WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи        

Третьяков Алексей михайлович

Особенности краевой эпизоотологии доминирующих Бактериальных инфекций Сельскохозяйственных животных В РЕСПУБЛИКЕ БУРЯТИЯ

06.02.02 – ветеринарная микробиология, вирусология, эпизоотология, микология с микотоксикологией

и иммунология

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора ветеринарных наук

Барнаул 2011

Работа выполнена на кафедре паразитологии, эпизоотологии и организации ветеринарного дела ФГОУ ВПО Бурятская государственная сельскохозяйственная академия имени В.Р. Филиппова.

Научный консультант:                академик Россельхозакадемии

                                               заслуженный деятель науки РФ,

                                               доктор ветеринарных наук,

                                               профессор Бакулов Игорь Алексеевич

Официальные оппоненты:        доктор ветеринарных наук,

профессор Смолянинов Юрий Иванович

доктор ветеринарных наук,

профессор Смирнов Павел Николаевич

доктор ветеринарных наук,

профессор Плешакова Валентина Ивановна

Ведущая организация –        ГНУ Институт экспериментальной ветеринарии

Сибири и Дальнего Востока СО РАСХН

Защита диссертации состоится 31 марта 2011 года в 10.00 часов на заседании диссертационного совета Д 220.002.02 при Алтайском государственном аграрном университете в институте ветеринарной медицины по адресу: 656922, Алтайский край, г. Барнаул, ул. Попова 276, тел./факс (3852) 31-39-70.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Института ветеринарной медицины ФГОУ ВПО «Алтайский государственный аграрный университет».

Автореферат разослан «____»__________2011 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета  Барышников П.И.

1.ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность проблемы.

  Сохранение устойчивого благополучия животноводства страны, домашних и диких животных в отношении чрезвычайных ситуаций,  обусловленных особо опасными, в том числе зооантропонозными, болезнями, является важнейшей задачей ветеринарной науки и практики, имеет первостепенное значение в защите здоровья и жизни людей, обеспечении населения полноценными и безопасными продуктами питания, а промышленности – качественным сырьем (И.А.Бакулов с соавт., 2001, 2008).

  Для успешной профилактики инфекционных болезней важное значение имеют региональные исследования эпизоотического процесса инфекционных болезней, что позволяет изучить особенности их проявления на конкретной территории, в конкретных природно-географических и социально-экономических условиях, с последующим прогнозированием как надежным фундаментом управления эпизоотическим процессом путем разработки и внедрения эффективных противоэпизоотических мероприятий (Л.А.Балова с соавт, 1980; М.Г.Таршис, 1997; К.А.Густокашин, 2001; И.И.Гуславский, В.А. Апалькин, 2004).

  Исходным пунктом при разработке программы эпизоотического надзора любой инфекционной болезни является ретроспективный анализ местной эпизоотической ситуации и тенденции динамики заболеваемости (носительство, летальность, смертность) по отрезкам времени и территории (В.Г. Урбан, 1999).

  Несмотря на проводимые меры профилактики и борьбы, до настоящего времени далека от решения проблема ликвидации сибирской язвы. Систематически регистрируются и представляют угрозу здоровью людей такие нозоформы как бруцеллез, туберкулез, лептоспироз, листериоз и некоторые другие, что указывает на необходимость дальнейшего изучения региональных особенностей эпизоотического процесса данных инфекций и совершенствование  противоэпизоотических мероприятий (С.К. Димов, 1993; А.С.Донченко, Н.А.Шкиль, 1995; В.Г. Луницын, 1998;  И.А. Косилов с соавт., 1999; В.В. Макаров, 1999; А.С. Донченко, 2000, 2005; Ю.А. Малахов, 2001; И.А. Бакулов с соавт., 2001, 2008, 2010; В.Г.Ощепков с соавт., 2002, 2003; Н.П. Овдиенко с соавт., 1999, 2003; П.И. Барышников с соавт., 2002, 2007; Ю.О. Селянинов, 2005; И.Ю. Егорова с соавт., 2006;  Л.Н. Гордиенко с соавт., 2009). 

Определенную угрозу ветеринарному благополучию представляют скотомогильники и другие места захоронений биологических отходов. Так, на территории России насчитывается свыше 35 тыс. учтенных сибиреязвенных скотомогильников, кроме этого существует немало неучтенных, которые возникали спонтанно  на путях миграции животных, скотопрогонных трассах, образовав, таким образом, стационарно неблагополучные пункты. Следовательно, изучение природных очагов болезни, определение их опасности, видового состава источников возбудителя и путей передачи представляет большое значение в планировании общих и специальных противоэпизоотических мероприятий (И.А.Бакулов с соавт., 1998, 2001; И.Ю. Егорова с соавт., 2006).

Применительно к исследуемой нами территории, имеют место свои природно-географические и территориальные особенности. Так, приграничность Республики Бурятия с Монголией и создание туристической зоны «Байкальская Гавань» на территории республики придают особую значимость и актуальность  ретроспективного анализа проявлений эпизоотического процесса доминирующих бактериальных инфекций сельскохозяйственных животных, изучению опыта оздоровления неблагополучных пунктов, а также выяснения причин повторных вспышек в оздоровленных хозяйствах и районах региона.

Данная диссертационная работа является самостоятельным разделом комплексной программы Бурятской государственной сельскохозяйственной академии им. В.Р. Филиппова «Мониторинг ветеринарного благополучия и получения животноводческой продукции высокого санитарного качества» (№ гос. регистрации 0120.0712173); научной программы, финансируемой Государственным комитетом РБ по природопользованию и охране окружающей среды «Экологическая паспортизация скотомогильников (захоронения трупов животных, павших от инфекционных и других заболеваний) в водоохранной зоне оз. Байкал и бассейна реки Селенга» (В-04-25); научной программы, финансируемой Ветеринарной ассоциацией РБ «Мониторинг инвазионных и инфекционных заболеваний сельскохозяйственных животных в Мухоршибирском, Бичурском и Тарбагатайском районах Республики Бурятия» (В-05-34); научной программы, финансируемой правительством Республики Бурятия «Развитие сельского хозяйства Республики Бурятия» (В-08-52) совместно с НИИ СО Россельхозакадемии.

Цель работы – провести комплексное изучение региональных особенностей эпизоотической ситуации по инфекциям бактериальным этиологии (в соответствии с приказом МСХ РФ от 17 мая 2005 г. № 81, «Об утверждении Перечня карантинных и особо опасных болезней животных» регистрационный № 6645).

  В соответствии с целью работы сформулированы следующие задачи исследований:

  1. Установить нозологический профиль инфекционных болезней бактериальной природы основных видов сельскохозяйственных животных Республики Бурятия.

  2. Провести эпизоотологическое районирование территории Республики Бурятия по бактериальным инфекциям.

  3. Изучить экологические, природно-географические и хозяйственно-технологические предпосылки формирования и функционирование инфекционных болезней бактериальной этиологии в районах РБ.

  4. Провести  микробиологический мониторинг, изучить биологические свойства выделенных из почвы скотомогильников культур микроорганизмов в районах РБ.

  5. Изучить влияние антгельминтных препаратов на микробиоценоз желудочно-кишечного тракта животных и синтез поствакцинальных антител

  6. Разработать и внедрить научно-обоснованную систему мероприятий по управлению эпизоотическим процессом в условиях Бурятии.

  7. Определить предотвращенный экономический ущерб, от бактериальных болезней основных видов сельскохозяйственных животных в результате внедрения разработанных комплекса общих и специальных ветеринарных мероприятий.

  Научная новизна работы. Впервые в сравнительно-историческом и сравнительно-географическом аспекте проведен анализ развития эпизоотической ситуации по доминирующим инфекциям бактериальной этиологии в Республике Бурятия за период 1982-2006 гг.

Проведено эпизоотологическое районирование территории Республики Бурятия и определены основные районы (территории) распространения бактериальных инфекций. В масштабе субъекта Российской Федерации (РБ) определены конкретные сроки специфической профилактики особо опасных инфекций бактериальной этиологии с учетом региональных особенностей, на основании которых разработан календарный комплексный план.

Проведено ветеринарно-экологическое обследование состояния установленных скотомогильников, как наиболее опасных источников возбудителей зооантропонозов и определен микробный пейзаж почв в местах захоронения трупов животных и биологические свойства выделенных культур бактерий. Были установлены незарегистрированные ранее места захоронения трупов животных, павших от сибирской язвы.

  Пользуясь разработанными комплексными планами профилактики и ликвидации инфекционных болезней, системой противоэпизоотических мероприятий, осуществлено научнообоснованное совершенствование мероприятий при инфекционных болезнях сельскохозяйственных животных в Республике Бурятия.

  Теоретическая и практическая значимость работы.  Результаты проведенных нами исследований дополняют новыми научными данными, расширяют и обогащают теорию эпизоотического процесса и, в частности ее региональную компоненту. С успехом могут быть использованы в разработке систем управления эпизоотическим процессом конкретных нозологий. Дана комплексная ретроспективная оценка эпизоотического состояния животноводства Республики Бурятия по основным бактериальным инфекциям за 1982-2006 годы. Проведен ветеринарно-экологический мониторинг  скотомогильников на территории республики Бурятия, получены новые знания об изменчивости патогенных микроорганизмов, обитающих в почвах скотомогильников, естественно подвергающихся воздействию различных факторов внешней среды. Установлены разные формы сибиреязвенных бацилл. Констатировано отсутствие капсул, как фактора патогенности бацилл.

На основе проведенных исследований разработан календарный план комплексного проведения ветеринарно-профилактических мероприятий, в том числе диагностических исследований животных, в условиях Прибайкалья и Забайкалья, успешно реализуемых в хозяйствах Республики Бурятия, Забайкальского края, Иркутской области. Разработаны и утверждены научные рекомендации: «Микробиологический мониторинг почв в местах захоронения животных», одобренные и рекомендованные к изданию заседанием подсекции «Инфекционная патология животных в регионе Сибири и Дальнего Востока» Отделения ветеринарной медицины Россельхозакадемии (2008).

Реализация результатов исследований. Результаты исследований широко используются в сельхозпредприятиях и ветеринарных учреждениях Республики Бурятия при проведении ветеринарных лечебно-профилактических мероприятий по основным инфекционным и паразитарным болезням. Они реализованы в виде рекомендаций, республиканском плане проведения специальных мероприятий.

Значительная часть результатов исследований опубликована в монографиях: «Паразитологические и микробиологические аспекты животных в регионе озера Байкал» (Улан-Удэ, 2003); «Ассоциативные болезни и биоэкология сочленов паразитоценозов сельскохозяйственных животных в  республике Бурятия» (Улан-Удэ, 2006); «Краевая эпизоотология и микробиология Восточной Сибири РФ и Монголии» (Улан-Удэ, 2008) и  рекомендациях «Микробиологический мониторинг почв в местах захоронения животных» одобренных и рекомендованных к изданию в печати заседанием подсекции «Инфекционная патология животных в регионе Сибири и Дальнего Востока» отделения ветеринарной медицины Россельхозакадемии (протокол №1 от 28 мая 2008 г.).

Основные материалы диссертационной работы используются в учебном процессе в программе лекций и лабораторно-практических занятий со студентами, а также слушателями ФПК по эпизоотологии, микробиологии и паразитологии ФГОУ ВПО Бурятская ГСХА им. В.Р. Филиппова, ФГОУ ВПО  Иркутская ГСХА, ФГОУ ВПО Дальневосточный ГАУ.

Апробация работы. Основные положения диссертации доложены и обсуждены на научно-практических конференциях профессорско-преподавательского состава факультета ветеринарной медицины БГСХА им. В.Р.Филиппова (2002-2010); на  I международной конференции, посвященной 70-летию Башкирского государственного аграрного университета (Уфа, 2000); межрегиональной научной конференции, посвященной 60-летию образования кафедры гистологии и патоморфологии БГСХА (Улан-Удэ, 2001); международной научно-производственной конференции, по вопросам ветеринарной медицины и животноводства (Казань 2003); международной научно-производственной конференции, посвященной 100-летию профессора Н. Г. Кондюрина (Омск, 2004); международной научно-производственной конференции «Актуальные вопросы теоретической и практической паразитологии», посвященной100-летию заслуженного деятеля науки РСФСР, д.в.н., проф. А.Н.Каденации (Омск, 2004); международной научно-практической конференции, посвященной 70-летию факультета ветеринарной медицины ФГОУ ВПО БГСХА (Улан-Удэ, 2005); международной научно-производственной конференции, посвященной 100-летию профессора И.А.Спирюхова (Улан-Удэ, 2007); международной научно-практической конференции, посвященной 70-летию кафедры паразитологии, эпизоотологии и организации ветеринарного дела ФГОУ ВПО БГСХА (Улан-Удэ, 2008),; Сибирской межрегиональной научно-практической конференции (Новосибирск, 2008); международной научно-производственной конференции, посвященной 50-летию ГНУ ВНИИВВиМ РАСХН (Покров, 2008); международной научно-практической конференции, посвященной 35-летию образования факультета ветеринарной медицины Кубанского государственного аграрного университета (Краснодар, 2009).

  Публикация результатов исследований. Основные результаты и положения диссертации опубликованы в 32 научных статьях, в том числе 10 работ в журналах рекомендованных ВАК РФ для публикации материалов по докторским диссертациям ветеринарного профиля, а также в монографиях «Паразитологические и микробиологические аспекты животных в регионе озера Байкал», «Ассоциативные болезни и биоэкология сочленов паразитоценозов сельскохозяйственных животных в  республике Бурятия», «Краевая эпизоотология и микробиология Восточной Сибири РФ и Монголии» и 1 научных  рекомендациях.

Личный вклад соискателя. Автору принадлежит постановка, разработка темы и её решение. Экспериментальная часть работы по разделам 3.14 и 3.15 выполнена совместно с сотрудниками кафедры микробиологии, вирусологии и ветеринарно-санитарной экспертизы ФГОУ ВПО БГСХА В.Ц. Цыдыповым и Р.Н. Бадмажаповой, что нашло отражение в списке публикаций по теме исследований, по другим разделам диссертации выполнена лично соискателем.

  Объем и структура диссертации. Диссертационная работа изложена на  320 страницах компьютерного текста и состоит из следующих разделов: введение, обзор литературы, собственные исследования, обсуждение результатов исследований, выводы, практические предложения, библиографии и приложение. Работа иллюстрирована 54 таблицами, 45 рисунками. Список использованной литературы включает  336  источник, в том числе 26 иностранных авторов.

  Основные положения, выносимые на защиту:

1. Результаты определения нозологического профиля и выявления наиболее значимых бактериальных инфекций сельскохозяйственных животных в РБ;

2. Районирование территории РБ по особо опасным инфекционным болезням сельскохозяйственных животных бактериальной этиологии и определение сезонности их возникновения и распространения;

3. Результаты ветеринарно-санитарного и микробиологического мониторинга  скотомогильников в Бурятии.

4. Совершенствование системы мероприятий против наиболее значимых бактериальных болезней сельскохозяйственных животных для Бурятии с учетом паразитоценологических особенностей территорий.

2. МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЙ

Исследования проводили в период с 2002 по 2010 год в ФГОУ ВПО Бурятская государственная сельскохозяйственная академия им. В.Р. Филиппова на кафедрах паразитологии, эпизоотологии и организации ветеринарного дела; микробиологии, вирусологии и ветеринарно-санитарной экспертизы; в РГУ ветеринарии Республиканская научно-производственная ветеринарная лаборатория; в сельскохозяйственных предприятиях разных форм собственности Республики Бурятия.

В работе использован комплексный эпизоотологический подход, включающий описательно-исторический, эпизоотолого-статистический, а также бактериологические, иммунологические, микробиологические исследования и эпизоотологические эксперименты.

Методом ретроспективного эпизоотологического анализа изучали многолетнюю и годовую динамику эпизоотологического проявления болезней бактериальной этиологии, многофакторное воздействие на реализацию сформировавшихся механизмов передачи возбудителей бактериальных инфекций в популяции облигатных и факультативных хозяев.

  С целью выяснения эпизоотической обстановки по инфекционным болезням в Республике Бурятия были проанализированы:

-        ветеринарные статистические отчеты хозяйств, районов, районных ветеринарных лабораторий за период с 1981 по 2006 г.;

-        результаты собственных эпизоотологических и клинических исследований сельскохозяйственных животных в очагах  инфекционных болезней в животноводческих хозяйствах  республики;

-        результаты бактериологических исследований проб патологического материала, полученного от больных и павших домашних животных.

  Эпизоотологические особенности болезней сельскохозяйственных животных бактериальной этиологии в Республике Бурятия изучали, руководствуясь, методическими указаниями по эпизоотологическому исследованию (Бакулов И.А.  с соавт., 1975, 2001). Статистическим анализом и личными наблюдениями изучены заболеваемость, летальность животных, причины появления и распространения инфекционных болезней.

  Проведена систематизация бактериальных болезней за весь период мониторинга с использованием эпизоотологической классификации И.А. Бакулова, М.Г. Таршиса (1979), в модификации И.И.Гуславского с соавт., (2000).

  Эпизоотологическое районирование проводили, руководствуясь методикой изложенной В.Н.Кисленко с соавт., (1997) и И.А. Бакуловым с соавт., (2008).

  Участвовал в четырех научных экспедициях при проведении микробиологического мониторинга скотомогильников. Исследование почвы проводили согласно методическим указаниям «Лабораторная диагностика сибирской язвы у животных и людей, обнаружение возбудителя в сырье животного происхождения и объектах внешней среды» (1989).

  В целях идентификации и дифференциации микробных культур изучали их культуральные, морфологические, тинкториальные, биохимические, гемолитические, и патогенные свойства по методам общей микробиологии (Биргер М.О., 1986; Герхард Ф., 1983; Антонов Б.И., 1986) ГОСТ – 10444.8-88, ГОСТ –  500474-93, ГОСТ – 7702.2.5.- 93.

  Чувствительность микроорганизмов к различным антибиотикам определяли методом диффузии  в МПА с применением стандартных дисков, содержащих антибиотики. Оценку результатов проводили согласно методическим указаниям по определению чувствительности микроорганизмов к антибиотикам методом диффузии в агар с использованием дисков (Чайковская С.М., и др. 1984) и "Методическим указаниям по определению чувствительности микроорганизмов к антибиотикам" (МЗ СССР 10.03.83 N 267583).

  Серологические исследования проводили по общепринятой методике описанной в книге «Лабораторные исследования в ветеринарии» (Антонова В.Я., Блинова П.Н., 1971).

  Изучение персистентных характеристик выделенных культур включало определение: антилизоцимной активности (АЛА) по методу "отсроченного антагонизма" (О.В.Бухарин с соавт., 1984); антиинтерфероновой активности (АИА) (В.Ю. Соколов с соавт., 1984) при этом использовали препарат человеческого лейкоцитарного интерферона (ФГУП НПО «Микроген» «Иммунопрепарат» г. Уфа);  ДНК-азной активности (В.М. Карпов, 1985).

  Экологические свойства выделенных микроорганизмов изучали путем нефелометрии с помощью фотоэлектроколориметра КФ-77 при светофильтре 480 нм с кюветой рабочей длины 10 нм методике изложенной Гайдуковой Н.Г. (1993). Для бактериологического исследования копрограммы отбирали пробы свежевыделенных фекалий овец, группы которых для эксперимента нами были подобраны по принципу аналогов. Все микробиологические манипуляции проводили с соблюдением правил стерильности. Выделение и родовую идентификацию осуществляли в соответствии с методиками, изложенными в методических рекомендациях В.М. Добрынина, В.И. Кочеровец (1999) .

  Расчеты экономической эффективности ветеринарных мероприятий проводили согласно «Методики определения экономической эффективности ветеринарных мероприятий», разработанной Ю.Е.Шахотиным, И.Н.Никитиным, П.А.Чулковым, В.Ф.Воскобойниковым и утвержденной Департаментов ветеринарии МСХ РФ 21 февраля 1997 года.

  Экспериментальные данные обрабатывали статистически с использованием компьютерных программ Microsoft Office Excel 2003, «Statistica 6.0».

3. СОБСТВЕННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

  3.1. Нозологический профиль особо опасных инфекций бактериальной природы среди сельскохозяйственных животных в Республике Бурятия за 1982-2006 годы.

  В настоящее время у крупного рогатого скота в Бурятии остаются проблемными  следующие нозоформы бактериальной этиологии (табл. 1), имеющие большую эпизоотологическую значимость: сибирская язва; эмфизематозный карбункул; бруцеллез; лептоспироз; пастереллез; листериоз; туберкулез.

  Оценку эпизоотической ситуации проводили по интенсивным и экстенсивным эпизоотологическим показателям: количеству неблагополучных пунктов, заболеваемости, смертности,  летальности, индексу эпизоотичности, коэффициент распространенности.  Анализ данных ветеринарной отчетности показал, что за период 1982 – 2006 годы в республике было зарегистрировано 202 неблагополучных пункта по особо опасным болезням крупного рогатого скота бактериальной этиологии. 

  ЭМКАР. Эмфизематозный карбункул на территории республики регистрировался практически ежегодно за исключением 1991, 1992, 200, 2003, 2004 и 2005 годов. Необходимо отметить, что эпизоотическая ситуация по данной инфекции с 1981 по 1991 оставалась напряженной с большим числом неблагополучных пунктов (до 30), количеством заболевших и павших животных. Так, например в 1982 году показатель летальности животных составил 54%, в 1985 году – 62%, в 1986, 1987 и 2006 годах – 100%. В последующие пятнадцать лет (1992 – 2006 годы) интенсивность проявления болезни была менее напряженной. Число неблагополучных пунктов, количество заболевших и павших животных, было гораздо меньше по сравнению с предыдущим десятилетием, хотя почти ежегодно данная болезнь продолжала регистрироваться.

  Эмфизематозный карбункул был зарегистрирован в 15-ти районах республики, охватывающих большинство природно-климатических зон Бурятии, с проявлением выраженной сезонности.

  Удельный вес эмфизематозного карбункула по количеству неблагополучных пунктов в общем нозологическом профиле среди крупного рогатого скота составил 22,3% (рис. 1).

  Таблица 1.-Нозологический профиль особо опасных инфекционных болезней крупного рогатого скота бактериальной этиологии в Республике Бурятия по данным  за 1982 2006 гг.

№ п/п

Болезнь

Число неблагополучных пунктов

Заболело животных

Пало животных

Удельный вес, % по числу

заболевших животных

Удельный вес, % по числу неблагополучных пунктов

1.

Эмкар

47

284

255

2,4

22,3

2.

Сибирская язва

4

25

12

0,2

1,9

3.

Бруцеллез

34

618

0

5,2

16,1

4.

Лептоспироз

33

14416 (реаг. в РМА)

123

85,9

15,7

5.

Листериоз

7

57

8

0,4

3,3

6.

Туберкулез

22

128

0

1,0

10,4

7.

Пастереллез

55

540

340

4,5

26,1

8.

Всего

202

11790

738

100

100

 

Пастереллез крупного рогатого скота. Наши собственные исследования и данные ветеринарной отчетности показали, что у крупного рогатого скота в первое десятилетие анализируемого периода (1982-1991)  пастереллез  регистрировался в 32 неблагополучных пунктах, при этом в большинстве случаев инфекция протекала с высокой летальностью от 50% до 76%. Всего за анализируемый период (1982-2006 гг.) было зарегистрировано 55 неблагополучных пунктов по пастереллезу крупного рогатого скота - в 10 районах республики. Удельный вес пастереллеза в общей заболеваемости по количеству неблагополучных пунктов составил 26,1% (рис. 1).

Рис. 1. - Удельный вес отдельной болезни крупного рогатого скота по  числу неблагополучных пунктов в Республики Бурятия в период 1982 – 2006 годы.

Бруцеллез. Ретроспективный анализ эпизоотического состояния районов республики по бруцеллёзу показал, что эпизоотическая ситуация  остается пока напряженной. За анализируемый период было зарегистрировано 34 неблагополучных пункта. В ряде населенных пунктов Заиграевского, Джидинского, Кяхтинского районов бруцеллёз крупного рогатого скота протекал с выраженной клинической картиной (аборты, мертворожденный приплод), что было подтверждено лабораторными исследованиями. Доля бруцеллеза крупного рогатого скота в общей структуре заболеваемости составила 16,1 % (рис. 1).

  Туберкулёз сельскохозяйственных животных в республике зарегистрирован только у крупного рогатого скота. Установлено, что на внутрикожную аллергическую пробу за анализируемый период, крупный рогатый скот реагировал в трех районах: Джидинском, Курумканском и Кяхтинском. Всего комиссионно было объявлено 22 неблагополучных по туберкулезу пункта, что в общей структуре составило 10,4%. Следует отметить, что к настоящему времени Бурятия является благополучной по туберкулезу сельскохозяйственных животных.

  Сибирскую язву у крупного рогатого скота за исследуемый период регистрировали четыре раза. В 1995 году в населенном пункте Кумора Северо-Байкальского района в зимний период сибирской язвой заболело семь голов крупного рогатого скота. Следующая вспышка инфекции произошла в 1999 году, в приграничном с Монголией Кяхтинском районе Кудара-Сомонской зоне с. Первомайск, в летнее время заболело 16 голов скота, при этом летальность составила 50%. В 2007 году вспышка сибирской язвы произошла в Тункинском районе с. Кырен, в летнее время заболела 1 телка, с летальным исходом. Очередной случай антракса произошел в июне 2008 года в Баргузинском районе, где заболело одно животное (бычок). Общий удельный вес сибирской язвы по числу  неблагополучных пунктов составил 1,9 %. 

  Лептоспироз крупного рогатого скота за период с 1981 по 2006 годы регистрировали в 33 населенных пунктах. Необходимо отметить, что наибольшее число неблагополучных пунктов по лептоспирозу крупного рогатого скота было зарегистрировано на территории Тункинского района. Проведенные нами, совместно с сотрудниками РГУ ветеринарии «Республиканская научно-производственная ветеринарная лаборатория», серологические исследования показали, что общее количество реагирующих животных составило 14416 головы. Удельный вес лептоспироза за анализируемый период был наиболее высоким в общей структуре бактериальных инфекций животных (по количеству реагирующих в РМА)  и составил 85,9% (табл.1).

  Листериоз крупного рогатого скота в Бурятии за анализируемый период регистрировали в семи неблагополучных пунктах. Всего было выявлено 57 заболевших животных, из них пало 8. Чаще всего листериозом заболевали телята в возрасте до 1 года. Удельный вес листериоза в общей заболеваемости по количеству неблагополучных пунктов составил 3,3% (рис. 1).

  Основными причинами возникновения перечисленных нозологий явилось несоблюдение ветеринарных правил как со стороны владельцев животных, так и со стороны ветеринарных специалистов (неполный охват вакцинацией восприимчивых животных, бесконтрольное перемещение животных из неблагополучных пунктов в благополучные, несоблюдение сроков карантинирования и проведение не в полном объеме карантинных мероприятий, снижение объемов дезинфекций), природные факторы (наводнения, засуха), наличие на территории стационарно неблагополучных пунктов по сибирской язве, эмфизематозному карбункулу, природных очагов.

У овец за анализируемый период было зарегистрировано 4 опасных инфекционных болезни (табл.2) в 126 неблагополучных пунктах. На долю листериоза приходилось 28 неблагополучных пункта или 22,2 %, инфекционной энтеротоксемии – 27 (21,5%), бруцеллеза – 8 (6,3%), инфекционного эпидидимита баранов – 63 (50%). Наиболее выраженную эпизоотическую значимость имели такие инфекции, как листериоз, энтеротоксемия и, особенно, ИЭБ (инфекционный эпидидимит баранов). На первую половину анализируемого периода приходится 66 неблагополучных пунктов, а на вторую – 60.

  Необходимо отметить, что до недавнего времени овцы  занимали доминирующее положение среди других видов сельскохозяйственных животных, разводимых в Бурятии. Так в 80-е годы прошлого века поголовье овец достигало  2-х миллионов. В настоящее время поголовье овец сократилось до 212 тыс. животных. Содержание большого количества овец на ограниченных пастбищных участках способствовало широкому распространению бактериальных инфекций: листериоза, инфекционной энтеротоксемии, бруцеллеза, инфекционного эпидидимита баранов и других.

  Таким образом, неблагополучие по инфекционным болезням овец за последние 25 лет можно разделить на два периода. В первом десятилетии имела место напряженная ситуация по листериозу, инфекционной энтеротоскемии овец и инфекционному эпидидимиту баранов. Второе десятилетие характеризовалось уменьшением напряженности эпизоотической ситуации по листериозу, энтеротоксемии, но ухудшением ситуации по инфекционному эпидидимиту баран и бруцеллезу овец.

Всего за анализируемый период от названных болезней в республике заболело 2107 овец из них погибло 1108 животных.

  Таблица 2.-Нозологический профиль особо опасных инфекционных болезней овец бактериальной природы в Республике Бурятия за 1982 2006 гг.

Болезнь

Число неблагополучных пунктов

Заболело животных

Пало животных

Удельный вес, % по числу

заболевших животных

Удельный вес, % по числу неблагополучных пунктов

1

Листериоз

28

529

344

25,2

22,2

2

Инфекционная энтеротоксемия

27

944

764

44,8

21,5

3

Бруцеллез

8

156

0

7,4

6,3

4

Инф. эпидидимит баранов

63

478

0

22,6

50

5

Всего

126

2107

1108

100

100

  Свиноводство в Бурятии получило широкое распространение в 70-е-80-е годы прошлого столетия, существенно дополняя продовольственные ресурсы республики. За 1982-2006 годы в свиноводстве был зарегистрирован 71 неблагополучный пункт по 4 нозологиям (табл. 3). По роже 28 неблагополучных пунктов или 39,5%, лептоспирозу – 21 (29,5%), листериозу – 3 (4,3%), пастереллезу – 19 (26,7%). Наиболее выраженную эпизоотическую значимость представляли рожа, лептоспироз и пастереллез. В первую половину анализируемого периода было зарегистрировано 48 неблагополучных пунктов, а во вторую – 23, то есть почти в два раза меньше.

  Таблица 3. - Нозологический профиль особо опасных инфекционных болезней свиней в Республики Бурятия за 1982 2006 гг.

Болезнь

Число неблагополучных пунктов

Заболело животных

Пало животных

Удельный вес, % по числу

заболевших животных

Удельный вес, % по числу неблагополучных пунктов

1.

Листериоз

3

115

88

5,3

4,3

2.

Рожа

28

1052

275

49,2

39,5

3.

пастереллез

19

608

165

28,4

26,7

4.

лептоспироз

21

365

38

17,1

29,5

5.

Всего

71

2140

566

100

100





 

  При оценке эпизоотической ситуации по инфекционным болезням свиней в республике за последние 25 лет следует отметить, что в первой половине анализируемого периода наблюдался высокий уровень неблагополучия по инфекциям, сопровождающимся большим числом заболевших и павших животных, в большей степени молодняка. Вторая половина анализируемого периода характеризовалось отдельными случаями объявления неблагополучных пунктов и меньшим числом заболевших и погибших животных, снижением напряженности эпизоотической ситуации в целом в республике.

По нашему мнению это объясняется, во-первых,  сменой формы хозяйствования, переходом от крупных промышленных комплексов на малочисленные мелкотоварные свинофермы, т.е. деконцентрацией животных. Во-вторых, значительным уменьшением свинопоголовья,  связанным, прежде всего с повышением цен на корма и в третьих - ветеринарно-санитарного контроля в рамках Закона о ветеринарии в РФ и РБ.

Рис. 2. – Удельный вес бактериальных болезней разных видов животных в Бурятии по числу неблагополучных пунктов, за 1982-2006 годы.

Таким образом, на территории Республики Бурятия в течение последних 25 лет у сельскохозяйственных животных было зарегистрировано 399 неблагополучных пунктов по особо опасным инфекционным болезням бактериальной этиологии, из которых 202 (51,5%) приходится на крупный рогатый скот; 126 (30,9%) – на овец и 71(17,4%) на свиней (рис. 2).

Основным способом передачи возбудителя, регистрируемых на территории Бурятии бактериальных инфекций, является алиментарный (80%), а 20% это – респираторный, источником возбудителя  в 80% являются домашние и дикие животные, в 20%  только домашние животные.

  3.2. Региональные особенности эпизоотического процесса сибирской язвы сельскохозяйственных животных

  Собственные исследования и анализ ветеринарной  отчетности показал, что  с 1934 по 1994 годы в Бурятии сибирская язва была зарегистрирована в 616 неблагополучных пунктах у 4-х видов сельскохозяйственных животных. Структура неблагополучных пунктов выглядела следующим образом: в коневодстве – 153 (41,0%); в скотоводстве – 150 (40,0%); в овцеводстве – 54 (14,0%); в свиноводстве – 19 (5,0%). По заболеваемости – в 74,5% случаев сибирской язвой заболевал крупный рогатый скот; в 10,5% -  лошади; в 5,5% - овцы; 9,1% - свиньи. У свиней сибирскую язву диагностировали в основном при послеубойном осмотре туш, на мясокомбинатах и в лабораториях ветеринарно-санитарной экспертизы туш – воспаление миндалин, подчелюстных, заглоточных и поверхностных шейных лимфоузлов.

Необходимо отметить, что эпизоотическая обстановка по сибирской язве значительно улучшилась в Бурятии, начиная с 1989 года после широкого внедрения в практику высокоэффективной противосибиреязвенной вакцины из штамма 55-ВНИИВВиМ (авторы И.А.Бакулов, В.А. Гаврилов, В.В. Селиверстов)  то есть повсеместного охвата специфической иммунизацией всего восприимчивого поголовья (до 110-135% в год от плана). При использовании данной вакцины, случаев каких либо осложнений не регистрировали.

С 1995 по 2008 годы в Бурятии произошло четыре вспышки сибирской язвы (табл. 4). В январе 1995 года в с. Кумора Северо-Байкальского района заболело 7 голов крупного рогатого скота, в 2-х случаях с летальным исходом. В данном населенном пункте сибирская язва регистрировалась ранее в 1907 и 1908 годах. Болезнь в этом случае возникла после скармливания животным термически необработанного картофеля.

В июне 1999 года  в с. Первомайск Кяхтинского района вспышка сибирской язвы произошла в пункте, где активность почвенного очага сибирской язвы не проявлялась с 1968 года. При этом заболело 16 животных (крупный рогатый скот) из них пало 8. Необходимо отметить, что в данном случае заболело сибирской язвой 5 человек, один из которых скончался через 4 дня после появления первых клинических признаков болезни (язва в области переносицы, зуд, отек и краснота лица, повышение температуры). Эпизоотологический анализ показал, что причиной возникновения сибирской язвы в Кяхтинском районе явился выпас не вакцинированного скота на пастбище, находящемся на территории стационарно неблагополучной по сибирской язве.

  В августе 2007 года сибирская язва была зарегистрирована в с. Кырен Тункинского района, где болезнь регистрировалась ранее в 1968 году.  В этом случае заболела одна невакцинированная телка, которую вынужденно убили без ведома ветеринарных специалистов. При убое участвовало 5 человек, из которых один заболел кожной формой сибирской язвы. Возможный источник инфицирования в этом случае не был установлен. Было сделано предположение  о возможной роли грунта из мест скотопрогонного тракта животных Монголия – СССР (40-е – 50-е годы ХХ в.) использовавшегося для отсыпки дорог в селе, хотя при бактериологическом исследовании 50-ти проб грунта Bacillus anthracis выделен не был.

  Очередной случай возникновения сибирской язвы на территории Республики Бурятия произошел в июне 2008 года, в окрестностях села Баянгол Баргузинского района. По архивным данным, на этой территории сибирская язва регистрировалась в 1936 – 1939 годы. Во время этой вспышки болезнь была зарегистрирована у животных 3-х видов: крупный рогатый скот (один случай с летальным исходом); овцы (заболело 46; пало 25); лошади (с летальным исходом 2 головы), которые находились на пастбищном содержании. Все заболевшие животные не были вакцинированы против сибирской язвы. По всей вероятности, вымыванию спор антракса из почвы и их концентрации на определенных участках местности, способствовали обильные дожди, прошедшие незадолго до возникновения болезни. Во время этой вспышки  сибирской язвой заболело 12 человек, 11 из которых карбункулезной и 1 - кишечной формами сибирской язвы. Заражение людей происходило при контакте с больными животными (чаще при убое), а также употреблении в пищу мяса от вынужденно убитых животных и трансмиссивно – посредством кровососущих насекомых (слепней и комаров). Оперативность в постановке диагноза у людей и проведение квалифицированного лечения позволили на этот раз избежать человеческих жертв.

  Сравнительный анализ показал, что был и остается пока максимальным риск заражения крупного рогатого скота сибирской язвой. Так, в 1995-2008 годы случаи заболевания крупного рогатого скота были отмечены в 4 эпизоотических очагах.  Значительно реже болезнь регистрировали у овец и лошадей: один неблагополучный пункт в 2008 году, в 3-х случаях болезнь была зарегистрирована летом и в одном – зимой.

 

Таблица 4. - Сводные данные о регистрации сибирской язвы животных в Республике Бурятия в 1995-2008 годы

Показатели

Год возникновения

1995

1999

2007

2008

Объявлено неблагополучных пунктов

1

1

1

1

Заболело животных, голов:

- всего

- крс

- мрс (овцы)

- лошади

7

7

-

-

16

16

-

-

1

1

-

-

49

1

46

2

Летальность, %

28,5

50,0

100,0

57,1

Сезон года

зима (январь)

лето (июль)

лето (август)

лето (июнь)

Коэффициент очаговости

7

16

1

49

Из 18 случаев заболевания людей антраксом в 1995 – 2008 годы, в 17 регистрировали кожную форму болезни и в 1 – кишечную; в 55,5% случаев заражение людей происходило при убое  и  разделки туш крупного рогатого скота. Во всех случаях сибирской язвой заболевали жители села, находящиеся непосредственно в эпизоотическом очаге.

Анализ материалов по вспышкам сибирской язвы в последние 10-15 лет показал, явное преобладание случаев заболевания животных в личных хозяйствах граждан. Во всех описанных выше случаях возникновения болезни фактором передачи возбудителя явилась почва. Активизация почвенных сибиреязвенных очагов происходила в результате земляных работ, наводнений и других природных явлений. Анализ ситуации также показал, что вспышки сибирской язвы возникали в основном в степной, открытой местности, для которой характерна ветровая и водная эрозии почвы.

Абсолютное большинство зарегистрированных в последние годы вспышек болезни возникло в учтенных стационарно неблагополучных пунктах, причем активность почвенных очагов сибирской язвы в них не проявлялась до этого в течение многих  десятилетий, что  очередной раз подтверждает возможность длительного выживания сибиреязвенного микроба в почве.

  3.3. Краевая эпизоотология эмфизематозного карбункула сельскохозяйственных животных в Бурятии.

  За 1982 – 2006 гг. на территории Бурятии было зарегистрировано 47 неблагополучных по эмкару пунктов среди крупного рогатого скота. 

  Количество неблагополучных пунктов за анализируемый период динамично снижалось. Около 60% из них были зарегистрированы в 1982-1991 гг., в последующем их число заметно уменьшилось и ежегодно колебалось  в пределах 1 – 3, с периодами благополучия 1 – 4 года.

  Данная инфекция в республике регистрируется в основном в летне-осенний период (август – октябрь), однако наблюдали единичные случаи болезни скота и  в феврале – марте.

  Интенсивные показатели проявления эпизоотического процесса эмфизематозного карбункула в 1982 – 2006 гг. колебались в следующих пределах: заболеваемость – от 0,02 до 1,1; смертность – от 0,06 до 0,85; летальность  от 46,4 до 100%.

  Коэффициент очаговости уменьшился за период с 1982 по 1991 гг. в среднем с 6,14 до 3,5 – в 1992 – 2001 гг. и до 1,2 – за 2002-2006 гг. При этом уровень вакцинации за годы наблюдений колебался от 40 до 100% к плану.

  Анализ эпизоотической ситуации по эмфизематозному карбункулу в Республике Бурятия показал, что болезнь регистрируется в 15-ти районах из 21, охватывающих большинство природно-климатических зон Бурятии. Причем болезнь возникала чаще на территориях, отличающихся обильными осадками и повышенным содержанием гумуса в почве. Болезнь имеет преимущественно летне-осеннюю сезонность, хотя зарегистрированы случаи заболевания животных в зимне-весенние месяцы. Иммунизация, безусловно, является главным фактором снижения заболеваемости и позволяет управлять эпизоотическим процессом  данной инфекции.

  3.4. Особенности эпизоотического процесса бруцеллеза животных в Бурятии.

  Бруцеллез крупного рогатого скота в период с 1982 по 2006 годы в Республике Бурятия регистрировали в 5-ти районах (Кяхтинский, Джидинский, Заиграевский, Иволгинский и Хоринский) и г. Улан-Удэ, в которых имелось 19 неблагополучных пунктов, причем наибольшее число из них имело место в 1995 году (4 неблагополучных пункта в Джидинском и Иволгинском районах). При этом  заболело 101 животное.

  В первом анализируемом десятилетии эпизоотическая ситуация по бруцеллезу в республике была наиболее напряженной. Неблагополучных пунктов и серопозитивных к бруцеллезной инфекции животных было значительно больше, по сравнению со вторым  анализируемым десятилетием. По нашему глубокому убеждению это связано с при­менением вакцин из штамма 19, затем шт. 82 и шт. 75/79 при одновременном усилении организации мер по ликвидации бруцеллеза в соответствии с требованиями, предусмотренными общегосударственными программами. В большинстве случаев инфекцию регистрировали по реагированию животных в серологических тестах. При этом у реагирующих нередко наблюдали клиническое проявление (аборты). В этот период из биоматериала от 3-х больных животных была изолирована культура возбудителя бруцеллеза. Биологическая характеристика полученных штаммов полностью соответствовала штамму Br.abortus.

  Далее эпизоотическая ситуация выглядела следующим образом. Неблагополучные пункты открывались в 1993-1998 гг. В 1993 и 1994 годы серопозитивных животные было выявлено в количестве 71 голова. При этом клинических признаков болезни не отмечали. С 1999 по 2004 годы Бурятия являлась благополучной по бруцеллезу крупного рогатого скота. Оздоровлению поголовья от данной инфекции в основном способствовала  вакцинопрофилактика и общий комплекс ветеринарно-санитарных, и организационно-хозяйственных мероприятий, предусмотренных санитарными (СП 3.1.084-96) и ветеринарными правилами (ВП 13.3. 1302-96), однако в 2005 – 2009 годах  вновь возникли  неблагополучные по бруцеллезу пункты, что было связано с нелегальным завозом больного скота из Читинской области (ныне Забайкальский край) и Республики Калмыкия.

  Таким образом, эпизоотическая ситуация по бруцеллезу крупного рогатого скота в Республике Бурятия остается относительно напряженной. Об этом также свидетельствует факт регистрации 4 больных бруцеллезом людей (ветеринарные врачи) в Мухоршибирском районе  республики в 2009 году.

  Бруцеллез овец в Бурятии, в первом десятилетии анализируемого периода (1981-1991г.) не регистрировали ни по клиническим признакам, ни лабораторными методами. Однако в 90-е годы ХХ в. были зарегистрированы спорадические случаи инфекции. При этом в 1997, 1998, 2003 и 2007 годах было объявлено по одному неблагополучному пункту. Источником инфекции явились больные бруцеллезом овцы, завезенные в Бурятию из Читинской области (ныне Забайкальский край). Помимо обычных форм бруцеллеза, которым болеют овцематки, имел место и инфекционный эпидидимит баранов (ИЭБ). Впервые ИЭБ,  регистрировали в 1982 году, в одном неблагополучном пункте, где было выявлено 7  реагирующих в РДСК животных. Затем в 1987 г. – 4; 1988 г. – 7; 1989 г. – 3; 1991 г. – 2 случая. Всего было открыто 17 неблагополучных пунктов, отдельные из которых объявились благополучными через 2 и более лет. В последующие годы ИЭБ получил широкое распространение. Начиная с  1992 и до 2006 г. регистрировался ежегодно. Всего за 1992 – 2006 годы было зарегистрировано 63 неблагополучных пункта, в 5 районах. Данные районы расположены в степной зоне (центральная и южная территория Бурятии).

Длительное неблагополучие республики по ИЭБ объясняется тем, что мероприятия, согласно действующих инструкций и программ  МСХ РСФСР и РБ выполнялись не в полном объеме. Происходило бесконтрольное смешивание больных и здоровых животных, бесконтрольный завоз больных животных из неблагополучных хозяйств (чаще всего из хозяйств Читинской области). Нередко возникали проблемы связанные с несвоевременной выбраковкой больных бруцеллезом животных. Больные овцы длительное время  передерживались в общих отарах со здоровыми животными.

 

  3.5. Эпизоотологическая характеристика пастереллеза сельскохозяйственных животных в Республике Бурятия

  Пастереллез крупного рогатого скота. В республике данная болезнь характеризуется сезонностью проявления в весенне-летне-осенний период. Болезнь у крупного рогатого скота протекала остро и хронически. При остром течении у животных отмечали обширные отеки, явления септицемии, геморрагические воспалительные процессы в тканях, при хроническом течении – часто отмечались очаговые гнойные поражения подкожной клетчатки, воспаления суставов и других органов. Начиная с 1982 г. и по 1991 годы, пастереллез регистрировался ежегодно, сопровождаемый высокой заболеваемостью и гибелью животных. Так, в 1986 году было 6 неблагополучных пунктов, в которых заболело 119 животных и пало 47; в 1988 – 6 неблагополучных пунктов в которых заболело 76 и пало 58; в 1991 году в 2-х неблагополучных пунктах, заболело 56, пало 13 голов. В 2002 и 2003 годах ежегодно регистрировалось по 1 неблагополучному пункту.

  В 90-х годах прошлого века пастереллез регистрировали в течение 8 лет в 21 неблагополучном пункте с заболеванием 151 и гибелью 90 животных. В 2001 – 2006 годах болезнь регистрировалась в 3-х неблагополучных пунктах (2001 и 2002 годы). Летальность животных от пастереллеза за данный период колебалась от 23 до 100 %. На данный показатель существенное влияние оказывала своевременная и качественная антибиотикотерапия больных животных.  Коэффициент очаговости изменялся в пределах от 19,8 до 1. Это указывает на то, что в отдельные годы, к примеру (1986), болезнь протекала в форме эпизоотий, а эффективность противоэпизоотических мероприятий была низкой. Индекс эпизоотичности по данной болезни за анализируемый период составил 0,8, что говорит о напряженной эпизоотической обстановке по пастереллезу в то время. Наибольшее распространение болезнь получила в южных районах. Основной причиной возникновения пастереллеза у крупного рогатого скота, по нашим данным явился низкий уровень охвата вакцинацией восприимчивого поголовья, который в отдельные годы колебался от 3,4 до 9,1%, а также не выполнение в полном объеме общих противоэпизоотических мероприятий.

  Пастереллез свиней. За первое десятилетие анализируемого периода, пастереллез свиней в 1981г регистрировался в 2-х неблагополучных пунктах с заболеванием 4457 животных и гибелью 567.

  В последующие годы имело место улучшение эпизоотической ситуации по данной инфекции. Случаи пастереллеза были зарегистрированы в 1992, 1997, 2000,  2001 и 2004 годах с заболеваемостью и гибелью ограниченного числа животных. Индекс эпизоотичности за данный период составил 0,44. Болезнь возникала в большинстве случаев (88%) на свинокомплексах и специализированных фермах. В личных подсобных хозяйствах граждан пастереллез регистрировался значительно реже (12%). Основной причиной возникновения пастереллеза  в Бурятии являлось несоблюдение ветеринарно-санитарных требований, предъявляемых к содержанию и разведению свиней (содержание животных на сырых и холодных бетонных полах, кормление несбалансированными кормами, неполный охват вакцинацией восприимчивого поголовья). У свиней пастереллез регистрировали в течение всего года.

  3.6. Особенности эпизоотического процесса лептоспироза сельскохозяйственных животных на территории Республики Бурятия

  Лептоспироз сельскохозяйственных животных в республике остается пока проблемой и имеет место в виде широкой инфицированности крупного рогатого скота, как правило, без клинического проявления болезни. С 1981 по 1991 годы в Бурятии было 9, а в 1992 – 2006 годах  33 неблагополучных пункта. Для учета животных с бессимптомным течением использовали понятие «инфицированность», введенное Ю.А.Малаховым и др. (2000), которую учитывали по количеству животных, имеющих специфические антитела к лептоспирам и выделяющих лептоспиры с мочой. Необходимо отметить, регистрацию 29  неблагополучных пунктов в 2001 году в Тункинском районе, связанную с активизацией аутохтонного и антропоургического очагов. Территории эпизоотических очагов характеризуются повышенной влажностью почв, обильной растительностью, высокой плотностью мышевидных грызунов. Ведущее значение в природных очагах лептоспироза имеют такие источники возбудителя инфекции, как, полевка-экономка, мышь-малютка, красно-серая полевка, обитающих в лесных формациях республики. Инфицированность лептоспирозом в неблагополучных стадах в среднем за 17 лет составила 3,9%. По результатам серологических исследований минимальное количество инфицированных животных отмечали в 2007 году (0,28%), что по сравнению с 2001 годом (13,2%), снизилось в 47 раз. Инфицированность лептоспирами в республике носит почти повсеместный характер. Но основная доля выявляемости в относительных показателях приходится на пять районов республики (Тункинский, Тарбагатайский, Иволгинский, Мухоршибирский, Баргузинский), где сконцентрировано основное поголовье крупного рогатого скота. По результатам серологических исследований в Бурятии антитела в наибольшем проценте случаев обнаружены к лептоспирам Poland и Icterohaemorragiae (65,1 и 10,6% соответственно). У значительного числа животных выявлены антитела к лептоспирам Tarassovi (9,7%) и  Pomona (6,4%). Незначительное количество реакций получено в Бурятии с лептоспирами Kabura (3,4) и Canicola (0,2%). Необходимо отметить, что в 4,2 % случаев отмечались смешанные реакции к лептоспирам Tarassovi, Pomona, Poland и Kabura, в 3,8 % - к лептоспирам Poland и Kabura. Исходя из этого, применяемая вакцина поливалентная «ВГНКИ» против лептоспироза серогрупп: Гриппотифоза, Помона, Тарассови и Сейро (второй вариант), на территории Бурятии не вполне отвечает наличием необходимых серогрупп.

  Лептоспироз свиней. Лептоспироз, протекающий у животных с явлениями абортов и другими характерными клиническими признаками, отмечался в свиноводческих хозяйствах республики в первом анализируемом десятилетии  в 1983 г. – 5 нп (76 заболело/0 пало), 1984г. – 5нп (13/0), 1986г. – 3нп (155/0), 1990г. –1нп (11/0), 1991г. – 2нп (4/4). Во втором десятилетии лептоспироз регистрировался  в 2 неблагополучных пунктах в 1992 и 1999 годах, за 5 лет третьего десятилетия лептоспироз был зарегистрирован 1 раз в 2003 году в 3 пунктах. Коэффициент очаговости в течение данного периода по лептоспирозу колебался от 2 до 51,6, уровень вакцинации в среднем  по годам составил 15,5%

  Лептоспироз свиней в Бурятии регистрировался в 7-ми административных районах. Это объясняется в первую очередь тем, что на данной территории сконцентрирована основная масса свинопоголовья, а во вторых тем, что здесь находится большая часть пахотных земель, а это в свою очередь положительно влияет на численность грызунов, резервуарных хозяев возбудителей лептоспироза.

  По результатам серологических исследований в наибольшем проценте случаев, у свиней, выявлялись антитела к лептоспирам Kabura и Icterohaemorragiae (15,1 и 6,2% соответственно). Причем антитела к данным лептоспирам выявлены на всей территории республики. У значительного количества животных (78,7%) имели место смешанные реакции к лептоспирам Pomona, Kabura, Icterohaemorragiae.

Таким образом, наши исследования показали, что лептоспироз сельскохозяйственных животных в Бурятии, хотя и имеет тенденцию к снижению эпизоотической напряженности, вместе с тем все еще остается актуальной проблемой вызывающей необходимость осуществления постоянного мониторинга и научно обоснованного управления эпизоотическим процессом.

  3.7. Краевая эпизоотология листериоза сельскохозяйственных животных в Республике Бурятия.

Листериоз крупного рогатого скота в Бурятии за анализируемый период регистрировали в 1993 в 2-х неблагополучных пунктах; в 1994 и 1995 годах было объявлено по 1 неблагополучному пункту и в 1997 году, когда болезнь была зарегистрирована сразу в 3 неблагополучных пунктах. Всего было выявлено 57 заболевших животных, из них пало 8.

Чаще всего листериозом заболевали телята в возрасте до 1 года. Болезнь у них протекала в виде септицемии, в отдельных случаях развивались поражения центральной нервной системы, а у стельных коров аборты. Чаще болезнь регистрировалась осенью.

  У овец листериоз,  протекал с поражением  центральной нервной системы, сопровождаясь явлениями возбуждения или угнетения. В 80-ых годах ХХ в.  эпизоотическая ситуация по листериозу была относительно напряженной, сопровождалась большим числом заболевших и павших животных.

  В 90-е годы прошлого столетия эпизоотическая напряженность по листериозу в Бурятии несколько снизилась. Болезнь регистрировали лишь в 3-х неблагополучных пунктах. Тем не менее, болезнь характеризовалась  высокой смертностью.

  Последний случай заболевания овец листериозом был зарегистрирован в ноябре 2002 г. в Курумканском районе, где заболело 11 овец, из которых 5 пало.

  Коэффициент очаговости листериоза овец в республике за анализируемый период, варьировал от 1,5 до 110, что показывает на неравномерность проявления эпизоотического процесса – от спорадических случаев до эпизоотий. Индекс эпизоотичности за исследуемый период находился на уровне 0,44. Исходя из статистических данных, болезнь носила стационарный характер, что является характерным для листериоза.

  Возникновение болезни в большинстве случаев мы объясняем тем, что  серологические исследования животных перед стойловым содержанием не являлись обязательными элементами плановых ветеринарных мероприятий; дератизация животноводческих помещений проводилась также не в полном объеме; не принималась во внимание  весенне-осенняя миграция грызунов (серая полевка, полевка экономка). Болезнь чаще возникала у овец больных псороптозом и мелофагозом, которые по нашему мнению способствовали снижению резистентности животных.

  Иммунизацию овец против листериоза проводили в неблагополучных пунктах с использованием вакцины из штамма АУФ. За первую половину анализируемого периода иммунизацией охватывали от 1,7% (1984) до 4,7% (1988) от имеющегося поголовья овец в республике. В связи с улучшением эпизоотической обстановки по данной болезни, уровень охвата иммунизацией во втором периоде (90-х годах) был более низким. Так, в 1996 г. – 1,1%, в 2000 г. – 0,2%. С 2001 год иммунизация против данной болезни в республике не проводится в связи с отсутствием вспышек. Листериоз овец в Бурятии в основном регистрируется в зимне-весенний или осенне-зимний периоды.

  Заболеваемость и гибель свиней от листериоза, за анализируемый период, регистрировали в 1999 году в 2-х неблагополучных пунктах – заболело 97 голов, погибло 70. В 2000 году в 1 неблагополучном пункте заболело с летальным исходом 18 свиней.

  Таким образом, мониторинговые исследования, в том числе на глубину 25 лет, показали, что стационарность по листериозу жвачных в Бурятии сохраняется. Она обусловлена сохранением, как самого возбудителя в природе, так и фактором передачи (грызунов). Следовательно, ветеринарно-профилактические мероприятия против данной инфекции должны включаться, в виде обязательных плановых мероприятий государственной ветеринарной службы, в особенности в стационарно неблагополучных территориях.

  3.8. Эпизоотические и эпидемические особенности туберкулеза на территории Республики Бурятия.

  Первичное выявление больных туберкулезом животных  осуществляется внутрикожной туберкулиновой аллергической пробой. А окончательная постановка диагноза выносится уже по результатам бактериологического исследования биоматериала и патоморфологических данных.

  В Бурятии реагирующие животные (крупный рогатый скот) на внутрикожную туберкулиновую пробу выявлялись только в 1987-1991 годы. Реагирующих животных выявляли в 3-х административных районах республики – Джидинском, Курумканском и Кяхтинском – в 22-х неблагополучных пунктах. Аллергическая проба была подтверждена далее бактериологически и патоморфологически.

  Вместе с тем эпидемическая ситуация по туберкулезу человека в Бурятии все еще остается напряженной. Более того, она из года в год усугубляется, растет заболеваемость людей из расчета на 100 тыс. населения. Если в 1990 году этот показатель составлял 32,8 человека, то через 10 лет он вырос в 5,5 раза, достигнув 181,4  больных туберкулезом людей. На 100 тыс. населения эти показатели «вывели» республику на 4-е место в РФ.

  Анализируя эпизоотическую и эпидемиологическую ситуацию по туберкулезу в РБ, мы не выявили какой бы то ни было взаимосвязи. Следовательно, прогрессирующее ухудшение эпидемиологии туберкулеза в Бурятии мы связываем в основном с негативными социальными факторами, вызывающими у людей вторичные иммунодефициты.

  3.9. Эпизоотическая характеристика инфекционной энтеротоксемии овец в Республике Бурятия

  Данная инфекционная болезнь характеризуется септическим проявлением, молниеносным или сверхострым течением (гибели животных предшествовали поражениям органов пищеварения, отеки соединительной ткани и аборты суягных овцематок).  Инфекционной энтеротоксемией чаще всего заболевали наиболее упитанные овцы, разных возрастов (от 3 месяцев до 3 лет). Болезнь в большинстве случаев сопровождалась высокой летальностью, в среднем до 80,8% от числа заболевших. Имеющиеся материалы показали, что инфекционная энтеротоксемия овец в Бурятии характеризуется стационарностью, встречается ежегодно (за редким исключением) на определенных пастбищах. Индекс эпизоотичности за исследуемый период находился на уровне 0,48. Это объясняется длительным сохранением (в течение нескольких лет) возбудителя в почве, вследствие чего отдельные хозяйства на протяжении длительного времени остаются стационарно неблагополучными. Коэффициент очаговости инфекционной энтеротоксемии овец в республике за анализируемый период, варьировал от 8 до 154, что указывает на неравномерность проявления эпизоотического процесса, то есть от спорадических случаев до небольших вспышек и эпизоотий. Болезнь чаще всего регистрировали весной, реже осенью и зимой.

  3.10. Характеристика эпизоотического процесса рожи свиней на территории Республики Бурятия.

  Рожа свиней продолжает оставаться одной из наиболее распространенных инфекций на территории Республики Бурятия, требующих постоянного внимания ветеринарных специалистов, проведения плановых профилактических и неотложных лечебных мероприятий, а также мониторинговых исследований с целью разработки схем управления эпизоотическим процессом.

С 1982 по 2006 годы в Бурятии было зарегистрировано 28 неблагополучных пунктов по роже свиней, большая часть из них была объявлена еще в 1982-1991 годы, когда рожу регистрировали в свиноводческих хозяйствах почти ежегодно, за исключением 1989 года. В течение 1998 - 2001 годов в республике  рожу свиней не регистрировали. Единичные случаи заболевания свиней данной инфекцией в Бурятии отмечали  в 2002 году (один неблагополучный пункт) и в 2004 году, когда болезнь была зарегистрирована в 2-х неблагополучных пунктах. В большинстве проанализированных случаев рожей заболевали не вакцинированные животные в возрасте до 12 месяцев, находящиеся на выгульном содержании. Чаще всего болезнь продолжалась от одного до 4-х дней и при отсутствии специфического лечения заканчивалась гибелью животных. Анализ распространения рожистой инфекции в хозяйствах разных форм собственности показал, что наибольшее число вспышек (65%) в течение 1982-1993 годов произошло на свинофермах колхозов, совхозов, СПК, АО, имеющих поголовье свиней до 2 тыс. животных и примерно 30% в частных подворьях. Наименьшее число вспышек установлено на свинокомплексах (в 5% случаев), производственной мощностью до 10-20 тыс. свиней. В 1995-2006 гг. был зарегистрирован устойчивый рост числа неблагополучных пунктов (70%) по роже свиней в частном секторе. Это объясняется увеличением поголовья в частном секторе в эти годы и одновременно невыполнением в необходимом объеме общих и специфических ветеринарно-профилактических мероприятий. Однако опыт эпизоотологических обследований при вспышках рожи свиней показывает, что данные ежегодной ветеринарной статистики, особенно по частному сектору, далеко не объективны и не отражают истинную ситуацию по этой инфекции. Как правило, вспышки регистрируются лишь на уровне неблагополучных пунктов и редко фиксируются как эпизоотические очаги заболевания свиней в подворьях граждан. Коэффициент очаговости рожи свиней в республике по годам был неравномерным и колебался от 2 до 260, что говорит о спорадических случаях болезни. В системе мер борьбы с рожей свиней в Бурятии основной упор был сделан на проведение поголовной (до 100%) иммунизации животных с применением вакцины ВР-2.

  3.11. Сезонность проявления инфекционных болезней сельскохозяйственных животных бактериальной природы в РБ

  В разработке технологической карты профилактических мероприятий против инфекционных заболеваний имеет важное значение знание сезонности проявления определенных инфекционных болезней на отдельных территориях. Несмотря на относительно небольшой срок наблюдения (25 лет) мы изучили сезонность особо опасных инфекционных болезней бактериальной этиологии. Проявление сезонности инфекции в целом по неблагополучным пунктам выглядела следующим образом (табл. 5). Из 399 зарегистрированных, за данный период, неблагополучных пунктов, на весенне-летний период приходится 248 (62,1%), а на осенне-зимний –  151 (37,9%), что позволяет сделать выводы о выраженной сезонности (весенне-летней) инфекционных болезней в республике.

  У крупного рогатого скота за анализируемый период было зарегистрировано 202 неблагополучных пункта, из которых 141 (69,8%) приходился на весенне-летний период. По видам инфекции выраженную сезонность, по регистрируемым неблагополучным пунктам, отмечали по лептоспирозу (30 неблагополучных пунктов) в весенне-летний период, аналогичные данные были и по туберкулезу и пастереллезу. По сибирской язве сезонность летняя. По эмкару, бруцеллезу, выраженной сезонности в республике не выявили.

В овцеводстве за анализируемый период было открыто 126  неблагополучных пунктов. Однако выраженной сезонности по регистрации неблагополучных пунктов у овец по инфекциям  бактериальной природы не выявили, за исключением, инфекционного эпидидимита баран –  летне-осенняя сезонность (46 неблагополучных пунктов) и по листериозу – весенняя (12 неблагополучных пунктов).

  У свиней было зарегистрирован 71 неблагополучный пункт. С выраженной сезонностью у свиней проявлялась рожа – в летнее время года (17 неблагополучных пунктов), и лептоспироз –  в весеннее время года (9 неблагополучных пунктов). По другим видам инфекций свиней на территории Бурятии выраженной сезонности не выявили.

Таблица 5. - Динамика выявления неблагополучных пунктов по бактериальным инфекциям сельскохозяйственных животных в РБ, в зависимости от сезона года

Наименование

болезни

Всего

пунктов

В том числе

весной

летом

осенью

зимой

Крупный рогатый скот

Эмкар

47

11

16

11

9

Бруцеллез

34

10

14

7

3

Лептоспироз

33

2

28

1

2

Туберкулез

22

17

3

1

1

Пастереллез

55

10

24

14

7

Сибирская язва

4

0

3

0

1

листериоз

7

2

1

3

1

ИТОГО

202

52

89

37

24

овцы

Инф.эпидидимит

63

12

29

17

5

Энтеротоксемия

27

7

6

7

7

Листериоз

28

12

3

2

11

Бруцеллез

8

5

3

0

0

ИТОГО

126

36

41

26

23

Свиньи

Лептоспироз

21

9

3

1

8

Пастереллез

19

4

7

4

4

Рожа

28

9

17

0

2

Листериоз

3

3

0

0

0

ИТОГО

71

25

27

5

14

ВСЕГО

399

113

157

68

61

Таким образом, выраженная сезонность выявления новых неблагополучных пунктов по бактериальным болезням характерна для отдельных  инфекций, и чаше всего она проявляется у скота, находящегося в условиях высокой концентрации на ограниченной территории, что необходимо учитывать при планировании профилактических мероприятий.

3.12. Эпизоотологическое районирование территории Бурятии по распространенности инфекционных болезней бактериальной природы крупного рогатого скота, овец и свиней, выявлявшихся в 1982 2006 годах.

Эпизоотологическое районирование  Республики Бурятия ранее не осуществлялось. Между тем основная цель эпизоотологического районирования заключается в выделении однородных по предпосылкам и нозологическому профилю территорий ради усовершенствования планов профилактики болезней.

Процедура эпизоотологического районирования включала изучение распространенности инфекционных болезней крупного рогатого скота, овец и свиней в разрезе административных районов в период с 1982 по 2006 годы. При этом учитывали распространенность следующих инфекционных болезней: сибирская язва, эмфизематозный карбункул, бруцеллез, лептоспироз, листериоз, пастереллез, рожа свиней, инфекционная энтеротоксемия овец.

В республике по различным районам доля неблагополучных  пунктов по  инфекционным болезням крупного рогатого скота колебалась от 3,7 до 97,2 %. В трех административных районах республики  (Муйский, Прибайкальский, Окинский) за анализируемый период вышеперечисленные болезни не регистрировались. Это в первую очередь объясняется малой численностью крупного рогатого скота на данных территориях (1,5 % от общереспубликанского), во-вторых, следует заметить, что Муйский и Окинский районы находятся в зоне вечной мерзлоты, где почва в летние месяцы оттаивает не более чем на 30 см. 

Наиболее неблагополучными по данным болезням крупного рогатого скота в Бурятии являются районы, расположенные на юге республики (Кяхтинский, Джидинский, Тункинский, Мухоршибирский и Бичурский). На территории этих районов сконцентрирована основная часть крупного рогатого скота (75% поголовья от общереспубликанского). В большей части данные районы однородны по географическим (степные и лесостепные), климатическим (засушливые) и почвенным (серые лесные, каштановые, легкие почвы) характеристикам.  Определенное влияние на эпизоотическую обстановку в данных районах оказывает приграничность с Монголией, а также водная артерия (р. Селенга) берущая начало в Монголии, где вышеназванные болезни регистрируются практически ежегодно. В данных районах, в силу природных (частые засухи, наводнения, наличие природных очагов)  и антропогенных факторов (густонаселенность) остается повышенный риск возникновения сибирской язвы, эмфизематозного карбункула и лептоспироза. Доля неблагополучных пунктов в отдельных административных районах колебалась от 0 до  24,1 %.

На основании эпизоотологического районирования территории республики по бактериальным болезням овец  установили, что наиболее часто данные болезни регистрировались в южных районах, имеющих природно-климатическую, географическую и хозяйственно-экономическую однородность. В большинстве своем районы, с долей неблагополучных пунктов от 34,4 до 82,7 %, расположены в степной и лесостепной зонах. Именно и на их территориях сконцентрирована основная масса овцепоголовья республики (75-80%). В северных районах (Муйский, Баунтовский, Северо-Байкальский, Окинский) и районах, расположенных на побережье оз. Байкал (Прибайкальский, Кабанский), где поголовье овец ничтожно мало, в силу природно-климатических условий и кормовой базы, рассматриваемые инфекционные болезни в 1982 – 2006 годах не регистрировались. 

Бактериальные болезни свиней регистрировали наиболее часто в районах (Мухоршибирский, Бичурский, Тарбагатайский, Кяхтинский, Прибайкальский), где  сконцентрировано около 70 % свиней от всего республиканского поголовья, причем как общественного, так и частного секторов.

Таким образом, анализируя данные эпизоотологического районирования, в пределах Республики Бурятия, по распространенности болезней бактериальной этиологии, мы выделяем южные и северные административные районы, которые отличаются природно-географической и хозяйственно-экономической однородностью, а также предпосылками возникновения болезней и нозологическому профилю. На основании этого планирование противоэпизоотических мероприятий необходимо осуществлять с учетом экстенсивности эпизоотического процесса, территориальной приуроченности болезни к определенной местности эпизоотологической зоне. Это позволит более рационально использовать биологические препараты (вакцины, диагностикумы и др.),  обустройство ветеринарных пунктов, участков и распределение штатных единиц ветеринарных специалистов.

3.13. Частота обнаружения возбудителей бактериальных инфекций у сельскохозяйственных животных на территории РБ за 1986 2006 годы

Количественная оценка выявляемости возбудителей инфекций имеет важное диагностическое значение в определении эпизоотической ситуации по тем или иным нозоформам при организации профилактических мероприятий. Поэтому нами предпринят анализ фактологических данных лабораторных и собственных исследований по частоте  выявляемости патогенных микроорганизмов в республике за 1986 – 2006 годы.

За этот период в ветеринарных лабораториях республики было выделено 1768 микробных культур патогенных бактерий, из которых возбудителей бактериальных болезней крупного рогатого скота  807 или 45,6%; овец - 208 или 11,7%; свиней – 753  или 42,7%.

У крупного рогатого скота профиль выделенных микроорганизмов был следующим: возбудитель эмфизематозного карбункула – выявлено 91, что составило 5,1 % из общего числа культур, выделенных за анализируемый период; возбудителя пастереллеза – 308 (17,4%); эшерихиоза – 307 (17,3%); сальмонеллезов – 349 (19,7%);  листериоза – 110 (6,2%); инфекционной энтеротоксемии овец – 77 (4,3%); рожи свиней – 242 (13,6%); туберкулеза – 242 (13,6%); сибирской язвы – 4 (0,2%).

У овец выявлялись возбудители колибактериоза – 23 (11%), листериоза – 110 (52%), инфекционной энтеротоксемии – 77 (37%) из общего числа выделенных патогенных агентов у этого вида животных. При этом доля выявляемости возбудителя листериоза была наибольшей, что подтверждает широкую распространенность его в республике и вероятную возможность новых его проявлений. По имеющимся данным в 95%  случаев возбудитель листериоза у овец выделяли из головного мозга.

У свиней за анализируемый период всего было выявлено 753 микробных культуры возбудителей бактериальных болезней в том числе: колибактериоза – 144 (19,1%), сальмонеллеза  – 184 (24,4%), рожи свиней – 242 (32,1%), пастереллеза – 183 (24,3%).

Анализ показал, что возбудители пастереллеза, сальмонеллезов, колибактериозов, рожи свиней выделяются из патологического материала в республике ежегодно, что говорит об их постоянной циркуляции в организме разных видов сельскохозяйственных животных. В связи с этим возникает необходимость проведения санации животных антибиотиками, особенно при концентрации значительного количества животных на ограниченных территориях при одновременном применении иммуностимулирующих средств. 

3.14. Инвентаризация, паспортизация, ветеринарно-санитарный и микробиологический мониторинг скотомогильников на территории Республики Бурятия

Широкое распространение сибирской язвы в 19-м  и в первой половине 20-го веков на территории современной Бурятии, означает наличие большого количества, неучтенных мест захоронений трупов животных павших от данной болезни, которые представляют потенциальную опасность для современного животноводства.

По данным Управления ветеринарии Республики Бурятия на 1.01.2007 установлено 340 мест утилизации и захоронения биологических отходов, и лишь 134 из них оборудованы в установленном порядке.

В результате целенаправленной работы нами было установлено, что на территории Бурятии зарегистрировано 234 неблагополучных по сибирской язве пункта в 19 районах. Вместе с тем учтено пока только 17 сибиреязвенных скотомогильников, остальные места захоронений сибиреязвенных трупов остаются не учтенными, представляя потенциальную опасность возникновения и распространения данной болезни.

За 1995 – 2008 годы, как уже было отмечено выше, в Республике Бурятия произошло 4 вспышки сибирской язвы.

Данные случаи вспышки сибирской язвы произошли на территориях, где инфекция регистрировалась и прежние годы: в с. Кумора Северо-Байкальского района сибирская язва регистрировалась ранее – в 1907 и 1908 годах; в с. Первомайск Кяхтинского района вспышка болезни возникла в пункте, где активность почвенного очага сибирской язвы не проявлялась с 1968 года; в с. Кырен Тункинского района, болезнь регистрировалась ранее в 1968 году; в окрестностях села Баянгол Баргузинского района сибирская язва регистрировалась в 1936 – 1939 годы.

Таким образом, в условиях Бурятии сохраняется вероятность активизации почвенных очагов антракса по расчетным данным через 31, 40, 69, и 87 лет, что объясняется возможностью длительного выживания сибиреязвенного микроба в почвах данной территории.

  В результате проведенных исследований нами было установлено два ранее не учтенных места захоронения сибиреязвенных трупов животных, из почвы которых был выделен классический вариант  Bacillus anthracis, близ села Сосново-Озерское Еравнинского района и близ села Троицк Прибайкальского района. В этой связи данная территория была оборудована согласно требованиям (огорожена, оконавлена, проведена дезинфекция территории) Санитарных правил СП 3.1. 089-96 и Ветеринарных правил ВП 13.3. 1320-96 с установлением информационного щита «Скотомогильник. Осторожно сибирская язва».

3.15. Микробиологический мониторинг почв

  Бактериологический мониторинг проводили по  общепринятой схеме, с целью получения чистых культур микроорганизмов с последующей идентификацией патогенных микробов, обнаруженных в почве.

3.15.1. Культурально-морфологическая характеристика микробных культур, выделенных из почв

Изучение морфологических свойств 181 бактериальной культуры выделенной из проб почв скотомогильников, 5-ти районов Бурятии показало, что в почве преобладают палочковидные формы, грамположительные неспорообразующие бактерии (32,7%), спорообразующие (бациллы) – 42,5% и грамотрицательные палочковидные микробы – 11,9%. Шаровидных форм бактерий было выявлено всего 12,9%.

3.15.2. Биохимические характеристики микробных культур, выделенных из почвы

  Изучение биохимических свойств микроорганизмов имеет большое, а некоторых случаях и решающее значение в определении их адаптивности во внешней среде и в целях родовой и видовой идентификации.

  Биохимическая характеристика выделенных из почв скотомогильников микробных изолятов, выглядела следующим образом: 30 микробных культур (16,5%) образовывали индол; способностью образовывать сероводород обладало – 18 выделенных культур (9,94 %); малонат натрия – 131 культура (72,3 %); образовывали уреазу – 22 культуры (12,1 %); способностью выделять, а соответственно и образовывать каталазу обладали 99 культур бактерий или 54,6%; В-галактозидазу – 43 культуры (23,7%). Ферментировать с образованием кислоты глюкозу были способны  80 культу (44,1%), сахарозу – 100 культур (55,2%), лактозу – 28 микробных культур или 15,4%, сорбит – 38  культур (20,9 %), инозит – 14 культур (7,7 %), положительная реакция Фогес-Проскауэра отмечалась у  21 культуры (11,6%), наличие фенилаланина отмечали у 24 выделенных культур бактерий (13,2%), способностью разжижать желатин обладали 57 культур, что составило 31,4%, свертывать молоко –  85 культур (46,9 %), вызывать гемолиз эритроцитов барана – 92 культуры (50,8%).

Таким образом, из биохимических свойств микробных культур выделенных из почв скотомогильников, следует отметить высокий уровень их ферментативной активности, особенно протеолитической и сахаролитической, обеспечивающей метаболизм бактерий при неблагоприятных условиях окружающей среды. Выявленная у большинства (54,6%) почвенных микробных изолятов способность ферментировать каталазу рассматривается, многими учеными, как признак их психрофилии, направленной на сохранение активной жизнедеятельности  в условиях минимального обеспечения тепловой энергией. Уреазная активность отмеченная у 12,1% микробных культур объясняется по данным ряда авторов  возрастанием энергетической потребности бактерий, путем гидролиза мочевины.

3.15.3. Чувствительность микробных культур, выделенных из почвы скотомогильников, к некоторым антибиотикам

  Изучение антибиотикочувствительности микроорганизмов, имеет  теоретическое и практическое значение в вопросах терапии, и профилактики  инфекционных болезней, а также при идентификации возбудителей последних.

  Исходя из этого, нами была изучена чувствительность выделенных из почв скотомогильников микроорганизмов  к некоторым антибиотикам (табл.32). Так, к бензилпенициллину сохраняли чувствительность 73 культуры (40,5%); тетрациклин эффективно подавлял размножение как грамотрицательных палочковидных, так и кокковидных форм бактерий – 145 культур (80,5 %); к левомицетину имели достаточную чувствительность 156 культур  (86,6 %); неомицин подавлял рост 24 культур (13,3 %). Наибольший процент чувствительности к эритромицину проявляли грамположительные палочковидные и кокковидные бактерии – 123 культуры (68,3 %). Наименьший процент чувствительности к олеандомицину проявляли 68 культур (37,7 %). Высокую чувствительность к полимиксину имели грамположительные палочки 110 культур  (61,1 %).

3.15.4. Персистентная характеристика выделенных из почв скотомогильников микробных культур

Анализ результатов проведенных исследований показал, что не все культуры обладали персистентными  свойствами (факторами потенциальной патогенности). Так, было установлено, что из общего числа микробных культур выделенных из почв скотомогильников, 22,7% обладали антилизоцимной активностью (АЛА);  24,3 % культур – антиинтерфероновой активностью (АИА); 20,4% культур ДНК-азной и 31,5 % гемолитической –  активностью. Из грамположительных палочковидных бактерий АЛА, обладали 28 культур (19,5 %), АИА 31 культура (21,6%) ДНК-азной 29 культур (20,2 %), гемолитической активностью 40 культур (27,9 %). Сомнительную гемолитическую активность проявили 12 культур (8,39 %).

У грамположительных кокков из 20-ти исследованных культур АЛА регистрировали у 3-х культур (15%); АИА у 5-ти культур (25%); ДНК-азную активность проявляли 3 культуры (15%); гемолитическую активность у 5-ти микробных культур (25%).

Из  грамотрицательных палочковидных антилизоцимной активностью обладали 10 культур (43,4%); антиинтерфероновая активность наблюдалась у 8-ми культур (34,7 %);  ДНК - азная активность у 5-ти культур (21,7 %); гемолитическая активность проявлялась 12-ти культур (52,1 %).

3.15.5. Экологическая характеристика микробных  культур выделенных из почв скотомогильников

  Знание экологических свойств выделяемых микроорганизмов имеет определенное значение для выявления оптимальных условий культивирования их на искусственных питательных средах, и изучения взаимоотношений микроорганизмов в популяциях и со средой обитания. 

По нашим данным, незначительное смещение рН среды в кислую и щелочную сторону губительного действия на размножение бактерий не оказывало, однако более интенсивное накопление биомассы бактерий рода Bacillus наблюдали при рН бульона 7,2-7,4. Размножение выделенных из почвы бактерий данного рода затормаживался  при понижении температуры до 19-20С. Концентрации поваренной соли 0,85% и 0,05% в питательной среде оказались более благоприятными для размножения данных микроорганизмов, а при повышении содержания NaCl до 8,5% отмечали  незначительное накопление микробных клеток.

В ходе эксперимента было установлено, что большая часть почвенных микроорганизмов наилучшим образом развивается при концентрации ионов водорода, близких рН 7,2 – 7,4, что характерно для естественных условий  обитания. Кроме того, отмечали рост почвенных термофильных культур при температуре 41-42С, что характерно для типичных мезофильных бактерий разных видов  Bacillus в период их пребывания в почве.

       

3.16. Влияние абиотических факторов (антгельминтных препаратов) на микробиоценоз желудочно-кишечного тракта животных и синтез поствакцинальных антител

Из литературных данных известно, что некоторые антгельминтные препараты типа аверсект-2 угнетают естественную  резистентность животных, ингибируют синтез поствакцинальных антител, повышая, таким образом, чувствительность к инфекциям. Вопрос о влиянии антгельминтиков на постоянных представителей кишечной микрофлоры остается до конца не раскрыт, что и послужило причиной изучения влияния некоторых антгельминтиков на энтеробиоценоз сельскохозяйственных животных.

3.16.1. Динамика количественного и качественного состава

микрофлоры кишечника овец под влиянием антгельминтика аверсект-2 (1%-ного)

Исследования проводили на пяти спонтанно инвазированных кишечными трихостронгилидами овцах двухлетнего возраста живой массой около 40 кг. При дегельминтизации животных использовали антгельминтик аверсект-2, который вводили подкожно в дозе 0,8 мл на кг массы тела.

Копрологические исследование проводили до дегельминтизации, на первые и пятые сутки после дегельминтизации.

До дегельминтизации число бифидобактерий составляло – (350±14,2)х105 КОЕ/г, сальмонелл – (6,5±1,7)х103, энтеробактерий – (8,25±4,07)х107, стафилококков – (3,0±0,84)х104,  дрожжеподобных грибов – (5,3±2,50)х105, гемолизирующей кокковой и энтеропатогенной микрофлоры – (6,6±2,50)х104, клостридий – (2,6±1,40)х105.

Через сутки после дегельминтизации число бифидобактерий снизилось –  до (2,7±1,50)х105, энтеробактерий – до (3,1±2,31)х107, клостридий возросло до (8,6±1,70)х105, сальмонелл – до (17,9±13,4)х103, незначительно возрастало число дрожжеподобных грибов, не высевались гемолизирующая микрофлора и стафилококки.

На пятые сутки число бифидобактерий  продолжало снижаться до (0,5±0,26)х106 микробных клеток в 1г, уменьшалось количество сальмонелл – до (7,9±1,96)х103, численность клостридий возросла – до (30,0±5,6)х105, энтеробактерий – до (399,5±93,3)х107, грибов – до (350,0±8,85)х105 КОЕ/г фекалий. Вновь высевались стафилококки в количестве (2,0±0,76)х104 и гемолизирующая микрофлора  – (2,5±2,4)х104.

Таким образом, антгельминтик аверсект-2 в лечебной дозе вызывает изменение в составе микрофлоры толстого кишечника, которое характеризуется достоверным увеличением числа условно-патогенной микрофлоры (энтеробактерий, клостридий, дрожжеподобных грибов) и одновременно достоверным снижением концентрации бифидобактерий, представителей полезной микрофлоры.

3.16.2. Изменение количественного и качественного состава микрофлоры кишечника свиней под влиянием антгельминтика аверсект-2

  До дегельминтизации антгельминтиком аверсект-2 в 1г фекалий свиней до обработки концентрация бифидобактерий равнялась – (407±10,9).104; сальмонелл – (1,8±1,1).103; энтеробактерий – (1888±793,3).106; гемолизирующей микрофлоры – (33±8,8).105; клостридий – (3,0±1,3).105; дрожжеподобных грибов – (4,5±2,21).106; стафилококков – (6830±40,3).103, КОЕ/г.

  Через сутки после дегельминтизации отмечали снижение количества бифидобактерий – до (2,0±0,39).104, сальмонелл – до (3,5±0,11).103, энтеробактерий – до (0,04±0,006).106, клостридий – до (0,7±0,3).105, стафилококков – до (0,2±0,06).103 микробных клеток в 1г, число дрожжеподобных грибов увеличивалось – до (22,0±21,3).106 микробных клеток.

  На пятые сутки после дегельминтизации отмечали увеличение числа энтеробактерий – до (0,1±0,05).106, гемолизирующей микрофлоры – до (6,7±3,8).105, уменьшение числа стафилококков – до (5,4±5,7).103, незначительно возрастало число бифидобактерий – до (4,3±1,89) .104, клостридий – до (10,7±2,5) .105, грибов – до (3,4±1,19) .106 и сальмонелл – до (2,9±1,6) .103.

  Таким образом, при экспериментальной дегельминтизации свиней аверсект-2 приводит к достоверному уменьшению числа бифидобактерий, стафилококков, энтеробактерий и гемолизирующей микрофлоры.

3.16.3. Изменения в составе микрофлоры кишечника овец под влиянием антгельминтиков сантел и клозальбен-10

В результате проведенных исследований было установлено, что антгельминтик сантел так же, как и аверсект–2 изменяет соотношение ранее сложившегося микробного равновесия в кишечнике овец в сторону достоверного снижения полезной  микрофлоры (бифидобактерии) при одновременном увеличении концентрации условно патогенных бактерий, на пятые сутки после дегельминтизации.

Под влиянием антгельминтика клозальбен-10, по нашим данным,  достоверно снижается число бифидобактерий, увеличивается концентрации клостридий, дрожжеподобных грибов – на пятые сутки после дегельминтизации. На 15–е сутки из фекалий овец уже не высевались сальмонеллы, клостридии, гемолизирующая микрофлора и стафилококки.

3.17. Коррекция микробиоценоза желудочно-кишечного тракта овец после дегельминтизации пробиотиком ветом-3.

Для коррекции микробиоценоза желудочно-кишечного тракта овец после их дегельминтизации против трихостронгилид был использован пробиотик  ветом-3, который является иммобилизованной высушенной споровой биомассой бактерий Bacillus subtilis ВКПМ В-7048 с наполнителем. Препарат с профилактической целью применяли 1 раз в сутки per os в дозе 50 мг/кг массы ежедневно в течение 7 суток после дегельминтизации.

  Были проведены микробиологические исследования фекалий животных до – и после лечения данным средством на 3,7 и 15-й дни.

  У овец контрольной группы антгельминтик аверсект-2 через трое суток после дегельминтизации достоверно вызывал снижение числа энтеробактерий и увеличение количества стафилококков. В последующие дни исследований содержание стафилококков достоверно уменьшалось, сохранялась тенденция  уменьшения концентрация энтеробактерий и бифидобактерий.

  У животных, получавших пробиотик ветом-3 после дегельминтизации аверсектом-2, в качественном и количественном составе микрофлоры кишечника развивались позитивные изменения уже на 3-и сутки после дегельминтизации животных. 

  Результаты наших исследований показали, что используемый в практике для дегельминтизации препарат широкого спектра действия аверсект-2 приводит к изменению  количественного и качественного состава микрофлоры кишечника овец. Использование же пробиотика ветом-3 в течение 7 дней подряд (после обработки аверсектом-2)  позволяет в короткие сроки нормализовать микрофлору кишечника, восстановить ее качественный и количественный состав.

3.18. Влияние аверсекта-2 на антителообразование при иммунизации овец против бруцеллеза вакциной из штамма 19 B.abortus

В результате проведенных исследований установили, что через 14 дней после введения вакцины было выявлено незначительное повышение числа реагирующих животных в РА и РСК во всех группах. Далее имело место угасание серологических реакций. Однако, на 21 – 60 дни после начала опытов, число реагирующих в РА и РСК животных было выше в тех  группах, в которых не применяли аверсект-2 или применяли на 21 день после вакцинации, т.е. после формирования стойкого иммунитета, чего нельзя сказать о животных тех групп, где дегельминтизация овец проводилась или одновременно с вакцинацией или через 1 – 2 неделю после иммунизации животных против бруцеллеза.

Таким образом, выявленное нами угнетение антителообразования на вакцину из шт. 19 B.abortus у овец, обработанных аверсектом-2, свидетельствует о необходимости  проведения противоинвазионных обработок животных за 2-3 недели до их вакцинации, т.е. после полного выведения антгельминтиков из организма животных или же через 21 день после вакцинации, т.е. после образования стойкого противобруцеллезного иммунитета.

3.19. Влияние аверсекта-2 на антителообразование при иммунизации овец против лептоспироза

Из таблицы 6 видно, что у животных всех групп до вакцинации поливалентной вакциной ВГНКИ (вариант второй) антитела не обнаруживали. На 7-й день после иммунизации у животных I группы обнаруживали антителообразование в титре 1:50 к серогруппам  Pomona и Sejroe;  у овец II группы на данный период отмечали наличие антител в титре 1:50 к серогруппам Tarassovi и Grippotyphosa; в III группе на 7 день исследований обнаруживали антитела в титре 1:50 к серогруппам Pomona, Tarassovi и Grippotyphosa; в III группе данный показатель составил 1:50 к серогруппам Pomona, Tarassovi и Grippotyphosa; в IV  группе на данный период исследований титр антител ко всем серогруппам составлял 1:50.

Через 14 суток после иммунизации у овец I группы (табл. 6), в среднем по группе, титр антител к серогруппам Pomona и Sejroe был 1:100, а к серогруппам Tarassovi и Grippotyphosa – 1:50; в сыворотке крови овец II группы на данный период исследований антитела к серогруппам Tarassovi и Grippotyphosa были в титре 1:50 и к серогруппе Pomona – в титре 1:100; в III и IV опытных групп через 14 дней после вакцинации у овец обнаруживали антитела ко всем серогруппам лептоспир в титре от 1:50  – до 1:200.

На 21-й  день после иммунизации в сыворотке крови I группы обнаруживали антитела в титре от 1:50 – до 1:100; у животных II группы титр антител к серогруппам Tarassovi и Grippotyphosa составлял 1:50, а к серогруппе Pomona – 1:100; в III группе овец на данный период исследований к серогруппам Tarassovi и Grippotyphosa титр антител составлял 1:100, а к серогруппам Pomona и Sejroe 1:200 и 1: 150, соответственно; у овец 4 группы титр антител к серогруппам Grippotyphosa и Sejroe составлял 1:150, а к  серогруппам Pomona и Tarassovi, – соответствовал 1:200 и 1:150. Исходя из вышеизложенного, можно отметить, что наиболее интенсивное антителообразование имело место у овец III и IV групп к антигенам вакцины ВГНКИ второй вариант, в то же время наблюдалось выраженное угнетение антителообразования у животных II группы, которых вакцинировали и дегельминтизировали одновременно. 

Таблица 6. - Динамика антителообразования у овец опытных

групп (в РМА)

серогруппа

Титр антител по дням

до опыта

7 день

14 день

21 день

I группа

Pomona

0

1:50

1:100

1:100

Tarassovi

0

0

1:50

1:100

Grippotyphosa

0

0

1:50

1:50

Sejroe

0

1:50

1:100

1:100

II группа

Pomona

0

0

1:100

1:100

Tarassovi

0

1:50

1:50

1:50

Grippotyphosa

0

1:50

1:50

1:50

Sejroe

0

0

0

0

серогруппа

Титр антител по дням

до опыта

7 день

14 день

21 день

III группа

Pomona

0

1:50

1:200

1:100

Tarassovi

0

1:50

1:50

1:50

Grippotyphosa

0

1:50

1:100

1:100

Sejroe

0

0

1:50

1:150

IV группа

Pomona

0

1:50

1:200

1:200

Tarassovi

0

1:50

1:50

1:100

Grippotyphosa

0

1:50

1:100

1:150

Sejroe

0

1:50

1:100

1:150

 

  Таким образом, результаты исследований свидетельствуют о необходимости  проведения противоинвазионных обработок овец заблаговременно (2-3 недели) перед вакцинацией животных, т.е. после полного выведения антгельминтиков из организма животных или же через 21 день после вакцинации, т.е. после формирования стойкого группового иммунитета.

   3.20. Изменения микробиоценоза кишечника и гематологических показателей овец под влиянием вакцины против лептоспироза (ВГНКИ) и дегельминтизации  аверсектом-2

  Одновременно с изучением антителообразования, мы изучили влияние вакцинации и дегельминтизации с использованием аверсекта-2 на микробиоценоз кишечника и гематологические показатели овец.  В ходе проведенного эксперимента установили, что вакцина против лептоспироза  оказалась не индифферентной в отношении микроценоза кишечника овец. Особенно заметное влияние оказала вакцинация на изменение численности полезной микрофлоры – бифидобактерий,  в сторону уменьшения. При одновременном введении в организм овец вакцины против лептоспироза ВГНКИ (вариант второй) и антгельминтика аверсект-2 имели место более выраженные изменения в микроценозе кишечника, особенно в части бифидобактерий, содержание которых снижалось. Количество условно патогенных бактерий было подвержено существенному колебанию, приводя к дисбиотическому состоянию кишечника. Морфологические исследования крови подопытных  животных  выявили угнетение гемопоэза и в целом адаптационных механизмов гомеостаза, но при этом процессы дестабилизации гематологических  показателей были наиболее выражены у овец, вакцинация и дегельминтизация которых проводилась одновременно.

Таким образом, проведенные нами исследования подтверждают необходимость исключения одновременного  проведения противоинвазионных обработок животных и вакцинации.

3.21. Расчет предотвращенного  экономического ущерба от  сибирской язвы и других инфекционных болезней, животных на основе использования специфической профилактики болезней в Республике Бурятия в 2008 г.

Результаты проведенных исследований показали, что предотвращенный экономический ущерб, в результате проведенных профилактических мероприятий против сибирской язвы в Республике Бурятия в 2008 году составил: в скотоводстве 1,3 млн. рублей; в  овцеводстве 13,3 млн. рублей, в свиноводстве 3,8 млн5 рублей.

Кроме того, нами установлено, что предотвращенный экономический ущерб от основных инфекционных болезней в скотоводстве составил 147443 тыс. руб., свиноводстве – 32297 тыс. руб., в овцеводстве – 27623 тыс. руб.

3.22. Научное обоснование мероприятий по совершенствованию системы  управ­ления  эпизоотическим  процессом в условиях Республики Бурятия

Анализ литературы и результаты собственных исследований показали, что система профилактических и оздоровительных мер, применяемая в животноводстве против отдельных инфекционных болезней сельскохозяйственных животных требует совершенствования, причем с  учетом эпизоотической обстановки и особенностей распространения и проявления инфекционных болезней в Бурятии.

В целях профилактики и коррекции органопатологии животных антропогенного происхождения в обязательном порядке необходимо осуществлять мероприятия, связанные с повышением общей резистентности организма животных. Среди этих мероприятий большое внимание должно быть уделено ветеринарно-санитарному контролю за качеством кормов, их сбалансированностью по основным питательным, биологически активным веществам.

  Для обеспечения эпизоотического благополучия территории республики необходимо решение следующих задач:

– исполнение юридическими лицами, индивидуальными предпринимателями и гражданами правил карантина животных (не менее 30 дней), ветеринарно-санитарных правил и иных нормативно-правовых актов Российской Федерации и республики;

  – при формировании стад племенное поголовье животных необходимо комплектовать из хозяйств, благополучных по инфекционным и паразитарным болезням;

  – специалистами ветеринарных служб, должностными лицами органов государственной власти, милиции и органов местного самоуправления не допускать ввоз на территорию республики животных из местности, неблагополучной в эпизоотическом отношении, а также животных, не прошедших необходимые ветеринарные обработки в соответствии с заключением государственной ветеринарной службы по месту выхода животных;

  –  не допускать ввоз на территорию республики продуктов и сырья животного происхождения, кормов, кормовых добавок с территорий, неблагополучных в эпизоотическом отношении, без ветеринарных сопроводительных документов и в других случаях нарушения нормативно- правовых актов в сфере ветеринарии;

  – при внезапном возникновении опасных болезней оперативно разрабатывается план ликвидации по данной болезни, согласно ветеринарно-санитарных правил и иных нормативных документов;

  – осуществлять эпизоотологический мониторинг в сопредельных странах. С этой целью необходимо поддержание постоянных международных контактов с эпизоотической службой этих стран;

  – осуществлять контроль за состоянием здоровья диких животных, изучение путей их миграции;

  – согласно результатов районирования территории республики по степени вероятности возникновения и распространения инфекций, проводить соответствующую иммунизацию всего восприимчивого поголовья сельскохозяйственных животных;

  – осуществлять локализацию  и  ликвидацию  очагов  инфекционных  болезней с использованием  лекарственных  препаратов  и дезинфицирующих  средств. В  последнем случае  необходимо  изучать  рынок имеющихся  и  вновь  поступающих  лекарственных  препаратов,  внедрять  в практику  лечения  высокоэффективные  препараты  широкого  спектра  действия,  постоянно  изучать  вновь  выпускающиеся  дезинфицирующие  средства;

  – осуществлять обеззараживание биологических отходов и  сточных вод  предприятий по  производству  и переработке животноводческой продукции  биологическими методами: естественными – в отстойниках,  в накопителях, биотермическим способом, в биологических  прудах; искусственными – специально бетонированные ямы и траншеи.

  Выполнение этих задач невозможно без развития имеющейся ветеринарной службы, ее обеспечения производственными и жилыми помещениями, оборудованием и инструментарием, подготовкой и переподготовкой ветеринарных специалистов, тесной связи науки и ветеринарной практики.

В связи с реформированием хозяйств сокращением общественного животноводства, переходом его в частную собственность и созданием, таким образом, хозяйств разных форм собственности, практически ликвидирована производственная служба. На данный период в производственной службе осталось 85 ветспециалистов из 1700 ранее работающих. Это обусловило резкое возрастание нагрузки на государственную ветеринарную службу. В целях обеспечения стойкого эпизоотического благополучия животноводства республики необходимо увеличение штатов государственной ветеринарной службы минимум на 200 ед.

На основе уже имеющихся достижений в Сибири и результатов нам удалось усовершенствовать схему комплексных ветеринарно-профилактических обработок животных в условиях региона.

Суть системы заключается в следующем плановые ветеринарно-профилактические мероприятия и диагностических исследований, животных в населенных пунктах региона мы рекомендуем осуществлять в 5 этапов. С учетом сезона года, на первом этапе осуществлять диагностику основных паразитозов. На втором этапе рекомендуется проведение  противопаразитарных обработок животных, третий и четвертый этапы предусматривают проведение микробиологических, серологических и аллергических исследований животных и птиц по 20 основным инфекционным заболеваниям. Основные объемы данных видов работ предусматриваются в  весенний (март, апрель май) и осенний (сентябрь, октябрь) периоды. На пятом этапе рекомендуется проведение профилактических вакцинаций с учетом эпизоотологических особенностей региона:

  - Поголовную вакцинацию крупного рогатого скота рекомендуется проводить против эмфизематозного карбункула, поскольку данная инфекция регистрируется практически ежегодно; вакцинацию против лептоспироза и пастереллеза следует осуществлять в неблагополучных пунктах, а также на территориях, граничащих с данными хозяйствами, но иметь резервный запас вакцин и сывороток на все восприимчивое поголовье.

- Эпизоотическая ситуация по инфекционным болезней овец в последние 10-15 лет характеризуется высоким уровнем заболеваемости по инфекционной энтеротоксемии. В этой связи мы рекомендуем планировать профилактическую вакцинацию всего восприимчивого поголовья во всех неблагополучных хозяйствах, а также на территориях, граничащих с этими хозяйствами, и иметь резервный запас вакцин и сывороток на все восприимчивое поголовье региона.

  - Вакцинацию свиноматок и откормочного поголовья свиней проводить против рожи, а также против таких инфекций, как пастереллез, лептоспироз  проводить в неблагополучных пунктах и на приграничных с ними территориях. На остальное свинопоголовье иметь необходимый запас вакцин и сывороток. 

  Что касается особо опасных инфекций особенно сибирской язвы, мы рекомендуем осуществлять профилактическую вакцинацию всего восприимчивого поголовья (со 100%-ным охватом) региона, ежегодно, с использованием вакцины из штамма 55-ВНИИВВиМ. Исходя из элементарных требований ветеринарной санитарии, считаем необходимым оборудование в каждом населенном пункте мест  утилизации трупов животных. Перед проведением земляных работ (строительство, прокладка трубопроводов, линий связи и т.п.) в обязательном порядке проводить микробиологическое исследование почвы в целях предупреждения вспышек особо опасных инфекций.

Таким образом, согласно предложенной нами схемы профилактические и оздоровительные мероприятия, направленные против инфекционных болезней сельскохозяйственных животных, в обязательном порядке должны включать: оценку эпизоотической обстановки конкретного хозяйства по инфекционным и паразитарным болезням, с учетом риска возникновения и распространения указанных болезней; своевременную диагностику инфекций и инвазий; строгое соблюдение санитарно-технологического режима эксплуатации животноводческих помещений, организацию схемы профилактики и лечения ассоциативных болезней, с учетом эпизоотической обстановки; проведение мониторинговых исследований мест утилизации и захоронений биологических отходов.

4. ВЫВОДЫ

1.        Ретроспективный  эпизоотологический анализ сельскохозяйственных
организаций всех форм собственности Республики Бурятия на глубину 25 лет
позволил установить, что нозологический профиль представлен девятью
наиболее значимыми инфекциями – сибирской язвой, эмфизематозным карбункулом, туберкулезом, бруцеллезом, пастереллезом, лептоспирозом, листериозом, инфекционной энтеротоксемией овец и рожей свиней.

За исчисляемый период было зарегистрировано 399 неблагополучных по бактериальным инфекциям животных пунктов, из которых 202 пункта (50,6%) – среди крупного рогатого скота, 126 (31,5%) пунктов – среди овец и 71 (17,7%) – среди свиней.

2.        За 1982-2006 годы ветеринарными лабораториями Республики Бурятия
выделено 1768 патогенных культур бактерий, в том числе: возбудители болезней крупного рогатого скота составили 807 (45,6%) культур; овец – 208
(11,7%); свиней – 753 (42,7%).

Из числа возбудителей болезней крупного рогатого скота микобактерии (типичные формы) составили 29,9%; сальмонеллы – 20,4%; пастереллы -15,6%; С1. сhauvoei (возб. эмкра) — 11,2%. У овец возбудители колибактериоза составили 11,1%; листериоза – 52,8%; инфекционной энтеротоксемии – 37,0%. У свиней – возбудители рожи выделили в 32,1% случаев; сальмонеллеза  – в 24,4%; пастереллеза – в 24,3% и колибактериоза  – в 19,1% случаях.

При этом отмечена выраженная летне-осенняя сезонность указанных ин­фекций (62,1%).

3.        Комплексными, в том числе и ретроспективными, исследованиями установлено, что если в первой и второй трети прошлого века (вплоть до конца 70-х годов) сибирская язва среди сельскохозяйственных животных характеризовалась проявлением  в форме эпизоотии,  с  поражением  одновременно большого числа животных в одном очаге и высокой летальностью (до 100%), то в последние 20 лет, благодаря внедрению научно обоснованной системы управления эпизоотическим процессом, включающей, в качестве обязатель­ного элемента, использование высокоэффективной вакцины из штамма 55-ВНИИВВиМ, эпизоотическая ситуация по сибирской язве животных в Рес­публике Бурятия приняла спорадический характер.

  В результате ежегодно проводимых профилактических мероприятий против сибирской язвы общий относительный экономический эффект по республике в 2008 г. составил: в скотоводстве - 1,3 млн. руб.; в овцеводстве - 13,3 млн. руб.; в свиноводстве - 3,8 млн. рублей.

  4. Эпизоотический процесс сибирской язвы крупного рогатого скота в Бурятии характеризуется следующими признаками: болезнь возникает в основном в личных подворьях граждан; очередные вспышки инфекции возникают в стационарно неблагополучных пунктах; инфекционный процесс сибирской язвы возникал (по данным 1995-2008 гг.), как правило, в результате проведения в неблагополучных пунктах земляных работ, при наводнениях и других стихийных бедствиях.

  5. Ежегодный  экологический и ветеринарно-санитарный мониторинг, проводимый госветслужбой Республики Бурятия, позволил установить, что на территории данного субъекта Федерации имеется 340 мест утилизации и захоронения биологических отходов, из которых около 40% паспортизирова­но в соответствии с ветеринарно-санитарными требованиями.

  В 16-ти территориально-административных районах отсутствуют обору­дованные скотомогильники. Последнее учтено нами при разработке научно обоснованной республиканской системы (программы) ветеринарно-профилактических мероприятий по острым и хроническим бактериальным инфекциям.

  6. При бактериологическом исследовании проб почвы, отобранных в мес­тах скотомогильников и предполагаемых местах захоронения трупов живот­ных, павших от сибирской язвы в прошедшие годы, нами были выделены как типичные формы Вac.аnthracis (поселение Гуджертуй Кяхтинского р-на и с. Сосоно-Озерское Еравнинского р-на), так и атипичные формы (с. Троицк Прибайкальского р-на). Одновременно идентифицированы возбудители листериоза, а также Е.coli, бактерии рода Salmonella, Еr.insidiosa, С1.сhauvoei и других родов и видов бактерий, обладающих вирулентностью.

  7. Культуры микроорганизмов, выделенные из почвы скотомогильников и мест захоронения биологических отходов, обладали высокой ферментатив­ной активностью, в особенности протеолитической и сахаролитической. Уреазной активностью обладали 12,1% культур, а у 54,6% выделенных бактериальных культур выявлена положительная каталазная активность. При этом 93,4% изолятов характеризовались условной патогенностью, а 22,7% из них обладали антилизоцимной активностью; 24,3% имели антиинтерфероновую активность; 20,4% выделенных бактериальных культур обладали ДНК-азной активностью и 31,5% - гемолитической.

  Одновременно выявлен широкий диапазон изменчивости фенотипических характеристик Вac.аnthracis.

  Оптимальными эколого-биохимическими параметрами для культивирования микроорганизмов in vitro являются: рН близкое к 7,2-7,4; содержание NаС1 0,85% и температура - 41-42°С.

  8. Эпизоотологический мониторинг, включающий анализ распространения инфекционных болезней сельскохозяйственных животных по нозологическому профилю, и синтез полученных данных, позволил выявить относительную однородность, в контексте рассматриваемых проблем, южных и северных административных территорий Республики Бурятия. Соответственно, последнее дает основание для более рационального, научно обоснованного, планирования  противоэпизоотических мероприятий,  предусматривать при этом наиболее рациональное использование биологических препаратов-вакцин, сывороток, диагностикумов, в том числе при лабораторных исследованиях, а также противопаразитарных средств и дезинфекционных материалов; кроме того, научно обосновано планировать организацию новых территориальных ветучастков и ветпунктов с соответствующим распределением штатных единиц ветспециалистов.

  9. Всесторонний анализ природно-климатических особенностей, хозяйственно-экономической деятельности в эпизоотически неблагополучных территориях показал, что в Республике Бурятия существуют условия, повышающие риск возникновения особо опасных бактериальных инфекций сельскохозяйственных животных.

  К факторам, обуславливающим длительное неблагополучие по ряду бактериальных инфекций, в том числе сибирской язве, следует отнести: относительно низкий ветеринарно-санитарный уровень ведения животноводства, бесконтрольный ввоз животных из неблагополучных по инфекциям хозяйств, несвоевременность постановки объективного диагноза на бактериальные инфекции, контаминация и длительное переживание в объектах внешней среды патогенных и условно патогенных микроорганизмов, негативное влияние на организм животных биотических (перенасыщенность вакцинных препаратов) и абиотических (в основном антропогенной природы) факторов, вызывающих массовые иммунодефициты животных (на популяционном уровне), нерациональное использование вакцин и противопаразитарных средств, не позволяющее достичь стойкого группового (стадного) иммунитета к бактериальным инфекциям.

  10. В контролируемых опытах на овцах показано, что такие антгельмин-тики, как аверсект-2, сантел и клозальбен-10, оказывают негативное влияние на качественный и количественный состав энтеробиоценоза обработанных ими животных – происходит значительное снижение количества полезной микрофлоры в кишечнике, приводящее к дисбактериозу. Данное состояние может быть отчасти скорректировано применением пробиотика ветом-3 по­сле дегельминтизации.

  11. Целенаправленными исследованиями на овцах установлено, что при одновременной обработке животных противопаразитарным препаратом широкого спектра действия аверсект-2 и противобруцеллезной вакциной из шт. 19 Вr.аbortus, а в других опытах – вакциной против лептоспироза поливалентной вакциной ВГНКИ, у животных формируется ингибиция антителообразования на вакцинные штаммы, сопровождающаяся одновременно снижением гемопоэза и других эндогенных факторов адаптогенеза.

  Дополнительными исследованиями было установлено, что избежать данный феномен можно при создании интервала между вакцинацией и дегельминтизацией 2-3 недели.

  12. На основе многолетних наблюдений и результатов целенаправленных исследований, ученых БГСХА и других НИИ и ВУЗов Сибири, специалистов госветслужбы и результатов собственных исследований разработана научно обоснованная система профилактики бактериальных инфекций сельскохозяйственных животных в Республике Бурятия, основными составляющими которой являются:

  - ежемесячные мониторинговые исследования эпизоотической ситуации по каждой территории АПК с обязательным последующим оперативным анализом и разработкой, в случае необходимости, специальных локальных мер;

совершенствование работы ветеринарно-испытательных диагностических лабораторий и их филиалов (комплектование современным диагностическим оборудованием, в том числе экспресс-анализаторами; регулярная переподготовка кадров на базе БГСХА, разработка современной электронной системы оповещения и др.);

  - инвентаризация (на уровне республики) с последующей паспортизацией, всех скотомогильников, выявление и регистрация неучтенных ранее мест утилизации биологических отходов, их картографирование;

  - внедрение научно обоснованной схемы противопаразитарных обработок и вакцинации животных с соблюдением временного интервала между проводимыми мероприятиями, подбор вакцин с обязательным учетом штаммов микроорганизмов, выделенных из трупов павших животных;

  Внедрение данной системы в Республике Бурятия позволило предотвратить ущерб от наиболее распространенных инфекций – в скотоводстве на сумму 147,4 млн. рублей, свиноводстве - 32,3 млн. рублей и среди мелкого рогатого скота - на сумму 27,6 млн. рублей.

ПРАКТИЧЕСКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ

  Разработана система комплексного эпизоотологического, бактериологического мониторинга обеспечивающая систематизацию и обработку сведений о заразных болезнях, что позволяет ветеринарной службе управлять эпизоотической  ситуацией по инфекционным болезням сельскохозяйственных животных и вносить соответствующие коррективы при проведении профилактических и оздоровительных мероприятий.

Предложен и внедрен календарный комплексный план проведения диагностических и ветеринарно-профилактических мероприятий позволил улучшить эпизоотическую обстановку по основным инфекционным болезням животных в регионе и предотвратить значительный экономический ущерб.

  Результаты исследования использованы при разработке нормативно-технических документов и методических рекомендаций, предложенных для практического использования, а именно:

1. «Микробиологический мониторинг почв в местах захоронения животных» утв. подсекцией «Инфекционная патология животных в регионе Сибири и Дальнего Востока» отделения ветеринарной медицины Россельхозакадемии (протокол №1 от 28 мая 2008 г.).

2. «Использование бифидосодержащего средства био-бифивит для коррекции нарушения микробиоценоза желудочно-кишечного тракта овец после дегельминтизации» (утв. 15.05. 2004 научно-техническим советом Управления ветеринарии Республики Бурятия, протокол № 5, 2004).

3. С целью профилактики постдегельминтизационных дисбактериозов при лечение паразитарных болезней свиней рекомендуем применять пробиотик ветом-3, что подтверждено патентом 2274462 С1 Российская Федерация, МПК А61К 35/66, А61К 36/06, способ лечения и профилактики нематодозов поросят.

  4. С целью повышении эффективности иммунизации овец против бруцеллеза и лептоспироза, необходимо  проводить противоинвазионные обработки животных препаратом аверсект-2 не позднее 2-х –  3-х недель до вакцинации животных, то есть после их полного выведения из организма или через 21 после вакцинации, т.е. после формирования стойкого поствакцинального иммунитета.

5. Изданы монографии «Паразитологические и микробиологические аспекты животных в регионе озера Байкал» (Улан-Удэ, 2003) «Ассоциативные болезни и биоэкология сочленов паразитоценозов сельскохозяйственных животных в  республике Бурятия» (Улан-Удэ, 2006, 215с.), «Краевая эпизоотология и микробиология Восточной Сибири РФ и Монголии» (Улан-Удэ, 2008, 358с.)  – предназначенные для специалистов, занимающихся проблемами заразной патологии животных, практикующих ветеринарных врачей, аспирантов и студентов учебных заведений ветеринарного профиля.

6. В процессе проведенной научно-исследовательской работы были выявлены два, до этого времени не учтенных места захоронения сибиреязвенных трупов, затем оборудованы в соответствии с санитарно-ветеринарными правилами Санитарных правил СП 3.1. 089-96 и Ветеринарных правил ВП 13.3. 1320-96.

  7. Материалы диссертационной работы используются в учебном процессе при чтении лекций и проведении лабораторно-практических занятий по эпизоотологии, микробиологии, паразитологии на кафедрах Бурятской ГСХА, Иркутской ГСХА, Дальневосточного ГАУ а также рекомендуются НИИ ветеринарной медицины для решения вопросов диагностики, профилактики и лечения инфекционных болезней сельскохозяйственных животных. Используются в практической работе специалистами государственной ветеринарной службы Республики Бурятия.

Список ОСНОВНЫХ работ, опубликованных

по теме диссертации

  1. Третьяков, А.М. Микрофлора желудочно-кишечного тракта как фактор здоровья макроорганизма /  А.М. Третьяков, В.Ц. Цыдыпов, П.И. Евдокимов // Устойчивое развитие сельского хозяйства в бассейне озера Байкал: сб. тр. науч.-практ. конф. – Улан-Удэ, 2002. – С. 96-100.
  2. Третьяков, А.М. Антимикробное влияние антгельминтиков на рост некоторых бактерий на твердой питательной среде / А.М. Третьяков, В.Ц. Цыдыпов, П.И. Евдокимов // Достижения ветеринарной медицины в ХХI веке: сб. тр. междунар. науч.-практ. конф. – Барнаул, 2002. – С. 295-297.
  3. Третьяков, А.М. Изменение качественного состава микрофлоры желудочно-кишечного тракта овец под влиянием антгельминтика авертин / А.М. Третьяков, В.Ц. Цыдыпов, П.И. Евдокимов // Сб. науч. тр. Бурятской гос. сельхоз. академии. – Улан-Удэ, 2003. – С. 64-67.
  4. Третьяков, А.М. Влияние антгельминтиков на рост микроорганизмов в жидкой питательной среде / А.М. Третьяков // Мат. междунар. науч.-практ. конф. по актуальным проблемам агропромышленного комплекса. – Казань, 2003. – С. 81-82.
  5. Третьяков, А.М. Изменения в составе микрофлоры желудочно-кишечного тракта лошадей под влиянием препарата иверсект / А.М. Третьяков, В.Ц. Цыдыпов, П.И. Евдокимов // Ветеринария Сибири. – 2003. – С. 99-101.
  6. Евдокимов, П.И. Паразитологические и микробиологические аспекты животных в регионе озера Байкал: монография / П.И. Евдокимов, А.М. Третьяков, В.Ц. Цыдыпов. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятской ГСХА, 2003. – 148 с.
  7. Третьяков, А.М. Инфекционная энтеротоксемия овец при нарушении технологии вакцинации и противопаразитарной обработки / А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов // Сб. науч. тр. Бурятской гос. сельхоз. академ. – Улан-Удэ, 2004. – С. 80.
  8. Третьяков, А.М. Использование бифидосодержащего  средства био-бифивит для коррекции нарушения микробиоценоза желудочно-кишечного тракта овец после дегельминтизации: метод. рекомендации / А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов, С.С. Тармакова, О.М. Иванова. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятской гос. сельхоз. академ. – 2004. – 11 с.
  9. Третьяков, А.М. Ассоциативное заболевание крупного рогатого скота, вызванного активизацией облигатной микрофлоры антгельминтиком альбамелин / Проблемы и перспективы ветеринарии в  ХХI веке: материалы междунар. науч.-практ. конф., посвящ. 70-летию ФВМ Бурятской ГСХА (Улан-Удэ, 15 – 19 июня). – Улан-Удэ, 2005. – С. 136-137.
  10. Евдокимов, П.И. Ассоциативные болезни сельскохозяйственных животных в Республике Бурятия: монография / П.И. Евдокимов, А.М. третьяков. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятской ГСХА. – Улан-Удэ, 2006. – 250 с.
  11. Третьяков А.М. Динамика микрофлоры кишечника овец под влиянием антгельминтика ивермек / А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов, Е.А. Савин // Сб. материалов науч.-практ. конф., посвящ. 75-летию Бурятской ГСХА. – Улан-Удэ, 2006. – С. 95-96.
  12. Патент 2274462 С1 Российская Федерация, МПК А61К 35/66, А61К 36/06. Способ лечения и профилактики нематодозов поросят / Романюк Н.А., Евдокимов П.И., Третьяков А.М.; заявитель и патентообладатель Омский гос. аграр. ун-т. - № 2004123182; заявл. 30.07.04; опубл. 20.04.06 Бюл. № 11.
  13. Украинец, В.Л. Динамика микробиоценоза кишечника, гематологических и биохимических показателей крови свиней при использовании антгельминтика аверсект-2 и их коррекция коредоном / В.Л. Украинец, А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов // Сибирский вестник сельскохозяйственной науки. 2007. № 40-41. - С. 92-98.
  14. Третьяков, А.М. Ветеринарно-санитарное обследование скотомогильников в Могойтуйском районе Агинского бурятского автономного округа / А.М. Третьяков, В.А. Монсонов, А.В. Монсонов, В.Ц. Цыдыпов // Актуальные вопросы экологической, сравнительно возрастной и экспериментальной морфологии животных: материалы междунар. науч.-практ. конф. (Улан-Удэ, 22-23 июня 2007 г.). – Улан-Удэ, 2007. – С. 160-164.
  15. Третьяков, А.М. Ветеринарные мероприятия по обеспечению эпизоотического благополучия на территории Республики Бурятия / А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов, Т.И. Филиппова // Вестник Бурятской гос. сельхоз. академ. – 2007. - № 8. – С. 11-17.
  16. Бадмажапова, Р.Н. Ветеринарно-экологическая паспортизация мест захоронения животных /  Р.Н. Бадмажапова, В.Ц. Цыдыпов, А.М. Третьяков // Российский ветеринарный журнал. – 2007. - № 3. – С. 46-47.
  17. Третьяков, А.М. Постдегельминтизационные дисбактериозы у овец / А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов // Ветеринария. 2008. - № 3. С. 14-17.
  18. Третьяков, А.М. Результаты эпизоотологического анализа по бруцеллезу крупного рогатого скота в Республике Бурятия / А.М. Третьяков // Адаптация, здоровье и продуктивность животных: сборник докладов Сибирской межрегион. науч.-практ. конф. (Новосибирск, 22-23 мая 2008 г.). – Новосибирск, 2008. – С. 213-216.
  19. Третьяков, А.М. Эпизоотический процесс эмфизематозного карбункула крупного рогатого скота в Республике Бурятия / А.М. Третьяков // Актуальные вопросы инвазионной и инфекционной патологии животных: материалы междунар. науч.-практ. конф. (Улан-Удэ, 27-29 июня 2008 г.). – Улан-Удэ, 2008. – С. 78-80.
  20. Назаренко, Е.Г. Бруцеллез животных в Иркутской области / Е.Г. Назаренко, А.М. Третьяков // Российский ветеринарный журнал. Сельскохозяйственные животные. 2008. - № 2. С. 3-5.
  21. Третьяков, А.М. Эпизоотический процесс листериоза овец и основные меры борьбы с данной болезнью в республике Бурятия / А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов // Проблемы профилактики и борьбы с особо опасными, экзотическими и малоизученными инфекционными болезнями животных: труды междунар. науч.-практ. конф, посвящ 50-летию ВНИИВВиМ (Покров, 13-14 нояб. 2008 г.). – Покров, 2008. – Т. 1. – С. 30-32.
  22. Третьяков, А.М. Влияние аверсект-2 на антителообразование и поствакцинальные серологические реакции при вакцинации овец против бруцеллеза / А.М. Третьяков, Е.Г. Назаренко // Проблемы профилактики и борьбы с особо опасными, экзотическими и малоизученными инфекционными болезнями животных: труды междунар. науч.-практ. конф, посвящ. 50-летию ВНИИВВиМ (Покров, 13-14 нояб. 2008 г.). – Покров, 2008. – Т. 1. – С. 245-249.
  23. Третьяков, А.М. Нозологический профиль особо опасных болезней крупного рогатого скота бактериальной этиологии в Республике Бурятия / А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов // Проблемы профилактики и борьбы с особо опасными, экзотическими и малоизученными инфекционными болезнями животных: труды междунар. науч.-практ. конф, посвящ 50-летию ВНИИВВиМ (Покров, 13-14 нояб. 2008 г.). – Покров, 2008. – Т. 1. – С. 249-253.
  24. Третьяков, А.М. Микробиологический мониторинг почв в местах захоронения животных: науч. рекомендации / А.М. Третьяков, В.Ц. Цыдыпов, П.И. Евдокимов. – Улан-Удэ: Изд-во Бурятской гос. сельхоз. академ. – 2009. – 59 с.
  25. Третьяков, А.М. Пробиотик био-бифивит для коррекции постдегельминтизационных дисбактериозов кишечника у овец / А.М. Третьяков // Ветеринария. 2009. - № 8. С. 34-37.
  26. Третьяков, А.М. Микробиологический мониторинг почв в местах захоронения трупов животных в Республике Бурятия / А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов // Тр. Кубанского гос. аграр. ун-та. Серия: Ветеринарные науки. 2009. - № 1. Ч. 1. С. 110-112.
  27. Третьяков, А.М. Анализ эпизоотической ситуации по роже свиней в Республике Бурятия в 1981-2006 годы /  А.М. Третьяков // Тр. Кубанского гос. аграр. ун-та. Серия: Ветеринарные науки. 2009. - № 1. Ч. 1. С. 112-114.
  28. Коротких, М.Н. Влияние аверсект-2 на иммунный статус организма овец / М.Н. Коротких, А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов // Тр. Кубанского гос. аграр. ун-та. Серия: Ветеринарные науки. 2009. - № 1. Ч. 1. С. 160-162.
  29. Третьяков, А.М. Эпизоотология сибирской язвы в Республике Бурятия / А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов // Вестник Россельхозакадемии. 2009. - № 6. С. 67-68.
  30. Третьяков, А.М. Влияние антгельминтика аверсект-2 на антителообразование при вакцинации овец против лептоспироза / А.М. Третьяков // Доклады Россельхозакадемии. 2010. - № 1. С. 50-52.
  31. Третьяков, А.М. Особенности эпизоотического процесса лептоспироза крупного рогатого скота на территории Республики Бурятия / А.М. Третьяков, А.Ж. Норбоев // Современные тенденции развития ветеринарной медицины и инновационные технологии в ветеринарии и животноводстве: материалы междунар. науч.-практ. конф., посвящ. 75-летию факультета ветеринарной медицины Бурятской гос. с.-х. академ. (Улан-Удэ, 24-25 июня 2010). – Улан-Удэ, 2010. – С. 127-129.
  32. Третьяков, А.М.  Эпизоотологическое районирование территории республики Бурятия по распространенности инфекционных болезней бактериальной природы / А.М. Третьяков, П.И. Евдокимов // Сибирский вестник сельскохозяйственной науки. 2010. № 7 . - С. 67-72.





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.