WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Гипонимия в лексической системе русского языка (на материале глагола)

Автореферат докторской диссертации по филологии

 

На правах рукописи

КОТЦОВА Елена Евгеньевна

ГИПОНИМИЯ В ЛЕКСИЧЕСКОЙ СИСТЕМЕ РУССКОГО ЯЗЫКА

(на материале глагола)

 10.02.01 – русский язык

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора филологических наук

Архангельск

2010

Работа выполнена на кафедре русского языка ГОУ ВПО «Поморский государственный университет имени М.В. Ломоносова»

Официальные оппоненты:

доктор филологических наук, профессор

Черняк Валентина Даниловна

доктор филологических наук, профессор

Шарандин Анатолий Леонидович

доктор филологических наук, доцент

Иванищева Ольга Николаевна

        Ведущая организация:          Вятский государственный

гуманитарный университет

Защита состоится     октября 2010 г. в 10.00 ч. на заседании объединенного совета по защите докторских и кандидатских диссертаций ДМ 212.191.04 при Поморском государственном университете имени М.В. Ломоносова по адресу:          г. Северодвинск, ул. Торцева, д. 6, ауд. 21.

 

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Поморского государственного университета имени М.В. Ломоносова по адресу: 163002, г. Архангельск, пр. Ломоносова, д. 4.

      

       Автореферат  разослан «_ » сентября 2010 г.

      

    Ученый секретарь диссертационного совета

кандидат филологических наук,

профессор                                                                Э. Я. Фесенко

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Реферируемое диссертационное исследование посвящено одному из сложнейших семантических явлений в лексике любого языка – гипонимическим связям слов. Гипонимы, образующие в языке довольно широкую ассоциативно-вербальную, иерархически организованную сеть, отражают ту реальную связь, которая существует между родом и видом в природе и в обществе.

Общеязыковая характеристика гипонимии сложилась в 1960–1980-х годах в работах Ш. Балли, Дж. Лайонза, В.Г. Гака, Е.Л. Гинзбурга, Г.Е. Крейдлина, Ю.Н. Караулова, М.В. Лысяковой, А.Д. Мостовой, М.В. Никитина, Р.И. Розиной, Ю.С. Степанова, А.А. Уфимцевой, Д.Н. Шмелева, Р.М. Фрумкиной, Л.О. Чернейко и других исследователей. Лингвисты, признавая логическую основу в лексико-семантической интерпретации гипонимии, рассматривают этот вид семантической связи как отношение господства и одновременно соподчиненности значений лексических единиц, как важнейший показатель системных отношений в лексике, способ ее категоризации, иерархической организации в русской концептосфере.

Замечания о гипонимии часто носили общетеоретический характер, ограничивались заявлениями об универсальности и конституирующем характере отношений включения как элемента класса и класса единиц. Несмотря на признание важности этих связей в системной организации лексики, процессы категоризации знаний и отражение этих процессов в гипонимических связях слов естественного языка еще не изучены на материале большого массива русской лексики.

Количество специальных работ по гипонимии в отечественной лингвистике незначительно. Рассматривались гипонимические связи отдельных групп конкретных существительных и качественных прилагательных (Н.П. Романова, М.В. Лысякова, Т.И. Клименко), а также проводился анализ гипонимов-существительных в аспекте речевого онтогенеза, организации гипонимических связей слов в ментальном лексиконе детей (И.Н. Гридина). Излюбленным исследовательским полигоном стали термины родства (А.А. Бурыкин, С.Х. Головкина, Г.Б. Джаукян, А.М. Кузнецов, Т.П. Ломтев).

К настоящему времени относительно подробно изучены гипонимические связи как один из способов организации лексики в терминосистемах, в естественнонаучных классификациях животных, растений, природных явлений, в тематических группах существительных, отражающих названия военнослужащих, родственников, видов профессий, номенклатурно-артефактные классификации названий продуктов, блюд, предметов мебели, одежды, обуви, посуды, построек и других предметов быта (Н.В. Банина, М.Н. Захарова, А.И. Клишин, О.И. Фонякова, И.С. Косенкова, Л.Г. Шеремет, Н.Г. Ильинская, И.К. Миронова, И.Н. Пономаренко). Часто такие исследования предпринимались на материале лексики иностранных языков (В.Б. Гольдберг, Л.Д. Дяченко, Л.Б. Лебедева, Е.П. Матузкова, Н.В. Попович, Х.-К.Л. Попок).

Однако до сих пор нет комплексного анализа глагольной гипонимии, не выявлен корпус глагольных гипонимов в лексике русского языка, хотя в последние десятилетия возрос интерес к изучению семантических классов и лексико-семантических групп глаголов. Это исследования лексикологов Московской, Санкт-Петербургской (РГПУ), Уральской (УрГУ), Башкирской (БГУ), Тамбовской (ТГУ) и Воронежской (ВГУ) школ лексической и когнитивной семантики (Ю.Д. Апресян, М.Я. Гловинская, Р.И. Розина, Е.В. Падучева, В.П. Москвин, В.Д. Черняк, Э.В. Кузнецова, Л.Г. Бабенко, А.М. Плотникова, Л.М. Васильев, Р.М. Гайсина, Г.В. Гафарова, В.Л. Ибрагимова, Т.А. Кильдибекова, А.А. Камалова и др.). Замечания о гипонимах как о способе иерархической организации лексико-семантических групп и семантических классов глаголов в этих работах были попутными на фоне решения собственных исследовательских задач, но не менее ценными для изучения гипонимических связей слов.

Объективной экстралингвистической причиной недостаточной изученности глагольной гипонимии является сложное взаимодействие процессов в реальной действительности, нежесткая граница между видами этих процессов (действиями, состояниями, отношениями). Внутриязыковая причина «труднодоступности» гипонимических связей глаголов обусловлена емкостью, гибкостью глагольной семантики, многозначностью глаголов, многопризнаковостью их значений, отражающих сложные типовые процессуальные ситуации, включающие разные актанты действия (субъект, объект, орудие или средство осуществления действия и др.).

Дело осложняется и тем, что при отсутствии критериев определения гипонимии наблюдается неунифицированность словарных дефиниций гипонимов одной группы в толковых словарях, нежесткая граница между гипонимическими и лексико-семантическими группами глаголов, смешение синонимов и гипонимов в синонимических словарях.

Некоторые исследователи, признавая системообразующую роль гипонимических связей для терминосистем, считают, что гипонимия нетипична для естественного языка (Р.М. Фрумкина, А.Д. Мостовая). Эта позиция требует обоснования и проверки на основе сопоставительного анализа гипонимических связей в общеязыковой и терминологической лексике.

Актуальность исследования определяется его связью с современными тенденциями в развитии лингвистических исследований – ярко выраженным антропоцентризмом; обращенностью к общим вопросам теории семантических связей, вызывающих возрастающий интерес в связи с новыми парадигмами знаний; к комплексному анализу недостаточно изученного в лингвистике семантического феномена – гипонимии – в системно-семантическом, когнитивном и функциональном аспектах; к осмыслению ее экстралингвистической и языковой природы, степени универсальности и специфики проявления в рамках разных частей речи, места в системе лексической парадигматики (семантические классы, тематические и лексико-семантические группы, синонимические ряды), а также к выявлению корпуса гипонимов применительно к сложным по семантике глагольным словам в соотношении с этим видом связей у существительных в русском языке.

Все сказанное обусловило необходимость изучения гипонимии как лексико-семантического феномена, как особого способа категоризации лексики в системных связях глагольных слов в русском языке.

Научная новизна диссертации состоит в том, что в ней впервые на материале современного русского языка осуществлена комплексная характеристика гипонимии как лексико-семантического категориального отношения и важнейшего способа иерархической организации и систематизации лексики с когнитивной, структурно-семантической и функциональной точек зрения; раскрыта когнитивная специфика гипонимии глаголов в соотношении с гипонимией существительных.

Впервые обоснованы критерии глагольной гипонимии и выявлен корпус глагольных гипонимов на материале глаголов действия и некоторых групп глаголов состояния.

Новым является определение соотношения гипонимических групп с другими парадигматическими группировками глаголов, в частности, выделены слова с гипонимической связью в составе синонимических рядов глаголов и гипонимические структуры (гнезда) как способ организации состава лексико-семантических групп.

Впервые также выявлены особенности функционирования глагольных гипонимов в текстах разной стилевой принадлежности.

Объектом исследования является глагольная лексика русского языка, представленная в современных толковых, идеографических и синонимических словарях, а также текстовые фрагменты, содержащие слова с гипонимической связью.

Предмет исследования составляют выявление и изучение гипонимических связей русских глаголов, в основном со значением действия и состояния, в сопоставлении с гипонимией существительных.

Цель исследования – определение и уточнение внеязыковой и языковой природы гипонимии как одного из важнейших способов категоризации лексики, как результата объективации родо-видовых отношений действительности в системе лексической парадигматики современного русского языка на материале глагола.

Намеченная цель предопределила круг более частных задач:

1. Охарактеризовать сложившиеся в лингвистике подходы в понимании логико-философской основы и семантической природы гипонимии и уточнить место гипонимических связей слов в системе лексической парадигматики современного русского языка (тематические и лексико-семантические группы, синонимические ряды).

2. Выявить прототипические критерии гипонимии в языке и речи, особенности соотнесенности глагольных гипосем с процессуальными ситуациями и актантами и на этой основе раскрыть когнитивную и лексико-семантическую специфику гипонимических связей глаголов в сопоставлении с гипонимией существительных.

3. Установить языковые характеристики глагольной гипонимии и состав гипосем на основе компонентного анализа лексических значений глаголов в толковых, идеографических и синонимических словарях, а также с учетом результатов исследований по семантической классификации глагольной лексики.

4. Осуществить анализ структуры гипонимических групп глаголов действия и, частично, глаголов состояния по типу организующей гипосемы и в аспекте качественно-количественных и мотивационных характеристик.

5. Охарактеризовать номинативный потенциал гипонимии, выявив гипонимические лакуны и возможности словообразовательной и внутрисловной деривации в концептуализации родовых и видовых значений.

6. Исследовать границу между гипонимией и синонимией в лексической системе на материале синонимических рядов, представленных в словарях синонимов русского языка.

7. Выявить особенности функционирования глагольных гипонимов в текстах разной функционально-стилистической принадлежности.

Методологической основой исследования является комплексный – когнитивный, структурно-семантический и функциональный – подход к анализу материала. Структурно-семантический подход дает возможность выявить глагольные гипонимы на основе дефиниционного анализа и установленных в исследовании критериев гипонимии, сформировать гипонимические группы индуктивным путем, а также уточнить их состав и границы в результате дедуктивного анализа более крупных лексико-семантических объединений, таких как семантические классы и лексико-семантические группы слов. Мы исходим из признаваемой лексикологами онтологической специфики лексической системы, отражательной связи ее иерархической структуры с организацией реального мира, обусловленности его категориями и социальными факторами. В анализе гипонимических структур, их соотношения с другими лексическими объединениями учитывались такие особенности системы, как нежесткость, диффузность, пересекаемость, подвижность лексических парадигм.

В связи с этим считаем целесообразным принятый в исследовании когнитивный подход к анализу гипонимических связей слов. Он способствует развитию и углублению представлений о гипонимических связях, позволяет рассматривать процессы гипонимической категоризации русской лексики как явление, связанное с познавательной деятельностью человека в целом, по-новому интерпретировать содержание таких понятий, как род и вид, гипонимическая группа, ее прототипическая структура и состав, так как они непосредственно связаны с процессами категоризации явлений действительности. При таком подходе базисным в исследовании становится определение места гипонимов в системе концептов как форматов знания, а также выявление прототипических характеристик гипонимических связей слов в языке и речи.

Преимущества когнитивного подхода видятся и в том, что он помогает снять назревшие противоречия в интерпретации гипонимических связей, представить отношения между гипонимами и другими парадигматическими группировками в виде взаимодействия когнитивных структур, увидеть новый аспект этих семантических явлений на качественно иной основе, глубже понять и объяснить структурно-семантические и текстовые модификации гипонимов.

Изучение процесса категоризации с использованием методов моделирования позволяет найти новые пути осмысления лексико-семантических связей слов с учетом национальной специфики членения действительности в языке.

Функциональный подход позволяет выявить особенности использования гипонимов в текстах разной стилевой принадлежности, не только полнее и глубже охарактеризовать текстовые условия реализации гипонимических связей слов, но и выявить различные их модификации (от расширения границ гипонимии в тексте до перекатегоризации гипонимов в речевые синонимы).

Поиск объективных показателей гипонимических связей глаголов в языке осуществлялся в диссертации на основе индуктивно-дедуктивного подхода к анализу материала. Компонентно-сопоставительный анализ словарных дефиниций глаголов в толковых словарях позволил индуктивно выявить родовые и видовые признаки (гиперсемы и гипосемы) в глагольных значениях, сформировать гипонимические группы глаголов.

Фрагменты гипонимических групп выделялись и дедуктивным путем в процессе анализа семантических классов и лексико-семантических групп в идеографических словарях и выявления слов с гипонимической связью в составе синонимических рядов в словарях синонимов русского языка. С помощью дедуктивного метода состав гипонимических групп уточнялся с учетом результатов исследований по семантическим классам и лексико-семантическим группам глаголов.

Для достижения поставленной цели и решения задач исследования в работе использован комплекс методов и приемов. Это как общенаучные методы и приемы (наблюдение, систематизация, классификация, описание и др.), так и методы структурно-семантического анализа: компонентного анализа семантической структуры слова и метода ступенчатой идентификации, позволяющие установить пословные связи как основу для выстраивания иерархии значений и определения состава дифференциальных признаков глагольных гипонимов – гипосем, для объединения гипонимов, соотнесенных с общим гиперонимом, в состав одной группы.

Методы концептуального анализа и сопоставительного анализа использовались при выявлении прототипических критериев гипонимов на фоне других лексико-семантических связей, при уточнении специфики гипонимии предметных и признаковых слов и сопоставлении структуры и состава гипонимических групп глаголов и существительных. Особенности употребления гипонимов в тексте выявлялись с помощью метода функционально-коммуникативного анализа.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Гипонимические связи слов являются результатом объективации родо-видовых отношений действительности не только в терминосистемах, но и в естественном языке.

2. Гипонимия в узком смысле – явление лексико-семантическое, ограниченное в иерархии сем «сверху» лексической архисемой ЛСГ и достаточно строгим набором гипосем в значениях гипонимов.

3. Гипонимические связи характерны как для существительных с конкретно-предметным значением, так и для глаголов, но имеют когнитивную и лексико-семантическую специфику, обусловленную характером денотативно-сигнификативной соотнесенности слов этих частей речи.

4. В структуре ЛСГ разных семантических классов глаголов гипонимические связи имеют неодинаковую степень выраженности и представлены разными типами иерархических классификаций.

5. Гипонимические и синонимические связи, будучи соположенными в рамках ЛСГ как известные способы структурирования ее состава, часто не являются строго дифференцированными в лексико-семантической системе естественного языка, что допускает разные варианты сближений и других семантических модификаций этих связей в речи.

6. Глагольные гипонимы, как и другие парадигматические группировки слов, выполняют важные текстообразующие функции. В текстах разной стилевой направленности реализуются как собственно гипонимические связи слов, так и различные модификации гипонимической схемы-прототипа, вплоть до перекатегоризации гипонимов в функциональные синонимы.

Теоретическое значение работы состоит в том, что получены результаты, углубляющие современные представления о месте гипонимии в системных связях слов в лексике, показана специфика глагольных гипонимов в сопоставлении с гипонимами-существительными, теоретически обоснована концептуальная значимость гипонимических связей глаголов в лексике, определены границы гипонимии и синонимии в языке и речи, показана зависимость функциональных характеристик гипонимов от стилистической принадлежности текста.

Разработан понятийный аппарат глагольной гипонимии. Введены и обоснованы следующие понятия, характеризующие гипонимические связи слов: узкое понимание гипонимии, гипонимическая группа, гипонимическое гнездо, гипонимически значимый признак глаголов (гипосема), гипонимически сильные и слабые глаголы, деривационные гипонимические группы, внутрисловная гипонимия, прототипические характеристики глагольной гипонимии в языке и речи, функциональная гипонимия.

Практическая значимость исследования заключается в возможности использования его результатов в различных областях изучения и описания русской лексики в структурно-семантическом, когнитивном и функциональном аспектах. Результаты исследования могут быть использованы в вузовской практике преподавания русского языка, при разработке теоретических курсов лексикологии, теории языка, специальных курсов по лексической семантике, функциональной лексикологии, в учебной лексикографии, при изучении русского языка как иностранного, в теории и практике перевода.

Выявление корпуса глагольных гипонимов в виде совокупности гипонимических групп на основе комплексной методики описания гипонимии значимо при отборе унифицированного материала для лексикографических изданий разных видов (толковые и тематические словари), для уточнения иерархических связей слов в идеографических словарях, определения границ синонимии и гипонимии в словарях синонимов.

Основным материалом исследования явились глаголы действия, для которых характерна многосемная структура, наличие дифференциальных признаков, значимых для формирования гипонимических групп. На этом материале анализируются гипонимические связи, организующие данный семантический класс глаголов, в сопоставлении с гипонимией глаголов состояния и имен существительных. Выборка глаголов с гипонимической связью осуществлялась из современных толковых словарей (МАС, БАС, СОШ), из идеографических, ассоциативных, а также из синонимических словарей русского языка: «Толкового словаря русских глаголов» под редакцией Л.Г. Бабенко, «Русского семантического словаря» под редакцией Н.Ю. Шведовой (т. 4 «Глагол»), «Системного семантического словаря» Л.М. Васильева, «Русского семантического словаря» под редакцией С.Г. Бархударова, «Тематического словаря русского языка» Л.Г. Саяховой, Д.М. Хасановой, В.В. Морковкина, «Комплексного словаря. Лексической основы русского языка» В.В. Морковкина, «Русского ассоциативного словаря» под редакцией Ю.Н. Караулова, «Словаря ассоциативных норм русского языка» под редакцией А.А. Леонтьева, однотомного и двухтомного академических словарей синонимов под редакцией А.П. Евгеньевой, «Словаря синонимов русского языка» З.Е. Александровой, «Нового объяснительного словаря синонимов русского языка» под редакцией Ю.Д. Апресяна и др.

В количественном выражении фактический материал составил более 10 тысяч лексических единиц (глаголов и глагольных ЛСВ). Исследование особенностей функционирования гипонимов проводилось на материале художественных и публицистических текстов, устной речи носителей литературного языка (более 200 текстовых фрагментов, содержащих слова с гипонимической связью).

Апробация результатов исследования. Основные положения работы излагались в докладах на научных конференциях различного уровня, в том числе 14 международных: «Современные проблемы лексикографии» (Украина, Алушта, 1992); «Лексика, грамматика, текст в свете антропологической лингвистики» (Екатеринбург, 1995); «Семантика слова, образа, текста» (Северодвинск, 1995); Вторая международная школа-семинар по когнитивной лингвистике (Тамбов, 2000); «Говорящий и слушающий» (Санкт-Петербург, 2001); «Современные проблемы лексикографии» (Беларусь, Гродно, 2002); «Славянская культура в современном мире» (Архангельск, 2002); «Человек. Язык. Искусство (памяти профессора Н.В. Черемисиной)» (Москва, 2002); II Международная научная конференция «Проблемы концептуализации действительности и моделирования языковой картины мира» (Северодвинск, 2004); «Научное наследие Б.Н. Головина и актуальные проблемы современной лингвистики» (Нижний Новгород, 2006); Международный конгресс по когнитивной лингвистике (Тамбов, 2006); ХII Международная конференция «Европейская русистика и современность: русский язык, литература и культура на рубеже веков: креативность и инновации при формировании интеркультурной компетенции в исследованиях, переводе, дидактике» (Польша, Познань, 2009); международная конференция РОПРЯЛ «Язык, литература, культура и современные глобализационные процессы» (Нижний Новгород, 2010); «Славянская филология: ХХI век» (Архангельск, 2010); 5 всероссийских: «Слово. Словарь. Словесность» (Санкт-Петербург, 2002, 2005, 2008, 2009); «Язык науки двадцать первого века» (Архангельск, 2003); 10 вузовских: Герценовские чтения (Санкт-Петербург, РГПУ им. А.И. Герцена, 1996, 1998, 2000, 2003, 2005, 2007, 2008), Ломоносовские чтения (Архангельск, ПГУ им. М.В. Ломоносова, 1998, 2004, 2006).

Диссертационное исследование обсуждалось на заседаниях кафедры русского языка (ноябрь 2009 г.) и на объединенном заседании кафедр русского языка и истории русского языка и диалектологии Поморского государственного университета им. М.В. Ломоносова (июнь 2010 г.).

Результаты исследования изложены в 40 научных работах, в том числе в 7 статьях в рецензируемых научных изданиях из списка ВАК и в монографии «Гипонимия в лексической системе русского языка (на материале глагола)» (Архангельск, 2010).

Структура работы. Работа состоит из введения, четырех глав, заключения, библиографического списка.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении мотивируется выбор темы исследования, обосновывается ее актуальность, ставится цель и формулируются задачи, предмет и объект исследования, определяется материальная база исследования, описываются его методы и методологические принципы, раскрывается научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы, формулируются положения, выносимые на защиту.

В первой главе«Гипонимические связи как когнитивный аналог родо-видовых отношений в лексике русского языка» раскрывается круг вопросов, связанных с исходными позициями в понимании гипонимии, с выявлением прототипических критериев гипонимических связей предметных и признаковых слов в лексике естественного языка в сопоставлении со специальной лексикой.

Гипонимические связи слов привлекают внимание лингвистов как важнейший способ парадигматической организации лексики, как когнитивный аналог родо-видовых отношений в русской концептосфере.

Становление когнитивной семантики как одного из ведущих направлений когнитивной лингвистики позволило по-новому посмотреть на результаты исследований в области лексической семантики, на возможности систематизации, категоризации словарного состава языка с опорой на концепты. Гипонимия тесно связана с когнитивной семантикой, так как обусловлена экстралингвистическими факторами. Процессы категоризации знаний на основе родо-видовых отношений концептов и отражение этих процессов в лексике естественного языка еще недостаточно исследованы. Между тем анализ особенностей моделирования гипонимических связей слов является неотъемлемой частью исследования закономерностей построения языковой картины мира. Выделение родовых понятий является одним из важнейших процессов мышления, членящим тот или иной класс в соответствии с членением реального мира.

Исходным положением в нашем исследовании является то, что концептосфера и лексическая система языка тесно связаны между собой и поэтому допускают изучение их как единой системы (А.П. Бабушкин, В.Б. Гольдберг, З.Д. Попова, Т.В. Симашко, И.А. Стернин и др.). Лексические парадигмы, такие как тематические и лексико-семантические группы, в контексте когнитивной лингвистики стали рассматривать как концептуальные классы, множество слов и множество объектов и вещей, представляющих целое. Так же можно интерпретировать и гипонимические группы. В рамках когнитивного подхода критерии гипонимии были представлены с позиций прототипического ядра и периферии. В частности, было установлено, что гипонимические группы имеют ядерную и периферийную зоны, а также нежесткую границу с другими лексико-семантическими парадигмами (синонимами, тематическими и лексико-семантическими группами).

Прототипический подход к анализу семантических связей слов представляет особый интерес, так как он допускает нежесткость внутренней структуры разных лексико-семантических объединений слов и границ между этими языковыми множествами, выделение центральных, более типичных, элементов, или прототипического ядра, и непрототипических, менее типичных, элементов.

В ходе когнитивно-семантического анализа гипонимов были определены и сформулированы основные составляющие прототипического подхода применительно к гипонимии. Термины когнитивной лингвистики используются в нашей работе в следующих смыслах:

1. Прототип – сравнительно новый термин, еще не имеющий метаязыковой определенности, дефиниционной однозначности в лингвистике (Н.П. Анисимова, А.П. Бабушкин, Л.Г. Бабенко, Н.Н. Болдырев, А Вежбицкая, В.З. Демьянков, Дж. Лайонз, Р.М. Фрумкина, З.А. Харитончик и др.), хотя прототипический подход к анализу лексических явлений представляется весьма продуктивным. Онупотребляется в работе в двух значениях: а) как лучший, типичный представитель, образец, стереотип (А.П. Бабушкин), семантический прототип (Дж. Лайонз) категории (гипонимии), гипероним или гипоним, наиболее отвечающий критериям гипонимических связей в лексической системе, входящий в прототипическое ядро гипонимической группы; б) как концепт, обладающий совокупностью прототипических – повторяющихся, частотных – признаков. Если концепты могут представлять разные типы форматов знания (понятия, фреймы, схемы и др.), то прототипы как образцы лексико-семантической категории (гипонимии) могут соотноситься с такими понятиями, как гипероним – семантический «образец» гипонимической группы, отражающий общее значение членов гипонимической группы; какобразцовая гипонимическая группа и ее ядерная часть.

2.Под гиперонимом понимается концепт-классификатор, «семантический прототип», репрезентирующий в языке типичные признаки «естественного (или культурного) рода» (Дж. Лайонз), которые содержатся в семантике всех видовых слов одной гипонимической группы; например, собака – гипероним-прототип группы овчарка, бульдог, спаниель, такса и др.

3. Под прототипическими признаками гипонимической группы как концепта-схемы понимаются «образцовые» характеристики членов группы (гиперонима и гипонимов) и ее структуры (прототипический центр и периферия, или зона непрототипических явлений).

4. Прототипическую, или ядерную, часть гипонимической группы образуют гипероним как наиболее яркий образец категории, или суперконцепт, слово-стимул для гипонимов, и гипонимы как наиболее частотные «культурно обусловленные ассоциаты» (термин Э. Рош). Например, двигаться – идти, ехать, плыть, лететь (реже – дрейфовать); готовить – жарить, печь, варить (реже– тушить); пить – чаевничать (реже – кофейничать, бражничать); птица – воробей, ворона (реже – какаду); ягода – малина (реже – крыжовник) и др. Гипонимы ядерной части группы – это нейтральные частотные однозначные слова или слова в исходных прямых значениях, в семантической структуре которых содержатся гиперсема и гипосемы, отражающие, соответственно, ближайшее родовое значение и видовые отличия.

Непрототипическую, периферийную, зону гипонимических групп в языке составляют синонимы гипонимов, слова в образно-переносных значениях, стилистически окрашенная (просторечная, разговорная, высокая), пассивная (новая и устаревшая) лексика, а также лексика ограниченного употребления – термины, профессионализмы, жаргонизмы и диалектизмы: баниться – мыться в бане, неводить – ловить рыбу неводом, рэповать – танцевать рэп и др.

Были выявлены следующие прототипические критерии гипонимических связей глаголов и существительных в языковой системе:  

1. Гипонимические связи опираются на объективную организацию системных связей слов в языке и формируются между элементами, один из которых включающий, подчиненный (гипоним), имеет более богатое содержание, конкретизирует общий, включенный, элемент (гипероним), занимающий более высокий ярус иерархии.

2. Характер смысловой оппозиции между родовым и видовым словами – привативный: значение родового слова включается как общая сема (гиперсема) в значение видового, но в семантике последнего содержится еще и качественное видовое отличие (гипосема). Слова с видовым значением образуют эквонимическую оппозицию – по содержанию видового отличия.

3. Можно выделить три вида семантических отношений гиперонима и гипонимов в структуре гипонимической группы: а) родо-видовое (гиперонимия: дерево – береза); б) видо-родовое (гипонимия в узком смысле: береза –дерево); в) видо-видовое (согипонимия: береза – осина).

4. Полноценная по объему группировка, позволяющая представить реализацию всех трех видов отношений гипонимов, – трехчленная. Такая гипонимическая группа включает один гипероним и минимум два слова с видовым значением – гипонима.

5. Многозначное слово в разных значениях (ЛСВ) может входить в состав разных гипонимических групп.

Рассмотрим прототипические характеристики слов с родовым и видовым значениями.

Слово с родовым значением (гипероним): а) обладает большей степенью абстракции, более широким значением, чем соотнесенное с ним значение видового слова. Оно противопоставлено видовому значению по отсутствию гипосемы того или иного типа: танцевать (гипероним) – вальсировать (гипоним: ‘Танцевать вальс’ [MAC]), полькировать (гипоним: ‘Устар. Танцевать польку’ [БАС]); б) характеризуется частотностью употребления в естественном языке как слово с более широкой семантикой и развитой синтагматикой; в) допускает более активную синонимическую замену видовых слов в речи: готовить (= печь) пироги; готовить (= жарить) котлеты; готовить (= варить) суп, кашу; г) отличается простотой морфемного состава, отсутствием именной мотивированности, в отличие от многих гипонимов (вальсировать – вальс): исполнять, покрывать, изображать, сообщать, двигаться, готовить и др.; д) может выступать в качестве гиперонима на разных уровнях родо-видовой иерархии. Например, глагол красить является гипонимом в составе группы I ступени членения с гиперонимом покрывать, а в группе II ступени членения – гиперонимом: покрывать – маслить, красить (гипоним)и др.; красить (гипероним второго уровня членения) белить, синить, зеленить, охрить, сандалить, золотить-2, серебрить-2 и др. Способность одного слова выступать в качестве гиперонима и гипонима на разных уровнях абстракции подтверждает многоступенчатый характер гипонимических связей слов.

В качестве гиперонимов обычно выступают не слова с предельно широкой семантикой (человек, существо, предмет, делать, быть), а лексемы, обозначающие менее абстрактные понятия (чувство, двигаться, работать и т.п.) и обобщенно-конкретные предметы материального мира (дерево, мебель, растение, одежда, строение и т.п.).

Слово с видовым значением (гипоним): а) обладает более конкретным и членимым на семантические признаки значением; как правило, это однозначное, реже – двузначное слово; б) характеризуется наличием в структуре значения семы, существенной для гипонимических связей, например: группироватъ (гипоним) – ‘Объединять в группу’ (гипосема ‘результат действия’); в) имеет двухсемную прототипическую семантическую структуру, которая моделируется по схеме «гиперсема + гипосема»; г) отличается меньшей частотностью употребления; это характерно в особенности для видовых слов с узким значением, относящихся к нижней ступени родо-видовой иерархии: буравить (гипоним) – сверлить буравом; д) находится в отношениях эквивалентности с другими гипонимами в составе гипонимической группы: содержит в значении не только общую гиперсему, но и одинаковый тип видового отличия и противопоставляется другим гипонимам по содержанию этого признака, что исключает взаимозамену видовых слов в тексте: петь не тождественно танцевать, общий гипероним исполнять; е) как правило, гипоним более сложен по морфемному составу; у глаголов он часто образуется в результате лексемного свертывания глагольно-именной синтагмы, где позицию главного слова занимает гипероним: чаевничать – ‘Пить чай’; ж) при функционировании в речи гипоним реже способен заменять слово с родовым значением, только в пределах своего круга синтагматики: исполнять стихотворение = читать (гипоним) стихотворение, но не арию, танец и т.п.

Общая часть значения гипонимов находит языковое выражение в виде гиперонима-лексемы, которая репрезентируется в словарных дефинициях гипонимов. Например, глаголы белить, охрить, румянить, сандалить, сурьмить имеют общую семантическую модель: гиперсема красить (= гипероним группы) + гипосема ‘орудие или средство осуществления действия (вид краски)’.

Трудность решения поставленных в исследовании задач во многом объясняется различиями в подходе к гипонимическим связям, которые наблюдаются в их лингвистической интерпретации. Это вызвало необходимость определения исходных позиций в подходе к гипонимии, которую можно рассматривать в двух аспектах, в зависимости от разных уровней лингвистической абстракции, представлений о слове. Определение места гипонимии в лексико-семантической классификации слов связано с разграничением широкого и узкого понимания этого вида парадигматических связей в лингвистике.

На высшем уровне лингвистической абстракции, на которой слово выступает в словаре, истолкование опорных понятий рода и вида проводится в широком плане – как языковых универсалий (Дж. Лайонз, В.Г. Адмони, А.А. Уфимцева и др.). В широком смысле гипонимию понимают как универсальное логическое отношение включения, лежащее в основе всякой иерархической классификации, от грамматических значений частей речи как вершины семантической обобщенности значений до привативной семантической оппозиции гипонимов и даже индивидуальных именований: предмет – существо – животное – собака – Жучка. Гипонимические связи выступают при этом как уточняющие в иерархии значений слов.

На ином уровне лингвистической абстракции представлений о слове, промежуточном между словом в словаре и словом в речи, когда оно рассматривается в ряду других слов, гипонимические связи выступают как межсловные отношения, как особый вид лексико-семантических связей слов (Ш. Балли, М.В. Лысякова, Г.А. Матлина, Ю.Д. Скиданенко). Мы исходим из узкого понимания гипонимии как самостоятельной классифицирующей лексико-семантической связи, обусловленной опорой на привативную оппозицию интегрирующих и дифференцирующих признаков в значениях гипонимов (гиперсем и гипосем), эксплицированных в словарных дефинициях этих слов. С позиций избранного подхода определялись границы формируемых гипонимических групп. Пределом степени абстракции родового значения стала семантика ядерных слов ЛСГ (покрывать, обрабатывать, двигаться, деревья, мебель, растения, животные, домашние животные). Гиперонимами не могут быть слова с предельно широкими значениями, организующие большие семантические классы слов, например слова существо, человек, жить, существовать, делать (А.А. Уфимцева).

В характеристике гипонимии были введены понятия гипонимической группы и гипонимически значимого признака (гипосемы). Гипонимическая группа понимается как лексико-семантическая парадигма, состоящая из слова с родовым значением (гиперонима) и из слова или слов с видовым значением (гипонимов), противопоставленных гиперониму по какому-либо одному типу дифференциального семантического признака (гипосемы).

Под гипосемой понимается гипонимически значимый дифференциальный семантический признак, отражающий качественное, существенное (а не оттеночно-синонимическое) отличие гипонима от гиперонима и позволяющий сопоставить и объединить их в составе гипонимической группы. Это типизированные имплицитные значения, которые отражают опыт носителей языка и эксплицируются в словарных дефинициях слов.

Гипосемы глаголов ориентированы на лексические категории – особые содержательные сущности глаголов, понятия, более широкие и объемные, чем категории дифференциальных признаков. Если гипонимически значимые дифференциальные признаки существительных отражают вид, назначение какого-либо предмета, то гипосемы глаголов – основные актанты действия.

Опора гипонимических связей глаголов преимущественно на понятийное содержание значения предполагает ограниченный и устоявшийся состав видовых отличий, их регулярность в значениях видовых слов. В решении этой задачи проведен компонентный анализ словарных дефиниций глаголов, выделен состав дифференциальных семантических признаков, имеющих гипонимическую значимость для глагольных гипонимов: 1. Характер субъекта действия: издавать звуки – ворковать (о голубе), квакать (о лягушке). 2. Характер объекта действия: надевать-1 – обувать-1 (обувь), опоясывать-1 (пояс), хомутать (хомут – на животное). 3. Орудие или средство осуществления действия: ловить – удить (удочкой – рыбу), арканить (арканом – животных), гарпунить (с помощью гарпуна – рыбу, морских животных), неводить (неводом – рыбу). 4. Материал для осуществления действия: изготовлять – лепить (что-л. из мягкого, пластичного материала). 5. Способ осуществления действия (в том числе сфера, место, принцип его осуществления): бежать – галопировать (галопом), рысить (рысью), трусить (мелкой рысцой); передвигаться – идти (по суше), плыть (по воде), лететь (по воздуху). 6. Результат действия: объединять – группировать (в группу); красить – желтить (в желтый цвет). 7. Время действия: есть – завтракать (утром, до обеда). 8. Цель осуществления действия: произносить – диктовать (с тем, чтобы слушающие записывали).

  1. Эти семы отмечаются как типичные в структуре лексического значения глаголов, но имеют разную значимость для гипонимических связей глаголов разных семантических классов. Компонентный анализ значений гипонимов показал, что к «сильным», доминирующим, типичным гипосемам глаголов действия можно отнести признаки ‘способ осуществления действия’, ‘характер объекта’, ‘характер субъекта’, ‘орудие, средство осуществления действия’ (у глаголов-инструментативов) с нерасчлененным, одновариантным содержанием этих гипосем. Типичной гипосемой глаголов состояния является признак ‘характер субъекта’.

«Слабыми» гипосемами в значениях глагольных гипонимов разных семантических классов являются признаки, редко эксплицируемые в словарных дефинициях глаголов, или семы с расщепленным, поликонцептуальным содержанием, такие как семы ‘характер объекта’ и ‘орудие или средство осуществления действия’ у глаголов действия и сема ‘характер субъекта’ у глаголов состояния. Это создает перекрещивающийся характер гипонимических связей гипонимов в пределах группы. Редко, как типичные только для отдельных лексических парадигм глаголов, эксплицируются семы ‘время действия’ (есть: ужинать – ‘принимать пищу вечером’) и ‘результат действия’ (превращать: брикетировать – ‘превращать в брикеты’).

Сигнификативную природу глагольной гипонимии отражают признаки дистрибутивного характера, или субъектно-объектные семы, в результате чего глагол понимается как типизированное обозначение целостной ситуации, «свернутое предложение», «скрытая синтагма». Эти семы рассматриваются исследователями в качестве важных элементов семантической структуры глагола, отражающими связь процессуальной семантики с предметными актантами действия (Р.М. Гайсина, Г.А. Золотова; Э.В. Кузнецова, О.А. Михайлова, Е.В. Падучева, А.М. Плотникова, А.А.Уфимцева и др.). Более четкий «контур» привативной оппозиции с гиперонимом имеют глаголы-гипонимы со специализированными – ограничительными, лимитированными – субъектно-объектными семами (О.А. Михайлова), имеющими одновариантное содержание: кропить – идти (о дожде).

Анализ гипонимических оппозиций у глаголов показал, что при выявлении глагольных гипонимов и гиперонимов следует учитывать тематическую соотнесенность содержания субъектно-объектных сем в значениях глаголов, или «тип участника ситуации» (Е.В. Падучева). Считаем, что в состав одной гипонимической группы не могут входить глаголы с гипосемами, отражающими принципиально разные таксономические классы имен – человек и неодушевленный предмет. Например, в группу с гиперонимом восстанавливать вряд ли должен входить глагол реабилитировать (‘Восстанавливать прежний характер, репутацию, честь’), который относится к семантическому классу глаголов отношения и отражает таксономический класс участника – человек. В состав одной гипонимической группы следует включать только глаголы действия с гипосемой, обозначающей неодушевленный объект: восстанавливать –ремонтировать (‘что-л. сломанное, неисправное, непригодное к использованию’), реставрировать (‘что-л. обветшалое, обычно памятники культуры’), убирать (‘порядок, прибирая где-л.’), штопать (‘поверхность ткани, какого-л. изделия, починив, заделав дыру, соединяя куски ткани с помощью нити’). (Группа сформирована по материалам «Толкового словаря русских глаголов». – Е.К.). Анализ иерархических связей в содержании субъектно-объектных гипосем позволяет выделить еще одну ступень членения в этой группе: глагол ремонтировать (‘что-л. сломанное…’) выступает как гипероним по отношению к глаголу реставрировать (‘…обычно памятники культуры’),

Выявление критериев гипонимии с позиций когнитивного подхода потребовало соотнесения состояния разработки этого вида связей на материале имен существительных и глаголов с учетом лексико-грамматической специфики этих двух центральных частей речи, что составило содержание отдельного раздела «Когнитивная специфика гипонимии предметных и признаковых слов». Поскольку классификация по частям речи является самой общей семантической классификацией слов, постольку сущность гипонимии определяется с учетом отношения этих слов к лексико-грамматическим классам – частям речи, с опорой на исходные семантико-грамматические различия имен и глаголов. Поиски признаков рода и вида применительно к семантике глагольных слов устанавливаются здесь на фоне гипонимии имен существиетльных.

В ходе когнитивного анализа, направленного на выявление прототипических и непрототипических критериев гипонимии глаголов и существительных в языковой системе, учитывались следующие факторы: специфика лексико-грамматической природы и денотативно-сигнификативной соотнесенности этих частей речи; особенности вербализации родового и видового концептов, восполнения гипонимических лакун; место гипонимических групп в парадигматической классификации лексики, в сопоставлении с семантическими классами, тематическими и лексико-семантическими группами; типы гипонимически значимых дифференциальных признаков и организующая роль этих признаков в структуре гипонимических групп.

Прямая соотнесенность с объектами реальной действительности обусловливает доминирование в предметно-понятийном содержании существительных денотативного признака, а соответственно и более тесную соотнесенность их гипонимических связей с естественнонаучными и обиходно-стандартными классификациями. При выявлении гипонимических связей глаголов ориентация только на логико-предметное содержание значения представляется недостаточной, так как для понятийного содержания глагольных значений характерно преобладание сигнификативного элемента, поэтому гипонимически значимые признаки глаголов могут отражать разновидности сигнификата.

Выделение корпуса глагольных гипонимов потребовало осмысления ономасиологической роли гипонимии в решении проблем внутриязыковой лексической лакунарности. Было установлено, что образование гипонимов является важным способом заполнения родовых и видовых лакун в русской лексике. Характеристике видов гипонимических лакун, способов вербализации родовых и видовых значений у глаголов и существительных посвящен отдельный параграф раздела. Анализ показал, что в гипонимических группах отмечаются разные типы родовых и видовых лакун: системные, коммуникативные, частеречные, лингвокультурологические, относительные, мотивированные и немотивированные, универбальные, трансноминационные, межподсистемные, стилистические лакуны (термины Г.В. Быковой. – Е.К.).

Гипонимические лакуны могут вербализоваться разными способами на уровне как родового, так и видового значения. Основным способом заполнения гипонимических лакун существительных и глаголов является лексемная номинация. Процесс концептуализации видовых понятий, пополнение гипонимических групп глаголов гипонимами часто осуществляется в результате лексемного свертывания родовой синтагмы, или сочетания гиперонима с субъектно-объектными актантами: сауниться – ‘фам.-молод., мыться в сауне’, запаролить – ‘комп., засекретить информацию в компьютере’, ламинировать– ‘покрывать ламинатом’ . Поизводные гипонимы с включенным в значение субъектным или объектным актантом обычно им же и мотивируются (асфальтировать – ‘покрывать асфальтом’, кофейничать – ‘пить кофе’). Расчлененная номинация в виде составных наименований типична для существительных при выражении как родового, так видового значений (хвойные деревья, береза обыкновенная). У глаголов было отмечено неоднословное выражение только родового значения в видо-видовых группах: воспринимать органами чувств – видеть, слышать, обонять, осязать.

Оказывается различной и роль интегрирующих и дифференцирующих признаков в структуре гипонимических групп существительных и глаголов: при объединении существительных в гипонимическую группу определяющим является интегрирующий признак, а в структуре гипонимических групп глаголов – не только гиперсема, но и тип видового отличия – гипосема.

Поскольку гипонимические связи слов не являются изолированными от других видов семантических связей в лексической системе, отдельный раздел «Соотношение гипонимических групп с семантическими полями, лексико-семантическими и тематическими группами слов» посвящен анализу соотношения гипонимических групп с этими более крупными лексическими объединениями. Рассматриваются спорные вопросы языкового статуса тематических и гипонимических групп, понятие «семантическое поле», которое понимается в работе как родовое понятие для крупных лексических объединений – семантических классов, тематических и лексико-семантических групп. Анализ исследований по данной проблематике показал, что для семантики конкретных существительных важнее оказывается фактор внеязыковой, а для глагола более значимы факторы внутрилингвистические. Не случайно поэтому в качестве тематических групп чаще рассматриваются лексические объединения существительных, а в качестве лексико-семантических – глаголов и прилагательных.

Вторая глава «Лексико-семантическое пространство гипонимии в системе глагольной парадигматики» содержит комплексный, лексико-семантический и концептуальный, анализ гипонимических связей как особого способа категоризации глагольной лексики. Границы лексико-семантического пространства глагольных гипонимов очерчиваются в системе лексической парадигматики в соотношении с семантическими классами и лексико-семантическими группами глаголов. Предпринимается попытка определить прототипические критериии глагольной гипонимии и на этой основе уточнить специфику ее денотативно-концептуального пространства в сопоставлении с гипонимическими связями существительных, выявить корпус глагольных гипонимов, сформировать гипонимические группы глаголов и охарактеризовать их по типам гипосем, организующих группы, и по количественно-динамическим параметрам. В ходе анализа обосновываются такие понятия, как гипонимически значимый признак глаголов, гипонимически сильные и слабые глаголы, прототипическая (ядерная) и непрототипическая (периферийная) зоны гипонимических групп, гипонимическое гнездо.

В первом разделе «Место гипонимии в лексико-семантической классификации глагольной лексики (семантические классы, лексико-семантические группы)» рассматриваются основные результаты лексико-семантической классификации глаголов как база для исследования глагольной гипонимии, выявляется соотношение гипонимических и лексико-семантических групп глаголов, вводится понятие гипонимического гнезда как способа организации лексики в лексико-семантических группах и семантических классах глаголов.

Анализ места и соотношения гипонимических и лексико-семантических групп в семантической классификации глаголов позволяет сделать вывод о том, что гипонимические и лексико-семантические группы глаголов имеют сложные взаимосвязи. Существуют разные способы внутренней организации глагольных ЛСГ. Анализ их состава и структуры показал, что гипонимические связи могут быть продуктивным способом системной организации ЛСГ глаголов наряду с синонимическими, антонимическими и комплементарными связями слов. В ходе анализа соотношения гипонимических и лексико-семантических групп глаголов было введено понятие гипонимическое гнездо. Оно понимается как переходная структура между ЛСГ иерархического типа и гипонимическими группами, как объединение более широкого плана, включающее все видовые слова, которые имеют общую родовую сему, соотносятся с одним гиперонимом, но по разным типам гипосем, и, таким образом, содержащее в своем составе минимум две гипонимические группы. Гипонимические гнезда отражают многоступенчатый и неоднолинейный характер глагольной гипонимии, так как могут быть организованы как по вертикали, т.е. иерархически, так и по горизонтали, т.е. линейно. Например, в гипонимическом гнезде с гиперонимом исполнять гипонимы первого уровня членения связаны с ним линейно по разным типам гипосем (характер объекта, способ осуществления действия и средство осуществления действия): танцевать (и. танец), петь-1 (и. голосом), играть-7 (и. на инструменте). На втором, иерархическом, уровне членения эти гипонимы являются гиперонимами по отношению к следующим глаголам: танцевать (по гипосеме ‘характер объекта’ – вид танца) – вальсировать, полькировать (на периферии группы устаревшие и новые гипонимы чарльстонить, канканировать, шейковать, твистовать, брейковать, рэповать); петь-1 (по гипосеме ‘характер объекта’ – вид песни) – славить-2 (п. славу, в 6 знач.), причитать (п. обрядовые песни-плачи); играть-7дудеть-2 (и. на трубе), пиликать (и. на смычковом инструменте или на гармонике).

В ходе сопоставительного анализа гипонимических и лексико-семантических групп глаголов было установлено, что эти лексические парадигмы могут быть связаны отношениями полного или неполного включения.

1. Гипонимическая группа или группы, члены которых линейно или многоступенчато связаны с ядерным глаголом ЛСГ – гиперонимом, могут полностью укладываться в рамки одной ЛСГ (см., например, выше глагольные гипонимы в ЛСГ исполнения произведений искусства).

2. Тематический диапазон гипонимов иногда может быть шире границ темы одной ЛСГ, а именно: гипонимическая группа может включать в свой состав видовые слова из разных, чаще смежных, тематических сфер. Например, группа с гиперонимом снабжать-1 (син.: оборудовать, обеспечивать), сформированная по гипосеме ‘орудие или средство осуществления действия’, включает гипонимы, обозначающими разные средства снабжения: телефонизировать (телефоном, телефонной связью), механизировать (механизмами, оборудованием), компьютеризировать (компьютерами); вооружать-1 (оружием, военным снаряжением), газифицировать-2 (газовой энергией), электрифицировать (электроэнергией), гарнировать-1 (гарниром), протезировать (протезом), экипировать (одеждой и обувью), оснастить-1 (снастью корабль); финансировать (гипероним второго уровня членения) (финансами): авансировать (авансом), субсидировать (субсидией), кредитовать (кредитом), ссужать (ссудой), дотировать (дотацией), премировать (премией).

В разделах «Прототипические характеристики глагольной гипонимии в системе глагольной парадигматики» и «Состав гипосем глагольных гипонимов» рассматриваются критерии, или прототипические характеристики, глагольных гипонимов на фоне установленных в сопоставлении различий между гипонимическими связями существительных и глаголов.

В результате анализа прототипических и непрототипических ситуаций в гипонимических связях глагольных слов, в особенностях состава и структуры гипонимических групп глаголов, а также анализа языковых и экстралингвистических факторов, влияющих на гипонимическую активность глаголов или на их способность вступать в гипонимические связи, было введено понятие гипонимически сильных и гипонимически слабых глаголов.

Прототипическое ядро глагольных гипонимов – класс глаголов конкретного физического действия, имеющих более прозрачную денотативную соотнесенность. Это глаголы общеупотребительные, стилистически нейтральные, бесприставочные, однозначные или вступающие в гипонимическую связь по исходному значению всем объемом своего понятийного содержания, которое воспринимается в когнитивистике как прототипический концепт. Такие гипонимически сильные глаголы имеют родо-видовой тип толкования значения, т.е. определяются через ближайшее родовое слово, содержат в семной структуре один гипонимически значимый признак, имеющий нерасчлененное, одновариантное, содержание: эскортировать – ‘сопровождать эскортом’, пилить – ‘резать пилой’.

В процессе формирования гипонимических групп глаголов к периферии этих структур были отнесены глаголы с поликонцептуальным, расщепленным семным содержанием, внутрисловные гипонимы, т.е. гипонимически соотнесенные ЛСВ, а также синонимы гипонимов, стилистически окрашенная лексика и лексика ограниченного употребления (термины, профессионализмы, диалектизмы и жаргонизмы): фабрить, драгировать, металлизировать, гарпунить, мережить, сауниться. Синонимы гипонимов не включаются в состав ядра гипонимической группы, так как они представляют иной тип связей слов по значению и являются избыточными в структуре групп, организуемых на основе понятийного содержания глагольных значений (например, приготовлять / готовить – стряпать, кухарить, кухарничать, варить – подваривать, жарить – зажаривать, поджаривать, печь – запекать, подпекать).

Гипонимическую активность глаголов могут ослаблять следующие факторы:

1. Сигнификативная природа именных гипосем усиливает роль языковых факторов в образовании глагольных гипонимов, позволяет прогнозировать состав гипонимических групп на основе когнитивно-семантической модели образования гипонимов и с учетом субъектно-объектной сочетаемости гиперонима, не получившей еще лексемного эквивалента в языке (болеть бронхитом – бронхитить).

2. Многосемная структура значений глаголов действия осложняет выделение глагольных гипонимов: чем больше дифференциальных семантических признаков содержит глагол с видовым значением, тем менее очевидна его гипонимическая связь с гиперонимом по одному типу гипосемы, тем ближе он к периферии группы. Гипонимы-термины тоже могут иметь многосемную структуру значения или расщепленное содержание родовых и видовых сем, что также делает менее очевидной их гипонимическую связь с гиперонимом.

3. Меньшая по сравнению с существительными «прозрачность» гипонимических связей глаголов в естественном языке связана с ядерной и (или) периферийной расщепленностью глагольных значений, т.е. с их поликонцептуальностью – способностью соотноситься с несколькими действиями (гиперсемами) или актантами действия (гипосемами). Содержание гиперсем и субъектно-обектных гипосем может быть расщепленным, вариативным не только у общеязыковых гипонимов, но и у гипонимов-терминов. Это ослабляет гипонимическую связь глаголов, создает нежесткий, размытый характер состава и границ их гипонимических групп.

Анализ подтвердил, что гипонимическая активность глаголов с видовым значением, т.е. их способность вступать в эквиполентную оппозицию друг с другом по содержанию гипосемы, усиливается при одновариантном содержании гипосемы (пеленать – завертывать в пеленку).

4. Необходимость учета разной степени абстракции предметных гипосем в значениях гипонимов, а именно тематической соотнесенности и иерархических связей в содержании таких предметных гипосем, как ‘характер субъекта’, ‘характер объекта’, ‘орудие или средство осуществления действия. Это позволяет более точно представлять иерархическую «глубину» в структуре глагольных гипонимических групп, которые в этом случае уже можно называть гипонимическими гнездами вертикального типа: покрывать – красить, маслить… – группа первого уровня членения (по виду покрытия); красить – охрить, белить… – группа второго уровня членения (по виду краски).

Состав гипонимически значимых признаков не может быть назван завершенным. Необходима дальнейшая дифференциация гипосем с точки зрения их состава, типичности для разных лексико-семантических парадигм и семантических классов глаголов, иерархической соотнесенности содержания субъектно-объектных сем, одушевленности / неодушевленности обозначаемых ими явлений, отнесенности к разного рода типам участников процессуальной ситуации (гнездиться – жить, о птицах; белковать – охотиться на белок) и неживой материи: к натурфактам (прилуниться – опуститься на поверхность Луны), артефактам (оснастить – снабдить снастями судно) или психофактам (любить – испытывать чувство любви).

В разделе «Структура гипонимических групп глаголов в аспекте качественно-количественных и мотивационных характеристик» рассматриваются типы гипонимических групп глаголов по виду гипосемы, организующей группу, и по количественным и динамическим параметрам (двучленные и многочленные группы, влияние внеязыковых и внутриязыковых факторов на открытость / закрытость гипонимических структур).

В структуре гипонимических групп глаголов, в отличие от существительных, большую организующую роль играет не только родовая сема, но и тип гипонимически значимого признака. Например, значение гиперонима приготовлять входит как общий компонент в значение гипонимов варить, жарить, печь, в словарных дефинициях которых эксплицирована и различающая сема ‘способ осуществления действия’. По содержанию этой семы гипонимы образуют эквонимическую оппозицию в структуре группы: приготовлять – варить (‘1. Приготовлять пищу, питье кипячением’), жарить (‘1. перех. Приготовлять в пищу (мясо, рыбу, картофель и т.п.), подвергая действию жара, без воды’), печь (‘1. перех. Приготовлять пищу сухим нагреванием на жару’).

Анализ состава гипонимических групп глагольных слов показал зависимость количественных характеристик этих парадигм от ряда языковых и внеязыковых факторов. Закрытый характер состава гипонимической группы может быть обусловлен экстралингвистической причиной. Например, состав видо-видовой группы с родовым значением ‘воспринимать органами чувств’ объективно ограничен видами чувственного восприятия (видеть, слышать, осязать, обонять). А группа с гиперонимом приготовлять-3 / готовить-4: жарить-1, варить-1, печь-1, организованная по гипосеме ‘способ приготовления пищи’, имеет открытый характер: она может пополняться по мере возникновения новых способов приготовления пищи (например, грилить сосиски). Однако процесс это длительный, что позволяет говорить о закрытом характере данной группы на синхронном срезе.

Гипонимические группы глагольных слов часто пополняются новыми гипонимами в результате свертывания в одну лексему глагольно-именных синтагм, представляющих сочетание глагола-гиперонима с зависимым существительным. Знание частотной сочетаемости родового слова дает возможность определить потенциальный состав группы, прогнозировать возможные варианты вербализации видовых концептов, которые представлены в языке неоднословно. Ср., например, гипонимические группы болеть-1 – грипповать (‘гриппом’), чуметь-1 (‘чумой’); пить-1 чаевничать (‘чай’), кофейничать (‘кофе’). Открытость их состава определяется тем, что имеющиеся видовые слова не исчерпывают все ракурсы отношений действия, обозначаемого родовым словом. Невербализованные видовые значения представлены в языке неоднословно: болеть ангиной, бронхитом; пить квас, молоко, морс, компот и др. Приведенные ниже гипонимы иллюстрируют потенциальные возможности состава этих групп: болеть-1 – ангинить (ангиной), бронхитить (бронхитом) и др.; пить-1 – квасовать или квасовничать (квас), молочничать (молоко), морсовать (морс), компотничать (компот) и др. Многие из этих производных так и остаются потенциальными словами, что обусловлено не только степенью актуальности того или иного процесса, но и наличием дополнительных смежных ассоциаций. Например, действия, называемые глаголами чаевничать и кофейничать, не только включают сему ‘объект действия’ (чай, кофе), но и отличаются большей временной длительностью, так как предполагают часто сопутствующий процесс – общение. Ср. широко бытующее выражение «Зайти на чашку чая, кофе (но не молока)» = «Зайти пообщаться, побеседовать». Для русской традиции наиболее типично чаепитие. Не случайно только в словарной дефиниции глагола чаевничать отражается также и «коммуникативная» сема (‘проводить время за чаепитием’ [МАС], ‘проводить время за питьем чая’ [БАС]).

Соотношению гипонимических связей глаголов в общеупотребительной и специальной лексике посвящен отдельный раздел второй главы. Сопоставительный анализ показал, что между глагольными гипонимами в терминосистемах и в общеупотребительной лексике нет жесткой границы. Для гипонимов-терминов характерны те же критерии, что и для гипонимов в общеупотребительной лексике, так как терминосистемы являются частью естественного языка. Видовые наименования в общеупотребительной лексике образуются по тем же моделям номинации, что и термины-гипонимы: 1) свертывание глагольно-именного сочетания с гиперонимом в лексему-гипоним: чаевничать – бороновать, шлейфовать; 2) образование составных наименований: письменный стол – береза обыкновенная, ромашка лекарственная.

Значение термина обычно имеет двухсемную модель, т.е. складывается из сочетания двух признаков – ближайшего родового значения и видового отличия того или иного типа. Более четко выраженными гипонимическими связями обладают глаголы конкретного физического действия с узкой семантикой и термины, содержащие в своих значениях, как правило, одну гипосему: насыщать-2азотировать (‘азотом, азотными веществами’), газировать (‘жидким газом’), карбонизировать (‘углекислым газом’), минерализировать-2 (‘минеральными солями’) и др. Это многочленная гипонимическая группа открытого типа. Возможность образования новых гипонимов находится в зависимости от экстралингвистических причин, в частности, от внедрения новых технологий обработки чего-либо разными веществами.

Спорным является и вопрос о степени системной организации общеупотребительной и терминологической лексики. Считается, что терминологическая лексика более прогнозируема, системно организована, структурирована. Семный анализ глаголов с гипонимической связью показал, что иерархически упорядоченные системы глагольных гипонимов с четкими контурами являются в естественном языке зачастую не правилом, а исключением. В терминосистемах формирование гипонимических групп по указанным выше критериям и моделям осуществляется более последовательно. Это можно объяснить тем, что специалисты, создатели терминосистем, сразу пытаются «выстроить», уточнить иерархические отношения между терминами, чтобы более точно отразить их семантику в родо-видовых дефинициях.

В разделе «Объективные языковые показатели глагольной гипонимии в лексикографии» рассматривается отражение гипонимических связей в толковых и идеографических словарях. Принцип определения слова через род и его видовое отличие считается обязательным принципом организации толковых и идеографических словарей. С помощью родо-видового способа толкования уточняется иерархия семного состава в структуре лексического значения.

Актуальность исследования лексикографической репрезентации гипонимических связей слов связана со стремлением современных лексикологов и лексикографов сделать толковые словари «системнее», т.е. унифицировать модели и содержание дефиниций с учетом результатов исследований парадигматических связей слов (Ю.Д. Апресян, Л.Г. Бабенко, Л.М. Васильев, Ю.Н. Караулов, Э.В. Кузнецова, В.В. Морковкин, Н.Ю. Шведова).

В связи с этим чрезвычайно актуальным представляется поиск объективных показателей гипонимических связей глаголов в словарях разных типов (толковых, синонимических, идеографических). Активное развитие русской лексикографии, и особенно идеографии, позволяет осуществлять комплексный, индуктивно-дедуктивный, глагольных гипонимов в лексикографических источниках. В ходе компонентного анализа словарных дефиниций толковых словарей гипонимические связи слов выявляются индуктивно. Такой поиск гипонимов на основе компонентного анализа и сопоставления глагольных значений по родовым и видовым семам позволил сформировать гипонимические группы и выработать на этой основе рекомендации для унификации словарных дефиниций членов одной гипонимической группы.

В результате дедуктивного анализа содержания идеографических и синонимических словарей были выделены гипонимы в составе лексико-семантических групп синонимических рядов глаголов. Дедуктивный этап выделения гипонимов «сверху», т.е. в составе других парадигматических группировок, еще недостаточно разработан, хотя процесс создания идеографических словарей, или «ословаривания лингвистических описаний» (Ю.Н. Караулов), сейчас развивается активно.

В анализе родо-видовых дефиниций глагольных гипонимов в толковых словарях особое внимание уделялось проблеме унификации толкования значений членов одной гипонимической группы. В ходе анализа были отмечены случаи отклонения от родо-видового способа толкования, создающие сложности при выявлении глаголов с гипонимической связью: замена ближайшего родового слова на слово с более широким значением, на синоним гиперонима или однокоренной глагол, замена родо-видового способа на другой способ толкования, например отсылочный, и др.

Анализ отражения гипонимических связей слов в современных идеографических словарях русского языка показал, что эти связи являются важным способом иерархической организации лексики в составе лексико-семантических групп глаголов. В них систематизирован большой объем глагольной лексики по семантическим классам и лексико-семантическим группам (от 10000 до 35000 глагольных слов и значений). Представим некоторые результаты поиска гипонимических связей глаголов в идеографических словарях русской глагольной лексики.

Компонентный анализ класса глаголов «Предикаты звучания» в «Системном семантическом словаре» Л.М. Васильева позволил выделить многочленные гипонимические группы с родовым значением «Издавать звук», организованные по признаку «характер субъекта (источника звука)». Гипонимические группы выделялись в рамках трех подклассов словаря, различающихся по источнику звука: предикаты, обозначающие звуки, издаваемые неживыми предметами, живыми существами (кроме человека), и членораздельные и нечленораздельные звуки, издаваемые человеком. Количество гипонимических групп далее было дифференцировано по типу участника ситуации, или по источнику звука: 1) атмосферные явления природы, неодушевленные предметы; 2) животные, птицы, насекомые. Приведем пример гипонимической группы с более четкими «контурами» видовых отличий гипонимов, т.е. с одновариантным содержанием субъектной гипосемы, сформированной в тематической подгруппе «Непевчие птицы»: кричать-1 (гипероним) – гоготать – ‘обычно о гусях’, курлыкать – ‘обычно о журавлях’, куковать – ‘о кукушках’, кудахтать-1 (клохтать, обл. квохтать) – ‘О курице: издавать характерные звуки, похожие на «кудах-тах-тах»’ [СОШ], кукарекать, голосить – перен., ‘о петухах’, гоготать, гагакать – ‘обычно о гусях’, каркать – ‘о воронах, галках, грачах и т.п.’ (в СОШ содержание гиперсемы нерасчлененное: ‘1. О вороне’), ворковать (прост. воркотать, разг. турлыкать) – ‘о голубях’, урчать, чиликать – ‘о коноплянках’, трещать, цокать, стрекотать – ‘чаще всего о сороках’, чуфыркать, чуфыскать, чуфыкать – ‘о тетеревах’, бить – ‘о перепелах’, дергать – ‘о коростелях-дергачах’, цыкать – ‘о клестах и цыплятах’.

К сожалению, часто в семантике глаголов этого класса указывается несколько источников звука, т.е. содержание гипосемы ‘характер субъекта’ является расщепленным. Такое поликонцептуальное содержание субъектной гипосемы (источник звука) делает размытой оппозицию глагола с другими гипонимами, отодвигает его на периферию гипонимической группы: кричать, гукать, ухать, перен. стонать – ‘о многих, обычно больших птицах (филинах, совах, дергачах, дудаках, выпях, сычах и др.)’, крякать – ‘об утках, коростелях, сороках и т.п.’, клекотать, клектать – ‘об орлах, аистах и т.п.’, цыркать – ‘о ястребах и др.’, пищать – ‘о цыплятах, ястребах, чибисах, чайках и др.’, хрипеть – ‘о вальдшнепах и др.’, разг. харкать – ‘о вальдшнепах, глухарях и т.п.’.

В «Толковом словаре русских глаголов» под редакцией Л.Г. Бабенко был проведен компонентно-сопоставительный анализ дефиниций 384 глагольных значений в составе ряда лексико-семантических групп глаголов физического воздействия на объект – глаголов нанесения удара, прикосновения, обработки и рытья, повреждения объекта (неодушевленного объекта, тела живого существа), отрицательного воздействия на объект, разрушения и создания объекта в результате физического труда. В ходе компонентного анализа было выделено около 30 гипонимических групп глаголов в рамках этих лексико-семантических групп.

В четвертом томе «Глагол» «Русского семантического словаря» под редакцией Н.Ю. Шведовой впервые представлен большой объем лексики (35000 глагольных слов и выражений), систематизированных по тематическим классам слов и значений. Компонентный анализ значений глаголов разных тематических групп также позволил сделать вывод, что гипонимические связи являются важным способом организации лексики в пределах данных «лексических классов» (Н.Ю. Шведова) наряду с синонимическими и словообразовательными связями. Следует отметить разную степень гипонимической структурированности тематических групп глаголов в словаре. Наиболее многочисленными оказались группировки с гиперонимами работать (кем?), изготовлять (как? и что?), обрабатывать (чем? что? как?), покрывать (чем?), красить (чем?), резать, среза,ть (что? чем?), соединять, присоединять (как?), отделять, удалять и др.

Поиск глагольных гипонимов, соотносящихся с гиперонимом работать по виду профессии, роду занятий, позволил выявить многочленное гипонимическое гнездо смешанного, вертикально-горизонтального типа, объединившее гипонимы из смежных по семантике тематических групп словаря («Социальное состояние, обусловленное профессиональной, трудовой деятельностью, общественным статусом», «Сами занятия как постоянная работа, постоянный труд», «Военная служба», «Служебная и профессиональная деятельность»).

Возможность выделения гипонимических групп в тематических словарях русских глаголов подтверждает мысль о том, что такие словари содержат «базу данных для дальнейших изысканий в области глагольной семантики и глагольных классов слов» (Л.Г. Бабенко) и дают импульс для уточнения лингвистических параметров глагольной гипонимии в русской лексике.

В разделе «Деривационный потенциал глагольной гипонимии» рассматриваются особенности образования глагольных гипонимов на уровне как внешней, так и внутренней деривации.

Закономерности, установленные в ходе анализа гипонимических групп по характеру мотивационной основы, позволяют сделать вывод о том, что системный характер гипонимии проявляет себя и на словообразовательном уровне. В зависимости от степени отражения семантики мотивирующего имени в структуре производного глагола-гипонима было выявлено соотношение исходных гипонимических групп существительных и отыменных гипонимических групп глаголов. Например, ср. гипонимическую группу существительных по виду покрытия: асфальт, бетон, цемент, штукатурка, краска и др. – и производную гипонимическую группу глаголов: покрывать – асфальтировать, бетонировать, цементировать, штукатурить, красить и др.

В ходе словообразовательного анализа были выявлены и отглагольные приставочные гипонимические группы глаголов приготовления пищи и заготовки продуктов. Наиболее продуктивными при образовании производных приставочных групп оказались приставки за- (2), пере- (3), пере- (5) и под- (6) и особенно приставка на- (3). Так, от всех бесприставочных гипонимов в исходных гипонимических группах образуются соответствующие производные гипонимы с приставкой на-: наготовить – нажарить, напечь, наварить; наварить – натушить, напарить; назаготавливать – навялить, наквасить, накоптить, насушить.

Внутрисловная гипонимия рассматривается как вид эпидигматических связей, основанный на родо-видовом соотношении разных ЛСВ одного многозначного слова, т.е. на совмещении в пределах семантической структуры одного полисеманта родового и видового значений. Гипонимически соотнесенные производные ЛСВ развиваются в результате сужения, спецификации, или расширения исходного значения.

Направления развития таких ЛСВ у глаголов отмечаются преимущественно по линии расширения, абстрагирования значения – от видового к родовому: вооружить – ‘1. Снабдить, оружием, военным снаряжением... . 2. чем. Снабдить, оснастить орудиями, материалами, средствами для какой-либо деятельности’ [МАС]. Как видно из приведенных толкований, оба значения у глагола определяются через один и тот же глагол-гипероним (снабдить), но различаются количеством средств, вовлекаемых в действие.

Важным отличием гипонимической соотнесенности значений многозначных глаголов является то, что она устанавливается на основе родо-видовой соотнесенности не идентифицирующих сем, а дифференцирующих предметных гипосем ‘характер объекта’, ‘характер субъекта’, ‘орудие или средство осуществления действия’, является результатом сужения или расширения их содержания. Совмещение родового и видового значений в рамках семантической структуры многозначного слова позволяет решить проблему гипонимической лакунарности средствами полисемии, хотя, по нашим наблюдениям, внутрисловная гипонимия не очень распространена в глагольной лексике.

Третья глава «Глагольные гипонимы и синонимы в лексико-системном аспекте» содержит описание гипонимических и синонимических связей слов в сопоставительном аспекте. Разграничение гипонимии и синонимии – один из сложнейших вопросов лексической семантики, так как эти связи не имеют жесткой границы не только в речи, но и в языковой системе, в словарях синонимов. Смешение синонимов и гипонимов в составе синонимических рядов отмечалось еще в 1970-х годах в рецензиях на однотомный и двухтомный академические словари синонимов под редакцией А.П. Евгеньевой и на словарь синонимов З.Е. Александровой. Поэтому одну из задач исследования составило сопоставление гипонимических и сининимических связей глаголов. Определение различий между гипонимией и синонимией и поиск включений глаголов с гипонимической связью в составе синонимических рядов осуществлялись не со стороны синонимии, а на основе установленных в исследовании критериев глагольной гипонимии.

В результате сопоставительного анализа глагольных гипонимов в их отношении к синонимам было установлено наличие зоны пограничных явлений между гипонимией и синонимией, в рамки которой были включены такие трудноквалифицируемые случаи, как синонимы с признаками обобщенно-качественной характеристики действия и дистрибутивные синонимы с нерасчлененным содержанием признаков ‘характер объекта’ и ‘характер субъекта’. Явное смешение рассматриваемых видов семантических связей, т.е. включение глаголов с гипонимической связью в состав глагольных синонимических рядов в словарях синонимов, на наш взгляд, является не только и не столько следствием несовершенства лексикографических описаний, сколько проявлением определенной языковой закономерности взаимодействия глагольной гипонимии и синонимии как смежных видов семантических связей.

Анализ работ, касающихся некоторых аспектов проблемы синонимии, показал неоднозначный подход исследователей к решению вопросов о соотношении синонимов и несинонимов, в частности глаголов с гипонимической связью. Это потребовало определить исходные позиции в понимании гипонимической и синонимической связей слов как видов семантической связи, основанных на разных уровнях смысловой близости и организованных разным комплексом различающих признаков.

  • В ходе проведенного анализа синонимических рядов, имеющего своей целью определение «обоснования» их состава, сложились следующие критерии отграничения гипонимов и синонимов в составе синонимических рядов в словарях синонимов:
  • 1. Общая часть значения синонимического ряда не должна иметь лексемного выражения, поэтому в толкование значения синонимического ряда (СР), даже если оно нелексемное, не должно входить слово, являющееся членом этого ряда.

2. Сопоставление по принципу координат дифференциальных сем, релевантных для гипонимических и синонимических связей слов, позволило выявить зоны соотношения гипонимов и синонимов: полярную зону, зону пограничных, переходных явлений и зону возможного смешения гипонимов и синонимов, следствием которого является включение слов с гипонимической связью в состав современных словарей синонимов.

3. Одним из объективных показателей гипонимических связей является тип толкования значения глагола в толковом словаре. Так, члены синонимического ряда не должны быть связаны родо-видовым способом толкования, когда один синоним ряда толкуется через другой, представленный в составе этого же ряда, и при этом в дефиниции устанавливается существенный для гипонимов отличительный признак – гипосема.

Особенно широко представлены слова с несинонимическими, качественными отличиями в составе синонимических рядов «Нового объяснительного словаря синонимов» Ю.Д. Апресяна и «Словаря русских синонимов и сходных по смыслу выражений» Н. Абрамова, ориентированных на широкое понимание границ синонимии в языке, допускающих включения слов с отличиями не только квантитативно-синонимического характера (квазисинонимы).

Нежесткий характер границы между гипонимией и синонимией обусловил наличие зоны пограничных явлений в соотношении этих связей. Непосредственно контактирующей с глагольными гипонимами в пограничной зоне и зоне смешения гипонимии и синонимии оказалась группа смысловых синонимов. Компонентный и сопоставительный анализ глагольных синонимов в составе синонимических рядов нескольких словарей синонимов составил содержание отдельного раздела третьей главы. По итогам анализа установлены некоторые закономерности, которые нашли свое отражение в явлении смешения гипонимов и синонимов составе синонимических рядов. Смысловые синонимы могут содержать, кроме признака интенсивности, обобщенно-качественную характеристику действия (спать – дремать, плакать – нюнить, канючить, хлюпать), связанную с сигнификативными различиями, а в группе дистрибутивных синонимов с фразеологически связанными значениями гипонимические отличия ‘характер объекта’ и ‘характер субъекта’. Например, износить – истоптать (обувь), обучать – дрессировать (животных, собак), появиться – навернуться (о слезах), остановить – осадить (лошадь), сообщать – рапортовать (начальству), поместить – вложить (деньги).

В результате анализа зоны смешения гипонимов и синонимов в составе глагольных синонимических рядов было выявлено более 60 случаев включений глаголов с гипонимической связью в составе синонимических рядов в словарях синонимов В.Н. Клюевой, З.Е. Александровой, а также в однотомном и двухтомном академических словарях синонимов под редакцией А.П. Евгеньевой.

Сопоставительный анализ глагольных синонимических рядов по материалам словарей синонимов русского языка, выявивший разные случаи несовпадения в составе этих рядов, показал, что проведение такой «операции», как выведение слов с гипонимической связью из состава ряда, более очевидно на материале денотативно соотнесенных глаголов действия и менее доступно на материале сигнификативно соотнесенных глаголов состояния и отношения.

Чаще в составе многочленных синонимических рядов обнаруживалась гипонимическая связь членов ряда с опорным словом. Например, была выявлена гипонимическая связь доминанты похищать с синонимами ряда красть, воровать (похищать тайно) и грабить (похищать, применяя грубую силу, насилие) по гипосеме ‘способ осуществления действия’.

Высказанные замечания о включении некоторых гипонимов в состав синонимических рядов вовсе не ориентированы на вывод о необходимости коренного пересмотра состава СР в словарях синонимов. Тем не менее, продолжение работы по выделению слов с гипонимической связью в словарях синонимов представляется актуальным не только в теоретическом, но и в практическом плане – для разграничения синонимов и квазисинонимов в синонимических словарях как ядра и периферии этих связей и для уточнения состава гипонимов русского языка. Как бы ни квалифицировались подобные отношения, необходимо особо отмечать их в составе синонимического ряда.

Понимание того, что сопоставление гипонимических и синонимических связей глагольных слов только на лексико-системном уровне, без обращения к тексту, будет неполным, привело к рассмотрению этих видов семантических связей в функциональном аспекте, что составило содержание четвертой главы работы «Гипонимические связи глаголов в речи». Актуальность функционального аспекта анализа гипонимических связей представляется очевидной. Гипонимические связи слов, основанные на отношениях подчинения, субординации, создают иерархическую организацию текста.

Функции гипонимов в тексте выявляются на сопоставительном фоне с синонимами, поскольку выдвинутое в исследовании положение об отсутствии жесткой границы между этими видами парадигматических связей относится прежде всего к тексту, где они могут оказаться сближенными, взаимосвязанными.

Анализ текстовых фрагментов, содержащих гипонимы, позволил выявить как одиночное, так и совместное употребление слов с гипонимической связью. При одиночном употреблении обычно наблюдается использование гипонимов в прямом, т.е. родовом или видовом, значениях. Непрототипическим является употребление этих слов в переносно-метонимическом смысле:

1. Перенос по таксономической вертикали:

а) гиперонимизация, или сужение значения гиперонима по линии «с рода на вид», когда гипероним используется в роли видового слова: Уберите животное (= собаку, кошку…); переносное видовое значение гиперонима выступает в таких контекстах как синекдоха: Какая у вас красивая обувь (= сапоги). Купите цветы (= розы).

б) гипонимизация, или расширение значения видового слова по линии «с вида на род», когда гипоним используется в роли родового слова: Ароматы (= запахи) весны. Не надо варить (= готовить) обед. Береги копейку (= деньги).

2. Перенос по таксономической горизонтали – «с вида на вид»: использование одного видового слова в значении другого: Ну, и аромат (= вонь) у вас. По реке проезжали (= проплывали) баржи с лесом.

В речи гипероним чаще используется вместо гипонима. Такая функциональная активность гиперонима вполне объяснима его семантическим статусом – более бедным с точки зрения семного состава значением, способным выражать характеристики разной степени обобщенности, а также большей дистрибутивной свободой по сравнению с гипонимами, более насыщенными семантическими признаками и менее свободными в своей сочетаемости. Синонимическая замена видового слова родовым имеет и текстовую мотивацию: нередко гипонимы, значение которых вызывает отрицательное отношение, страх и другие неприятные чувства, заменяются гиперонимом как словом с более широким и часто отвлеченным значением. Замена гипонима родовым словом или другим гипонимом группы может выполнять эвфемистическую функцию, что позволяет снять отрицательную оценочность: В комнате стоял такой запах (= вонь), что решили открыть окно. Гиперонимизация в определенных условиях общения придает ему экспрессивно-стилистическую окраску, в том числе юмористический оттенок: Сегодня деньгу (= аванс, зарплату) давали.

Основное внимание в настоящем исследовании было уделено анализу особенностей совместного употребления гипонимов в пределах текстовой парадигмы, а также условий расширения границ гипонимии в речи.

В ходе когнитивного анализа были выделены прототипические и непрототипические условия реализации гипонимов в текстах разных стилей (в основном в текстах художественных произведений и периодики). Под прототипическими характеристиками гипонимии в речи понимаются «образцовые» текстовые условия, в которых реализуются собственно гипонимические связи слов на основе системно-языковых парадигм или концептуализируются и вербализуются новые видовые понятия.

Как показывает исследовательский материал, глаголы, обладающие гипонимической связью, могут реализовать ее с той или иной степенью адекватности системно-языковому образцу группы в зависимости от соположения глаголов с родовым и видовым значениями в номинационной цепочке текстового фрагмента, а также от типового контекста их функционирования и других текстовых условий. Под соположением гипонимов понимается препозиция или постпозиция глагольного гиперонима как ведущего, организующего рассматриваемый вид связи, а также контактное или дистантное положение гипонимов в текстовом фрагменте. Оппозиция глаголов оказывается здесь существенным признаком, поскольку указывает на направление связи, раскрывает вид семантических отношений в текстовом фрагменте.

Гипероним в препозиции обычно реализует функцию обобщения, генерализации, а гипонимы после слова с родовым значением – метаязыковую функцию уточнения, конкретизации, выделения дополнительной информации, а также стилистическую функцию переименования, замещения (М.В. Лысякова). Гипонимы при этом могут находиться как в контактном, так и в дистантном положении по отношению к гиперониму: 1. Какие чувства (Р) испытала молодая жена? Тоску, одиночество, ревность? (В, В, В) (АиФ, 2006). 2. Лучше всего готовить (Р) картофель прямо в кожице – запекать (В) или варить (В) в мундире (АиФ, 2010).

Слова с родовым и с видовым значениями выражают при таком соположении отношения пояснения в двух разновидностях – включение и уточнение.

Отношения включения отмечаются в случаях постпозиции гиперонима, когда родовое слово стоит в тексте после гипонима (В… – Р). Эта связь реализуется в определенных текстовых условиях:

а) в структурах с пояснительными союзами то есть, а именно, а значит при гиперониме в постпозиции: Дело Баринова должно быть закрыто не по формуле «оправдан». Алексей Викторович должен быть полностью реабилитирован (В), а значит, восстановлен (Р) в своих правах и полномочиях (МК в Архангельске, 2007).

б) в текстовых фрагментах с синтагмами, поясняющими значение гипонима, в том числе в конструкциях тождества (В – (это) Р…), где родовое слово обычно находится в постпозиции и поясняет значение гипонима в составе текстовой дефиниции или более развернутого метаязыкового комментария.

Степень близости текстовой поясняющей синтагмы с родовым словом к словарной дефиниции гипонима может быть разной в обоих типах конструкций. Она зависит от стилистической принадлежности текста, степени его «жесткости» или «мягкости» (В.В. Степанова), от авторских интенций. Если слово малопонятное, относится к пассивной лексике или лексике ограниченного употребления, то автор, реализуя метаязыковую функцию языка, мотивируя свой выбор, рефлексируя, вынужден включать в текст комментарии к его значению. Поясняющая текстовая дефиниция с гиперонимом с разной степенью близости к узуальной словарной дефиниции объясняет, уточняет значение видовых слов. В более жестких научных текстах пояснение значения термина или профессионализма обычно ближе к узуальной словарной дефиниции: Надо «прозвонить» (В) все цепи машины ЭВМ, то есть проверить (Р) каждую в отдельности (И. Рувинский. Пускачи). 2. Адаптация (В) после полета проходит сложно. Но мы уже научились быстрее восстанавливать (Р) космонавтов» (АиФ, 2008).

В текстах художественной литературы, в публицистике и разговорной речи как в менее жестких текстах в отличие от научной, профессиональной и официально-деловой речи авторская мотивация имеет чаще интерпретационный характер, особенно если гипоним является окказионализмом или не очень понятным словом: 1. Советский «канцелярит» (В), язык (Р), на котором изъяснялись образованные «совки» (Е. Попов. Зеленые музыканты). 2. Стопка (В) стеклянная емкость (Р) для водки размером с рюмку, но без ножек (Е. Попов. Зеленые музыканты).

Следует отметить, что в интерпретационный процесс вовлекаются не только исходная дефиниция, но и авторские интенции, а также контекст культуры. При этом эстетический и культурно-исторический коды автора и читателя могут не совпадать, а недостаточное знание кода приводит к недопониманию текста Значимость метаязыковых рефлексивов возрастает, если речь идет о прошлых исторических периодах (например, в мемуарной литературе) или об этнокультурных традициях: Что это еще за «обед», когда по-русски (и по-сибирски) это называется просто «поминки» … Поминки (В) это не завтрак, обед или ужин, а вневременная русская трапеза (Р), когда вернувшиеся с кладбища люди плотно едят, пьют много водки, вспоминают усопшего добрым словом <…> Таких обычаев нет в других странах (Е. Попов. Зеленые музыканты). Ср. в СОШ: поминки – ‘Обряд угощения после похорон в память умершего’.

Уточнение – наиболее часто отмечаемое отношение при реализации собственно гипонимической связи, когда гипероним находится в препозиции (Р–В–В…). Гипонимы при этом находятся, как правило, в контактной связи. К структурам, в рамках которых реализуются отношения уточнения, можно отнести следующие:       

а) предложения с обобщающим словом (гиперонимом) в препозиции ряда однородных членов предложения (гипонимов):Раньше, когда у меня было жуткое настроение, я приходила домой и начинала готовить (Р): резать, жарить, тушить (АиФ. Суперзвезды, 2004).

  • б) предложения с деепричастным оборотом, где деепричастие-гипероним поясняет глагол-гипоним: Лубков картавил (В), не выговаривая (Р) ни Р ни Л (А. Чехов. Ариадна). Этот способ уточнения характерен только для глаголов.
  • в) гипонимы в контексте антитезы (не В-1, а В-2), где наблюдается противопоставление только слов с видовым значением: Смерчев с моей женой на руках летел над землей, а я уже даже не бежал, а плыл по какой-то грязи (В. Войнович. Москва 2042).

Особое внимание уделялось непрототипическим ситуациям соотнесенности слов как гипонимов, переходным или трудноквалифицируемым структурам на границе гипонимии и синонимии, а также разного рода модификациям родо-видовой схемы-прототипа с сохранением собственно гипонимической связи или с перекатегоризацией гипонимов в речевые синонимы.

  • Модификация гипонимической схемы-прототипа с сохранением гипонимической связи отмечается в тех ситуациях, где соблюдается главное условие реализации собственно гипонимической связи (гипероним в препозиции). Рассмотрим эти условия на примере ряда текстовых фрагментов с глагольными гипонимами.

Неполная реализация гипонимической схемы-прототипа, когда в речи используются не все гипонимы группы, а только частотные или отсутствует гипероним как родовой концепт. Так, наиболее часто встречаются в художественных и публицистических текстах гипонимы из следующих групп: солить, перчить (реже употребляются гипоним сахарить и гипероним-словосочетание класть специи в кушанье); думать (Р) – вспоминать (В); слышать, видеть (реже гипонимы осязать, обонять и гипероним ощущать); есть, пить (реже родовое сочетание принимать пищу); готовить (Р) – варить, жарить, печь (В). Например: 1. Сливался и я с этим видимым, слышимым (В, В) мною миром … отчетливее видел и осязал (В) предметы, чувствовал (Р) земные запахи (вместо обонял (В). – Е.К.), слышал (В) земные голоса (Д. Мамин-Сибиряк. Детство). 2. Он хотел, чтобы у него были дом, жена, которая готовила бы (Р) обеды ... Кстати, будучи уже женой Александрова, Орлова слыла удивительной хозяйкой. <…> Она очень любила печь, варить (В) (АиФ, 2007).

Текстовый анализ показал, что гипонимы, как и члены других лексико-семантических парадигм (ЛСГ, антонимы), в определенных текстовых условиях могут быть одним из языковых источников речевых синонимов.

  • Сближение гипонимов и синонимов на функциональном уровне обусловлено нежесткостью границы между этими видами лексико-семантических связей в парадигматике. В речи нежесткость границы между явлениями гипонимии и синонимии как лексико-семантических категорий, схожих в части своих свойств, проявляется еще более активно. В частности, гипонимы могут использоваться в сходных с синонимами функциях.

Необходимость разграничения гипонимов и синонимов в тексте связана с проблемой разграничения системных и речевых синонимов (П.С. Александров, Ю.Д. Апресян, В.П. Белянин, Т.Г. Винокур, В.Г. Гречко, В.В. Левицкий, О.М. Николаева, Ж.П. Соколовская, А.Я. Скшидло, В.Д. Черняк и др.). Это должно служить для уточнения не только функциональных свойств и границ гипонимии, но и характеристик синонимов.

Модификация схемы реализации собственно гипонимических связей слов в тексте (родовое слово в препозиции) может приводить к перекатегоризации гипонимов, т.е. к сближению их по синонимическому типу. Применительно к гипонимам такими непрототипическими ситуациями, когда возможно их функционирование в качестве синонимов, являются следующие условия нейтрализации гипонимических отличий:

1. Изменение соположения гипонимов, типичного для реализации собственно гипонимической связи (гипероним в препозиции: Р – В), на обратное а именно: сначала употребляется слово с видовым значением, а затем, в постпозиции, – слово с родовым значением (В – Р). Первое условие является особенно важным при синонимическом сближении дистантно соположенных глаголов с родовым и видовым значениями: Но накануне первого съемочного дня в автокатастрофе разбился (В) его лучший друг. Причем погиб (Р) на машине, которую ему «выбил» сам Юматов (АиФ, 2006).

2. Наличие типовой конструкции функционирования синонимов, или нейтрализующий контекст, а именно: номинационная цепочка глагольных гипонимов – ряда контактно соположенных однородных членов предложения с отношениями перечисления (В-1, В-2, В-3…) или соединения (В-1 и В-2), где также отмечается модификация родо-видовой схемы прототипа, т.е. синонимизация гипонимов: Таких актрис, как Анна Невская, называют «синтетическими». Они могут и спеть, и сплясать, и сыграть драматическую роль (и В, и В, и В) (АиФ, 2007).

Несмотря на сходство речевых условий употребления гипонимов в данных текстовых фрагментах (контактное соположение в пределах ряда однородных сказуемых с отношениями перечисления), гипонимическая связь глаголов, т.е. существенные отличия гипонимов, не полностью «приглушаются».

3. Синонимизация гипонима с гиперонимом, когда гипероним употреблен в составе синтагмы, раскрывающей значение гипонима. Такая родовая синтагма является текстовой дефиницией, поясняющей значение видового слова. Степень близости текстовой поясняющей синтагмы к словарной дефиниции гипонима может быть разной – в зависимости от степени жесткости, вариативности того или иного типа текста. В более жестко организованных текстах документов прием авторской метаязыковой интерпретации практически не используется. Так же близко к словарной дефиниции, как в научных и официально-деловых текстах, возможно пояснение значений более понятных слов и в текстах периодики: Хазанов гриппует (В) (заголовок статьи. – Е.К.). Почти вся семья знаменитого юмориста Геннадия Хазанова болеет (Р) гриппом (Жизнь, 2008). В вариативных, менее жестких текстах художественной литературы и в разговорной речи авторская мотивация имеет чаще интерпретационный, поясняющий, оценочный характер, особенно если гипоним – слово новое, тем более – окказиональное. Автор, реализуя метаязыковую функцию языка, мотивируя свой выбор, вынужден включать в текст комментарии к значению гипонима: Мы с Людой решили пройтись по местным магазинам. Шоппинговать (В) с охраной как-то неловко (Собеседник, 2004).

4. Синонимизация гипонимов в тексте при наличии указанных условий может наблюдаться и в том случае, если вместо них (или одного из них) употребляются синонимы родового или видового слов.

5. Синонимизации отдельных гипонимов, «стиранию» их качественных, гипонимических, отличий способствует высокая частотность совместной встречаемости этих гипонимов в речи. Как показывают наши наблюдения и данные ассоциативных словарей под редакцией А.А. Леонтьева и Ю.Н. Караулова (САН, РАС), это такие гипонимы, как видеть, слышатьи гипероним ощущать (часто как текстовый синоним своих гипонимов обонять и осязать); думать (гипероним) и вспоминать; гипероним готовить и гипонимы варить, жарить, печь; гиперонимы исполнять, выступать и гипонимы петь, танцевать и др. Приведем лишь некоторые примеры такой совместной встречаемости данных глаголов в художественных и публицистических текстах: Приглашала на чай, щебетала, невольно всматриваясь, вслушиваясь и внюхиваясь, стараясь отыскать признаки измены (Мир новостей, 2004). Виктория Петровна не отходила от кухонного столаварила, жарила, пекла, солила, делала заготовки на зиму, которые хранились в погребе на даче (АиФ. Суперзвезды, 2004).

При перекатегоризации, т.е. сближении гипонимов по синонимическому типу в речи в условиях нейтрализующего контекста, у гипонимов в роли речевых синонимов отмечаются функции, сходные с синонимами (уточнения,  эмоционально-экспрессивная и др.). Гипонимы в роли речевых синонимов в составе ряда однородных членов предложения с отношениями перечисления развивают градационные отношения, играют, как и синонимы, заметную роль в создании динамизма и экспрессии текста: Швед, русский колет, рубит, режет... (А. Пушкин. Полтава). Ну, ребята, страна большая, дыр в коммунальном комплексе много, кто ж наверняка знает, где именно в России потечет, лопнет, сломается, взорвется (В, В, В, В)? (Мир новостей, 2003).

Отдельный раздел четвертой главы содержит анализ источников функциональной гипонимии. Гипонимические связи глаголов в тексте имеют двойственную мотивацию. Текстовая связанность глаголов с родовым и видовым значениями может опираться на парадигматику, на наличие гипонимических связей в системной организации лексики, т.е. отражать их прототипические характеристики.

Гипонимические связи глагольных слов при определенной внутритекстовой мотивации могут создаваться и в тексте, возникать как функциональное свойство у глаголов, не обладающих данными семантическими отношениями, т.е. являться основой для развития функциональной гипонимии как одного из видов семантических сближений слов в тексте. Явление функциональной гипонимииустанавливается в общем плане внутритекстовой мотивированности связей слов и привлекает в лингвистическом анализе текста все большее внимание. Характер внутритекстовой мотивированности представляется многообразным и индивидуальным в своих проявлениях, которые далеко еще не установлены в полной мере. При этом формируются гипонимические группы ассоциативного типа, а также другие сближения глаголов как слов с родовым и видовым значениями в условиях текста.

Одним из основных условий возникновения у глаголов гипонимических связей, не отмечаемых в их значении (что подтверждают дефиниции толковых словарей), является соположение глаголов в номинационной цепочке текстовых фрагментов. В этом соположении глаголы, употребляемые в препозиции, приобретают функциональные свойства родового слова. Глаголы, представленные в постпозиции, соответственно, приобретают свойства видового слова, т.е. возникает возможность их толкования через слово, стоящее в препозиции фрагмента. Это позволяет рассматривать глаголы как функциональные гипонимы.

Под функциональными гипонимами понимается семантическое сближение слов, допускающее толкование глаголов через значение одного из них с установлением гипонимически значимого признака, по которому осуществляется их противопоставление.

Источником сближения глаголов по гипонимическому типу могут стать а) функциональные гипонимы на ассоциативной основе, когда гипонимическая связь слов выявляется по признаку, не отраженному в словарных толкованиях, но раскрываемому в текстовом фрагменте; б) глаголы из сферы ограниченного употребления (жаргонизмы, диалектизмы, узкоспециальные слова); в) члены смежных ЛСГ или г) более широкие глагольные объединения «совокупное действие – его элементы», соотносимые в тексте как однородные члены предложения с глаголами широкой семантики как с обобщающими словами (делать, жить, существовать, трудиться и др.). Сближение функциональных гипонимов поддерживается такими текстовыми условиями, как наличие общей речевой ситуации, лексического окружения и типовой конструкции предложений с отношениями перечисления между членами номинационной цепочки – гипонимами в роли однородных членов предложения.

В качестве примера функциональных гипонимов ассоциативного типа могут выступать глаголы думать, вспоминать, представлять. Эта связь глаголов устанавливается на основе анализа текстовых фрагментов и с учетом частоты их совместной встречаемости по данным «Словаря ассоциативных норм русского языка» [САН]. Анализ показал, что качества родового слова принимает в тексте глагол думать, а видовыми к нему являются вспоминать и представлять. Эта связь определяется по гипосеме «характер временного среза», который не эксплицирован в их словарных дефинициях: вспоминать = думать о прошлом, представлять = думать о будущем. Между тем в словарных дефинициях вспоминать и представлять глагол думать отсутствует: вспомнить – ‘Восстановить, возобновить в памяти’; представить – ‘7. (обычно со словом «о себе»). Мысленно воспроизвести, вообразить’ [MAC].

Совместную встречаемость глаголов думать, вспоминать, которая часто наблюдается в текстах, особенно в художественных текстах, могут проиллюстрировать следующие текстовые фрагменты: Мы молчим продуктивно: он думает о чем-то своем, а я о своем. Я вспоминаю о том, как мы встречали Новый год у одного Жориного приятеля (Ю. Трифонов. Утоление жажды).

В приведенном фрагменте текстовый гипероним думать соотносится с гипонимом вспоминать по гипосеме ‘характер временного среза’. Глагол вспоминать, находящийся в постпозиции, уточняет временной план, к которому обращены думы, размышления героев, – о прошлом. Иногда этот хронологический признак эксплицируется в контексте: Я воспринимаю как желанный отдых, когда можно о чем-то сокровенном подумать, проанализировать. В последнее время я стала часто вспоминать прошлое <…> общаясь с внуками, я волей-неволей что-то вспоминаю (АиФ, 2004).

В условиях, в которых наблюдается функциональная гипонимия, могут отмечаться и другие виды семантических отношений между глаголами. Явление функциональной гипонимии глаголов следует отличать от смежных семантических отношений, например, от отношения, которое может быть выделено как «совокупное действие – его элементы». Оно сопоставимо с отношением «целое – его части», наблюдаемым у существительных (час – минута, секунда и т.д.). Функциональная основа этих отношений создает почву для их смешения с гипонимическими связями. Между тем их можно рассматривать только как смежные виды отношений глагольных слов в тексте.

Совокупное действие, как правило, обозначают глаголы с широкой понятийной основой, такие как делать, жить, существовать, трудиться и др.

  • Они способны включать в объем своего понятийного содержания, объединять как совокупность различные, порой противоположные до антонимичности, действия, сближение которых чаще всего не находит подтверждения в словарных толкованиях.
  • Смежность рассматриваемого вида отношений с гипонимическими связями может иметь своим следствием то, что при нейтрализации некоторых признаков отношение «совокупное действие – его элементы» может принимать вид функциональной гипонимии. Но при этом следует учитывать, что в отличие от глагольных гипонимов глаголы – элементы совокупного действия – организованы в тексте, как правило, глаголами с широкой понятийной основой, которые могут стоять как в препозиции, так и в постпозиции фрагмента без изменения отношений с составляющими значение элементами. Совокупное действие представлено, судя по данным анализа, рядом разновидностей, которые устанавливаются по видам отношений между его элементами (синонимические, антонимические, видо-видовые, отношения последовательности и др.). В ряду элементов совокупного действия отношения между ними могут иметь и смешанный характер. Элементы совокупного действия могут относиться к разным семантическим классам глагольных слов (действия, состояния, отношения): 1. А на самом деле я жил своей отдельной жизнью – ел, спал, читал книжки, думал и ждал (В. Войнович. Москва 2042). 2. Что они сделали такого замечательного? Что построили, разрушили, создали, придумали, завоевали, переделали? (Т. Толстая. Отчет о культе имущества). Разграничение гипонимических и смежных с ними отношений типа «совокупное действие – его элементы» способствует дальнейшей разработке явления внутритекстовой мотивации.

Итак, гипонимические связи глагольных слов при определенных текстовых условиях могут являться основой для развития функциональной гипонимии как одного из видов семантических сближений слов в тексте, некоторые источники которого были рассмотрены выше.

Семантическая отдаленность функциональных гипонимов не безгранична. В качестве ограничительного условия выступает их обязательная принадлежность к одному семантическому классу глаголов, к одной или смежным по семантике ЛСГ. Реализация родо-видовых возможностей глагольных слов на уровне функциональной гипонимии, распространяясь до пределов широких отношений, способствует взаимодействию смежных по семантике ЛСГ глаголов в тексте.

В заключении обобщены основные результаты и намечены перспективы исследования. Гипонимические связи слов являются способом организации когнитивных структур, которые включаются в языковую картину мира, способную обеспечить ориентацию человека в определенных сферах знания. Когнитивный подход к изучению гипонимии способствовал получению результатов, углубляющих современные представления о процессах категоризации русской лексики, позволяющих рассматривать гипонимию как семантическое явление, связанное с познавательной деятельностью человека, по-новому интерпретировать содержание таких понятий, как род и вид, гипонимическая группа, ее прототипическая структура, состав и место в парадигматических связях лексики русского языка (лексико-семантические группы, синонимические ряды).

В процессе когнитивно-семантического анализа было уточнено понимание гипонимии как самостоятельного вида лексико-семантической связи, ограниченной привативной и эквиполентной оппозициями гипонимов на уровне лексических гиперсем и гипонимически значимых дифференциальных признаков (гипосем), определен состав гипосем для глаголов действия и состояния, сформированы гипонимические группы глаголов по типу гипосем, организующих их структуру, и по динамическим и деривационным характеристикам. В процессе комплексной характеристики глагольной гипонимии были введены и определены такие понятия, как глагольная гипосема, прототипический центр и периферия гипонимической группы, гипонимически сильные и слабые глаголы, гипонимическое гнездо как структура переходного типа между гипонимическими и лексико-семантическими группами, внутрисловная гипонимия и функциональная гипонимия.

Выделение гипонимических связей в рамках семантических классов глаголов действия и состояния потребовало всестороннего изучения критериев этих связей, состава глагольных гипосем как системообразующих признаков того или иного семантического класса или ЛСГ глаголов. Было установлено, что гипонимические связи характерны более для ЛСГ глаголов конкретного физического действия, чем для глаголов состояния. Гипонимические группы глаголов  действия отличаются разнообразием оппозиций гипонимов по разным типам гипосем (характер объекта, орудие или средство, способ, время, результат и цель осуществления действия) в отличие от глаголов состояния.

Анализ структуры гипонимических групп глаголов показал, что многие из них имеют открытый характер и могут пополняться новыми гипонимами. Тенденция к открытости состава, свойственная гипонимическим группам глаголов, обусловлена основным назначением гипонимических связей – удовлетворением номинативных потребностей языка. В организации гипонимических групп, формировании их состава проявляется механизм вербализации вновь появляющихся видовых значений, где каждый гипоним актуализирует и уточняет определенный фрагмент действительности.

Сложности выявления корпуса глагольных гипонимов, отклонения от прототипических критериев в их оппозициях связаны с гибкостью и многозначностью семантической структуры глаголов, с ядреной или периферийной расщепленностью (поликонцептуальностью) семного содержания в их значениях, сигнификативной природой субъектно-объектных гипосем, накладывающих ограничения на таксономический класс участника процессуальной ситуации (человек, животное, растение, предмет, транспортное средство и др.). На степень гипонимической активности глаголов влияет многозначность этих слов: в разных значениях они могут быть включены в состав разных гипонимических групп.

Дедуктивный анализ семантических словарей позволил выявить слова с гипонимической связью в составе синонимических рядов в словарях синонимов, где гипонимы часто не дифференцируются, смешиваются с синонимами, а также уточнить состав гипонимических групп в ходе анализа содержания современных идеографических словарей, прежде всего, словарей глаголов.

Поиск гипонимов в составе некоторых лексических объединений в семантическом словаре Л.М. Васильева и в идеографических словарях глаголов под редакцией Л.Г. Бабенко (Толковый словарь русских глаголов), Н.Ю. Шведовой (Русский семантический словарь. Т. 4) подтвердил, что гипонимические группы являются продуктивным способом организации лексики в ЛСГ глаголов звучания, физического воздействия на объект, изготовления, обработки, покрытия, соединения, разделения, исполнения (музыкальных или художественных произведений), приема, приготовления и заготовления пищи, трудовой деятельности (профессии, рода занятий) и др.

Анализ деривационного потенциала гипонимических связей глаголов показал, что образование гипонимов в когнитивном аспекте направлено на достижение гносеологических целей. Новые гипонимы являются средством языковой фиксации все глубже познаваемых и активно вводимых в человеческую практику действий и явлений.

Наблюдения над функционированием глагольных гипонимов в текстах разных стилей позволили раскрыть их текстообразующие возможности, установить прототипические условия, в которых сохраняется собственно гипонимическая связь слов. Если в тексте первым употребляется слово с родовым значением, а слово с видовым значением следует за ним, то наблюдается реализация гипонимической связи слов, т.е. основной метаязыковой функции гипонимов – функции обобщения и генерализации для гипернимов и уточнения, конкретизации для слов с видовым значением. При обратном расположении (гипероним после гипонима) различающие признаки нейтрализуются, вплоть до синонимизации гипонимов в тексте.

Уточнение гиперонима гипонимом по мере смыслового развертывания текста ведет к обогащению родового значения или к появлению, концептуализации новых видовых смыслов.Текстовый анализ подтвердил, что менее жесткими, допускающими интерпретацию при концептуализации видовых значений, являются художественные и публицистические тексты. В этих текстах значение гипонима не ограничивается пояснением на уровне словарной дефиниции, как в более жестких научных или официально-деловых текстах, а интерпретируется в рамках более широкого контекста – от текстовой дефиниции до более развернутого метаязыкового комментария, рефлексива, отражающего разные фоновые, в том числе индивидуально-авторские, ассоциации.

Анализ непрототипических ситуаций реализации гипонимической схемы-прототипа вскрыл такое явление внутритекстовой мотивации, как функциональная гипонимия, в результате которой происходит расширение рамок глагольной гипонимии в тексте, а также показал, что в условиях нейтрализующего контекста возможно использование гипонимов в качестве функциональных синонимов.

Хотя изучение глагольной гипонимии в русском языке связано с целым рядом еще не вполне решенных проблем, проведенное исследование показало, что гипонимические связи глаголов – это достаточно дифференцированное семантическое явление в системе лексической парадигматики, правда, с разной степенью «активности» проявляющееся на разных участках лексической системы естественного языка.

В процессе исследования открылись новые, требующие дальнейшей разработки вопросы, в частности, иерархическая систематизация состава лексико-семантических групп в современных идеографических словарях. Это позволит уточнить контуры глагольной гипонимии, а также четче представить структуру ЛСГ глаголов.

Критерии гипонимии, установленные на материале глаголов действия и отдельных групп глаголов состояния, открывают возможности для дальнейшего уточнения тематической и иерархической связи субъектно-объектных гипосем в оппозиции глагольных гипонимов, для выявления глубинной структуры гипонимических групп, что следует учитывать и при изучении гипонимических связей глаголов отношения.

Несомненна связь результатов исследования глагольной гипонимии с теорией языка и практикой лексикографии. Они могут быть использованы при дальнейшем изучении системных связей слов в лексике, в решении ряда сложных вопросов лексикографии, в частности при систематизации лексического материала в составе семантических классов и лексико-семантических групп в идеографических словарях. Актуальность дальнейшего исследования внутрисловной гипонимии определяется необходимостью решения такой важной лексикографической задачи, как разработка методики иерархизации ЛСВ в семантической структуре многозначных слов.

Имея большие классифицирующие возможности, гипонимия должна учитываться при отборе унифицированного материала для лексикографических изданий разных видов (толковые и идеографические словари), при уточнении границы синонимии и гипонимии в словарях синонимов, наконец, при создании словаря нового типа – словаря родо-видовых, или гипонимических, связей слов.

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

I. Издания, рекомендованные ВАК РФ

1. Котцова, Е.Е. Гипонимические связи глаголов как когнитивный аналог родо-видовых отношений в русском языке [Текст] / Е.Е. Котцова // Вестник Поморского университета. Серия «Гуманитарные и социальные науки». – Архангельск, 2003. – № 1(3). – С. 60–67 (0,5 п.л.).

2. Котцова, Е.Е. Проблемы отражения гипонимии в русской лексикографии (на материале глагола) [Текст] / Е.Е. Котцова // Известия Российского государственного педагогического университета им. А.И. Герцена. № 7(21). Ч. II: Общественные и гуманитарные науки (философия, языкознание, литературоведение, культурология, экономика, право, история, социология) : научный журнал. – СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2006. – С. 22–34 (0,9 п.л.).

3. Котцова, Е.Е. Глагольная гипонимия с позиций прототипического подхода [Текст] / Е.Е. Котцова // Вестник Тамбовского университета. Гуманитарные науки. – Тамбов: Изд-во Тамбов. ун-та, 2007. – Вып. 6 (50). – С. 226–229 (0,3 п.л.).

4. Котцова, Е.Е. Прототипические характеристики глагольной гипонимии в речи [Текст] / Е.Е. Котцова // Вестник когнитивной лингвистики. – Тамбов: Изд-во Тамбов. ун-та, 2007. – № 3. – С. 14–25 (1,35 п.л.).

5. Котцова, Е.Е. Гипонимические связи глаголов в общеупотребительной и специальной лексике [Текст] / Е.Е. Котцова // Вестник Поморского университета. Серия «Гуманитарные и социальные науки». – Архангельск, 2009. – № 1. – С. 89–96 (0,9 п.л.).

6. Котцова, Е.Е. Гипонимические связи слов в тексте [Текст] / Е.Е. Котцова // Вестник Поморского университета. Серия «Гуманитарные и социальные науки». – Архангельск, 2009. – № 6. – С. 78–84 (0,55 п.л.).

7. Котцова, Е.Е. Гипонимические связи слов как способ организации лексики в тематических словарях глаголов [Текст] / Е.Е. Котцова // Вестник Поморского университета. Серия «Гуманитарные и социальные науки». – Архангельск, 2010. – № 2. – С. 75–81 (0,55 п.л.).

II. Монографии

8. Котцова, Е.Е. Гипонимия в лексической системе русского языка (на материале глагола) : монография [Текст] / Е.Е. Котцова. – Архангельск: Изд-во Помор. ун-та, 2010. – 365 с. (17, 9 п.л.).

III. Публикации в других изданиях

9. Котцова, Е.Е. Структуры с глагольными гипонимами в тексте [Текст] / Е.Е. Котцова // Предложение в текстовом аспекте. – Вологда, 1985. – С. 104–112. – 121 с. (0,4 п.л.).

10. Котцова, Е.Е. Родо-видовые и смежные с ними отношения глаголов в тексте [Текст] / Е.Е. Котцова // Семантические и эстетические модификации слов в тексте : межвуз. сб. науч. трудов / Ленингр. гос. пед. ин-т им. А.И. Герцена. – Л., 1988. – С. 48–57 (0,5 п.л.).

11. Котцова, Е.Е. Гипонимы в их отношении к синонимам в русском языке (на материале глагольной лексики) [Текст] / Е.Е. Котцова // Структурно-семантический анализ единиц речи : межвуз. сб. науч. трудов / Тул. гос. пед. ин-т. – Тула, 1990. – С. 295–303. – Рукопись депонирована в ИНИОН АН СССР 1 июня 1990 г., № 41993 (УДК 808.56.801.004/009) (0,45 п.л.).

12. Котцова, Е.Е. Источники и условия текстового сближения слов по синонимическому и антонимическому типу [Текст] / Е.Е. Котцова // Структурно–семантический анализ единиц речи : межвуз. сб. науч. тр. / Тул. гос. пед. ин-т. – Тула, 1990. – С. 117–128. – Рукопись депонирована в ИНИОН АН СССР 1 июня 1990 г., № 41993 (УДК 808.56.801.004/009) (0,6 п.л.).

13. Котцова, Е.Е. К вопросу об источниках текстового сближения слов по синонимическому и антонимическому типу [Текст] / Е.Е. Котцова // Ломоносовские чтения : прогр. и тезисы науч. конференции, 12–17 ноября 1990 г. / Архангельский гос. пед. ин-т. – Архангельск, 1990. – С. 49–51 (0,2 п.л.).

14. Котцова, Е.Е. Особенности функционирования глагольных гипонимов в тексте / Е.Е. Котцова // Проблемы исследования слова в художественном тексте : межвуз. сб. науч. трудов / Ленингр. гос. пед. ин-т им. А.И. Герцена. – Л., 1990. – С. 88 – 97 (0,5 п.л.).

15. Котцова, Е.Е. Причины смешения гипонимии и синонимии в составе синонимических рядов в словарях синонимов [Текст] / Е.Е. Котцова // Средства речи в функциональном аспекте : межвуз. сб. науч. тр. / Тул. гос. пед. ин-т. – Тула, 1991. – С. 133–145. – Рукопись депонирована в ИНИОН АН СССР в апр. 1991 г., № 44286 (0,65 п.л.).

16. Котцова, Е.Е. К вопросу о внутрисловных связях между значениями в семантической структуре полисемантов (на материале внутрисловной гипонимии) [Текст] / Е.Е. Котцова // Единицы русского языка: Структура, семантика, функция: межвуз. сб. науч. тр. / Тул. гос. пед. ин–т. – Тула, 1991. – С. 185–191. – Рукопись депонирована в ИНИОН АН СССР 19 июня 1991 г., № 44794 (0,35 п.л.).

17. Котцова, Е.Е. Включение глаголов с родо-видовой связью в состав глагольных синонимических рядов в современных словарях синонимов [Текст] / Е.Е. Котцова // Современные проблемы лексикографии : сб. науч. трудов / под ред. В.В. Дубичинского. – Харьков, 1992. – С. 168–170 (0,2 п.л.).

18. Котцова, Е.Е. Проблемы описания глагольной гипонимии в русистике [Текст] / Е.Е. Котцова // ХII Ломоносовские чтения : сб. науч. трудов / Помор. гос. ун-т им. М.В. Ломоносова. – Архангельск, 2000. – С. 132–134 (0,2 п.л.).

19. Котцова, Е.Е. Отражение глагольной гипонимии в толковых словарях [Текст] / Е.Е. Котцова // Ученые записки МГПИ. Языкознание. Язык – культура – человек : межвуз. сб. статей. – Мурманск, 2001. – Вып. I. – Ч. 1. – С. 58–63 (0,4 п.л).

20. Котцова, Е.Е. Прототипическая характеристика гипонимии в языке и речи (на материале глагольной лексики) [Текст] / Е.Е. Котцова // Говорящий и слушающий: Языковая личность, текст, проблемы обучения : материалы междунар. науч.-метод. конф. (СПб., 26–28 февраля 2001 г.) / Российск. гос. пед. ун-т им. А.И. Герцена. – СПб., 2001. – С. 252–256 (0,4 п.л.).

21. Котцова, Е.Е. Гипонимические связи слов в аспекте их лексикографической интерпретации [Текст] / Е.Е. Котцова // Слово и словарь. Vocabulum et vocabularium : сб науч. трудов по лексикографии. – Гродно, 2002. – С. 43–48 (0,55 п.л.).

22. Котцова, Е.Е. Глагольная гипонимия с позиций прототипического подхода [Текст] / Е.Е. Котцова // Композиционная лингвистика : материалы III Междунар. школы-семинара по когнитивной лингвистике 18 сентября 2002 г. / Тамбов. гос. ун-т. – Тамбов: Изд-во ТГУ, 2002. – Ч. 2. – С. 91–92 (0,1 п.л.).

23. Котцова, Е.Е. Глагольная гипонимия: лексико-семантическое пространство [Текст] / Е.Е. Котцова // Слово. Семантика. Текст : сб. науч. трудов, посвященный юбилею проф. В.В. Степановой. – СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2002. – С. 29–34 (0,3 п.л.).

24. Котцова, Е.Е. О лингвистической интерпретации гипонимии в русском языке [Текст] / Е.Е. Котцова // Ученые записки МГПИ. Языкознание. Язык – культура – человек : межвуз. сб. статей. – Вып. 2. – Ч. 2. – Мурманск, 2002. – С. 10–14 (0, 4 п.л.).

25. Котцова, Е.Е. Текстообразующие возможности гипонимических связей слов [Текст] / Е.Е. Котцова // Человек. Язык. Искусство (Памяти профессора Н.В. Черемисиной) : материалы междунар. науч.-практ. конференции (4–6 ноября 2002 г., МГПУ). – М., 2002. – С. 235–236 (0,1 п.л.).

26. Котцова, Е.Е. Лексическая семантика в системно-тематическом аспекте : учеб. пособие [Текст] / Е.Е. Котцова. – Архангельск, 2002. – 203 с. (11,85 п. л.).

27. Котцова, Е.Е. Тематические, лексико-семантические и родо-видовые группы слов в системе лексической парадигматики [Текст] / Е.Е. Котцова // Европейские языки: Историография, теория, история : межвуз. сб. науч. работ. – Елец, 2003. – Вып. 4. – С. 106–120 (0,85 п.л.).

28. Котцова, Е.Е. Гипонимические и лексико-семантические группы в парадигматических связях глаголов [Текст] / Е.Е. Котцова // Ученые записки МГПИ. Языкознание. Язык – культура – человек : межвуз. сб. статей. – Вып. 3. – Ч. 2. – Мурманск, 2003. – С. 92–98 (0,8 п.л.).

29. Котцова, Е.Е. О направлениях исследования лексико-семантической природы глагольной гипонимии [Текст] / Е.Е. Котцова // Славянское слово в литературе и языке : материалы междунар. науч. конференции «Славянская культура в современном мире» (Архангельск, 17–18 сентября 2002 г.) / Помор. гос. ун-т им. М.В. Ломоносова). – Архангельск, 2003. – С. 110–115 (0,3 п.л.).

30. Котцова, Е.Е. О границе гипонимии и синонимии (на материале глагольных синонимических рядов) [Текст] / Е.Е. Котцова // Актуальные проблемы современной филологии. Языкознание : сб. статей по материалам Всерос. науч.-практ. конференции. – Киров, 2003 . – Ч. I. – С. 34–38 (0,5 п.л.).

31. Котцова, Е.Е. Категории рода и вида в логике и в лингвистике [Текст] / Е.Е. Котцова // Язык науки двадцать первого века : сб. науч. статей. – Архангельск, 2004. – С. 42–48 (0,3 п.л.).

32. Котцова, Е.Е. Видовые признаки глагольных гипонимов в русском языке [Текст] / Е.Е. Котцова // Проблемы концептуализации действительности и моделирования языковой картины мира : сб. науч. трудов / под ред. Т.В. Симашко. – Архангельск, 2005. – Вып. 2. – С. 316–319 (0,23 п.л.).

33. Котцова, Е.Е. Внутрисловная гипонимия как вид эпидигматических связей глаголов [Текст] / Е.Е. Котцова // Международный конгресс по когнитивной лингвистике : сб. материалов 26–28 сентября 2006 года / отв. ред. Н.Н. Болдырев; Тамбов. гос. ун-т им. Г.Р. Державина. – Тамбов: Изд-во ТГУ им. Г.Р. Державина, 2006. – С. 200–202 (0,13 п.л.).

34. Котцова, Е.Е. Гипонимические связи слов в лексической системе русского языка [Текст] / Е.Е. Котцова // Слово. Словарь. Словесность: из прошлого в будущее (к 225-летию А.Х. Востокова) : материалы Всерос. науч. конференции. Санкт-Петербург, 15–17 ноября 2006 г. / отв. ред. В.А. Козырев. – СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2006. – С. 93–96 (0,3 п.л.).

35. Котцова, Е.Е. Реализация гипонимических связей глаголов в речи [Текст] / Е.Е. Котцова // Научное наследие Б.Н. Головина и актуальные проблемы современной лингвистики : сб. статей по материалам междунар. науч. конференции, посвященной 90-летию проф. Б.Н. Головина. – Н. Новгород: Изд-во Нижегород. ун-та, 2006. – С. 218–220 (0,3 п.л.).

36. Котцова, Е.Е. Глагольные гипонимы в идеографических словарях [Текст] / Е.Е. Котцова // Слово. Словарь. Словесность (к 225-летию основания Российской академии) : материалы Всероссийской научной конференции, Санкт-Петербург, 12–14 ноября 2008 г. / отв. ред. В.Д. Черняк; Российск. гос. пед. ун-т им. А.И. Герцена. – СПб.: САГА, 2009. – С. 78–83. (0,3 п.л.).

37. Котцова, Е.Е. Гипонимические связи глаголов в составе лексико-семантических групп «Толкового словаря русских глаголов» [Текст] / Е.Е. Котцова // Современное гуманитарное знание: Актуальные проблемы : материалы ХI Ломоносовских научных чтений аспирантов, студентов и молодых ученых (Архангельск, 23 марта – 24 апреля 2009 г.) / сост. Е.Е. Котцова, Т.Э. Шестакова; под общ. ред. Е.Е. Котцовой и Т.Э. Шестаковой; Поморский гос. ун-т им. М.В. Ломоносова. – Архангельск: Помор. ун-т, 2009. – С. 20–24 (0,3 п.л.) (в соавторстве с К.В. Кузнецовой).

38. Котцова, Е.Е. Гипонимические связи глаголов в речи [Текст] / Е.Е. Котцова // Языковая картина мира. Лексика. Текст : cб. науч. статей, посвященных юбилею профессора Надежды Евгеньевны Сулименко / ред. кол.: Л.А. Пиотровская, В.Д. Черняк. – СПб.: Изд-во РГПУ им. А.И. Герцена, 2009. – С. 117–122. (0,35 п.л.).

39. Котцова, Е.Е. Гипонимические связи предметных и признаковых слов (денотативно-сигнификативный и ономасиологический аспекты) [Текст] / Е.Е. Котцова // Мысль. Слово. Текст: К юбилею Элины Николаевны Осиповой : сб. науч. статей / отв. ред. А. В. Петров. – Архангельск: КИРА, 2009. – С. 22–28. (0,4 п.л.).

40. Котцова, Е.Е. Гипонимическая группа с гиперонимом «работать» в «Русском семантическом словаре» под редакцией Н.Ю. Шведовой [Текст] / Е.Е. Котцова // Живое слово северян: Прошлое и настоящее : сб. статей / сост. О.Е. Морозова, под ред. Э.Н. Осиповой: Помор. ун-т им. М.В. Ломоносова. – Архангельск: Помор. ун-т, 2009. – Вып. 2. – С. 44–53 (0,55 п.л.).

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.