамшоев, Бахтибеков 1975, 54-73). В этом ряду можно упомянуть и несколько слов объясняемых на основе осетинского языка: хур (осет.- хор)- пшеничное или ржаное зерно; нихшор (осет. и ваханс. –нежгер, в раштск- нишхор кардан- жевать)- жевать что-то (Абаев 1958, 73).

Подобных слов и топонимов в говоре Гиссарской долины очень много и они составляют вторую  количественную группу топонимов после таджикских.

2.1.1. Структурная классификация восточноиранских топонимов достаточно сложное дело и поэтому не многие исследователи топонимии останавливались на этой проблеме. Между тем, Никоновым В.А. предложена индоевропейская система исследования для изучения ягнобских топонимов, которая использовалась для исследования славянских языков (Никонов 1962, 17-18). Используя данную методику, мы предприняли следующее структурное  разделение топонимов:

  • топонимы, состоящие из существительного без окончаний: Нов// Ноу; Варв; Ёс; Марг; Сорво// Сорбо; Вахш; Нишов//Нушов;Шивар// Шабар
  • сложные топонимы, основанные на двух основах.

Топонимов первой группы в Гиссарской долине не много и в собранном нами материале всего 12 географических названий.

Топонимы второй группы более многочисленны в топонимии Гиссарской долины, и они по происхождению и способу образования разделяются на следующие группы:

  • топонимы, обе основы которых возникли на основе восточноиранской лексики и обе части топонима объясняются на основе восточноиранского языка:

 Шавгар//Шовгар состоит из двух слов- «шав//шов», обозначающих «ночь, черное» и «гар»- «гора» и этот топоним обозначает «черная гора». Подобно этому Спингар- «спин»- белое и «гар»- гора- беломраморная гора в Афганистане.

Новгар – «нов»- ущелье и «гар»- горы, в значении «ущелье, низменность».

Гарзой// Гаразой – из двух ягнобских слов – «гар»- гора ва «зой» -земля, в значении «ровная земля на вершине горы».

Гарпод // Гарипод состоит из двух ягнобских слов- «гар»- гора и «под»-«подножие, конец чего-то» в значении «жилая местность, расположенная у подножия горы».

Кимерхон- из двух ягнобских слов «кимер»- «красное», «хон»- «летнее пастбище», в смысле «летнее пастбище, с красной землей».

  • Сложные топонимы из двух слов, одно из которых - ягнобское, другое можно объяснить на базе современного таджикского языка: Тегзой- «тег, тега»- таджикский «пик», «вершина горы» и ягнобское «зой»- земля,  в значении «земли на вершине горы». Кимерсанг – «кимер»- красное и  таджикское «санг» - камень в значении оврага с красными камнями. С данным сочетанием связано и Кимероб // Камароб, село  в Рамите, объясняемое  «красная вода». В Раштском регионе есть ущелье и река с этим названием, которое народ объясняет как «красноводная река»,  а не как река под горой. Мы предполагаем, что оба топонима имеют одинаковое значение и единую историю возникновения. Земля   Камарова в Раште - красная и вода существующей здесь реки имеет цвет красной глины. Мы полагаем, что сегодняшнее произношение Камар есть ничто иное, как Кимер - красное, тем более, что подобная фонетическая замена как кимер// кимар// камар, шибер//шибар// шабар свойственна диалекту Гиссарской долины, Рамита и Рашта (Бердиев; Мирзозода 2002, 92).
  • Еще одну часть сложных топонимов составляют названия, состоящие из двух основ, одну из которых не возможно объяснить. К этой группе относятся топонимы: Куркат (перевал), Пискент (нежилое село), Канте (ущелье), Лошхарв//ф (село), Мушкруд// Машкрут (гора), Гарипод (жилой район), Овтагар (пик горы), Тагар (источник), Гижруд (труднопроходимое ущелье), Худруд//Худруд (ущелье), Насрут (развалины села), Лолахок //Лолхок (источники) и т.д.

Эти и подобные топонимы являются доказательством и демонстрацией влияния субстратных языков на язык и топонимику исследуемого региона, они выражают особенности и детали этих языков. Эти особенности и детали в тополексемах, топоформантах и топоосновах можно разделить на следующие группы:

2.1.2. Ягнобские топонимы. К ним относятся топонимы, в которых ягнобский субстрат является устойчивой частью: гар//гър, руд//рут, нов, кант, кат, зой//зо//зе, хуф//Хуфак,-мит,-харф//харв, -вара//бара,-лох, -калф, гарф, арф,-хок//хо, -ин и т.д. Анализ данных тополексем Гиссарской долины даёт повод сделать следующие выводы:

а) в пределах этого региона  существовало действие двух групп языков (восточно- и западноиранского), что и нашло отражение в системе географических названий местности;

б) восточноиранские топонимообразующие элементы имели большое значение и роль, которые подтверждаются географическими особенностями и ландшафтами и рельефом местности;

в) история возникновения и развития большинства субстратных топонимов региона имели много общего с топонимами ареала распространения согдийских и памирских языков, и эта общность является еще одним доводом тому, что эти топонимы являются фактом наследования тех языков, которые веками существовали здесь и были в употреблении народов этих мест.

г) субстратные тополексемы и топоформанты этого региона можно изучить только в результате сравнения с географическими названиями других районов республики и в особенности соседними с этим районами - Варзобом и Ягнобом, Раштом и Дарвозом (Памиром), что является делом будущего.

2.2. Этимологический анализ микротопонимов региона.  Этимологическое толкование топонимов крайне сложное дело и большинство таджикский исследователей обходят эту проблему. Однако мы считаем, что в исследовании топонимии этимологический анализ должен быть одним из главных задач, между тем как в настоящее время достаточно сложно определить этимологическое значение слов. С учетом данного условия, параграфы 2.2.1. , 2.2.2. , 2.2.3. посвящены  определению Этимология микротопонима Гиссар,  Ромит,  Испечак, Ширкент.

Этимология микротопонима Гиссар. Одним из наиболее территориально обширных и исторически крайне занятных регионов Таджикистана считается Гиссарская долина, по поводу топонимии которой существует достаточно большое количество исследований отечетсвенных и зарубежных авторов в форме как отдельных статей, так и совершенных при анализе отдельных историко-краеведческих проблем данного региона, однако до сих пор остаётся не решенным проблема специфических особенностей  топонимики этой местности с точки зрения языкознания и в частности топонимики. Вместе с тем, существует множество работ ученых и исследователей различных сфер оществоведения как истории, географии, краеведения и археолоии, которые на ряду с освещением других аспектов истории данного древнего края останавливались и на объяснении географических названий, некоторых аспектов появления топонимов и связи топонимии региона с исследуемой ими проблемой.

Прежде всего, следует отметить, что топоним «Њисор» в системе топонимикона Таджикистана и исторических и географических источниках страны и за его пределами упоминается как название одного из древнейших долин Средней Азии, одного из культурно-образовательных центров Мовароуннањра и в общей форме Древнего Балха. Сегодня данный топоним соответствует географическому названию Гиссарской долины (Њисори Шодмон? – Шумон), Гиссарского района (Њисор Шодмон? – Шумон), в названиях одного из древних мест края Ќалъаи Њисор ва ё Ќалъаи Њисори Шодмон? (Шумон). Кроме того,  анализ и исследование тысячелетних исторических источников данного региона и сведений бесчисленных письменных и культурных источников историков и культурлогов указывают на то, что еще не сложилось определенное и достоверное мнение по поводу происхождения и развития топонима «Њисор». В этой связи мы постарались на базе существующего историко-лингвистического материала остановиться на проблеме происхождения и развития этого исторического названия.

Новые и старые толковые словари фиксируют слово «њисор»  в виде  ???? . По данному написанию слова и по специфическим арабским словам с легкостью можно заключить, что данное слово принадлежит арабскому языку и в большинстве случаев исследователи и составители словарей также указывают на арабское происхождение слова «њисор» обозначая его как крепость «ќалъа». Вместе с тем слово ќалъа???? , которое авторы словарей считают переводом слова «њисор» отмечают, что оно относится к арабскому языку, в существующих арабских и персидских словарях его приводят как синоним слова «њисор».

В двуязычных русско – таджикских,  арабско-таджикских словарях большинство авторов и составителей отмечают синонимичность в смысловом и функциональном значении этих слов, а в переводе как слова «њисор» так и «ќалъа» прежде всего используют русские слова «крепость» и «цитадель». Тогда как оба эти арабоосновные однозначные слова означают «ќалъа, њисор, огражденная местность», возникает вопрос, правильно ли называть такое значимое историческое место в формепас саволе ба миён меояд, ки оё ба тарзи «њисори њисор» или же «ќалъаи ќалъа», или же подобное маркирование географических мест свойственно топонимической культуре народов Средней Азии, в частности иранских племен? На наш взгляд, определенно нет, так как подобный способ маркирования географических названий не свойственен иранским народам, очевидно также логическое несоответствие в смысле данного красимвого географического названия. Таким образом, для выяснения истинного источника данного топонима обратимся к историческим и археологическим источникам территории Средней Азии  и ареала распространения иранских языков.

Во-первых, следует отметить, что в топонимической системе современного Таджикистана зафиксированы созвучные и соответствующие с данным топонимом названия: «Њисор»- центр одного из исторических центральных районов Таджикистана, а также названия поселков и населенных пунктов подобно  Буни Њисорак – на территории города Душанбе, Ассор//Иссор –в джамоате сел Зонг Ишкошимского района ГБАО,  Њисорак -  село в джамоате сел Њоит Раштского района, Њисоробод – населенный пункт сельсовета Дањанакиик Хуросонского района Хатлонской области. 

Во-вторых, как известно из исследований большинства исторических источников относительно Среднеазиатского региона и особенно микротопонимов Гиссарской долины, выражаются противоречивые мнения по отношению объяснения топонима «Њисор». Зачастую при анализе проблемы опирались на рассказы и легенды, бытующие в народе об истории местности или же их размышления появлялись на основе данных историй. По этой причине мы посчитали необходимым для освещения проблемы прежде всего глубже обратиться к историко-краеведческим документам Средней Азии

1. Как отмечено в существующеих исторических источниках по географии Средней Азии,  Гиссарская долина является одной из древних населнных мест, в которой живаут люди с древнейших времен. Первые упоминания о проживании людей в этой долине под названием Шумон иа Шумонзамин относятся к 15-16 векам, где историки упоминают это место под названием Њисори Шодмон (Мухторов, 1995, 3-21). Сегодня это место называется район Њисор – административный центр одного из районов западной части республики.

Изучение административных карт Таджикистана показывает, что жилые районы Њисор//Ассор//Иссор Ишкошимского района ГБАО  и села Њисорак Раштского района, которые располагаются среди гор, тогда селение Њисоробод располагается между сопками. Село Њисор Ишкошимского района расположено на высоте одного из самых высоких  точек джамоата сел Зонг, а данное слово в произношении местного населения  звучит как  «Ассор//Иссор». Данная местность в советское время было резиденцией красной армии. Обратив внимание на географической расположение недавно образованного села Њисоробод  можно прийти к выводу, что данное название относится ко времени миграции населения Гиссарской долины в эту местность. Относительно истории возникновения данного географического названия сохранилось крайне мало сведений в исторических  источниках и можно упомянуть только замечания диалектологов, которые в  50-ые годы прошлого столетия на ряду со сбором особенностей диалектов данного района как диалектический материал зафиксировали топонимию местности.

Как ранее отмечалось, географические и административные пределы  древней Гиссарской долины охватывают большую часть современной Сурхондарьинской области Республики Узбекистана. Краеведческие и географические источники данной местности указывают на то, что в левобережьи реки Газарак (очевидно Гузарак - М.О.) долины Сурхон на высоте 20 – 25 м расположена горка Њисор. Высота горки составляет с северо-восточной стороны- 20 м и ширина приблизительно 100 метров (Аршавская, Ртвеладзе, Хакимов, 1982, 129). Этот исторический довод приводится средневековым историком Њофиз Танишем в анталогии «Шарафномаи шоњї», где он обозначает словом «њисор» сопку в значении «крепость, укрепление, курган» связанном с арабским языком (Хафиз Таниш, 1969, 311).

В северовосточной части города Мазори Шариф Балхского вилоята Исламской Республики Афганистан существуют руини исторического памятника  древнего города Боло Њисор (Бала Хиссар или Бала Хисар) которые по записям историков и археологов относятся к началу  нашей эры. Сегодня по причине неправильного отношения к историческим и культурным памятникам он превратился в развалины, но к счастью, можно отчетливо увидеть стены и жилые комнаты.  Во входе сегодняшей долины Балх со стороны города Мазари Шариф сохранились части южной стены древнего городища и несколько глинянных сопок. Как сообщают археологи эти сопки являются остатками ступы и святилица идолов (древнего сосуда буддистов) которые относятся к доисламскому периоду.

Известно, что, столица древней Бактрии (сегодняшний городок Болоњисор в окресностях Мазори Шарифа) был укреплен со всех сторон. В этом городке наряду со стенами хисора также было строение крепости. Эти свидетельства несомненно свидетельствуют о том, что в У111- У11 веках до рождества Христова на территории сегодняшнего Афганистана и южной части Средней Азии существовали густонаселенные города имеющие хорошо укрепленные и устойчивые крепости (см. Таърихи Афганистан, 1982, 24-25).

Также в центре древней части города Кобул Исламской Республики  Афганистан существует древняя крепость под названием Боло Њисор (Бала-Хиссар), которая с древнейших времен по настоящее время служит правителям Афганистана как жилье и укрытие. Как указывают источники исторические источники, первые укрепления данного сооружения построены еще в  4-5 веках нашей эры (доисламский период – М.О.).  Далее эта крепость несколько раз была разрущена завоевателями и восстановлена вновь. В настоящее время данная крепость полностью сохранилась и в ней расположена ставка одной из основных силовых структур страны.

В пределах распространения современных иранских языков – Исламской Республики Иран, вернее- северо-восточной ее части расположенной на горной гряде Эльбрус недалеко от Домгона обнаружены иранские племена история которых относится учеными к бронзовому веку или второй половине 1У тысячелетия до нашей эры.  Этот древнейший памятник культуры имеет одинаковое название по названию местности проживания ее населения - «Њисор»  и большинство археологов и краеведов изучая жизненный уклад, обычаи и традиции жителей этой местности и сравнивая их с коренными народами  Средней Азии (например пределами Намозгоњтеппа нынешнего Туркманистона) нашли их очень схожими. Информация археологов также указывает на то, что этот народ еще в давние века пользовался металлообрабатывающими ремеслами и происводством кафеля, что свидетельствует о развитой культуре и древнейшем происхождении данного населения (Массон, 1964, 11- 23).

Как свидетельствуют географические источники о географических границах ареала распространения индоевропейских языков, топоним «Њисор» также известно и как древнее поселение славянских и греческих и тюркских народов. Исследуя словари и исторические источники о народах Малой Азии и стран Балкана мы также встретили географические названия местностей, часть которых связана со словом «хисор». В том числе, в местах проживания греко-тюркских народов существуют географические названия Оќ – Њисор (Ак – Гиссар  «белая крепость или светлая») – один из городов вилоята Ойдин на границе Греции и Турции,  Демир – Гиссар  (Темир –Хиссар «железный город, укрепленный») населенная местность в  Македонии, Ќара – Њисор  (Кара – Гиссар  «город, черная крепость») – древний город у подножия сопки, окруженной развалинами древней крепости (см. Брокгауз/ Ефрон).

В пределах распространения греко славянских языков на полуострове Балкан – Болгарии и Македонии автором также найдены географические названия имеющие в своем составе слово «њисор». В том числе, древний городок Њисор (булг. Хиссара//Хиссаря//Хисаря) расположенный к северу от города Пловдив недалеко от гряды сопок Средна гора на высоте 360 м от уровня моря.

В 293 году тогдашний Римский император Диоклетиян построил высокую укрепительную стену вокруг городка  длина которой составляла 2315 метр,  ширина примерно 2,5 – 3 метра а высота более 10 метров, которая сохранилась полностью до наших времен. Окрестности крепости украшены 43 четырехугольными  высокими башнями, обнесена глубоким рвом глубиной 4-5 метр и широной 10-15 метров. Как указывают исследователи о создании и развитии этого  города, он относится к 1У- У1 р.х.. В это время по поручению Римского императора на вершине холма внутри города было построено более 9 новых зданий с колоннами (базиликами).

Достойно внимания то, что наряду со словом «њисор» в топонимической системе данного региона и его окрестностей встречаются персидско таджикские слова «чашма//чишма, порс/форс» и арабские «њавуза, инљизо», которые как указывают источники, являются родниками и банями, относящимися к 5-6 векам.

Исследованный исторический материал Мовароннањра и Хуросона показывает, что слово «њисор» в этих регионах имеет обширное поле использования и в большинстве случаев используется как географическое название, обозначающее место проживания арийских народов доисламского периода и имеет форму «њиссор //хиссор, ассор//иссор».  Также сравнительный анализ данного географического термина с топонимией распространения иранских языков показывает, что данное слово в этих местах довольно продуктивно и встречается даже в ареале распространения греческого и тюркского языков на ряду с местной топонимией. В регионах распространения неиранских языков данное слово имеет формы «њиссор, хиссаря, хиссар ва hissar //xussar».

Как вытекает из данных размышлений, вместе с арабским словом «њисор» в ареале распространения иранских языков существовало и персидско-таджикское слово, которое сохранилось в местной топонимической системе в виде «хиссор/њиссор//њуссор».

Как указывают исследователи истории иранских языков,  слово «хиssar//xussar»  и его фонетические аналоги «хонsar//хиssar» отмечаются в  осетинском языке как топоним местности. Как считают ученые топонимисты, подобный способ  формирования топонимов происходит в результате внутренней ассимиляции сложных звуков ss > ns  в иранских языках. В этой связи по поводу возникновения и развития подобного вида топонимов видный исследователь осетинского языка Абаев В.И. пишет: «… в современном осетинском литературном языке слово xussar вообще обозначает южный, юг и таким образом,  Южная  Осетия именуется в виде Хussar Iryston. И хотя в современном живом осетинском языке отдельные составные части данного топонима потеряли своё основное значение и их можно определить лишь по  семантическим особенностям, слово «xunsar//xonsar» обозначает выражение «на солнечной стороне, на стороне восхода солнца» (Абаев, 1969, 126).

В исторических письменных источниках для определения слова «солнце, ярило» в персидском и осетинском языках соответственно используются формы xur//xor (з.п.б.) и xur//xor. Исследователи считая необычным явление преобразования согласных звуков r > n –в исторической фонетике иранских языков, отмечают, что лингвистическое объяснение данному языковому явлению необходимо искать в морфологи древних индоевропейских языков и даже до них (Абаев, 1969, 127). Исследование лингвистических особенностей древнеиранских языков показывает, что наряду с древним популярным словом hvar – «солнце, ярило» также использовалась другая аналогичная форма hvan в том же значении. Формирование и историческое развитие данного слова в древнеперсидском языке исследователи древних иранских языков объясняют так: в Готах  Авесто оно в состоянии Gen.   xveng, которое аналогично с *hvangh   и *swens  в индоевропейском, а после этого используется в форме прилагательного муштаќ - xvan – vant в смысле солнечный, полный свет, абсолютное свечение и как сложное слово  xveng – daresa в значении «солнцеликая, светлоликая» (Абаев, 1969, 126).

Известно, что, данный способ формирования слов ненаблюдаются на основе письменных источников древнеперсидского языка или же древнеосетиского языка, а также даже на древнем этапе формирования и развития древнеиранских языков данные аналоги не использовались, то есть, смена форм hvan //hvar  относится к индоевропейскому отрезку развития древних языков (периода до древнеираского). На этой основе можно сделать такой вывод, что обе формы слова hvar – древнеперсидское и hvan  -древнеосетинское использовались одновременно и они в древних индоевропейских языках имели форму *hvan - sara // *hvanhsara   обозначая «солнечная сторона» и сохранились в осетинском языке. Историки иранских языков подчеркивают такое мнение, что данный способ исторического формирования слов имеет трех-четырех тысячелетнюю историю, а отдельные их элементы сохранились, как правило, только в составе географических названий (Абаев, 1969, 127).

В истории топонимики иранских языков и в особенности, персидско-таджикского языка и древнеаланского можно привести множество примеров, в которых подобный способ формирования и развития слов или их отдельных элементов четко прослеживается, в том числе  з.п. Safid-rud (Иране) = з.д. Spin- rud (Афганистан) = з.т. Safed – ov/ob (Таджикистана) = з.осет. Urs – don//Urs – don (Осетия) в смысле «река /белая вода»  и  з.п. Zard – kuh  (Иране) = з.т. Zard – kuh// Zard – xak  (Таджикистана)  = з.осет.  Bur – xox в значении «желтая  гора». Конечно де подобные слова-аналоги в большом количестве встречаются на территории развития иранских языков, которые развивались независимо друг от друга.

Другим элементом данного топонима является топонимообразующий формант- сор, который крайне продуктивен в пределах распространения иранских языков. В топонимической системе  регионов Таджикистана большинством топонимистов данный формант зафиксирован как активный топонимообразующий (см. Алимї, Додихудоев, Офаридаев). Иранские ученые также считают этот топонимообразующий элемент аналогом таджикского суффикса образующего существительные– сор//sar в примерах  кўњсор, чашмасор, сангсор и т.д., которые обозначают сар|//sar = сор//sar   в яз. п.ќ. sarah-/ sara голова (человека), источник, начало (Grundriss, 1904, 190; Абаев, 1969, 127). На ряду с данным понятием в древнеиранских языках также существовал суффикс направления, стороны - sar (с вариантом – sar),  который состоит из авестийского окончания  - sаr – в смысле «совместность(ї), союз, сборище народа» и происходит из выражения asahiya sar – «схожее с Яздон - Asa» (см. Моргенстерн, 1927, 69).  Данные топонимообразующие окончания также  известны и стали предметом использования в пределах лексического материала других иранских языков, их можно также сравнить и с  формантом - sar (- sar), который указывает в большинстве языков на сторону, направление, место, в том числе: в яз. согдийском - sar (- s’r),  яѓн. – sa ( Гершевич, 1954, 461), з. хоразмском – sar, пашту – sarа, зебакї – sar, вахонї – sar// - s?r, надо отметить, что данное окончание в группе современных памирских языков присутствует как существительное направления в следующих структурах: yi s?r - «одна сторона»,   yem sar - «в эту сторону»,  ya sar «в ту сторону», tar kum sar? «в какой стороне?»,   tar mi sar? «в эту сторону?» и т.д. (Шоу, 1876, 251; Лоример, 1958, 218).

Выражение - sar //- sar на территории развития иранских языков используется в смысле единства, сборища народа, вместе с тем это выражение возникло из слов, обозначающих сторону, место,  – sar //- sar > * - sar (а) (Абаев, 1969, 128).

Наряду с арабским словом  «њисор» в древних языках Мовароуннањра существовало и использовалось индоевропейское слово «њуссор //хиссор», которое указывало на обжитое место на восточной стороне (солнечная вершина). Географическое расположение мест связанных со словом «њисор» также подтверждают данное размышление, то есть большинство крепостей и укреплений расположено на солнечной возвышенности.

В фонетике таджикского языка и в основном в народных говорах обильно используется замена гласного «у» после согласного «х» на  «и», например Хуршед - Хиршед, Хусрав – Хисрав, Хурсанд – Хирсанд и можно предположить, что в слове «хуссор» под воздействием диалектной фонетики таджикского языка звук сменяется по следующему типу x > њ и у > и.  Подобные фонетические явления со звуками, близкими по произношению встречаются очень часто.

Историки и топографы средневековых городов Средней Азии об особенностях древнего и средневекогово градоустройства и градостроительства, особенно местностей, имеющих хисоры пишут: «…Понятие «њисор» относится к центральной части города обнесенного высокой стеной и окруженный пригородом. Термин «њисор» также и в значении «город», «укрепление» и «городская стена» также было популярно.  Њисор это укрепленная и населенная часть города, где расположены здания управы, армии, церквей и святилищь, центрального рынка и ремесленных цехов, а также сконцентрированы жилые постройки основных слоев городской управы. Внешняя от стены часть ее, вне крепости считается пригородной и селом, в которых уклад жизни по отношению к жителям внутри крепости совершенно отличались» (Байлаков, 1990, 16).

Можно сделать вывод, что слово «њисор» имело персидско-таджикский вариант, который с древнейших времен по настоящее время в различных территориях распространения иранских языков имело круг использования и предполагается, что семитское население переняло их, а в последующие времена ввиду исчезновения его древнеиранского варианта, остался в употреблении только арабский вариант этого понятия. Это предположение в любом случае ждет своего всестороннего историко-сравнительного анализа, однако очевидно, что  оно считается искаженным вариантом древнеиранского языка.

Основу топонимов Гиссарской долины составляют таджикские топонимы, что подтверждается и судьбой рассмотренного нами исторического слова, свидетельствующего о том, что таджикоязычное население проживало на этой древней земле с древнейших времен и имело важную роль в формировании топонимов и микротопонимов внутри и за пределами данного региона.

Микротопоним Ромит. первые упоминания или же историко-географические источники с упоминанием топонима Ромит относятся к китайским и греческим и арабским историческим и географическим X – XI веков, что свидетельствует о древности данной местности и названия Ромит, относящегося к древнейшим языкам данной местности.

Академик Бартольд В. В., упоминая о русских и европейских упоминаниях о населенных городах и областях Средней Азии пишет: "… Томашек относит упоминания о долине Кумед в соответствии с заметками Птоломея и Сюан Цзаня, к владениям  Цзюй – ми – то (Kju- mi-tho)". В этой долине по указаниям рукописей Туманского расположено верховье  реки Кофарнињон и проживают здесь народы называемые «кумиљї», историк Маќдисї их считает тюрками" (Бартольд, 1963, 120) , далее прибавляет,  "…река Кофарнињон называется именем Ромит (Ибн Русто: "Romil //Romid //Romit" а правильнее "Romiz //Romid", которое позже и до настоящего времени стало одноименным названием одного из рукавов этой реки (Ромит или Роумит) (Бартольд, 1963, 320).

В исторических источниках XIX – XX века, приводится краткая информация о местности Ромит и его населении, из занятии, ремеслах. В том числе, один из высших военных чинов Русской армии- Лилиенталь, посетивший в 80-90-ых годах XIX века Восточную Бухару (восточной части Гиссарского бекства), упоминает об этой долине следующее: "Ромит является одной и амлоков Гиссарского бекства и в то время (1888г.) восстало против Бухарского амира Абдулањадхона, который назначил непосильный сбор на каждую скотину " (Лилиенталь, 1889, 314-316). Как полагает С.И. Климчицкий "Ромит является названием села и центра района и наверное  оно связано с названием реки (Кофарнињон – М.О.)". После Октябрьской революции и первых лет советской власти до середины 50-тых годов прошлого столетия Ромит был одним из самостоятельных районов Гиссарской долины (Климчицкий, 1936, 10;  Њамроев, 1959, 15).

Как отмечено в исторических и археологических источниках об этой местности, Ромит является названием одной из долин и исторической местности Средней Азии, топоним Ромит как древнее слово всегда было связано с названием реки, ее рукавов, что впоследствии было трасформировано на название долины и населенного места.

Целью упоминания исторических источников было то, чтобы определить в какой-то степени судьбу слова Ромит на протяжении истории. Как упоминается в исторических справках, феномен данного слова может быть определен и найден только при помощи сравнения с древними языковыми источниками данной местности.  Исторические лингвистические источники Средней Азии сообщают, что этот регион был местом функционирования и распространения древних иранских языков (авестийского и бактрийского). В связи с этим судьбу данного топонима, прежде всего следует искать в пределах существующего материала о древнеиранских языках и  в сравнение и сопоставлении с соседними и сопредельными языками – памирским, согдийским и ягнобским языками.

Данная мысль указывает на то, что необходимо искать истоки данного слова в составе лексических элементов древнего восточноиранского языка Таджикистан – живых памирского и ягнобского языков. Структура топонима Ромит также указывает на то, что он относится к лексической единице восточноиранского языка. На наш взгляд топоним Ромит //Romit состоит из двух частей, первую их которого составляет «ro» - а вторую часть «mit». Фраза  «rо//rоy» и её фонетические варианты «rawn» ва  «raw» прослеживается в живых памирском языке и в топонимии южной части Таджикистана. По мнению исследователей этого региона, данное слово хотя и не используется в живых языках населения Ванча и Дарвоза, оно сохранилось в топонимии этой местности и среди них  прослеживается семантическая связь. В микротопонимии Ванча и Дарвоза, Ќаротегина и ущелья Ромит данное слово используется в различных  фонетических вариантах. Например:

1. ro:     Roxarw,   Rovan(d),  Romit

2. raw:   Kandi   Raw,   Revad

3. rawn: Baravn, Baravni Tori   (Офаридаев, 1991, 87).

Подобно этому можно сравнить с географическими названиями, зафиксированными в регионах Ванља и его окресных сел, например:

4.  rawRawowdRawak 

Видный топонимист, профессор Додихудоев Р.Х. зафиксировал вариант raw- в микротопонимии Западного Памира, имевшего большое распространение и применение в современном памирском языке в смысле  "высота, холм с источником, луг". Пределы использования данного слова в живых памирских языках обозначаются следующим образом:

  • В езгулемском языке – raw
  • В рушанском языке – raw ( Rawsarv)
  • В бартанском языке – raw, ro, war  (Rawmed)/
  • В шугнанском языке – ro      (Додихудоев, 1975, 72 – 73).

К месту упомянуть, что формант «ro» - можно сравнить с ойконимами Rasarv, Roxarv (ГБАО) и Ramiti (Нуробод), Ramitan (Бухоро), а географическое расположением данных ойконимов свидельствуют на указанные значения.

Вторая часть топонима Ромит //Romit –состоит из окончания места mit/ mi?/ mitan, который восходит к авестийскому слову mae?a, означающем «место для жилья, дом, место» (Бањромї 1369, 1073). Также в письменной истории приводится другая группа топонимов с окончанием me?an//metan. Данный формант приводится в составе названий сел и городов вместе с согдийским словом m’y’?’n (Бањромї 1369, 1073)  и связано с авестийским mae?ana «майњан, мењан, дом, жилище» (Офаридаев, 2001, 50). Также в этого корня (решаи) mai?anam>mehan>mihan появилось слово metah (њ.ќ), которое в современном языке хинди обозначает «жилье, место для жилья».

Некоторые топонимисты подтверждая это предположение, в том числе автор трактата «Асрори номњо», считают, что микротопоним Ромит//Romit появился и  авестийского антропонима Ром в смысле «ором-спокойствие, покой, успокоение» и окончания места – ит (it- авестийкого)(Девонаќулов, 1989, 116 – 122).   Действительно, данное слово используется в письменных авестийских источниках и данная гипотеза бытует среди населения Ромитского региона как народная этимология. Однако, как было отмечено ранее, в большинстве историко-архивных источниках данное слово присутствует как название реки, а точнее- название одного из быстроводных рукавов горной реки Средней Азии, а большинство письменных арабских, китайских, персидско-таджикских источников подтверждают данную версию. 

Следует отметить, что названия местностей с антропонимами (нарицательными) называются по имени человека и эта традиция существует в исторической таджикской антропонимии,  где созданы топонимы с формантом– ит (см. Мирбобоев, 2001, 42 – 46). Однако слово Ромит является названием реки, а точнее - одного из рукавов реки Кофарнињон, известных сегодня под названием Садаи Миёна//Сардаи Миёна.

Исследование исторического топонимического материала показывает, что связанные с водой местности (гидронимы) и в особенности, рукава и притоки рек не называются именами людей, а этот тип формирования топонимов не зафиксирован топонимистами. В существующих письменных источниках европейской топонимики также не возможно встретить подобных примеров. Однако замечается обратное явление, то есть большое количество наименования населенных пунктов по названию водного источника. Данный способ формирования географических названий на основе водного источника также популярно  и доказано топонимистами как обычное для топонимии явление и в сопредельных со Средней Азией территориях – Иране и Афганистане,  Китае и России.

Исследователь-топонимист А. П. Дульзон много лет посвятил исследованию и анализу индоевропейских географических названий Сибири Российской Федерации, размышляет на данную тему так: "Название жилых районов чаще всего происходит на основе названий рек" (Дульзон, 1962, 24). На наш взгляд, слово Ромит также в начале было названием реки, после стало названием населенной местности. Подобный способ перехода до сих пор является широко используемым методом в историко-географической литературе. Для большего обоснования нашей гипотезы, можно привести большое количество примеров из различных районов нашей страны и за ее пределами, в том числе, Таджикистана: река Кофарнињон > район Кофарнињон; река Вахш > район Вахш;  в Иране: река Арахс > город Арахс; России: река Москва > город Москва; река Волга > город Волгоград; река Днепр>город Днепропетровск; Афганистан: река Кобул > город Кобул, река Панљшер > область Панљшер и т.д..

Из наших размышлений можно сделать следующий вывод: слово Ромит является древним таджикским словом, которое в начале своего происхождения обозначало реку. В древних местных языках данное слово имеет смысл «холм, сопка, горка, орошенная высота, орошаемая вершина (т.е. высота, откуда протекает вниз вода)" и на это прежде всего указывает географическое расположение долины и местный рельеф.

Глава 3 посвящена анализу топонимов и микротопонимов относящихся к другим языкам региона. На формирование топонимов Гиссарской долины большое влияние имела миграция населения и тех народов, которые тогда жили в этих пределах или вокруг них, или же, так или иначе, передвигались по этой территории. Эти процессы оставили нам ряд топонимов, которые не возможно объяснить на основе иранских языков и их обычно относят к группе топонимов не иранского происхождения. Здесь же надо отметить, что в Гиссарской долине обнаружено незначительное число неиранских топонимов и они замечены разрознено в отдельных местностях.

3.1. Тюркские топонимы - Охтош, Оккаппа, Туртбулок попадались нам  в различных частях региона исследования. У нас крайне мало исторического материала о пребывании в Гиссарской долине тюркоязычных племен, но все же из сведений географических и исторических источников, рассказов стариков можно  предположить, что их пребывание в Гиссарской долине произошло не столь давно. Кроме того, процесс  плотного постоянного проживания тюркских племен в этой местности  не замечен и в настоящее время. Вместе с тем,  хотя пределы использования тюркских топонимов крайне ограничены, они связаны с ремеслами, средой обитания, занятиями скотоводческих племен: Йурт, Айлок, Курук, Булок, Чайрик и т.д.

Тюркские топонимы, указывающие на местожительство тюрков или присоединение тюркского субстрата к топониму - «туркхо», «узбакхо», «калъгхо//карлукхо», «кипчок» образуют этнотопонимы отображающие этнические и племенные особенности народа: Яврози Карлукхо (таджикоязычное), Тангаии Турк(х)о (туркоязычное), Дараи Узбако // Турко (нежилое село), Чашмаи Турко (источник), Дашти Кипчок. Чагатай.

3.1.1. Автоэтнотопонимы региона. К данной группе топонимов мы относим такие географические названия, в которых отражены этнические и расовые особенности народов региона в историческом срезе. Например, в автоэтонотопониме Чагатай// Чагатой, отражается название тюркского племени чагатай, которые сами члены этого племени назвали по имени своего  предводителя Чагатая. Считается, что данное племя проникло на территорию Средней Азии и стало в последствии оседлым в Гиссарской долине после ХШ века. К данной группе топонимов можно причислить также Кипчок // Ќибчоќ, Ѓуриёт, Ќиргизон, Ќазоќон, Ќунѓурот и т.д.

3.1.2. Структура тюркских топонимов региона. Тюркские топонимы по структуре и составу можно разделить на следующие части:

А) топонимы тюркского происхождения, они бывают простые и сложные:

  • Простые топонимы, выраженные следующими частями речи:
    • Существительным: Казнок (село), Булок (источник), Кутан //Кайтан (пастбище), Сой (канава), Калаур// Каровул (гора);
    • Прилагательным: Бурма (перевал, горный проход), Курук (земля не пахотная), Бъзълик (разрушенное ущелье), Кичкина (лесной массив, гора).

2.Сложные топонимы. Эти топонимы двухсоставные и их части состоят из:

  • Существительное + существительное: Кузиайлок (пастбище), Овкул (охотничье угодье), Каравултеппа (возвышенность);
  • прилагательное + существительное: Куруксой (высохшее русло), Окбайрок (приток реки), Коктеппа (поле, святое место), Кашкабулок (источник), Охкаппа // Оккаппа (пастбище), Каротош (перевал-тропа), Аккул//Оккул (приток реки).
  • Числительное + существительное: Мингбулок (источник), Бешкаппа (местность), Туртбулок (источник), Учкул (озеро).
  • Существительное + форма глагола: Чимкуйды (приток), Сойкелды (ущелье вымоина) и т.д.

Б. Смешанные топонимы (двуязычные).

В эту группу входят топонимы, состоящие из таджикских, тюрко//узбекских элементов. В составлении этих топонимов большее значение имеют таджикские элементы, или другими словами они играют роль термина-индикатора и исполняют функцию указателя:

А) таджикский + тюркский: Сангкайрок (поле), Зуртумшук (перевал), Лолакул (пастбише), Одамтош (надел).

Б) тюркский+таджикский: Кашкакух (гора), Кашкачашма (источник), Бохшона (пастбище), Тугридара (ущелье), Кулдара (ушелье реки). В этом ряду особо отмечаем несколько топонимов с ягнобской и тюркской частью: Охзов// Окзоw (ущелье-белозем).

В. Тюркские топонимы-словочетания

Как было отмечено в части топонимов – словосочетаний, это смешанные (двуязычные), состоящие из двух или более составных и связанных изафетом топонимы, образованные на основе способа составления словосочетаний таджикского современного языка. Топонимов-словосочетаний созданных по тюркскому способу составления словосочетаний нами не обнаружено. Большинство топонимов данного типа составили двух составные сложные топонимы:

  • Топонимы обе части которых составляют тюркские слова, но связанные по принципу таджикских словосочетаний: Кайрики Чингиз (непахотная земля), Кишлоки Охкаппа, Йурти Кушбеги, Айлоки Ишкина, Айлоки Охтош// Октош (таджики называют Айлоки Санги Сафед).
  • Топонимы, состоящие из двух смешанных частей и связанные изафетом по таджикской форме:
    • Таджикско-тюркский: Дарайи Ишкина (маленькое ущелье), Кухи Чингиз// Куйи Чингиз, Хони Чахмох (пастбище, постоянно пробиваемое молниями), Боги Кушбеги, Дарайи Турко, Зийи Булди (надел).
    • Тюркско-таджикский: Йурти Калон (пастбище), Кутини Шулха (загон для скота), Ингори Севак (надел);
  • Топонимы, которые состоят из нескольких смешанных частей и связанные изафетным типом связи:
  • Таджикско+таджикско+тюркский: Мазори Дашти Курук, Замини Амири Кушбеги;
  • Таджикско+ таджикско+ тюркско+тюркский: Заминойи Дарайи Каравултеппа, Заминойи Дарайи Калтакул, Пастии Дарайи Коктеппа;
  • Таджикско+тюркско+тюркско+таджикский: Дарайи Овкули Калон, Дашти Овкули Хурди;

В толковании этимологии таджикских и тюркских слов в некоторых словарях допущены искажения, так как ряд тюркских слов и их происхождение во многих доступных нам словарях трактуется по разному. Исследователи истории иранских языков справедливо отмечают, что не все топонимы, имеющие тюркские компоненты являются исконно тюркскими, может быть эти слова и словобразующие компоненты являются на самом деле иранского происхождения, подвергшиеся под воздействием других языков фонетическому изменению или же семантической адаптации и вернувшиеся обратно в таджикский язык (Саймиддинов 2002, 12-20; Алими 1995, 39-40). Поэтому считать их исконно тюркскими не совсем правильно и это касается прежде всего компоненты-указателя места «лох» в гиссарских топонимах, которое еще в «Гиёс-ул-лугот»  объясняется как «место, где много камней, подобно «девлох»-места, где много девов» и ссылается на словари «Сироч», «Бурхон» и «Сурури». Исходя из вышеуказанного, нами предложено этимологическое объяснение ряда топонимооснов, которые ранее были истолкованы  иначе.

3.1.3. Этнолингвистические особенности тюркских топонимов. В данном параграфе раскрываются нелингвистические аспекты тюркских топонимов собранных в данном регионе, относящиеся к их этическим, социальным, национальным, традиционным и обрядовым признакам. К данной группе относятся ойконим Тегирмон (мельница), Казнок (склад), Турпи (высока сопка) и т.д.

3.2. Топонимы, относящиеся к славянским языкам.

В эту группу входят крайне малое число топонимов нашего материла, которые по своему происхождению являются русскими (славянскими). Их происхождение связано с советским периодом истории Гиссарской долины: Совхоз, Колхоз, Лагер, Дом отдых, Санатория, Курорт. Эти топонимы появились в результате насильственного переименования в  советское время. Все переименованные объекты именовались вместе со старым названием. Русские топонимы, произношение которых не соответствует таджикской фонетике, произносятся в соответствии с таджикским произношением. А) Русские топонимы можно разделить по их характеристикам на несколько групп: простые - Космос, Дача; составные - Заповедник, Питовник//Питомник; сложные топонимы-Лесхос, Сортучаска;  топонимы-словосочетания - Дачаи Совмин, Домодик/Дом отдыха, Санаторияи Калтуч, Раёни Ромит, Калхози Красни Октиябр, Мактаби Пушкин. На ряду с этим есть несколько топонимов, которые имеют смешанные компоненты - Дачаи Совмини Девдара е ки Осоишгох, лагери Космос дар дехаи Поиноб.  Б)Лексико-семантический анализ славянских топонимов региона позволяет из разделить на следующие: топонимы, образованные на основе антропонимов-Киров (село), Ленин (район, село), Чапаев (село) и т.д., топонимы, образованные на основе  названий культурных учреждений или организаций- Поселкаи Медик (республиканская здравница), Рыбсовхоз (предприятие), Турбаза (туристическая база), Эфиронос (совххоз) и т.д.; топонимы, образованные на основе терминологии, отражающей политико-социальную и культурную жизнь страны- Коммунизм (село), Коммуна (село), Правда (село), Большевик//Булчавой (село) и т.д.; топонимы, появившиеся на основе военной терминологии – Отряд (поселок), Градобойня (поселок), Погранзастава (поселок), Гарадок//Городок (поселок) и т.д.; топонимы, появившиеся на основе русских сокращений- МТС (поселок), ГЭС (село), Ботсад (сад). В собранном нами материале мы встретили два топонима, которые население считает тюркскими- Бесимас, Этака. Однако архивные и исторические документы указывают на то, что в 50-е годы прошлого столетия в этих местах существовали больницы с сокращенным названием БСМ (Больница специального назначения), которое образовало местное произношение Бесимас, и появившееся из сокращения ИСТК (Исправительно-трудовая колония) местное произношение Этака и Эстака.  3.3. Топонимы с неизвестной этимологией. Гиссарская долина является одним из древнейших местностей, которую населяли люди с очень давних времен. Кроме того, здесь проходили торговые тропы и караванные пути,  происходила активная миграция населения, проживали в различные времена представители разных народов и языков. С этим связано то, что ряд топонимов региона не возможно объяснить на основе известных языков региона и тем более на основе лексики таджикского языка. Сок, Успетун, Вора, Зарани, Въритта, Тулунг. Однако Гиссарская долина и его топонимия фигурирует в древнейших письменных источниках, но имеют разное написание, чтение и интерпретацию.

По некоторым признакам можно предположить принадлежность этих топонимов к восточноиранской группе языков (Хромов 1968,74). Правильный подход в решении проблемы состоит в более пристальном изучении истории местности и исторических источников о языках региона (Бартольд 1963, 280-282). Это прежде всего касается  названия Гиссарской долины, варианты которого исследованы Бартольдом: Ромил-Ромиз-Роумит и Рамит и указывает, что китайско-арабское чтение топонимов весьма затрудняет их этимологический анализ.

Объединив эти топонимы в одну группу труднообъяснимых топонимов, мы их разделили на несколько групп по их составу на односоставные, двухсоставные, словосочетанные топонимы.

Односоставные топонимы состоят из неразделимых частей: Канаск, Тиканс, Тумчук, Азрек, Сок, Испев, Варв, Капандар, Тевиш, Вениш//Венеш, Загул//Зогул. Некоторые из них имеют ягнобское ударение, что указывает на их субстратное происхождение: Упе, Рике, Уштопе, Хирене, Йоке, Кише, Писканте и т.д.

Двусоставные топонимы, как правило, имеют объясняемую часть, но полностью слово объяснить не возможно. Эти топонимы имеют несколько окончаний:

Топонимы, которые заканчиваются на –а//-у: Чеча//Чечу, Новеда, Испика, Вора//Вору, Арху(в)//Арха, Коху(в)//Коха;

Топонимы, оканчивающиеся на –е: Пагне//Пагна, Соне//Сони, Турге//Турги, Вохте, Зоте, Писоте, Рике, Ёнке, Кимилке, Топе, Хэрене, Кише, Ушпоре; топонимы с окончанием –и: Понони, Сони, Арки//Арки, Зувути, Зугути- может это ягнобское «зугуте», обозначающее кустарник в полым стволом, Килияки, Палхеми//Палхоми, Мулчиниси, Зилфи;

Топонимы, оканчивающиеся на –ак, -ек, -ок, -ик, -ук: Испак, Мурек, Кундек, Посук//Пусук, Лихик, Тавсик, Паник//Ваник.

Топонимы с окончанием – ич, – оч, – уч: Руйи Мъдавоч, Калтуч, Пишандоч, Кумоч, Кепич.

Топонимы с окончанием – он, – ан, – ун: Бакарон, Зайрон, Вистан,Кэличун;

Топонимы с окончанием – от,  – ит: Мукорот Шернот Навовот, Рем ит, Темити Поён;

Топонимы с окончанием – ин: Мулвин, Солин, Кишин;

Топонимы с окончанием – кент,  – кат: Куркат, Пискант.

Словосочетанные топонимы могут состоять как из известных таджикских частей, так и из субстратных. В этих топонимах таджикские  или субстратные слова играют роль определения или же местного географического термина:

А) таджикские – Кишлоки Варв, Кухи Турге, шохоби Артак;

Б) субстратные Нови Муков, Нови Мурек, Духхони Пинони, Нови Сарвинч.

Четвертая глава работы посвящена лексико-семантическому анализу топонимов Гиссарской долины. Исследователи топонимии отмечают, что лексико-семантический анализ топонимов Гиссарской долины должен проходить на основе топонимического материала различных регионов Таджикистана, что не ограничивает значения этого дела для всей территории распространения иранских языков.

В этой главе исследованы следующие проблемы:

  • Выявление особенностей ойконимии, гидронимии, этнотопонимии, оронимии  географических объектов.
  • Определение лексики обозначающей названия географической среды, социальных терминов в структуре топонимов;
  • Изучение антропотопонимии и топотопонимии местности;
  • Гендерный анализ антропонимии региона в сравнении с топонимией других регионов республики.

Поспелов Е.М. подчеркивает значение многостороннего исследования топонимов в определении  их лексико-семантической структуры, отмечая  следующие важные моменты:

а) отдельные названия, которые связаны с каким-то явлением или причиной, сохранившейся в памяти народа;

б) названия, сгруппированные на основе общих языковых признаков;

в) названия, возникшие в память о видных общественных или религиозных лиц;

г) время и период возникновения названий;

д) аффиксация и окончания названий;

е) пределы распространения или выявления значения географического термина;

ё) произношение названий или географических терминов.

Известно, что важнейшим источником возникновения и становления топонимов любого региона или местности, прежде всего являются нарицательные существительные или аппелятивные слова, топонимизация личных существительных или антропонимов. В наименовании объектов  имеет большое значение аппелятивная лексика и нарицательные существительные  выступают в роли определения и указателей особых качеств и различий топонимов.

По этой причине в системе топонимов исследуемого нами региона большое количество названий имеющих аппелятивную основу в которых отражены физические и природные, ландшафтные и рельефные, исторические и культурные, экономические и социальные особенности северовосточной части Гиссарской долины. Эти особенности  способствуют тому, чтобы разделить топонимы Гиссарской долины по лексико-семантическим особенностям и использованию на следующие группы:

1) название местностей по  природно-географическим особенностям;

2) название местностей в связи с  практической деятельностью людей.

В обозначение географических местностей участвуют три особые группы людей: 1) местные жители; 2) топографы, картографы и вообще, те люди, которые работают и ведут какую-то деятельность в обозначаемых объектах; 3) сотрудники государственных структур, то есть специальных комиссий, занятых обозначением и упорядочиванием новых названий (Подольская 1964, 91).

Сегодня известны несколько принципов семантической классификации топонимии,  предложенные Э. М. Мурзаевым,  А. М. Селищевым, В. Тащицким, Ф. Миклошичем, В. Мукой, П. Скоком, Н. Ковачевым, Ю. А. Карпенко, Н. В. Подольской, Р. А. Агаевым, Ю.  С. Азархом, В. А. Жучкевичем (Черняховская 1970, 53-63), которые разделены на: оронимы- названия наземных элементов и их видов и форм,  гидронимы - названия водных объектов, зоонимы - названия животных, фитонимы - ойконимы-названия растений, названия жилых территорий и объектов, комонимы- названия сельских улиц, площадей, дорог и т.д.

4.1. В топонимии Гиссарской долины ойконимы составляют важнейшую часть собранного материала, которая еще мало изучена. По сообщениям древних источников эта местность издревле славилась как отличное место отдыха и оздоровления прежних влиятельных личностей. Тем более, что природа и существующие по сей день лечебные источники и грязи способствовали этому.

4.1.1. Комонимы Гиссарской долины подразделяются на три подгруппы:

  • Таджикские комонимы
  • Комонимы,  причисляемые к восточноиранским языкам
  • Комонимы,  причисляемые к другим языкам.

К первой группе отнесены комонимы, которые можно объяснить на базе таджикской лексики и в рамках шаблонов словосочетания таджикского языка: Чинор, Оби Нукра, Себзор, Поиноб, Дехи Кухна, Регак, Кади ов,  Паси Пушта, Харсанг, Сайед (Боло, Поён). В них фигурируют слова кишлок, деха, которые являются терминами- индикаторами, которые в местном диалекте произносятся как «ди» или «де»: Дикухна//Декухна, Динав//Денав, Демазор, Дипаст и т.д.

Ряд таджикских  комонимов производят двойственное впечатление и имеют двойное значение. Название Лангар  можно встретить почти во всех регионах Таджикистана и за его пределами. Оно обозначает «останавливаться, стоять, стоянка» (Фарханги забони точики 1969, 592, т.1) Мурзаев упоминает, что это название есть и в Китае в значении «гостиница», «стоянка», «почтовая станция» (Мурзаев 1952, 21; 1984, 355), А.З. Розенфельд к этим значениям прибавляет «святое место», «захоронение святого» (Розенфельд 1940, 861-864). В Средней Азии это значение выражаются в «мазор»,  а в Иране «имомзода». В Рамите этот комоним обозначает именно эти значения и поэтому его можно назвать некроним-комоним.

Ряд комонимов можно отнести к восточноиранским, т.к. они больше встречаются в памирских и ягнобских языках и большинство их них можно объяснить именно на базе этих языков:

      • Формант мен/ майн: Миёнамен, Гармен, Сари Майн, Тийи Майн. В ягнобском это самостоятельное слово обозначающее «село, деревня» (Андреев, Пещерова 1957, 285; Мирзозода 2002, 106) Этот топоформант обширно используется в соседних с Гиссарской долиной, Рамите и в верховьях Зерафшана.
      •  Формант – кент/кант/кат (город, дом, село): Канти Сервишк, Пискант //Писканте, Канте. Это топонимо окончание известно в пределах всех индоевропейских языков и некоторые исследователи считают, что имяобразующий элемент «– канс», который также используется в ареале распространения комонимов Гиссарской долины, равным ему (Климчитский 1936): Кансе, Тиканс.
      • Формант –харв/гарф (вода,  арык, горная речка ): Шигарф, Лошхарф/в

Тунихарф, Кудахарф, который в памирской топонимии имеет форму – харв,          а в Раште и Варзобе  образует комонимы в виде (Офаридаев 1991, 80; Исмоилов 1999, 14-15);

4) Формант – ит (суффикс существительных обозначающих место): Ремит, Ремити Паст, Темит. Как сообщает А. Мирбобоев,  Yimit является названием деревни в Ваханском районе Афганистана, которое образовалось от слова Yima с присоединением суффикса –it к существительному места (см названия деревень этого ущелья –Vedit,   Ramanit), а  Маркварт сообщается, что Вахон в древних китайских записях упоминается как  Humit (Маркварт 1938, 57; Мирбобоев 2001, 46). Из этих размышлений можно предположить, что данный формант имел большое значение в формировании названий. К ним можно  добавить еще форманты –ич / оч / уч, -он/ун/ан, -от, -гар/гър , которые также активны в комонимо образовательном процессе региона.

Можно упомянуть группу комонимов не иранского происхождения - Бурма, Охкаппа, Кипчок, Каравултеппа, Буюрда, Коктеппа, Каролукдара, которые имеют тюркскую этиологию. Они сохранились в народной памяти как обжитые деревни, хотя  здесь давно уже никто не живет. В отношении комонимов Гиссарской долины надо еще добавить, что здесь делят жилые районы на солнечную и теневую сторону, где теневая называется «нишира»,  что Неменова Р.Л. связывает с местным  рельефом (Неменова 1956, 35).

4.2. Этнопотонимы обозначают названия племен и кланов, народов и наций, этнических групп, которые возникли на основе племенной и рассовой принадлежности. На  создание имен имеют большое значение этнические элементы, традиции и верования местных народов. О воздействии истории народов и племен, проживающих в регионе, на образование  географических названий Абурайхон Беруни  писал: «Первым делом после завоевания племен и местностей с другим языком, изменяются названия этих местностей. Диалектические элементы не поддаются их произношению, поэтому  названия адаптируются под произношение их языка и передаются в их язык (а через язык - в их историю- М.О.О.). Они сохраняют свое первоначальное значение (истинное - М.О.О.), но сами названия подвергаются изменению». (Хасанов 1972, 116). Имея ввиду «насильственное отношение» к названиям, И.И.Надеждин отмечает: «Слово находится в нашем распоряжении и не может защитить себя. Из него насильственно мы можем найти желаемое нам этимологическое значение» и приходит к заключению, что «изучение истории должно начинаться с исследования географических названий». (Надеждин 1937, 27). Эти замечания относятся и к топонимии Гиссарской долины. Еще  в Х веке историки отмечали становление таджикской нации. Б. Гафуров об этом пишет: «Таким образом, в 1Х-Х веках в Мавераннахре и Хорасане появляется крупное этнико-культурное образование, которое распространяется на территории Тахиридского, Саффаридского, особенно Саманидского государств. Свое этническое название берет оно с конца Х-Х1 или первой половины Х11 веков. По словам Ахмада Байхаки в 435 году хиджры (1043-1044 годы от рождества Христова) один из поверенных султана сказал: «... между нами, таджиками...». До того времени уже в Х веке под термином «този» называли арабов. Байхаки, же рассказывая об одной из битв под Данданаканом (в 1040 году нашей эры) упоминает, что индусы, арабы и курды  бежали, таджикские же воины сражались с врагом без страха. Таким образом, в первой половине Х1 века термин «таджик» стало обозначать название народа, которое развивалось в Средней Азии и Хорасане.

4.2.1.В топонимике Гиссарской долины отмечено несколько названий, отнесенных нами к этнотопонимам:

  • генотопонимы, образованные на основе названий тюркских племен – Турко (ущелье, поле), Узбако, Карликхо (ущелье, летнее пастбище), Кипчокхо (местности в одной из деревень Рамита), Мугуло и п.д.
  • генотопонимы, которые ранее принадлежали местностям, населяемым тюркскими племенами. К таким топонимам присоединяются субстратные  слова - Яврози Карлуко, Тангаии Турко, Дарайи Узбако, Чашмаи Турко, Айлоки Узбако, Хони Турко, Дашти Кипчок
  • этнонимы, отражающие этнические особенности местного населения - Еси Кулобихо (с. Пасипушта), Мухочирон (село, населенное раштцами), Норакийо (с. Пасипушта), Кабристони Ягнобихо (клабдище в с. Арху, по мнению населения, здесь ранее проживали ягнобцы), Нови Ашури Кулоби (местность в с. Дараи Мазор).
  • Есть еще топоэтнонимы, связанные с изначально проживающими в нем представителями какого-то региона – хисори, ромити, ягноби, рашти, кулоби, кандибодоми, нови и г.
  • В исторических источниках указывается, что к жителям гор Гиссара и Зарафшана, а также Рамита применялось самоназвание «галча» и «кухистони» (Сиёев 1971, 8; Ранов, Неъматов, Мухторов 1974, 93);

Наряду с топонимо бразующими окончаниями в образовании этнотопонимов играют важную роль и окончания, которые образуют сложные топонимы:

А) долина + этноним - Дарайи Турко, Дарайи Узбако;

Б) поле + этноним - Дашти Кипчок;

В) источник + этноним – Чашмайи Турко, Чишмайи Узбако;

Г) гора + этноним – Куйи Мугул,

Д) хон + этноним – Хони Турко,

Е) нов + этноним –  Нови Ашури Кулоби и т.д.

4.3. Антропотопонимия региона. Антропонимика является основной составной частью ономастики, которая основана на изучении имен нарицательных и географических названий. Темой исследований антропонимии в таджикской топонимике  является топонимия,  составленная с использованием человеческих имен, которая представляет собой малоизученную область таджикской филологии. О.Гафуров в этой связи отмечает, что «к сожалению, до сих пор не имеем собрания антропонимии отдельных регионов и больших населенных пунктов». (Гафуров 1978, 165). Между тем, в исследовании таджикских антропонимов можно с успехом использовать европейскую и русскую методику.

Количество антропонимов в топонимической системе Гиссарской долины достаточно представительно, они в основном образованы в форме атрибутивных словосочетаний, отражающих или обозначающих отношение личности или принадлежность объекта ему. В антропогнимах хорошо выражено значение географических терминов в составлении антропонимов. Таким способом составлена большая часть антропонимов, которые можно различить на несколько групп по степени распространения и места географических терминов: антропооронимы, антропогидронимы, антропоойконимы.

Группа антропооронимов в основном образованы в составе свободных синтактических словообразований, а их части связаны между собой изафетом. В этих формах большую роль играют географические термины замин, дара, дашт, нов, айлок и подобные им. Антропонимы различают по видам основных компонентов:

  • замин + антропоним -  Заминойи Шодикарак, Заминои Малик, Заминойи Бобохон, Замини Али.
  •  Дара + антропоним – Дараи Азиз, Дараи Махмудсолех, Дараи Хочидев, Дараи Муллобадеъ, Дараи Хамза;
  • бог + антропоним -  Боги Амин Афанди, Боги Мирзои Худоназар, Боги Махтърма, Боги Мулло Мирзо Карим;
  • дашт + антропоним -  Этот термин на ряду со своим основным значением используется бля обозначения поля,  пашни, чей-то надел земли: Дашти Сиддик, Дашти Кози, Дашти Хучии Суфи.
  • Айлок + антропоним: Айлоки Малик, Айлоки Бароти, Айлоки Кози, Айлоки Мухаммади Солех. С этим термином используется еще слово «духхона» в значении «летнего пастбища», однако оно используется только в данном произношении.
  • Нов+ атропоним: нов - ягнобское слово, означающее маленькое ущелье. В топонимике Гиссарской долины встречается очень часто -Нови Бобочон, Нови Шоди, Нови Ашури Кулоби, Нови Махмуроди.
  • Кух + антропоним – Куйи Момокампирак, Куйи Гуломон, Кухи Чингиз, Куйи Шехак.

Антропогидронимы образованы из однозначных гидротерминов – чашма (тадж.), хок (ягн.), булок (тюрк.).

- чашма + антропоним – Чашмаи Ашур, Чашмайи Тохири, Чишмаи Хусейни, Чишмаи Каландари.

  • хок, булок + антропоним – Булоки Лолакул// Чишми Лолакул; Хоки Пичев// Чашмаи Пичев (источник села Пичев).

Антропоойконимы,  в которых основным компонентом также являются географические термины, имеют форму словосочетаний. В них больше использованы слова гузар/газар, мазор, чар, кутан, агба, шива//шибер//шавар, куча, хочаги, совхоз. При этом, термины могут быть взяты из разных языков: Гузари  Хочийо, кучаи Ленин, совхози Ситораи Сурх.

Причинами подобных форм топонимо образования на наш взгляд являются внутренняя миграция, перемещение больших масс населения, обозначение объектов в честь знаменательной дате или знаменитого человека, освоение различными людьми каких-то географических объектов, распределение новых земель и их освоение.

4.4. Гендерный анализ антропотопонимов региона. Определенное количество антропонимов отражают социальные отношения общества и в них отражены стереотипы, традиции и ритуалы. В числе важных сторон этого явления можно отличить отображение гендерных особенностей региона в антропонимии Гиссарской долины. Гендер в социальном значении обозначает этносоциальное особенности отношений мужчин и женщин. Эти особенности хорошо отражают особенности народа в своей топонимике,  потому что именно в топонимике проявляются общественные явления в их историческом развитии. 

Из 5000 топонимов Гиссарской долины 400 обозначают мужские и женские имена, явления связанные с жизнью и деятельностью мужчин и женщин, ежедневным их занятием, которые мы разделили на мужскую и женскую группу топонимов.

Большее количество топонимов этого разряда относятся к мужской группе топонимов. Они более широко отражают жизнедеятельность и занятия мужчин, дают подробное представление об исторических и современных явлениях в жизни мужчин региона, а также их отношение к  противоположному полу.

Мужские антропонимы можно разделить на простые - Каримдод,Хол, Чингиз, Исхоки, Шоавдуллои, Муллопар, Шовали, Шоди; словосочетанные – Хучаи Газза, Хучаи Гъдон; с географическими терминами - Замини Сайиди Кодир, Замини Давлати Шариф, Замини Кали Сафар, Замини Азимбойино; с термином дара - Дарайи Лъфтило, Дарайи Азиз, Дирийи Махмудсолех, Дарайи Коки Одина; с термином нов - Нови Хучаамин, Нови Кози, Нови Шомирзо, Нови Махмурод; с термином дашт - Дашти Сиддик, Дашти Хучии Суфи, Дашти Кози; с термином чашма, булок, хок - Чашми Муллонур, Чашми Ашур, Чашми Тохири, Чашми Мирали, Чашмйи Хочийо, Булоки Лолакул, Хоки Али;

В женскую группу антропонимов нами отнесено 15 найденных нами названий: Дани /Дахани Ширбону (название ущелья), Боги Мохтърма (сад), Санги Арус (святое место), Кухи Момокампирак (ущелье), Нови Кампири Кок (узкое ущелье), Чарии Бибипаридаги/Кампирпаридаги (овраг). Как отмечает Джю Алими в топонимии Куляба также малое количество антропонимов относатся к женским именам и деятельности, всего 5 антропонимов. Причину этого он объясняет том, что «может быть причина этого заключается в том, что в регионе в основном в процессе хозяйствования заняты мужчины, или же традиционно мало упоминаются женские имена в обществе, или же из-за религиозно- культурных установок женщины ограниченны в своем участии в жизни общины» (Алими 1995, 194), что является совершенно верным. Как отмечается Р. Лакофф и Ю. Кристевой это явление связано с тем, что в обществе женщина занимает подчиненное положение (Лакофф, Кристева 1989, 54). Это отношение относится ко всей Центральной Азии и связано с культурой и историей, мышлением региона. Интересно, что в  топонимике приведенной в литературных произведениях можно также проследить эту тенденцию. В произведениях С.Айни всего 5-6 топонимов связанных с женским  родом. Из 300 топонимов Пенджикента женских топонимов всего 3. В Бадахшане, где в обществе менее выражено  гендерное неравенство, женских топонимов больше.

Большинство топонимов связанных с женской судьбой является исторической памятью о каком-либо страшном явлении, выражающем судьбу религиозной подвижницы, и крайне малое их количество отражает социальный протест женщины и связан с отпором иностранцу, врагу, иноверцу, иноземному или иноверному вторжению. Они имеют ярко выраженную дидактическую окраску и  легенду. К сожалению, топонимы остаются безразличными к  другим аспектам жизнедеятельности женщины в обществе, тем самым четко иллюстрируя параметры ее социального статуса в таджикском обществе.

В заключении диссертации кратко изложены заключающие положения  с приложением схем и графических изображений статистических данных о топонимах исследуемого региона, список принятых условных сокращений использованных в диссертации. И в конце помещен список литературы, которые использованы автором в решении предложенной проблемы. Также в заключительной части расположено приложение алфавитного списка топонимов с классификацией географических названий местности по данному региону.

В заключении исследования можно констатировать, что топонимы Гиссарской долины сформировались на протяжении веков. В основном их можно отнести к таджикским, хотя в их формировании имеют большое значение историческое перемещение предков таджиков - согдийцев и ягнобцев. Топонимы Гиссарской долины образованы в основном в пределах форм словообразования таджикского языка. Семантический анализ топонимии Гиссарской долины позволяет нам заключить, что она в основном образована на апеллятивном словарном запасе таджикского языка. Топонимы Гиссарской долины по смысловому и лексическому параметру относятся еще к иранским, а также тюркским и славянским, которые играли значительную роль в формировании восточноиранской ветви топонимов (согдийских, памирских).

Ареал распространения восточноиранских топонимов также определен, это права сторона реки Кафирниган с сопредельными районам притоков Зерафшана и Ягноба, между тем, как топонимы с памирскими включениями были отмечены на левой стороне реки и сопредельных регионах с Раштской долиной. Если принимать во внимание отмеченные лингвистические факты, то последующее сужение ареала распространения восточноиранских топонимов связана с усилением роли таджикского языка. Существование восточноиранских топонимов в Гиссарской долине является свидетельством того, что эти языки имеют непосредственное значение и связь с этой местностью, а также подтверждает факт, что пребывание представителей восточноиранских языков и их передвижение имело большое влияние на развитие топонимии региона.

Тюркские и русские топонимо образующие единицы являются топо основами, и если с одной стороны они адаптируются под таджикское произношение, то с другой - играют значительную роль в образовании сложных и словосочетанных  топонимов.

Определенная часть топонимов Гиссарской долины имеет диалектные элементы или топонимо образующие средства, чем обеспечивает самобытность и различие топонимов региона от других регионов. Связь топонимов в основном обеспечивается изафетом.

Очень важно более глубоко и пристально изучать топонимику региона во всех аспектах, включая и социолингвистические параметры. Подобные исследования необходимы для того, чтобы углубить исторические знания о таджикском языке,  диалектологические исследования, а также познать параметры словообразования современного таджикского языка.

Основные положения и идеи диссертации изложены в следующих публикациях автора:

Монографии и книги:

  • Исследования в таджикской ономастике (историко – лингвистический анализ). – Душанбе, 2004. – 96 с.
  • Курс лекций по лексикологии таджикского языка. – Душанбе, 2007, - 146 с. (соавторство).
  • Топонимия и микротопонимия  северной части Гиссарской долины – Душанбе, 2009, - 176 с.

Статьи:

  • К вопросу о топонимии Ромита// Вопросы таджикской филологии  (научный сборник, серии филол. наук). – Душанбе,  Т.2, 1992. – С.100 – 106 (на тадж. яз.).
  • Тюркизмы в  топонимии // Вестник Таджикского госпедуниверситета (серия филологии и гуманитарных наук). - Душанбе, 1992. - С.80 – 83 (на тадж. яз.)..
  • Отантропонимические топонимы Ромита//Вестник Таджикского госпедуниверситета (серия филологии и гуманитарных наук). - Душанбе, 1993.-С.60-63 (на русск. яз.).
  • Гендер и топонимика// Материалы международной конференции «Гендер: таджикский язык и литература». - Душанбе-Будапешт, 2000. - С.70-81 (на тадж. русск и анг. яз.).
  • Название - часть истории// Сборник научных статей «Язык и независимость».-Душанбе, 2001.-С.135-140 (на тадж. яз.).
  • Место гендера в топонимии Таджикистана// Ежегодный журнал Фонда народонаселения ООН в Таджикистане. «Здоровье и народонаселение». - Душанбе, 2002.-С.115-119 (на тадж. яз.).
  • Гендерный анализ топонимии некоторых регионов Таджикистана// ж. Центра гендерных исследований Фонда Сороса в РТ. «Гендер и общество». – Душанбе. - 2004. - № 2. - С. 10-21 (на тадж. яз.).
  • О некоторых грамматических категориях в топонимии Ромита//Вестник Таджикского госпедуниверситета (серия филологии и гуманитарных наук). -Душанбе, 2005. - С.36 – 40 (на тадж. яз.).
  • Русские топонимы Ромита. Вестник Таджикского госпедуниверситета (серия филологии и гуманитарных наук). -Душанбе, 2005. - С.28-30 (на тадж. яз.).
  • Об этимологии топонима «Ромит»// Вестник Таджикского госпедуниверситета (серия филологии и гуманитарных наук). - Душанбе, 2005.-С.41- 47 (на тадж. яз.).
  • Топонимы неизвестной этимологии. //Вестник Таджикского госпедуниверситета (серия филологии и гуманитарных наук). - Душанбе, 2005.-С.31 – 35 (на тадж. яз.).
  • Этнотопонимы Ромита.// Вестник Таджикского госпедуниверситета (серия филологии и гуманитарных наук). – Душанбе.  -  2006. - С. 35 - 41 (на тадж. яз.).
  • О некоторых особенностях топонимов Pluralia tantum.// Сборник научных статей ТГИЯ «Ганчинаи сухан». – Душанбе. -  2007. - С. 116 - 121 (на  тадж. яз.).
  •  Трансформация концепта «национальный язык»  в света демократических преобразований в Таджикистане// Сборник научных статей ТГИЯ «Ганчинаи сухан». – Душанбе. -  2007. - С. 121 – 125  (на  русск. яз.).
  • Методологические аспекты преподавания языка (исторический анализ). //Сборник научных статей ТГИЯ «Ганчинаи сухан». – Душанбе.  - 2008. - С.     (на русск.яз.).
  • Национальные языки во взаимодействии с глобальными информационными потоками.// Вестник Российского государственного гуманитарного университета. –Москва. -  2008. - С. 47 – 53 (на русск. яз.).
  • Этнолингвистические особенности тюркских топонимов // Известия Академии наук Республики Таджикистан (серия филология и востоковедение). – Душанбе. -  2009. - № 2,  - С. 15 –  19 (на тадж. яз.).
  • Автоэтнотопонимы Гиссарской долины Таджикистана.// Известия Академии наук Республики Таджикистан (серия филология и востоковедение). – Душанбе. -  2009. - № 3,  - С.69 – 77 (на тадж. яз.)
  • О некоторых особенностях субстратных топонимов Гиссарской долины // Известия АН Республики Таджикистан (серия филология и востоковедение). – Душанбе. – 2009. - № 4.  - С.16 - 21. (на тадж.яз.).
  • Диалог культур в топонимии//Вестник Таджикского национального университета (серия филология и гуманитарных наук). – Душанбе. -  2009. - № 8 (56) – С. – 58 – 55 (на тадж. яз.).
  • Этнотопонимия Гиссарской долины//Вестник Таджикского национального университета (серия филология и гуманитарных наук). – Душанбе. -  2009. - № 8 (56) – С. – 15 – 21 (на тадж. яз.).
  • Глобализация и языкознание: гендерный аспект //Вестник Таджикского национального университета (серия филология и гуманитарных наук). – Душанбе. -  2010. - № 2 (58) – С. –288 – 300 (на русск. яз.).
  •  К вопросу о чистоте языка//Материалы республиканской конференции «Некоторые вопросы языка СМИ». - Душанбе, 2009. - С.34 - 43 (на тадж. яз.).
  • Согдо-ягнобские субстраты в топонимии Гиссарской долины// Ежегодный научный журнал Культурного центра Посольство ИРИ в РТ «Рудаки». – Душанбе. -  2009. - № 24,  - С. 123 -135 (на перс.яз).  
  • Государственный язык  и глобализационные процессы // Научный журнал Института языка и литературы им. Рудаки АН Республики Таджикистан «Забоншинос». – Душанбе. -  2010. - № 1,  - С. 45 –  54 (находится в печати).
  • Об этимологии топонима «Гиссар» // Известия АН Республики Таджикистан (серия филология и востоковедение). – Душанбе. – 2010. - № 2 (на тадж.яз.). (находится в печати).

Фарњанги тољикї ба русї// под ред. Д. Саймиддинова, С.Д. Холматовой, С. Каримова.  – Душанбе: Пайванд,  2006 –  С. 277; Сулаймонї С. Фарњанги васити арабї – тољикї. – Душанбе: Нур -2003. – 2008. С. 606 – 607. 

Сравните: в согдийской яз. martsar – «в эту сторону(место)» и   ortsar «в ту сторону (место) »

(Гершевич, 1954, 461).

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.