WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Дмитренко Андрей Петрович

ИНСТИТУТ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ, ИСКЛЮЧАЮЩИХ ПРЕСТУПНОСТЬ ДЕЯНИЯ, В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ РОССИИ:

ОСНОВЫ ТЕОРИИ, ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ И ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ

Специальность 12.00.08 - уголовное право и криминология;

уголовно-исполнительное право

А В Т О Р Е Ф Е Р А Т

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

Москва – 2010

Диссертация выполнена на кафедре уголовного права федерального государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования  «Московского университета МВД России».

Научный консультант: заслуженный деятель науки

  Российской Федерации,

  доктор юридических наук,

  профессор Ветров Николай

  Иванович.

Официальные оппоненты: доктор юридических наук, профессор

                          Красиков Юрий Алексеевич;

                                доктор юридических наук, профессор

                                Лесников Геннадий Юрьевич;

  доктор юридических наук, профессор

                                Пудовочкин Юрий Евгеньевич.

  Ведущая организация:  государственное образовательное учреждение

  высшего профессионального образования

«Академия Федеральной службы безопасности

  Российской Федерации».

       

Защита состоится «20»  апреля  2011 года в 14 часов на заседании диссертационного совета Д 203.019.03 при Московском университете МВД России (117437, г. Москва, ул. Академика Волгина, д. 12, зал заседания совета).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского университета МВД России.

       

Автореферат разослан «___»  __________ 2010 года.

Учёный секретарь

диссертационного совета

кандидат юридических наук, доцент  А.А. Шишков 

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы диссертационного исследования. Современная уголовная политика России в равной степени направлена как на охрану прав и законных интересов граждан от преступных посягательств, так и на защиту граждан от необоснованного привлечения к уголовной ответственности. Особую актуальность в этом аспекте приобретает исследование обстоятельств, исключающих преступность деяния.

Впервые в истории уголовного законодательства России обстоятельства, исключающие преступность деяния, были выделены в самостоятельную главу в Уголовном кодексе Российской Федерации 1996 года. Изучение норм, регламентирующих конкретные виды названных обстоятельств, свидетельствует о том, что при их конструировании были допущены существенные просчеты, затрудняющие их эффективное применение. Прежде всего, не дано общее законодательное определение этого явления, которое должно было бы стать общеобязательным ориентиром, позволяющим правильно разрешать частные вопросы, возникающие при применении уголовно-правовых норм, регламентирующих конкретные обстоятельства, исключающие преступность деяния, дающие возможность познать индивидуально-определенные признаки конкретного факта правомерного причинения вреда и сверить их соответствие требованиям уголовного закона.

Наряду с этим законодатель, существенно расширив перечень обстоятельств, исключающих преступность деяния, отнес к ним деяния, обладающие совершенно иной социально-правовой природой, что создало дополнительные трудности для правоприменителей. Вместе с тем, такое обстоятельство, исключающее преступность деяния, как осуществление принадлежащего лицу права, не нашло своего законодательного закрепления в главе 8 УК РФ.

Исследование норм, предусматривающих обстоятельства, исключающие преступность деяния, и практики их применения показало, что конструкция большинства из них является недостаточно эффективной. Это становится одной из причин совершения квалификационных ошибок, в результате которых лица, действовавшие правомерно, привлекаются к уголовной ответственности. Подобная практика является грубым нарушением законности. За каждым таким неправильно разрешенным делом стоят покалеченные судьбы конкретных людей, совершающих деяния, направленные на достижение общественно полезных целей, также она наносит серьезный вред обществу: подрывает авторитет власти, усиливает правовой нигилизм, генерирует неверие в реальность законодательных установлений, способствует росту нежелания населения участвовать в осуществлении государственных функций из-за страха поставить под угрозу свои интересы.

Вместе с тем, следует констатировать, что в практическом плане на правоприменительном уровне решение вопросов наличия или отсутствия в деянии лица признаков какого-либо обстоятельства, исключающего преступность деяния, установление грани, за которой это деяние из общественно полезного или социально допустимого перерастает в общественно опасное, предусмотренное уголовным законом в качестве преступления, в большинстве случаев представляют чрезвычайную сложность. Именно этим обстоятельством можно объяснить проявление большого внимания многих ведущих специалистов в области теории уголовного права к данному институту уголовного права.

Положения дореволюционного законодательства, регламентировавшего обстоятельства, исключающие преступность деяния, исследовались в работах таких видных ученых, как В.А. Долопчев, А.Ф. Кони, И.В. Рейнгардт, Н.Д. Сергиевский, Н.С. Таганцев, Г.С. Фельдштейн.

Исследования законодательства советского периода нашли свое отражение в трудах таких ученых, как Ю.В. Баулин, В.А. Владимиров, Н.Д. Дурманов, С.А. Домахин, В.Н. Козак, В.Ф. Кириченко, А.А. Пионтковский, М.И. Паше-Озерский, В.П. Ревин, И.И. Слуцкий, И.С. Тишкевич, В.И. Ткаченко, А.И. Санталов, Т.Г. Шавгулидзе, С.В. Бородин, Ю.И. Ляпунов, Н.И. Загородников, Ю.Н. Юшков, М.И. Якубович и ряда других.

Современное уголовное законодательство в части обстоятельств, исключающих преступность деяния, исследовали такие видные ученые, как А.А. Арямов, В.А. Блинников, В.Л. Зуев, Н.Г. Кадников, С.Г. Келина, А.В. Наумов, В.В. Орехов, Т.Ю. Орешкина, С.В. Пархоменко, Э.Ф. Побегайло, А.М. Плешаков, Ю.М. Ткачевский и др.

Конкретные виды  обстоятельств, исключающих преступность деяния, нашли отражения в исследованиях В.В. Бабурина, А.Ф. Истомина, Н.Ш. Козаева, Э.В. Кабурнеева, И.Г. Плэмэдялэ, А.А. Мордовиной, Г.Н. Мацокиной, И.Г. Соломоненко и др.

В работах названных ученых институт обстоятельств, исключающих преступность деяния, подвергнут глубокому и обстоятельному исследованию, однако многие аспекты этой крупномасштабной проблемы все еще остаются неразработанными или дискуссионными, требующими комплексной монографической разработки. Прежде всего, следует обратить внимание на тот факт, что обстоятельства, исключающие преступность деяния, в большинстве случаев подвергались изучению изолированно друг от друга, соответственно проблемы общего учения об их социально-правовой сути не анализировались. Более того, ни в одной работе не исследовались сущность, форма и содержание обстоятельств, исключающих преступность деяния. Неразрешенность этих основополагающих аспектов не позволила исследователям прийти к единому мнению относительно социально-юридической природы рассматриваемых явлений; отграничения обстоятельств, исключающих преступность деяния, от иных юридически значимых деяний; определения формально-материального понятия исследуемых обстоятельств.

Отсутствуют комплексные исследования, посвященные изучению общетеоретических проблем применения уголовно-правовых норм, предусматривающих обстоятельства, исключающие преступность деяния. Соответственно такие вопросы, как понятие, субъекты, стадии и акты применения уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, не составляли предмета самостоятельного комплексного научного исследования.

Кроме того, к вопросам, вовсе не разработанным теорией уголовного права, относится квалификация обстоятельств, исключающих преступность деяния. Не подвергались самостоятельной разработке особенности квалификации обстоятельств, исключающих преступность деяния, по бланкетным нормам уголовного кодекса.

Указанные аспекты обострили потребность теории и практики в выделении всех проблем реализации норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, в самостоятельный предмет диссертационного исследования.

В настоящее время проблематику исследования обстоятельств, исключающих преступность деяния, как в теоретическом, так, в особенности, и в практическом планах значительно актуализируют Федеральные законы от 14.03.2002 г. № 29-ФЗ, 08.12.2003 г. № 162 ФЗ,  27.07.2006 г. № 153- ФЗ «О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ», которые существенно реформировали ст. 37 УК РФ, внеся в ее редакцию принципиальной важности корректировки. Указанные новеллы уголовного законодательства вообще еще не подвергались углубленной теоретической разработке.

Между тем изучение деятельности следственных и судебных органов свидетельствует о том, что они испытывают острейшую потребность в научно обоснованных комментариях и рекомендациях по всему кругу не только дискуссионных, но и вновь возникших вопросов применения норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, научно обоснованном истолковании предусмотренных в них признаков.

Указанными соображениями руководствовался автор, избрав для своего исследования тему данной диссертации, которую с учетом высказанных выше доводов он считает достаточно актуальной.

Цель и задачи исследования. Целью диссертационного исследования является научное обоснование теоретико-правовых основ института обстоятельств, исключающих преступность деяния, и формулирование на этой основе предложений по совершенствованию его законодательного регулирования и повышению эффективности правоприменения.

Представленные цели диссертационного исследования решались автором путем разрешения комплекса охватываемых темой следующих задач:

- раскрыта социально-правовая природа обстоятельств, исключающих преступность деяния, установлены их сущность, форма и содержание;

- сформулировано понятие обстоятельств, исключающих преступность деяния, определено их место в системе юридических фактов, порождающих уголовно-правовые отношения;

- проведено отграничение рассматриваемого социально-правового явления от смежных деяний, имея в виду обеспечение режима законности в правоприменительном процессе;

- сформулировано понятие уголовно-правовой нормы, регламентирующей обстоятельства, исключающие преступность деяния, а также подвергнуты глубокому анализу ее функции;

- даны понятия реализации и применения уголовно-правовой нормы, регламентирующей обстоятельства, исключающие преступность деяния, определены субъекты, стадии и акты ее применения;

- дано определение квалификации обстоятельств, исключающих преступность деяния;

- проведен анализ конститутивных признаков, характеризующих основания и пределы правомерности конкретных видов обстоятельств, исключающих преступность деяния;

- выработаны предложения de lege ferenda и рекомендации теоретического и практического характера по совершенствованию правоприменительной деятельности правоохранительных органов.

Объектом исследования является совокупность общественных отношений, возникающих в связи с применением уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяний.

Предметом исследования выступает уголовное, отчасти международное, конституционное, уголовно-процессуальное, административное законодательство, акты судебного толкования и материалы судебно-следственной практики, касающиеся проблем применения уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния.

Методология и методика исследования. Обобщение  нормативных, эмпирических и теоретических источников потребовало применения многоуровневого комплекса методов и способов познания, присущих современной науке. Универсальным философским методом познания является диалектический материализм. Специальными методами, использованными в работе, являются: сравнительно-правовой; статистический; формализации и моделирования, которые формируют исследовательские конфигурации, наполняемые в процессе познания конкретным содержанием.

В исследовании широко используются общелогические методы и приемы: анализ, синтез, индукция, дедукция, аналогия.

Теоретическую базу работы составили труды Г.А. Аванесова, А.А. Алексеева, А.А. Арямова, В.К. Бабаева, М.М. Бабаева, В.М. Баранова, И.А. Бобракова, С.В. Бородина, Н.И. Ветрова, Н.В. Витрука,  В.А. Владимирова, Л.Д. Гаухмана, А.Я. Гришко, В.Н. Григорьева, Г.В. Дашкова, Н.Д. Дурманова, А.В. Ендольцевой, А.Э. Жалинского, Э.В. Звечаровского, Г.Ю. Лесникова, О.С. Капинус, Н.Г. Кадникова, В.С. Комиссарова, Ю.А. Красикова, В. Н. Кудрявцева, С.Я. Лебедева, Ю.И. Ляпунова, С.Ф. Минязевой, Г.М. Миньковского, С.Ф. Милюкова, А.В. Наумова, К.В. Ображиева, Т.Ю. Орешкиной, А.М. Плешакова, С.В. Пархоменко,  Э.Ф. Побегайло, А.А. Пионтковского, Ю.Е. Пудовочкина, Т.Н. Радько, А.И. Рарога, Ю.М. Ткачевского, Н.С. Таганцева, М.Д. Шаргородского, Б.В. Яцеленко, П.С. Яни и др. Использование данных философии, теории государства и права, социологии, психологии, криминологии и виктимологии, теории уголовного права, других юридических наук, практических данных и других методов исследования дало возможность по-новому осветить проблемы, связанные с институтом обстоятельств, исключающих преступность деяния. Нормативно-правовой базой послужили: Конституция Российской Федерации, международно-правовые акты и конвенции, действующий уголовный и ряд других законов Российской Федерации.

В процессе исследования также проанализированы соответствующие положения уголовного законодательства ряда зарубежных стран, акты толкования высших судебных инстанций, опубликованная судебная практика.

Научная новизна исследования определяется постановкой и решением крупной и многоаспектной научной проблемы обоснования теоретико-правовых основ института обстоятельств, исключающих преступность деяния. В представленном контексте авторская позиция не имеет аналога в научной правовой литературе и содержит теоретические положения, позволяющие решить комплекс научных и практических проблем, возникающих при конструировании норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, и их применении с учетом новых социально-правовых условий и проводимой правовой реформы.

Новизна диссертации определяется и тем фактом, что она представляет собой одно из первых монографических исследований, выполненных на базе принципиально новых положений уголовного закона, регламентирующего обстоятельства, исключающие преступность деяния.  В диссертации обоснованы функции института обстоятельств, исключающих преступность деяния, определено их место в системе юридических фактов, порождающих уголовно-правовые отношения. Сформулирована сущность, форма, содержание и социально-юридическая природа обстоятельств, исключающих преступность деяния. Предложено авторское определение обстоятельства, исключающего преступность деяния.

Научная новизна предпринятого нами исследования состоит и в том, что оно представляет собой первую монографическую работу, в которой впервые комплексно рассмотрены проблемы применения уголовно-правовых норм, предусматривающих обстоятельства, исключающие преступность деяния, в том числе сформулированы правила их квалификации. Научное развитие получили такие важные вопросы, обеспечивающие точное соблюдение и применение уголовного закона, как понятие, субъекты и стадии, а также акты применения уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния.

С единых теоретических позиций выявлены и исследованы актуальные частные проблемы, возникающие при применении норм, регламентирующих конкретные виды обстоятельств, исключающих преступность деяния. В итоге сделаны существенные теоретические выводы, направленные на повышение эффективности реализации этих уголовно-правовых норм.

С учетом анализа существующих позиций по реформированию уголовного законодательства, выработаны новые для науки уголовного права предложения по совершенствованию норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, и смежные с ними явления.

Основные положения, выносимые на защиту:

  1. Вывод о том, что институт обстоятельств, исключающих преступность деяния, является одним из важнейших в уголовном праве, поскольку составляющие его содержание нормы, воздействуя на поведение людей, реализуют охранительную, регулятивную, предупредительную и воспитательную функции уголовного закона. Государство путем принятия уголовно-правовых норм ставит существование общественных отношений по поводу совершения обстоятельств, исключающих преступность деяния, в зависимость не от добровольного волеизъявления его субъектов, а от предписаний нормы. Государство, дозволяя желаемый вариант поведения, требует его точного исполнения путем закрепления для субъектов этого уже правоотношения правовой обязанности действовать, соблюдая условия и пределы правомерности, и наоборот, запрещая нежелательное ассоциальное поведение, устанавливая уголовную ответственность за нарушение предусмотренных в законе условий и пределов правомерного поведения.
  2. Вывод о том, что сущностью обстоятельств, исключающих преступность деяния, является правомерное причинение вреда охраняемым уголовным законом общественным отношениям. Их содержание состоит в причинении вреда уголовно охраняемому объекту, для предотвращения вреда какому-либо иному благу, либо достижения нового блага.
  3. Вывод о том, что, поскольку обстоятельства, исключающие преступность деяний, представляют собой явление социально-правовое, то они проявляются в двух формах. Формой рассматриваемой категории деяний как социального явления выступает форма правомерного поведения: действие или бездействие. Исключительно в такой форме возможно существование обстоятельства, исключающего преступность деяния, и только таким способом можно правомерно причинить вред охраняемым уголовным законом отношениям. Формой обстоятельств, исключающих преступность деяния, как правового явления выступают основания их совершения, представляющие собой совокупность признаков, характеризующих деяние, причинившее вред охраняемым уголовным законом отношениям, как правомерное. Именно наличие оснований в представленном их понимании позволяет признать конкретное деяние облеченным в соответствующую форму, порождающим особые уголовно-правовые отношения.
  4. Вывод об особой юридической природе обстоятельств, исключающих преступность деяния. Они характеризуются отсутствием общественной опасности и преступности деяния, а соответственно, и отсутствием состава преступления. Эти деяния по своей правовой природе являются уголовно-правомерными, а по социальному содержанию – общественно полезными или социально допустимыми.
  5. Вывод об общих обязательных признаках обстоятельства, исключающего преступность деяния: 1) обстоятельством, исключающим преступность деяния, может признаваться не любое деяние, а только сознательное и волевое деяние как основной компонент правового поведения; 2) признаком, позволяющим определить уголовно-правовую природу обстоятельств, исключающих преступность деяния, является причинение вреда непосредственно уголовно охраняемому объекту; 3) правомерность обстоятельств, исключающих преступность деяния, заключается в регламентации нормами уголовного закона их оснований и пределов; 4) социально политическое содержание обстоятельств, исключающих преступность деяния, характеризуется признаками общественной полезности или социальной допустимости.
  6. Синтез обобщенных признаков обстоятельства, исключающего преступность деяния, и их сведение в единое целое в рамках научной дефиниции позволили сформулировать следующее понятие: обстоятельство, исключающее преступность деяния, - это социально полезное или допустимое, уголовно-правомерное деяние, причинившее вред охраняемым уголовным законом отношениям при наличии предусмотренных уголовным законом оснований и в установленных им пределах.
  7. Авторская классификация юридических фактов, порождающих уголовно-правовые отношения, в соответствии с которой все деяния, причиняющие вред охраняемым уголовным законом интересам, предлагается разделить на два вида по критерию отнесения их к правовому или юридически значимому поведению: правовые и уголовно-юридически значимые. Первый вид образуют две группы деяний: 1) преступные деяния; 2) правомерные, общественно полезные или социально допустимые деяния, причиняющие вред уголовно охраняемому объекту – обстоятельства, исключающие преступность деяния. Второй вид юридических фактов составляют уголовно-юридически значимые деяния, предусмотренные нормами уголовного закона.
  8. Определение социально-юридической природы, понятия, сущности, формы и содержания обстоятельств, исключающих преступность деяния, позволили признать таковыми: 1) необходимую оборону (ст. 37 УК РФ); 2) причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление (ст. 38 УК РФ); 3) крайнюю необходимость (ст. 39 УК РФ); 4) причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате психического принуждения, а также в результате физического принуждения, вследствие которого лицо сохранило возможность руководить своими действиями (ч. 2 ст. 40 УК РФ); обоснованный риск (ст. 41 УК РФ); осуществление лицом принадлежащего ему права, виды которого предусмотрены в примечаниях к ст. ст. 122, 151, 308, 316 и 322 УК РФ.
  9. Вывод о том, что причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате физического принуждения, если вследствие такого принуждения лицо не могло руководить своими действиями (бездействием) (ч. 1 ст. 40 УК РФ), и исполнение приказа или распоряжения (ст. 42 УК РФ) не относятся к обстоятельствам, исключающим преступность деяния, а являются уголовно-юридически значимыми деяниями.
  10. Вывод о неявной (скрытой) бланкетности, присущей уголовно-правовым нормам, регламентирующим обстоятельства, исключающие преступность деяния. При этом нормы иных отраслей права не регламентируют самостоятельных видов обстоятельств, исключающих преступность деяния. Они раскрывают бланкетное содержание уголовно-правовых норм, предусматривающих обстоятельства, исключающие преступность деяний, конкретизируя содержание закрепленных в них признаков.
  11. Вывод о том, что квалификация обстоятельств, исключающих преступность деяния, - это установление и юридическое закрепление точного соответствия между признаками, характеризующими общественно полезное или социально допустимое деяние, причинившее вред уголовно охраняемым отношениям, и признаками, предусмотренными уголовно-правовой нормой, его регламентирующей.
  12. Предложения о выделении ряда частных правил квалификации обстоятельств, исключающих преступность деяния, при наличии «неявной» («скрытой») бланкетности уголовно-правовых норм, их регламентирующих:

- процесс поиска бланкетной уголовно-правовой нормы, подлежащей применению, характеризуется следующими особенностями: 1) необходимо установить конкретный нормативный акт иной отрасли права, выступающей в качестве ее источника; 2) необходимо учитывать особенности действия во времени бланкетных норм; 3) необходимо осуществлять совместное применение норм уголовного закона и нормативных актов иной отраслевой принадлежности, содержательно наполняющих признаки, характеризующие основание и пределы правомерности обстоятельств, исключающих преступность деяния:

- к источникам уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, можно относить только федеральные нормативные акты;

- в случае, если коллизионные нормы, раскрывающие бланкетное содержание уголовно-правовой нормы, будут обладать одинаковой юридической силой, полагаем необходимым использовать так называемое «правило о сомнениях», предусмотренное ч. 3 ст. 49 Конституции РФ. В соответствии с указанной конституционно-правовой нормой «неустранимые сомнения в виновности лица толкуются в пользу обвиняемого»;

- внесение изменений в нормативные акты иных отраслей права может обусловливать фактическую декриминализацию деяний.  Учитывая, что при изменении нормативных актов иных отраслей права криминализуются либо декриминализуются деяния без изменения самого уголовного закона, в этих случаях прямое действие должна иметь ч. 2 ст. 54 Конституции РФ, в которой устанавливается, что, если после совершения правонарушения ответственность за него устранена или смягчена, применяется новый закон.

13. Предложения de lege ferenda: 

- о дополнении уголовного законодательства нормой, закрепляющей общее понятие обстоятельства, исключающего преступность деяния, которая должна стать инструментом познания подлинной социально-правовой природы фактов правомерного причинения вреда уголовно охраняемому объекту, оказывающим существенную помощь дознавателю, следователю, прокурору, судье в их деятельности, связанной с применением норм уголовного закона;

- о введении в уголовное законодательство норм, предусматривающих смежные с обстоятельствами, исключающими преступность деяния, явления;

- об изменении норм, регламентирующих конкретные виды обстоятельств, исключающих преступность деяния, с тем чтобы их содержание в достаточной степени удовлетворяло потребность субъектов права в получении информации о границах правомерного поведения. Предложены редакции норм, содержащих более четкое и полное изложение условий и пределов правомерности исследуемых деяний;

- о дополнении Уголовного кодекса РФ нормой, закрепляющей основания и дополнительные условия использования в целях обороны механических устройств защиты;

- о закреплении на законодательном уровне привилегированных видов необходимой обороны и видов освобождения от уголовной ответственности лиц, превысивших пределы необходимой обороны, крайней необходимости, меры, необходимые для задержания лица, совершившего преступление в состоянии сильного душевного волнения;

- о дополнении уголовного законодательства нормой, закрепляющей осуществление принадлежащего лицу права, в качестве самостоятельного обстоятельства, исключающего преступность деяния.

14. Рекомендации теоретического и практического характера по совершенствованию правоприменительной деятельности правоохранительных органов:

- по отграничению обстоятельств, исключающих преступность деяния, от смежных уголовно-правовых и уголовно-юридически значимых явлений;

- по толкованию признаков, характеризующих основание и пределы правомерности обстоятельств, исключающих преступность деяния;

- по квалификации обстоятельств, исключающих преступность деяния.

Эмпирическая база исследования. Для обоснования выводов, обеспечения должной репрезентативности исследования в период с 1998 г. по 2010 г. было изучено 330 материалов, по которым вынесены постановления об отказе в возбуждении и прекращении уголовных дел в связи с наличием обстоятельств, исключающих преступность деяния; 75 дел, по которым были вынесены оправдательные приговоры по тем же основаниям; 290 уголовных дел, связанных с нарушением условий и пределов правомерности обстоятельств, исключающих преступность деяния. Сбор эмпирического материала, положенного в основу настоящего исследования, осуществлялся в 11 субъектах Российской Федерации (г. Москва и Московская область, Ставропольский, Краснодарский край, Ростовская, Астраханская область, Республика Дагестан, Республика Ингушетия, Карачаево-Черкесская Республика, Республика Калмыкия, Республика Северная Осетия). Изучены все определения и постановления по применению норм, предусматривающих обстоятельства, исключающие преступность деяния, опубликованные в Бюллетене Верховного суда СССР и Верховного суда РФ (РСФСР). Автор провел социологические исследования по важнейшим аспектам указанной проблемы. Опрошено 415 специалистов, в их числе научно-педагогические работники в области уголовного права, криминологии и правоохранительной деятельности, следователи, прокуроры, судьи.

При подготовке работы соискателем использовались результаты эмпирических исследований, полученные другими авторами при разработке смежных тем.

Теоретическая значимость исследования. Проведенное исследование позволило диссертанту сформулировать определение обстоятельств, исключающих преступность деяния, которое должно стать общеобязательным ориентиром, позволяющим правильно разрешать частные вопросы, возникающие при применении уголовно-правовых норм, регламентирующих конкретные их виды, дало возможность познать индивидуально-определенные признаки конкретного факта правомерного причинения вреда.  Определена социально-правовая природа исследуемых обстоятельств, понимание которой позволило выделить четкие критерии, отграничивающие их от смежных уголовно-правовых и уголовно-юридически значимых явлений. С учетом этих положений был проведен детальный анализ признаков, составляющих основание конкретных видов обстоятельств, исключающих преступность деяния, а также определены принципы и критерии определения пределов их правомерности. Сформулированы понятие и правила квалификации обстоятельств, исключающих преступность деяния. Диссертация содержит исходные теоретические положения, совокупность которых можно определить как новое перспективное направление в изучении проблем института обстоятельств, исключающих преступность деяния, что развивает науку и может служить основой для дальнейших исследований.

Практическая значимость диссертационного исследования определяется обобщением и анализом современного эмпирического материала о практике применения норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, разработкой на основе собственных научных исследований соответствующих рекомендаций нормативного, организационного и методического характера.

Сформулированные в диссертации выводы, предложения и рекомендации, а также подготовленные на основе диссертационного исследования научные публикации и методические разработки могут быть использованы при разработке законопроектов и подзаконных нормативных правовых актов;  в правоприменительной деятельности правоохранительных органов; в научно-исследовательской работе по дальнейшему углубленному изучению актуальных проблем института обстоятельств, исключающих преступность деяния;

- в учебном процессе образовательных учреждений.

Апробация результатов исследования осуществлялась в форме обсуждения положений и выводов диссертации на научно-практических конференциях и семинарах, подготовки научных публикаций, внедрения материалов исследования в учебный процесс и практическую деятельность правоохранительных органов.

Отдельные аспекты проведенного исследования и вся работа в целом докладывались на заседаниях кафедры уголовного права Московского университета МВД России и получили одобрение. Основные результаты исследования и предложения по совершенствованию уголовного и других отраслей законодательства изложены соискателем в 34 научных публикациях: 2 монографиях, 1 учебном пособии, 1 комментарии к Уголовному кодексу РФ, 30 опубликованных статьях, в том числе в 10 статьях в изданиях, входящих в перечень ВАК Министерства образования и науки России и получили положительную оценку со стороны ученых, занимающихся исследованием смежных тем.

Сформулированные автором концептуальные положения были доложены диссертантом на всероссийских и международных научно-практических конференциях: в Московском университете МВД России по темам «Уголовному кодексу РФ 10 лет (итоги и перспективы)» (2006), «Наука уголовного права и совершенствование уголовного законодательства» (2007), «Естественные права человека и гражданина как высшая ценность демократического общества» (2008), «Основные направления современной уголовной политики» (2008); в г. Ростове-на-Дону по теме «Научный и образовательный потенциал вузов как ресурс развития региона» (2000); в г. Ставрополе по теме «Проблемы реализации уголовной политики Российской Федерации на региональном уровне» (2007); в г. Черкесске по теме «Социальные и правовые проблемы противодействия экономической преступности» (1999); в г. Туле по теме «Актуальные проблемы уголовного права» (2009), а также докладывались на круглых столах и семинарах, проведенных на кафедре уголовного права Московского университета МВД России в 1998-2010 гг.

Основные положения и выводы диссертационного исследования изложены на международной конференции, проводившейся в Кыргызской Республике по теме «Обсуждение изменений и дополнений в уголовный и уголовно-процессуальный кодексы Кыргызской Республики» (2010).

Результаты исследования внедрены в учебный процесс Московского университета МВД России, Российского государственного гуманитарного университета, Северо-Кавказского государственного технического университета, Ставропольского филиала Северо-Кавказской академии государственной службы и ряда других учебных заведений, а также в практическую деятельность правоохранительных органов и судов (Главный следственный комитет при ГУВД по г. Москве, Армавирский городской суд, Военный следственный отдел Следственного комитета при Прокуратуре Российской Федерации по Майкопскому гарнизону), о чем имеются соответствующие акты внедрения.

Структура работы. Диссертация состоит из введения, 4 глав, включающих 14 параграфов, заключения и библиографического списка.

II. СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность избранной темы, определены объект и предмет, цель и задачи исследования, сформулированы его теоретические, методологические и правовые основы, научная и практическая значимость, приведены основные положения, выносимые на защиту, определена научная и практическая значимость.

Первая глава «Теоретико-правовые основы института обстоятельств, исключающих преступность деяния» - состоит из четырех параграфов.

В первом параграфе рассматриваются вопросы и проблемы, связанные с определением теоретико-правовых основ института обстоятельств, исключающих преступность деяния. Обобщив существующие взгляды на правовую природу обстоятельств, исключающих преступность деяния, автор приходит к выводу, что подходы, определяющие природу обстоятельств, исключающих преступность деяния, либо как не имеющих общественной опасности, либо как не являющихся противоправными, следует признать спорными. Это объясняется тем, что в праве, и в уголовном в частности, социальное не может существовать вне своей юридической формы. Социальное приобретает правовое значение только в том случае, если оно получило отражение в юридической форме. Нормативная форма утрачивает всякое уголовно-правовое значение, если в конкретном случае она не закрепляет и не выражает социального.

Проведенный диссертантом анализ понятий и признаков преступления и состава преступления позволил утверждать, что отсутствие признака «общественная опасность» неизбежно исключает признак «противоправность». Соответственно такая же аксиома действует при соотношении преступления и состава преступления. Отсутствие одного однозначно предполагает исключение другого, и наоборот. Определяя правовую природу обстоятельств, исключающих преступность деяния, следует констатировать, что они исключают общественную опасность и преступность деяния, а соответственно и состав преступления, являются уголовно-правомерными и общественно полезными либо социально допустимыми.  Данный вывод обосновывается автором с учетом позиций в науке уголовного права.

Второй параграф посвящен исследованию сущности, формы и содержания обстоятельств, исключающих преступность деяния.

Автор формулирует вывод, в соответствии с которым сущность обстоятельств, исключающих преступность деяния, заключается в правомерном причинении вреда охраняемым уголовным законом общественным отношениям. В таком ракурсе сущность неотделима от явления (обстоятельств, исключающих преступность деяния), она - наиболее важная сторона явления. Их содержание состоит в причинении вреда уголовно охраняемому объекту, для предотвращения вреда какому-либо иному благу, либо достижения нового блага.

Поскольку обстоятельства, исключающие преступность деяний, представляют собой явление социально-правовое, то они характеризуются двоякой формой. Формой рассматриваемой категории деяний как социального явления выступает правомерное поведение: действие или бездействие. Исключительно в такой форме возможно существование обстоятельства, исключающего преступность деяния, и только таким способом можно причинить правомерный вред охраняемым уголовным законом отношениям. Формой обстоятельств, исключающих преступность деяния, как правового явления выступают основания их совершения. Любое из исследуемых обстоятельств всегда представляет собой правовое поведение, совершенное при наличии установленных уголовным законом оснований. Основания обстоятельств, исключающих преступность деяния, представляющие собой совокупность признаков, характеризующих деяние, причинившее вред охраняемым уголовным законом отношениям, как правомерное и составляют форму исследуемого правового явления. Именно наличие оснований в представленном их понимании позволяет признать конкретное деяние облеченным в соответствующую форму, порождающим особые уголовно-правовые отношения по факту правомерного причинения вреда уголовно охраняемому объекту. В подтверждение сделанных выводов диссертант подробно рассмотрел законодательную регламентацию обстоятельств, исключающих преступность деяния, в международном и зарубежном уголовном законодательстве. 

В третьем параграфе рассматривается понятие обстоятельства, исключающего преступность деяния, формулируются и раскрываются его признаки.

Резюмируя положения, раскрывающие общее понятие обстоятельства, исключающего преступность деяния, диссертант указывает, что ему свойственна совокупность следующих обязательных признаков в их обобщенном виде: 1) обстоятельством, исключающим преступность деяния, может признаваться не любое деяние, а только сознательное и волевое деяние как основной компонент правового поведения; 2) признаком, позволяющим определить уголовно-правовую природу обстоятельств, исключающих преступность деяния, является причинение вреда непосредственно уголовно охраняемому объекту; 3) уголовная правомерность обстоятельств, исключающих преступность деяния, заключается в регламентировании оснований и пределов их правомерности нормами уголовного закона; 4) социально-политическое содержание обстоятельств, исключающих преступность деяния, характеризуется признаками общественной полезности или социальной допустимости. Синтез этих обобщенных признаков обстоятельства, исключающего преступность деяния, и их сведение в единое целое в рамках научной дефиниции позволили сформулировать следующее формально-материальное понятие этого явления. Обстоятельство, исключающее преступность деяния, - это социально полезное или допустимое уголовно-правомерное деяние, причинившее вред охраняемым уголовным законом отношениям при наличии предусмотренных уголовным законом оснований и в установленных им пределах.

Научно-практическая значимость общего понятия обстоятельства, исключающего преступность деяния, определяется тем, что оно, будучи препарировано и определенным  образом структурировано, по существу, есть не что иное, как родовое основание признания причинения вреда уголовно охраняемому объекту правомерным. 

Автор полагает, что это понятие необходимо закрепить в специальной норме уголовного закона. Отсутствие законодательно закрепленного определения обстоятельства, исключающего преступность деяния, является фактором, крайне негативно влияющим на применение норм, их регламентирующих.

Подобные обстоятельства, в какой бы форме они ни проявлялись, представляют собой деяния, каждому из которых в равной степени свойственны определенные общие признаки, взятые в их обобщенном виде. Знание этих общих для всех рассматриваемых обстоятельств признаков, обобщенных до уровня родового понятия, умение соотнести с ними частный случай правомерного причинения вреда уголовно охраняемому объекту должны обеспечить дополнительные гарантии правильной юридической оценки совершенного деяния, позволяют точно отграничить его от преступных деяний и от других схожих обстоятельств, исключающих уголовную ответственность.

Именно поэтому нормативное закрепление общего понятия обстоятельства, исключающего преступность деяния, по мнению диссертанта, должно стать законодательным, в силу этого и общеобязательным ориентиром, позволяющим правильно разрешать частные вопросы, возникающие при применении уголовно-правовых норм, их регламентирующих, дающим возможность познать индивидуально-определенные признаки конкретного факта правомерного причинения вреда и сверить их соответствие требованиям уголовного закона. Общее законодательное определение обстоятельства, исключающего преступность деяния, в свете названных аргументов можно с полным основанием назвать полезным и необходимым инструментом познания подлинной социальной и правовой природы фактов правомерного причинения вреда уголовно охраняемому объекту, оказывающим существенную помощь дознавателю, следователю, прокурору, судье в их деятельности, связанной с применением норм уголовного закона. Такое предложение поддерживают 89 % опрошенных респондентов.

В четвертом параграфе рассматриваются вопросы и проблемы, связанные с установлением места обстоятельств, исключающих преступность деяния, в системе юридических фактов, порождающих уголовно-правовые отношения, и их отличие от оснований освобождения от уголовной ответственности.

Все виды деяний, причиняющих вред охраняемым уголовным законом интересам, которые, в свою очередь, являются юридическими фактами, порождающими уголовно-правовые отношения, диссертант делит на два вида по критерию отнесения их к правовому или юридически значимому поведению.

К первой группе правового поведения следует отнести преступные деяния, которые являются общественно опасными, предусмотрены запретительными нормами уголовного закона и порождают охранительные уголовно-правовые отношения, участники которых наделены корреспондирующими друг другу правами и обязанностями. Акцентируется внимание на том, что только в рамках охранительных уголовно-правовых отношений реализуется уголовная ответственность.

Вторую группу правовых деяний, предусмотренных нормами уголовного закона, составляют обстоятельства, исключающие преступность деяния - правомерные, общественно полезные или социально допустимые деяния, причиняющие вред уголовно охраняемому объекту. В уголовном законе большинство таких норм, регламентирующих эти деяния, содержится в главе 8 УК РФ. Вместе с тем, анализ содержания норм этой главы позволил констатировать, что такой вид поведения, как причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате физического принуждения, если вследствие такого принуждения лицо не могло руководить своим действием (бездействием) (ч. 1 ст. 40 УК РФ), не может являться правовым поведением, а соответственно и правомерным, поскольку право в состоянии вызвать к жизни, стимулировать и обеспечить полезные для общества виды человеческих поступков и предупредить или пресечь другие, общественно вредные, лишь в том случае, если такие поступки способны регулироваться и контролироваться сознанием и волей человека. Предусмотренные ч. 1 ст. 40 УК РФ деяния, в силу неконтролируемости волей человека, их совершающего, не могут признаваться правовым поведением.

Также представляется невозможным, по причинам отсутствия правового поведения, отнести к уголовно-правомерному поведению исполнение приказа или распоряжения, предусмотренного ст. 42 УК РФ. Так, в ч. 2 ст. 42 УК РФ указывается, что лицо, совершившее умышленное преступление во исполнение заведомо незаконного приказа или распоряжения, несет уголовную ответственность на общих основаниях. Это означает, что уголовный закон не наделяет лицо правом причинить вред охраняемым уголовным законом интересам, а предусматривает частный случай невиновного причинения вреда, при котором лицо, совершившее деяние, не осознает и по обстоятельствам дела не может осознавать общественной опасности своих действий.

Уголовно-правомерными автор также признает те виды причинения вреда охраняемым уголовным законом отношениям, которые регламентированы нормами, содержащимися в примечаниях к ст.ст. 151, 230, 308, 316 и 322 УК РФ. Аргументирована позиция, в соответствии с которой данные виды причинения вреда являются частными разновидностями такого обстоятельства, исключающего преступность деяния, как осуществление лицом принадлежащего ему права. В целях совершенствования юридической техники рекомендовано в содержании соответствующих примечаний указывать на непреступность причинения вреда интересам, охраняемым уголовным законом. Такое дополнение, на наш взгляд, позволит более точно отразить юридическую и социальную природу регламентируемых ими деяний. Данную позицию поддерживают 74 % опрошенных специалистов.

Самостоятельную группу деяний, предусмотренных нормами уголовного закона, составляют уголовно-юридически значимые деяния. Если поведение хоть и предусмотрено нормами закона, однако либо не имеет социального значения, либо не находится под актуальным или потенциальным контролем сознания и воли, то оно также не может признаваться правовым. Эти деяния, хотя и не обладают признаками правового поведения, вместе с тем, имеют прямое или косвенное отношение к правовым институтам. Соответственно физические деяния лиц, не осуществляющих правового поведения, могут быть юридическими фактами, и поэтому их можно именовать юридически значимыми. Критерием отграничения юридически значимых действий от действий, не имеющих юридического значения, является возможность этих действий влечь юридические последствия или, говоря иными словами, порождать правовые отношения.

Такое понимание юридически значимых деяний позволило выделить из их числа самостоятельную группу деяний, имеющих непосредственно уголовно-правовое значение. Общими признаками этих деяний являются следующие: 1)  они предусмотрены нормами уголовного закона; 2) они причиняют вред охраняемым уголовным законом отношениям; 3) они не имеют социального значения либо не находятся под необходимым актуальным или потенциальным контролем сознания и воли.

Особенностью уголовно-юридически значимых деяний является их способность порождать регулятивные уголовно-правовые отношения. Подобное отношение возникает в момент причинения вреда охраняемым уголовным законом отношениям. К группе юридически значимых деяний, предусмотренных нормами уголовного законодательства, по мнению диссертанта, необходимо отнести следующие виды причинения вреда охраняемым уголовным законом интересам: 1) совершения деяния, предусмотренного статьями Особенной части УК РФ, невменяемым (ст. 21 УК РФ); 2) действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК РФ, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности (ч. 2 ст. 14 УК РФ); 3) действие (бездействие), совершенное несовершеннолетним, который, хотя и достиг возраста уголовной ответственности, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, во время совершения общественно опасного деяния не мог в полной мере осознавать его фактический характер и общественную опасность либо руководить ими (ч. 2 ст. 20 УК РФ); 4) невиновное причинение вреда (ст. 28 УК РФ); 5) мнимая оборона; 6) причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате физического принуждения, если вследствие такого принуждения лицо не могло руководить своими действиями (бездействием) (ч. 1 ст. 40 УК РФ); 7) исполнение приказа или распоряжения (ст. 42 УК РФ).

Отмечается, что в уголовно-правовой доктрине нередко возникает вопрос об отличии обстоятельств, исключающих преступность деяния, от оснований освобождения от уголовной ответственности или наказания. При этом в зависимости от того, обусловливают ли указанные в уголовном законе основания необходимость или целесообразность освобождения лица от уголовной ответственности или наказания за совершенное преступление, можно выделить две разновидности освобождения от уголовной ответственности: 1) обстоятельства, исключающие уголовную ответственность; 2) обстоятельства, при наличии которых лицо может быть освобождено от уголовной ответственности.

В работе обоснован вывод, в соответствии с которым наличие как обстоятельств, исключающих уголовную ответственность, так и обстоятельств, при наличии которых лицо может быть освобождено от уголовной ответственности, не устраняет ни общественной опасности, ни уголовной противоправности деяния, а соответственно и  состава преступления в деянии лица в момент их совершения. Реализация норм, их предусматривающих, осуществляется в рамках охранительных уголовно-правовых отношений, юридическим фактом возникновения которых является совершение преступления.

В отличие от них юридическим фактом возникновения регулятивных уголовно-правовых отношений являются уголовно-правомерные или юридически значимые деяния, которые в момент их совершения не содержат признаков состава преступления.

Вторая глава «Применение уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния» - состоит из двух параграфов.

В первом параграфе рассматривается понятие, природа и функции уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния.

Автор обосновывает вывод о существовании регулятивных уголовно-правовых отношений, возникающих в связи с причинением вреда охраняемым уголовным законом интересам при реализации лицами права, закрепленного в уголовно-правовых нормах, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния. Для более полной аргументации наличия обозначенного вида уголовно-правовых отношений выделены и проанализированы: а) время возникновения и прекращения правоотношения; б) субъекты правоотношения; в) содержание прав и обязанностей его субъектов.

Проведенный анализ норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, показывает, что их содержание не в полной мере удовлетворяет потребность субъектов права в получении информации о границах правомерного поведения. Автор констатирует, что социально обусловленным является внесение в уголовное законодательство изменений, направленных на более четкое и полное изложение условий и пределов правомерности исследуемых деяний. Это предложение поддержало 88 % опрошенных респондентов.

Наличие в иных законах норм, предусматривающих частные случаи необходимой обороны, крайней необходимости и т.д., позволило сделать вывод о неявной (скрытой) бланкетности уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния. Такого рода бланкетность имеет место, когда в тексте уголовного закона нет прямой отсылки к нормативным актам другой отрасли права, но эта отсылка подразумевается. Нормы иных отраслей права не регламентируют самостоятельных видов обстоятельств, исключающих преступность деяния. Они, являясь специальными нормами по отношению к общим, содержащимся в УК РФ, призваны конкретизировать условия и пределы правомерности обстоятельств, исключающих преступность деяния, применительно к конкретным ситуациям. Они не противоречат и не могут противоречить уголовному законодательству. Такая точка зрения основана на системности норм российского права и была поддержана почти 71 % опрошенных специалистов.

Второй параграф посвящен исследованию вопросов применения уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния.

Предлагается под применением норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, понимать властную деятельность уполномоченных субъектов, состоящую в вынесении на основе действующего законодательства и в соответствии с установленной им процедурой индивидуально-правовых предписаний, направленных на признание правомерным причинения вреда охраняемым уголовным законом отношениям.

Обоснован вывод о том, что применение уголовно-правовых норм, регламентирующих указанные обстоятельства, всегда носит властный характер. Эта деятельность уполномоченных должностных лиц предполагает в обязательном порядке соблюдение установленных в уголовно-процессуальном законе запретов, исполнение возложенных на них обязанностей и использование предоставленных им прав. Субъектами применения уголовно-правовых норм данного вида выступают субъекты уголовно-процессуальной деятельности, на которые закон  возложил полномочия по признанию правомерности причинения вреда охраняемым уголовным законом отношениям при совершении обстоятельств, исключающих преступность деяния. Такими государственными органами и должностными лицами являются суд, прокурор, следователь и дознаватель.

На первой стадии применения соответствующих норм должны быть установлены все признаки, характеризующие совершенное деяние.

Следующей стадией является выбор конкретной уголовно-правовой нормы, подлежащей применению. Эта стадия правоприменительного процесса включает совершение следующих действий: правильный выбор нормы, рассчитанной на данные обстоятельства; определение того, что выбранная норма действует; установление подлинного текста нормы права; проверку правил действия нормы права в пространстве, во времени и по кругу лиц; установление смысла и содержания нормы права.

Последней стадией правоприменительного процесса является стадия  вынесения решения по делу. Она выражается в принятии на основе анализа фактов и юридических норм соответствующего правоприменительного акта. Являясь самостоятельной завершающей стадией применения нормы, регламентирующей обстоятельство, исключающее преступность деяния, она всегда представляет собой решение о признании конкретного деяния, причинившего вред охраняемым уголовным законом отношениям, правомерным. Это решение является актом применения уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, и оформляется в процессуальном порядке.

Диссертант акцентирует внимание на особенностях принятия обозначенных актов применения права при наличии скрытой (неявной) бланкетности нормы, регламентирующей  обстоятельство, исключающее преступность деяния.  В тех случаях, когда условия или пределы какого-либо обстоятельства конкретизируются в нормативном материале неуголовных отраслей права, в правоприменительном акте необходимо указать эти нормы.

Сформулированы основные признаки актов применения уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния. Под актами такого рода автор предлагает понимать индивидуальные акты властного характера, принимаемые судом, прокурором, следователем или дознавателем, о признании  правомерным деяния, причинившего вред охраняемым уголовным законом отношениям.

Третья глава «Квалификация обстоятельств, исключающих преступность деяния» - состоит из трех параграфов.

В первом параграфе рассматриваются вопросы, касающиеся понятия и этапов квалификации обстоятельств, исключающих преступность деяния. Диссертант делает вывод о том, что обоснованно говорить о квалификации деяний, предусмотренных уголовным законом. Под ней следует понимать один из этапов применения нормы уголовного права, состоящий в принятии решения о том, какая именно уголовно-правовая норма  предусматривает совершенное преступное, уголовно-правомерное или уголовно-юридически значимое деяние, и в закреплении этого решения в уголовно-процессуальном акте. С этим определением согласились 73 % опрошенных нами специалистов. 

Такое понимание квалификации преступных, уголовно-правомерных и предусмотренных уголовным законом, юридически значимых деяний полностью соответствует общему пониманию термина «квалификация» в области права. Квалификацию обстоятельств, исключающих преступность деяния (уголовно-правомерного деяния), следует рассматривать как один из видов квалификации деяний, предусмотренных уголовным законом, под которой предлагается понимать установление и юридическое закрепление точного соответствия между признаками, характеризующими общественно полезное или социально допустимое деяние, причинившее вред уголовно охраняемым отношениям, и признаками, предусмотренными уголовно-правовой нормой, его регламентирующей.

Понимание квалификации обстоятельств, исключающих преступность деяния, как процесса и как результата деятельности компетентных лиц позволяет выделить два ее этапа. Первоначально осуществляется выбор нормы уголовного закона, которая соответствует установленным фактическим данным.  На втором этапе устанавливается соответствие признаков правомерного причинения вреда признакам, описанным в нормах уголовного закона, регламентирующих конкретное обстоятельство, исключающее преступность деяния, с соответствующим указанием на норму уголовного закона и закреплением этого в процессуальном документе.

Второй параграф посвящен изучению вопросов и проблем, возникающих при выборе уголовно-правовой нормы, регламентирующей обстоятельство, исключающее преступность деяния,  подлежащей применению.

Автор отмечает, что рассматриваемый вид квалификации в настоящее время для правоприменительных органов представляет существенную сложность по причине отсутствия в уголовном законе нормы дефиниции – предписания, содержащего полное определение обстоятельства, исключающего преступность деяния.  Эта дефинитивная норма на первоначальном этапе квалификации должна выполнять главным образом направляющую и ориентирующие функции. Ее отсутствие лишает уголовное законодательство ясности, в частности о юридической и социальной природе обстоятельств, исключающих преступность деяния, а применение норм, их предусматривающих, делает крайне затруднительным. С таким выводом согласились 89 % опрошенных респондентов.

Соответственно отсутствие общей нормы, закрепляющей родовые признаки такого уголовно-правового явления, как обстоятельство, исключающее преступность деяния, предполагает необходимость на первом этапе их квалификации устанавливать непосредственно признаки, характеризующие основание и пределы правомерности, закрепленные в нормах, регламентирующих конкретный вид правомерного причинения вреда. Признаки, характеризующие основания и пределы правомерности обстоятельств, исключающих преступность деяния, могут быть предусмотрены в Конституции РФ, Уголовном кодексе РФ, международно-правовых актах, ратифицированных Российской Федерацией.

Решения Европейского суда по правам человека и Конституционного Суда РФ имеют обязательную силу для российских судов и органов предварительного расследования. Обязательную силу для всех российских правоприменителей также имеет правовая позиция Конституционного Суда РФ, положенная в основу решения о признании нормы неконституционной.

Несмотря на необязательный характер, большое значение имеют Постановления Пленума Верховного Суда РФ, с помощью которых разъясняется смысл уголовно-правовых норм, в том числе регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния. В этой связи теория и практика остро нуждаются в современных разъяснениях Пленума Верховного Суда РФ о порядке применения норм, составляющих институт обстоятельств, исключающих преступность деяния. Постановление Пленума Верховного Суда РФ 1984 г. «О применении судами законодательства, обеспечивающего право на необходимую оборону от общественно опасных посягательств» не учитывает изменившихся реалий, новелл уголовного закона. Такой вывод поддержали все опрошенные нами респонденты.

В третьем параграфе рассматриваются вопросы, касающиеся особенностей квалификации обстоятельств, исключающих преступность деяния, при бланкетной диспозиции норм, их регламентирующих.

Проведенное автором изучение материалов об отказе в возбуждении и прекращении уголовных дел в связи с наличием обстоятельств, исключающих преступность деяния, оправдательных приговоров, вынесенных по тем же основаниям, обвинительных приговоров по делам, связанным с нарушением условий и пределов правомерности обстоятельств, исключающих преступность деяния, показало, что знание правил квалификации при бланкетности выбранной нормы, предусматривающей обстоятельство, исключающее преступность деяния, имеет большое значение на этапе выбора нормы, подлежащей применению.

Следует отметить, что процесс поиска бланкетной уголовно-правовой нормы, подлежащей применению, характеризуется следующими особенностями: 1) необходимо установить конкретный нормативный акт иной отрасли права, выступающей в качестве ее источника; 2) необходимо учитывать особенности действия во времени бланкетных норм; 3) необходимо осуществлять совместное применение норм уголовного закона и нормативных актов иной отраслевой принадлежности, содержательно наполняющих признаки, характеризующие основание и пределы правомерности обстоятельств, исключающих преступность деяния. 

Следователь, дознаватель или суд, применяя норму, предусматривающую обстоятельство, исключающее преступность деяния, при наличии в нормативных актах федерального уровня положений, конкретизирующих признаки, характеризующие основания и пределы его правомерности, в правоприменительном акте в обязательном порядке должен сослаться на них.

Определенной спецификой характеризуется действие уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, и имеющих бланкетное содержание, во времени. Внесение изменений в нормативные акты иных отраслей права может обусловливать фактическую криминализацию или декриминализацию деяний, поэтому закономерно должен встать вопрос об обратной силе этих изменений. Учитывая, что при изменении нормативных актов иных отраслей права криминализуются либо декриминализуются деяния без изменения самого уголовного закона, в этих случаях прямое действие должна иметь ст. 54 Конституции РФ.

Несмотря на то, что нормы, регламентирующие обстоятельства, исключающие преступность деяния, являются скрыто (неявно) бланкетными, правоприменитель обязан оценить совершенное деяние как с точки зрения предписаний уголовного закона, так и с учетом нормативных предписаний иных отраслей права.

Четвертая глава диссертации - «Теоретические проблемы определения оснований и пределов правомерности обстоятельств, исключающих преступность деяния» - состоит из пяти параграфов.

Первый параграф посвящен анализу признаков, характеризующих основания и пределы правомерности необходимой обороны.

Диссертант, изучив судебно-следственную практику, отмечает, что, устанавливая требование, в соответствии с которым лицо, причинившее вред при предотвращении малозначительного посягательства, подлежит ответственности на общих основаниях, высшая судебная инстанция вообще исключила возможность пресечения подобных посягательств законным способом. Представляется, что такое ограничительное толкование не соответствует положениям уголовного закона. Обосновывается позиция о допустимости необходимой обороны для защиты от любых незаконных общественно опасных посягательств на охраняемые уголовным законом отношения. Автор также обосновывает вывод о допустимости необходимой обороны от неосторожных преступлений, а также от преступных деяний, совершаемых в форме бездействия.

Диссертант формулирует авторское понятие мнимой обороны и приводит критерии ее отграничения от необходимой обороны. Указывается, что в зависимости от степени заблуждения мнимая оборона может выступать либо в качестве уголовно-юридически значимого деяния, либо преступления, совершенного по неосторожности. Отмечается, что отсутствие в уголовном законе нормы, регламентирующей мнимую оборону, является его пробелом, и критически оценивается попытка устранения этого пробела путем введения в ст. 37 УК РФ ч. 21. Диссертантом обоснованы предложения по квалификации случаев мнимой обороны по действующему законодательству. Также обозначена перспектива решения этого вопроса на законодательном уровне,  предложена редакция нормы, предусматривающей мнимую оборону.

Предложено выделять два вида пределов правомерности необходимой обороны – временной и интенсивный. Момент возникновения состояния необходимой обороны, по мнению диссертанта, должен определяться объективными (внешними) актами поведения, направленными против охраняемых уголовным законом общественных отношений при условии, что обороняющийся осознает эти акты как общественно опасные посягательства либо как свидетельствующие о возникновении угрозы непосредственного начала такого посягательства. Предлагается при признании реальной угрозы как начального момента права обороны учитывать не только характер и степень ее общественной опасности, но и характеристику лица, ее создавшего, его предшествовавшее поведение, а также то психическое и физиологическое состояние, в котором оно находилось в момент высказывания угрозы.

Скрытая бланкетность нормы, регламентирующей необходимую оборону, позволила обосновать возможность конкретизации момента возникновения состояния обороны применительно к конкретным ситуациям в нормах неуголовных отраслей права.

Отмечается, что для признания состояния необходимой обороны оконченным недостаточно наличие только объективного признака. Важно установить наличие субъективного критерия, содержанием которого является осознание обороняющимся лицом факта окончательного прекращения преступного посягательства.

Детально исследован имеющий в настоящее время особую актуальность вопрос о применении обороны при длящихся и продолжаемых преступлениях.  Автор обосновывает позицию, согласно которой при совершении длящихся преступлений состояние необходимой обороны не может считаться оконченным до того момента, пока не будет исключена опасность для охраняемых уголовным законом отношений. При продолжаемых преступлениях состояние необходимой обороны возникает только в случаях совершения отдельных эпизодов или непосредственной реальной угрозы начала их совершения.

Рассмотрен вопрос о допустимости использования в целях обороны заранее установленных так называемых механических устройств защиты, сущность которых заключается в пресечении посягательств путем опосредованного причинения вреда лицу, посягающему на охраняемые уголовным законом общественные отношения. Основываясь на том обстоятельстве, что механические устройства предназначены для защиты имущества, диссертант обосновывает вывод, в соответствии с которым необходимо запретить установку устройств, способных причинить тяжкий вред здоровью либо смерть. Это позволит снять вопрос о превышении пределов необходимой обороны в ситуациях их использования. В порядке de lege ferenda  полагаем обоснованным предложить дополнить Уголовный кодекс РФ нормой, закрепляющей основания и дополнительные условия использования в целях обороны механических устройств защиты. Такое предложение поддержали 77 % опрошенных специалистов.

Предлагается для определения интенсивного предела правомерности необходимой обороны использовать принцип соразмерности, который, по мнению диссертанта, обладает такими положительными качествами, как определенность, лаконичность и доступность к восприятию. Сформулирован механизм определения несоответствия и явного несоответствия оборонительных действий характеру и степени опасности посягательства. Данный механизм, по мнению автора, позволяет учитывать психическое состояние обороняющегося лица. Это обосновывается тем, что защищающемуся достаточно определить какой-либо один, по его представлению, наиболее опасный признак посягательства и избрать соразмерный ему способ защиты. Наряду с этим, механизм определения интенсивного предела необходимой обороны дает возможность выделить круг посягательств, при защите от которых обороняющийся может противопоставить только соразмерные действия. Следовательно, защищаясь от таких посягательств, обороняющийся объективно не может превысить пределы необходимой обороны. Это касается посягательств, при которых имеется вероятность тяжкого вреда здоровью или смерти обороняющемуся или другим лицам.

Указывается, что в перспективе вопрос о более четкой конкретизации пределов правомерности необходимой обороны должен быть решен на законодательном уровне. Обоснована целесообразность перехода к так называемой перечневой (казуальной) системе определения интенсивного предела необходимой обороны. Сущность этой системы заключается в том, что законодатель четко устанавливает перечень защищаемых благ и максимальный предел того вреда, который допускается причинить посягающему в целях обороны. Следует отметить, что пределы правомерности необходимой обороны на основании принципа соразмерности, выраженного в использовании перечневой системы, определяются в уголовных законодательствах США, Франции, Австралии, КНР, Украины.

Аргументирована необходимость закрепления на законодательном уровне привилегированных видов обороны и освобождения от уголовной ответственности лиц, превысивших пределы обороны в состоянии сильного душевного волнения, вызванного посягательством. Предложена новая редакция ст. 37 УК РФ. Эти предложения поддержали 93 % опрошенных респондентов.

Второй параграф посвящен анализу признаков, характеризующих основания и пределы причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление.

По мнению автора, все условия, характеризующие их правомерность, необходимо делить на две группы: 1) характеризующие основания возникновения права причинения вреда охраняемым законом отношениям; 2) характеризующие пределы правомерности этого права.

Рассмотрение такого условия, как «совершение задерживаемым лицом преступления», позволило выделить его содержательные признаки: 1) преступность совершенного деяния, т. е. наличие в нем признаков, состава преступления, ответственность за которое предусмотрена соответствующей статьей Особенной части УК РФ (независимо от его тяжести); 2) задерживать можно только лицо, обладающее признаками субъекта преступления; 3) право на задержание возникает как при совершении оконченного преступления, так и совершении приготовления или покушения на преступление; 4) допускается задержание как исполнителей преступлений, так и лиц, являвшихся организаторами, пособниками, подстрекателями преступлений.

Такое условие правомерности задержания, как отсутствие возможности использовать средства задержания, не связанные с причинением вреда задерживаемому лицу, существует при наличии одного из двух признаков: 1) лицо, совершившее преступление, пытается скрыться; 2) задерживающее лицо предъявляет требование следовать в органы власти, однако лицо, совершившее преступление, его игнорирует.

Диссертант выделяет объективные критерии, обусловливающие возникновение и прекращение состояния, при котором задерживающий может причинить вред задерживаемому. При этом отмечается, что констатировать возникновение или прекращение состояния задержания можно только в совокупности с субъективными признаками. Концентрация внимания только на объективных либо только на субъективных моментах может привести к ошибкам. Соответственно субъективным критерием, характеризующим возникновение права на причинение вреда лицу, совершившему преступление, является осознание задерживающим указанных объективных критериев.

Исследуя интенсивный предел причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, автор приходит к выводу, согласно которому  характер и степень общественной опасности совершенного лицом преступления в совокупности с обстановкой задержания образуют интенсивность деяния задерживаемого. Для определения пределов правомерного причинения вреда следует установить соразмерность интенсивности деяния задерживаемого и интенсивности действий задерживающего. Их явное несоответствие будет свидетельствовать о превышении мер, необходимых для задержания. Предлагается механизм определения интенсивного предела причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление.

В третьем параграфе исследуются признаки, характеризующие основания и пределы крайней необходимости.

Условия, характеризующие ее правомерность, автор делит на две группы: 1) характеризующие ее основания; 2) характеризующие пределы правомерности этого права.

Диссертант отмечает, что такое условие правомерности крайней необходимости, как наличие цели устранения опасности, должно найти свое законодательное отражение в ст. 39 УК РФ. Такая законодательная новелла позволит снять ряд дискуссионных вопросов, возникающих при отграничении крайней необходимости от иных обстоятельств, исключающих преступность деяний, а также от преступных деяний. С таким предложением согласились 63 % опрошенных респондентов.

При установлении такого условия правомерности крайней необходимости, как отсутствие возможности устранения опасности иными средствами,  наряду с объективными признаками, следует учитывать и субъективный, который можно сформулировать следующим образом: лицо осознает, что возможности устранить грозящую опасность средствами, не сопряженными с причинением вреда охраняемым уголовным законом отношениям, не существует.

Диссертант выделяет два вида пределов крайней необходимости - временной и интенсивный (предел допустимого вреда). Обосновывается позиция, в соответствии с которой такое условие, как «своевременность», при наполнении его соответствующими признаками вызывает более четкие представления о временных пределах права на крайнюю необходимость.

Отмечается, что вопрос о том, возникло ли состояние крайней необходимости, следует решать как с точки зрения субъективного представления лица, причиняющего вред, так и основываясь на объективных данных, на основе осознания которых сформировалось это субъективное представление о непосредственно предстоящей опасности.

Обосновывается вывод о том, что состояния крайней необходимости существует как при возникновении опасности, так при реальной угрозе ее возникновения. Хотя следует заметить, что по данному вопросу есть различные точки зрения.

В целях повышения эффективности применения нормы, регламентирующей крайнюю необходимость, детализируются и конкретизируются объективные и субъективные признаки, свидетельствующие о прекращении состояния крайней необходимости. К объективным автор относит: 1) отпадение опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства; 2) фактическую нейтрализацию опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства; 3) создание обстановки события, свидетельствующей об отпадении опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства. Субъективным критерием окончания права на крайнюю необходимость выступает осознание лицом факта отпадения опасности причинения вреда правоохраняемым интересам.

В целях обеспечения правильного применения норм, предусматривающих крайнюю необходимость и превышение ее пределов, автор выделяет критерии, сравнение (оценка) которых позволяет определить соразмерность либо несоразмерность причиненного и предотвращенного вреда. Акцентируется внимание на необходимости определения значимости того или иного вреда с учетом как объективного, так и субъективного критериев. Обосновывается вывод о том, что эти критерии однозначно могут существовать только при сопоставляемости благ по общей этической оценке. Таковыми могут являться: жизнь – здоровье; жизнь, здоровье – свобода; жизнь, здоровье, свобода – собственность. При сопоставлении остальных благ вопрос об их соотношении решить значительно сложней. Отмечается, что в ряде случаев, учитывая бланкетный характер уголовно-правовой нормы, регламентирующей крайнюю необходимость, существенное значение для определения соотношения благ имеют нормы иных отраслей права.

Рассмотрены ситуации, когда        угрожающая опасность и причиненный для ее устранения вред могут быть по характеру равнозначными. В данном случае обоснованным представляется использование так называемого количественного критерия. Диссертант полагает, что количественный критерий оценки значительности причиненного и предотвращенного вреда при крайней необходимости может применяться только в тех случаях, когда он имеет стоимостное выражение. К ситуациям «коллизии жизней» он не применим. Причинение смерти одному человеку для спасения жизни нескольких человек нельзя признать правомерным деянием. Такой вывод поддержали 84 % опрошенных респондентов.

В аспекте совершенствования уголовного законодательства, регламентирующего крайнюю необходимость, автор предлагает норму, закрепляющую самостоятельный вид освобождения от уголовной ответственности лица, превысившего пределы правомерности крайней необходимости в состоянии сильного душевного волнения.

Диссертант обосновывает позицию о нецелесообразности самостоятельной законодательной регламентации психического принуждения. Это явление полностью соответствует положениям крайней необходимости. С этим мнением согласны 68 % опрошенных респондентов.

В четвертом параграфе исследуются признаки, характеризующие основания и пределы обоснованного риска.

В теории уголовного права по поводу критериев признания риска правомерным и обоснованным существуют разные точки зрения. Диссертант выделяет условия правомерности, характеризующие основания совершения обоснованного риска, и исследует их содержание.

Отмечается, что такое условие правомерности, как отсутствие возможности достижения общественно полезной цели не связанными с риском действиями (бездействием), может иметь место при наличии объективного и субъективного признаков. Объективным признаком может выступать один из следующих: а) достижение общественно полезной цели деянием, связанным с риском причинения вреда, было единственным способом; б) достижение общественно полезной цели могло осуществляться несколькими способами, каждый из которых был связан с риском причинения вреда. Субъективным признаком является осознание лицом отсутствия возможности достижения общественно полезной цели способом, не связанным с риском причинения вреда.

Содержание такого условия правомерности обоснованного риска, как принятие всех достаточных мер для предотвращения вреда охраняемым законом интересам, на наш взгляд, определяется следующими объективными признаками: а) принятием лицом всех возможных мер обеспечения безопасности рискованных действий (бездействия); б) соответствием предпринятых мер требованиям науки, техники, производства и опыту. Субъективным признаком является осознание лицом того факта, что им предприняты все возможные меры обеспечения безопасности рискованных действий (бездействия) и того, что предпринятые меры соответствуют требованиям науки, техники, производства и опыту.

Учитывая различные позиции в науке уголовного права, диссертант солидарен с теми учеными, которые полагают, что риск может признаваться обоснованным при условии, если он осуществляется своевременно, а причиненный вред соответствует содержанию общественно полезной цели, ради достижения которой субъект осуществлял рискованные действия. Начальным моментом возникновения состояния обоснованного риска следует признать момент возникновения всех из названных признаков: 1) возникновение угрозы какому-либо благу или возникновение необходимости получения нового блага; 2) отсутствие возможности достижения общественно полезной цели не связанными с риском действиями (бездействием); 3) принятие достаточных мер для предотвращения вреда охраняемым отношениям. Отсутствие хотя бы одного из названных условий будет свидетельствовать о том, что право на обоснованный риск не возникло. Возникнув, состояние обоснованного риска продолжает существовать до момента отпадения любого объективного или субъективного критериев.

В работе сформулирован вывод о недопустимости признания риска обоснованным в том случае, если не определены его пределы.

Для решения вопроса о пределах правомерности риска предлагается установить признаки соотношения соразмерности, сопоставление которых могло бы свидетельствовать об обоснованности (социальной приемлемости) совершаемых деяний. Представляется, что обоснованным будет использование опыта, накопленного при законодательном развитии института крайней необходимости. Объективным критерием определения пределов правомерности обоснованного риска следует признавать отсутствие несоответствия между значимостью блага, которое рискующее лицо пытается сохранить или получить, и значимостью причиненного вреда при риске.

В плане совершенствования уголовного законодательства, регламентирующего обоснованный риск, полагаем целесообразным предложить норму, закрепляющую понятие превышения его пределов. Такое предложение поддерживают 78 % опрошенных респондентов.

Пятый параграф посвящен анализу признаков, характеризующих основания и пределы осуществления лицом принадлежащего ему права.

Анализ признаков ряда деяний, предусмотренных примечаниями к статьям Особенной части Уголовного кодекса РФ, позволяет диссертанту констатировать, что они регламентируют частные виды осуществления принадлежащего лицу права. Для подтверждения этой позиции проводится сопоставление признаков деяний, регламентированных этими нормами, с обобщенными признаками обстоятельств, исключающих преступность деяний. В итоге констатируется, что деяния, предусмотренные в примечаниях к ст. 151, 230, 308, 316 и 322 УК РФ, являются уголовно-правомерными, а по своему социальному содержанию - социально допустимыми, т. е. обстоятельствами, исключающими преступность деяния. 

В целом осуществление своего права как обстоятельство, исключающее преступность деяния, можно определить как предусмотренное уголовным законом, социально допустимое деяние, причиняющее вред уголовно охраняемому отношению при наличии необходимых оснований.

Выделяются условия правомерности осуществления принадлежащего лицу права. Формулируется вывод о необходимости позитивного решения в перспективе вопроса о допустимости регламентации конкретных видов осуществления принадлежащего лицу права неуголовными законами. В настоящий момент положения ст. 3 УК РФ не допускают такую возможность. Однако в уголовном законе невозможно предусмотреть все частные случаи этого обстоятельства, исключающего преступность деяния. Представляется, что положительным является опыт государств, сформулировавших уголовно-правовую норму, предусматривающую это обстоятельство, по типу бланкетно-ссылочной. В этом проявляется системность существующего законодательства. Предлагается соответствующая редакция нормы. Данное предложение поддержали 64 % респондентов.

В заключении соискатель формулирует основные выводы теоретического и практического характера и предлагает пути совершенствования уголовного закона и ряда других нормативных актов.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих работах автора:

Монографии, учебные пособия, комментарии

1. Дмитренко А.П. Причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление :  монография. Ставрополь : Ставропольсервисшкола, 2002. – 96 с. (9 п.л.).

2. Дмитренко А.П. Обстоятельства, исключающие преступность деяния, в уголовном праве Российской  Федерации : монография. – М. : Илекса, 2010. – 343 с. (20 п.л.).

3. Дмитренко А.П. Пределы правомерности права на необходимую оборону : учебное пособие. Ставрополь : Ставропольсервисшкола, 2000. – 141 с. (10,5 п.л).

4. Дмитренко А.П., Кадников Н.Г. Глава «Обстоятельства, исключающие преступность деяния» // Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. – М. : Юриспруденция, 2008. (3 п.л./ 1 п.л. в сооавторстве).

Статьи, опубликованные в журналах, рекомендованных Высшей аттестационной комиссией Министерства образования и науки Российской Федерации

5. Дмитренко А.П. Проблемы определения понятия и признаков обстоятельств, исключающих преступность деяния // Вестник Северо-Кавказского государственного технического университета. 2006. № 2 (6). С. 83-86 (0,5 п.л.).

6. Дмитренко А.П. Объективные и субъективные критерии определения временных пределов права на причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление // Вестник Северо-Кавказского государственного технического университета. 2007. № 1 (10). С. 94-98 (0,6 п.л.).

7. Дмитренко А.П. Применение уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния, как форма их реализации // Российский криминологический взгляд. 2007. № 2. С. 127-131 (0,8 п.л.).

8. Дмитренко А.П. Функции уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния // Российский криминологический взгляд. 2007. № 4. С. 120-125 (0,9 п.л.).

9. Дмитренко А.П. Стадии применения уголовно-правовой нормы, регламентирующей обстоятельства, исключающие преступность деяния // Российский криминологический взгляд. 2008. № 2. С. 174-180 (1 п.л.).

10. Дмитренко А.П. Акты применения уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния // Вестник Московского университета МВД России. 2008. № 5. С. 30-32 (0,4 п.л.).

11. Дмитренко А.П. Реализация уголовно-правовых норм, регламентирующих обстоятельства, исключающие преступность деяния // «Черные дыры» в Российском законодательстве. 2008. № 2. С. 126-128 (0,5 п.л.).

12. Дмитренко А.П. Место обстоятельств, исключающих преступность деяния, в системе юридических фактов, порождающих уголовно-правовые отношения // Российский криминологический взгляд. 2009. № 3. С. 347-351. (0,8 п.л.).

13. Дмитренко А.П. Понятие и этапы квалификации обстоятельств, исключающих преступность деяния // Вестник Московского университета МВД России. 2010. № 6. С. 93-96 (0,4 п.л.).

14. Дмитренко А.П. Особенности квалификации обстоятельств, исключающих преступность деяния, при бланкетной диспозиции норм, их регламентирующих // Российский криминологический взгляд. 2010. № 2. С. 201-208 (0,8 п.л.).

Статьи, опубликованные в рецензируемых изданиях

15. Дмитренко А.П. К вопросу о пределах необходимой обороны // Проблемы теории и практики правоохранительной деятельности органов внутренних дел : сборник статей адъюнктов и соискателей. М. : Юридический институт МВД России, 1997. Вып. 8. С. 46-50 (0,4 п.л.).

16. Дмитренко А.П. Определение пределов правомерности права на необходимую оборону // Следователь. 1998. № 2. С. 2-4 (0,4 п.л.).

17. Дмитренко А.П. Определение временных границ права на необходимую оборону // Следователь. 1998. № 3. С. 10-12 (0,4 п.л.).

18. Дмитренко А.П.  Законодательные формы определения пределов необходимой обороны // Новые технологии в управлении, бизнесе и праве. Невинномысск, 2000. С. 242-244 (0,4 п.л.).

19. Дмитренко А.П. Определение эффективности действующей конструкции нормы, регламентирующей необходимую оборону // Современные гуманитарные знания о проблемах социального развития : сборник материалов научно-практической конференции. Ставрополь : Северо-Кавказский социальный институт МОСУ, 2000. С. 178-183 (0,5 п.л.).

20. Дмитренко А.П. Формы и принципы определения пределов правомерности необходимой обороны в законодательстве зарубежных стран // Научный и образовательный потенциал вузов как ресурс развития региона : материалы региональной конференции. Ростов-на-Дону, 2000. С. 152-158 (0.5 п.л.).

21. Дмитренко А.П., Сапронов Ю.В. Проблемы предупреждения терроризма в современной России // Новые технологии в управлении, бизнесе и праве. Невинномысск, 2001. С. 78-86. (0,6/0,4 п.л. в соавторстве).

22. Дмитренко А.П. Понятие обстоятельств, исключающих преступность деяния // Труды юридического факультета Ставропольского государственного университета. Ставрополь, 2003. Вып. 2. С. 100-107 (0,7 п.л.).

23. Дмитренко А.П. Временные пределы права на причинение вреда при задержании лица, совершившего преступление // Труды юридического факультета Ставропольского государственного университета. Выпуск 3. – Ставрополь, 2003. С. 139-146. (0,9 п.л.).

24. Дмитренко А.П. Критерии определения интенсивного предела правомерности причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление // Труды юридического факультета Ставропольского государственного университета. Ставрополь, 2003. Вып. 4. С. 94-101 (0,8 п.л.).

25. Дмитренко А.П. Объективные и субъективные критерии отграничения необходимой обороны от причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление // Сборник научных трудов. Ставрополь : Ставропольский факультет Краснодарской академии МВД России,  2003. Вып. 1. С. 46-52 (0,7 п.л.).

26. Дмитренко А.П. Уголовно-правовые меры предупреждения терроризма // Антитеррор. 2003. № 1. С. 54-61 (0,4 п.л.).

27. Дмитренко А.П. Проблемы определения правовой природы обстоятельств, исключающих преступность деяния // Новые технологии в управлении, бизнесе и праве.  Невинномысск, 2003. С. 78-85 (0,6 п.л.).

28. Дмитренко А.П. Эволюция взглядов на правовую природу обстоятельств, исключающих преступность деяния, в доктрине уголовного права и в уголовном законодательстве // Сборник материалов конференции. Ростов-на-Дону, 2003. С. 135-140 (0,6 п.л.).

29. Дмитренко А.П. Обстоятельства, исключающие преступность деяния, как правовое явление, его сущность, форма и содержание // Сборник научных трудов. Ставрополь : Ставропольский факультет Краснодарской академии МВД России, 2004. Вып. 2. С.140-146 (0,7 п.л.).

30. Дмитренко А.П. Проблемы определения условий правомерности причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление // Труды Северо-Кавказского государственного технического университета. Ставрополь : Северо-Кавказский государственный технический университет, 2005. Вып. 10. С.286-291 (0,6 п.л.).

31. Дмитренко А.П., Русскевич Е.А. Проблемы законодательной регламентации совершения преступления при оперативном внедрении как обстоятельства, исключающего преступность деяния // Современное уголовное законодательство России и вопросы борьбы с преступностью : сборник научных статей по итогам научно-практического семинара. М., Московский университет МВД России, 2007. С. 63-71 (0,8/0,4 п.л. в соавторстве).

32. Дмитренко А.П. Использование права на необходимую оборону при защите от длящихся и продолжаемых посягательств // Инновационный потенциал бизнеса: конкурентоспособность, стратегия, реализация : материалы международно-практической конференции. Армавир, 2007. С. 112-114 (0,4 п.л.).

33. Дмитренко А.П. Отражение принципов уголовной политики в нормах, регламентирующих необходимую оборону // Основные направления современной уголовной политики : сборник научных статей по итогам научно-практического семинара, посвященного 90-летию со дня рождения профессора Н.И. Загородникова. М. : Московский университет МВД России, 2008. С. 118-123 (0,6 п.л.).

34. Дмитренко А.П. Крайняя необходимость как обстоятельство, исключающее уголовную ответственность за уклонение от уплаты налогов и (или) сборов // Современные проблемы борьбы с преступлениями в сфере экономики : сборник научных статей по итогам научно-практического семинара, посвященного памяти профессора В.А. Владимирова. М. : Московский университет МВД России. 2010. С. 70-79 (0,5 п.л.).

Дмитренко Андрей Петрович

ИНСТИТУТ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ, ИСКЛЮЧАЮЩИХ ПРЕСТУПНОСТЬ ДЕЯНИЯ, В УГОЛОВНОМ ПРАВЕ РОССИИ: ОСНОВЫ ТЕОРИИ, ЗАКОНОДАТЕЛЬНОЙ РЕГЛАМЕНТАЦИИ И ПРАВОПРИМЕНЕНИЯ

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

Подписано в печать 25.11.2010

Формат 60х84 1/16. Усл. печ. Л. 2,5

Тираж 100 экз. Заказ № 529

Отпечатано в типографии «ДЦ «Каретный двор»

101000, г. Москва, ул. Покровка, д. 12, стр. 1

Тел. (495) 621-86-07, факс (495) 621-70-09

www.allaprint.ru

______________________________________________________________________________

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.