WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Понукалина Оксана Викторовна

СОЦИОКУЛЬТУРНОЕ ПРОСТРАНСТВО ДОСУГА РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

       В КОНТЕКСТЕ КОНСУМЕРИЗМА        

Специальность 22.00.06 – Социология культуры

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора социологических наук

\

Саратов 2010

Работа выполнена в ГОУ ВПО «Саратовский государственный

технический университет»

Научный консультант:

доктор социологических наук, профессор Черняева Татьяна Ивановна

Официальные оппоненты:

доктор социологических наук, профессор Готлиб Анна Семеновна

доктор социологических наук, профессор Иванова Ирина Николаевна

доктор социологических наук, профессор Савельева Ольга Олеговна

Ведущая организация:

Санкт-Петербургский государственный университет

Защита диссертации состоится «21» октября 2010 г. в 12 часов на заседании диссертационного совета Д 212.242.03 при Саратовском государственном техническом университете по адресу: 410054, Саратов, ул. Политехническая, 77, Саратовский государственный технический университет, корп. 1, ауд. 319.

С диссертацией можно ознакомиться в научно-технической библиотеке ГОУ ВПО «Саратовский государственный технический университет».

Автореферат разослан « » _____2010 г.

Автореферат размещен на сайте Саратовского государственного технического университета www.sstu.ru  « » _____2010 г.

Учёный секретарь

диссертационного совета  В.В. Печенкин

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования обусловлена необходимостью теоретической рефлексии и важностью методологической разработки новых подходов к изучению научно-практических проблем социокультурного конструирования  пространства досуга, возникающих на фоне динамических преобразований в культурной жизни современного общества. В пространстве досуга человек обретает потенциальную возможность всестороннего личностного развития за рамками жестко детерминированных производственных процессов. В широком смысле пространство досуга оказывается фактором развития человеческого потенциала как базы благополучия всего общества.

В современной действительности кардинальные социокультурные изменения породили ряд противоречий и рассогласований, характерных для культурно-досуговой сферы российского общества. С одной стороны, возрастает ценностное значение пространства досуга и свободного времени. Досуг становится важным показателем качества жизни, индикатором социального самочувствия граждан. Развитость культурно-досуговой сферы выступает активным социокультурным феноменом, отражающим уровень цивилизованности общества и благополучия населения. С другой стороны, повсеместные процессы коммерциализации культурно-досуговой сферы, производство товаров и услуг, ориентированных на свободное время, становятся прибыльной формой потребления, бизнеса и предпринимательства. Это приводит к изменению характера социальных взаимодействий в пространстве досуга, появлению новых культурных норм и ценностей, обусловливающих выбор способов досугового поведения. В ряде случаев наблюдается снижение степени удовлетворенности возможностями проведения досуга, что отражается на социальном самочувствии граждан, влияет на усиление культурного и социального неравенства.

Ситуация усугубляется тем, что социальная регуляция культурно-досуговой деятельности, играющей важную роль в жизни как отдельного индивида, так и общества в целом, осуществляется различными ведомствами и инстанциями, действия которых часто оказываются несогласованными и нескоординированными по принципу межведомственных барьеров. Глобальные системы массовой коммуникации, способствуя созданию новых форм социальных взаимодействий в пространстве досуга, одновременно приводят к стандартизации досуга, стиранию его местного своеобразия, воспроизводству образцов досугового поведения в форме потребления институциально и информационно произведенных продуктов. В связи с этим особое значение приобретают механизмы социального конструирования идей и представлений о приоритетных видах досуга, воздействие которых предопределяет реальные выборы досугового поведения.

Экономизация культуры, становление мощной индустрии культурных услуг приводят к изменению социальной морфологии  досуга, консумеризации форм культурно-досуговой деятельности, появлению многообразия принципиально новых и существенным изменениям традиционных видов досуга, но одновременно к неизменному вытеснению творческой активности, не ангажированной экономикой. Многочисленные досуговые организации, строя свою работу при помощи профессионального коммуникативного сервиса, активно конструируют символическое значение досуга, реализуемого в поле потребления.  Потребитель включается в деятельность по созданию своей идентичности в сфере потребления досуговых услуг и чтению потребительских символов и кодов. При этом в современных условиях приобретает новое смысловое прочтение так называемое показное, демонстративное потребление досуга.

Таким образом, противоречивость современной социокультурной ситуации обусловливает развитие  неоднозначных с точки зрения воздействия на личность процессов в пространстве досуга. Актуальной становится научно-практическая и социально значимая задача организации пространства досуга в интересах человека и общества. Решение такой задачи предполагает исследование того, что реально происходит в социокультурном пространстве досуга, как оно конструируется, какие задачи и в чьих интересах в этой сфере решаются. На фоне многочисленных исследований в области пересечения проблемных полей социологии досуга и социологии потребления все же уделяется недостаточное внимание проблематике консумеризации досуга как отчетливо проявляющегося тренда современной культуры и культурной политики. Погружение темы в проблемное поле социологии культуры, социокультурный ракурс предлагаемого исследования отличаются актуальностью и сложностью как в теоретическом, так и в прикладном отношениях. Необходимость диссертационного исследования обусловлена своевременностью анализа происходящих смысловых поворотов в пространстве досуга, выявления противоречий и рассогласований, характерных для пространства досуга современного общества потребления с целью превенции определенных негативных последствий для индивида, большей структурированности государственной культурной политики в достижении условий социального и культурного равенства и стабильности.

Степень научной разработанности проблемы досуга определяется научными традициями, сложившимися в мировой социологии в исследованиях культуры и духовной жизни общества. Изменение значения и роли досуга в обществах модерна и постмодерна, специфика досуга в условиях глобализации и глокализации все чаще оказывается в фокусе исследовательского внимания (У. Бек, Д. Деррида, Ф. Джеймсон, Ж.-Ф. Лиотар, С.Лэш, А. Тоффлер, А. Турен, Дж. Урри, Э. Фромм, Ю. Хабермас). В индустриальный период развития общества досуг как форма заполнения свободного времени наделялся  вспомогательной по отношению к трудовой деятельности функцией  (Э. Дюркгейм, К. Маркс).  Необходимость обращения к постмодернистским методологии и моделям общественного развития, актуальность фиксации дихотомической типологии глобального и локального при рассмотрении различных аспектов современности, в том числе и проблематики досуга, обосновывается зарубежными исследователями (М. Арчер, М. Кастельс, М. Фуко, Ф. Фукуяма, С. Хантингтон, П.Штомпка). Отечественные ученые приводят данные обоснования с позиции кризисного мировосприятия с учетом модернизации российского общества (А. Ахиезер, Б. Докторов, В. Иванов, Н. Лапин, В. Ядов, О.Яницкий).

В отечественной традиции научные исследования категорий «досуг» и «свободное время» базируются на изучении бюджетов времени и образа жизни. Комплексные исследования, проводимые в 20-30-е годы ХХ века, связаны с именем С. Струмилина, в 50-60-е – с Г. Пруденским и его школой, в рамках которой  осуществлялись исследования социальных проблем свободного времени (Л. Гордон, Б. Грушин, Э. Клопов, Г. Орлов, А. Неценко) и разрабатывались методологические и методические основы исследования данной области (В. Артемов, В. Патрушев, Г. Татарова). В 70-е практика обследований бюджетов времени сочетается с анализом субъективных оценок его использования (В. Пименова, Н. Пишулин). Анализ сферы досуга осуществлялся в контексте более масштабных исследований образа жизни, интерпретации которого базируются на выявлении типического в жизнедеятельности индивидов. Проблематика образа жизни исследовалась в рамках социологии быта и свободного времени, уровня жизни и потребления (К. Абульханова-Славская, Л. Гордон, Т. Дридзе, Т. Заславская, А. Здравомыслов, Л. Коган, Э. Орлова, И. Рывкина, А. Харчев). Пристальное внимание исследователей привлекал комплекс проблем, связанных с культурой досуга и свободного времени (И. Бестужев-Лада, В. Димов, В. Лисовский, Г. Орлов, В. Пича); досугу уделялось значительное внимание в рамках социологии стиля и образа жизни, культурного уровня жизни (В. Болгов, В. Гущу, Т. Кудрина, А. Шендрик).

Сегодня внимание отечественных социологов к проблематике досуга возрастает; этому способствуют исследования, посвященные выявлению различных аспектов досуга и культурно-досуговой деятельности. Существенное значение имеют наработки в области методологии и методики социологических исследований досуга, общеметодологических принципов изучения взаимосвязи досуга и культуры (И. Бачиев, Н. Еньшина, Г. Зборовский, С. Иконникова, И. Кон, Б. Мосалёв, Н. Селянская). Анализируется опыт становления теории досуга в России и за рубежом, разрабатываются различные аспекты культурно-досуговой и социально-культурной деятельности (Л. Акимова, Г. Аванесова, В. Дуликов, А. Жарков, Т. Киселева, Ю. Красильников, Ю. Стрельцов). Осуществляется аналитика специфики досуговой деятельности в зависимости от возраста, доходов, профессиональной принадлежности (И. Бутенко, Е. Клюско, Л. Михайлова, А. Мурзин), рассматривается дифференциация стилей жизни россиян в поле досуга (Я. Рощина). Исследовательское внимание уделяется проблемам молодежного досуга (Л. Боженко, А. Запесоцкий,  Е. Омельченко, В. Суртаев, Б.Трегубов, А. Файн). Осуществляются масштабные исследования культурно-досуговой сферы российских мегаполисов (Э. Андреев, О. Мамонова, А. Маршак, В. Сергеев).

В мировой социологии проблематике свободного времени и досуга уделяется пристальное внимание, начиная с 30-х гг. ХХ в. (Г. Лундберг). В 60-х гг. исследователями убедительно обосновывается, что центральным элементом наступающей цивилизации является массовый досуг, который в скрытой или явной форме взаимодействует со всеми элементами жизнедеятельности людей (Ж. Дюмазедье, Р. Сю, Ж. Фурастье). Разрабатываются концептуальные модели досуга (Дж. Келли, М. Каплан, К. Роджек, Л.Хейвуд, Д. Шиверс), осуществляется анализ взаимоотношений и взаимовлияний сфер досуга и труда (Г. Айхлер, Х. Гизеке, Х. Опашовски, С. Паркер, Р. Шмиц-Шерцер). Досуг определяется как самостоятельная сфера жизни (Г. Людтке, Х. Мюллер-Вихман, В. Нарштедт), выявляются современные тенденции в сфере досуга, разрабатывается аналитика типов досуга (Р. Стеббинс, Дж. Торкилдсен).

При разработке теоретической модели досугового пространства логично обратиться к концепциям социального пространства, обстоятельно разработанным социологами (П. Бурдье, Г. Зиммель, Т. Парсонс, П. Сорокин), к анализу многообразия феноменов социального пространства (В.Виноградский, А. Филиппов, Е. Ярская-Смирнова). В современном обществе происходит качественный сдвиг в восприятии человеком социального пространства, интерпретация действительности происходит через способы ее постижения, конструирование знаний и представлений о ней (П. Бергер, Т. Лукман, А. Щюц). Динамика социальных изменений общества и мобильность культуры  детерминируют социокультурные образы, представления, типы и формы поведения, в том числе и в сфере досуга. Социокультурные факторы исследуются во временной перспективе в контексте социокультурных изменений и пространственных аспектов функционирования (З. Бауман, Э. Гуссерль, Р. Мертон, М. Хайдеггер, П.Штомпка, Н. Элиас). Осуществляется проблематизация пространства и времени социальных изменений (А. Ахиезер, В. Печенкин, Л. Яковлев. В. Ярская); артикулируется усиление роли культуры в контексте социальных изменений (Л. Ионин).

Наиболее характерная особенность постмодерна – изменение характера потребления, его функций и социального значения – оказывается в центре внимания современных исследователей, рассматривающих потребление и потребительство с позиций модернистского и постмодернистского подходов (З. Бауман, Ж. Бодрийяр, Дж. Ритцер, М. Фезерстоун). Концепт потребления в теориях социальной стратификации применялся при анализе взаимосвязей жизненного стиля, потребления и социального статуса (М.Вебер, Т. Парсонс), в классическом марксизме заложены основы анализа культуры потребления. Идеи обусловленности досуговых потребительских практик влиянием знаковых образов, рекламы и моды опираются на концепции демонстративного потребления (Т. Веблен), концепции роскоши (В. Зомбарт), подражания (Г. Зиммель, Г. Спенсер, Г. Тард), обоснования социокультурных норм (А. Гофман), «индустрии моды» (Л. Ятина) и рекламных воздействий (О. Савельева). Связь между многообразными социальными факторами и проявлениями вкуса в досуговых потребительских практиках исследуется в работах П. Бурдье. Проблематика становления общества потребления и специфика консумеризма в российских условиях освещаются в работах Д. Иванова, В. Ильина, В. Козловского, Н. Покровского, В. Радаева; анализ различных потребительских практик, в том числе осуществляемых в пространстве досуга, содержится в работах Л.Волчковой, Б. Гладырева, И. Ивановой, В. Мининой, Я. Рощиной.

В ходе анализа динамики досуговых практик, обусловленной воздействиями коммуникативных технологий, плодотворным оказывается обращение к идеям зависимости социальной жизни в целом от средств массовой коммуникации (Т. Адорно, Д. Белл, М. Дефлер, П. Лазарсфельд, Н.Луман, М. Маклюэн, Г. Маркузе, М. Хоркхаймер, У. Эко). Постановочный характер социальной жизни, существенно влияющий на сферу досуга, отражается в концепции общества спектакля (Г. Дебор, И. Гофман). Проблематизация игр, развлечений, туризма и чтения как наиболее распространенных досуговых практик представлена в работах отечественных и зарубежных исследователей. Анализ институциализированных развлечений базируется на исследованиях специфики российской индустрии досуга и развлечений (А. Захаров, Е. Дуков). Рассмотрению различных аспектов современных играизированных практик способствовало обращение к философским концепциях игры (Р. Кайюа, Й. Хейзинга) и играизационному подходу (С. Кравченко). Проблематика туризма как предпочтительного способа проведения досуга заявлена в работах западных авторов (Б. Арчер, Дж. Урри, Э. Коуэн, С. Лэш, Д. МакКеннел) и отечественных исследователей (Н. Покровский, Т. Черняева). Чтение рассматривается как традиционная досуговая практика; исследуются тенденции и проблемы, возникающие в сфере культуры чтения (Б. Дубин, Н. Зоркая).

Таким образом, в отечественной и зарубежной социологии накоплен значительный опыт в исследованиях проблематики досуга. Несмотря на широкий спектр работ, которые могут рассматриваться в качестве научных оснований анализа досуговых и потребительских практик, не сформировалась единая теория, обладающая большим объяснительным потенциалом и возможностью структурирования накопленного материала. При обилии научных трудов и публикаций не выявлена социологическая перспектива социокультурного пространства досуга в контексте консумеризма, не в полной мере представлена социологическая характерология пространства досуга современного российского общества как знания, необходимого для решения насущных научно-практических задач, поэтому данная тематика оказалась в фокусе исследовательского внимания.

В связи с этим целью исследования является социологическая концептуализация социокультурного пространства досуга российского общества в условиях консумеризма. Реализация поставленной цели предполагает решение следующих задач:

- определить методологические основания и теоретические подходы к исследованию досуга и культурно-досуговой деятельности с позиций основных парадигм социальной теории; осуществить критическую рефлексию социологических подходов, необходимых для определения и концептуализации социокультурного пространства досуга;

- проанализировать основные социологические концепции досуга и разработать концептуальную модель его пространства, представив сферу досуга в терминах поля, структура которого задает форму социокультурной организации деятельности людей в свободное время;

- артикулировать специфику досуга и зафиксировать присущие ему характеристики исходя из теоретической перспективы общества массового потребления; выявить тенденции, характерные для социокультурного пространства досуга российского общества в условиях консумеризма;

- осуществить анализ современного состояния континуума труд-досуг в дискурсе потребительских практик; опираясь на массивы данных социологических опросов, исследовать ценностное отношение к досугу различных социальных групп;

- определить специфику современного понимания показного потребления досуга, выявив характер социальных взаимодействий носителей «подставной праздности» и «праздного класса»;

- с опорой на массивы социологических данных выявить приоритеты активности и разнообразие досуговых практик, реализуемых в поле потребления;

- предложить типологию социальных моделей досуговой активности, разработанную в зависимости от интерсубъективных представлений и ансамбля рутинных и приоритетных способов проведения свободного времени различных социальных групп;

- исследовать социокультурные смыслы технологий управления потребительским поведением, рассмотрев ситуации социального взаимодействия продавца и покупателя в дискурсе профессионального коммуникативного сервиса;

- эксплицировать характерные особенности современных институциализированных развлечений, фиксируя присущие им свойства визуальности и виртуальности; определить характер социальных взаимодействий потребителей развлечений и агентов–проводников в мир развлечений;

- исследовать социокультурный процесс конструирования игровых практик, выявляя специфику современных игр в контексте потребления; проанализировать роль средств массовых коммуникаций в играизации повседневности;

- осуществить анализ процесса социального конструирования туризма как предпочтительной досуговой практики; проанализировать российскую специфику конструирования предпочтений в сфере туризма.

Теоретическими и методологическими основами исследования являются труды классиков социологической мысли, работы отечественных и зарубежных авторов в области социокультурного подхода (П. Сорокин), социального конструктивизма (П. Бергер и Т. Лукман), феноменологии (Э. Гуссерль, А. Щюц). В качестве исходных методологических посылок определения и анализа пространства досуга привлекались концептуальные положения теории социального пространства П. Бурдье; следуя его логике, досуговая деятельность рассматривалась как социальная практика. Феноменологический подход способствовал выявлению механизмов конструирования образцов и стереотипов досугового поведения, прояснению их субъективных смыслов. Пониманию досуга и туризма с позиций деятельно-конструктивистского подхода способствовали труды В. Ильина и Т.Черняевой.

Теоретический анализ проблем также задан рамками постиндустриальных социальных теорий. Основные концепции социологии потребления (З. Бауман, Ж. Бодрийяр, В. Ильин, М. Фезерстоун) применяются для теоретического осмысления феномена консумеризации досуга. Теория праздного класса и демонстративного досуга (Т. Веблен), труды о статусной стратификации на основе потребления, выражаемого в образе жизни (М.Вебер), послужили основой для современного понимания показного потребления в сфере досуга. Основные подходы к анализу взаимосвязи досуга и культуры рассмотрены на основе методологических ориентиров Г. Зборовского. Рефлексии досуга сквозь призму изменения ценностных установок в отношении к труду и потреблению способствовали работы З.Баумана. Концепции «макдональдизации общества» и развития новых средств потребления (Дж. Ритцер) способствовали выявлению социокультурных смыслов технологий управления поведением потребителей в пространстве досуга. При анализе и классификации видов досуговой активности методологическими и теоретическими ориентирами послужили концепции «цивилизации досуга» (Ж. Дюмазедье) и «серьезного досуга» (Р.Стеббинс). Представлению навязываемого посредством СМИ стандарта досуговой культуры в качестве кентавр-образа способствовали работы  Ж. Тощенко. Анализ виртуальных и визуальных проекций досуга осуществлялся с привлечением концепта «пристального взгляда» (Дж. Урри).

В разработке методических приёмов исследования использованы принципы как номотетического, так и идеографического подходов. Структура опросов, применённых в эмпирическом исследовании, отражает основные показатели существующей теоретической модели досуга. При выполнении эмпирического исследования автор обращается к разработкам, посвященным вопросам методологии социологического исследования (В.Семенова, В. Ядов), процедура сбора данных осуществлялась в соответствии с принципами социологического исследования, раскрывающимися в трудах Г. Батыгина, А. Готлиб,  И. Девятко, Т. Заславской, Г. Татаровой.

Объект исследования – социокультурное пространство досуга, разворачивающееся на фоне динамических преобразований в культурной жизни современного российского общества. Предметом исследования выступает специфика социокультурного пространства досуга, обусловленная распространением дискурсивных практик консумеризма.

Гипотеза исследования представлена следующими предположениями: в современной ситуации экономизации культуры, усиления влияния потребительской идеологии, в условиях, когда еще сохраняются традиции прошлого и одновременно зарождаются инновации в формате постмодернизма, в социокультурном пространстве досуга российского общества наблюдается ряд противоречий и рассогласований. В создавшихся условиях удовлетворенность проведением досуга сопрягается с потенциальными возможностями осуществлять потребительские практики, что усиливает дифференциацию различных социальных групп. Уровень предпочтений в выборе досуговой активности задается социально конструируемыми стандартами общества потребления, реальные практики большинства россиян отчуждаются в виртуальное пространство.

Эмпирическая база исследований. В диссертации представлены результаты самостоятельных эмпирических исследований автора: 1) Опрос методом анкетирования в 2008-2009 гг. населения г.г. Саратова, Самары, Волгограда. Выборочная совокупность определена по пропорциональному принципу (N=1536). Для уточнения данных было проведено полуструктурированное интервью (N=110). Исследованы приоритеты досуговой активности взрослого населения. 2) Экспертное интервью с представителями министерства культуры Саратовской области, министерства по развитию спорта, физической культуры и туризма Саратовской области, руководителями клубных формирований, представителями творческих самодеятельных коллективов, представителями научного сообщества, руководителями турфирм (N=16, 2009 г.). 3) Контент-анализ периодических изданий (105 выпусков общероссийских и региональных журналов) за 2006-2009 гг., предоставляющих аудитории читателей информацию о способах  проведения досуга. 4) Интервью с сотрудниками (N=55) и посетителями (N=67) трех ресторанов, крупного торгового центра, двух развлекательных клубов, четырех туристических фирм г. Саратова, 2006-2007 г.г. Проанализированы технологии управления потребительским поведением. 5) Фокус-группы со студентами саратовских вузов – СГТУ и СГСЭУ, специальности «Социокультурный сервис и туризм», 2007 г. (5 групп, N=50). Проанализированы побуждающие причины и особенности реализации многообразия игровых практик в современных социокультурных условиях.

Вторичному анализу были подвергнуты данные массовых опросов АНО «Левада-Центр» - «Досуг и спорт» (2007 г., N=36680 граждан 24 стран, для России N=2005),  Центра социального прогнозирования и маркетинга (исследователи М. Горшков, Ф. Шереги, В. Петухов) (2008 г., N=1750), массивы которых предоставлены Единым архивом независимого института социальной политики. Также данные всероссийских опросов, осуществляемых ВЦИОМ (опросы общественного мнения: «Лето, кризис, отдых» 2009 г. (N=1600), «Любимое занятие россиян…» (2008 г., N=1600), «Летом отдыхаем дома…» (2008 г., N=1600); «Читающая Россия» (2009 г., N=1600). Привлекались материалы отчетов по результатам общероссийских  социологических исследований, проводимых Институтом социологии РАН совместно с Фондом им. Ф. Эберта (2004-2009 гг.), ФОМ и ВЦИОМ (2005-2009 гг.). Первичный и вторичный анализ количественных данных проводился в программе SPSS. 

Научная новизна диссертационного исследования заключается в конструировании нового научного направления - социологии социокультурного пространства досуга в контексте консумеризма, а также методологии исследования, основанной как на существующих, так и на оригинальных научных подходах. Научная новизна  находит отражение в следующих положениях:

- сформулирована авторская трактовка концепта социокультурного пространства досуга, представлены его морфология и структурная параметрика; с новых позиций обоснованы оригинальные подходы к его исследованию: через изучение характерологических особенностей ансамбля досуговых практик индивидов, с одной стороны, с другой – социокультурных практик производства услуг;

- по-новому представлена характерология социокультурного пространства досуга, исходя из теоретической перспективы общества массового потребления; выявлены тенденции, сопутствующие консумеризации досуга;

- осуществлена авторская интерпретация современного состояния континуума труд-досуг в дискурсе потребительских практик; эмпирическим путем выявлено отношение к досугу различных категорий россиян;

- определена специфика современного понимания показного потребления досуга через фиксацию характерных аспектов социальных взаимодействий носителей «подставной праздности» и «праздного класса»;

- исследованы (с опорой на массивы социологических данных) характерные способы проведения досуга различных социальных групп; выявленное разнообразие досуговых практик интерпретировано с точки зрения потребительской активности россиян;

- представлена оригинальная типология социальных моделей досуговой активности, различающихся по признакам объективных и субъективных составляющих параметрики пространства досуга;

- разработан инструментарий и проведено исследование  по выявлению социокультурных смыслов технологий управления потребительским поведением (в дискурсе профессионального коммуникативного сервиса) в ситуациях социального взаимодействия продавца и покупателя; выявлены противоречия в системе услуг, оказываемых коммерческими досуговыми организациями;

- впервые представлена интерпретация специфики современных развлечений, виртуализированные и визуализированные проекции которых обусловливают появление феномена имажинарного гедонизма; выявлена роль поставщиков развлечений в формировании потребительских предпочтений в пространстве досуга;

- по-новому раскрыта специфика современных игр, проявляющаяся в контекстах практик потребления, артикулировано изменение традиционных социальных смыслов игр общества потребления; представлена авторская интерпретация значения и роли СМК в играизации повседневности;

- выявлены этапы социального конструирования туризма как предпочтительной досуговой практики и  определены результирующие  этого процесса.

Результаты диссертационного исследования автор формулирует как научные положения, выносимые на защиту:

1. Современные социокультурные условия – усиление влияния глобализации, появление новых коммуникационных технологий, разрастание досуговой инфраструктуры, превращение ее в мощный рыночный сегмент – являются внешними объективными факторами конструирования российской социокультурной реальности в сфере досуга, закономерности которой не в полной мере объясняются существующими теориями. Методологический поворот к новейшим теоретическим и методологическим принципам изучения и определения досуга (с целью разработки основ теории наблюдаемой реальности) связан также с изменениями типичного интерсубъективного социального представления о досуге. В частности, теоретическая модель организации досуговой деятельности строится на основе интерпретации социально конструируемых смыслов досуга в сознании личности. Смена смыслов, трансформация способов осуществления и определения деятельности предопределяют выбор новых подходов к изучению досуга.

2. Социокультурное пространство досуга определяется как территориальная социокультурная организация деятельности индивидов в свободное время. Строится оно в совокупности комплексных составляющих: распределение индивидов, предпочитающих те или иные виды активности по их статусной позиции в социальном пространстве; индивидуальные предпочтения к определенному выбору и институциальные возможности, предоставляемые обществом для реализации досуговой активности. Структура данного пространства формирует совокупность возможностей и вынуждающих факторов, имеет вертикальное иерархическое (статусное) и горизонтальное (стилевое) измерения. Эта структура оказывает влияние на формирование предрасположенностей людей к выбору различных практик, осуществляемых в свободное время, поскольку вкус и предпочтения порождаются в рамках имеющихся возможностей. Выбор способов поведения в свободное время для многих часто оказывается предопределенным в обществе, где культивируются «принцип удовольствия» и «императив потребления». Пространство досуга конструируется агентами, в качестве которых выступают как потребители услуг, так и их организаторы. Исследуя данное пространство, необходимо осуществлять анализ не отдельных изолированных предпочтений, а совокупности всех составляющих социальных практик как ансамбля: с одной стороны, индивидуальных практик, с другой – социокультурных практик производства услуг, ориентированных на свободное время.

3. В условиях общества потребления происходит стирание жестких границ континуума труд-досуг: последний служит не столько целям наслаждения свободным временем, сколько целям заполнения потреблением непроизводственного времени. Это, в свою очередь, означает, что досуг становится необходимым элементом производственного цикла, звеном процесса производства-потребления. Изменение ценностных ориентаций в отношениях к досугу способствует росту числа поставщиков-потребителей услуг, повышению привлекательности институциальных практик. При этом в контекстах консумеризма значение приобретают не сам досуг в соответствии с его определением, а потребительские практики, осуществляемые в свободное время. Для тех, кому они оказываются недоступными, степень удовлетворенности снижается, свобода досуга сводится к свободе потребительского выбора; при этом досуг не перестает восприниматься как важная сфера жизни. На фоне снижения уровня жизни населения происходит сужение репертуара способов проведения свободного времени и снижение степени удовлетворенности возможностями его проведения.

4. В современных социокультурных условиях наблюдается нарастание противоречий и рассогласований между социально заданными ценностно-нормативными стереотипами, обусловливающими выбор досуговой деятельности, и потенциальными возможностями большинства россиян. Формированию потребительских вкусов и предпочтений  способствует консумеризация структуры досуга. Уровень предпочтений задается социально конструируемыми стандартами общества потребления, реальные практики большинства россиян отчуждаются в виртуальное пространство. Потребитель погружается в виртуальный мир, где значимыми оказываются активная деятельность по конструированию своей идентичности в сфере потребления и чтение потребительских  кодов, транслируемых СМК (при этом виртуально конструируемые образы не всегда имеют воплощения в действительности). Между реальными  практиками и идеальным образом виртуально сконструированного досуга существует эмпирически выявленный разрыв: предпочтения для многих не имеют воплощения.

5. Одна из ведущих тенденций в пространстве досуга – его консумеризация – наблюдается, когда досуг приобретает ярко выраженный потребительский характер и воплощается в институциализированных практиках, реализуемых с помощью профессионального коммуникативного сервиса. При этом изменяется традиционное понимание досуга как социальной активности, осуществляемой в свободное от работы и основных социальных обязанностей время, направленной на удовлетворение актуальных значимых потребностей личности. Консумеризация досуга способствует актуализации искусно навязанных потребностей, реализуемых в поле потребления. При этом сопутствующими тенденциями являются: расширение и коммерциализация пространства досуга, его гибридизация, усиление гиперреальности и виртуализация.

6. Приоритет досуговой активности в современных российских условиях – потребление масс-медийных продуктов (согласно данным всероссийского социологического исследования «Российская повседневность в условиях кризиса: взгляд социологов» (2009 г.), около 78% респондентов указали на то, что в свободное время они обычно «смотрят телевизор, слушают радио») и в то же время именно масс-медиа формируют представления о предпочитаемых способах проведения досуга, осуществляемых в поле потребления. «Цивилизация досуга» в российском контексте имеет виртуальное воплощение: реальность замещается привлекательными виртуально сконструированными образами. Виртуализация досуга проявляется двояко: СМК, с одной стороны, продуцируют представления о предпочтительных формах досуга, с другой – выступают в качестве способа заполнения свободного времени. СМК становятся и средством конструирования образа жизни, центрированного на модных способах поведения, на играх и развлечениях, и средством их реализации: виртуализированная форма развлечений и есть само содержание, подобно тому, как средство коммуникации само и есть сообщение.

7. В зависимости от признаков объективных и субъективных составляющих параметрики пространства досуга выделяется типология социальных моделей досуговой активности, состоящая из трех типов: домашне-релаксационный, домашне-хозяйственный и активно-потребительский. В данной типологии отражены интерсубъективные представления и типические способы проведения свободного времени различных социальных групп. Обнаруженные эмпирическим путем социальные характеристики представителей активно-потребительского типа наиболее приближены и согласуются с аналогичными характеристиками группы «социальных инноваторов» (исследовательский проект «Люди-XXI» ФОМ, 2008), которым свойственны активный досуг и консумеризм. Многообразие видов досуговой деятельности, выявленное эмпирически, может быть представлено в виде структуры, имеющей следующие уровни: потребление, созидание, интеграция. Ансамбль потребительских практик относится к первому уровню, второй уровень связан с актуализацией потребности в творчестве, которое присуще всем тем занятиям, когда человек из субъекта потребления превращается в субъект созидания. Уровень интеграции наблюдается при переходе от созидания к социальной отдаче, когда результаты творческой деятельности выносятся вовне и происходит включение человека в систему широких общественных связей. Выходы на более высокие уровни деятельности для многих социальных групп усложнены информационно и институциально. Уровень потребления имеет следующую конфигурацию: потребление продуктов электронных СМИ, потребление услуг операторов связи, потребление услуг, предоставляемых различными организациями, потребление товаров.

8. Потребительские ценности и стереотипы потребительского поведения социально конструируются на уровне массового сознания через СМИ (виртуально) и закрепляются на межличностном уровне через паттерны взаимодействия «продавец-покупатель». Ситуации социального взаимодействия продавца и покупателя – микропрактики продаж – рассматриваются как сеть персонализированных коммуникаций, заполняющих повседневность потребления. Персонал сервисных организаций формирует социокультурное поле, центрированное вокруг клиентов. Наблюдается противоречие в системе услуг, трансформирующейся в систему производства: всякая услуга – это, с одной стороны, – забота, обходительность, с другой – прикрываемое услужливостью принуждение. В этой связи эвристически полезным оказывается введение в социологический дискурс дефиниции «стандарты продаж», через которую обозначаются лаконично сформулированные принципы работы макдональдизированных институтов. «Стандарты продаж» представляют особые паттерны взаимодействия «продавец-покупатель», превращающие скрытую манипуляцию в высокое качество обслуживания, одобряемое и желаемое потребителями.

9. Привлекательным институциализированным способом заполнения свободного времени в условиях консумеризма становятся развлечения, через дискурсивные рамки которых репрезентируются многие социальные явления. Визуализированные и виртуализированные проекции развлечений, презентируемые СМК, формируют в сознании аудитории кентавр-образы привлекательного досуга. При этом не возникает сильного напряжения из-за несостоятельности значительной части населения потреблять то, к чему призывают. Доступным для большинства оказывается визуальное потребление виртуальных развлечений, которые и становятся преобладающим способом проведения досуга. Визуальность, конструируемая с помощью «пристального взгляда» и виртуально демонстрируемая, становится развлечением, преобладающим способом «заполнения» или «уничтожения» свободного времени. Визуальная доминанта социальной информации способствует формированию социокультурного поля, распознаваемого как имажинарный гедонизм, при котором удовольствия достигаются в практиках созерцания визуальных образов.

10. Реализация практик развлечений предполагает наличие поставщика развлечений, способного к этому и наделенного правом развлекать. Потребительский и пассивный характер развлечений состоит в том, что индивид становится приученным, чтобы его развлекали. Это, в свою очередь, приводит к снижению творческой поисковой активности и самостоятельности в пространстве досуга. Происходит изменение характера социальных взаимодействий носителей «подставной праздности» и «праздного класса». Владельцы и персонал сервисных организаций, устроители развлечений, являющиеся носителями «подставной праздности», образуют особую группу поставщиков, в руках которой оказываются сосредоточенными средства социального контроля – средства воздействия на привычки, вкусы, представления потребителей. Это закрепляется не только в увеличении разнообразия предлагаемых институциализированных развлечений, но и в востребованности специалистов-профессионалов, акторов-проводников человека в мир развлечений, способных подстроиться под вкусы и настроения публики, предвосхитить ее желания, управлять впечатлениями, фокусировать потребительский взгляд.

11. Игровые технологии являются одними из основных инструментов СМК, используемых в создании идей и представлений, формирующих особую картину мира, где активизируются и получают многократное усиление игровые процессы. СМК разделили мир на ведущих и ведомых в игровом взаимодействии, на создателей  игрового социокультурного пространства и потребителей его продукции. СМК, конструируя виртуальную реальность, сосредотачивают в своих руках особые правила игры, предназначенные для участников процесса потребления, превращая их в объект игровой деятельности.  Наиболее отчетливо специфика современной игры проявляется в контекстах практик потребления, которые воплощаются в содержании телевизионных игровых проектов, расширении поля игрового азарта посредством лотерей и розыгрышей, индустрии гаджетов и виртуальных играх, игорном бизнесе. Игровые потребительские практики приобретают особые социальные смыслы: если в традиционной игре действия условны, а сопровождающие их чувства и мысли реальны, то в играх «потребления» эмоции и чувства провоцируют реальные по своим последствиям действия и поступки, усиливая покупательскую активность.

12. Туризм в современном понимании представляет собой особый и предпочтительный способ проведения досуга. Данное представление формируется в результате процесса социального конструирования, осуществляемого в несколько этапов: 1. Определение туризма через его коннотативное сопряжение с впечатлениями, удовольствиями, новизной. 2. Формирование туристского дискурса, способствующего поддержанию, развитию  и распространению социокультурных коннотаций туризма.  3. Визуализация и виртуализация туризма. 4. Диссеминация привлекательности туризма через изображение и текст. В результате конструирования происходят: а) создание стандартизированных схем восприятия образа туризма как идеальной досуговой практики и б) активизация потребительских туристических практик. Эмпирически обосновано, что в условиях российской действительности уровень предпочтений (70%) существенно превышает уровень реальной туристской активности (6-9%), из чего следует, что для российского общества показательной является не только виртуальная «цивилизация досуга», но и виртуальная «цивилизация туризма».

Достоверность и обоснованность результатов исследования определяются непротиворечивыми теоретическими положениями, комплексным использованием теоретических и эмпирических методов, корректным применением положений социологии культуры. В эмпирическом исследовании использованы массивы данных, полученные в результате применения методов опроса (в форме анкетирования) на выборке респондентов смежных поволжских регионов. Обработка данных осуществлялась посредством компьютерной программы SPSS (17-я версия), анализ и выводы основывались на положениях классических и современных социологических теорий. Выявленные закономерности и тенденции в пространстве досуга объяснимы в рамках социологической терминологии. Результаты и интерпретации проведенного эмпирического исследования соотнесены с известными экспериментальными данными отечественных и зарубежных ученых.

Теоретическая и практическая значимость диссертационного исследования определяется объективной необходимостью всестороннего анализа социокультурного пространства досуга российского общества с целью выявления характерных для него противоречий, возникающих на фоне консумеризма, и может быть представлена в направлениях:

  1. Разработанная автором концепция социокультурного пространства досуга российского общества в контексте консумеризма способствует более глубокому интегральному пониманию социологии культуры, раздвигает границы проблемного поля, дополняет теорию и методологию социологии досуга и социологии потребления, предоставляет возможность сформировать новое видение феноменов современного общества. Проведенное исследование осуществляет вклад в интеграцию отраслей современного социологического знания, создает основы для развития самостоятельного, нового теоретического и прикладного направления – социологии социокультурного пространства досуга в контексте консумеризма. Исследование обладает консолидирующим потенциалом интеграции социологического, культурологического, философского, экономического и психологического знания  для решения проблем социокультурной организации пространства досуга. Результаты исследования представляют ресурс для объединения усилий исследователей, представителей властных структур и бизнес-сообщества для решения проблем регулирования культурно-досуговой сферы.
  2. Сделанные в ходе исследования выводы и рекомендации предоставляют возможность агентам культурной политики, действующим на федеральном, региональном или организационном уровнях, принимать более эффективные решения для выработки механизмов регулирования культурно-досуговой сферы. Полученные результаты были использованы при мониторинге, анализе, планировании, прогнозировании развития организационных форм культурно-досуговой деятельности, могут привлекаться для разработки концепций и мероприятий культурной политики, экспертизы социальных программ, а также будут полезны для планирования социологических исследований и социальных обследований ансамбля повседневных досуговых практик различных категорий населения.
  3. Результаты эмпирических исследований представляют обширный материал, как для исследователей, так и для практиков культурно-досуговой сферы – представителей властных структур, бизнес-сообщества и общественных организаций, поскольку выявляют интересы и потребности граждан в сфере культурно-досуговой деятельности, что дает возможность эффективного согласования интересов обозначенных агентов разных уровней. Теоретическое содержание работы и эмпирические данные могут быть использованы в учебных курсах по теоретической и прикладной социологии, социологии культуры, социологии потребления и социологии досуга. Материалы диссертационного исследования были апробированы автором в ходе образовательной деятельности, практических семинаров для различных агентов культурной политики: представителей законодательной и исполнительной власти, средств массовой информации, индустрии досуга и туристического бизнеса, представителей самодеятельных общественных организаций. Теоретическая и практическая значимость исследования подтверждается тем, что разработки автора были поддержаны фондом РФФИ 07-06-00287 «Потребление и консумеризм в контексте российской глокализации» (2008 г.)

Апробация работы осуществлена в рамках научно-практических конференций и конгрессов общероссийского и международного уровней: «Общество потребления и современные проблемы сферы услуг» (Санкт-Петербург, 2010); «Культура, личность, общество: методология, опыт эмпирического исследования» (Екатеринбург, 2010); «Россия: ключевые проблемы и решения» (Москва, 2009); «Четвертые Ковалевские чтения» (Санкт-Петербург, 2009); «Регионы России: экономика, культура, история» (Березники, 2009); «Структура и динамика культуры в контексте синергетической парадигмы» (Саратов, 2009); «Образование и общество» (Москва, 2009); «Информационное поле современной России: практики и эффекты» (Казань, 2009); «Туризм и туристское образование: достижения и перспективы развития» (Санкт-Петербург, 2009); «Молодежь – позитивная сила развития российского общества» (Санкт-Петербург, 2009); «Российская провинция: опыт комплексного исследования» (Саратов, 2009); «Потребление как коммуникация - 2009» (Санкт-Петербург, 2009); «Социальные проблемы инновационного развития общества» (Санкт-Петербург, 2009);  «Глобализация и туризм: проблемы взаимодействия» (Саратов, 2009); «Питирим Александрович Сорокин и современные проблемы социологии» (Санкт-Петербург, 2009); «Социология и общество: пути взаимодействия» (Москва, 2008); «Молодежь и будущая Россия» (Москва, 2008);  «Сорокинские чтения: отечественная социология: обретение будущего через прошлое» (Москва-Саратов, 2008); «Третьи Ковалевские чтения» (Санкт-Петербург, 2008); «Туризм и региональное развитие: партнерство власти, бизнеса, науки и образования» (Саратов, 2008); «Сорокинские чтения: социальные процессы в современной России: традиции и инновации» (Москва, 2007); «Вторые Ковалевские чтения» (Санкт-Петербург, 2007); «Теоретическое обоснование стратегий долгосрочного развития агропродовольственного комплекса как социо-эколого-экономической системы» (Саратов, 2007); «Глобализация и социальные изменения в современной России» (Москва, 2006);  «Современный город: повседневность и экстремальность» (Саратов, 2006); «Город: глобальные перспективы и местные контексты» (Саратов, 2005): «Города региона: культурно-символическое наследие как гуманитарный ресурс будущего» (Саратов, 2003); «Досуг: социокультурные и экономические перспективы» (Саратов, 2003), «Россия на рубеже веков: история и современность» (Саратов, 2002); «Актуальные вопросы подготовки кадров для туристического бизнеса» (Саратов, 2000).

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, анализируется степень ее разработанности в современной социологической литературе, определяются объект, предмет, цель и задачи, достоверность и обоснованность, методологическая основа исследования, раскрываются научная новизна диссертации, ее теоретическая и практическая значимость, формулируются положения, выносимые на защиту. В первой главе «Концептуальные основы социологии досуга» обосновывается необходимость  выявления базовых концептов, определяющих особенности социологической аналитики и методологических принципов исследования досуга и культурно-досуговой деятельности. В первом параграфе «Анализ и интерпретация основных социологических концепций и определения досуга» прослеживается, как потребность в систематизации исследований по проблематике досуга способствовала возникновению ряда классификаций, моделей, аналитик, направленных на идентификацию устойчивых полей исследовательского интереса. Сравнительный анализ исследовательских материалов, посвященных изучению проблематики досуга, показывает, что в зарубежных научных школах данное направление представлено значительно масштабнее. Среди первых работ зарубежных исследователей, посвященных досугу, особое место занимает труд Т. Веблена «Теория праздного класса», опубликованный в 1899 г. Автор констатирует, что в мировой социологии сложилось несколько научных школ, занимающихся изучением проблем досуга. В отечественных традициях изучение сферы досуга часто входило в контекст более широких исследований образа жизни и бюджетов времени.

Анализируя дефиниции досуга, представленные авторами различных научных школ, диссертант отмечает, что акцент в определениях делается на функциональной дифференцированности социальных ролей индивидов в контексте конкретных структур, состоящих из институций, ценностей и норм (Т. Парсонс). Однако общее понимание индивидами социальной жизни отнюдь не обязательно приходит извне через принятие общих культурных норм и ценностей, оно может конструироваться изнутри (Г. Гарфинкель). С точки зрения автора, для исследования сферы досуга это особенно актуально, так как человек здесь выбирает то занятие, которое ему нравится и которым хочется заниматься; это делает досуг особенно привлекательным, ценным и значимым. В связи с изменением способов осуществления и определения досуговой деятельности, появлением новых смыслов ее субъективного наделения возникает необходимость поиска новых методологических ориентиров в исследованиях досуга. Снять противоречия между влиянием социальной структуры и процессами социального конструирования, посредством которых индивиды воспринимают, мыслят и создают эти структуры, оказывается возможным в рамках конструктивистского структурализма. На основе анализа основных социологических концепций досуга зарубежных (Ж. Дюмазедье, Дж. Келли, М. Каплан, Л. Хейвуд) и отечественных исследователей (Г. Зборовский, Т. Киселёва, А. Маршак,  Б. Мосалёв,  Г. Орлов,  Н. Хренов,  Т. Черняева),  а также руководствуясь собственными, логически обоснованными соображениями, автор полагает, что досуг может быть определен как вид социальной активности, осуществляемой в свободное от работы и основных социальных обязанностей время, направленной на удовлетворение актуальных значимых потребностей личности: физических, социальных, духовных. В зависимости от актуализации той или иной потребности осуществляется выбор досуговой деятельности, причем данный выбор задан как индивидуально, так и институциально. Концептуальная модель организации досуговой деятельности строится на основе интерпретации социально конструируемых смыслов досуга в сознании личности. В то же время досуговая активность и переживания не могут быть поняты как самостоятельные сферы жизни, независимые или отдельные от социокультурных и институциальных условий, внутри которых досуговый опыт осваивается и структурируется.

Во втором параграфе «Методологические основания исследования досуга» автор рассматривает проблему свободы выбора в досуге с точки зрения различных социальных теорий. Обращение к парадигме социальных фактов (Э. Дюркгейм) позволяет констатировать, что если регулируемое поведение индивида в обществе определяется не им самим, а какими-то иными (объективными) регуляторами, то и досуговая деятельность индивида задается извне определенными принуждающими воздействиями. Проблема свободы и детерминизма социального действия в самом широком смысле затрагивает основания совершения индивидом того или иного социального действия (М. Вебер). В данном ракурсе досуговая деятельность, распознаваемая как социальное действие, выступает как свободное выражение интенций индивида и как результат принуждения и ограничения. «Жизненный мир», мир повседневности (Э. Гуссерль, А. Щюц) – продукт взаимодействия людей с объективным миром, на основе которого формируется в сознании и деятельности членов сообщества интерсубъективная сущность социальных явлений и процессов. Следуя этой логике, автор показывает, что выявление интерсубъективного представления о досуге позволяет обнаружить элементы предзаданности в обыденном мышлении, связанные с привычными типизациями реальности. Представители постструктурализма осуществляют исследование поведения индивида с точки зрения анализа знаковых систем, кодов, речевых актов (Ю. Хабермас); соответственно с этих позиций формы проведения досуга предстают в виде совокупности определенных речевых актов.

Наряду с феноменологическим подходом к исследованию повседневности (и проистекающих на ее фоне досуговых практик), позволяющим понять, но не объяснить происходящие процессы и изменения, представляется актуальным применение деятельностно-активистского подхода (В. Ядов). Досуговая деятельность позволяет выразить индивидуальные потребности, однако способы их удовлетворения существенно зависят от характеристик социальной среды, окружающей индивида. Опосредованно через статусные, ролевые, возрастные и гендерные предписания социальная среда предоставляет различные шансы для самоосуществления и самореализации индивидов в пространстве досуга. Иными словами, досуговые практики носят социальный характер и приобретают свое значение именно в социокультурном контексте, и соответственно, к их изучению применим один из наиболее актуальных и перспективных подходов методологического арсенала современной социологии – социокультурный подход.

Современные глобальные масштабы унификации культуры определяются главным образом СМИ, и особая роль здесь принадлежит телевидению. «Империалистические средства массовой информации» способствуют превращению мира в «большую деревню», обитатели которой ориентированы на потребление одних и тех же культурных продуктов (П.Штомпка), в том числе в сфере досуга. В связи с этим в исследованиях репрезентаций образцов проведения досуга в СМИ актуальным оказывается обращение внимания к структурам знаковых систем. В изучении содержания массовых коммуникаций плодотворным становится в дополнение к методам традиционного контент-анализа применение семиотического подхода (Р. Барт), согласно которому внимание необходимо концентрировать на изучении способов организации сообщений и сокрытых в них символических знаков, а также осуществление дискурс-анализа (М. Фуко).

В третьем параграфе «Концептуальная модель социокультурного пространства досуга» автор, следуя логике П. Бурдье, рассматривает сферу досуга в терминах поля, структура которого задает форму организации деятельности людей в свободное время. Тогда пространство досуга интегрирует в себе более специфические поля, например, поле театра, поле ночного клуба, фитнес-центра или ресторана. Структура пространства досуга и составляющих их полей формирует пространство возможностей и принуждающих факторов для попавших в них индивидов. Структура имеет как вертикальное (иерархическое), так и горизонтальное (стилевое) измерения, в соответствии с которыми происходит иерархизация досугового пространства на основе выделения в нем статусно-досуговых групп, отличающихся друг от друга характером предпочтений и уровнем доступа к досуговым услугам. Социокультурное пространство досуга определяется автором как территориальная социокультурная организация деятельности индивидов в свободное время. Социокультурное пространство досуга многомерно, конструируется в совокупности множества составляющих, в свою очередь, является частью социального пространства. В качестве конструирующих его агентов выступают как отдыхающие, так и организаторы досуга. Данное пространство учитывает связь между вкусовыми предпочтениями, социальными позициями и характеристиками территории.

Во второй главе «Тенденции в социокультурном пространстве досуга современного общества консумеризма» происходит теоретическое осмысление досуга в контексте потребления, выявляется специфика показного потребления досуга в современных условиях. В четвертом параграфе «Социокультурное пространство досуга в теоретической перспективе общества потребления» автор констатирует, что наиболее характерная особенность постмодерна - изменение характера потребления, его функций и социального значения – оказывается в фокусе пристального внимания социальных исследователей. Диссертант привлекает наработки авторов, осмысливающих этот феномен социальной реальности и формирующих новую отрасль социологии,– социологию потребления. Автор обращается к концепциям З. Баумана, Ж. Бодрийяра, П. Бурдье, Дж. Ритцера, М. Фезерстоуна, в работах которых потребление и потребительство рассматриваются с позиций модернистского и постмодернистского подходов. Диссертант отмечает,  что в трудах многих исследователей (У. Бек, Д.Деррида, Ф. Джеймсон, М. Кастельс, Ж.-Ф. Лиотар, С. Лэш, А. Тоффлер, А. Турен, Дж. Урри) артикулируется изменение значения досуга в обществах модерна и постмодерна, при этом спецификой досуга становится его сопряжение с проблематикой потребления. Привлекая идеи А. Турена, Э.Фромма, автор отмечает, что для постиндустриального общества характерен упадок традиционного досуга; проявляется это в преобладании пассивности досуга, тенденциях его отчуждения в сферу потребления.

В отличие от высокоразвитых стран мира общество потребления формируется в России в виде оазисов в кризисном социальном пространстве. Лишь меньшинство населения имеет возможность жить в них (В.Ильин), что, с точки зрения диссертанта, обусловливает своеобразие процессов потребления в сфере досуга. Привлекая концепции Д. Иванова, В. Ильина, В. Козловского, Н. Покровского, Я. Рощиной, автор полагает, что потребление становится жизненным миром современного человека, превращаясь из простого приобретения и использования вещей в целую систему действий и идей, получивших название «консумеризм». Диссертант постулирует: одна из ведущих тенденций в пространстве досуга – его консумеризация – наблюдается, когда досуг приобретает ярко выраженный потребительский характер и воплощается в институциализированных досуговых практиках, реализуемых с помощью профессионального коммуникативного сервиса.  Консумеризация способствует изменению традиционного понимания досуга и предполагает актуализацию искусно навязанных потребностей, реализуемых в поле потребления. Автором выявляются тенденции, сопутствующие консумеризации досуга. Расширение и коммерциализация пространства досуга: происходит повсеместное увеличение отрасли досугового обслуживания, индустрии отдыха и развлечений. Гибридизация досуга: феномен гибридизации сферы досуга проявляется как в зрелищности и взаимодействии чувств, так и в совмещении ранее несовместимых услуг и товаров. Виртуализация досуга: процесс виртуализации досуга многоаспектен, обусловлен множеством причин; иногда его трудно отделить от процесса виртуализации повседневности. Гиперреальность досуга: для того, чтобы привлекать новых потребителей, досуговым сервисам необходимо иметь возможность для их постоянного соблазнения. Воссоздать атмосферу «соблазна и очарования» возможно благодаря конструированию гиперреальности, которая являет собой подделку, имитацию, искусственно сконструированное настоящее.

С опорой на концепции Дж. Ритцера диссертант полагает, что сфера досуга, как и другие сегменты общества, подвержена влиянию процессов макдональдизации. Автором артикулируется противоречие: пространство досуга, больше сопряженное со свободой по сравнению с другими сферами повседневности, в современных и постсовременных условиях становится пространством-временем зарождения институциальных сервисов, являющихся образцом формальности и принуждения. Вслед за С. Кравченко автор полагает, что специфическим гибридным типом рациональности становится играизация. Диссертант артикулирует, что макдональдизация и играизация, несмотря на свою развлекательную и зрелищную «подачу», способствуют гашению творческого начала досуговой деятельности, разворачивающейся в поле потребления институциализированных услуг.

В пятом параграфе «Труд и досуг в дискурсе потребительских практик» диссертант указывает на то, что с середины ХХ столетия западные исследователи, фиксируя коренные изменения в образе жизни современников, дискутируют вопрос о  стремительном взлете ценностей досуга (Ж.Дюмазедье, М. Каплан, С. Паркер, К. Роджек, Р. Сю, Л. Хейвуд, Ж. Фурастье). Начиная с определенного уровня экономического развития, досуг приобретает все большую автономию от труда и становится самостоятельной ценностью. Привлекая концептуальные наработки З. Баумана, Ж. Бодрийяра, С. Лэша, Дж. Урри, автор постулирует, что в условиях общества постмодерна происходит стирание жестких границ континуума труд-досуг. Распространение идеологии общества массового потребления приводит к тому, что досуг служит не столько целям наслаждения свободным временем, сколько целям заполнения потреблением непроизводственного времени. Следуя логике Д. Белла, Г. Беккера, Ж. Бодрийяра, Г. Маркузе, автор полагает, что потребленное свободное время является фактически временем производства, необходимым элементом производственного цикла.

Наблюдаемый сдвиг ценностных ориентаций из сферы труда в сферу массового потребления, досуга и развлечений способствует росту числа поставщиков-потребителей досуговых услуг, появлению гибридных форм корпоративного досуга, усилению привлекательности фрилансерства и дауншифтинга. Однако для России одним из фокусов восприятия многих проблем стала бедность значительной части населения, что отражается на структуре досуговой деятельности, на ценностном отношении к свободному времени. (Так, по результатам общероссийских социологических исследований, проводимых ИКСИ РАН и ВЦИОМ (2006 г.), лишь около 4% россиян  стремятся к вольной жизни – небольшому заработку и свободному времени, которое можно использовать так, как хочется).

Следуя логике У.Бека, автор приходит к выводу, что в современных социокультурных условиях ценностное отношение к досугу и свободному времени становится социальным маркером принадлежности к тем или иным социальным группам. Для богатых проблема выбора досуга в меньшей степени зависит от места жительства – в отличие от бедных, которые оказываются не только «привязанными» к месту проживания, но и ограниченными возможностями локальной территории. Тем не менее, для России место жительства играет важную роль в выборе досуга. Так, осуществляя вторичный анализ базы данных исследований Центра социального прогнозирования и маркетинга «Чего опасаются россияне?» 2008 г., автором выявлено, что оценка своего положения в отношении проведения досуга распознается как «хорошая» в  44% случаев респондентами, проживающими в мегаполисах, и в два раза меньше – в 20% случаев – жителями сельской местности. Респонденты, которые относят себя к «высоко материально обеспеченным», свои возможности в проведении досуга оценивают «хорошо» в 69% случаев, «низко материально обеспеченные» – в 15,8% случаев.

Свободное время для многих – безусловное благо, время удовольствия, ресурс, которого всегда не хватает, тем не менее, актуальной оказывается и постановка проблемы избыточного свободного времени, «мертвого» или «убитого» времени (И.  Гофман). С точки зрения автора, в период кризиса вопрос о свободном времени, досуге, отдыхе человека получает противоречивое и специфическое звучание: с одной стороны, осознаваемая людьми ценность свободного времени падает, а с другой – их недовольство возможностями проведения досуга и отдыха, напротив, возрастает.

В шестом параграфе «Современное прочтение демонстративного потребления в пространстве досуга» автор привлекает концепцию Т. Веблена для артикуляции специфики современного досуга. Демонстративное потребление ярко выражено в досуге; как и все виды социальной деятельности, досуг имеет определенное «символическое лицо», его можно рассматривать как «символ социальной дифференциации», в соответствии с которым индивид соотносит себя с определенной социальной категорией, получает возможность социального самоутверждения (Т. Веблен). М. Вебер рассматривал досуговое поведение в рамках макротеории социальной стратификации. В соответствии с данной концепцией досуг является составляющей частью «стиля жизни» и зависит от социального класса, имеет четко выраженную классовую дифференциацию. Вслед за Р. Сю автор полагает, что в современных социокультурных  условиях уже невозможно сводить досуг только к символу определенного класса. Стиль жизни и соответственно стиль досуга не определяется только социально-профессиональным статусом человека, но чем выше социально-профессиональный уровень человека, его образовательный статус, тем меньше он подвержен социальному конформизму в досуговом выборе.

Проводя досуг определенным образом, человек ориентирован на подтверждение своего социального статуса, платежеспособности. Автор отмечает, что сегодня эти потребности успешно эксплуатируются организаторами досуговых сервисов. Досуговые практики и сопутствующие товары становятся объектом желаний не столько из-за необходимости их потребления, сколько из-за возможности выступать социальным маркером, способом заявить о себе окружающим. Свободное время – экономически непродуктивное время (по Ж. Бодрийяру) – производит ценность – ценность отличия, статуса, престижа. При реализации услуг значимой оказывается ее виртуальная составляющая – имидж заведения, мода, «раскрутка» тех или иных видов отдыха и их престижность.

В эпоху постмодерна нет единого потребителя, а есть множество типов, стилей потребления, действующих по совершенно разным, порою противоположным правилам в рамках одного уровня и стиля жизни в едином пространстве потребления (И. Иванова). В современной ситуации поведение индивидов объясняется теорией демонстративного поведения  Т. Веблена не в полной мере. Согласно Т. Веблену, покупка товаров/услуг используется как средство коммуникации и свидетельствует о статусной принадлежности владельца. Опираясь на наработки Д. Иванова, Н. Зарубиной, автор приходит к мнению, что в обществе постмодерна потребление выполняет функцию коммуникации внутри многочисленных, но разрозненных  групп, стилевых сообществ, члены которых объединены одинаковым отношением к набору товаров/услуг, символически нагруженных определенными брендами, трендами. Особенно явно разобщенность присутствует между богатыми и бедными социальными группами. В условиях глобализации изменяется символика демонстрации богатства, которая становится не только более радикальной, но и приобретает дополнительные смыслы дистанцирования и самоизоляции богатых от общества.

Следуя логике Ж. Бодрийяра, диссертант артикулирует, что владельцы и персонал сервисных организаций, устроители развлечений, являющиеся (по Т. Веблену) носителями «подставной праздности», образуют особую группу, в руках которой оказываются сосредоточенными средства воздействия на привычки и вкусы массы потребителей. «Fun-morality» действует на потребителей как «императивный приказ» развлекаться, наслаждаться и получать удовольствия. Носители «подставной праздности» директивно устанавливают принцип «fun-morality», которому часто неосознанно подчиняется аудитория развлекаемых.

В третьей главе «Социокультурное производство и потребление досуговых услуг» рассматриваются социальные механизмы конструирования структуры досуга с точки зрения различных агентов – производителей и потребителей досуговых услуг. С опорой на массивы социологических данных эксплицируются процессы консумеризации досуга в условиях российской повседневности. В седьмом параграфе «Приоритеты досуговой активности в контексте потребительских практик», опираясь на концепции Ж. Дюмазедье, автор констатирует, что, начиная с 90-х годов ХХ столетия, характерная для западного мира идеология «цивилизации досуга» активно проникает в российский контекст. Привлекая наработки в области менеджмента досуга Дж. Торкилдсена, Л. Хейвуда, культурно-досуговой деятельности Г. Аванесовой, социологии культурно-духовной сферы А. Маршака, социологии потребления Я. Рощиной, автор приходит к пониманию, что в современных условиях учреждения сферы культуры и досуга трансформируются в индустрию досуга; культурно-досуговая деятельность перепрофилируется в сервисную, при этом основная цель организаторов досуговых сервисов – привлечение потребителей услуг и получение прибыли. Это соответствует общему тренду развития культурной политики России, культура превращается в форму досуга: например, посещение театров и музеев становится развлечением, возможностью что-то купить, человек выступает скорее в роли «клиента», чем «зрителя».

Кардинальные трансформации в сфере досуга крупных российских мегаполисов и провинциальной России исследуются и осмысливаются социологами. Так, на протяжении нескольких лет ИС РАН в сотрудничестве с Представительством Фонда им. Ф. Эберта проводят крупномасштабные общероссийские исследования по квотной выборке. Проанализировав результаты, полученные исследовательскими коллективами за разные периоды времени (1996-2009 гг.), диссертант приходит к выводу о том, что в современных условиях потребление услуг досуговых сервисов составляет невысокий процент в репертуарах досуговых практик россиян, кроме того, в последние годы наблюдается динамика спада потребления в данной сфере: происходит снижение доли «активного» досуга и возрастание «традиционного» и «простого» досуга. Вторичный анализ данных опроса «Досуг и спорт» 2007 г., проводимого АНО «Левада-Центр», показал, что 76,2% респондентов смотрят телевизор каждый день; в театры, на концерты, выставки и другие культурно-массовые мероприятия ходят несколько раз в месяц 7,5% респондентов, а вообще никогда – 57,4%.

Различные социальные группы имеют разные возможности в сфере досуга. В то время как для одних в досуге раскрываются ресурсы для реализации потребностей в увеличении эффективности жизнедеятельности и наращивании культурного капитала, для других характерным становится снижение досуговой активности, сокращение практик самообразования на досуге, дезинтеграции и депривации в сфере досуга определенных категорий населения. Так, если для социально незащищенных слоев населения – бедных, пожилых и людей с ограниченными возможностями – приоритетом досуговой активности становится потребление масс-медийных продуктов (по данным исследовательских коллективов Института социологии РАН и Московского института социально-культурных программ), то для группы социальных инноваторов – людей-XXI – активный досуг (путешествия, занятия фитнесом и экстремальным спортом) и творчество на досуге являются такими же приоритетами, как карьерный рост и консумеризм (по данным исследовательских коллективов ФОМ). В целом подобная ситуация приводит к усилению социального расслоения в сфере досуга.

С точки зрения автора, именно масс-медиа формируют представления о предпочитаемых способах проведения досуга, осуществляемых в поле потребления. В результате, если для западного мира «цивилизация досуга» наступает во второй половине ХХ столетия, то для России начала ХХ1 века характерна лишь виртуальная «цивилизация досуга». Привлекая концепт кентавр-проблем Ж. Тощенко, автор постулирует, что парадоксальность ситуации консумеризации досуга в российских условиях заключается в следующих противоречиях: с одной стороны, досуг приобретает все большую субъективную ценность для людей, так как обладает широкими возможностями для самореализации личности, удовлетворения многообразных потребностей, с другой – утрачивается развивающий потенциал досуговой деятельности; – в создаваемой масс-медийно гиперреальности досуг полностью сопряжен с потреблением, в реальности преобладают «простые» (15%) и «традиционные» (57%) виды досуга, центрированные вокруг дома. Наблюдается разрыв между идеальным образом виртуально сконструированного досуга и реальными досуговыми практиками из-за ограниченности возможности осуществлять потребление.

В восьмом параграфе «Типологии моделей досуговой активности» автором представлены результаты проведенного эмпирического исследования. С целью решения задач изучения пространства досуга автором проведены эмпирические исследования населения трех областей Приволжского федерального округа (Саратовской, Самарской и Волгоградской областей) (2008-2009 гг.). Выборочная совокупность определена по пропорциональному принципу. Исследование проводилось методом опроса в форме анкетирования (N=1536). В ходе проведения кластерного анализа были выделены специфические кластеры населения, различающиеся по признакам объективных и субъективных составляющих параметрики пространства досуга. На основе кластерного анализа разработана типология социальных моделей досуговой активности, включающая три типа: домашне-релаксационный, домашне-хозяйственный и активно-потребительский. В типологии отражены интерсубъективные представления и типические способы проведения свободного времени различных социальных групп. Для домашне-релаксационного типа досугового поведения в большей степени свойственно стремление: «отдохнуть, снять напряжение», чем-то «заполнить свободное время». Для домашне-хозяйственного наиболее типично «заняться чем-то полезным». Активно-потребительскому типу присущи стремления: «развлечься», «общаться, знакомиться», «отдохнуть, снять напряжение», «заботиться о теле, здоровье», «развиваться», «получить заряд эмоций». Представители активно-потребительского типа по своим характеристикам наиболее приближены к группе «социальных инноваторов» (исследовательский проект «Люди-XXI» ФОМ, 2008), для которых характерны активный досуг и консумеризм.

Альтернативой традиционному подходу в исследованиях досуга может быть смещение внимания на то, каким образом в обществе формируются, поддерживаются и распространяются представления о нем. Эмпирическим путем выявлено, что для 17% респондентов досуг отождествляется с развлекательными практиками, 43% респондентов придерживаются мнения, что досуг – это занятия, посвященные отдыху, релаксации, восстановлению сил, 37% указали на то, что, по их мнению, досуг – это любые занятия в свободное время. Диссертант отмечает, что значение «серьезного досуга» (по Р. Стеббинсону) оказывается неактуальным и вытесняется. Фактором, влияющим на выбор досугового поведения, является доступность, задающая диапазон досуговой мобильности. Составляющие доступности – физическая, финансовая, социокультурная и информационная.

Автором эмпирически подтверждено, что удовлетворенность проведением досуга сопрягается с потенциальными возможностями осуществлять потребительские практики. В результате регрессионного анализа была выявлена линейная зависимость переменных «удовлетворенность досугом» и «доход». Стало быть, в обществе консумеризма значение приобретает не сам досуг в соответствии с его определением, а досуговое потребление. Выявлена линейная зависимость переменных «удовлетворенность досугом» и «образование»; «важность досуга» и «возраст» – досуг как важная сфера жизни воспринимается молодежью, но с возрастом это отношение утрачивается; практически отсутствует зависимость таких переменных как «важность досуга» и «доход» – досуг как важная сфера жизнедеятельности распознается вне зависимости от доходов респондентов.

Согласно экспертному мнению, собранному в ходе интервью, регулирование культурно-досуговой сферы осуществляется множеством институтов культуры федерального и областного уровней, отдельных муниципальных образований, а также различными бизнес-структурами, между которыми очень часто отсутствует не только взаимодействие и сотрудничество, но и взаимопонимание. В рамках реализации федеральных и региональных целевых программ в Саратовской области достигнут ряд конкретных целей, направленных на повышение уровня удовлетворенности культурно-досуговых потребностей населения региона. Однако рост отдельных показателей в сфере культурно-досуговых мероприятий характеризует в большей степени разрозненность усилий культурных институтов. В этом отношении коррекции ситуации может способствовать проведение комплексного исследования пространства досуга (а не фиксация статистики посещаемости отдельных учреждений), консолидация усилий органов власти, представителей бизнес-сообщества, образования и науки. 

В девятом параграфе «Социокультурные смыслы технологий управления потребительским поведением» представляются результаты авторского эмпирического исследования, направленного на выявление принципов работы российских сервисных организаций, конструирующих приоритетность потребительских досуговых практик. Внедрение данных принципов в работу торговых сервисов способствует (согласно терминологии Дж.Ритцера) повышению эффективности, калькулируемости затрат, контролю над покупательским поведением и управлению впечатлениями клиента. Опираясь на концепции «системы заботы» Ж. Бодрийяра,  «эмоциональной работы» А. Хохшильд, «феномен поля» В. Ильина, исследования принципов работы персонала Диснейленда Дж. Маанен, а также привлекая результаты собственных исследований, диссертант полагает, что эвристически полезным оказывается введение в социологический дискурс дефиниции «стандарты продаж», через которую обозначаются лаконично сформулированные принципы работы макдональдизированных институтов. «Стандарты продаж» представляют собой особые паттерны взаимодействия «продавец-покупатель», превращающие скрытую манипуляцию продаж в высокое качество обслуживания, одобряемое и желаемое потребителями. Их социальные смыслы проявляются в следующем: довольный и удовлетворенный клиент, оценив профессионализм, внимательность и заботливость продавца, становится приверженцем  данного сервиса, возвращается за покупками вновь и вновь. Здесь скрывается некое противоречие: истинная цель – не только заключение сделки и совершение покупки, но и провоцирование желаний клиента возвращаться вновь и вновь для потребления товаров и услуг данного сервиса.

Формирующееся в результате взаимодействия большого количества факторов социокультурное поле сервисов надежно удерживает покупателя в своих пределах, растворяя рациональные мотивы его поведения, превращая шопинг в удовольствие, развлечение, отдых, релакс. При этом выявлено, что принципы работы сервисных организаций, привнесенные в российский провинциальный контекст, способствуют появлению неоднозначных эффектов: с одной стороны, назойливость, неискренность персонала способствуют отчуждению коммуникаций и росту дистанции (в ходе интервью 87% респондентов указали на то, что их раздражает излишняя приветливость продавцов, как и другая крайность – сквозящие через формальное почтение безразличие и неприязнь), с другой излишняя формализация дегуманизирует условия труда (в ходе интервью, проведенного с персоналом исследуемых организаций, 81% респондентов выказали негативное отношение к процедурам оценки, излишнему формализму в работе).

В четвертой главе «Социальное конструирование досуговых практик» автор осуществляет анализ наиболее распространенных в современной ситуации досуговых практик, проявляющихся в контекстах развлечений, игр и туризма. В десятом параграфе «Особенности современных институциализированных развлечений» диссертант констатирует, что в обыденном представлении институциализированные развлечения выступают одним из приоритетных способов заполнения свободного времени. При этом вслед за Дж. Урри автор полагает, что выявление теоретического смысла «забавы, удовольствия и развлечения» становится трудной задачей для социологов. Осуществив научную рефлексию феномена «развлечений», привлекая наработки С. Барета,  С. Лэша, Р. Стеббинса, Дж. Урри, а также отечественных исследователей Е. Дукова, А. Захарова, автор приходит к пониманию того, что сегодня развлечение – не просто предпочитаемое индивидуальное или коллективное занятие, обусловленное доминирующими ценностями и социальными стереотипами, а определенный культурный код, через призму которого рассматриваются многие социальные явления. Привлекая идеи Э. Аронсона, Н. Лумана, Г. Дебора, И. Мальковской, автор артикулирует, что доминирующим аспектом масс-медийных сообщений становятся развлечения, в свою очередь, основным инструментом формирования привлекательности развлечений становятся глобальные масс-медиа. Привлекая результаты исследования, диссертант выявляет, что основные символические коды досугового потребления, транслируемые СМК, – впечатления,  развлечения, знаковость.

Автор полагает, что стремление человека к развлечениям и впечатлениям подталкивает к испытанию сильных контролируемых эмоций. Диссертант придерживается взглядов К. Кемпбелл, согласно которым в традиционных обществах поиск удовольствий был связан с поиском ощущений, достигаемых в основном благодаря удовлетворению потребностей с помощью некоего блага. В современной ситуации происходит подмена удовольствия от ощущений удовольствием от эмоций, что есть признак современного гедонизма. В обществе постмодерна происходит подмена витальности виртуальностью. Существенную роль при этом начинает играть визуальность. Она сокращает путь к имажинативному, она более доходчива, впечатляюща, более захватывающа. Вслед за Н. Покровским, Т. Черняевой диссертант считает, что сфера визуального восприятия превращается в основной канал связи с виртуальной реальностью. Привлекая концепт Дж. Урри, автор полагает, что визуальность, конструируемая «пристальным взглядом», способствует трансформации виртуального потребления в развлечение, в преобладающий способ «заполнения» или «уничтожения» свободного времени. Автор обосновывает, что особым типом современного гедонизма становится имажинарный гедонизм, при котором эмоциональные удовольствия и опыт переживания достигаются в практиках созерцания визуальных образов-симулякров.

С точки зрения автора, современное общество разделяется на поставщиков и потребителей «эмоциональных» услуг; при этом локус контроля над эмоциями потребителей институциализированных развлечений смещается в сторону поставщиков товаров и услуг, работа которых базируется на принципах макдональдизации.

В одиннадцатом параграфе «Играизация российской повседневности в контексте практик потребления» автором показано, что другой, не менее актуальной, чем развлечения, в ракурсе рассмотрения досуговых практик, является проблематика игры. Привлекая концепции Ж. Бодрийяра, А.Кайюа, Й. Хейзинги, а также С. Кравченко и Н. Хренова, автор артикулирует особенности и признаки игр современности. Вслед за С. Кравченко, диссертант полагает, что искусная играизация становится востребованной в современных социальных институтах, структуры и функции которых все более виртуализируются. При этом автор считает, что социальное конструирование игровых практик в условиях российской повседневности приводит к расширению игрового поля. Опираясь на результаты проведенного исследования, диссертант обосновывает, что наиболее отчетливо специфика современной игры проявляется в контекстах практик потребления, которые имеют воплощения в игорном бизнесе, содержании телевизионных игровых проектов, расширении поля игрового азарта посредством лотерей и розыгрышей, индустрии гаджетов и виртуальных играх. Опираясь на концепцию виртуализации общества Д. Иванова, диссертант обосновывает, что человек эпохи модерна воспринимает реальность всерьез, как естественную данность, в которой приходится жить; человек эпохи постмодерна, погружаясь в виртуальную реальность, увлеченно «живет» в ней, осознавая ее условность, управляемость ее параметров и возможность выхода из нее. Однако СМК, конструируя виртуальную реальность, сосредоточивают в своих руках правила игры, предназначенные для участников процесса потребления, превращая их в объект игровой деятельности.

Диссертант приходит к выводам, что в играх потребления меняются социальные смыслы: если в традиционной игре действия условны, а сопровождающие их чувства и мысли реальны, то в играх потребления эмоции и чувства провоцируют реальные по своим последствиям действия и поступки, усиливая покупательскую активность. Предлагая разнообразие игровых форм потребления, СМК закрепляют за собой особые средства контроля, при этом частично отбирая право личности на осознание границ начала и конца игры, затрудняя свободу выхода из нее. СМК становятся и способом «раскрутки» игр и развлечений, и способом их реализации: виртуализированная форма развлечений и есть само содержание.

В двенадцатом  параграфе «Туризм как предпочтительная досуговая практика» диссертант с опорой на массивы социологических данных выявляет, что туризм в современном понимании представляет собой совершенно особый и предпочтительный способ проведения досуга. Развитие туризма теснейшим образом сопряжено с развитием сферы досуга, отдыха, рекреации отдельных граждан, социальных групп, общества в целом.  Вслед за С. Лешэм и Дж. Урри автор полагает, что туризм – это глобальное явление современности, провайдер процессов глокализации – одной из архетипных форм модернистской и постмодернистской культуры.

Проводя теоретическое осмысление проблематики туризма, привлекая концепции З. Баумана, Д. МакКенела, Дж. Ритцера, К. Роджека, а также В. Ильина, Н. Покровского, Т. Черняевой, диссертант полагает, что консумеризации туризма способствуют и сопровождают ее, с одной стороны, процессы конструирования объективной социальной реальности – создание туристических  достопримечательностей, ландшафтов и «приманок», с другой – интерсубъективные процессы конструирования/ реконструирования идентичности туриста, формирования туристских предпочтений. Автором обосновывается, что приоритетность туризма как досуговой практики конструируется в несколько этапов: 1. Определение туризма через его коннотативное сопряжение с впечатлениями, удовольствиями, новизной. 2. Формирование туристского дискурса, способствующего поддержанию, развитию  и распространению социокультурных коннотаций туризма.  3. Визуализация и виртуализация туризма. 4. Диссеминация привлекательности туризма через изображение и текст. В результате конструирования происходит создание стандартизированных схем восприятия образа туризма как идеальной досуговой практики и активизация потребительских туристических практик. Эмпирически подтверждено, что в условиях российской действительности уровень предпочтений (70%) существенно превышает уровень реальной туристской активности (6-9%), из чего следует, что для российского общества показательной является не только виртуальная «цивилизация досуга», но и виртуальная «цивилизация туризма».

В заключении автором диссертации даны основные выводы и результаты проведенного исследования, сформулированы практические рекомендации, определены перспективные направления дальнейших исследований. В приложении представлены анкеты, гиды интервью, графики, таблицы. Основные результаты исследования отражены в публикациях диссертанта, общим объёмом 47 п.л.

Монографии

  1. Понукалина О.В. Социокультурные практики потребления в пространстве досуга  / О.В. Понукалина. Саратов: Сарат.гос.техн.ун-т, 2010. 276 с. (17,25 п.л.) ISBN 978-5-7433-2193-3
  2. Понукалина О.В. Трансформация сферы досуга российского общества: социологический анализ / О.В. Понукалина. Саратов: Сарат.гос.техн.ун-т, 2008. 104 с. (6,5 п.л.) ISBN 978-5-7433-2001-1.
  3. Понукалина О.В. Досуг в пространстве современного города / О.В. Понукалина. Саратов: Сарат.гос.техн.ун-т, 2007. 100 с. (6,25 п.л.) ISBN 978-5-7433-1855-1.

Публикации по списку ВАК

  1. Понукалина О.В. Игры общества потребления: конструирование повседневности / О.В. Понукалина // Вестник Саратовского государственного технического университета. 2009. №3 (40). С. 270-279 (0,6 п.л.) ISSN 1999-8341
  2. Понукалина О.В. «Туризмомания» на досуге: приемы социального конструирования / О.В. Понукалина // Обсерватория культуры. 2009. №5.  С. 45-52 (0,7 п.л.) ISSN 2072-7815
  3. Понукалина О.В. Современные тенденции в сфере досуга: региональный аспект / О.В. Понукалина // Уровень жизни населения регионов России. 2009. № 6. С. 81-84. (0,5 п.л.) ISSN 1999-9836.
  4. Понукалина О.В. Специфика показного потребления досуга в условиях общества постмодерна / О.В. Понукалина //  Вестник Нижегородского государственного университета им. Н.И. Лобачевского. 2009. №1. С. 301-305. (0,6 п.л.) ISSN 1993-1778.
  5. Понукалина О.В. Социальное конструирование представлений о досуге у молодежи / О.В. Понукалина // Высшее образование в России. 2009. № 1. С. 137-142. (0, 4 п.л.) ISSN 0869-3617
  6. Понукалина О.В. Досуг в обществе массового потребления: концептуальные рамки исследования / О.В. Понукалина // Известия Саратовского университета. Серия: Социология. Политология. 2009. Т. 9. Вып. 1. С. 23-27 (0,3 п.л.) ISSN 1561-9494
  7. Понукалина О.В. Корпоративный досуг: цели и способы организации / О.В. Понукалина // Человек и труд. 2008. №11. С. 69-72 (0,4 п.л.) ISSN 0132-1552
  8. Понукалина О.В. Технологии управления потребительским поведением: социальные смыслы «стандартов продаж» / О.В. Понукалина // Вестник Санкт-Петербургского университета. Серия 12. Психология. Социология. Педагогика.  Сентябрь 2008. Вып. 3. С.  149-156. (0,5 п.л.) ISSN 1995-0047
  9. Понукалина О.В. Труд и досуг в российском социуме / О.В. Понукалина // Труд и социальные отношения. 2008. №12. С. 13-17. (0,3 п.л.) ISSN 2073-7815
  10. Понукалина О.В. Виртуальная «цивилизация досуга» российской провинции / О.В. Понукалина // Вестник Челябинского государственного университета. Философия. Социология. Культурология. 2008. Вып. 10. № 33. С. 80-87 (1 п.л.) ISSN 1994-2796
  11. Понукалина О.В. Специфика молодежного досуга / О.В. Понукалина // Высшее образование в России. 2007. № 11. С. 124-128 (0,4 п.л.) ISSN 0869-3617

В материалах международных и российских конференций

(Постановление Правительства РФ № 227 от 20.04.2006)

  1. Понукалина О.В. Развлечения как доминирующий фрейм массовой культуры / О.В. Понукалина // Культура, личность, общество: методология, опыт эмпирического исследования: материалы Междунар. конф.: электронное изд.  Екатеринбург, 2010. (0,3 п.л.). ISBN 978-5-75-25-18-92-14
  2. Понукалина О.В. Досуг и свободное время сквозь призму потребления / О.В. Понукалина //Общество потребления и современные проблемы сферы услуг: материалы Междунар. науч. конф. СПб.: РИО СПбГУСЭ, 2010. С. 134-135. (0,25 п.л.) ISBN 978-5-228-00322-4
  3. Понукалина О.В. Проектная деятельность как ресурс развития обучающихся по специальности «Социально-культурный сервис и туризм»/ О.В.Понукалина,  М.С.Отнюкова // Туризм и туристское образование: достижения и перспективы развития: материалы Междунар. науч.-практ. конф. СПб.: ДАРК, 2010. С. 78-81. (0,3 п.л./0,2 п.л.) ISBN 978-5- 98004-036-9.
  4. Понукалина О.В. Виртуализированные и визуализированные проекции развлечений в культурном контексте / О.В. Понукалина // Синергия культуры и динамика культурных процессов: материалы Всерос. науч. конф. Саратов: СГТУ, 2009. С.136-139 (0,3 п.л.) ISBN 978-5- 91818-017-4
  5. Понукалина О.В. Консюмеризация структуры досуга в условиях российской провинции / О.В. Понукалина // Российская провинция: опыт комплексного исследования: материалы Междунар. науч.-практ. конф. Саратов: КУБиК, 2009. С. 146-150. (0,3 п.л.) ISBN 978-5- 91818-012-9
  6. Понукалина О.В. Образование для досуга: обоснование актуальности концепции / О.В. Понукалина // Образование и общество: материалы Всерос. социол. конф.: электронное изд.  М., 2009. (0,2 п.л.). ISBN 978-5-89697-165-8
  7. Понукалина О.В Интеграция образовательных и досуговых практик: возможности и реалии / О.В. Понукалина // Образование и общество: материалы Всерос. социол. конф.: электронное изд.  М., 2009. (0,2 п.л.). ISBN 978-5-89697-165-8
  8. Понукалина О.В. Культурно-досуговая сфера: противоречия развития на региональном уровне / О.В. Понукалина // Регионы России: экономика, культура, история: материалы Междунар. науч.-практ. конф. Березняки: Филиал УрГЭУ, 2009. С. 342-345. (0,5 п.л.) ISBN 978-5-904-285-05-0.
  9. Понукалина О.В. Молодежь и СМИ: конструирование  представлений о досуге / О.В. Понукалина // Информационное поле современной России: практика и эффективность: материалы Шестой Междунар. науч.-практ. конф. Казань: Изд-во Казан. гос. ун-та, 2009.  С.206-212. (0,4 п.л.)
  10. Понукалина О.В. Молодежь в мире развлечений: конструирование предпочтений / О.В. Понукалина // Молодежь – позитивная сила развития российского общества: материалы Всерос. науч.-практ. конф. СПб., 2009. С. 216-219 (0,25 п.л.) ISBN 978-5-904247-15-7
  11. Понукалина О.В. Гибридизация игр, развлечений и коммуникаций: гаджеты/ О.В.Понукалина // Потребление как коммуникация: материалы Пятой Междунар. конф. СПб.: Интерсоцис, 2009. С. 174-176 (0,2 п.л.)
  12. Понукалина О.В. Сфера досуга российского общества в контексте теории социокультурной динамики / О.В. Понукалина // Питирим Александрович Сорокин и современные проблемы социологии: материалы Междунар. науч. конф.: в 2 т. СПб., 2009. С. 114-117 (0,25 п.л.) Т. 2. ISBN 978-5-288-04839-5
  13. Понукалина О.В. Мода в досуговых практиках: взгляд социологов / О.В. Понукалина // Экономический и социально-философский потенциал современного общества: возможности, тенденции, перспективы развития: материалы Междунар. науч. практ.-конф.: в 3 ч. Саратов: Научная книга, 2009. Ч. 3. С. 24-27. (0,25 п.л.) ISBN 987-5-9758-1193-6
  14. Понукалина О.В. Туризм как предпочтительный способ проведения досуга россиян: социологический анализ / О.В. Понукалина // Туризм и региональное развитие: партнерство власти, бизнеса, науки и образования: сб. науч. тр. по материалам Всерос. науч.-практ. конф. Саратов: ИЦ «Наука», 2008. С. 131-137. (0,45 п. л.) ISBN 978-5-91272-678-1
  15. Понукалина О.В. Формирование имиджа российской провинции как ресурс развития туристического бизнеса / О.В. Понукалина, К.О. Плешкова // Туризм и региональное развитие: партнерство власти, бизнеса, науки и образования: сб. науч. тр. по материалам Всерос. науч.-практ. конф. Саратов: ИЦ «Наука», 2008. С. 137-141. (0,3 п.л./0,2 п.л.) ISBN 978-5-91272-678-1
  16. Понукалина О.В. Шоппинг и досуг сквозь призму технологий продаж / О.В. Понукалина // Социология и общество: пути взаимодействия:  сб. материалов III Всерос. социол. конгресса: электронное изд. М., 2008. (0,2 п.л.). ISBN 978-5-89697-157-3
  17. Понукалина О.В. Играизация российского социума: расширение поля игрового азарта / О.В. Понукалина // Третьи Ковалевские чтения: материалы науч.-практ. конф. СПб., 2008. C. 99-101. (0,25 п.л.) ISBN 978-5-288-04715-2
  18. Понукалина О.В. Практики потребления и досуга молодого поколения провинциальной России / О.В. Понукалина // Молодежь и будущая Россия: материалы Третьей Всерос. науч.-практ. конф. М.: ИНИОН РАН, 2008. С. 360-363. (0,25 п.л.) ISBN 978-5-248-00470-6
  19. Понукалина О.В. Показное потребление в сфере досуга: современный взгляд на проблему / О.В. Понукалина // Отечественная социология: обретение будущего через прошлое: материалы IV Всерос. науч. конф. «Сорокинские чтения»: в 2 т. Москва-Саратов, 2008. Т.1. С. 58-61. (0,25 п.л.)  ISBN 978-5-292-03844 (т.1).
  20. Понукалина О.В. Динамика сферы досуга в региональных условиях / О.В. Понукалина // Теоретическое обоснование стратегий долгосрочного развития агропродовольственного комплекса как социо-эколого-экономической системы: материалы науч. чт. (Островские чтения 2007). Саратов: ИАгП РАН, 2007. С.191-194. (0,25 п.л.) ISBN 978-5-903160-10-5.
  21. Понукалина О.В. Практики досуга и потребления: пространство пересечения / О.В. Понукалина // Вторые Ковалевские чтения: материалы науч.-практ. конф. СПб., 2007. С. 361-367. (0,4 п.л.) ISBN 978-5-288-04438-0
  22. Понукалина О.В. Досуг и потребление в молодежной среде / О.В. Понукалина // Сорокинские чтения: Социальные процессы в современной России: традиции и инновации: тез. докл. III Всерос. науч. конф: в 5 т. М.: КДУ, 2007. Т. 3. С. 203-206. (0,25 п.л.) ISBN 978-5-98227-478-6 (Т. 3).
  23. Понукалина О.В. Формирование корпоративной культуры вне контекста рабочего времени / О.В. Понукалина // Современный город: повседневность и экстремальность: сб. науч. тр. по материалам Всерос. науч.-практ. конф. Саратов: Изд-во СГТУ, 2006. С.79-82 (0,25 п.л.) ISBN 5-7433-1640-6
  24. Понукалина О.В. Потребительское поведение горожан в сфере досуга: тенденции изменения досугового пространства / О.В. Понукалина // Глобализация и социальные изменения в современной России: тез. докл. Всерос. социол. Конгресса: в 16 т. М., 2006. Т. 3. С.166-170. (0,3 п.л.) ISBN 5-98281-165-3.
  25. Понукалина О.В. Специфика построения системы управления персоналом туристической фирмы / О.В. Понукалина // Город: глобальные перспективы и местные контексты: сб. науч. тр. по материалам Всерос. науч.-практ. конф. Саратов: Изд-во Латанова,  2005. С.29-34. (0,4 п.л.) ISBN 5-94184-096-9.
  26. Понукалина О.В. Городское пространство как фактор формирования досуговой активности / О.В. Понукалина // Досуг: социокультурные и экономические перспективы: сб. науч. тр. по материалам Всерос. науч.-практ. конф. Саратов: Изд-во Латанова,  2003. С.79-88. (0,6 п.л.) ISBN 5-94184-042-Х
  27. Понукалина О.В. Социальная экология городского пространства / О.В. Понукалина // Города региона: культурно-символическое наследие как гуманитарный ресурс будущего: материалы Междунар. науч.-практ. конф. Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2003. С. 59-63. (0,3 п.л.) ISBN 5-292-03109-7
  28. Понукалина О.В. Маркетинговый подход  в сфере досуга / О.В. Понукалина // Логистические аспекты деятельности организационно-экономических систем: сб. науч. тр. по материалам Всерос. науч.-практ. конф. Саратов: СГТУ, 2002. С.136-138 (0,2 п.л.) ISBN 5-7433-1000-9
  29. Понукалина О.В. Современный российский город: сфера досуга / О.В. Понукалина // Россия на рубеже веков: история и современность: сб. докл. Всерос. науч.-теор. конф. Саратов: СГСЭУ, 2002. С.128-131. (0,25 п.л.) ISBN 5-87309-293-1
  30. Понукалина О.В. Пространство города и досуг / О.В. Понукалина, З.Ю. Елаева // Актуальные проблемы производственного менеджмента: сб. науч. тр. по материалам Всерос. науч.-практ. конф. Саратов: Аквариус, 2002. С.157-161. (0,4 п.л./0,3 п.л.) ISBN 5-94972-001-8
  31. Понукалина О.В. Социокультурное значение досуга / О.В. Понукалина // Современная картина мира: общество, время, пространство: Межвуз. науч. сб. по материалам Всерос. Аскинских чтений. Саратов: Юл, 2001. С.182-184. (0,2 п.л.) ISBN 5-901524-06-3
  32. Понукалина О.В. Досуг в условиях трансформаций российского общества / О.В. Понукалина // Российское общество в условиях социального кризиса: сб.науч.тр. Саратов: СГТУ, 2001. С.125-133.(0,5 п.л.)
  33. Понукалина О.В.  Современный город:  пространственная дифференциация как отражение социальных различий / О.В. Понукалина // Проблема нормы и патологии: современные дискурсивные практики: материалы Междунар. науч.-практ. конф. Саратов: СГМУ, 2002. С. 51-54. (0,2 п.л.). ISBN 5-7213-0294-1

В других изданиях

  1. Понукалина О.В. Трансформация рациональности в условиях глобализации: значение сферы досуга / О.В. Понукалина // Вопросы экономики и управления: сб. науч. статей. Вып. 1. Саратов: КУБиК, 2009. С. 59-67 (0,5 п.л.) ISBN 978-5-91818-005-1
  2. Понукалина О.В. Досуг как элемент производственного цикла / О.В. Понукалина // Социально-гуманитарные проблемы общества эпохи кризиса: сб. науч. тр. Саратов: КУБиК, 2009. С. 191-194 (0,25 п.л.)
  3. Понукалина О.В. Корпоративный праздник как инструмент развития корпоративной культуры / О.В. Понукалина // Социально-экономические процессы: эффективность и качество управления: сб.науч.тр. Саратов: СГСЭУ, 2006. С. 279-283. (0,4 п.л.) ISBN 5-87309-569-8
  4. Понукалина О.В. Современные подходы к управлению персоналом в сфере туризма / О.В. Понукалина // Теория, методология и практика научных исследований: экономика, управление, финансы, учет и анализ: сб.науч.тр. Саратов: СГСЭУ, 2004. С.185-189. (0,3 п.л.) ISBN 5-87309-453-5
  5. Понукалина О.В. Социально-психологические аспекты и мотивы туристической деятельности / О.В. Понукалина // Актуальные вопросы подготовки кадров для туристического бизнеса: сб.науч.тр. Саратов: Изд-во Латанова В.П., 2001. С.-54-57. (0,25 п.л.) ISBN 5-94184-012-8

ПОНУКАЛИНА Оксана Викторовна

СОЦИОКУЛЬТУРНОЕ ПРОСТРАНСТВО ДОСУГА

РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

В КОНТЕКСТЕ КОНСУМЕРИЗМА

Автореферат

Корректор О.А. Панина

Подписано в печать 05.06.2010  Формат 60х84 1/16

  Бум. офсет. Усл. печ.л. 2,0  Уч.-изд.л. 2,0

  Тираж 100 экз.  Заказ  Бесплатно

Саратовский государственный технический университет

410054, Саратов, Политехническая ул.,77        

Отпечатано в Издательстве СГТУ. 410054, Саратов, Политехническая ул.,77

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.