WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

 

На правах рукописи

Кудрявцев Владислав Леонидович

РЕАЛИЗАЦИЯ КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОГО ИНСТИТУТА

КВАЛИФИ­ЦИРОВАННОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ

В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АДВОКАТА (ЗАЩИТНИКА)

В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ:

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ И ПРОБЛЕМЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ

Специальность:

12.00.09 – уголовный процесс, криминалистика и судебная экспертиза;

опе­ративно-розыскная деятельность

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание учёной степени

доктора юридических наук

Москва – 2008

Работа выполнена на кафедре уголовно-правовых дисциплин

Московской академии экономики и права.

Официальные оппоненты:  Заслуженный юрист Российской Федерации, 

доктор юридических наук, профессор

Ефимичев Сергей Петрович

  доктор юридических наук, профессор

  Халиулин Александр Германович

  доктор юридических наук, профессор

Шурухнов  Николай Григорьевич 

Ведущая организация:  Российский университет дружбы

  народов им. П. Лумумбы 

 

Защита состоится «7» апреля 2009г. в 13.00 час. на заседа­нии диссертационного совета Д 521.023.02 при Московской академии эконо­мики и права по адресу: 117105, г. Москва, Варшавское шоссе, д. 23

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московской акаде­мии экономики и права.

Автореферат разослан «18» декабря 2008г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент Ю.С. Харитонова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Одним из самых сложных для теоретических разработок, но в тоже время и самых востребованных на прак­тике является конституци­онно-право­вой институт квалифицированной юри­дической помощи.

Подобный институт является одним из самых эффективных инстру­ментов преодоления правового нигилизма, который, по мнению Президента РФ Д.А. Мед­ведева, «продолжает оставаться характер­ной чертой нашего об­щества»1.

В литературе категория «квалифицированная юриди­ческая помощь» трактуется по-разному, поэтому вопрос о конкретизации пра­вового стандарта и конститу­ционного поня­тия «квалифицированная юри­дическая помощь», должен быть рассмотрен законодателями и, возможно Кон­ституционным Су­дом РФ, что явилось бы важным вкладом в осуществ­ление правовой ре­формы в Рос­сии2.

Сегодня решающую роль при наполнении содержа­ния правового стан­дарта «ква­лифицированная юридическая помощь» и, со­ответственно, фор­ми­рования конституци­онно-правового института квали­фицированной юри­диче­ской помощи играет не законода­тель, хотя это его роль, а Конституци­онный Суд РФ своими правовыми позициями.

Роль Конституционного Суда РФ в этих условиях, по мнению его пред­се­дателя В.Д. Зорькина, это роль садовника, взращивающего конституцион­ные принципы на конкрет­ной национальной почве3

.

Именно в результате подобной деятельности Конституционного Суда РФ, выра­женного в правовых позициях, стали формироваться и наполняться конкретным содер­жа­нием конституци­онно-правовые основы, то есть те ис­ходные, главные положения ин­сти­тута квалифицирован­ной юридической помощи, выражающие его сущность, на кото­рых и должно строиться в этой области законода­тельство и правоприменение.

На адвоката законодатель возлагает конституционную обязанность по оказанию каждому желающему квалифицированной юридической помощи /ст. 48 Конституции РФ, ч.1 ст. 1 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвока­туре в Российской Федерации»/, при­чём особое внимание он уделяет специ­фике оказа­ния квали­фицированной юридической помощи в уголовном судо­производ­стве.

Это не случайно и объясняется тем, что с одной стороны – в сфере уго­ловного су­до­производства права и законные интересы не только обви­няе­мого, потерпев­шего, но и любого иного лица, вовлечённого в орбиту уго­лов­ного судопроиз­водства могут быть под­вергнуты и реально подвергаются су­щественным ограничениям в силу нали­чия властных полномочий у долж­ност­ных лиц компетентных государствен­ных органов и суда, а с дру­гой – не­обходимости из­бежать или, по крайней мере, минимизировать возникающие  в этой сфере деятельности нарушения за счёт оказания этим ли­цам квалифи­цированной юридической помощи.

Особо остро в такой помощи нуждается подозреваемый (обвиняемый), поэтому особое место среди всех субъектов оказания квалифицированной юридической по­мощи в уголовном судопроизводстве отводится адвокату (защитнику)4 /ч.2 ст. 48 Конституции РФ/.

Грамотность и эффективность осуществления адвокатом защиты в уго­ловном су­допроизводстве зависит, прежде всего, от того, на чём будет стро­иться его деятельность, иначе, каковы её основы, каков их возможный по­тенциал по защите прав и законных ин­тересов подзащитного раскрываемый через решение процессуальных, криминалистиче­ских и нравственно-этиче­ские проблем, встречающихся в его деятельности.

Но самой по себе только деятельности адвоката-защитника в уголов­ном судопро­изводстве ещё недостаточно для оказания им доверителю ква­лифицированной юридиче­ской помощи, необходимо ещё и обеспечить, соз­дать соответствующие условия, позво­ляющие ему действительно оказывать такую помощь.

И это закономерно, ведь практика знает множество примеров, когда права адвока­тов, участвующих в качестве защитников в уголовном судопро­изводстве нарушаются, что не позволяет им надлежащим образом осуществ­лять свою конституционную обязанность по оказанию квалифицированной юридической помощи доверителю. Да и сами адвокаты не всегда в должной мере выполняют возложенную на них подобную конституционную обязан­ность.

Для того чтобы избежать или минимизировать нарушения прав адвока­тов и сде­лать так, чтобы они надлежащим образом выполняли возложенную на них конституци­онную обязанность, госу­дарство через систему законода­тельных мер обеспечивает, соз­даёт усло­вия (например, уста­навливает гаран­тии независимости адвокатов, их ответствен­ность), позво­ляю­щие адвокату-за­щитнику полноценно оказывать доверителю квалифици­рованную юриди­че­скую помощь.

Таким образом, в рамках данной работы будет рассмотрена реализация конституционно-правового института квалифицированной юридической по­мощи в дея­тельности адвоката (за­щитника) в российском уголовном судо­производстве через теоре­тические основы и проблемы обеспечения.

Причём всё это будет представлено в рамках комплексного, системного исследова­ния на уровне концепции5.

В предлагаемом качестве концепция представляет собой одну из воз­можных форм организации результатов диссертационного исследования уже успешно апробированного по различным научным специальностям в доктор­ских диссер­тациях В.Н. Григорьева, О.А. Зайцева, Н.В Михайловой, Т.А. Сошниковой и т.д.

Степень научной разработанности темы. Несмотря на рост числа публикаций по отдельным аспектам выбранной автором проблематике, сис­темного, комплексного ис­сле­до­вания на концептуальном уровне, где бы ме­жду собой органически была бы переплетена теория и практика, ещё не было.

Квалифицированную юридическую помощь в современных диссерта­ционных исследованиях рассматривали в различных аспектах и преломле­ниях.

       Одни авторы исследовали просто проблемы конституционного права на получе­ние квалифицированной юридической помощи (А.Г. Мана­фов, Р.Г. Мельниченко, Г.А. Смагин), другие – не только само конституци­онное право на получение квалифици­рованной юридической по­мощи, но и его обеспече­ние в Российской Федерации (И.В. Краснов), третьи – соглаше­ние об оказа­нии юридической помощи как форму реализации конституцион­ного права на получение квалифицированной юридической помощи (А.Ф. Карманов), чет­вёртые – конституционное право на получение квалифици­ро­ванной юриди­ческой помощи в контексте деятельности институтов адвока­туры (А.Г. Ку­черена, Е.Г. Тарло) либо нотариата (С.Б. Акимова, Н.Л. Полуяктова, И.Г. Че­ремных), пя­тые – оказание ква­лифицированной юридической помощи в су­дах об­щей юрисдикции (С.З. Рамзанов) или в Европейском Суде по правам человека (И.В. Шатаев).

Диссертаций непосредственно посвящённых квалифицирован­ной юри­дической помощи в уголовном судопроизводстве гораздо меньше (В.А. Бо­гданов­ская, А.В. Зако­молдин, Н.Р. Му­хутди­нова), они кандидатские и в них деятельность адвоката-защитника не является основным объектом исследо­вания, но, тем не менее, находит своё отражение в большей или меньшей степени в зависимости от контекста рассматриваемых про­блем. В большей степени это как раз касается диссертации А.В. Закомол­дина, который, в част­ности, рассмотрел в ней такую «вечную» про­блему как проблему про­цессу­ального статуса адвоката-защитника.

Квалифицированную юридическую помощь как один из лейтмотивов своего исследования в рамках основ теории эффективной адвокатской дея­тельности, относящей к различным видам юрисдикционных производств, в том числе и к уголовному, рассматривает Л.А. Зашляпин, делая основной упор на тактике и стратегии адвокатской деятельности, прежде всего, с пози­ции такой науки как криминалистика и только на уровне теоретической ра­боты, не содержащей практических рекомендаций.

На уровне же реализации конституционно-правового института ква­ли­фи­цированной юридической помощи в деятельности адвоката (за­щит­ника) в российском уголовном су­допроизводстве через теоретические основы и про­блемы обеспечения ещё не было посвящено ни одного специального диссер­тационного исследования.

Деятельность адвоката-защитника в уголовном су­допроизводстве от­ражается в ряде докторских дис­сертаций. В одних из них, ещё советского пе­риода времени, деятельность ад­воката-защитника раскрывается через общие проблемы его участия в уголов­ном процессе (Г.П. Саркисянц), проблемы эффективности судебной защиты (А.Д. Бойков), конституционный принцип обеспечения права обвиняемого на защиту (Ю.И. Стецовский), в других – уже современного периода – через про­блемы защиты по уголовным делам (Ю.Ф. Лубшев), проблемы защиты прав граждан в уголовном процессе (И.Л. Трунов), проблемы профессио­нального представительства в судопроизвод­стве России (Е.Г. Тарло), такти­ческие ос­новы деятельности в уголовном су­допроизводстве России (М.О. Баев). 

Кандидатских же диссертаций исследующих проблемные вопросы дея­тельности адвоката-защитника намного больше и в одних из них рас­сматри­ваются проблемы, имеющие отношение к его деятельности в целом в уголов­ном судопроизводстве (О.А. Азизова, Р.М. Жамиева, Т.З. Зина­туллин, Ю.С. Кручинин, М.А. Осьмаков, Г.М. Шафир), в других – к его дея­тельности в до­судебном производстве (О.В. Вишневская, А.Д. Героев, С.В. Купрейченко, В.А. Ка­люжная, В.Ю. Резник, О.Г. Цыденова, А.А. Сиразут­динова); в третьих – к его деятельности в суде той или иной инстанции либо его части (Т.Г. Бородинова, А.В. Иванов, Г.Д. Побегайло, Л.А. Потапова, Е.С. Смир­нова, Т.А. Шмарёва) и т.д.

Целью диссертационного исследования является раскрытие на кон­цептуальном уровне реализации конституционно-правового института ква­лифицированной юридической помощи в деятельности адвоката (за­щитника) в российском уголовном су­допроизводстве через теоретические основы и проблемы обеспечения.

В рамках поставленной цели выдвигались и решались следующие за­дачи:

  • исследовать специфику уголовного судопроизводства как сферы осо­бой защиты конституционных прав и законных интересов человека и гражданина;
  • рассмотреть становление и современное состояние концепции конститу­ционно-пра­вового института квалифицированной юридиче­ской помощи в Российской Федерации;
  • дать характеристику квалифицированной юридической помощи как спо­соба за­щиты конституционных прав и законных интересов человека и гражданина в уго­ловном судопроизводстве;
  • раскрыть содержание и значение концепции реализации конституци­онно-правового института квалифицированной юридической помощи  в уголовном судопроизводстве;
  • показать роль и место адвоката среди субъектов, выступающих  в каче­стве защитни­ков в уголовном судопроизводстве;
  • изучить процессуальные и нравственно-этические проблемы в деятельно­сти адво­ката (защитника) при оказании квалифицированной  юридической помощи довери­телю в уголовном судопроизводстве;
  • раскрыть участие адвоката (защитника) в доказывании как  важнейший элемент за­щиты конституционных прав и законных интересов довери­теля в уголовном су­допроизводстве;
  • сформулировать понятие и основные элементы криминалистического  обеспече­ния деятельности  адвоката (защитника) в уголовном судо­про­изводстве;
  • дать характеристику методики защиты как основного элемента кримина­листиче­ского обеспечения деятельности адвоката (защитника) в уголовном судопроизвод­стве;
  • исследовать тактические особенности оказания адвокатом (защитни­ком) квалифицированной юридической помощи при иссле­довании до­казательства, полученного с использованием специальных знаний;
  • раскрыть понятие и содержание конституционно-правового обеспече­ния квалифици­рованной юридической помощи в деятельности адво­ката (защитника) в уголовном судопроизводстве;
  • изучить гарантии независимости адвоката как условие обеспечения  ква­лифицирован­ной юридической помощи в деятельности адвоката (защитника) в уголовном судопроизводстве;
  • рассмотреть юридическую ответственность адвоката (защитника) за не­исполнение либо ненадлежащее исполнение конституционной обязан­ности  по оказанию  ква­лифицированной юридической помощи.

Объект исследования – общественные отношения в сфере реализации конститу­ционно-правового института квалифицированной юридической по­мощи в деятельности адвоката (за­щитника) в российском уголовном судо­производстве. 

Предмет исследования – юридические нормы как российского, так и зарубежного законодательства, правовые позиции Конституцион­ного Суда РФ, судебная и дисциплинарная адвокатская практика, история, а также взгляды учё­ных юристов и практиков, связанные с реализацией конституци­онно-право­вого института квалифицированной юридической помощи в дея­тельности адвоката (за­щит­ника) в российском уголовном судопроизводстве.

Методологическую основы исследования составляют положения ма­териали­сти­ческой диалектики, её ос­новные законы, а также другие методы научного познания: срав­нительно-правовой, исторический, системного ана­лиза, дедукции, индукции и другие методы научного познания.

Нормативную базу исследования составили международно-правовые, европейские акты, Конституция Российской Федерации, Гражданский кодекс Российской Федерации, Уголовный кодекс Российской Федерации, Уго­ловно-процессуальный кодекс Российской Федерации, Федеральный закон «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федера­ции», при­казы Генерального прокурора Российской Федерации, Ко­декс профессио­нальной этики адвоката, проект Федерального закона «Об оказании квали­фицированной юридической помощи в Российской Федерации» и т.д.

Теоретической основой работы послужили труды известных учёных-юристов и практиков в таких областях знаний как теория государства и права, конституционное право России и зарубежных стран, уголовно-процес­суальное право, адвокатура, кримина­листика: С.А. Авакьяна, Я.С. Авраха, А.С. Автономова, А.В. Агутина, В.Д. Адаменко, Н.С. Алексеева, Г.В. Арци­шевского, М.О. Баева, О.Я. Баева, М.Ю. Барщевского, Р.С. Бел­кина, В.П. Божь­ева, А.Д. Бойкова, Н.С. Бондаря, Т.В. Варфоломеевой, А.И. Винберга, Л.В. Головко, В.Н. Григорьева, А.В. Гриненко, А.П. Гуляева, К.Ф. Гуценко, Ю.А. Дмитриева, С.П. Ефимичева, Р.М. Жамиевой, О.А. Зайцева, Л.А. За­шляпина, В.Д. Зорь­кина, Н.М. Кип­ниса, Ю.В. Кореневского, О.Е. Кута­фина, А.Г. Куче­рены, А.М. Ларина, Ю.Ф. Лубшева, В.М. Лебедева, А.А. Леви, П.А. Лупинской, А.В. Малько, М.Н. Марченко, Л.Н. Масленниковой, Н.И. Мату­зова, В.Н. Махова, Г.Б. Мир­зоева, И.Б. Михайловской, В.В. Николюка, С.А. Па­шина, И.Л. Пет­рухина, Н.В. Ра­дутной, А.Р. Ратинова, Г.М. Резника, А.Б. Соловьёва, Ю.И. Стецовского, М.С. Строго­вича, Е.Г. Тарло, И.Л. Трунова, А.Г. Филип­пова, А.Г. Халиулина, А.Л. Цыпкина, С.А. Шейфера, Н.Г. Шу­рухнова, С.П. Щербы, П.С. Элькинд и многих других.

Эмпирическую базу составили результаты изучения 1200 уголовных дел с уча­стием адвоката-защитника, а также резуль­таты опроса 250 адвока­тов, 100 следователей (дознавателей), 50 федеральных судей по специальной анкете проводимых с 2003 по 2008 годы в г. Москве, Московской области, Сверд­ловской области, Ханты-Мансийском автономном округе, Челябинской об­ласти. Кроме того, использова­лись материалы опубликованной дисципли­нарной практики ряда Советов Адвокатских палат субъектов РФ (г. Москвы, Ставропольского края, Челя­бинской области) за последние не­сколько лет, отчёт Федеральной па­латы ад­вокатов РФ с апреля 2005 по ап­рель 2007 года, опубликованная практика Верховного Суда РФ, руко­водящие разъяс­нения Пленумов Верховных Судов РФ.

Научная новизна исследования состоит в том, что это первое ком­плексное, сис­темное исследование на концептуальном уровне, рассматри­вающее реализа­цию кон­ституционно-правового института квалифицирован­ной юридической помощи в деятельности адвоката (защитника) в уголовном судопроизводстве через теоретические основы и проблемы обеспечения.

       Впервые в систему приведены и раскрыты, на основе анализа законода­тельства и пра­вовых позиций Конституционного Суда РФ, теоретические по­ложения, лежащие в основе конституционно-правового института квалифи­цированной юридической помощи в РФ и в уголовном судопроизвод­стве в частности.

Предлагаемое исследование носит не только теоретический, но и прак­тиче­ский ха­рактер, имеющий методологическое значение для уяснения сущ­ности рассматриваемых проблем и их наиболее целесообразного решения как с по­зиции законодательства, так и практики его применения в конкретной си­туа­ции при осуществлении адвокатом-защитни­ком своей деятельности и её оценки как квалифицированной юридической помощи, оказываемой им под­защитному в уго­ловном судопроизводстве.

В работе даются авторские определения понятий: право на получение квалифици­рованной юриди­ческой по­мощи в уголовном судопроизводстве, криминалистическое обеспечение деятельности адвоката-защитника в уго­ловном судопроизводстве, тактика защиты, методика защиты и т.д.

Положения, выносимые на защиту:

1. С точки зрения законодательства РФ, правовых позиций Конститу­ционного Суда РФ среди всех видов судо­производств особое место в системе защиты прав, свобод и законных интере­сов человека и гражданина отводится уголов­ному судопроизводству. Именно в этом виде судопроизводства наибо­лее высока роль и значимость квалифи­цированной юридической помощи как способа защиты конституционных прав и законных интересов.

2. Сущность конституци­онно-право­вого института ква­лифи­цирован­ной юридической помощи в РФ, выделенная на основе действующего зако­нода­тельства и правовых позиций Конституционного Суда РФ, проявляется в следующих основных концептуальных положениях, на которых он основыва­ется: а) государ­ство, гарантируя каждому право на получе­ние квали­фициро­ванной юриди­ческой по­мощи, тем са­мым, взяло на себя конституционную обязан­ность обес­печить каждому желающему достаточно высо­кий уровень лю­бого из ви­дов пре­дос­тавляемой  юридиче­ской помощи; б) законода­тель квалифици­рованную юридическую помощь связы­вает с субъектом  её оказа­ния, с его деятель­ностью, а не с достижением ка­кого-либо положительного результата по делу для клиента, по кото­рому можно было бы судить о том, квалифицированно или нет ока­зана юридиче­ская по­мощь; в) законодатель предусматривает возможность привлечения субъекта квалифицированной юридической помощи к юридической ответственности за неоказание либо ненадлежащее оказание квалифицированной юридической помощи; г) ч.1 ст. 48 Кон­ституции РФ не ограничи­вает круг лиц, кото­рые вправе оказывать  квалифициро­ванную юри­дическую по­мощь, а предостав­ляет законодателю право путём уста­новления критериев допуска определить, кто помимо адво­ката сможет оказать квали­фицированную юри­диче­скую по­мощь в качестве защитников или представи­телей в конкрет­ных видах судо­произ­водства; д) ч.2 ст. 48 Консти­туции РФ  примени­тельно к по­дозре­ваемым и обвиняемым связывает реали­зацию права на по­лучение ква­лифицирован­ной юридиче­ской помощи именно с помощью адво­ката участвующего в качестве защитника; е) наличие или отсутствие публичных интересов яв­ляется крите­рием, по кото­рому законодатель опре­деляет, необходимы или нет пре­имущества для адво­катов при их допуске в качестве защитников или пред­стави­телей в конкрет­ных видах судо­произ­водства; ж) на адво­ката возложена публичная обя­зан­ность по оказанию квалифицированной юриди­ческой помощи, в том числе, в случаях предусмотренных законом бесплатно; з) адвокат все­гда является субъектом оказания квалифицированной юридической помощи /ч.1 ст. 1 Фе­дерального закона «Об адвокатской дея­тельности и адвокатуре в Россий­ской Фе­дерации»/, а иное лицо является субъек­том оказания квалифицированной юридиче­ской по­мощи только тогда, когда оно допущено в каче­стве защит­ника или предста­вителя в конкретных видах судопроизводства. В последнем случае законодатель предоставляет лицу право обратиться помимо адвоката и к иным лицам, способным, как оно полагает оказать квалифицированную юридическую помощь; и) об­щим пра­вилом допуска тех или иных лиц в каче­стве за­щитников или представителей в конкрет­ных видах судопроизводства явля­ется допуск помимо адвокатов и иных лиц, за исключением случаев, преду­смотренных законом,  когда  такая помощь может быть оказана только адво­катом либо наряду с ним; к) деятельность адвоката либо иного лица, ока­зывающего квалифицированную юридическую помощь, должна осуществ­ляться только в целях  защиты прав и законных интересов лица (физического или юридического).

3. Под правом на получение квалифицированной юриди­ческой по­мощи в уголовном судопроизводстве сле­дует пони­мать гаранти­рованную, обеспе­ченную Конститу­цией РФ, Уголовно-процессуальным кодексом РФ возмож­ность каждому обратиться за защитой своих либо чьих-то прав и за­конных интересов к адво­кату, на которого го­сударством воз­ло­жена публич­ная обя­занность по оказанию каждому желаю­щему доста­точно высо­кого уровня лю­бого из видов предоставляемой в уголовном судопроизводстве юридической по­мощи, в том числе, в случаях пре­дусмот­ренном законом бес­платно, или к иному лицу, способному, по мнению об­ративше­гося, оказать квалифициро­ванную юридическую помощь, за исключением случаев, преду­смотренных законом, когда такая помощь может быть оказана только адвока­том либо на­ряду с ним.

4. Концепция реализации конституционно-правового института квали­фи­цированной юридической помощи в уголовном судопроизводстве является одним из способов выражения конституционного права-гарантии на получе­ние квалифицированной юридической помощи, представляющего со­бой со­вокупность идей, теоретических положений нашедших своё отражение в правовых нормах, объединённых определённым предметом регулирования – оказанием квалифицированной юридической помощи в уголовном судо­про­изводстве. Данная концепция предполагает не только определение субъ­ектов квали­фицированной юридической помощи, которые должны отве­чать опре­делённым требова­ниям, но и создание надлежащих условий граж­данам для реализации этого конститу­ци­онного права, а также создание над­лежа­щих  условий лицам, оказывающим юри­диче­скую помощь, в том числе ад­вока­там, - для эффективного осуществле­ния их деятельно­сти.

       5. Наличие концепции реализации конституционно-правового инсти­тута квалифицированной юридической помощи в уголовном судопроизвод­стве повышает уровень и эффективность правотворческой деятельности, де­лает её упорядоченной. Кроме того, подоб­ная концепция служит основой для толкования и ориентиром для правопри­менителя при работе с положениями данного института. Квалифицированно оказываемая юридическая помощь повышает веру граждан в право, в его возможности и справедливые начала, а потому и служит одним из элементов преодоления правового нигилизма в обществе.

       6. Самой сложной и основной в уголовном судопроизводстве является квалифицированная юридическая помощь, оказываемая адвокатом-защитни­ком своему доверителю. Роль и место адвоката среди субъектов, выступаю­щих в качестве за­щитников в уголовном судопроизводстве, определяется  его статусом, обу­словленном, с одной стороны, тем, что на него возлагаются до­полнительные обязанности, а с другой – он находится в привилегированном положении по сравнению с ними.

7. Самостоятельность адвоката-защитника в уголовном судопроиз­вод­стве не является абсолютной, она ограничена предметом защиты (пра­вами и законными интересами дове­рителя) и преде­лами защиты (защитник вправе использовать все не запрещённые УПК РФ сред­ства и способы за­щиты). Это служит основой для решения процессуальных и нравственно-этических про­блем в деятельности адвоката (защитника) при оказании квалифицированной  юридической помощи доверителю в уголовном судопроизводстве.

8. Доказывание играет важную роль при защите адвокатом-защитни­ком конституционных прав и законных интересов доверителя потому, что именно от того как, каким образом, насколько эффективно он будет участво­вать в доказывании зависит судьба доверителя и в конечном счёте решение суда по основному вопросу уголовного дела о его виновности либо невинов­ности. Для этого на адвоката-защитника возлагается общая обязанность ис­пользо­вать все не за­прещенные УПК РФ средства и способы защиты, то есть права (ст. 53 УПК РФ) в целях защиты прав и законных интересах подзащит­ного путём участия в собирании, проверки и оценки доказательств с соблю­дением требований относимости, допустимости, достоверности и достаточно­сти до­казательств.

       9. Криминалистическое обеспечение  деятельности ад­воката-защит­ника в уголовном судопроизводстве – это основанная на криминалисти­че­ских зна­ниях, умениях и навыков их использования,  такая деятельность ад­воката-защитника, которая по­зволяет ему эффективно и быстро осущест­в­лять за­щиту прав и законных интере­сов доверителя.  К основным элементам крими­налистического обеспечения деятельно­сти адвоката-защитника в уго­ловном судопроизводстве следует отнести так­тику и методику защиты.

10. Тактика защиты – это подсистема криминалистической тактики, со­стоящая из сис­темы научных положений и разрабатываемых на их основе ре­комендаций по участию за­щитника в организации и планировании предвари­тельного и судебного следствия, опреде­лению им линии своего поведения при использовании средств и способов защиты, не за­прещенных УПК РФ, во время участия в доказывании,  производстве отдельных следст­венных и су­дебных действий в целях защиты прав и законных интересов подзащитного.

11. Методика защиты – это подсистема криминалистической методики, со­стоящая из системы научных положений и разрабатываемых на их основе ре­ко­мендаций по оптималь­ному использованию адвокатом-защитником средств и способов защиты, не за­прещённых УПК РФ, в уголовном судо­про­из­водстве (до­судеб­ное и судебное производ­ство), направленных на за­щиту прав и законных ин­тересов подзащитного.

12. Методики защиты в своей основе должны быть частными, то есть разраба­ты­вае­мыми по определённой категории уголовных дел. Специфика со­держания частных методик защиты зависит от стадии уголовного судопро­изводства и от статуса лица, в отношении которого осу­ществляется уголов­ное преследование. В общем виде структуру частной методики защиты должны составлять: а) обстоя­тельства, подлежащих доказыванию по опреде­лённой категории уголовных дел и крими­налистическая характеристика со­ответствующего вида преступле­ний; б) типичные защит­ные ситуации, версии и планирование защитником своего уча­стия в уголовном судопро­изводстве (или его части); в) особенности участия защит­ника с использованием не за­пре­щённых УПК РФ средств и способов за­щиты в производстве отдельных следственных (судеб­ных) действий в целях защиты прав и законных интере­сов подзащит­ного.

       13. Обеспечить квалифицированную юридическую помощь в деятельно­сти адвоката-защитника, это, значит, сделать вполне возможным, действительным, реально выполнимым оказа­ние им квалифицированной юридиче­ской помощи всем нуждающимся в ней. В этих целях выде­ляются две основ­ные группы условий классифицируемых в зави­симости от того, как они связаны с оказанием квалифицированной юридиче­ской помощи адвока­том-защитником непосредственно или опосредованно.

14. Адвокат является субъектом конститу­ционно-правовой ответствен­но­сти, и относится к физическим лицам, обла­дающим особым конституци­онно-правовым статусом. Ответственность адвоката в конститу­ционном плане предполагает, что она регулируется не нормами конституци­онного права, где обычно нет прямого из­ложения санкций, а нормами иного – отрас­левого законодательства, регули­рующего статус адвоката, то есть ФЗ «Об ад­вокатской деятельности и адво­катуре в Российской Федерации». Санкцией за неисполнение либо ненадлежащее исполнение адвокатом своей конституци­онной обязанности по оказанию квалифицированной юриди­че­ской помощи служит прекращение (лишение) статуса адвоката, то есть пре­кращение им возможности выполнять данную конституционную обязан­ность.

Теоретическая значимость исследования состоит в теоретическом осмыслении на уровне концепции реализации конституционно-правового ин­ститута квали­фицированной юридической помощи в деятельности адвоката (за­щитника) в россий­ском уголовном судопроизводстве через теоретические основы и проблемы обеспечения.

Полученные в ходе исследования результаты в комплексном, систем­ном изложе­нии на уровне концепции свидетельствуют о появлении нового направления в дальней­ших научных исследованиях в сфере оказания квали­фицированной юридической помощи вообще и, прежде всего, в уголовном процессе, особенно в деятельности адвоката-защит­ника.

Практическая значимость исследования заключается в том, что по­лученные ре­зуль­таты позволяют совершенствовать положения конституци­онно-правового института квалифицированной юридической по­мощи в РФ и в уголовном процессе в ча­стности не только на правотворче­ском уровне, но и на уровне дальнейшего теоретиче­ского осмысления подоб­ных правовых фе­номенов в целях повышения эффективности за­щиты кон­ституционных прав и законных интересов человека и гражданина.

Полученные результаты так же направлены на совершенствование дея­тельно­сти ад­воката-защитника по оказанию квалифицированной юридиче­ской помощи доверителю в уго­ловном судопроизводстве.

Теоретические выводы и фактический материал, содержащийся в дис­сертации, мо­гут быть так же использованы и при дальнейших научных ис­следованиях, в учебной ра­боте по курсам конституционное право России, уго­ловно-процессуальное право и крими­на­листики, при чтении спецкурсов, посвящённых проблемам адвокатуры, прав человека, дока­зательственного права, участия адвоката-за­щитника в уголовном судопроиз­водстве.

Апробация результатов исследования осуществлена опубликова­нием ос­новных положений диссертации в 55 работах общим объёмом более 89 п.л., в том числе в 4 монографиях, 1 учебном пособии, 25 научных статьях в журна­лах, реко­мендованных ВАК Министерства образования и науки РФ из кото­рых 14 на соис­кание учёной степени доктора наук, а так же в вы­ступ­ле­ниях как на между­народных конферен­циях в г. Екатеринбурге (2003г.), г. Че­ля­бинске (2001, 2003, 2004гг.), так и всероссийских в г. Москве (2004г.), г. Оренбурге (2000г.), г. Санкт-Петербурге (1999г.), г. Челябинске (2000, 2002, 2005, 2007гг.)

Отдельные результаты исследования нашли применение в учебном про­цессе при чтении лекций, проведении семинарских и практических занятий по криминалистике и уголовному процессу в Московской академии экономики и права, фи­лиале Московского педаго­гического государ­ствен­ного универси­тета в г. Че­лябинске, а также вне­дрены в практическую деятельность право­охранитель­ных органов и ад­вокатских образований.

Структура и содержание диссертации обусловлены поставленной це­лью и выте­кающими из неё задачами. Работа состоит из введения, че­тырёх глав, включающих трина­дцать параграфов, заключения, списка нормативных актов и литературы, а также прило­жений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного ис­следования, характеризуется степень её научной разработанности, определя­ются цели, задачи, объект и предмет исследования, методологическая основа, нормативная база, теоретическая и эмпирическая основы исследования, его научная новизна, положения, выноси­мые на защиту, теоретическая и практи­ческая значимость исследования, а также апробация его результатов.

       Первая глава «Теоретические основы реализации конституционно-пра­вового института квали­фицированной юридической помощи  в уголов­ном  судопроизводстве Россий­ской Федерации» состоит из четырёх парагра­фов.

       Первый параграф первой главы «Уголовное судопроизводство как сфера осо­бой защиты конституционных прав и законных интересов человека и гражданина» рассмат­ривает особое место уголов­ного судопроизводства в системе защиты прав и за­конных ин­тересов человека и гражданина среди всех видов судопроизводств через его на­значение.

        В современной российской уголовно-процессуальной науке принято рас­сматри­вать катего­рию «назначение» через синонимы.

Так, по мнению одних учёных (Л.В. Головко, И.Б. Михайловская), ка­тегории «на­значение» законодатель придаёт значение си­нонима «задачи», дру­гих – «цели» (Ф.Н. Багаутди­нов, К.Б. Ка­линовский, А.В. Смирнов), по мнению третьих (Б.Т. Безлепкин), ка­тегории «назначе­ние», «цели» и «за­дачи» явля­ются равноценными и взаимозаменяемыми синони­мами.

Проведённый анализ данных категорий с точки зрения язы­кового (грамматиче­ского) толкования, а также с учётом законов логики позволяет прийти к выводу, что за­конодатель раскрывает смысл категории «назначе­ние» через кате­горию «цель», яв­ляю­щуюся её полным синонимом. Но по­добный вывод не исключает того, что как это при­нято в теории права, цель может быть представ­лена по форме выражения в законодатель­стве и в созна­нии лиц в виде цели-за­дачи.

Законодатель полномочиями для достижения назна­чения уголовного судопроиз­водства наделил только компетентные государствен­ные органы, их должностные лица и суд, а иные же участ­ники уголовного су­допроизвод­ства, в том числе и адвокат-защитник, реализуя свои права, тем са­мым содей­ст­вуют дос­тижению назначения уголов­ного судопро­изводства.

Анализ положений Конституции РФ, УПК РФ и пра­вовой позиции Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года № 13-П в контексте ст. 6 УПК РФ позволяет сделать такие два вывода о том, что: а) категория «за­щита» одно­значно используется законодателем в ч. 1 ст. 6 УПК РФ в консти­туционно-правовом смысле, когда  компетентные го­сударствен­ные органы, их должностные лица, а также суд выполняют свою кон­ституци­онную обя­занность по защите прав и свобод чело­века и гражда­нина,  в том числе и от не­законного и необоснованного обвинения, осуж­де­ния, ограниче­ния  прав и свобод /п.2 ч.1 ст. 6 УПК РФ/; б) несмотря на то, что должност­ные лица госу­дарст­венных органов представляют сто­рону обвине­ния, и соот­ветственно осуществ­ляют функцию обвинения (уголовного пре­следова­ния), это не осво­бождает их от выполнения при расследовании пре­ступлений и су­дебном раз­бира­тельстве уголовных дел конституционной обя­занности  по защите прав и свобод чело­века и граж­данина, в том числе от не­законного и необоснован­ного обвинения, осуждения, иного ограничения прав и свобод, и последнее не ограничивает действие конституционного принципа состяза­тельно­сти.

В связи с изложенным не представляется возможности согласиться с теми, кто счи­тает (Н.А. Громов, С.А. Курушин), что законодатель предоста­вил обви­няемому само­стоятельно предпринимать шаги по охране своих прав и с теми, по мнению которых (А.Н. Бондаренко), субъекты, осуществляющие уголовное преследование, освобождены от не­обходимости выявлять об­стоя­тельства, оправдывающие подозреваемого, обвиняемого, либо смягчаю­щие его ответственность.

Тем более что исходя из анализа положений Конституции РФ, УПК РФ и правовой пози­ции Конституционного Суда РФ от 29 июня 2004 года № 13-П следует, что субъекты, осуществляющие уголовное преследование -  доз­наватель, следователь, прокурор, осуществляя доказывание, обязаны прини­мать в установленных про­цес­суальных формах все зависящие от них меры к тому, чтобы были получены доказательства, подтверждающие как винов­ность, так и невинов­ность лица в совершении инкриминируемого ему пре­ступления.

Несмотря на подобную позицию законодателя и Конституционного Суда РФ, в литературе этот факт почему-то игнорируют и считают, что зако­нодатель непра­вильно оп­ределил в УПК РФ функцию следователя (дознава­теля), кото­рого безогово­рочно отнёс к стороне обвинения, что позволяет трактовать его как узкого обвинителя обязан­ного собирать только доказа­тельства, устанавливающие виновность лица и в этом видят основу «обвини­тельного уклона».

Автор полагает, что в основе «обвинительного уклона» лежит, прежде всего, лич­ность следователя (дознавателя), как субъекта осуществляющего уголовное пре­следо­вание.

Содействовать же в преодоление «обвинительного уклона» должно га­рантированное государством и закреплённое в Конституции РФ право каж­дого на получение квалифици­рованной юридической помощи /ч.1 ст. 48/, в том числе и через деятельность адвоката (защитника) с момента задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения  /ч.2 ст. 48/.

Во втором параграфе первой главы «Становление и современное со­стояние концепции конституционно-правового института квалифицирован­ной юридической по­мощи в Российской Федерации» исследуется процесс формирования и сегодняшнее со­стояние концепции данного института.

Автор рассматривает, чем обусловлена потребность данного института и указыва­ется на то, что именно с 21 апрелем 1992 года, когда появилась ст. 67.1. в Конститу­ции РСФСР 1978 года и следует связывать на­чало форми­ро­вания конститу­ционно-пра­вового института квалифициро­ванной юридиче­ской помощи.

В дальнейшем право на получение квалифицированной  юридической помощи на­шло от­ражение в ст. 48 Конституции РФ 1993 года, практиче­ски точно повто­рив­шей по­ложения ст. 67.1. Конституции РСФСР 1978 года.

       На федеральном уровне законодательства, принятого в развитие  положе­ний ст. 48 Консти­ту­ции РФ длительный период вре­мени не было. И поэтому в этом вопросе место законодателя занял Конституционный Суд РФ, который, по мнению его председателя В.Д. Зорькина, фактически осуществ­ляет особого рода правотворчество и его акты практи­чески равны юридиче­ской силе самой Конституции РФ6.

И всё это происходило несмотря на то, что существовал ориентир для разви­тия по­ложений ст. 48 Конституции РФ. Этим ориен­тиром  слу­жила Концепция су­дебной ре­формы от 24 октября 1991 года, где был раз­дел че­тыре с частью под номе­ром 8 с самим за себя гово­рящим крас­норечи­вым на­званием «Адвокатура и оказа­ние юриди­ческой по­мощи».

Автор сравнивает, анализирует основные шаги законодателя и основ­ные правовые позиции Конституционного Суда РФ в отношении формирова­ния и современного состоя­ния концепции конституционно-правового инсти­тута квалифицированной юридиче­ской помощи с положениями Концепции су­дебной реформы от 24 октября 1991г., а также рас­сматривает встречаю­щиеся в литературе предложения (Г.М. Резник, Е.В. Семеняко) по изме­не­нию ряда положений данного института, в том числе и на законодательном уровне, и даёт им свою оценку.

Анализируя сущность конституци­онно-право­вого института ква­лифи­цирован­ной юридической помощи в РФ, на основе действующего законода­тельства и правовых пози­ций Конституционного Суда РФ, автор формули­рует основные концептуальные положения, на которых он основывается, а также из каких элементов состоит право на получение квалифицированной юридической помощи и даёт определения понятий квалифицированная юри­дическая помощь и право на получение квалифицированной юридиче­ской помощи, не забывая о точках зрения на эти понятия.

Квалифицированная юридическая помощь – это деятельность по за­щите прав и законных интересов лица адвокатом, на которого го­сударст­вом возло­жена публичная обя­занность по оказанию каждому желаю­щему доста­точно высо­кого уровня лю­бого из видов предоставляемой юридической по­мощи или иным лицом, способным, по мнению об­ра­тивше­гося, оказать ква­лифицированную юриди­ческую помощь, за исключе­нием случаев, преду­смотренных законом,  когда  такая помощь может быть оказана только адво­ка­том либо на­ряду с ним.

В дальнейшем автор анализирует конституционное законодательство зарубежных стран в сфере оказа­ния юридиче­ской помощи, подчёркивает преимущества в этой области российского конституционного законодатель­ства и приходит к выводу, на основе анализа законо­дательства РФ и право­вых позиций Конституционного Суда РФ, о выверенности и правиль­ности формули­ровки ч.1 ст. 48 Конституции РФ, не соглашаясь с мнением (М.Ю. Барщев­ского, В.В. Гошуляка) о неудовлетвори­тельности её формулировки  по причине того, что она не указывает, кто обязан предоставлять квалифици­ро­ванную юридическую по­мощь.

       В третьем параграфе главы первой «Квалифицированная юридиче­ская по­мощь как способ защиты конституционных прав и законных интере­сов человека и гражданина в уголовном судопроизводстве» определяются субъекты такой деятельности и раскрываются через теорию и практику их возможности по ока­занию квалифицированной юридической помощи.

       В работе анализируются встречающиеся в литературе предложения (А.А. Давлетова, А.В. Закомолдина, Н.Р. Мухудиновой, Е.А.Попова) о закре­плении в УПК РФ такого принципа уголовного судопроизводства как прин­ципа обеспечения конституционного права каждого на получение квалифи­цированной юридической помощи в уголовном судо­производстве и делается вывод о том, что пока нет юридической почвы для появления та­кого прин­ципа уголовного судопроизводства.

Даются определения понятий квалифицированной юридической по­мощи в уголов­ном судопроизводстве и право на получение квалифициро­ван­ной юридической помощи в уголовном судопроизводстве.

       Установленный зако­нода­телем допуск тех или иных лиц в качестве за­щитников или представителей в кон­кретных ви­дах судо­производства озна­чает, что допущенное лицо соответствует критериям квалифици­рован­ной юридической помощи и его деятельность презюмируется законодателем как квалифици­рованная юридическая помощь.

Наличие или отсутствие публичных интересов яв­ляется крите­рием, по которому законодатель опре­деляет, необходимы или нет пре­имущества для адвокатов при их до­пуске в качестве защитников или представи­телей в кон­крет­ных видах судо­произ­водства.

В одних случаях, когда публичный интерес присутствует, то адвокат имеет пре­имуще­ства при допуске в качестве защитника в досудебном произ­водстве по уго­ловным делам /ч.2 ст. 48 Конституции РФ и ч.2 ст. 49 УПК РФ/. В других случаях, публичный ин­терес присутствует, и адвокат имеет пре­имущества при допуске, но осуществление (реа­лизация) пуб­личного ин­тереса явля­ется обяза­тельным условием для возможности реали­зации част­ного интереса. Это бывает тогда, когда наряду с адвокатом может быть допу­щено и иное лицо. В этом случае  законодатель устанавливает, что  по опре­деле­нию или постановле­нию суда в качестве защитника могут быть допу­щены  наряду с адвокатом один из близ­ких родственников обвиняе­мого или иное лицо, о до­пуске которого ходатай­ствует обви­няе­мый / ч.2 ст. 49 УПК РФ/. В третьих случаях публичный интерес отсутст­вует и адвокат не имеет никаких преимуществ при до­пуске. За­конодатель здесь предостав­ляет лицу право обратиться помимо адвоката и к иным лицам  при их допуске в ка­че­стве: а) защит­ника при производстве у ми­рового судьи /ч. 2 ст. 49 УПК РФ/; б) пред­ставителя потерпев­шего, гражданского истца и частного обвинителя в уго­лов­ном про­цессе / ч. 1 ст. 45 УПК РФ/; в) представителя гражданского от­ветчика /ч.1 ст. 55 УПК РФ/.

Несколько особняком в этом ряду стоит квалифицированная юридиче­ская  помощь, оказываемая адвокатом свидетелю при его допросе /п. 6 ч. 4 ст. 56 УПК РФ/.

Рассматриваются ряд возникающих в теории и на практике дискусси­онных вопро­сов, связан­ных с субъ­ектами оказания квалифицированной юри­диче­ской помощи в уго­ловном судопроизводстве.

       Так, в частности  рассматривается такая проблема как, кто может быть допущен в качестве защитников на досудебном производстве.

       По ней автор анализирует положения Конституции РФ, УПК РФ, ряд правовых пози­ций Конституционного Суда РФ, осо­бые мнения су­дей Кон­ституционного Суда РФ В.И. Олей­ника, Н.Т. Ведерни­кова, В.О. Лучина, Э.М. Аметистова, а также правопримени­тельную практику и однозначно приходит к выводу,  соглашаясь с правовой позицией Конституционного Суда РФ от 28 января 1997 г. № 2 – П  «По делу о проверки конститу­ци­онно­сти части чет­вёртой статьи 47 Уго­ловно-процессуального кодекса РСФСР в связи с жалобами граждан Б.В. Ан­типова, Р.Л. Гитиса и С. В. Аб­ра­мова», что на предварительном след­ствии только адвокат может участвовать в качестве защитника подозревае­мого (обви­няемого).

       В конце подводятся итоги характеристики квалифицированной юриди­че­ской по­мощи как способа защиты конституционных прав и законных инте­ресов человека и граж­данина в уголовном судопроизводстве.

В четвёртом параграфе главы первой «Содержание и значение кон­цепции реализации кон­ституционно-правового института квалифицирован­ной юридической помощи в уголовном судопроизводстве» исследуются ос­новные элементы концепции этого ин­ститута и рас­сматривается его значе­ние для теории и практики.

Автор соглашается с В.Н. Григорьевым, что в основе любой концепции должны быть положены теоретические положения о её объекте, о её системе и содержании её от­дельных элементов, месте в системе научного знания, значение для теории и практики, о задачах дальнейшего научного исследова­ния, не является исключением в данном случае и концепция реализации кон­ституционно-правового института квалифицированной юридической по­мощи в уголов­ном судопроизводстве.

На рассматриваемую концепцию распространяются, с одной стороны, общие зако­номерности характерные для конституционно-правового инсти­тута квалифицированной юридической помощи  в целом, а с другой – име­ются и особенности, обусловленные спе­цификой оказания квалифицирован­ной юридической помощи в уголовном судопроизвод­стве.

Концепция реализации конституционно-правового института квалифи­цированной юридиче­ской помощи в уголовном судопроизводстве является одним из способов выражения кон­ституционного права-гарантии на получе­ние квалифицированной юридической помощи, представляющего собой со­вокупность идей, теоретических положений нашедших своё отражение в правовых нормах, объединённых определённым предметом регулирования – оказанием квалифицированной юридической помощи в уголовном судопро­изводстве.

Данная концепция предполагает не только определение  субъ­ектов ква­ли­фицированной юридической помощи, которые должны отвечать опреде­лённым требова­ниям, но и создание надлежащих  условий  гражданам для реализации этого  конститу­ци­онного права, а также создание  надлежа­щих  условий  лицам, оказывающим юри­диче­скую помощь, в том числе ад­вока­там, - для эффективного осуществле­ния их деятельно­сти.

       Каждый из этих элементов концепции раскрывается, причём, что каса­ется такого элемента как создания надлежащих  условий  лицам, оказываю­щим юри­дическую по­мощь, в том числе адвокатам, - для эффективного осу­ществле­ния их деятельности, то он рассматривается на примере деятельности адвоката-защитника потому, что именно его деятельность особо значима, ак­туальна и наиболее востребована в уголовном судопроизводстве.

       Место в системе научного знания концепции реализации конституци­онно-правового института квалифициро­ванной юриди­ческой по­мощи в уго­ловном судопроизводстве, с одной сто­роны, оп­ределяется междисциплинар­ным характером  исследования, а с дру­гой – её значением для теории и прак­тики защиты прав и законных интересов чело­века и гражданина в уголовном судопроизводстве.

Потребность в такой концепции связана в первую очередь с пробле­мами за­щиты прав и законных ин­тересов человека и  гражданина, ко­торые сами не всегда в состоянии защитить себя и по­этому остро нуждаются в ква­лифици­рованной юридической помощи. Особенно в та­кой её части, где дей­ствует публичный интерес, когда, например, с точки зрения закона только ад­вокат вправе быть в качестве защитника на досудебном производстве, и, со­ответст­венно, только он в состоянии оказать квалифицированную юридиче­скую по­мощь довери­телю в качестве защитника. 

       Наличие концепции реализации конституционно-правового института квалифицированной юридической по­мощи в уголов­ном судопро­из­водстве повышает уровень и эффективность правотвор­ческой деятельности, де­лает её упорядоченной.

Кроме того, подобная концепция служит основой для толко­вания и ориентиром для правоприменителя при работе с положениями дан­ного ин­ститута.

К задачам дальнейшего научного исследования концепции реализа­ции конституционно-правового института квалифицированной юридической по­мощи в уголовном судопроизводстве можно отнести: дальнейшее изуче­ние закономерностей, составляющих  основу предмета данной концепции; разви­тие отдельных элементов данной концепции; разработку и совершенст­вова­ние как законодательных, так и практических мер направленных на по­выше­ние эффективности оказания квалифицированной юридической по­мощи; формулирование новых и усовершенствование существующих опре­делений понятий, используемых в рамках данной кон­цепции; изучение и использова­ние зарубежного опыта.

Глава вторая «Адвокат (защитник) как основной субъект реализации кон­ститу­ционной обязанности по оказанию квалифициро­ванной юридиче­ской помощи в уголов­ном судопроизводстве» состоит из трёх параграфов.

Первый параграф главы второй «Роль и место адвоката среди субъ­ектов, вы­сту­пающих в качестве защитников в уголовном судопроизводстве» раскрывается на ос­нове действующего законодательства.

Автор приходит к выводу, что роль и место адвоката среди субъектов, высту­паю­щих в качестве защитников в уголовном судопроизводстве, опре­деляется его стату­сом, обусловленном тем, что:

  • адвокат (защитник) является субъектом конституционной  обязанно­сти по оказа­нию доверителю квалифицированной юридической по­мощи /ст. 48 Консти­туции РФ, ч.1 ст.1 ФЗ «Об адвокатской деятельно­сти и адвокатуре в Российской Федера­ции»/ в уголовном судопроиз­водстве, что накладывает на него дополни­тельные обязанности по сравнению с иными субъектами. Дополнительные обя­занности ус­та­навливает не только УПК РФ, но и ФЗ «Об адвокатской деятель­ности и адвока­туре в Российской Федерации», Кодекс профессиональной этики адвоката. Так, например, адвокат не вправе отказаться от при­нятой на себя за­щиты подозревае­мого, обвиняемого / ч. 7 ст. 49 УПК РФ; п.6 ч.4 ст. 6 ФЗ «Об адвокатской деятель­ности и ад­вока­туре в Российской Феде­ра­ции»; ч.2 ст. 13 Кодекса профессиональной этики адвоката/;
  • адвокат (защитник) является единственным субъектом оказания квали­фи­цирован­ной юридической помощи на досудебном производстве по уголов­ному делу, а в ходе судебного разбирательства основным /ч.2 ст. 48 Конститу­ции, ч.2 ст. 49 УПК РФ/. Тем самым он находится в приви­легированном положе­нии по сравнению с иными субъектами.

Анализируются понятие статуса (положения) и его составных элемен­тов, а так же точки зрения на процессуальное положение адвоката-защитника как на предста­вителя об­виняемого (А. Либерман, Р.Д. Рахунов, М.С. Строго­вич); как на субъекта, соче­тающего полномочия самостоятельного участника процесса с полномочиями представи­теля обви­няемого (А.Д. Бойков, В.А. Ка­люжная, В.И. Третья­ков); как самостоятель­ного участ­ника процесса (Я.С. Аврах, С.П. Бекешко, Б.А. Галкин).

Процессуальное положение адвоката-защитника можно определить как само­стоя­тельного участника процесса, на­делён­ного уголовно-про­цессуаль­ным за­коном определён­ными правами и обязанностями, для осуществления за­щиты прав и закон­ных интересов обви­няемого всеми, не запрещенными УПК РФ средст­вами и спо­собами защиты.

        О самостоятельности  адвоката-защитника в уголовном судопроизвод­стве позво­ляют говорить следующие базовые, основные положения: 1. пол­номочиями на осуществ­ление защиты его наделяет уголовно-процессуаль­ный закон, причём, этот же закон пре­доставляет ему право использовать все не запрещённые УПК РФ средства и способы за­щиты /ст. 53 УПК РФ и т. д./; 2. адвокат является независимым советником по правовым во­просам /ч. 1 ст. 2 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Феде­рации/; 3. адвокат обязан  честно, разумно и добросовестно отстаивать права и за­конные ин­тересы доверителя всеми не запрещенными законодательством Рос­сийской Федерации средствами» / п. 1 ч. 1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской дея­тельно­сти и адвокатуре в Российской Федерации»/; 4. Закон и нравствен­ность в профес­сии адвоката выше воли доверителя. Ни­какие пожелания, просьбы или указания доверителя, направленные к несоблюдению за­кона или наруше­нию правил, пре­дусмотренных настоящим Кодексом (Кодекс профес­сио­нальной этики адвоката – разн. моя В.К.) не могут быть исполнены адво­катом  /ч. 1 ст. 10 Кодекс профес­сиональной этики адвоката/.

       Но в этих же, выше перечисленных положениях УПК РФ, ФЗ «Об адво­катской дея­тельно­сти и адвокатуре в Российской Федерации» и Кодекса профессиональной этики ад­воката, заложен механизм, ограничивающий са­мостоятельность защитника, не позво­ляю­щий трактовать его деятельность как абсолютно самостоятельную, ни от чего (закона, нравственности) и ни от кого (прав и законных интересов доверителя) ни зависящую. Этот механизм  ограничения нашёл отражение в предмете защиты (права и законные инте­ресы довери­теля) и преде­лах защиты (защитник вправе использовать все не запрещённые УПК РФ сред­ства и способы защиты), которые автор раскры­вает через анализ законодательства и теории.

Во втором параграфе главы второй «Процессуальные и нравственно-этиче­ские проблемы в деятельности адвоката (защитника) при оказании ква­лифициро­ванной юри­дической помощи доверителю в уголовном судопро­из­водстве» исследу­ется широкий спектр процессуальных и нравственно-эти­че­ских проблем в деятельности адвоката не только на теоретиче­ском уровне, но и с применением положений судебной и адвокатской прак­тики.

Одни из подобных проблем, урегулированы и однозначно решены УПК РФ, ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федера­ции», Кодексом профес­сиональной этики адвоката, например, запрет защиты двух обвиняемых с про­тиворечи­выми интересами одним адвокатом; запрет отказа от принятой защиты и т.д. Но, как пока­зывает практика, подобные за­преты нарушаются, а значит, и встречаются в деятельности адвоката-защит­ника. Другие проблемы не имеют однозначного решения в теории и на прак­тике в силу отсутствия прямых указаний законодателя, однако их решение позво­ляет, конечно, не дать готовые рецепты на все случаи жизни, но нау­чить культуре нравст­вен­ного мышления, дать надёжные ориентиры для ре­шения конкретных ситуаций. К та­ким проблемам, безусловно, можно отне­сти проблему правильного определения позиции по уголовному делу с чем сталкивается каждодневно любой адвокат-защитник.

Приводятся, выработанные в теории и на практике, определённые кри­терии или показатели определения результативности деятельности адвоката-защитника в уголов­ном судопроизводстве.

Автор приходит к выводу, что не могут повысить результативность деятельно­сти адвоката-защитника встречающееся в литературе (В.В. Коря­ковцев, М.П. Некрасова, О.В. Овсяк, К.В. Питулько) и переносящееся в пра­воприменительную деятельность нега­тив­ное отношение к законодательному за­прету на отказ адвоката от принятой им на себя защиты выражающееся на практике в нарушении этого запрета.

Законодательный запрет на отказ адвоката от принятой им на себя за­щиты повы­шает эффективность деятельности адвоката-защитника, по­скольку содержит в себе право­вые, нравственные и психологические начала защиты, которые раскрываются в работе.

Одним из основных условий оказания квалифицированной юридиче­ской помощи доверителю является правильное определение позиции по делу, поскольку ошибка в её вы­боре может привести к оставлению обви­няемого без защиты, повлечь вредные для пра­восудия последствия.

Анализ положений УПК РФ, точек зрения (Л.А. Воскобитовой, Я.С. Киселева, А.Г. Кучерены, Ю.И. Стецовского) и этимологической характери­стики категории «позиция» приводит к выводу, что под позицией за­щитника следует понимать его мнение относи­тельно предъявленного обвинения под­защитному, выраженное через средства и спо­собы защиты, не запрещённые УПК РФ.

Позиция адвоката-защитника далеко не всегда выявляется в досудеб­ном производ­стве. И нередко это объясняется тем, что защитники считают заявление ходатайства, на­правленного на устранение недоработок следствия, невыгодным, так, с их точки зрения, подобное ходатайство более эффективно заявить в суде, который рассмотрит его более эффективно, следователь же результаты выполнения такого ходатайства постарается ней­трализовать. Тем не менее, принимая то или иное решение, адвокат-защитник должен пом­нить, что защита должна быть своевременной и адекватной ситуации, права и за­кон­ные интересы подзащитного  должны быть восстановлены и чем быст­рее - тем лучше, ведь его задача оказывать квалифицированную юридиче­скую помощь и, причём своевре­менно. Поэтому, если всё же он приходит к выводу о не­обоснованности обвинения или его неправильной квалификации, то по­зиция защиты должна быть изложена в соответст­вующем ходатайстве, жа­лобе и таким образом, чтобы следователь не смог нейтрализовать её  по­след­ствия.

В третьем параграфе главы второй «Участие адвоката (защитника) в доказы­ва­нии как важнейший элемент защиты конституционных прав и за­конных интере­сов дове­рителя в уголовном судопроизводстве» даётся харак­теристика деятельности адвоката-за­щитника при участии в доказывании, раскрываются её ключевые моменты и таким об­разом, показы­вается её зна­чение как важ­нейшего элемента защиты конституционных прав и за­конных интересов до­верителя.

Одни авторы считают, что адвокат-защитник вправе участвовать в до­казыва­нии (В.Д. Голь­динер, А.М. Ларин, М.С. Строгович), другие – (Ю.С. Кру­чинин, Ю.Ф. Лубшев, Г.М. Шафир) обязан участвовать в доказыва­нии.

На основе анализа законодательства делается вывод, что на адвоката возлагается общая обязанность использо­вать все не за­прещенные УПК РФ средства и способы за­щиты, то есть права (ст. 53 УПК РФ) в целях защиты прав и законных интересах подза­щитного.

       Когда у защитника отсутствуют в наличии оправдательные доказатель­ства, свиде­тельствующие о невиновности или меньшей виновности подза­щит­ного в предъявленном ему обвинении, то это не означает, что винов­ность его подзащитного в данном случае бу­дет доказана и адвокату-защит­нику не уда­лось выполнить свою обязанность по участию в доказывании. В подоб­ном слу­чае защитник просто обязан использовать презумпцию не­ви­новности, ко­гда тезис невиновен доказывается путём указания на необосно­ванность те­зиса виновен, выдвинутого обвинением, в частности, путём кри­тики лежа­щих в ос­нове обвинения доказательств, указанием на версии, опро­вергающие версию обвинения полно­стью или частично или указанием на не­достаточ­ность доказа­тельств, лежащих в основе обвинения.

В вопросе проведения адвокатом-защитником так называемого парал­лельного или ад­вокатского расследования существуют различные точки зре­ния: одни считают (Е.А. Белканов, В.А. Лазарева, А.В. Победкин), что адво­кат вправе его проводить, другие (Е.А. Доля, Ю.В. Кореневский, П.А. Лу­пинская, Г.П. Падва, И.Л. Трунов), что - не вправе.

Автор анализирует положения УПК РФ в вопросе собирания доказа­тельств и при­ходит к выводу, что защитник не вправе прово­дить параллель­ное или адвокатское рассле­дование путём собирания доказательств наравне со стороной обви­нения.

Деятельность защитника по собиранию доказательств носит опосредо­ванный ха­рактер, реализуемый через деятель­ность лиц, ведущих произ­вод­ство по делу, законода­тель не урегулировал процедуру собирания доказа­тельств за­щитником, поскольку она не носит процессуальный характер,  а является «предпроцессу­альной» или непроцес­суальной деятельностью за­щитника.

Рассматриваются проблемные аспекты участия адвоката-защитника в оценке отно­симости, допустимости, достоверности и достаточности доказа­тельств.

Изучаются аргументы сторонников «асимметрии правил допустимости дока­за­тельств» (М.О. Баева, Н.М. Кипниса, Ю.В. Кореневского, Г.П. Падвы, С.А. Пашина, А.М. Ларина) и делается вывод, что они не соответствуют за­конодательству РФ. Кроме того, указывается, что вопрос об «асимметрии правил допустимости доказа­тельств», по своей сущности, является, с одной стороны, про­блемой должного право­применения со стороны обвинения и со стороны суда, а с другой –  не в полной мере верой адвока­тов-защитников в силу положе­ний закона, пре­зумпции невиновности для защиты прав и за­кон­ных интере­сов подзащит­ного. Но подобные проблемы, не законодательного, а право­применительного характера, не могут являться основанием для при­знания  существования «асимметрии правил допус­тимости доказательств».

Рассматриваются точки зрения Н.П. Кана, Я.С. Киселева, Н.Н. Полян­ского, Ю.И. Стецовского в вопросе, вправе ли адвокат использовать или представлять оправдательное доказательство, в достоверности которого он сомневается и делается вывод, что их ис­пользование допустимо потому, что в законе нет такого запрета. Единст­венное, что при этом дол­жен учитывать адвокат, так это то: не скажется ли их исполь­зова­ние неблагоприятно на под­защит­ном.

Глава третья «Использование данных криминалистики адвокатом (защит­ником) в уголовном судопроизводстве как необходимое условие реа­лизации ква­лифици­рованной юриди­ческой помощи» состоит из трёх пара­графов.

       В параграфе первом главы третьей «Понятие и основные элементы криминалисти­ческого обеспечения деятельности адвоката (защитника) в уго­ловном судопроизводстве» не только определяется понятие криминали­стиче­ского  обеспечения дея­тельности  адвоката-защитника в уголовном су­допро­изводстве, но и обозначаются его ос­новные элементы.

Криминалистическое обеспечение  деятельности ад­воката-защитника в уголовном судопроизводстве – это основанная на криминалисти­ческих зна­ниях, умениях и навыков их использования, такая деятельность адвоката-за­щитника, которая по­зволяет ему эффек­тивно и быстро осущест­влять защиту прав и законных интере­сов доверителя. 

К основным элементам криминалистического обеспечения деятельно­сти адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве следует отнести так­тику и методику защиты.

В литературе одни учёные (Л.А.Зашляпин) полагают, что тактика и ме­тодика за­щиты являются на­правлением исследования в юридической науке, другие (Р.С. Белкин, А.Г. Филиппов, А.А. Эксар­хопуло), что за­щитник про­сто исполь­зует в своей деятельности положения криминалистики, а потому нельзя говорить ни о ка­ком направлении исследо­вания.

Действительно, и это никто не отрицает, что защитник использует в своей деятель­ности положения криминалистики. Но он не может приспосо­бить все положения крими­налистики к своей дея­тельности, поскольку кри­миналистика, прежде всего, разрабатыва­лась и разрабатывается для обеспе­чения деятельности такого  субъекта как следователь, представляющего сто­рону обвинения, обладающего властными полномочиями по осуще­ствлению доказывания. Он же, защитник призван осуществлять защиту от обвинения, он не об­ладает властными полномочиями по доказыванию, он лишь участ­вует в нём, исполь­зуя при этом  все средства и способы защиты, не запре­щённые УПК РФ, кроме того,  его про­цессуальное положение отлично от по­ложения следователя. Из этого следует, что должны разрабатываться крими­налистические положения свойственные деятельности за­щитника. И это воз­можно потому, что накоплено достаточно эмпирического материала по уча­стию защитника как в отдельных следственных действиях (тактика защиты), так и в целом по делам определённой категории (методика защиты). Когда на основе системати­зации и обобщения деятельности защитника по определен­ным критериям (например, участие в до­просе обвиняемого) можно вывести опре­делённые закономерности деятельности защит­ника по использованию им средств и способов защиты, не запрещённых УПК РФ при его реакции на то или иное действие, бездействие со стороны обвинения. Таким образом, сле­дует говорить о таких закономерностях предмета криминалистики, где дея­тельность адво­ката имеет специфику. К этим закономерностям можно от­не­сти: закономерности участия защитника в собирании, проверке, оценке и ис­пользовании доказательств и основанных на познании этих закономерно­стей специальных методах и средствах – тактических приёмов защиты, мето­диче­ских рекомендаций по работе с доказательствами,  организации и пла­ни­рова­нии деятельности защитником и т.д. Остальные же закономерности предмета кри­миналистики – закономерности механизма преступления, воз­никновения информации о преступлении и его участниках – носят объектив­ный и общий характер, не зависят от воли участников доказывания, но их по­знание и даль­нейшее использование в доказывании как у следователя, так и защитника различны в соответствии с процессуальным положением каждого из них, ха­рактера и специфики деятельности в уголовном судопроизводстве, целевой направленности. Следовательно, деятельность защитника в рамках тактики и методики защиты впи­сывается в систему криминалистики и в то же время имеет в ней определенное самостоя­тельное место.

Из этого следует, что тактику и методику защиты следует рассматри­вать соответ­ственно как подсистемы криминалистической тактики и мето­дики.

Поскольку в литературе существует множество различных определе­ний кримина­листической тактики и методики, то целесообразно в качестве базовых, исходных опреде­лений методики и тактики использовать те опреде­ления, которые получили наибольшее распространение и признание в лите­ратуре. Полагаю, что такие определения дал Р.С. Бел­кин в своих работах.

На основе его позиции и точек зрения на тактику защиты (М.О. Баева, Т.В. Варфо­ломеевой, Г.А. Воробьёва) даётся авторское определение тактики защиты.

Во втором параграфе главы третьей «Методика защиты как основ­ной элемент криминалистического обеспечения деятельности адвоката (за­щитника) в уголовном судо­производстве» раскрываются понятие методики защиты, её структура и соотношения ме­жду её элементами.

Методика защиты – это подсистема криминалистической методики, со­стоящая из системы научных положений и разрабатываемых на их основе ре­ко­мендаций по оптималь­ному использованию адвокатом-защитником средств и способов защиты, не за­прещённых УПК РФ, в  уголовном судо­произ­водстве (до­судеб­ное и судебное производ­ство), направленных на за­щиту прав и законных ин­тересов подзащитного.

Методики защиты в своей основе должны быть частными, то есть раз­раба­ты­вае­мыми по определённой категории уголовных дел.

Специфика со­держания частных методик защиты зависит от стадии уголовного су­допроизводства и от статуса лица, в отношении которого осу­ществляется уголовное пре­следование.

В общем виде структуру частной методики защиты должны составлять: а) обстоя­тельства, подлежащих доказыванию по определённой катего­рии уголов­ных дел и  крими­налистическая характеристика соответствующего вида преступле­ний; б) типичные защит­ные ситуации, версии и планирование защитником своего уча­стия в уголовном судопро­изводстве (или его части);  в) особенности участия защит­ника с использованием не запре­щённых УПК РФ средств и способов за­щиты в производстве отдельных следственных (су­деб­ных) действий в целях защиты прав и законных интересов подзащит­ного.

Каждый из элементов структуры частной методики защиты раскрыва­ется.

В литературе (Р.С. Белкиным, А.М. Лариным, А.С. Шаталовым) был поднят вопрос о необходимости и целесообразности существования такого элемента криминалистиче­ской методики как криминалистической характе­ристики преступлений. Автор анализи­рует их аргументы и приходит к вы­воду, что криминалистическая характеристика престу­плений как на­учная ка­тегория доказала свою жизнеспособность в тео­рии и на практике.

В работе детально раскрываются особенности версионной работы ад­воката-защит­ника в ходе уголовного судопроизводства с примерами, показы­вающими насколько велико и значимо умение защитника строить версии для защиты прав и законных интересов дове­рителя.

Участие адвоката-защитника в производстве следственных и судебных действий имеет такие характерные для них в целом особенности как:

  • отсутствие властных полномочий у адвоката-защитника, он не прово­дит следствен­ное либо судебное действие, а только участвует в нём;
  • одна цель – защита прав и законных интересов подзащитного;
  • один путь – путь выявления обстоятельств, оправдывающих или смяг­чающих наказа­ние;
  • использование только средств и способов защиты, не запрещённых  УПК РФ.

С точки зрения криминалистики средства и способы защиты, не запре­щённые УПК РФ это тактические приёмы защиты.

       Тактический приём защиты – это наиболее оптимальный способ дейст­вия защит­ника с учётом складывающейся за­щитной ситуации в целях за­щиты прав и законных ин­тересов доверителя.

       Повысить эффективность участия адвоката-защитника в производстве следствен­ного и судебного действий позволяет тактическая комбинация, под  которой следует по­нимать использование определённого сочетания  тактиче­ских приёмов, направленных на решение конкретной задачи.

В параграфе третьем главы третьей «Тактические особенности ока­зания ад­вокатом (защитником) квалифицированной юридической помощи при исследовании доказательства, полученного с использованием специаль­ных знаний» исследуется специфика тактики работы адвоката-защитника с таким ви­дом доказательства как заключение и показания эксперта, представ­ляющим наибольшую сложность на практике.

Автор раскрывает особенности заключения эксперта как доказатель­ства и под­чёркивает его важность в деятельности адвоката-защитника.

Как и каждое доказательство, заключение эксперта подлежит оценки с точки зре­ния отно­симости, допустимости и достоверности.

Как показывает практика, судебные экспертизы, не относящиеся к делу, довольно редкое явление, а вот, что касается отдельных вопросов, на которые эксперт отвечает в своём заключе­нии, то подобное ещё имеют место в действительности. Естественно, на это защитник обращает внимание, отме­чая, что выводы эксперта по таким экспертизам или отдельным вопросам не имеют доказательственного значения.

Защитник должен проверить соблюдён ли, предусмотренный уго­ловно-про­цессу­альным законом, порядок производства судебной экспер­тизы, кото­рая проводится только после возбуждения уголовного дела. Об этом он мо­жет судить, ис­ходя из анализа опреде­лённого круга процессуаль­ных доку­ментов, которые приводятся и анализируются в ра­боте.

При оценке допустимости заключения эксперта защитник должен также проверить, не подлежит ли эксперт отводу, то есть, не заинтересован ли он в исходе дела и доста­точно ли компетентен.

Что же касается показаний эксперта, то его допрос не может быть про­изведён: а) до предоставления им заключения; б) по поводу сведений, став­ших ему из­вестными в связи с производством судебной экспертизы, если они не отно­сятся к пред­мету данной судебной экс­пертизы. Нарушение этих тре­бований позволяет адвокату-за­щитнику ставить вопрос о недопустимости показаний эксперта.

Всего сложнее ставить вопрос о недопустимости показаний эксперта, в случае, ко­гда до­прос его проводился не в целях разъяснения или уточнения данного  им заключе­ния, а по сути дела для дополнения данного экспертом заключения, хотя для этого по за­кону требуется уже производство дополни­тельной экспертизы. В этом защитнику надо разобраться, чтобы заявить обоснованное ходатайство. В этих целях он может ис­пользо­вать предлагае­мый в лите­ратуре примерный перечень случаев, когда производство до­проса эксперта законно, в частности, ко­гда необходимо разъяснить специальные термины либо формулировки, включённые в со­держание заключения.

Оценка достоверности заключения эксперта предполагает вначале вы­яснения пол­ноты материалов (исходных данных) для производства экс­пер­тизы.

Ориентиром для защитника при определении полноты исходных дан­ных, на­прав­ленных на экспертизу, могут служить: а) нормативные акты, рег­ламенти­рующие порядок производства соответствующих экспертиз; б) ин­форма­ционные письма экспертных учре­ждений; в) спра­вочно-методическая литература для экс­пертов, следователей, судей и ад­вокатов; г) консульта­ции со специали­стом.

Оценка достоверности заключения эксперта защитником также пред­полагает выяс­нения полноты и научной обоснованности заключения, что на­ходит отражение в содержа­нии работы.

Для использования в доказывании заключения эксперта имеет значение определе­ние до­казательственного значения выводов эксперта. Нередко ошибки допускаются именно  здесь, когда заключение, в общем правильное и обоснованное, неверно интерпре­тируется сле­довате­лем или судом, а иногда и защитником, что чревато судебными ошиб­ками.

Далее раскрывается специфика участия адвоката-защитника в произ­водстве судеб­ной экспертизы в суде.

Глава четвёртая «Конституционно-правовое обеспечение квалифици­рован­ной юридической помощи в деятельности адвоката (защитника) в уго­ловном судо­производ­стве» состоит из трёх параграфов.

В параграфе первом главы четвёртой «Понятие и содержание кон­ституционно-правового обеспечения квалифицированной юридической по­мощи в деятельности адво­ката (защитника) в уголовном судопроизводстве» даётся понятие и раскрывается содер­жание отдельных элементов конститу­ционно-правового обес­печения квалифицированной юридической помощи в деятельности адвоката (защитника) в уголовном су­допроизводстве.

Обеспечить квалифицированную юридическую помощь в деятельности адвоката-защитника, это, значит, сделать вполне возможным, действитель­ным, реально выполни­мым оказа­ние им квалифицированной юридической помощи всем нуждающимся в ней.

Обеспечение такого права как получение квалифициро­ванной юриди­ческой по­мощи достигается посредством его гарантированно­сти на консти­туционном уровне.

Автор присоединяется к позиции А.Г. Кучерены, что гарантии права на получение квалифицированной юридической по­мощи – это сово­купность со­циальных, экономиче­ских, политических и пра­вовых приёмов и методов, обеспечивающих реализацию права на получение квалифици­рованной юри­дической помощи.

Далее автор подробно раскрывает юридическую составляющую кон­ституционно-правового обеспечения квалифицированной юридической по­мощи в деятельности адво­ката (защитника) в уголовном судопроизводстве.

Обращается внимание на то, что законодатель не только предъявляет особые, по­вышенные требования к лицам, желающим получить статус адво­ката и на достаточно непростую процедуру приобретения этого статуса, но и ещё на то, что и к самой деятельно­сти адвоката так же предъявляются осо­бые, повышенные требования, которые получили название в литературе стандарты адвокатской деятельности (С.В.Дедиков) или профес­сиональные стандарты ад­во­катской деятельности (Н.Б.Сонькин).

       Даётся авторское определение понятия стандарты адво­катской деятельно­сти и рас­крываются какие требования предъявляются к деятельно­сти адвоката (защитника) в меж­дународно-правовых, европейских актах, российском законодательстве, Кодексе про­фес­сиональной этики адвоката, а так же требования, выработанные адвокатской прак­ти­кой.

Стандарты адвокатской деятельности требуют от адвоката глубоких познаний в области права и смежных областей знаний, умения правильно применять законодатель­ство в сложившейся ситуации и для поддержания стандарта  п. 3 ч. 1 ст. 7 ФЗ «Об адво­катской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» возлагает на адвоката обя­занность постоянно со­вершенствовать свои знания и повышать свою квалификацию.

Сегодня во исполнение подобного  решения Советом Федеральной па­латы адвока­тов РФ эффективно действуют Высшие курсы повышения квали­фикации адвокатов на базе Российской Академии адвокатуры и нотариата (г. Москва).

Раскрываются особенности проведения повышения квалификации, рас­сматрива­ются вопросы профессиональной деформации и пути её преодоле­ния, подчёркивается не­обходимость подготовки будущих адвокатов со сту­денческой скамьи по специальной про­грамме.

Сделать реальным выполнение адвокатом-защитником своей обязанно­сти по ока­занию квалифицированной юридической помощи так же позволяет соглашение об оказа­нии юридической помощи.

Исследуется природа, специфика заключения такого соглашения, его значение для адвокатской деятельности, отдельные вопросы дисциплинарной практики, свя­занные с его не заключе­нием и последствия для адвоката.

Самих по себе требований, предъявляемых как к адвокату, участвую­щему в каче­стве защитника, так и к его деятельности ещё недостаточно как с точки зрения возможно­сти полноценно осуществлять им защиту прав и за­конных интересов подзащитного, так, и действующего законодательства.

Поэтому законодатель ещё предусмотрел и условия, способствующие оказанию ад­вокатом-защитником квалифицированной юридической помощи доверителю, прежде всего, гарантии независимости адвоката и его ответст­венность за неоказание либо ненад­лежащее оказание квалифицированной юридической помощи доверителю.

       В параграфе втором главы четвёртой «Гарантии независимости адво­ката как усло­вие обеспечения квалифицированной юридической помощи в деятельности ад­воката (защитника) в уголовном судопроизводстве» рас­крывается роль гарантий в дея­тельности адвоката-защитника, перечисляются наиболее частые случаи нарушения опре­делённых видов гарантий, показыва­ется как можно преодолеть такие нарушения прав ад­воката-за­щитника.

       Особо остро потребность в гарантиях независимости адвоката возни­кает в уголов­ном судопроиз­водстве, поскольку именно там адвокат-за­щитник непосредственно сталкива­ется с дея­тельностью правоохранительных орга­нов, противостоит им. Кроме того, что, несомненно, не всегда правомер­ная деятельность защиты, её ак­тивная и прин­ципиальная позиция мо­жет нра­виться сотрудникам правоохра­нительных органов тем бо­лее ещё и тогда, ко­гда участие защиты фактически «разваливает» дело.

Очевидными нарушениями гарантий независимости адвокатов прак­тика признаёт вмешательство правоохранительных органов в адвокатскую деятельность либо препятство­вание этой деятельности; нарушение адвокат­ской тайны; проведение опера­тивно-розыскных и следственных действий в отношении адвоката с наруше­нием установ­ленного порядка.

Даётся анализ динамики этих нарушений на основе данных отчёта Со­вета Феде­ральной палаты адвокатов Россий­ской Федерации за период с ап­реля 2005 г. по апрель 2007 г.

Раскрывается, что такое, в чём выражается и каким образом преодолеть – вмеша­тельство правоохрани­тельных органов в адвокатскую деятельность либо препятство­вание этой деятельности, а так же рассматриваются точки зрения на специфику проведения опе­ра­тивно-розыскных и следственных действий в отношении адвоката.

Автор приходит к выводу, что как законодатель, так и Конституцион­ный Суд РФ и адвокатская корпорация каждый своим правовым путём соз­дают условия для надлежа­щего сохранения адвокатской тайны, в том числе через определение того, что следует включать в предмет или содержание ад­вокатской тайны.

       Но это не означает, что это приводит к отсутствию желающих посяг­нуть на адвокат­скую тайну.

       Как раз желающие есть и относятся они, как показывает практика, в ос­новном к органам дознания и предварительного следствия. Приводится клас­сификация незаконных действий государст­венных органов, направлен­ных на получение сведений, составляющих адво­катскую тайну.

Существуют две точки зрения о возможности раскрытия адвокатской тайны адво­катом. Одни считают (Ю.С. Пилипенко), что в исключительных случаях адвокатская тайна может быть раскрыта. К таким случаям относят, в частности, если до­веритель со­общает адвокату о готовящемся преступлении,  которое можно предотвратить. По мнению других (И.Л. Трунов), адвокатская тайна не может быть рас­крыта ни при каких обстоя­тельствах.

       Адвокатская тайна может быть раскрыта только в случаях, установлен­ных ст. 6 Ко­декса профессиональной этики адвоката, то есть тогда, когда: а) от обязанности адвоката  хранить тайну его освободит доверитель /ч.3/; б) без согласия же доверителя адвокат вправе использовать сообщенные ему дове­рителем сведения в объеме, который адвокат считает разумно необходи­мым для обоснования своей позиции при рассмотрении граж­данского спора ме­жду ним и доверителем или для своей защиты по возбужденному про­тив него дисциплинарному производству или уголовному делу /ч. 4/.

       Таким образом, если не наступает ни первый либо ни второй случай, то разгласить адвокатскую тайну адвокат не вправе ни при каких обстоятельст­вах, даже исключитель­ных.

С удовлетворением следует заметить, что адвокатское сообщество не бросает по­павших в беду своих товарищей, когда нарушаются их права и за­конные интересы, оно принимает меры.

Так, в целях обеспечения гарантий независимости адвоката и защиты его прав при Совете ФПА РФ образована Комиссия по защите профессио­нальных и социальных прав адвокатов (сопредседатели Ю.М. Боровиков и Г.М. Резник).

Одной из действенных мер, способствующих оказанию адвокатами ква­лифициро­ванной юридической помощи доверителю и обеспечению га­рантий независимости адво­катов служат, в частности и методические реко­мендации, разрабатываемые в недрах ад­вокатского сообщества – НМЦ при ФПА РФ и в дальнейшем утверждаемые Советом ФПА РФ.

       Но, безусловно, самой эффективной мерой обеспечения гарантий незави­симости адвоката является, как показывает практика, всё же активная, принципиальная  и основан­ная на законе позиция адвоката по делу.

В третьем параграфе главы четвёртой «Юридическая ответствен­ность адвоката (защитника) за неисполнение либо ненадлежащее исполнение конституционной обязанно­сти по оказанию квалифицированной юридиче­ской помощи» обосновывается, что адвокат (защитник) является субъектом конституционно-правовой ответственности, раскрываются основания и поря­док его привлечения к ней, а также критерии оценки его деятельности как квалифицированной юридической помощи в уголовном судопроизводстве.

Адвокат является субъектом конститу­ционно-правовой ответственно­сти, и отно­сится к физическим лицам, обла­дающим особым конституционно-правовым статусом.

Особый конституционно-правовой статус адвоката обусловлен тем, что: а) сущест­вует определённая, с повышенными требованиями процедура получения  статуса адвоката (в соответствии с ФЗ «Об адвокатской деятельно­сти и адвокатуре в Российской Федера­ции»); б) адвокат пользуется осо­быми правами (только он вправе оказывать квалифициро­ванную юриди­ческую по­мощь подозреваемому (обвиняемому) в качестве защитника на до­судебном производстве /ч. 2 ст. 48 Конституции РФ, ч.2 ст. 49 УПК РФ/); в) адвокат не­сёт специальную конституционную обязанность перед государст­вом оказы­вать квалифи­цированную юридическую помощь каждому желаю­щему /ст. 48 Консти­туции РФ, ч.1 ст. 1 ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Россий­ской Федерации»/, что проявля­ется, в частности, в не­возможности ад­воката-защитника отказаться от принятой на себя защиты по­дозреваемого (обвиняе­мого) /п. 6 ч. 4 ст. 6  «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Россий­ской Федерации», ч. 7 ст. 49 УПК РФ/.

К критериям оценки деятельности адвоката-защитника в уголовном су­допроизвод­стве как квалифицированной юридической помощи оказываемой им подзащитному сле­дует отнести:

  • использование адвокатом для обоснования своей позиции как в целом, так и по от­дельным вопросам действующего законодательства, прежде всего, УК РФ, УПК РФ, а  так же определений (постановлений) Кон­ституционного Суда РФ как при­знающим ту или иную норму не кон­ституционной, так и разъясняющим  какой конституционно-правовой смысл заложен в той или иной норме,  но и конечно, ис­пользование по­становлений Пленума Верховного Суда РФ (СССР, РСФСР) по уго­лов­ным делам, содержащим разъяснения по вопросам применения отдель­ных по­ложений УК РФ и УПК РФ;
  • правильное составление адвокатом процессуальных документов в соот­ветствии с тре­бованиями уголовно-процессуального законодательства (например, апелляционной жалобы /ч.1 ст. 363 УПК РФ/);
  • полнота и своевременность выполнения поручения как в целом, так и по отдель­ным вопросам (например, посещение подозреваемого в ИВС, со­ставление жалобы и т.д.) в соответствии с соглашением об оказании юридической помощи;
  • использование адвокатом (защитником) средств и способов защиты не запрещён­ных законодательством /п.1 ч.1 ст. 7 ФЗ «Об адвокатской дея­тельности и адвока­туре в Российской Федерации», п. 11 ч.1 ст. 53 УПК РФ и п. 1 ст. 8 Кодекса про­фессиональной этики адвоката/;
  • своевременное и полное выполнение необходимых действий адвока­том, вытекаю­щих из требований Кодекса профессиональной этики ад­воката и обстоятельств дела (например, согласно ч.4 ст. 13 Кодекса про­фес­сиональной этики адвоката, адво­кат-защитник обязан обжало­вать при­говор: 1) по просьбе подзащитного; 2) при на­личии оснований к отмене или изменению приговора по благоприятным для под­защит­ного моти­вам; 3) как правило, в отношении несовершеннолетнего, если суд не разделил позицию адвоката-защитника и назначил более тяжкое на­ка­зание или наказание за более тяжкое преступление, чем просил ад­во­кат);
  • соблюдение предписаний уголовно-процессуального законодательства, связанных с процессуальной формой производства по делу (соблюде­ние процессуальных сро­ков, правил подсудности, своевременности явки и т.д.);
  • соблюдение решений органов адвокатской палаты, принятых в преде­лах их компетен­ции, касающихся деятельности адвоката в качестве за­щитника в уголов­ном судопроизводстве.

Нарушение любого из вышеперечисленных критериев оценки деятель­ности адво­ката (защитника) в уголовном судопроизводстве как квалифици­рованной юридической помощи оказываемой им подзащитному приводит к неустранимым сомнениям в качестве оказываемой юридической помощи.

Ответственность адвоката в конституционном плане предполагает, что она регули­руется не нормами конституционного права, где обычно нет пря­мого из­ложения санкций, а нормами иного – отраслевого законодательства, регули­рующего статус адвоката, то есть ФЗ «Об адвокатской деятельности и адво­катуре в Российской Федерации».

Санкцией за неисполнение либо ненадлежащее исполнение адвокатом своей кон­ституционной обязанности по оказанию квалифицированной юриди­ческой помощи слу­жит прекращение статуса адвоката, то есть пре­кращение им возможности выполнять дан­ную конституционную обязан­ность.

В Заключение диссертации формулируются основ­ные выводы и по­ло­жения как по совершенствованию законодательства, так и практики его при­менения.

В Приложениях к диссертации содержатся результаты опроса адвока­тов, следователей (дознавателей), судей, а также результаты обобщения уго­ловных дел с участием адвоката-защитника.

       Основные положения диссертации

опубликованы в следующих работах:

Монографии и пособия:

  1. Кудрявцев В.Л. Актуальные проблемы совершенствования дея­тельно­сти адвоката-за­щитника на судебном следствии: Монография. Челя­бинск: Изд-во «Околица», 2003. 8,7 п.л.
  2. Кудрявцев В.Л. Процессуальные и криминалистические основы деятель­ности адво­ката-защитника в российском уголовном судопроиз­водстве / Под ред. докт. юрид. наук, проф. В.Н. Григорьева. М.: Изд-во «Юрлитин­форм», 2006. 11 п.л.
  3. Кудрявцев В.Л. Участие адвоката-защитника на судебном следствии: Учеб­ное посо­бие. Челябинск: Изд-во «Фотохудожник», 2007. 7,1 п.л.
  4. Кудрявцев В.Л. Конституционно-правовые основы института квалифици­рованной юридической помощи в российском уголовном судопроизвод­стве. М.: Изд-во «Юрлитинформ», 2007. 9,5 п.л.
  5. Кудрявцев В.Л. Реализация конституционно-правового института квали­фицированной юридической помощи в деятельности адвоката (защит­ника) в уголовном судопроизводстве / Под науч. ред. докт. юрид. наук, проф. В.Н. Григорьева. М.: Изд-во «Юрлитинформ», 2008. 27,5 п.л.

Научные статьи, опубликованные в журналах, рекомендованных ВАК

Министерства образования и науки Российской Федерации

на соискание учёной степени доктора наук:

  1. Кудрявцев В.Л. Рецензия на книгу Коло­мееца В.К. «Явка с по­винной по россий­скому законодательству (1845-1995 г.г.)». Екатеринбург, 1996. 120с. // Правоведе­ние. 2001. № 1. 0,13 п.л. (в соавторстве – не разде­лено).
  2. Кудрявцев В.Л. Общие и частные во­просы участия адвоката-защитника в доказыва­нии  на су­деб­ном следст­вии // Вестник Челябин­ского Уни­верси­тета. Се­рия 9. Право. 2003. № 1. 1,12 п.л.
  3. Кудрявцев В.Л. Актуальные вопросы участия адвоката-защит­ника в до­просе подсуди­мого, по­тер­певшего и свидетеля // Вестник Челябин­ского Универси­тета. Серия  9. Право. 2003. № 2. 1,3 п.л.
  4. Кудрявцев В.Л. Некоторые аспекты уча­стия адвоката-защитника в иссле­довании от­дель­ных ви­дов доказательств на судебном следствии // Вестник  Челябинского госу­дарственного университета. Серия 9. Право. 2004. № 1. 0,5 п.л.
  5. Кудрявцев В.Л. Роль и значение судеб­ного следствия в обеспе­чении под­судимому права на за­щиту // Современное право. 2004. № 9. 0,3 п.л.
  6. Кудрявцев В.Л. Предмет и пределы за­щиты в деятельности ад­воката-за­щит­ника в рос­сий­ском уголовном су­допроизводстве // Современное право. 2004. № 12. 0,5 п.л. 
  7. Кудрявцев В.Л. Эксгумация: особенности принятия решения и тактики про­извод­ства // Российский следователь. 2005. № 2. 0,3 п.л.
  8. Кудрявцев В.Л. Процессуальное поло­жение адвоката в рос­сийском уго­лов­ном судо­производ­стве // Современное право. 2005. № 4. 0,5 п.л.
  9. Кудрявцев В.Л. Процессуальные проблемы до­казы­вания в деятельно­сти ад­воката-защит­ника  в уголов­ном судопро­изводстве // Журнал рос­сий­ского права. 2005. № 6. 0,6 п.л.
  10. Кудрявцев В.Л. Судебная экспертиза в арсенале защиты: особенности оценки и пути использования в доказывании // Современное право. 2005. № 12. 1,1 п.л.
  11. Кудрявцев В.Л. Проблемы установления истины через механизм доказы­вания в кон­тексте деятельности государственного обвинителя в суде // Журнал россий­ского права. 2006. № 2. 0,8 п.л.
  12. Кудрявцев В.Л. Конституционное право на получение квалифицирован­ной юриди­ческой помощи и некоторые формы её реа­лизации в  контексте деятельности адвоката-защитника: (законодатель­ство, правовые позиции КС РФ, теория) // Рос­сийская юстиция. 2006. № 4. 0,8 /0,6 п.л. (в соавтор­стве).
  13. Кудрявцев В.Л. Конституционно-правовой институт квалифицирован­ной юридиче­ской помощи в Российской Федерации // Государство и право. 2008. № 2. 0,9 п.л.
  14. Кудрявцев В.Л. Концепции реализации конституционно-правового ин­сти­тута квалифицированной юридической помощи в уголовном судо­произ­водстве // Рос­сийская юстиция. 2008. № 11. 0,5 п.л.

Иные научные работы:

  1. Кудрявцев В.Л. Афинская демократия: права и обязанности гражда­нина // Сборник статей соискателей пре­зи­дентской сти­пендии «Во­просы исто­рии и теории государ­ства и права». Челя­бинск, 1997. 0,5 п.л.
  2. Кудрявцев В.Л. Уголовная политика РФ // Сб. избранных трудов. Челя­бинск, 1997. 0,2 п.л.
  3. Кудрявцев В.Л. Участие адвоката-защит­ника в суде (по материа­лам обобще­ния прак­тики) // Южноуральский юридический вест­ник. 1999. № 3. 0,1 п.л.
  4. Кудрявцев В.Л. Содержание и форма за­щитительной речи адво­ката (по ма­териалам обобще­ния прак­тики) // Становление и развитие научных школ права в го­сударст­венных университетах России: Всероссийская сту­денческая на­учно-практиче­ская конференция. Спб.: Санкт-Петер­бургский госуд. ун-т, 1999. 0,12 п.л.
  5. Кудрявцев В.Л. Тактика защиты на су­дебном следствии // Актуальные про­блемы эко­номики и законодатель­ства России: Материалы Все­рос­сий­ской на­учно-практи­че­ской конференции. Челябинск, 14-15 апр. 2000г: В 3ч. / Под общ. ред. В.А. Кисе­лёвой.  Че­лябинск, Южно-Ураль­ский гос. ун-т, 2000. Ч.2. 0,3 п.л.
  6. Кудрявцев В.Л. Сокращённое судебное след­ствие в россий­ском уго­ловно-процессуаль­ном законодатель­стве // Социокультурная динамика региона. Наука, культура, образование: Материалы все­российской на­учно-практиче­ской конферен­ции. Оренбург: ИПК ОГУ, 2000. 0,25 п.л.
  7. Кудрявцев В.Л. Процессуальная природа участия адвоката-защит­ника в доказыва­нии  по уголовным делам // Вестник ЮУрГУ. Серия  «Частное и публичное право». Челябинск, 2001. 0,35 п.л.
  8. Кудрявцев В.Л. Исследование версии защиты в судебном след­ствии // Ак­ту­аль­ные про­блемы реформи­рования эконо­мики и законода­тельства Рос­сии и стран СНГ – 2001: Материалы меж­дународной на­учно-прак­тиче­ской конференции.  Челябинск. 12-13 апр. 2001г.: В 3ч./ Под общ. ред. В.А. Ки­селёвой. Челя­бинск, ЮУрГУ, 2001. Ч.2. 0,25 п.л.
  9. Кудрявцев В.Л. Определение позиции адво­ката-защитника как основа его участия на судебном следст­вии и в пре­ниях сто­рон // Частное и публичное в праве: Всерос­сийская научно-практиче­ская  межвузов­ская конференция. Челябинск, ЮУрГУ, 2002. 0,8 п.л.
  10. Кудрявцев В.Л. Конституция Российской Федерации как фактор совер­шен­ствова­ния уго­ловно-про­цессуального законодательства и пра­во­при­менительной прак­тики за послед­нее деся­тилетие: общие и част­ные во­просы // Реа­лизация по­ложений Консти­ту­ции Рос­сийской Федерации в за­ко­нодатель­стве. Материалы меж­дународной на­учно-практиче­ской кон­фе­ренции, по­свящённой 10 –летию Конституции Российской Фе­дера­ции. Челябинск, ЮУрГУ, 2003. Ч. 2. 0,37 п.л.
  11. Кудрявцев В.Л. Версия защиты: понятие, классификация, особен­ности вы­движения и по­строе­ния на судебном следствии // Вопросы со­вер­шенство­вания законодатель­ства и правопримени­тельной деятель­ности: Сб. науч. тр. Челя­бинск: ЧелГУ, 2003. 0,6 п.л.
  12. Кудрявцев В.Л. Некоторые общие кри­миналистические про­блемы про­фес­сиональ­ной за­щиты на судебном следствии // Проблемы права: ме­ждуна­родный правовой журнал. 2004. № 1. 0,6 п.л.
  13. Кудрявцев В.Л. Концептуальные основы допустимости доказа­тельств в меха­низме реа­лиза­ции ч.2 ст. 50 Кон­ституции РФ в доказы­вании по уго­ловным де­лам // Про­блемы реализации конституционно-правовых норм: Материалы  меж­вузов­ская на­учно-практиче­ской конференции (8-9 апреля 2004 г.) Челя­бинск: Изд-во «Фре­гат», 2004. 0,2 п.л.
  14. Кудрявцев В.Л. Процессуально-тактиче­ские аспекты участия ад­воката-за­щитника в про­из­вод­стве судебной экс­пертизы на судебном следствии // Адвокатура и ад­во­кат­ская дея­тельность в свете современного кон­сти­туци­онного права: (К 10-ле­тию принятия Консти­туции России): Мате­риалы меж­дународ. на­уч.-практ. конф., Ека­теринбург, 29-30 дек. 2003 г. Екате­ринбург: Изд-во «Ча­роид», 2004. 0,25 п.л.
  15. Кудрявцев В.Л. Особенности участия ад­воката-защитника в до­просе на суде лица, даю­щего ложные пока­зания // Актуальные про­блемы права Рос­сии и стран СНГ –2004г. Материалы 6 Меж­дународной на­учно-прак­тиче­ской конфе­ренции, по­свя­щённой 75-летию и памяти профес­сора Ю.Д. Лившица. 1-2 апреля 2004. Челя­бинск, ЮУрГУ, 2004. 0,25 п.л.
  16. Кудрявцев В.Л. Особенности оценки государственным обвинителем за­клю­чения экс­перта с точки зрения его допустимости при подготовке к су­дебному разбиратель­ству // Проблемы права: международный право­вой журнал. 2004. № 4. 0,55 п.л.
  17. Кудрявцев В.Л. Проблемы существова­ния криминалистической характе­ристики пре­ступ­ле­ний как научной кате­гории // Следователь. 2004. № 10. 0,3 п.л.
  18. Кудрявцев В.Л. Участие адвоката-защитника на судебном следствии (во­просы тео­рии и практики) // Дела судебные… Адвокаты де­лятся опытом: Сб. / Сост.: А.Д. Бой­ков. Вып.3. М.: «Юрли­тин­форм», 2004. 1,2 п.л.
  19. Кудрявцев В.Л. Некоторые проблемы участия адвоката-защитника в оценке досто­верности и достаточности доказательств на судебном следст­вии: общие и частные аспекты // Проблемы дальнейшего разви­тия  право­вых основ деятельности адвока­туры. Материалы Первой Всероссийской межвузовской научно-практической кон­ференции, по­свящённой 140-ле­тию российской адвокатуры (г. Москва. Колонный зал Дома Союзов. 23 апреля 2004г.) // Учёные труды Российской Ака­демии адво­ка­туры: Вы­пуск 4. М.: Российская академия адвокатуры, 2005. 0,4 п.л.
  20. Кудрявцев В.Л. Проблемы совершенствования деятельности государст­вен­ного обви­нителя в суде (процессуальный и криминалистический ас­пекты): общие поло­жения // Актуальные проблемы юридической науки на современном этапе: Мате­риалы Всероссийской научно-прак­тиче­ской конференции (28-29 апреля 2005г.) Че­лябинск: Изд-во «Фре­гат», 2005. 0,25 п.л.
  21. Кудрявцев В.Л. Общие положения криминалистической методики или мето­дики рас­следования отдельных видов преступлений // Актуальные проблемы юридиче­ской науки на современном этапе: Материалы Все­рос­сийской научно-практической конференции (28-29 апреля 2005г.) Челя­бинск: Изд-во «Фрегат», 2005. 0,37/0,25 п.л. (в соавторстве)
  22. Кудрявцев В.Л. Проблемы формирования и реализа­ции по­зиции адво­ката-защит­ника на судебном след­ствии // Адвокат. 2005. № 4. 1,12 п.л.
  23. Кудрявцев В.Л. Некоторые проблемы  криминалистического обеспече­ния деятельно­сти адвоката-защитника в уголовном судопроизводстве // Вест­ник кри­миналистики. 2005. № 4 (16). 0,8 п.л.
  24. Кудрявцев В.Л. Криминалистическая характеристика преступления: по­ня­тие, соотно­шение с предметом доказывания, основные элементы и уровни // Следова­тель. 2005. № 7. 0,25 п.л.
  25. Кудрявцев В.Л. Адвокат-защитник или просто защитник? // Адвокат. 2006. № 2. 0,37 п.л.
  26. Кудрявцев В.Л. Процессуально-тактические основы участия адвоката-за­щитника в допросе потерпевшего и свидетеля // Адвокатская прак­тика. 2006. № 2. 0,5 п.л.
  27. Кудрявцев В.Л. Публичные и частные аспекты в механизме законода­тель­ного регулирования института квалифицированной юридической помощи в Российской Федерации // Проблемы развития частного права: Мате­риалы Всероссийской научно-практической конференции (11-12 мая 2007 г.) / Под общ. ред. канд. юрид. наук, доц. В.Л. Кудряв­цева. Челябинск: Изд-во «Фотохудожник», 2008. 0,37 п.л.
  28. Кудрявцев В.Л. Некоторые проблемы структуры и содержания част­ной криминалистической методики // Проблемы развития частного права: Ма­териалы Всероссийской научно-практической конференции (11-12 мая 2007 г.) / Под общ. ред. канд. юрид. наук, доц. В.Л. Кудряв­цева. Челя­бинск: Изд-во «Фотохудожник», 2008. 0,63/0,5 п.л. (в соав­торстве)
  29. Кудрявцев В.Л. Вопросы участия адвоката-защитника в собирании дока­зательств  по действующему УПК РФ // Проблемы развития част­ного права: Материалы Всероссийской научно-практической конфе­ренции (11-12 мая 2007 г.) / Под общ. ред. канд. юрид. наук, доц. В.Л. Кудрявцева. Челя­бинск: Изд-во «Фотохудожник», 2008. 0,26 п.л.
  30. Кудрявцев В.Л. «Обвинительный уклон» в деятельности следователя: про­блема ли только законодательного урегулирования? //Адвокатская прак­тика. 2008. № 1. 0,37 п.л.
  31. Кудрявцев В.Л. Юридическая ответственность адвоката (защитника) за неис­полне­ние либо ненадлежащее исполнение конституционной  обя­зан­ности по оказанию квалифицированной юридической помощи // Адвокат. 2008. № 2. 1,17 п.л.
  32. Кудрявцев В.Л. «Обвинительный уклон» в деятельности следователя: про­блема только законодательного урегулирования? // Уголовное су­до­производство. 2008. № 2. 0,5 п.л.
  33. Кудрявцев В.Л. Роль и место адвоката среди субъектов, выступающих в качестве защитников в уголовном судопроизводстве // Адвокатская прак­тика. 2008. № 3. 0,37 п.л.
  34. Кудрявцев В.Л. Проблемы определения категории «назначение» в рос­сий­ской уголовно-процессуальной науке // Администратор суда. 2008. № 3. 0,25 п.л.
  35. Кудрявцев В.Л. Гарантии независимости адвоката как условие обеспече­ния квалифицированной юридической помощи в деятельности адвоката (защитника) в уголовном судопроизводстве // Адвокат. 2008. № 5. 1,3 п.л.
  36. Кудрявцев В.Л. Уголовное судопроизводство как сфера особой за­щиты конституционных прав и законных интересов человека и гражда­нина // Адвокат. 2008. № 9. 0,87 п.л.

Кудрявцев Владислав Леонидович

РЕАЛИЗАЦИЯ КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОГО ИНСТИТУТА

КВАЛИФИ­ЦИРОВАННОЙ ЮРИДИЧЕСКОЙ ПОМОЩИ

В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ АДВОКАТА (ЗАЩИТНИКА)

В РОССИЙСКОМ УГОЛОВНОМ СУДОПРОИЗВОДСТВЕ:

ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ОСНОВЫ И ПРОБЛЕМЫ ОБЕСПЕЧЕНИЯ

Автореферат

диссертации на соискание учёной степени

доктора юридических наук

Подписано в печать ________

Формат 60х84 1/16.                                Печать офсетная.

Усл. печ. л. 2,4  Уч.-изд. л. _____

Тираж 100 экз.                                       Заказ № ______

Москва


1 Эта позиция была озвучена Д.А. Медведевым ещё в качестве кандидата на должность Президента РФ. См.: Медведев Д. Точки над «И». Дмитрий Медведев назвал четыре приоритета ближайшего четырёхлетия: институты, инфраструктура, инновации, инвестиции // Российская газета. 2008. 16 февр. С. 3.

2 См.: Резник Г.М. К вопросу о конституционном содержании понятия «квалифицированная юридическая помощь» // Адвокат. 2007. № 4. С. 27.

3 См.: Зорькин В.Д. Верховенство права и правосознание // Адвокат. 2007. № 11. С.7.

4 В работе использование адвокат (защитник) равнозначно и взаимозаменяемо адвокат-защитник

5 Концепция (от лат. conceptio – восприятие) – это: 1) система взглядов на те или иные явления; способ рассмотрения каких-либо явлений, понимание чего-либо; 2) общий замысел (художника, поэта, учёного и т.д.).

6 См. об этом:  Зорькин В.Д. Прецедентный характер решений Конституционного Суда Российской Федерации // Журнал российского права. 2004. N 12.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.