WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Малешин Дмитрий Ярославович

ГРАЖДАНСКАЯ ПРОЦЕССУАЛЬНАЯ СИСТЕМА РОССИИ

Специальность 12.00.15 – гражданский процесс; арбитражный процесс

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

Москва 2011

Работа выполнена в Московском государственном университете

имени М.В. Ломоносова (юридический факультет)

Официальные оппоненты:                доктор юридических наук, профессор

                                       Абова Тамара Евгеньевна

                                       (Институт государства и права РАН)

                                       доктор юридических наук, профессор

                                       Никитин Сергей Васильевич

                                       (Российская академия правосудия)

                                       доктор юридических наук, профессор

                                       Решетникова Ирина Валентиновна

                                       (Уральская государственная юридическая академия)

Ведущая организация:        Московская государственная юридическая академия имени О.Е. Кутафина

       Защита состоится 14 сентября 2011 года в 15.15 часов на заседании диссертационного совета Д.501.001.99 при Московском государственном университете имени М.В. Ломоносова по адресу: 119991, ГСП-1, г. Москва, Ленинские горы, МГУ имени М.В.Ломоносова, 1-ый корпус гуманитарных факультетов, юридический факультет, аудитория 826.

       С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке юридического факультета МГУ  имени М.В. Ломоносова по адресу: 119991, ГСП-1, г. Москва, Ленинские горы, МГУ имени М.В. Ломоносова, 2-ой корпус гуманитарных факультетов.

       Автореферат разослан ____ мая 2011 года.

       Ученый секретарь

       диссертационного совета                                                        В.А. Чибисов

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы исследования. В конце прошлого столетия в России была проведена грандиозная правовая реформа, затронувшая все отрасли права. Преобразования в области гражданского судопроизводства начались в начале 90-х гг. и продолжаются до настоящего времени. В целом развитие российского гражданского процессуального права в течение последних лет характеризуется как эволюционное1. Ему удалось избежать кардинальных изменений, произошедших в некоторых других отраслях права. Однако есть и примеры «революционных» действий, а попытки их осуществления продолжаются и в настоящее время.

В современной отечественной юриспруденции широкое распространение получила практика необоснованного копирования зарубежных юридических институтов. В большинстве случаев тип правовой системы не принимается во внимание. Причем особо активно реципировались элементы англосаксонского права. К сожалению, в гражданском процессуальном праве данная тенденция также имеет место. Попытки включения чужеродных институтов постоянно предпринимаются как в законотворчестве, так и в научных исследованиях.

Достаточно широкое распространение получила практика, когда авторы законопроектов, обосновывая свою позицию, безапелляционно ссылаются на принадлежность России к определенному типу правовой системы. В то же время проблема типа российского гражданского процесса не была предметом специального исследования. Более того, существует разнообразие точек зрения по этому вопросу. Поэтому аргументация необходимости введения иностранных правовых институтов, сводящаяся только к субъективному мнению о принадлежности России к той или иной правовой системе, не может быть обоснованной.

Несмотря на то что любая типология имеет относительный, условный характер, вопрос о типе гражданского процесса имеет ключевое значение. Он предопределяет дальнейшее его развитие. Во-первых, отличительные признаки позволяют рассматривать процессуальную систему не просто как набор правовых институтов. Они придают ей общие связующие черты, характерные для всех входящих в нее элементов и отграничивающих ее от других систем. Она становится единой и одновременно оригинальной, отличной от других систем, обладающей своим качественным своеобразием. Во-вторых, становится возможным определить тип того или иного процессуального института, его соответствие правовой системе и как следствие эффективность его реализации в условиях конкретной страны. В-третьих, установление типа процессуальной системы невозможно без тщательного анализа сущности гражданского процесса, его отличительных черт. Данные исследования позволяют определить тенденции развития гражданского процессуального права, избежать введения чуждых и неэффективных процессуальных институтов, сформулировать верные пути его дальнейшего совершенствования. Первоначальной задачей законопроектной работы должно быть решение вопроса о типе гражданского процесса, его сущностных характеристиках и национальных особенностях. Неопределенность в этой проблематике затрудняет разработку эффективного законодательства, препятствует проведению успешной судебной реформы. Необходимость установления типа отечественного гражданского судопроизводства является чрезвычайно актуальной проблемой как теоретического, так и практического характера2. 

Таким образом, тема работы актуальна как в научном контексте, так и для законотворческого процесса, а также практической реализации гражданского процессуального законодательства. 

Степень научной разработанности темы исследования. Несмотря на то что сравнительно-правовые исследования получили достаточное распространение в отечественной науке, проблема типологизации гражданских процессуальных систем, определения типа отечественного гражданского процесса не являлась предметом отдельного исследования. Российская доктрина признает деление гражданского процесса на англосаксонский и романо-германский типы. Тем не менее, определение типа российского гражданского процесса остается в целом без внимания и является неразработанной темой отечественной науки. Ученые высказывают различные точки зрения по данному вопросу, однако они носят сопутствующий характер. В большинстве случаев аргументы в пользу той или иной позиции не приводятся, поскольку тема является второстепенной, несущественной для проводимых исследований.

Можно утверждать, что в российской гражданской процессуальной науке отсутствует четкое понимание характера отечественного гражданского процесса, его типа, принадлежности к той или иной правовой семье. Комплексных исследований, направленных на четкое и всестороннее обоснование характера, типа российского гражданского процесса, в отечественной науке до настоящего времени не было.

Цели и задачи исследования. Цель настоящей работы состоит в комплексном исследовании типа российского гражданского процесса, его отличительных черт и характеристик. Учитывая, что эффективность гражданской процессуальной формы зависит не только от совершенства действующих нормативных правовых актов, но в первую очередь от степени их реализации на практике, то целью типологии выступает не только проведение юридико-технического анализа законодательства в его историческом развитии и сравнении, но и определение динамики гражданской процессуальной системы. 

Достижение данной цели обусловило необходимость решения следующих задач:

- обоснования методологии проведения гражданского процессуального исследования;

- определения факторов, влияющих на развитие гражданского процесса;

- внедрения социокультурного метода в исследование гражданского процесса и установления характера влияния специфики российской культуры на развитие отечественного гражданского судопроизводства;

- разработки типологии гражданских процессуальных систем и определения в ней места отечественного гражданского процесса;

- определения романо-германских, англосаксонских и самобытных черт отечественного гражданского процесса;

- установления специфики реализации в России романо-германских и англосаксонских процессуальных институтов.

Методологическая основа исследования. В современных научных правовых исследованиях наиболее широкое применение получили формально-юридический, догматический, историко-правовой методы, а также обобщение и анализ судебной практики. В некоторых работах применяются также системный и сравнительно-правовой методы. Использование других методов является скорее исключением, чем правилом. Традиционные методы не всегда позволяют установить эффективность предлагаемых юридических нововведений в условиях российского общества.

Методологическая новизна диссертации заключается в комплексном применении различных методов гражданского процессуального исследования. В работе используются, во-первых, общенаучные методы (например, системный и деятельностный подходы, восхождение от абстрактного к конкретному и от конкретного к абстрактному, анализ и синтез); во-вторых, методы частных неюридических наук (экономический, социологический, политологический, психологический, социокультурный анализы и др.); в-третьих, общеправовые приемы (формально-юридический, догматический, историко-правовой и сравнительно-правовой методы); в-четвертых, способы других (не гражданско-процессуальных) юридических наук; в-пятых, специальные методы исследования гражданского процессуального права.

Общенаучные методы исследования позволяют избежать сведения научных исследований к комментированию законодательства и практики его применения. С их помощью проводится анализ эффективности гражданского процессуального института в определенных областях общественной жизни, прогнозирование последствий планируемых преобразований. Несмотря на критику диалектического метода, высказывания об его устарелости, в работе аргументируется необходимость его использования в качестве универсального метода гражданского процессуального исследования. В работе используются также деятельностный и системный подходы.

Методы неюридических наук обогащают науку, позволяя исследовать проблему с разных сторон, использовать в аргументации не только юридический инструментарий, но и возможности других наук. С практической стороны применение этих методов позволяет учитывать не только юридические аспекты законодательных преобразований, но и последствия в экономике, политике, общественной жизни.

В исследовании применяются социокультурный, социологический, психологический, экономический, политологический анализы. Использование психологического метода заключается в анализе поведения не только отдельного индивида, но и всех участников гражданского процесса, а также в определении влияния процессуальных институтов на их психологию. Значение социологического метода обусловливается сущностью правосудия, которое призвано упорядочивать социальные отношения, придавая им целостность, сбалансированность и устойчивость. Социологический анализ дает возможность исследовать не только взаимоотношения конкретных участников процесса, но и определить влияние всей установленной системы отправления правосудия по гражданским делам на развитие общественных отношений. 

Собственно юридическими методами, применяемыми в диссертации, являются формально-догматический, историко-правовой и сравнительно-правовой анализы. К числу специальных методов исследования гражданского процессуального права относится метод анализа и обобщения судебной практики. В настоящей работе обоснование многих выводов проводится на основе обобщения судебной практики, широко используются данные статистики как отечественной судебной системы, так и зарубежных органов отправления правосудия.

Теоретическая основа исследования. Специфика данной диссертационной работы определена, во-первых, многообразием методов исследования, некоторые из которых традиционно применяются в других науках, а в гражданском процессуальном анализе используются впервые; во-вторых, темой, исследование которой затрагивает смежные науки.

Комплексный характер исследуемой проблемы обусловил обращение не только к работам процессуалистов, но и ученых других отраслей юридической науки, а также к трудам по философии, истории, политологии, культурологии, психологии, социологии и др.

В работе над диссертацией автор исследовал труды философов античности как Аристотель, Платон, Сократ; представителей ранней европейской философии как Ф. Бэкон, Т. Гоббс, Р. Декарт, Дж. Локк, Ш. Монтескье, Ж.Ж. Руссо, Б. Спиноза; немецкой философии как Г. Гегель, И. Кант, О. Шпенглер; современной философии как З. Бауман, У. Бек, Ж. Бодрийяр,  П. Бьюкенен, К. Поппер, Ф. Хайек и др. 

Большое значение для разработки отдельных аспектов темы диссертационного исследования имели труды таких российских философов конца ХIХ – начала ХХ вв., как Н.А. Бердяев, Н.Я. Данилевский,  В.С. Соловьев, С.А. Франк, а также таких современных ученых, как В.Ф. Асмус, И.В. Блауберг, А.Ф. Лосев, Ю.М. Лотман, А.С. Панарин, В.Н. Садовский, В.Ф. Шаповалов, Г.П. Щедровицкий, Э.Г. Юдин.

Многообразие методов исследования, а также их новизна для науки гражданского процессуального права вызвали необходимость обращения к работам по психологии, политологии, истории, культурологии и социологии, а также истории и теории государства и права, сравнительному правоведению и уголовному процессу. 

Дореволюционная наука гражданского процессуального права представлена в настоящей работе трудами таких ученых, как Е.В. Васьковский, А.Х. Гольмстен, В.М. Гордон, К.И. Малышев, Е.А. Нефедьев,  Т.М. Яблочков; советская наука – Р.Е. Гукасян, М.А. Гурвич, А.А. Добровольский, Н.Б. Зейдер, А.Ф. Клейнман, К.С. Юдельсон, Н.А. Чечина, Д.М. Чечот, М.С. Шакарян; современная наука – С.Ф. Афанасьев, Т.Е. Абова, Д.Б. Абушенко, О.В. Баулин, В.В. Блажеев, А.Т. Боннер, Е.А. Борисова, Н.С. Бочарова, Д.Х. Валеев, А.Ф. Воронов, С.Л. Дегтярев, С.К. Загайнова, О.В. Исаенкова, Н.М. Коршунов, Е.В. Кудрявцева, С.В. Никитин, Е.И. Носырева, И.Г. Медведев, В.В. Молчанов, В.А. Мусин, Л.А. Прокудина, И.В. Решетникова, Т.В. Сахнова, Е.Г. Стрельцова, М.К. Треушников, Л.В. Туманова, Е.Е. Уксусова, М.А. Фокина, М.З. Шварц, В.М. Шерстюк, А.В. Юдин, В.В. Ярков.

В работе широко используются труды зарубежных процессуалистов англосаксонской, романо-германской и смешанных процессуальных систем.

При сравнении гражданского процесса России со странами  романо-германской системы используются труды ученых Бельгии, Германии, Голландии, Испании, Италии, Турции,  Швеции, Финляндии, Франции, таких стран Восточной Европы, как Венгрия, Литва, Польша, Словения, Хорватия. Правовые системы стран СНГ исследованы на базе трудов ученых Белоруссии, Казахстана, Молдовы, Таджикистана, Украины,  а Латинской Америки – Аргентины и Бразилии.

Сравнение гражданского процесса России со странами англосаксонской системы проводится с использованием трудов американских, английских и австралийских процессуалистов, а также ученых из Сингапура, Нигерии, стран Карибского региона и т.д.

Сравнительно-правовой анализ российского и смешанного типов гражданского процесса проводится на базе работ ученых Канады, Китая, Израиля, Японии, а также процессуалистов из Филиппин, ЮАР, Пуэрто-Рико.

Изучая проблематику данной диссертации, автор использовал материалы Государственного архива Российской Федерации и архива Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации.

Нормативная и практическая основа исследования. В настоящей диссертации действующее российское гражданское процессуальное законодательство рассматривается в сравнении, во-первых, с отечественными нормативными актами прежних периодов, а во-вторых, с зарубежным законодательством.

При определении тенденций развития российского гражданского процессуального права используются нормативные акты различных исторических периодов, в том числе такие первые памятники права, как Русская Правда, Судебники 1497 и 1550 гг. и др. Кроме того, широко используются законопроектные работы и другие аналитические материалы в области гражданского судопроизводства различных исторических периодов, начиная с XVIII в. и до настоящего времени. 

В целях сравнительно-правового исследования рассматривается гражданское процессуальное законодательство основных правовых систем мира. В работе учитываются положения, касающиеся судоустройства и гражданского процесса, конституций Бельгии, Бразилии, Венгрии, Германии, Испании, Италии, Румынии, США, Японии.

Гражданское процессуальное право стран континентальной Европы исследуется на примере ГПК Германии, Франции, Литвы и Болгарии. Кроме того, используются нормы Судебного кодекса Бельгии, Кодекса о судоустройстве Франции, Закона Норвегии «О медиации и разрешении гражданских споров». Анализируются также нормативные акты Совета Европы, практика Европейского суда по правам человека. Важное значение для данной работы имеет анализ законодательства стран СНГ на примере ГПК Азербайджана, Армении, Белоруссии, Грузии, Казахстана, Кыргызстана, Украины, Концепции правовой политики Республики Казахстан на период с 2010 до 2020 г. Гражданское процессуальное право стран англосаксонской правовой семьи исследуется на примере Правил гражданского судопроизводства 1998 г. Англии и Уэльса, как федеральных законов (Федеральных правил гражданского судопроизводства 1938 г., Федеральных правил о доказательствах 1975 г.), так и законов штатов (ГПК Калифорнии, Техаса) США. Смешанные правовые системы анализируются на базе ГПК Канады, Японии и Китая.

В настоящей работе используются законопроектные работы и доклады таких государств, как Австралия, Великобритания, США; аналитические материалы Парламентской Ассамблеи Совета Европы (ПАСЕ), а также Европейской комиссии за демократию через право (Венецианской комиссии).

Практическую основу настоящей работы составила судебная практика Конституционного Суда Российской Федерации, Верховного Суда Российской Федерации, РСФСР и СССР, Высшего арбитражного суда Российской Федерации, федеральных арбитражных судов Московского, Северо-Западного, Уральского, Северо-Кавказского и Восточно-Сибирского округов, Девятого и Девятнадцатого арбитражных апелляционных судов, Арбитражного суда г. Москвы, а также статистические данные, касающиеся судебной деятельности. Кроме того, в работе используется практика Верховного суда США. Широко применяются результаты социологических опросов, проводимые такими организациями, как Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ), Аналитический центр Юрия Левады (Левада-Центр), региональный общественный фонд «Индем», Фонд «Общественное мнение».

Научная новизна диссертации. Данная работа является первым монографическим сравнительно-правовым исследованием типа российского гражданского процесса и его места в составе мировых гражданских процессуальных систем.

Национальная гражданская процессуальная система рассматривается как в статике, так и в динамике. Если при анализе статичного состояния изучается действующее законодательство, то динамика предполагает рассмотрение основных элементов гражданской процессуальной системы в развитии, исторической ретроспективе. Учитывая, что множество факторов оказывают на нее влияние, в том числе исторические, географические, политические, экономические условия, то анализ не только статичного, но и динамичного состояния может дать истинное представление о типе гражданской процессуальной системы, ее месте в типологии.

На основе проведенных теоретических исследований с использованием разнообразных методов научного анализа впервые сделан вывод о том, что отечественная гражданская процессуальная система относится к смешанному типу гражданских процессуальных систем и является самобытной системой, которой присущи обусловленные спецификой правовой культуры и социокультурного типа российского общества уникальные процессуальные институты, не имеющие аналогов в других правовых системах, а также своеобразие практики применения общепризнанных институтов, реализация которых в России значительно меняет их первоначальное содержание.

Проведенное диссертационное исследование позволило сформулировать и обосновать следующие основные теоретические положения и выводы, выносимые автором на защиту и обладающие элементами научной новизны:

  1. Под гражданской процессуальной системой следует рассматривать не только совокупность законодательных норм, но и доктринальные положения, процессуальные действия, структуру судебной власти, а также правоприменительную практику и правовую культуру.

Являясь ключевым элементом гражданской процессуальной системы, законодательство не всегда дает истинное представление о национальном гражданском процессе. Правоприменительная практика нередко значительно меняет изначальный смысл процессуальных институтов, закрепленных в законодательстве, а доктрина устанавливает иные ориентиры в их развитии.

  1. Проведенное исследование показало, что правовая культура и социокультурный тип общества в целом являются важным фактором в развитии гражданской процессуальной системы, от которого зависит правоприменительная практика, которая в свою очередь дает истинное представление о системе, а не только о ее законодательной составляющей.
  2. Типология гражданских процессуальных систем означает их группировку на основании определенных критериев. Автор доказывает, что следует выделять формальные и сущностные критерии типологизации. Критериями, характеризующими внешнюю сторону, форму процесса, являются своеобразие отдельных процессуальных институтов, специфика национальной доктрины, процессуальные действия и особенность организации судебной власти. Правовая культура и социокультурые условия общества в целом, а также практика применения законодательства являются критериями, определяющими сущность, природу процесса.

4. Впервые предложена и обоснована типология гражданских процессуальных систем, состоящая из двух уровней: сущностного и формального. Сущностный уровень формируется в зависимости от правовой культуры и правоприменительной практики, а формальный уровень – от законодательства, доктрины и других формальных критериев типологизации.  На первом уровне определяются сущностные характеристики национального гражданского процесса, а на втором – его формальные черты.

Действенность типологии обусловливается только использованием обоих уровней одновременно. Процессуальные системы, отличаясь по формальному признаку, на сущностном уровне могут принадлежать к одному типу и, наоборот, отличаясь по сущностному критерию, могут относится к одному типу по формальным признакам.

На формальном уровне выделяются романо-германский, англосаксонский и смешанный гражданские процессуальные типы. На сущностном уровне выделяются индивидуалистские, коллективистские и смешанные гражданские процессуальные системы.

  1. Следует отличать типологию на сущностном уровне от деления на следственный и состязательный гражданские процессы. Данная классификация ограничена только отдельным процессуальным институтом, а именно активностью суда и сторон, и не учитывает другие факторы.

Проведенное исследование показало, что деление на англосаксонский и романо-германский процессы характеризует только внешнюю сторону гражданского процесса и не позволяет определить его сущность. В то же время следует учитывать, что развитие права в современный период характеризуется сближением, которое касается, в первую очередь, законодательства и не затрагивает другие компоненты гражданской процессуальной системы. Сугубо нормативное, юридико-техническое сравнение законодательства различных государств не предполагает использования социокультурного критерия, поскольку в данном случае не имеет значения правоприменительная практика, сопоставляются только конкретные нормы.

  1. Сформулировано определение смешанного типа гражданской процессуальной системы как по формальному, так и по сущностному критериям. На формальном уровне смешение касается не только законодательства англосаксонской и романо-германской систем, но и других их элементов: доктрины, процессуальных действий, структуры судебной власти. На сущностном уровне смешанные гражданские процессуальные системы функционируют в обществах, сочетающих как индивидуализм, так и коллективизм. Смешение касается практики применения и социокультурных условий общества.
  2. Раскрывается концепция самобытной гражданской процессуальной системы, которая представляет собой совокупность изначально возникших в конкретной национальной правовой системе, либо получивших в ней уникальную практику реализации законодательных норм и других компонентов, характеризующих ее оригинальность и самостоятельность развития.
  3. Доказывается, что сближение процессуальных систем нужно отличать от смешанного типа гражданского процесса. Сближение предполагает постепенное развитие гражданского процессуального права путем поиска эффективного способа защиты права, эволюцию того или иного института преимущественно на базе собственного опыта, путем устранения неэффективных норм. Смешанный тип гражданского процесса предполагает сосуществование институтов противоположных гражданских процессуальных систем.

Обосновывается различие между смешанным и самобытным гражданским процессом. Если самобытный гражданский процесс предполагает наличие процессуальных институтов, изначально возникших в конкретной национальной правовой системе, либо получивших в ней своеобразную, уникальную практику применения, то смешанный тип означает сочетание процессуальных институтов различных систем

Проведенное исследование показало, что тип гражданской процессуальной системы не идентичен типу правовой системы, они нередко противоречат друг другу.

  1. Российская гражданская процессуальная система является смешанной и самобытной системой. Несмотря на то что исторически она ближе к романо-германскому, чем к англосаксонскому типу, ее нельзя причислять к одному из них. Влияние общего права на российскую гражданскую процессуальную систему имеет место, но оно носит эпизодический характер, распространяется только на отдельные процессуальные институты и не касается основ гражданского процесса.

Российской смешанной системе присуще особенное, уникальное качество, придающее ей самобытный характер, которое заключается в том, что заимствованные зарубежные как англосаксонские, так и романо-германские процессуальные институты нередко приобретают в процессе правоприменения в России иное содержание, отличное от первоначального варианта. Кроме того, имеют место оригинальные процессуальные институты, а также доктринальные положения, неизвестные другим правовым системам. Своеобразие как практики применения, так и наличия уникальных процессуальных институтов и доктринальных положений обусловлено спецификой правовой культуры и социокультурного типа российского общества в целом. 

10. Аргументируется, что особенность российского социокультурного типа обусловливает специфику распределения активности суда и сторон в собирании доказательств, участия прокурора, защиты коллективных прав, возможность обжалования вступивших в законную силу судебных решений, потенциал несудебных форм разрешения споров, необходимость участия суда в исполнительном производстве.

11. Цель является важным признаком деления гражданских процессуальных систем как на сущностном, так и на формальном уровнях. Различия в целевых установках определяют структуру гражданского процесса, степень активности суда в собирании доказательств, необходимость достижения объективной или формальной истины, место исполнения в системе гражданской процессуальной деятельности, тип исполнительного производства и многие другие аспекты.

12. Обосновывается, что установленное в действующем законодательстве уникальное сочетание активности суда и сторон в собирании доказательств наилучшим образом соответствует смешанному культурологическому типу России и как следствие успешно применяется на практике. Модель «пассивного судьи» не может быть эффективна в России, поскольку не дает возможности обеспечить защиту прав граждан в условиях смешанного культурологического типа, распространения не только индивидуализма, но и коллективизма.

13. Использование судебного прецедента в качестве источника права зависит от социокультурного типа общества. Приводятся доводы, что в условиях смешанного культурологического типа России наиболее эффективным является действующий статус судебной практики, когда официально источником права является только закон, а судебный прецедент таковым не признается, но его роль в правовой системе велика и фактически он используется в качестве источника права. Постановления пленумов высших судов занимают особое место в регулировании общественных отношений, выступают своеобразным связующим звеном между законом и практикой. 

14. Позиция Европейского суда по правам человека о неэффективности российского производства в порядке надзора вследствие его несоответствия распространенной за рубежом теории «рес юдиката» (res judicata) является неоднозначной, применение ее в полном объеме в российских социокультурных условиях затруднительно. 

Обосновывается, что пересмотр судебных постановлений в порядке надзора имеет эффективность в условиях коллективистского, либо смешанного общества.

15. Несмотря на то что институт группового иска используется для защиты коллективных прав и с внешней стороны его социокультурная основа является проявлением коллективизма, его эффективная реализация возможна только в условиях индивидуалистского общества.

Предлагается выделять частные, публичные и организационные групповые иски. Критерием классификации является субъект подачи иска. Частный групповой иск подается гражданином или организацией, публичный – органом государственной власти, организационный – специализированной общественной организацией, действующей в той или иной области общественных отношений.

Доказывается, что в условиях российского смешанного культурологического типа эффективны только публичные или организационные групповые иски.

Практическая значимость результатов исследования. Проведенные исследования позволили сформулировать предложения по совершенствованию гражданского процессуального и арбитражного процессуального законодательства. Кроме того, ряд положений могут использоваться при проведении реформы исполнительного производства, нотариата и несудебных форм разрешения споров. Они могут быть применены как при разработке изменений и дополнений в законодательство, так и при подготовке постановлений Конституционного Суда Российской Федерации, пленумов Верховного и Высшего арбитражного судов Российской Федерации, а также в аналитической работе как органов судебной, законодательной и исполнительной властей, так и научно-исследовательских и иных организаций и отдельных граждан в области гражданского судопроизводства.

Настоящее диссертационное исследование может быть использовано в учебном процессе при подготовке как бакалавров, так и специалистов и магистров, а также в аспирантуре и докторантуре по юридическим специальностям. В частности, материалы данной работы могут учитываться при преподавании общих курсов «Гражданский процесс», «Арбитражный процесс», а также спецкурсов «Гражданский процесс зарубежных стран», «Защита коллективных прав», «Доказательства и доказывание», «Исполнительное производство», «Нотариат», «Третейское разбирательство». 

Апробация результатов исследования. Диссертация подготовлена на кафедре гражданского процесса юридического факультета Московского государственного университета им. М.В. Ломоносова, где обсуждалась и была рекомендована к защите.

Основные теоретические положения и выводы изложены автором в опубликованных работах и докладах на конференциях, симпозиумах, круглых столах и парламентских слушаниях. Общее число работ, опубликованных по теме диссертации, - 61, из них три монографии, восемь статей изданы в зарубежных академических журналах.

Некоторые положения апробированы в законотворческой деятельности органов государственной власти при участии автора в составе Экспертно-консультативного совета Комитета Совета Федерации Федерального Собрания Российской Федерации по правовым и судебным вопросам, Научно-консультативного совета Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации, Научно-консультативного совета при Арбитражном суде г. Москвы.

Отдельные предложения автора по совершенствованию действующего законодательства нашли отражение в конкретных законопроектах и законах: проекте Исполнительного кодекса РФ, подготовленном рабочей группой Министерства юстиции РФ3, а также в Федеральном законе «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации»4. Кроме того, ряд идей были положены в основу законодательных инициатив, подготовленных для депутатов Московской городской Думы в 2008-2010 гг.

Некоторые выводы получили апробацию в процессе участия автора в реализации некоторых международных проектов в области гражданского судопроизводства: 1) в подготовке Комитетом по гражданскому судопроизводству (International Civil Litigation and The Interests of the Public) Международной Ассоциации права (International Law Association) доклада и резолюции «Межгосударственные групповые иски» (Transnational Group Actions), которая была утверждена на общем собрании ассоциации 17 августа 2008 г.5; 2) в подготовке сравнительного анализа на тему «Судебные расходы» (Costs and Mechanisms of Funding of Litigation), проведенного в 2008-2009 гг. Центром социоправовых исследований Оксфордского университета (Oxford University Centre of Socio-Legal Studies) на базе законодательства 33 государств6.

Многие идеи неоднократно освещались автором на международных конференциях, проводимых Международной ассоциацией по процессуальному праву (International Association of Procedural Law). С Национальными докладами по проблематике  диссертации он выступал на: 1)  конференции «Common Law/Civil Law. The future of categories of the future» (4-6 июня 2009 г., г. Торонто (Канада)) с докладом на тему «Russian Civil Procedure: An Exceptional Mix»; 2) конференции «The Reception and Transmission of Civil Procedural Law in the Global Society – Legislative and Legal Educational Assistance to Other Countries in Procedural Law» (19-23 сентября  2007 г. (г. Киото (Япония)) с докладом на тему «Russian>

По мере работы над темой диссертации результаты исследования докладывались и на российских, а также других международных конференциях, круглых столах и совещаниях. В частности, по проблемам диссертации автор выступал на: 1) заседании секции гражданского процессуального права ежегодной XI Международной научно-практической конференции «Проблемы методологии правовых научных исследований и экспертиз» (2-3 декабря 2010 г., Москва) с докладом «Методология гражданского процессуального права»; 2) совещании экспертов «Независимость судебной власти в странах Восточной Европы, Южного Кавказа и Центральной Азии. Проблемы, реформы и перспективы», организованном Организацией по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ) и Исследовательской группой «Минерва» по вопросам независимости судебной власти Института Макса Планка (23-25 июня 2010 г., Киев); 3) круглом столе «Современное состояние нотариата в Российской Федерации и проблемы его реформирования», организованном Комитетом Совета Федерации по правовым и судебным вопросам Федерального Собрания Российской Федерации (4 февраля 2010 г., г. Москва) с докладом «Роль нотариата в современных условиях»; 4) совещании Министерства юстиции с экспертами Европейской Комиссии по эффективности правосудия (CEPEJ) Совета Европы и членами рабочей группы по разработке проекта Исполнительного кодекса РФ (17-18 июня 2009 г., г. Москва); 5)  парламентских слушаниях «Судебная система Российской Федерации: вопросы исполнения судебных актов», организованных Комитетом Совета Федерации по правовым и судебным вопросам Федерального Собрания Российской Федерации (28 мая 2009 г., г. Москва) с докладом «Проблемы современного исполнительного производства»; 6) международной научно-практической конференции «Предназначение современного гражданского процессуального права» (5-6 июня 2008 г., г. Вильнюс) с докладом «Российский стиль гражданского процесса»; 7) заседании секции гражданского процессуального права ежегодной VI Международной научно-практической конференции «Современное законотворчество: теория и практика» (22-23 декабря 2005 г., г. Москва) с докладом «Методология законотворчества в области гражданского процесса»; 8) международной конференции «Реформа гражданского процесса в суде первой инстанции в государствах региона Балтийского моря и Центральной Европы» (16-19 сентября 2004 г., г. Вильнюс) с докладом «Методологические аспекты реформы гражданского судопроизводства в России»; 9) Всероссийском научно-методологическом семинаре «Зарубежные опыт и отечественные традиции в российском праве» (28-30 июня 2004 г., г. Санкт-Петербург) с докладом «Правовые культуры России и Запада: вопросы взаимодействия».

Структура работы. Диссертация состоит из введения, пяти глав, объединяющих 21 параграф, что обусловлено целями и задачами работы.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертационного исследования, определяется его цель, раскрывается научная новизна работы, дается характеристика ее методологии, научной и практической основы, формулируются основные положения, выносимые на защиту.

В главе первой «Типология гражданских процессуальных систем» дается авторская концепция типологии гражданских процессуальных систем.

В доктрине гражданского процессуального права имеет место выделение диспозитивного и инквизиционного, состязательного и розыскного гражданского процесса. Существуют и другие точки зрения. Дискуссионность данного вопроса объясняется использованием различной терминологии, а также разнообразием критериев типологизации. Это свидетельствует о наличии противоречий именно на уровне методологии осуществляемых разработок. Успех исследования в этой области во многом обусловливается единством исходных позиций.

В параграфе первом главы первой «Понятие гражданской процессуальной системы и ее типа» проводится разработка основного понятийного аппарата, касающегося типологии гражданских процессуальных систем.

Первым этапом в составлении любой типологии является определение базовых категорий. Неопределенность и противоречивость изначального понятийного аппарата нередко приводят исследователей к бесперспективным дискуссиям, имеющим различные исходные установки. Ключевыми категориями являются собственно гражданская процессуальная система и ее тип. Понятие гражданской процессуальной системы является первичным объектом в данном исследовании, своеобразным «исходным материалом», на котором формируется вся типология, а тип системы свидетельствует о ее принадлежности к определенной группе. 

В отечественной доктрине отсутствует определение гражданской процессуальной системы, используемое для целей сравнительного правоведения. Несмотря на значительное количество работ, посвященных сравнению российского и зарубежного процессов, авторы исходят из разных представлений о понятии гражданской процессуальной системы, ее составных элементах и отличительных чертах. Понятие системы используется исключительно в нормативном контексте, в соответствии с которым она рассматривается как совокупность отраслей, институтов и правовых норм. Такой подход не предполагает выделения иных элементов кроме юридических норм.

Согласно общей теории систем описание низших объектов возможно сформулировать исходя из свойств и состояний высших. Следовательно, гражданская процессуальная система, являясь одним из элементов в иерархии более сложных систем, должна обладать свойствами, характерными для тех видов систем, в которые она включена. В частности, она характеризуется признаками, во-первых, общефилософской категории «система»; во-вторых, социальной системы; в-третьих, правовой системы как в нормативном, так и в сравнительно-правовом понимании. Кроме того, ее самостоятельное существование обусловливается наличием собственных специфических черт.

В общей теории систем, философии, а также в других отраслевых науках система определяется как совокупность элементов и связей между ними. Учитывая, что гражданская процессуальная система соотносится с другими системами как часть и целое, то данный определяющий признак характерен и для нее. Поэтому ее следует рассматривать как совокупность элементов и связей между ними.

Общая теория систем исходит из того, что элемент – это отправной компонент системы. Применительно к юриспруденции в правовой системе первоначальным элементом является правовая норма. В то же время следует учитывать, что гражданский процесс – это в первую очередь деятельность, совокупность процессуальных действий. Они не всегда соответствуют тем требованиям, которые к ним предъявляют правовые нормы. Нередко практика противоречит той модели, которую предписывают правовые нормы. Но это не исключает участия процессуальных действий в формировании конкретной гражданской процессуальной системы. В этом заключается специфика, одна из характеристик, отличающих ее от других систем. Автор утверждает, что кроме правовых норм, регулирующих деятельность по отправлению правосудия, элементами гражданской процессуальной системы являются процессуальные действия.

Третьей группой элементов гражданской процессуальной системы, по мнению автора, являются научные теории и разработки. Гражданская процессуальная система характеризуется не только законодательством и конкретными процессуальными действиями, но и научными взглядами. Законодательство не может функционировать автономно. Оно проходит различные этапы развития. Разработка того или иного нового процессуального института, как правило, базируется на определенных научных теориях. Наука играет важную роль в функционировании законодательства, обусловливает его развитие, а следовательно, является элементом гражданской процессуальной системы.

Обязательным элементом этой системы следует рассматривать и организацию судов. Учитывая, что реализация гражданского процессуального законодательства осуществляется в судах, специфика их организации оказывает большое влияние как на правоприменение, так и на совершенствование конкретных юридических норм.

Итак, в диссертации доказывается, что гражданская процессуальная система состоит из четырех групп элементов: правовых норм, процессуальных действий,  научных взглядов и организации судебной власти. Правовая норма является ключевым, системообразующим элементом гражданской процессуальной системы. В то же время, одно лишь законодательство не всегда создает истинное представление о национальном гражданском процессе.

Кроме элементов обязательным компонентом гражданской процессуальной системы являются связи. Они обеспечивают качество системы, формируют единство между всеми элементами: законодательством, процессуальными действиями,  научными взглядами и организацией судебной власти. Таким качеством обладают, по мнению автора, правовая культура и общие социокультурные условия общества в целом, а также практика применения процессуальных норм. Правовая культура, а также общие социокультурные условия общества определяют специфику функционирования не  только отдельных правовых институтов, но и всех элементов гражданской процессуальной системы. Другими связями является практика применения гражданского процессуального законодательства. Причем практика применения зависит, в первую очередь, от социокультурных условий общества. Законодательство может быть одинаковым, а практика его применения значительно отличаться в зависимости от места действия. Например, многие европейские процессуальные институты были практически без изменений реципированы в странах Азии. Это не означает, что гражданские процессуальные системы стран Азии и Европы одинаковы. Порядок реализации одних и тех же правовых норм в этих частях мира кардинально отличается. Поэтому практика применения является одной из ключевых характеристик гражданской процессуальной системы. 

Таким образом, гражданская процессуальная система состоит из элементов и связей между ними. Элементами являются законодательство, процессуальные действия, научные взгляды, организация судебной власти, а связями – правовая культура и общие социокультурные условия общества, а также практика применения законодательства.

В работе исследуется другая категория – тип гражданской процессуальной системы, под которым следует понимать разновидность систем с общими характерными признаками, позволяющими их отграничивать от других систем, дифференцировать либо объединять в определенные группы.  Понятие типа процессуальных систем характеризует не только общность законодательства, конкретных процессуальных институтов и научных взглядов, но и свидетельствует о единой социокультурной основе, совместных экономических, политических, социальных условиях реализации гражданского процессуального законодательства.

В параграфе втором главы первой «Типологизация гражданских процессуальных систем» исследуются цель и методика составления, критерии разграничения гражданских процессуальных систем. Анализ проводится не только на базе источников гражданского процессуального права, но и с использованием философских категорий, общенаучных подходов к типологизации, положений отечественного и зарубежного сравнительного правоведения, других отраслевых юридических наук.

Несмотря на то что любая типология имеет относительный, условный характер, вопрос о принадлежности той или иной гражданской процессуальной системы к определенной группе имеет не только теоретическое, но и сугубо практическое значение. Установление типа процессуальной системы способствует правильному определению пути ее дальнейшего развития, исключению введения чуждых институтов.

Типологизация представляет собой процесс группировки систем, а ее результат – типология. Несмотря на наличие схожих понятий (классификация, систематизация, периодизация), используемых для группировки изучаемых объектов, только термин «типологизация» применяется для выявления сходств и различий изучаемых объектов, закономерностей, позволяющих предсказывать их дальнейшее развитие.

Основой любой типологизации является критерий деления. Типология гражданских процессуальных систем предполагает объединение в совокупность не просто разрозненных элементов и частей. Они характеризуются отличительными чертами, которые позволяют тот или иной правовой институт отнести к определенному типу процессуальной системы. Выбор критериев осуществляется не хаотичным образом, а в зависимости от цели типологии.  Например, можно дифференцировать все процессуальные системы по географическому признаку, либо, используя исторический фактор, можно сравнивать римский процесс с современным судопроизводством.

В отечественной доктрине проблеме типологии гражданских процессуальных систем уделяется незначительное внимание. Наиболее распространенное ранее деление на состязательный и следственный процессы в настоящее время в определенной степени потеряло актуальность. Эта классификация ограничена сравнением единственной сферы – активности суда и сторон. Более распространенной является устоявшаяся в сравнительном правоведении классификация на англосаксонскую и романо-германскую системы. В то же время процессуалисты не предлагают самостоятельных критериев типологизации, а используют ее как общепринятую. Появляющиеся в последнее время предложения относительно критериев являются скорее исключением, чем правилом.

При разработке критериев типологизации автором были использованы отдельные критерии деления систем в философии и общей теории методологии, в теории государства и права, сравнительном правоведении, в смежных юридических науках (конституционном, гражданском, уголовном, уголовно-процессуальном праве). Гражданская процессуальная система соотносится с рассмотренными системами как часть и целое либо как равнозначный элемент в составе правовой системы. Следовательно, возможно применить методику типологизации всех разобранных систем.

Невозможно предложить аргументированную концепцию типологизации гражданских процессуальных систем, не используя терминологию и методологические средства сравнительного правоведения. В то же время отождествлять тип правовой системы и тип гражданского процесса неправильно. В основе их деления лежат разные критерии, разные цели обусловливают их развитие и т.д. На практике в большинстве случаев они совпадают, однако есть исключения. В некоторых государствах они отличаются. Иногда даже они бывают противоположными. Например, правовая система является романо-германской, а гражданский процесс – англосаксонским (Пуэрто-Рико и др.).

Составление типологии гражданских процессуальных систем возможно на базе разнообразных критериев: историческое развитие, правовая культура (М.Н. Марченко, Х. Кох и др.),  цивилизационный тип (О. Шпенглер), «общий фон, климат правовой жизни» (С.С. Алексеев), политический режим, тип экономики, источники права и др.  Ключевым аспектом в выборе критериев является цель типологизации. Например, если необходимо показать тот или иной процессуальный институт в развитии, то оптимальным критерием является историческое развитие и т.д. Использование только одного критерия изначально ограничивает типологию определенной сферой. Разные критерии нередко не могут применяться одновременно. Например, такие критерии, как цивилизационный тип, историческое развитие и источник права, не являются однопорядковыми. Применение нескольких разнопорядковых критериев требует выделения различных уровней типологии гражданских процессуальных систем. Такой подход позволяет избежать односторонности типологизации, расширяет ее возможности.

По мнению автора, следует различать различные типы критериев. Во-первых, существуют критерии, определяющие сущность, природу процессуальной системы; во-вторых, имеются критерии, характеризующие ее внешнюю сторону, т.е. форму процессуальной системы. Социокультурные особенности общества, историческое развитие, правовая культура являются критериями, определяющими сущность процессуальной системы. Источники права, принципы, доктрина, структура и методология права и другие  являются критериями, характеризующими ее форму.

Существующие типологии смешивают оба типа критериев, рассматривают их на одном уровне. В результате нарушается логика типологизации. Ярким примером типологии гражданских процессуальных систем с использованием критериев, характеризующих форму гражданского процесса, является деление на англосаксонскую и  континентальную систему. Эта типология наиболее востребована в науке, законотворческой работе и правоприменительной деятельности, она получила наибольшее распространение как в отечественной (Г.О. Аболонин, О.А. Папкова, И.В. Решетникова и др.), так и в зарубежной (O.G. Chase, K.M. Clermont, M.R. Damaska, G.C. Hazard, J.H. Langbein, J.H. Merryman) науках не только гражданского процессуального права, но и теории государства и права, сравнительного правоведения, других юридических отраслевых науках (конституционного, гражданского, уголовного, уголовно-процессуального права и др.). В качестве критериев в литературе называются доктрина, структура, источники права, основные процессуальные институты и конкретные принципы и правила судопроизводства. Учитывая их многообразие, не всегда понятно, почему именно конкретный критерий является основой разделения процессуальных систем.

Используя разработанное в первом параграфе понятие гражданской процессуальной системы, диссертант в качестве критериев типологизации предлагает рассматривать отдельные процессуальные институты, специфику национальной доктрины, процессуальные действия и организацию судебной власти, являющиеся элементами гражданской процессуальной системы, а также использовать данную типологию в качестве первого уровня (формального) предлагаемой в работе многоуровневой типологии.

Деление на англосаксонский и романо-германский процессы характеризует только внешнюю сторону гражданского процесса и не позволяет определить его сущность. В то же время следует учитывать, что развитие права в современный период характеризуется сближением практически по всем формальным параметрам. Наиболее ярко это проявляется в отношении такого элемента, как законодательство. Учитывая, что компонентами гражданской процессуальной системы являются не только элементы, но и связи между ними (правовая культура, правоприменение), их также следует использовать при типологизации. Если законодательство и другие элементы в современный период постепенно сближаются, то практика применения отнюдь не имеет такой тенденции. Напротив, она значительно отличается в различных регионах и обусловлена именно правовой культурой и социокультурными условиями общества в целом. Поэтому именно данные критерии, которые не учитываются в классической типологии, позволяют проводить истинное разграничение между гражданскими процессуальными системами, установить не формальное, а качественное своеобразие национальной гражданской процессуальной системы.

Разработка второго уровня типологии (сущностного) осуществлена при активном использовании как понятийного аппарата, так и основных теоретических положений культурологии. Она предполагает выделение двух типов общества: индивидуалистского и коллективистского с разграничением в зависимости от приоритета частных или общественных интересов. Применение данной теории в гражданском процессуальном праве позволило автору предложить деление на индивидуалистский и коллективистский типы гражданских процессуальных систем. В гражданском процессе индивидуализм проявляется прежде всего в особой роли права и правосудия в обществе. Право выступает в роли основного регулятора общественных отношений, а правосудие – центрального способа разрешения споров. При коллективизме основным социальным регулятором является не право, а религиозные, моральные и другие неправовые нормы поведения. Что касается судебного разбирательства, то оно не выступает в роли главного способа разрешения споров. Более того, нередко оно не только не приветствуется, но и порицается на уровне моральных и религиозных воззрений. В культурологии имеет место смешанный социокультурный тип, характеризующийся отсутствием четкого доминирования приоритета интересов личности или общества, что предполагает выделение смешанного типа гражданских процессуальных систем. Он базируется на распространении в обществе принципов как индивидуализма, так и коллективизма, их смешении как в личностном, так и в общественном сознании. В гражданском процессе такое смешение обусловливает прежде всего своеобразие практики применения, а также специфику реализации элементов гражданской процессуальной системы.

Следует отличать данную типологию от деления на следственный и состязательный процессы (А.Ф. Клейнман, J.A. Jolowicz), в основе которого лежат только функции суда и сторон, затрагивающие формальную сторону процесса и не касающиеся ни правовой культуры, ни практики применения, что не дает истинного представления о национальном гражданском процессе.

Советский гражданский процесс не следует рассматривать в качестве самостоятельного типа. Применение сущностных критериев типологизации свидетельствует о наличии самобытных черт российского  гражданского процесса. Поэтому нужно выделять советский период развития российского гражданского процесса.

Сущностный уровень типологии позволяет устранить недостаток классического деления только на англосаксонскую и романо-германскую процессуальные системы, которое не учитывает такие факторы, как практику реализации конкретных правовых норм, идеологию, правовую культуру, а также многие другие признаки, имеющие корни в социокультурных особенностях конкретного общества. Однако не стоит умалять и значение формальных критериев. Без них гражданское процессуальное исследование теряет юридический смысл. Поэтому полноценный анализ гражданской процессуальной системы должен базироваться на применении не только какого-то одного типа критериев, а обоих – как формальных, так и сущностных.

Таким образом, проведенное исследование позволило автору предложить двухуровневую типологию гражданских процессуальных систем. На формальном уровне выделяются англосаконская и романо-германская, а на сущностном – индивидуалистская и коллективистская системы.

В параграфе третьем главы первой «Социокультурный тип общества как критерий типологизации гражданских процессуальных систем» анализируется влияние правовой культуры и социокультурных условий общества в целом на развитие гражданского процесса. Исследование проводится не только с применением юридических методов, но и при активном использовании культурологии.

Взаимозависимость культуры и права подчеркивается многими как отечественными (О.Э. Лейст, В.А. Мальцев, В.Н. Синюков), так и зарубежными (L.W. Friedman) учеными. Данный подход к изучению права позволяет установить взаимосвязь законодательства и общества. Хотя некоторые процессуалисты отмечают влияние культуры на гражданский процесс (O.G. Chase), специальных исследований в этой области не проводится. В то же время гражданское процессуальное право в наибольшей степени обусловлено социокультурной спецификой, учет которой позволяет определить причины, по которым многие совершенные «на бумаге» или эффективные в другом государстве гражданские процессуальные институты остаются недействующими на практике. Эффективность конкретной юридической нормы зависит от того, насколько она соответствует социокультурным условиям определенного общества.

Существует более двухсот определений  понятия «культура». Автор использует одно из них, которое рассматривает культуру как систему ценностей, моральных устоев, правил, обычаев и других черт общества, сложившихся в конкретных исторических и социальных условиях (В.В. Миронов). Правовая культура рассматривается в качестве составной части социокультурного типа и через юридическую практику и правосознание, которые в свою очередь входят в состав правовой культуры, оказывает влияние на гражданскую процессуальную систему. Тип гражданского процесса во многом обусловлен типом культуры. Из множества классификаций автор выбирает для использования в проводимом исследовании деление на индивидуалистскую и коллективистскую культуры, основывающееся на приоритете интересов индивида или коллектива в обществе, поскольку доминирование личности или общества обусловливает многие компоненты гражданской процессуальной системы, динамику и структуру процесса. При коллективизме право направлено на защиту интересов всего общества, на достижение коллективных целей (Платон). При индивидуализме право защищает в первую очередь интересы отдельного члена общества и сориентировано на выполнение индивидуальных целей (Ж.Л. Бержель, Д. Ллойд, П. Сандевуар). В большинстве коллективистских государств заимствованное западноевропейское законодательство на практике неэффективно, поскольку не соответствует общепринятым правилам и обычаям, либо религиозным нормам, имеющим большую регулятивную силу, чем право (Китай, Корея, государства Африки и др.).

В гражданском процессуальном праве специфика культуры играет особую роль. Ценность судебной процедуры может по-разному трактоваться в зависимости от социокультурных условий конкретного общества. Взаимовлияние культуры и права обусловливает не только специфику законодательства, но в первую очередь практику его применения. Похожее гражданское процессуальное законодательство по-разному эффективно в зависимости от социокультурных условий общества. Во многих странах особенности социокультурного типа обусловили развитие различных форм внесудебного разбирательства конфликтов. Несмотря на то что в основе современных правовых систем Китая и Японии лежит европейское законодательство, и несмотря на высокий уровень  экономического развития,  правовой нигилизм в этих странах получил широкое распространение (Р. Давид) по причине неоднозначного отношения к праву в целом и судопроизводству в учении конфуцианства. Судебное разбирательство всячески избегается как в Китае, так и в Японии, а также в других странах Юго-Восточной Азии (К. Цвайгерт и Х. Кётц, D.H. Bracey). Традиционно разрешение спора основывается на чувстве справедливости и лишь затем применяется право. Страх общественного порицания сдерживает граждан обращаться в суд. Япония считается страной с одним из самых низких показателей обращений в суд за защитой нарушенных прав, причиной чего является отнюдь не высокая правовая культура, а, наоборот, стремление как государства, так и граждан уменьшить роль права в жизни общества. Подобное отношение к суду и гражданскому судопроизводству продемонстрировано в работе на примере также других стран Юго-Восточной Азии, Индии и исламских государств.

Проведенное исследование показало, что правовая культура и социокультурный тип общества являются важным фактором в развитии гражданского процесса, от которого зависит правоприменительная практика, которая в свою очередь дает истинное представление о системе, а не только о ее законодательной «оболочке». Нередко социокультурные условия общества обусловливают не только практику применения, но и специфику конкретных процессуальных институтов.

Таким образом, разработанная в первой главе типология гражданских процессуальных систем способствует установлению как внутренних механизмов развития права, так и степени влияния внешней среды, позволяет определить эффективность и тенденции развития национального гражданского процесса.

В главе второй «Специфика романо-германских элементов гражданской процессуальной системы России» исследуются особенности реализации основных черт континентального типа гражданского судопроизводства. Своеобразие касается как самих процессуальных институтов, так и практики их применения в России. Во-первых, многие институты в результате рецепции приобретают оригинальное содержание, отличное от первоначального варианта, а во-вторых, отечественная практика применения нередко их преобразует значительным образом, что придает им уникальный характер. 

При проведении исследования широко используются такие методы, как сравнительно-правовой, историко-правовой анализы и социокультурный метод. 

В параграфе первом главы второй «Общая характеристика романо-германского типа гражданской процессуальной системы и его влияния на российское право» раскрываются отличительные черты континентального процесса, проводится краткое описание истории его развития, а также дается обзор континентальных элементов отечественного гражданского судопроизводства.

Основным отличительным признаком романо-германской системы принято считать ее «следственный» характер, предопределивший активность суда в процессе. Другими особенностями этого типа являются: 1) отсутствие суда присяжных; 2) отсутствие слушаний, проводимых до начала судебного заседания; 3) назначение экспертизы судом. Судебный прецедент либо вообще не рассматривается как источник права, либо его роль незначительна. Данной системе гражданского процессуального права свойственны такие принципы, как доминирование закона, подчиненное ему положение судебной практики, кодификация правил об отправлении правосудия и др. Кроме того, следует принимать во внимание специфику процессуальной доктрины стран континентального права. Учения о целях гражданского судопроизводства, структура отрасли гражданского процессуального права отличаются от соответствующих научных взглядов в странах общего права.

Несмотря на распространенность мнения о континентальном типе российского гражданского процесса, отнесение к нему всей отечественной системы затруднительно. Во-первых, из четырех групп элементов только две имеют с ним общие черты. Это в первую очередь отдельные процессуальные элементы, а также доктрина. Во-вторых, связи между элементами системы вообще уникальны и не могут быть отнесены к тому или иному существующему типу. Поэтому можно утверждать только о наличии в отечественной системе некоторых элементов романо-германской системы, но не об отнесении ее к ней. Более того, эти элементы полностью не идентичны романо-германским. Они имеют континентальную природу, но не более того.

Во втором параграфе главы второй «Цель гражданского процесса защита нарушенного права» анализируются доктринальные положения о цели, являющиеся одним из критериев разграничения континентальной и англосаксонской систем судопроизводства. 

Цель обусловливает структуру, а также развитие всей гражданской процессуальной системы и конкретных правовых институтов. В то же время такое различное понимание целей характерно только для классических доктрин обеих гражданских процессуальных систем. Процесс их сближения затрагивает не только отдельные правовые институты, но и общие положения, включая целевые установки. Поэтому в последнее время наблюдается тенденция изменения целей гражданского процесса в обеих системах.

Что касается России, то, изучив эволюцию научных взглядов с XVIII в.  (Ф. Дильтей) до настоящего времени, автор пришел к выводу, что российская наука придерживается традиционной для романо-германской системы точки зрения о цели гражданского процесса как защите права, которая предполагает не только разрешение спора, но и реальное восстановление нарушенного права, несмотря на то, что такая позиция не отражена в полной мере в действующем законодательстве. Такой подход обусловливает развитие многих процессуальных институтов, отличающихся от англосаксонского права.

В третьем параграфе главы второй «Особенности науки гражданского процессуального права» рассматривается эволюция отечественной доктрины как одного из элементов гражданской процессуальной системы.

Сопоставление основных учений отечественной науки с зарубежной доктриной привело автора к выводу о том, что кроме приоритета материального права над процессуальным в России имеют место и многие другие концепции романо-германской системы. В то же время многие концепции не были заимствованы, а получили самостоятельное развитие.

Параграф четвертый главы второй «Активность суда: историко-правовой анализ» посвящен изучению тех периодов, когда суд проявлял инициативу в собирании доказательств и в целом являлся активным участником. Роль суда является одним из критериев разграничения между двумя системами. Активность суда – отличительная черта классического континентального типа судопроизводства. Проведенный анализ показал, что в России роль суда менялась в различные эпохи, но тем не менее он часто был наделен значительными полномочиями. 

Степень активности суда в гражданском процессе имеет непосредственную зависимость от культурологического типа общества. Коллективизм предполагает активность суда, а индивидуализм, наоборот, ее не требует. Некоторая изначально присущая гражданам инертность, характерная для коллективистского общества, не позволяет им активно участвовать в разбирательстве дела. Поэтому недостаточная инициативность сторон должна восполняться активностью суда. В противном случае достижение цели правосудия – защиты нарушенных прав представляется невозможным. При отсутствии активности и суда, и сторон возникает нехватка доказательств, что не позволяет вынести справедливое решение. Учитывая, что активность суда обусловлена коллективистскими принципами, в России его активность в наибольшей степени характерна для тех периодов, когда коллективизм имел фактический приоритет перед индивидуалистскими принципами. Несмотря на то что в настоящее время отсутствует неограниченная активность суда, в историческом контексте она является одной из характерных черт отечественного гражданского процесса.

Параграф пятый главы второй «Рассмотрение дела без участия присяжных заседателей» посвящен исследованию отечественного опыта разрешения споров с участием непрофессиональных судей, народных и арбитражных заседателей, а также анализу попыток внедрения института присяжных заседателей по гражданским делам.

Хотя суд присяжных встречается и в других правовых системах, он является отличительной чертой англосаксонской, а его отсутствие – соответственно романо-германской системы.  Несмотря на то что в настоящее время институт присяжных заседателей практически не используется, он является одним из системообразующих элементов, своеобразным стержнем, формирующим всю систему общего права. Эффективность данного института зависит от его функционирования в системе общего права. Вне этой системы в условиях действия других принципов и структуры процесса этот институт может иметь скорее негативные, чем положительные последствия. Общая система, ключевые принципы и связи основных институтов современного российского процесса не предполагают возможности разрешения дела с участием присяжных заседателей. Кроме того, вызывает сомнение эффективность подобного способа разрешения споров в условиях российского культурологического типа. Его использование предполагает инициативность сторон, которой недостаточно в условиях смешанного российского культурологического типа.

Таким образом, проведенный во второй главе анализ свидетельствует, что гражданский процесс России развивался начиная с XVIII в. преимущественно в рамках романо-германской правовой системы, но с определенными особенностями. Континентальные черты преобладают как в законодательстве, так и в науке. В то же время,  несмотря на «тяготение» к романо-германской правовой системе, российский процесс содержит ряд англосаксонских процессуальных институтов, а также важные самобытные черты.

В главе третьей «Специфика англосаксонских элементов гражданской процессуальной системы России» исследуются особенности реализации некоторых черт гражданского судопроизводства системы общего права. Своеобразие касается как самих процессуальных институтов, так и практики их применения в России. Во-первых, некоторые институты в результате рецепции приобретают оригинальное содержание, отличное от первоначального варианта, а во-вторых, отечественная практика применения нередко их преобразует значительным образом, что придает им уникальный характер.

В параграфе первом главы третьей «Общая характеристика англосаксонского типа гражданской процессуальной системы и его влияния на российское право» раскрываются отличительные черты судопроизводства общего права, проводится краткое описание истории его развития, а также дается краткий обзор англосаксонских элементов отечественного гражданского процесса.

Отличительной чертой классического англосаксонского типа гражданского процесса является пассивность суда. Другими его особенностями являются: 1) суд присяжных; 2) предварительное судебное заседание; 3) допрос свидетелей, а также иные процессуальные действия, осуществляемые сторонами до начала судебного заседания; 4) институт групповых исков. Кроме того, для него характерно доминирование процессуальных отраслей права, преобладание судебного прецедента в правовом регулировании, большое значение судов в жизни общества и др.

В этом параграфе проанализированы недостатки и преимущества англосаксонского типа гражданского судопроизводства, тенденции его развития. Некоторые его институты были в последнее время адаптированы в странах континентальной Европы и других государствах романо-германского права (например, групповые иски). В российский гражданский процесс также был внедрен ряд элементов. Во-первых, постоянно возрастает роль судебного прецедента; во-вторых, установлена возможность подачи групповых исков; в-третьих, снижена роль суда в собирании доказательств по сравнению с прежним советским законодательством и т.д. Отечественная рецепция англосаксонского права происходила путем непосредственного внедрения законодательства стран общего права либо через адаптацию институтов романо-германского, заимствованных в свою очередь из общего права.

Параграф второй главы третьей «Своеобразие структуры судебной системы» посвящен сравнительному анализу судебных систем России и стран романо-германского и англосаксонского права.

Хотя структура судебной системы имеет на первый взгляд косвенное отношение к гражданскому процессу, процессуальный порядок рассмотрения дела в значительной степени от нее зависит. Многие процессуальные институты действуют по-разному в зависимости от типа суда, в котором рассматривается дело. Структура судебной системы неодинакова в основных правовых системах. Анализ проводится на примере государств англосаксонского права (Великобритании, Австралии, Канады) и стран романо-германского права (Германии, Франции, Италии, Бельгии, Бразилии, Венгрии, Болгарии, Кубы). Несмотря на наличие в отдельных странах общего права специализированных судов, они являются исключением из общего правила построения судебной системы. Они не формируют отдельных ветвей судебной власти, их компетенция ограничена, и число рассматриваемых ими дел минимально.

В работе проанализированы ключевые недостатки и преимущества обоих типов организации судов. Очевидным преимуществом специализации судов в романо-германских странах является профессионализм состава судов. В то же время существование отдельных независимых друг от друга ветвей судебной системы создает хаотичность и нередко непоследовательность в отправлении правосудия, отсутствуют единые подходы и практика рассмотрения споров. Кроме того, в определенной степени нарушается в данном случае доступ к правосудию, поскольку верное определение подведомственности дел в такой системе нередко требует специальных юридических знаний.

На основе проведенного историко-правового анализа данной проблемы, изучения законотворческих предложений последних лет о введении новых специализированных судов сделан вывод о том, что российская судебная система по гражданским делам имеет уникальные особенности.  Исторически в России никогда не была воспринята широкая дифференциация судов по гражданским делам. Однако в последнее время наблюдается иная тенденция – действует система арбитражных судов, обсуждается введение административных, патентных и других судов.

Параграф третий главы третьей «Ограниченное участие суда в процессе собирания доказательств: историко-правовой анализ» посвящен изучению тех периодов, когда суд являлся пассивным участником, «арбитром» в разрешении споров. Пассивность суда – отличительная черта классического англосаксонского типа судопроизводства.

Проведенное исследование показало, что в истории современного отечественного процесса выделяются два периода, когда активность суда была ограничена: преобразования 1864 и 1995 гг. В основе обеих реформ лежала идея устранения следственности ввиду ее неэффективности в предшествующие периоды.

В то же время пассивность суда при собирании доказательств, характерная для стран англосаксонского процесса, не может являться образцом для конструирования отечественного  гражданского процесса, поскольку не соответствует социокультурным особенностям российского общества. Такая форма разрешения споров эффективна только в условиях индивидуалистского типа общества. Недостаточная активность суда негативно отражается на эффективности отечественного гражданского судопроизводства.

Параграф четвертый главы третьей «Особый порядок защиты коллективных прав» посвящен исследованию особенностей защиты прав группы либо неопределенного круга лиц.

Наибольшее распространение в мире получили два института: соучастие и групповой иск. Оно зависит от типа правовой и процессуальной систем. Групповой иск является отличительной чертой англосаксонского процесса, а следовательно, его отсутствие – романо-германского права. В то же время существуют разновидности группового иска, получившие развитие в разных правовых системах. В работе проанализирована доктрина о групповом иске как в странах англосаксонского (на примере США, Великобритании, Австралии, отдельных провинций Канады), так и романо-германского (на примере Германии, Нидерландов, Испании, Италии, Литвы, Португалии, Франции, Швеции)  права, а также государств СНГ, его  недостатки и преимущества. 

Автор предложил выделять частный, организационный и публичный групповые иски. Критерием является субъект подачи иска, в качестве которого могут выступить частные лица, организации, органы государственной власти. Если частные групповые иски в основном действуют в странах общего права, то публичные и организационные групповые иски используются также в странах континентального права.

Несмотря на то что некоторые ученые (Н.Г. Елисеев, В. Микеленас) рассматривают институт групповых исков как проявление коллективизма, диссертант обосновывает точку зрения о том, что данный институт в своей основе имеет индивидуалистские начала, несмотря на внешнюю коллективистскую форму. Учитывая характерную для индивидуалистских обществ инициативность конкретного индивидуума, он мог возникнуть и получить развитие только в индивидуалистских обществах. Истец является активным участником и способен выступить в защиту не только своих прав, но и прав других лиц.

Из трех видов групповых исков в России в полной степени действуют публичные и организационные, а также с 2009 г. в определенной степени частные групповые иски, имеющие значительную специфику в арбитражном процессе. Новую главу 28.2 «Рассмотрение дел о защите прав и законных интересов группы лиц» АПК РФ следует рассматривать как попытку сочетания в российских условиях института соучастия и частного группового иска.

Параграф пятый главы третьей «Специфика фактического использования судебной практики в качестве источника права» посвящен анализу применения судебного прецедента.

В континентальной правовой системе по общему правилу источником права  является нормативный акт, а в странах англосаксонского права – судебный прецедент. В результате сближения систем в последнее время наблюдается иная тенденция: в государствах общего права неуклонно возрастает роль закона, а в континентальной системе повышается значение судебного прецедента.

В работе изучена англосаксонская доктрина судебного прецедента, проанализированы его недостатки и преимущества, рассмотрена дискуссия в отечественной науке о статусе судебной практики. В России роль судебного прецедента значительно больше, чем в странах романо-германской системы. Фактическое его использование в качестве источника права имеет в нашей стране давние традиции и самобытную практику еще дореволюционного, а также советского периодов.

Проведенное исследование позволило автору сделать вывод, что использование судебного прецедента в качестве источника права зависит от социокультурного типа общества. В условиях смешанного культурологического типа России наиболее эффективным является действующий статус судебной практики, когда официально источником права является только закон, а судебный прецедент таковым не признается, но его роль в правовой системе велика и фактически он используется в качестве источника права. Постановления пленумов высших судов занимают особое место в регулировании общественных отношений, выступают своеобразным связующим звеном между законом и практикой. 

Таким образом, проведенный в третьей главе анализ свидетельствует о том, что в России в различные исторические периоды действовали некоторые институты, характерные для общего права. В целом российская гражданская процессуальная система содержит как англосаксонские элементы (отдельные процессуальные институты и организация судебной власти), так и связи между ними (большое значение судебной практики в правоприменительном процессе). Кроме того, отечественное правоприменение нередко настолько преобразует англосаксонские институты, что значительно меняется их первоначальное содержание.

В главе четвертой «Уникальные элементы гражданской процессуальной системы России» исследуются самобытные черты отечественного гражданского процесса. Своеобразие касается как самих процессуальных институтов, так в первую очередь правовой культуры и правоприменения.

Параграф первый главы четвертой «Самобытность развития гражданской процессуальной системы России» посвящен анализу эволюции уникальных черт отечественного гражданского процесса с эпохи Древней Руси и до настоящего времени.

Впервые разработана концепция самобытности гражданского процесса, под которой следует рассматривать совокупность компонентов (законодательство, процессуальные действия, доктрина, правовая культура и правоприменение) гражданской процессуальной системы, характеризующих ее своеобразие, уникальность и самостоятельность развития.

Самобытный гражданский процесс следует отличать от смешанного гражданского процесса. Если самобытный гражданский процесс предполагает наличие процессуальных институтов, изначально возникших и получивших развитие в конкретной национальной правовой системе, а также не имеющих аналогов в других процессуальных системах, то смешанный тип означает сочетание процессуальных институтов различных систем.

Уникальность большинства процессуальных институтов (оригинальное сочетание активности суда и сторон в собирании доказательств, особые полномочия прокурора, пересмотр решений в порядке надзора и др.) имеет «советские» корни, поскольку они были разработаны и получили наибольшее применение именно в советский период. В настоящее время они, естественно, не остались в неизменном виде, были в определенной степени преобразованы, но по-прежнему являются уникальными процессуальными институтами России, несмотря на изменение политического и экономического строя. Кроме них существуют и другие элементы, которые были введены в действие в последние двадцать лет. Например, исполнение судебных постановлений в отношении государства.

Наличие в современном отечественном гражданском процессе уникальных процессуальных институтов характеризует самобытность его формы и не затрагивает сущность. В то же время ключевая ее составляющая касается сущностного уровня, связана с практикой применения, а также со  своеобразием правовой культуры и социокультурных условий общества в целом. Многие эффективно применяемые в других правовых системах процессуальные институты, адаптированные в России, теряют первоначальное значение и приобретают совершенно новый смысл. Нередко российская правоприменительная практика, обусловленная спецификой отечественного культурологического типа, преобразовывает их «до неузнаваемости».

Параграф второй главы четвертой «Оригинальное сочетание активности суда и сторон в процессе собирания доказательств по ГПК РФ 2002 года» посвящен исследованию действующей российской модели участия суда в гражданском процессе. Роль суда и сторон в собирании доказательств является своеобразным «водоразделом» между англосаксонской и романо-германской системами.

В работе проанализирована история воплощения в российском процессуальном законодательстве концепции ограниченного участия суда в собирании доказательств на примере ГПК 2002 г., АПК 1992, 1995, 2002 гг. Проанализирована практика их применения, которая показала, что реализация идей «чистой состязательности» при пассивной роли суда в России нецелесообразна: суд не может быть нейтральным, только внимательно выслушивать стороны и решать спор на основании представленных доказательств. В настоящее время в ГПК установлено своеобразное соединение инициативности сторон и активности суда.

Проведенный сравнительно-правовой анализ на примере законодательства и доктрины Австралии, Аргентины, Армении, Белоруссии, Бельгии, Болгарии, Великобритании, Германии, Грузии, Италии, Казахстана, государств Карибского региона, Китая, Кыргызстана, Нигерии, Нидерландов, Сингапура, США, Турции, Филиппин, Франции, ЮАР, Японии показал, что подобное сочетание активности суда и сторон в сборе доказательств является уникальным и не характерно для других основных правовых систем. Оно обусловлено социокультурным развитием современной России, сочетанием как индивидуалистских, так и коллективистских принципов.

Параграф третий главы четвертой «Особые полномочия прокурора» посвящен анализу участия прокурора в гражданском процессе. 

Проведенный историко-правовой анализ развития данного института с периода его учреждения в XVIII в. и до настоящего времени, а также сравнительно-правовое исследование (на примере законодательства и доктрины Армении, Белоруссии, Бельгии, Бразилии, Германии, Италии, Казахстана, Кыргызстана, Китая, Кореи, Молдовы, Таджикистана, Туркмении, Франции, Узбекистана, Украины, Японии) показали, что участие прокурора в гражданском процессе характерно не только для российской правовой системы. Прокурор является субъектом гражданских процессуальных отношений и в других странах. В то же время российская модель обладает значительной спецификой, позволяющей рассматривать ее в качестве самобытной черты отечественного гражданского процесса. Во-первых, прокуратура обладает особым статусом в системе органов государственной власти нашей страны; во-вторых, в российском процессе прокурор обладает значительно большими полномочиями, чем в других странах.

Что касается социокультурных особенностей, то участие прокурора в гражданском процессе обусловливается проявлением коллективистской составляющей российского культурологического типа. Изначальная недостаточная активность сторон, отсутствие их инициативности компенсируются участием  прокурора, он восполняет своеобразный недостаток индивидуализма в российском обществе. Такие выводы подтверждаются проведенным в работе анализом судебной практики и статистики.

Четвертый параграф главы четвертой «Эволюция института пересмотра судебных постановлений в порядке надзора» посвящен анализу развития надзорного производства.

Пересмотр в порядке надзора рассматривается в качестве самобытного института российского гражданского процесса. Хотя по ГПК 1964 г. данный институт имел большее своеобразие, в настоящее время он также обладает уникальными чертами. Данная процедура изначально появилась в отечественной правовой системе в законодательстве Российской империи XVIII-XIX вв., а затем была заимствована некоторыми государствами Восточной Европы и Азии. Проведенный сравнительно-правовой анализ законодательства как стран романо-германской, так и англосаксонской систем показал, что данная процедура в настоящее время действует преимущественно в странах СНГ и не имеет аналогов в других правовых системах. Несмотря на законодательные изменения 2010 г.7, которые преобразили институт пересмотра постановлений в порядке надзора, его правовая природа осталась прежней и данный институт по-прежнему является отличительной чертой отечественного гражданского процесса. 

Существующая как в зарубежной науке, так и в практике Европейского суда по правам человека точка зрения о неэффективности российского производства в порядке надзора вследствие его несоответствия теории res judicata (правовой определенности) является ошибочной на концептуальном, методологическом уровне. Сама концепция «рес юдиката» (res judicata) порождает немало дискуссий как в англосаксонской, так и в романо-германской доктрине. Она означает, что вступившее в законную силу решение суда является окончательным и не может быть в дальнейшем пересмотрено. Вышестоящий суд может пересмотреть дело только в целях исправления судебных ошибок, но никак не по существу. Такой подход является неоднозначным, вызывает множество вопросов как в науке, так и на практике. Следовательно, факт соответствия или несоответствия этим постулатам не должен быть ключевым в анализе того или иного процессуального института.

В данной работе обосновывается вывод о том, что надзорное производство может иметь эффективность только в условиях коллективистского либо смешанного общества.

В параграфе пятом главы четвертой «Специфика исполнения судебных постановлений по делам об обращении взыскания на средства бюджетов бюджетной системы» анализируется исполнительное производство в отношении государства.

Своеобразие данного порядка заключается в том, что государство, с одной стороны, является равным участником правоотношений, с другой стороны, устанавливает изъятие из общей процедуры исполнительного производства. 

Специальный порядок исполнительного производства по делам, когда должником является государство, свидетельствует о распространении коллективистских воззрений в обществе. Изъятие этой категории дел из общей процедуры исполнительного производства свидетельствует о приоритете государственных, общественных интересов над частными. В то же время эффективность подобной процедуры в нашей стране не является однозначной. Соответствуя коллективистским воззрениям, данный порядок, наоборот, противоречит индивидуалистским принципам, также характерным для отечественного смешанного культурологического типа. Учитывая, что данная особая процедура не в полной мере отвечает отечественным социокультурным условиям, она не может быть эффективна в нашей стране.

В параграфе шестом главы четвертой «Потенциал несудебных способов защиты нарушенных прав» анализируется специфика третейского разбирательства, а также других несудебных форм разрешения споров.

Правовая культура и социокультурный тип общества в целом определяют значение и степень распространенности судебных и несудебных способов защиты права. Многие культуры вообще отрицательно относятся к любому разрешению спора, заканчивающемуся не примирением сторон, а принудительным исполнением. Такая процедура не сглаживает противоречия в обществе, а, наоборот, только их усугубляет. Поэтому предпочтение отдается переговорам. Их отличие от судебного процесса заключается в том, что целью является не разрешение спора «любой ценой», а именно примирение сторон, даже если оно не соответствует обстоятельствам дела. Ликвидация конфликта в обществе является важнее, чем достижение истины.

В условиях индивидуализма судебная форма защиты права имеет большее значение, поскольку позволяет реализовывать личностные качества индивидуума, требует от него активного участия. В условиях коллективизма, наоборот, главная роль отводится несудебным формам разрешения споров. Учитывая смешанный характер российского культурологического типа, в нашей стране наряду с судебным разбирательством должны быть развиты несудебные процедуры защиты права. Эффективность несудебных способов зависит в первую очередь от способности учитывать специфику социокультурных условий. Тем самым они позволяют приблизить разрешение спора к социокультурным условиям, распространенным в обществе. К сожалению, в современной России несудебные способы защиты права не имеют широкого применения. Поэтому в настоящее время можно говорить только об их значительном потенциале в нашей стране в связи с их полным соответствием российским социокультурным условиям.

Таким образом, проведенное в четвертой главе исследование показало, что российская гражданская процессуальная система представляет собой совокупность не только романо-германских и англосаксонских элементов, она содержит ряд уникальных процессуальных институтов, которые не имеют аналогов в других государствах. Большинство из них имеют советские «корни», но есть и процессуальные элементы, разработанные сравнительно недавно. Кроме того, практика применения в нашей стране общеизвестных процессуальных институтов нередко кардинально меняет первоначальный их смысл и сущность, которые не присущи им в других государствах. Такую правоприменительную практику также следует рассматривать в качестве уникального компонента отечественной гражданской процессуальной системы. Сочетание на формальном уровне романо-германских и англосаксонских элементов свидетельствует о ее смешанном типе, а наличие уникальных институтов, а также особой практики применения общеизвестных процессуальных элементов – о ее самобытности.

Глава пятая «Особенность российского типа гражданской процессуальной системы» посвящена определению своеобразия отечественного гражданского процесса, факторов его обусловливающих, а также места в типологии гражданских процессуальных систем.

В параграфе первом главы пятой «Влияние специфики социокультурного типа России на гражданский процесс» исследуется воздействие своеобразия российской правовой культуры и культурологического типа в целом на гражданское процессуальное право.

Учитывая дискуссионность вопроса о принадлежности России к тому или иному типу, автор, не останавливаясь на нем подробно, проведя небольшой обзор различных точек зрения, обосновывает свой выбор одной из них о том, что своеобразие российского культурологического типа заключается в сочетании принципов индивидуализма и коллективизма как в общественном, так и в индивидуальном сознании.  В тоже время в истории российской юриспруденции, включая гражданское процессуальное право, индивидуалистическая и коллективистская модели права сменяли друг друга. Причем нередко смена была кардинальной и имела негативные последствия.

Эффективность как отдельных гражданских процессуальных институтов, так и всей гражданской процессуальной системы зависит от степени учета в законодательстве обеих культурологических установок. Как законодательство, разработанное в соответствии с индивидуалистической концепцией, так и правовые нормы, основанные на принципе коллективизма, являются в России недействующими, не имеющими реальной реализации на практике, поскольку по отдельности не соответствуют социокультурным условиям общества. В итоге в России, с одной стороны, на формальном уровне законодательство мало чем отличается от европейских норм, однако, с другой стороны, в реальности оно либо приобретает специфическую практику применения, либо вообще не действует.

Параграф второй главы пятой «Место российского гражданского процесса в типологии гражданских процессуальных систем» посвящен сравнению отечественного процесса с основными процессуальными системами мира и определению типа российской гражданской процессуальной системы.

Учитывая, что разработанная в первой главе типология состоит из двух уровней, то место российского процесса определяется в работе как на сущностном, так и на формальном уровнях. Исходя из смешанного культурологического типа России, автор обосновывает вывод о том, что отечественный гражданский процесс на сущностном уровне следует относить к смешанному типу, сочетающему компоненты, основанные как на индивидуализме, так и на коллективизме.

Что касается формального уровня типологии, необходимо проводить исследование не только современного состояния гражданской процессуальной системы, но и ее динамичного развития в связи с частотой кардинальных преобразований. Отечественная наука, признавая деление на англосаксонский и романо-германский типы гражданского процесса, оставляет в целом без внимания вопрос о характере российского процесса. Российский гражданский процесс, с точки зрения автора, нельзя безаппеляционно относить к романо-германскому типу. Хотя его развитие в период Нового времени происходило в рамках континентальной правовой традиции, англосаксонские процессуальные черты имели место как в прежние периоды развития отечественного процесса, так они характерны и для современного законодательства. Применение критериев типологизации, сформулированных автором в первой главе, позволило сделать вывод о смешанном типе российского гражданского процесса на формальном уровне, сочетающем компоненты как романо-германской, так и англосаксонской систем. Смешение касается не только законодательства, но и других компонентов гражданской процессуальной системы: доктрины, процессуальных действий, структуры судебной власти.

Определение типа отечественной гражданской процессуальной системы на формальном уровне не ограничивается только установлением ее смешанного характера. Он обусловливается также наличием уникальных, самобытных элементов, которые не присущи ни романо-германской, ни англосаксонской системам. Это касается как процессуальных институтов, так и доктринальных положений. Они имели место на протяжении всей истории развития отечественного гражданского процесса. Несмотря на идеологическую специфику, своеобразный «расцвет» самобытности характерен для советского периода. В настоящее время большинство таких процессуальных институтов имеют советские корни (надзорное производство, полномочия прокурора), но в то же время имеется и ряд новых уникальных элементов (исполнение в отношении государства), не имеющих аналогов в других правовых системах. Их существование в некоторых странах СНГ обусловлено схожими с российскими историческими условиями развития современного законодательства.

Особенность российского гражданского процесса обусловлена также спецификой практики применения как романо-германского, так и англосаксонского законодательства. Российское правоприменение преобразует общеизвестные процессуальные институты настолько, что они лишаются изначального содержания и приобретают самобытные черты.

Таким образом, проведенное в пятой главе исследование свидетельствует о важном значении социокультурного фактора в развитии отечественного гражданского процесса. Определяя место российского процесса в типологии гражданских процессуальных систем, его следует рассматривать в качестве смешанной гражданской процессуальной системы как на сущностном, так и на формальном уровнях.

Итак, юридическое исследование приобретает особую ценность, если оно универсально, может быть использовано как в науке, так и на практике, особенно в законотворческом процессе. Эффективность нормы зависит не только от ее совершенства на бумаге, но в первую очередь от степени ее реализации на практике. Результатом работы должен быть не только юридико-технический анализ законодательства или историко-правовое сравнение, а определение динамики развития права. Сформулированная в работе концепция гражданской процессуальной системы России позволяет использовать ее как в теории, так и на практике, в законотворческом процессе.

 

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

  1. Монографии
  1. Гражданская процессуальная система России. М.: Статут, 2011. – 25 п.л.
  2. Особенности российского типа гражданского процесса // Труды юридического факультета. Кн. 10. М.: Издательский дом «Правоведение», 2008. – 18 п.л.
  3. Методология гражданского процессуального права. М.: Статут, 2010. – 12 п.л. 
  1. Научные статьи, опубликованные в зарубежных академических журналах и изданиях
  1. О Novo Codigo De Processo Civil Russo de 2002// Revista De Processo. 2005.  №30.  P.159-165. (Бразилия).  – 0,5 п.л.
  2. Some Cultural Characteristics of the New Russian Code of Civil Procedure of 2002 // Zeitschrift fr Zivilprozess International. 2005. №10. P. 385-389. (Германия). – 0,7 п.л.
  3. La reforme de la procedure civile russe // Revue internationale de droit compare. 2007. №3. P. 673-683 (Франция). – 0,5 п.л
  1. Riforma della procedura civile in Russia: l’aspetto socio-culturale // Codice di Procedura Civile della Federazione Russa. A cura di Nicola Picardi, Roberto Martino. Bari, 2007. P. 69-80. (Италия). – 0,5 п.л
  2. The Russian>(США). – 0,7 п.л.
  3. Russian Civil Procedure: An Exceptional Mix // The Supreme Court Law Review. Second series. 2010. Vol.49. P. 341-259 (Канада). – 0,7 п.л.
  4. National Report from Russia // Hodges C., Vogenauer S., Tulibacka M. (еds.). The Costs and Funding of Civil Litigation. A Comparative Perspective. Oxford and Portland, 2010. P. 483-488. (Великобритания). – 0,7 п.л.
  1. Научные статьи, опубликованные в ведущих рецензируемых журналах и изданиях, рекомендованных ВАК Министерством образования и науки РФ
  1. Социокультурные исследования в законотворчестве // Законодательство. 2003. №10. – 0,5 п.л
  2. Новый ГПК России 2002 года: некоторые социокультурные особенности собирания доказательств // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 2004. №4 (в соавт. с М.К. Треушниковым). – 0,7 п.л.
  3. Сравнительный анализ правовых норм о деятельности суда в исполнительном производстве // Законодательство, 2005. №9. – 0,3 п.л
  4. Концепция реформы открытости правосудия // Законодательство. 2006. №5. – 0,4 п.л.
  5. Некоторые аспекты исполнения судебных решений в отношении государства // Закон. 2007. №5. – 0,3 п.л.
  6. Некоторые аспекты текущего реформирования гражданского судопроизводства // Закон. 2007. №11. – 1 п.л.
  7. Российский тип гражданского судопроизводства // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 2007. №5. – 1 п.л. 
  8. Индивидуалистская модель права в России // Известия высших учебных заведений. Правоведение. 2007. №6. – 1,2 п.л. 
  9. Роль суда в процессе собирания доказательств: историко-правовой анализ // Законодательство. 2008. №11. – 0,7 п.л. 
  10. Причины правового нигилизма в России // Закон. 2009. №1. – 1 п.л. 
  11. Роль судебной практики в правоприменительной деятельности // Юридический мир. 2009. №1. – 0,5 п.л.
  12. «Ограниченная активность» суда в процессе собирания доказательств как самобытная черта российского гражданского процесса // Законодательство. 2009. №2. – 0,7 п.л. 
  13. Тип российской судебной системы // Закон. 2009. №2. – 0,7 п.л.
  14. Процессуальная природа исполнительного производства: деятельностный анализ // Государство и право. 2010. №1. – 1 п.л. 
  15. Методология гражданского процессуального права // Известия высших учебных заведений. Правоведение. 2010. №1. – 1,5 п.л. 
  16. Присяжные заседатели по гражданским делам: сравнительно-правовой анализ // Вестник Саратовской государственной академии права. 2010. №1. – 0,3 п.л. 
  17. Самобытность российского гражданского процесса. Начало // Вестник РУДН. Серия «Юридические науки». 2010. №1. – 0,7 п.л.
  18. Самобытность российского гражданского процесса. Продолжение // Вестник РУДН. Серия «Юридические науки». 2010. №2. – 0,7 п.л. 
  19. Структура гражданской процессуальной деятельности // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 2010. №4. – 1,5 п.л. 
  20. Самобытность развития российского гражданского процесса // Известия высших учебных заведений. Правоведение. 2010. №4. – 1,3 п.л.
  21. Российская модель группового иска // Вестник Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации. 2010. №4. – 1 п.л.
  22. Общенаучные методы гражданского процессуального права // Вестник Саратовской государственной академии права. 2010. №6. – 0,7 п.л. 
  23. Участие прокурора в гражданском процессе: сравнительно-правовой и социокультурный анализ // Российское правосудие. 2010. №8. – 0,3 п.л.
  24. Судебный прецедент в России: социокультурные особенности // Закон. 2010. №11. – 0,7 п.л. 
  25. Гражданский процесс России: романо-германский, англосаксонский или смешанный тип? // Журнал Российского права. 2010. №12. – 1 п.л. 
  26. Понятие гражданской процессуальной системы и ее типа // Вестник Московского университета. Серия 11. Право. 2011. №1. – 1,3 п.л.
  27. Культурологические особенности отечественного производства в суде надзорной инстанции // Юридический мир. 2011. №1. – 0,5 п.л. 
  28. Потенциал несудебных способов защиты прав в России // Третейский суд. 2011. №2. – 0,5 п.л.
  29. Специфика гражданского судопроизводства в странах Юго-Восточной Азии // Законодательство. 2011. №3. – 0,5 п.л. 
  1. Научные доклады, тезисы опубликованные в материалах международных и всероссийских научно-практических конференций
  1. Правовые культуры России и Запада: вопросы взаимодействия/ /Зарубежный опыт и отечественные традиции в российском праве. Материалы всероссийского научно-методологического семинара. 28-30 июня 2004 г. СПб., 2004. – 0,5 п.л.
  2. Методологические аспекты реформы гражданского судопроизводства в России // Реформа гражданского процесса в суде первой инстанции в государствах региона Балтийского моря и Центральной Европы. 16-19 сентября 2004. Вильнюс, 2005. – 0,5 п.л
  3. Культурологический анализ норм об исполнительном производстве // Правовая культура и правовой нигилизм: Сб. мат-лов межвуз. конф. Омск. 2006. – 0,5 п.л.
  4. Гражданское судопроизводство в России: реформа продолжается // Актуальнi проблеми застосування Цивiльного процессуального Кодексу та Кодексу адмiнiстративного судочинства Украiни: Тези доповiдей та науково-практичноi конференцii (25-26 ciчня 2007 р.) / За заг. ред. проф. В.В. Комарова. Харьков, 2007. – 0,5 п.л. 
  5. Заметки об исполнительном производстве в отношении государства // Концепция развития судебной системы и системы добровольного и принудительного исполнения решений Конституционного Суда РФ, судов общей юрисдикции, арбитражных, третейских судов и Европейского суда по правам человека: Сб. науч. статей. Краснодар-СПб. 2007. – 0,3 п.л.
  6. Активность суда в гражданском процессе – пример сближения романо-германского и англосаксонского типов судопроизводства // Актуальные проблемы развития судебной системы и системы добровольного и принудительного исполнения решений Конституционного Суда РФ, судов общей юрисдикции, арбитражных, третейских судов и Европейского суда по правам человека: Сб. науч. статей. Краснодар, 2008. – 0,3 п.л.
  7. Russian>
  8. Цели гражданского процесса в индивидуалистских и коллективистских обществах // Тенденции развития цивилистического процессуального законодательства и судопроизводства в современной России (Материалы международной научно-практической конференции, посвященной памяти д.ю.н., проф. И.М. Зайцева (23 октября 2009 г.) / Отв. ред. А.И. Зайцев. Саратов, 2009. – 0,2 п.л. 
  9. Заметки о типах исполнительного производства // Сборник материалов Международной научно-практической конференции «Принудительное исполнение актов судов и иных органов. Полномочия должностных лиц при осуществлении исполнительных действий». СПб., 2010. – 0,3 п.л. 
  10. Особенности права и правосудия по гражданским делам в странах Азиатско-Тихоокеанского региона // Государство и правовые системы стран Азиатско-Тихоокеанского региона: перспективы сотрудничества с РФ. Сборник 3-й международно-практической конференции  17-19 июня 2010 г., Улан-Удэ, 2011. – 0,5 п.л. 
  11. Российский гражданский процесс: между континентальным и общим правом // Защита прав в России и других странах Совета Европы: современное состояние и проблемы гармонизации / Отв. ред. Г.Д. Улетова. СПб., 2011. – 0,7 п.л. 
  1. Научные статьи, опубликованные в иных изданиях
  1. Некоторые вопросы методологии исследования гражданского процессуального права // Гражданский процесс: наука и преподавание / Под ред. М.К. Треушникова, Е.А. Борисовой. М., 2005. – 0,5 п.л.
  2. Методология реформы гласности судопроизводства по гражданским делам // Российский ежегодник гражданского и арбитражного процесса. 2005. №4. – 0,7 п.л. 
  3. Нужен закон о гласности судопроизводства // ЭЖ-Юрист. Российская правовая газета. 2006. №17(422). – 0,3 п.л. 
  4. Новиот руски законик за граганска постапка // Правник, 2006. №167. (Македония). – 0,5 п.л.
  5. Культурологические особенности российского права // Вестник Московского университета. Серия 7. Философия. 2008. №5. – 1 п.л.
  6. Российский тип гражданского судопроизводства // Юридическая наука и образование. 2009. №2. – 1 п.л. 
  7. Специализация судов по гражданским делам в России // Вестник Арбитражного суда города Москвы. 2010. №4. – 0,5 п.л. 
  8. Специализация судов по гражданским делам за рубежом // Вестник Арбитражного суда горда Москвы. 2010. №5. 2010. – 0,5 п.л.
  9. Российская модель группового иска // Юридическая наука и образование.  Вып. 3. Минск, 2010. – 1 п.л.
  10. Социокультурные аспекты российского надзорного производства// Вестник Тверского государственного университета. Серия «Право». 2010. №22. – 0,3 п.л.

1 См.: Треушников М.К. Развитие гражданского процессуального права России // Заметки о современном гражданском и арбитражном процессуальном праве / Под ред. М.К. Треушникова. М., 2004. С. 7.

2 В настоящей работе, определяя тип российского гражданского судопроизводства, автор имеет в виду весь «цивилистический» блок, включая гражданский и арбитражный процесс, т.е. в конституционном аспекте. Поэтому в дальнейшем аргументация затрагивает как гражданский, так и арбитражный процесс, независимо от используемых терминов.

3 Результаты работы опубликованы: Исполнительный кодекс Российской Федерации / Под ред. В.М. Шерстюка, В.В. Яркова. М., 2009.

4 Результаты работы опубликованы: Автономов А.С. и др. Открытость правосудия в России: проблемы и перспективы правового регулирования. М., 2007.

5 Результаты работы опубликованы: Report of the Seventy-third Conference. Rio de Janeiro, 2008. P. 534-588.

6 Результаты работы опубликованы: Hodges C., Vogenauer S., Tulibacka M. (eds.). The Costs Funding of Civil Litigation. A Comparative Perspective. Oxford, 2010. P. 483-488.

7 Имеется в виду Федеральный закон «О внесении изменений и дополнений в Гражданский процессуальный кодекс Российской Федерации» № 353-ФЗ от 9 декабря 2010 г. 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.