WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

ГРАХАНОВ Сергей Александрович

ОСОБЕННОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ И ЗАКОНОМЕРНОСТИ РАЗМЕЩЕНИЯ РОССЫПЕЙ АЛМАЗОВ СЕВЕРО-ВОСТОКА СИБИРСКОЙ ПЛАТФОРМЫ

Специальность: 25.00.11 – геология, поиски и разведка твердых полезных ископаемых; минерагения

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени доктора геолого-минералогических наук

Якутск – 2007

Работа выполнена в ОАО «Нижне-Ленское»

Научный консультант: доктор геолого-минералогических наук, профессор Зинчук Николай Николаевич

Официальные оппоненты:

член-корреспондент РАН Николай Петрович Похиленко (ИГМ СО РАН, г. Новосибирск) доктор геолого- Игорь Иннокентиевич Колодезников минералогических наук (Якутский государственный университет, г. Якутск) доктор геолого- Наталья Георгиевна Патык-Кара минералогических наук (ИГЕМ РАН, г. Москва)

Ведущая организация: Институт земной коры СО РАН, г. Иркутск

Защита состоится «____» ____________ 2007 г. в 14-30 часов на заседании диссертационного совета Д 003.018.01 при Институте геологии алмаза и благородных металлов СО РАН по адресу: 677980, Республика Саха (Якутия), г. Якутск, пр. Ленина, 39, ИГАБМ СО РАН, факс: (4112)335708, e-mail: o.v.koroleva@diamond.ysn.ru

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института геологии алмаза и благородных металлов СО РАН по адресу: 677980, Республика Саха (Якутия), г. Якутск, пр. Ленина, 39;

Автореферат разослан «___» _________ ________ Отзывы в двух экземплярах с подписью, заверенной печатью, просим направить в адрес диссертационного совета.

Ученый секретарь диссертационного совета, кандидат геолого-минералогических наук О.В.Королева

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность работы.

В Российской Федерации открыто более ста россыпных месторождений и проявлений алмазов. По их запасам Россия занимает одно из лидирующих мест в мире. Алмазы установлены в прибрежно-морских и континентальных отложениях протерозойского, силурийского, девонского, каменноугольного, пермского, триасового, юрского, мелового, палеогенового, неогенового и четвертичного возрастов. Основные промышленные месторождения (98%) находятся в Республике Саха (Якутия). Уникальной алмазоносностью выделился северовосток Сибирской платформы, где в россыпях сконцентрировано 68% разведанных и прогнозируемых запасов Российской Федерации, но их коренные источники не установлены. В связи с отмеченным, анализ особенностей формирования, закономерностей размещения, взаимоотношения с коренными источниками россыпей алмазов северо-восточной части Сибирской платформы является актуальным.

В работе проведена системная характеристика древних и современных россыпей алмазов региона, изучены условия их формирования и связь с коренными источниками, даны рекомендации по поискам и разведке месторождений алмазов.

Предмет и объект исследований. Объектом изучения являются россыпи алмазов северо-востока Сибирской платформы, развитые на площади свыше 400 тыс. км2. Предмет изучения - строение, условия формирования и взаимоотношения россыпей с коренными источниками.

Цель работы – изучить строение, условия формирования россыпей алмазов как основы для совершенствования существующих и разработки новых методов прогнозирования и поисков месторождений алмазов.

Задачи исследований. В соответствии с целью работы решались следующие задачи:

1. Анализ и систематизация имеющихся фактических данных по алмазоносности коренных пород и разновозрастных терригенных отложений.

2. Изучение особенностей вещественного состава и алмазоносности промежуточных коллекторов и четвертичных россыпей.

3. Рассмотрение условий формирования россыпей.

4. Установление характера и закономерностей распределения алмазов и прогноз коренной и россыпной алмазоносности.

Фактический материал. В основу диссертации положены результаты многолетней работы автора (1973–2007 гг.) на поисках, разведке и эксплуатации россыпных и коренных месторождений алмазов в Якутской алмазоносной провинции и Уральской субпровинции, которые изложены в 17 производственных отчетах. Проведенные автором работы позволили изучить коренную и россыпную алмазоносность, собрать и исследовать десятки тысяч алмазов и минералов-индикаторов кимберлитов. Кроме того, автором использованы материалы 267 производственных отчетов Амакинской, Ботуобинской, Чернышевской, Пермской и Вишерской экспедиций, НИИГА (ВНИИОкеангеологи), ВАГТ (НПО «Аэрогеология»)). Данные по алмазоносности базируются на результатах проходки более 2 тыс. горных линий, десятках тысяч горных выработок, десятках тысяч мелкообъемных и шлиховых проб. Впервые по типам первоисточников алмазов проанализировано 43 коллекции алмазов из разных точек северовостока Сибирской платформы, которые включают десятки тысяч кристаллов, обобщены результаты исследования десятков тысяч алмазов и их минераловиндикаторов из коренных источников и россыпей Якутии.

Защищаемые положения.

1. Доказано, что древние и современные россыпи алмазов северо-востока Сибирской платформы сформированы на площади 400 тыс. км2 за счет размыва разновозрастных источников. Типоморфные особенности алмазов и минераловспутников указывают на кимберлитовую и импактную природу их коренных источников.

2. Ореол алмазов и их минералов-спутников нетрадиционного для Сибирской платформы типа коренного источника установлен в базальном горизонте карнийского яруса верхнего триаса. Последующий его размыв и переотложение в юрское время обусловил широкое площадное распространение алмазов с близкими типоморфными особенностями, совпадающее с областью развития раннеюрской трансгрессии, что обусловлено их хорошей миграционной способностью.

3. Формирование четвертичных россыпей северо-востока Сибирской платформы происходило за счет перемыва промежуточных коллекторов. Наиболее масштабные четвертичные промышленные россыпи алмазов приурочены к площадям распространения закарстованных пород, где широким развитием пользуются продуктивные неогеновые осадки.

4. На основании изучения алмазов, их минералов-спутников в древних и современных россыпях, структурно-тектонических и палеогеографических ре конструкций, на северо-востоке Сибирской платформы прогнозируются протерозойские, среднепалеозойские и мезозойские коренные источники алмазов.

Научная новизна работы.

1. Впервые проведено крупное научное обобщение по алмазоносности древних и современных россыпей алмазов северо-востока Сибирской платформы.

2. Предложена геолого-промышленная классификация россыпей России.

3. Впервые установлено, что наиболее продуктивные четвертичные промышленные россыпи алмазов приурочены к площадям распространения закарстованных пород, где широким развитием пользуются алмазоносные неогеновые осадки.

4. Установлен первичный ореол северных алмазов в карнийских отложениях верхнего триаса, что позволило существенно локализовать перспективные площади на коренные источников и доказать унаследованность более молодых россыпей.

5. Выдвинута гипотеза разновозрастных коренных источников алмазов северо-востока Сибирской платформы.

Практическая значимость работы.

Результаты исследований вошли в производственные отчеты Амакинской и Чернышевской ГРЭ АК «АЛРОСА», ОАО «Нижне-Ленское», а рекомендации использованы при составлении программы поисковых работ на коренную алмазоносность на севере Якутской алмазоносной провинции в 2006–2011 гг. Используемый комплекс поисковых и разведочных работ явился составной частью основ методики поисков и разведки россыпных месторождений алмазов, разработанной с участием автора. Предложенная методика оценки древних и современных россыпей с использованием типоморфных особенностей алмазов позволила существенно локализовать перспективные площади на коренные источники.

Реализация результатов работы.

Обоснованность методических подходов и результативность исследований автора подтверждаются открытием первых в Эбеляхском россыпном поле кимберлитовых трубок Гренада, Надежда и 98а/73. Успешным руководством разведочными работами и защитой производственных отчетов с подсчетом запасов в ГКЗ (г. Москва) и РКЗ (г. Якутск) крупнейших россыпных месторождений мира: Эбелях, Ыраас-Юрях, Гусиный, руч. 53, Холомолоох, Исток, Молодо и неогеновой россыпи Верхний Биллях. В настоящее время россыпи ЫраасЮрях, 53, Холомолоох, Исток эксплуатируются АК «АЛРОСА», а россыпи Молодо и Верхний Биллях – ОАО «Нижне-Ленское». В результате проведенных поисково-ревизионных работ и геолого-экономической оценки автором даны рекомендации по промышленному освоению россыпей Маят (1994), ХараМас, Далдын и Талахтах (1999). В данное время россыпи первые две вовлечены в промышленное освоение (ОАО «Нижне-Ленское» и ОАО «АлмазыАнабара»), а на остальных завершаются разведочные работы (ОАО «НижнеЛенское»). Сделанное предположение (1996, 1999) о промышленной алмазоносности аллювия надпойменных террас р. Молодо подтверждено открытием террасовых россыпей (ОАО «Нижне-Ленское»). Предложенная автором методика разведки глубокозалегающих древних россыпей Накынского кимберлитового поля колонковыми скважинами среднего диаметра позволили в кратчайший срок вовлечь их в промышленное освоение (АК «АЛРОСА»).

Апробация работы. Основные положения диссертации опубликованы в четырех монографиях, более чем 40 статьях, изложены в 17 производственных отчетах, в составлении которых автор принимал непосредственное участие и являлся ответственным исполнителем; докладывались на рабочих совещаниях геологоразведочного комплекса РС(Я); на II Международном симпозиуме «Минерально-сырьевые ресурсы России», Санкт-Петербург, 1994; на II Всероссийском петрографическом совещании, Сыктывкар, 2000; на Совещании по литологии и полезным ископаемым центральной России, Воронеж, 2000; на XII Международном совещании по геологии россыпей, Москва, 2000; на Всероссийском съезде геологов, Санкт- Петербург, 2000; на Всероссийском совещания «Алмазы и алмазоносность Тимано-Уральского региона», Сыктывкар, 2001; на Первой Межведомственной научно-практической алмазной конференции, Симферополь, 2002; на конференциях «Актуальные проблемы геологической отрасли АК «АЛРОСА» и научно-методическое обеспечение их решений», Мирный, 2003; и «Алмазы-50», Санкт-Петербург, 2004; на XIII Международном совещании по геологии россыпей и месторождений кор выветривания, Пермь, 2005.

Благодарности. Автор благодарен за плодотворные дискуссии и советы ученым и геологам-практикам: В.П.Афанасьеву, В.К.Гаранину, А.В.Герасимчуку, Ю.К.Голубеву, Н.И.Гореву, Д.А.Додину, А.Н.Евдокимову, К.Н.Егорову, А.И.Зайцеву, Л.Н.Ковалеву, В.И.Коптилю, О.В.Королевой, А.В.Манакову, В.К.Маршинцеву, В.Л.Масайтису, М.С.Мащаку, В.А.Милашеву, В.Е.Минорину, С.И.Митюхину, М.В.Михайлову, В.М.Мишнину, Г.Г.Наумову, А.В.Округину, В.М.Подчасову, А.Д.Савко, А.П.Смелову, Н.В.Соболеву, А.М.Сулейманову, А.В.Толстову, В.Н.Устинову, В.Ю.Фридовскому, А.Д.Харькиву, Н.М.Чернышеву, В.И.Шаталову, Ю.М.Эринчеку. Особая благодарность научному консультанту, доктору г.-м. наук, профессору Н.Н.Зинчуку.

Структура и объем работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав и заключения общим объемом 309 страниц, в том числе 68 рисунков, 1таблиц и список литературы, включающий 137 наименований опубликованной литературы.

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ РАБОТЫ 1. Доказано, что древние и современные россыпи алмазов северовостока Сибирской платформы сформированы на площади 400 тыс. км2 за счет размыва разновозрастных коренных источников. Типоморфные особенности алмазов и минералов-спутников указывают на кимберлитовую и импактную природу их коренных источников.

На северо-востоке Сибирской платформы алмазы установлены в прибрежно-морских и континентальных отложениях протерозойского, каменноугольного, пермского, триасового, юрского, мелового, неогенового и четвертичного возраста на площади 400 тыс. км2 (табл. 1).

Табл. 1. Возраст и генетические типы алмазных россыпей северо-востока Сибирской платформы Возраст Генетический тип Месторождения и проявления россыпной алмазоносности и подтип Четвер- Аллювиальные Эбелях, Биллях, Маят, Молодо, Анабар, Моторчуна, Талахтах, тичные крупных, сред- Далдын, Келимер, Средняя, Половинная, Уеле и др.

них и мелких рек и ручьев Четвер- Аллювиальные, Погребенные россыпи верхнечетвертичных долин бассейна р.

тичные пролювиально- Анабар, Эбелях, Биллях, Маят, Хара-Мас и др.

аллювиальные средний и мелких рек Неоге- Аллювиальный, Покровные отложения в Анабарском, Приленском, Нижненовые аллювиально- Оленекском алмазоносных районах. Реликты неогеновых эрокарстовый зионно-карстовых депрессий в днищах современных долин.

Россыпи: Верхний Биллях, части россыпей Гусиный, Холомолоох, Биллях, Куман и др Ранний Аллювиально- Раннемеловые образования эрозионно-карстовых депрессий мел карстовый Анабарского алмазоносного района Поздняя Морской, при- Базальный горизонт позднеюрских отложений в Приленском и юра брежно-морской Анабарском алмазоносных районах Ранняя Морской, при- Базальный горизонт раннеюрских отложений в Приленском, юра брежно-морской Нижне-Оленекском и Анабарском алмазоносных районах Поздний Морской, при- Базальные горизонты норийского и рэтского ярусов в Нижнетриас брежно-морской Оленекском алмазоносном районе Поздний Морской, при- Базальные горизонты карнийского яруса западного Верхоянья, триас брежно-морской Туорасисского выступа, кряжей Чекановского и Прончищева Поздняя Аллювиальный и Базальные горизонты булбарангдинской свиты в долине р. Мопермь озерно-аллюви- лодо альный рек средних размеров Поздний Аллювиальный Базальные горизонты далдынской свиты Приленского алмазокарбон- рек средних раз- носного района ранняя меров пермь Ранний Морской, при- Базальные горизонты нуччаюрегинской свиты Кютюгдинского карбон брежно-морской грабена Нижне-Оленекского алмазоносного района Венд Морской, при- Томторская свита Уджинского поднятия Анабарского алмазобрежно-морской носного района Протерозойские потенциально-продуктивные отложения (базальные горизонты мукунской серии, юсмастахской свиты билляхской серии, старореченской и томторской свит венда), содержащие минералы-индикаторы кимберлитов и единичные алмазы, зафиксированы на Анабарском массиве и Уджинском поднятии (А.К.Клейзер и др., 1962 г.; Метелкина и др., 1976; Сочнева и др., 1984; Л.Л.Степанов и др., 1977 г.; А.И.Дак и др., 1994 г. и др.) (рис. 1).

В Западном Верхоянье при опробовании среднего-верхнего рифея и венда в пределах Туорасисского выступа обнаружены пиропы (Ю.М.Сибирцев и др., 1982, 1985 гг.; Шамшина, 1986). В пределах Оленекского поднятия выделена венд-нижнекембрийская кессюсинская свита, в отложениях которой найдены пиропы (В.Д.Стаднюк, и др., 1984 г.). В Западном Верхоянье из 148 найденных пиропов 3 зерна отнесено к алмазной ассоциации (Шамшина, 1986). Алмазы, найденные в отложениях томторской свиты, отнесены к первой разновидности (Орлов, 1984). На Анабарском массиве к участкам выходов базальных и межформационных протерозойских конгломератов в современных россыпях приурочены округлые алмазы «уральского-бразильского» типа с признаками древности – максимальной степенью механического износа, наличием пятен пигментации зеленого цвета, повышенной крупностью и сходством с таковыми из пород системы Витватерсранд (Метелкина и др., 1976; Коптиль, 1994).

Рис.1. Находки алмазов в древних промежуточных коллекторах северо-востока Сибирской платформы К настоящему времени самым древним палеозойским промежуточным коллектором северо-востока Сибирской платформы является нуччаюрегинская свита нижнего карбона Кютюнгдинского грабена Приленского алмазоносного района, где установлены значительные концентрации алмазов (Соболев и др., 1981; Ю.П.Белик и др., 1986 г.) и минералов-индикаторов кимберлитов. Последние сильно окатаны (до шариков), что свидетельствует о формировании грубообломочных горизонтов свиты в прибрежно-морских условиях при активной миграции береговой линии. Среди гранатов значителен процент пиропов алмазной ассоциации – 7,1%. Распределение алмазов крайне неравномерное, как по латерали, так и по вертикали. Уровень алмазоносности при росте среднего веса камней снижается от гравелитов к конгломератам и далее к песчаникам. Среди алмазов нуччаюрегинской свиты I разновидность составляет 88,2%, при очень высоком содержании ламинарных камней ряда октаэдр-додекаэдр (75,9%) и низком содержанием округлых индивидов (11,2%), что характерно для промышленных коренных месторождений центральной части Сибирской алмазоносной провинции. Полностью отсутствуют индивиды с облегченным изотопным составом углерода.

В Анабарском алмазоносном районе установлены глыбы каменноугольных кварцевых гравелитов и конгломератов, содержащие высокие концентрации пикроильменита и единичные зерна пиропов. Каменноугольный возраст конгломератов Эбеляха был определен на основании единичной находки морской водоросли Ungdarella и одной башенковой гастроподы (Прокопчук и др., 1970). Ранее предполагаемый протерозойский возраст конгломератов был опровергнут находками в гальке остатков трилобитов Triplagnostus gibbus и Triplagnostus anabarensis, отнесенных к амгинскому ярусу среднего кембрия (А.Н.Евдокимов и др., 1983 г.). М.В.Михайловым (ВСЕГЕИ, 1995 г.) в этих отложениях был найден один мелкий кристалл алмаза I разновидности. В коренном залегании конгломераты не встречены.

В Приленском алмазоносном районе карбоновые и пермские образования представлены далдынской и булбарангдинской свитами, в базальных горизонтах континентальных аллювиальных отложений обнаружены алмазы и минералы-индикаторы кимберлитов, по своему спектру сходные с таковыми из нуччаюрегинской свиты нижнего карбона.

На северо-востоке Сибирской платформы наиболее масштабным и продуктивным древним коллектором является базальный горизонт карнийского яруса верхнего триаса на протяжении от западных отрогов Верхоянского хребта до Анабарской губы (Гогина, 1979; Ю.М.Сибирцев и др., 1982 г.;

Р.О.Галабала и др., 1984 г.; В.Н.Бобров и др., 1984 г.; А.В.Манаков и др., 19г.). К западу от кряжа Прончищева и к югу от Хараулахского выступа триасовые отложения не опробовались и их алмазоносность не выяснена. Находки алмазов в современных русловых и пляжевых образованиях, тяготеющих к выходам карнийских отложений в бассейне р. Гуримискай и на п-ове Урунг-Тумус указывают на алмазоносность триасовых толщ в районе Анабарского и Хатангского заливов. Автором пиропы установлены в небольших образцах из карнийских отложений м. Цветкова на п-ве Таймыр. В карнийских отложениях макси мальные концентрации алмазов, достигающие промышленных значений, зафиксированы в пределах Туорасисского выступа. По кристалломорфологическим особенностям алмазы из карнийского коллектора резко отличаются от алмазов из кимберлитов и палеозойских коллекторов (до 50% кристаллов с легким изотопным составом углерода) и имеют полное сходство с кристаллами из многочисленных четвертичных россыпей северо-востока Сибирской платформы. Минералы-спутники алмазов (пироп, пикроильменит, хромшпинелид, оливин) являются типичными для кимберлитов. Несмотря на высокую продуктивность карнийской россыпи отмечается несоответственно низкое содержание гранатов алмазоносных парагенезисов (1–2%), как ультраосновного, так и эклогитового типа.

В Нижне-Оленекском алмазоносном районе на северном склоне Оленекского поднятия на отложениях оленекского яруса с размывом залегают алмазоносные отложения хотугинской и булунканской свит, которые относят (Л.И.Израилев и др., 1986 г.; Р.О.Галабала и др., 1988 г.) к верхнему триасу (норийский и рэтский ярусы). Базальные горизонты этих свит представлены прибрежно-морскими конгломератами и гравелитами. Они содержат типичный спектр алмазов, по нашему мнению, характерный для карнийского яруса. Среди минералов-индикаторов кимберлитов присутствуют только редкие хорошо сортированные крупные зерна пиропов с растворенными гипергенными поверхностями. Содержание пиропов и алмазов практически равноценно и не больше 5– 10 зерен на 1 м3. Среди пиропов доля алмазной ассоциаций небольшая и не превышает первые проценты, что соответствует таковым в карнийском ярусе.

В базальных горизонтах нижней и верхней юры единичные алмазы найдены в Анабарском, Приленском и Нижне-Оленекском алмазоносных районах.

По своим типоморфным особенностям алмазы из юрских отложений не отличаются от кристаллов из триасовых россыпей. Вместе с алмазами в юрских коллекторах присутствует вся гамма минералов-индикаторов кимберлитов, среди которых в раннеюрских отложениях Анабарского района существенна доля неокатанных разностей. В Нижне-Оленекском и Приленском районах эта же закономерность характерна для позднеюрских образований.

В грубокластических разностях континентальных раннемеловых отложений Анабарской антеклизы и Суханской впадины, выполняющих эрозионнокарстовые депрессии глубиной до 200 м, по всему разрезу фиксируются сильно изношенные минералы-индикаторы кимберлитов и практически везде найдены алмазы, по своим кристалломорфологическим особенностям приближающиеся к кристаллам из триасовых и юрских россыпей.

Отложения неогена, сохранившиеся в эрозионно-карстовых депрессиях в долинах рек и на плоских водораздельных поверхностях, включают высокие концентрации алмазов и минералов-индикаторов кимберлитов. Аналогичные по возрасту и продуктивности образования установлены на западном склоне Северного и Среднего Урала, где они выполняют крупные эрозионнокарстовые депрессии, размыв которых обусловил промышленную алмазоносность четвертичных россыпей. В пределах Лено-Анабарской алмазоносной субпровинции все промышленные четвертичные россыпи тяготеют к площадям развития продуктивных неогеновых отложений, уровень алмазоносности которых различен. Наиболее высокие промышленные концентрации алмазов наблюдаются в Анабарском алмазоносном районе. По типоморфным особенностям кристаллы из неогеновых россыпей аналогичны алмазам из мезозойских коллекторов. В неогеновых отложениях, впервые появляются алмазы импактного генезиса (Масайтис и др., 1975), связанные с размывом палеогеновой Попигайской астроблемы. В настоящее время импактные алмазы найдены на обширной территории северо-востока Сибирской платформы и в значительной удаленности от Попигайского кратера (500–600 км), что подчеркивает сложную геологическую историю в неогеновое время. Наиболее удаленные находки зафиксированы в бассейне р. Келимер (правый приток р. Оленек), где они установлены в сложных полигенных покровных отложениях, условно датируемых среднечетвертичным возрастом и в современном аллювии рек Келимер, Никабыт и Хорбосуонка. Нашими исследованиями показана достаточная удаленность от коренных источников импактных алмазов кряжа Прончищева, рр. Гуримискай и Арга-Салаа (Граханов, 2005). Максимальные содержания импактных алмазов установлены в россыпи р. Догой, размывающей Попигайскую астроблему. Высокие содержания зафиксированы на притоке р. Мас-Уджа (верховья р. Уджа), в одной мелкобъемной пробе содержание импактных алмазов достигло 4,30 кар/м3 и среднее содержание по пробе объемом 7,8 м3 составило 0,74 кар/м3. На этом же водотоке найдены импактные алмазы в неогеновых отложениях. Высокие содержание алмазов с примесью лонсдейлита (0,75 кар/м3) установлены в современном аллювии р. Половинная (низовье р. Анабар), где алмазоносность нами увязывается с площадями распространения покровных неогеновых отложений (Граханов, 2000). Как р. Мас-Уджа, так и р. Половинная, значительно удалены от Попигайской астроблемы, хотя по уровню алмазоносности они приближаются к продуктивности р. Догой, которая размывает астроблему. Низкое содержание алмазов с примесью лонсдейлита определено во многих реках Лено-Анабарской субпровинции. Средний вес импактных алма зов в россыпях варьирует от 0,3 до 25 мг. Аномально низкие веса россыпных алмазов фиксируются в аллювии рр. Анабар, Малая Куонапка и меридиональных притоках р. Эбелях – ручьях Холомолоох и Гусиный.

Четвертичные россыпи алмазов оторваны друг от друга на сотни километров, занимая всю площадь Лено-Анабарской субпровинции (400 тыс. км2), однако типоморфные особенности кристаллов из них довольно близки (табл. 2).

Табл.2. Типоморфные особенности алмазов четвертичных россыпей северо-востока Сибирской платформы Содержание (%) алмазов разных типов, по (Орлов, 1984) Россыпь, алмазоносный район Большая Куо- 2 17,0 58,4 88,6 5,7 0,0 1,9 3,напка, Куонапский Эбелях, 10 14,1 36,5 62,9 3,6 0,2 0,5 30,Анабарский Ыраас-Юрях, 20 10,4 21,6 39,3 2,8 0,0 0,6 57,Анабарский Токур-Уджа, 1 20,8 37,7 66,0 5,7 0,0 0,0 27,Анабарский Келимер, 0,1 26,0 27,0 60,4 7,8 0,0 1,7 22,НижнеОленекский Таас-Эйэкит, 0,01 18,6 29,7 52,8 5,5 2,2 0,0 37,НижнеОленекский Сопка, 0,01 16,2 36,9 55,7 12,8 0,0 0,7 30,СреднеОленекский Молодо, 5 30,8 39,3 85,5 2,5 0,3 1,2 10,Приленский Приведенные данные (табл. 2) подчеркивают близость типоморфных особенностей алмазов из россыпей противоположных частей Лено-Анабарской субпровинции. Россыпь р. Б. Куонапка расположена на западе субпровинции, р.

Келимер – на крайнем северо-востоке, а р. Сопка – на юге. Несмотря на явную удаленность (400–500 км между рр. Эбелях, Келимер, Таас-Эйэкит, Сопка), II Всего V+VII Округлые Ламинарные разновидность разновидности условные единицы I разновидности III разновидность IV разновидность Содержание алмазов, процентное соотношение алмазов I, V и VII разновидностей по ним практически равнозначно, но при этом общее содержание алмазов отличается на несколько порядков. Максимальное количество кристаллов V–VII разновидностей фиксируется в россыпях левых притоков р. Эбелях: руч. Ыраас-Юрях, Гусиный, Холомолоох, на левобережье р. Анабар, в бассейне р. Хара-Мас и в противоположной части субпровинции на рр. Таас-Эйэкит, Никабыт, Элиэтибийэ, Сопка, а также на крайнем севере – в реках кряжа Прончищева. Максимальный средний вес алмазов, обусловленный их сортировкой, отмечается в россыпи р. Б. Куонапка и на притоке р. Эбелях руч. Ыраас-Юрях. Практически все четвертичные россыпи северо-востока Сибирской платформы, при нередко уникальной алмазоносности, характеризуются низким содержанием пиропов алмазной ассоциации. Исключение составляют россыпи, дренирующие и наследующие признаки верхнепалеозойских коллекторов (Кютюнгде, Далдын, Улахан-Юттех). Общей закономерностью для всех четвертичных россыпей является то, что все они выделяются спектрами сортированных, изношенных алмазов и их минералов-спутников. Несмотря на большое количество кимберлитовых тел в пределах Лено-Анабарской субпровинции отсутствуют россыпи, сформированные за счет прямого размыва слабопродуктивных коренных источников.

В целом четвертичная алмазоносность наследует все минералогические признаки развитых древних россыпей.

Таким образом, изучение типоморфных особенностей алмазов из древних россыпей северо-востока Сибирской платформы указывает на то, что они были сформированы за счет коренных источников протерозойского, среднепалеозойского и мезозойского возрастов. Ассоциирующие с ними минералы-спутники подчеркивают кимберлитовую природу их коренных источников. Нетипичными для Сибирской платформы являются прогнозируемые продуктивные кимберлиты мезозойского возраста, содержащие значительную долю алмазов с легким изотопным составом углерода, аналогичные по изотопии кристаллы установлены в кимберлитовых телах северо-запада России (Зинчук и др., 2001), трубках Орапа (Ботсвана) и Гуаньямо (Венесуэла) (Соболев и др., 1979;

Sobolev, 1998; Галимов и др., 1999). В неогеновых и четвертичных отложениях появляются импактные алмазы Попигайской астроблемы.

2. Ореол алмазов и их минералов-спутников нетрадиционного для Сибирской платформы типа коренного источника установленный в базальном горизонте карнийского яруса верхнего триаса является первичным. Последующий его размыв и переотложение в юрское время обусло вил широкое площадное распространение алмазов с близкими типоморфными особенностями, совпадающее с областью развития раннеюрской трансгрессии, что обусловлено их хорошей миграционной способностью.

При изучении карнийских верхнетриасовых россыпей установлено, что они сформированы за счет прямого размыва нетрадиционного для Сибирской платформы коренного источника. Этот коренной источник, кроме характерных для якутских кимберлитов алмазов, включал неустановленный там морфологический спектр. К нему относятся алмазы эбеляхского (северного) типа, представленные графитизированными ромбододэкаэдроидами V разновидности, сростками додэкаэдроидов VII разновидности с легким (13С=23‰) изотопным составом углерода и желтые кубоиды II разновидности с промежуточным составом углерода (13С=13,6‰).

Алмазы в триасовом коллекторе в районе поднятий неизношены, многие имеют протомагматические сколы, их средний вес и гранулометрический состав характерны для коренных источников или россыпей ближнего переноса.

Анализ распределения алмазов (Граханов и др., 2003) показал, что карнийские россыпи могли формироваться за счет прямого размыва коренных источников.

В карнийских россыпях содержится комплекс глубинных минералов с низкой физико-химической устойчивостью (Афанасьев и др., 1986; Селиванова, 1991), обычно не характерных для древних ореолов с длинной экзогенной историей (хромдиопсид, оливин, слюда, гранаты с келифитовыми каймами). Пиропы из карнийского яруса совершенно не окатаны, нами установлены зерна со следами кристаллографической огранки (рис. 2), что даже в коренных источниках встречается довольно редко. На большинстве зерен сохранилась первичная магматогенная поверхность (рис.2, 3А) Рис. 2. Пироп из карнийского яруса с сохранившейся первичной ромбододекаэдрической формой кристалла. Фотографии сделаны на сканирующем электронном микроскопе, фирмы «Jeol» JSM-6480, ИГАБМ СО РАН, г. Якутск, аналитик А.В.Попов По низкому содержанию пиропов алмазоносной ассоциации коренной источник близок к кимберлитам трубки Орапа в Ботсване (Харькив и др., 1998).

Характер алмазов в первичном триасовом коллекторе показывает, что нетрадиционный для Сибирской платформы коренной источник, кроме алмазов V и VII разновидностей, отсутствующих в якутских кимберлитах, содержал типично «кимберлитовые» алмазы (ламинарные камни ряда октаэдр – додекаэдр, алмазы уральского и жильного типов), среди которых доля ламинарных камней, характерных для богатых коренных месторождений Якутии, невелика. Коренными источниками этой ассоциации алмазов, вероятно, являются кимберлиты, аналогичные трубкам Венесуэлы (Гуаньямо) и Ботсваны (Орапа) (Соболев и др., 1979; Sobolev, 1998; Галимов и др., 1999).

Формирование россыпной алмазоносности Лено-Анабарской субпровинции на площади 400 тыс. км2 происходило в несколько этапов. Изначально важную роль сыграло время формирования раннемезозойских коренных источников алмазов, которое совпало с ладинским веком, благоприятным для корообразовательных процессов (Савко и др., 1999). В результате развития мощных кор выветривания происходило интенсивное разрушение коренных источников.

В карнийский век огромная масса продуктивного материала с поднятий была перемещена в прибрежную зону, где и был сформирован протяженный коллектор. По нашему представлению, алмазоносные триасовые отложения прибрежно-морского и континентального генезиса были более широко развиты по всему северо-востоку Сибирской платформы и в последующие норийские, рэтские и раннеюрские трансгрессии уничтожены. Об этом свидетельствуют находки (Грицик и др., 1975) в верховьях р. Муны флоры триасового возраста, фрагменты размытых норийских и рэтских алмазоносных слоев в бассейнах рек Эекит, Никабыт и Келимер. Норийские, рэтские и плинсбахские отложения формировались за счет размыва карнийских отложений, но уже в этих коллекторах ни алмазы, ни сопутствующие им минералы не характеризуют первичный ореол.

Из него в рэтских отложениях сохраняются только алмазы и окатанные пиропы со следами сильного гипергенного растворения (рис. 3 Б).

Результаты физиографических и оптикоспектроскопических исследований гранатов из карнийских и рэтских слоев подтвердили свою полную идентичность. Для обеих возрастных групп характерно низкие содержание пиропов алмазной ассоциации, как ультраосновного, так и эклогитового парагенезисов.

Рис. 3. Пиропы из карнийского (А) и рэтского (Б) ярусов. Фотографии сделаны на сканирующем электронном микроскопе JSM-6480, ИГАБМ СО РАН, аналитик А.В Попов.

Анализ распределения гранатов на модифицированной диаграмме цветности позволил выявить наличие в общей сложности одиннадцать парагенезисов. Установлено преобладание гранатов из различных разновидностей лерцолитов - около 59% в карнийских конгломератах и 62,5 в рэтских. Основные алмазосодержащие породы представлены магнезиально-железистыми (в карнии1,5%, в рэте-1,3%) и соответственно дистеновыми (2 % и 0,7%) эклогитами.

Дополнительные исследования химического состава пиропов из карниского и рэтского ярусов на электронном микроанализаторе показало их полное сходство. Доминируют лерцолитовые разности, а кноррингит-пиропы дунитового парагенезиса отсутствуют или составляют до 1,2% от общего количества исследованных гранатов (рис. 4А, 4Б) Рис. 4. Диаграмма (Соболев, 1971) химического состава пиропов из позднетриасовых отложений. А. Карнийский ярус, ЦАЛ БГРЭ АК «АЛРОСА», микроанализатор JXA-8800R, аналитик А.С.Иванов. Б. Рэтский ярус. Comebax micro, ИГАБМ СО РАН, аналитик Н.В. Христофорова В последующие эпохи такая же картина наблюдается в юрских, меловых, неогеновых и четвертичных россыпях всего северо-востока Сибирской платформы.

Неустойчивый спектр «карнийских» минералов-индикаторов кимберлитов в рэтских коллекторах уже отсутствует и четко фиксируется сортировка алмазов и пиропов. Количество мелких классов, что характерно для коренных источников или первичных ореолов резко сокращается (табл. 3).

Табл. 3. Распределение пиропов и алмазов в коренных телах и триасовых коллекторах северо-востока Сибирской платформы Коренные тела, россыпи Содержание (%) пиропов в размерных классах, мм –4+1 –1+0,5 –0,5+0,Трубка Комарова 3,06 26,94 70,Тр. Университетская 0,51 15,01 84,Тр. Малокуонапская 0,75 18,35 80,Карний, уч. Булкур 3,82 58,53 37,Карний, р. Улахан-Алджархай, 0,45 5,25 94,Рэт, уч. Никабыт 95,06 1,85 3,Содержание (%) алмазов в размерных классах, мм –8+2 –2+1 –1+Тр. Ленинград 4,8 43,5 51,Тр. Малокуонапская 2,6 12,2 85,Карний, уч. Булкур 17,3 638 18,Карний, уч. Кенгдейкен 1,6 46,9 51,Рэт, уч. Никабыт 60, 0 35,0 5,Находки алмазов в юрских коллекторах фиксируются по всему северовостоку Сибирской платформы и совпадают с площадью распространения нетрадиционных алмазов в четвертичных россыпях (рис. 5.).

Это подчеркивает особую роль раннеюрской трансгрессии. Именно ей принадлежит главная роль в разносе алмазов на всей громадной территории Лено-Анабарской субпровинции, что обусловлено их хорошей миграционной способностью. Согласно нашим и зарубежным исследованиям (Sutherland, 1982; Wiliams, 1932), алмазы ограниченных по площади источников могут быть распространены на многие десятки тысяч км2. Перенос вниз по течению или вдоль берега можно проследить на многие сотни километров: от трубки Мир ореол алмазов по водной системе Ирелях – Малая Ботуобия – Вилюй прослежен более чем на 500 км (Граханов и др., 2003). В результате исследований на достаточно представительном фактическом материале установлено, что наиболее показательным, свидетельствующим о дальности коренного источника, является размерный класс алмазов –1+0,5 мм (характерен для карнийского коллектора). Крупные и средние классы переносятся на большие расстояния и по их распределению трудно судить о дальности переноса (табл. 4).

Рис. 5. Палеогеографическая схема раннеюрского времени с элементами алмазоносности Табл. 4. Распределение алмазов в россыпях по мере удаления от коренного источника Извлечено алмазов (количество, %) Наименование участков, расстояние от Средний вес, трубки Мир 8+4 мм 4+2 мм 2+1 мм 1+0,5 мм мг р. Ирелях, ниже л.Хабардина, 5 км 0,51 9,68 31,92 57,89 9,Устье р. Ирелях, 30 км 3,36 27,95 39,48 29,15 27,р. Малая Ботуобия ниже устья р. Ирелях, участки Заря–Звезда, 80 км 1,2 22,7 50,8 25,3 23,Устьевой отрезок р. Малая Ботуобия, участок Искра, 205 км 1,23 12,75 71,97 14,05 11,р. Вилюй ниже р. М.Ботуобии, коса Сталинская, 225 км 3,59 31,74 35,33 29,34 23,р. Вилюй, коса Соколиная, 490 км 1,2 24,4 67,1 7,3 10,р. Вилюй, коса Звездочка, 500 км 0,0 11,0 75,0 14,0 нет данных р. Вилюй, коса Сказочная, 520 км 0,36 15,8 30,3 55,5 10,Во многом ситуация в пределах Лено-Анабарской субпровинции напоминает алмазоносные поля на границе Заира и Анголы (более 60000 км2), которые связаны с тем, что первичный разнос алмазов из кимберлитов северной Анголы зафиксирован на обширной территории в меловые аллювиально-дельтовые отложения Заирского бассейна. В последующее время, в результате перемыва промежуточных коллекторов, была сформирована промышленная алмазоносность современной гидросети, как Заира, так и Анголы. В результате промышленная алмазоносность сформировалась на удалении 600 км от коренных источников (Sutherland, 1982). Основное количество алмазов, найденных в прибрежно-морских отложениях вблизи устья р. Оранжевой, вынесены из района Кимберли на расстояние порядка 1600 км (Wiliams, 1932).

Единичные находки алмазов эбеляхского типа на севере ЦентральноСибирской субпровинции (в аллювии рек Тюнга, Ханньи и Мархи) также можно объяснить их поступлением из юрских коллекторов, где их доля незначительна, но все же они присутствуют в россыпях, где преобладают кристаллы типичные для этого региона.

3. Формирование четвертичных россыпей северо-востока Сибирской платформы происходило за счет перемыва промежуточных коллекторов.

Наиболее масштабные четвертичные промышленные россыпи алмазов приурочены к площадям распространения закарстованных пород, где широким развитием пользуются продуктивные неогеновые осадки.

В пределах Лено-Анабарской субпровинции отсутствуют четвертичные россыпи, сформированные за счет прямого размыва коренных источников.

Влияние известных слабо и убогоалмазоносных кимберлитовых тел на продуктивности четвертичных россыпей практически не отражается. Получены отрицательные результаты опробования современного аллювия р. М. Куонапка (Д.Д. Машталярчук и др., 1982 г.; В.И. Пищальников и др., 1991 г.), на склоне которой расположен наиболее значимый коренной источник алмазов северовостока Сибирской платформы – тр. Малокуонапская. При опробовании современных водотоков в районе убогоалмазоносных кимберлитовых трубок Чомурдахского поля (А.М. Афанасьев и др., 1986 г.) так же получены отрицательные данные о влиянии этих тел на четвертичную алмазоносность. В аллювии р. Чомурдах преобладают (30,7%) сильно изношенные кристаллы V и VII разновидностей, при значительной доле (6,6%) желтых кубов II разновидностей. В аллювии р. Сапка соответственно – 30,8% и 12,8%. Единственным случаем, когда можно проследить ореол от известных убогоалмазоносных тел, является отрезок р. Омонос, ниже тр. Русловая и Ленинград, которые размываются непосредственно в русле реки. На этом участке фиксируется четкий алмазный ореол от этих тел (В.Г. Широченский и др., 1990 г.), однако уже через десять километров ниже по течению реки влияние этих тел не ощущается и в аллювии преобладает спектр окатанных северных алмазов. На р. Укукит, ниже убогоалмазоносных трубок Лорик и Светлана ореол «трубочных» кристаллов фиксируется только первые километры, а далее доминирует северный спектр, ламинарные камни (характерные для кимберлитов) составляют всего 15,9%, зато сумма округлых разновидностей – 36,4%, эбеляхского типа – 30,0%, а желтые кубы – 9,9%.

Безусловно, полностью нельзя отрицать влияние открытых слабоалмазоносных кимберлитов на россыпную алмазоносность, особенно это касается среднепалеозойских тел. Учитывая существенный эрозионный срез, часть алмазов из герцинских (Брахфогель, 1984) кимберлитов Западно-Укукитского, Чомурдахского и Огонер-Юряхского полей могла попадать в раннекаменноугольные отложения. В мезозойских и кайнозойских отложениях доля алмазов из кимберлитов известных полей, скорее всего, незначительна, так как содержания ламинарных алмазов в мезозойских и кайнозойских россыпях низкие.

До позднего мела на большей части алмазоносных районов сохранились бассейновые условия, о чем свидетельствуют фрагменты раннемеловых озерноаллювиальных отложений, наблюдающиеся в многочисленных эрозионнокарстовых депрессиях. В позднем мелу восточный склон Анабарской антеклизы начал интенсивно воздыматься. Сочетание благоприятных тектонических и климатических факторов обусловило и широкое развитие корообразовательных процессов. В палеогеновый этап происходило интенсивное разрушение древних алмазоносных коллекторов. В неогеновое время, в связи с изменением базиса эрозии, начался активный процесс расчленения палеогеновой поверхности выравнивания и размыва развитых на ней алмазоносных кор выветривания. В неогеновое время произошел активный перемыв слабоалмазоносных палеогеновых кор выветривания и их обогащение. В связи с этим на севере Сибири особую роль сыграли неогеновые отложения, которые ныне сохранились в реликтовых эрозионно-карстовых депрессиях в днищах, на склонах четвертичных долин или плащеобразно залегают на водораздельных пространствах. Наблюдается четкая корреляция алмазоносности современных россыпей с фрагментами распространения алмазоносных неогеновых долин или развитием на водоразделах покровных отложений этого возраста (эбеляхская толща). Такие примеры многочисленны: россыпь р. Биллях – реликтовая залежь «Верхний Биллях» и «Верхний Биллях II». В пределах россыпей Гусиный, Холомолоох, ЫраасЮрях, Куман, Кула (пр. р. Маят), Хос-Сарара (пр. р. Кычкин) по бортам и днищам долин вскрыты эрозионно-карстовые западины, заполненные высокоалмазоносными, превосходящими по уровню содержаний современные россыпи, неогеновыми осадками. Россыпи рек Моргогор и Маят тяготеют к покровам неогеновых осадков, развитых на их водоразделах или по притокам. Такую же картину можно наблюдать и в долине р. Молодо, где наиболее богатая часть россыпи: участок Молодо, приурочен к обширным полям неогеновых отложений (толща водораздельных галечников). Алмазоносность рек Мас-Уджа и Токур-Уджа хорошо согласуется с широко развитыми здесь неогеновыми осадками. По мере их исчезновения уровень алмазоносности в притоках р. Уджа резко падает. Примером прямого влияния наличия неогеновых осадков на алмазоносность современного аллювия являются рр. Беенчимэ и Куойка: на первой описываемые осадки развиты широко и, соответственно, сформирована россыпь, а на второй они практически отсутствуют и отложения р. Куойка выделяются убогой алмазоносностью.

В пределах Лено-Анабарского прогиба широко развитые на междуречье рр. Анабар, Уджа и Уеле водораздельные алмазоносные неогеновые осадки подчеркиваются повышенными концентрациями алмазов и тонкого золота в реках Кангалас-Уеле, Хатыгын-Уеле, Буолколаах, Средняя, Половинная, ЧюемпэЮряге, Билир, Оннехой и др.

На северо-востоке Сибирской платформы в Анабарском районе промышленная алмазоносность всех притоков р. Эбелях, ее истоков, верховьев рек Бил лях и Маят, р. Хара-Мас обязана развитию погребенных верхнечетвертичных долин. Именно к ним, а не к современному аллювию, приурочена промышленная алмазоносность. Современный аллювий в верхнем и среднем течении этих водотоков «вложен» в пойменную фацию верхнечетвертичного аллювия и лишь на приустьевых отрезках, где он начинает «прорезать» русловую фацию, уровень его алмазоносности достигает промышленных значений. При этом нередко можно увидеть, что в днищах верхнечетвертичных долин фиксируются реликты карстовых полостей, выполненных неогеновым аллювием. Эти наблюдения подчеркивают сложную многостадийную историю формирования россыпей севера Якутии: коренной источник древний коллектор неогеновый коллектор коллектор четвертичных погребенных долин и надпойменных террас современные русловые россыпи (Граханов, 2000). Аналогичное строение имеет и разрез эрозионно-карстовых депрессий Урала, когда в основании залегают аллювиальные и пролювиальные неогеновые осадки, а выше – алмазоносные средне-верхнечетвертичные образования продуктивного пласта.

Однако, несмотря на то, что неогеновые отложения развиты по всей Лено-Анабарской субпровинции, промышленная алмазоносность фиксируется крайне неравномерно. Если в РФ 68,8% промышленных запасов россыпных алмазов находятся на северо-востоке Сибирской платформы, то из них 64,2% приходится на Анабарский район, соответственно, на остальные пять районов остается всего 4,6%. Причина избирательной промышленной алмазоносности связана с тем, что большая, возможно, основная роль, в концентрации алмазов принадлежит составу подстилающих пород. Основная часть промышленных россыпей Анабарского района тяготеет к полям развития закарстованных пород анабарской свиты среднего кембрия. Общей особенностью свиты является исключительно однородный состав: толща мощностью 350–440 метров сложена доломитами светло-серыми, желтовато-серыми мелко-среднезернистыми, толстоплитчатыми до массивных. В незначительном объеме присутствуют известковистые и глинистые разности. В целом для толщи характерна повышенная пористость. Часто поры соединяются между собой узкими каналами, что придает породе ноздревато-кавернозный облик. Стенки пор бывают покрыты корочками из кристалликов кальцита и гидрооксидов железа. Порода сложена изометричными и идиоморфными зернами доломита средне -, мелко- и неравномернозернистой структуры. Средний состав доломитов следующий: CaO – 29,85%, MgO – 21,96%, CO2 – 44,43%, нерастворимый остаток – 2,62%. Данные химического анализа показывают, что рассматриваемые породы являются практически химически чистыми (СaO/MgO =1,3–1,4), т. е., обладают теорети ческим составом доломита с незначительным (0,5–4,0%) содержанием нерастворимого остатка, что в сочетании с тектоническим фактором является идеальным условием для развития карста (Прокопчук и др., 1985). За пределами Лено-Анабарской алмазоносной субпровинции к закарстованному плотику тяготеют уникальные по запасам юрские россыпи Накынского кимберлитового поля. Россыпные месторождения Урала, как древние, так и кайнозойские, также приурочены к площадям развития карстующихся пород. Таким образом, к площадям развития карста приурочено 78 % российского россыпного потенциала алмазов.

4. На основании изучения алмазов, их минералов-спутников в древних и современных россыпях, структурно-тектонических и палеогеографических реконструкций на северо-востоке Сибирской платформы прогнозируются протерозойские, среднепалеозойские и мезозойские коренные источники алмазов.

В пределах северо-востока Сибирской платформы известно 17 кимберлитовых полей и более семисот кимберлитовых тел палеозойского и мезозойского возрастов (Брахфогель и др., 1984), но к настоящему времени среди них коренных месторождений алмазов не обнаружено.

По типоморфным особенностям алмазы из северных кимберлитовых полей отличаются от алмазов продуктивных кимберлитов Далдыно-Алакитского, Средне-Мархинского и Мало-Ботуобинского алмазоносных районов. При сохранении общей для кимберлитов Якутии закономерности полного господства алмазов I разновидности (93–97%) с тяжелым изотопным составом углерода (Коптиль, 1994) отмечаются и существенные различия. Так, характерной особенностью высокопродуктивных кимберлитов Центрально-Сибирской субпровинции является высокое содержания ламинарных камней. Для известных коренных месторождений Мало-Ботуобинского района сумма ламинарных октаэдров, ромбододекаэдров и переходных форм достигает 75–85%. В северных полях по этим параметрам приближаются трубка Русловая и богатая фаза трубки Малокуонапская, где сумма ламинарных алмазов достигает 64–68%. В других трубках преобладают округлые алмазы уральского и жильного типов, что является неблагоприятным фактором промышленной алмазоносности (Коптиль, 1994). По отдельным трубкам эти значения достигают: 54% – трубка Дъянга, 45% – трубка Заполярная и 44% – бедная фаза трубки Малокуонапская. Аномально низкое содержание алмазов I разновидности среди кимберлитов Лучаканского поля – 81,1%. Это обусловлено тем, что среди алмазов этого поля довольно высокое содержание кубов IV разновидности – 18,9%. Повышенное содержание желтых кубов II разновидности установлено в трубке Дъянга – 3,3%, богатой фазе трубки Малокуонапская – 2,0 %. Алмазы III разновидности зафиксированы в кимберлитах Эбеляхского поля – 5,6%. Алмазы VIII разновидности установлены во всех кимберлитовых полях, кроме Лучаканского, Куойкского и Анабарского. Уровень алмазоносности кимберлитовых тел северо-востока Сибирской платформы крайне мал и не отвечает промышленным требованиям. Ни в одном из кимберлитовых тел северо-востока Сибирской платформы не обнаружено алмазов V-VII разновидностей (табл. 5).

Табл. 5. Типоморфные особенности алмазов севера Якутии Кимберлитовые поля, промежуточные коллекторы, россыпи Кимберлитовые поля и отдельные тела Верхне-Мунское, За- PZ2 32,8 45,1 92,8*) 0,1 0,5 0,8 0,0 5,полярная Огонер – Юряхское, PZ2 54,7 18,9 94,3*) 1,9 0,0 0,0 0,0 1,Аэрогеологическая Куойское, Дьянга T2-3 20,6 54,1 93,9*) 3,3 0,0 2,5 0,0 0,Зап. Укукитское, PZ2 69,7 19,3 99,5*) 0,0 0,0 0,1 0,0 0,Светлана Зап. Укукитское, PZ2 68,3 16,6 94,3*) 0,0 0,0 0,5 0,0 5,Русловая Куранахское, Мало- T2-3 64,0 14,4 97,6*) 2,0 0,0 0,0 0,0 0,куонапская (порфировые кимберлиты) Куранахское, Мало- T2-3 32,6 43,4 94,9*) 0,7 1,5 0,0 0,0 2,куонапская (автолитовые кимберлиты) Лучаканское T2-3 32,1 24,5 81,1*) 0,0 0,0 18,9 0,0 0,Эбеляхское (данные T2-3 33,0 16,1 94,4*) 0,0 5,6 0,0 0,0 0,химрастворения) Далдынское, PZ2 84,7 5,7 91,9 0,1 1,1 0,3 0,0 6,Удачная Мирнинское, Мир PZ2 98,7 0,0 99,2 0,0 0,0 0,0 0,0 0,Промежуточные коллекторы Нижний карбон, С1 75,9 11,2 88,2 0,5 0,0 9,7 0,0 1,р. Оленек Верхний триас, кар- T3 7,1 33,8 51,7 2,4 0,0 0,0 45,6 0,нийский ярус, уч. Булкур Возраст Сумма ламинарных, % Сумма округлых, % Сумма I разновидности, % II разновидность, % III разновидность, % IV разновидность, % Сумма V+VII разновидности, % VIII разновидность, % Верхний триас, рэт- T3 27,5 27,5 57,5 7,5 0,0 2,5 32,5 0,ский ярус, уч. Никабыт Нижняя юра, между- J1p 21,1 31,6 68,4 10,5 0,0 0,0 21,0 0,речье Беенчиме-Уджа Верхняя юра, между- J3 27,2 31,8 81,8 2,3 0,0 2,3 13,6 0,речье Лена, Молодо, Сюнгюдэ Нижний мел, уч. Э- K1 19,1 27,6 58,2 2,8 0,7 0,7 35,5 2,белях Неоген, уч. Гусиный N 21,2 25,7 55,5 2,2 0,2 0,0 41,6 0,Четвертичные россыпи Эбелях Q 14,1 36,5 62,9 3,6 0,2 0,5 30,9 0,Биллях -"- 18,3 45,8 72,4 2,7 0,3 0,2 21,5 0,Гусиного -"- 10,7 24,6 46,5 3,1 0,2 0,3 49,6 0,Маят -"- 7,0 44,0 56,5 6,0 0,0 2,0 35,5 0,Юлегир -"- 10,8 53,6 69,3 5,7 0,0 2,9 22,1 0,Б. Куонапка -"- 19,6 50,1 88,0 1,7 0,0 0,4 7,2 0,Молодо -”- 23,6 45,6 81,6 3,2 0,1 1,8 12,7 0,*)Значительную долю слагают алмазы «без типа» – техногенные осколки и обломки, что искажает фактическое соотношение кристалломорфологических форм Возраст известных коренных источников провинции, распределение и типоморфизм алмазов и минералов-индикаторов кимберлитов в разрезе протерозойских и фанерозойских отложений, позволяют прогнозировать на северовостоке Сибирской платформы три эпохи продуктивного кимберлитового магматизма: позднепротерозойскую, среднепалеозойскую и раннемезозойскую.

Средне-позднеюрская и меловая эпохи (Брахфогель, 1984), учитывая данные опробования кимберлитов, непродуктивны.

Наличие докембрийских коренных источников подчеркивается находками минералов-индикаторов кимберлитов в протерозойских отложениях Анабарского массива, Уджинского и Оленекского поднятий. Косвенным фактом существования этих продуктивных источников может служить наличие в современном аллювии р. Б. Куонапка скрытоламинарных ромбододекаэдров «уральского» типа, которые характеризуются максимальной степенью механического износа, наличием пятен пигментации зеленого цвета, повышенной крупностью и сходством с таковыми из пород системы Витватерсранд. Они тяготеют к выходам протерозойских пород и характеризуются признаками древности (Метелкина и др., 1976; Коптиль, 1994). Во всех случаях находки кимберлитовых минералов в протерозойских отложениях приурочены к морским и прибрежно-морским осадкам. Они отличаются сильным износом и сортировкой. Для локализации перспективных площадей необходимо выполнить палеогеографические построения с выделением областей сноса и аккумуляции на ос новные эпохи тектоно-магматической активности протерозоя. Однако отсутствие надежного фактического материала, из-за редкой сети структурных скважин, не позволяет в настоящее время рассчитывать на позитивный результат этих построений.

Герцинская (среднепалеозойская) эпоха кимберлитового вулканизма была широко проявлена в центральной части Якутской провинции в пределах Вилюй-Мархинской и Далдыно-Оленекской кимберлитоконтролирующих зон.

Последняя, прослеживаясь по Лено-Анабарской субпровинции, объединяет Севернейское, Чомурдахское, Восточно-Укукитское, Западно-Укукитское, Огонер-Юряхское, Куойкско-Молодинское и Хорбусуонское поля. В пределах Центрально-Сибирской субпровинции к этой же зоне тяготеют АлакитМархинское, Далдынское и Верхне-Мунское кимберлитовые поля, которые включают крупные промышленные месторождения алмазов. Длинные оси кимберлитовых тел этой зоны имеют северо-восточное простирание и тяготеют к полосе шириной 80–350 км. Магматические комплексы в пределах этой зоны представлены кимберлитами пяти (?) возрастных генераций (Брахфогель, 1984).

Несмотря на то, что в известных полях продуктивных среднепалеозойских кимберлитов не установлено, на их наличие указывает контрастный ореол в каменноугольных отложениях Кютюнгдинского грабена (Соболев и др., 1981). По содержанию ламинарных кристаллов (75,9%), пиропов и хромшпинелидов алмазоносных парагенезисов (7–10%) прогнозируемый коренной объект приближается к трубкам Удачная и Юбилейная.

До настоящего времени, несмотря на достаточно плотную поисковую сеть, на Молодо–Далдын–Толуопском междуречье среднепалеозойские коренные источники не установлены. Вероятно, причина в том, что с первого этапа работ, без детального палеотектонического анализа всей северной части Приленского алмазоносного района, достаточно узко была локализована перспективная площадь, расположенная в зоне средне-верхнепалеозойской аккумуляции.

В семидесятые годы прошлого века А.А. Константиновский (1979) выделил в низовьях р. Лена Нижнеленский погребенный массив, как область развития кимберлитов на северо-востоке Сибирской платформы. По его мнению, до начала мезозоя, когда был сформирован современный структурный план Сибирской платформы, граница платформы пролегала восточнее, а на месте Ленского отрезка Предверхоянского прогиба располагался крупный массив. Он длительное время служил областью сноса терригенного материала для северовосточной части платформы и Верхоянского моря. Существование древнего массива подтверждается особенностями структуры доверхнепалеозойского платформенного чехла. Современная окраина платформы представляет собой приподнятую зону субмеридионального простирания. В ее пределах неглубоко залегает фундамент, местами выступающий на поверхность. Сводовая часть массива подчеркивается сокращением мощностей рифейских, вендских и кембрийских отложений. Это подтверждается данными структурного бурения (рис.

6), согласно которым на породах фундамента залегают верхнепермские или мезозойские толщи.

Учитывая блоковое строение Нижнеленского массива, можно предположить существование приподнятых участки (типа Салабынского выступа) на флангах района, с которых и происходил снос в период от позднего девона до ранней перми. В последующие эпохи эти коренные источники были перекрыты верхнепермскими и мезозойскими породами и на россыпную алмазоносносность практически не влияли.

Рис.6. Опорные структурные скважины северо-востока Сибирской платформы (Геологическая карта Якутии. Западно-Верхоянский блок, В.С.Прокопьев и др., 1999; А.Н.Кирий и др., 2004 г.).

Раннемезозойские коренные источники сыграли решающую роль в россыпной алмазоносности северо-востока Сибирской платформы. Именно в триасовых отложениях появился своеобразный спектр алмазов, который в последующем прослеживается во всех мезозойских и кайнозойских россыпях. На возраст коренного источника косвенно указывают определения изотопного возраста трубочного циркона (Дэвис и др., 1980), ассоциирующего с алмазами «эбеляхского» типа в современных россыпях (216–233 млн. лет). Аналогичные результаты были получены при определении возраста цирконов из карнийских отложений, где фиксируется первичный ореол этого коренного источника (зерен по уч. Таас-Ары 239+17 м. л., Булкур 228+6 м. л.) (Селиванова, 1991).

При анализе износа всех типов алмазов в россыпях северо-востока Сибирской платформы установлено уменьшение степени износа типа с запада на север и северо-восток (рис. 7, табл. 6).

Рис.7. Содержание (%) изношенных алмазов «эбеляхского» типа в пределах Лено-Анабарской алмазоносной субпровинции. 1 – коренные промышленные месторождения алмазов; 2 – слабоалмазоносные кимберлитовые тела; 3 – точки отбора проб, % износа; 4 – граница Лено-Анабарской алмазоносной субпровинции Табл. 6. Механический износ (истирание) алмазов из различных типов первоисточников древних и современных россыпей северо-востока Сибирской платформы № Наименование россыпей Всего изу- Типы первоисточников, всего алмазов, п/п чено алма- шт./износ, % зов, шт.

ламинарный уральский жильный эбеляхский 1 Эбелях (уч.Приустьевой) 1756 315/4,1 239/9,6 302/7,0 621/23,2 Эбелях (уч.Исток) 612 69/4,3 123/4,9 144/6,9 211/20,3 Гусиный 1043 167/6,6 72/8,3 200/7,0 506/22,4 Ыраас-Юрях 1115 142/9,2 90/12,2 149/14,8 645/27,5 Холомолоох 845 78/25,6 80/17,5 166/21,7 496/49,6 Маспакы 115 24/16,7 15/0,0 23/17,4 36/22,7 Джелиндэ 94 16/12,5 21/0,0 22/9,1 25/24,8 Лев.пр.Б.Куонапки 201 42/16,6 48/10,4 37/24,3 31/47,9 Б.Куонапка 579 130/21,5 228/10,1 108/12,0 46/28,10 Прав.пр.Б.Куонапки 380 113/23,0 99//17,1 71/16,0 35/37,11 Биллях 1079 235/5,5 197/3,0 208/2,4 307/15,12 Маят 201 19/15,8 50/4,0 40/5,0 70/42,13 Кычкин 63 14/0,0 17/17,6 8/0,0 15/40,14 Кюрюктюр 179 26/11,5 64//4,7 21/9,5 39/28,15 Юлегир 148 14/0,0 53/0,0 24/0,0 36/25,16 Ч.Чымара-Долеритовый 168 25/4,0 45/4,4 30/6,7 42/40,17 М.Уджа-Т.Уджа 299 54/3,7 45/8,9 49/10,2 61/49,18 Уджа (ниж.-сред.теч.) 201 33/9,1 45/8,9 43/2,3 47/42,19 Уджакан-Борго-Токур 118 29/17,2 18/0,0 29/10,3 17/17,20 Беенчимэ 517 131/2,3 172/2,9 59/0,0 59/13,21 Куойка 72 17/5,9 15/0,0 12/0,0 20/25,22 Бур 56 12/0,0 14/21,4 8/0,0 15/6,23 Оннехой-Чюемпе-Юряге 113 21/14,3 18/16,7 32/6,2 28/35,24 Буолкалаах-Хатыгин-Уеле 86 18/5,6 25/12,0 15/6,6 14/7,25 Кангалас-Уеле 90 14/7,1 26/7,7 10/0,0 26/3,26 Половинная-Средняя 151 26/11,5 25/16,0 36/16,7 41/24,27 Салахут 77 33/12,1 16/6,2 11/18,2 11/18,28 Сопка 149 26/3,8 28/7,1 27/14,8 46/26,29 Укукит 278 52/3,8 56/1,8 48/8,3 82/35,30 Моторчуна 419 100/3,0 49/4,1 101/1,0 87/23,31 Келимер 310 85/0,0 50/2,0 38/0,0 90/1,32 Чимидикэн 181 48/2,1 45/0,0 35/2,9 29/17,33 Хахчан 226 34/2,9 72/2,8 46/0,0 45/11,34 Междур. Молодо-Сюнгюде 67 19/21,0 13/30,7 15/26,6 8/37,35 Верхнее Молодо 2079 817/0,6 509/1,6 428/0,2 192/1,36 Усунку 87 21/0,0 34/2,9 12/0,0 9/0,Промежуточные коллекторы 1. Неоген, уч.Гусиный 402 101/6,9 40/10,0 63/7,9 167/22.2. Неоген, уч.В.Биллях 700 123/18,7 120/10,8 257/10,1 138/32.3. Мел, уч.Эбелях 141 34/8,8 22/0,0 17/0,0 50/24.4. Карний, уч. Кенгдейкан 144 30/0,0 41/0,0 8/0,0 45/0.5. Карний, кр.Прончищева 122 22/0,0 31/0,0 33/0,0 12/0.7. Карний, уч.Булкур 311 56/0,0 136/0,0 21/0,0 80/0,8. Рэт, уч.Никабыт 40 3/0,0 14/0,0 2/0,0 6/0, Максимальный износ алмазов эбеляхского типа установлен на левых притоках р. Эбелях – ручьях Холомолоох, Ыраас-Юрях и в бассейне р. Б. Куонапка. На этих водотоках износ и типично кимберлитовых алмазов максимальный. Практически отсутствует износ алмазов V и VII разновидностей в россыпи р. Келимер и он совершенно исчезает на кристаллах из верхнетриасового карнийского коллектора в пределах Верхоянского антиклинория и ЛеноАнабарской ветви складок.

Исходя из палеогеографических построений, распространения триасовой алмазоносности, минерального и петрографического состава продуктивных отложений, типоморфизма минералов-спутников алмазов в коллекторе, предполагается, что в триасовое море продуктивный материал мог поступать с двух участков: с восточного склона Оленекского поднятия и поднятия, прогнозируемого в дельтовой части р. Лена, которое в триасовое время было частью Сибирской платформы. В карнийское время оба поднятия являлись областями сноса. По типоморфным особенностям минералов-индикаторов кимберлитов было установлено, что левобережные (Туорасисский выступ) и правобережные (Хараулахской антиклинорий) группы триасовых россыпей были сформированы за счет собственных коренных источников (Селиванова, 1991). Изучение петрографического состава обломочного материала карнийских конгломератов в низовьях р. Лена показало, что они состоят из пород трех основных групп: траппов, для которых областью питания являлась Сибирская платформа; андезиты и липарит-дациты поступали, по мнению А.Ю. Егорова (1988, НПО «Аэрогеология»), из не установленной области размыва. Учитывая отсутствие этих пород на северо-востоке Сибирской платформы, можно предположить, что область их сноса в послекарнийское время была перекрыта более молодыми осадками. В этом плане очень привлекательно выглядит восточный склон Оленекского поднятия, где развиты кислые интрузии, а в разрезе эекитской свиты наблюдаются прослои риодацитов и их туфов.

В 80-е годы прошлого столетия в северной части прогнозируемого Нижнеленского массива Амакинской экспедицией была выполнена аэромагнитная съемка масштаба 1:25000 (В.П.Торопчинов и др., 1981 г.; Н.А.Сорокина и др., 1983 г.; Н.Е. Морозова и др., 1985 г.). В результате работ в бассейне р. Атыркан была выделена крупная региональная высокоинтенсивная аномалия, ориентированная в северо-западном направлении. Интенсивность аномалии достигает 960 гамм, горизонтальные градиенты 50 гамм/км, ширина по изодинаме 5гамм в центральной части составляет 32 км. Расчетная глубина до верхней кромки магнитных масс – 3–4 км. В гравитационном поле этой аномалии соот ветствует относительный максимум силы тяжести. Она является частью обширной изометричной аномалии, входящей в состав Предверхоянской аномальной зоны, состоящей из крупных аномалий, протягивающихся в субмеридиональном направлении вдоль р. Лена. В составе этой зоны, кроме «Атырканской», в междуречье Келимер и Лена установлена еще одна крупная изометричная «Келимерская» аномалия интенсивностью 830 гамм, ориентированная в субмеридиональном направлении. Геофизики Амакинской экспедиции, учитывая изменчивость простирания осей крупных аномалий Предверхоянской аномальной зоны и принимая во внимание расчетную глубину залегания кровли намагниченных пород, предполагают, что изометричные аномалии вызваны магматическими породами фундамента. Расчеты глубин до магнитовозмущающих объектов, по материалам магнитных съемок, показывают, что в южном направлении от р. Балаганнах наблюдается уменьшение глубины залегания верхней кромки магнитных масс и в бассейне р. Атыркан глубина составляет 3–км, увеличиваясь резко к востоку до 8–10 км. Это позволило выделить Атырканский блок (выступ) фундамента, совпадающий с Атырканским порогом, разделяющим Предверхоянский и Лено-Анабарский прогибы (Т.В. Ивлиева и др., 1987 г.).

В районе дельты р. Лена многими исследователями (Виноградов, 1965; Гапоненко и др., 1968; А.В.Манаков и др., 2001 г.) выделяется блок фундамента, который мог являться областью сноса в карнийское время. По данным геофизических исследований дельта р. Лены расположена в сложно построенной зоне сочленения складчатого Верхоянья с Лаптевской глыбой Сибирской платформы. Эти данные подтверждаются находками больших (до 1,5 м) неокатанных глыб гранито-гнейсов на о.Сардах. Эти глыбы и данные геофизики послужили основанием для картирования на мелкомасштабных геологических и тектонических картах (Ванин и др., 2001; Тектоническая карта…., 1998) отложений протерозоя и архея в дельтовой части реки с архейским метабазит-плагиогнейсовым комплексом 3,2 млрд.лет и северо-западным «анабарским» простиранием структур. В неогеновых конгломератах сардахской свиты установлены зерна пиропов (Виноградов и др., 1971; Горина, 1971). По их мнению, к моменту формирования сардахской свиты Усть-Ленский горст был интрудирован редкими телами диабазов и кимберлитов. После накопления нижней толщи конгломератов (в результате анализа ориентировки длинных осей валунов, стволов древесины и падения косой слоистости было установлено направление сноса с юг-юго-запада на север-северо-восток), в пределах горста был вскрыт архейский кристаллический цоколь, размывающийся во время формирования верхней толщи.

Таким образом, устанавливается, что в карнийское море алмазоносный материал прогнозируемых коренных источников северных россыпей мог поступать с двух участков (рис. 8).

1. Первый участок выделяется на Усть-Ленском поднятии, на которое трассируется Далдыно-Оленекская кимберлитоконтролирующая зона, где расположены основные кимберлитовые поля центральной и северной частей Якутии с общей тенденцией «омолаживания» вулканизма на северо-восток.

Рис. 8. Схема расположения палеоподнятий в низовьях р. Лена: 1 – поднятия: I – Нижнеленское (Константиновский, 1979), II – Усть-Ленское (Виноградов, 1965; Гапоненко и др., 1968; Тектоническая карта…, 1998; А.В.Манаков и др., 2001 г.); 2 – центральная часть Далдыно-Оленекской кимберлитоконтролирующей зоны; 3 – Атырканский выступ; 4– высокоалмазоносные триасовые россыпи; 5 – находки алмазов, характерных для промышленных коренных месторождений Якутии, в каменноугольных отложениях 2. Второй участок предполагается на Нижнеленском массиве. Практический интерес вызывает его северная часть в пределах Атырканского выступа, осложняющего северо-восточный склон Оленекского поднятия.

Обе площади перспективны на обнаружение коренных источников триасовых россыпей алмазов. Исходя из масштабов алмазоносности карнийских коллекторов и слабой изменчивости типоморфизма минералов-индикаторов кимберлитов по латерали, формы залегания коренных источников «северных» алмазов, могут быть, нетрадиционны (протяженные силы, покровы, крупные массивы). Обе прогнозируемые площади приурочены к участку с мощной корой 42–46 км (Манаков, 2002). Аналогичными значениями в пределах Сибирской алмазоносной провинции выделяются Накынское, Мирнинское, Далдынское, Алакит-Мархинское и Верхне-Мунское кимберлитовые поля.

Для Атырканской площади негативным фактором может стать мощность осадков, перекрывающих прогнозируемые кимберлиты. Если для них характерен нормальный морской разрез мезозоя Предверхоянского прогиба, то практическая значимость поисковых площадей, безусловно, окажется низкой. Но если этот участок в мезозое был приподнят (что вполне вероятно, учитывая вариации расчетных глубин фундамента от 3 до 10 км), то мощность перекрывающего чехла над кимберлитовмещающими породам будет небольшой. Для решения этого вопроса необходимо провести анализ геофизических материалов и на основе всего комплекса данных выполнить расчеты поверхности фундамента и кровли среднего триаса. Последующий шаг должен включать бурение структурно-картировочных скважин в центре палеоподнятия. По завершению этой стадии можно принять решение о целесообразности и методике дальнейших поисковых работ.

Вторая перспективная площадь на выявление алмазоносных кимберлитов расположена в междуречье Анабар – Оленек. Исходя из распределения алмазов в современных россыпях рек и структурно-тектонического положения района, продуктивные кимберлиты прогнозируются в пределах Молодо-Попигайской зоны глубинных разломов. По ряду признаков Молодо-Попигайская зона глубинных разломов подобна Вилюйско-Мархинской зоне, с которой пространственно связаны все промышленные месторождения алмазов МалоБотуобинского и Средне-Мархинского алмазоносных районов. Она расположена на границе положительных и отрицательных структур (Анабарская антеклиза и Лено-Анабарский прогиб) и подчеркивается серией протяженных даек основного состава. В ее пределах расположены Мерчимденское, КуойкскоМолодинское, Толуопское, Хорбусуонское и Эбеляхское кимберлитовые поля.

О наличии продуктивных кимберлитов свидетельствует то, что в россыпи р. Юлегир-Уджинский на всех алмазах кимберлитового генезиса механический износ отсутствует. В россыпном проявлении рр. Куойка и Сектелях для алмазов уральского и жильного типа механический износ также не характерен. Отсутствует или составляет первые проценты механический износ на кимберлитовых алмазах и по ряду других россыпей, тяготеющих к Молодо-Попигайской зоне разломов (Бур, Кычкин и др) (табл. 6), что следовало бы проверить на более представительной коллекции.

В междуречье рек Юлегир-Уджинский, Майат и Чичах-Чимара в базальных горизонтах юрских отложений, на фоне сильно изношенных минераловиндикаторов кимберлитов,что характерно для Эбеляхской площади, фиксируются зерна пиропа и пикроильменита хорошей сохранности. Учитывая низкую долю ламинарных алмазов в россыпях, предполагается невысокая продуктивность коренных источников, которые не создали древних россыпей, но за счет их размыва происходило поступление качественных камней в неогеновые, а затем четвертичные россыпи рр. Юлегир-Уджинский, Кюрюктюр, Маят и Биллях, в основном сформированных за счет перемыва региональных промежуточных коллекторов с алмазами эбеляхского типа.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ 1. Установлено, что северо-восток Сибирской платформы – крупнейший мировой регион россыпной алмазоносности. Здесь алмазоносными являются отложения протерозойского, каменноугольного, пермского, триасового, юрского, мелового, неогенового и четвертичного возрастов. Промышленной алмазоносностью характеризуются прибрежно-морские отложения триасового возраста, аллювиальные отложения неогенового и четвертичного возрастов. Наиболее крупные россыпные месторождения находятся в Анабарском алмазоносном районе.

2. В результате изучения типоморфных особенностей алмазов из древних и современных россыпей северо-востока Сибирской платформы определено, что они были сформированы за счет источников протерозойского, среднепалеозойского, мезозойского и кайнозойского возрастов. Ассоциирующие с ними минералы-спутники указывают на кимберлитовую и импактную природу их коренных источников.

3. На северо-востоке Сибирской платформы в пределах Нижнеленского массива и Усть-Ленского поднятия прогнозируются погребенные коренные источники среднепалеозойского и триасового возрастов. Нетипичными для алма зоносной провинции являются продуктивные кимберлиты мезозойского возраста, содержащие значительную долю алмазов с легким изотопным составом углерода и низким содержанием пиропов как ультраосновного, так и эклогитового парагенезисов. Коренными источниками этой ассоциации алмазов, вероятно, являются кимберлиты, аналогичные трубкам Венесуэлы (Гуаньямо) и Ботсваны (Орапа).

4. Изучением типоморфных особенностей алмазов по типам их коренных источников доказано, что имеются россыпи, где отдельные типы алмазов неизношенны, что свидетельствует об их собственных коренных источниках. Эти россыпи приурочены к Молодо-Попигайской зоне разломов.

5. Формирование четвертичных россыпей северо-востока Сибирской платформы происходило не за счет прямого размыва коренных источников, а за счет перемыва промежуточных коллекторов. В связи с этим россыпные месторождения алмазов с близкими типоморфными особенностями были сформированы на площади свыше 400 тыс. км2.

6. Установлено, что своей уникальной промышленной алмазоносностью Анабарский район обязан сочетанию комплекса благоприятных критериев – широким развитием древних коллекторов, интенсивной закарстованностью и благоприятной неотектонической обстановкой.

7. Необходима комплексная оценка всей территории Лено-Анабарской субпровинции: анализ алмазоносности, вещественного состава, типоморфных особенностей алмазов и минералов-индикаторов кимберлитов из промежуточных коллекторов протерозойского, палеозойского, мезозойского, неогенового возрастов и современных россыпей с привлечением палеогеографических и структурно-тектонических построений, базирующихся на современном фактическом материале. В этом процессе особо следует выделить детальное изучение кристаллов по типам их источников, что позволит коренные месторождения алмазов искать по самим алмазам.

8. Предложена геолого-промышленная классификация россыпных месторождений алмазов Российской Федерации.

ОСНОВНЫЕ ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ Монографии 1. Граханов С.А. Геологическое строение и алмазоносность россыпей севера Якутской алмазоносной провинции. – Воронеж: Из-во ВГУ, 2000. 78 с.

2. Геология, прогнозирование, методика поисков, оценки и разведки месторождений алмазов. Книга 1. Коренные месторождения / Подчасов В.М., Минорин В.Е., Богатых И.Я., Голубев Ю.К., Граханов С.А., Кривонос В.Ф., Подвысоцкий В.Т., Харькив А.Д., Эринчек Ю.М., Ягнышев Б.С. – Якутск: ЯФ ГУ «Изд-во СО РАН», 2004. 548 с.

3. Геология, прогнозирование, методика поисков, оценки и разведки месторождений алмазов. Книга 2. Россыпные месторождения / Минорин В.Е., Подчасов В.М., Богатых И.Я., Граханов С.А., Шаталов В.И. –Якутск: ЯФ ГУ «Изд-во СО РАН», 2004. 424 с.

4. Россыпи алмазов России / Граханов С.А., Шаталов В.И., Штыров В.А., Кычкин В.Р., Сулейманов А.М. – Новосибирск : Академическое изд-во «Гео», 2007. 457с.

Статьи в журналахи сборниках 1. Евдокимов А.Н., Граханов С.А. Пример применения кластеризации составов пикроильменитов в прогнозировании алмазных месторождений // Записки всесоюз. минералог. об-ва. Ч.CXXII. № 6. 1993. С. 13–19.

2. Граханов С.А. Состав и история формирования россыпей алмазов на севере Сибирской платформы // Материалы второго Всероссийского петрографического совещания. – Сыктывкар, 2000. Т. 3. С. 164–166.

3. Граханов С.А. К вопросу о распространении неоген-нижнечетвертичных россыпей алмазов северо-востока Сибирской платформы // Вестник Воронежского университета. Серия геологическая. Воронеж, 2000. № (10).С. 212–215.

4. Граханов С.А. Особенности накопления алмазов в россыпях Севера Якутской алмазоносной провинции и проблема поисков их коренных месторождений // Материалы к первому Всероссийскому литологическому совещанию. Проблемы литологии, геохимии и рудогенеза осадочного процесса. Том 1. –М., 2000. С. 207–212.

5. Толстов А.В., Граханов С.А. Прогнозно-минерагеническая оценка Анабарского поднятия // Материалы Всероссийского съезда геологов. – С.Петербург, 2000. Т. 2. С. 204–206.

6. Бовкун А.В., Гаранин В.К., Граханов С.А., Кудрявцева Г.П. Минералогия граната и оксидных минералов из кимберлитовых тел Анабарского поля (Якутия) //Известия вузов. Геология и разведка. Статья 1. 2001. №6. С.

39–50.

7. Граханов С.А. Россыпи алмазов севера Якутской алмазоносной провинции // Вестник Госкомгеологии. Материалы по геологии и полезным ископаемым Республики Саха (Якутия). – Якутск. 2001. №1. С. 37–65.

8. Граханов С.А. Перспективы коренной алмазоносности Анабарского кристаллического массива // Вестник Госкомгеологии. Материалы по геологии и полезным ископаемым Республики Саха (Якутия). – Якутск. 2001.

№1. С. 65–75.

9. Граханов С.А. Прогноз нетрадиционных коренных источников алмазов на северо-востоке Сибирской платформы // Материалы Всероссийского совещания «Алмазы и алмазоносность Тимано-Уральского региона». – Сыктывкар, 2001. С. 134–136.

10. Граханов С.А., Зинчук Н.Н. Гранулометрический состав алмазов из коренных и россыпных месторождений (проблема алмазоносности Северного Урала) // Материалы Всероссийского совещания «Алмазы и алмазоносность Тимано-Уральского региона». – Сыктывкар, 2001.С. 160–162.

11. Граханов С.А. Прогноз коренной алмазоносности на севере Якутской алмазоносной провинции // Проблемы алмазной геологии и некоторые пути их решения. – Воронеж, 2001. С.481–490.

12. Граханов С.А. Алмазы импактного генезиса в россыпях северо-востока Сибирской платформы // Вестник Воронежского университета. Серия геологическая. – Воронеж, 2001. № 12. С. 236–238.

13. Коробков И.Г., Граханов С.А. Результаты изучения алмазоносных пород, выделяемых как флюидизатно-эксплозивные образования // Материалы Всероссийского совещания «Алмазы и алмазоносность ТиманоУральского региона». – Сыктывкар, 2001. С.80–81.

14. Черный С.Д., Дак А.И., Сафьянников Ю.В., Иванов А.С., Граханов С.А., Молотков С.П., Молотков Д.С. Минералогические критерии и перспективы алмазоносности юго-восточной части Воронежского кристаллического массива // Проблемы алмазной геологии и некоторые пути их решения.

– Воронеж, 2001. С. 437–443.

15. Бовкун А.В., Гаранин В.К., Граханов С.А., Кудрявцева Г.П. Минералогия граната и оксидных минералов из кимберлитовых тел Анабарского поля (Якутия) //Известия вузов. Геология и разведка. Статья 2. 2002, № 1. С.

76–85.

16. Граханов С.А. Уникальные россыпи алмазов арктической зоны Якутии // Российская Арктика. –СПб.: ВНИИОкеангеология, 2002. С. 762–773.

17. Граханов С.А. Закономерности алмазоносности россыпей северо-востока Сибирской платформы // Техногенные россыпи проблемы решения. Труды Первой Межведомственной научно-практической конференции г.

Симферополь-Судак, 2002. С. 157–164.

18. Шаталов В.И., Граханов С.А., Егоров А.Н., Сафьянников Ю.В. Новый промышленный тип россыпей алмазов в Якутской алмазоносной провинции // Отечественная геология. 2002. № 4. С. 15–19.

19. Шаталов В.И., Граханов С.А., Егоров А.Н., Сафьянников Ю.В. Геологическое строение и алмазоносность древних россыпей алмазов Накынского кимберлитового поля Якутской алмазоносной провинции // Вестник Воронежского университета. Серия геологическая. Воронеж, 2002. № 1.

С. 185–201.

20. Граханов С.А., Митюхин С.И. Гранулометрический состав алмазов в россыпях как поисковый признак коренных источников // Известия вузов.

Геология и разведка. 2003. № 1. С.48–51.

21. Граханов С.А., Коптиль В.И. Триасовые палеороссыпи алмазов северовостока Сибирской платформы // Геология и геофизика. 2003. Т. 44. № 11.

С. 1191–1201.

22. Граханов С.А., Митюхин С.И, Коптиль В.И., Яныгин Ю.Т., Масленникова Э.А.Новые подходы при поисках месторождений алмазов // Геологические аспекты минерально-сырьевой базы акционерной компании «АЛРОСА»: современное состояние, перспективы, решения. г. Мирный, 2003.

С. 250–261.

23. Граханов С.А., Подчасов В.М. Россыпные месторождения алмазов Российской Федерации и их классификация // Эффективность прогнозирования и поисков месторождений алмазов: прошлое, настоящее и будущее.

(Алмазы-50): Матер.научн.-практич.конференции. – СПб: Изд-во ВСЕГЕИ, 2004. С.99–101.

24. Граханов С.А., Митюхин С.И. Использование типоморфных особенностей алмазов при поисках их коренных источников // Эффективность прогнозирования и поисков месторождений алмазов: прошлое, настоящее и будущее. (Алмазы-50): Матер.научн.-практич.конференции. – СПб:

Изд-во ВСЕГЕИ, 2004. С. 102–106.

25. Граханов С.А. Промышленные россыпи алмазов Якутии // Бюлл. МОИП.

Отд. геол.. 2005. Т. 80. Вып.3. С. 56–61.

26. Граханов С.А. Новые данные о распространении алмазов с примесью лонсдейлита на северо-востоке Сибирской платформы // Докл. РАН. 2005.

Т. 405. № 6. С. 779–782.

27. Округин А.В., Граханов С.А., Селиванова В.В., Сулейманов А.М. Платиноносность россыпей Якутской алмазоносной провинции // Платина России. Т.VI. – М.: Изд-во ООО «Геоинформмарк», 2005. С. 134–141.

28. Граханов С.А., Митюхин С.И. Прогноз коренной алмазоносности северовостока Сибирской платформы // Регион. геология и металлогения. № 26.

2005. С. 73–80.

29. Округин А.В., Граханов С.А., Сулейманов А.М., Попов Н.А., Постников О.А. Индикаторные минералы кимберлитов и ультрамафитов в платиназолотоалмазоносных россыпях Приленского района Якутской алмазоносной провинции // Отечественная геология. 2006. № 5. С. 8–15.

30. Граханов С.А. Россыпи алмазов северо-востока Сибирской платформы и их коренные источники // Отечественная геология. 2006. № 5. С. 20–28.

31. Граханов С.А., Шаталов В.И., Веретенников В.А., Егоров К.Н., Липашова А.Н., Помазанский Б.С., Селиванова В.В. Древние россыпи алмазов Сибирской платформы // Вестник Воронежского университета. Серия геологическая. Воронеж, 2006. № 2. С. 167–177.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.