WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Теория и механизм регулирования пропорций пространственного развития национальной экономики

Автореферат докторской диссертации по экономике

 

На правах рукописи

 

Мельников Роман Михайлович

 

 

 

Теория и механизм регулирования

пропорций пространственного развития

национальной экономики

 

Cпециальность:  08.00.05 – Экономика и управление

народным хозяйством: макроэкономика; региональная экономика

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора экономических наук

 

 

 

Москва – 2008

Работа выполнена на кафедре теории и практики государственного регулирования рыночной экономики Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации.

Научный консультант:        Марголин Андрей Маркович,

доктор экономических наук, профессор

Официальные оппоненты:   Бухвальд Евгений Моисеевич,

доктор экономических наук

                                             Кузнецова Ольга Владимировна,

доктор экономических наук

                                             Орешин Валерий Петрович,

доктор экономических наук, профессор

Ведущая организация:        ГНИУ «Совет по изучению

                                             производительных сил»

Защита состоится 12 февраля 2008 года в 1400 часов на заседании диссертационного совета Д-502.006.18 по экономическим наукам в Российской академии государственной службы при Президенте Российской Федерации по адресу: 119606, г.Москва, проспект Вернадского, д.84, 1 уч. корп., ауд.____.

С диссертацией можно ознакомиться на кафедре теории и практики государственного регулирования рыночной экономики РАГС при Президенте Российской Федерации (1 уч. корп., ауд.2222).

Автореферат разослан «___» ____________ 200_ г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

доктор экономических наук, профессор                                  В.С.Буланов

I. Общая характеристика работы.

Актуальность темы исследования. Одной из наиболее актуальных проблем современной России является проблема исключительно сильных диспропорций в социально-экономическом развитии регионов. Валовой региональный продукт (далее – ВРП) на душу населения с поправкой на межрегиональные различия цен лидирующего по этому показателю Ханты-Мансийского автономного округа (далее – АО) более чем в 41 раз превышает ВРП на душу населения отстающей Республики Ингушетия. В половине субъектов Российской Федерации (далее – РФ) ВРП на душу населения ниже 70% среднего по стране.

Еще более сильная дифференциация наблюдается по показателям инвестиционной активности, определяющим долгосрочные перспективы пространственного развития национальной экономики. Инвестиции на душу населения лидирующего по этому показателю Ненецкого АО более чем в 190 раз превышают показатели отстающего Усть-Ордынского Бурятского АО. В половине субъектов РФ инвестиции на душу населения ниже 54% средних по стране. Столь сильный уровень межрегиональных различий порождает острые социальные проблемы в неблагополучных регионах, затрудняет межрегиональное экономическое сотрудничество, ограничивает темпы роста национальной экономики.

В этих условиях обеспечение сбалансированного пространственного развития национальной экономики невозможно без реализации эффективной региональной экономической политики федерального Центра. В последние годы государственная региональная экономическая политика России разрабатывалась и реализовывалась как минимум тремя различными федеральными министерствами – Министерством экономического развития и торговли РФ, Министерством регионального развития РФ и Министерством финансов РФ. Каждое из этих министерств исходило из собственной точки зрения на цели и задачи федеральной региональной экономической политики, а также стратегическую значимость проблемы сокращения межрегиональных диспропорций. Эффективные механизмы координации инструментов воздействия на пропорции пространственного развития национальной экономики, находящихся в распоряжении различных федеральных министерств, практически отсутствовали. Профильное Министерство регионального развития РФ располагало значительно меньшим набором возможностей для оптимизации межрегиональных экономических пропорций, чем непрофильные Министерство экономического развития и торговли РФ и Министерство финансов РФ. Финансовые ресурсы, выделяемые на федеральную региональную экономическую политику, оказывались явно недостаточными для заметного сокращения сложившейся в России дифференциации в уровнях социально-экономического развития регионов, что крайне негативно отражалось на использовании ресурсного потенциала национальной экономики.

Реорганизация структуры Правительства РФ в сентябре 2007 г., обеспечившая расширение состава функций и полномочий Министерства регионального развития РФ, открыла новые потенциальные возможности для повышения эффективности государственного регулирования межрегиональных экономических пропорций и вместе с тем существенно актуализировала проблематику исследований, направленных на разработку концептуальных предложений по выбору целей и приоритетов пространственного развития национальной экономики, а также оптимизации инструментария государственного регулирования национальной экономики с учетом особенностей современной пространственной организации экономики России.

Степень научной разработанности проблемы. Разработка и реализация федеральной региональной экономической политики России осложняется тем, что современное состояние экономической науки характеризуется отсутствием убедительно обоснованной теории государственного регулирования национальной экономики в условиях значительных межрегиональных диспропорций, хотя ряд важных подходов к ее формированию был найден в связи с попытками авторов фундаментальных работ по проблемам теории регионального роста дать свои рекомендации по выбору целей и механизмов реализации государственной экономической политики.

К настоящему времени общепринятой теории регионального роста также не создано. Большинство представленных в зарубежной научной литературе теоретических моделей акцентируют внимание на межрегиональной конкуренции как движущей силе развития. При этом другой аспект межрегиональных экономических взаимодействий – межрегиональное экономическое сотрудничество, позитивное влияние, которое развитие одних регионов оказывает на другие регионы и национальную экономику в целом – не вполне обоснованно оказывается второстепенным, уходит на второй план. Представленные в литературе модели не вполне адекватно отражают специфику национальных экономических систем, характеризующихся существенной межрегиональной дифференциацией и качественными различиями между входящими в систему регионами, а также неполным использованием ресурсного потенциала национальной экономики.

Значительный вклад в разработку нормативной теории оптимального размещения производительных сил в масштабах национальной экономики внесла советская школа региональной экономической науки, представленная работами Аганбегяна А.Г., Албегова М.М., Бандмана М.К., Гранберга А.Г., Колосовского Н.Н., Некрасова Н.Н., Пробста А.Е., Чичканова В.П., Шнипера Р.И. и др.  Несмотря на высочайший научный и прикладной уровень многих разработок советского периода, в связи с радикальной трансформацией социально-экономической системы они отчасти утратили свою актуальность. Предложенные советскими учеными подходы, теории и методы, позволявшие эффективно управлять размещением производительных сил в интересах развития единого народнохозяйственного комплекса социалистического государства, требуют определенного переосмысления и адаптации к рыночным условиям хозяйствования.

В течение постсоветского периода российскими учеными было проведено немало исследований, посвященных территориальным аспектам государственного регулирования национальной экономики. Однако в них крайне редко предпринимаются попытки разработки оригинальных теоретических моделей, опирающихся на достижения мировой экономической науки и одновременно учитывающих особенности пространственной организации российской экономики, которые могли бы быть использованы для оптимизации инструментария государственной политики регулирования межрегиональных экономических пропорций на современном этапе. Это направление исследований содержит большой неиспользованный потенциал решения критической массы проблем сбалансированного развития национальной экономики, что и предопределило выбор темы диссертационного исследования.

Целью диссертационного исследования является развитие теоретической и методологической базы государственного регулирования пропорций пространственного развития национальной экономики в условиях значительной межрегиональной социально-экономической дифференциации и неполного использования ресурсного потенциала национальной экономики, а также разработка инструментария ее реализации, адаптированного к специфическим особенностям регионов различных типов.

Для достижения указанной цели были поставлены и решены следующие основные задачи:

- разработать модель экономического роста национальной экономики, позволяющую отразить влияние межрегиональных экономических взаимодействий и региональной инвестиционной политики федерального правительства на динамику развития национальной экономики в условиях существенной межрегиональной экономической дифференциации и неполного использования ресурсного потенциала регионов;

- разработать модель оптимизации уровня налогового бремени и масштабов расходов общественного сектора в условиях межрегиональной экономической дифференциации, асимметрии информации и разграничения налогово-бюджетных полномочий между федеральным Центром и регионами;

- осуществить декомпозицию общего межрегионального неравенства на межмакрорегиональное и внутримакрорегиональное неравенства, проверить гипотезу об условной конвергенции экономик российских регионов в рамках макрорегионов;

- построить типологию российских регионов по результатам и факторам социально-экономического развития, сформулировать рекомендации по дифференциации инструментов федеральной региональной экономической политики для каждого из типов регионов;

- обосновать возможность и необходимость создания новых финансовых институтов развития – государственных корпораций макрорегионального развития – для повышения эффективности реализации федеральных программ экономического развития проблемных макрорегионов;

- разработать принципы и модель управления инвестиционным портфелем государственной корпорации макрорегионального развития, выработать обновленные критерии эффективности инвестиционных проектов, реализуемых при ее непосредственном участии;

- выявить пути совершенствования механизма реализации федеральной политики выравнивания уровней социально-экономического развития регионов, разработать алгоритм распределения Федерального фонда регионального развития, позволяющий сформировать институциональные стимулы к проведению результативной социально-экономической политики администрациями регионов-реципиентов федеральных инвестиционных ресурсов;

- разработать методику оценки индекса налогового потенциала для целей распределения дотаций из Федерального фонда финансовой поддержки субъектов РФ, позволяющую минимизировать риски предоставления повышенных дотаций для компенсации просчетов и ошибок в экономической политике региональных властей;

- разработать рекомендации по повышению устойчивости системы гарантийного покрытия рисков кредиторов инициаторов общественно значимых инвестиционных проектов на основе разделения рисков между федеральным и региональным уровнями, обосновать предложения по оптимизации параметров федерального покрытия инвестиционных рисков;

- разработать методику укрупненной оценки эффективности инвестиционной политики администрации субъекта РФ, основанную на сравнении ее результатов с результатами, достигнутыми в других регионах, характеризующихся сопоставимыми условиями развития.

Объект исследования – пространственное развитие национальной экономики в условиях значительной межрегиональной дифференциации и неполного использования имеющегося ресурсного потенциала.

Предмет исследования – экономические отношения между федеральными и региональными органами государственной власти и субъектами хозяйственной деятельности, осуществляющими реализацию общественно значимых инвестиционных программ и проектов.

Теоретической основой исследования являются фундаментальные работы отечественных и зарубежных макроэкономистов и регионалистов. Разрабатываемые в диссертации модели теоретического анализа пространственного развития национальной экономики, оптимизации вертикальной структуры бюджетной системы, эмпирического исследования динамики межрегиональных экономических пропорций базируются на трудах ведущих зарубежных исследователей, в т.ч. Айзарда У., Барро Р., Бортса Дж., Клаассена Л., Кругмана П., Масгрэйва Р., Мера К., Мюрдаля Г., Нийкампа П., Оутса В., Ричардсона Г., Сала-и-Мартина Кс., Тибу Ч., Фридмана Дж., Хиршмана А. и др. Обосновываемые в работе концептуальные предложения по выбору приоритетов пространственного развития российской экономики и оптимизации инструментария государственного регулирования межрегиональных экономических пропорций базируются на трудах известных отечественных ученых – Алексеева Ю.П., Артоболевского С.С., Архангельского В.Н., Бухвальда Е.М., Валентея С.Д., Горбунова Н.М., Гранберга А.Г., Дульщикова Ю.С., Кузнецовой О.В., Лавровского Б.Л., Лексина В.Н., Марголина А.М., Минакира П.А., Полынева А.О., Пчелинцева О.С., Савельева В.К., Селиверстова В.Е., Татаркина А.И., Швецова А.Н., Штульберга Б.М. и др.

Методологической основой исследования является использование принципов системного подхода, гипотетико-дедуктивного и индуктивного методов научного познания. При решении конкретных задач разработки теоретической базы и оптимизации инструментария государственного регулирования пространственного развития национальной экономики, а также в процессе эмпирического исследования динамики межрегиональных экономических пропорций используются методы имитационного моделирования, теории производственных функций, дифференциального исчисления, пространственной эконометрики, многомерного статистического анализа, математического программирования.

Информационная база исследования включает данные Федеральной службы государственной статистики РФ, Министерства экономического развития и торговли РФ, Министерства финансов РФ, Министерства регионального развития РФ, Института региональной политики, рейтингового агентства «Эксперт РА», материалы официальных сайтов администраций субъектов РФ в сети Internet.

Научная новизна исследования состоит в развитии теоретических основ и методов разработки и реализации государственной политики регулирования межрегиональных экономических пропорций, основанном на пересмотре существующих теоретических моделей регулирования национальной экономики с учетом особенностей современной территориальной организации российской экономики.

Новые научные результаты, полученные диссертантом в ходе исследования, заключаются в следующем.

По специализации «макроэкономика»:

1. Разработана новая модель экономического роста национальной экономики, позволяющая отразить влияние межрегиональных экономических взаимодействий (товарного обмена и перемещения труда и капитала между регионами) и инвестиционной политики федерального правительства на динамику развития национальной экономики в условиях существенной межрегиональной экономической дифференциации и неполного использования ресурсного потенциала регионов, а также показать, как присутствующие в национальной экономике положительные обратные связи, усиливающие межрегиональные диспропорции, могут быть компенсированы за счет корректирующих действий федерального Центра. Предложена новая форма производственной функции, учитывающая зависимость качества трудовых ресурсов от степени инвестиционной активности и ограниченные возможности замещения факторов производства в краткосрочном периоде, препятствующие эффективному использованию ресурсного потенциала экономик отдельных регионов и национальной экономики в целом.

2. Обосновано научное положение о том, что государственная политика, направленная на сокращение различий в уровнях экономического развития регионов, не влечет за собой неизбежного сокращения темпов роста национальной экономики. На основе проведенного имитационного моделирования доказано, что в результате оказания государством инвестиционной поддержки слаборазвитым и депрессивным регионам цели сокращения межрегионального неравенства и повышения темпов роста национальной экономики оказываются совместимыми за счет более рационального использования ресурсного потенциала экономик регионов, недопущения снижения качества человеческого капитала проблемных регионов, оптимизации нагрузки на существующую инфраструктуру, развития внутреннего рынка и углубления межрегиональной интеграции. Установлена зависимость эффективности государственной политики сокращения межрегиональных диспропорций от масштабов ее ресурсного обеспечения и горизонта оценки, проявляющаяся в уменьшении относительных потерь регионов-доноров в сравнении с выигрышем регионов-реципиентов и национальной экономики в целом по мере увеличения масштабов программ и горизонта оценки.

3. Построена модель вертикальной организации бюджетной системы, позволяющая определять оптимальные уровни налогового бремени и масштабы расходов федерального и региональных бюджетов, а также оценивать изменения уровня общественного благосостояния в зависимости от условий межрегиональной дифференциации и характера проводимой налогово-бюджетной политики с учетом информационных преимуществ региональных органов государственной власти. Проведены модельные эксперименты, позволившие показать, что оптимальная степень налогово-бюджетной децентрализации зависит от характера межрегиональной экономической дифференциации, и что в условиях сильных межрегиональных различий повышение степени децентрализации приводит к снижению уровня общественного благосостояния, а в условиях слабых межрегиональных различий – к повышению уровня общественного благосостояния. Доказано, что стратегия социально-экономического развития страны должна предусматривать расширение налоговых и расходных полномочий региональных органов государственной власти по мере решения сформулированных в ней задач по сокращению межрегионального экономического неравенства.

4. Обоснован новый механизм реализации государственной структурно-инвестиционной политики, заключающийся в создании государственных корпораций макрорегионального развития, выступающих в качестве органов управления реализацией стратегических программ экономического развития проблемных макрорегионов. Доказано, что использование предложенной формы управления реализацией макрорегиональных программ обеспечивает повышение эффективности их реализации по сравнению с традиционно используемой в российской практике за счет: а) сочетания преимуществ централизованного и децентрализованного подходов к принятию решений; б) появления более сильных стимулов к успешной реализации программы у субъектов управления; в) формирования механизма рефинансирования реализации программы, позволяющего использовать поступления от реализации инвестиционных проектов первой очереди для осуществления инвестиционных проектов второй и последующих очередей.

Обоснована возможность и целесообразность финансирования корпорациями макрорегионального развития неприемлемых для частного капитала макрорегионально значимых инвестиционных проектов в связи с наличием у государства более широких возможностей по диверсификации инвестиционных рисков, а также уменьшением трансакционных издержек в условиях активной поддержки хода реализации проекта органами государственной власти. Предложен и обоснован новый механизм мобилизации сбережений лидирующих регионов в целях финансирования инвестиционных проектов отстающих регионов, заключающийся в размещении облигационных займов государственных корпораций макрорегионального развития под гарантии государства.

5. Разработан алгоритм формирования денежного потока для оценки эффективности оказания поддержки проекту общественным сектором, основанный на учете вероятности реализации проекта силами частного капитала без финансовой поддержки со стороны общественного сектора и сопоставлении затрат ресурсов общественного сектора с совокупными ожидаемыми чистыми эффектами проекта. Доказана предпочтительность использования введенных в работе показателей общественной, региональной и бюджетной эффективности оказания поддержки проекту общественным сектором по сравнению с предназначенными для решения аналогичных задач и рассмотренными в действующих Методических рекомендациях по оценке эффективности инвестиционных проектов показателями при отборе проектов для финансирования государственными корпорациями макрорегионального развития.

6. Сформулированы принципы управления инвестиционным портфелем государственной корпорации макрорегионального развития и требования к значениям показателей коммерческой, общественной, бюджетной и макрорегиональной эффективности оказания поддержки проектам государственной корпорацией макрорегионального развития. Разработана модель формирования и управления инвестиционным портфелем государственной корпорации макрорегионального развития. Сформулированы условия, определяющие допустимую динамику объемов финансирования инвестиционных проектов, изменение уровня финансовых резервов, распределение объемов инвестиций государственной корпорации макрорегионального развития между отраслями и регионами.

По специализации «региональная экономика»:

7. Предложена типология российских регионов по результатам и факторам социально-экономического развития, сформулированы рекомендации по применению дифференцированных инструментов федеральной региональной экономической политики в разрезе типологических групп регионов. Осуществлена декомпозиция общего межрегионального экономического неравенства на межмакрорегиональное и внутримакрорегиональное неравенства, позволившая выявить тенденции к одновременному увеличению масштабов межмакрорегионального неравенства по реальному ВРП на душу населения и сокращению масштабов внутри- и межмакрорегионального неравенства по реальным среднедушевым денежным доходам. Доказано, что в российской экономике динамика межрегионального неравенства по реальному ВРП на душу населения соответствует модели условной конвергенции, причем стационарные состояния долгосрочного равновесия экономик регионов существенно различаются между выделенными в работе макрорегионами. Дана оценка скорости процесса условной конвергенции экономик российских регионов в рамках макрорегионов.

8. Разработан новый механизм реализации выравнивающей региональной инвестиционной политики федерального Центра, основанный на использовании дифференцированных подходов к разработке региональных программ и федеральном софинансировании их реализации с учетом достигнутого уровня эффективности федеральной поддержки регионального развития. Разработан алгоритм распределения Федерального фонда регионального развития, позволяющий сформировать у администраций отстающих субъектов РФ дополнительные стимулы к проведению результативной социально-экономической политики. Предложены показатели эффективности федеральной поддержки регионального развития, обоснована возможность и целесообразность их использования при определении пропорций распределения Федерального фонда регионального развития между субъектами РФ.

Предложен новый подход к оценке индекса налогового потенциала региона для целей распределения финансовых ресурсов Федерального фонда финансовой поддержки субъектов РФ, основанный на учете фактора дифференциального сдвига, зависящего от соотношения между темпами прироста добавленной стоимости в отдельных отраслях экономики региона и национальной экономики в целом и тесно коррелирующего со степенью эффективности экономической политики, проводимой региональной администрацией. Доказано, что внесение данной поправки позволяет усилить стимулирующие свойства механизма распределения финансовых дотаций между регионами.

9. На основе учета соотношения общественной и коммерческой эффективности приоритетного для региона инвестиционного проекта и необходимости разделения рисков между участниками проекта обоснована оценка оптимального объема покрытия рисков кредитора инициатора проекта государственными  гарантиями. Обоснованы предложения по повышению устойчивости системы предоставления государственных гарантий кредиторам инициаторов приоритетных для регионов инвестиционных проектов, предусматривающие организацию Федерального фонда покрытия инвестиционных рисков. Доказано, что передача на федеральный уровень части рисков, связанных с предоставлением государственных гарантий, позволяет существенно расширить возможности органов государственной власти депрессивных и малых субъектов РФ с ограниченными возможностями по диверсификации гарантийного портфеля и недостаточными финансовыми резервами по реализации активной инвестиционной политики.  Сформулированы рекомендации по определению предельного объема гарантий и доли риска, принимаемого на себя Федеральным фондом покрытия инвестиционных рисков, в отношении отдельных субъектов РФ.

10. На основе синтеза методики оценки инвестиционного потенциала региона Г.Марченко–О.Мачульской (агентство «Эксперт РА») и метода охвата данных А.Чарнса–В.Купера–Е.Родса предложен метод укрупненной оценки эффективности инвестиционной политики субъекта РФ, базирующийся на сравнении результатов реализации инвестиционной политики с результатами, достигнутыми в других регионах, характеризующихся сопоставимыми условиями развития. На основе учета характеристик инвестиционного потенциала региона и результатов инвестиционного процесса, проявляющихся в масштабах инвестиционной активности и темпах экономического роста, идентифицированы администрации субъектов РФ, проводящие наиболее эффективную региональную инвестиционную политику, а также региональные администрации, инвестиционная политика которых не может быть признана эффективной.

Практическая значимость исследования определяется тем, что его результаты доведены до конкретных рекомендаций, которые могут быть использованы федеральными органами исполнительной власти (Министерством экономического развития и торговли РФ, Министерством регионального развития РФ, Министерством финансов РФ) и администрациями субъектов РФ при разработке и реализации структурно-инвестиционной и бюджетно-налоговой политики.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертационного исследования докладывались на VI и VII Всероссийских конференциях молодых ученых «Региональная наука» (М., СОПС, 2005, 2006), Всероссийских научно-практических конференциях «Информационно-аналитические средства поддержки принятия решений и ситуационные центры» и «Ситуационные центры: модели, технологии, опыт практической реализации» (М., РАГС, 2005, 2006), научно-практических конференциях «Конкурентоспособность российской экономики», «Социальные аспекты развития экономики России», «Обновление процессов воспроизводства в экономике России» (М., РАГС, 2005, 2006, 2007). Результаты диссертационного исследования использованы при выполнении НИР «Механизм выравнивания социально-экономического развития регионов России» (М., РАГС, 2005) и отмечены грантом Президента-ректора РАГС за 2005 г.

Результаты, полученные в области теории государственного регулирования пропорций пространственного развития национальной экономики, моделирования процессов межрегиональной экономической дифференциации и интеграции, оптимизации форм государственной поддержки инвестиционной деятельности и оценки их эффективности используются в учебном процессе РАГС при проведении занятий для аспирантов кафедры теории и практики государственного регулирования рыночной экономики, слушателей программ профессиональной переподготовки государственных служащих, второго высшего образования и магистратуры.

Диссертация состоит из введения, пяти глав, разбитых на четырнадцать параграфов, выводов по результатам исследования и списка использованной литературы.

 

II. Основное содержание исследования.

Во введении обоснованы актуальность и научная значимость темы исследования, сформулированы цель, объект и предмет исследования, охарактеризованы научная новизна и практическая значимость полученных результатов.

В первой главе работы «Теоретические основы государственного регулирования пространственного развития национальной экономики» анализируются существующие теоретические подходы к изучению территориальных аспектов государственного регулирования национальной экономики, дается оценка вклада отечественной и зарубежной науки в развитие теории регионального роста и региональной политики, а также предлагается теоретическое обоснование необходимости реализации активной выравнивающей региональной инвестиционной политики федерального Центра. Отмечаются значительные достижения советской школы региональной экономической науки в области обоснования методологии территориального планирования и управления, разработки инвестиционных программ и формирования территориально-производственных комплексов, делаются выводы о возможности их адаптации при определении стратегических приоритетов развития макрорегионов страны, разработки и реализации федеральных целевых программ, управлении крупными инвестиционными проектами.

В экономической теории сформировались две противоположные точки зрения по поводу реакции национальной экономики на внешние и случайные воздействия на экономики отдельных регионов. Согласно неоклассической теории, в результате действия закона убывающей отдачи от масштаба освоения ресурсов региона и миграции факторов труда и капитала в регионы, обеспечивающие более привлекательные условия получения доходов, национальная экономика автоматически возвращается в идеальное состояние пространственного равновесия. Отсюда вмешательство федерального Центра в процессы территориального развития оказывается излишним, поскольку естественные рыночные силы рассматриваются как абсолютно самодостаточные для саморегулирования системы.

Напротив, в рамках теории кумулятивной причинности положительные обратные связи всегда приводят к углублению диспропорций между регионами-лидерами и регионами-аутсайдерами, каких бы регулирующих действий ни предпринимал федеральный Центр. Ресурсы, затраченные на поддержку отстающих регионов, могут смягчить скорость нарастания межрегиональных диспропорций, но лишь за счет сокращения темпов роста национальной экономики, причем в долгосрочном периоде естественные рыночные силы нейтрализуют все благоприятные временные эффекты региональной политики.

Диссертантом выдвигается и защищается противоположный тезис, согласно которому присутствующие в национальной экономике положительные обратные связи, работающие на углубление межрегиональных диспропорций, могут быть компенсированы за счет корректирующих действий федерального Центра. Для обоснования этой точки зрения предлагается модель экономического роста национальной экономики, описывающая поведение системы, состоящей из n взаимосвязанных регионов, и включающая уравнения, объединенные в блоки производства, использования доходов и движения факторов производства между регионами.

Базовым уравнением блока производства является уравнение определения уровня ВРП региона i в периоде t  (1), где Ki,t – запас капитала региона i на начало периода t, Li,t – трудовые ресурсы региона i на начало периода t, ki,t – удельная капиталоемкость единицы выпуска региона i в периоде t, li,t – удельная трудоемкость единицы выпуска региона i в периоде t, ei,t – индекс эффективности трудовых ресурсов региона i. Показатели ki,t, li,t и ei,t зависят от отраслевой структуры экономики региона, его обеспеченности природными ресурсами, квалификации трудовых ресурсов и варьируют между регионами.

В традиционно используемой в неоклассических моделях экономического роста производственной функции Кобба-Дугласа и ее модификациях предполагается идеальная замещаемость труда и капитала, позволяющая эффективно использовать любые возможные комбинации факторов производства. Однако на практике возможности такого замещения не являются неограниченными, особенно в краткосрочном периоде. Если экономически слаборазвитые и депрессивные регионы могут испытывать явный дефицит капитала, не позволяющий в полной мере использовать наличные трудовые ресурсы, то наиболее динамичные регионы могут, напротив, испытывать дефицит трудовых ресурсов, затрудняющий поддержание высоких темпов экономического роста. Поэтому в предлагаемой спецификации производственной функции (1) невозможность замещения производственных ресурсов в краткосрочном периоде рассматривается как значимый фактор, препятствующий эффективному использованию ресурсного потенциала экономик регионов и ограничивающий тем самым темпы роста национальной экономики.

Поскольку в долгосрочном периоде адаптационные возможности экономик регионов объективно возрастают, в модель вводится параметр ei,t, позволяющий трудовым ресурсам адаптироваться к запасу капитала. В долгосрочном периоде целевой уровень эффективности использования трудовых ресурсов задается условием  (2). Тогда производственная функция региона i в долгосрочном периоде может быть записана как , что допускает возможность неограниченного расширения масштабов экономики региона при условии создания стимулов для устойчиво высокой инвестиционной и инновационной активности.

В процессе адаптации экономики региона к имеющемуся в ней запасу капитала корректировка степени эффективности использования трудовых ресурсов определяется уравнением  (3). В случае, если скорость увеличения запаса капитала превышает темпы роста численности трудовых ресурсов, эффективность использования трудовых ресурсов возрастает, поскольку высокая инвестиционная активность создает объективные технологические и рыночные предпосылки для роста производительности труда. Если же в результате физического и морального износа капитала или высоких темпов роста численности трудовых ресурсов избыточным фактором оказывается труд, эффективность использования трудовых ресурсов снижается.

Поскольку специализация регионов на производстве определенных видов продукции открывает возможность для использования их сравнительных преимуществ, значения показателей удельной капиталоемкости и трудоемкости связываются с развитием межрегиональной интеграции и записываются как  (4) и  (5), где Еi,t-1 – экспорт региона i в периоде t-1.

Блок использования доходов определяет основные направления использования произведенного ВРП: инвестирование, потребление и передачу другим регионам (чистый экспорт). Объем инвестирования в регионе i за период t определяется уравнением  (6), где g0 – норма накопления в национальной экономике, g1 – доля инвестиционных проектов, стимулируемых региональной политикой федерального Центра, g2,t –чувствительность инвестиционной активности к уровню экономического развития региона, pi,t – доля региона i в общем объеме поддерживаемых Центром территориальных программ, Yt – валовой внутренний продукт (далее – ВВП) страны за период t, – ВРП на одного занятого в экономике региона i в периоде t, yt – ВВП на одного занятого в национальной экономике в периоде t.

Первое слагаемое в выражении (6) устанавливает связь между объемом инвестиций и объемом произведенного ВРП, выступающего в роли источника ресурсов для финансирования инвестиционных проектов и характеризующего инвестиционные возможности, связанные с масштабом региональных рынков сбыта готовой продукции и производственных ресурсов. Второе слагаемое предполагает, что при повышении уровня экономического развития региона инвестиционные возможности для частных инвесторов улучшаются в связи с расширением потребительского спроса, появлением емких рынков труда и финансовых ресурсов и снижением трансакционных издержек. Третье слагаемое отражает влияние региональной инвестиционной политики Центра.

Функции потребления и сбережения региона i за период t задаются уравнениями  (7) и  (8), где c0,t – параметр, с1 – предельная склонность к потреблению, которые предполагаются равными во всех регионах. Как и в кейнсианской макроэкономической теории, инвестиции рассматриваются в качестве активной переменной, являющейся определяющей по отношению к объему сбережений. В предположении,  что предельная склонность к потреблению остается неизменной в пространстве и во времени, адаптация совокупного объема сбережений национальной экономики к текущему уровню инвестиционной активности осуществляется за счет варьирования во времени параметра с0,t:   (9).

Из условия равенства произведенного и использованного ВРП , где Mi,t – импорт продукции и услуг из других регионов в регион i за период t, и гравитационной модели для определения совокупного объема межрегиональных поставок для пары регионов (i;j) , где Eij,t – экспорт продукции и услуг региона i в регион j за период t, Mij,t – импорт продукции и услуг из региона j в регион i за период t, dij – расстояние между административными центрами регионов i и j, aij – параметр, отражающий экономическое расстояние между административными центрами регионов i и j, h – чувствительность оборота межрегиональной торговли к степени различий в уровнях экономического развития регионов, Gij=Gji – гравитационная постоянная, отражающая влияние всех прочих факторов на объем межрегиональной торговли, формируются следующие оценки межрегионального экспорта и импорта:

 (10),

 (11).

Динамика капитала определяется балансовым уравнением, связывающим изменение капитального запаса региона с вводом в действие новых производственных мощностей в результате реализации инвестиционных проектов и с износом существующих производственных мощностей:  (12), где zi,t – годовая норма амортизации капитала региона i в периоде t.  Миграционный прирост трудовых ресурсов определяется дифференциацией ВРП на единицу численности трудовых ресурсов:  (13), где mt – экзогенный параметр. Динамика трудовых ресурсов определяется балансовым уравнением, связывающим изменение численности трудовых ресурсов региона с миграционным приростом и естественным приростом:  (14), где ni,t – естественный темп прироста численности трудовых ресурсов.

Cвойства модели (1)–(14) исследуются путем экспериментов, имитирующих экономическую динамику национальной экономики, состоящей из четырех модельных регионов – «центрального», «опорного», «депрессивного» и «отсталого», различающихся капиталовооруженностью труда, эффективностью использования трудовых ресурсов, объемами оборота товаров и услуг с другими регионами. Результаты экспериментов свидетельствуют о неизбежности углубления межрегиональных различий в условиях отказа от реализации региональной инвестиционной политики Центра. В центральном и опорном регионах инвестиции устойчиво превышают сбережения, а в депрессивном и отсталом регионах складывается противоположная ситуация. В результате депрессивный и отсталый регионы оказываются в роли финансовых доноров для существенно превосходящих их в уровне экономического развития центрального и опорного регионов. Реализация инвестиционных проектов центральным и опорным регионами позволяет обеспечить повышение эффективности использования их трудовых ресурсов, в то время как отсталый регион оказывается неспособным поддерживать даже крайне низкий уровень эффективности использования трудовых ресурсов, сложившийся в начальный момент времени. Численность трудовых ресурсов центрального и опорного регионов возрастает за счет миграции из депрессивного и отсталого регионов. Включение стабилизационных механизмов, связанных с проведением федеральным Центром региональной инвестиционной политики, позволяет существенно изменить и улучшить траектории экономической динамики отсталого и депрессивного регионов за счет некоторого ограничения темпов роста центрального и опорного регионов.

В научных работах по проблеме обоснования региональной экономической политики федерального Центра часто высказывается точка зрения, что политика, направленная на сокращение различий в уровнях экономического развития регионов, неизбежно влечет сокращение темпов роста национальной экономики. Подобная постановка дилеммы «экономическая эффективность – территориальное равенство» впервые была сформулирована К.Мера. В предложенной Мера модели экономики, состоящей из двух регионов, сокращение межрегионального неравенства возможно лишь за счет сокращения ВВП страны, и наоборот, рост ВВП может быть обеспечен лишь ценой углубления межрегионального неравенства.

Проведенные имитационные эксперименты на основе предложенной в работе модели экономического роста национальной экономики позволили показать, что при условии выделения крайне ограниченных средств на выравнивающую  региональную инвестиционную политику одним из ее результатов действительно является снижение темпов роста национальной экономики, когда неблагоприятный эффект снижения темпов роста в центральном и опорном регионах превышает по своему влиянию благоприятный эффект повышения темпов роста в депрессивном и отсталом регионах (см. рис.1). В то же время при превышении некоторого критического уровня, зависящего от сочетания параметров модели, дополнительные затраты на финансирование региональных программ федеральным Центром обеспечивают повышение темпов роста  национальной экономики благодаря углублению межрегиональной интеграции и более рациональному использованию ресурсного потенциала экономик регионов, связанному с оптимизацией соотношений в использовании ресурсов труда и капитала в различных регионах и недопущением деградации человеческого капитала отсталого и депрессивного регионов.

Рис.1. Зависимость результатов экономического развития от степени активности региональной инвестиционной политики Центра.

Согласно предложенной в диссертации модели, в отличие от модели Мера, выравнивающая региональная инвестиционная политика федерального Центра способна не только выводить экономически слабые регионы на траекторию роста и предотвращать нарастание межрегионального неравенства, но и обеспечивать повышение темпов роста национальной экономики. Таким образом, дилемма «экономическая эффективность – территориальное равенство» не может являться причиной для минимизации ресурсного обеспечения выравнивающей федеральной региональной инвестиционной политики по основаниям экономической неэффективности.

Во второй главе работы «Проблема межрегиональной дифференциации в российской экономике и пути ее решения» исследуются масштабы, структура и динамика межрегионального экономического неравенства, а также обосновывается необходимость дифференциации инструментов федеральной региональной экономической политики, применяемых в отношении регионов различных типов. На основе значений 45 показателей, отражающих качество жизни населения, уровень развития экономики, факторы и условия регионального развития, с помощью многомерных методов статистического анализа строится типологическая группировка российских регионов (см. табл.1).

Таблица 1.

Типология российских регионов по результатам и факторам социально-экономического развития.

Класс

Группа

Регионы

1. Успешные регионы (32)

1. Столичные мегаполисы (2)

Москва, Санкт-Петербург

2. Разработчики месторождений углеводородного сырья (3)

Ханты-Мансийский АО, Ямало-Ненецкий АО, Ненецкий АО

3. Промышленные лидеры (12)

Ленинградская обл., Ярославская обл., Вологодская обл., Липецкая обл., Самарская обл., Татарстан, Башкортостан, Свердловская обл., Челябинская обл., Оренбургская обл., Тюменская обл., Кемеровская обл.

4. Инновационно активные регионы (7)

Московская обл., Калужская обл., Воронежская обл., Нижегородская обл., Томская обл., Новосибирская обл., Омская обл.

5. Относительно благополучные освоенные регионы севера (6)

Мурманская обл., Архангельская обл., Пермский край, Красноярский край, Саха, Коми

6. Динамичные регионы северо-востока (2)

Сахалинская обл., Чукотский АО

2. Депрессивные регионы (36)

7. Индустриально-аграрные инфраструктурно обустроенные 7)

Белгородская обл., Курская обл., Рязанская обл., Краснодарский край, Удмуртия, Чувашия, Мордовия

8. Аграрные (10)

Орловская обл., Тамбовская обл., Брянская обл., Ростовская обл., Ставропольский край, Ульяновская обл., Саратовская обл., Волгоградская обл., Астраханская обл., Марий Эл

9. Старопромышленные (6)

Владимирская обл., Ивановская обл., Тверская обл., Тульская обл., Пензенская обл., Калининградская обл.

10. Cлабозаселенные (8)

Кировская обл., Псковская обл., Новгородская обл., Смоленская обл., Костромская обл., Карелия, Хакасия, Амурская обл.

11. Неблагополучные регионы северо-востока (5)

Магаданская обл., Камчатская обл., Хабаровский край, Приморский край, Иркутская обл.

3. Слаборазвитые регионы (19)

12. Трудоизбыточные аграрные (11)

Карачаево-Черкессия, Дагестан, Калмыкия, Курганская обл., Алтайский край, Республика Алтай, Бурятия, Тыва, Читинская обл., Агинский Бурятский АО, Еврейская автономная обл.

13. Перенаселенные отсталые (4)

Ингушетия, Северная Осетия – Алания, Кабардино-Балкария, Адыгея

14. Неосвоенные удаленные (4)

Корякский АО, Усть-Ордынский Бурятский АО, Эвенкийский АО, Таймырский (Долгано-Ненецкий) АО

В класс «успешные регионы» включены 6 групп регионов, различающихся своими основными конкурентными преимуществами. Наиболее острыми проблемами столичных мегаполисов являются высочайшие масштабы социального неравенства и активный миграционный приток населения, вызывающий перегрузку существующей социальной, транспортной и инженерной инфраструктуры. С этой точки зрения одной из важных задач федеральной региональной экономической политики должно являться стимулирование развития крупных городских агломераций, занимающих более низкое по сравнению с Москвой и Санкт-Петербургом положение в иерархии городских центров, характеризующихся меньшей нагрузкой на инфраструктуру и способных принять на себя часть притока мигрантов из неблагополучных регионов.

Динамичное развитие регионов-разработчиков месторождений углеводородного сырья, промышленных лидеров и относительно благополучных освоенных регионов севера возможно за счет инвестиционной активности частного бизнеса. Эффективное использование потенциала инновационно активных регионов требует более акцентированной федеральной поддержки в форме программ развития технопарков, наукоградов и технико-внедренческих особых экономических зон.

В класс депрессивных регионов включены субъекты РФ, которые в прошлом играли важную роль в экономике страны благодаря достаточно развитой промышленности и сельскому хозяйству, но вследствие резкого повышения открытости экономики при переходе к рыночным отношениям в значительной степени утратили свою конкурентоспособность. Регионы этого класса располагают определенной собственной экономической базой, но объективно нуждаются в поддержке федерального Центра. В качестве основных форм федеральной поддержки депрессивных регионов предлагается рассматривать инвестиционные субсидии по линии Федерального фонда регионального развития, стимулирующие межбюджетные трансферты, учитывающие степень эффективности реализации региональной социально-экономической политики, а также частичные федеральные гарантии возврата кредитов, привлекаемых для реализации наиболее крупных регионально значимых инвестиционных проектов.

В качестве основного направления повышения уровня благосостояния населения аграрных депрессивных регионов предлагается рассматривать формирование эффективных аграрно-промышленных кластеров, требующего государственной поддержки по линии федеральных целевых программ развития агропромышленного комплекса и сельского хозяйства. Преодоление депрессивного состояния старопромышленных депрессивных регионов связывается с развитием обрабатывающей промышленности на основе использования таких конкурентных преимуществ, как относительно квалифицированная и адаптированная к индустриальному труду рабочая сила и низкие транспортные издержки с позиций доступа на основные товарные рынки национальной экономики. Наличие в большинстве слабозаселенных депрессивных регионов значительных лесных массивов открывает возможности для реализации эффективных проектов в области лесной, деревообрабатывающей и целлюлозно-бумажной промышленности.

Крайне сложная социально-экономическая ситуация наблюдается в неблагополучных регионах северо-востока, отличающихся рекордно высокими износом основных фондов, уровнем преступности, миграционным оттоком населения. Все это определяет необходимость применения в отношении данных регионов целого комплекса мер федеральной региональной экономической политики, включающих программы переселения населения из наиболее депрессивных населенных пунктов, дотации на выравнивание бюджетной обеспеченности и долевое участие федерального Центра в реализации приоритетных инвестиционных проектов.

Представители класса слаборазвитых регионов отличаются крайне низкими значениями показателей обеспеченности социальной и транспортной инфраструктурой, степени урбанизации, уровня среднедушевых денежных доходов и ВРП на душу населения с поправкой на межрегиональные различия цен. Большинство из них не имеет экономической базы, позволяющей обеспечивать приемлемый жизненный уровень для основной массы населения, что определяет высокую степень зависимости от федерального бюджета и необходимость прямого федерального вмешательства в процессы преодоления экономической отсталости в рамках реализации федеральных целевых программ и создания специальных финансовых институтов регионального развития.

Рекордно высокий темп естественного прироста численности населения в перенаселенных отсталых регионах в условиях низкой инвестиционной активности создает крайне напряженную ситуацию на рынке труда. Ограниченные площади имеющихся сельскохозяйственных угодий не позволяют рассматривать развитие аграрно-промышленного кластера в качестве достаточного условия преодоления экономической отсталости. Поэтому в работе обосновывается необходимость размещения в перенаселенных отсталых регионах новых для них предприятий трудоемких отраслей промышленности (легкой и электротехнической), ориентированных на динамично развивающийся внутренний потребительский спрос. Переход к модели промышленного развития перенаселенных отсталых регионов связывается с созданием специальных финансовых институтов развития и осуществлением ими прямых инвестиций в уставные капиталы промышленных предприятий на условиях совместного финансирования с частным бизнесом.

На базе многомерной классификации российских регионов по результатам и факторам социально-экономического развития и исходя из критериев смежности и качественной однородности субъектов РФ, включаемых в макрорегион, в работе вводится новая сетка макрорегионов, лучше по сравнению с сетками федеральных округов и экономических районов раскрывающая характер межмакрорегионального экономического неравенства (см. табл.2). Данная сетка рассматривается как инструмент анализа межмакрорегионального экономического неравенства, не предполагающий пересмотра сетки федеральных округов как инструмента административно-территориального управления.

Таблица 2.

Альтернативная сетка макрорегионов РФ.

Макрорегион

Субъекты РФ

Освоенный ресурсный Северо-Запад

Мурманская обл., Карелия, Архангельская обл., Коми

Западный коридор развития

Калининградская обл., г.Санкт-Петербург, Ленинградская обл., Вологодская обл., Ярославская обл., г.Москва, Московская обл.

Старопромышленный депрессивный Центр

Псковская обл., Новгородская обл., Тверская обл., Смоленская обл., Калужская обл., Тульская обл., Рязанская обл., Владимирская обл., Ивановская обл., Костромская обл., Кировская обл.

Агропромышленный депрессивный Юго-Запад

Брянская обл., Орловская обл., Курская обл., Белгородская обл., Липецкая обл., Воронежская обл., Тамбовская обл., Марий Эл, Мордовия, Чувашия, Пензенская обл., Саратовская обл., Ульяновская обл., Астраханская обл., Волгоградская обл., Ростовская обл., Краснодарский край, Ставропольский край

Слаборазвитый

Северный Кавказ

Адыгея, Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкария, Калмыкия, Карачаево-Черкессия, Северная Осетия – Алания, Чечня

Волго-Уральский промышленный пояс

Нижегородская обл., Башкортостан, Татарстан, Удмуртия, Оренбургская обл., Пермский край, Самарская обл., Курганская обл., Свердловская обл., Челябинская обл.

Освоенная Южная Сибирь

Тюменская обл., Омская обл., Новосибирская обл., Томская обл., Кемеровская обл.

Зона добычи углеводородного сырья

Ненецкий АО, Ханты-Мансийский АО, Ямало-Ненецкий АО

Очагово освоенный Северо-Восток

Хакасия, Красноярский край, Таймырский (Долгано-Ненецкий) АО, Эвенкийский АО, Иркутская обл., Усть-Ордынский Бурятский АО, Саха, Чукотский АО

Слаборазвитый аграрный Юго-Восток

Алтайский край, Алтай, Тыва, Бурятия, Читинская обл., Агинский Бурятский АО

Депрессивный Дальний Восток

Камчатская обл., Корякский АО, Магаданская обл., Амурская обл., Хабаровский край, Еврейская автономная обл, Приморский край, Сахалинская обл.

Проведенная с использованием индексов энтропии Тейла декомпозиция общего межрегионального неравенства по ВРП на душу населения с поправкой на межрегиональные различия цен (см. рис.2) позволила установить, что в российской экономике наблюдается тенденция к увеличению масштабов межрегионального неравенства. При этом вклад межмакрорегионального неравенства в общее неравенство существенно больше при использовании  альтернативной сетки макрорегионов. В отличие от декомпозиции, проведенной с использованием сетки федеральных округов, при использовании альтернативной сетки макрорегионов изменение уровня общего межрегионального неравенства практически полностью определяется изменением уровня межмакрорегионального неравенства.

Рис.2. Декомпозиция межрегионального неравенства по ВРП на душу населения с поправкой на межрегиональные  различия цен на межмакрорегиональную и внутримакрорегиональную составляющие.

Согласно вытекающей из неоклассической теории регионального роста гипотезе ?-конвергенции, чем больше существующий разрыв между текущим ВРП на душу населения и долгосрочным равновесным значением этого показателя, тем (при прочих равных условиях) выше потенциал и скорость роста региональной экономики. Однако в условиях российской экономики возможности роста существенно различаются между макрорегионами в силу объективных качественных различий в экономико-географическом положении, ресурсной обеспеченности и инфраструктурной освоенности.

Поэтому в работе выдвигается предположение о различии стационарных состояний экономик различных макрорегионов, не исключающее возможности сближения уровней развития в рамках макрорегионов. Тогда проверка гипотезы об условной (в рамках макрорегионов) ?-конвергенции экономик российских регионов предполагает оценивание уравнения регрессии  (15), где yri,0 – реальный ВРП на душу населения в регионе i на начало анализируемого периода, yri,T – реальный ВРП на душу населения в регионе i на конец анализируемого периода, T – продолжительность анализируемого периода, K – число макрорегионов, Mk,i – фиктивная переменная, равная 1, если регион i входит в состав макрорегиона k, и 0, если регион i не входит в состав макрорегиона k.

При использовании предложенной в работе альтернативной сетки макрорегионов (табл.2) оценивание параметров уравнения (15) по данным за период 2000-2005г. дает следующие результаты:

ln(yri,T/yri,0)/T = 0,2231 – 0,0731 ln(yri,0) + 0,0439 M1,i + 0,0781 M2,i – 0,0100 M3,i  – 0,0389 M4,i

(se)                   (0,0487)  (0,0173)              (0,0250)         (0,0199)         (0,0168)         (0,0226)

+ 0,0311 M5,i + 0,1106 M6,i + 0,2484 M7,i + 0,0601 M8,i – 0,0140 M9,i + 0,0588 M10,i, R2 = 0,5478,

(0,0182)         (0,0221)         (0,0389)        (0,0187)         (0,0220)         (0,0191)                         (16)                     

где М1,i = 1, если регион i входит в состав освоенного ресурсного Северо-Запада, М2,i = 1, если регион i входит в состав Западного коридора развития, М3,i = 1, если регион i входит в состав старопромышленного депрессивного Центра, М4,i = 1, если регион i входит в состав слаборазвитого Северного Кавказа, М5,i = 1, если регион i входит в состав Волго-Уральского промышленного пояса, М6,i = 1, если регион i входит в состав освоенной Южной Сибири, М7,i = 1, если регион i входит в состав зоны добычи углеводородного сырья, М8,i = 1, если регион i входит в состав очагово освоенного Северо-Востока, М9,i = 1, если регион i входит в состав слаборазвитого аграрного Юго-Востока, М10,i = 1, если регион i входит в состав депрессивного Дальнего Востока.

По итогам оценивания данного уравнения статистическая гипотеза H0: ?=0 отвергается против альтернативной гипотезы H1: ?<0, а общий вклад группы фиктивных переменных в объясняющую способность модели статистически значим на уровне 1%. Таким образом, несмотря на рост значений индикатора общего экономического неравенства, можно заключить, что динамика межрегионального неравенства в российской экономике в 2000–2005 гг. соответствовала модели условной ?-конвергенции, причем стационарные состояния долгосрочного равновесия существенно различались между выделенными в работе макрорегионами. Если тенденция к условной конвергенции, сформировавшаяся в 2000-2005 гг., будет продолжена, то внутримакрорегиональные различия в ВРП на душу населения с поправкой на межрегиональные различия цен могут сократиться в 1,5 раза за 4,5 года и в 2 раза за 7,6 года.

Масштабы межрегиональной дифференциации по среднедушевым денежным доходам в российской экономике значительно меньше масштабов межрегиональной дифференциации по душевому ВРП. При этом в целом для периода 1997–2005 г. просматривается тенденция к значительному сокращению масштабов межрегионального неравенства по среднедушевым денежным доходам с поправкой на межрегиональные различия цен. Конвергенция среднедушевых денежных доходов в условиях дивергенции ВРП на душу населения обусловлена усилением степени централизации налогово-бюджетной системы и повышением масштабов перераспределительной политики федерального Центра, что позволило добиться заметного повышения денежных доходов жителей регионов-реципиентов за счет относительного сокращения денежных доходов жителей регионов-доноров федерального бюджета.

Результаты проведенного анализа структуры и динамики межрегионального экономического неравенства позволяют умеренно оптимистично смотреть на перспективы углубления экономической интеграции и сближения уровней экономического развития соседних регионов. В то же время уменьшение масштабов огромного межмакрорегионального неравенства невозможно без повышения активности федерального Центра в сфере разработки и реализации целевых программ социально-экономического развития проблемных макрорегионов.

В третьей главе работы «Обоснование стратегических направлений федеральной региональной инвестиционной политики России» предлагаются новые подходы к стимулированию экономического развития проблемных регионов России федеральным Центром.

Автором доказывается, что результативное решение проблем наиболее депрессивных локальных ареалов возможно лишь при условии существенного увеличения экономического и финансового потенциалов более крупных территориальных систем, в границах которых они расположены. А это, в свою очередь, невозможно без предварительной реализации эффективных инвестиционных проектов, которые могут быть предложены не в зонах наиболее острой депрессии, а в других точках пространства, обладающих значимыми конкурентными преимуществами, например, агломерационной экономией, наличием месторождений полезных ископаемых или благоприятным расположением с позиций доступа к ключевым транспортным магистралям. Поэтому стимулирование развития проблемных территорий предлагается начать не с уровня локальных ареалов, а с уровня крупных территориальных образований, объединяющих несколько географически смежных и экономически интегрированных субъектов РФ – макрорегионов, где имеются реальные предпосылки к отбору и реализации инвестиционных проектов, позволяющих добиться заметного повышения эффективности территориальной экономической системы.

На первом этапе предлагается сконцентрироваться на стимулировании развития наиболее перспективных отраслей и пространственных полюсов роста проблемных макрорегионов, что позволит повысить темпы экономического роста отстающих макрорегионов в сравнении с лидирующими и сократить масштабы межмакрорегионального неравенства, сформировать в границах отстающих макрорегионов динамичные центры роста, способные передавать импульсы развития смежным территориям, аккумулировать в результате реализации эффективных инвестиционных проектов финансовые ресурсы, необходимые для дальнейшего развития отстающих макрорегионов. В результате решения этих задач на втором этапе становится практически реализуемой эффективная поддержка центров роста второго порядка отстающих макрорегионов, обладающих несколько меньшим потенциалом развития. И лишь на третьем этапе предполагается решение социально-экономических проблем наиболее слаборазвитых и депрессивных локальных ареалов.

Последовательную диффузию экономической активности из полюсов роста первого порядка в полюса роста второго и последующего порядков предлагается обеспечить за счет создания новых финансовых институтов развития – государственных корпораций макрорегионального развития, в качестве основных направлений деятельности которых определяются содействие формированию конкурентоспособного хозяйственного комплекса проблемного макрорегиона на основе ускоренного развития отраслей товарной специализации и усиление экономической интеграции субъектов РФ, расположенных в границах проблемного макрорегиона.

Использование корпоративной формы управления реализацией макрорегиональных программ позволяет добиться повышения эффективности их реализации по сравнению с традиционно используемой в российской практике за счет сочетания преимуществ централизованного и децентрализованного подходов к принятию решений на основе определения стратегических целей и ориентиров деятельности корпорации федеральным Центром и делегирования полномочий по принятию и реализации оперативных решений аппарату управления корпорацией; появления более сильных стимулов к эффективной реализации программы у субъектов управления благодаря персональной ответственности менеджеров корпорации за результаты реализации программы и возможности использования схем материального стимулирования менеджеров, увязанных с эффективностью реализации программы; появления механизма рефинансирования реализации программы, предусматривающего использование поступлений от реализации инвестиционных проектов первой очереди для осуществления инвестиционных проектов второй и последующих очередей и практически не осуществимого при использовании традиционной формы управления реализацией целевых программ.

В качестве основной зоны ответственности государственных корпораций макрорегионального развития предлагается определить управление портфелем инвестиций в наиболее перспективные предприятия базовых отраслей экономики макрорегиона, способные предложить для реализации экономически эффективные проекты, характеризующиеся значимыми косвенными эффектами, но не имеющие возможности привлечь финансирование в частном секторе в связи с высоким уровнем инвестиционных рисков и трансакционных издержек, длительным сроком окупаемости, а также существенным превышением макрорегиональной эффективности над коммерческой эффективностью проекта. Возможность финансирования рискованных проектов, неприемлемых для частного капитала, открывается в связи с наличием у государства более широких по сравнению с частным капиталом возможностей по диверсификации инвестиционных рисков, а также в связи с уменьшением ряда инвестиционных рисков и трансакционных издержек (в особенности проявляющихся на предынвестиционной стадии) вследствие активной поддержки хода реализации проектов органами государственной власти.

В качестве основных функций государственной корпорации макрорегионального развития определяются: анализ и прогнозирование экономического развития макрорегиона; разработка и корректировка программы экономического развития макрорегиона; поиск и отбор наиболее эффективных инвестиционных проектов, отвечающих приоритетам программы, но не получающих поддержки со стороны частных инвесторов; долевое финансирование данных инвестиционных проектов путем приобретения акций предприятий-инициаторов проектов, выпускаемых в целях привлечения инвестиционных ресурсов; поддержка хода реализации профинансированных инвестиционных проектов; поиск инвесторов, способных выступить в роли стратегических партнеров предприятий, реализующих приоритетные для макрорегиона инвестиционные проекты;  продажа акций предприятий, реализующих приоритетные инвестиционные проекты, стратегическим инвесторам; использование дивидендов по акциям, находящимся в собственности государственной корпорации, поступлений от продажи пакетов акций стратегическим инвесторам, а также дополнительных взносов учредителей (Российской Федерации и ее субъектов, расположенных в границах проблемного макрорегиона) в уставный капитал корпорации и привлекаемых заемных средств для долевого финансирования реализации следующих по очередности инвестиционных проектов.

В качестве основного источника финансирования инвестиционной деятельности государственных корпораций макрорегионального развития на начальном этапе рассматриваются средства учредителей. В дальнейшем в целях привлечения средств для финансирования проектов, обладающих потенциально высокой коммерческой эффективностью, но непривлекательных для частных инвесторов в связи с повышенными рисками и трансакционными издержками, а также длительным сроком окупаемости, предполагается использование ресурсов фондового рынка путем размещения государственными корпорациями макрорегионального развития облигационных займов, имеющих государственные гарантии. Такие облигации имеют достаточно благоприятные рыночные перспективы в связи с постоянным расширением объемов резервов накопительной пенсионной системы и развитием индустрии паевых инвестиционных фондов, а также относительной узостью рынка государственного внутреннего долга. За счет размещения долгосрочных облигаций государственных корпораций макрорегионального развития оказывается возможным сформировать значительно более эффективный механизм мобилизации сбережений лидирующих регионов в целях финансирования инвестиционных проектов отстающих регионов, чем простое изъятие финансовых ресурсов у регионов-доноров и их перераспределение через бюджетную систему в пользу регионов-реципиентов средств федерального бюджета.

В первоочередном порядке предлагается создание государственных корпораций развития Южного федерального округа и Дальнего Востока и Забайкалья. Оба этих макрорегиона обладают значительным ресурсным потенциалом, имеющим стратегическое значение для всей Российской Федерации, который, однако, используется достаточно неэффективно, что приводит к существенному отставанию в уровне социально-экономического развития  расположенных в их границах субъектов РФ от среднего по стране, а также большой дотационности региональных бюджетов.

В качестве стратегической цели государственной корпорации развития Южного федерального округа предлагается определить содействие развитию базовых отраслей народнохозяйственной специализации – туристско-рекреационного и агропромышленного комплексов. Перспективной задачей корпорации может стать инвестиционное обеспечение формирования в макрорегионе новых отраслей промышленности, которые могут быть развиты на основе таких конкурентных преимуществ, как благоприятное экономико-географическое положение и высокая концентрация трудовых ресурсов.

В качестве стратегической цели государственной корпорации развития Дальнего Востока и Забайкалья предлагается определить содействие развитию экспортных производств, ориентированных на переработку воспроизводимых ресурсов макрорегиона, прежде всего леса и биологических ресурсов Тихого океана. Поскольку развитие отраслей специализации Дальнего Востока и Забайкалья невозможно без осуществления дополнительных мер по развитию инфраструктуры, прежде всего транспортной и энергетической, важную роль здесь способны сыграть проекты государственно-частного партнерства, когда государство из средств Инвестиционного фонда финансирует транспортную и энергетическую инфраструктуру, необходимую для реализации комплексного проекта, а бизнес инвестирует в строительство промышленных объектов, в том числе при участии корпорации макрорегионального развития.

Поскольку организация государственных корпораций макрорегионального развития может привести к ущемлению интересов слаборазвитых и депрессивных субъектов РФ, расположенных вне территории стимулируемых проблемных макрорегионов, формирование данных институтов развития предлагается осуществлять в увязке с совершенствованием альтернативных механизмов выравнивающей федеральной региональной инвестиционной политики.

Поскольку российские регионы существенно различаются между собой характером имеющегося ресурсного потенциала и степенью сравнительной значимости и остроты различных социально-экономических проблем, применяемый в настоящее время унифицированный подход к реализации выравнивающей федеральной региональной инвестиционной политики, связанный с субсидированием инвестиций в социальную и инженерную инфраструктуру за счет ресурсов Федерального фонда регионального развития, оценивается как неэффективный. Вместо этого финансовые ресурсы, выделяемые на реализацию выравнивающей федеральной региональной инвестиционной политики, предлагается использовать для софинансирования разработанных самими регионами комплексных программ их социально-экономического развития.

В качестве зоны ответственности федерального Центра в рамках реализации данного механизма федеральной региональной инвестиционной политики предлагается определить формулировку стратегических целей и задач регионального развития, определение критериев отбора регионов для оказания централизованной поддержки, распределение федеральных инвестиционных ресурсов с учетом степени остроты социально-экономических проблем регионов и эффективности использования средств федеральной инвестиционной поддержки, обобщение и тиражирование опыта наиболее успешных в смысле преодоления отсталости и депрессивности субъектов РФ. В качестве зоны ответственности субъектов РФ предлагается определить разработку и реализацию программ социально-экономического развития, предусматривающих использование инструментов и механизмов, в наилучшей степени отвечающих территориальной специфике.

В общем объеме фонда регионального развития предлагается выделить две компоненты: выравнивающую и стимулирующую.  За счет выравнивающей компоненты фонда обеспечивается поддержка наиболее проблемных субъектов РФ вне зависимости от степени эффективности ранее осуществленных федеральных расходов. За счет стимулирующей компоненты фонда обеспечивается увеличение объемов централизованного финансирования инвестиционных программ субъектов РФ, осуществляющих наиболее эффективное использование средств федеральной поддержки.

Учитывая долгосрочный характер последствий осуществления централизованной поддержки, эффекты которой не могут быть полностью учтены в рамках одного бюджетного года, для оценки эффективности федеральной поддержки регионального развития предлагается рассчитывать отношения между приростами наиболее значимых с точки зрения федерального Центра показателей социально-экономического развития субъекта РФ за последние 3 года в реальном выражении к объему федеральной поддержки, полученной субъектом РФ за последние 3 года (в сопоставимых ценах). Тогда локальная оценка эффективности использования средств федеральной поддержки субъектом РФ i по показателю Zk строится по формуле , где  – значение показателя Zk для субъекта РФ i в году t, Gi,t – объем федеральной поддержки субъекта РФ i в году t, dt,? – индекс-дефлятор, приводящий цены года t-? в сопоставимый вид с ценами года t. Интегральная оценка эффективности использования средств федеральной поддержки строится по формуле , где  – среднее значение локальной оценки эффективности федеральной поддержки по однородной группе субъектов РФ, vk – весовой коэффициент, зависящий от приоритетов федерального Центра. Объем инвестиционных субсидий, выделяемых субъекту РФ i по линии стимулирующего направления, предлагается определить условием , где Ecr – минимальный уровень эффективности использования средств федеральной поддержки, при превышении которого субъект РФ вправе участвовать в распределении стимулирующей компоненты фонда, Pi – численность населения региона i, F – общий объем фонда, qs – доля стимулирующей компоненты в общем объеме фонда.

В четвертой главе работы «Оптимизация инвестиционного обеспечения пространственного развития национальной экономики» обосновываются методические подходы к управлению инвестиционным портфелем государственной корпорации макрорегионального развития, оптимизации параметров государственной поддержки приоритетных инвестиционных проектов, повышению устойчивости системы предоставления государственных гарантий кредиторам инициаторов общественно значимых инвестиционных проектов, а также оценке эффективности инвестиционной политики региональных администраций.

В работе доказывается, что оценка эффективности инвестиционного проекта с позиций государственной корпорации макрорегионального развития требует учета вероятности реализации проекта силами частного капитала без поддержки со стороны общественного сектора, монотонно возрастающей при повышении значений показателей коммерческой эффективности проекта для базового сценария его реализации и степени устойчивости проекта к изменению факторов риска. Для этого вводится понятие эффективности оказания поддержки проекту общественным сектором как соотношения между приростом математического ожидания эффекта проекта (общественного, регионального, бюджетного) в результате оказания поддержки проекту и общим объемом финансовой поддержки проекта общественным сектором. Денежный поток для оценки эффективности оказания поддержки проекту общественным сектором рассчитывается по формуле , где CFt – денежный поток для оценки эффективности проекта (общественной, региональной, бюджетной) применительно к базовому сценарию его реализации, P – вероятность реализации проекта силами частного капитала без финансовой поддержки общественным сектором, St – объем поддержки проекта общественным сектором, необходимый для принятия определенного решения о начале реализации проекта, ?CFt – изменение денежного потока для оценки эффективности проекта, обусловленное оказанием поддержки общественным сектором, t – индекс времени.

Как свидетельствуют приведенные в работе расчеты, учет вероятности реализации проектов силами исключительно частного сектора и сопоставление косвенных и перераспределительных эффектов непосредственно с объемом оказываемой поддержки приводят к существенной корректировке рангов инвестиционных предложений по степени эффективности. При этом ориентация на традиционные показатели общественной, региональной и бюджетной эффективности, предусмотренные действующими Методическими рекомендациями по оценке эффективности инвестиционных проектов, не позволяет обеспечить максимизацию математического ожидания дисконтированных общественных, региональных и бюджетных эффектов инвестиционной программы при условии ограниченности объема государственных инвестиционных ресурсов, выделяемых для поддержки приоритетных проектов.

Поскольку в рамках реализации стратегии развития проблемного макрорегиона государственная корпорация макрорегионального развития осуществляет финансирование множества разнородных проектов, реализуемых в различных отраслях и субъектах РФ, результативное управление данным множеством проектов возможно лишь при условии использования принципов портфельного подхода. В качестве основных принципов управления инвестиционным портфелем корпорации определяются: соответствие целей управления задачам реализации стратегии экономического развития макрорегиона; высокая макрорегиональная, общественная и бюджетная эффективность оказания поддержки проектам; долевой характер финансирования и разделение рисков с частным капиталом; возвратность предоставляемых инвестиционных ресурсов;  диверсификация инвестиционного портфеля в разрезе отраслей и субъектов РФ; обеспечение финансовой устойчивости корпорации на основе образования финансовых резервов, ограничения уровня финансового рычага и эффективного управления инвестиционными рисками.

При формировании и управлении инвестиционным портфелем государственной корпорации макрорегионального развития предлагается использование методов поддержки принятия решений, основанных на построении модели математического программирования и решении соответствующей оптимизационной задачи. В качестве целевой функции модели предлагается максимизация чистого дисконтированного макрорегионального эффекта инвестиционной программы. Как основные управляемые переменные рассматриваются решения, отражающие факт принятия к финансированию рассматриваемых проектов. Бюджетное ограничение модели определяется на основе балансировки источников финансовых ресурсов корпорации, включающих дополнительные взносы учредителей в уставный капитал корпорации, поступления от проектов, уже находящихся в портфеле корпорации (включая дивидендные выплаты и поступления от продажи пакетов акций стратегическим инвесторам), средства, полученные путем размещения облигационных займов, и направлений их использования, включающих финансирование новых проектов путем приобретения пакетов акций предприятий, реализующих данные проекты, обслуживание и погашение ранее размещенных облигационных займов, образование финансовых резервов. Определение объема новых заимствований осуществляется исходя из оценок эффективности рассматриваемых корпорацией инвестиционных проектов, а также потребности в рефинансировании ранее размещенных займов с учетом ограничений на предельный объем долга корпорации. Планируемое изменение финансовых резервов корпорации определяется на основе расчетной потребности в резервном покрытии ожидаемых поступлений от реализации ранее профинансированных проектов.

Если чистый дисконтированный макрорегиональный эффект реализации программы рассматривается как максимизируемая целевая функция, то чистый дисконтированный общественный эффект и чистый дисконтированный бюджетный эффект трактуются как ограничения, причем в инвестиционный портфель корпорации включаются только такие проекты, которые обеспечивают минимально допустимый эффект оказания поддержки на рубль инвестируемых средств. Применительно к показателю чистого дисконтированного дохода от участия в проекте устанавливается требование неотрицательности, позволяющее сохранять предоставленный учредителями капитал корпорации.

В системе ограничений модели учитываются приоритеты стратегии экономического развития макрорегиона, связанные с распределением инвестиций между отдельными регионами и отраслями. Если на начальном этапе реализации стратегии основную часть инвестиционного портфеля корпорации обеспечивают проекты, реализуемые в относительно благополучных субъектах РФ, входящих в состав проблемного макрорегиона, и на предприятиях традиционных отраслей товарной специализации, то в последующем, по мере успешной реализации первоочередных проектов, акценты смещаются в сторону менее благополучных субъектов РФ и новых отраслей.

Таблица 3.

Результаты оптимизации инвестиционного портфеля корпорации макрорегионального развития при различных критериях.

Критерий

оптимизации

Ожидаемый чистый приведенный эффект поддержки

макрорегиональный

коммерческий

общественный

бюджетный

макрорегиональный эффект оказания поддержки > max

3310

511

4252

2732

макрорегиональный эффект проектов (согласно Методическим рекомендациям) > max

2316

665

2886

1596

коммерческий эффект от участия в проектах > max

2250

701

3180

1747

Необходимость использования оптимизационной модели в условиях множественности инвестиционных предложений обосновывается в работе путем проведения имитационного эксперимента, предусматривающего решение задачи математического программирования по данным о характеристиках инвестиционных проектов, сгенерированных случайным образом и реализуемых в рамках условного модельного макрорегиона. Значительный разброс полученных значений ожидаемых чистых приведенных эффектов оказания поддержки при различных критериях оптимизации, приведенных в таблице 3, свидетельствует о высокой вероятности существенного отклонения от оптимального решения при отказе от использования модели математического программирования.

В качестве основного направления совершенствования механизмов инвестиционной политики администраций субъектов РФ рассматривается оптимизация порядка предоставления частичных государственных гарантий возврата кредитов, привлекаемых для финансирования инвестиционных проектов. В работе доказывается, что оптимальный объем государственных гарантий должен определяться условием , где NPVpub – чистый дисконтированный доход при оценке общественной эффективности проекта, NPVcom – чистый дисконтированный доход при оценке коммерческой эффективности проекта, K – сумма привлекаемого кредита, М – максимальное отношение чистого дисконтированного дохода при оценке общественной эффективности проекта к чистому дисконтированному доходу при оценке коммерческой эффективности проекта по группе участвующих в региональном конкурсе инвестиционных проектов, Z – залоговая стоимость имеющегося у предприятия приемлемого для банка обеспечения. Согласно этому условию, объем совокупного покрытия кредитного риска банка имеющимся у предприятия ликвидным залогом и государственной гарантией пропорционален соотношению между показателями общественного и коммерческого эффектов проекта. Для наиболее общественно значимых проектов, характеризующихся максимальным превышением общественного эффекта над коммерческим, устанавливается максимальный уровень совокупного покрытия кредитного риска.

В целях повышения устойчивости системы предоставления государственных гарантий кредиторам приоритетных для регионов инвестиционных проектов и расширения возможностей депрессивных и малых субъектов РФ по реализации активной инвестиционной политики предлагается создание Федерального фонда покрытия инвестиционных рисков, позволяющего осуществлять диверсификацию рисков, связанных с предоставлением гарантий по инвестиционным кредитам, не только на уровне отдельно взятого субъекта РФ, но и на уровне страны в целом. Механизм функционирования Федерального фонда покрытия инвестиционных рисков основан на следующих основных подходах:

1. Вводятся стандартизированные для всех субъектов РФ, взаимодействующих с Федеральным фондом покрытия инвестиционных рисков, правила предоставления гарантий и ставки оплаты гарантий с учетом степени риска реализации инвестиционного проекта.

2. Параллельно с предоставлением государственной гарантии субъекта РФ банку-кредитору предприятия, реализующего общественно значимый инвестиционный проект, предоставляется гарантия Федерального фонда покрытия инвестиционных рисков. Анализ заявок на предоставление гарантий и принятие решений об их предоставлении осуществляется представительствами Федерального фонда покрытия инвестиционных рисков, создаваемыми в каждом из федеральных округов. В случае принятия положительного решения по результатам рассмотрения заявки плата за гарантию перечисляется в Федеральный фонд покрытия инвестиционных рисков.

3. В случае срыва реализации инвестиционного проекта и непогашения инвестиционного кредита обязательство перед кредитором исполняется как за счет средств бюджета субъекта РФ, так и за счет средств Федерального фонда покрытия инвестиционных рисков.

4. В случае взыскания в порядке регресса суммы кредита с предприятия, осуществляющего инвестиционный проект, средства возвращаются в бюджет субъекта РФ и Федеральный фонд покрытия инвестиционных рисков.

Предельный объем гарантий, предоставляемых Федеральным фондом покрытия инвестиционных рисков, предлагается определять исходя из размера доходов бюджета региона, истории его взаимоотношений с Федеральным фондом покрытия инвестиционных рисков и степени отставания темпов роста экономики региона от темпов роста лидирующих регионов за длительный период. В случае, если Федеральный фонд покрытия инвестиционных рисков исполняет обязательства по предоставленным гарантиям, в последующем объемы федеральной гарантийной поддержки инвестиционной политики региональной администрации сокращаются, что формирует стимулы к качественному отбору поддерживаемых государственными гарантиями инвестиционных проектов. Долю риска в общем объеме гарантийного покрытия, принимаемого на себя Федеральным фондом покрытия инвестиционных рисков, предлагается определять исходя из возможности региона осуществлять диверсификацию гарантийного портфеля и увеличивать пропорционально уменьшению масштабов экономики региона. В состав участников системы федерального гарантийного покрытия инвестиционных рисков предлагается не включать наиболее экономически благополучные субъекты РФ, благоприятный инвестиционный климат в которых позволяет успешно реализовывать инвестиционные проекты в частном секторе без всякой государственной поддержки, и наиболее слаборазвитые субъекты РФ, которые в силу ограниченности инвестиционного потенциала и управленческих возможностей региональной администрации не способны обеспечить реализацию эффективной самостоятельной инвестиционной политики.

Поскольку получение даже самых приблизительных исходных данных для проведения оценки эффективности региональной инвестиционной политики теоретически наиболее корректным методом анализа издержек и выгод требует проведения дорогостоящих обследований, в работе предлагается укрупненный метод оценки эффективности региональной инвестиционной политики, основанный на сравнении результатов инвестиционного процесса и характеристик инвестиционного потенциала региона по совокупности регионов, обладающих сходными условиями развития.

Укрупненная оценка эффективности инвестиционной политики администрации субъекта РФ i строится на основе решения задачи математического программирования с целевой функцией  и ограничениями , , , где xji – вектор характеристик инвестиционного потенциала региона i, yki – вектор характеристик результатов инвестиционной деятельности региона i, vji и wki – весовые коэффициенты, определяемые индивидуально для каждого региона в процессе оптимизации, I – размерность множества регионов, по которому проводятся сопоставления. В результате решения этой задачи для регионов, обеспечивающих наиболее эффективное использование своего инвестиционного потенциала по сравнению с сопоставимыми с ними регионами, целевая функция принимает максимальное значение, равное 1. Существенное отклонение целевой функции от 1 свидетельствует о неэффективности инвестиционной политики региональной администрации.

В качестве компонентов вектора характеристик инвестиционного потенциала региона использовались оценки локальных составляющих инвестиционного потенциала по версии рейтингового агентства «Эксперт РА», а также показатель инвестиций, осуществленных за счет федерального бюджета. В качестве компонентов вектора результатов инвестиционной деятельности использовались показатели инвестиций в основной капитал за счет всех источников финансирования, кроме средств федерального бюджета, и прироста ВРП с поправкой на межрегиональные различия цен.

Таблица 4.

Распределение субъектов РФ по уровню инвестиционного потенциала и степени эффективности региональной инвестиционной политики.

Инвестиционный потенциал

Эффективная инвестиционная политика (e>0,85)

Нормальная инвестиционная политика (0,65?e?0,85)

Неэффективная инвестиционная политика (e<0,65)

Высокий

Москва, Санкт-Петербург, Ханты-Мансийский АО, Московская обл., Свердловская обл. – оценка эффективности сравнительным методом невозможна

Средний

Ямало-Ненецкий АО (1,00), Саха–Якутия (1,00)

Белгородская обл. (0,85), Омская обл. (0,84), Красноярский край (0,78), Татарстан (0,72), Нижегородская обл. (0,72), Самарская обл. (0,71), Иркутская обл. (0,69), Кемеровская обл. (0,68), Башкортостан (0,66), Челябинская обл. (0,66), Новосибирская обл. (0,65)

Пермский край (0,64), Краснодарский край (0,61), Ростовская обл. (0,58)

Пониженный

Вологодская обл. (1,00), Тюменская обл. (1,00), Ярославская обл. (0,99), Липецкая обл. (0,95), Дагестан (0,93)

Калужская обл. (0,81), Томская обл. (0,81), Читинская обл. (0,81), Коми (0,77), Удмуртия (0,76), Ленинградская обл. (0,75), Брянская обл. (0,75), Архангельская обл. (0,74), Оренбургская обл. (0,79), Тверская обл. (0,67), Рязанская обл. (0,67), Амурская обл. (0,67), Волгоградская обл. (0,64)

Тульская обл. (0,62), Ульяновская обл. (0,62), Пензенская обл. (0,61), Ставропольский край (0,61), Калининградская обл. (0,59), Мурманская обл. (0,58), Курская обл. (0,56), Саратовская обл. (0,56), Владимирская обл. (0,55), Воронежская обл. (0,54), Приморский край (0,54), Хабаровский край (0,50), Алтайский край (0,47)

Незначительный

Ненецкий АО (1,00), Таймырский (Долгано-Ненецкий АО) (1,00), Эвенкийский АО (1,00), Агинский Бурятский АО (1,00), Чувашия (1,00), Адыгея (0,93), Новгородская обл. (0,92), Ивановская обл. (0,91), Костромская обл. (0,88)

Мордовия (0,85), Смоленская обл. (0,85), Тыва (0,84), Сахалинская обл. (0,83), Орловская обл. (0,78), Астраханская обл. (0,76), Еврейская автономная обл. (0,72), Хакасия (0,71), Карачаево-Черкессия (0,69), Карелия (0,68), Северная Осетия – Алания (0,67), Тамбовская обл. (0,66), Чукотский АО (0,65)

Курганская обл. (0,63), Марий Эл (0,61), Калмыкия (0,61),  Республика Алтай (0,60), Псковская обл. (0,59), Кировская обл. (0,50), Бурятия (0,50), Камчатская обл. (0,49), Магаданская обл. (0,32)

Низкий

Чечня, Ингушетия, Кабардино-Балкария, Корякский АО, Усть-Ордынский Бурятский АО – оценка эффективности сравнительным методом невозможна

Поскольку для регионов с высоким и низким инвестиционным потенциалом имеется недостаточное количество регионов-аналогов, оценка эффективности их инвестиционной политики данным методом не осуществлялась.

Результаты расчетов (см. табл.4) показали, что в рамках однородных групп регионов по уровню инвестиционного потенциала наблюдается существенный разброс показателей эффективности реализации инвестиционной политики. В частности, такие регионы, как Саратовская, Владимирская и Воронежская области, Приморский, Хабаровский и Алтайский края оказываются не способными в полной мере реализовать свой инвестиционный потенциал в сравнении с другими субъектами РФ, находящимися в сопоставимых с ними условиях. Напротив, таким регионам, как Ярославская, Липецкая и Новгородская области, Республики Дагестан, Чувашия и Адыгея, несмотря на пониженный или незначительный инвестиционный потенциал, удается активно привлекать инвестиции и поддерживать достаточно высокие темпы экономического роста. Опыт этих субъектов РФ в области разработки и реализации региональной инвестиционной политики наиболее интересен с позиций возможного использования в других регионах, характеризующихся сопоставимыми условиями развития.

В пятой главе работы «Совершенствование финансовых механизмов стимулирования социально-экономического развития регионов» дается теоретический анализ вертикальной организации общественного сектора, позволяющий сформулировать рекомендации по совершенствованию параметров налоговой и бюджетной системы России.

Согласно теореме децентрализации В.Оутса, при условии отсутствия экономии от централизованного производства общественных благ и межрегиональных внешних эффектов децентрализованный вариант принятия решений в отношении поставки и финансирования общественных благ либо повышает уровень общественного благосостояния по сравнению с централизованным вариантом, либо обеспечивает тот же уровень общественного благосостояния. Доказательство теоремы Оутса строится без проведения межрегиональных сопоставлений уровней благосостояния. Однако в условиях значительной межрегиональной дифференциации федеральные органы власти не могут обходиться без межрегиональных сопоставлений.

Поэтому в работе предлагается альтернативный подход к оценке последствий налогово-бюджетной децентрализации, основанный на анализе функций полезности жителей регионов, зависящих от соотношений частных и общественных благ в структуре потребления и имеющих вид , где ai – объем потребления частных благ типичным жителем региона i, bi – объем потребления общественных благ типичным жителем региона i, ?i – коэффициент эластичности функции полезности по объему потребления частных благ, ?i – коэффициент эластичности функции полезности по объему потребления общественных благ. При этом предполагается, что действует закон убывающей предельной полезности дохода и выполняется неравенство . Оптимальные уровни налогового бремени определяются путем максимизации значений данных функций полезности применительно к вариантам абсолютной децентрализации налогово-бюджетных полномочий, абсолютной централизации налогово-бюджетных полномочий, а также разграничения налогово-бюджетных полномочий между федеральным Центром и регионами.

Для случая разграничения налогово-бюджетных полномочий между федеральным Центром и регионами функция полезности записывается как  (17), где yi – ВРП на душу населения, y – ВВП на душу населения в целом по стране, ti – уровень налогового бремени по региональным налогам как доля ВРП,  – уровень налогового бремени по федеральным налогам как доля ВВП, ? и ? – параметры эластичности функции полезности по объему потребления частных и общественных благ в среднем по стране, ? – степень централизации. Отсюда следует, что оптимальный уровень налогового бремени по региональным налогам определяется условием  (18).

Важнейшим преимуществом децентрализации в рамках предложенной модели является более точный учет специфических потребностей жителей регионов, обусловленный информационными преимуществами региональных органов власти. Важнейшим недостатком децентрализации в рамках предложенной модели является невозможность поддержания на социально приемлемом уровне благосостояния жителей неблагополучных регионов, не располагающих необходимым экономическим потенциалом для формирования доходов, которые могут быть использованы как для приобретения частных благ жителями региона, так и для аккумулирования в региональном бюджете для покрытия расходов по производству общественных благ.

Уравнения (17) и (18) были использованы для исследования влияния изменения степени централизации на благосостояние жителей страны и входящих в нее регионов для случаев абсолютного межрегионального паритета, умеренного межрегионального неравенства и сильного межрегионального неравенства. Оценка последствий изменения степени децентрализации проводилась с использованием трех критериев общественного благосостояния – критерия Бентама, критерия Роулза и компромиссного критерия.

Согласно критерию Бентама , где Pi – численность населения региона i, благосостояние каждого члена общества имеет одинаковую ценность, а благосостояние общества в целом есть сумма значений индивидуальных полезностей. Согласно критерию Роулза мерой общественного благосостояния является наименьшее из значений функций индивидуальной полезности: . Компромиссный критерий, учитывающий как стремление к максимизации среднего уровня полезности, так и стремление к улучшению положения жителей наименее благополучных регионов, был выражен через критерии Бентама и Роулза по формуле , где ? – весовой коэффициент.

Таблица 5.

Значения критериев общественного благосостояния при различных вариантах межрегиональной экономической дифференциации.

?

Абсолютный межрегиональный паритет

Умеренное межрегиональное неравенство

Сильное межрегиональное неравенство

B

R

W

B

R

W

B

R

W

0

23,787

22,865

23,695

23,757

19,868

23,368

23,572

7,723

21,987

0,1

23,784

22,864

23,692

23,757

20,002

23,381

23,594

8,383

22,073

0,2

23,776

22,860

23,684

23,750

20,130

23,388

23,607

9,016

22,148

0,3

23,761

22,852

23,670

23,738

20,251

23,389

23,613

9,627

22,215

0,4

23,741

22,842

23,651

23,719

20,366

23,384

23,611

10,221

22,272

0,5

23,714

22,829

23,626

23,694

20,474

23,372

23,602

10,799

22,322

0,6

23,681

22,814

23,594

23,662

20,577

23,354

23,585

11,365

22,363

0,7

23,641

22,795

23,556

23,624

20,673

23,328

23,561

11,918

22,396

0,8

23,593

22,774

23,511

23,578

20,762

23,296

23,528

12,462

22,422

0,9

23,539

22,749

23,460

23,524

20,846

23,256

23,488

12,997

22,439

1

23,476

22,722

23,400

23,463

20,923

23,209

23,439

13,524

22,448

Проведенные расчеты (см. таблицу 5) показали, что в случае абсолютного межрегионального паритета оптимальным вариантом организации вертикальной структуры общественного сектора является абсолютная децентрализация налогово-бюджетных полномочий, поскольку при увеличении степени централизации значения критериев Бентама и Роулза монотонно убывают. Так как межрегиональное перераспределение доходов не требуется, потери информации о потребностях населения в результате централизации оказываются ничем не компенсированными, что приводит к уменьшению значений функций полезности жителей всех регионов и, соответственно, к уменьшению значений всех рассматриваемых критериев общественного благосостояния.

В случае умеренного межрегионального неравенства значения критерия Бентама монотонно убывают, а значения критерия Роулза – монотонно возрастают при увеличении степени централизации. Снижение критерия Бентама объясняется утратой информационных преимуществ, которыми обладают региональные органы власти, а повышение критерия Роулза – расширением возможностей по повышению благосостояния жителей неблагополучных регионов за счет изъятия части доходов у жителей благополучных регионов, выступающих в роли финансовых доноров. Значения компромиссного критерия сначала возрастают, затем проходят через максимум и начинают убывать. Это свидетельствует о возможности определения оптимального варианта разграничения налогово-бюджетных полномочий между федеральными и региональными органами власти, позволяющего, с одной стороны, минимизировать потери значимой информации о специфике регионов и, с другой стороны, обеспечить относительно справедливое распределение доходов в масштабах национальной экономики.

В случае сильного межрегионального неравенства абсолютная децентрализация оказалась неэффективной не только по критерию Роулза, но и по критерию Бентама. Несмотря на утрату информации о специфических предпочтениях жителей регионов и связанную с этим потерю полезности, частичная централизация обеспечивает заметный прирост общественного благосостояния за счет того, что прирост полезности жителей наименее благополучных регионов более чем перекрывает потери полезности жителей регионов-доноров (этот результат является следствием использования предпосылки об убывающей предельной полезности дохода).

Полученные результаты позволили сформулировать вывод о зависимости оптимальной степени децентрализации от характера межрегиональной социально-экономической дифференциации. В условиях сильных межрегиональных различий объективно необходима существенная централизация налоговых доходов в бюджете федерального правительства. По мере сокращения межрегиональных различий, и, в особенности, сокращения разрыва между уровнем экономического развития наименее благополучных и типичных для страны регионов, открываются значительно более широкие возможности для использования преимуществ децентрализации. Поэтому стратегия социально-экономического развития страны должна предусматривать пересмотр распределения налогово-бюджетных полномочий между Центром и регионами по мере решения сформулированных в ней задач по сокращению межрегионального экономического неравенства.

Проведенный анализ современной российской модели бюджетного устройства позволил выявить явное несоответствие между децентрализацией бюджетных расходов и централизацией налоговых доходов в федеральном бюджете. Хотя из построенной теоретической модели вертикальной структуры общественного сектора следует, что максимизация уровня общественного благосостояния в условиях значительного межрегионального неравенства предполагает превышение расходных обязательств региональных органов власти над их собственными налоговыми доходами, оптимизация налоговой нагрузки на участников экономической деятельности в региональной хозяйственной системе с учетом потребности жителей региона в частных и общественных благах невозможна без предоставления региональным властям достаточно широких полномочий по проведению самостоятельной налоговой политики. Поскольку основные источники доходов региональных бюджетов находятся вне сферы решений, принимаемых региональными органами власти, в действующую налоговую систему предлагается внести ряд изменений, направленных на расширение налоговых полномочий региональных властей.

В статьи 63 и 66 Налогового кодекса РФ предлагается внести изменения, которые позволят налоговым и финансовым органам субъектов РФ предоставлять инвестиционные налоговые кредиты не только по региональным налогам, но и по федеральным налогам в пределах, подлежащих в соответствии с бюджетным законодательством зачислению в бюджеты субъектов РФ. В связи с различием роли малого бизнеса в системе приоритетов стратегии развития и структуре экономики различных регионов в статью 34620 Налогового кодекса РФ предлагается внести изменения, которые предоставили бы региональным властям возможность варьирования налоговыми ставками единого налога, взимаемого в связи с применением упрощенной системы налогообложения, в том числе и в части определения дифференцированных налоговых ставок для различных категорий налогоплательщиков. Применительно к налогу на прибыль организаций предлагается расширить диапазон возможных изменений налоговой ставки, определяющей размер поступлений в региональный бюджет.

В условиях высокоцентрализованной модели бюджетной системы, фактически реализованной в России, огромную роль играют межбюджетные трансферты, основная часть которых направляется регионам по линии Федерального фонда финансовой поддержки субъектов РФ. В работе отмечается, что несмотря на значительные усилия, предпринятые Минфином РФ в области придания стимулирующих свойств механизму распределения дотаций из данного фонда, действующая редакция методики распределения дотаций не исключает возможности предоставления повышенных дотаций для компенсации просчетов и ошибок в экономической политике региональных властей.

Для минимизации этих рисков при расчете индекса налогового потенциала субъекта РФ предлагается ввести поправку на значение показателя дифференциального сдвига, зависящего от соотношения между темпами прироста добавленной стоимости в отдельных отраслях экономики региона и национальной экономики в целом и тесно коррелирующего со степенью эффективности экономической политики региональной администрации. При этом индекс налогового потенциала региона i предлагается рассчитывать по формуле , где  – объем производства добавленной стоимости в отрасли j региона i в базисном году, gjm – темп прироста добавленной стоимости в отрасли j национальной экономики в последнем отчетном году по сравнению с базисным,  – ВРП региона r в последнем отчетном году,  – численность населения региона i в последнем отчетном году,  – численность населения страны в последнем отчетном году, – поправочный коэффициент на отраслевую структуру экономики. Благодаря этой поправке обеспечение повышенных темпов роста в сравнении с регионами со сходной структурой экономики не влечет за собой снижения объема дотаций, а сокращение темпов роста в сравнении с регионами со сходной структурой экономики не влечет за собой увеличения объема дотаций.

В выводах по результатам исследования характеризуется основное содержание научной новизны и практической значимости полученных результатов.

Основные положения диссертационного исследования раскрываются в следующих опубликованных работах:

I. Монографии.

1. Проблемы теории и практики государственного регулирования экономического развития регионов: Монография. – М.: Изд-во РАГС, 2006. (14.5 п.л.)

2. Теоретические основы регулирования регионального развития: зарубежные подходы и возможность их использования в российских условиях: Монография. – М.: Изд-во РАГС, 2007. (15.6 п.л.)

3. Механизм выравнивания социально-экономического развития регионов (отечественная и зарубежная практика): Монография / под ред. Кушлина В.И. – М.: Изд-во РАГС, 2007. (13.5 / 2.0 п.л.)

II. Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах.

4. Экономический рост в системе регионов: теоретическая модель // Регион: экономика и социология, 2005, №2. (0.8 п.л.)

5. Проблема налогово-бюджетной децентрализации в свете кардиналистской теории полезности // Федерализм, 2005, №2. (0.7 п.л.)

6. Анализ динамики межрегионального экономического неравенства: зарубежные подходы и российская практика // Регион: экономика и социология, 2005, №4. (0.7 п.л.)

7. Федеральная региональная экономическая политика: стратегические альтернативы и пути реализации // Федерализм, 2006, №2. (0.6 п.л.)

8. Федеральные целевые программы территориального развития: проблемы и перспективы // Регион: экономика и социология, 2006, №3. (0.7 п.л.)

9. Оценка эффективности и пути оптимизации инвестиционной политики субъектов Федерации // Федерализм, 2007, №2. (0.9 п.л.)

10. Межрегиональное экономическое неравенство в российской экономике: тенденции и перспективы // Региональная экономика: теория и практика, 2007, №8. (0.6 п.л.)

11. Оценка эффективности региональной инвестиционной политики методом анализа издержек и выгод // Регион: экономика и социология, 2007, №3. (0.7 п.л.)

III. Прочие публикации.

12. Математические модели и экономические решения: Учебное пособие. – М.: Изд-во РАГС, 2005. (12.3 п.л.)

13. Теоретическая модель экономического роста многорегиональной системы // VI Всероссийская конференция молодых ученых «Региональная наука»: Сборник научных трудов. – М.: Изд-во СОПС, 2006. (0.5 п.л.)

14. Моделирование эффектов региональной инвестиционной политики федерального правительства // Информационно-аналитические средства поддержки принятия решений и ситуационные центры. Материалы научно-практической конференции. – М.: Изд-во РАГС, 2006. (0.4 п.л.)

15. Эффективность региональной инвестиционной политики и направления ее повышения // Инвестиционные процессы в России: региональный аспект: Сборник научных трудов. – М.: Изд-во ИНИОН РАН, 2007. (соавтор Положихина М.А., 0.9 / 0.7 п.л.)

16. Проблема оптимальных масштабов налогово-бюджетной децентрализации в условиях межрегионального экономического неравенства: теоретическая модель // VII Всероссийская конференция молодых ученых «Региональная наука»: Сборник научных трудов. – М.: Изд-во СОПС, 2007. (0.5 п.л.)

17. Стратегические альтернативы вертикальной организации общественного сектора и общественное благосостояние // Социальные аспекты развития экономики России: Сборник статей. – М.: Изд-во РАГС, 2007. (0.4 п.л.)

18. Моделирование вариантов вертикальной организации бюджетной системы // Ситуационные центры: модели, технологии, опыт практической реализации. Материалы научно-практической конференции. – М.: Изд-во РАГС, 2007. (0.4 п.л.)

Всего диссертантом опубликовано 36 работ общим объемом более 70 п.л.


Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора наук

 

Мельников Роман Михайлович

 

Теория и механизм регулирования пропорций

пространственного развития национальной экономики

 

Научный консультант: д.э.н., профессор

Марголин Андрей Маркович

 

 

Оригинал-макет

Мельников Р.М.

 

Подписано к печати ____________, тираж 100 экз.

Усл. п.л. 2,5

Российская академия государственной службы

при Президенте Российской Федерации

 

Оформлено ОПМГ РАГС. Заказ №___

119606 Москва, пр-т Вернадского, 84

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.