WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

Мирохозяйственные связи Калининградской области: экономическое развитие в условиях анклавности

Автореферат докторской диссертации по экономике

 

На правах рукописи

ВИНОКУРОВ Евгений Юрьевич

 

 

 

Мирохозяйственные связи Калининградской области:

экономическое развитие в условиях анклавности

 

Специальность 08.00.14 – Мировая экономика

 

 

 

 

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора экономических наук

                                                Москва - 2008

 



Работа выполнена в Отделе глобальных экономических проблем и внешнеэкономической политики Института мировой экономики и международных отношений Российской академии наук

ОФИЦИАЛЬНЫЕ ОППОНЕНТЫ:

доктор экономических наук, профессор Л.Б. Вардомский

доктор экономических наук О.В. Кузнецова

доктор экономических наук, профессор Е.С. Хесин

ВЕДУЩАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ:

Государственное научно-исследовательское учреждение «Совет по изучению производительных сил» (СОПС)

Защита состоится «____»__________2008 года в 14 часов на заседании диссертационного совета Д 002.003.01 при ИМЭМО РАН по адресу: 117997, Москва, ул. Профсоюзная, д.23.

С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале библиотеки Института мировой экономики и международных отношений РАН

Автореферат разослан «_____»_________________2008г.

Ученый секретарь диссертационного совета

к.э.н.                                               А.В. Кузнецов



ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Экономическое развитие Калининградской области является важной составной частью как российской экономики и политики в целом, так и российско-европейских отношений. Область привлекла пристальное международное внимание в 2001-2003 годах. Россия и Евросоюз были вынуждены сесть за стол переговоров, чтобы найти решение вопроса калининградского транзита в контексте расширения ЕС на восток. Итогом стало осознание и Россией, и ЕС специфики Калининградской области и необходимости особых подходов к ней.  

Главным феноменом, определяющим экономическое развитие Калининградской области, является анклавность. Важнейшие специфические характеристики региона связаны с его анклавным статусом. Для экономического функционирования анклава внешнеэкономические связи жизненно необходимы. Благоприятный внешнеэкономический режим и интеграция в международное разделение труда становятся определяющими факторами успешного экономического развития. Вместе с тем,  будучи неотъемлемой частью Российской Федерации, область поддерживает крепкие экономические связи с российскими регионами, несмотря на территориальную изолированность. Специфичность Калининградской области требует инновационных подходов к выбору модели развития.

Географическое положение Калининградской области дает возможность развивать целый ряд секторов и отраслей, использующих преимущества непосредственной территориальной близости к рынку ЕС, с одной стороны, и свободного доступа на российский рынок, с другой стороны, а также транспортно-транзитного потенциала и относительно высококвалифицированной рабочей силы. На этой основе возможно развитие успешной региональной экономики, сочетающей сферу высокотехнологичных услуг и динамичную промышленную специализацию, основанную на промежуточной роли в европейско-российских экономических отношениях. Перспективными направлениями являются развитие промышленности (высокотехнологичные потребительские товары, пищевая промышленность, включая обработку морепродуктов, мебельная промышленность и т.д.), реализация транзитно-транспортного потенциала и преимуществ морских портов (логистические услуги с высокой добавленной стоимостью, рыболовство, обслуживание судов и судоремонт) и развитие перспективных направлений сферы услуг (информационная экономика, туризм, рекреационная недвижимость).

Анклавный статус Калининградской области характеризуется не только преимуществами, но и недостатками, стоящими на пути раскрытия ее экономического потенциала. Среди них выделяются, во-первых, обусловленные анклавностью повышенные операционные издержки, понижающие экономическую эффективность связей с материнским государством, во-вторых, многочисленные барьеры, препятствующие развитию экспорта в Евросоюз (несмотря на его непосредственную территориальную близость), а также характерная для анклава высокая волатильность экономического развития. Минимизация анклавных издержек, раскрыв высокий экономический потенциал анклава, позволит Калининградской области занять оптимальное место в российской экономике и международном разделении труда.

Анклавам, как правило, уделяется значительно большего внимания, чем приходится на долю неанклавных территорий сравнимого размера. Эта диспропорция определяется двумя причинами. Во-первых, анклавы являются проблемными территориями как для материнского, так и для окружающего государства. Во-вторых, целый ряд вопросов политического и экономического развития анклавов в силу их международной специфики требует принятия решений на уровне внешнеэкономической политики и международных переговоров.

Актуальность темы исследования определяют следующие обстоятельства:

- особое место Калининградской области в отношениях России и ЕС, в российской внутренней и внешнеэкономической политике;

- необходимость разработки модели развития анклавной экономики в условиях интеграции в мировую экономику при одновременном укреплении связей с материнским государством;

- важность анклавов в мировой политике и экономике, диспропорциональная размеру их населения и экономическому весу, в сочетании с недостаточной исследованностью проблематики экономического развития анклавных территорий.

Хронологические рамки работы. Анализ экономического развития Калининградской области охватывает период с 1991 по 2006 гг. Историческая панорама экономического развития анклавов прослеживается с начала XX  века, причем основное внимание уделено периоду 1970-2000-х годов, что связано с актуальностью понимания специфики развития анклавных экономик в современных условиях.

Степень разработанности проблемы. Серьезная дискуссия по вопросам экономического развития Калининградского региона началась относительно поздно, в начале 2000-х годов. В России эти вопросы рассматривались Н.В. Буровой, И.И. Елисеевой, В.П. Ждановым, С.В. Жуковым, В.В. Ивченко, А.Ю. Игнатьевым, А.П. Клемешевым, О.В. Кузнецовой, В.А. Мау,  Н.В. Смородинской, Е.В. Ревякиным, А.А. Сергуниным, А.Н. Усановым, Г.М. Федоровым. Среди зарубежных авторов отметим Дж. Баксендейла, Х.-М. Биркенбах, К. Браунинга, К. Вельмана, Д. Гована, С. Дьюара, П. Йоэнниеми, В. Ламанда, К. Лиуто, И. Самсона, Х. Тиммермана,  Л. Фейрли. В новейшей литературе содержится ряд предложений по возможным экономическим стратегиям. Среди них отметим работы под руководством И. Самсона, Г.М. Федорова, а также коллективные работы Правительства Калининградской области и Кильской группы экспертов.

Однако, в целом, политические вопросы привлекали значительно больше внимания, чем экономические. Так, зарубежные авторы фокусировались на проблемах безопасности, делая акцент на политической стороне процесса и обсуждая в первую очередь политические аспекты визового режима, транспорта, транзита, а также сырьевого и энергоснабжения. Российские авторы также значительное внимание уделяли геополитическому анализу и проблемам безопасности (энергетической, продовольственной и т.д.). В то же время необходим комплексный подход к Калининградской области в полном контексте ее мирохозяйственных связей с учетом интересов России и стран Евросоюза.

Высокая степень зависимости региона от внешних факторов, его уязвимость перед лицом экономических шоков определяют важность оценки и учета кратко-, средне- и долгосрочных последствий расширения ЕС на восток, а также эффекта вступления России в ВТО. Интересные и важные постановки по проблемам отношений России и ЕС, а также вступления России в ВТО представляют работы П. Брентона, М. Валя, В.С. Загашвили, И.Д. Иванова, И.С. Королева, Т.В. Кобушко, А.В. Кузнецова, Н.Н. Ливенцева, Я.Д. Лисоволика, В.П. Оболенского, Ю.В. Шишкова, М. Эмерсона, Ю.И. Юданова и др.  

К решению проблем Калининградской области применим мировой опыт анклавных экономик. Он фрагментарно рассматривался в работах П. Голда, О. Катудаля, П. Ратона, Г.В.С. Робинсона, Б. Уайта. Лишь отдельные исследователи (Ю.М. Зверев, А.П. Клемешев, С. Нис,  Г.М. Федоров) частично учитывают опыт других анклавов применительно к Калининградской области.

Цели и задачи исследования. Целью диссертационного исследования является разработка модели развития Калининградской области в условиях анклавности с учетом ее мирохозяйственных связей и мирового опыта анклавных территорий, а также определение принципов внешне- и внутриэкономической политики РФ по отношению к анклаву. Предметом исследования являются модели развития анклавных экономик и выбор оптимальной специализации в контексте торгово-экономических связей и политических отношений материнского и окружающего государств.  Основным объектом исследования выступает региональная экономика Калининградской области в контексте ее мирохозяйственных связей. Дополнительно исследуются экономики других существующих в настоящее время анклавов, включая Гибралтар, Сеуту, Мелилью, Бюзинген, Баарле, Куч Бехар, Нахичеванскую автономную республику и др., а также важные исторические случаи (Гонконг, Макао, Уолвис Бей, Восточный Бенгал, Восточная Пруссия и другие).

Реализация поставленной цели предполагает решение следующих задач:

1)   проанализировать мировой опыт анклавных экономик;

2)   оценить соотношение между потенциальными преимуществами анклавной экономики и анклавными издержками;

3) определить структурные характеристики калининградской экономики и специфику развития экономической специализации Калининградской области в последние 15 лет;

4) выявить основные экзогенные факторы и механизм их воздействия на региональную специализацию и мирохозяйственные связи Калининградской области;

5)  рассмотреть позиции Евросоюза и его государств-членов по отношению к Калининградской области, а также их эволюцию;

6)  определить место области в отношениях России и ЕС.

Помимо теоретических задач, автором ставятся прикладные цели:

1) разработать оптимальную долгосрочную стратегию экономического развития Калининградской области с учетом ее анклавности,  сравнительных и конкурентных преимуществ, существующей специализации и экзогенных факторов;

2) выработать практические рекомендации по формированию экономической политики по отношению к Калининградской области и российской внешнеэкономической политики в отношениях с ЕС и его государствами-членами, которые органично учитывали  бы калининградский вопрос.

Теоретические и методологические основы диссертации. Теоретической и методологической основой исследования послужил синтез теорий международной торговли и экономики развития, а также некоторых методов региональной экономики, адаптированных к специфике объекта исследования. 

Другой теоретической основой исследования мирохозяйственных связей Калининградской области и проблемы выбора модели развития в условиях анклавности стала разработанная автором теория анклавов. На ее основе проводится исследование корреляции экономического режима, экономического развития и интеграции. В рамках концептуальной основы треугольника материнское государство-анклав-окружающее государство проводится анализ соотношения специфичных для анклава позитивных и негативных факторов.

Используются следующие методы:

  • При анализе анклавных экономик в контексте мировой экономики использован сравнительный метод, а также метод статистического анализа.
  • Макро- и микроэкономический анализ сравнительных и конкурентных преимуществ, обуславливающих существующую и потенциальную специализацию региона.
  • Статистический анализ. При анализе количественных данных для оценки состояния региональной экономики и ее динамики используются специально разработанные методы корректировки данных по внешней и межрегиональной торговле, а также  прогнозирование торговых потоков.

Диссертация основана на обширном статистическом материале. Первичные статистические данные по экономике Калининградской области и РФ почерпнуты из публикаций федерального и регионального Госкомстата, Федеральной таможенной службы РФ и правительства Калининградской области. В ряде глав статистические данные и таблицы были рассчитаны автором после тщательного отбора и переработки исходной информации в целях ее сопоставимости. Источником статистики Евросоюза, а также Польши, Литвы и других государств-членов ЕС послужили публикации Евростата и национальных статистических служб соответствующих государств. Использовались также данные ПРООН и ВТО. Для обобщения данных по анклавным экономикам автором была составлены обширная база данных, охватывающая несколько десятков макроэкономических, политических и социальных индикаторов по ныне существующим анклавам, а также ряду наиболее значимых исторических случаев. Использовались результаты ряда интервью, проведенных в ходе исследований на местах. Вместе с тем в некоторых случаях использовались ряды данных по 26 наиболее крупным анклавам.

Научная новизна работы. Диссертация основывается на комплексном экономико-политическом исследовании экономик анклавных территорий. Анализ охватывает проблемы экономического роста, его устойчивости, специализации и мирохозяйственных связей анклавов. Приведенные в диссертации основные экономические результаты анализа стали базой для комплексного изучения экономики российского анклава в контексте его мирохозяйственных связей. По результатам исследования получены следующие научные результаты, отраженные в диссертации.

1) Доказано, что географическое положение Калининградской области обуславливает высокий экономический потенциал региона. Вместе с тем, области присущи определенные недостатки  с точки зрения экономического развития  в силу изолированности по отношению к окружающим государствам (анклавности) и материнскому государству (эксклавности).

2) Доказано, что высокая степень торговой открытости калининградской экономики и ее тесные экономические контакты с основной территорией страны связаны с действием режима ОЭЗ и сложившейся за годы переходного периода промежуточной ролью региона в торговле России и ЕС. На основе анализа фундаментального сдвига в сторону сектора услуг и изменений в промышленной специализации, выявлено, что традиционные виды экспорта характеризуются незначительным потенциалом роста и не могут быть основой устойчивого экономического развития.

3) Обосновано, что главным условием реализации преимуществ географического положения при одновременной минимизации анклавных издержек является создание режима экономической открытости, понимаемого как либеральный режим по отношению к внешнему миру в целом и окружающим государствам в частности в плане передвижения товаров и услуг, людей, капитала и труда. Вместе с тем экономическая открытость допускает жесткий политический контроль со стороны федерального центра.

4) Разработана модель экономического развития в условиях анклавности, основанная на преимуществах географического положения области и предполагающая концентрацию на деятельности с высокой добавлен­ной стоимостью, развитие территориально закрепленных активов, снижение транспортоемкости и реализацию экспортного потенциала региональной экономики.

5) Раскрыт процесс эволюции позиций России, ЕС и его отдельных государств-членов по отношению к «калининградскому вопросу», являющемуся неотъемлемой частью отношений России и ЕС с начала 2000-х годов. Позиция Евросоюза и его государств-членов эволюционирует в сторону большей гибкости в отношении Калининградской области.  Признание необходимости особого подхода к решению  анклавных проблем в рамках российско-европейского диалога открыло дорогу к постепенному сближению позиций сторон.

6) Доказано, что концепция пилотного региона частично применима к Калининградской области. В рамках концепции пилотного региона анклав может послужить площадкой для апробации таких мер, как свободная торговля, одно- или двусторонний безвизовый режим, льготные условия движения капитала, а также частичная адаптация к промышленным и экологическим нормам и стандартам ЕС.

7) Обоснована необходимость активной и скоординированной российской внутренней и внешнеэкономической политики, учитывающей калининградскую проблематику. Наиболее целесообразным с точки зрения российских интересов представляется позитивное использование Калининградской области для углубления сотрудничества с ЕС на основе концепций открытого экономического режима и пилотного региона.  

Практическая значимость исследования. В диссертации формулируются рекомендации в отношении к: (а) федеральной экономической политике по отношению к Калининградской области; (б) федеральной внешнеэкономической политике в отношениях с ЕС в целом и его государствами-членами в частности, которая органично учитывала бы калининградский вопрос; (в) региональной экономической политике. Предложен комплекс рамочных концепций в сочетании с практическими мерами развития институциональной основы экономики, поддержки экспорта, развития территориально закрепленных активов и иными мерами поддержки экономического развития.

Материалы диссертации могут оказаться полезными при разработке курсов по международным отношениям, международной экономике и экономической географии. 

Апробация работы.  Ряд идей и положений, вошедших в диссертацию, был изложен на научных форумах, конференциях и в ходе дискуссий, в которых автор участвовал в 2001-2007 гг. в Калининграде, Москве, Вильнюсе, Гренобле, Йене, Брюсселе, Берлине и Рейкьявике. Результаты диссертационного исследования нашли свое отражение в научных публикациях автора в России и за рубежом. По теме диссертации опубликовано 33 работы общим объемом 116,9  п.л., в том числе четыре индивидуальные монографии, посвященные анклавам в целом и Калининградской области в частности.  Диссертант также является соредактором двух коллективных монографий по вопросам российско-европейских отношений и развитию Калининградской области. Ряд статей по тематике диссертации опубликован в журналах из списка ВАК, включая четыре публикации в «Мировой экономике и международных отношениях» и одну в «Вопросах экономики», а также в зарубежных научных журналах (European Urban and Regional Studies, Problems of Economic Transition, Int. J. for Economic Policy in Emerging Economies).  

В 2004 году автором прочитан курс «Анклавы и эксклавы в мировой политике и экономике» в Йенском университете. Кроме того, в течение последних лет автором сделан ряд докладов для научного сообщества, студентов и широкой публики по тематике диссертационного исследования.

В 2001-2005 гг. автор участвовал в ряде проектов экономического развития Калининградской области, осуществлявшихся под эгидой Агентства регионального развития и в сотрудничестве с администрацией Калининградской области. Результаты проектов, отраженные в серии обзоров и иных публикациях, активно использовались органами государственной власти при проведения региональной экономической политики, а также деловым сообществом при разработке бизнес-стратегий на средне- и долгосрочную перспективу. Некоторые научные результаты, полученные автором при анализе мирового анклавного опыта и проблем экономического развития Калининградской области, и основанные на них практические рекомендации были учтены при разработке Федерального закона2006г. «Об особой экономической зоне в Калининградской области».

Структура работы. Структура диссертации определяется поставленной целью исследования. Диссертация состоит из введения, шести глав, заключения, приложений и списка используемой литературы.

ОГЛАВЛЕНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

ВВЕДЕНИЕ

ГЛАВА 1. ПОТЕНЦИАЛ АНКЛАВНОЙ ЭКОНОМИКИ И ЕГО ОГРАНИЧЕНИЯ

1.1. Концептуальная основа теории анклавов

1.2. Основные экономические характеристики анклавов

1.3. Открытость как условие экономического развития анклава

1.4. Восточная Пруссия

ГЛАВА 2. СТРУКТУРНЫЕ ХАРАКТЕРИСТИКИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТРАНСФОРМАЦИИ

2.1. Структурные изменения в распределении ВРП

2.2. Российские и зарубежные инвестиции

2.3. Высокая доля теневой экономики

2.4. Специфика международных и межрегиональных сравнений

2.5. Промежуточное положение в российско-европейской торговле

ГЛАВА 3. ФАКТОРЫ КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТИ РЕГИОНА

3.1. Измерение сравнительных преимуществ, международной специализации и внутриотраслевой торговли

3.2. Производственные факторы Калининградской области в сравнении с ЕС и Россией

3.3. Факторы региональной конкурентоспособности

ГЛАВА 4. ЭКЗОГЕННЫЕ ФАКТОРЫ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ

4.1 Влияние экзогенных факторов на российский анклав в 1990-2005 годах и далее

4.2. Режим ОЭЗ как определяющий фактор экономического развития переходного периода

4.3. Зависимость Калининградской области от общероссийских экономических тенденций

4.4. Влияние расширения ЕС

4.5. Кратко- и долгосрочные последствия вступления России в ВТО

4.6. Экономические шоки и другие экзогенные факторы как проявления интеграционных и дезинтеграционных процессов

ГЛАВА 5. ВНЕШНЕ- И ВНУТРИПОЛИТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ: КАЛИНИНГРАДСКАЯ ОБЛАСТЬ В КОНТЕКСТЕ ОТНОШЕНИЙ РОССИИ И ЕС

5.1. Позиции России, Евросоюза и его государств-членов

5.2.  Идентичность населения и вопрос латентного сепаратизма

5.3.  Вопросы безопасности и военно-стратегическое значение Калининградской области

5.4. Миграционная политика

ГЛАВА 6.  МОДЕЛЬ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ КАЛИНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ В УСЛОВИЯХ АНКЛАВНОСТИ: СИНТЕЗ И ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

6.1. Обзор стратегий развития

6.2. Оптимальная специализация и траектория развития

6.3. Некоторые отрасли региональной экономики с точки зрения их вклада в специализацию региона

6.4. Практические рекомендации для экономической и внешнеэкономической политики

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

ПРИЛОЖЕНИЯ

СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении формулируются цель и задачи диссертационной работы, обосновывается актуальность темы, описываются степень ее разработанности, научная новизна и практическая значимость, а также теоретические и методологические основы диссертационного исследования.

В главе 1 рассматривается мировой опыт анклавных экономик и анализируются их основные характеристики. Центральными элементами главы являются исследование корреляции экономического режима и доходов на душу населения, а также анализ влияния интеграции материнского и окружающего государств на анклав.

Анклав - это часть территории государства, полностью окруженная территорией другого государства. Полуанклав – более мягкая форма анклавности ввиду наличия выхода к морю. В Приложении 3 приводятся определения и типология анклавов. В диссертации же в отношении Калининградской области преимущественно используется термин «анклав» ввиду его общепринятости. Отметим также употребление таких терминов, как «окружающее государство» и «материнское государство».

Будучи отделен от материнского государства, анклав обладает как специфическим экономическим режимом, так и экономической и торговой специализацией. В таких условиях некоторые анклавы способны процветать, а некоторые находятся в перманентном экономическом кризисе. Гонконг стал «историей успеха» свободной торговли и глобализации. Западно-европейские анклавы, такие как бельгийский Баарле-Хертог, испанская Лливия, итальянский Кампионе или австрийский Юнгхольц, так же как и американский Пойнт-Робертс, процветают за счет туризма и приграничной торговли. С другой стороны, около двухсот анклавов Индии и Бангладеш в Куч Бехаре страдают от нищеты и отсутствия элементарного правопорядка, а жители анклавов Ферганской долины, обладающих плодородными почвами и прекрасными ландшафтами, находятся в гораздо худшем положении, чем их ближайшие соседи. В испанских Сеуте и Мелилье относительное благополучие основано на федеральных льготах и субсидиях. Эти и многие другие анклавы имеют много общего как в плане экономических преимуществ, так и недостатков, что позволяет рассматривать их как отдельный подкласс пространственно-политических объектов.

Выводы диссертации основаны на базе данных, охватывающей 282 анклава и эксклава, существующих в настоящее время в мире, а также на исследовании ряда наиболее значимых анклавов, существовавших ранее в XX веке. Статистические выкладки охватывают 26 наиболее крупных анклавов.

Концептуальной основой изучения анклавов служит треугольник «материнское государство – анклав - окружающее государство», состоящий из четырех векторов, учитывающих специфику отношений между сторонами (рис.1).  

 


Рис. 1. Треугольник «материнское государство – анклав – окружающее государство».

          Проведенное исследование проблем анклавных экономик позволяет сформулировать ряд условий разработки модели экономического развития в условиях анклавности:

  • С точки зрения экономического развития анклавное положение характеризуется как рядом преимуществ, связанных с непосредственной территориальной близостью к рынкам окружающих государств, так и определенными недостатками, связанными с изолированностью по отношению к окружающим государствам (анклавности) и материнскому государству (эксклавности). 
  • Важнейшим конкурентным преимуществом анклавов может являться непосредственная близость к крупному рынку окружающего государства. Реализация этого преимущества в этом случае является основным императивом экономической политики. Вместе с тем, мно­гочисленные таможенные и нетарифные барьеры препятствуют развитию экспорта. В то же время, большое расстояние и затраты на транзит усложняют доступ к потенциаль­ным рынкам материнского государства.
  • Экономическое развитие анклавных территорий достаточно уязвимо и отличается высокой волатильностью, что связано с зависимостью от отношений материнского и окружающего государств, а также с малым размером анклавных экономик.
  • В силу своей специфики анклавы вынуждены достаточно глубоко интегрироваться в мировую экономику. Это ставит перед материнским государством задачу выбора модели развития анклавной экономики в условиях интеграции в мировую экономику при одновременном сохранении политических и экономических связей с материнским государством.
  • Экономиче­ская открытость является необходимым условием развития анклава. Открытые и закрытые экономические режимы преимущественно рассматриваются в плане открытости внешнему миру в целом и окружающему государству в частно­сти в контексте передвижения това­ров и услуг, капитала, людей и труда.
  • Существует тесная взаимосвязь уровня доходов на душу населения и нали­чия/отсутствия режима экономической открытости. Все анклавы, где доходы превышают или равны среднему показателю материнского государства, поддерживают режим экономиче­ской открытости. В то же время большинство анклавов, где уровень доходов ниже среднего показателя мате­ринского государства, закрыты для внешнего мира (табл. 1).

     Табл. 1. Номинальные доходы на душу населения в анклаве  в сравнении с материнским государством и их взаимосвязь с экономическим режимом

Номинальный доход на душу населения

< М

Количество анклавов

4

11

12

Из них:

 

    экономически открытых (особые преференции  

и/или низкие барьеры)

4

11

4

    экономически закрытых (отсутствие особого

режима, высокие барьеры)

0

0

8

7) Возможны два подхода в экономической политике материнского государства: во-первых, компенсационный, когда особый режим представляет собой набор субсидий и льгот, призванных компенсировать издержки изоляции, и, во-вторых, режим экономической открытости, который может включать в себя свободную торговлю, либеральный режим движения капитала, безвизовый режим и т.д.

8) Двух- или многовекторная экономическая ориентация. Успешные анклавы демонстрируют тенденцию к развитию многовекторной ориентации и избегают концентрации на торговых и экономических связях только с материнским государством.

9) Когда границы между материнским и окружающим государством становятся более про­зрачными, анклавность частично размывается. Чем глубже интеграция между окружающим и материнским государствами, тем меньше степень фактической анклавности.

Экономическая теория не дает однозначного ответа на вопрос о влиянии интеграции на приграничные регионы. Вывод диссертанта, напротив, совершенно определенный. Экономическая интеграция — независимо от того, с окружающим государством она осуществляется или со всем миром — оказывает значительный положительный эффект на анклавы. Даже частичный прогресс может дать существенный положительный экономический эффект, намного превзойдя положительное влияние интеграции на другие регионы того же государства.

Анализ структурных характеристик экономической трансформации в главе 2 приводит к выводу о том, что в Калининградской области произошел принципиальный сдвиг в сторону промышленной специализации, основанной, прежде всего, на промежуточной роли в российско-европейской торговле, а также в сторону сектора услуг.

Когда ближайшие соседи Калининградской области (Литва, Латвия, Белоруссия) стали иностранными государствами, регион оказался оторванным от основной части России. Это увеличило разрыв экономико-торговых связей и привело к тому, что кризис 1990-х ударил по Калининградской области сильнее, чем по другим российским регионам. Прежде калининградская экономика была полностью интегрирована в систему разделения труда в масштабах Советского Союза. Калининградские предприятия входили в производственные цепочки, включавшие предприятия от Ленинграда до Ашхабада и от Кишинева до Владивостока. В 1990—1992 годах эти цепочки распались. В сочетании с трудностями перехода к рыночной экономике это привело к падению промышленного производства на 70 % (в сравнении с 50 % в среднем по России).

Кризис 1998 года стал точкой минимума. С 1999 года начался быстрый экономический рост. Важная особенность динамики роста экономики анклава заключается в ее волатильности, в значительно большей амплитуде по сравнению с российской экономикой в целом. Например, в то время как ВВП российской экономики в 1995—1996 годах уменьшался на 3—4 % в год, региональная экономика падала ежегодно на 15 %. И напротив, когда российская экономика начала расти после 1998 года со средним темпом в 6,8 %, калининградская экономика росла в среднем на 10,6 % ежегодно (рис. 2).

Рис. 2. Динамика российского ВВП и ВРП Калининградской области в 1995—2006 годах, в %.

Сформировавшаяся промышленная структура области четко делится на две группы: ориентированные на экспорт и на российский ры­нок. Первая группа представлена нефтедобычей и целлюлозно-бумажной про­мышленностью. Вторая группа включает пи­щевую промышленность, машиностроение и мебельную отрасль.  Производства, ориентированные на замещение импорта, активно развиваются, в то время как ориентированные на экспорт стагнируют или развиваются очень медленно (за исключением нефтедобычи, выросшей в 2004-2006 годах за счет освоения шельфового месторождения). В целом традиционный экспорт обладает незначительным потенциалом роста в силу ограниченности ресурсной базы.  

Современная структура промышленности Калининград­ской области характеризуется меньшим количеством отраслей, большей специализацией и меньшей диверсификацией, чем до 1991 года. Два ведущих сектора, пищевая промышленность и машиностроение, производят 60 %, а четыре ведущих сектора 82,7 % всей промышленной продукции.

Введенный в 1996 году режим Особой экономической зоны сыграл решающую роль  в изменении промышленной специализации области. Региональная промышленность преобразовалась на основе использования преференций ОЭЗ. Пищевая промышленность и машиностроение в такой степени основаны на таможенных преференциях, что их выживание в отсутствие таможенных льгот находится под вопросом.

На основе анализа внешней торговли Калининградской области и торговых связей с «большой» Россией сделаны следующие выводы.

Рост объемов торговли начался в основном благодаря режиму ОЭЗ, стимулировавшему развитие импортозамещающей промышленности, ориентированной на российский рынок. Торговля с Россией играет большую роль в торговом балансе области, составляя более 40 % совокупных торговых потоков, что примерно соответствует объему товарооборота с расширенным ЕС.

Россия является источником топлива и нефтепродуктов, а также металлов и древесины, то есть сырьевых ресурсов. В то же время она и  главный рынок сбыта для калининградской импортозамещающей промышленности: бытовой техники, продуктов питания, мебели, автомобилей. Это позволяет утверждать, что об­ласть «наделена» ролью более развитого торгового партнера в торговле с основной частью России, покупая сырье и топливо и продавая свою промышленную продукцию. Повторимся,  что подобная структура торговых потоков сформировалась как следствие действия режима ОЭЗ, то есть является причиной действия федерального законодательства.

Торговля с российскими регионами имеет тенденцию к быстрому росту после 1998 года. Если импорт значительно превышает ввоз из российских регионов, то вывоз товаров в «большую» Россию превышает экспорт из ОЭЗ в 6 раз (хотя после кризиса 1998 года они находились на сравнимом уровне).

В целом, совокупные торговые потоки (как с иностранными государствами, так и с основной террито­рией России) превосходят ВРП в 2,7 раза. Таким образом, область отличается высокой степенью торговой открытости и встроенностью в торговые потоки России и ЕС. Вместе с тем, очень высокий показатель торговой открытости Калининградской области частично нивелируется тем обстоятельством, что область является транзитным регионом, и в торговой статистике находит отражение часть транзитных потоков. Отметим неглубокий характер обработки, что непосредственным образом связано с функционированием режима ОЭЗ и его «творческим» использованием калининградскими предприятиями. Глубина промышленной обработки в Калининградской области невелика, и это представляет собой серьезную структурную проблему.

В главе 3 на основании различных подходов и методик предпринят детальный анализ конкурентоспособности региона: измерены сравнительные и конкурентные преимущества, проанализированы факторы производительности труда и ресурсов, выявлен вклад основных факторов и их роль в формировании специализации и конкурентоспособности региона. Центральный вопрос главы заключается в том, насколько нынешняя экономическая специализация соответствует сравнительным преимуществам и ресурсам российского анклава.

Ценность разработанной методики вычислений индекса выявленных сравнительных преимуществ заключается в том, что она учитывает не только внешнюю торговлю, но и торговлю с российскими регионами, фактически рассматривая анклав как квази-государство для целей экономического анализа. Учет данных по межрегиональным торговым потокам с материнским государством приводит к переоценке индекса Лафая и позволяет получить более объективные выводы по сравнительным преимуществам. В частности, по сравнению с первым вариантом расчета, учитывающим только данные по внешней торговле, индекс сравнительных преимуществ пищевой продукции изменяется от крайне негативного к позитивному; нефти и нефтепродуктов - от крайне позитивного к умеренно позитивному; нефтехимических продуктов - от нейтрального к негативному; индекс деревообрабатывающей промышленности снижается, хотя остается положительным; индекс металлов изменяется от положительного к умеренно отрицательному.

Следующим шагом стал расчет показателей внутриотраслевой торговли (ВОТ). Основными факторами, объясняющими высокое значение показателей ВОТ в общей торговле Калининградской области, выступают посредническая роль экономики региона в российско-европейской торговле и рост объема товаров с низкой долей добавленной стоимости и низким уровнем передела.  

Сопоставление сравнительных преимуществ по России в целом с аналогичными показателями региона приводит к следую­щим наблюдениям. Сравнительные преимущества области аналогичны преимуществам по России в целом, что касается экспорта (нефть, лесоматериалы, металлы и металлообработка, целлюлоза). В то же время у региона есть сравнительное пре­имущество в производстве бытовой электротехники и пищевых продуктов, которые являются «слабым местом» России. Следовательно, сравнительные преимущества Калининградской области развиваются в сфере импортозамещения, где созданы условия для частичной компенсации общероссийских недостатков.

Один из разделов главы посвящен анализу производственных факторов. Калининградская область имеет сравнительное преимущество в производстве трудоемкой продукции  перед старыми странами ЕС и, в гораздо меньшей степени, перед странами Центральной и Восточной Европы.  Отношение между затратами на рабочую силу и производительностью труда в региональной промышленности в 2—2,5 раза ниже, чем в старых странах ЕС. Эта особенность характеризует современную специализацию промышленности Калининградской области и, при определенных обстоятельствах, может стать одним из факторов, поддерживающих конкурентоспособность региональной продукции, экспортируемой на внешние рынки. Как и следовало ожидать, лучшие показатели использования рабочей силы свойственны тем предприятиям области, где высока доля рабочих, занятых в технологическом процессе (производство бытовой техники, металлообрабатывающая и мясоперерабатывающая промышленности). В то же время не выявлено сравнительного преимущества, основанного на отношении «затраты на рабочую силу/эффективность труда» по отношению к Литве и России в целом.

Несмотря на преимущество над зарубежными компаниями по стоимости рабочей силы, предприятия Калининградской области значительно уступают им по уровню технологического оснащения. В результате регион серьезно уступает в производстве капиталоемких товаров.

Следует учесть и то, что у Калининградской области есть сильное преимущество по стоимости топлива и электроэнергии по сравнению с ЕС, включая его новые государства-члены. Однако ценовая разница постепенно уменьшается. В то же время область находится в невыгодном положении по тарифам на электроэнергию и газ по сравнению с российскими регионами.

Расчеты трудо-, капитало- и энергоемкости специализации позволяет заключить, что регион имеет сравнительное пре­имущество только в трудоемких секторах промышленности. Развитие капиталоемких отраслей промышленности в Калининградской области остается на низком уровне. Слабость анклава в энергоемких отраслях по сравнению с материнским государством в совокупности с отдаленностью от главных сырьевых зон обуславливает его сравнительную неконкурентосопособность в энергоемких производствах.

Анализ структуры расходов позволяет выявить следующие общие особенности, влияющие на конкурентоспособность предприятий Калининградской области. Предприятия, получающие сырье из России, имеют более высокие расходы, значительно превышающие средние издержки по стране. В то же время доля затрат на материалы в структуре совокупных издержек производства предприятий, ориентированных на внешние рынки сырья и промышленных ком­понентов (мясоперерабатывающая, машиностроительная про­мышленность), сравнима с издержками зарубежных компаний. Это можно объяснить отдаленностью предприятий Калининградской области от сырьевых ресурсов России, что повышает расходы на доставку промышленных компонентов, запасных деталей и материалов в регион.

В целом, использование преимущества в затратах на рабочую силу наряду с внешними факторами сыграло значительную роль в формировании современной специализации региональной экономики. В то же время современная экономическая специализация не может быть в достаточной мере объяснена только этим обстоятельством. Оно должно рассматриваться вместе с другими факторами, в особенности с режимом ОЭЗ.

Целесообразно сравнить анклавные издержки с общей суммой налогового бремени. В 2004 году на 1000 руб. ВРП приходилось 205,4 руб. налогового бремени, или 20,5 %, тогда как в среднем по России оно составляет 28,9 %. Разница в 8,4 % объясняется тем, что в условиях ОЭЗ как с товаров, предназначенных для последующей переработки, так и с товаров для потребления таможенные пошлины не взимаются. В то же время сумма анклавных издержек составляла 159,1 руб. на 1000 руб. ВРП, или 15,9 %.  Таким образом, общая сумма бремени на ВРП (налоги плюс анклавные издержки) достигла уровня в 36,4 %, что превышает среднероссийский уровень. Эти данные убедительно демонстрируют необходимость такой модели специализации и экономического режима, которая бы минимизировала бремя анклавных издержек.

Разработка такой модели отталкивается от типологии факторов конкурентоспособности регионов в показателях ресурсов и активов, разработанной Г. Коллетисом и Б. Пекёром. Этот подход к исследованию факторов конкурентоспособности предполагает, что эффективные траектории развития должны приводить к возрастающей территориальной закрепленности ресурсов и активов, привязки их к пространству и его специфическим характеристикам – то есть к появлению активов, устойчивых к прямой конкуренции по ценовым факторам (рис. 3).

Общие

(недифференцированные)

           по­строе­ние тер­ри­то­ри­ально­сти

Специфические

Ре­сурсы

— Калининград как транспортный узел и порт;

— Калининградская область как анклав в ЕС

 —  непосредственная территориальная близость к рынку ЕС;

—  реализация потенциала взаимодействия России и ЕС;

— реализация потенциала транспортной инфраструктуры;

— лучшее понимание менталитета ЕС; высокая предпринимательская

Активность

Ак­тивы

— транзитное положение по отно­ш­ению к рынкам Рос­сии и ЕС

— общие преимущества ОЭЗ (трудоемкие виды деятельности)

—   развитие специализированных услуг, посреднических услуг;

—  специализированная логистическая инфраструктура;

—  технологичное производство с высокой долей добавленной стоимости и др.

построение новых конкурентных преимуществ

Рис. 3. Типология факторов, основанная на географическом положении Калининградской области как российского анклава в ЕС

В рамках этой модели возможны три стратегии развития: (1) Низкая траектория развития: переход от общих ресурсов к общим активам; например, реализация стандартных конкурентных преимуществ, таких как дешевая рабочая сила в трудоемких отраслях промышленности. Основной слабой стороной этой траектории является то, что решения по локализации основываются на наличии факторов, которые легко поддаются замене, что не может  гарантировать долгосрочного устойчивого развития. (2) Высокая траектория развития: переход от общих активов к специфическим активам, то есть движение к промышленности с высокой долей добавленной стоимости или к сфере услуг. Эта траектория подразумевает построение территориальности, то есть переход от недифференцированного пространства к дифференцированной территории, где компетенции и связи между экономическими агентами создают «атмосферу» инноваций и конкуренции. (3) Построение новых конкурентных преимуществ территории: это означает переход от общих ресурсов к специфическим, а от них — к специфическим активам. Данная стратегия основывается на долгосрочном развитии уникальных территориально-закрепленных преимуществ.

В главе 4 рассматривается ряд экзогенных процессов, обуславливающих внешнеэкономическую среду российского анклава. На область оказывает влияние ряд экзогенных факторов в контексте, с одной стороны, расширения ЕС, а также изменений в отношениях Россия—ЕС, и, с другой стороны,  процессов интеграции России в мировую экономику, одним из которых является вступление в ВТО. Эти процессы могут представить как новые возможности развития, так и в ряде случаев серьезную угрозу для региональной экономики.

Рис. 4. Акторы и механизмы внешнеторгового режима Калининградской области

Тот факт, что Россия, ЕС и отдельные государства-члены Евросоюза являются определяющими акторами для Калининградской области, совпадает с пониманием экономических и политических отношений ЕС-Россия как основы анализа будущего развития анклава. Этот взгляд на проблему также полностью соответствует структуре треугольника материнское государство-анклав-окружающее государство, являющейся концептуальным фундаментом теории анклавов.

Проанализированы следующие экзогенные факторы: разрыв традиционных экономических связей (1990-1992 годы) как наиболее сильный экономический шок; функционирование режима ОЭЗ в Калининграде (фактически с 1996 года) и глубокие изменения в нем в соответствии с новым Федеральным законом (2006 год); российский валютно-финансовый кризис 1998 года; расширение ЕС, формально произошедшее в 2004 году, но фактически оказывавшее влияние на Калининград с 2002 года; и ожидаемое вступление России в ВТО.

Режим ОЭЗ стал определяющим фактором экономического развития в рамках второго периода, но точкой отсчета этого периода стал российский кризис 1998 года, имевший характер асимметричного шока для Калининградской области и приведший к различным последствиям в краткосрочном и среднесрочном планах. Можно выделить четыре основных составляющих краткосрочной шоковой реакции: во-первых, цены поднялись в два раза выше, чем в большинстве российских регионов; во-вторых, ВРП снизился на 9,5 %, что гораздо больше, чем в среднем по России (-1,9 %); в-третьих, внешнеторговые потоки сократились на 25 % в течение одного года; в-четвертых, объем иностранных инвестиций упал более чем в два раза. Скачок цен был обусловлен высокой зависимостью региона от потребительского и производственного импорта. В среднесрочном периоде, в силу повышения сравнительного преимущества в трудоемких отраслях и, опосредованно, через рост потребления на российском рынке было оказано мощное позитивное влияние на развитие импортозамещающих производств, ориентированных на российский рынок (в основном пищевая промышленность и бытовая электроника).

Анализ влияния расширения ЕС на восток показал, что расширение ЕС оказало умеренно негативное влияние на анклав вследствие эффекта введения визового режима сопредельными государствами. Однако ни один из аспектов расширения Евросоюза не стал определяющим фактором для экономического развития региона в первые годы XXI века.

Схожий вывод сделан и по вступлению России в ВТО. В силу действия режима ОЭЗ, уже эффективно либерализовавшего импорт Калининградской области, а также действия режима наибольшего благоприятствования с ЕС, вступление России в ВТО не окажет значительного влияния на экономику анклава. Определенный негативный эффект может быть вызван снижением конкурентоспо­собности региональных производителей на российском рынке, хотя воздействие этого фактора будет невелико. Кроме того, вступление в ВТО создало проблему совместимости режима ОЭЗ с правилами ВТО. В действительности ключевой эффект от будущего вступления России в ВТО уже произошел: требования этой организации стали важным стимулом для изменения режима ОЭЗ в новом Федеральном законе 2006 года.

В центре внимания пятой главы находятся внешне- и внутриполитические аспекты развития российского анклава. В ней анализируются эволюция позиций российского федерального центра, Евросоюза и его государств-членов, переговорная динамика по Калининградской области в контексте отношений России и ЕС, военно-стратегический аспект развития и специализации Калининградской области, вопросы идентичности и миграционной политики.

Проблема развития Калининградской области  («калининградский вопрос») является неотъемлемой частью отношений России и ЕС, начиная с 2001-2002 годов. Российские и европейские позиции относительно будущего области заметно эволюционировали со временем. Если в течение 1990-х годов ни РФ, ни ЕС не выделяли область из числа прочих российских регионов, то в 2000-х годах ситуация заметно изменилась.

К началу 2000-х годов доминирующим побудительным фактором для Брюсселя являлось стремление не допустить угрозы безопасности  Евросоюза: ЕС не хотел иметь «внутри себя» бедный и потенциально нестабильный регион, выплескивающий вовне социальное напряжение, экологические проблемы и нелегальную иммиграцию. Что касается Польши и особенно Литвы, то эти страны были серьезно обеспокоены анклавом как возможным фактором, стоящим на пути их присоединения к главным соглашениям ЕС, прежде всего к Шенгенскому соглашению. Поэтому политика этих государств была нацелена на нейтрализацию «калининградского фактора» в контексте политической интеграции с ЕС. Кроме того, Калининградская область представляет собой конкурента в их борьбе за российские рынки. Несмотря на свои небольшие размеры, регион обладает конкурентным преимуществом на рынках России благодаря действию ОЭЗ.  

Подходы ЕС и его государств-членов претерпевают определенную эволюцию. Постепенно вырабатываются новые концептуальные взгляды на весь комплекс вопросов. Признание необходимости особого подхода к решению  анклавных проблем в рамках российско-европейского диалога открыло дорогу к постепенному сближению позиций ЕС и России. Во-первых, оказалось возможным компромиссное решение по пассажирскому транзиту через территорию Литвы. Во-вторых, сами переговоры обогатили европейско-российский диалог, не в последнюю очередь благодаря их трехстороннему формату. В-третьих, Евросоюз сумел сделать решающий шаг к признанию специфичности области в рамках расширения ЕС.  

Таким образом, подчеркнем то обстоятельство, что позиция Евросоюза и его стран-членов постепенно эволюционирует в сторону большей гибкости в отношении Калининградской области. Помимо более позитивного восприятия региона в целом, западноевропейская политическая элита стала с большим пониманием относиться к усилению роли федерального центра в определении вектора развития анклава. С течением времени – и с учетом объективного экономического и политического усиления России – эта позиция все более входит в основной поток политического анализа и внешней политики европейских стран.  

Конечно, гибкость ЕС по-прежнему ограничена весьма жесткими рамками. Об этом, в частности, свидетельствует то, что России не удалось добиться особых правил для грузового транзита через территорию Литвы, осуществляемому по стандартным правилам транзита ЕС. На позицию европейской стороны оказывает влияние как некоторая потеря управляемости после расширения на восток, так и более жесткая позиция новых членов Евросоюза по отношению к России.

В военно-стратегическом плане Калининградская область ставит федеральный центр перед выбором – позиционировать ли анклав как открытый регион экономического и социального сотрудничества или как военный форпост.

В то время как чисто военное значение анклава в гипотетическом случае военного конфликта представляется сомнительным, сильный военный гарнизон в Калининградской области теоретически может рассматриваться как фактор целостности российского государства. Тема сепаратизма действительно звучала в первой половине 1990-х годов и сохранила актуальность для определенных групп и в 2000-х годах.  Жупел сепаратизма неоднократно использовался как федеральными политиками, так и региональной властью в качестве элемента политической «торговли» в переговорах с федеральным центром, в частности, по поводу режима особой экономической зоны. Однако в реальности сепаратизм в Калининградской области практически отсутствует, даже на латентном уровне. Поддержка сепаратистских устремлений в любой форме является минимальной, и пожелания населения ограничиваются предоставлением региону особого экономического статуса. 

В общем плане, несмотря на интенсивный характер сотрудничества, европеизация Калининградской области происходит лишь в очень ограниченных масштабах (под европеизацией понимается процесс восприятия норм Европейского союза; диссертация обобщает результаты многолетнего исследования, в котором принимал участие автор). Установлена также дифференциация степени европеизации между различными секторами. Так, несколько большее влияние наблюдается в экономической и социальной политике, а также образовании. Напротив, в экологической политике и вопросах комплексного управления границей влияния практически не наблюдается.  

Военно-стратегический характер Калининградской области может быть использован федеральным центром как некий аргумент в переговорах с Евросоюзом и его государствами-членами. Однако использование области в качестве разменной карты в политической торговле в состоянии оказать серьезное негативное влияние на экономическое развитие Калининградской области и ее сотрудничество в Балтийском регионе. Подобная тактика может оказать демпфирующее воздействие на иностранные инвестиции, торговые потоки, а также помешать формированию атмосферы доверия между партнерами. Таковы лишь некоторые каналы, по которым роль «форпоста» окажет негативное влияние на основную экономическую функцию региона. Наиболее существенным моментом является то, что военно-стратегическая специализация создает среду, в которой развитие открытой анклавной экономики максимально затруднено.

Вместе с тем, вышесказанное не предполагает необходимости другой крайности полной демилитаризации Калининградской области. Несмотря на настойчивые пожелания государств-членов ЕС (особенно активно выступают за демилитаризацию области страны балтийского региона – Польша, Литва, Дания и Швеция), со стороны России такое намерение отсутствует. Представляется возможным и целесообразным сохранение компактной группировки, обеспечивающей функции охраны сухопутной и морской границ, а также поддержания правопорядка (пограничные и внутренние войска).  Такая политика – по сути дела сохранение статус-кво – вполне приемлема и не создаст препятствий к дальнейшему развитию экономики открытого типа в российском анклаве на Балтике.

Учитывая географическую включенность анклава в территорию стран ЕС и НАТО, нагнетание напряженности по вопросу военного использования Калининградской области может привести к крайне болезненной реакции стран-соседей, других стран Балтийского региона и всего Евросоюза. Это может иметь следствием дальнейшее охлаждение отношений России с Западом. На наш взгляд, внешнеполитическим интересам РФ в наибольшей степени отвечает максимально взвешенный и осторожный подход к балтийскому анклаву, позитивное использование его для углубления сотрудничества на основе идеи пилотного региона вместо позиционирования Калининградской области как региона конфронтации.  

В шестой главе на основе синтеза выводов предыдущих глав разрабатываются модель развития российского анклавного региона и практические рекомендации для российской экономической и внешнеэкономической политики.  

Императивами модели  экономического развития области в условиях анклавности выступают две задачи. Во-первых, модель экономического развития и соответствующая специализация анклавного региона в контексте его мирохозяйственных связей должны создавать условия для использования потенциальных преимуществ анклавного положения. Во-вторых, она должна сводить к минимуму анклавные издержки. Главным условием реализации латентных преимуществ и минимизации анклавных издержек является создание режима экономической открытости, понимаемого как либеральный режим по отношению к внешнему миру в целом и окружающим государствам в плане передвижения товаров и услуг, людей, капитала и труда.

На основе этих посылок  выстраивается модель экономического развития области, основанная на введении режима экономической открытости и предполагающая реализацию потенциала географической близости к ЕС. Оптимальная специализация  видится в рамках вы­сокой траектории развития, дополненной построением новых конкурентных преимуществ в отдельных секто­рах.

Это может быть достигнуто посредством:

  • режима экономической открытости, обеспечивающего двух­векторную специализацию и оптимальную позицию области в европейско-российской торговле;
  • повышения ценности географического положения с помо­щью тесного  взаимодействия с экономикой ЕС, включая реализацию инвестиционного потенциала и активную адаптацию к нормам и стандартам Евросоюза;
  • переходом к производству высокотехнологичной продукции с низким транс­портным и высоким нематериальным компонентом, а также сфере услуг (например, высокотех­нологичные потребительские товары, услуги в транспортном секторе, ин­формационная экономика, туризм) с целью снижения трансакционных издержек и транспортоемкости региональной экономики;
  • снижения перемещаемости активов путем перехода к специ­фическим (территориально закрепленным) активам.

Таблица 2. Анклавные факторы в выборе модели экономического развития Калининградской области: вызовы и ответы

Специфические анклавные факторы

Ответ

Негативные факторы

 Высокие трансакционные издержки.  1) высокие транспортные расходы в торговле с основной частью России; 2) высокие трансакционные издержки в отношениях с государствами ЕС вследствие того, что границы выступают в качестве барьеров на пути свободного передвижения товаров, услуг и людей).

Общее снижение транспортоемкости производства (специализация на производстве товаров с высокой добавленной стоимостью; использо­вание продвинутых технологий; развитие новой экономики; развитие сферы услуг вместо промышленного производства).

Анклавная уязвимость.

   Снижение степени перемещаемости активов, более высокая степень территориальной закрепленности. Использование высокой траектории развития, то есть движение к производствам с высокой добавленной стоимостью и сфере услуг. Меры институциональной поддержки экономики – локальные экономические зоны, региональный фонд развития и т.д.

Издержки односторонней ориентации экономики (преобладающей ориентации на торговлю с материнским государством) и высокой степени зависимости от российского рынка.

 Достижение двухвекторной ориентации, развитие производства на рынки как России, так и ЕС. Последний вектор требует режима экономической открытости в сочетании с политикой содействия развитию экспорта.

Двойная периферийность: область расположена на экономической периферии по отношению как к центру России, так и к основным странам ЕС.

  Экономическая открытость. Потенциальное положительное воздействие от экономического роста Литвы и северо-восточных регионов Польши как долгосрочный эффект расширения ЕС.

Ограниченный размер регионального рынка наряду с ограниченным объемом имеющихся в регионе рабочей силы и ресурсов.

  Открытость и экономическая интеграция. Активная миграционная политика, направленная на привлечение квалифицированной и неквалифицированной рабочей силы.

Возможности

Непосредственная близость к рынку ЕС

Повышение ценности фактора близости путем введения ре­жима экономической открытости. Реализация идеи пилотного региона отношений России и ЕС. Реализация комплекса мер, нацеленных на содействие развитию экспорта.

Выход к морю

Политика торгово-экономической открытости, направленная на реализацию торгового и производственного потенциала в контексте российско-европейской торговли; развитие транспортного комплекса, создание портовых зон (транспортно-транзитные операции, услуги посреднического характера); развитие рыболовецкой и рыбоперерабатывающей отраслей; развитие туризма, туристско-рекреационной и игорной зон. 

Отметим, что экономическая открытость согласуется с жестким политическим контролем со стороны федерального центра (вплоть до введения прямого президентского правления). Опыт других анклавных территорий содержит убедительные примеры возможности такого сочетания. Однако в условиях фактически прямого назначения губернаторов дальнейшие шаги в этом направлении представляются на сегодняшний день нежелательными. 

     Обобщение выводов диссертационного исследования по диагностике текущей специализации региона, теории анклавов, влиянию экзогенных факторов на региональную экономику и стратегии развития в условиях анклавности указывает на оптимальное распределение ВРП в долгосрочном плане. Доля сельского хозяйства в ВРП уже является относительно низкой и, скорее всего, не станет расти в будущем. Оно может концентрироваться на обслуживании местного рынка, производстве ограниченного количества экспортных культур, таких как рапс, развитии пушного звероводства, а также производстве ограниченных объемов продукции для нужд пищевой промышленности региона. В целом специализация Калининградской области на производстве сельскохозяйствен­ной продукции не оправдана в отличие от России в целом, где сельскохозяйственная специализация вполне возможна. Вместе с тем, значение сельского хозяйства выходит за рамки чисто экономической эффективности, неся определенную нагрузку как с точки зрения качества жизни, так и сохранения национальной территории РФ.

          Напротив, промышленное производство способно остаться основой региональной экономики и локомотивом экономического развития. В промышленности целесообразно перейти к производству с высокой долей добавленной стоимости и секторам с высокой степенью территориальной закрепленности. Что касается третичного сектора, то, несмотря на рост доли услуг в ВРП, его потенциал использован недостаточно полно. Сфера услуг – от транспорта до туризма – должна занимать бо?льшую долю в валовом региональном продукте. Туризм и транспортно-транзитные услуги с высокой добавленной стоимостью в рамках посреднической функции в российско-европейской торговле являются наиболее перспективными секторами. Они полностью совместимы с высокой траекторией развития и согласовываются с оптимальной «анклавной» специализа­цией.

Анализ восьми отраслей (топливной, транспортной, рыболовецкой, мебельной, добычи и обработки янтаря, сельскохозяйственной, туристической  и автосборочной) дополняет вышеизложенные соображения. В частности, транспортный комплекс является становым хребтом регио­нальной экономики. Он производит 8-9% ВРП, поддерживая функционирование региональной экономики Калининградской области в целом и обслуживая европейско-российский транзит. Хотя исключительно транспортная специализация Калининградской области представляется необоснованной, региональный транспортный ком­плекс останется важным активом, поддерживающим развитие промышленности и услуг, связанных с обслуживанием торговых потоков.

Практические рекомендации, основанные на теоретических и концептуальных выводах диссертационного исследования, сформулированы в отношении федеральной экономической политики, российской внешнеэкономической политики в отношениях с ЕС в целом (и его государствами-членами в частности) и региональной экономической политики. В силу того, что реализация значительной части предложенных мер требует согласованных действий на всех трех вышеуказанных уровнях, рекомендации сгруппированы по функциональному признаку. Выделяются рамочные концепции, меры развития институциональной основы экономики, меры поддержки экспорта, меры развития территориально закрепленных активов и иные меры поддержки экономического развития.

Рамочными условиями экономического развития Калининградской области являются формирование режима экономической открытости и воплощение в жизнь концепции пилотного региона. Наиболее важными элементами могут стать свободная торговля, унификация норм и стандартов, безвизовый режим, а также более привлекательные условия движения капитала.

Главной идеей концепции пилотного региона является использование Калининградской области в качестве полигона для апробации инструментов и механизмов сотрудничества и партнерства России и ЕС — в плане экономики, передвижения людей, адаптации к европей­ским стандартам и т. д. Решения, которые на данном этапе по различным причинам не могут быть при­няты в европейско-российских отношениях в целом, можно реализовать в Калининградской области как для пользы ее населения, так и в интересах России и Евросоюза. Таким образом, область как пилотный регион может внести активный вклад в формиро­вание нового качества отношений ЕС — Россия.

Рекомендации по формированию и улучшению институциональной основы экономического развития российского анклавного региона включают:

- идею Калининградской зоны свободной торговли плюс (ЗСТ+). ЗСТ+ может представлять собой экономическую зону открытого типа, в которой уже действующий беспошлинный режим для импорта будет дополнен беспошлинным вывозом товаров в ЕС. Образование такой ЗСТ требует заключения соответствующего соглашения с ЕС, что в свою очередь требует эффективной системы контроля происхождения товаров. Подобная зона свободной торговли послужит мощной основой развития экспортных производств. ЗСТ могла бы быть дополнена рядом дополнительных институциональных решений, повышающих ее эффективность. Среди них – более свободные условия движения капитала и безвизовый режим.

-  Введение безвизового режима для граждан ЕС и ряда развитых стран вполне осуществимо с чисто технологической точки зрения и требует только политической воли. Безвизовый режим может быть введен в форме федерального закона, позволяющего в одностороннем порядке свободный въезд граждан государств-членов ЕС на территорию Калининградской области на срок до 30 или 90 дней.  Введение безвизового режима станет важным прорывом, обладающим существенным позитивным эффектом для развития анклава и пилотным эффектом в рамках российско-европейских отношений.

- Внедрение части промышленных и экологических норм и стандартов ЕС в Калининградской области в рамках концепции пилотного региона, что будет способствовать раскрытию экспортного потенциала.

- Льготные условия инвестирования капитала и доступа на региональный рынок иностранных банков и страховых компаний.   

- Создание особых локальных экономических зон. В этом контексте весьма перспективны принятые в 2006 году решения российского правительства о создании в Калининградской области туристско-рекреационной и игорной особых зон. Особый интерес представляет также создание портовых зон.

Все вышеперечисленные меры могут быть воплощены в жизнь как комплексно, так и по отдельности.  

         Рекомендации по поддержке экспорта и развитию территориально-закрепленных специфических активов исходят из того, что новый режим ОЭЗ, если он не будет дополнен мерами по содействию экспорту и развитию сферы услуг, не даст возможности Калининградской области занять выгодную в долгосрочном плане позицию в общеевропейском разделении труда. Представляется целесообразной реализация ряда мер: развитие транспортной и телекоммуникационной инфраструктуры; информационно-консалтинговая поддержка экспорта; создание Центра норм и стандартов ЕС; предоставление экспортных гарантий и кредитования.

         Иные меры поддержки экономического развития включают в себя:

  • Повышение эффективности портов, автомагистралей,  железнодорожных сетей, в том числе интеграцию в рамках трансевропейских коридоров (модернизация портов с учетом задачи повышения создаваемой добавленной стоимости; строительство нового порта Восточный; модернизация железнодорожных сетей с выводом перевалочных мощностей за пределы центра Калининграда; интеграция в рамках Via Hanseatica, предполагающего создание функционального транспортного коридора Гданьск-Калининград-Рига; строительство Калининградского прибрежного автокольца, что является необходимым условием реализации рекреационного потенциала побережья; достижение взаимовыгодного соглашения с Литвой по железнодорожным тарифам, позволяющего сбалансировать поток грузов в Клайпеду и порты Калининградской области).
  • Внедрение системы комплексного управления  границей (integrated border management).
  • Проведение активной миграционной политики, направленной на привлечение квалифицированной (в том числе из стран ЕС) и неквалифицированной рабочей силы.

  В течение 1990-х и начала 2000-х годов российская внешнеэкономическая политика была скорее пассивной, направленной на сохранение статус-кво в отношении Калининградской области в контексте отношений России и ЕС. Вместе с тем, как специфические задачи, связанные с анклавным регионом России, так и более масштабная задача интенсификации российско-европейских экономических отношений обуславливают необходимость более активной и скоординированной внешнеэкономической политики. Она должна позволить не только реагировать на инициативы партнеров, но и выходить с собственными инициативами, направленными на усиление международного сотрудничества, затрагивающего российский анклав на Балтике. Например, может быть сформирован Калининградский фонд развития, деятельность которого была бы преимущественно направлена на решение инфраструктурных задач, включая развитие трансграничной инфраструктуры. Окрепшая финансово Россия могла бы сама инициировать создание фонда и задать тон обсуждения с ЕС, а также стать мажоритарным акционером этого проекта.

Скоординированная внешнеэкономическая политика необходима, в том числе, для эффективного решения вопросов транзита, а также развития транспортной, энергетической и телекоммуникационной инфраструктуры. Специфической важной чертой анклавного региона также является целесообразность координации трех уровней ? федеральной экономической политики, внешнеэкономической политики и региональной политики.  

Наконец, в контексте европейско-российских отношений целесообразным представляется заключение особого соглашения между ЕС и Россией по совместному проекту превращения Калининградской области в пилотный регион двустороннего сотрудничества. Помимо этого, в долгосрочном плане желательно согласованное включение «калининградского фактора» в общие пространства ЕС и России.

В целом, 2002-2007 годы стали временем позитивных изменений для Калининградской области. На фоне постепенного осознания специфичности и необходимости особого внимания к анклаву со стороны ЕС заметно изменилась политика российского федерального центра. Это выразилось, во-первых, в отстаивании интересов России в целом и ее анклавного региона в частности во время решения транзитного вопроса в 2002-2003 годах; во-вторых, в принятии нового федерального закона о Калининградской ОЭЗ в 2006г., предусмотревшего неизбежный переход от таможенных к налоговым льготам и закрепившего крайне важный десятилетний переходный период; в-третьих, в принятии в 2006 году решений о размещении в анклаве туристско-рекреационной и игорной зон. Эти решения представляют собой существенные элементы тех ответов, которые Россия должна дать на вызовы анклавной экономики в своей внутренней и внешнеэкономической политике. Крайне важно, чтобы эти решения получили дальнейшее развитие на основе концепции режима экономической открытости и учета калининградского фактора в отношениях России с ЕС и его государствами-членами.  

В Заключении формулируются основные теоретические и практические выводы исследования.

ОСНОВНЫЕ НАУЧНЫЕ ПУБЛИКАЦИИ АВТОРА ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

Идеи и фрагменты диссертационной работы отражены в монографиях, статьях и прочих публикациях общим объемом 116,9 п.л.

Монографии:

  • Vinokurov E. Kaliningrad: Enclaves and Economic Integration. Brussels: CEPS. 2007. – 17,3 п.л.
  • Винокуров Е. Экономическая специализация Калининградской области. Калининград: изд-во Российского государственного университета им. И.Канта. 2007. – 20,6 п.л.
  • Винокуров Е. Теория анклавов. Калининград: Терра Балтика. 2007. – 21,4 п.л.
  • Vinokurov E. A Theory of Enclaves. Baltimore: Lexington Books, 2007. – 20,6 п.л.
  • Ganzle S., Muntel G., Vinokurov E.  Adapting to European Integration? Kaliningrad, Russia and the European Union. Manchester: Manchester University Press. 2008. – 20 п.л. (в соавторстве, лично – 4,0 п.л.)
  • Malfliet K., Verpoest L., Vinokurov E. The CIS, the EU, and Russia: Challenges of Integration.London:Palgrave Macmillan. 2007. - 18 п.л. (в соавторстве, лично – 3,6 п.л.)

Главы в коллективных монографиях, статьи в сборниках и научных журналах, рабочие записки, тезисы:

  • Винокуров Е. Анклавы в мировой экономике и политике //Мировая экономика и международные отношения. 2002. № 9.  0,8 п.л.
  • Samson I. (ed.) The Kaliningrad Economy — at the Edge of EU Enlargement. IMC/UPMF «Promoting Trade and Investment in Kaliningrad Oblast», TACIS, European Commission. Brussels, 2002. 25 п.л. (в соавторстве – лично 1,5 п.л.)
  • Dykhanov V. (ed.) Second Economic Survey. Analysis of the social and economic position of Kaliningrad Region and recommendations of regional development. TACIS. 2002. – 17 п.л. (в соавторстве – лично 2,0 п.л.)
  • Vinokurov E. Development of Trade with Mainland Russia in the Trade Balance of Kaliningrad Region // Les Cahiers de l’Espace Europe. 2002. – 1,3 п.л.
  • Ламанд В., Винокуров Е. Формирование торговой специализации Калининградской области // Вопросы экономики. 2003. № 2. – 1 п.л. (в соавторстве – лично 0,5 п.л.)
  • Винокуров Е. Общее экономическое пространство ЕС — Россия и Калининград // Мировая экономика и международные отношения. 2003. № 11. – 1,0 п.л.
  • Lamande V., Vinokurov E. Trade in Kaliningrad Oblast // Problems of Economic Transition, (46), №6. 2003. – 1 п.л. (в соавторстве – лично 0,5 п.л.)
  • Винокуров Е. Идея европейско-российской зоны свободной торговли в Калининградской области // Россия и Европейский cоюз. М.: Ин-т Кеннана, 2004. С. – 0,6 п.л.
  • Vinokurov E., Kharin A., Ershov A. Kaliningrad Region External Trade: Present and Future. Europeaid/114287/CSV/RU. Economic Bulletin. 2003. № 1. – 2 п.л. (в соавторстве – лично 0,5 п.л.)
  • Samson I., Lamande V., Vinokurov E. Measuring Regional Economic Development in Russia: The Case of the Kaliningrad Oblast // European Urban and Regional Studies. 2004. № 11. – 1 п.л. (в соавторстве – лично 0,3 п.л.)
  • Vinokurov E. Kaliningrad’s borders and transit to mainland Russia: technicalities and remaining bottlenecks. CEPS Commentary, February 2004. – 0,4 п.л.
  • Vinokurov E. Kaliningrad in the Framework of the EU-Russian Dialogue: Toward Common Spaces. Chair Interbrew Baillet-Latour Working Paper Series. 2004. № 20. K.U. Leuven. – 1,8 п.л.
  • Маточкин Ю., Кузин В., Винокуров Е. Анализ опыта импортных квот в Калининградской области (1998—2003) // Экономика Северо-За­пада России. 2004. № 1. – 0,9 п.л. (в соавторстве – лично 0,3 п.л.)
  • Kernohan D., Vinokurov E. The EU-Russia WTO Deal: Balancing Mid-term and Longer-term Growth Prospects? CEPS Commentary. – 0,4 п.л. (в соавторстве – лично 0,2 п.л.)
  • Винокуров Е. Влияние расширения ЕС и вступления России в ВТО на калининградскую региональную экономику // Балтийский научный вестник (1). 2004. – 1,0 п.л.
  • Vinokurov E. Transit is just a part of it: Kaliningrad and the free movement of people. Association of International Experts on the Development of the Kaliningrad Region. 2004. – 1,2 п.л.
  • Vinokurov E. Economic Prospects for Kaliningrad: Between EU Enlargement and Russia’s Integration into the World Economy. CEPS Working Document. 2004.№ 201. – 2,0 п.л. 
  • Vinokurov E. The Enclave-Specific Vulnerability of Kaliningrad. Liuhto K. (ed.) Kaliningrad 2020: its future competitiveness and role in the Baltic Sea economic region, Pan-European Institute. Turku, 2005. – 1,6 п.л.
  • Vinokurov E. Russische benaderingen van de integratieproblematiek. De post-sovjetruimte aan het begin van de 21e eeuw // Oost-Europa Tijdingen, №3. 2005. – 2,2 п.л.
  • Vinokurov E., Usanov A., Lindholm P. et al. Kaliningrad in the Context of Establishing the EU-Russia Common Economic Space. East-West Institute Policy Brief. 2005. – 2 п.л. (в соавторстве – лично 0,5 п.л.)
  •  Dewar S., Ignatyev A., Vinokurov E. et al. Policy Recommendations: Support to Transforming Kaliningrad into a Pilot Region of EU-Russia Partnership. East-West Institute, Policy Brief. 2005. – 2,5 п.л. (в соавторстве – лично 0,5 п.л.)
  • Винокуров Е. Проблемы создания Общего экономического пространства ЕС-Россия // Мировая экономика и международные отношения. 2006. № 3. C. 41-48. – 0,8 п.л.
  • Vinokurov E. The Making of the Concept of the EU-Russian Common Economic Space / Bruno S. (ed.) Trade and Industry Developments in Central and Eastern Europe, London: Ashgate, 2006. – 1,2 п.л.
  • Vinokurov E. Enclaves and Exclaves of the World: Setting the Framework for a Theory of Enclaves. ZDES Working Paper, University of Bielefeld/St. Petersburg State University. 2006. – 4,0 п.л.
  • Vinokurov E. Kaliningrad Transit and Visa Issues Revisited. CEPS Commentary. 2006. - 0,3 п.л.
  • Vinokurov E. Integration of an Enclave into the International Economy: Changing Patterns of Kaliningrad’s Economic Specialisation // International Journal for Economic Policy in Emerging Economies. 2007. №1 С. 34-52. – 1,8 п.л.
  • Винокуров Е. Калининград: между Россией и Европой // Мировая экономика и международные отношения. 2007. №8. С.25-30. – 0,6 п.л.

 

 
 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.