WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

СЕРГЕЕВ Владимир Владимирович

ФОРМИРОВАНИЕ КУЛЬТУРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ

В УСЛОВИЯХ МОДЕРНИЗАЦИИ

РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

(НА ПРИМЕРЕ МОСКОВСКОГО МЕГАПОЛИСА)

Специальность: 22.00.06 – социология культуры

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора социологических наук

МОСКВА, 2011

Работа выполнена в Учреждении Российской академии наук

Институте социально-политических исследований РАН (ИСПИ РАН)

Научный консультант:                доктор философских наук, профессор

               Аркадий Львович Маршак

Официальные оппоненты:        доктор социологических наук, профессор

Александр Шагенович Викторов

доктор философских наук по прикладной социологии, профессор кафедры социологии

Артемий Семенович Кулагин

доктор социологических наук, профессор

                                       Анатолий Васильевич Миронов

Ведущая организация:                Российский университет дружбы народов

Защита состоится «___» _________ 2011 г. в ____ часов на заседании Диссертационного совета Д 002.088.01 по социологическим наукам при Учреждении Российской академии наук Институте социально-политических исследований РАН (ИСПИ РАН) по адресу: 119333, г. Москва, ул. Фотиевой, д. 6, к. 1, большой конференц-зал.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ИСПИ РАН.

Объявление о защите и автореферат размещены на официальном сайте ИСПИ РАН – http://www.isprras.ru/, а также на сайте ВАК Министерства образования и науки РФ: http://vak.ed.gov.ru/announcements/social/

Автореферат разослан «___» _________ 2011 г.

Ученый секретарь Диссертационного совета,

доктор социологических наук

Е. М. Мчедлова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность диссертационного исследования определяется диалектикой объективных противоречий в сфере культурной жизни российского общества, которая сложилась в начале XXI века. С одной стороны, человек и человечество умножают многообразие культурной, материальной и духовной жизни цивилизации, а с другой – глобальные процессы при кажущемся торжестве рационализма становятся все менее управляемыми и прогнозируемыми. Опасности в области культуры заключаются прежде всего в отказе от самостоятельной рефлексии, массовом распространении имитации без осмысления, манипуляциях общественным сознанием, утратах культурного наследия, культурном истощении, дегармонизации отношений человека и природы. Растущий уровень миграции населения, информационная избыточность, стремительность социально-экономических инноваций, тревожная экологическая ситуация, глобализация культуры – все это вызывает культурный шок – острый конфликт старых и новых культурных форм, социокультурных традиций и инноваций, выражающийся в культурном диссонансе, массовых страхах, отказе от толерантности, протестных действиях вплоть до терроризма. Поэтому на повестку дня встает вопрос о необходимости социологического исследования культурной безопасности как социального и культурного феномена, отражающего состояние защищенности жизненно важных интересов человека, общества и государства в сфере культуры и духовно-культурного производства и наследия, проявляющегося в совокупности возникающих угроз, а также систем и институтов контроля и принятия решений, имеющих своей целью минимизацию опасностей и влияющих на культурные паттерны поведения.

Особую значимость и необходимость эти механизмы приобретают в крупных мегаполисах, таких как Москва, где проблемы «столкновения культур» выражены особенно остро, а негативные воздействия культурного кризиса становятся все более разрушительными. Проблема культурной безопасности уже сегодня осмысливается на государственном уровне, осуществляются попытки институционализации основных управленческих и организационных механизмов ее обеспечения.

Исследование проблем культурной безопасности имеет особую актуальность в российском обществе, для которого характерными проблемами и чертами, по признанию отечественных и зарубежных исследователей, являются социальная поляризация и расслоение, деформация государственного мышления, чувства патриотизма, воинствующий национализм, русофобия, снижение интеллектуального и культурного уровня широких социальных слоев, бездуховность, космополитизм, социально-политическая инфантильность, индивидуализм, эгоцентризм и замена подлинных культурных, духовных ценностей мнимыми. Все эти проблемы и явления, неразрывно связанные с проблемой обеспечения культурной безопасности, требуют и подлежат исследованию социологическими методами.

Происходящие в России с начала 90-х гг. события, связанные с процессом изменения ценностных ориентиров и разрывом культурных и социальных связей, образовали своеобразный культурный и духовный вакуум, который активно заполняется различного рода культурой и информацией, разрушающей традиционные ценности русской национальной жизни, национальных культур народов, населяющих территорию России и широко представленных в Москве. Со всей очевидностью и полнотой перед настоящим и будущим поколениями российских граждан встала проблема социокультурного выживания. Современная ситуация привела к тому, что социум распадается на отдельные социокультурные сообщества, в которых действуют различные ценности, нормы, интересы, зачастую антагонистически противостоящие друг другу.

Трудности социокультурного характера усугубляются наличием негативных процессов в духовной, социальной и экономической сферах жизни общества. Все это актуализирует проблему культурной безопасности, делает ее научно значимой и требует научных, социологических подходов в ее изучении.

Степень научной разработанности проблемы. В последнее время в нашей стране социальные, гуманитарные и другие науки уделяют все большее внимание проблемам культуры, безопасности и устойчивого развития общества и государства (А. С. Капто, В. Н. Иванов, В. Н. Кузнецов, В. К. Левашов, А. И. Поздняков, В. В. Чебан и другие). В западной традиции, помимо аналогичных исследований, достаточно давно и продуктивно разрабатывается концепция рисков в различных сферах общества (Т. Парсонс, У. Бек, Э. Гидденс), известна концепция «культурной травмы» П. Штомпки. Свой вклад в теоретическую базу исследования проблем культурной безопасности внесло осмысление миросистемного подхода (И. Валлерстайн), особенностей формирования информационного общества (А. Тоффлер, М. Кастельс).

Национальная культура имеет решающее значение для государственной целостности, формирования объединяющей идеи для российского общества. В традициях развития государственности, общественной консолидации особая роль принадлежит Москве как столице России, эта роль неизмеримо возрастает в эпоху социальных трансформаций.

Проблемы культуры общества разрабатывались методами социологии в трудах многих исследователей, начиная с О. Конта. Продолжателями «классического» направления стали Э. Дюркгейм, Г. Зиммель, М. Вебер, П. А. Сорокин.1 Т. Парсонс рассматривает культуру как особую систему, выполняющую в обществе важнейшую функцию. Этим проблемам посвящены труды Р. Мертона, исследующего явления дисфункции и аномии.2

Теоретические подходы к проблемам социологического анализа культурных паттернов и явлений разрабатывались также в трудах А. Шюца, П. Бергера, Т. Лукмана, А. Моля и других.3 Уже в начале XX столетия социальная философия и социология культуры отмечают кризисы и опасности, характерные для европейской культуры. Наиболее значительны труды Ф. Ницше, О. Шпенглера, Х. Ортеги-и-Гассета, М. Хоркхаймера, Т. Адорно, Г. Маркузе, актуализирующие проблемы «культурного упадка», кризиса, заката традиционной культуры.4

Сегодня особое значение приобретают коммуникационные теории культуры социума и коммуникационная методология, которые разрабатывались в трудах Ю. Хабермаса, П. Бурдье, М. Маклюэна и других.5 Важное методологическое значение для данной работы имеет концепция «культурной травмы» П. Штомпки.6 Определенный вклад в развитие теоретических основ анализа социокультурных изменений внесли работы социологов, осмысляющих направление постмодерна: Ж.-Ф. Лиотара, У. Эко, А. Турена, М. Фуко, Ф. Фукуямы, З. Баумана, а также некоторых отечественных авторов.7

Проблемы модернизации обществ рассматривались в трудах Ш. Эйзенштадта, проблемы модернизации российского социума – в работах Н. Наумовой, А. Вишневского, А. Ахиезера и других.8 Методологические основания анализа проблем социальной и культурной безопасности разрабатывались социологами в рамках концепций глобализации и формирования «общества риска». Это прежде всего труды Э. Гидденса, У. Бека, Н. Лумана, М. Дуглас, С. Омана, Ф. Фукуямы и других ученых.9

Среди отечественных ученых, исследующих теоретико-методологические, а также прикладные аспекты проблем культурной безопасности общества, необходимо отметить В. Н. Иванова, В. Н. Кузнецова, А. И. Позднякова, С. В. Кортунова, В. В. Серебрянникова, А. Т. Хлопьева, А. Ш. Викторова, Р. Г. Яновского, В. И. Чупрова, Ю. А. Зубок, В. И. Зубкова, В. К. Левашова и других.10 Социологические исследования современных проблем в области культурной и духовной жизни российского общества отражены также в работах Э. М. Андреева, М. К. Горшкова, А. В. Миронова, Л. Н. Москвичева, А. С. Капто, В. К. Левашова, С. Г. Кара-Мурзы, А. Л. Маршака, М. Н. Руткевича, Г. В. Осипова, А. С. Панарина, Ю. А. Тихомирова и других.11

Исследования социальных и социокультурных проблем урбанизации, роль мегаполисов в культуре глобализирующегося общества, социальные и культурные риски и опасности урбанизации отражены в классических работах М. Вебера, В. Дильтея, а также в трудах отечественных авторов – А. С. Ахиезера, О. Н. Яницкого, А. Г. Вишневского, Н. П. Анциферова, Э. А. Орловой, В. Л. Глазычева и других.12

Проблемы толерантности как элемента культуры общества исследовались Ю. Хабермасом, М. Уолцером, а в российской социологии – Л. М. Дробижевой, В. А. Лекторским, Л. М. Романенко, Е. Р. Ярской-Смирновой, В. М. Соколовым и многими другими.13

В этих и других работах, в том числе и в эмпирических исследованиях, в качестве предмета теоретического анализа в основном рассматривались общие характеристики понятия «культурная безопасность» общества на современном этапе его развития и специфичные формы, его сущность, структура и современное состояние, а также проявления, характерные для разных социальных групп в России, особенности формирования и функционирования в условиях московского мегаполиса. Основные культурные смыслы (в том числе культурная безопасность общества и населения московского мегаполиса, типы культурной безопасности, традиции, новации и их роль в формировании культурной безопасности общества и мегаполиса) включили в себя системы представлений, ценностей социокультурных норм, эмоционально-оценочных и поведенческих реакций, выраженных на вербальном уровне, а также способы организации и регулирования социальных отношений в условиях «общества риска». Иными словами, речь шла об изучении широко распространенных устойчивых форм социальных оценок, реакций, отношений разных слоев и групп общества, связанных с их культурной безопасностью. Однако социологических трудов, посвященных формированию культурной безопасности применительно к условиям модернизации в России и состояния этих процессов в московском регионе, явно недостаточно, и они не носят комплексного характера.

В определенной степени этот недостаток восполняет данное диссертационное исследование.

Цель исследования заключается в научном обосновании теоретико-методологических подходов социологического изучения феномена культурной безопасности в условиях системной модернизации, стратегии инновационного развития культуры в московском мегаполисе и оптимизации этих процессов.

Данная цель выдвигает решение комплекса задач исследования:

– определить теоретические и методологические основания исследования процессов в сфере культуры в условиях модернизации;

– проанализировать главные концептуальные подходы социологического анализа проблем, связанных с рисками, угрозами и опасностями в социокультурных системах;

– раскрыть социокультурную сущность взаимного влияния процессов становления современного информационного общества и культурной безопасности;

– дать социологическую характеристику особенностей функционирования системы культурной безопасности;

– социологически обосновать значение культурных традиций, факторов и условий, влияющих на социальную эффективность используемых механизмов культурной безопасности;

– определить основные факторы эффективности культурной безопасности в системах и механизмах государственного и муниципального управления.

Объект исследования. Процесс формирования культурной безопасности в московском мегаполисе.

Предмет исследования. Состояние, условия и факторы оптимизации процессов формирования систем и институтов обеспечения культурной безопасности в московском мегаполисе.

Основная гипотеза исследования. Теоретические предпосылки социологического исследования категории «культурная безопасность» недостаточно эффективно используется в научно-исследовательской работе и управленческой практике.

Неадекватность понимания, исследования и управления процессами в сфере культурной безопасности приводит к возрастанию уровня кризисных социальных явлений в сфере социокультурных отношений как в России, так и за рубежом.

Нарастание кризисных явлений в процессе формирования культурной безопасности связано с недостаточностью научной разработки данной категории и ее использования в управлении социокультурной сферой в московском мегаполисе.

Теоретико-методологическую базу исследования составили труды российских и зарубежных ученых в области социологического анализа социокультурных процессов, сопровождающих процессы глобализации и модернизации. Основную роль в качестве основ исследования сыграли концепции и теории: «общества риска» (У. Бек, Э. Гидденс, Ф. Фукуяма); информационного общества (Д. Белл, О. Тоффлер, А. Турен, М. Кастельс); концепция «публичной сферы» и теория коммуникативной рациональности Ю. Хабермаса; теория рефлексивной модернизации Э. Гидденса; теория «массового общества» (Э. Фромм, Г. Маркузе, Э. Шилз); концепция постмодернизма (Ж.-Ф. Лиотар, Ж. Бодрийяр); теории социального пространства, социальной стратификации и социальной и культурной динамики (П. Бурдье, П. А. Сорокин, П. Бергер, Т. Лукман, Э. Гидденс); идеи феноменологической социологии повседневности (А. Шюц); теории социальной коммуникации (Г. Тард, М. Маклюэн, Э. Гидденс, Ю. Хабермас).

Большое значение в теоретико-методологическом плане имеют концепции социальной безопасности В. Н. Кузнецова, а также теоретические модели модернизации социокультурной сферы российского общества, происходящие в конце ХХ – начале XXI века, М. К. Горшкова, А. С. Ахиезера, О. Н. Яницкого. Методологической основой анализа и интерпретации предмета исследования служат: структурный функционализм, системный подход, акционистский и феноменологический подходы, методологические принципы развития и социального детерминизма, исторический подход, сравнительный анализ, статистический анализ, нормативно-ценностный подход, институциональный подход.

Эмпирическую базу исследования составляют социологические исследования под руководством и при участии автора, которые проводятся с 2001 года по настоящее время в рамках научно-исследовательской деятельности Московского института социально-культурных программ (МИСКП), а также совместно с Институтом социально-политических исследований РАН (ИСПИ РАН), факультетом журналистики МГУ им. М. В. Ломоносова по различным аспектам духовной жизни населения Москвы и культуры московского региона. Кроме того, в работе в качестве эмпирической базы использованы статистические данные Госкомстата РФ, данные социологических исследований ИС РАН, ИСПИ РАН, ВЦИОМ, ФОМ, законы, постановления и другие нормативные документы, регулирующие различные формы безопасности на территории Российской Федерации.

Научная новизна исследования заключается:

– в разработке авторской концепции социологического исследования проблем культурной безопасности и социокультурной защищенности;

– в социологической интерпретации понятия «культурная безопасность» общества и определении основных элементов, механизмов и систем культурной безопасности;

– в разработке и обосновании социальных показателей построения модели культурной безопасности в современном российском обществе в период его модернизации на основании результатов авторских исследований;

– в определении основных элементов управления системами и механизмами культурной безопасности московского мегаполиса;

– в обосновании инновационной роли московского мегаполиса в формировании систем и механизмов культурной безопасности российского общества;

– в определении роли и места государственного и муниципального управления в процессе формирования системы культурной безопасности российского общества;

– во введении в научный оборот результатов эмпирических социологических исследований социокультурной динамики российского общества и формирования системы культурной безопасности.

Положения, выносимые на защиту

1. В условиях модернизации в социумах происходят диалектически противоречивые процессы формирования отношений, механизмов, систем, институтов и инструментов культурной безопасности, включающих в себя: социальную ценность безопасности культуры общества, социальные элементы культуры жизнедеятельности в целом и информационной культуры общества в частности, социальные нормы и стандарты оценки опасностей и рисков, угрожающих культуре социума, социальный контроль над уровнем подобных рисков, социальные механизмы оценки и интерпретации социокультурных инноваций, социальные системы устранения рисков, опасностей и угроз для культуры социума.

2. Социологическая категория «культурная безопасность» определяется как совокупность социальных отношений, отражающих состояние, условия воспроизводства, а также процессы  минимизации социокультурных рисков, опасностей и угроз, возникающих на уровне личности, социальной группы или иной структуры общества, вследствие процессов культурной глобализации и формирования информационного общества. Социологический смысл исследования феномена «культурная безопасность» заключается в изучении социальных механизмов и резервов, которые содержат в себе возможности общества в преодолении существующих и прогнозируемых видов опасностей, угроз, вызовов и в создании благоприятных условий для культурной и духовной жизни, формирующих состояние защищенности социума.

3. Культурная безопасность неразрывно связана с тремя важнейшими факторами социальной жизни: с культурно-духовным состоянием общества и духовной культурой его членов; с комплексом мер управленческого воздействия и государственной культурной политикой, а также политикой, направленной на обеспечение безопасности и минимизацию рисков, угроз и вызовов в сфере культуры, обеспечивающих социокультурную защищенность общества; с уровнем модернизации элементов социума, развитием институтов и социальных систем в направлении утверждения высокого уровня и качества жизни.

4. Механизмы обеспечения культурной безопасности включают разнообразные социальные технологии и методы социальной инженерии: мониторинг общественного мнения, создание системы государственной поддержки организаций и деятелей культуры, помощь малоимущим социальным категориям в потреблении продуктов высокой культуры, создание системы государственной поддержки фундаментальных и прежде всего социально-гуманитарных, социологических исследований, поддержки классических искусств, одаренных детей, образовательных теле- и радиопередач и т. п. Такие механизмы стимулируют позитивные эффекты взаимодействия культур и культурного обмена – приводят к культурной аккумуляции, росту творческой активности, инновационности, развитию науки. С другой стороны, механизмы культурной безопасности направлены на предотвращение аномии и других негативных социальных последствий культурного шока и деградации, таких как националистический экстремизм, терроризм, разрушение культурного наследия и т. д.

5. В условиях современных систем массовых коммуникаций резко возрастают угрозы манипуляции общественным мнением и поведением социальных групп, происходит разрушение базовых нравственных ценностей, определяющих саму сущность социального бытия. Механизмы культурной безопасности выполняют функцию культурных элементов потенциально созидательного характера, социокультурной защиты, запускают инновационные процессы, социальную рефлексию, задействуют механизмы социального управления, творчества, научного поиска решений государственных и общественных проблем.

6. Система культурной безопасности при своем эффективном функционировании минимизирует в обществах травмирующий характер развития, приводит к культурному обмену, добавлению новых культурных элементов к имеющемуся культурному наследию, формируя состояние социокультурной защищенности в обществе. В качестве основных элементов системы культурной безопасности необходимо выделить гибкую и инновационную современную систему непрерывного образования и переподготовки кадров, развитые системы самоуправления, широкое развитие гражданского общества.

7. В обществе с высоким уровнем культурной безопасности возможно возникновение социальных норм и традиции толерантного поведения, в эти нормы постепенно включаются модели поведения в ситуациях культурного шока и культурной травмы. Это позволяет окрашивать культурные новообразования в позитивные тона и формирует предпосылки к осмыслению потенциальной возможности включения инородных культурных элементов в собственный культурный багаж без опасности утраты национальных культурных ценностей. Таким образом, толерантность формируется как социокультурная ценность, участвующая в создании механизмов культурной безопасности.

8. В условиях глобализации и перехода к постиндустриальному, информационному обществу все большее значение приобретают механизмы, позволяющие адаптировать общество к социальным и культурным инновациям. Именно системы культурной безопасности призваны обеспечить необходимую и достаточную меру допустимых инноваций для того, чтобы, с одной стороны, обеспечить модернизационное развитие социальных, социально-экономических, технологических и политических процессов, а с другой – культурную защищенность общества, сохранность культурного достояния.

9. В современной России процесс формирования систем и механизмов культурной безопасности ее столицы – Москвы имеет основополагающее значение для всего российского социума, так как именно мегаполисы в условиях глобализации являются не только центрами высокой культуры, но и источниками рисков, угроз культуре и духовной жизни. Культурная безопасность российского общества и населения московского мегаполиса должна обеспечиваться взвешенной государственной культурной политикой, что включает законодательные, организационно-экономические условия формирования целей, задач и механизмов ее реализации, способствующих обеспечению социокультурной защищенности личности и общества.

Теоретическая и практическая значимость работы

Результаты диссертационного исследования имеют теоретическое значение для разработки концепции культурной безопасности, понимания механизмов (как локальных, так и глобальных) культурного риска, формирования культурных проектов и программ, направленных на сохранение культурного наследия, а также идентификацию культурной политики в условиях современного российского общества на этапе его модернизации. Сформулированные в диссертации идеи и конструкции культурной безопасности позволяют планировать и прогнозировать основные концепты культурной жизни московского мегаполиса, выстраивать более эффективную и инновационную политику в социально-культурной сфере.

Основные положения и выводы, сформулированные в диссертационной работе, могут быть использованы в практике государственного планирования развития культуры, в деятельности учреждений культуры. Материалы диссертации могут служить основой для курсов по теории социологии культуры для студентов, магистрантов, преподавателей социально-гуманитарных специальностей.

Апробация результатов исследования

Основное содержание диссертации опубликовано в 40 авторских работах общим объемом 195 печатных листов, в том числе в 3 монографиях, в 12 научных брошюрах, в 25 научных статьях, из них 12 – в журналах, входящих в перечень изданий ВАК Минобрнауки РФ. Результаты работы нашли отражение в лекционно-учебных курсах и научно-методических разработках Государственного научно-исследовательского учреждения «Московский институт социально-культурных программ», использованы при разработке комплексных программ «Культура Москвы».

Материалы и результаты диссертационной работы неоднократно были представлены автором в форме докладов и сообщений на научных конференциях, заседаниях «круглых столов», и в том числе:

– на научных конференциях: «Актуальные проблемы славянского единства и культурного взаимодействия» (М., 2002); «Актуальные проблемы русской культуры в России и «новом зарубежье» (М., 2003); «Роль и место общественных объединений в негосударственной системе обеспечения национальной безопасности в России» (М., 2003); «Зарубежная диаспора – интеллектуальный ресурс России» (М., 2003); «Культурная самобытность славянских народов и культурное взаимодействие» (М., 2004); «Духовность и культура – фактор Победы в Великой Отечественной войне: исторический опыт и преемственность» (М., 2005); «Духовная жизнь России в глобальном мире» (М., 2006); «Москва на пути к культуре мира» (М., 2006); «Сохранение культурного наследия – приоритетная задача социальной политики Союзного государства» (М., 2006); «Наркомания и сопредельные проблемы общества» (М., 2007); «Русский мир и социокультурное единение народов» (М., 2007); «Общество. Государство. Православие» (М., 2007); «Русский язык как фактор консолидации народов России» (М., 2008); «Народная дипломатия: опыт Москвы как современного поликультурного мегаполиса» (М., 2008); «Русское зарубежье – интеллектуальный ресурс России» (М., 2009); «Образ Родины в литературе и искусстве» (М., 2010); «Роль национальных информационных институтов и народной дипломатии в межкультурном диалоге» (М., 2011);

– на заседаниях «круглых столов»: «Экология духовности и культуры» (М., 2007); «Творческая интеллигенция и власть в условиях демократии и гражданского общества» (М., 2007); «Современная литература народов России» (М., 2008); «Культура – московской семье в условиях демократического общества» (М., 2009); «Участие москвичей в культурной жизни столицы и дальнейшее развитие социально-культурной сферы города» (М., 2010); «Условия и перспективы национальной безопасности современной России» (Краснодар, 2011).

Структура работы обусловлена целью социологического анализа и логикой исследовательской работы. Диссертация состоит из введения, четырех глав (в каждой из которых по четыре параграфа), заключения и списка использованной литературы. Общий объем диссертации: 342 страницы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы исследования, рассматривается степень ее разработанности, формулируется проблема, определяются цели и задачи, объект и предмет исследования, методологическая, теоретическая и эмпирическая базы, раскрываются научная новизна, теоретическая и практическая значимость результатов исследования, его апробация, представляются положения, выносимые на защиту, указываются сферы внедрения выводов и рекомендаций.

В первой главе «Теоретико-методологические основы социологического исследования процессов и систем обеспечения культурной безопасности» раскрывается содержание проблемы, уточняются понятийный аппарат и предметная область исследования. Автор обосновывает центральный тезис своей концепции о том, что проблема культурной безопасности в XXI веке приобретает все более насущную значимость для успешного развития духовной жизни общества. Россия, встающая на путь модернизационных преобразований, внедрения инновационных разработок в теорию и практику социальной жизни, нуждается в теоретико-методологическом обосновании различных новейших сфер цивилизационного развития. Одной из таких сфер является, безусловно, культурная безопасность общества, феномен которой следует рассматривать с позиций социологической науки. Избранный научный подход позволяет выявить предысторию появления различных социологических парадигм на этапах классической, постклассической и неоклассической социологии, дает анализ современных социологических работ по проблемам культурной безопасности. Наиболее существенным из них является изучение вызовов, угроз, рисков, кризисов и опасностей в сфере культуры. Теоретико-методологические подходы, представленные в данной главе, экстраполируются на различные социокультурные составляющие феномена культурной безопасности России и, в частности, в условиях московского мегаполиса. С этих позиций рассматриваются негативные явления культурной жизни, анализируются процессы культурных приоритетов, предлагаются пути формирования общества, последовательно преодолевающего последствия социокультурного кризиса и культурного шока. Культурная безопасность есть главное условие ограничения этих последствий и определения возможного моделирования путей выхода из состояния культурной травмы.

В первом параграфе первой главы «Теоретико-социологические подходы к изучению вызовов, угроз, кризисов, рисков и опасностей в сфере культуры» раскрываются теоретико-методологические основы исследования духовной культуры средствами социологической науки с позиций различных научных парадигм. В частности, классическое направление рассматривается на примере философского позитивизма О. Конта, Э. Дюркгейма, Г. Зиммеля, М. Вебера, П. Сорокина и других исследователей.14 Взгляды постклассического направления и неоклассиков, продолжавших линию системного, структурного, функционального анализа в социологии, представляют в диссертации концепции Т. Парсонса, Р. Мертона, Ч. Миллса, Э. Фромма и других мыслителей середины ХХ века15, а также современных (второй половины ХХ века и начала XXI века) российских и зарубежных авторов.

На изменения в теоретико-методологических подходах к изучению «культурных катастроф» оказали последствия Второй мировой войны. В этих условиях возникло критическое направление, которое существенно изменило методологию социологического анализа культуры. Приоритетными становятся концепции Т. Адорно, Г. Маркузе, согласно которым человек как производное от культуры переживает внутриличностный распад, разделяясь на «природное» и «неприродное», и тем самым отчуждается от общества, окружающего мира и самого себя.16

Опираясь на эти идеи, диссертант показывает, как в эпоху глобализации кризис мировой культуры еще более обостряется, так как информационное общество и формирующееся глобальное информационное пространство являются проводником, в первую очередь, именно западных, индивидуалистических, рациональных массовых ценностей.

Оценивая современное кризисное состояние культуры, диссертант утверждает, что культурное развитие на данном этапе характеризуется двумя противоположными тенденциями. Во-первых, национальная культура всегда в той или иной степени открыта для культурного обмена. И как бы она ни была уникальна, самобытна, она всегда так или иначе связана с культурами других народов, мировой культурой, обогащая их и обогащаясь сама их ценностями, опытом, идеями, инновациями. Это значит, что все нации вбирают в себя элементы других культур, делая это избирательно и в своих национальных интересах.

Другая тенденция – в том, что культурный взаимообмен предполагает сохранение уникальности и самостоятельности национальной культуры. Эти противоречия обостряются в современных условиях модернизации общественных отношений.

Культура в период модернизации оказалась перед лицом принципиально новых опасностей и угроз.

Проведенный анализ подтверждает, что необходимо тщательное научное исследование проблем, связанных с культурой и ее безопасностью, социологическое изучение новых рисков и угроз, носящих сегодня планетарный характер. Однако сами методологические и теоретические основания такого анализа сегодня составляют существенную проблему.

Определенное методологическое значение имеет теория модернизации обществ. Хотя эта концепция еще не нашла своего полного обоснования и развития, следует выделить группу западных ученых, исследующих данную проблему. Среди них З. Бауман, У. Бек, И. Валлерстайн, Дж. Стиглиц, С. Хантингтон, П. Штомпка.17 Из отечественных аналитиков можно назвать А. Б. Гофмана, В. Л. Иноземцева, В. И. Жукова, В. В. Локосова, Г. В. Осипова и других.18

Именно парадигма модернизации (рассмотренная не как прогрессизм и приверженность западному универсализму, а в терминах новых гносеологических методологий)19 позволяет выявлять и исследовать общие механизмы преодоления традиционности, замкнутости, «закрытости», архаичности иерархически заданных структур, локализма взглядов и идеалов, временной и пространственной ограниченности мифологизированного мышления.

Социология способна в настоящее время исследовать и внедрить в культурную практику наиболее существенные возможности современной культурной безопасности. Эти возможности основываются на системно-целевых, комплексных методах социологического анализа культурной безопасности как многофункционального явления. В соответствии с этим в диссертации рассматривается комплекс проблем, требующих первоочередного исследования, концептуального содержания, что даст возможность приступить к решению проблем обеспечения культурной безопасности на эмпирическом уровне и далее перейти на уровень прикладной.

Во втором параграфе первой главы «Проблема культурной безопасности в классической, постклассической и неоклассической социологических парадигмах» анализируются различные теоретические концепции. Дается структурный и содержательный анализ концептуального развития идей культурной безопасности на каждом этапе становления социологической науки. Феномен безопасности имеет сложную структуру, которая в наиболее общем виде включает как объективную, так и субъективную составляющие. Если первая связана с наличием реальных объективных рисков и угроз в различных областях и на различных уровнях социума (российского общества в целом, регионов, социальных групп), то вторая обусловлена различными субъективными трактовками безопасности с точки зрения интересов определенных социально-политических сил, а также возможностью неоднозначных научных парадигмальных подходов (существующим в социологии плюрализмом) к интерпретации данной категории в целом или отдельных аспектов. Вполне правомерно использование социокультурного, системного, структурно-функционального, символико-интеракционистского, конфликто-логического, а также других подходов в их «чистом» классическом виде. Однако, с точки зрения диссертанта, при наиболее глубоком рассмотрении данной проблемы не следует связывать себя очень строгими формальными рамками какого-либо одного из парадигмальных подходов. В современных российских условиях трактовка российской безопасности далеко не однозначна. На понимание безопасности наряду с официальной концепцией, осознанием (в той или иной степени) объективных условий современного положения общества и государства влияют идеологические установки различных экономических и политических сил в обществе, интересы классов и социальных групп, различных течений внутри российской элиты. Поэтому спектр представлений о культурной безопасности в России включает различные, порой противоположные трактовки: от признания самостоятельности национальных интересов России и необходимости восстановления ее статуса великой державы до полного подчинения национальных культурных интересов интересам западных стран.

Постэволюционистские и постпрогрессистские теории изменения, основанные на идее социального становления, рассматривают социальные трансформации как длительные, непредвиденные, отчасти неопределяемые, имеющие непредсказуемый финал процессы, приводимые в движение коллективным актором. С этим соотносится признание структурного и культурного давления сообществ, имеющих доступ к ограниченному фонду структурных и культурных ресурсов; рассмотрение негативных влияний предыдущего социального изменения на будущий динамический потенциал сообщества; признание возможности непрогрессивного изменения, скорее парализующего, нежели стимулирующего.

В параграфе обосновывается необходимость сетевого подхода к исследованию современных культурных реалий, учитывающего неопределенность состояния объекта (от хаоса к порядку).

В третьем параграфе первой главы «Особенности культурной безопасности в современном обществе в период его модернизации» исследуются процесс и условия формирования информационного общества в России, которое началось в эпоху глубокого социально-экономического кризиса, в эпоху «больших перемен». Его специфика и проблемы во многом определяются кризисами и рисками трансформации, что актуализирует научный поиск и анализ не только социально-экономических и политических факторов становления информационного общества, но и его духовных, нравственных, ценностных и социокультурных основ.

Исследования в данной области актуализированы разрывом между потребностями социальной и культурной практики (например, в подготовке специалистов в области культуры, СМИ, менеджеров и государственных служащих, способных профессионально работать в области социальных и коммуникационных технологий, PR, рекламы, информатики, дистанционного образования) и уровнем понимания социокультурных процессов, происходящих в сфере становления нового социального феномена – «российского информационного общества». Для уяснения его сущности и взаимосвязи с содержанием понятия «культурная безопасность» последовательно выявлено и проанализировано противоречие между недостаточным уровнем понимания и научного истолкования социокультурных процессов, происходящих в современной России, в частности процессов информатизации и становления информационного общества, и насущной потребностью в массовом использовании информационных технологий.

В последней четверти XX века в мировом развитии происходили важные процессы, оказавшие существенное влияние на практику мирового информационного обмена. Среди их причин выделяют совокупность кардинальных перемен, связанных с тенденциями глобализации. Значительная часть населения планеты оказалась включенной в новую информационную реальность, которая характеризуется существенно расширившимся доступом к разнообразным знаниям и сведениям. У аудитории появилась возможность обращаться к событиям во всех уголках планеты в режиме реального времени, становиться их свидетелями или даже соучастниками. В целом соединение возможностей компьютера с сетями телекоммуникации «сжимает» время и пространство, уменьшает значение национальных границ, дает индивидам ощущение приобщения к некоей глобальной общности. Качественные характеристики состояния глобальной взаимосвязи проявляются в технико-экономической, политической и социокультурной сферах.

Новейшие средства коммуникации резко расширяют возможности общения, одновременно порождая целый спектр коммуникативно-психологических проблем и прежде всего проблему адаптации к ним человека. Изменяется качество информации, которая передается уже не только на уровне понятий, что требует ее внутренней смысловой обработки, но и на уровне образов. Информация становится внешне более доступной, легко воспринимаемой, не требующей анализа, осмысления. Это резко увеличивает скорость ее обработки и накопления. Однако одновременно это приводит и к невиданным ранее возможностям для манипуляции сознанием.

В четвертом параграфе первой главы «Основные вызовы, угрозы и опасности культуре в условиях общества риска» в парадигме «социология риска»20

анализируются новейшие тенденции проявления рисков в современном российском обществе.

Один из факторов формирования в современной России общества риска – стремление определенной части так называемой культурной, творческой элиты к самоутверждению, самовыражению любыми средствами путем отрицания и высмеивания всего культурного достояния, созданного прежними поколениями творцов. В своем стремлении к самоутверждению через отрицание они утрачивают представление о границах между нормой и патологией, созиданием и разрушением, добром и злом, ценностями подлинными и мнимыми. Эпицентрами зарождения и развития рисков, опасностей и угроз в сфере духовной культуры являются мегаполисы, города-миллионеры, в которых сконцентрированы учреждения культуры, образцы культуры, наиболее активны культурные и антикультурные процессы. Именно они наиболее подвержены культурным и антикультурным влияниям извне, новомодным культурным течениям, зачастую чуждым национальным культурным традициям, формирующим ситуацию риска, роста опасностей и угроз для подлинно высокой и традиционной национальной культуры. По мнению диссертанта, общество риска оказывается не защищенным в условиях глобализации, вызовов, угроз и опасностей, оно живет и развивается в условиях их постоянных трансформаций и возникновения все новых в социально-культурной, духовной сферах.

Проведенный в исследовании социологический анализ ситуации показывает, что результатами отсутствия осознанной, научно-обоснованной, эффективной политики по обеспечению безопасности национальной культуры стали: разрыв межпоколенной культурной преемственности; ослабление духовного, культурного единства поколений, народов и наций России; утрата национального культурного самосознания подрастающими поколениями, разрыв с «корневой системой» культуры; утрата культурной идентичности, снижение уровня патриотизма, космополитизм значительной части молодежи; разрушение единой целостной государственной системы культурного воспитания, просвещения; сокращение сегмента гуманитарной составляющей образования и просвещения; утрата институтами культуры, искусства, просвещения функций по формированию системы ценностей; падение уровня культурных запросов, морали, нравственности в обществе; утрата объектов культуры, снижение доступности культурных благ, маргинализация значительной части населения; снижение роли культуры в функционировании и развитии других сфер жизнедеятельности государства и общества; засилье масскультуры во всех видах и жанрах творчества – в литературе, кино, театре, эстраде; вестернизация российской культуры, деградация русского языка, засорение его вульгаризмами, необоснованными заимствованиями, арготизмами, диалектизмами; коммерциализация культуры, искусства, превращение их из средства воспитания, просвещения, формирования гармонически развитой личности в товар, приносящий лишь прибыль ограниченному кругу лиц; приход на смену идеологическому диктату коммерческой цензуры в средствах массовой коммуникации – на телевидении, радио, в газетно-журнальной продукции, в Интернете; падение авторитета России за рубежом как державы великой, богатой культуры; расширение деятельности и влияния на формирование духовности, мировоззрения населения тоталитарных сект.

И наконец, главная угроза в сфере духовной культуры – кризис институтов демократии, социальное отчуждение личности, разочарование в самой идее демократии, социокультурная пассивность гражданского общества, в то время как прогрессивное общественное развитие невозможно без группового и индивидуального творчества.

В условиях российского общества риска процесс деградации национальной культуры зашел достаточно далеко, поэтому, делает автор вывод, на устранение вызовов, угроз и опасностей в сфере духовной культуры должны быть брошены все силы, имеющиеся в распоряжении государства, – современные технологии, технические, программные, правовые, организационные, лингвистические, коммуникационные и иные средства.

Во второй главе «Структура и функции социальных взаимодействий в системе культурной безопасности» исследуются основополагающие концепции, согласно которым в современном российском обществе функционирует система культурной безопасности. Прежде всего дается обстоятельный анализ социально-культурной ситуации в ее кризисном состоянии, которая характерна для реальных условий культурной жизни.

В этой связи рассматривается социокультурная парадигма как фактор преодоления кризиса в культуре, выявляются условия реализации культурной безопасности, в том числе толерантное ее содержание, функциональные особенности системы культурной безопасности и своеобразие реализации этих систем в условиях современного мегаполиса. Материалы главы опираются на концептуальные разработки отечественных и зарубежных ученых в области социальных взаимодействий по поводу реализации культурной безопасности, а также на обширный эмпирический материал, полученный в ходе социологических исследований социально-культурной ситуации в московском мегаполисе.

В первом параграфе второй главы «Культурная безопасность как ценность и условие преодоления кризиса в культуре» анализируются кризисные явления в российской культуре.

Автор констатирует, что в сложившейся ситуации российская культура оказалась в зоне риска. Это предполагает, что сохранение национально-культурных корней при условии обеспечения возможностей для культурного развития, освоения мировых культурных ценностей является условием сохранения безопасности страны и одновременно основой преодоления кризиса в культуре. Культурная безопасность открывает возможности для обеспечения адекватной политической и общественной деятельности, развития образования и нации, нормальных социальных условий жизни, включая трудовые отношения, досуг, коммуникационные межличностные и групповые связи. Понимая культурную безопасность как фактор защиты от социокультурных, духовных потрясений, диссертант выделяет комплекс условий, которые определяют общее состояние кризиса российской культуры.

В ходе исследований было установлено, что российской культуре на социетальном уровне сегодня угрожают: собственно внутрироссийские риски и угрозы – кризис сознания, а также неопределенности и противоречия, доставшиеся от предыдущей эпохи; качественное состояние сил народа, истощенного в войнах, революциях XX века и за годы так называемых реформ; внешние воздействия, обусловленные вхождением России в «мировое сообщество», в том числе некритическое перенесение американских стандартов культуры и мировоззренческих установок на российскую действительность.21

Вместе с тем имеется ряд специфических показателей, характеризующих кризисное состояние российской культуры. Это принижение культурного фактора в общественном развитии, так называемый остаточный принцип в культуре, уничижительное отношение к национальным достижениям в культуре, отрицание собственно самого понятия «культурная безопасность», ее значения для духовного развития человека, неоправданное форсирование процесса коммерционализации культуры, абсолютизация рационализма в культуре, антагонизм трудовых и культурных ценностей и, как следствие, духовная деформация различных социальных слоев населения и особенно молодежи.22

В преодолении этих факторов значительная роль, утверждает диссертант, принадлежит культурной безопасности. С ее помощью возможно не только преодоление негативных явлений в национальной культуре, но и постепенное возрождение лучшего в современной национальной российской культуре.

Анализ проблем культурной безопасности позволяет говорить о сущности социальных ценностей как основы и главного продукта культурного созидания.

По данным исследования, проведенного Московским институтом социально-культурных программ, в настоящее время наиболее важными ценностями для обеспечения культурной безопасности в представлениях населения являются: духовная традиция – 57,5%; историческая память – 57,4%; культурная преемственность – 47,2%; развитие массовой культуры – 36,0%; глобализация культурной жизни – 22,6%; технологии в культуре – 31,0%.23

В этих ценностях отражается совокупность тех устремлений, которые транслируют в обществе социальные основания культурной безопасности и служат гарантом преодоления кризиса в культуре.

Способом укрепления и развития культурной безопасности в условиях кризиса культуры выступают такие ценности, как историческая память и культура патриотизма.

В параграфе дается авторское определение категории «историческая память» как основы деятельности человека по воспроизводству своей культуры, своих отношений с другими людьми, обществом; это лич­ная технология по организации, сохранению и осмыслению исторически приобретаемого социального опыта субъектом, по превращению освоенной культуры во внутреннее содержание сознания и в практику деятельности во времени и в масштабе всей его жизни. Важная особенность феномена «историческая память» состоит в том, что такое состояние человека определяется зрелостью цели, идеала, ценностей и смысла жизни.

Другой ценностью, обеспечивающей культурную безопасность, является патриотизм. Патриотизм сплачивает соотечественников перед лицом внешних угроз, является мощным фактором мобилизации и организации их сил в защиту суверенитета и территориальной целостности страны.24

Диссертант приходит к выводу, что в обществах, обладающих системными механизмами культурной безопасности, столкновение ценностей различных культур, инокультурная экспансия носят менее травмирующий характер, что стимулирует культурное развитие, обмен и добавление новых культурных элементов к имеющемуся «багажу». В качестве основных условий эффективного функционирования этих механизмов можно назвать гибкость и инновационность институтов культуры, образования, просвещения, развитые органы самоуправления, широкое развитие гражданского общества.

Во втором параграфе второй главы «Толерантность как условие обеспечения культурной безопасности» обосновывается положение о том, что толерантность не есть самодостаточное явление, оно обусловлено социальной ситуацией, проявлением факторов взаимодействия и определяется как минимально необходимое условие культурной безопасности. Если рассматривать диалог как способ реализации культурной безопасности, то следует проанализировать и значение принципа толерантности, предварительно выявив его сущностные характеристики и пределы применимости. Диалоговость как социокультурный принцип предполагает становление саморазвивающейся модели взаимодействия.

В диссертации толерантность как фактор культурной безопасности рассматривается в трех смыслах:

1) как терпеливое отношение к самому процессу изменений, хотя это отношение амбивалентно: с одной стороны, «пережидание» как адаптационный механизм, партикуляризм жизненных смыслов, распространение превращенных форм культуры, а с другой – понимание смысла происходящего, т. е. терпеливое восприятие невзгод ради достижения ясных целей (созидание);

2) терпимость как преодоление «культурного шока» через двустороннюю ассимиляцию и инновацию (в отличие от модернизации);

3) сохранение традиций, самоидентификация объединяющего характера.

Толерантность представляет собой феномен особой культуры, она определяет нравственную, ценностную основу для создания новых механизмов воспроизводства и трансляции культурных норм, ценностей, знаний, идей, представлений, символов и образцов поведения, соответствующих вызовам XXI века в его социально-групповой, субъектно-поведенческой структуре. В этом плане толерантность является основой для формирования взаимоориентированного поведения социальных субъектов как членов гражданского общества. Автор прослеживает, как в российском обществе возникают новые виды толерантности, проявления различных форм терпимости в условиях многонациональной и поликонфессиональной социальной среды.

В третьем параграфе второй главы «Русский язык как носитель культуры в контексте культурной безопасности» рассматриваются эволюция русского языка, его роль как традиционной ценности в обеспечении культурной безопасности. Автор исходит из того, что язык человека, социальной группы, общества в целом – тонкий и точный индикатор культуры.

Культурные перемены последних двух десятилетий сказались и на состоянии русского языка. Изменения в лексике и стилистике, начавшиеся в конце минувшего века, продолжаются и в настоящее время. Под воздействием этих и множества иных факторов значительные изменения претерпел и язык российского общества, отдельных его социальных слоев.

В 2009–2010 гг. Московским институтом социально-культурных программ проведено социологическое исследование «Русский язык и культура».

Распределение ответов на вопрос о том, чем для людей является русский язык, свидетельствует о неразрывной связи и взаимозависимости языка и культуры в представлениях участников исследования. Для 44,3% – это язык образования и развития личности, 12,6% назвали русский язык связующим звеном межкультурной коммуникации, 37,8% – языком художественной литературы, 19,4% – средством обеспечения доступа к информации, 27,0% – основой национального самосознания.

Среди современных процессов, происходящих в речевой коммуникации, россиян более всего беспокоит растущая безграмотность населения (52,2%), на втором месте – нарушение традиционных для Москвы норм произношения (43,1%), связанное с массовым притоком мигрантов из отдаленных уголков страны, носителей местных диалектов, а также граждан ближнего зарубежья, плохо знающих русский язык. На третьем месте по уровню обеспокоенности – невыразительность речи (40,5%), на четвертом – необоснованное заимствование иноязычных слов (35,5%). Далее следует обеднение словарного запаса населения (32,9%), напрямую связанное с растущей безграмотностью и засильем иноязычных слов.

Характерным явлением для современного русского языка является также жаргонизация сфер бытового и публичного общения.

Примечательно, что участники исследования считают, что наибольший вред русскому языку наносит использование жаргонизмов в СМИ. Так считают 80,4% респондентов. Чуть меньше (77,7%) возлагают вину на литературу и театр. В устном употреблении жаргонных слов видят опасность несколько меньшее число москвичей (51,6%).

Проведя социологический анализ, автор приходит к выводу, что язык, являясь важнейшим элементом национальной культуры, оказывает решающее воздействие на ее состояние и развитие, равно как и культура на том или ином этапе своего развития отражается в языке, воздействует на него всем многообразием своих проявлений, как позитивных, так и негативных факторов. Кризис культуры порождает кризис языка. Культурный ренессанс оказывает оздоравливающее воздействие на язык.

Неотъемлемыми качествами языка должны быть лексическое богатство, лексическая точность, выразительность, отточенность лексических конструкций, гибкость, минимальность омонимии (двусмысленности).

При оценке процессов, протекающих в языковой сфере, следует особое внимание обращать на то, способствуют ли происходящие в ней изменения сохранению и развитию положительных свойств накопленных тысячелетиями выразительных средств или они ведут к деградации языка, а значит, духовной культуры в целом.

Проведенный анализ дает основание сделать вывод, что русский язык на протяжении многих веков является языком межнационального общения, выступает основным носителем культуры, способствует сохранению национальных культурных достижений, обеспечению безопасности российской культуры.

Четвертый параграф второй главы «Социальные смыслы функционирования системы культурной безопасности в условиях современного мегаполиса» раскрывает феномен культурной безопасности через ее социальные смыслы.

Сегодня в системе социальной безопасности можно выделить некоторые ее виды, которые имеют общие компоненты и прямо относятся к безопасности культурной сферы. К ним можно отнести духовную безопасность, информационную безопасность, элементы культуры, связанные с управлением рисками, культуру поведения в быту и чрезвычайных ситуациях, толерантность, патриотизм и многое другое. Из них складывается общая система безопасности как сфера защиты культурных интересов. Анализ литературы и полученного диссертантом в ходе социологических исследований 2006–2010 гг. эмпирического материала позволяет сформулировать ряд положений, составляющих социальные смыслы культурной безопасности: общественная безопасность, политическая безопасность, информационная безопасность, культурная безопасность.

Культурная безопасность – интегрирующее понятие, включающее в себя в широком смысле слова безопасность жизнедеятельности, формирующая условия для защищенности материального и духовного мира человека от негативных воздействий различного характера. В узком смысле – это защищенность условий для культурного развития личности, ее безопасности в социокультурном контексте, создание благоприятных условий для развития культурного и духовно-нравственного потенциала общества. Культурная безопасность предполагает надежную защиту таких фундаментальных ценностей, как патриотизм, историческая память, экология жизни, культура мира, национальная идеология, культурные интересы и идеалы личности и общества. Культурная безопасность оптимизирует пути решения государственных задач, обеспечивает стабильное функционирование социальных институтов, системное развитие культуры.

Таковы главные, определяющие социальные смыслы культурной безопасности.25

Диссертант установил, что системы культурной безопасности выполняют в социуме следующие функции: мировоззренческая; гуманистическая; социокоммуникативная; целеполагающая; оценочно-нормативная; преемственности; регулятивная; селективная; интегративная; инновационная; охранительная, с элементами апологетики; воспитательная; экономическая; правовая.26

В то же время функционирование культурной безопасности в условиях мегаполиса невозможно без учета комплекса целевых социально-управленческих задач.

Государство и его структуры являются основными субъектами, обеспечивающими организационно-экономические и идеологические условия культурной безопасности. Другими субъектами, реализующими механизмы управления культурной безопасностью, являются институты гражданского общества.

В социокультурной сфере «безопасность – небезопасность» выражается в реализации «гуманитарных»27 ценностей, социальных норм, выступающих в широком смысле регуляторами поведения всех акторов исторического процесса как определяющая составляющая общего процесса целеполагания, этого механизма функционирования любых социальных систем; через функционирование культурной безопасности в социокультурной сфере выражаются обеспечение и защита прав, свобод, интересов граждан, социальных институтов и общностей, защита основополагающих социальных ценностей и социокультурных норм, обеспечивающих социальный контроль и солидарность общества, сохраняющих социум как единое социокультурное пространство, охрана культурного достояния от разрушающих факторов.28

В третьей главе «Традиции и инновации как элементы системы культурной безопасности» автор, опираясь на теоретико-методологические и структурно-функциональные разработки, осуществленные в предыдущих разделах работы, раскрывает конкретные элементы системы культурной безопасности. В частности, проводится анализ сущности соотношения традиций – инноваций в культурном развитии общества как единого социокультурного процесса. Отдельно рассматриваются религиозные традиции как фактор культурной безопасности. Глава завершается анализом условий формирования традиций безопасности культурной жизни в период модернизации российского общества. Значительное количество материалов иллюстрируется эмпирическими данными собственных исследований, полученных за первое десятилетие текущего столетия, а также разработками крупных научных центров страны.

Представленный в главе материал носит инновационный характер, чем объясняется дискуссионное содержание некоторых положений и выводов.

В первом параграфе третьей главы «Роль традиций и инноваций в культурном развитии общества» рассматривается роль традиций и инноваций в общественном развитии.

В традициях аккумулируется предшествующий опыт успешной деятельности, и они оказываются своеобразным его выражением. С другой стороны, они представляют собой проект и предписание будущего поведения. Традиции являются тем, что выражает пребывание человека в историческом времени, соединяющем прошлое и будущее.

Традиция обеспечивает функцию сохранения общества, по сути дела – функцию социальной и культурной безопасности.

Именно механизмы культурной безопасности, на взгляд диссертанта, призваны обеспечить необходимую и достаточную меру соотношения традиций и инноваций для того, чтобы, с одной стороны, обеспечить инновационность социальных (социально-экономических, технологических, культурных и политических) процессов, а с другой стороны – защиту общества как единого социокультурного пространства, обеспечить сохранность культурного достояния и способы его ретрансляции.

Социологические исследования общественного мнения россиян показывают, что, с одной стороны, кризис, охвативший Россию, проявился прежде всего в снижении уровня духовности, поскольку социокультурные традиции русского народа в значительной степени утрачены, а новые еще не сложились. С другой – в обществе происходит усиление и развитие интереса к возрождению национальных ценностей отечественной культуры.29

Инновационный процесс в культуре весьма сложен, поскольку он определяет новый тип культурных отношений. Но в этом плане культурная безопасность имеет вполне конкретное содержание, создает условия для инновационного развития, где в значительной степени отражаются инфраструктура культурной безопасности, ее социально образующее состояние, идеология культурной безопасности, конкурентная способность культурной безопасности в отстаивании преимуществ общественного строя. Все это происходит при сочетании методов «свободных нововведений» в культурной жизни и ориентации на качественно новый уровень социокультурной теории и практики.

В то же время культурная безопасность как целостное явление обеспечивает передачу духовных ценностей от одного поколения к другому, сохраняет язык нации, картину мира, выполняет функцию воспроизводства национального самосознания и духовной самоидентификации поколений, обеспечивает культурную преемственность, сохранение культурных традиций и корректные внедрения инноваций, формулирует жизненные ценности и способствует общественному согласию.

Исследования автора убедительно показали, что необходима иная культура инновационного содержания. Суть ее заключается в сочетании традиционных условий жизни с учетом инновационных методов культурного развития. И здесь центральное место отводится культурной безопасности как сложному инновационному понятию цивилизованного развития.

Рассматривая традиции и инновации в дискурсе безопасности культурной жизни, диссертант приходит к выводу, что безопасность играет охранительную роль в культуре. Именно безопасность служит основой сохранения лучших, в данном случае культурных, традиций и достижений народной культуры, обеспечения преемственности культурного менталитета нации, сохранения исторической памяти и других элементов складывающейся веками многонациональной российской культуры. Как диалектическое явление «безопасность» и, в первую очередь, культурная безопасность играет не только роль хранителя культурных традиций, но и создает благоприятные условия для выявления и развития инновационных потоков в обеспечении поступательного обновления культурной жизни. Безопасность регулирует, направляет культурную жизнь в конструктивное русло. Это очень сложный и вместе с тем ответственный момент современного общественного развития России.

Культура может и должна стать основой развития всех сфер жизнедеятельности российского общества. Без осознания меры традиций и инноваций в культурной жизни нельзя в полной мере осознать роли и функций культурной безопасности, ее значения для цивилизованного развития российской государственности.

Во втором параграфе третьей главы «Социокультурные факторы предпосылок формирования традиций культурной безопасности в мегаполисе» раскрывается сущность данного процесса, определяется смысл жизнедеятельности по обеспечению культурной безопасности в условиях мегаполиса.

Жизнь в многонациональном, поликультурном городе предполагает, как показывают исследования, определенные психологические, социальные и культурные условия и последствия. В диссертации выявлена тенденция разновеличия последствий приобщения масс городского населения к культуре. Одни носят позитивный, другие – негативный характер. В условиях мегаполиса миллионы людей имеют доступ к культуре, искусству, но приобщаются к ним немногие. Усложнение межнациональных, межличностных отношений, национальная культурная интеграция и этнические противоречия, пребывание человека в многонациональной среде вызывают беспокойство, раздражительность, агрессивность. Неопределенность в критериях и границах дозволенного, отсутствие ясных процедур и мер ответственности способствуют расширению девиантных форм поведения, росту правонарушений. В самой острой форме девиантность выступает как преступность, как посягательство на социально-политические и нравственные устои общества. Снижение уровня духовности, доступности культуры, социальное влияние преступного мира, распространение его морали приводят к деформации ценностных ориентаций.

В этой связи диссертант обосновал основные факторы, требующие формирования и реализации культурной безопасности:

– вызов антигуманной культуре и социальным страхам;

– единство прошлого и настоящего как культурная идентификация личности и общества;

– достижение благополучной, достойной и защищенной жизни всех членов общества;

– создание условий доверия между народами, различными конфессиями;

– обеспечение личной безопасности;

– преодоление угрозы основополагающим ценностям: свободе, труду, ответственности, честности, терпимости, достоинству, достатку и т. п.

Исследование, проведенное Московским институтом социально-культурных программ,30 выявило множество факторов, которые сегодня представляют наибольшую угрозу российской культуре, и преодоление их определяет суть социокультурных предпосылок формирования традиций культурной безопасности. Первую группу составляют показатели низкого качества СМИ (50,6%), среднего и высшего образования (соответственно 44,5% и 40,8%). Отдельно отмечается опрошенными (41,2%) влияние финансовых возможностей на повышение уровня образования и культуры. Негативно влияют на культуру низкопробная кино-, видеопродукция (35,0%), снижение числа культурно-досуговых учреждений (32,1%), антикультурная экспансия западных стран (31,9%), а также культурная политика государства (31,3%) и сами деятели культуры и искусства (25,6%). Почти 40% респондентов отводят негативную роль массовому притоку мигрантов из-за рубежа. Все это дает право респондентам считать, что Россия переживает сегодня культурный застой (39,6%) и даже упадок культуры (34,3%), в связи с чем актуализируется проблема обеспечения культурной безопасности.

Степень важности факторов культурной безопасности

(в % к числу опрошенных; можно было давать несколько ответов)

Факторы культурной

безопасности

Очень важно

Неважно

Затрудняюсь

ответить

Глобализация

100,0

0,0

0,0

Духовность

100,0

0,0

0,0

Диалог культур

96,5

3,5

0,0

Информатизация

92,0

8,0

0,0

Деинституализация и

неустойчивость общества

87,5

12,5

0,0

Трансформация культуры

83,0

17,0

0,0

Деидеологизация

76,0

24,0

0,0

Общество риска

58,0

42,0

0,0

Реидеологизация

0,0

41,5

58,5

Кроме того, при оценке культурной безопасности, особенно такого сложного мегаполиса, как Москва, огромная роль принадлежит СМИ, в том числе электронным (телевидение, радио) – 90,5%. Затем идут учреждения культуры, ориентированные на зрелищно-массовые виды искусства (театр, кино, цирк), – 41,5% и, наконец, учреждения культуры, ориентированные на незрелищные, в том числе индивидуальные, формы работы (музеи, библиотеки, творческие студии), – 26,5%.

По мнению респондентов (31,5%), именно в этих учреждениях происходит качественное обновление ценностей культурной безопасности.

В соответствии с этим 91,5% опрошенных считают, что сегодня для Москвы приоритетной является задача достижения культурной безопасности и защита духовно-нравственного наследия, культурных и исторических традиций.

Еще одной социокультурной предпосылкой формирования культурной безопасности является проблема самоидентификации личности.

К базовым понятиям идентификации личности в аспекте культурной безопасности, как показало исследование, респонденты отнесли: гражданство России (100%), национальную идентификацию (100%), выражение идей самобытности русской цивилизации (36,0%), принадлежность к восточной культуре (33,2%), ощущение себя советским человеком (20,5%), человеком планеты Земля (100%), человеком западной культуры (100%). По их мнению, формированию безопасности культуры в условиях московского мегаполиса больше всего содействует наличие государственной программы по повышению культуры общества (87,5%), совершенствование деятельности СМИ и их государственное регулирование (80,0%), содействие укреплению семейных отношений (55,5%), повышение доступности культурных учреждений для всех слоев населения, в том числе снижение стоимости билетов в театры, музеи, кино, введение системы скидок (52%), ведение дополнительных культурологических дисциплин в школах, вузах (48,5%), мероприятия по повышению уровня доходов населения (40,5%), законодательное ограничение «вестернизации культуры» (26,5%).

Кроме того, 6% отметили как необходимые условия этих процессов разработку и реализацию программы обеспечения культурной безопасности, замену руководящего состава всех уровней на более квалифицированных, способных ответить на вызовы антикультурной экспансии, восстановление сети и системы культурного воспитания и просвещения, расширение государственной грантовой системы поддержки социально и культурно ориентированных проектов.

Однако данные процессы нуждаются в регулирующем и стимулирующем воздействии со стороны государства и общественных институтов. Составляющие культурной безопасности должны включать в себя разнообразные социальные технологии и методы социальной инженерии: мониторинг общественного мнения, создание системы государственной поддержки организаций и деятелей культуры, помощь малоимущим социальным категориям в потреблении продуктов высокой культуры, создание системы государственной поддержки фундаментальных (и прежде всего социально-гуманитарных) научных исследований, поддержки классических искусств, одаренных детей, образовательных теле- и радиопередач и т. д. Особенно важно создание эффективных инновационных управленческих технологий в условиях московского мегаполиса, который является проводником модернизации (а также рисков и опасностей для культуры и духовной жизни) во все регионы страны. Без управленческой поддержки, в том числе государственной, для российского общества существует реальная угроза утраты значительной части культурного достояния, культурного и духовно-нравственного регресса, способного привести к еще более глубокому социальному и экономическому кризису.

В третьем параграфе третьей главы «Религиозные традиции как фактор культурной безопасности» дается социологический анализ роли Русской Православной Церкви как весомого фактора культурной и социальной жизни российского общества.

Автор опирается на тезис о том, что церковь, стоящая у истоков культуры, в свою очередь восприняла многое из созданного человечеством в области искусства и культуры, переплавляя плоды творчества в горниле религиозного опыта, стремясь очистить их от душепагубных элементов, а затем преподать людям. Она многое давала и дает для развития культуры. Культурные традиции помогают сохранению и умножению духовного наследия в стремительно меняющемся мире. Это относится к разным видам творчества: литературе, изобразительному искусству, музыке, архитектуре, театру, кино.

В ходе исследования31

были определены мнения москвичей и экспертов о роли церкви в обществе, в деле сохранения национальных культурных традиций, стабилизации и позитивного развития социокультурной ситуации на современном этапе.

Все большее число государственных и общественных организаций и учреждений культуры в своей работе взаимодействуют с церковью, постепенно осознавая социальную, духовную значимость, эффективность такого сотрудничества в деле обеспечения культурной безопасности. По данным автора, почти половина (45,9%) опрошенных в ходе исследования москвичей и 61,0% экспертов однозначно положительно оценивают эту взаимную работу учреждений культуры и церкви; 41,8% москвичей и 27,4% специалистов затруднились дать определенный ответ; и лишь незначительная часть москвичей (12,3%) и экспертов (9,6%) не видит перспектив в таком сотрудничестве.

Сегодня церковь играет значительную роль в культурном воспитании, так считают 30,3% жителей московского мегаполиса и 38,4% экспертов. Однако эта роль незначительна для 32,8% москвичей и такого же числа (33,6%) экспертов. При этом для каждого четвертого (25,4%) москвича и для 14,4% экспертов она не играет никакой роли в культурном развитии.

Церковные институты постоянно адаптируются к условиям формирующегося гражданского общества, совершенствуют арсенал аналитических, информационных, культуротворческих средств, развивая диалог с деятелями светской культуры, политики, средств массовой информации, с общественностью.

Итоги этого исследования свидетельствуют о том, что во всех социальных группах высоко оценивается роль церкви в индивидуальной жизни человека. Максимально позитивно респонденты относятся к вкладу религии в сохранение национальных традиций и культуры.

Анализ реальной ситуации, места и роли РПЦ позволяет сделать некоторые обоснованные выводы.

Важнейшими составляющими культурной безопасности являются интеллект, знания, гуманизм и духовность. Эти характеристики светской культуры помогает сохранить и развить церковь. Невозможна культура без комплекса правил, нормативов, канонов, эмоционального начала, которые, как и в религии, составляют ее основу. Взаимодействие, интеграция светской и религиозной духовности и культуры являются залогом их здорового развития.

Формирование механизмов культурной безопасности должно предполагать учет факторов религиозной жизни общества. Структуры государственного управления и институты гражданского общества не смогут создать эффективные механизмы управления безопасностью общества, его культурной и духовной жизнью, оставаясь полностью вне религиозных систем общества, не учитывая религиозно нравственные искания, охватывающие различные социальные группы и значимым образом влияющие на культуру и социальные нормы.

В четвертом параграфе третьей главы «Условия формирования систем обеспечения культурной безопасности мегаполиса» выделяются такие культурные смыслы безопасности, как переход от стратегий реагирования к стратегиям предотвращения. Здесь имеется в виду гуманитарность как линия обеспечения безопасности человека, законность в смысле равенства всех людей перед законом, а также корпоративность, доверие, сотрудничество, экологичность (в широком смысле, т. е. социальную) и прозрачность (транспарентность). Этими смыслами наполнен процесс сохранения, развития целей, идеалов, ценностей, норм и традиций человека, семьи и общества; социальных институтов и сетей; обеспечения устойчивого и конструктивного взаимодействия людей в социокультурном пространстве, защищенность их от неприемлемых рисков, угроз, опасностей и вызовов; эффективного предотвращения угроз на основе опережающей стратегической партнерской культуры диалога и компромисса.

Значимым обстоятельством, способствующим формированию систем обеспечения культурной безопасности, является кризисное состояние современной культуры, при ее доминантной роли в духовной жизни общества. В соответствии с этим необходимо выстраивать систему формирования культурной безопасности таким образом, чтобы она не только обеспечивала приоритет культуры в жизни населения, но и способствовала дальнейшему культурному развитию, была направлена на достижение социальной интеграции, упрочение гражданского и национального согласия, повышение уровня нравственности, упрочение морального облика населения.

Как показывают конкретно-социологические исследования, реалии современной культурной жизни населения мегаполиса свидетельствуют о том, что культура способна играть гораздо более значимую социальную роль, стимулируя общество к творческой созидательной деятельности в процессе модернизации страны.

При создании такой системы необходимо опираться на современную культурную политику государства, которая должна строиться с учетом фундаментальных новых тенденций в культурной жизни, в данном случае такого мегаполиса, как Москва. К их числу, как показали исследования, относятся:

– переориентация общественного сознания на базе формирования адекватного исторического мышления;

– усиление роли информационных систем с учетом их усиливающейся социокультурной константы;

– осмысление роли религии в духовной жизни населения московского мегаполиса при восприятии поликонфессионных отношений в государстве и сохранение его светского характера;

– формирование относительной самостоятельности культурно-духовной сферы в обществе при процессе общей трансформации духовных ценностей;

– наличие определенных уровней управления планированием культуры, возможностями культурного прогноза.

Таким образом, в основе формирования систем обеспечения культурной безопасности лежат объективно-субъективные особенности культуры, ее составляющих и реальные потребности культурной жизни населения московского мегаполиса.

Четвертая глава «Функционирование системы культурной безопасности в московском мегаполисе» посвящена анализу состояния различных аспектов культурной безопасности применительно к конкретным условиям культурной жизни московского мегаполиса. Материал главы опирается на данные социологических исследований культуры Москвы, осуществляемых Московским институтом социально-культурных программ. В главе дается описание работы городских институтов культуры, их органов управления в аспекте обеспечения культурной безопасности, формулируются предложения по совершенствованию деятельности учреждений культуры в свете обеспечения культурной безопасности в московском мегаполисе.

В первом параграфе четвертой главы «Современное состояние социокультурной ситуации города Москвы» дается характеристика культурной ситуации в столице. В настоящее время происходит превращение Москвы с ее огромными экономическими, политическими, культурными ресурсами в один из главных межрегиональных центров со сложными этнокультурными процессами на всем евразийском пространстве России. Формируется значительная, в ряде случаев гипертрофированная, политизация сферы межнациональных отношений под влиянием более активной, чем в России в целом, политической жизни, более развитой информационно-культурной сферы. Осуществляется большая интернационализация культурных процессов и взаимодействий в связи с геополитическим положением Москвы, влиянием мировой информационной среды и глобальной культуры, тесными взаимоотношениями с центрами мировых религиозных конфессий. Возникают качественно новые и масштабные факторы этнических процессов, способных быстро изменить этническую ситуацию в городе и регионе (появление мощной этномиграционной среды, образование новых диаспор, прежде всего мусульманской, превращение Москвы в один из главных исламских центров СНГ, развитие этнического предпринимательства). В этих условиях проявляются социальная поляризация и маргинализация не только национальных меньшинств, но и отдельных групп национального большинства вследствие более высоких темпов экономических и социальных преобразований и культурной трансформации, напряженная этнокриминогенная ситуация, отражающая деструктивные явления в экономической, производственной и социальной сферах в регионах России и странах СНГ. Москва располагает значительными экономическими, финансовыми и информационными ресурсами, которые, наряду с особым положением Москвы как центра власти и культуры, могут быть использованы в прямо противоположных целях этнонационального и этнокультурного развития.

Кроме того, на эти процессы влияют особенности Москвы как столицы государства, города со статусом субъекта Федерации и соответствующими правами. Москва – один из крупнейших мегаполисов мира с многоэтничным, многоконфессиональным, многонациональным составом населения, имеющим тенденцию к усложнению, крупнейший административный, деловой, культурный, финансовый, торговый центр и, соответственно, центр притяжения миграционных потоков.

Все это позволяет рассматривать Москву как межрегиональный и межкультурный центр формирования идей национального и религиозного возрождения в евразийском пространстве (православного, мусульманского), развития новых тоталитарных и квазирелигиозных движений, что создает благоприятные условия для роста националистических и фундаменталистских течений среди молодежи и маргинализированных слоев населения, развития локального партикуляризма среди русских.

Во втором параграфе четвертой главы «Роль государственного управления и учреждений культуры по обеспечению культурной безопасности в условиях московского мегаполиса» анализируются условия и возможности совместной деятельности государственных органов управления и учреждений культуры по обеспечению культурной безопасности в Москве. Опираясь на теорию социологии управления, концепции духовной культуры, данные социологических исследований, автор обосновывает идею роли «социальных фильтров», позволяющих внедрять те формы управления, которые предотвращают социальную дезорганизацию и культурное обезличивание общества.

Именно система подобных «социокультурных фильтров» определяет, по мнению диссертанта, управленческие способы и средства обеспечения культурной безопасности. Необходимость государственного управления сферой культуры определяется наличием тревоги за состояние культуры в общественном сознании.

В условиях культурного кризиса и нарастающей угрозы новых культурных шоков растет значение проводимой в социокультурной сфере государственной управленческой политики. Особенно актуализируется проблема государственного управления культурной сферой в связи с формированием информационного общества.

В этих условиях, полагает диссертант, основополагающим принципом развития социально-культурной инфраструктуры города Москвы должна стать оптимизация развития соответствующей времени инфраструктуры учреждений культуры, способной удовлетворить запросы различных социальных категорий населения.

Важными проблемами совершенствования городской культурной сферы являются выбор и внедрение критериев социальной результативности повседневной (плановой) работы и масштабных культурных проектов.

Повседневная и специальная работа учреждений культуры зависит от применения разработанных на научной основе критериев эффективности их деятельности в интересах государства и общества. В «узком» смысле такая оценка формирует логику развития городской культурной инфраструктуры и связана с обоснованием актуальности и эффективности развития того или иного конкретного направления, видов деятельности.

Использование критериев эффективности деятельности учреждений сферы культуры, разработка методов (методик) оценки и самооценки взаимодействий внутри организационно-функциональных «вертикалей» и «горизонталей» в значительной степени обусловливают высокое (профессиональное) качество управленческих решений, проводимых мероприятий, проектов и программ.

В качестве иных аспектов профессионального управления в сфере культуры нужно указать на необходимость координации, регулирования и контроля в «узком» смысле – как оценки «выживаемости культур» и в «широком» – как индикаторов жизнеспособности – синтеза эффективности, продуктивности, производительности и конкурентоспособности субъектов и объектов, поддержки логики организационного развития городской инфраструктуры.

Реализация столичных функций Москвы как «генерального заказчика» и пользователя результатов деятельности сферы культуры предполагает:

– выдачу заданий на содержание инфраструктуры;

– формирование моделей целеполагания и целедостижения;

– оценку (самооценку) предварительных и итоговых результатов; проверку на соответствие национальным целям и приоритетам;

– преемственность позиции, мастерства, творческой активности;

– гарантии высокого художественно-эстетического уровня и т. д.

Одной из основных сложностей создания систем оценок, критериев и классификаторов управленческой деятельности является понимание разнонаправленности взаимодействий в сложившихся – аксеологической. национальной, мировоззренческой, цивилизационной – системах координат. В такой системе, включающей несколько типов классификаторов, уже сегодня, как показывает практика, с помощью имеющихся и общедоступных способов контроля обеспечиваются сравнение, уточнение и корректировка принимаемых управленческих решений, выбора содержания программ, мероприятий и самих процессов культурного развития с целью сохранения и эффективного развития этой сферы.

Профессиональное управление в сфере культуры предполагает сочетание и взаимодействие процессов самоорганизации, развития и воспроизводства в социокультурной сфере.

К настоящему времени в Москве в целом сложились все необходимые социальные, экономические и политические предпосылки для превращения сферы культуры в важный ресурс социального и экономического развития не только Москвы, но и России. Повышение эффективности использования уникального созидательного потенциала культуры требует от отрасли проведения комплекса системных преобразований, реализации инновационных проектов, на осуществление которых и направлены городские целевые комплексные программы «Культура Москвы». Стратегическое планирование развития сферы культуры города уже длительное время осуществляется в направлении оптимизации и модернизации, творческого и технологического совершенствования, повышения роли культуры в воспитании, просвещении и обеспечении одухотворенного культурного досуга жителей столицы, а также постоянного увеличения вклада сферы культуры в повышение уровня и качества жизни.

Участие диссертанта в этих разработках убедительно доказывает, что наличие комплексной, системной государственной культурной политики и формирование эффективных механизмов ее реализации являются важнейшими элементами системы культурной безопасности в эпоху глобализации. На уровне московского мегаполиса такая политика должна быть конкретизирована в виде стратегических и тактических программ регулирования развития культурной сферы. Такие программы должны быть объединены единой целью – содействие сохранению и приумножению культурного достояния общества.

В третьем параграфе четвертой главы «Обеспечение культурной безопасности органами государственного и муниципального управления» показано, что обеспечение условий для функционирования культурной безопасности становится важнейшей управленческой задачей в культурной политике государства.

Раскрывая эту проблему, автор исходит из того, что развитие системы государственных и муниципальных органов управления в сфере учреждений культуры в новейшее время в России имеет свою историю.

По мере снижения темпов экономического роста, сменившегося кризисом, государству становилось все труднее поддерживать в социально-культурной сфере все то, что им было создано ранее. Начинается постепенный распад сферы культуры в России, который коснулся материального и духовного ее содержания.

Сложившаяся ситуация потребовала новых шагов по оптимизации управления культурой, связанных с приданием более устойчивого обеспечения культурной безопасности. Правительство Российской Федерации принимает ряд мер, направленных на оптимизацию оплаты труда сети культурных учреждений, введения условий категориальности их материального и финансового обеспечения в целях повышения уровня культурных услуг населению страны.

Диссертант исходит из того, что принципы государственного и муниципального управления сферой культуры необходимо выстраивать исходя из того, что социально-культурные учреждения представляют услуги смешанного характера.

Однако основой государственных гарантий сохранения и развития культуры было и остается государственное финансирование. Для обеспечения ее стабильного развития как в федеральном, так и в столичном бюджетах необходимо на предстоящий период осуществлять соразмерно возможностям и устанавливать нарастающую по годам долю затрат на культуру и неукоснительно соблюдать все это при формировании бюджетов. В этой же пропорции следует направлять на культуру доходы, дополнительно полученные при исполнении бюджета.

Другим важнейшим фактором, влияющим на обеспечение культурной безопасности в системах государственного и муниципального управления культурой, является сложившаяся структура управления.

В системе управления мегаполисов обычно прослеживается три ее уровня: городской, окружной, районный. Высший, законодательный уровень управления представлен городской Думой, депутатским корпусом. Следующий уровень власти – возглавляемая мэром городская администрация (мэрия). В структуру мэрии входят отраслевые и функциональные органы городской администрации, которые могут распоряжениями мэра объединяться в комплексы городского управления. Проблемы культуры находятся в компетенции Комплекса социальной сферы, они рассредоточены по различным комитетам или управлениям: по культуре, образованию, физической культуре и спорту, по делам семьи и молодежи, по телекоммуникациям и СМИ.

Следует отметить, что сложившаяся система государственного и муниципального управления сферой культуры в настоящее время не в полной мере отвечает задачам как культурного строительства, так и культурной безопасности. Это связано прежде всего с целым рядом объективных условий развития культурной жизни столицы.

В параграфе проанализирована системообразующая парадигма управления сферой культуры. Диссертант обосновывает идею о том, что координирующие функции управления напрямую связаны с особенностями информационного общества. Именно в рамках информационной парадигмы лучше всего просматривается аспект культурной безопасности.

Первым системообразующим свойством информационного порядка является информированность.

Вторым системообразующим фактором является идейно-творческий плюрализм, неизбежный и необходимый при демократическом устройстве, поскольку демократия (правление народа) принципиально связана с равноправным участием в жизни общества всех социальных групп и структур.

Толерантность есть третий системообразующий фактор, непременное условие демократического плюрализма и необходимое его качественное «сопровождение».

Диалог – четвертый и притом решающий системообразующий фактор достижения демократического порядка культуры и безопасности. Его основой является моноплюрализм, в соответствии с которым осознается единство в каждой позиции общего – особенного – единичного, при понимании и признании общего как предпосылки и основе консолидирующего начала.

Проведенный анализ массива эмпирических данных и реального состояния социокультурной ситуации московского мегаполиса дает основание утверждать, что в процессе формирования факторов обеспечения культурной безопасности и реализации культурной политики ведущая роль остается за органами государственного управления. Такое управление создает благоприятную атмосферу для сохранения национальных традиций в искусстве, образовании, науке, информатизации через действия СМИ и в то же время способствует развитию мировоззрения патриотизма, самосознания, духовного и физического здоровья, творческой самореализации, т. е. всех тех условий, которые способствуют обеспечению культурной безопасности в мегаполисе.

Разумеется, что для осуществления этих задач необходим целый комплекс мер и мероприятий законотворческого содержания.

Для этого прежде всего необходим Закон о культуре, где будет четко обоснован принцип государственного стимулирования, государственной поддержки культуры. Необходимо законодательно обосновать запрет на все формы и виды самоокупаемости культуры, провозгласить культуру в ее общероссийском содержании приоритетным направлением государственного строительства.

С учетом сложившихся культурных реалий следует разработать и принять как на государственном, так и на региональном уровнях ряд подзаконных актов, дающих возможность органам власти руководствоваться культурными запросами и потребностями конкретных групп населения в определенных территориях, с учетом их особенностей геополитического, территориально-национального и социокультурного уровня развития. К числу таких документов должен относиться «Закон о языке», где надо нормативно определить роль и место языка русского и титульной нации, наличие национальных школ, «узаконение» наднациональной культуры и искусства, тиражи возрождающейся литературы на национальном языке и многое другое, что способствовало бы взвешенному соотношению русского языка как языка общегосударственного и национальных языков, как формы сохранения и упрочения национальной культуры народов России.

Особое место в работе по формированию факторов обеспечения культурной безопасности в системах государственного и муниципального управления обществом должна занять модифицированная система программно-целевого планирования развития культуры. В основе этого лежит, как показывает опыт разработки программ 2000-х лет, которая осуществляется МИСКП, выработка социальных нормативов.

Исследования показали, что многие потери, постигшие современную культуру, проистекают из-за отсутствия реального социального контроля, обратной связи, учета запросов и культурных потребностей населения, его мнения относительно конкретных государственных мер в деле трансформаций сферы культуры, культурного просвещения, воспитания.

В основе организации контроля должны лежать такие принципы, как заблаговременность, объективность, экономичность, открытость. Контроль должен осуществляться планомерно и систематически на всех участках и этапах работы, а не субъективно по указанию «свыше».

Диссертант делает вывод, что государственное и муниципальное управление располагает необходимым потенциалом для разработки стройной концепции и методик, адекватных сложившейся социокультурной ситуации и перспектив развития в России и мегаполисах. В условиях модернизации общества эта система управления призвана сохранять за собой функции основного регулятора и гаранта стабильности деятельности разнообразных институтов культуры, рационализировать культурные процессы, препятствуя их дезорганизации и негативным явлениям в этой сфере.

В четвертом параграфе четвертой главы приводится практический опыт программного обеспечения культурной безопасности московского мегаполиса – «Структура комплексной программы обеспечения культурной безопасности московского мегаполиса». В современных условиях роста интенсивности социокультурной ситуации, ее влияния на культуру личности резко возрастает роль планирования деятельности по обеспечению культурной безопасности.

Культура проявляется прежде всего в ценностях общества, которые, как правило, имеют определенный вид и связаны с деятельностью институтов, призванных накапливать культурные ценности и способствовать их трансформации в индивидуальные культурные ценности членов общества. Именно эти индивидуальные культурные ценности определяют мировоззрение людей, их идеалы, стереотипы поведения на производстве, в быту, в духовном творчестве, в общении с другими людьми.

По мере усложнения духовной жизни эти ценности реализуются с помощью социальных организаций и учреждений, деятельность которых требует тщательного планирования. Так возникает потребность в разработке концепции комплексных программ развития культуры и обеспечения культурной безопасности. Применительно к условиям московского мегаполиса такое планирование осуществляется уже не один десяток лет с участием Московского института социально-культурных программ (ранее – ЕНМЦ Управления культуры г. Москвы). При участии Института разработаны общеконцептуальные подходы к формированию комплексной программы обеспечения культурной безопасности московского мегаполиса. Содержательной основой этой программы должна быть ориентация на стратегические, перспективные, социально-ориентированные направления развития культурной сферы Москвы и обеспечение ее безопасности. Данная программа строится с учетом реального состояния сети объектов культуры города, выявленного путем научного анализа с применением данных социологических исследований и статистических данных.

В ходе формирования основных показателей программы необходимо учитывать контекст государственной политики и экономики, ориентированных на инновационное, модернизационное развитие, интеллектуализацию культуры всех сфер жизнедеятельности, возрастание роли культурного воспитания населения. Кроме того, научные исследования свидетельствуют о росте численности москвичей, стремящихся к освоению знаний и навыков культуры, в связи с чем важнейшими направлениями развития культуры Москвы в предстоящий период должны стать расширение и оптимизация сети культурно-досуговых учреждений, подведомственных Департаменту культуры города Москвы. В этой связи программа призвана планировать мероприятия на двух уровнях.

Учреждения культуры окружного уровня призваны обеспечивать массовое приобщение жителей спальных районов, особенно детей и молодежи, к культуре и искусству, обеспечивать условия для семейного проведения досуга, общения и удовлетворения культурных потребностей по месту проживания, наиболее доступных для населения.

Городской уровень учреждений культуры обеспечивает удовлетворение избирательных интересов населения в сфере культуры и искусства, проведение досуга, приобщение к высоким культурным и духовным ценностям, лучшим образцам мировой культуры, а также профессиональное и дополнительное творческое образование и культурное воспитание. Городской уровень обслуживания обеспечивается наличием уникальных объектов культуры и сетью учреждений массового спроса.

В сфере планирования мер по обеспечению культурной безопасности каждая из сфер культуры призвана решать проблему защищенности различных категорий населения.

Решение проблемы эффективного развития культурной безопасности Москвы в сложившихся условиях и с учетом прогнозируемой динамики развития экономической и социальной ситуации может предполагать два варианта организационно-экономических мероприятий.

Первый вариант предполагает определение основных целей и задач программы количественного характера, для достижения которых осуществляется их рейтинговый отбор, дается обоснование, предлагается перечень программных мероприятий, и на основании этого определяется необходимый объем финансовых затрат.

Второй вариант исходит из наличия реальных финансовых средств, которые могут быть привлечены для реализации программных положений и мероприятий. Исходя из финансовых возможностей, программой определяется комплекс приоритетных задач и мероприятий, обеспечивающих наибольшую эффективность в достижении основных целей культурной безопасности.

Оба варианта решения проблемы содержат перечень исходных заданий, показателей и ожидаемых социокультурных результатов по определяемым программой объемам финансирования.

Комплексная программа обеспечения культурной безопасности Москвы направлена на реализацию государственной политики в сфере культуры с учетом динамики социально-экономической и культурной ситуации в Москве и в России. Она ориентирована на оптимизацию условий гармоничного, всестороннего, комплексного развития культурного потенциала столичного мегаполиса, реализацию приоритетных направлений государственной политики в области культуры и искусства на планируемый период. Программа формирует основу для эффективного развития отрасли культуры, являясь базовым документом для разработки планов, программ и проектов обеспечения культурной безопасности в муниципальных округах, государственных учреждениях культуры и досуга, функционирующих за счет средств городского бюджета. Она призвана стать основой и гарантией сохранения, защиты и развития единого культурного пространства Москвы, ее уникального культурного потенциала.

В условиях модернизации и перехода к реформированию бюджетных учреждений и бюджетированию, ориентированному на результат, система целевых индикаторов и показателей культурной деятельности, развития и функционирования сферы культуры дополняется системой показателей и индикаторов, включающих противостояние негативному воздействию антикультуры на индивидуальное и общественное сознание, а также психику людей. В настоящее время международным да и государственным правом не предусмотрены меры противодействия подобного рода угрозам. Поэтому одна из основных задач культурной безопасности заключается в возведении барьера на пути отмеченных опасностей.

Противодействие угрозам национальной культуры в современных условиях должно вестись целенаправленно, с учетом социально-экономических возможностей государства. В этой связи планирование обеспечения культурной безопасности является важным шагом на пути консолидации российского общества и разработки национальной идеологии.

В заключении подводятся итоги диссертационного исследования, формулируются основные выводы и соответствующие рекомендации.

Основные публикации автора по теме диссертации:

Монографии:

    1. Сергеев В. К., Сергеев В. В. Российская культура. На рубеже, на грани, на перепутье? // Научное издание. М. : Серебряные нити, 2008. 520 с. 32,5 п. л.
    2. Маршак А. Л., Сергеев В. В. Социокультурная динамика в современном российском обществе // Научное издание. М. : НИЦ «Академика», 2009. 416 с. 26 п. л.
    3. Сергеев В. В. Формирование культурной безопасности в условиях модернизации российского общества. М. : НИЦ «Академика», 2010. 435 с. 27 п. л.

Публикации в научных журналах и изданиях, рекомендованных ВАК Минобрнауки РФ для опубликования основных результатов исследования в области социологии культуры:

    1. Сергеев В. В. О безопасности духовной культуры в российском обществе // Социально-гуманитарные знания. – 2007. – № 4. – С. 43–57. 0,9 п. л.
    2. Сергеев В. В. Актуальные проблемы развития культуры современного мегаполиса // Социально-гуманитарные знания. – 2008. – № 2. – С. 20–38. 1,2 п. л.
    3. Сергеев В. В. Экология культуры как условие сохранения будущего // Социально-гуманитарные знания. – 2008. – № 6. – С. 42–54. 0,8 п. л.
    4. Сергеев В. В. О формировании культурной политики в современных условиях // Научно-политический журнал «Власть». – 2008. – № 9. – С. 13–16. 0,25 п. л.
    5. Сергеев В. В. Соотношение образовательных и культурных запросов учащихся: специфика столичного мегаполиса // Социология образования. – 2009. – № 7. – С. 68–76. 0,5 п. л.
    6. Сергеев В. В. Духовная культура в условиях мегаполиса: современные угрозы и безопасность // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2009. – № 4 (24). – С. 31–41. 0,7 п. л.
    7. Сергеев В. В. Культурная безопасность современного общества как социокультурная проблема // Обсерватория культуры. Российская государственная библиотека. Информкультура. – 2010. – № 1. – С. 90–92. 0,2 п. л.
    8. Сергеев В. В. Религиозные традиции как фактор культурной безопасности // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2010. – № 3 (27). – С. 39–49. 0,7 п. л.
    9. Сергеев В. В. Русский язык и культура // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2011. – № 3 (32). – С. 54–62. 0,6 п. л.
    10. Сергеев В. В. Русский язык в контексте духовной безопасности // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2011. – № 4 (33). – С. 20–31. 0,7 п. л.
    11. Маршак А. Л., Сергеев В. В. Культурная безопасность как условие преодоления кризиса в культуре // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2011. – № 6 (35). (в печати)
    12. Сергеев В. В. Актуальные проблемы обеспечения культурно-информационной безопасности в современном обществе // Социально-гуманитарные знания. – 2011. – № 6. (в печати)

Статьи в научных изданиях:

    1. Сергеев В. В. Духовность и культура – слагаемые патриотизма // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2003. – № 4. – С. 63–79. 1 п. л.
    2. Ладенкова Е. Ю., Сергеев В. В. Патриотизм – это чувство Родины // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2004. – № 7. – С. 105–136. 2 п. л.
    3. Сергеев В. В. Духовная культура – основа национального самосознания // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2005. – № 10. – С. 59–73. 0,8 п. л.
    4. Сергеев В. В. Роль культуры в формировании интернационального, гражданского, патриотического сознания // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2005. – № 11. – С. 100–116. 1,06 п. л.
    5. Сергеев В. В. Молодежь Москвы. Шаг в XXI век // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2006. – № 12. – С. 90–123. 2,06 п. л.
    6. Сергеев В. В. Роль государства в развитии духовности и культуры общества // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2006. – № 13. – С. 64–77. 0,8 п. л.
    7. Маршак А. Л., Сергеев В. В. О некоторых новых тенденциях в молодежной субкультуре современной России // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2007. – № 14. – С. 90–95. 0,3 п. л.
    8. Сергеев В. В. Актуализация проблемы безопасности духовной культуры в российском обществе // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2007. – № 15. – С. 19–34. 0,9 п. л.
    9. Сергеев В. В. Российская культура. На рубеже, на грани, на перепутье? // Научный и социокультурный журнал «П.О.И.С.К.». – 2007. – № 16. – С. 44–63. 1,2 п. л.
    10. Сергеев В. В. Российская культура – XXI. На рубеже, на грани, на перепутье? // Журнал «Наука. Культура. Общество». – 2007. – № 1. – С. 128–137. 0,6 п. л.
    11. Ладенкова Е. Ю., Сергеев В. В. Человек и музыка. Влияние музыкальных жанров на формирование личности в условиях мегаполиса // Научное издание. М. : РИЦ ИСПИ РАН, 2003. 60 с. 3,75 п. л.
    12. Сергеев В. В. Проблема века: экология сознания, духовности и культуры // Научное издание. М. : РИЦ ИСПИ РАН, 2004. 70 с. 4,4 п. л.
    13. Сергеев В. В. Культура – Общество – Государство // Научное издание. М. : РИЦ ИСПИ РАН, 2004. 82 с. 5,1 п. л.
    14. Кублицкая Е. А., Сергеев В. В. Как живешь, Москва? // Научное издание. М. : ИЦ «Серебряные нити», 2008. 112 с. 7 п. л.
    15. Ксенофонтов В. Н., Ксенофонтов В. В., Сергеев В. В. Художественное творчество и нравственные ценности личности в духовной жизни москвичей // Научное издание. М. : ИЦ «Серебряные нити», 2008. 104 с. 6,5 п. л.
    16. Межнациональный форум «Единение» // Материалы научно-практической конференции. Научный сборник. Сергеев В. В. (и др.). М. : Социум, 2008. С. 98–116. 1,2 п. л.
    17. Научные труды Московского института социально-культурных программ // Научное издание. Том 1. Сергеев В. В. (и др.). М. : НИЦ «Академика», 2008. С. 299–312. 0,9 п. л.
    18. Маршак А. Л., Сергеев В. В. Культурная безопасность населения московского мегаполиса // Научное издание. М. : ИЦ «Серебряные нити», 2008. 96 с. 6 п. л.
    19. «Актуальные проблемы обеспечения культурно-информационной безопасности населения московского мегаполиса». Комплексное исследование // Научное издание. Сергеев В. В. (и др.). М. : ИЦ «Серебряные нити», 2008. 240 с. 15 п. л.
    20. Регионы России: государственное управление, безопасность и национальные проекты в условиях вызовов XXI века. Монография / Сергеев В. В. (и др.) Казань : Изд-во Казан. гос. технол. ун-та, 2009. С. 299–315. 1,06 п. л.
    21. Кублицкая Е. А., Сергеев В. В. Как живет Москва: социальное самочувствие и ценностные ориентации жителей столицы (социологический опыт в условиях мониторинга) // «Россия: центр и регионы». Научное издание. Выпуск 21. М. : ИЦ «Серебряные нити», 2009. С. 83–223. 8,75 п. л.
    22. Многонациональная культура Москвы / Сергеев В. В. (и др.). Научное издание. М. : НИЦ «Академика», 2009. 363 с. 22,7 п. л.
    23. Сергеев В. К., Сергеев В. В. Русский язык и культура // Научное издание. М. : НИЦ «Академика», 2010. 128 с. 8 п. л.
    24. Андреев Э. М., Сергеев В. В. Проблемы формирования культурной безопасности в современных условиях социальных изменений // Условия и перспективы национальной безопасности современной России: Сб. мат-лов Всероссийского научно-теоретического «круглого стола». 29 апр. 2011 г. (Краснодар) / Ин-т социологии РАН, Южный федер. ун-т, Краснодар. ун-т МВД РФ, Социол. фак. МГУ им. М. В. Ломоносова. М. : Социально-гуманитарные знания, 2011. С. 25–33. 0,6 п. л.
    25. Маршак А. Л., Сергеев В. В. Потенциал культурной безопасности в преодолении кризиса в российской культуре // Условия и перспективы национальной безопасности современной России: Сб. мат-лов Всероссийского научно-теоретического «круглого стола». 29 апр. 2011 г. (Краснодар) / Ин-т социологии РАН, Южный федер. ун-т, Краснодар. ун-т МВД РФ, Социол. фак. МГУ им. М. В. Ломоносова. М. : Социально-гуманитарные знания, 2011. С. 84–98. 0,9 п. л.

Автореферат диссертации на соискание ученой степени

доктора социологических наук

СЕРГЕЕВ Владимир Владимирович

Тема диссертационного исследования:

ФОРМИРОВАНИЕ КУЛЬТУРНОЙ БЕЗОПАСНОСТИ В УСЛОВИЯХ МОДЕРНИЗАЦИИ РОССИЙСКОГО ОБЩЕСТВА

(НА ПРИМЕРЕ МОСКОВСКОГО МЕГАПОЛИСА)

Специальность: 22.00.06 – социология культуры

Научный консультант:

доктор философских наук, профессор Аркадий Львович Маршак

Напечатано с готового оригинал-макета

Издательство                        Лицензия                        Подписано в печать

Формат 60х90 1/16 усл. печ. л. ________ Тираж 100 экз. Заказ _________

                                       тел.:

                                       адрес:


1 Д ю р к г е й м Э. О разделении общественного труда. М. : Канон, 1996. 512 с.; В е б е р М. Избранные произведения. М. : Прогресс, 1990. 808 с.; Б е р г е р П. Л. Приглашение в социологию: Гуманистическая перспектива / Пер. с англ. М. : Аспект Пресс, 1996. 168 с.; С м е л з е р Н. Социология. М., Феникс, 1994. 688 с.; С о р о к и н П. А. Система социологии. В 2 т. М. : Наука, 1993.

2 П а р с о н с Т. Система современных обществ. М. : Аспект-Пресс, 1997; Merton R. K. Social Structure and Anomie // American Sociological Review. 1938. V. 3.

3 М о л ь А. Социодинамика культуры. М., 1973; B e r g e r P. L., L u c k m a n n , T. The Social Construction of Reality. A Treatise on sociology of Knowledge. 1966; С о р о к и н П. А. Социальная и культурная динамика. М. : РОССПЭН, 2005;

4 См.: История западной социологии: в 4-х т. М., 2004; Ш п е н г л е р О. Закат Европы. В 2-х т. М. : Мысль, 1993.

5 См.: Х а б е р м а с Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие. М., 2000; Б у р д ь е П. О телевидении и журналистике. М., 2002; М а к л ю э н М. Понимание медиа: внешние расширения человека. М., 2003.

6 Ш т о м п к а П. Социальное изменение как травма // Социологические исследования. – 2001. – № 1.

7 Л и о т а р Ж.-Ф. Состояние постмодерна. М., 1998; Т у р е н А. Социология без общества // СОЦИС. – 2004. – № 7. Э к о У. Отсутствующая структура. Введение в семиологию. СПб., 1998. Ф у к о М. Слова и вещи. М., 1977. Ф у к у я м а Ф. Наше постчеловеческое будущее: Последствия биотехнологической революции. М., 2004; Б а у м а н З. Спор о постмодернизме // Социологический журнал. – 1995. – № 4; К р а с и л ь щ и к о в В. А. Ориентиры грядущего: постиндустриальное общество и парадоксы истории // Общественные науки и современность. – 1993. – № 2.

8 Э й з е н ш т а д т Ш. Революция и преобразование обществ. М. : Аспект Пресс, 1999; Н а у м о в а Н. Ф. Рецидивирующая модернизация в России как форма развития цивилизации // Социологический журнал. – 1996. – № 2.

9 Б е к У. Общество риска. На пути к другому модерну. М. : Прогресс-Традиция, 2000; Г и д д е н с Э. Судьба, риск и безопасность // THESIS. 1994; Л у м а н Н. Понятие риска // Thesis. 1994. № 5; D o u g l a s M., W i l d a v s k y A. Risk and Culture: An Essay on the Selection of Technological and Environmental Dangers. Berkeley and Los Angeles: Univ. of California Press, 1982; O h m a n S. Risk Perception and Risk Behavior: The Impact of Gender and Sexual Orientation and the Mediating Role of Values and Experiences of Vulnerability // The 8th European Sociological Association Conference.

10 К у з н е ц о в В. Н. Социологии безопасности. М., 2002; К у з н е ц о в В. Н. Идеология: Социологический аспект. М., 2005; К у з н е ц о в В. Н. Безопасность через развитие. М., 2000; К у з н е ц о в В. Н. Культура безопасности. М., 2001; И в а н о в В. Н. Федерализм и безопасность государства // СОЦИС. – 2005. – № 11; К о р т у н о в С. В. Становление политики безопасности. М., 2003; Я н о в с к и й Р. Г. Социальная динамика гуманитарных перемен: социология шанса для России на достойную и безопасную жизнь ее народа. М., 2001; С е р е б р я н н и к о в В. В., Х л о п ь е в А. Т. Социальная безопасность России. М., 1996; В и к т о р о в А. Ш. Духовная безопасность российской цивилизации. М., 2005; Ч е б а н В. В. Культура национальной безопасности России: история и современность (социально-философский анализ). М., 1996; Ч у п р о в В. И., З у б о к Ю. А., У и л ь я м с К. Молодежь в обществе риска. М., 2001; З у б к о в В. И. Риск как предмет социологического анализа // Социологические исследования. – 1999. – № 4.

11 А н д р е е в Э., М и р о н ов А. Социально-гуманитарное знание и образование: новые реалии, новое измерение, информационная безопасность. М., 2001; А н д р е е в Э. М., Х у д я к о в С. И. Культура и общество: культура как фактор консолидации и развития в трансформирующемся обществе. М., 2007. К а р а - М у р з а С. Г. Манипуляция сознанием. М., 2004; Р у т к е в и ч М. Н. Процессы социальной деградации в российском обществе // СОЦИС. – 1998. – № 6; Г о р ш к о в М. К. Российское общество в условиях трансформации: мифы и реальность. М., 2003; О с и п о в Г. В., Ж у к о в В. И., Л о к о с о в В. В. Социология трансформации России в меняющемся мире. Социальная цена неолиберального реформирования. М., 2005; М а р ш а к А. Л. Социология культурно-духовной сферы. М., 2007; М а р ш а к А. Л., С е р г е е в В. В. Социально-культурная динамика в современном российском обществе. М., 2009.

12 О р л о в а Э. А. Современная городская культура и человек. М., 1987; Г л а з ы ч е в В. Л. От сельской культуры к урбанизации // Культура в советском обществе. М., 1988; А н ц и ф е р о в Н. П. Пути изучения города как социального организма. Л., 1926; О р л о в а Э. А. Проблемы модернизации в России: культурные аспекты // Теоретические основания культурной политики. М., 1993; А х и е з е р А. С., К о г а н Л. Б., Я н и ц к и й О. Н. Урбанизация, общество и научно-техническая революция // Вопросы философии. – 1969. – № 2; В и ш н е в с к и й А. Г. На полпути к городскому обществу // Человек. – 1992. – № 1.

13 Х а б е р м а с Ю. Демократия. Разум. Нравственность. М., 1992; Х а б е р м а с Ю. Когда мы должны быть толерантными? О конкуренции видений мира, ценностей и теорий (Торжественный доклад ко дню Лейбница в Берлин-Бранденбургской академии наук) // СОЦИС. – 2006. – № 1; У о л ц е р М. О терпимости. М., 2000; Д р о б и ж е в а Л. М. Социальные проблемы межнациональных отношений в постсоветской России. М., 2003; Р о м а н е н к о Л. М. Лики российской толерантности. Размышления участницы симпозиума // Полис. – 2002. – № 6; Л е к т о р с к и й В. А. О толерантности, плюрализме и критицизме // Вопросы философии. – 1997. – № 11; Я р с к а я - С м и р н о в а Е. Р. Неравенство или мультикультурализм? // Высшее образование в России. – 2001. – № 4.

14 См. К о н т О. Дух позитивной философии (Слово в положительном мышлении). Ростов-на-Дону, 2003; Д ю р к г е й м Э. О разделении общественного труда. М., 1996; З и м м е л ь Г. Избранное. В 2-х т. М., 1996; В е б е р М. Избранные произведения. М., 1990; С о р о к и н П. Система социологии. М., 1993. Кроме того, об их взглядах см.: К у л т ы г и н В. П. Классическая социология. М., 2000.

15 См. П а р с о н с Т. О структуре социального действия. М., 2000. П а р с о н с Т. О социальных системах. М., 2002; М е р т о н Р. Социальная теория и социальная структура. М., 2006; М и л л с Ч. Социологическое воображение. М., 1998; Ф р о м м Э. Душа человека. М., 1992; Ф р о м м Э. Кризис психоанализа. СПб., 2000. Подробнее о взглядах этих мыслителей см.: З б о р о в с к и й Г. Е. Теоретическая социология ХХ – начала ХХI века. Екатеринбург, 2007.

16 См. М а р к у з е Г. Одномерный человек. М., 1994. С. 11–12, 15, 32.

17 См.: Б е к У. Общество риска: на пути к другому модерну. М., 2000; В а л л е р с т а й н И. Анализ мировых систем и ситуация в современном мире. СПб., 2001; С т и г л и ц Дж. Глобализация: тревожные тенденции. М., 2003; Многоликая глобализация. Культурное разнообразие в современном мире / Под ред. П. Бергера и С. Хантингтона. М., 2004; Ш т о м п к а П. Теории модернизации: старые и новые // Ш т о м п к а П. Социология социальных изменений. М., 1996. С. 170–185; Б а у м а н З. Индивидуализированное общество. М., 2002.

18 Г о ф м а н А. Б. От какого наследства мы не отказываемся? Социокультурные традиции и инновации в России на рубеже XX–XXI веков // Традиции и инновации в современной России. М., 2008. С. 9–63; И н о з е м ц е в В. Л. Постиндустриальный мир Д. Белла // Б е л л Д. Грядущее постиндустриальное общество. М., 1994. С. 9–84; О с и п о в Г. В., Ж у к о в В. И., Л о к о с о в В. В. Социология трансформации России в меняющемся мире. М., 2005; Ш е в е л е в В. Н. Россия: от модернизации к трансформации. Ростов-на-Дону, 2008.

19 К числу таких методологий, использование которых выходит за рамки анализа объекта нашего исследования, следует отнести «теорию справедливости» и особенно разработки в области социологии знания. См.: С а в е л ь е в а И. М., П о л е т а е в А. В. Социология знания о прошлом. М., 2005. С. 344; Т о щ е н к о Ж. Т. Парадоксальный человек. М., 2008. С. 543; Р о л з Дж. Теория справедливости. М., 2010. С. 536.

20 См.: З у б к о в В. И. Риск как предмет социологического анализа // Социологические иссле­дования. – 1999. – № 4; Я н и ц к и й О. Н. Модернизация в России в свете концепции общества риска // Куда идет Россия?.. Общее и особенное в современном развитии / Под общ. ред. Т. И. Заславской. М., 1997; Е г о ж е. Социология риска. М., 2003; К р а в ч е н к о С. А. Риски в нелинейном глоболокальном социуме. М., 2009.

21 Социологический опрос Московского института социально-культурных программ. 2007 г. Тема «Культурная безопасность населения московского мегаполиса». См.: М а р ш а к А. Л., С е р г е е в В. В. Культурная безопасность населения московского мегаполиса. М., 2008. С. 64.

22 На эти факторы сегодня указывают многие исследователи. Но одним из первых был Р. Г. Яновский. См.: Я н о в с к и й Р. Г. Глобальные изменения и социальная безопасность. М., 1999. С. 208–223.

23 Подробнее см.: М а р ш а к А. Л., С е р г е е в В. В. Культурная безопасность населения московского мегаполиса. М., 2008. С. 77.

24 Для обоснования данных рассуждений для нас исключительное значение имели фундаментальные труды Р. Г. Яновского. См.: Я н о в с к и й Р. Г. Патриотизм: О смысле созидающего служения человеку, народам России и Отечеству. М., 2004. С. 528; Я н о в с к и й Р. Г. Мировоззрение. М., 2007. С. 439.

25 См.: К у з н е ц о в В. Н. Социология безопасности. М., 2003. О н ж е. Безопасность и справедливость как смыслы стратегии развития России в XXI веке. М., 2008; Р ы б а л к и н Н. Н. Философия безопасности. М., 2006; П р о х о ж е в А. А. Теория развития и безопасности человека и общества. М., 2006; Я н о в с к и й Р. Г. Социальная безопасность России в период стабилизации. М., 2003.

26 Эти выводы подтверждает социологическое исследование «Культурная безопасность населения московского мегаполиса» (см.: М а р ш а к А. Л., С е р г е е в В. В. Культурная безопасность населения московского мегаполиса. М., 2008.)

27 Советский энциклопедический словарь / Гл. ред. А. М. Прохоров. Изд. четвертое, испр. и доп. М., 1990. С. 353; см. также Большой толковый социологический словарь (Coollins). Том 1 (А-О): Пер. с англ. 2001. С. 150–151.

28 См.: К у з н е ц о в В. Н. Социология безопасности. М., 2007. С. 69–77.

29 Готово ли российское общество к модернизации? / Под ред. М. К. Горшкова, Н. Е. Тихоновой. М., 2010. С. 190–209.

30 Социологическое исследование «Культурная безопасность населения московского мегаполиса» – МИСКП. М., 2007 г.

31 Социологическое исследование «Церковь и культура. Традиции православной культуры и их роль в культурном воспитании москвичей» – МИСКП, М., 2008 г.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.