WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

САХНО

НИКОЛАЙ ВЛАДИМИРОВИЧ

СТИМУЛЯЦИЯ РЕПАРАТИВНЫХ ПРОЦЕССОВ КОСТНОЙ ТКАНИ

ПРИ ПЕРЕЛОМАХ ТРУБЧАТЫХ КОСТЕЙ У МЕЛКИХ ДОМАШНИХ

ЖИВОТНЫХ И ПРОФИЛАКТИКА ХИРУРГИЧЕСКОЙ ИНФЕКЦИИ

16. 00. 05 – ветеринарная хирургия

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора ветеринарных наук

Санкт-Петербург

2009

Работа выполнена на кафедре эпизоотологии, микробиологии и ветсанэкспертизы ФГОУ ВПО «Орловский государственный аграрный университет».

Научный консультант:                 доктор ветеринарных наук

                                                Тарасенко Павел Александрович

Официальные оппоненты:                 доктор ветеринарных наук, профессор

                                                Шакуров Мухаметфатих Шакурович

                                                доктор ветеринарных наук, профессор

                                                Ермолаев Валерий Аркадьевич

доктор ветеринарных наук

                                                Виденин Владимир Николаевич

Ведущая организация: ФГОУ ВПО «Московская государственная академия ветеринарной медицины и биотехнологии имени К.И. Скрябина»

Защита диссертации состоится «_____» 2009 года в «_____» часов на заседании диссертационного совета Д 220.059.01 при ФГОУ ВПО «Санкт-Петербургская государственная академия ветеринарной медицины».

Адрес: 196084, г. Санкт-Петербург, ул. Черниговская, 5.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ФГОУ ВПО «Санкт-Петербургская государственная академия ветеринарной медицины»

Автореферат разослан «_____» ___________ 2009 года.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор ветеринарных наук                                                        Крячко О.В.

ОСНОВНЫЕ УСЛОВНЫЕ ОБОЗНАЧЕНИЯ

БАТ – биологически активная точка

КТ - каталаза

ОС – остеосинтез

СРО - свободнорадикальное окисление

СОД – супероксиддисмутаза

сут - сутки

ЩФ – щелочная фосфатаза

Hb – гемоглобин

Эr – эритроциты

E. coli - Escherichia coli

Staph. - Staphylococcus

Str. sp. - Streptococcus species

1. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы. Использование служебных собак в различных сферах народного хозяйства России часто сопровождается их травмами с повреждением длинных трубчатых костей. Осложнения после остеосинтеза зачастую связанны с отсутствием необходимых конструкций для надежной фиксации отломков, при этом хирургическая инфекция занимает одно из ведущих мест. Отмечают тенденцию к повышению развития гнойно-воспалительных процессов, осложняющих лечение в послеоперационный период. В ветеринарной хирургии частота нагноения ран достигает 73,2% (А.В. Лебедев, В.А. Лукьяновский, Б.С. Семенов, 2000). Установлено, что возбудителями раневой инфекции чаще всего становятся условно-патогенные микроорганизмы, сапрофитирующие в здоровом организме.

Среди литературных данных по стимуляции остеорепарации заслуживают внимания средства, активизирующие развитие костной ткани и ее обызвествление (В.А. Лукьяновский, 1984; И.Б. Самошкин, 1987; А.Д. Белов, М.В. Плахотин, Б.А. Башкиров и др., 1990; В.Б. Борисевич, 1994; Н.А. Козлов, 2000; А.И. Майоров, 2001; Х. Шебиц, В. Брасс, 2001; И.Б. Самошкин, С.В. Тимофеев, С.А. Слесаренко, 2002; С.В. Тимофеев, К.Л. Мальцев, 2003).

Значительные успехи в оперативном лечении животных с переломами костей конечностей возможны благодаря применению фиксаторов из инертных материалов к тканям и активной пропаганде малоинвазивных способов ОС. Тем не менее, не исчерпаны на сегодняшний день все возможные пути усиления метаболических процессов в костной ткани и профилактики хирургической инфекции. Относительно последней снижение эффективности химиотерапии объясняется селекцией лекарственноустойчивых, полирезистентных форм возбудителей (С.М. Навашин, И.П. Фомина, 1982).

Исходя из вышеизложенного, возникает необходимость изыскания наиболее эффективных методов лечения переломов длинных трубчатых костей у собак и кошек, а также применение таких конструкций для ОС и шовного материала, которые профилактировали бы развитие раневой инфекции, что свидетельствует об актуальности избранного направления исследований.

Работа является законченным экспериментально-клиническим исследованием, выполненным в соответствии с комплексным планом научных работ кафедры эпизоотологии, микробиологии и ветсанэкспертизы ФГОУ ВПО «Орловский государственный аграрный университет» в 2003-2008 годах (номер Государственной регистрации 01.20.03 00854).

Цель работы. Разработать и экспериментально - клинически апробировать новые малоинвазивные устройства для оперативного лечения животных с переломами длинных трубчатых костей. Изучить и обосновать возможность применения сел-плекса, тимогена и электропунктурной рефлексотерапии для ускорения формирования прочной костной мозоли и профилактики послеоперационных осложнений.

Задачи исследования. Для реализации поставленной цели были определены следующие задачи:

1. Провести анализ частоты встречаемости переломов длинных трубчатых костей у мелких домашних животных.

2. Разработать технические средства интрамедуллярной и накостной фиксации отломков при поперечных и косых переломах трубчатых костей, обладающих малой травматичностью и инвазивностью, а также дать им клиническую оценку.

3. Изучить влияние сел-плекса на состояние антиоксидантной активности периферической крови травмированных животных после ОС.

4. Определить иммунобиологическое состояние организма травмированных животных в послеоперационный период после применения тимогена.

5. Выявить возможность электропунктурной диагностики состояния опорно-двигательного аппарата и изучить влияние электропунктурной рефлексотерапии на процесс формирования костной мозоли.

6. Установить биомеханику нагрузки поврежденной конечности и сроки ее включения в функцию опоры и движения.

7. Выяснить физико-механические свойства костной мозоли в раннем и отдаленном послеоперационном периоде на фоне ее минеральной насыщенности.

8. Изучить влияние металлоостеосинтеза и шовного материала на контаминацию операционных ран микроорганизмами.

9. Разработать практические рекомендации по оперативному лечению животных с переломами длинных трубчатых костей и профилактике развития хирургической инфекции.

Научная новизна. Впервые разработаны и апробированы:

- малотравматичные устройства для проведения интрамедуллярного и накостного ОС при косых и поперечных переломах длинных трубчатых костей у собак и кошек;

- малоинвазивные накостные циркулярные серкляжи с ограниченным давлением на надкостницу и интрамедуллярные фиксаторы с антимиграционными свойствами;

- способы стимуляции остеорегенерации у животных с применением сел-плекса, тимогена и электропунктурной рефлексотерапии;

- устройства для повышения качества рентгенологического контроля консолидации костных отломков.

Выявлено влияние сел-плекса на состояние антиоксидантной активности периферической крови и установлена роль тимогена при нормализации иммунобиологического статуса травмированных животных в послеоперационный период с целью профилактики развития хирургической инфекции.

Изучено влияние металлоостеосинтеза и шовного материала на контаминацию операционных ран микроорганизмами с использованием модифицированной нами чашки Петри, повышающей качество и биобезопасность проводимых исследований.

Научная новизна исследований подтверждена 15 патентами РФ.

Теоретическая и практическая значимость. Разработанные способы и устройства позволяют восстановить анатомическую целостность поврежденной кости за счет стабильной фиксации ее отломков и профилактировать, тем самым, развитие хирургической инфекции.

Циркулярные фиксаторы с ограниченным контактом с костью предотвращают повреждение нервов, сосудов, мышц голени мелких домашних жи-

вотных и способствуют ранней васкуляризации костной мозоли.

Устройства для рентгенографии поврежденных костей повышают качество рентгенснимков, предотвращают механические воздействия на формирующуюся костную мозоль при рентгенологическом контроле течения остеорегенерации.

Результаты исследований позволяют осуществлять дифференциальный подход к лечению травмированных животных в зависимости от их массы тела и темперамента. Определена целесообразность применения сел-плекса, тимогена и электропунктурной рефлексотерапии в послеоперационный период, как факторов способствующих быстрой нормализации клинических показателей и восстановлению иммунобиологического статуса травмированных животных, обеспечивающих профилактику развития хирургической инфекции. Модифицированная нами чашка Петри повышает качество и биобезопасность проводимых исследований.

Внедрение. Научные разработки внедрены в учебный процесс факультетов ветеринарной медицины ФГОУ ВПО: Брянская ГСХА, Воронежский ГАУ им. К.Д. Глинки, Горский ГАУ, Дальневосточный ГАУ, Казанская ГАВМ им. Н.Э. Баумана, Московская ГАВМиБ им. К.И. Скрябина, Новосибирский ГАУ, Оренбургский ГАУ, Орловский ГАУ, Саратовский ГАУ им. Н.И. Вавилова, Ставропольский ГАУ, Ульяновская ГСХА, Уральская ГСХА, ОГОУ СПО «Орловский сельскохозяйственный техникум» и нашли подтверждение в Департаменте научно-технологической политики и образования РФ от 16.04.2008 г. за № 13-03-3/539.

Производственные испытания проходили на базе Алексинской районной ветеринарной станции по борьбе с болезнями животных Тульской области, Брянской областной станции по борьбе с болезнями животных, научно-исследовательского центра ветеринарной иглорефлексотерапии Даль ГАУ, лечебно-консультативного центра Казанской ГАВМ им. Н.Э. Баумана, Минской городской ветеринарной станции Фрунзенского района, ветеринарной клиники ЗАО «Энималз» г. Новосибирска, ветеринарной клиники «Болезни мелких домашних животных» при Новосибирском ГАУ, Рощинской участковой ветеринарной лечебницы Ленинградской области, НПО ООО «Зоосфера» г. Оренбурга, кинологического питомника спасательно-пожарного центра Главного управления МЧС по Орловской области с 14.11.2005г. по 14.03.2007г. на 293 собаках и кошках. В отзывах от 14 ветеринарных клиник, в том числе от управлений ветеринарии Амурской, Брянской, Воронежской областей России и управления МЧС России по Орловской области, отмечена простота выполнения операции по совмещению отломков трубчатых костей и их фиксации у мелких домашних животных, сокращение сроков регенерации на 5-7 суток относительно общепринятых способов остеосинтеза и общепринятой послеоперационной терапии. Использование научных исследований в практической деятельности ветеринарных лечебных учреждений России подтверждены Ассоциацией практикующих ветеринарных врачей от 22.05.2008г. за № 51 и рекомендованы для широкого использования в практике работы ветеринарных клиник Департаментом ветеринарии Минсельхоза России от 16.04.2008г. за № 25-25/169.

Апробация работы. Основные положения диссертации доложены на международных научно-практических конференциях (Брянск, 2003; Ульяновск, 2003; Оренбург, 2003; Санкт-Петербург, 2004; Самара, 2005; Гагра, 2005; Троицк, 2005; Кострома, 2006; Воронеж, 2006; Ставрополь, 2006, 2007; Троицк, 2007), на XIII международном Московском конгрессе по болезням мелких домашних животных (2005), на заседании секции «Патология, фармакология и терапия» Отделения ветеринарной медицины Россельхозакадемии во Всероссийском научно-исследовательском ветеринарном институте патологии, фармакологии и терапии от 24.03.2005г. за № 02/596. На межвузовских научно-практических конференциях (Томск, 2004; Москва, 2005; Орел, 2005, 2008; Смоленск, 2007).

Публикации. По теме диссертации опубликована 51 работа.

Объем и структура диссертации. Диссертация изложена на 303 страницах машинописного текста и включает: введение, обзор литературы, материал и методы исследований, собственные исследования, обсуждение результатов исследований, выводы, практические предложения. Список использованной литературы включает 438 работ (360 отечественных и 78 - зарубежных авторов) и приложения. Диссертация иллюстрирована 8 диаграммами, 28 рисунками, 84 рентгенограммами и 41 таблицей.

На защиту выносятся следующие основные положения:

1. Накостные циркулярные фиксаторы с ограниченным давлением на надкостницу для выполнения малоинвазивного ОС с целью создания благоприятных условий течения регенерации и органотипической перестройки костных структур до их полного анатомо-функционального восстановления.

2. Малотравматичные устройства для ОС и рентгенографии.

3. Перспективы и возможность применения сел-плекса и тимогена в ветеринарной травматологии.

4. Экспериментальное обоснование электропунктурной рефлексотерапии для стимуляции репаративных процессов поврежденных костей.

5. Результаты микробиологических исследований послеоперационных ран в зависимости от различных металлических фиксаторов и разного шовного материала.

6. Методические и практические рекомендации по оперативному лечению животных с переломами длинных трубчатых костей и профилактике хирургической инфекции.

3. СОБСТВЕННЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

3. 1. Материал и методы исследования

Проведен анализ частоты переломов костей у собак и кошек на базе кафедры эпизоотологии, микробиологии и ветсанэкспертизы, и ветеринарного диагностического центра ФГОУ ВПО «Орловский ГАУ» за период с 1995 по 2007 год. Для моделирования фиксаторов и определения их параметров проведены морфометрические исследования трупных костей периферического скелета 10 беспородных собак (массой 14-28 кг в возрасте 1-6 лет) и кошек (2,5–3,5 кг возрасте 2 лет) популяции г. Орла.

Для проведения исследований были сформированы 11 групп собак и 2 группы кошек методом случайной выборки по принципу парных аналогов (n=5 в каждой группе), в которые вошли клинически здоровые животные в возрасте 1-5 лет обоего пола (рис. 1).

Рис. 1. Схема опыта

Под общей анестезией в асептических условиях у собак I-IV и кошек VI серии опыта производили остеотомию средней трети диафиза большеберцовой кости под углом 12° к ее длинной оси, а у собак V серии опыта - поперечную остеотомию средней трети диафиза бедренной кости. Операции проводили с 7 до 10 часов утра, учитывали зависимость характера процесса регенерации тканей от циркадной фазы состояния организма в момент операции (Л.Р. Сапожникова, Г.С. Катинас, С.В. Лоншаков, 1978; Н.В. Сахно, С.В. Леонова, 2005).

В ходе операции определяли кровопотерю животными (ОНПт). Со дна операционных ран перед их ушитием брали мазки-отпечатки для исследования состава микрофлоры (Т.С. Костенко, Е.И. Скаршевская, С.С. Гительсон, 1989; С.А. Артемьева, Т.Н. Артемьева, А.И. Дмитриев и др., 2002). Операционную рану у собак I-IV серий опыта, а также собак 5 и кошек 6 групп опыта ушивали нитями „Русар-С“ (П.А. Тарасенко, 2006) прерывистым узловатым швом. У собак - пятой и кошек - шестой контрольной группы на мышцы накладывали непрерывные швы из кетгута, а на кожу - прерывистые узловатые швы из шелка.

Всем животным после операции один раз в сут вводили официнальные растворы димедрола из расчета 3,0 мг/кг массы тела и анальгина (0,03 г/кг) в течение 4 дней; аскорбиновой кислоты - 2,0 мг/кг массы тела в продолжение 7 дней; линкомицина гидрохлорида - 10,0 мг/кг массы тела в течение 7 дней; кальция глюканата - 1-5 мл на животное в продолжение 7 дней и тетравита - 0,05 мл/кг массы тела с интервалом 7 дней (3-5 инъекций). Дополнительно в группах опыта применяли сел-плекс (Временное наставление …, 2001), предоставленный фирмой ООО «Оллтек» (г. Москва). Его давали с кормом в дозе 5 мг на 1 кг массы тела 1 раз в сут в течение 14 дней подряд. В других группах дополнительно применили 0,01% раствор тимогена внутримышечно в дозе 3 мкг/кг массы 1 раз в сут в течение 10 дней.

Состав микрофлоры ран определяли на 3, 7, 10 и 14 сут после операции на базе бактериологической лаборатории МУЗ ГБСМП им. Н.А. Семашко (г. Орел). После трехкратной обработки кожи вводили между швов до дна раны истонченную конечную часть стерильной одноразовой пипетки и брали 0,05-0,1 мл отделяемого. После удаления кожных швов исследовали состав микрофлоры той части шовного материала, которая находилась наиболее глубоко в операционной ране. Выделение микроорганизмов и определение их чувствительности к антибиотикам проводили согласно рекомендациям (Приказ МЗ от 22.04.85г.; Дж. Хоут, Н. Криг и др., 1997).

Изучена электропроводность БАТ после ОС у собак 1 и 3 контрольных групп. Проведена электропунктурная стимуляция остеорепарации у собак 4 контрольной группы (прибор ПЭРТ-5), где воздействие электрическим током вели в течение 7 дней с 4 сут после ОС. Электропунктурная диагностика состояния БАТ и воздействие на них электрическим током проводили утром (800 - 830 часов). Коэффициент электропроводности в БАТ вычисляли по формуле A=n/N (В.А. Петров, В.Ф. Мусиенко, А.А. Иванников, 1997).

Отбор крови проводили утром (7-9 часов) до кормления животных, перед диагностическими и лечебными процедурами. Исследования крови проводили в ГУ ОО «Орловская областная ветеринарная лаборатория». Гематологический анализ включал: определение величин морфологических компонентов в стабилизированной крови животных (геманализатор Picoscale-5); гемоглобина; дифференцированный подсчет лейкоцитов (И.П. Кондрахин, Н.В. Курилов, А.Г. Малахов и др., 1985). Биохимический анализ включал определение в сыворотке крови: общего кальция с индикатором мурексидом; неорганического фосфора с ванадатмолибденовым реактивом; магния по цветной реакции с титановым желтым; общего белка рефрактометрическим методом; белковых фракций нефелометрическим методом; активности ЩФ по гидролизу –глицерофосфата; активности СОД в эритроцитах; активности КТ в крови (И.П. Кондрахин, 2004); цинка в крови с дитиозином; меди с помощью диэтилдитиокарбамата по Тауциню (Б.И. Антонов, 1991).

Идентификацию лимфоцитов в цельной крови проводили в лаборатории Орловского областного центра по профилактике и борьбе со СПИД и ИЗ с использованием диагностикумов иммунофенотипирования Центра иммунной реабилитации, астмы и аллергии г. Витебска (anti-CD3 для выявления Т-лимфоцитов, anti-CD19 (22) для выявления В-лимфоцитов) (А.Н. Чередеев,

Н.К. Горлина, И.Г. Козлов, 1999).

Рентгенологические исследования проводили мобильным рентгенаппаратом «Арман» ТУ 25-06 2565-85 при экспозиции 40-50 КV, 10 мsес и фокусном расстоянии в 40-60 см. Все опыты и эвтаназию экспериментальных животных выполнили с соблюдением требований биомедицинской этики и приказа МЗ СССР № 755 от 12 августа 1977 г. «О мерах по дальнейшему совершенствованию организованных форм работы с использованием экспериментальных животных».

Степень повреждения трубчатой кости определяли площадью ее перелома после оттиска на миллиметровой бумаге распила трупной кости под разным углом. Контактную способность с тканями интрамедуллярных и накостных фиксаторов установили путем определения их объема. Фиксаторы помещали в бюретку на 25 мл ГОСТ 1770-64 2 кл с ценой деления шкалы 0,1 мл с дистиллированной водой (t 19 °С).

Предел прочности трубчатых костей на изгиб определили в лаборатории ООО «Завод имени Медведева - Машиностроение» (г. Орел). Кости собак, освобожденные от мягких тканей, испытывали на универсальной испытательной машине УИМ–10 (шкала 0-1000 кг), а кошек – на машине испытания пружин МИП–1-50035 (шкала 0-100 кг). Сила прилагалась по центру диафиза кости с ускорением не более 20 МПа/с. Расчет предела прочности костей проводили по формуле, определяющей равномерное распределение прилагаемой нагрузки на изгиб (В.С. Ржезников, 1943; ГОСТ 27208-87; Е.Ф. Винокуров, М.К. Балыкин, И.А. Голубев и др., 1988; В.Н. Сидоров, 2002).

Определение содержания микро- и макроэлементов в костной мозоли, а также в тождественном участке диафиза интактных контрлатеральных костей собак и кошек провели в ГУ ОО «Областная ветеринарная лаборатория» (г. Орел). Содержание солей кальция в костях определяли объемным методом (П.Т. Лебедев, А.Т. Усович, 1969), а неорганического фосфора в костях - по интенсивности окраски фосфорно-молибденовой сини (Е.А. Петухов, Р.Ф. Бессарабова, Л.Д. Халенева и др., 1981).

Результаты исследований, выраженные в международных единицах, подвергали статистической обработке по методике А.Л. Плохинского (1974). Достоверность результатов определяли по параметрическому критерию Стьюдента (А.Б. Ризоев, 1989).

3.2. Результаты собственных исследований

3.2.1. Частота поперечных и косых переломов трубчатых костей

у домашних животных

К косым переломам у мелких домашних животных более предрасположены трубчатые кости с относительно большим диаметром диафиза. Такая патология плечевой кости регистрируется до 37% от всех случаев ее переломов, а бедренной и большеберцовой - более 40% случаев. Это мы объясняем более активным смещением костей тазовой конечности относительно воздействующей силы вследствие многоосности тазобедренного сустава. Соответственно кости тазовой конечности чаще повреждаются от непрямой травмы. Кроме того, кости голени довольно часто испытывают нагрузку на изгиб, являющейся причиной косых переломов большеберцовой кости. Отмечено, что косые переломы наиболее частая форма переломов диафиза трубчатых костей (А.Д. Белов, М.В. Плахотин, Б.А. Башкиров и др., 1990).





В связи с превалирующей частотой косых и со значительной степенью возникновения поперечных диафизарных переломов длинных трубчатых костей у мелких домашних животных оправдана разработка и совершенствование фиксаторов, обеспечивающих стабильное соединение фрагментов поврежденной кости в течение периода остеорепарации и их сращение в более короткие сроки без выраженной периостальной мозоли. При этом следует исключить развитие хирургической инфекции.

3.2.2. Определение параметров интрамедуллярных и накостных

фиксаторов для костей периферического скелета животных

Интрамедуллярные фиксаторы часто необходимо укорачивать и обрабатывать до необходимого диаметра, что нарушает их заводскую обработку фиксаторов и снижает инертность к тканям. Нами разработан способ подбора штифтов (Патент РФ № 2242053 от 10 декабря 2004), где исследуют параметры нативной трупной кости. Полученные параметры медуллярной полости костей позволили определить размеры интрамедуллярных фиксаторов для кошек и собак (В.А. Петров, В.М. Чеботарев, Н.В. Сахно и др., 2003; 2003).

Для профилактики миграции фиксаторов из кости нами разработан интрамедуллярный фиксатор с антимиграционными свойствами (Патент РФ № 2252731 от 27 мая 2005). В результате ввинчивания винта в просвет этого полого фиксатора поверхность конусовидных лепестков принимает положение на одной линии с поверхностью фиксатора. На лепестках возвышаются два выступа на 1,0-2,0 мм над поверхностью фиксатора, что надежно удерживает его в дистальной части костномозгового канала (Н.В. Сахно, И.И. Логвинов, В.В. Крайс, 2006; Н.В. Сахно, И.И. Логвинов, 2007).

Разработка фиксаторов, легко моделирующихся непосредственно на кости, может исключить формообразующее воздействие неконгруэнтного имплантата на отломки на фоне щадящей мягкие ткани техники ОС. Это достигается путем снижения массы металлических имплантантов и их контактной площади. В связи с частотой и со своеобразием биомеханики косых переломов средней трети диафиза большеберцовой кости вызывает интерес техника проведения ее ОС. Внешние промеры трубчатых костей позволили определить параметры накостных фиксаторов с ограниченным контактом.

Разработана фиксация отломков при косых переломах проволокой с ограниченным контактом (Патент РФ № 2252722 от 27 мая 2005), ее изготовили из проволоки для ОС диаметром 1,5 мм и окружностью 4,71 мм. На ней выполнили утолщения для опоры на кость через равные промежутки (5,0 мм) циркулярным обтачиванием проволоки в этих местах до диаметра 0,5-1,0 мм, в зависимости от массы собак. При этом соблюдали направление скручивания (Патент РФ №2331379 от 20 августа 2008). После модификации проволоки площадь контакта с надкостницей проволочного серкляжа была снижена для проксимального и дистального тура соответственно в 2,53 и 2,47 раза, и составила для каждого из них 0,17 см2 при количестве точек опоры на костную ткань 4,8 ± 0,37 и 4,8 ± 0,37 соответственно. При этом масса каждого тура этого накостного фиксатора соответственно снизилась в 1,7 и 1,6 раза.

У кошек точки опоры на проволоке для ОС с сечением 0,5 мм были сформированы путем завязывания на ней простых узлов через каждые 3,0 и 5,0 мм, которые затягивались с усилием, предотвращающим удлинение про-

волоки в послеоперационный период.

При косом переломе со сложной линией излома или с элементами фрагментации во избежание западания точек опоры накостного фиксатора между фрагментами кости необходимо увеличить его площадь контакта. Для этого нами разработаны стягивающие полосы с ограниченным контактом с надкостницей (Патент РФ № 42167 от 27 ноября 2004), фиксируемые на отломках проволокой для ОС. Для изготовления полосы был взят гвоздь для ОС (Богданова) размером 250x4x2 мм, с одной стороны которого по центру был выполнен желоб для проволоки, а с другой - через равные промежутки (5,0 мм) выступы для опоры на кость. Желоб был выполнен под проволоку для ОС диаметром 1,0 мм, так как учитывали массу животных. После модификации площадь контакта для проксимальной и дистальной стягивающих полос была снижена в 2,37 и 2,38 раза, и составила соответственно 0,60 и 0,58 см2 при количестве точек опоры на кость 5,0 ± 0,32 и 4,8 ± 0,20 соответственно. При этом масса каждой из этих стягивающих полос соответственно снизилась в 1,6 и 1,7 раза.

Несмотря на значительную степень травмы большеберцовой кости (косой перелом) иммобилизация ее отломков накостными фиксаторами с ограниченным контактом способствовала восстановлению функции опоры и движения травмированной конечности у собак в среднем на 21-22 сут после операции. Более поздние сроки реабилитации конечности до 24-25 сут после ОС наблюдались у собак с фиксацией отломков проволокой с узлами, расположенными друг от друга через 3,0 мм. Это объясняется увеличением площади давления проволочного серкляжа на кровеносные сосуды надкостницы за счет увеличения количества его точек опоры до 7,6 ± 0,37.

Ограничение контакта с костью этих фиксаторов оптимизировало васкуляризацию костного регенерата с достаточным обеспечением кровоснабжения периферии отломков за счет расширения всех звеньев сохраненного циркуляторного русла, возможности раскрытия резервных и формирования новых кровеносных сосудов. Эти фиксаторы надежно иммобилизируют отломки костей на фоне малой конфликтности с тканями.

3.2.3. Моделирование переломов трубчатых костей под углом

к их продольной оси

По нашим данным трубчатые кости довольно часто повреждаются под углом близким к 12° относительно длинной оси кости. Для проведения исследований по апробации фиксаторов, способных надежно иммобилизировать отломки костей при косых переломах, необходимо моделирование стабильных переломов трубчатых костей в эксперименте, которое должно обеспечить получение однотипной картины травмы.

Нами разработано устройство для стандартной остеотомии трубчатых костей у животных (Патент РФ № 48745 от 10 ноября 2005), у которого режущая часть долота расположена под углом 12° относительно его захватов и длинной оси удерживаемой кости. Устройство позволяет воспроизводить стандартные косые диафизарные переломы, где угол линии перелома и перпендикуляра к длинной оси кости равен 78°, выполнить остеотомию трубчатых костей разных диаметров без травмы мягких тканей.

3.2.4. Вспомогательные средства при остеосинтезе

Применяемые устройства для репозиции отломков трубчатых костей имеют громоздкую и сложную конструкцию, а также не исключают травму тканей. При работе с нашим устройством для репозиции отломков кости (Н.В. Сахно, С.В. Леонова, И.И. Логвинов, 2006), состоящего из 2 пар бранш соединенных подвижно штифтом, сохраняется тактильная взаимосвязь рук хирурга с сопоставляемыми отломками. Хирург обеспечен запасными вариантами перемещения отломков в разных плоскостях, возможно также выведение отломков под углом. Конструкция устройства позволяет производить умеренное и дозированное давление на костную ткань захватами, исключить их соскальзывание по поверхности диафиза отломков, соблюдать плавное и атравматичное их сопоставление.

При установке интрамедуллярного фиксатора применяют молотки для ОС различной модификации, не исключающие непреднамеренную травму тканей. Применение разработанного нами молотка (Патент РФ № 48470 от 27 октября 2005), где поверхность рабочей части окантована бортиком с закругленным торцом и выполнена шероховатой в виде взаимно пересекающихся насечек, позволяет исключить его соскальзывание со стержня и предупредить травму тканей биологических объектов в траектории продвижения молотка.

Устройства для проведения проволочной пилы при установке стягивающих полос не исключали выхода проволоки из желоба стягивающей полосы и ее соскальзывания с последней. Разработанный нами проводник стягивающих полос и проволоки (Патент РФ № 2281060 от 10 августа 2006) содержит рабочую часть с пазом для этого серкляжного материала. Он снижает травму мягких тканей серкляжом при его установке, исключает выход проволоки из желоба стягивающей полосы, создает условия для наложения стягивающей полосы и проволоки перпендикулярно длинной оси кости, что упрощает технику ОС и предупреждает развитие послеоперационных осложнений.

3.2.5. Морфологические и биохимические показатели крови и ее

сыворотки у собак и кошек при разных методах лечения

переломов костей

У собак I серии опыта на 3 сут после операции число Эr и концентрация Hb снизились до нижней границы нормы, что обусловлено тяжестью травмы (косой перелом) и хирургическим вмешательством при сочетанном ОС. Одновременно на фоне постепенной мобилизации тканевых жидкостей для возмещения объема крови отмечено недостоверное снижение величины гематокрита. Содержание тромбоцитов превысило норму в 1 контроле и у собак с применением сел-плекса соответственно на 26,0 и 18,0103/л. Активация синтеза эритроидных клеток под действием освобождающихся из костной и параоссальных тканей местных факторов роста в опыте наблюдалась на 7 сут после ОС.

Оперативное вмешательство провоцировало лимфоцитоз у контрольных собак до 28 сут, в 1 группе опыта – до 7 сут наблюдения. У собак с применением сел-плекса в дозе 5 мг на 1 кг массы тела при 2-недельном курсе содержание эозинофилов не превышало норму. Препарат не вызывал побочных эффектов и поедался животными без видимых признаков отказа. Оперативное вмешательство не превышало 1 часа, проводилось при адекватном обезболивании и кровопотере не более 2 мл/кг массы тела, что не вызывало существенного угнетения иммунной системы (диаграмма 1).

На 3 сут после ОС содержание NK-клеток в I серии опыта увеличилось более чем на 10%. К концу первой недели количество Т-лимфоцитов снизилось, что было более выражено у собак 1 группы опыта, где отмечено увеличение содержания В-лимфоцитов на 0,35109/л, в то время как у собак 1 контрольной группы наблюдалась тенденция к снижению их количества. Угнетение иммунитета было непродолжительным и не имело патогенетического значения, а применение сел-плекса снизило „нагрузку“ на нейроиммуноэндокринную систему до приемлемых для организма величин.

Разделение белка на фракции выявило в первое время после операции тенденцию увеличения в пределах физиологических границ количества альбуминов, -глобулинов и снижения -глобулинов. Умеренное снижение доли общего белка и большинства его фракций характерно для 14 сут наблюдения, что совпадает с окончанием формирования соединительнотканной мозоли на фоне возобновления двигательной активности и интенсивного восстановления травмированной мышечной ткани. Применение сел-плекса не предотвращало повышения уровня СОД и КТ в периферической крови, однако их содержание было ниже контрольных собак на протяжении эксперимента.

Диаграмма 1. Относительная величина лимфоцитов разных иммунофенотипов в

        крови собак I серии опыта до и после ОС

Очевидно, что введение сел-плекса сдерживает нарушение СРО, а также вероятно повышает эффективность работы естественных антиоксидантов.

Содержание общего кальция и неорганического фосфора через 14 сут после травмы незначительно снизилось, а снижение уровня магния, меди и цинка было более выражено. Это обусловлено окостенением первичной костной мозоли и интенсивным использованием микро- и макроэлементов, особенно магния, меди и цинка, которые не только входят в состав костной ткани, но и находятся в структуре ряда ферментов, участвующих в остеогенезе. У собак, получавших сел-плекс, при заживлении ран сокращалась фаза гидратации, а включение в функцию опоры поврежденной конечности наступило на 6 сут раньше контроля.

Третьи сут после ОС у собак II серии опыта характерны угнетением эритропоэза и снижением количества Эr относительно нормы у собак 2 контрольной группы на 0,981012/л, у собак с применением тимогена – на 0,281012/л. К 28 сут количество Эr у собак 2 группы опыта было выше 2 контроля на 2,01012/л. Это объясняется мобилизацией зрелых Эr из депо крови под влиянием тимогена, а также возможно его стимулирующим действием на эритроидную функцию кроветворной ткани с выбросом в кровяное русло незрелых форм этих клеток с низким насыщением Hb.

После введения тимогена содержание лейкоцитов на 3 сут наблюдения было достоверно ниже, чем в контроле на 5,78109/л. Его применение также предотвращало повышение содержания палочкоядерных нейтрофилов, в то время как у контрольных собак их количество превышало норму на 0,8%, а на 7 сут – на 0,6%.

У собак группы опыта на 3 сут ОС наблюдали не только компенсацию количества Т- лимфоцитов, но и их увеличение по сравнению с исходными данными на 0,82109/л за счет активации гемо- и лимфопоэза в это время (диаграмма 2). Их содержание было достоверно выше, чем у собак 2 контрольной группы, на 0,91109/л. Это обусловлено наиболее значимым корригирующим эффектом тимогена на структурно-функциональные показатели Т- и В – звеньев иммунной системы.

Диаграмма 2. Относительная величина лимфоцитов разных иммунофенотипов в

        крови собак II серии опыта до и после ОС

Содержание NK-клеток на 3 сут после ОС увеличилось более чем в 3 раза и у собак с применением тимогена раньше пошло на спад. Так, их относительное и абсолютное содержание у собак 2 группы опыта, на 21 сут наблюдения было достоверно ниже контроля, соответственно на 16% и 0,44109/л. В целом у собак, которым не применяли тимоген наблюдалось более выраженное угнетение как Т-, так и В-систем иммунитета. У этих животных отмечен запоздалый всплеск реактивности иммунной системы. Соответственно прооперированным животным должна проводиться иммунопрофилактика послеоперационных осложнений.

Содержание общего белка в сыворотке крови на 3 сут после ОС в контроле повысилось на 8,84 г/л, а у собак 2 группы опыта - на 3,32 г/л. Посттравматическое повышение уровня -глобулинов в контроле колебалось от 2,11 до 5,26 г/л, а в опыте за счет применения тимогена – от 1,66 до 3,25 г/л. В целом у собак II серии опыта выраженной диспротеинэмии не наблюдалось, а антиоксидантная защита характеризовалась более интенсивной работой в первую неделю после ОС. При этом активность КТ в контроле с 3 по 21 сут наблюдения достоверно превышала данные группы опыта. Активность ЩФ у контрольных собак была также выше, и достоверные межгрупповые отличия выявлены в стадию интенсивной минерализации костной мозоли.

В посттравматический период содержание кальция у собак II серии опыта заметно снизилось, однако снижение содержания меди в это время было более выражено, на 9,85 мкмоль/л. Это объясняется тем, что медь является не только остеогенным элементом, но и принимает непосредственное участие в гемопоэзе. Применение тимогена способствовало восстановлению функции опоры и движения у собак после операции в среднем на 5 сут раньше по сравнению с собаками, которым этот препарат не вводили.

У собак III серии опыта с иммобилизацией отломков стягивающими полосами и проволокой с ограниченным контактом количество тромбоцитов было достоверно ниже против собак с сочетанным ОС на 102,0 и 176,0103/л соответственно. Это обуславливается большей кровопотерей у животных с сочетанным ОС из-за повреждения питающей артерии интрамедуллярным фиксатором. Известно, что при косых переломах трубчатых костей вероятность повреждения питающей артерии невелика (В.М. Курбатов, 1974), в том числе и поэтому следует по возможности избегать интрамедуллярной фиксации отломков, а также разновидностей накостного и чрескостого ОС, сопровождающихся введением фиксаторов или их части в костномозговой канал.

У собак с фиксацией отломков стягивающими полосами содержание альбуминов на протяжении всего эксперимента было немного ниже, чем у животных с применением проволоки. Это объясняется более высокой конфликтностью стягивающих полос с мягкими тканями. Однако отсутствие достоверных отличий по содержанию альбуминов после применения этих накостных фиксаторов указывает на практически одинаковое использование для пластических целей данной фракции. В то время как при дополнительной иммобилизации отломков интрамедуллярным фиксатором на 3 сут после ОС наблюдалось значительное увеличение содержания -глобулинов, что было достоверно выше, чем у собак с применением проволоки с ограниченным контактом, на 7,91 г/л.

Активность СОД и КТ во всех опытах была наиболее высокой на 7 сут наблюдения, что указывает на интенсивность восстановительных процессов в поврежденных тканях в это время. При этом у собак с сочетанной фиксацией отломков большеберцовой кости (1 контроль) активность СОД и КТ была выше, чем после применения лишь проволоки с ограниченным контактом на 0,69 ед/мгHb и 1,79 мкмольH2O2/лмин103 соответственно. Заметный спад активности этих ферментов отмечен с 28 сут наблюдения, что указывает на завершение компенсаторных процессов в организме после травмы и переход в стадию интенсивной остеорегенерации.

Активность ЩФ у собак как с сочетанным, так и с накостным ОС большеберцовой кости при косом переломе к 14 сут достигла максимальной величины за все время наблюдений (733,1 и 652,1 нмоль/с·л), что достоверно превышало данные при поперечном переломе бедренной кости собак (584,11 ± 19,91 нмоль/с·л) (диаграмма 3). При этом площадь повреждения в средней трети большеберцовой кости, целостность которой была нарушена под углом 12° к длинной ее оси, составила у собак в среднем по группе 2,63 ± 0,07 см2. Это было в 6,92 раза больше площади поперечного перелома большеберцовой кости (0,38 ± 0,04 см2) и в 4,54 раза площади поперечного перелома бедренной кости (0,58 ± 0,03 см2).

Итак, активность ЩФ может служить маркером обширности повреждения костной ткани, однако до определенной степени травматизации. Так, при увеличении травмы костной ткани, при осложненных переломах удлиняется период высокой активности ЩФ, которая может иметь несколько пиков подъема и периодов спада под воздействием внешних факторов, сроки оссификации отломков при этом увеличиваются.

Диаграмма 3. Активность ЩФ после ОС в зависимости от площади повреждения трубчатых костей

Более того, у собак с сочетанным ОС активность ЩФ достоверно превышала данные при накостной иммобилизации отломков на 81,0 нмоль/сл. Это обусловлено перфорацией проксимального эпифиза большеберцовой кости для введения интрамедуллярного фиксатора и контактом последнего с эндостом. Площадь контакта фиксатора с антимиграционными свойствами с тканями составила 3,22 ± 0,12 см3, а стержня Богданова, фиксировавшего отломки большеберцовой кости, только 1,56 ± 0,16 см3. Выявленное преимущество контактной способности интрамедуллярного фиксатора бедренной кости (2,06 раза) не увеличило степень ее травмы при поперечном переломе до уровня повреждения большеберцовой кости под углом.

В то же время усугубление травмы большеберцовой кости при косом переломе имплантацией интрамедуллярного фиксатора не удлинило реабилитацию травмированной конечности относительно восстановления собак с поперечным переломом бедренной кости. Очевидно, что на сроки реабилитации травмированной конечности влияет не только степень травмы, способ иммобилизации отломков, но и место локализации перелома в периферическом скелете и самой кости.

Содержание общего кальция в периферической крови на 14 сут после операции у собак с иммобилизацией отломков, как стягивающими полосами, так и проволокой с ограниченным контактом, заметно снизилось, однако превышало результаты при дополнительной интрамедуллярной фиксации отломков соответственно на 0,32 и 0,07 ммоль/л. Количество меди и цинка через 2 недели после накостного ОС было 1,4 раза ниже исходных данных, в то время как у собак с дополнительной интрамедуллярной фиксацией отломков, провоцирующую более высокую степень травмы тканей - в 1,9 раза.

Дополнительное применение сел-плекса и тимогена (Патент РФ № 2295962 от 27 марта 2007) у собак 4 группы опыта способствовало восстановлению количества Эr и Hb до исходных данных уже на 21 сут после ОС. В то время как дополнительное применение электропунктурной рефлексотерапии не предотвращало увеличения количества тромбоцитов и снижения гематокритной величины, отмечено достоверное отличие против собак 4 группы опыта соответственно на 14 сут (на 78,0 103/л) и на 21 сут (на 9,94 %) исследований. Увеличение содержания лейкоцитов в контроле в первое время было более выражено и на 7 сут после ОС достоверно превышало данные 4 группы опыта, на 5,82 109/л. У контрольных собак был более выражен отек мягких тканей голени при практически одинаковой с собаками группы опыта локальной болевой чувствительности.

Содержание общего белка в послеоперационный период у собак IV серии опыта незначительно увеличилось и к 14 сут в стадию высокой активности ферментов его содержание у собак 4 группы опыта достоверно превышало результаты контроля, на 19,08 г/л. Совместное применение сел-плекса и тимогена также предотвратило значительное повышение активности СОД и КТ, а активность ЩФ на 14 и 21 сут наблюдения в контроле была достоверно выше, чем в опыте соответственно на 165,00 и 155,66 нмоль/сл. Однако, дополнительное применение сел-плекса и тимогена ускорило реабилитацию травмированной конечности против собак 4 контроля всего на одни сут. Соответственно перегружать послеоперационную терапию не целесообразно.

Воспалительный процесс у собак 5 контрольной группы был более выраженным и характеризовался достоверно большим содержанием лейкоцитов, чем у собак 5 группы опыта на 21 и 28 сут после ОС, соответственно на 3,80 и 3,32 109/л. При этом содержание лимфоцитов у собак с фиксацией отломков бедренной кости круглым штифтом и шовным материалом кетгут и шелк на 7 сут после ОС достоверно превышало данные собак 5 группы опыта (на 3,8%). Срок восстановления (21 сут) у собак 5 группы опыта характеризовался стабильным состоянием гуморального звена иммунитета (диаграмма 4), где Т-лимфоциты в условиях травмы ответили положительной реакцией на имплантацию антимиграционных фиксаторов и нити „Русар-С“. В то время как в контроле содержание Т- и В-лимфоцитов имело тенденцию приближения к исходным данным лишь к 28 сут после ОС.

Диаграмма 4. Относительная величина лимфоцитов разных иммунофенотипов в

        крови собак V серии опыта до и после ОС

По истечении 2 недель после ОС бедренной кости круглым штифтом и использованием кетгута и шелка доля - и -глобулинов была достоверно выше, а количество -глобулинов – ниже против собак 5 группы опыта, соответственно на 3,21, 2,89 и 2,42, г/л. Такое соотношение белковых фракций в сыворотке крови собак разных групп V серии опыта указывает на различный уровень метаболических процессов, а именно, на более раннюю нормализацию биологических функций у собак с применением антимиграционного фиксатора и шовного материала „Русар-С“.

В контроле на 14 и 21 сут активность КТ была достоверно выше, чем у собак группы опыта, соответственно на 0,98 и 1,23 мкмольH2O2/лмин 103. При этом активность СОД с 21 по 60 сут после применения круглого штифта достоверно превышала данные 5 группы опыта на 0,36-0,64 ед/мг Hb, а активность ЩФ у контрольных собак имела тенденцию к длительному спаду. Это объясняется нестабильной иммобилизацией отломков, а именно их ротационным смещением на круглом штифте и миграцией его из кости.

Содержание Эr у кошек 6 группы опыта достоверно превышало данные контрольных кошек на 3, 7 и 14 сут, соответственно на 1,50, 1,55 и 2,34 1012/л. Это обусловлено оптимально щадящей техникой иммобилизации отломков с использованием проволоки с узлами, расположенными друг от друга на расстоянии 0,3 см. На 7 и 14 сут наблюдения содержание палочкоядерных нейтрофилов в контроле превышало результаты кошек 6 группы опыта соответственно на 2,4 и 2,8%, количество лимфоцитов – на 7,4 и 9,0%. Конструктивная особенность проволоки с ограниченным контактом (узлы расположены через 0,5 см) и наложение швов кетгутом и шелком у кошек 6 контрольной группы способствовало увеличению количества моноцитов на 3 и 7 сут после ОС более чем в 2 раза по сравнению с кошками 6 группы опыта.

Количество –глобулинов в контроле на 3 сут наблюдения было достоверно ниже данных в опыте на 2,31 г/л, а -глобулинов – напротив выше на 1,76 г/л. В это время активность СОД у кошек 6 контрольной группы достоверно превышала данные 6 группы опыта на 0,97 ед/мгHb. Заметное снижение активности ЩФ у контрольных кошек отмечено на 35, а в группе опыта на 28 сут наблюдения. В этот период происходит увеличение синтеза органических компонентов костного матрикса, что в дальнейшем послужит последующей минерализации костной мозоли.

Содержание кальция и магния в сыворотке крови кошек на 14 сут после операции заметно снизилось, что являлось следствием элиминации этих электролитов из кровотока и накоплением в костном регенерате. Интенсивное восстановление количества микро- и макроэлементов в группе опыта происходило с 21 сут после операции, контроля – с 28 дня, а выравнивание с исходными данными соответственно на 35 и 45 сут после ОС. Динамика содержания кальция и фосфора в периферической крови позволяет предполагать большую скорость метаболических процессов у кошек с точками опоры проволочного серкляжа на кость через 0,3 см, как в отношении посттравматической резорбции кости, так и при оссификации костного регенерата.

3.2.6. Электропунктурная диагностика и стимуляция репарации

костной ткани животных после остеосинтеза

Электростимуляция остеорепарации с имплантацией электродов в область повреждения наносит дополнительную травму, а ряд приборов затрагивают одновременно несколько БАТ, не предусматриваемых для воздействия. Нами разработан способ электропунктурной рефлексотерапии у кошек (Патент РФ № 2236874 от 27 сентября 2004) и собак (Патент РФ № 2280431 от 27 июля 2006), которую проводят прибором электропунктурной рефлексотерапии ПЭРТ-5 в течение 2-3 минут и курсе воздействия 5-7 дней. При этом у собак из-за более высокой электропроводности кожи в отличие от кошек воздействие проводили переменным током силой 15 - 30 мкА с частотой 8 Гц возбуждающим приемом с длительностью импульсов электрического тока положительной и отрицательной полярностей в соотношении 1:1. Это исключает беспокойство животных во время сеанса и выработку у них неприязни к данной терапевтической процедуре, предотвратить „закрытие“ точек.

Для создания условий стойкой электропроводности кожи в месте локализации БАТ и работы электродом в любом положении без прерывания сеанса нами также разработан электрод для прибора электропунктурной рефлексотерапии (Патент РФ № 47233 от 27 мая 2005) с емкостью для электропроводящей среды (0,9% раствор NaCl).

На 3 сут после операции на фоне умеренно развитого отека мягких тканей голени, у большинства собак исследуемые БАТ голени закономерно не тестировались. На 7 сут у собак с сочетанной иммобилизацией отломков большеберцовой кости в БАТ № 115 и 116 выявлено уменьшение силы тока с течением времени, что указывало на недостаточность потенциала поврежденной кости. В то время как у собак с фиксацией отломков только проволокой с ограниченным контактом была зарегистрирована устойчивая электропроводность в обоих БАТ, хотя ее значение было в два раза ниже данных полученных до операции, а коэффициент асимметрии соответственно составил 0,58 ± 0,12 и 0,68 ± 0,04. Повышение электропроводности у собак анализируемых групп в разное время после операционного периода, совпадает с фазой окостенения мозоли. Применение электропунктурной стимуляции в комплексной терапии постхирургического воспаления заметно повышает ее эффективность и сокращает курс лечения на 5 сут.

3.2.7. Рентгенологический контроль регенерации костной ткани

у животных в послеоперационный период

Для рентгенографии применяют кассеты и рентгенологические столы разной модификации, при использовании которых кассету кладут на стол под область исследования животного. Это сопровождается травматичностью и болевыми ощущениями, что исключает разработанный нами стол за счет паза в его деке (Патент РФ № 44247 от 10 марта 2005), а наша кассета с поднимателем пленки (Н.В Сахно, В.А. Черванев, Л.П. Трояновская и др., 2006) предотвращает образование на ней дефектов.

Рентгенологические исследования большеберцовой кости собак с фиксацией отломков стержнем Богданова и накостными циркулярными серкляжами с ограниченным контактом и сшивании ран нитью „Русар-С“ показали стабильное состояние костных фрагментов на протяжении всего опыта. Формирование периостальной костной мозоли выявлено на 21 сут после ОС, эндостальной - на 28 сут. В течение 45 дней регенерат претерпевал более заметную органотипическую перестройку и в большинстве случаев наступала прочная консолидация костных отломков.

Установлено, что у собак получавших сел-плекс формирование костной мозоли и увеличение ее рентгенконтрастности происходило на неделю раньше контроля. Применение тимогена также сократило сроки реабилитации конечности, однако рентгенологически выявлен более низкий темп оссификации костного регенерата, чем у собак с применением сел-плекса.

Рентгенологически в любой из доступных к исследованию большеберцовой кости плоскостей накостные фиксаторы с ограниченным контактом наслаивались на костные отломки на небольших участках в двух местах, а место перелома легко выводилось и была хорошо видна ось кости. При удалении накостных фиксаторов с ограниченным контактом оссификация по их периметру не наблюдалась, что не требовало резекции оссификатов. Применение накостных фиксаторов с ограниченным контактом для иммобилизации отломков трубчатых костей способствовало восстановлению функции опоры и движения у собак после операции в среднем на 5 сут раньше собак, у которых проводили дополнительную интрамедуллярную фиксацию отломков.

У собак с совместным применением сел-плекса и тимогена в большинстве случаев рентгенологически линия перелома на 45 день не дифференцировалась. Место остеотомии заполнено равномерной регенеративной мозолью, которая консолидировала отломки кости и в значительной степени была оссифицирована. Через 2 месяца определялась консолидация отломков, диастаз между концами фрагментов кости был полностью заполнен вновь образованной костной тканью. При этом явных отличий от собак с дополнительной электропунктурной стимуляцией не выявлено. В целом у собак IV серии опыта через 6 месяцев выявлено сращение отломков, которое характерно восстановлением структуры отломков и непрерывности кости в зоне бывшего перелома без выраженной периостальной реакции. Отмечено полное восстановление оси поврежденной кости во всех плоскостях с сохранением ее прежней длины и определена консолидация отломков в фазе завершения.

У собак с поперечным переломом бедренной кости выявлена миграция круглого штифта, сопровождающаяся болевым синдромом и формированием гипертрофированной периостальной костной мозоли. Восстановление функции опоры и движения травмированной конечности у собак с иммобилизацией отломков бедренной кости антимиграционным фиксатором нашей конструкции и кожными швами нитями „Русар-С“ наступило в среднем на 5 сут раньше собак с применением круглого штифта и шовного материала кетгут и шелк. Через 45 сут после ОС на рентгенограммах следы линии остеотомии сохранялись лишь в отдельных участках в виде прерывистой полосы просветления. По истечении 2 месяцев следы травматического повреждения рентгенологически мало выявлялись, отмечался однородный трабекулярный рисунок и четко прослеживались его контуры. Отдаленные результаты (6 месяцев после ОС) не выявили каких-либо рентгенологических изменений анатомических структур оперированных костей.

При анализе рентгенограмм кошек установлено, что у них консолидация отломков большеберцовой кости протекала более быстро, чем у собак. Это согласуется с клиническим наблюдением, где включение в функцию опоры и передвижения травмированной конечности у кошек группы опыта наступило на 15-17 сут после ОС, в то время как у собак разных групп опыта с травмой большеберцовой кости – на 20-22 сут, а бедренной - на 29-30 сут. Сращение отломков кости прошло без выраженной периостальной мозоли, которая переходит без перерыва из одного отломка в другой. Недостатком применения у собак проволоки с поперечным сечением 0,5 мм являлось ее замуровывание периостальной костной мозолью, возникали затруднения при удалении такого типа фиксатора, а после его удаления на рентгенограмме четко прослеживается место контакта проволоки с диафизом кости. У всех собак этой группы наступило сращение переломов в сроки до 6 месяцев.

Накостная иммобилизация отломков при косых переломах в отличие от сочетанной создает такие условия, при которых в формировании регенерата принимали участие эндо-, интра- и периостальные структуры кости. Выявлено, что фиксацию отломков трубчатых костей, целостность которых нарушена под углом к их продольной оси, возможно, выполнять проволокой или стягивающими полосами, обладающими ограниченным контактом (без установки интрамедуллярного фиксатора), у собак мелких пород и кошек, а также у собак средних пород с небольшой массой, до 20 кг. Однако у собак с активным темпераментом и допустимой массой при косых переломах трубчатых костей следует сочетать вышеприведенные накостные фиксаторы с интрамедуллярным ОС.

3.2.8. Анализ прочности на изгиб костей собак и кошек

в различные фазы остеорепарации

Прирост прочности костей после ОС у собак и кошек всех серий опыта протекал в определенной закономерности. Установлено, что на 45 сут наблюдения прочность травмированных костей была на 29,79-30,41% ниже, чем интактных, а на 60 сут – на 24,15-29,21%. По истечении 6 месяцев прочность костей после консолидации отломков приблизились к результатам испытаний предела прочности на изгиб контрлатеральных интактных костей.

Так, на 180 сут у собак с фиксацией отломков стягивающими полосами с ограниченным контактом предельная нагрузка большеберцовой кости после ОС в момент нарушения ее целостности составила 17,31 ± 1,89 кг/мм (169,66 ± 18,55 МПа), а интактной - 20,49 ± 2,06 кг/мм2 (200,84 ±20,17 МПа). Практически равноценная прочность интактных и поврежденных костей указывает, что снижение контактной площади стягивающей полосы в 2,4 раза не сказалось на ее фиксирующей способности. В это время выявлена практически равноценная прочность интактных и поврежденных ранее большеберцовых костей с фиксацией отломков проволокой с ограниченным контактом. Так, в среднем у собак 3 группы опыта предельная нагрузка ранее поврежденной большеберцовой кости до момента нарушения ее целостности составила 16,51 ± 2,35 кг/мм2 (161,8 ± 23,05 МПа), а интактной - 19,45 ± 1,77 кг/мм2 (190,67 ± 17,29 МПа). Соответственно снижение контактной площади проволоки в 2,5 раза не привело к снижению ее фиксирующей способности.

Выявлено также, что прочность бедренной кости собак, как интактной так и травмированной в разные сроки после остеосинтеза, была без достоверных отличий ниже большеберцовой. В частности на 180 сут после ОС предел прочности ранее травмированной бедренной кости составил 15,42 ± 2,08, а интактной 17,57 ± 1,64 кг/мм2, что указывает на анатомо-топографическую зависимость устойчивости костей к нагрузкам, то есть прочность кости варьирует от места расположения в скелете, а соответственно от принимаемой ею „привычной“ нагрузки.

При анализе прочности трубчатых костей кошек установлено, что предел их прочности на изгиб выше, чем у собак, что связано с большей нагрузкой прилагаемой в процессе эволюции к скелету кошачьих, несмотря на небольшую массу большинства их представителей и соответствующие параметры кости. Прочность большеберцовой кости на 180 сут после ОС у кошек в 6 контроле составила 24,90 ± 2,36, а интактной 30,25 ± 9,71 кг/мм2.

На фоне повреждения и послеоперационной реабилитации костей выявлена также тенденция снижения прочности интактных контрлатеральных костей. Так, у собак 3 группы опыта предел прочности интактной большеберцовой кости на 45, 60 и 180 сут после остеосинтеза соответствовал 17,86 ± 1,47, 18,18 ± 0,62 и 19,45 ± 1,77 кг/мм2, а у кошек 6 группы опыта – соответственно 24,88 ± 2,50, 28,04 ± 1,43 и 31,21 ± 1,53 кг/мм2. Это мы объясняем перераспределением минерального состава среди костей периферического скелета собак и кошек в пользу формирующейся костной мозоли.

3.2.9. Минеральная насыщенность костной мозоли у собак

        и кошек в разные сроки наблюдения

Содержание в сухом веществе костной мозоли солей кальция, неорганического фосфора, меди и цинка на 45 сут после ОС у собак и кошек было достоверно ниже, чем в биоптате средней трети диафиза кости здоровых животных, не задействованных в эксперименте. Так, в это время регенерат большеберцовых костей у собак I-IV серий опыта, как в контрольных группах, так и в группах опыта был беднее по содержанию Ca на 12,29 - 14,27 г/100 г, P на 3,18 - 5,13 г/100 г, Cu на 0,28 – 0,36 мг/100 г, Zn на 1,99 – 3,03 мг/100 г. Аналогичная закономерность прослеживалась у собак с поперечным переломом бедренной кости и кошек с повреждением большеберцовой кости под углом. Однако такая скудная насыщенность костного регенерата минералами позволяла травмированным костям нести нагрузку при передвижении кошек и собак после удаления фиксаторов.

По истечении 2 месяцев после ОС повысилась минерализация регенератов поврежденных костей и заметно приблизилась к видовым нормативам, что более выражено у животных групп опыта. Это указывает на более рациональную послеоперационную терапию и (или) надежный способ иммобилизации отломков. Не исключено, что на степень минерализации места повреждения костей у животных групп опыта оказала влияние менее выраженная инвазивность фиксаторов и шовного материала „Русар-С“.

Содержание солей в костной мозоли кошек было выше, чем у собак. Так, на 180 сут после ОС количество Ca в регенерате большеберцовой кости собак 3 группы опыта и кошек 6 группы опыта соответственно было равно 30,48 ± 2,52 и 37,24 ± 0,60 г/100 г, содержание P - 14,79 ± 0,79 и 14,81 ± 0,51 г/100 г, Cu – 0,65 ± 0,08 и 0,71± 0,07 мг/100 г, а Zn - 7,71 ± 0,57 и 6,96 ± 0,71 мг/100 г (Н.В. Сахно, И.И. Логвинов, Е.А. Митина и др., 2007; 2007). В основном более высокое содержание минералов в костях кошек, чем у собак, по-видимому, объясняется эволюционно сложившимся обменом веществ. На наш взгляд черты плотоядных более ярко выражены у кошек.

При этом завершение минерализации костного регенерата по истечении 6 месяцев после операции наступило не во всех группах собак. В то время как у кошек за исключением 6 контрольной группы (содержание Ca было ниже нормы на 2,31 г/100 г) отличий относительно результатов здоровых животных не выявлено. Соответственно можно говорить о более высокой регенерационной способности костной ткани кошек в отличие от собак. Если не принимать во внимание значительно меньшую массу кошек и их поведенческую особенность в послеоперационный период независимо от типа деятельности центральной нервной системы - более щадящее отношение кошек (даже с активным темпераментом) к травмированной конечности.

3.2.10. Влияние металлоостеосинтеза и шовного материала на

         контаминацию операционных ран микроорганизмами

Идентификация микроорганизмов в отделяемом из послеоперационных ран с использованием существующих чашек Петри не исключает их непреднамеренного раскрытия с последующей дополнительной обсемененностью микрофлорой питательных сред и нарушением условий анаэробиоза при культивировании аэрочувствительных анаэробов. Нами разработана чашка Петри с замком (Патент РФ № 69066 от 10 декабря 2007) для исключения ее непреднамеренного раскрытия, что способствует снижению напряженности режима работы, исключению повторных исследований, определению оправданной послеоперационной антибиотикотерапии и повышает результативность и биобезопастность исследований (Н.В. Сахно, Е.А. Михеева, 2007).

Применение антимиграционных фиксаторов, стержней Богданова и (или) накостных фиксаторов с ограниченным контактом (проволока или стягивающие полосы), а также нитей „Русар-С“ выявило уменьшение признаков воспаления и переход раневого процесса во вторую фазу заживления на 3-4 сут после ОС. Операционные раны были чистыми, линия разреза кожи закрыта молодой грануляционной тканью у собак на 2,4 ± 0,10 сут, у кошек – уже через 2,0 ± 0,12 дня. При применении круглых интрамедуллярных штифтов и шовного материала кетгут и шелк отек купировался только к 5-7 сут после оперативного вмешательства. Срок появления грануляций у собак и кошек составил соответственно на 4,6 ± 0,28 и 3,8 ± 0,14 сут. В контроле формировался обширный фибринозно-лейкоцитарный струп и расстояние между ранее сопоставленными краями ран составило у собак 0,6-1,1 см, а у кошек в пределах 0,5 см. У отдельных собак контроля в течение 2 недель отмечали выделение серозно-гнойного экссудата, не купируемого при лечении.

У собак и кошек со стабильным ОС и использованием нити „Русар-С“, способствующей умеренному натяжению швов, заживление послеоперационных ран происходило по первичному натяжению без признаков инфильтрации. При этом формировался легко смещаемый, не гипертрофический кожный рубец, фаза гидратации сокращалась. У собак и кошек групп опыта травмированная конечность включалась в функцию опоры и передвижения, на 5 сут раньше, чем в контроле.

Видовой пейзаж микрофлоры операционных ран в контроле был представлен стафилококками, стрептококками, энтерококками, эшерихиями. При этом на 3 сут после операции установлены микробные ассоциации в 30,0% наблюдений, среди них - Staph. aureus и Str. sp., Enterococcus fecalis и E. coli, Staph. epidermidis и Str. sp. (диаграмма 5-8).

Диаграмма 5-6. Частота выделения микроорганизмов из послеоперационных ран на 3

      сут после ОС у собак групп опыта (слева) и контроля (справа)

Среди монокультур у собак и кошек контрольных групп стафилококки составляли 85,7%, стрептококки – 14,3% наблюдений. При этом были изолированы антибиотикорезистентные штаммы Staph. epidermidis, полирезистентности выделенных микроорганизмов к тестируемым препаратам не установили. Частота выделения основных условно-патогенных и сапрофитных видов бактерий в контроле была в 2,3 раза выше, чем в группах опыта. В дальнейшем количество микробных ассоциаций в послеоперационных ранах постепенно снижалось, и по истечении 10 дней после ОС у всех животных выявлялись только монокультуры.

У животных групп опыта ассоциации микроорганизмов наблюдались значительно реже – среди собак 7,2%, у кошек 5,6%. Чистые раны на 3 сут после ОС были выявлены как у кошек, так и среди собак - в 2 случаях. Полное очищение ран от микроорганизмов у животных групп опыта наблюдали на 7 сут, у контрольных – на 10 сут, а у отдельных собак контрольных групп лишь по истечении 2 недель после оперативного вмешательства.

Диаграмма 7-8. Частота выделения микроорганизмов из послеоперационных ран на 3

      сут после ОС у кошек групп опыта (слева) и контроля (справа)

Круглые металлические штифты, характеризующиеся нестабильной иммобилизацией отломков, и шовный материал с высокой конфликтностью с мягкими тканями могут провоцировать иммунологическую аутоагрессию клинических штаммов микроорганизмов и развитием гнойных осложнений. Их выявили у 2 контрольных собак в отличие от кошек, что объясняется меньшим видовым разнообразием микроорганизмов в ранах последних. Хотя видовой резистентности к контаминации микрофлорой операционных ран нами не установлено.

В состав бактериальной микрофлоры послеоперационных ран у животных групп опыта входили стафилококки и стрептококки, что характерно для раневого отделяемого. На 3 сут после ОС выявляли присутствие Staph. epidermidis с повышенной чувствительностью к линкомицину. Антибиотикочувствительными микроорганизмами также были Str. sp. и Staph. hemolyticus. При дальнейшем наблюдении существенных изменений в антибиотикограмме у собак и кошек выявлено не было.

Выявленное после операции микроэкологическое состояние у собак и кошек групп опыта не провоцировало развития патологического процесса, так как количество микроорганизмов в послеоперационной ране не было достаточным для развития чувства кворума, которое работает по принципу автоиндукции и зависит от плотности микробной популяции. Поэтому возможно сокращение сроков консолидации отломков и заживления операционных ран за счет снижения напряженности работы иммунной системы организма, направленной на предупреждение развития раневой инфекции.

Заметного отличия по видовому пейзажу микроорганизмов и срокам наступления асептического состояния операционных ран при повреждении разных звеньев периферического скелета не выявили. Это обусловлено тем, что обширность повреждения мягких тканей при оперативном доступе к бедренной кости была дополнена небольшой площадью ее повреждения при поперечной остеотомии. В то время как незначительная травма мягких тканей, сопровождающаяся оперативным доступом к большеберцовой кости, была усугублена значительной площадью нарушения ее целостности, под углом к ее длинной оси.

Использование даже одного из факторов, повышающих инвазивность операции (круглые штифты или кетгут и шелк), способствовало расширению микробного пейзажа послеоперационных ран и удлинению регенеративного периода. В то время как сочетанное применение круглых штифтов, кетгута и шелка не вызывало дополнительной бактериальной обсемененности и не отдаляло сроки реабилитации конечности. По нашему мнению в данном случае накопительная система негативных свойств анализируемых имплантантов не имела действия в силу достаточного иммунного ответа у животных, средней степени тяжести хирургического вмешательства и адекватно подобранной послеоперационной терапии.

Применение антимиграционных фиксаторов, стержней Богданова и (или) малоинвазивных накостных фиксаторов (проволока или стягивающие полосы с ограниченным контактом), а также нитей „Русар-С“ не предупреждает развитие условно-патогенной и сапрофитной микрофлоры в операционных ранах. Однако это профилактирует развитие послеоперационных осложнений и способствует более раннему асептическому состоянию операционных ран и анатомо-функциональной реабилитации травмированной конечности в среднем на 4-5 сут по сравнению с контролем. Это способствует раннему восстановлению работоспособности и полноценной работы в сэкономленные сроки реабилитации служебных собак, что предотвращает различных масштабов экономический ущерб, а также исключает эмоциональную и психологическую травму у владельцев животных.

5. ВЫВОДЫ

1. Разработанные на основе принципов интрамедуллярного и накостного ОС устройства и технические приемы установки предложенных нами и апробированных фиксаторов обеспечивают малотравматичную и эффективную иммобилизацию отломков трубчатых костей у собак и кошек, исключая при этом повреждение мягких тканей и анатомических образований.

2. Снижение контактной площади с надкостницей проволоки и стягивающей полосы соответственно в 2,5 и 2,4 раза не приводило к снижению их фиксирующей способности при иммобилизации фрагментов поврежденных костей голени при косых переломах.

3. Расстояние между точками опоры накостных фиксаторов с ограниченным контактом у собак средних пород является оптимальным в 0,5 см, а у кошек и собак мелких пород - 0,3 см. Применение таких фиксаторов наиболее приемлемо при массе животных до 20 кг с различным типом нервной системы и до 26 кг у животных с уравновешенным типом высшей нервной деятельности.

4. Стягивающие полосы с ограниченным давлением на надкостницу, имеющие наиболее выраженную конфликтность с мягкими тканями, следует использовать при косых переломах массивных трубчатых костей с элементами фрагментации.

5. Введение сел-плекса в рацион кормления травмированных животных сдерживает нарушение СРО. Морфологические и биохимические показатели крови после применения сел-плекса нормализовались в среднем на 7-14 сут после ОС, тогда как в контроле лишь на 21-28 день.

6. Тимоген существенно влияет на имунобиологическое состояние организма животных. Под его воздействием на 3 сут после ОС наблюдали увеличение количества Т- лимфоцитов на 0,91109/л, количества NK-клеток более чем в 3 раза. Содержание В- лимфоцитов снизилось. Это обусловлено наиболее значимым корригирующим эффектом тимогена на структурно-функциональные показатели Т- и В – звеньев иммунной системы.

7. С увеличением площади повреждения костей увеличивалась активность ЩФ. Повышению активности ЩФ способствовала иммобилизация отломков интрамедуллярными фиксаторами, травмирующая способность которых возрастала с увеличением их параметров. По содержанию ЩФ в периферической крови можно прогнозировать характер течения послеоперационного периода и результат лечения в целом.

8. Включение в комплекс послеоперационной терапии сел-плекса, тимогена или электропунктурной стимуляции БАТ локально расположенных в области травмы способствует восстановлению функции опоры и движения поврежденной конечности у собак в среднем на 5-6 сут раньше контроля.

9. Исследование электропотенциала локально расположенных БАТ целесообразно для ранней диагностики функционального состояния опорно-двигательного аппарата и системного контроля течения остеорегенерации.

10. Устройства для рентгенографии поврежденных костей повышают качество рентгенснимков, предотвращают механические воздействия на формирующуюся костную мозоль при рентгенологическом контроле течения остеорегенерации.

11. Минеральная насыщенность (Ca, P, Cu, Zn) костного регенерата через 6 месяцев после ОС и в интактных контрлатеральных костях была примерно одинаковой, а выявленные отличия касались лишь прочности этих костей, которая характеризовалась большей устойчивостью к нагрузкам интактных костей (у собак в среднем на 2,98 - 4,08 кг/мм2, у кошек – на 5,35 - 5,89 кг/мм2) по сравнению с костями после ОС.

12. Полученные результаты свидетельствуют о возможности широкого внедрения тимогена и сел-плекса в практику ветеринарной травматологии. Практически всем прооперированным животным вне зависимости от исходного уровня состояния организма должна проводиться иммунопрофилактика послеоперационных осложнений иммуномодуляторами. Применение экзогенных антиоксидантов необходимо для повышения эффективности работы естественных антиоксидантов организма.

13. Применение антимиграционного фиксатора, фиксаторов типа Богданова и циркулярных серкляжей с ограниченным контактом, а также шовного материала „Русар-С“ способствует снижению микробной обсемененности операционной раны, тем самым профилактирует развитие хирургической инфекции в послеоперационный период.

14. Применение модифицированной чашки Петри необходимо для повышения качества микробиологических исследований, исключения повторной постановки эксперимента и повышения биобезопастности.

6. ПРАКТИЧЕСКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ

1. Разработанные и предлагаемые нами устройства, а также технические приемы могут использоваться в широкой ветеринарной практике для проведения ОС трубчатых костей у мелких домашних животных.

2. Применение электропунктурной стимуляции локально расположенных БАТ необходимо проводить в комплексной терапии после хирургических вмешательств, а также для ранней диагностики функционального состояния опорно-двигательного аппарата и системного контроля течения остеорегенерации.

3. Устройства для рентгенографии поврежденных костей рационально применять для повышения качества рентгенснимков, предотвращения механического воздействия на формирующуюся костную мозоль при рентгенологическом контроле течения качества консолидации отломков.

4. Проведение микробиологических исследований с использованием наших разработок целесообразно для повышения биобезопастности окружающей среды и биологических объектов.

5. Основные положения диссертации могут быть использованы при написании учебников, учебных пособий, монографий, справочников, диссертаций, статей, чтении лекций по хирургии, фармакологии, микробиологии, проведении семинарских занятий и специализированных курсов среди студентов высших и среднеспециальных учебных заведений ветеринарного профиля.

7. СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

1. Сахно Н. В. Параметры штифтов для остеосинтеза костей у кошек / В. А. Петров, В. М. Чеботарев, Н. В. Сахно [и др.] // Ветеринария. -2003. - № 7. - С. 56-57.

2. Сахно Н. В. Рост костей периферического отдела скелета кошек в раннем постнатальном онтогенезе / Н. В. Сахно // Ветеринария. - 2003. - № 8. - С. 53-54.

3. Сахно Н. В. Рост костей периферического отдела скелета кошек / Н. В. Сахно // Ветеринария. - 2005. - № 9. - С. 52-53.

4. Сахно Н.В. Интрамедуллярный остеосинтез трубчатых костей у кошек / Н. В. Сахно // Ветеринария. - 2005. - № 11. - С. 57-59.

5. Черванев В. А. Оперативное лечение животных с переломами костей / В. А. Черванев, Н. В. Сахно, Л. П. Трояновская // Учебное пособие. Воронеж : Тип. ФГОУ ВПО ВГАУ, 2005. 80 с.

6. Сахно Н. В. Сочетанный остеосинтез стягивающей полосой и интрамедуллярным фиксатором / Н. В. Сахно // Ветеринария. - 2006. № 3. - С. 57-58.

7. Сахно Н.В. Кассета с устройством для извлечения рентгеновской пленки / Н. В. Сахно, В. А. Черванев, Л. П. Трояновская [и др.] // Медицинская техника. - 2006. - № 1. С. 43.

8. Сахно Н. В. Репозиция отломков трубчатых костей у животных / Н. В. Сахно, С. В. Леонова, И. И. Логвинов // Ветеринария. - 2006. - № 9. - С. 43-45.

9. Сахно Н. В. Применение сел-плекса после остеосинтеза трубчатых костей у собак / Н. В. Сахно // Ветеринария. - 2006. № 12. - С. 43-45.

10. Сахно Н. В. Определение площади контакта проволочного серкляжа с надкостницей / Н. В. Сахно // Ученые записки Казанской государственной академии ветеринарной медицины им. Н.Э. Баумана. Казань, 2006. - Т. 190. - С. 99-106.

11. Сахно Н. В. Применение иммуномодуляторов при интрамедуллярном остеосинтезе / Н. В. Сахно, И. И. Логвинов, В. В. Крайс // Ученые записки Казанской государственной академии ветеринарной медицины им. Н.Э. Баумана. Казань, 2006. - Т. 190. - С. 106-113.

12. Сахно Н. В. Остеосинтез при косых переломах с применением интрамедуллярного фиксатора и без него / Н. В. Сахно // Ветеринарная патология. 2007. - № 1 (20). - С. 144-147.

13. Сахно Н. В. Интрамедуллярный стержень с насадкой-экстрактором / Н. В. Сахно // Вестник травматологии и ортопедии имени Н.Н. Приорова. 2007. - № 1. - С. 14-15.

14. Сахно Н. В. Способ наложения стягивающих полос и проволоки при косых переломах трубчатых костей / Н. В. Сахно // Медицинская техника. - 2007. - № 3. С. 33-35.

15. Сахно Н. В. Предоперационные показатели крови собак в эксперименте / Н. В. Сахно // Ветеринарная патология. 2007. - № 3 (22). - С. 117-120.

16. Сахно Н. В. Контактная площадь накостных фиксаторов с учетом анатомических данных поврежденных костей и биомеханических особенностей переломов / Н. В. Сахно // Ветеринарная патология. 2007. - № 3 (22). - С. 120-124.

17. Сахно Н. В. Особенности иммобилизации отломков трубчатых костей при косых переломах / Н. В. Сахно // Ветеринарная патология. 2007. - № 3 (22). - С. 140-145.

18. Сахно Н. В. Динамика лимфоцитов разных иммунофенотипов в послеоперационный период / Н. В. Сахно // Ветеринария. - 2007. - № 7. - С. 48-51.

19. Сахно Н. В. Лечение переломов трубчатых костей у животных / Н. В. Сахно, С. В. Тимофеев, В. А. Черванев [и др.] // Учебное пособие. СПб.: «Лань», 2007. - 192 с.

20. Сахно Н.В. Устройство для снижения непреднамеренной травмы тканей при остеосинтезе / Н. В. Сахно // Медицинская техника. -2008. - № 1. -С. 43.

21. Сахно Н. В. Влияние остеосинтеза и шовного материала на послеоперационные осложнения / Н. В. Сахно // Ветеринария. - 2008. - № 2. - С. 45-50.

22. Сахно Н. В. Влияние тимогена на репаративную регенерацию трубчатых костей у собак / Н. В. Сахно // Ветеринария. - 2008. № 9. - С. 47-50.

23. Сахно Н. В. Рост массы костей периферического отдела скелета кошек, европейской короткошерстной породы в постнатальном онтогенезе / Н. В. Сахно // Использование достижений современной биологической науки при разработке технологий в агрономии, зоотехнии и ветеринарии : мат. международ. науч.-практ. конф. – Брянск, 2003. -С. 169-170.

24. Сахно Н. В. Анализ роста костномозгового канала трубчатых костей кошек для определения параметров штифтов при интрамедуллярном остеосинтезе / В. А. Петров, В. М. Чеботарев, Н. В. Сахно // Актуальные проблемы вет. мед. и биол. : мат. международ. науч.-пр. конф. – Оренбург, 2003. - С. 118-119.

25. Сахно Н. В. Циркулярные проволочные швы в сочетании с интрамедуллярным остеосинтезом у собак и кошек / Н. В. Сахно // Современные проблемы вет. хирургии : мат. международ. науч.-пр. конф. – СПб, 2004. -С. 56-58.

26. Сахно Н. В. Электростимуляция остеорепарации у домашних животных / Н. В. Сахно // Естествознание и гуманизм : сб. науч. работ. – Томск, 2004. – Т. 1. – № 2. – С. 52.

27. Сахно Н. В. Подбор интрамедуллярного фиксатора у животных / Н. В. Сахно // Естествознание и гуманизм : сб. науч. работ. – Томск, 2004. – Т. 1. – № 2. – С. 52.

28. Сахно Н. В. Локальное увлажнение кожи животных во время сеанса электростимуляции / Н. В. Сахно // Акупунктура, биоэнергетика и нетрадиционные методы лечения животных : науч.-пр. конф. – М., 2005. – С. 72-74.

29. Сахно Н. В. Воздействие взрывчатых веществ на организм собак миноразыскной службы / Н. В. Сахно, А. А. Тихонова // Мат. XIII международ. Моск. вет. конгр. по болезням мелких дом. животных. – М., 2005. – С. 103-104.

30. Сахно Н. В. Рентгенографический контроль остеорепарации у мелких животных / Н. В. Сахно // Актуальные проблемы сельскохозяйственной науки и образования : сб. науч. трудов II международ. науч-практ. конф., вып. I, II. – Самара, 2005. - С. 30-32.

31. Сахно Н. В. Определение параметров костномозгового канала трубчатых костей для подбора интрамедуллярных фиксаторов с учетом оперативного доступа / Н. В. Сахно // Генетика, молекулярная биология и биохимия сельскохозяйственных животных : мат. I Всероссийской науч.-пр. конф. - Гагра, 2005. - С. 79-82.

32. Сахно Н. В. Лейкограмма собак после остеосинтеза на фоне воздействия некоторых антиоксидантов и иммуномодуляторов / Н. В. Сахно, С. В. Леонова // Генетика, молекулярная биология и биохимия сельскохозяйственных животных : мат. I Всероссийской науч.-пр. конф. - Гагра, 2005. - С. 82-86.

33. Сахно Н. В. Гематологическая оценка воздействия сел-плекса и тимогена на организм собак после остеосинтеза / Н. В. Сахно, С. В. Леонова // Вопросы развития животноводства России : тез. докл. конф. молодых ученых и специалистов. - Орел, 2005. -С. 22-23.

34. Сахно Н. В. К отбору проб крови у экспериментальных животных / Н. В. Сахно, С. В. Леонова // Вопросы развития животноводства России : тез. докл. конф. молодых ученых и специалистов. - Орел, 2005. -С. 24-25.

35. Сахно Н. В. Динамика клинической картины собак после остеосинтеза / Н. В. Сахно, С. В. Леонова // Вопросы развития животноводства России : тез. докл. конф. молодых ученых и специалистов. - Орел, 2005. -С. 26-27.

36. Сахно Н. В. Профилактика миграции фиксаторов после остеосинтеза / Н. В. Сахно // Мат. науч.-практ. конф., посвящ. 75-летию УГАВМ. – Троицк, 2005. – С. 293-296.

37. Сахно Н. В. Гематологическая оценка влияния тимогена на послеоперационный период у собак / Н. В. Сахно // Ветеринарная медицина Беларуси. - 2005. - № 4. –С. 23-25.

38. Сахно Н. В. Применение проволоки с ограниченным контактом для восстановления целостности трубчатых костей при косых переломах / Н. В. Сахно // Российский ветеринарный журнал. - 2006. - № 2. – С. 31-34.

39. Сахно Н. В. Остеотомия у экспериментальных животных / Н. В. Сахно // Актуальные проблемы повышения продуктивности и охраны здоровья животных : мат. международ. науч.-практ. конф. – Ставрополь, -2006. - С. 270-272.

40. Сахно Н. В. Электропунктурная диагностика течения остеорегенерации у минорозыскных собак и общего состояния организма / Н. В. Сахно, А. А. Тихонова // Практик. - 2006. - № 4. - С. 94-96.

41. Сахно Н. В. Оценка способов фиксации отломков трубчатых костей при косых переломах / Н. В. Сахно // Мат. международ. науч.-практ. конф., посвящ. 80-летию фак. вет. медицины Воронежского ГАУ. – Воронеж, 2006. - С. 255-258.

42. Сахно Н. В. Определение параметров трубчатых костей у мелких домашних животных для разработки интрамедуллярных и накостных фиксаторов / Н. В. Сахно, И. И. Логвинов, М. А. Орлова [и др.] // Мат. международ. науч.-практ. конф., посвящ. 80-летию фак. вет. медицины Воронежского ГАУ. – Воронеж, 2006. - С. 258-259.

43. Сахно Н. В. Факторы, определяющие образование поперечных переломов трубчатых костей у мелких домашних животных / Н. В. Сахно, И. И. Логвинов, М. А. Орлова [и др.] // Мат. международ. науч.-практ. конф., посвящ. 80-летию фак. вет. медицины Воронежского ГАУ. – Воронеж, 2006. - С. 260-262.

44. Сахно Н. В. Сравнительная оценка остеосинтеза при косых переломах / Н. В. Сахно // Ветеринарная медицина. - 2006. – № 4. - С. 39-40.

45. Сахно Н. В. К методике определения цинка и меди в костной ткани плотоядных животных / Н. В. Сахно, И. И. Логвинов, Е. А. Митина [и др.] // Мат. международ. науч.-пр. конф. ветеринарных терапевтов и диагностов, посвящ. 90-летию со дня рождения А. А. Кабыша. - Троицк, 2007. - С. 95-96.

46. Сахно Н. В. Особенности структуры костного регенерата в зависимости от способа иммобилизации отломков / Н. В. Сахно, И. И. Логвинов, Е. А. Митина [и др.] // Мат. международ. науч.-пр. конф. ветеринарных терапевтов и диагностов, посвящ. 90-летию со дня рождения А. А. Кабыша. - Троицк, 2007. - С. 93-94.

47. Сахно Н. В. Особенности иммобилизации отломков трубчатых костей при косых переломах / Н. В. Сахно // Ветеринарный консультант. -2007. № 8. - С. 16.

48. Сахно Н. В. Особенности некоторых энзимбиохимических реакций после остеосинтеза трубчатых костей у собак / Н. В. Сахно // Российский ветеринарный журнал. - 2007. - № 3. – С. 16-20.

49. Сахно Н. В. Влияние тимогена на реабилитацию оперированной конечности / Н. В. Сахно, И. И. Логвинов // Проблемы и перспективы развития аграрного производства : Мат. международ.  науч. конф. – Смоленск, 2007. -С. 326-327.

50. Сахно Н. В. К культивированию колоний микроорганизмов / Н. В. Сахно, Е. А. Михеева // Проблемы и перспективы развития аграрного производства : Мат. международ. науч. конф. – Смоленск, 2007. - С. 342-344.

51. Сахно Н. В. Динамика микро- и макроэлементов костной ткани животных после остеосинтеза / Н. В. Сахно, И. И. Логвинов // Фундаментальные и прикладные исследования в АПК на современном этапе развития химии : Мат. международ. науч. конф. – Орел, 2008. – С. 191.

8. СПИСОК ТЕХНИЧЕСКИХ РЕШЕНИЙ

1. Сахно Н. В. Патент РФ на изобретение №2236874 Способ стимуляции репаративных процессов в костной ткани кошек после остеосинтеза / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 27.09.2004. Бюл. № 27.

2. Сахно Н. В. Патент РФ на изобретение № 2242053 Способ подбора штифтов при интрамедуллярном остеосинтезе костей периферического скелета кошек / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 10.12.2004. Бюл. № 34.

3. Сахно Н. В. Патент РФ на изобретение №2252722 Способ интрамедуллярного остеосинтеза трубчатых костей при косых и винтообразных переломах у собак и кошек / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 27.05.2005. Бюл. № 15.

4. Сахно Н. В. Патент РФ на изобретение №2252731 Фиксатор для интрамедуллярного остеосинтеза у собак и кошек / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 27.05.2005. Бюл. № 15.

5. Сахно Н. В. Патент РФ на полезную модель № 42167 Фиксатор отломков трубчатых костей при косых и винтообразных переломах у собак и кошек / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 27.11.2004. Бюл. № 33.

6. Сахно Н. В. Патент РФ на полезную модель № 44247 Стол для рентгенографии мелких животных / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 10.03.2005. Бюл. № 7.

7. Сахно Н. В. Патент РФ на полезную модель № 47233 Электрод для прибора электропунктурной рефлексотерапии / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 27.05.2005. Бюл. № 15.

8. Сахно Н. В. Патент РФ на полезную модель № 48745 Устройство для стандартной остеотомии трубчатых костей у животных / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 10.11.2005. Бюл. № 31.

9. Сахно Н. В. Патент РФ на полезную модель № 48470 Молоток для остеосинтеза / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 27.10.2005. Бюл. № 30.

10. Сахно Н. В. Патент РФ на изобретение №2281060 Проводник стягивающих полос и проволоки / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 10.08.2006. Бюл. № 22.

11. Сахно Н. В. Патент РФ на изобретение №2280431 Способ стимуляции остеорепарации у собак после остеосинтеза / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 27.07.2006. Бюл. № 21.

12. Сахно Н. В. Патент РФ на изобретение № 2284795 Стержень для интрамедуллярного остеосинтеза / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 10.10.2006. Бюл. № 28.

13. Сахно Н. В. Патент РФ на изобретение №2295962 Способ стимуляции репаративных процессов в костной ткани после остеосинтеза / Н. В. Сахно (RU), Н. В. Садовников (RU), Т. Т. Папазян (RU) [и др.]; Опубл. 27.03.2007. Бюл. № 9.

14. Сахно Н. В. Патент РФ на полезную модель № 69066 Чашка Петри / Н. В. Сахно (RU), Е. А. Михеева (RU); Опубл. 10.12.2007. Бюл. № 34.

15. Сахно Н. В. Патент РФ на изобретение №2331379 Способ фиксации отломков трубчатых костей с косыми и винтообразными переломами / Н. В. Сахно (RU); Опубл. 20.08.2008 Бюл. № 23.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.