WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

АРЕНДАРЕНКО

Алла Владимировна

ОБЩЕПРАВОВОЙ ПРИНЦИП СОЦИАЛЬНОЙ СПРАВЕДЛИВОСТИ И ЕГО РЕАЛИЗАЦИЯ В СОВРЕМЕННОМ УГОЛОВНОМ ПРАВЕ РОССИИ

(ТЕОРЕТИКО-ПРАВОВЫЕ АСПЕКТЫ)

Специальность: 12.00.01 — теория и история права и государства;

история учений о праве и государстве

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

МОСКВА 2009

Работа выполнена на кафедре правового обеспечения

управленческой деятельности Международного института управления МГИМО (У) МИД России

Официальные оппоненты:

доктор юридических наук, профессор

Михайлова  Наталья Владимировна

доктор юридических наук, профессор

Бошно  Светлана Владимировна

доктор юридических наук, профессор

Гулиев  Владимир Евгеньевич

Ведущая организация:

Российская  академия государственной службы при Президенте РФ

Защита состоится: «26» мая 2010 г. в 15 часов на заседании Диссертационного совета Д-209.002.01 по юридическим наукам при Московском государственном институте международных отношений (Университет) МИД России по адресу: 119454,  г. Москва, пр-т Вернадского, 76, МГИМО (У) МИД России, центральный корпус, аудитория 2126.

Телефоны: 434-06-90, 434-93-88, 434-11-65, 434-93-56

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного института международных отношений (Университета) МИД России.

Автореферат размещен на официальном сайте МГИМО (У) МИД России по адресу http://www.mgimo.ru «_____» марта 2010 г.

Автореферат разослан «_______» марта 2010 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор социологических наук,

профессор  Е.В. Охотский

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. Принцип справедливости "есть постоянная и неизменная воля каждому воздавать по заслугам" (justitia est constans et pertua voluntas suum cuigue tribuere). Его содержание в правовой системе общества достаточ­но многогранно. Во-первых, справедливость заложена в самом содер­жании права, в тех общественных отношениях, формой которых право является. Во-вторых, самодеятельность субъектов права должна быть пронизана идеями беспристрастности, истинности, правильности, за­конности, честности и т.п. В-третьих, вынесенные юридические ре­шения, устанавливающие права и обязанности, меры поощрения и юри­дической ответственности должны по форме и существу быть справед­ливыми, то есть учитывать все обстоятельства, соответствовать сте­пени совершенного проступка.1

Актуальность темы исследования обусловливается следующими факторами.

1) Проблема достижения социальной справедливости в уголовном законодательстве и правоприменительной деятельности является острой и актуальной исходя из специфики регулируемых общественных отношений, в которых наиболее явно видно столкновение интересов сторон.

2) В современной юридической науке понятие социальной справедливости до сих пор не получило всестороннего рассмотрения. Справедливость является формой общественного сознания, выявляющей соотношение между действиями, событиями в обществе и государстве, при котором обеспечивается наилучшее сосуществование индивидов (социальных групп), реализация их возможностей и в соответствии с которым каждому воздается должное за его поступки в виде применения мер государственного принуждения, соответствующих общественной опасности совершенного деяния.

Как верно отмечает Г.В. Мальцев, существуют социально совместимые индивидуальные, коллективные и групповые интересы, которые дают возможность осуществлять в одном и том же регулятивном акте, решении или действии обширный комплекс интересов.2 Продолжая данную мысль, можно сказать, что максимальная совместимость этих интересов (индивидуальных и коллективных), осознанная на правовом уровне и оформленная законодателем в нормативных правовых актах, является воплощением принципа социальной справедливости.

Слабо исследованы также специфика понимания справедливости, которая всегда была свойственна русской философской мысли. Данная специфика выражается, зачастую, отождествляя категории справедливости с понятиями правды и истины. Особенности подобного подхода, с одной стороны, позволяют выявить новые грани понятия «справедливость», а с другой – расширить трактовку этого термина до степени размывания его границ, что может негативно отразиться на разработке учения о социальной справедливости, в том числе, в рамках современной российской действительности.

Основное значение термина «восстановление социальной справедливости» и рассмотрение его сущности имеет ключевое значение для всей проблематики исследования. Однако при всем многообразии концепций справедливости сохраняется относительная неопределенность этого понятия и его сущности, поскольку среди авторов нет согласия в указанных вопросах3.

3) Анализ уголовного законодательства с позиций соблюдения принципа социальной справедливости позволяет выявить существенные противоречия между декларацией защиты конституционных прав и свобод человека и гражданина и ее реализацией в конкретных санкциях, что вызывает необходимость внесения соответствующих изменений и дополнений в уголовное законодательство. Кроме того, определение термина «восстановление социальной справедливости», который использован для формулирования одной из целей уголовного наказания, вызывает проблемы, без разрешения которых невозможно уяснить признаки его образующие, а также его значение в целом для системы уголовного наказания.

4) С принятием в 1996 г. Уголовного кодекса Российской Федерации принципы уголовного права (законности, равенства граждан перед законом, вины, справедливости, гуманизма) в нашей стране впервые получили законодательную регламентацию и официальное признание.

В совокупности социально-правовых факторов, воздействующих, на процессы реализации права, имеются факторы, наличие которых является необходимым условием эффективного действия норм права. Если такие факторы отсутствуют или проявляют себя недостаточно интенсивно, то независимо от всех других обстоятельств, нормы пра­ва будут неэффективными. В.И. Никитинский, И.С. Самощенко и В.В. Глазырин называли три таких фактора-условия: совершенство законодательства, совершенство правового сознания населения и со­вершенство правоприменительной деятельности.4

Разрабатывая систему правовых средств, способных обеспечить результативное действие норм права, правотворческие органы должны учитывать также закономерности и принципы права, выявленные правовой наукой, международные правовые нормы, закрепляющие права и свободы человека и гражданина. Юридическим выражением этих закономерностей в правовой сфере выступают принципы права, закрепленные нормами внутринационального и международного права.

Принципы уголовного права – основополагающие начала, характеризующие содержание этой отрасли права, ее сущность и назначение в обществе; они выражают общие закономерности развития уголовного права и представляют собой наиболее общие нормы, действующие в этой сфере правового регулирования, определяют пути совершенствования уголовно-правовых норм.

В общей теории права (в частности, в науке уголовного права) вопрос о системе принципов, окончательно не решен. По этому поводу существует несколько точек зрения. В частности, Г.А. Кригер выделяет три группы принципов – общеправовые, межотраслевые, отраслевые5, С.Г. Келина и В.Н. Кудрявцев перечисляют принципы уголовного права, не систематизируя их на категории6, Н.А. Беляев считает, что существует две группы принципов уголовного права – общие уголовно-правовые и специальные (специфические) уголовно-правовые7. Также существует деление на закрепленные  и не закрепленные в законе принципы уголовного права.

Современной системой уголовного права России общеправовой принцип социальной справедливости воспринят как свойство, воплощенная в праве идея, а также и как норма-принцип, детализируемый и конкретизируемый в отдельных положениях Общей и Особенной частей Уголовного кодекса России. И ценность общеправового принципа социальной справедливости (а через нее – всей системы права) проявляется в том или ином результате правоприменения, например, в справедливом характере судебного решения. Социальная справедливость – общеправовой принцип права, пронизывающий все «этажи» правовой системы, от отдельных норм до права в целом. Когда принцип социальной справедливости воплощается в праве, последнее тем самым приобретает свойство социальной справедливости, иными словами, определенный принцип деятельности становится свойством ее результатов.

Вместе с тем принципы уголовного права выступают продолжением общеправовых принципов (законности, гуманизма, юридического равенства, гласности, ответственности за виновное деяние, демократизма, неприкосновенности личности), которые являются фундаментом юридической науки и практики, реализующимся в каждой отрасли российского права со своими особенностями. Одним из таких важнейших принципов общей теории права является принцип социальной справедливости, воплощенный законодателем (с нашей точки зрения, неудачно, о чем речь пойдет ниже) в двух статьях Уголовного кодекса РФ: в ст. 6 как принцип справедливости вообще, в ч. 2 ст. 43 как социальной справедливости, применяемый при назначении наказания.

Уголовно-правовой аспект рассмотрения общеправового принципа социальной справедливости уточняет ее практическую значимость, выступая одной из целей уго­ловного наказания, предопределяет характер последнего.

Цели, которые ставит правотворческий орган при проектировании норм права, подразделяются на два вида: юридические и социальные. Юридические цели связываются с обеспечением реального действия принимаемых норм права, их реализацией в конкретных отношениях либо соблюдением установленных запретов. Однако подобные резуль­таты не являются "самоцелью" права, они лишь предстают необходи­мым условием достижения ожидаемых правотворческим органом по­зитивных изменений в социальной сфере: экономики, политики, об­разовании, науки и т. д. Цели, ориентированные на получение соци­ально полезных результатов в обществе и государстве, понимаются как социальные.

Сообразно выделенным целям эффективность норм права так­
же подразделяется на юридическую и социальную. Правомерность та­
кой дихотомии объясняется весьма частым несовпадением интенсив­ности проявления юридической и социальной эффективности одних и
тех же норм права.

К какому же результату стремится уголовное наказание? Наказание обосновывается тем, что «так принято», что социально сформированные модели должны быть построены, и не более. Это значит, что некий образец становится целью независимо от того, что из этого следует для конкретного человека. Например, одним из критериев восстановления «социальной справедливости» является реализация наказания. Это только обобщенная модель наказания, соответствующего характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного и обстоятельствам, смягчающим и отягчающим наказание, а также влиянию наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи (ч. 3 ст. 60 УК РФ).

Сейчас можно с уверенностью сказать, что в юридической литературе исследован механизм восстановления социальной справедливости посредством применения наказания8. Проблемы реализации общеправового принципа социальной справедливости в современном уголовном праве России до сих пор не исследованы комплексно и обстоятельно. Именно поэтому актуальным представляется исследование особенностей выражения этого принципа в Общей и Особенной частях Уголовного кодекса Российской Федерации, изучение проблем его реализации в уголовной политике современной России, а также особенностей его применения в деятельности судебной системы России.

Основные социальные цели, которые общество ставит и достига­ет при помощи государства и с его участием, закреплены в Конститу­ции РФ. Это, например, создание условий, обеспечивающих достой­ную жизнь и свободное развитие человека, формирование правового государства, обеспечение благополучия и процветания России, целос­тности и неприкосновенности ее территории, народовластия. Каждая из названных целей подразделяется на ряд конкретных целей, обеспе­чиваемых с помощью федеральных законов и законов субъектов РФ. В результате система правовых целей образует обычно "дерево целей", где частные цели конкретных правовых норм, взаимопереплетаясь, укрупняются и трансформируются в цели право­вых институтов, последние — в цели конкретных отраслей законода­тельства или межотраслевых правовых комплексов и т.д.

Степень научной разработанности. Изучение генезиса понимания справедливости в рамках европейской философской культуры показывает, что ключевую роль в становлении идей, образующих современные представления о справедливости, сыграли произведения Гомера, Эсхила, Гесиода, деятельность Солона, Сократа и Моисея, работы Платона, Демокрита, Аристотеля, Диогена Лаэртского, Ж.Ж. Руссо, Ф. Бэкона, Т. Гоббса, И. Канта,  Г.В.Ф. Гегеля и др.

Феномен справедливости рассматривается в трудах отечественных философов, социологов и историков Р.А. Бабахановой, З.А. Бербешкиной, Г.Д. Бандзеладзе, Р.Н. Гибрадзе, Л.Л. Гончарук, Л.Г. Гринберга, А.А. Гусейнова, В.Е. Давидовича, Г.А. Емельянова, Б.Н. Калиникова, Е.Л. Лушина, В.З. Роговина, Н.Д. Табунова, В.А. Тимофеева, В.И. Уколовой В.А. Шилова, А.Ф. Шишкина и других.

В теории права этот вопрос был разработан такими теоретиками-правоведами как В.К. Бабаев, В.М. Баранов, С.В. Бошно, В.Е. Гулиев, Р.В. Енгибарян, С.А. Иванова, Ф.Ф. Рокошкин, Ю.К. Краснов, В.В. Лазарев, В.О. Лучин, В.В. Мальцев, М.Н. Марченко, Н.В. Михайлова, М.М. Рассолов, Ф.М. Рудинский, В.А. Толстик, В.Н. Хропанюк, Б.С. Эбзеев и др. 

Начало научным исследованиям понятия социальной справедливости в СССР было положено в 1960–1980-е гг. в рамках разработки методологических принципов построения советской системы общественно-политических и этических категорий. Это работы М.И. Бажанова, Н.С. Бондаря, Н.Н. Вопленко, В.А. Воронова, Г.С. Гаверова, И.М. Гальперина, В.В. Есипова, А.Н. Игнатова, О.Н. Крутовой, В.С. Пазенка, В.М. Когана, П.А. Фефелова, В.Л. Чубарова, М.Д. Шаргородского и других ученых.

На тему принципов уголовного права известны диссертационные исследования таких ученых, как К.В. Бондаренко, В.В. Булгаков, А.Л. Вязов, С.А. Галактионов, В.М. Жуйков, С.Б. Карамашев, В.Н. Карташов, Т.В. Кленова, И.В. Коршиков, А.И. Лазуткин, В.Н. Ласточкина, А.Ф. Мицкевич, А.Н. Попов, М.А. Тхакушинов, А.Д. Чернов, Н.А. Шайкенов.

В диссертации использовались труды таких известных отечественных ученых, как В.Н. Баландюк, А.А. Нечепуренко, Н.А. Беляев, А.Ф. Бернер, Ю.Д. Блувштейн, С.В. Бородин, Б.Т. Безлепкин, Я.М. Брайнин, Л.Е. Владимиров, P.P. Галиакбаров, А.И. Марцев, А.С. Михлин, А.В. Наумов, А.А. Нечепуренко, Н.А. Ныркова, Ю.Е. Пермяков, С.Н. Сабанин, В.И. Ткаченко, И.В. Тыричев.

О социальной справедливости в экономической и уголовной сферах общества писали такие ученые, как О. Зернова, Я.Н. Керемецкий, Т.П. Моисеева, И.В. Морозов, А.Т. Москаленко, И.В. Мостовая, Н.Л. Мусхелишвили, А.С. Ревушкин, Э.Н. Рудык, С.А. Свиридов, В.М. Сергеев, Ю.А. Шрейдер, А.В. Шумский.

Значительный вклад в развитие уголовно-правовой теории внесли такие ученые, как Г.Н. Борзенков, Л.Д. Гаухман, А.С. Горелик, Т.Н. Добровольская, В.К. Дуюнов, А.Э. Жалинский, Н.И. Загородников, Комиссаров В.С., Ю.А. Красиков, А.Ф. Кистяковский, А.Г. Ковалев, Н.Ф. Кузнецова, Ю.И. Скуратов, В.М. Лебедев, Н.Г. Кадников, В.Н. Кудрявцев, Н.Ф. Кузнецова, Р.Н. Ласточкина, Ю.И. Ляпунов, В.Б. Малинин, А.А. Мамедов, А.А. Пионтковский, А.И. Рарог, А.Н. Трайнин, И.М. Тяжкова.

В современной зарубежной науке данной проблеме посвящены труды Б. Барри, Р. Барроу, Р. Дарендорфа, Ю. Каменка, Ф. Люшер, Р. Нозика, Р. Пайпса, К. Поппера, Дж. Роулза,9 У. Франкена, Э. Фрома, Ф. Хайека, О. Хеффе, Г. Шпренгера и других.

Объектом исследования выступают общественные отношения, возникающие в сфере определения содержания, сущности и реализации общеправового принципа социальной справедливости в уголовном праве Российской Федерации.

Предмет исследования составляет теоретико-правовой аспект определения и реализации принципа социальной справедливости на примере норм уголовного права, а также концепции, доктрины, аксиомы и нормы российского уголовного права, посредством которых закрепляются сущность и особенности принципа социальной справедливости, реализуется принцип социальной справедливости в законотворческой, правоприменительной и правоохранительной деятельности в России.

Цели и задачи исследования. В процессе настоящего исследования перед диссертантом стояли цели: выявление и рассмотрение теоретических и практических проблем реализации принципа социальной справедливости в уголовном праве России, их комплексное исследование и анализ, выработка предложений и рекомендаций по совершенствованию современного уголовного права и законодательства.

Поставленные цели определили следующие задачи:

1. Исследовать философско-этическую сущность и правовую природу социальной справедливости.

2. Провести сравнительный историко-теоретический анализ понятий «социальная справедливость».

3. Проанализировать основные современные подходы к понятию социальной справедливости и механизму ее реализаций в праве.

4. Представить авторское определение понятий «справедливость» и «равенство», и их сравнительный анализ.

5. Определить место и значение общеправового принципа справедливости в системе принципов российского права.

6. Исследовать роль и значение общеправового принципа социальной справедливости в науке уголовного права как отрасли публичного права.

7. Выделить и проанализировать особенности применения общеправового принципа социальной справедливости в законотворчестве.

8. Выявить и раскрыть особенности применения общеправового принципа социальной справедливости в правоприменительной деятельности.

9. Выявить и раскрыть особенности выражения общеправового принципа социальной справедливости и механизм его реализации в Общей и Особенной частях Уголовного кодекса Российской Федерации.

10. Обосновать перспективы развития и установить приоритеты совершенствования уголовного законодательства с точки зрения реализации принципа социальной справедливости.

Нормативную основу исследования составили международные и внутригосударственные нормативные правовые акты, в том числе: Билль о правах 1689 г., Декларация прав человека и гражданина 1789 г., Основные принципы независимости судебных органов, одобренные резолюциями 40/32 и 40/146 Генеральной Ассамблеи ООН от 29 ноября 1985 г. и от 13 декабря 1985 г., Рекомендации Комитета министров Совета Европы от 28 июня 1985 г. «Комитет министров – государствам-членам относительно положения потерпевшего в рамках уголовного права и уголовного процесса», Декларация прав и свобод человека и гражданина от 22 ноября 1991 г., Конституция Российской Федерации 1993 г., Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ, Федеральный конституционный закон от 21 июля 1994 г. № 1-ФКЗ «О Конституционном Суде Российской Федерации», Федеральный конституционный закон от 31 декабря 1996 г. «О судебной системе Российской Федерации».

Автором проанализированы как действующие источники права, так и нормативные правовые акты, которые не вступили в силу либо прекратили свое действие, но представляют интерес с научной точки зрения в рамках исследуемой проблемы. В центре внимания, вследствие недостаточной развитости правового регулирования тех или иных явлений действительности, находится судебная практика, в частности судебные акты Конституционного Суда (исследовано девять постановлений и определений, посвященных особенностям применения принципа социальной справедливости в деятельности судебной системы России) и Пленума Верховного Суда Российской Федерации (исследовано девять  постановлений, регламентирующих порядок использования в деятельности судов общеправового принципа социальной справедливости). 

Методологическую основу исследования составил диалектический подход к изучению правовых явлений и процессов, позволяющий видеть данные процессы и явления в их развитии, взаимодействии и в противоречии. Исследование построено на критическом анализе теоретического материала и подчинено логике правоприменительного процесса, и его совершенствование.

Методологической основой диссертации стали такие научные принципы познания, как историзм, объективность, системность и комплексность. Эта методологическая основа дает ключ к пониманию правотворческой и правоприменительной деятельности государственной власти в процессе реализации общеправового принципа социальной справедливости в уголовном праве России.

В диссертации также применялись современные общенаучные и специальные методы познания, в частности: анализ, синтез,  структурно-функциональный, нормативно-логический, комплексный, метод восхождения от общего к частному, от абстрактному к конкретному, аксиоматический, метод сравнительного правоведения, анализа документов. Их применение в сочетании с последними достижениями юридической, политологической и социологической мысли позволило выявить и проанализировать общеправовой принцип социальной справедливости и его реализацию в современном уголовном праве России.

Источниковедческую основу исследования составили научные труды отечественных и зарубежных авторов по уголовному праву и процессу, теории и истории государства и права, конституционному праву, теории и истории прав человека, отраслевым юридическим наукам, политологии, социологии, философии, этике, психологии и др. Исследованию подвергалось уголовное, уголовно-процессуальное законодательство Российской Федерации, международно-правовые документы, утратившее силу и действующее российское отраслевое законодательство, документы, в том числе: Конституция России 1993 г., Уголовный кодекс Российской Федерации от 13 июня 1996 г. № 63-ФЗ, международно-правовые акты в области прав человека, уголовное законодательство зарубежных государств, российская судебная практика.

Теоретическая значимость работы состоит в том, что полученные выводы и обобщения вносят вклад в развитие общей теории права, теории, науки и практики уголовного права России; они могут быть использованы в ходе дальнейшей разработки и углубления методологии и теории социальной справедливости в уголовном праве и законодательстве, в поисках новых подходов к исследованию особенностей, а также различных аспектов проблем закрепления социальной справедливости в уголовной политике Российской Федерации; результаты работы могут быть применены как в практическом разрешении современных проблем реализации социальной справедли­вости при назначении наказания, так и в формулировании теоретико-правовой доктрины социальной справедливости в уголовном праве.

В диссертации предпринята попытка переосмыслить понятия «справедливость», «принцип справедливости в уголовном праве», исследовать особенности закрепления этого принципа в Общей и Особенной частях Уголовного кодекса России.

В целом положения настоящего диссертационного исследования позволяют глубже понять необходимость и механизмы реализации общеправового принципа социальной справедливости в уголовном праве России.

Практическая значимость исследования состоит в том, что его результаты могут быть использованы в дальнейших научных разра­ботках, касающихся проблем общей теории права, уголовного права, а также в целях повышения теоретического уровня преподавания курса «Уголовное право Российской Федерации». Содержащиеся в диссертации выводы и предложения могут быть использованы законодателем в правотворческой деятельности, направленной на совершенствование уголовной и иных отраслей законодательства, а также учеными-юристами в их научной работе. Материалы глав, посвященные характеристике общеправового принципа социальной справедливости в Общей и Особенной частях Уголовного кодекса, могут служить стимулом для самостоятельных диссертационных исследований в целях более объемного и основательного их анализа, чего в науке уголовного права пока не сделано.

Эмпирическую базу проводимого исследования составили:

1. Исследование в виде экспертного опроса 140 работников системы МВД России (образец анкеты см. в приложении к диссертационному исследованию) на тему: «Социальная справедливость в уголовном праве России», выявившее тенденции и перспективы совершенствования профессиональной деятельности работников органов внутренних дел в целях реализации наибольшего количества норм уголовно-правового законодательства принципа социальной справедливости (март 2006 г.).

2. Интервьюирование 55 судей по уголовным делам г. Москвы, Московской области и г. Санкт-Петербурга на тему: «Законность и социальная справедливость при вынесении приговора: единство и противоречие понятий», выявившее проблемы реализации принципа социальной справедливости в рамках судебного рассмотрения уголовных дел (сентябрь 2007 г.).

3. Исследование в виде опроса 65 работников правоохранительной системы (дознавателей, следователей, прокуроров) и судей на тему: «Соответствует ли современное уголовное право и уголовно-правовая политика в России общеправовому принципу социальной справедливости?» (январь 2008 г.). Результаты данного опроса позволили выявить некоторые пробелы в уголовном праве и законодательстве, касающиеся справедливости назначения уголовного наказания.

4. Научно-правовое обобщение материалов судебной практики Конституционного Суда и Пленума Верховного Суда Российской Федерации за 1989–2007 гг., выявившее наиболее важные (показательные) судебные определения и постановления этих высших судебных инстанций, в текстах которых дается характеристика и оценка возможностей (условий и способов) применения при разрешении конкретного уголовного дела принципа социальной справедливости (январь–май 2008 г.).

Научная новизна диссертационного исследования выразилась в том, что в процессе исследования приведены доказательственные аргументы в пользу обоснования сложной правовой природы принципа социальной справедливости как общего принципа права, реализующегося в современном российском уголовном праве и законодательстве.

Диссертация является новаторской в части исследования перспектив развития и определения приоритетов в реализации общеправового принципа социальной справедливости в свете совершенствования уголовного законодательства современной России.

В результате  анализа становления и развития российского уголовного права с позиций реализации в его нормах общеправового принципа социальной справедливости автором выявлены и исследованы особенности выражения данного принципа в нормах Уголовного кодекса Российской Федерации, а также впервые определены приоритеты совершенствования уголовного законодательства с точки зрения принципа социальной справедливости.

Автором обоснованы выводы о необходимости переосмысления существующих в науке понятий «справедливость», «социальная справедливость», «принцип социальной  справедливости в уголовном праве», даны авторские определения данных понятий. На основе всестороннего анализа заявленной проблематики делается попытка найти ответы на вопросы, общие для многих отраслей знания, а также исследовать специфические проблемы, которые стоят перед наукой уголовного права, в том числе, относящиеся к принципу социальной справедливости и особенностям его реализации в уголовном праве.

Результаты диссертационного исследования позволяют вынести на защиту следующие выводы и предложения, отражающие позицию автора по теоретическим и практическим проблемам реализации социальной справедливости в уголовном праве Российской Федерации:

1. Авторская концепция общеправового принципа социальной справедливости и его реализации в современном уголовном праве России,  разработанная на основе историко-теоретического обзора понятия «справедливость». Суть этой концепции заключается в единстве следующих положений:

а) социальная справедливость – одно из движущих чувств, которое определяет правосознание человека, формирует и изменяет его в зависимости от конкретного исторического, социально-экономического, политического этапа жизни общества. Правосознание, в свою очередь, формирует правопорядок в государстве;

б) общеправовой принцип социальной справедливости – один из основополагающих принципов российского уголовного права, который проявляется в трех важных направлениях применения уголовного права: при формировании круга общественно опасных деяний, при назначении наказания и при определении санкции.

2. Принцип социальной справедливости необходимо рассматривать как основополагающий принцип права, выполняющий координирующие функции и распространяющий свое действие на уголовное право, смежные отрасли уголовного права и все право. Исследуемый принцип с полным правом можно отнести к любому виду принципов (уровню), поскольку он может предъявлять свои требования в качестве общего, межотраслевого, отраслевого, межинституционного, институционного принципа норм уголовного права.

3. В целях более детального изучения понятия справедливости как правовой категории в России необходимо, чтобы одним из основных методов исследования проблемы справедливости стал метод юридического мировоззрения, согласно которому право является всеобщим и конечным мерилом социальных отношений (норм, представлений и оценок). Именно на основе права (его основных принципов) конструируется справедливость, которая потом переносится (проецируется) на все другие сферы человеческих отношений.

4.  Концептуальный анализ и обоснование следующих особенностей выражения общеправового принципа социальной справедливости в Общей и Особенной частях Уголовного кодекса Российской Федерации:

4.1. Поскольку идея социальной справедливости, корректируя взаимодействие отдельных принципов, приводит их в систему, она аккумулирует их положения и выступает в роли единого требования к нормам Уголовного кодекса Российской Федерации. Тем самым она отражает объективные связи входящих в систему принципов, имея в то же время свое содержание. В этом смысле требование социальной справедливости перерастает качество принципа и исполняет роль нового интегративного свойства системы принципов назначения наказания, установленной в Уголовном кодексе РФ.

4.2. Функциями принципа социальной справедливости являются:

а) функция дифференциации и индивидуализации ответственности;

б) функция поддержания связи между нормами уголовного права и нравственностью;

в) координирующая функция;

г) ограничительная функция (функция судебного усмотрения при определении ответственности).

Содержание этих функций (по форме и по сути):

а) функция дифференциации и индивидуализации принципа социальной справедливости означает, что будучи по своей природе общеправовым и пронизывая всю систему уголовно-правовых принципов, принцип социальной справедливости «работает» не сам собой, а только в тесном взаимодействии с другими принципами уголовного права;

б) функция поддержания связи между нормами уголовного права и нравственностью означает, что восстановление социальной справедливости как цель уголовного наказания – это нравственно одобряемое состояние общественных отношений, возникших как реакция на совершенное преступление и непосредственно связанных с ним, когда реализовано наказание, соответствующее характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, возмещен вред и у виновного сформировалось уважительное отношение к основополагающим нравственным ценностям.

в) координирующая функция принципа социальной справедливости. Поскольку для уголовного права как отрасли публичного права характерны нормы запретительно-наказательного характера, то при выработке теоретико-правовых аспектов назначения наказания за преступление необходимо руководствоваться принципами уголовного права, строгое соблюдение каждого из которых, в том числе принципа социальной справедливости, есть условие исполнения всех остальных, и наоборот.

г) ограничительная функция (функция судебного усмотрения) принципа социальной справедливости означает соблюдение меры уголовно-правовой репрессии. Она выражается в справедливости деятельности субъектов права при назначении наказания и применении мер уголовно-правового характера, которые должны применяться в законодательных пределах, соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, учитывать обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, и данные о личности виновного. Принцип справедливости уголовного права конкретизируется и реализуется с помощью общих начал назначения наказания.

5. Концептуальная модель реализации принципа социальной справедливости в сфере уголовной         политики в современной России включает в себя  следующие положения:

5.1.  В сфере законотворческой деятельности  необходимо создание совокупности условий, для  повышения уровня социальной справедливости в  российском уголовном законодательстве, включающих в себя восстановление социальной справедливости как цель уголовного наказания. Необходимым условием социальной эффективности является соответствие норм права содержанию регулируемых общественных от­ношений. Это соответствие проявляется на двух уровнях: как адекват­ное отражение соответствующей нормой права сути и содержания об­щественного отношения и как обусловленность норм права законо­мерностями функционирования и развития гражданского общества и правового государства.

Идея восстановления социальной справедливости является целью наказания, которая могла бы обеспечить эффективную реализацию функций наказания в обществе. Юридически для этого необходимо приведение в соответствие санкций статей общественной опасности совершенных деяний, оценка которой должна осуществляться с позиций приоритета общеконституционных принципов прав и свобод человека и гражданина.

5.2. В сфере правоприменения  достижение социальной справедливости требует:

а) на стадии применения норм уголовного права при определении ответственности и назначении наказания на первый план выступает их индивидуализация. Это означает, что для назначения справедливого наказания правоприменитель должен учитывать характер и степень общественной опасности преступления, личность лица, его совершившего, причины и условия, способствующие совершению пре­ступления, отягчающие и смягчающие ответственность обстоятельства. Ес­ли указанные обстоятельства учтены не будут, то наказание не будет соответствовать принципу справедливости и приговор должен быть отменен;

б) конкретизация и реализация общеправового принципа социальной справедливости как стержневого принципа Общей части Уголовного кодекса осуществляется через общие начала назначения наказания (принципы законности назначения наказания и применения иных мер уголовно-правового характера, гуманности, экономии уголовной репрессии в законодательных пределах, соответствия назначенного наказания характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, индивидуализации назначения наказания).

6. Для того чтобы наказание в процессе унификации и индивидуализации оставалось в пределах нравственного пространства, оно должно быть социально справедливым и юридически и социально. Правовое регулирование не может быть успешным без учета уровня культуры населения, его готовности реализовать принятые го­сударством нормативно-правовые акты. Ибо нормативно-правовые акты, не одобряемые и не поддерживаемые большей частью или всем населением, не имеют больших шансов на успешное действие даже при очевидной необходимости и целесообразности принимаемых го­сударством мер.

7. Цели, которые ставит правотворческий орган при проектировании норм права, подразделяются на два вида: юридические и социальные. Юридические цели связываются с обеспечением реального действия принимаемых норм права, их реализацией в конкретных отношениях либо соблюдением установленных запретов. Однако подобные резуль­таты не являются "самоцелью" права, они лишь предстают необходи­мым условием достижения ожидаемых правотворческим органом по­зитивных изменений в социальной сфере: экономики, политики, об­разовании, науки и т. д. Цели, ориентированные на получение соци­ально полезных результатов в обществе и государстве, понимаются как социальные.

8. Критерии справедливого наказания, назначаемого по совокупности имеющихся в деле доказательств в ходе судебного заседания по конкретному уголовному делу, следует разделить на три груп­пы:

– обусловливающие наличие права наказания у субъекта правоприменения, к которым относится справедливость установленного уголовно-правового запрета, нравственно высокий уровень лиц, реализующих наказание (беспристрастность, истинность, законность, честность), наличие властных отношений между наказывающим и наказываемым.

– характеризующие наказание по форме как меру, применяемую к преступнику: направленность на личность преступника и соразмерность наказания характеру и степени общественной опасности преступления, личности виновного и об­стоятельствам, смягчающим и отягчающим наказание, правильное применение уголовного законодательства.

– характеризующие наказание по сути как процесс: достоверность, полнота и объективность данных, на основе которых принимаются решения по делу, приоритет обеспечения право­вого смысла мер воздействия, включаемых в систему наказания, направленность системы наказания на восстановление справедливости, избрание одного масштаба оценки мер воздействия, применяемых к осужденному, согласительная процедура принятия решений, возможность изменения меры наказания.

9. Основной целью наказания, которая могла бы обеспечить эффективную реализацию функций наказания в обществе, обеспечивая при этом согласование различающихся целей отдельных мер наказания, может выступать идея восстановления социальной справедливости, воплощение которой предполагается в конкретных общественных отношениях.

Следует выделять несколько аспектов цели уголовного наказания с позиций категории социальной справедливости:

– наказание не может полностью восстановить все нарушенные преступлением блага;

– предметом суждений о социальной справедливости всегда выступают реальные социальные явления, воплощающие в себе ценности и имеющие динамический характер.

10. Закрепленная в части 2 ст. 43 УК РФ редакция целей наказания имеет  недостаток: цель предупреждения преступлений сформулирована как «предупреждения совершения новых преступлений». Но преступления, которые уже совершены или совершаются, как, например, длящиеся, невозможно с помощью наказания предотвратить и «сделать несуществующими», ибо они уже существуют. Поэтому употребление слова «новых» излишне.

11. Теоретический  анализ  проблемы и изучение  судебной практики позволяет  изложить часть 2 ст. 43 Уголовного кодекса РФ в новой редакции: «Наказание применяется с целью восстановления справедливости, т.е. для приведения общественных отношений, возникших в результате реакции на совершенное преступление и непосредственно связанных с ним, к нравственно одобряемому состоянию, когда реализовано наказание, соответствующее характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, возмещен вред».

Апробация результатов исследования. Основные положения и теоретические выводы диссертации докладывались на межвузовских, общероссийских и международных конференциях, в частности: «Российское право в период социальных реформ» (г. Нижний Новгород, 26 ноября 2004 г.); «Актуальные проблемы правовой реформы в России» (г. Калининград, 23 апреля 2005 г.); «Новое уголовное законодательство России: взаимодействие правоохранительных органов и неправительственных организаций в борьбе с торговлей людьми» (г. Санкт-Петербург, 2 февраля 2005 г.); «Фундаментальные и прикладные проблемы управления расследованием преступлений» (г. Москва, 28 апреля 2005 г.); на всероссийском научно-практическом семинаре «Состояние и перспективы современной уголовной политики России» (г. Саратов, 25 апреля 2006 г.); на теоретическом семинаре по актуальным проблемам уголовного права «Российское уголовное законодательство в системе национального и международного правопорядка» (г. Москва, 11 мая 2006 г.).

Результаты исследования апробированы при обсуждении диссертации на совместном заседании кафедр государственного управления и правового обеспечения управленческой деятельности МИУ МГИМО(У) МИД России. По теме исследования сделан ряд публикаций в ведущих научно-периодических изданиях, где отражены основные выводы и положения диссертационного исследования.

Диссертация состоит из введения, четырех глав, разделенных на четырнадцать параграфов,  заключения, приложения, списка использованной литературы и нормативных источников.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Диссертация состоит из введения, четырех глав, включающих в себя четырнадцать параграфов, заключения, библиографии и приложений.

Во введении обосновывается актуальность темы, определяются цели и задачи диссертационного исследования, его методологическая и источниковая основа, показывается научная новизна основных положений, выносимых на защиту, и их научно-практическое значение.

Первая глава диссертации «Философско-этическая и правовая природа социальной справедливости» посвящена историческому обзору и современному пониманию понятия «социальная справедливость», его месту и роли в системе принципов права.

В первом параграфе первой главы «Историко-теоретический обзор понятия справедливости. Классификация концепций справедливости XX века» сделан вывод о том, что справедливость является формой общественного сознания, выявляющей такое соотношение между действиями, событиями в государстве, при котором обеспечивается наилучшее сосуществование индивидов (социальных групп), реализация их возможностей и в соответствии с которым каждому воздается должное за его поступки в виде наступления тех или иных последствий.

С позиций принципа социальной справедливости в обществе оцениваются: характер господствующей власти и идеологии, законодательство и правовая доктрина, общественный и правовой порядок, внутренняя и внешняя политика, поступки государственных деятелей и партий, действия целых наций, народов, стран, а также отношения между личностью и обществом.

Необходимость определения термина «восстановление социальной справедливости», который использован для формулирования одной из целей уголовного наказания, вызывает проблемы, без разрешения которых невозможно уяснить не только те признаки, которые его образуют и тем самым выступают некоторыми критериями, но и его значение в целом для системы уголовного наказания. Должна быть разрешена проблема установления сущности справедливости на фоне большого многообразия мнений, здесь же лежит ответ на вопрос об определении социальной справедливости; необходимо установить понятие восстановления справедливости в уголовно-правовом преломлении и его содержание. Основное значение термина «восстановление социальной справедливости» составляет категория справедливости, и рассмотрение ее сущности имеет ключевое значение для всей темы исследования.

Понимание и осознание справедливости, точнее осознание ее потребности, в обществе начало складываться несколько позже, с развитием государственно-правовых и социально-экономических институтов. Понимание справедливости в ее первородном значении формировалось с требованием неизбежного и жестокого (по заслугам) наказания за нарушение обычаев. Развертывание власти еще на родовом этапе было решающей социальной детерминантой первых идей о справедливости, первоначально связанных образно-мифологическими представлениями.

Философы Древней Греции пытались выяснить источники справедливости – «от Бога», «от природы» или от человеческого установления? Гераклит Эфесский не только сформулировал принцип всеобщего изменения как закон действительности, но и впервые подошел к пониманию относительности человеческих оценок, вкусов и представлений. Кажущиеся противоположностями полезное и вредное, красивое и безобразное, по Гераклиту, изменчивы и переходят друг в друга в зависимости от условий и обстоятельств. В частности, Гераклит рассматривал справедливость как идеальный мировой порядок, «божественный логос», которому подчинены и люди, и боги. Однако «для бога все прекрасно, хорошо и справедливо, а люди одно считают несправедливым, а другое – справедливым»10.

Во втором параграфе первой главы «Феномен понятия и понимания справедливости в России: историческая ретроспектива» делается вывод о том, что специфика понимания справедливости, свойственная русской философской мысли, характеризует связь последней с понятиями правды и истины. Специфика подобного подхода, с одной стороны, позволяет выявить новые грани понятия «справедливость», а с другой – расширить понимание этого понятия до степени размывания его границ, что может негативно отразиться на разработке в рамках российской действительности собственного учения о справедливости.

Попытка ученых дореволюционной России связать знание и веру, стремление к пониманию истинного бытия мира без нарушения его целостности привела к появлению в российском философском дискурсе такого понятия, как «правда». Русский человек больше ищет не истину, а правду, которую осмысливает то религиозно, то морально, то социально.

Русской философской мысли XIX – начала ХХ вв. свойствен своеобразный подход к пониманию справедливости, который ярко характеризует связь последней с понятиями правды, истины, а также их производными (вера, любовь, справедливое общество, истинная свобода и др.). Оригинальные идеи и концепции справедливости были выдвинуты в русской социальной науке дореволюционного периода. Если в западной науке прошлого века обращение к вопросу о справедливости характерно для политической экономии, философии и этики, то российская общественная мысль конца XIX в. использовала понятие справедливости в разрешении гносеологических проблем. Священник В. 3еньковский, автор «Истории русской философии» (а вслед за ним философ Н.О. Лосский) отмечал, что в развитии русской философии этика играет особенно большую роль, а «русские мыслители… даже занимаясь областями философии, далекими от этики, как правило, не упускали из поля зрения связь между предметами их исследований и этическими проблемами»11. Концепт правды-справедливости – важная составляющая идеала цельного познания12, иными словами, познания как органического всеобъемлющего единства, занимающего значительное место в русской религиозной философии, начиная с И.В. Киреевского, А.С. Хомякова и В.С. Соловьева.

В качестве гносеологического базиса концепции Н.А. Михайловского, как отмечает Б.А. Кистяковский, зачастую выступает «нравственное долженствование», категории возможности и невозможности. Справедливость, в отличие от необходимости, не является категорией познания, это категория оценки. Безусловную уверенность в осуществлении того или иного шага общественного развития сообщает, по идее Б.А. Кистяковского, только нравственное чутье и вера в то, что «стремление к наиболее справедливому социальному строю присуще всякому и общеобязательно для всякого»13. Экономический материализм, по его мнению, также основан на подобной вере. Итак, конечная стадия всякого социального процесса, по представлению Б.А. Кистяковского, «является всегда одинаково результатом как естественного хода необходимо обусловленных явлений, так и присущего людям стремления к осуществлению справедливости»14.

Основателем и самым крупным представителем философии всеединства, оказавшей серьезное влияние на российскую общественную науку XIX – начала ХХ вв., особенно на таких ее представителей, как Н.А. Бердяев, С.Н. Булгаков и В.С. Соловьев. Справедливость, по мнению В.С. Соловьева, есть форма любви и может быть достигнута только при свободном единении общества. Степень же подчинения человека обществу должна соответствовать степени подчинения самого общества нравственному добру. В.С. Соловьев писал, что общество представляет собой дополненную или расширенную личность, а личность – сжатое или сосредоточенное общество, и связывал задачу индивидуального совершенства с процессом всемирного единения: только общество, по его мнению, может стать полным осуществлением нравственности.

В советской этической, философской и правовой литературе справедливость характеризуется как многогранное и сложное явление. Категория справедливости тесно связана с моралью. Тем не менее, справедливость не ограничена лишь правовой сферой, поскольку применяется к оценке экономической, социальной и политической действительности и так или иначе выражается в праве. Коммунистическая трактовка справедливости в публицистической редакции такова: «От каждого – по способностям, каждому – по потребностям». Социализм, будучи первой фазой коммунистического общества, как считалось, еще не может установить справедливость в полном объеме в сфере распределения, поскольку при данном условии развития производственных сил он (социализм) должен распределять блага в основном по труду, в зависимости от его количества и качества.

В третьем параграфе первой главы «Основные современные подходы к понятию социальной справедливости» делается вывод о том, что социальная справедливость – это не просто показатель соотношения, «соизмерения» явлений, она представляет собой «разумную», «правильную» пропорцию и в качестве таковой выступает как мотивационный двигатель человеческих поступков. Причем она может служить оценочным критерием не только того, что уже имеет или имело место, но и того, что еще наступит. Однако справедливость не просто представление о должном.

Социальная справедливость как один из основных принципов нравственности, регулирующих совокупность общественных отношений обменного и распределительного типа, сообщающий человеку права и обязанности, представляет собой, на взгляд диссертанта, одно из самых диалогичных, интенционально наполненных понятий общественно-политической практики, полифоничную, постоянно становящуюся идею совершенства общественных отношений, которая призвана лежать в основе государственной политики, принимаемых законодателем законов и разрешения возникающих споров (конфликтов).

Правоприменение как одна из важнейших форм реализации пра­ва имеет своей непосредственной задачей обеспечение реального действия норм посредством издания специальных индивидуальных актов применения права, призванных наделять граждан и иных лиц, субъек­тивными правами и юридическими обязанностями, привлекать лиц, виновных в совершении правонарушений, к юридической ответствен­ности, а также разрешать конфликты между участниками правовых отношений. И если правоприменительная деятельность компетентных органов, государства и должностных лиц является несовершенной, широкое распространение в ней имеют такие негативные явления, как бюрократизм, волокита, коррупция, недостаточный профессиональный уровень работников, то об эффективной деятельности норм права мож­но говорить только в порядке пожелания на будущее. Действие даже самых эффективных норм права будет напрочь заблокировано неэф­фективной деятельностью правоприменительных органов и должнос­тных лиц.

В четвертом параграфе первой главы «Социальная справедливость и равенство: соотношение понятий» речь идет о том, что социальная справедливость и равенство не являются взаимоисключающими понятиями, их требования во многом совпадают. Социальная справедливость содержит в себе диалектическое сочетание элементов равенства и неравенства, а диалектика ее развития состоит в том, что происходит сближение противоположностей: смягчаются наиболее жесткие формы социального неравенства и создаются условия для более полного проявления личностного (индивидуального) неравенства людей.

Анализ приведенных в данном параграфе формул социальной справедливости позволяет утверждать, что для достижения справедливого результата распределения необходимо несколько критериев.

Можно выделить следующие составляющие общеправового принципа социальной справедливости, реализация которых способствует достижению целей устойчивого развития в их социальном и юридическом понимании:

– систематическое снижение неравенства стартовых позиций в целях создания условий для реализации принципа равенства возможностей;

– предотвращение чрезмерного имущественного расслоения и обнищания масс, что обеспечит каждого гарантированным минимумом ресурсов жизнедеятельности;

– регулирование распределительных процессов через государственный бюджет, систему налогов, социальных программ;

– принятие специальных мер, поддерживающих баланс между конкурирующими интересами индивидов, социальными группами и обществом. Определение и реализации более справедливых способов распределения доходов и богатств должно продолжаться;

— законодательное определение стартовых возможностей субъектов права.

Многовековая история человеческого общества убедительно по­казала, что уровень развития права не может быть выше экономичес­кого и культурного уровней развития общества. Это положение озна­чает, что право может закреплять различные способы распределения И потребления произведенных материальных и духовных благ. Одна­ко все такие способы оказываются реальными и выполнимыми в той мере, в какой реально учитывают экономическое положение страны. С помощью права нельзя распределять блага, которые общество вслед­ствие неразвитости промышленности, строительной индустрии, инф­раструктуры не производит и не в состоянии произвести.

Согласно принципу равных возможностей люди, обладающие одинаковым уровнем таланта и способностей, затрачивающие равные усилия, обладают аналогичными перспективами успеха в данной сфере устремлений (семейное происхождение, пол и национальность не будут становиться препятствиями на пути к успеху). Для того чтобы эти факторы не предоставляли никаких преимуществ, общество вынуждено вводить высокие налоги на наследство, обеспечивать широкую систему общественного образования, принимать антидискриминационные законы.

Одна из характерных черт XX в. – нарастание неравенства в распределении общественного богатства, увеличение разрыва между богатыми и бедными, порождающего психологическую и социально-политическую напряженность. Дальнейшее углубление социальных противоречий представляет серьезную угрозу стабильности и безопасности общества и государства. Как пишет В.В. Мантатов, «для предотвращения коллапса и перехода к устойчивому (сбалансированному) развитию необходимо изживание потребительской психологии, преодоление социального расслоения и социального неравенства»15.

В пятом параграфе первой главы «Общеправовой принцип социальной справедливости в системе принципов российского права» сделан вывод о том, что принцип социальной справедливости – один из основополагающих принципов российского уголовного права. Все уголовно-правовые институ­ты, начиная от понятия и задач уголовного законодательства и заканчивая ст. 360 УК РФ, предусматривающей ответственность за «нападение на лиц и учреждения, пользующиеся международной защитой», пронизаны идеей принципа справедливости.

Для выполнения уголовно-правовых задач устанавливаются принципы уго­ловной ответственности. Принцип справедливости, закрепленный в ст. 6  УК РФ, направлен на защиту прав лица, совершившего преступление, чтобы назначенное ему наказание было справедливым.

Исследуются проблемы реализации принципа социальной справедливости в правоприменительной деятельности, при разрешении, в том числе в суде. При наличии справедливых законов возможна несправедливая их реализация. В настоящее время на этом этапе правового процесса наблюдается кризис реализации принципа социальной справедливости, который обусловлен низким уровнем правосознания и правовой культуры, неэффективностью функционирования институтов демократии.

В демократическом обществе не могут устанавливаться и применяться меры государственного принуждения с нарушением презумпции невиновности, к невиновным лицам, не соответствующие тяжести совершенного правонарушения. Нарушая эти и другие нормы международного права, закрепляющие права и свободы человека, государ­ство устанавливает в обществе полицейский режим, чинит произвол и
насилие. Подобные действия государства признаются неправомерны­
ми и дают основание гражданам страны принимать меры к установле­нию такой власти, которая была бы способна обеспечить в обществе
демократию и стабильный правовой порядок, основанный на уважении и соблюдении прав и свобод человека и гражданина.

Социальная справедливость, оказывая влияние на право, сама нуждается в опоре на правовые нормы. В праве требования справедливости приобретают четко сформулированный, фиксированный характер. Именно право становится основным нормативным средством реализации принципа социальной справедливости. Право и правовые институты играют важнейшую роль в организации обменных и распределительных отношений в обществе, в том числе в распределении прав и обязанностей между членами общества. Учитывая, что применение права обеспечено государственным принуждением, можно сказать, что без этого принуждения социальная справедливость бессильна, а право без справедливости – бесчеловечно. Справедливое право должно обеспечивать права и свободы человека, учитывать различные интересы и способствовать достижению консенсуса в обществе. Социальная справедливость и право особенно близки, если рассматривать их как средство достижения компромисса между противоречивыми интересами индивидов, социальных групп и общества в целом16.

Формальная справедливость требует, чтобы законы применялись равным образом ко всем. Однако не следует забывать о том, что право не может учесть всего многообразия жизненных ситуаций. Естественно, в процессе правоприменения возникает вопрос: чем должны руководствоваться должностные лица при принятии решений, при вынесении приговора – буквой закона или своим представлением о социальной справедливости и какое из этих решений социально справедливо? Согласно позитивистской концепции социально справедливо решение, соответствующее закону. В морально-этической (непозитивистской) традиции социально справедливым считается решение, которое вынесено на основе только справедливого закона, т.е. с точки зрения справедливости оценивается не только решение, но и сам закон. Думается, что последнее утверждение наиболее верное.

Обладая оценочно-нормативным характером, принцип социальной справедливости заложен в самом содержании права и находит свое воплощение в правах и обязанностях, мерах поощрения и наказания, в установлении правильного критерия справедливого распределения материальных благ. Ценность права состоит в том, что выражает идею социальной справедливости, выступает средством ее закрепления и защиты. Разработка проблем социальной справедливости должна сыграть значительную роль в юридической науке.

Вторая глава диссертации «Общеправовой принцип социальной справедливости в уголовном праве современной России» посвящена роли, значению и особенностям применения общеправового принципа социальной справедливости в уголовном праве современной России.

В первом параграфе второй главы «Роль общеправового принципа социальной справедливости в уголовном праве как отрасли публичного права» сделан вывод о том, что только в случае назначения законного, обоснованного и справедливого наказания, когда учтены характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, личность виновного и интересы потерпевшего, могут быть достигнуты цели уголовного правосудия – восстановление социальной справедливости, исправление осужденного, общая и специальная превенция.

Социальная справедливость проявляется в уголовном праве при формировании круга общественно опасных деяний, определении санкции, назначении наказания. Сердцевину содержания принципа социальной справедливости составляют принципы индивидуализации уголовной ответственности и наказания. В связи с этим принцип социальной справедливости воплощен во всех статьях Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации.

Поскольку для уголовного права как отрасли публичного права характерны нормы запретительно-наказательного характера, при выработке теоретико-правовых аспектов назначения наказания за преступление необходимо руководствоваться принципами уголовного права, строгое соблюдение каждого из которых, в том числе принципа социальной справедливости, есть условие исполнения всех остальных, и наоборот.

Принципам уголовного права свойственны следующие черты:

– имеют обязательное значение в силу их законодательного закрепления в нормах права;

– выступают основой механизма правового регулирования общественных отношений, являющихся предметом уголовного права;

– оказывают непосредственное влияние на правотворческую и правоприменительную деятельность, а также поведение граждан;

– всегда связаны с целями (задачами) уголовного права и с основаниями, порядком возникновения, реализации и прекращения уголовной ответственности;

– имеют сквозной характер для уголовного законодательства, т.е. пронизывают содержание или всего уголовного права, или его институтов и норм;

– носят устойчивый характер, иными словами, обусловлены не временным обострением обстановки, а сформировавшимся отношением законодателя к утвердившимся в стране социальным ценностям;

– обязательны для законодателя, правоприменительных органов и граждан в сфере борьбы с преступностью;

– являются результатом логической обработки конкретных норм права; существуют и работают только в системе.

Принцип социальной справедливости, пронизывая всю систему уголовно-правовых принципов, действует только в тесном взаимодействии с другими принципами. Принцип социальной справедливости в уголовном праве выражается в назначении наказания и применении мер уголовно-правового характера, которые должны быть осуществлены в законодательных пределах, должны соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, учитывать обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также данные о личности виновного.

Принцип социальной справедливости раскрыт в тексте Уголовного кодекса не полностью, что обедняет его содержание: представленная трактовка позволяет утверждать, что он (принцип) направлен только на защиту прав лица, совершившего преступление, а ведь одна из главных задач Уголовного кодекса – охрана прав и свобод человека и гражданина, т.е., прежде всего, законопослушного гражданина, потер­певшего от преступления.

Для того чтобы санкция, определяемая законодателем, была  справедливой, следует более тщательно учитывать социальные факторы: избегать поспешности при разработке законопроектов и принятии законов, привлекать к обсуждению законопроектов как можно больше ведущих ученых-юристов, ясно представлять социальную значимость тех или иных общественных отношений, на которые направлены посягательства. Необходимо также провести полный и всесторонний анализ последствий защиты общественных отношений от посягательств: не окажутся ли они более негативными, чем само посягательство.

Римские юристы указывали: "nemo cogitationis poenam patitur" — "никто не должен подлежать наказанию за свои мыс­ли". Принцип ответственности за вину пронизывает все отрасли права и основные типы юридической практики в правовой системе россий­ского общества.

В современной России назначение слишком мягкого или чрезмерно сурового наказания, безусловно, нарушает принцип справедливости. Несправедливым следует считать и неприменение условного осуждения (ст. 73), условно-досрочного освобождения (ст. 79), отсрочки отбытия наказания (ст. 82) и т.д. в тех случаях, когда были основания для их применения. Нарушением принципа социальной справедливости следует считать и неприменение того или иного вида освобождения от уголовной ответственности, если имеются основания для прекращения уголовного дела.

Содержание и форма качественно совершенного акта характеризуются тем, что все закрепленные им нормы права обладают свойством нормативности и общеобязательности, не содержат пробелов и содер­жательных противоречий. Текст акта подготовлен ясным и понятным языком максимально полному числу должностных лиц и граждан не­зависимо от их образования и профессии. Кроме того, текст в полной мере учитывает и требования логики, обеспечивает последовательное развитие мысли правотворческого органа, как между его норматив­ными предписаниями, так и нормативными предписаниями других нормативных правовых актов, содержит безупречные с точки зрения логики легальные определения.

Во втором параграфе второй главы «Значение общеправового принципа социальной справедливости для уголовного права (универсальность и всеобщность)» сделан вывод о том, что социальная справедливость проявляется в уголовном праве при формировании круга общественно опасных деяний, при назначении наказания и определении санкции. Сущность содержания принципа социальной справедливости составляют принципы индивидуализации уголовной ответственности и наказания.

Только в случае назначения законного, обоснованного и справедливого наказания, когда учтены характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения, личность виновного и интересы потерпевшего, могут быть достигнуты  цели уголовного правосудия – восстановление  социальной справедливости, исправление осужденного, общая и специальная превенция. С учетом изложенного индивидуализацию наказания как основное средство обеспечения его социальной справедливости можно определить как основанную на принципах уголовного права специфическую деятельность суда по определению конкретному лицу конкретного вида и меры наказания в точном соответствии с общими началами назначения наказания.

Выделение справедливости как требования, предъявляемого к приговору, имеет не только правовое, но и глубоко нравственное значение. В этом смысле принятые в приговоре решения должны соответствовать представлениям о справедливости, отвечать моральным и правовым воззрениям общества. Если приговор суда не обладает свойством справедливости, то многогранная и сложная деятельность правоохранительных органов по установлению истины превращается в неэффективную трату сил и энергии.

Общеправовой принцип социальной справедливости выражается в назначении наказания и применении мер уголовно-правового характера, которые не должны выходить за законодательные пределы, должны соответствовать характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, учитывать обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также данные о личности виновного. Общеправовой принцип социальной справедливости в уголовном праве конкретизируется и реализуется в механизме применения общих начал назначения наказания.

Принципы уголовного права целесообразно отражать и закреплять в законодательстве – это свидетельствует о достижениях науки уголовного права и способствует законодательному закреплению уголовной политики. Принципы уголовного права представляют собой не простую совокупность принципов, а систему, имеющую определенную структуру и взаимосвязь, они находятся в четкой иерархической взаимосвязи. Принцип любого вида может действовать только на своем уровне и на всех нижележащих.

Благодаря принципу социальной справедливости, выполняющему в определенном смысле координирующие функции в системе принципов уголовного права, данные принципы образуют систему правомерного функционирования норм закона, отвечающего интересам всех субъектов права. В рамках данной системы свойства каждого принципа диффузируют во все иные, влияя на их содержание. Вследствие наличия чрезвычайно большого количества связей, пронизывающих всю систему принципов уголовного права, несколько нелогично говорить об отсутствии функционирования отдельных принципов, правильнее говорить о недоработке всей системы.

В третьем параграфе второй главы «Особенности применения общеправового принципа социальной справедливости в законотворчестве» сделан вывод о том, что принцип социальной справедливости является принципом как уголовно-правовой политики, так и правотворческой деятельности. Отражение принципа справедливости в правотворческой деятельности многогранно: он учитывается при формировании круга преступных деяний в процессах криминализации и декриминализации; не последнюю роль принцип социальной справедливости играет при построении уголовно-правовых санкций в процессах пенализации и депенализации. Необходим учет принципа социальной справедливости при построении норм, освобождающих от уголовной ответственности.

Законотворческий процесс – легальный юридический инструмент государственной деятельности, посредством которого уполномоченным законодательным органом государственной власти (Государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации) принимаются нормативные правовые акты, призванные восстановить нарушенную социальную справедливость в обществе путем применения к правонарушителям (преступникам) мер государственного принуждения.

Несмотря на то, что часть 1 ст. 126 УК РФ относится к тяжким преступлениям, степень ее общественной опасности значительно выше, чем предусмотрено в ч. 1 ст. 127 УК РФ, и потерпевший, как представляется, испытывает гораздо бльшие моральные страдания. Но мнение потерпевшего при освобождении лица от уголовной ответственности на основании примечания к ст. 126 УК РФ не учитывается. Думается, что в данном случае нарушен принцип социальной справедливости при построении общих и специальных норм освобождения от уголовной ответственности. За преступление небольшой степени тяжести, совершенное впервые, для освобождения лица от уголовной ответственности необходимо согласие потерпевшего, а для освобождения от уголовной ответственности за совершение тяжкого преступления (ч. 1 ст. 126 УК) такого согласия не требуется. Причем из примечания к ст. 126 УК РФ следует, что лицо будет освобождено от уголовной ответственности независимо от наличия судимости. Как представляется диссертанту, в примечание к ст. 126 УК РФ необходимо внести изменения и ввести дополнительные обстоятельства для освобождения лица от уголовной ответственности. К указанным обстоятельствам следует отнести совершение преступления впервые и согласие потерпевшего.

В четвертом параграфе второй главы «Особенности применения общеправового принципа социальной справедливости в правоприменительной деятельности» сделан вывод о том, что принцип социальной справедливости находит свое выражение не только в законодательстве, но и в практической деятельности. При определении размера наказания суды руководствуются целями наказания, среди которых присут­ствует цель – восстановление социальной справедливости, осуществляют его индивидуализацию с учетом характера и степени общественной опасно­сти преступления, личности виновного, смягчающих и отягчающих наказа­ние обстоятельств, а также влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Справедливость результатов применения наказания – это идеал, к которому должно соответствовать уголовное законодательство, должны стремиться должностные лица, его применяющие.

На стадии применения норм уголовного права на первый план выступает индивидуализация ответственности и наказания. Это означает, что для назначения справедливого наказания правоприменитель должен учитывать характер и степень общественной опасности преступления, личность лица, его совершившего, причины и условия, способствующие совершению пре­ступления, отягчающие и смягчающие ответственность обстоятельства. Ес­ли указанные обстоятельства учтены не будут, то наказание не будет соответствовать принципу справедливости и приговор должен быть отменен.

Демократическое общество стремится воспитать в каждом человеке глубокое чувство социальной справедливости: чем более развито оно будет у личности, тем сильнее ее возмущение против любой несправедливости в социуме, независимо от того, совершается ли несправедливость по отношению к ней самой, другим либо по отношению к обществу. Между справедливостью и истиной существует глубокая связь.

Любой закон, иной нормативный правовой акт принимается с ка­кими-либо социальными целями, т. е. четко осознанными результата­ми, которые хотел бы получить правотворческий орган от принятого им нормативного правового акта. Правотворческий орган принимает решение усовершенствовать нормативное правовое регулирование, внести необходимые коррективы в правовые связи между граждана­ми, гражданами и государством, иными лицами, затем, чтобы добить­ся каких-либо социально-полезных для общества результатов, решить ту или иную актуальную для общества и государства социальную про­блему.

Цели — неотъемлемый компонент любого закона, иного норма­тивного правового акта, независимо от того, названы они в специаль­ной предписании или нет. Целеполагание вообще является необходи­мым условием любого волевого, осознанного действия. Человек осу­ществляет вместе с тем и свою осознанную цель, которая как закон определяет способ и характер его действий и которой он должен под­чинить свою волю. Цель является основой, цементирующей каждый закон и иной нормативный правовой акт.

Меньшей степенью конкретизации отличается опре­деление субъекта служебного преступления в разъясни­тельных нормах, содержащихся в примечании к ст. 189, примечании 1 к ст. 201, примечаниях 1, 2 и 3 к ст. 285, примечании к ст. 318 и в ст. 331 УК РФ 1996 г. В при­мечании к ст. 189 УК определено лицо, наделен­ное правом осуществлять внешнеэкономическую деятель­ность, являющееся субъектом преступления, ответствен­ность за которое установлена данной статьей; в приме­чании 1 к ст. 201 - лицо, выполняющее управленческие функции в коммерческой или иной организации, при­знаваемое обязательным субъектом преступлений, преду­смотренных ст. 201, ч. 3 и 4 ст. 204, и альтернативно с должностным лицом - предусмотренного ст. 215(1) УК; в примечании 1 к ст. 285 - должностное лицо, представляющее собой обязательный субъект преступле­ний, ответственность за которые предусмотрена ст. 140, 169, 170, п. «б» ч. 3 ст. 188, ст. 285-287, 289, 290, 292, 293, и альтернативный с лицом, выполняющим управлен­ческие функции в коммерческой или иной организации, либо иным лицом - преступлений, предусмотренных со­ответственно ст. 215(1) и 149 УК РФ 1996 г.; в примечани­ях 2 и 3 к ст. 285 - лицо, занимающее государственную должность РФ, и лицо, занимающее государственную должность субъекта РФ, являющиеся обязательным субъектом преступле­ния, предусмотренного ч. 2 ст. 287, и альтернативным с главой органа местного самоуправления - преступлений, ответственность за которые установлена ч. 2 ст. 237, ч. 2 ст. 285 и ч. 2 ст. 286 УК; в примечании к ст. 318 - представитель власти, признаваемый, наряду с другими категориями должностных лиц, субъектом перечислен­ных преступлений, в которых им являются должностные лица; в ст. 331 - субъект преступлений против военной службы, ответственность за которые установлена ст. 332-352 УК РФ.

В еще меньшей степени конкретизации выражается субъект служебного преступления в запретительных нор­мах, содержащих указание на данный субъект посред­ством описания признаков субъекта и объективной сто­роны состава преступления в их сочетании. Такое указа­ние состоит в употреблении словосочетания «лицом с ис­пользованием своего служебного положения», из которо­го вытекает, что субъектом преступления является лицо, занимающее служебное положение.

В одном из своих значений термин «справедливость» выступает как синоним истины. Социально справедливое решение всегда основано на достижении истины. Кто добивается справедливых решений, тот одновременно выступает за истину. Следовательно, кто хочет добиться истины, тот стремится к социально справедливому решению. «Нарушение справедливости может быть либо следствием искажения истины, либо искажение истины может быть следствием несправедливости.»17 Однако это не означает, что истина и справедливость отождествляются. И. Сабо писал об этом: «…само по себе обнаружение объективной истины еще не означает, что акт применения права является справедливым…»18

Третья глава диссертации «Особенности выражения общеправового принципа социальной справедливости в Уголовном кодексе Российской Федерации» посвящена определению содержания, сущности, места и роли общеправового принципа социальной справедливости в общей и Особенной частях Уголовного кодекса Российской Федерации.

В первом параграфе третьей главы «Общеправовой принцип социальной справедливости в Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации» сделан вывод о том, что поскольку идея социальной справедливости, корректируя взаимодействие отдельных принципов, приводит их в систему, она аккумулирует их положения и выступает в роли единого требования к нормам Общей части Уголовного кодекса  и тем самым отражает объективные связи входящих в систему принципов, имея в то же время свое содержание. В этом смысле требование социальной справедливости перерастает качество принципа и играет роль нового интегративного свойства системы принципов назначения наказания, установленной в Общей части Уголовного кодекса.

Конкретизация и реализация принципа социальной справедливости как стержневого принципа Общей части Уголовного кодекса осуществляется через систему принципов института назначения наказания (принципы законности назначения наказания и применения иных мер уголовно-правового характера, гуманности, экономии уголовной репрессии в законодательных пределах, соответствия назначенного наказания характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, индивидуализации назначения наказания).

Соотношение принципов по вертикали в Общей части Уголовного кодекса выявляет их иерархию, где определяющее место занимает принцип социальной справедливости. Его особое место обусловлено следующими обстоятельствами:

– он охватывает своим содержанием все другие принципы; последние конкретизируют его (нарушение любого из этих принципов влечет одновременно и нарушение принципа социальной справедливости);

– он предопределяет содержание других принципов, что не исключает того, что юридическое выражение того или иного принципа в нормах уголовного права может быть неудачным или не вполне удачным (может потребовать корректировки и совершенствования);

– он выступает арбитром и при возникновении противоречий между другими принципами уголовного права;

– в случае возникновения правовых коллизий при разработке уголовного законодательства или в процессе его применения вопрос должен решаться в соответствии с принципом социальной справедливости.

Принцип социальной справедливости призван регулировать и обеспечивать взаимодействие всех составляющих звеньев механизма уголовно-правового регулирования общественных отношений, закрепленного в Общей части Уголовного кодекса. Другие принципы в обеспечении этой задачи развивают отдельные стороны принципа социальной справедливости, являясь как бы его реализацией в том или ином направлении.

Проблема соотношения принципа социальной справедливости с другими уголовно-правовыми принципами в рамках Общей части Уголовного кодекса должна быть разрешена с позиций их содержательной стороны. В этом плане принципу социальной справедливости следует отвести ведущую роль как принципу, определяющему все иные принципы Общей части Уголовного кодекса. Действительно, соблюдение принципа социальной справедливости предполагает и соблюдение законности (ст. 3 УК РФ), и гуманизм (ст. 7 УК РФ), и равенство граждан перед законом (ст. 4 УК РФ), и виновность (ст. 5 УК РФ). Но каждый из перечисленных принципов в то же время самостоятелен, закрепляет и развивает важнейшие аспекты социальной справедливости, сохраняя собственную содержательную сторону.

Завершающим этапом, который обеспечивает реализацию принципа социальной справедливости, в частности, путем индивидуализации назначенного наказания, является учет эффективности воздействия назначенного наказания на исправление осужденного. Эффективность наказания требует, чтобы суд при определении вида и размера наказания мог предвидеть и быть уверенным, на основе опыта правосудия (профессионализма и беспристрастности), что именно избранное им наказание не только необходимо, но и достаточно для достижения обязательных целей наказания осужденного. Таким образом, принцип социальной справедливости в своей определенной части зависит и от опыта самой судебной системы (судебных прецедентов по аналогичным уголовным делам), толкующего норму уголовного закона.

Выполнение данного положения представляет значительную сложность для правоприменителя (суда), поскольку ему на основе, как правило, далеко не исчерпывающих данных о виновном, полученных за относительно короткий срок, предстоит определить наиболее эффективную меру воздействия на него, согласовывая при назначении наказания требования всех его принципов.

Уголовно-правовая политика требует совершенствования системы уголовной ответственности, которая призвана стать более гуманной, но вместе с тем эффективной. «Крайне важна гуманизация уголовного законодательства и системы наказания. Наша главная цель - добиться неотвратимости наказания, а не его чрезмерной суровости».19

Во втором параграфе третьей главы «Общеправовой принцип социальной справедливости в Особенной части Уголовного кодекса Российской Федерации» сделан следующий вывод: поскольку сердцевину содержания принципа социальной справедливости составляют принципы индивидуализации уголовной ответственности и наказания, принцип социальной справедливости так или иначе воплощен во всех статьях Особенной части Уголовного кодекса России.

Санкции статей Особенной части Уголовного кодекса, определяющие максимальные пределы наказания, дают возможность выбора правоприменителем (судом) с учетом комплекса допущений наказания, наиболее соответствующего характеру и степени общественной опасности деяния, тем самым восстанавливая социальную справедливость в обществе.

При наличии в действиях лица признаков состава преступления  возникает необходимость восстановления социальной справедливости, а поскольку нормативный материал Особенной части Уголовного кодекса в социальном плане аккумулирует категорию «общественная опасность», постольку определение степени общественной опасности обозначает предполагаемые границы должного восстановления социальной справедливости в обществе.

Общая и Особенная части Уголовного кодекса РФ находятся в неразрывном единстве и целостности, а взаимосвязанная система их норм составляет единое функционирующее нормативное образование – российский уголовный закон как самостоятельную отрасль юридических установлений. В силу такого очевидного факта и нормы Общей части Уголовного кодекса не могут не нести на себе глубокого отпечатка категории социальной справедливости.

Уголовное право живет и действует, реализует свои охранительные, регулятивные, предупредительные и воспитательные функции только в единстве, в тесном взаимодополнении и взаимодействии Общей и Особенной частей Уголовного кодекса. Именно этим предопределяется тот непреложный факт, что общественная опасность, образно говоря, «разлита» по всей структуре и содержанию уголовного права и, выполняя в нем стержневую функциональную роль, приобретает значение атрибутивного свойства явлений и процессов, отраженных в законе, хотя данная категория свойственна, в меньшей, конечно, степени, и другим отраслям права, например, административному, исправительно-трудовому праву в части регламентации режима и порядка отбывания наказания. Однако в названных отраслях права, имеющих иные задачи и предметы правового регулирования, категория общественной опасности, в отличие от уголовного права, не приобретает качества доминанты, определяющей содержание и функциональные роли их юридических институтов и норм.

Четвертая глава диссертации «Перспективы развития и определение приоритетов совершенствования уголовного законодательства с точки зрения общеправового принципа социальной справедливости» посвящена определению проблем и приоритетов развития уголовного права и законодательства с точки зрения реализации общеправового принципа социальной справедливости.

В первом параграфе четвертой главы «Проблемы реализации общеправового принципа социальной справедливости в уголовной политике современной России» сделан вывод о том, что уголовная политика определяет направление деятельности соответствующих органов и организаций в трех сферах приме­нения наказания. Это деятельность по:

– быстрому и полному раскрытию преступлений, изобличе­нию виновных и обеспечению правильного применения закона;

– правильной квалификации совершенного преступления и назначению справедливого и целесообразного наказания;

– исполнению назначенного судом наказания и закреплению положительных результатов воздействия наказания.

Деятельность, осуществляемая в каждой из сфер, имеет свою специфику по субъекту деятельности, по непосредственным це­лям и характеру отношений, выступающих предметом регу­лирования. Эта специфика послужила поводом для разделения в советской юридической литературе единой политики в области борьбы с преступностью на самостоятельные уголовно-правовую политику, уголовно-процессуальную политику и исправительно-трудовую политику. При этом уголовно-правовая политика часто обозначается термином «уголовная политика». Вряд ли подобное разделение имеет веские основания. Указанные выше сферы деятельности в области борьбы с пре­ступностью представляют собой единство: имеют одну и ту же конечную цель – ликвида­цию преступности; у них единая сущность – борьба с преступ­ностью путем применения уголовного наказания или заменяющих наказание мер общественного воздействия; они не могут существовать одна без другой: нельзя назначать наказание, если преступник не изобличен, нельзя исполнять наказание, если оно не назначено.

Следует говорить об уголовно-правовой политике, с одной стороны, как об определении пределов использования, места и роли уголовного закона в борьбе с антиобщественными проявлениями, а с другой – как о выработке содержания и форм деятельности государственных органов по созданию и применению норм уголовного права в борьбе с совершенными преступлениями.

Поскольку причинная связь между деянием и последствием – это необходимая, закономерная связь, по­стольку деяние становится причиной тогда, когда представляет собой необходимое, решающее, главное условие наступления последствия.

Поэтому признать деяние причиной можно тогда, когда оно, с одной стороны, было необходимым условием наступления последствия, т.е. таким, при отсутствии которого последствие не могло наступить, и с другой – имен­но это, а не иное необходимое условие с внутренней необходимостью закономерно вызвало наступление данного последствия.

Отдельной проблемой, на борьбу с которой в настоящее время брошены все силы государственного аппарата, является борьба с коррупцией. В своем ежегодном Послании Федеральному Собранию 5 ноября 2008 г. Президент России в целом негативно оценил работу государственного аппарата: «В результате государственный аппарат у нас - это и самый большой работодатель, самый активный издатель, самый лучший продюсер, сам себе суд, сам себе партия и сам себе, в конечном счете, народ. Такая система абсолютно неэффективна и создает только одно - коррупцию. Она порождает массовый правовой нигилизм, она вступает в противоречие с Конституцией, тормозит развитие институтов инновационной экономики и демократии».20

Развитие за предыдущие годы научных исследований и законотворческой деятельности выдвинуло в число практических задач планирование правотворчества как на сравнительно короткое время, так и на длительную перспективу21. Этот вопрос применительно к уголовной политике и проблеме реализации в ней принципа социальной справедливости связан с прогнозированием характера развития антиобщественных явлений в нашем обществе и с заблаговременным, перспективным определением тех уголовно-правовых мер, которые необходимы в борьбе с ними.

Поскольку право имеет своим источником материальные условия жизни общества, то планирование будущих изменений в правовых нормах, безусловно, требует глубокого анализа экономических и социальных процессов, а также свойственных им тенденций. Поэтому основой юридического, в том числе уголовно-правового, планирования является предвидение тех будущих изменений в жизни современного общества, которые потребуют изменения правовых норм.

Согласно ст. 6 УК РФ, справедливость наказания означает, что оно соответствует трем критериям: характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Статья 43 УК РФ в ч. 2 уточняет и существенно дополняет это положение: наказание применяется, помимо исправления самого осужденного и предупреждения совершения новых преступлений, в целях восстановления социальной справедливости. Это означает, что для определения судом преступнику адекватного совершенному им преступлению наказания необходимо доказать причинно-следственную связь между деянием и последствием – один из наиболее сложных в теории уголовного права вопросов.

Во втором параграфе четвертой главы «Особенности применения общеправового принципа социальной справедливости в деятельности судебной системы Российской Федерации» сделан вывод о том, что обеспечить общественный порядок и законность в обществе, социальную справедливость наказания и восстановление (компенсацию) прав и свобод пострадавших и потерпевших от преступлений призван судебный по­рядок рассмотрения уголовных дел, иными словами, эффективная деятельность российской судебной системы на всех ее уровнях (инстанциях). В идеале факт вынесения судом приговора призван свидетельствовать либо о том, что справедливое наказание реализовано и госу­дарство прекращает карательное воздействие, либо о том, что справедливое наказа­ние не реализовано и принудительное воздействие на осужденного должно быть продолжено или изменено.

Критерии справедливого наказания, назначаемого по совокупности имеющихся в деле доказательств в ходе судебного заседания по конкретному уголовному делу, следует разделить на три груп­пы:

– обусловливающие наличие права наказания у субъекта правоприменения, к которым относится справедливость установленного уголовно-правового запрета, нравственно высокий уровень лиц, реализующих наказание (беспристрастность, истинность, законность, честность), наличие властных отношений между наказывающим и наказываемым.

– характеризующие наказание по форме как меру, применяемую к преступнику: направленность на личность преступника и соразмерность наказания характеру и степени общественной опасности преступления, личности виновного и об­стоятельствам, смягчающим и отягчающим наказание, правильное применение уголовного законодательства.

– характеризующие наказание по сути как процесс: достоверность, полнота и объективность данных, на основе которых принимаются решения по делу, приоритет обеспечения право­вого смысла мер воздействия, включаемых в систему наказания, направленность системы наказания на восстановление справедливости, избрание одного масштаба оценки мер воздействия, применяемых к осужденному, согласительная процедура принятия решений, возможность изменения меры наказания.

Особенности трактовки и текстуального использования понятия справедливости и принципа социальной справедливости высшими судами России наиболее ярко проявляются в судебных постановлениях Конституционного и Верховного Судов России. Наиболее яркие определения Конституционного Суда (принятые в последние годы) по этому вопросу – от 11 июля 2006 г. № 406-О, от 16 февраля 2006 г. № 63-О, от 20 октября 2005 г. № 383-О, от 12 июля 2005 г. № 335-О, от 4 ноября 2004 г. № 430-О. Наиболее показательны те постановления Пленума Верховного Суда России, в текстах которых употребляются понятия справедливости и социальной справедливости, дается, хоть и косвенное, но вполне определенное представление о справедливости наказания, вынесенного приговора и восстановления общественного порядка и законности в России: от 11 января 2007 г. № 1, от 11 января 2007 г. № 2, от 15 июня 2006 г. № 14, от 22 ноября 2005 г. № 23, 15 июня 2004 г. № 11, от 14 февраля 2000 г. № 7, от 18 ноября 1999 г. № 79, от 27 января 1999 г. № 1, от 29 августа 1989 г. № 4.

В своей деятельности судьи Конституционного Суда России выступают в личном качестве и не представляют каких бы то ни было государственных или общественных органов, политических партий и движений, государственных, общественных, иных предприятий, учреждений и организаций, должностных лиц, государственных и территориальных образований, наций, социальных групп. Независимость выступает как важная составляющая (некий наполнитель) принципа социальной справедливости. Согласно этой норме правовая позиция судей, выражающаяся в принятии решений и других актов, должна быть свободна от любых политических пристрастий, что во многом призвано обеспечить реализацию принципа социальной справедливости.

Содержание общеправового принципа социальной справедливости в правовой системе общества достаточ­но многогранно. Во-первых, справедливость заложена в самом содер­жании права, в тех общественных отношениях, формой которых право является. Во-вторых, самодеятельность субъектов права должна быть пронизана идеями беспристрастности, истинности, правильности, за­конности, честности и т.п. (по принципу: хо­роший судья ничего не должен делать по собственному усмотрению или по велению своего желания, но должен выносить решение соглас­но закону и справедливости). В-третьих, вынесенные юридические ре­шения, устанавливающие права и обязанности, меры поощрения и юри­дической ответственности должны по форме и существу быть справед­ливыми, то есть учитывать все обстоятельства и соответствовать сте­пени совершенного проступка.

В третьем параграфе четвертой главы «Определение приоритетов совершенствования уголовного законодательства с точки зрения общеправового принципа социальной справедливости» речь идет о том, что основной целью наказания, которая могла бы обеспечить эффективную реализацию функций наказания в обществе и согласование различающихся целей отдельных мер наказания, может выступать лишь идея, определяемая через категорию социальной справедливости, – идея восстановления социальной справедливости, реализация которой предполагается в конкретных общественных отношениях.

Искусство правотворчества в том и состоит, чтобы в конкретных исторических условиях выбрать именно те юридические средства, ко­торые позволяли бы нейтрализовать негативные факторы, типа недо­статочно высокого уровня правовой культуры, юридического нигилиз­ма правоприменителей, кризисных явлений в экономике, недостаточ­но активной деятельности правоохранительных органов по укрепле­нию законности. Иначе эти факторы будут действовать более интен­сивно, чем правовые средства. Соответственно и результаты действия норм права будут менее значимы, чем планировал правотворческий орган. Норма же, вообще лишенная механизма, способного обеспечи­вать ее эффективное действие, становится декларативной, действует только на бумаге, без какой-либо надежды на эффективное действие.

Примерами декларативных норм могут быть нормы, в которых субъективным правам не корреспондирует соответствующая юриди­ческая обязанность, отсутствуют сколько-нибудь значимые стимулы правомерного поведения, не закреплен порядок защиты нарушенного права, размеры санкций настолько незначительны, что не способны удерживать граждан и иных лиц в границах правомерного поведения. Все такие нормы не могут действовать эффективно, поскольку лише­ны того или иного правового средства их реализации в конкретных правоотношениях. Поэтому и нормативный правовой акт в целом, ко­торый не содержит действенного механизма реализации норм права, является малоэффективным или вовсе неэффективным независимо от совершенства всех его других сторон и признаков.

В процессе восстановления социальной справедливости речь должна идти не о возвращении к ситуации, предшествовавшей преступлению, а о приведении уже сложившейся ситуации к такому состоянию, которое соответствует состоянию, предшествовавшему совершению преступления с точки зрения идеала социальной справедливости, признаваемому в качестве такового в данный момент, поскольку социальная справедливость имеет непреходящее значение и в своем содержании определяется вневременными и безусловными принципами.

Согласно ч. 2 ст. 2 УК РФ, для осуществления своих задач Уголовный кодекс России устанавливает принципы. Поэтому следующим этапом анализа уголовного закона должно было бы стать рассмотрение принципов уголовного права и выяснение того, на что они ориентированы. Однако закрепленный в Уголовном кодексе перечень принципов не образует системы, поэтому и не имеет той качественной характеристики, которая могла бы свидетельствовать о приоритете какой-либо из них.

В заключении работы подводятся общие итоги исследования, излагаются его основные результаты, теоретические выводы и практические предложения, вытекающие из содержания проведенного исследования.

По теме диссертации опубликованы следующие работы автора:

Монографии, учебники:

1. Арендаренко А.В. Принцип социальной справедливости в уголовном праве Российской Федерации (теоретико-правовые аспекты): Монография. — М.: Юнити-Дана, 2009. 22,5 п.л.

2. Арендаренко А.В. Научно-практический комментарий к Федеральному закону от 31 мая 2002 г. № 63-ФЗ «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» (постатейный) / Под ред. докт. юрид. наук, проф. А.Г. Кучерены. — М.: Деловой двор, 2009. 15,5 п.л. / 1,5 п.л. (Коллектив авторов: Головистикова А.А., Грудцына Л.Ю., Дмитриев Ю.А., Иванов Д.Б., Коршунов Н.М., Малышев В.А., Спектор А.А., Туманов Э.В.).

3. Арендаренко А.В. Общеправовой принцип социальной справедливости и его реализация в современном уголовном праве России: Монография. — М.: Юнити-Дана, 2007. 22 п.л.

4. Арендаренко А.В. Уголовное право России. Общая и Особенная части. Учебник. Гриф Министерства образования РФ / Под общей редакцией Кадникова Н.Г. — М.: Книжный мир, 2007. 6 п.л. (Коллектив авторов).

5. Арендаренко А.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. Н.Г. Кадникова. — М.: Книжный мир, 2007. 34 п.л. / 8 п.л.  Коллектив авторов.

6. Арендаренко А.В. Уголовное право: учебное пособие для студентов вузов. Гриф Министерства образования РФ / Редактор Бриллиантов А.В. — М.: Юнити-Дана, 2006. Коллектив авторов. 8 п.л. / 2 п.л.

7. Арендаренко А.В. Комментарий к статьям 1-8 Уголовного кодекса Российской Федерации / Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. – М.: Проспект, 1997 (Соавт. Ю.И. Ляпунов).  1 п.л. / 0,5 п.л.

8. Арендаренко А.В. Уголовное право в вопросах и ответах. Учебное пособие. – М.: ЮНИТИ-ДАНА, 2002 (Н.И. Ветров). 23 п.л.

9. Арендаренко А.В. Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации (постатейный) / Под ред. Ю.И. Ляпунова. - М.: Книжный мир, 2005 (Коллектив авторов). 35 п.л. / 6 п.л.

10. Арендаренко А.В. Уголовное право. Части Общая и Особенная. Учебник / Под ред. Ю.И. Ляпунова. – М.: Юриспруденция, 2005 (Коллектив авторов). 32 п.л. / 2 п.л.

Публикации в ведущих рецензируемых научных

журналах и изданиях по перечню ВАК:

11. Арендаренко А.В. Значение принципа социальной справедливости для современного уголовного права России // Закон и право. 2007. № 6. — 0,4 п.л.

12. Арендаренко А.В. Основные современные подходы к понятию социальной справедливости // Закон и право. 2007. № 7. — 0,5 п.л.

13. Арендаренко А.В. Роль принципа социальной справедливости в науке уголовного права России // Закон и право. 2007. № 8. — 0,5 п.л.

14. Арендаренко А.В. Социальная справедливость как регулятор общественных отношений в России // Закон и право. 2007. № 9. — 0,6 п.л.

15. Арендаренко А.В. Восстановление социальной справедливости как одна из важных целей уголовного наказания // Вестник Московского университета МВД России. 2007. Выпуск 4. — 0,7 п.л.

16. Арендаренко А.В. Законодательное закрепление принципов уголовного права // Вестник Московского университета МВД России. 2007. Выпуск 5. — 0,7 п.л.

17. Арендаренко А.В. Роль социальной справедливости в механизме реализации норм уголовного права // Вестник Московского университета МВД России. 2007. Выпуск 6. — 0,6 п.л.

18. Арендаренко А.В. Особенности применения принципа социальной справедливости в правоприменительной деятельности // Вестник Московского университета МВД России. 2007. Выпуск 7. — 0,5 п.л.

19. Арендаренко А.В. Принцип социальной справедливости как один из важнейших принципов уголовно-правовой политики современной России // Вестник Московского университета МВД России. 2007. Выпуск 8. — 0,7 п.л.

20. Арендаренко А.В. Социальная справедливость как правовая категория (уголовно-правовой аспект) // Закон и право. 2007. № 10. — 0,5 п.л.

21. Арендаренко А.В. Теоретико-правовой критерий восстановления социальной справедливости в уголовном праве России // Закон и право. 2007. № 11. — 0,6 п.л.

22. Арендаренко А.В. К вопросу о применении принципа социальной справедливости в российском уголовном законотворчестве // Закон и право. 2007. № 12. — 0,7.

23. Арендаренко А.В. Уголовное наказание и принцип социальной справедливости // Вестник Московского университета МВД России. 2008. № 3. — 0,4 п.л.

24. Арендаренко А.В. Принцип социальной справедливости в системе принципов уголовного права современной России // Право и управление. XXI век. 2009. № 2(11). — 0,7 п.л.

Статьи в иных рецензируемых научных изданиях:

25. Арендаренко А.В. Социальная справедливость в уголовной политике Российской Федерации // Право и жизнь. 2009. № 134 (8). — 0,6 п.л.

26. Арендаренко А.В. Применение принципа социальной справедливости в деятельности судебной системы Российской Федерации // Право и жизнь. 2009. № 135 (9). — 0,5 п.л.

27. Арендаренко А.В. К вопросу о месте и роли принципа социальной справедливости в системе принципов российского права // Право и жизнь. 2009. № 133 (7). — 0,7 п.л.

28. Арендаренко А.В. Особенности применения принципа социальной справедливости в деятельности судебной системы России // Право и жизнь. 2009. № 129 (3). — 0,5 п.л.

29. Арендаренко А.В. Справедливость уголовной политики в современной России // Право и жизнь. 2009. № 128 (2). — 0,6 п.л.

30. Арендаренко А.В. К вопросу о реализации принципа социальной справедливости в Особенной части Уголовного кодекса России // Право и жизнь. 2009. № 127 (1). — 0,5 п.л.

31. Арендаренко А.В. Вопросы правовой природы принципа социальной справедливости в современном уголовном праве Российской Федерации // Право и жизнь. 2008. № 125 (8). — 0,6 п.л.

32. Арендаренко А.В. Принцип социальной справедливости в системе уголовного права Российской Федерации // Адвокат. 2007. № 5. — 0,8 п.л.

33. Арендаренко А.В. Взаимодействие органов внутренних дел с общественностью в борьбе с угонами автомототранспортных средств // Межвузовский сборник научных трудов. – М.: МВШМ МВД СССР, 1987. 0,4 п.л.

34. Арендаренко А.В. Квалификация угона транспортных средств, соединенного с насилием // Межвузовский сборник научных трудов. – М.: МВШМ МВД СССР, 1987. 0,3 п.л.

35. Арендаренко А.В. Умышленное убийство // Уголовная ответственность за посягательства на жизнь граждан. Сборник научных трудов. – М.: ЮИ МВД РФ, 1995. 0,4 п.л.

36. Арендаренко А.В. Совершенствование норм уголовного законодательства, предусматривающего ответственность за терроризм // Организация правового совершенствования деятельности органов внутренних дел и профессиональной подготовки кадров. Сборник научных трудов. – Руза, М., 2001 (Соавт. Н.Н. Афанасьев). 0,2 п.л. / 0,1 п.л.

37. Арендаренко А.В. Незаконное усыновление или удочерение: вопросы уголовно-правовой квалификации // Общество и право в новом тысячелетии: Материалы международной научно-теоретической конференции, посвященной 200-летию МВД России и 10-летию со дня образования Тульского филиала ЮИ МВД России (4-5 октября 2000 г.; Тула): в 2-х тт. - М., Тула: ЮИ МВД России. – Т. 1. 2001 (Соавт. А.С. Пушкин). 0,5 п.л. / 0,2 п.л.

38. Арендаренко А.В. Особенности назначения наказания за неоконченную преступную деятельность // Проблемы борьбы с преступностью в Центральном Федеральном округе Российской Федерации. Сборник научных трудов. – М., Брянск, 2001. ЮИ МВД России. Выпуск 1 (Соавт. А.С. Ковалев). 0,5 п.л. / 0,2 п.л.

39. Арендаренко А.В. Современная концепция определения терроризма // Проблемы борьбы с преступностью в Центральном Федеральном округе Российской Федерации. Сборник научных трудов. – М., Брянск, 2001. ЮИ МВД России. Выпуск 1 (Соавт. Н.Н. Афанасьев). 0,25 п.л. / 0,1 п.л.

40. Арендаренко А.В. Объект терроризма // Криминология. 2001. № 1 (Соавт. Н.Н. Афанасьев). 0,3 п.л. / 0,1 п.л.

41. Арендаренко А.В. Некоторые проблемы уголовно-правовой квалификации неоконченной контрабанды // Проблемы борьбы с преступностью в Центральном Федеральном округе Российской Федерации. Сборник научных трудов. – М., Брянск, 2001. ЮИ МВД России. Выпуск 1 (Соавт. П.А. Модестов). 0,5 п.л. / 0,2 п.л.

42. Арендаренко А.В. Особенности субъективной стороны вымогательства // Проблемы борьбы с преступностью в Центральном Федеральном округе Российской Федерации. Сборник научных трудов. – М., Брянск, 2001. ЮИ МВД России. Выпуск 1 (Соавт. А.В. Черный, В.И. Шаливский). 0,5 п.л. / 0,2 п.л.

43. Арендаренко А.В. Разграничение уголовно-правовой и гражданско-правовой ответственности за обман или злоупотребление доверием // Юрист. 2002. № 4 (Соавт. И.И. Голубов). 0,4 п.л.

44. Арендаренко А.В. Некоторые особенности объекта терроризма // Научный вестник МИЭМП. 2005. Выпуск № 1 (Соавт. Ю.В. Николаева). 0,5 п.л.


1 См.: Сырых В.В. Общая теория государства и права: Академический курс / Под ред. М.Н. Марченко. – М., 2007. Том 2. С. 106.

2 См.: Мальцев Г.В. Социальные основания права. – М.: Норма, 2007. - С. 287.

3 См.: Бербешкина З.А. Справедливость как социально-философская категория. М., 1983. С. 22–37; Этика: Учебник / Под общ. ред. А.А. Гусейнова и Е.Л. Дубко. М., 1999. С. 5–157; Золотухина-Аболина К.В. Современная этика: истоки и проблемы: Учебник для вузов. Ростов н/Д, 2000. С. 5–415; Вязов А.Л. Принцип справедливости в современном российском праве и правоприменении (теоретико-правовое исследование): Автореф. дис. … канд. юрид. наук. М., 2001. С. 9–14.

4 См.: Сырых В.В. Общая теория государства и права: Академический курс / Под ред. М.Н. Марченко. – М., 2007. Том 3. С. 120.

5 См.: Кригер Г.А. Условное осуждение и роль общественности в его применении. М.: Московский университет, 1963. С. 42.

6 См.: Келина С.Г., Кудрявцев В.Н. Принципы советского уголовного права. М.: Наука, 1988. С. 12.

7 См.: Беляев Н.А. Уголовно-правовая политика и пути ее реализации. Л., 1986. С. 7.

8 См.: Анашкин Г.З. Справедливость назначения уголовного наказания // Советское государство и право. 1982. № 7. С. 60; Явич Л.С. Социализм: право и общественный прогресс. М., 1990. С. 93; Шаргородский М.Д. Наказание, его цели и эффективность. – Л.: ЛГУ, 1973. С. 55; Экимов А.И. Справедливость и социалистическое право. Л., 1980. С. 106; Похмелкин В.В. Достижение справедливости при назначении наказания. М., 1985. С. 10; Ласточкина Р.Н. Явная несправедливость наказания как основание к отмене или изменению приговора. Казань, 1983. С. 30.

9 См.: Роулз Дж. (оригинал: Rawls J. Justice as fairness // J. Philos. 1957. Vol. 54(22). Oct. 24).

10 См.: Кессиди Ф.Х. Гераклит. М., 1982. С. 156.

11 См.: Лосский Н.О. История русской философии. М., 1991. С. 471.

12 Там же. С. 25, 26.

13 См.: Кистяковский Б.А. Категории необходимости и справедливости. М., 1903. С. 147, 148.

14 Там же. С. 148.

15 См.: Мантатов В.В. Стратегия Разума: экологическая этика и устойчивое развитие. В 2-х т. Т.1. Улан-Удэ: Бурятское книжное издательство, 1997. С. 165.

16 См.: Дамшаева В.А. Проблема справедливости в свете концепции устойчивого развития: Автореф. … дисс. канд. юрид. наук. Улан-Удэ, 2000. С. 7.

17 См.: Гринберг Л.Г. Чувство справедливости. В кн.: Моральные чувства нашего современника. Л., 1966. -. 79.

18 См.: Сабо И. Социалистическое право. М., 1964. С. 291.

19 См.: Послание Президента РФ Федеральному Собранию Российской Федерации «России надо быть сильной и конкурентоспособной» от 18 апреля 2002 г. // Российская газета. 2002. 19 апреля.

20 См.: Послание Президента РФ Федеральному Собранию РФ от 5 ноября 2008 года / Официальный сайт Президента РФ, www.kremlin.ru

21 См.: Материалы XXVI съезда КПСС. М.: Политиздат, 1981. С. 50.

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.