WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

Русанова Татьяна Юрьевна НАНО- И СУПРАМОЛЕКУЛЯРНЫЕ СИСТЕМЫ В ОПТИЧЕСКИХ, ПЬЕЗОЭЛЕКТРИЧЕСКИХ СЕНСОРАХ И ТЕСТ-МЕТОДАХ АНАЛИЗА 02.00.02 – Аналитическая химия

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени доктора химических наук

Саратов 2009

Работа выполнена на кафедре аналитической химии и химической экологии Института химии Саратовского государственного университета им. Н.Г. Чернышевского

Научный консультант: доктор химических наук, профессор Штыков Сергей Николаевич

Официальные оппоненты: доктор химических наук, профессор Амелин Василий Григорьевич доктор химических наук, профессор Гусакова Наталия Николаевна доктор химических наук, доцент Проскурнин Михаил Алексеевич

Ведущая организация: ГОУ ВПО «Казанский государственный университет им. В.И. Ульянова-Ленина»

Защита состоится 29 декабря 2009 г. в 14 часов на заседании Диссертационного совета Д 212.243.07 при Саратовском государственном университете им. Н.Г. Чернышевского по адресу: 410012, г. Саратов, ул.

Астраханская 83, корп. I, Институт химии СГУ.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке Саратовского государственного университета им. Н.Г.Чернышевского.

Автореферат разослан «___» ноября 2009 г.

Ученый секретарь диссертационного совета, доктор химических наук, профессор В.В.Сорокин

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы В настоящее время особо актуальным является создание малогабаритных и недорогих аналитических устройств сенсорного типа для экспрессного определения химических соединений в промышленных и природных объектах.

Минимум пробоподготовки или ее полное отсутствие, быстрота получения аналитической информации, нетребовательность к квалификации работника делает разработку сенсорных устройств и чувствительных элементов к ним одним из наиболее перспективных направлений аналитической химии на сегодняшний день и в ближайшем будущем. Однако узкие области функционирования и небольшой ассортимент доступного сенсорного оборудования, невысокая чувствительность и избирательность современных образцов, а также высокая цена на них и их зарубежные аналоги требует разработки новых подходов к созданию недорогих экспрессных сенсорных устройств, главной составляющей которых является чувствительный элемент на основе иммобилизованного на твердой подложке аналитического реагента (молекулы-рецептора). Современные тенденции развития сенсорных устройств все более тяготеют к усложнению их инструментальной базы, что не всегда удовлетворяет заказчиков и потребителей из-за резкого повышения стоимости аналитических услуг. Альтернативное направление может быть основано на использовании супрамолекулярной химии (молекул-рецепторов, действующих по принципу “гость-хозяин”, комплексов антиген-антитело) и нанотехнологий (золь-гель (ЗГ) и Ленгмюра-Блоджетт (ЛБ)) при формировании чувствительного слоя сенсора или тест-системы, позволяющих направленно изменять аналитические параметры реакций определения веществ в различных природных и промышленных объектах.

Системные и комплексные физико-химические и аналитические исследования, направленные на выявление фундаментальных факторов, определяющих эффективность применения нано- и супрамолекулярных систем в химических сенсорах, в настоящее время отсутствуют. Основой таких исследований должно быть выявление связи между физико-химическими свойствами таких систем и обусловленными ими аналитическими эффектами, что позволит выработать более четкие критерии, позволяющие перейти от эмпирического подбора к направленному применению данных систем в химических сенсорах.

Таким образом, развитие научных основ применения нанотехнологий и супрамолекулярных систем в химических сенсорах (оптических и пьезоэлектрических) и тест-методах для направленного изменения химикоаналитических свойств органических реагентов является актуальной проблемой аналитической химии.

Целью работы являлась разработка методологии создания и применения в анализе чувствительных слоев оптических и пьезоэлектрических сенсоров и тест-средств на основе нано- и супрамолекулярных систем.

Для достижения цели требовалось решить следующие задачи:

• исследовать свойства монослоев индивидуальных дифильных веществ и их смесей с аналитическими реагентами (кислотно-основными индикаторами, органическими люминофорами, алкилированными производными каликс[4]аренов и каликс[4]резорцинаренов) на границе раздела фаз воздух/вода и выявить факторы, влияющие на характеристики монослоев и их перенос на твердые подложки;

• разработать подходы к получению чувствительных слоев сенсоров на основе наноразмерных пленок Ленгмюра-Блоджетт, содержащих различные аналитические реагенты;

• изучить спектральные, протолитические и комплексообразующие свойства аналитических реагентов, иммобилизованных в наноразмерные пленки, и выявить их особенности в сравнении со свойствами в растворах и пленках, полученных традиционными способами;

• оценить возможности использования сигнала фосфоресценции иммобилизованных люминофоров при комнатной температуре для детектирования пирена, кислорода и тяжелых металлов;

• получить нанопористые золь-гель материалы, содержащие аналитические реагенты и оценить возможности их применения в анализе;

• найти подходы к модификации пьезоэлектрических датчиков, основанные на применении наноразмерных пленок, содержащих синтетические (каликс[4]арены и каликс[4]резорцинарены) и природные (антитела, фрагменты ДНК) молекулы-рецепторы;

• исследовать аналитические свойства супрамолекулярных комплексов “антиген-антитело”, образующихся в наноразмерных и нанопористых структурах;

• предложить направления практического применения разработанных сенсоров и тест-систем для определения органических и неорганических веществ в различных объектах.

Методы и объекты. Для решения поставленных в работе задач применяли комплекс физико-химических методов исследования:

пьезокварцевое микровзвешивание, спектроскопия в УФ-, видимой- и ИКдиапазонах, флуориметрия и фосфориметрия, термогравиметрия, потенциометрия, регистрация изотерм поверхностное давление – площадь, приходящаяся на молекулу в монослое, эллипсометрия, атомно-силовая микроскопия, масс-спектрометрия, жидкостная хроматография, иммунохимические методы анализа. Объектами определения явились полициклические ароматические углеводороды, микотоксины, кислород, тяжелые металлы, легколетучие органические соединения, фрагменты ДНК.

В работе применяли следующие наносистемы: ленгмюровские монослои на границе раздела фаз воздух/вода, пленки Ленгмюра-Блоджетт, самоорганизованные слои полиэлектролитов и тиолов, нанопористые материалы, полученные по золь-гель технологии и на основе биополимеров, комплексы антиген-антитело, комплексы “гость-хозяин” на основе каликс[4]аренов и каликс[4]резорцинаренов, мицеллы поверхностно-активных веществ. Образование всех указанных систем происходило за счет эффектов самоорганизации, имеющих супрамолекулярную природу.

Научная новизна • Предложен методологический подход к совершенствованию оптических и пьезоэлектрических сенсоров, тест-методов, основанный на использовании нанотехнологий и супрамолекулярных эффектов.

• Исследованы монослои на границе раздела фаз воздух/вода, содержащие широкий круг аналитических реагентов; выявлены факторы, влияющие на их свойства и перенос на твердые подложки. Предложен способ модификации твердых подложек методом полиионного наслаивания, увеличивающий эффективность переноса ленгмюровских монослоев.

• Предложен подход к иммобилизации гидрофильных аналитических реагентов в пленки Ленгмюра-Блоджетт, основанный на использовании гидрофобных ионных ассоциатов с поверхностно-активными веществами.

• Выявлен характер влияния матрицы пленки на константы ионизации, интервал изменения окраски индикаторов и метрологические характеристики оптических сенсоров, полученных по технологиям Ленгмюра-Блоджетт и золь-гель; предложены подходы к регулированию и расширению определяемого интервала кислотности среды с использованием оптических сенсоров, основанные на варьирование метода иммобилизации и природы матрицы пленки ЛБ.

• Получен сигнал фосфоресценции молекул пирена при комнатной температуре (ФКТ) в пленке на основе арахиновой кислоты в присутствии “тяжелых” атомов свинца, который применен для определения малых концентраций кислорода в газовых средах.

• Разработаны новые способы иммобилизации антител на поверхности пьезоэлектрических датчиков, основанные на использовании технологии Ленгмюра-Блоджетт и метода полиионного наслаивания.

• Расширены возможности золь-гель материалов с иммобилизованными антителами в иммуноаффинной пробоподготовке на примере извлечения и концентрирования пирена из водных объектов.

• Развито одно из направлений твердофазных иммунохимических методов анализа, основанное на сочетании иммуноаффинного концентрирования с иммуноферментным (или пьезоэлектрическим) детектированием.

Практическая значимость работы Разработаны способы формирования наноразмерных пленок с аналитическими реагентами (в том числе биомолекулами), отличающиеся оптимальной толщиной, структурной однородностью, воспроизводимостью получения и упорядоченным расположением функциональных групп.

Определены основные направления прикладного использования нанотехнологий и супрамолекулярных систем в химических сенсорах и тестметодах анализа, заключающиеся в:

- увеличении чувствительности, воспроизводимости и уменьшении времени отклика пьезоэлектрических сенсоров для определения нитроалканов и органических легколетучих соединений в газовых средах;

- расширении и регулировании интервала определяемых рН с использованием оптических сенсоров;

- новых биоспецифических способах определения веществ, характеризующихся быстротой, возможностью внелабораторного применения, высокой чувствительностью, а именно: пирена в водных средах (с пределом обнаружения 0,07 нг/мл и максимальной погрешностью не более 15 %);

охратоксина А в вине и кормах для животных на уровнях, соответствующих европейскому и российскому законодательству; гена, кодирующего усиленный зеленый флуоресцирующий белок, что может применяться для контроля генного допинга;

- способе концентрирования пирена из водных объектов, отличающимся специфичностью и высоким значением фактора концентрирования.

Проведена апробация разработанных методик на конкретных объектах:

пищевые продукты, корма для животных, объекты окружающей среды, технологические растворы.

На защиту автор выносит:

• Способы формирования наноразмерных чувствительных слоев оптических, пьезоэлектрических сенсоров и нанопористых материалов, содержащих различные виды аналитических реагентов, подходы к иммобилизации антител на поверхность электродов пьезокварца, основанные на супрамолекулярном эффекте самосборки и использовании нанотехнологий.

• Результаты определения физико-химических характеристик аналитических реагентов, иммобилизованных в наноразмерные пленки, полученные по технологии Ленгмюра-Блоджетт и нанопористые структуры, полученные по золь-гель технологии.

• Подходы к регулированию и расширению интервала определения кислотности среды с использованием оптических сенсоров, основанные на варьировании метода иммобилизации индикатора и матрицы пленки.

• Пьезоэлектрические сенсоры для определения пирена, гена, кодирующего усиленный зеленый флуоресцирующий белок, легколетучих органических соединений, и оптические сенсоры кислотности среды.

• Иммуноаффинные материалы на основе супрамолекулярных систем “антиген-антитело” для концентрирования пирена из водных растворов и тест-устройство для определения охратоксина А в красном вине и кормах для животных Апробация результатов исследования Работа частично выполнена в рамках следующих научных проектов:

(1) РФФИ, проект № 97-03-33393 “Микрогетерогенные организованные среды на основе супра- и надмолекулярных систем в аналитической химии” (19971999 гг.); (2) РФФИ, проект № 01-03-32649 “Самоорганизующиеся супрамолекулярные системы в аналитической химии” (2001-2003 гг.); (3) РФФИ, проект для молодых ученых № 02-03-06292-мас “Организованные супрамолекулярные системы на твердых подложках” (2002 г.); (4) РФФИ, проект № 04-03-32946 “Развитие стратегии применения нанореакторов на основе организованных сред в химическом анализе” (2004-2006 гг.) (5) Минобразования России, проект № 97-0-9.5-40 “Особенности переноса энергии возбуждения молекул в организованных микрогетерогенных средах и их использование в люминесцентном анализе полиароматических углеводородов” (1997-2000 гг.); (6) Минобразования России, проект № Е00-5.0-253 “Концепция селективного люминесцентного определения веществ, основанная на использовании переноса энергии электронного возбуждения в организованных средах” (2001-2002 гг.); (7) Минобразования России, проект № Е02-5.0-65.

“Супрамолекулярные ансамбли на основе ПАВ и молекул-рецепторов для создания химических сенсоров на основе биополимеров, золь-гель- и ЛБтехнологий” (2003-2004 гг.); (8) Минобразования России, проект № 451“Создание новых наноструктурных материалов и композитов с заданными физико-химическими, аналитическими и биологическими свойствами” (2005 г.);

(9) Минобразования России, проект № 45432 “Наноразмерные супрамолекулярные системы в концентрировании и люминесцентном определении природных и техногенных экотоксикантов” (2005 г.); (10) Федерального агентства по науке и инновациям, проект № 2007-3-1.3-28-01-2“Создание мембран и каталитических систем на основе нанотехнологий, наносистем и принципов самосборки” (2007 г.); (11) РФФИ, проект № 08-0300725 “Наносистемы и принципы супрамолекулярной химии в химическом анализе” (2008-2010 гг.).

Основные результаты работы представлены на VIII и X Российскояпонских симпозиумах по аналитической химии (RJSAC, Москва-Саратов, 19и Москва-С-Петербург, 2000), I и II Всероссийских конференциях молодых ученых (Саратов, 1997, 1999), I и II Всероссийских семинарах “Проблемы и достижения люминесцентной спектроскопии” (Саратов, 1998, 2001), III Всероссийской конференции по анализу объектов окружающей среды “Экоаналитика-98” (Краснодар, 1998), XXIV Европейском конгрессе по молекулярной спектроскопии (Прага, 1998), региональной конференции “Мустафинские чтения: проблемы аналитической химии” (Саратов, 1999), VII Всероссийской конференции “Органические реагенты в аналитической химии” (Саратов, 1999), Всероссийской конференции с международным участием “Сенсор-2000. Сенсоры и микросистемы” (Санкт-Петербург, 2000), IV Международной молодежной научной школы по оптике, лазерной физике и биофизике “Проблемы оптической физики” (Саратов, 2000), Международной конференции по люминесценции, посвященной 110-летию со дня рождения С.И. Вавилова (Москва, 2001), Питтсбургских конференциях по аналитической химии и прикладной спектроскопии (PITTCON 2001, PITTCON 2002, Новый Орлеан, США), региональной конференции “Черкесовские чтения: Проблемы аналитической химии” (Саратов, 2002), II Международном симпозиуме “Molecular design and synthesis of supramolecular architectures” (Казань, 2002), XVI Европейской конференции “Chemistry at Interfaces” (Владимир, 2003), Международном Форуме “Аналитика и аналитики” (Воронеж, 2003), II Всероссийском симпозиуме “Тест-методы химического анализа" (Саратов, 2004), IV Международной конференции “Химия высокоорганизованных веществ и научные основы нанотехнологии” (С.-Петербург, 2004), Международной конференции “Physico-chemical foundations of high technologies of XXIst century” (Москва, 2005), Международной конференции “Analytical chemistry and chemical analysis” (Киев, 2005), III и IV международных конференциях “Супрамолекулярные системы в химии и биологии” (Туапсе, 2006, 2008), Международном конгрессе по аналитическим наукам (ICAS, Москва, 2006), Международной конференции “Modern physical chemistry for advanced materials” (Харьков, Украина, 2007), Менделеевском съезде по общей и прикладной химии (Москва, 2007), II Всероссийской конференции по аналитической химии с международным участием (к юбилею академика Ю.А.

Золотова) “Аналитика России – 2007” (Краснодар, 2007), рабочем совещании Workshop Bilateral Scientific Cooperation Flanders-Russia “Express immunochemical detection techniques for food and water” (Гент, Бельгия, 2007), VII Украинской конференции по аналитической химии с международным участием (Одесса, Украина, 2008), Международном рабочем совещании “Nanoparticles, nanostructured coatings and microcontainers: technology, properties, application” (Саратов, 2009), VII Всероссийской конференции по анализу объектов окружающей среды “Экоаналитика-2009” (Йошкар-Ола, 2009).

Публикации. По теме диссертации опубликовано 25 статей в журналах (в том числе 20 статей в журналах, входящих в перечень ВАК), 24 статьи в сборниках научных трудов, 2 учебных пособия, 75 тезисов докладов, получено 4 патента РФ.

Личный вклад автора заключается в теоретическом обосновании проблемы, постановке и решении основных задач исследования, обработке и интерпретации экспериментальных результатов.

В диссертации изложены результаты исследований, выполненных автором лично, а также дипломниками и аспирантом, работавшими под руководством и соруководством автора. Личный вклад автора в работы, выполненные в соавторстве и включенные в диссертацию, состоит в разработке подходов к использованию нанотехнологий для создания сенсоров, прогнозировании путей управления метрологическими характеристиками сенсоров, обосновании основных направлений их практического применения, а также систематизации, обобщении и анализе полученных результатов.

Объем и структура работы. Диссертация изложена на 320 страницах машинописного текста, включая введение, 9 глав, выводы, список цитируемой литературы (382 источника), приложение и список сокращений. В работе содержится 55 таблиц и 110 рисунков.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

В первой главе проанализированы примеры применения нанотехнологий Ленгмюра-Блоджетт и золь-гель, а также супрамолекулярных систем на основе каликс[n]аренов и антител в химических сенсорах и тест-системах.

Технология ЛБ заключается в последовательном многократном переносе организованных монослоев с поверхности жидкой субфазы на твердую подложку. К достоинствам этой технологии относятся: возможность точного контроля толщины пленки и пространственной упорядоченности молекул, высокое отношение активной поверхности к объему, подобие микрогетерогенной среды в пленке активным центрам ферментов и клеточных биомембран, ее простота и экономичность, универсальность используемых твердых подложек.

Золь-гель технология позволяет иммобилизовать аналитический реагент в нанопоры определенного размера, тем самым регулируя диффузию компонентов определяемой смеси, а также обеспечивая защиту биомолекул от деградации.

Применение молекул-рецепторов с трехмерной полостью строго определенного размера, образующих комплексы “гость-хозяин”, или антител, образующих комплексы с соответствующим антигеном, обеспечивает высокую селективность сенсорного слоя. Сочетание этих супрамолекулярных систем с методом пьезокварцевого микровзвешивания обеспечивает непосредственное детектирование аналита в сложных смесях без применения пробоподготовки.

Указанные возможности нанотехнологий и супрамолекулярных взаимодействий позволяют направленно изменять молекулярную архитектуру аналитической системы и тем самым влиять на свойства чувствительных слоев сенсоров и тест-средств.

Глава 2. Монослои и пленки Ленгмюра-Блоджетт, содержащие кислотноосновные и люминесцентные индикаторы В качестве аналитических реагентов для иммобилизации в пленки Ленгмюра-Блоджетт нами выбраны кислотно-основные индикаторы ряда азосоединений (метиловый оранжевый (МО), конго красный (КК), бензопурпурин (БП)), и органические люминофоры (родамин 200В (Р200В), родамин Б, пирен и пиренбутановая кислота). Все эти вещества не являются дифильными и не образуют стабильный мономолекулярный слой на поверхности водной субфазы. Поэтому для получения монослоев и пленок Ленгмюра-Блоджетт, содержащих данные реагенты, использовали дифильные матрицы, способные удерживать реагент на границе раздела фаз: жирные кислоты (стеариновую, арахиновую (АК) и бегеновую), октадециламин, дифильные полимеры (соль полиамидокислоты (сПАК), алкилированные гидроксипропилцеллюлозу (ГПЦ) и полиглутамат). Для выбора оптимальных условий формирования упорядоченных и стабильных пленок на поверхности сенсоров исследовали поведение как индивидуальных монослоев дифильных матриц на границе раздела фаз воздух/вода, так и их смешанных монослоев с аналитическими реагентами. Методом регистрации изотермы сжатия (зависимости поверхностного давления () монослоя от площади, приходящейся на одну молекулу в монослое (А)), изучали влияние следующих факторов:

химического состава и рН субфазы, концентрации и объема раствора вещества, вносимого на поверхность субфазы, природы растворителя и температуры.

На рис. 1-3 представлены примеры типичных изотерм сжатия монослоев, содержащих аналитические реагенты. При совместимости матрицы и реагента и образовании стабильного смешанного монослоя форма изотермы сжатия сохраняется, незначительно понижается давление коллапса, коллапса, монослоя, увеличивается значение предельной площади, приходящейся на молекулу в монослое, А0 (рис.1). Такое поведение наблюдалось для смешанных монослоев азокрасителей с жирными кислотами и сПАК, а также пирена и пиренбутановой кислоты с жирными кислотами. При использовании в качестве матрицы алкилированной ГПЦ реагенты вытеснялись из монослоя при его сжатии, что приводило к изменению формы изотермы (рис. 2).

, мН/м 1 0 100 200 300 4А, 2 А, Рис. 1. Изотермы сжатия монослоя Рис. 2. Изотермы сжатия монослоя АК (1) и смешанных монослоев ГПЦ (1) и смешанного монослоя АК : пирен в соотношении 2:1 (2), ГПЦ : МО в соотношении 1:1 (2) 1:1 (3), 1:2 (4) В случае родаминовых красителей стабильные смешанные монослои ни с одной из исследованных матриц не образовывались. Для повышения гидрофобности вводимого функционального соединения нами предложено использовать принцип образования гидрофобного ионного ассоциата красителя с ионогенным ПАВ, например, с катионами цетилтриметиламмония (ЦТА) или октадецилпиридиния. Этот прием позволил получить стабильный монослой на поверхности водной субфазы (рис. 3).

На основе анализа изотерм сжатия установлены оптимальные параметры получения стабильных монослоев, содержащих аналитические реагенты, и их переноса на твердые подложки в виде пленок Ленгмюра-Блоджетт, содержащих число монослоев, необходимое для достижения максимального аналитического эффекта (табл. 1). В качестве подложек использовали кварцевые или стеклянные пластины (для последующего использования в оптических сенсорах) и пьезокварцевые резонаторы (пьезоэлектрические сенсоры).

а) б) А, Рис. 3. -A изотермы (а) и зависимости площади монослоя от времени (б) для монослоев: 1 - сПАК; 2- сПАК : P200B : ЦТА (2:1:1); 3 - сПАК : P200B : ЦТА (3:1:1); 4- сПАК : P200B : ЦТА (4:1:1); 5 - сПАК : Р200В (2 : 1) Таблица 1. Оптимальные условия получения и характеристика пленок ЛБ, содержащих исследуемые реагенты Кпереноса соотно- тип нанесения, рН пленпри опус- при подРеагент Матрица шение кании нимании мН/м M : R ки подложки подложки Родамин Y сПАК 3:1 25 5-7 0,90,2 1,10,200В* Родамин Б* сПАК 3:1 25 5-7 Y 0,90,1 1,00,Пирен арахиновая 2:1 20 6,8-7,0 Y 1,00,1 1,00, кислота Пиренбутаарахиновая новая 2:1 20 6,8-7,0 Y 1,00,1 1,00,кислота кислота Метиловый сПАК 2:1 30 5-7 Z 0,20,1 1,10,оранжевый арахиновая 2:1 23 3-4 Y 1,10,2 1,00,Конго кислота красный сПАК 2:1 30 5-7 Z 0,100,05 1,00, арахиновая 2:1 23 3-4 Y 1,00,1 0,90,Бензо- кислота пурпурин сПАК 2:1 30 5-7 Z 0,100,05 1,00,* ионный ассоциат красителя с хлоридом октадецилпиридиния Эффективность нанесения и тип пленок оценивали по коэффициенту переноса Kпереноса = S/Sп, где S — уменьшение площади поверхности рабочей зоны в ленгмюровской ванне при прохождении подложки сквозь монослой при нанесения = const; Sп — площадь поверхности подложки, на которую переносится монослой. Толщину и качество полученных пленок ЛБ контролировали методами эллипсометрии, атомно-силовой микроскопии (АСМ), абсорбционной спектроскопии и пьезокварцевого микровзвешивания.

Глава 3. Монослои и пленки Ленгмюра-Блоджетт на основе каликс[4]аренов и каликс[4]резорцинаренов Вторым типом иммобилизованных аналитических реагентов являлись синтетические молекулы-рецепторы, способные образовывать комплексы “гость-хозяин” с различными ионами и органическими соединениями:

дифильные производные полиоксиэтилированных каликс[4]аренов (КА 1-4) и аминометилированных каликс[4]резорцинаренов (КРА 1-4):

N(CH3)C10H21 C4HCH2 N N HO OH HO O HO O C9H19 4,cyclic CH3 4, cyclic C11H23 4, cyclic КРА-КРА-КРА-C9H19-i R HO OH CH3 OCHR=CH2N CH2 CH CH2 OCHC6HO(CH2CH2O)nH 4, cyclic 4, cyclic n=8 – КА-1 n=12 – КА-КРА-n=16 – КА-3 n=20 – КА-Эти соединения образовывали стабильные монослои на поверхности водной субфазы и выполняли двойную функцию дифильной матрицы и чувствительного рецепторного слоя. Параметры монослоев КА и КРА (А0, коллапса, сжимаемость К) и выбранные оптимальные давления переноса (переноса) монослоев на твердые подложки представлены в табл. 2.

Таблица 2. Параметры монослоев на основе молекул-рецепторов Вещество А0, нм2 коллапса, мН/м К103, м/мН переноса, мН/м КРА-1 1,560,08 453 9,00,4 КРА-2 1,790,07 412 8,20,3 КРА-3 1,940,08 473 5,30,4 КРА-4 1,250,05 502 4,00,5 КА-1 2,470,07 402 8,10,3 КА-2 3,160,08 401 9,50,4 КА-3 3,980,06 402 11,30,3 КА-4 5,380,07 372 12,00,4 Анализ характеристик монослоев позволил сделать заключения:

- все исследованные КА и КРА образуют стабильные монослои на границе раздела фаз воздух/вода с давлением коллапса порядка 40 мН/м и выше;

- с увеличением длины углеводородного радикала и усложнением строения головных групп КРА, т.е. при переходе от к КРА-1 c обычной аминогруппой в гидрофильной части молекулы к КРА-2 и КРА-3 с оксазиновой структурой полярных групп, предельная площадь, приходящаяся на одну молекулу, возрастает, а сжимаемость монослоя уменьшается;

- увеличение числа оксиэтиленовых групп в молекулах КА увеличивает А0 и сжимаемость монослоя и немного снижает давление коллапса.

Так как каликс[n]арены и каликс[n]резорцинарены способны образовывать комплексы с ионами металлов, изучали их влияние на поведение исследуемых монослоев. Установлено, что присутствие в субфазе катионов двух- и трехзарядных металлов существенно изменяет параметры моноcлоев КРА (увеличивает А0 и снижает коллапса), что обусловлено комплексообразованием в монослое (табл. 3, рис. 4). Увеличение площади, приходящейся на молекулу КРА, коррелирует с увеличением ионного радиуса в ряду La3+ Eu3+ Tb3+. Для рецепторов КА присутствие в субфазе ионов металлов практически не влияло на свойства монослоев за исключением небольшого увеличения А0 для ионов Cu2+, Ag+, K+, Ba2+.

Перенос монослоев на твердые поверхности показал, что пленки ЛБ образуют только рецепторы группы КРА (кроме КРА-1). Присутствие ионов металлов в субфазе снижало коэффициент переноса монослоев КРА.

Для увеличения эффективности переноса нами впервые предложено использовать модификацию поверхности методом полиионного наслаивания.

Установлено, что нанесение слоев полиэтиленимина и полистиролсульфоната значительно повышает эффективность переноса монослоев КА, КРА-1 и всех КРА с металл-содержащих субфаз. Качество полученных пленок ЛБ подтверждали методами АСМ (рис. 5), эллипсометрии и оптической спектроскопии; присутствие металлов в пленке - методом масс-спектрометрии.

Таблица 3. Параметры монослоев КРА на границах раздела фаз воздух/вода и воздух/водный раствор соли металла А0, нм2 коллапса, мН/м К·103, м/мН Металл КРА-1 КРА-2 КРА-3 КРА-1 КРА-2 КРА-3 КРА-1 КРА-2 КРА-Ni(II) 1,66 2,64 2,84 39,5 38,4 40,9 6,2 6,1 6,Cu(II) 1,68 2,32 2,67 26,2 34,9 22,1 9,0 7,7 9,Тb(III) 1,62 2,09 2,42 41,3 35,4 48,4 6,1 6,2 4,Еu(III) 1,77 – 2,59 44,0 – 49,2 5,2 – 5,La(III) 1,80 2,14 – 46,0 40,1 – 5,5 6,6 – а б Рис. 5. АСМ-изображение поверхности Ag-электродов пьезокварцевого резонатора до (а) и после (б) модификации 16-слойной пленкой ЛБ КРА- Глава 4. Пленки Ленгмюра-Блоджетт с кислотно-основными индикаторами: протолитические свойства и применение в оптических сенсорах рН Полученные пленки ЛБ с кислотно-основными индикаторами использовали в качестве чувствительных слоев оптических сенсоров рН.

Метрологические характеристики таких сенсоров во многом определяются свойствами иммобилизованных индикаторов. Поэтому предварительно исследовали протолитические свойства индикаторов в пленках ЛБ, а затем оценивали возможность использования этих пленок для определения рН.

Изменение протолитических свойств индикаторов при иммобилизации в пленках интерпретировали, сравнивая их с водными и мицеллярными растворами, а также биополимерными пленками на основе триацетатцеллюлозы (ТАЦ) и хитозана. Для количественной оценки влияния среды на протолитические равновесия использовали "кажущиеся" (apparent) значения констант диссоциации ( Ka ) индикаторов, которые определяли из спектров a поглощения иммобилизованных (или солюбилизированных) реагентов с одновременным контролем рН объемной водной фазы. Полученные значения pKa азо- и бисазоиндикаторов в различных средах суммированы в табл. 4.

a Анализ результатов, приведенных в таблице, показывает, что в присутствии катионного ПАВ (цетилтриметиламмония бромида, ЦТАБ, СПАВ = 3ККМ) наблюдается эффект депротонирования индикаторов, который объясняется как образованием гидрофобно-гидратированных ионных пар между катионами ПАВ и отрицательно заряженными сульфогруппами азоиндикаторов, так и солюбилизацией индикаторов в мицеллах ПАВ. Снижение величины pKa a в присутствие катионных ПАВ больше для бисазо-, чем для моноазоиндикаторов. Более всего pKa уменьшается для КК; меньшая a величина рК для БП объясняется его большей исходной гидрофобностью и, соответственно, меньшим изменением гидратации при образовании ионного ассоциата. В мицеллярных растворах неионогенных ПАВ протолитическое равновесие также смещается в сторону депротонированной формы, а в мицеллах анионных ПАВ (додецилсульфата натрия, ДДС) – в обратную сторону. В обоих случаях это объясняется солюбилизацией реагентов в мицеллах, т.е. эффектом среды. Установлено, что величина смещения pKa a иммобилизованных в пленки ЛБ реагентов по отношению к их водным растворам сильно зависит от типа используемой матрицы. При применении в качестве матрицы сПАК величины pKa близки к таковым в мицеллярных a растворах катионных ПАВ, а арахиновой кислоты - к растворам анионных ПАВ.

Таблица 4. Спектральные характеристики и величины р Ka азоиндикаторов a в различных средах (СПАВ = 3 ККМ, I = 0,1) max, нм a Среда рКа Депротонирован- Протонирован- pK a ной формы ной формы Метиловый оранжевый Вода 454 505 3,47 0,05 Мицеллы ЦТАБ 428, 454 508 1,19 0,04 2,Мицеллы ДДС 454 525 4,11 0,04 0,Пленка ЛБ сПАК 470 2,62 0,14 0, Конго красный Вода 485 585 4,20 0,07 Мицеллы ЦТАБ 470, 520 (плечо) 580 0,32 0,08 3,Мицеллы Бридж-35 515 585 2,92 0,06 1,Мицеллы ДДС 500 620 4,42 0,04 0,Пленка ЛБ сПАК 500, 540 620, 720 0,37 0,06 4,Пленка ЛБ АК 505 640, 730 4,35 0,08 0,ТАЦ 535 62,6 ±0,1 1,Хитозан 515 650, 71,05±0,04 3,Бензопурпурин Вода 501 620 2,80 0,06 Мицеллы ЦТАБ 485, 496 650 0,45 0,07 3,Мицеллы Бридж-35 508 625 1,62 0,04 1,Мицеллы ДДС 510 650 2,96 0,06 0,Пленка ЛБ сПАК 515 640 0,50 0,06 2,Как видно из градуировочных зависимостей (рис. 6), использование одного и того же реагента в пленках ЛБ на основе разных матриц, позволяет определять кислотность среды в совершенно различных диапазонах. Так, динамический диапазон для пленки на основе арахиновой кислоты лежит в интервале рН от 2,5 до 5,5, а пленки на основе сПАК - от 0,5 до 2,5 М серной кислоты (что не имеет аналогов в литературе). Предложенные оптические сенсоры рН отличаются малым временем отклика, воспроизводимостью результатов и возможностью выбора необходимого интервала определяемых рН (табл. 5).

A а A б 0, 0,0,0,0,0,0,0,0,pH С(H2SO4), M 0 2 4 6 8 0 1 2 3 Рис. 6. Зависимость оптической плотности 40-слойных пленок ЛБ, содержащих конго красный, от кислотности среды (= 620 нм): а) пленка на основе арахиновой кислоты, б) пленка на основе сПАК Таблица 5. Метрологические характеристики оптических сенсоров рН на основе бисазоиндикаторов Диапазон tотклика, Число Индикатор Среда Sr кислотности с циклов ТАЦ 1,5 3,5 ед. рН 5 30 0,0,2 2,0 М Хитозан 5 20 0,H2SOКонго красный Пленка ЛБ на 0,5 2,5 М 20 25 0,основе сПАК H2SOПленка ЛБ на 2,5 5,5 ед. рН 15 15 0,основе АК 0,5 M H2SO4 ТАЦ 5 30 0,pH 3,Пленка ЛБ на Бензопурпурин 0,1– 2,0 М H2SO4 20 25 0,основе сПАК Пленка ЛБ на 0,5 – 5,0 ед. рН 15 10 0,основе АК Полученную пленку ЛБ на основе бензопурпурина использовали для определения кислотности производственных травильных растворов печатных плат. Предложенный способ отличается простотой выполнения, хорошей воспроизводимостью результатов, малым временем отклика (табл.6).

Таблица 6. Результаты определения концентрации кислоты (моль л-1) в травильных растворах (n=3; Р = 0,95; Fтабл = 19.00; tтабл= 4.30) Объект Пленка Sr Титриметри- Sr F- t-критерий ЛБ ческий метод критерий 1 3,6±0,3 0,03 3,7±0,4 0,04 4,00 0,2 5,3±0,4 0,03 5,4±0,3 0,02 1,77 0,3 6,2±0,6 0,04 6,2±0,1 0,01 3,67 0,Глава 5. Пленки Ленгмюра-Блоджетт с иммобилизованными люминофорами: свойства и применение в оптических сенсорах В данной главе представлены результаты исследований люминесцентных характеристик родаминовых красителей, пирена и его производных, иммобилизованных в пленках ЛБ, а также влияние на них таких тушителей как тяжелые атомы металлов и кислород. Установлено, что для родаминовых красителей микроокружение хромофоров в пленке достаточно полярно и ближе к таковому в мицеллярном растворе ПАВ, чем в хлороформе.

Анализ спектров люминесценции пирена, иммобилизованного в пленку ЛБ, показал, что в возбужденном состоянии он присутствует в виде эксимеров (в спектре флуоресценции присутствует только широкая бесструктурная полоса с макс = 475 нм). Варьирование мольной доли пирена в монослое в пределах от 0,01 до 0,5 не влияло на эффективность образования эксимеров, что является одной из особенностей пленок ЛБ по сравнению с растворами пирена (табл. 7).

Возможно, это связано с ориентирующим действием организованной молекулярной структуры пленки ЛБ на комплексы столкновения молекул пирена в основном и синглетном возбужденном состояниях.

Известно, что на интенсивность флуоресценции люминофоров сильно влияют “тяжелые” атомы. Показано, что ни один из апробированных тушителей не влиял на флуоресценцию родаминовых красителей и пирена, иммобилизованных в пленки ЛБ на основе сПАК.

Таблица 7. Эффективность образования эксимеров пирена в различных средах (концентрация пирена в растворах равна 5. 10-4 моль/л; n = 5, Р = 0,95, Sr 0,07) этанол : мицеллы пленка ЛБ на Среда этанол вода (1:1) ДДС основе АК Iэкс/Iмономер* 0,1 1,7 9,8 1* отношение интенсивности флуоресценции эксимеров (макс = 475 нм) к интенсивности флуоресценции мономеров (макс = 397 нм) При использовании матрицы арахиновой кислоты флуоресценцию пирена тушат катионы таллия, хотя процесс протекает очень медленно (более 4 часов), что объясняется малой скоростью диффузии ионов таллия в пленке. Таким образом, на процесс тушения влияет природа матрицы пленки ЛБ.

Известно, что из-за значительного времени жизни триплетные состояния молекул люминофоров тушатся в большей степени, чем синглетные. Поэтому в матрицу пленки ЛБ на основе арахиновой кислоты, на стадии ее формирования мы ввели одновременно пирен и «тяжелые» ионы свинца (II). В результате впервые удалось получить фосфоресценцию при комнатной температуре (ФКТ) пирена в пленке ЛБ. Спектры фосфоресценции пирена в пленке совпали с таковыми в его мицеллярных растворах. Поскольку самым распространенным тушителем триплетного состояния люминофоров является молекулярный кислород, изучили его влияние на ФКТ пирена. На рис. 7 представлена зависимость интенсивности IФс и константы скорости затухания К фосфоресценции пирена от давления воздуха в объеме над поверхностью пленки. При уменьшении давления и, следовательно, концентрации кислорода, интенсивность фосфоресцинции пирена и время жизни его триплетного состояния, обратно пропорциональное К, возрастают, что связано с уменьшением степени безызлучательного переноса энергии между молекулами пирена и кислорода. Чувствительность ФКТ пирен-содержащей пленки на основе арахиновой кислоты и свинца к кислороду позволяет применить её в качестве сенсорного элемента на кислород.

Рис. 7. Зависимость интенсивности и константы скорости затухания фосфоресценции пирена в пленке на основе арахиновой кислоты и свинца от давления воздуха в объеме над пленкой Глава 6. Пленки Ленгмюра-Блоджетт как чувствительные слои пьезокварцевых сенсоров для определения легколетучих органических соединений Пьезокварцевые резонаторы, модифицированные пленками ЛБ на основе арахиновой кислоты и КРА, использовали в качестве сенсоров на нитроалканы и легколетучие органические соединения (бензол, толуол и т.д.).

Коэффициенты распределения (Кр) нитроалканов между газовой фазой и пленкой, рассчитанные по линейным участкам изотерм сорбции, представлены в табл. 8. Видно, что для пленки ЛБ на основе КРА-1 они увеличиваются с ростом числа монослоев. Отмечено также, что абсолютное значение коэффициента распределения возрастает с увеличением линейных размеров молекул нитроалканов, что связано, вероятно, с большим соответствием размера молекулы «гостя» и полости молекулы-рецептора. Разветвленный изомер из-за стерического фактора слабо связывается с КРА. Увеличение числа монослоев в пленке АК приводило к снижению ее стабильности.

В табл. 9 приведены аналитические характеристики методики определения нитроалканов пьезосенсорами с нанесенным оптимальным количеством монослоев арахиновой кислоты (10 монослоев), и дано сравнение с характеристиками сенсора, полученного с использованием традиционной технологии модификации резонатора – метода статического испарения капли.

Время отклика сенсора, модифицированного пленкой ЛБ, в 3-5 раз меньше, а предел обнаружения (ПрО) в 2-5 раз ниже, в зависимости от типа аналита;

значительно увеличивается чувствительность (S) сигнала сенсора.

Таблица 8. Коэффициенты распределения нитроалканов между газовой фазой и пленкой ЛБ Тип Число Коэффициент распределения Кр модификатора монослоев нитрометан нитроэтан 1-нитро- 2-нитропропан пропан 10 20 КРА-20 5,0 50 70 30 10 70 115 АК 1,1103 0,9103 Таблица 9. Аналитические характеристики пьезосенсоров, модифицированных пленками на основе арахиновой кислоты Метод Время S, ПрО, нанесения Аналит отклика, Кр,10-3 Гцм3/ мг/мпленки с моль ЛБ нитрометан 10-15 2,5 1,1 (10 слоев) нитроэтан 10-15 11,0 0,90 Статического нитрометан 60-180 1,5 10 4,310-испарения нитроэтан 60-180 2,3 7,3 2,710-капли Важным свойством сенсоров является их обратимость: полная регенерация достигается при выдержке резонатора в потоке воздуха в течение 1-3 мин. Сенсорные покрытия характеризуются продолжительным временем «жизни», выдерживая 80-100 циклов сорбция десорбция.

Пьезорезонаторы, модифицированные пленками ЛБ на основе КРА-2, апробировали в качестве сенсоров на пары легколетучих органических растворителей: бензола, толуола, этилбензола, кумола, этанола, гексана, этилацетата, ацетона. Из рисунка 8 следует, что при одинаковом давлении паров в ряду кумол – толуол – этилбензол – этилацетат – гексан – бензол – этанол, соответствующему уменьшению молекулярной массы аналита и геометрических размеров его молекулы, наблюдается увеличение количества сорбированного вещества. Это свидетельствует о том, что полость молекул КРА, образующих пленку ЛБ, выполняет роль молекулярного сита, пропускающего более мелкие молекулы в фазу пленки.

Для оптимизации функционирования пьезокварцевого резонатора в качестве сенсора исследовали влияние количества монослоев в модифицирующей пленке на эффективность сорбции паров растворителей.

Показано, что сигнал сенсора (уменьшение резонансной частоты F) для большинства аналитов при постоянном рН субфазы достигает максимального значения при 16–20 монослоях (рис. 9). Для оптимального количества монослоев зависимости аналитического сигнала резонаторов от активности паров растворителей для большинства веществ в интервале 0,11–1.00 имеют линейный характер. Исключениями являются пары кумола и этилацетата, зависимости для которых имеют вид, подобный изотермам сорбции, на которых присутствует область насыщения; интервал линейности сокращается до 0,11 – 0,25. Сигнал сенсора на основе упорядоченной пленки в 1,5-2 раза превышает таковой для пленки, нанесенной после давления коллапса. Время отклика сенсора с упорядоченными монослоями в пленке составляло 15 сек, а для неупорядоченной пленки той же толщины – 2 мин. Кроме того, значительно возрастает воспроизводимость сигнала пьезосенсоров с упорядоченными пленками.

, мкМоль F, Гц 0,00,00,00,0число монослоев Рис. 8. Количество связываемых Рис. 9. Влияние числа монослоев в сорбатов при активности паров пленке на сигнал пьезосенсора при р/р0 = 1, пленкой ЛБ на основе воздействии паров: 1 – бензола, 2 – КРА-2 (рНсубфазы = 7.0) толуола, 3 – этанола, 4 – гексана Таким образом, предлагаемый способ модификации поверхности пьезокварцевых резонаторов позволяет добиться более высокой чувствительности определения; снизить продолжительность анализа, выявить число монослоев, обеспечивающих наибольшую интенсивность аналитического сигнала.

Глава 7. Наноразмерные пленки как чувствительные слои пьезоэлектрических биосенсоров Следующим примером модификации пьезоэлектрических датчиков, основанным на применении нанотехнологий и супрамолекулярных эффектов, является нанесение пленок природных молекул-рецепторов: антител и фрагментов ДНК. С этой целью использованы четыре подхода:

- метод самоорганизации тиолов на поверхности золота;

- сочетание самоорганизации тиолов с взаимодействием биотин – стрептавидин;

- технология Ленгмюра-Блоджетт;

- метод полиионного наслаивания.

Первые два подхода известны, но могут быть использованы только для модификации поверхности золотых электродов резонаторов. Предложенные подходы, основанные на применении технологии ЛБ и полиионного наслаивания, являются универсальными.

Пьезосенсоры, модифицированные тиолированными и биотинилированными олигонуклеотидными зондами длиной 18 (зонд 1) и 20 (зонд 2) оснований, комплементарными последовательности, присутствующей в гене, кодирующем усиленный зеленый флуоресцирующий белок (eGFP), применены для обнаружения этого гена. Предварительно оптимизированы условия определения синтетических комплементарных олигонуклеотидов в стандартных растворах.

Показано, что использование биотинилированных зондов, иммобилизованных на поверхность пьезокварца, предварительно покрытого слоем декстрана и стрептавидина, позволяет расширить диапазон определяемых концентраций олигонуклеотидов и улучшить воспроизводимость измерений (табл. 10).

Разработанный ДНК-сенсор применен для анализа образцов плазмидной ДНК, трансформированных в клетки E.coli и амплифицированных с использованием полимеразной цепной реакции.

Для формирования покрытий пьезоэлектрических иммуносенсоров для определения пирена апробировано три способа: 1) формировали пленку ЛБ арахиновой кислоты (причем последний монослой ориентировали карбоксильными группами вверх), а затем ковалентно связывали с ней антитела, специфичные к пирену, с использованием карбодиимидного метода;

Таблица 10. Параметры градуировочных зависимостей для определения синтетических олигонуклеотидов, полученных с использованием сенсоров, модифицированных различными ДНК-зондами Диапазон Sr, ДНК-зонд линейности, Уравнение R % нМ Биотинилированный 10-1000 y = 0,119x + 1,30 0,994 зонд eGFPБиотинилированный 10-250 y = 0,160x + 2,38 0,989 зонд eGFPТиолиоровнаный 10-250 y = 0,129x + 1,92 0,972 зонд eGFP2) проводили самосборку слоя полиэлектролита – хитозана – методом полиионного наслаивания, а затем ковалентно связывали с ним антитела с помощью глутарового альдегида; 3) формировали пленку ЛБ на основе смешанных монослоев арахиновой кислоты и пиренбутановой кислоты (которая в данном случае выступала в качестве производного пирена). Первые два способа использовали в случае прямого конкурентного формата иммуноанализа, а третий – непрямого конкурентного формата. Предварительно оптимизировали условия определения пирена в стандартных растворах (разведение антител или конъюгатов, составы промывочных растворов и раствора для регенерации, время детектирования сигнала). Сенсор, модифицированный пленками ЛБ пиренбутановой кислоты, показал наибольшую чувствительность при определении пирена. Градуировочная зависимость резонансной частоты этого сенсора от концентрации пирена в растворе, имеющая сигмообразный вид, характерный для иммунохимических методов анализа, представлена на рис. 10. Диапазон определяемых концентраций (соответствующий изменению сигнала от 80 до 20% ингибирования) составил 0,13 - 4,8 нг/мл, а предел обнаружения (определенный на основе разницы между средним значением сигнала фона и утроенным стандартным отклонением для фонового сигнала) – 0,07 нг/мл, максимальная погрешность 15 %. Сенсор применен для определения пирена в образцах водопроводной и питьевой (бутилированной) воды, правильность контролировали методом ВЭЖХ с предварительным концентрированием.

F, Гц 33Рис. 10. Градуировочная 2зависимость изменения резонансной частоты 2пьезоэлектрического сенсора 1от концентрации пирена в анализируемом растворе 10 0.01 0.1 1 10 1концентрация пирена, нг/мл Глава 8. Получение, исследование и применение в химических сенсорах золь-гель материалов, содержащих аналитические реагенты Следующим этапом работы явилось получение нанопористых материалов с применением золь-гель технологии и оценка возможности их применения в химическом анализе. В качестве аналитических реагентов использовали кислотно-основные индикаторы и антитела, специфичные к пирену. Для иммобилизации реагентов в золь-гель матрицу на основе тетраалкилсиланов выбран метод химического допирования, который заключался во введении органических соединений в реакционную смесь еще на стадии полимеризации.

Такой метод обеспечивал надежное удерживание реагента в золь-гель материале и не требовал предварительной модификации реагентов.

Основная задача при иммобилизации кислотно-основных индикаторов - получение устойчивых в водных растворах и оптически прозрачных пленок, а в случае антител – получение сорбентов с высокой удельной поверхностью и способностью сохранять функции антител. Оптимальные условия формирования золь-гель пленок с кислотно-основными индикаторами (методика 1) и золь-гель сорбентов с антителами (методика 2), а также их характеристики, полученные с использованием анализатора удельной площади поверхности и размера пор Quantochrome Nova, представлены в табл. 11.

Предварительно оценена возможность иммобилизации широкого круга кислотно-основных индикаторов трифенилметанового ряда, а также азо- и бисазокрасителей. Устойчивые, интенсивно окрашенные пленки, изменяющие свои окраску в зависимости от кислотности среды, получены только для ряда сульфофталеиновых красителей (бромфеноловый синий (БФС), бромхлорфеноловый синий (БХФС), бромкрезоловый зеленый (БКЗ), бромкрезоловый пурпурный (БКП)) и пирокатехинового фиолетового (ПКФ).

Таблица 11. Условия формирования золь-гель пленок с иммобилизованными кислотно-основными индикаторами (методика 1) и золь-гель сорбентов с антителами (методика 2) и их параметры: удельная площадь поверхности (S), объем пор (V), средний радиус пор (R) СоотноМолярное шение Мето- соотноше- Режим S, V, R, H2O :

Добавки дика ние формирования м2/г м3/г нм спирт H2O : Si (об.) 0,005М HCl 24 часа при Т=20°С 1 4:1 1:6 179 0,053 1,I) 1 мин – перемешиI) 0,001М HСl, вание, 30 мин – I*) 8:1 ПЭГ-400 УЗ-обработка 2 472 0,25 1, II) ФСБ II) 10 мин – II*) 28:рН 7,4 комн. темп., 24 часа – Т=4°С * I и II - cтадии синтеза, добавление антител осуществляли на II стадии Для иммобилизованных сульфофталеиновых красителей изучали реакцию протонирования по второй ступени HR + H+ R2, а для ПКФ реакцию протонирования, отвечающую схеме H3R + H+ H4R. Спектры красителей, иммобилизованных в пленке, практически не изменялись по сравнению с водным раствором, что свидетельствует о гидрофильной среде золь-гель матрицы. В то же время pKa индикаторов (табл. 12) смещались в щелочную a область приблизительно на 2 единицы; расширялся интервал рН изменения окраски индикаторов. По аналогии с влиянием анионных ПАВ можно предположить, что смещение pKa в золь-гель матрице связано с наличием a отрицательного заряда в области локализации индикаторов. Расширение интервала перехода индикатора можно объяснить, исходя из структуры зольгель матрицы, в которой индикатор может быть локализован как в порах, заполненных водой, так и внутри плотной силикатной сетки.

Таблица 12. Величины рКаа индикаторов, иммобилизованных в золь-гель пленке, и в водном растворе рКаа Интервал перехода Краситель Водный Золь-гель рКа раствор пленка в ЗГ-пленке ПКФ 0,11 ± 0,07 2,3 ± 0,2 2,4 1,1 4,БФС 4,0* 5,9 ± 0,4 1,9 3,9 8,БХФС 3,9* 6,1 ± 0,2 2,2 4,2 8,БКЗ 4,7* 6,9 ± 0,3 2,2 5,0 – 9,БКП 6,2* 7,8 ± 0,3 1,6 5,8 10,*литературные данные Для создания чувствительного элемента оптического сенсора рН с расширенным диапазоном получали золь-гель пленки, содержащие одновременно два индикатора: ПКФ и БФС. Для обработки сигналов такого сенсорного элемента применяли метод анализа многомерных данных, используя в качестве аналитического сигнала оптические плотности при нескольких длинах волн. Для этого строили n-мерные графики (где n число используемых длин волн), и по ним определяли искомую величину рН. Используемые длины волн оптимизировали исходя из наименьшей ошибки при определении рН.

Показано, что регистрация оптических плотностей при четырех длинах волн обеспечивает определение рН в диапазоне от 1,1 до 8,0 с погрешностью 0,06 ед.

рН. Время отклика чувствительных элементов рН-сенсоров составило 15 сек. В процессе 50 циклов измерений оптическая плотность практически не изменялась (Sr = 0,05), что свидетельствует об отсутствии вымывания реагентов из золь-гель пленок в процессе их эксплуатации в качестве рН сенсоров.

Сенсорные элементы не чувствительны к присутствию в анализируемом растворе металлов вплоть до концентрации 1М.

Золь-гель материалы с иммобилизованными антителами получали в две стадии: на первой получали золь на основе тетраметилсилана (ТМОС) и водного раствора кислоты, а на второй – в реакционную смесь вводили раствор антител, чтобы предотвратить воздействие на антитела УЗ-облучения и высокой кислотности раствора золя. Кроме того, в реакционную смесь добавляли полиэтиленгликоль (ПЭГ) для увеличения пористости получаемого материала.

Полученные золь-гель материалы с иммобилизованными антителами, специфичными к пирену, были использованы для иммуноаффинного извлечения и концентрирования пирена из водных объектов.

Предварительно изучали сорбцию пирена из его стандартных растворов.

При пропускании 1 мл раствора пирена с концентрациями от 50 до 1000 нг/мл, через колонку, наполненную золь-гель сорбентом (50 мг в пересчете на сухой материал), доля сорбированного пирена составляет 99 3 %. Установлено, что практически полная десорбция пирена из колонки достигается при элюировании 2 мл ацетонитрила (рис. 11). Регенерирование колонки позволяет проводить до 12 циклов сорбция-десорбция без потери сорбционной активности (рис. 12).

R, % n Рис. 11. Степень извлечения пирена Рис. 12. Степень извлечения пирена (С=50 нг/мл) при элюировании (Сисх=50 нг) при многократном различными объемами ацетонитрила использовании колонки (вертикальная штриховка) и этанола (горизонтальная штриховка) Зависимость степени извлечения пирена из водных растворов от концентрации при использовании разработанной иммуноаффинной колонки представлена в табл. 13. Видно, что колонки позволяют концентрировать пирен из растворов, содержащих до 125 нг, с высокой степенью извлечения. При этом величина фактора концентрирования пирена из его растворов с концентрацией 0,5 нг/мл достигает 100 при степени извлечения 96 %.

После предварительного выделения и концентрирования пирена из анализируемых водных растворов определяли его содержание методами флуориметрии и высокоэффективной жидкостной хроматографии.

Метрологические характеристики определения пирена методами флуориметрии и ВЭЖХ с предварительным концентрированием на иммуноаффинной колонке и без концентрирования представлены в таблице 14. Разработанная методика применена для определения пирена в образцах водопроводной воды и талого снега (табл. 15). Установлено, что анализируемые пробы содержали пирен в интервале 0,5-10 нг/мл.

Таблица 13. Степень извлечения пирена из водных растворов Объем Концентрация Масса пирена Масса Степень раствора, мл раствора, в растворе, пирена в извлечения, нг/мл нг элюате, нг % 10 10 100 104 110 5 50 50 20 5 100 93 100 5 500 295 250 0,5 125 120 500 0,5 250 167 Таблица 14. Метрологические характеристики определения пирена в стандартных растворах Метод НГОС, нг/мл ПрО, нг/мл Sr - 5,0 1,5 0,Флуориметрия с предварительным 0,07 0,02 0,концентрированием - 10 3,5 0,ВЭЖХ с предварительным 0,1 0,03 0,концентрированием Таблица 15. Определение пирена методом флуориметрии с предварительным концентрированием на иммуноаффинной колонке Водопроводная вода Талая вода Введено Найдено Открываемость, Найдено Открываемость, (нг/мл) (нг/мл) % (нг/мл) % - < 0,07 - 0,13 - 0,50 0,55 ± 0,08 110 0,6±0,1 15,0 4,8 ± 0,6 96 5,2±0,8 1Глава 9. Супрамолекулярные системы «антиген – антитело» на твердой поверхности и их использование в тест-анализе Возможности супрамолекулярных взаимодействий для эффективного выделения и тест-определения токсикантов продемонстрированы также на примере иммунохимических комплексов антиген-антитело.

Для достижения высокой чувствительности определения токсикантов и снижения влияния матрицы образца на величину аналитического сигнала нами предложен тест-метод, сочетающий предварительную очистку образца на сорбенте с иммуноаффинным концентрированием и иммуноферментным детектированием. Для реализации этого подхода нами предложена и запатентована проточная система, состоящая из прозрачных Пористый фильтр колонок, содержащих очищающий слой на основе твердофазного сорбента и Сорбент детектирующий иммунослой, содержащий антитела, специфичные к аналиту (рис. 13).

Пористый фильтр В качестве определяемого вещества выбран представитель микотоксинов – охратоксин А (ОТА), отличающийся высокими токсичными свойствами. Предлагаемая тестсистема апробирована при анализе сложных матриц: образцов красного вина и кормов для Пористый фильтр животных. Выбор этих объектов обусловлен их Детектирующий слой Пористый фильтр интенсивной окраской и наличием в литературе сведений о высокой степени контаминации Рис.13. Схема тест-устройства данных продуктов ОТА. В основу для проведения анализа разрабатываемого тест-метода положен принцип конкурентного иммуноферментного анализа, отличающийся высокой чувствительностью при определении низкомолекулярных аналитов (рис. 14).

Разработанные тест-системы предполагают получение результата о присутствии ОТА в пробе в формате “да/нет”. При некоторой концентрации выше «контрольного уровня» окраска детектирующего слоя полностью отсутствует. Подбор оптимальных условий иммуноанализа, позволяющих получить необходимый контрольный уровень, включал: выбор носителя антител и способа иммобилизации, объема пробы, способа ее пробоподготовки, природы антител и конъюгата, природы и массы очищающего слоя, объемов и концентраций растворов антител, конъюгата, состава и объема растворов для промывки, времени детектировании сигнала. При этом в качестве количественных характеристик, характеризующих развитие окраски, использовали цветометрические характеристики тестовой зоны устройства.

б) a) в) Su Su д) е) г) (a) специфические к микотоксину антитела Анти-мышиные иммобилизованы на поверхность геля за счет вторичные антитела связывания со вторичными антителами Анти-микотоксин (б) проба пропускается через колонку и мышиные антитела микотоксин связывается с антителами Примеси (в) примеси вымываются из колонки (г) конъюгат микотоксина с ферментом добавляется Микотоксин в колонку и связывается со свободными антителами (д) избыток конъюгата вымывается из колонки Конъюгат микотоксина (е) добавляется субстрат, который в результате с ферментом реакции, катализируемой ферментом, превращается Su Субстрат в окрашенный продукт Рис. 14. Схема прямого конкурентного формата иммуноанализа Сравнительная характеристика двух способов иммобилизации антител: с использованием традиционных коммерческих полимерных мембран и на основе нанопористого сефарозного геля, показала, что мембранные тесты отличаются простотой получения и применения, но меньшей чувствительностью при определении следовых количеств токсикантов в сложных матрицах.

Установлено, что при использовании конъюгата ОТА с пероксидазой хрена (ПХ) в мембранном тест-анализе наблюдается его сильная неспецифическая сорбция на поверхности мембраны. Поэтому в данном случае в качестве оптимального фермента для конъюгата выбрана щелочная фосфатаза (ЩФ). В тест-анализе на основе геля контрастность сигнала в отсутствие и присутствии ОТА в анализируемой пробе была выше для конъюгата ОТА с пероксидазой хрена. Показано, что добавление в раствор для промывки казеина позволяет снизить матричный эффект пробы, а добавки Твин-20 увеличить эффективность удаления неспецифически связанного конъюгата.

В таблице 16 представлены некоторые оптимальные условия тестопределения ОТА в вине и кормах для животных. Cопоставление результатов тестов с данными, полученными методом ВЭЖХ с флуориметрическим детектированием и предварительной пробоподготовкой с использованием коммерческих иммуноаффинных колонок (табл. 17), показало пригодность разработанного тест-метода для определения ОТА в красном вине.

Таблица 16. Выбранные оптимальные условия определения ОТА в вине и кормах для животных и достигнутые пределы обнаружения (ПрО) Объект Носители Способ Конъюгат, его Разведение ПрО, анализа антител пробоподготовки разведение антител нг/г разбавление гель на раствором ПЭГ + Красное ОТА-ПХ, основе NaHCO3; 1:100 вино 1/3сефарозы очистка на SAX*-силикагеле жидкостная Корма для полимерные ОТА-ЩФ, экстракция + очистка 1:50 животных мембраны 1/на NH2**-силикагеле *SAX-силикагель – силикагель с привитыми триметиламинопропильными группами **NH2-силикагель – силикагель с привитыми аминопропильными группами Таблица 17. Результаты определения ОТА в пробах вина (Россия, Краснодарский край), полученные с использованием разработанного иммунохимического теста и методом ВЭЖХ-Фл ВЭЖХ-Фл Иммунотест на основе геля в сочетании с с введенной иммуноаффинной Образец вина без добавки добавкой пробоподготовкой, 2 мкгл-мкгл-Красное вино I * +** + + < 0.Красное вино II + + + < 0.Красное вино III + + + + + + 4.Красное вино IV + + + + + + 2.Красное вино V + + + < 0.Домашнее вино I + + + < 0.Домашнее вино II + + + + + 1.*(-) – наблюдается голубая окраска детектирующего слоя; «отрицательный результат», концентрация OTA < 2 мкгл-1, **(+) – окраска детектирующего слоя отсутствует; «положительный результат», концентрация OTA 2 мкгл- В Ы В О Д Ы 1. Разработана методология применения нанотехнологий Ленгмюра-Блоджетт, золь-гель и полиинной самосборки, супрамолекулярных эффектов, позволяющих регулировать и существенно расширить возможности большого круга традиционных аналитических реагентов, а также синтетических молекулрецепторов (каликс[4]аренов и калкс[4]резорцинаренов) и природных биоспецифических молекул (антитела, фрагменты ДНК) для создания оптических, пьезоэлектрических сенсоров и тест-систем.

2. Исследовано поведение монослоев на границе раздела фаз воздух/вода на основе амфифильных аналитических реагентов (алкилированные производные каликс[4]аренов и каликс[4]резорцинаренов), а также на основе смесей традиционных аналитических реагентов (кислотно-основные индикаторы азо- и бисазо- и бисазоряда, родаминовые красители, производные пирена) с амфифильными матрицами (жирные кислоты, октадецилдиметиламмониевая соль полиамидокислоты). Предложен метод введения гидрофильных реагентов в пленки Ленгмюра-Блоджетт, основанный на принципе образования ионных ассоциатов с поверхностно-активными веществами. Для КА и КРА установлено влияние длины углеводородного радикала, состава субфазы, способа обработки подложки, на поведение монослоев и перенос их на твердые подложки.

Показано, что исследованные КРА образуют комплексы с ионами металлов (Ni (II), Cu (II), Eu (III), Tb (III) и La (III)) на границе раздела фаз воздух/водный раствор соли. В оптимальных условиях получены пленки ЛБ на основе исследованных монослоев на поверхности пьезокварцевых резонаторов и кварцевых пластин. Предложен способ повышения эффективности переноса монослоев на твердые подложки, основанный на модификации их поверхности методом полиионной сборки.

3. Систематически изучены протолитические свойства кислотно-основных индикаторов, иммобилизованных в пленках, полученных по технологиям Ленгмюра-Блоджетт и золь-гель, биополимерах, а также солюбилизированных в мицеллах ПАВ. Определены значения «кажущихся» констант диссоциации рКаа индикаторов в указанных средах. Показано, что изменения протолитических свойств реагентов, иммобилизованных в пленках ЛБ на основе соли полиамидокислоты, аналогичны таковым при солюбилизации в мицеллах катионных ПАВ, а иммобилизованных в матрице арахиновой кислоты - солюбилизации в мицеллах анионных ПАВ. Иммобилизация индикаторов в золь-гель матрицу смещает рКаа в основную область и расширяет интервал рН изменения окраски индикатора.

4. Разработаны чувствительные слои оптических сенсоров кислотности среды на основе наноразмерных пленок ЛБ, нанопористых золь-гель пленок и биополимеров для определения рН в различных интервалах кислотности (от 2,М серной кислоты до рН 10). Предложены способы регулирования интервала определяемой кислотности, основанные на варьировании метода иммобилизации и природы матрицы пленки ЛБ. Сенсор кислотности на основе пленки ЛБ бензопурпурина и соли полиамидокислоты применен для анализа растворов ванн травления электронных плат. Предложен сенсор рН с расширенным диапазоном кислотности на основе золь-гель пленки, содержащей одновременно два индикатора, позволяющий определять рН в диапазоне 1,1-8,0 единиц.

5. Исследованы особенности процессов тушения люминесценции красителей родаминового ряда и производных пирена различными “тяжелыми” атомами и кислородом в пленках ЛБ. Введение “тяжелого” иона свинца (II) в пленку на основе арахиновой кислоты позволило впервые наблюдать фосфоресценцию при комнатной температуре молекул пирена. Определена константа скорости.

тушения триплетных состояний пирена кислородом, составившая 2 1л/моль.с. Чувствительность фосфоресценции пирена к содержанию кислорода позволяет рекомендовать данную систему в качестве сенсорного элемента на кислород.

6. Предложены способы модификации поверхности пьезокварцевых резонаторов, основанные на использовании технологии ЛБ с применением традиционных дифильных молекул (арахиновая кислота) и алкилированных рецепторных молекул (каликс[4]резорцинаренов), а также биоспецифических покрытий с иммобилизованными антителами и ДНК-зондами. На их основе разработаны:

- сенсор для детектирования паров легколетучих органических соединений (этанол, бензол, толуол, этилбензол, этилацетат, ацетон, гексан, кумол) и нитроалканов. Показано, что сенсор на основе арахиновой кислоты позволяет определять нитрометан и нитроэтан с пределами обнаружения 1,5 мг/м3 и 2,мг/м3, соответственно;

- иммуносенсор для определения пирена в водных средах, характеризующийся пределом обнаружения 0,07 нг/мл;

- ДНК-сенсор для обнаружения гена, кодирующего усиленный зеленый флуоресцирующий белок, который применен для анализа образцов плазмидной ДНК, трансформированных в клетки E.coli и амплифицированных с использованием полимеразной цепной реакции.

7. Разработан метод получения иммуноаффинных сорбентов, содержащих специфичные к пирену антитела, основанный на использовании золь-гель технологии. Показано, что полученные золь-гель материалы обладают высокой сорбционной емкостью, возможностью многократного использования (до циклов сорбция/десорбция), позволяют выделять пирен из его разбавленных растворов с фактором концентрирования 100 при степени извлечения 96 %.

Разработанная методика применена для выделения и концентрирования пирена из водных объектов с последующим хроматографическим или люминесцентным определением.

8. Расширены возможности использования супрамолекулярных комплексов антиген-антитело для создания тест-систем на охратоксин А, принцип действия которых заключается в сочетании очистки на твердофазном сорбенте, иммуноаффинном концентрировании и иммуноферментном детектировании.

Предложен общий подход к созданию тест-устройства, основанный на разделении очищающего и детектирующего слоев и позволяющий снизить матричный эффект пробы. Разработанные тест-методы позволяют проводить определение ОТА в красном вине и кормах для животных на уровне 2 мкг/л и 50 мкг/кг, соответственно.

Список основных публикаций по теме диссертационной работы По теме диссертации опубликовано 129 печатных работ в виде 25 статей в журналах (в том числе 20 – в журналах, входящих в перечень ВАК РФ), статей в сборниках научных трудов, 4 патентов, 75 тезисов докладов, 2 учебных пособий. Список основных публикаций:

Статьи в журналах 1. Rusanova T.Yu., Beloglazova N.V., Goryacheva I.Yu., Lobeau M., Van Peteghem C., De Saeger S. Non-instrumental immunochemical tests for rapid ochratoxin A detection in red wine // Anal. Chim. Acta. 2009. DOI:

10.1016/j.aca.2009.08.036.

2. Русанова Т.Ю., Калач А.В., Румянцева С.С., Штыков С.Н., Рыжкина И.С.

Определение паров легколетучих органических соединений пьезосенсорами, модифицированными пленками Ленгмюра-Блоджетт каликс[4]резорцинарена // Журн. аналит. химии. 2009. Т. 64. № 12. С. 1299– 1303.

3. Горячева И.Ю., Русанова Т.Ю., Бурмистрова Н.А., Де Саегер С.

Иммунохимические методы определения микотоксинов (обзор) // Журн.

аналит. химии. 2009. Т. 64. № 8. C. 788-806.

4. Русанова Т.Ю., Таранов В.А., Штыков С.Н., Горячева И.Ю.

Пьезокварцевый иммуносенсор на основе пленок Ленгмюра-Блоджетт для определения пирена в водных средах // Заводская лаборатория. Диагностика материалов. 2009. Т. 75. № 5. C. 23–27.

5. Русанова Т.Ю., Левина Н.А., Юрасов Н.А., Горячева И.Ю. Нанопористые золь-гель материалы с иммобилизованными антителами для иммуноаффинного концентрирования пирена // Сорбционные и хроматографические процессы. 2009. Т. 9. Вып. 3. С. 391–398.

6. Русанова Т.Ю., Левина Н.А., Штыков С.Н. Золь-гель материалы с иммобилизованными красителями трифенилметанового ряда как чувствительные элементы оптических сенсоров рН // Известия Саратовского университета. Новая серия. Серия Химия. Биология.

Экология. Вып. 1. 2009. Том. 9. С. 7–12.

7. Van Houwelingen A., De Saeger S., Rusanova T., Waalwijk C., Beekwilder J.

Generation of recombinant alpaca VHH antibody fragments for the detection of the mycotoxin ochratoxin A // World Mycotoxin Journal. 2008. Vol. 1. № 4. P.

407–414.

8. Горячева И.Ю., Панкин К.Е., Русанова Т.Ю. Флуоресцентные свойства афлатоксинов в организованных средах на основе поверхностно-активных веществ, циклодекстринов и каликсрезорцинаренов // Журн. аналит. химии.

2008. Т. 63. № 8. С. 824–829.

9. Невешкин А.А., Русанова Т.Ю., Румянцева С.С., Сердобинцев А.А., Подкосов К.В., Штыков С.Н., Климов Б.Н., Горин Д.А., Рыжкина И.С.

Влияние ионов металлов на формирование и свойства монослоев и наноразмерных пленок Ленгмюра-Блоджетт на основе дифильных аминометилированных каликс[4]резорцинаренов // Журн. физ. химии. 2008.

Т. 82. № 2. С. 316–321.

10. Штыков С.Н., Русанова Т.Ю. Наноматериалы и нанотехнологии в химических и биохимических сенсорах: возможности и области применения // Рос. хим. ж. (Ж. Рос. хим. об-ва им. Д.И. Менделеева). 2008.

Т. LII. № 2. C. 92–100.

11. Горин Д.А., Климов Б.Н., Невешкин А.А., Русанова Т.Ю., Штыков С.Н.

Получение наноразмерных пленок каликс[4]резорцинаренов на основе сочетания методов полиионной сборки и Ленгмюра-Блоджетт // Нано- и микросистемная техника. 2008. № 7. С. 24–27.

12. Штыков С.Н., Калач А.В., Панкин К.Е., Русанова Т.Ю., Селеменев В.Ф.

Применение Пленок Ленгмюра-Блоджетт в качестве модификаторов пьезорезонансных сенсоров // Журн. аналит. химии. 2007. № 5. C. 544–548.

13. Невешкин А.А., Русанова Т.Ю., Подкосов К.В., Сердобинцев А.А., Штыков С.Н., Климов Б.Н., Горин Д.А., Румянцева С.С., Рыжкина И.С. Монослои и пленки Ленгмюра-Блоджетт на основе дифильных аминометилированных каликс[4]резорцинаренов // Нано- и микросистемная техника. 2007. № 1. C.

57–60.

14. Shtykov S.N., Rusanova T.Yu., Kalach A.V., Pankin K.E. Application of Langmuir–Blodgett films as modifiers of piezoresonance sensors // Sensors and Actuators B. 2006. Vol. 114. № 1. P. 497–499.

15. Штыков С.Н., Карцев В.Н., Сумина Е.Г., Смирнова Т.Д., Русанова Т.Ю., Горячева И.Ю., Панкин К.Е. Применение организованных сред и принципов супрамолекулярной химии в химическом анализе // Вестн.

Моск. гос. областн. ун-та. Сер. Естеств. науки. № 1. М.: Изд-во МГОУ.

2006. С. 14–26.

16. Климов Б.Н., Невешкин А.А., Ященок А.М., Горин Д.А., Мантуров А.О., Русанова Т.Ю., Штыков С.Н. Электрофизические свойства структур «металл – диэлектрик – полупроводник», содержащих наноразмерные пленки Ленгмюра-Блоджетт на основе каликс[4]резорцинарена с ионами металлов // Вестн. Саратовск. гос. техн. ун-та. 2006. № 4 (17). Выпуск 2. С.

32–38.

17. Штыков С.Н., Русанова Т.Ю., Смирнова Т.Д., Горин Д.А. Чувствительный элемент оптического сенсора на основе бензопурпурина 4Б для определения кислотности травильных растворов // Журн. аналит. химии.

2004. Т. 59. № 2. С. 198–201.

18. Штыков С.Н., Коренман Я.И., Русанова Т.Ю., Горин Д.А., Калач А.В., Панкин К.Е. Пленки Ленгмюра-Блоджетт как эффективные модификаторы пьезокварцевых сенсоров // Докл. АН. 2004. Т. 396. № 4. С. 508–510.

19. Штыков С.Н., Русанова Т.Ю. Пленки Ленгмюра-Блоджетт как матрицы чувствительных элементов оптических сенсоров кислотности растворов // Докл. АН. 2003. Т. 388. № 5. С. 643–645.

20. Коренман Я.И., Штыков С.Н., Калач А.В., Панкин К.Е., Русанова Т.Ю., Курочкина Г.И., Глазырин А.Е., Грачев М.К. -циклодекстрин как эффективный модификатор пьезокварцевых сенсоров // Изв. вузов. Химия и хим. технол. 2003. Т. 46. Вып. 2. С. 31–35.

21. Мельников Г.В., Русанова Т.Ю., Штыков С.Н. Оптические датчики на основе фосфоресценции при комнатной температуре // Датчики и системы.

2002. № 11. C. 29–31.

22. Коренман Я.И., Калач А.В., Русанова Т.Ю., Штыков С.Н. Применение пьезосенсоров на основе пленок Ленгмюра- Блоджетт арахиновой кислоты для детектирования нитроалканов в воздухе // Сенсор. 2002. № 2. С.14–17.

23. Климов Б.Н., Науменко Г.Ю., Воронцова Н.Н., Глуховской Е.Г., Горин Д.А., Калашников С.Н., Штыков С.Н., Русанова Т.Ю. Получение и исследование физико-химических свойств пленок Ленгмюра-Блоджетт на основе соли полиамидокислоты // Изв. ВУЗов. Матер. электрон. техн. 2001.

№ 1. С. 35–38.

24. Мельников Г.В., Русанова Т.Ю., Штыков С.Н. Влияние солей тяжелых металлов на твердофазную фосфоресценцию при комнатной температуре пирена, адсорбированного на фильтровальной бумаге // Изв. ВУЗов. Химия и хим. технол.. 2001. Том 44. Вып. 4. С. 13–16.

25. Штыков С.Н., Климов Б.Н., Науменко Г.Ю., Мельников Г.В., Смирнова Т.Д., Глуховской Е.Г., Русанова Т.Ю., Горин Д.А. Получение и исследование пленки Ленгмюра-Блоджетт на основе соли полиамидокислоты, содержащей краситель родаминового ряда // Журн.

физ. химии. 1999. Т. 73. № 9. С. 1689–1691.

Статьи в сборниках 26. Горячева И.Ю., Русанова Т.Ю., Басова Е.Ю., Юрасов Н.А. Новые тестсистемы для контроля содержания микотоксинов в продуктах растительного происхождения // Материалы IV Всероссийской научной конференции “Новые достижения в химии и химической технологии растительного сырья», Барнаул: изд-во Алтайского государственного университета, 2009. Книга 2. С. 138–139.

27. Русанова Т.Ю., Таранов В.А., Маркин А.В., Штыков С.Н., Рыжкина И.С.

Получение монослоев и пленок Ленгмюра-Блоджетт на основе ацетального аминометилированного каликс[4]резорцинарена // Полифункциональные наноматериалы и нанотехнологии. Сборник статей / Под ред. Г.Е.

Дунаевского, В.В. Козика, В.И. Сырямкина, М.А. Гавриленко. Томск:

Издательство Томского университета, 2008. Т. 2. С. 25–27.

28. Rusanova T., Dell'Atti D., Minunni M., Tombelli S., Mascini M., Bogani P., Buiatti M. Biosensors as new technology for gene doping investigation. In “Sensors and Microsistems”, (Siciliano A., ed.), World Scientific Publishing Co.

Pte. Ltd (2007). p. 24–30.

29. Черников С.Н., Русанова Т.Ю., Штыков С.Н. Разработка чувствительных элементов оптических сенсоров рН на основе золь-гель пленок, содаржащих сульфофталеиновые красители // Межвузовский сборник научных трудов “Современные проблемы теоретической и экспериментальной химии». Саратов: Научная книга, 2007. С. 64–66.

30. Румянцева С.С., Русанова Т.Ю. Влияние рН водной субфазы на поведение ленгмюровских монослоев дифильных каликс[4]резорцинаренов // Межвузовский сборник научных трудов “Современные проблемы теоретической и экспериментальной химии». Саратов: Научная книга, 2007.

С. 36–38.

31. Русанова Т.Ю., Штыков С.Н., Мельников Г.В. Влияние матрицы на фосфоресценцию при комнатной температуре иммобилизованного пирена // Межвузовский сборник научных статей «Органические реагенты в организованных средах». Выпуск 7. Саратов: Научная книга, 2003. С. 162– 164.

32. Русанова Т.Ю., Штыков С.Н., Мельников Г.В. Твердофазная фосфориметрия при комнатной температуре // Проблемы аналит. химии.

Черкесовские чтения: Сб. науч. статей. Саратов: изд-во “Слово”, 2002. С.

230–233.

33. Штыков С.Н., Гусев В.В., Русанова Т.Ю., Горячева И.Ю. Оптоволоконный рН-сенсор на основе конго красного, иммобилизованного на триацетатцеллюлозе // Проблемы аналитической химии. Мустафинские чтения: Сб. науч. статей / под ред. Р.К. Черновой, А.Н. Панкратова. Изд-во Сарат. ун-та, 1999. С. 109–110.

34. Штыков С.Н., Русанова Т.Ю., Смирнова Т.Д., Мельников Г.В. Основные принципы функционирования сенсоров на основе пленок ЛенгмюраБлоджетт. Получение пленок, содержащих аналитические реагенты // Проблемы аналитической химии. Мустафинские чтения: Сб. науч. статей / под ред. Р.К. Черновой, А.Н. Панкратова. Изд-во Сарат. ун-та, 1999. С. 48– 51.

35. Shtykov S.N., Smirnova T.D., Rusanova T.Yu. Chemical sensors based on Langmuir-Blodgett films. Protolytic properties of film based on methyl orange // Proc. 8th Russian-Japan Joint Symp. on Anal. Chem. (RJSAC`96). Aug. 26-31, 1996: Moscow and Saratov, Russia. P. 129–130.

Депонированные рукописи 36. Штыков С.Н., Русанова Т.Ю. Оптические сенсоры. / Саратов. ун-т. Саратов, 1995. 73 с. Деп. в ВИНИТИ 03.10.95, N 2676-В95.

Учебные пособия 37. Русанова Т.Ю., Штыков С.Н. Нанотехнологии в оптических и пьезоэлектрических сенсорах (учебное пособие) / Саратов: Изд-во «Научная книга», 2009. 64 с.

38. Штыков С.Н., Климов Б.Н., Науменко Г.Ю., Горин Д.А., Русанова Т.Ю., Панкин К.Е., Гецьман М.А. Молекулярная электроника и пленки Ленгмюра-Блоджетт (учебное пособие) / Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 2004. 116 с.

Патенты 39. Патент на изобретение RU № 2236672 C 2, зарегистрирован 20.09.2004 г.

Способ определения нитрометана в воздухе / Я.И. Коренман, А.В. Калач, Т.Ю. Русанова, С.Н. Штыков. Приоритет 04.10.2002.

40. Патент на изобретение RU № 2364870 С1, зарегистрирован 20.08.2009 г.

Устройство для тест-определения аналита / Горячева И.Ю., Русанова Т.Ю.

Приоритет 25.06.2008.

41. Заявка на патент № 2008117724.15. Тест-система для иммуноферментного определения токсикантов / Горячева И.Ю., Белоглазова Н.В., Басова Е.Ю., Карагушева М.А., Русанова Т.Ю. Дата приоритета 04.05.2008. Решение на выдачу патента на изобретение от 21.07.2009 г.

42. Заявка на патент № 2008137161/09. Способ получения чувствительного слоя пьезокварцевого сенсора для определения паров органических растворителей / Русанова Т.Ю., Штыков С.Н., Калач А.В. Дата приоритета 16.09.2008. Решение на выдачу патента на изобретение от 06.05.2009 г.

Автор выражает искреннюю признательность и благодарность своему научному консультанту, профессору, доктору химических наук Сергею Николаевичу Штыкову за постоянный интерес к работе, за научные идеи, положенные в основу отдельных этапов работы, обсуждение результатов, многолетнее плодотворное сотрудничество; а также зав. кафедрой аналитической химии и химической экологии, заслуженному деятелю науки РФ, доктору химических наук, профессору Римме Кузьминичне Черновой за возможность развития данного направления на кафедре аналитической химии и химической экологии, ценные советы и всестороннюю поддержку.

Автор благодарит зав. кафедрой физики полупроводников СГУ проф.

Климова Б.Н. за предоставление возможности постановки экспериментальных работ на ванне Ленгмюра-Блоджетт, проф. M. Mascini (Флорентийский университет) и проф. S. De Saeger (Гентский университет) за возможность проведения части исследований в лабораториях указанных университетов, проф. Рыжкину И.С. и проф. Захарову Л.Я. за предоставление производных каликс[4]резорцинаренов и каликс[4]аренов.

Глубокая признательность д.х.н., проф. Горячевой И.Ю., д.х.н., проф.

Мельникову Г.В., к.х.н., доц. Горину Д.А., к.х.н., доц. Глуховскому Е.Г., к.х.н., доц.

Калачу А.В. за ценные советы и помощь, оказанную на разных этапах выполнения работы.




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.