WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Исх. № 43/9/5072

от 19 ноября 2009 г.

Палазян Арутюн Сергеевич

ФУНКЦИОНАЛЬНАЯ

ХАРАКТЕРИСТИКА ПРАВА

Специальность 12.00.01 –

теория и история права и государства;

история учений  о праве и государстве

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора юридических наук

Москва - 2009

Работа выполнена на кафедре теории государства и права

Московского университета МВД России.

Научный консультант заслуженный работник высшей школы РФ

  доктор юридических наук, профессор

  МАЛАХОВ Валерий Петрович

  Официальные оппоненты:  - доктор юридических наук, профессор

АФАНАСЬЕВ Владимир Сергеевич

  - доктор юридических наук, профессор

  КОРНЕВ Аркадий Владимирович

  - доктор юридических наук, профессор

  РАССКАЗОВ Леонид Павлович

Ведущая организация   Ростовский юридический институт

МВД  России

Защита диссертации состоится 25 февраля 2010 г. В 11.00 час. на заседании диссертационного совета Д 203.019.01 при Московском университете МВД России (117997, г. Москва, ул. Академика Волгина, 12).

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского  университета МВД России.

Автореферат разослан _____________________ 2009 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета И.И. Лизикова

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Вопросы о дальнейших путях развития российской государственности, о способах управления обществом в новых условиях, о самой будущности нашего общества необычайно актуальны. Одной из узловых становится проблема создания и развития правовых механизмов обеспечения государственной власти и устройства гражданской жизни.

Социальная теория накопила богатейшие и разносторонние знания об обществе; практика общественного обустройства стала сложной и многообразной. И общим моментом в рассуждениях большинства современных ученых-правоведов и юристов-практиков стало непременное указание на необходимость применения без­отлагательных и действенных мер правового характера для улучшения социально-политической ситуации в трансформирующемся российском обществе.

Убеждение в актуальности темы исследования вытекает, по крайней мере, из следующих соображений.

Во-первых, поскольку современное общество находится в исторической ситуации качественного изменения, постольку переосмысление многих представлений о закономерностях и сущности социальной жизни людей оказывается неизбежным. Чрезвычайно важно отыскать новый смысловой каркас, в рамках которого может быть понята сегодняшняя реальность и могут быть на практике воплощены самые возвышенные представления о праве. В этом плане обращение к вопросу о природе и сущности права, как никогда, становится задачей мировоззренческого плана. Особенно важным обращение к данным вопросам оказывается в свете очевидного факта, что мировоззренческие вопросы незаметно и неуклонно исчезают из пределов повседневных интересов человека.

Указанные изменения связаны, в числе прочего, с объективным возрастанием роли права в обеспечении различных сфер общественной жизни, причем, возрастание этой роли ведет как к позитивным, так и к некоторым негативным последствиям. Иными словами, задачи, возлагаемые на право, все многообразнее, а эффективность его действия явно не соответствует ожиданиям. Более того, все актуальнее становится вопрос о пределах возможностей права и о том, что способно дополнить право в решении современных общественных задач; все актуальнее ответить на вопрос, что присуще праву по его природе и что оно способно решать самостоятельно, а что под силу ему только в сочетании с другими средствами и факторами.

Кроме того, осознание указанной необходимости является следствием реализации конституционной задачи формирования в России правового государства, что требует придания праву способности адекватности отражать государственные проблемы и давать оптимальные решения.

Сегодня речь должна идти не только об активизации действия права в системе общественных отношений, но и о нахождении оптимальных состояний действующего права, о понимании границ применимости правовых механизмов в социальной регуляции.

Качественные изменения происходят и с самим правом: с одной стороны, в силу возрастающего динамизма социальной жизни в праве становится гораздо более значимой, чем сравнительно недавно, роль конструктивного, творческого начала, одним из проявлений чего является рост законодательных массивов; с другой стороны, возрастают требования к охранительному потенциалу права.

Все перечисленные вопросы имеют не академическую, а очевидно практическую направленность. Но чтобы успешно решить вопрос о повышении эффективности правовых регуляторов, требуется глубоко проникнуть в существо того, что право представляет собой в  функциональном плане. Это вопрос фундаментальной теории. И хотя теоретические дискуссии о дефинициях, принципах, методах исследования и способах преобразования правовой среды считаются не столь важными и имеющими, скорее, второсте­пенное значение, при недостаточном внимании к теории требуемое практиче­ское правовое действие оказывается или бесполезным, или опасным, порождая в правовой действительности результаты неожиданные, а то и вовсе противо­положные поставленным целям, тогда как знание и творческое применение новых способов и методов постижения сущности правовых явлений и про­цессов в значительной степени облегчает путь к знаниям и во многом определяет направление развития всей правовой науки.

Во-вторых, рассмотрение проблем оптимизации право­вой сферы в юридической ли­тературе традиционно связано с изучением вопросов пра­вового регулирования, осуще­ствляемого в процессе функционирования специ­фической системы правовых средств. Однако концентрация внимания на методах воз­действия права на общественные отношения путем создания норм и их применения адекватна, скорее, для отраслевых исследований или для кон­кретного вида правоприменительной дея­тельности, нежели для анализа функ­ционирования и развития правовой дейст­вительности как целостного динамичного образования.

Поэтому сегодня, как никогда, вопросы методологии становятся магистральными по всем направлениям развития юридической теории, во-первых, потому, что, по крайней мере, в области общей теории функций права явно преобладают тенденции к описательности (поверхностному социологизму) и к упорядочению функций права исключительно формально-логическим путем (догматически), что не позволяет преодолеть бессистемность теоретических знаний о функциональной стороне права. Во-вторых, до сих пор в рассматриваемой предметной области сохранились марксистские методологические установки, не позволяющие строго разграничить научную и идеологическую интерпретацию функциональности права.

В-третьих, для юридической теории чрезвычайно важной остается задача преодоления ограниченностей до сих пор еще весьма влиятельных марксистских методологических установок в понимании права и государства. В решении сложной задачи всемерного использования огромного творческого потенциала, заложенного в марксистской общественной теории, с одновременным очищением теории от дискредитировавших себя идеологем советского периода заложена чрезвычайная теоретическая актуальность исследования.

В-четвертых, весьма актуальна выработка адекватного познавательного инструментария, способного представить на уровне сущности все многообразие функций современного права в их системе.

В сегодняшней правовой литературе понятия «система», «системные иссле­дования», «системность явлений» столь популярны, что употребляются для описания чуть ли не всех правовых образований. Однако позна­ние сущности правовых явлений, позиционируемых в юридической науке как «системы», происходит, в лучшем случае, структурно-функциональными методами, а непосредственно системный подход представлен в наименьшей степени. Как следствие, системная природа явления права не только не выявля­ется, но и несколько искажается.

Ду­мается, что в применении системных методов и принципов заложены большие возможности, позволяющие раскрыть многоканальную, много­факторную зависимость  процессов функционирования права не только от его нормативного аспекта, но и от культурной среды, в рамках которой возникают и разворачиваются правоотношения.

В-пятых, избранный предмет настолько сложен для понимания и содержательно глубок, что ни одно даже фундаментальное его исследование не может считаться исчерпывающим или хотя бы достаточным. Стало быть, потребность в знании функциональной природы права по-прежнему остается в значительной степени неутоленной. И тем более нереализованной оказывается потребность в овладении средствами и механизмами действия права в различных направлениях социальной жизни.

В-шестых, исследование функциональной природы права позволяет дать теоретическую и прикладную интерпретацию широкому спектру вопросов юридической теории, а потому объективно должно принадлежать к числу ее магистральных направлений. Кроме того, оно выступает одной из важных точек соприкосновения самых разных наук, что придает исследованию междисциплинарный характер. Это означает, что по мере подключения различных наук к исследованию правовая теория должна предусматривать все новые и новые аспекты познавания своего предмета. И в данном случае речь должна идти не просто о том, чтобы сочетать методологии различных наук в изучении комплексной проблемы, а о том, чтобы изыскать способы вводить разработанные новые подходы и способы познавания в рамки самой юридической теории, придавая ей в полном смысле слова статус общей теории избранного предмета.

Наконец, в-седьмых, избираемый аспект исследования проблемы является насущным в плане установления глубинной смысловой связи современной отечественной правовой теории с традициями и серьезными достижениями российской философско-правовой и юридической мысли XIX –начала XX веков.

Степень научной разработанности темы. Проблема функционирования права сама по себе не нова для юридической науки и правовой философии; в той  или иной постановке она разрабатывается на любом из этапов развития правовой мысли, в рамках любого из ее течений. В частности, она находила свое отражение в трудах Гераклита, Аристотеля, Платона, Сократа, Демосфена, Цицерона, Ф. Аквинского, Г. Гроция, Д. Дидро, Ж.-Ж. Руссо, И. Канта, Г.В.Ф. Гегеля, К. Маркса и других мыслителей.

В отечественной правовой науке проблема функционирования права традиционно рассматривается в качестве самостоятельного направления научных исследований. Ее систематической разработке посвятили свои работы Г.Ю. Агафонова, О.А. Бастыркина, Н.А. Вакуленко, В.И. Гойман, Б.Ю. Дорофеев, В.Н. Жимиров, И.А. Кузнецов, С.Н. Овчинников, В.В. Перфильев, Т.Н. Радько, В.П. Реутов, С.Л. Федоров и ряд других ученых-правоведов. В работах А.И. Абрамова, М.Т. Бадоева, Л.П. Барнашовой, И.А. Власенко, А.А. Данченко, С.А. Денисова, О.С. Лапшиной, Н.С. Макаревича, М.В. Новикова, С.С. Самыкина, Е.Л. Слюсаренко, В.А. Толстика, А.А. Торопова, И.Е. Фарбера, О.Г. Цикаришвили, А.В. Червяковского, А.Г. Чернявского, А.А. Швыркина,  А.К. Ширмамедова с большей или меньшей степенью полноты были исследованы отдельные функции права.

Проблема функционирования права поднимается и в исследованиях, предметом которых становятся не собственно функции права, а смежные категории. В частности, она в различных аспектах разрабатывалась в исследованиях сущности, социальной роли и назначения права (Н.Г. Александров, С.С. Алексеев, И.М. Байтин, Н.Н. Вопленко, Г.Д. Гриценко, Н.А. Донская, Л.Н. Ильина, Н.Б. Зазаева, И.А. Иванников, Н.И. Козюбра, А.П. Кононов, Д.А. Керимов, В.В. Лапаева, О.Э. Лейст, В.П. Малахов, Г.В. Мальцев, Н.И. Малько, В.С. Нерсесянц, А.В. Птушенко, В.В. Сорокин, В.М. Сырых, Ю.А. Тихомиров, Ф.Н. Фаткуллин, Р.О. Халфина, Л.Д. Чулюкин, В.М. Шафиров, Л.С. Явич и др.), а также сущности и функционирования государства (В.К. Бабаев, С.В. Бабаев, Ф.Д. Байрамов, В.М. Боер, Э.П. Григонис, В.А. Владимиров, И.Н. Гомеров, Т.Г. Гордиенко, Е.А. Кадомцева, П.И. Квачева, И.Ю. Козлихин, Б.М. Лазарев, А.В. Поляков и др.).

Проблема функционирования права в той или иной постановке находит свое отражение в трудах, посвященных вопросам правового регулирования общественных отношений (А.А. Абрамова, П.В. Анисимов, А.И. Бобылев, А.В. Васильев, Р.Б. Головкин, В.М. Горшенев, М.Ф. Казанцев, В.П. Казимирчук, М.Н. Козюк, М.А. Лукашев, А.В. Малько, С.В, Масалытина, М.Ф. Орзих, В.Д. Сорокин, В.В. Субочев, Е.М. Хохлова, В.Р. Шарифуллин, К.В. Шундиков и др.). Поднимается она и в работах, предметом которых выступают сущность и функционирование отдельных отраслей российского права (О.В. Волколуп, М.В. Волынкина, Н.И. Дейч, В.К. Дуюнов, А.С. Емельянов, А.Э. Жалинский, А.А. Забелышенский, В.В. Коровкин, В.М. Лебедев, Н.А. Лопашенко, С.В. Максимов, М.П. Мелентьев, И.М. Резниченко, А.Я. Рыженков, В.Г. Смирнов, М.Е. Труфанов, В.Д. Филимонов и др.), а также природа и действие международного права (Э.И. Аскеров, В.В. Гаврилов, Р.Ю. Колобов, В.В. Кудашкин, И.И. Лукашук, В.А. Соколов и др.).

Достаточно серьезное внимание отдельным аспектам функционирования права уделяется в исследованиях, посвященных юридической ответственности, принуждению и наказанию (И.М. Гальперин,  А.А. Иванов, П.В. Иванов, П.А. Кабанов, О.А. Кожевников, Д.А. Липинский, В.В. Лучков, Е.А. Носкова, А.Г. Сапрунов, Н.Л. Соломенник, М.П. Трофимова и др.).

Однако, несмотря на то, что проблема функционирования права неоднократно становилась предметом теоретического анализа, степень ее научной разработанности не может быть признана удовлетворительной, по крайней мере, по следующим причинам.

Во-первых, о функционировании права пока принято говорить лишь в одном его аспекте – как о функционировании системы норм, создаваемых государством и обеспечиваемых его принудительной силой. Однако признание того, что право представляет собой многогранное явление и не может быть сведено к властным установлениям государства, требует адекватной такому пониманию постановки вопроса о сущности и содержании функций права, тем более - с учетом того, что на сегодняшний день в рамках социальной философии и общественных наук к настоящему времени уже накоплен достаточный инструментарий для познания функциональных проявлений права во всем их многообразии.

Во-вторых, вопрос о функционировании права разрабатывается в подавляющем большинстве случаев по-прежнему в контексте позитивистского правопонимания, что неизбежно приводит к нивелированию всего многообразия проявлений права в общественной жизни, не способному правильно отразить особенности современных общественных процессов и состояний. Вместе с тем, постановка обозначенной проблемы возможна в рамках любого из известных типов правопонимания. Более того, ее анализ в таком контексте приобретает самостоятельное теоретическое и практическое значение.

В-третьих, сложившаяся до сегодняшнего дня теория функций права отличается удивительной «худосочностью» определяющих ее содержание идей; ее развитие идет преимущественно по пути механического накопления множества функций. Кроме того, в силу данных фактов теория функций оказывается вспомогательной в системе теорий, составляющих общую теорию права, и не связанной с непосредственным раскрытием природы и сущности права.

В-четвертых, в выделении, описании и определении связей функции пока преобладает хаотичность и в известной мере произвольность, бессистемность; критерии, на основании которых осуществляется весьма упрощенная классификация функций, явно не связаны с характеристикой природы права.

И, в-пятых, в области проблем функционирования права весьма заметна тенденция к моделированию, теоретическому конструированию права в его действии, нежели к отражению действия права в его реальности, в силу чего в целом сложилось неадекватное представление о действительном праве, прежде всего за счет ограничения его только государственно установленной формой.

Учитывая сказанное, определим объект, предмет и методологию исследования комплекса проблем, связанных с функциональной характеристикой права  таким образом, чтобы в какой-то степени восполнить образовавшиеся в теоретико-правовой теории «пустоты» и тем самым в какой-то степени повысить творческий потенциал и роль теоретических знаний в современном обществе. Для этого следует придать проблеме функционирования статус исходной для общетеоретического познавания права. Но если обращение к функциональной характеристике современного права должно становиться задачей мировоззренческого плана, тогда она неизбежно решается и на философско-правовом уровне.

Поскольку в качестве концептуальной идеи диссертации выступает признание того, что функциональная характеристика права относится к сущностным, фундаментальным, выражающим его природу, постольку объект исследования (предметная область) может быть определен предельно широко – им является позитивное (в широком смысле этого слова) право, т.е. право, действительно реализуемое в социальной реальности, а не понимаемое лишь как система долженствований, требований и правил.

В силу того, что функциональная характеристика права по сути является его описанием в целом, во всей совокупности его элементов, но взятых с точки зрения их динамики, как определенных природой права процессов, ясно, что в полном объеме данная характеристика не может стать предметом диссертационного исследования. Чтобы оно было достаточно глубоким, обстоятельным, аргументированным и при этом соответствовало всем квалификационным требованиям (к числу которых относится и объем текста), необходимо произвести определенные ограничения поля исследования. В качестве предмета исследования избирается функционирование современного права как системно организованный процесс, взятый и с точки зрения принципов взаимосвязанности функций права, и  с точки зрения функциональных проявлений основных форм права

Но чтобы исследование оказалось успешным, самостоятельным предметом анализа должны стать также условия и принципы выявления и адекватного описания функциональной природы права, и содержания функций, характерных для разных форм права. Иными словами, изучение предмета в первом аспекте ведет к совершенствованию организации теории функций права, тогда как изучение предмета во втором аспекте ведет к содержательному насыщению теории функций права и общей теории права в целом.

Как следствие выделения предмета исследования, его целью становится разработка таких теоретико-методологических оснований выявления и адекватного выражения всего объема функциональных свойств и характеристик современного права, которые позволят не только обогатить, но в отдельных аспектах и изменить знания о феномене права, не только раскрыть культурно-историческую специфику права, действующего в современном российском обществе, но и определить методы и средства решения практических  проблем повышения эффективности действия позитивного права. Данная формулировка основной цели исследования – и это чрезвычайно важно отметить – имеет два относительно самостоятельных, но неразрывно связанных контекста: с одной стороны, она свидетельствует о его теоретико-познавательном, установочно-методологическом характере; с другой же стороны, она с несомненностью указывает на то, что анализу фактически подвергаются вопросы современной правовой идеологии, призванной отразить и преобразовать в устойчивую общественную мотивацию принципы многообразия современной правовой жизни, плюрализма и толерантности в ее нормативной организации. Иными словами, здесь поставлена одна из предельно общих для юридической теории проблем. Поэтому она необычайно сложна для своей реализации. Потребность же в ее осуществлении велика, поскольку она стягивает вокруг себя все содержательное богатство различных юридических наук.

Чтобы результат теоретического исследования был положительным и плодотворным, необходимо решить ряд исследовательских задач. Первая задача связана с нахождением методологии, которая лучшим образом позволяет осуществить теоретический анализ права в его функциональном аспекте. Несколько ниже мы дадим характеристику избранной методологии с точки зрения совокупности применяемых методов познания. А поскольку очевидное методологическое значение имеют не только способы организации исследования, но и иные не менее важные компоненты, реализация указанной задачи неразрывно связана, во-первых, с выработкой понятийного аппарата теории функций права. Диссертант уже отметил неудовлетворительное состояние существующей теории функций права, и эта оценка в первую очередь обусловлена неадекватным понятийным аппаратом. Поэтому необходимо требуется и существенно обновить его, и скорректировать значения ряда понятий.

Во-вторых, реализация указанной исследовательской задачи требует выражения функций права  в категориальном аппарате философии. Сделать это необходимо в силу признания фундаментальности функциональной характеристики права, ее способности отразить природу права.

В-третьих, необходимо определить место функциональной характеристики права в совокупности других его характеристик и при этом найти основания признания функциональной характеристики первичной в сравнении с иными характеристиками права.

Вторая исследовательская задача связана с установлением особенностей функциональной характеристики природы права в рамках сложившихся наиболее известных типов правопонимания. Реализация данной задачи призвана дать необходимые основания для признания, во-первых, того, что универсальной функциональной характеристики права быть не может и, как следствие, во-вторых, - того, что функциональные проявления права точнее всего отражаются в рамках социологического правопонимания.

Третья исследовательская задача также относится к задачам методологического плана и непосредственно связана с применением системного метода, а именно – она реализуется посредством установления совокупности принципов, которые могут быть положены в основу систематизации функций права и позволят выявить системообразующие функции права, характеризующие непосредственным образом его природу.

Четвертая исследовательская задача связана с решением вопросов, также имеющих методологическое значение для анализа, производимого во втором разделе диссертации, а именно, она связана с выявлением критериев, позволяющих осуществить различение, по крайней мере, основных форм права, а в их рамках – определенных видов права.

Пятая исследовательская задача охватывает широкий круг вопросов, раскрытие которых позволяет выявить своеобразие действия всех основных форм права. Решение данной задачи складывается, во-первых, из установления функционального назначения различных форм современного права; во-вторых, - из определения направлений действия права, отражающих как его природу, так и непосредственные, конкретно-исторические потребности общества; в-третьих, - из установления систем функций каждой из основных форм права.

Шестая исследовательская задача состоит в определении системы юридического права, с одной стороны, с точки зрения содержания общих всем формам права системообразующих функций, а, с другой стороны, с точки зрения принципиального разграничения сущностных и производных функций.

Наконец, седьмая исследовательская задача состоит в определении тенденций развития системы функций современного юридического права как формы, являющейся узловой, господствующей в системе форм современного права и подверженной наиболее явным качественным изменениям.

Осуществление поставленных задач требует адекватной им методологии. Прежде всего, требуется использование концептуальных моделей, принципов и методов философско-правового анализа. Это означает, во-первых, выведение исследования, - по крайней мере, на определенных его этапах, - на предельный уровень общности, когда каждая из выделяемых характеристик права и его функций приобретает категориальный характер, а в своей совокупности они представляют феномен права как универсальный способ социальной жизни людей. На таком уровне любое суждение о предмете приобретает мировоззренческое значение, т.е. не только позволяет усмотреть в нем отражение полноты связей реальной правовой жизни со всеми другими формами общественной жизни, но и сообщает им качество программных установок.

Но философско-правовой подход не является исчерпывающим проблему способом осмысления, а призван лишь обеспечить более глубокую и разностороннюю интерпретацию природы и содержания функций права в рамках теоретико-правового подхода. Мы обращаем на это внимание потому, что усмотрение специфики философско-правового подхода в сравнении с юридическим подходом чаще всего ассоциируется с изначальным их противопоставлением и с утверждением о неюридическом понимании природы права и, стало быть, его функционального выражения. Однако мы придерживаемся совершенно иной позиции, полагая, что философско-правовой характер постановки вопросов и их решение совместимы с юридическим взглядом на предмет. И наша задача – определить место философско-правовой интерпретации предмета в системе юридических взглядов на сущность и природу функций права.

Поэтому, во-вторых, собственно философская методология сочетается с общенаучной методологией. Особая роль в исследовании отведена применению диалектического метода, обеспечивающего познание природы права с точки зрения внутренних источников его развития, и системного метода, позволяющего, с одной стороны, раскрыть максимальное число взаимосвязей различных элементов права, прежде всего, в их функционировании, а, с другой стороны, - рассматривать право как функциональную целостность, обнаруживающую себя в социальной среде как качественную отличность от других компонентов в своем функциональном назначении.

В-третьих, в качестве исследовательского инструментария принимаются методы формально-логического анализа, компаративистики, социологии, антропологии, культурологии, аксиологии, в своей совокупности обеспечивающие междисциплинарный подход к проблеме функциональности права.

В основу всего исследования положены две концептуальные идеи, развертывание которых возможно только на основе сочетания всех указанных методов: 1) содержание действующего права, при всем его функциональном многообразии, определяют, однако, лишь системообразующие функции, непосредственно характеризующие его природу; 2) общественная правовая жизнь является сложной результирующей действия (функционирования) права в разнообразных формах и видах. При этом очень важно помнить, что данные идеи выступают не констатацией в общем виде свойств эмпирической реальности, а обязательными методологическими предпосылками, делающими возможным реализацию теоретико-правового подхода к предмету.

Таким образом, исходную цель исследования мы подтверждаем и на уровне определения адекватной методологии.

Широта постановки проблемы функционирования права обусловливает обращение к самым разноплановым теоретическим источникам. Среди них -  классическая и современная, отечественная и зарубежная юридическая, философско-правовая, историческая, политологическая, социологическая, политико-экономическая, культурологическая, социально-психологическая, этическая литература. Многолетнее ее изучение постепенно привело к формированию теоретической позиции диссертанта по целому ряду общеправовой теории.

Изучение и достаточно давно сложившихся, и современных концепций, отражающих право в его функциональности как в чисто теоретическом, так и в прикладном аспекте, убедило диссертанта в необходимости сформулировать ряд положений общетеоретического и методологического характера, которые призваны обозначить новые подходы к исследованию  проблемы и в определенной степени пересмотреть устоявшиеся точки зрения на функции права. В своей совокупности они отражают научную новизну исследования. Эта новизна состоит в следующем:

- получила свое развитие методология общей теории права за счет органичного внедрения в нее философско-правовых концептуальных идей и принципов, что позволило выработать концепцию теории функций права, отличающуюся от существующих и интерпретациями базовых понятий, и системой выделенных функций, и пониманием природы и форм права;

- понятие функции права выделено как самостоятельное из системы базовых понятий, к которым отнесены понятия цели, назначения и направления действия;

- выявлены принципы организационно-установочного характера, которые являются условиями, при которых вообще возможно формирование знания о системе функций права, и определяют оптимальный подход к рассмотрению функциональной стороны действующего права;

- определено центральное место функциональной характеристики права в системе других его характеристик, к которым в диссертации отнесены формально-логическая, смысловая, информационная, структурная, системная, элементная, генетическая, историческая, культурологическая, социальная, нормативная и ценностная;

- на основе философско-правовой методологии функции права получили свое категориальное выражение, что позволяет охарактеризовать право как имманентную общественной жизни форму организации, обладающую внутренними источниками развития;

- в контексте диалектики формы и содержания установлены системообразующие функции, характеризующие право со стороны его природы и определяющие его наиболее общие свойства;

- различены направления действия права, обусловленные его природой, и направления, обусловленные конкретно-историческими социальными задачами;

- установлены качественные различия в функциональной характеристике права, определяемые различными типами правопонимания;

- история правовых учений представлена в контексте проблемы функций права, что позволяет выявить логику и тенденции изменения представлений о функциональной стороне права в различные исторические периоды;

- базовые формы современного права различены с точки зрения их функционального назначения - субординации, координации, консолидации и интеграции;

- установлены системы функций, связанные с действующим правом в его основных формах;

- существование права в индивидуальной форме понято как необходимое основание прав человека и условие их реальности, а не декларированности, идеологической установленности.

Основное число теоретических положений, выносимых на защиту, связано именно с теми направлениями и аспектами общетеоретического исследования функциональности права, которые составляют новизну диссертации. К этим положениям диссертант относит следующие идеи.

1. Общесоциологический характер теории государства и права и базовость функциональной характеристики права в системе его характеристик являются взаимообусловленными фактами, что имеет для теории методологическое значение.

2. Познавательный аппарат теории функций права носит категориальный характер, что позволяет в ее рамках описать право во всем богатстве его исторических, социальных и культурных проявлений, хотя исчерпать теоретическое познание права только его функциональными проявлениями нельзя.

3. В силу фундаментальности функциональной характеристики права она позволяет выработать понимание права в целом, в его природе. Как следствие, сложившиеся типы правопонимания принципиально различаются именно в интерпретации функциональных проявлений права.

4. Не все характеристики права одинаково связаны с функциональной характеристикой. Существует относительно самостоятельная группа характеристик, возможная только в связи с функциональной характеристикой, а именно - системная, структурная, социальная и генетическая характеристики права.

5. Направления действия права, определенные лишь социально-исторической ситуацией, не знают ограничений, кроме простой целесообразности, тогда как направления, определенные природой самого права, имеют достаточно ясные ограничения, за рамками которых возникает сознание неадекватности действия права.

6. Право в целом не имеет назначения; назначение имеют только отдельные элементы права, поэтому вопрос о функциях права не может ставиться относительно права в целом. При иных условиях право может быть понято как система, возникающая только для обслуживания социальных задач и не имеющая самоценности.

7. Понятие функции права отражает характер зависимости воздействия права от его природы. Функция есть закономерная связь воздействия права на ту или иную сферу или группу общественных отношений с направлением действия права как выражением его природы и особенности.

8. Для общеправовой теории принципиальное значение имеет различение сущностных функций, выражающих право в его особенности, и производных (вторичных) функций, выражающих связь права  с другими формами социальной организации. При этом число сущностных функций является ограниченным, тогда как множество производных функций права остается открытым.

9. Основные (системообразующие) функции права являются непосредственным выражением его природы и особенности как со стороны формы, так и со стороны содержания.

10. Право является атрибутом общественной жизни и в этом смысле обладает и самоценностью, и внутренними источниками развития, поэтому функцией, которая позволяет воплощать и самоценность, и саморазвитие права, является правообразование.

11. Поскольку право является формой социальной организации общества, постольку функцией, которая отличает данную форму от всех других, является упорядочение, касается ли оно общественных отношений, действий людей или совокупности норм и правил общественной жизни.

12. Формы права как различные системные образования могут быть выявлены только при условии применения множества равнозначимых критериев, но узловым критерием различения форм права и условием их разнообразия является специфика тех функций, с реализацией которых связано относительное обособление каждой формы права.

13. Сущность различных форм права непосредственно проявляется в их целевой направленности (субординации, интеграции, координации или консолидации); по поводу них и группируются основные функции, характерные для той или иной формы права.

14. Характер систем функций непосредственно выражает характер той или иной формы права как системы. Для функционального проявления права существенное значение имеет то, является ли оно органичной или неорганичной формой.

15. Юридическое право, занимая центральное место в системе форм права, свою особенность проявляет, во-первых, в превалировании моделирующей функции и, во-вторых, в функции воспроизводства других форм права.

16. Индивидуальное право является формой, посредством которой организуется правовая жизнь человека и в рамках которой только и становятся значимыми и действительными признанные и предоставляемые обществом права человека.

17. Решение поставленной перед российским государством задачи построения правового государства и всемерного способствования развитию институтов гражданского общества возможно только при условии, если функционирование современной правовой системы общества будет осуществляться на основе взаимодействия юридического права со всеми элементами права гражданского общества.

Теоретическое и практическое значение диссертации состоит, прежде всего, в расширении и обновлении методологической базы изучения одного из ключевых феноменов социальной жизни современного общества и человека – права в его  функциональном аспекте. Теоретический горизонт понимания данного феномена становится в условиях кардинальных изменений фундаментальных основ жизнедеятельности российского общества той границей, за пределами которой находятся еще неосвоенные содержательные «пространства», требующие более тонких и новых познавательных средств.

Это обновление выражено, главным образом, во внедрении элементов философско-правовой методологии в методологию общей теории права, в методологию юриспруденции в целом. В предельном теоретическом выражении – а именно таким и мыслится подход общей юридической теории к пониманию действия права – вопрос о функциях права является вопросом о праве по его природе.

Научно-практическая значимость примененной методологии заключается в заложенных в ней возможностях освоить новые правовые реалии, раскрыть черты и свойства права, глубже понять его сущность, эффективно взаимодействовать с практикой совершенствования правового регулирования, что, как показывает опыт, не в состоянии освоить существующая на сегодняшний день догматизированная теория. Научная разработка проблемы определения права как динамической системы, обладающей многообразием функциональных проявлений, может стать важной составляющей в преодолении негативных тенденций, складывающихся в современном российском праве и практике его реализации.

Применение системного подхода позволяет преодолеть существующее на сегодняшний день в правовой науке противоречие, возникающее в результате выведения за рамки функционирования правового механизма субъектов права.

Разработанные теоретические положения, в силу их мировоззренческого и методологического характера, создают реальные условия для совместных исследований правоведов, философов, социологов, политологов, логиков, психологов, культурологов и историков в изучении многосложной и интереснейшей области юридической теории, явившейся предметом исследования.

То, как человек мыслит, и то, как он живет и действует, - взаимопроникаемые процессы, а потому разработанная на теоретическом уровне проблема функционирования права относится к числу тех проблем, решение которых непосредственно влияет на организацию и проведение правового воспитания и граждан, и профессионалов в области обеспечения правовой жизни общества. Преимущественно это касается такого важнейшего направления правового воспитания, как формирование глубокого, богатого и действенного массового и профессионального правосознания.

Несомненно также и то, что полученные теоретические результаты послужат необходимым и важным элементом, например, законотворческой деятельности, поскольку соответствие принимаемых законов общим правовым принципам является одним из решающих критериев успешности законотворчества. Совершенно прав, например, С.С. Алексеев, когда пишет, что «при тщательном, углубленном анализе принятых в России законов выясняется, что основные их огрехи касаются вовсе не вопросов юридической техники и даже не согласованности законов,… а отсутствия во многих из них основательной правовой культуры и, стало быть, - учета данных высокой правовой теории»1.

Кроме того, всемерный учет особенностей функционирования права в законотворчестве раскрывает новые возможности совершенствования законотворческой и правоприменительной деятельности органов государственной власти; это сделает принимаемые нормативно-правовые акты гораздо более понятными,  их императивность неразрывно свяжется с исполнительностью и законопослушанием. Но одновременно такой подход позволит реально включить широкие круги граждан в правотворческий процесс.

Результаты диссертационного исследования в течение ряда лет апробировались по трем направлениям: в научной среде, в системе высшего юридического образования и в организации правового воспитания сотрудников правоохранительных органов.

Содержание диссертации, ее основные идеи и теоретические положения изложены в монографических работах, в научных статьях, тезисах выступлений на научно-практических, научно-теоретических конференциях и семинарах.  Большинство положений и идей диссертационного исследования нашли свое отражение в преподаваемых автором курсах «Теория государства и права», «История политических и правовых учений», в отдельных лекциях по курсу  «Философия права» (в Краснодарском университете МВД России - на всех основных факультетах, а также на факультете повышения квалификации практических работников МВД России). Содержание исследования в адаптированном к учебному процессу виде были изложены в ряде учебных пособий по курсу теории государства и права, по курсу истории политических и правовых учений, а также в целом ряде учебно-методических материалов, подготовленных  в течение последних шести лет.

Внедрение результатов исследования в основном связано с организацией преподавания названных выше учебных дисциплин. Подготовленные учебные пособия и методики нашли свое применение в преподавании в ряде учебных заведений системы МВД России.

Структура диссертации обусловлена целью и задачами исследования и включает введение, два раздела, объединяющих восемь глав, которые, в свою очередь, в общей сложности содержат двадцать четыре параграфа, заключение и список использованной литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы диссертации, степень разработанности проблемы, определяются цели и задачи работы, указываются источники исследования, раскрывается научная новизна, теоретическая и практическая значимость работы.

Раздел первый «Методологические основания исследования функциональной характеристики права» - посвящен нахождению всех необходимых условий, позволяющих содержательно развернуть теорию функций права как одного из фундаментальных компонентов общей теории права и государства. 

В первой главе «Методология постановки проблемы функциональности права» - решается задача правильной формулировки самой проблемы, предельно четкого определения ее смысла.

Первый параграф «Проблема адекватности методологии в применении к вопросу о функционировании права» - посвящен выяснению условий и оснований выбора методологии, способной дать достаточно глубокое, всестороннее и целостное представление о праве в его функциональном аспекте.

Понятие методологии связано с указанием на систему познавательных установок и механизмов, способствующих постижению конкретного предмета познания и непосредственно осуществляющих это постижение, сообразуясь со спецификой предмета и целями его познания.

Предметом методологии как специфической области теоретического исследования должно быть все, что имеет методологическое значение для познания в конкретной области.

В параграфе выделяются основные структурные элементы методологии. Самое важное методологическое значение имеют концептуальные идеи, которые закладываются в основу исследования. Исследование функциональности права опирается на три концептуальные идеи. Первая идея содержит утверждение, что функциональность является интегральной и универсальной характеристикой права, в принципе индифферентной по отношению к конкретным содержательным воплощениям права в отдельных обществах на конкретном этапе их существования. Вторая идея содержит утверждение, что по своим узловым параметрам функциональность является характеристикой, в контексте которой само право предстает лишь как частный случай наряду с другими сферами общественной жизни; и тогда поиск методологии исследования проблемы функциональности права следует осуществлять на уровне предельных оснований знания, а именно – в области действия, прежде всего, философской и общенаучной методологии. Согласно третьей идее, существуют различные характеристики права, объединяющие разные типы свойств, и в совокупности они дают полное, разностороннее представление о действительном праве.

Далее, выделяется такой важный элемент методологии, выполняющий функцию механизма приведения в действие концептуальных идей и познавательного аппарата, как совокупность методологических принципов. В рамках конкретной методологии функционируют принципы четырех групп. В первую группу входят принципы, позволяющие различить в объекте конкретный предмет познавательного интереса и отражающие специфику подхода к предмету (например, принцип историзма); во вторую группу входят принципы, позволяющие обнаружить связь предмета формируемой теории с другими предметами, являющимися, однако, различными сторонами одного и того же объекта (например, принцип системности); третью группу составляют принципы, реализующиеся безотносительно к специфике предмета и отражающие законы самого теоретического мышления (например, принцип актуализма, позволяющий рассматривать предмет на любой стадии его исторического развития как идентичный самому себе); четвертую группу составляют принципы, характеризующие познавательные особенности той или иной формы общественного сознания, в области выражения которых находится выбранный предмет исследования. Базовыми являются принципы третьей группы, поскольку они обеспечивают организацию познавательного процесса вообще, с точки зрения универсальных характеристик научного мышления. Самыми же сложными являются, очевидно, принципы четвертой группы.

Таким образом, поскольку предметом исследования должно быть право в его действительности, постольку функциональная характеристика права является исходной в формировании правопонимания; поскольку функциональная характеристика права является исходной в формировании правопонимания, постольку адекватной этому процессу является методология, сочетающая в себе элементы юридического и философско-правового анализа; поскольку к функциональной характеристике права применима методология, сочетающая в себе элементы юридического и философско-правового анализа, постольку закономерно формируется широкое понимание права как единства качественно различных форм его существования; поскольку формируется широкое понимание права как единства качественно различных форм его существования, постольку концептуальной идеей теории функций права является утверждение, что формы права различаются, прежде всего, по осуществляемым в рамках каждой из них специфическим системам функций.

Во втором параграфе – «Содержание исходных понятий теории функций права» - ставится задача уточнить понятия, употребляемые в теории функций права, и по возможности привести их в систему.

Диссертант выделил четыре исходных понятия функциональной теории права - назначение права, цели (задачи) права, направления действия права и функции права. Проблема ставится следующим образом: либо данные четыре понятия являются базовыми, либо базовым понятием является лишь одно из них, и тогда остальные три понятия должны определяться через связь с исходным понятием. Если правильным является первый вариант, тогда необходимо, чтобы каждое из этих четырех понятий определялось самостоятельно, логически независимо друг от друга. Если же верен второй вариант, тогда возникает проблема определения этого исходного понятия. По мнению диссертанта, таковым должно быть именно понятие «функция права».

В параграфе анализируется содержание и функциональное назначение всех выделенных узловых понятий. Особое внимание уделено соотношению понятий направления воздействия и функции права. Связь функций и направлений воздействия права по своему существу есть связь формы и содержания.

Исходя из понимания природы права и знания его сущностных признаков, можно выделить, как минимум, четыре направления его действия, с которыми функции права связаны внутренне, необходимо и объективно: это нормирование, регуляция, принуждение и суд.

Далее, чтобы выявить специфичность понятия функции в применении к праву, осуществлен анализ общих определений функции, существующих в различных отраслях научного знания, а именно – в математике, биологической науке, социологии, философии. По мнению диссертанта, весьма важными для установления содержания понятия функции права должны быть значения слова «функция», принятые в социологии. Их два: это роль, которую определенный социальный институт (государство, право, мораль) или частный социальный процесс выполняют по отношению к целому, и это зависимость, которая наблюдается между различными компонентами единого социального процесса.

В применении к праву следует говорить о функциях во всех смыслах, т.е. описывать право в функциональном смысле и как направление, и как деятельность, и как роль, и как обязанность, и как закон, и как зависимость. Но в первую очередь функция должна быть понята как закономерная зависимость характера и способа осуществления (действия) права от определенного направления его воздействия. Все остальные определения (через роль, значение, способ действия, круг деятельности) являются вторичными и нестрогими.

Особое внимание уделено вопросу о связи права и государства в функциональном аспекте.

Содержание третьего параграфа - «Функциональность в системе характеристик права» - определено двумя концептуальными идеями: 1) существуют различные характеристики права, объединяющие разные типы свойств, и в совокупности они дают полное, разностороннее представление о действительном праве; 2) выявление и раскрытие разных характеристик права неразрывно связано с применением разных методологий.

Выделены формально-логическая, смысловая, информационная, структурная, системная, элементная, генетическая, историческая, культурологическая, социальная, нормативная, ценностная и функциональная характеристики.

В основе формально-логической характеристики права лежит совокупность специальных понятий и дефиниций, предназначенных прежде всего для нужд юридической практики. В рамках данной характеристики право предстает как совокупность правил, выраженных в форме требований

Смысловая характеристика права строится на основе тезиса «право есть правосознание», поэтому понимание права достигается вследствие установления содержательной определенности правосознания.

Целью информационной характеристики является обнаружение информационных единиц, а также способов передачи и обмена правозначимой информацией. Значение такой характеристики права заключено в возможностях создания систем прогнозирования правовой жизни.

Смысл структурной характеристики – выразить характер связи разных структур права, определить, все ли они совместимы и равным образом связаны друг с другом, каким образом развертываются самостоятельно, существуют ли иерархии структур и т.п. Структурная характеристика права существует и в гораздо более узком смысле – как интерпретация права в качестве системы права, т.е. структурных связей между нормативными единицами действующего права.

Системная характеристика права формируется по поводу определения интегрирующих свойств права, выраженности их во всех элементах системы и «подчиненности» всех свойств права этим системообразующим свойствам. Здесь возникает проблема существования права в формах, отличных от юридического, установленного, узаконенного права.

Элементная характеристика права концентрируется на описательном анализе различных элементов права с точки зрения их сущности, строения, внутренних движущих сил. Как правило, на основе такого подхода выявляются частные характеристики отдельных сторон и свойств права.

Генетическая характеристика непосредственно связана с определением природы права, т.е., с одной стороны, с выяснением источников и условий появления и движущих сил права в его изначальных состояниях, а, с другой стороны, с установлением некоторых базовых свойств права, в равной степени обнаруживаемых в праве различных конкретных обществ, культур и т.п.

Историческая характеристика права создает мозаичную картину правовой жизни, проявляемой у различных народов в разные временные периоды их существования. При этом определяющим всю картину действительного права является динамический аспект его существования, последовательная смена состояний, практик, идейно-ценностных и нормативных установок.

Культурологическая характеристика права принимает во внимание всю обозримую совокупность условий, факторов и обстоятельств правовой жизни конкретного общества (государства, народа), без принципиального различения их существенности или несущественности.

Социальная характеристика права построена преимущественно на основе выявления системы обусловленностей права различными факторами жизни общества, в том числе, деятельностью государства, международной ситуацией, социальной дифференцированностью и т.п.

Нормативная характеристика права связана не с понятийным строем права, а с совокупностью составляющих его норм.

Ценностная характеристика отражает право как систему ценностей. Но эта система является предметом интереса не с точки зрения накопленности в них опыта социально-духовной жизни, а с точки зрения их роли в качестве ориентиров правового поведения, законодательства, деятельности судов и пр.

Наконец, функциональная характеристика права позволяет выяснить, каким образом право проявляется в действительности общественных отношений, как участвует в них, к чему и какими средствами оно приводит в реальности, а не в программах, идеалах, нормативных конструкциях и т.д. Функциональная характеристика права является базовой для достижения понимания права, но не перекрывающей собой понимание права в целом, поэтому автором определяется связь данной характеристики с другими характеристиками права. Во-первых, именно через обязательную связь с ней может быть успешно осуществлена характеристика права в любом ином аспекте. Во-вторых, не все характеристики права одинаково связаны с функциональной характеристикой. Существует относительно самостоятельная группа характеристик, возможная только в связи с функциональной характеристикой. К ней относятся, прежде всего, системная, структурная, социальная и генетическая характеристики права. В-третьих, можно выделить базовые сочетания характеристик права в зависимости от рассматриваемого типа правопонимания, а именно: когда речь идет о юридической теории, тогда базовым будет сочетание формально-логической и функциональной характеристик; когда речь идет о философско-правовой теории, тогда базовым является сочетание смысловой и функциональной характеристик; когда речь идет о социолого-правовой теории, тогда базовым является сочетание структурной и функциональной характеристик.

Во второй главе «Общая характеристика функциональной стороны права» - представлен весь необходимый методологический инструментарий для последующего функционального анализа современного права.

Первый параграф - «Проблема функций в истории правовой мысли» - посвящен анализу генезиса понятия функции права с древности и до наших дней.

В греко-римской правовой традиции функциональность приписывалась именно отраслевым юридическим нормам. Отсюда и позитивистская, по существу, трактовка функций законов, которая стала постепенно применяться в эпоху становления централизованных государств Западной Европы.

Важным этапом в формировании представлений о функциональной природе права стали Средние века. Средневековая теоюстиция, опиравшаяся на схоластическую методологию, обогатила систему взглядов на функциональную природу права многими оригинальными решениями. Одной из главных проблем, обсуждавшихся в христианской правовой мысли, была проблема Веры в Бога, которая требовала, с одной стороны, признания его как Бога милосердного, а, с другой - как Бога – праведного судью. Как выяснилось, в идее святости заложена системоопределяющая функция права христианской теоюстиции.

Новый период развития правовых идей - период европейского Просвещения и ранних буржуазных революций - заставил искать функциональные свойства права уже не в божественной, а в естественной среде. Именно поэтому сравнение социальных процессов с функционированием живых организмов в качестве методологического приема стало широко использоваться в политико-правовой науке Нового времени.

На протяжении истории правовой мысли страх людей рассматривался как источник и определенная среда функционирования позитивного права. Наиболее оптимально вопрос об устрашающей функции права рассмотрел классик отечественного юридического позитивизма Г.Ф. Шершеневич.

Достаточно важные аспекты в области функционирования права, касающиеся взаимосвязи государства и права, раскрыл французский просветитель Ш.-Л. Монтескье Он выделил охранительную, договорную, воспитательную, регулятивную, уравновешивающую, умеряющую, побуждающую.

Традиции, заложенные Ш.-Л. Монтескье, были широко восприняты мыслителями Европы и США. Так, Ж.-Ж. Руссо активно разрабатывал проблему ограничения законодательной функции государства.

Одним из первых, кто применил философский анализ к функциональным особенностям права, стал немецкий философ Г.В.Ф. Гегель. Именно система права, развернутая в динамике, позволила ученому рассматривать функцию как «часть объективной стороны присущей субъекту (лицу) природы вещей». Он определил основные критерии для понимания сущности функционирования права, а именно - наличие правовой системы, роль субъекта (личности, социального института), отличие функции права от социальной деятельности, от направления действия права, сочетание функций и дисфункций права

Еще один знаковый подход к проблеме функций права выработал Г. Кельзен. Важнейшей функцией он считает принуждение, так как оно, помимо присущих ему задач,  обеспечивает связь между государством и правом. Важной особенностью теории функционирования права Кельзена является также тезис о бессмысленности постановки целей перед правом в виде справедливости, как социального компромисса, «мира в рамках конституируемого им сообщества» и других правовых ценностей.

Теория социальных функций права стала господствующей в юридической науке в течение ХХ века. Исследование социальных функций права началось с работ Л. Дюги. В России идея социальных функций права активно разрабатывалась многими  теоретиками права (например, С.Л. Франком). Советские юристы в 20-е годы также активно разрабатывали эти вопросы, что показал анализ.

Иной точки зрения на понимание функциональной природы права придерживался один из авторитетных современных истолкователей проблематики естественного права и прав человека Ж. Маритэн. Им выделены два вида функций, позволяющих человечеству достигнуть столь сложной цели – функции технической рационализации политической жизни и функции моральной рационализации политической жизни.

В заключение параграфа сделаны следующие выводы. Во-первых, идея функций права в истории правовой мысли долгое время подменялась вопросом о функционировании государства, общества и природных явлений. Во-вторых, христианская теоюстиция Средних веков стала той средой, в которой сформировались основные, до современности дошедшие представления о функциональной природе права. В-третьих, концепция системного подхода к праву Ф. Аквинского стала классической основой для европейской правовой мысли применительно к функциональному анализу права. В-четвертых, различение регулятивной и законодательной функций как функций права и государства, а также тезис о том, что для каждой функции права необходима соответствующая форма, стали важнейшими выводами исследования функциональной природы права в эпоху Просвещения.  В-пятых, гегелевская идея о том, что дисфункциональность права явно проступает в правовой реальности и становится более понятной людям, чем проявление права через функции позитивного свойства, заложила фундамент для современной теории функций права как аспекта социологии права.  В-шестых, одной из главных задач в области исследований функций права в конце XIX - первой половине ХХ вв. стал поиск критериев, разграничивающих функции права, государства, морали, экономики и т.п.

Во втором параграфе - «Категориальное выражение функций права» - природа и сущность функциональных проявлений права выясняются с помощью философско-правового инструментария, т.е. в системе категорий диалектики, которые позволяют раскрыть различные процессы, стороны и явления реальности с точки зрения выраженности в них универсальных свойств, определяющих их единство, связь и развитие. Диалектика позволяет убедиться в том, что право в многообразии его функций объективно действует системным образом, целиком. Диалектическое рассмотрение права в его саморазвертывании, развитии и есть на самом деле рассмотрение его функционирования.

Обращение к системе категорий диалектики при анализе функций права может дать существенный результат лишь в том случае, если принимать во внимание только те направления действия права, которые непосредственно обусловлены его природой и характеризуют ее.

Выходя на категориальный уровень, мы должны получить ответы на вопросы, является ли та или иная функция имманентной праву или привходящей, лишь приписываемой праву; необходима она или ее осуществление носит случайный характер;  что конкретно та или иная функция представляет собой в формальном и содержательном плане; какова та или иная функция в действительности, с точки зрения наличности средств ее осуществления, и каков ее потенциал, реальная возможность; обусловлена ли конкретная функция внутренними источниками права или внешними факторами и обстоятельствами; является ли конкретная функция особенной, т.е. специфичной для права; какова специфика той или иной функции права в отдельности и в целостности (системе); в чем сущность конкретной функции права и ее проявленности, видимости  и т.д. Все эти вопросы очерчивают область теории функции права.

Далее выработаны характеристики функций права с точки зрения их отличности и общности, внутреннего и внешнего, сущности и явленности, существенного и несущественного, возможного и действительного, необходимого и случайного.

Особо обращено внимание на выражение функций права в каркасе диалектики формы и содержания. В применении к нормативным системам, к которым принадлежит и право, категории формы и содержания являются центральной парой категорий, на основе которых может быть, в частности, осуществлена систематизация функций права.

Содержанием функций права является, с одной стороны, объективная реальность, т.е. существующая совокупность общественных отношений, условий жизни людей, общественных потребностей и интересов, а, с другой стороны - система средств осуществления и предмет действия права в определенном направлении и определенным способом. И еще один немаловажный аспект проблемы формы и содержания в функциях права – необычайная значимость форм понятийного выражения содержания действия права.

Третий параграф - «Принципы систематизации функций права» - посвящен выработке целостного представления о праве как в его действии, обнаруживаемом эмпирически, посредством анализа правовой практики, так и в его возможностях. Решается задача выявить те принципы организационно-установочного характера, которые являются условиями, при которых вообще возможно формирование знания о системе функций права.

Первым из них должен быть признан принцип научности, который предполагает опору на позитивное (в широком смысле слова) понимание права в его проявлениях, эмпирических фактах, а не в его сущности. Он также связан с требованием элиминирования из процесса систематизации функций права идеологических компонентов.

Одним из базовых для систематизации функций является принцип системности, который содержит требование представлять функционирование права в целостности, определенной системообразующими функциями. Важные стороны системности функций права отражены в принципах полноты, органичности, целеориентации, дополнительности, полифункциональности, дифференциальности.

Далее рассмотрены принципы, которые характеризуют право уже не в контексте системности, а с точки зрения выраженности в его функциональной характеристике универсальных закономерностей и свойств, присущих всяким социальным процессам и образованиям. Речь идет прежде всего о принципе категориальности, принципе диалектической связи функций права, принципе единства исторического и логического, принципе единства актуальности и потенциальности.

Наконец, рассмотрена группа принципов, которые характеризуют отдельные функции права и их систему с точки зрения содержательной определенности. В нее включены и изучены принципы конкретности, самоценности, сопряженности с функциями государства, одним из центральных принципов для определения содержания и сущности функций права.

Рассмотренные, а также и иные принципы систематизации функций права находятся в сложном единстве. Их содержание находится в соотношении, так сказать, «взаимопересечения», что в идеальном случае позволяет устранять возможные «пустоты» в системе функций.

Установлено, что основой систематизации должно быть различение  сущностных и производных функций, что позволяет, с одной стороны, сформировать содержательное ядро понимания права в его динамическом аспекте, а, с другой стороны, сформировать богатую теорию функций права.

В третьей главе«Функциональность в контексте основных типов правопонимания» - функциональный анализ права связывается с многообразием его субъективных трактовок. Выделение сущностных функций права характерно для любого типа правопонимания. Поэтому важно выяснить, насколько разнообразными будут трактовки указанных функций в контексте разных типов понимания права. В то же время следует предположить, что качественно самостоятельный тип правопонимания должен характеризоваться отличительной сущностной функцией (или функциями).

В первом параграфе - «Функционирование права в контексте юридического понимания» - устанавливается смысловая связь между позитивистским пониманием права и его функциональной интерпретацией.

В основе позитивистской традиции лежит научно-организационный подход, право рассматривается как явление не только действительное, но и эмпирически исследуемое.

Целью действия позитивного права, как нормативно-ценностный предел его устремлений, являются интересы государства. Это наиболее распространенная  характеристика юридического правопонимания. Вместе с тем, данный подход имеет значительное число дополнительных трактовок в рамках и утилитаризма (И. Бентам), и нормативизма (Г. Кельзен), и лингвистической теории (Г. Харт), и юридического реализма (О. Холмс), и социологического позитивизма (Р. Иеринг, Р. Дворкин), и теории справедливости (Дж. Роулс).

Позитивистское правопонимание характеризует право как государственный интерес, что позволяет относить к направлениям действия права властное принуждение, выражение государственного интереса, установление и поддержание связи индивида с конкретным государством и его институтами. Для данного подхода предполагается, наряду с легализующей функцией права, признание функции уравнивания перед законом и функции ответственности власти. В рамках анализа данной функции затронута проблема правового закона.

Выяснено, что возможно разделение такого направления действия права, как выражение государственного интереса, на две группы функций. Первая относится к стандартной модели государства, вторая - к интересам классов и элит.  К функциям первой группы относятся: функции дифференциации (распределения) государственной политики, фиксирования опыта властвования и его обмена, типизации власти, персонификации государства, трансформации (политизации) социальных норм. Все перечисленные функции позитивного права придают правовой характер государственной власти.

Ко второй группе функций следует отнести: функции политической самоидентификации общества, стабилизации кризисных (революционных) процессов, коммуникации признанных властью правовых ценностей, идеологическую функцию права.

Дальнейшее развитие юридического позитивизма имеет, как минимум, два пути развития, что, несомненно, отразится на функциональной характеристике права. Во-первых, весьма популярен нормативизм Г. Кельзена, у которого сущность государства полностью выражена через юридическое право. В функциональном контексте это приводит к смене направлений действия права и его функций. Во-вторых, наблюдается сближение двух противоречивых подходов к пониманию права - юснатуралистического и позитивистского, что может служить началом для формирования еще одного типа правопонимания.

Во втором параграфе - «Функционирование права в контексте естественно-правового понимания» - устанавливается смысловая связь между юснатуралистическим пониманием права и его функциональной интерпретацией.

Классическая школа естественного права уходит корнями в работы античных мыслителей и средневековых схоластиков. Ее главным постулатом являлось разведение естественного и позитивного права, как выражение противостояния интересов личности и нормативно-организованного общества.

Доктрина естественного права отражает лишь философский, но не практический характер концептуального учения. Понимание естественного права опирается на идею единых нормативно-ценностных принципов, господствующих в космосе, природе и обществе и способных служить мерилом справедливости норм, устанавливаемых государством. Важнейшей чертой естественного права является его универсальная нормативность, проявляющаяся в принципиальной, безличной и даже авторитарной форме его суждений.

Смешение идей естественной человеческой природы права и юридического позитивизма позволило выделить особые черты нового подхода к естественному праву: однообразность (по аналогии с правом народов, международным правом), стремление выразить естественно-правовой нормы через один, совершенный, общий для всех, обладающий высшей юридической силой, кодифицированный нормативный правовой документ (конституцию).

Конститутивная функция естественного права имеет смысл, если понимать его как нравственное право. Конститутивная функция естественного права выхолащивает саму идею правопорядка, так как она подменяется идеей высшей нормы, высшего правового авторитета. Благодаря данному направлению действия возможны функции самовоспроизводства и самосохранения естественного права как антипода позитивного права.

Высказано предположение, что в контексте юснатуралистического правопонимания системообразующей функцией естественного права (по содержанию) будет «естественная» функция.

Возможными направлениями действия естественного права можно считать самосохранение, репродуцирование, креативность индивидуальной правовой жизни. Именно такие направления действия, как непосредственно естественные для каждого человека, должны быть выбраны в качестве основы для функционального анализа.

Одной из своеобразных функций в контексте юснатуралистического правопонимания является функция декомпозиции, которая предполагает применение естественного права к простейшим элементам государства, т.е. к гражданам. Но функция декомпозиции, подменяя понятие естественного права на право человека, не может выступать системообразующей.

Системообразующей функцией по форме будет выступать социализация личности, а системообразующей функцией по содержанию - самоуважение личности.

Непосредственно связанной с ранее рассмотренными функциями естественного права является эйдологическая функция, которая предполагает реализуемую внутри действующего права идею права. Эйдологической функции естественного права достаточно близка идеологическая функция юридического права.

Далее произведен анализ гуманистической функции права, авторитетообразующей функции права, функции одухотворения человеческой жизни. Содержание данных функций совпадает с функциями, которые уже рассмотрены.

Особое внимание уделено функциональному анализу, осуществленному Ю. Хабермасом.

В заключение делается вывод, что абсолютизация правовых ценностей в контексте любой из трактовок естественного правопонимания означает, что ему не присущи дисфункции.

В третьем параграфе - «Функционирование права в контексте социологического понимания» - доказывается, что для понимания права в рамках социологического подхода важно понять не источник его воспроизводства и направления действия (позитивистское правопонимание), не его самоценность и феноменальность (юснатуралистическое правопонимание), а то, что оно - неотъемлемый признак, часть любой социальной системы, наделенный рядом функций.

Первоначальным вариантом социологической юриспруденции в ее классическом понимании является «юриспруденция интересов» (Р. Иеринг).

С некоторой долей условности в социологической юриспруденции можно выделить два течения - умеренное (Е. Эрлих, А. Леви-Брюль и др.) и радикальное, так называемый «правовой реализм» (К. Ллевеллин, Д. Фрэнк и др.). Сторонники обоих течений исходили из общей посылки о подвижности права, которое изменяется адекватно общественным отношениям.

Именно в рамках данного понимания право стало рассматриваться, прежде всего, в динамике, как функционирующая система, в связи с чем на передний план выступила проблема правоотношений, взаимодействий между конкретными субъектами в конкретной жизненной ситуации. Выяснились такие функции, как производящая, распределяющая, потребительская (экономическая сфера), функция социальной стратификации, регулятивная функция (социальная сфера), функция обеспечения свободы духовного творчества (духовно-культурная сфера), инновационная функция права и другие. Указанные функции процесса социализации сопоставимы с функциями социального направления действия права.

В рамках рассматриваемого направления важную роль выполняет функция предупреждения аномии.

Как показал анализ функциональных характеристик права с позиции социологического правопонимания, вопрос о развитии, воспроизводстве социального права является для данной концепции ключевым.

В качестве основных направлений действия права автором выделяется обеспечение индивидуальных или социальных интересов, нормирование, судопроизводство (арбитраж), социализация, упорядочивание общественных отношений. Последние две являются важнейшими направлениями, для которых характерны так называемые социальные функции права.

В четвертом параграфе - «Функционирование права в контексте интегрального понимания» - выявляется ряд объективных обстоятельств,  характеризующих тенденции в развитии современного права и определивших приверженность ряда ученых-правоведов к интегральной концепции правопонимания.

Строго говоря, интегральное, или синтетическое, правопонимание принципиально не противоречит «традиционным»  концепциям правопонимания, вбирая в себя отдельные аспекты каждой из них и на этой основе, создавая нечто новое, отличное от т.н. «традиционных» концепций.

В параграфе интегративное правопонимание интерпретируется как явление постмодерна как ведущей тенденции интеллектуального поиска на Западе со второй половины XX в.

Основная идея сторонников формирующегося интегративного подхода к пониманию права заключается в том, что право предстает как сложный многогранный феномен, проявляющийся в самых разных сферах жизнедеятельности; анализ одного из проявлений права абсолютно не исключает иных проявлений, которые также должны быть учтены в процессе правопознания.

Идея синтетического объединения «традиций» получила широкое распространение в современном отечественном правоведении, где ярко выражен процесс конвергенции юридического позитивизма и теорий естественного права. Сущность такого подхода заключается в том, что естественное и позитивное право являются не взаимоисключающими, а взаимодополняющими друг друга нормативными системами. Но новое представление о правопонимании не должно быть механическим соединением или даже сплавом прежних, «традиционных» или так называемых «классических» концепций. Но при этом функциональный подход к изучению различных версий правопонимания позволяет их рассматривать вместе, показывать, в каких вопросах представления о праве сопоставимы сразу в нескольких теориях.

Отмечается, что каждый из типов правопонимания основывался на определенном качественном признаке, связывающем право с триадой социально-политического развития государством – обществом - личностью. В каждой из концепций достаточно распространен подход, сводящий функции права к функциям указанных институтов.

Школы правопонимания отличаются между собой в вопросе о дисфункциях права. Идеальный образ естественного права не предполагает дисфункций вообще, тогда как для юридического права дисфункции определяются неразрывной связью с государственной властью и противоречиями между политическими и правовыми константами.

На сложном сочетании функций, выделяемых в рамках отдельных типов правопонимания, и строится функциональный анализ в контексте интегративного подхода.

Раздел второй «Функциональная характеристика основных форм права» - посвящен выяснению качественных особенностей осуществления общих системообразующих функций, а также систем функций, характерных для права в каждой из выделенных его базовых форм.

Всем главам раздела предпосылаются «Вводные замечания», касающиеся оснований выделения различных форм права, прежде всего, юридического, группового, международного и индивидуального.

Отмечается, что отнесение тех или иных факторов к детерминантам дифференциации права напрямую зависит от типа правопонимания и от методологических посылок конкретной теории. Различение форм права имеет смысл, если по всем базовым характеристикам права они будут различаться существенным образом.

Различение форм права осуществлено на основе следующих критериев:

- особенность образования правоотношений и норм (с данной точки зрения различаются организованные и неорганизованные формы права);

- базовые элементы (например, заданность и установленность закона является характеристикой юридического права, а укорененность, признанность или обычность нормы выступает отличительным признаком группового права);

- базовое предназначение, а именно, либо субординация (юридическое право), либо координация (право гражданского общества), либо интеграция (индивидуальное право), либо консолидация (международное право);

- характер связи с государством (с этой точки зрения выделяются государственное и негосударственное право);

- узловые позитивные ценности (сохранение, самовоспроизводство базового субъекта права - государства, международного сообщества, социальной группы либо личности - и наиболее важный способ обеспечения этого воспроизводства (например, подчинение, послушание, договор, притязание);

- принцип организации социальной жизни (целенаправленная организация или спонтанное организующее воздействие);

- пространственные свойства права;

- формы принуждения;

- сферы действия;

- уровни правового обеспечения социальной жизни (уровни ценностей, смыслов, регулирования, правотворчества, нормирования и т.д.);

- выделенность индивидуального компонента;

- временные характеристики;

- принцип разрешения противоречий. Только в формальном праве проблема противоречивости явлений правовой жизни, динамики и статики, отдельных нормативных правовых актов друг другу и т.д. мешает регулированию. В содержательном праве противоречивость и естественна, и неустранима, и не отрицает более глубокой согласованности.

Умножение форм права понимается как естественное и необходимое проявление разнообразия форм самой правовой жизни.

Глава первая«Функциональная характеристика общественного  права» - посвящена установлению особенностей реализации системообразующих функций права, а также системы сущностных функций, присущей общественному праву, как организованному, так и стихийно формируемому и воспроизводимому.

В первом параграфе – «Функциональное  назначение общественного права» - дается характеристика природы и сущностных черт выделенной формы права.

Общественное право – это сложившиеся в определенный период времени правовые устои, правила поведения, правила распределения ролей в обществе, согласования прав и обязанностей граждан. Данная форма права складывается с целью регулирования внутренней жизни общества. Общественное право имеет общую функцию – объективную интеграцию некоей целостности посредством устроения единства правового общения его членов.

Общественное право обретает организованное выражение только в том случае, если социальное единство зиждется на праве лежащей в его основе объективной общности. В своей организованной форме общественное право обращено к специфическим субъектам права – сложным коллективам.

В организованных формах общественного права базовой целью является субординация, тогда как в качестве базового направления неорганизованного права можно выделять координацию, указывающую на договорный характер нормирования и регуляции общественных отношений.

Динамической характеристикой общественного права является общественная правовая жизнь. Общественная правовая жизнь мало ситуативна, индивид является скорее незначимой единицей и выполняет, прежде всего, функцию проведения в жизнь тех правил, которые возникают в результате типизирующихся отношений.

Во втором параграфе – «Направления действия и система функций общественного права» - представлена функциональная характеристика, присущая всем разновидностям общественного права.

Выступая одним из направлений действия общественного права, нормирование представляет собой стихийное или целенаправленное определение системы социальных координат, в рамках которых только и возможно различение правоотношений и действий, а также установление социальных мер оценок различных моментов социальной реальности. Данное направление реализуется через такие функции права, как селекционную и процессуальную, а также через нормотворчество и правотворчество.

Регуляция есть способ приведения права в равновесие, осуществляющийся с помощью функции правовоспроизводства. Здесь ничего не творится, а лишь воспроизводится как данность. Когда общество достаточно динамично, тогда регуляция становится следствием нормирования и стимулом нормирования. Регуляция реализуется также в функции упорядочивания общественных отношений.

Для принуждения в организованных формах общественного права характерна функция легализации

Последнее из рассматриваемых направлений действия общественного права – суд - реализуется посредством правоопределяющей, оценочной, согласительной и правовосстанавливающей функций, содержание которых рассмотрено в параграфе.

Третий параграф – «Виды общественного права и их системообразующие функции» - посвящен функциональному различению наиболее значимых видов общественного права.

Разновидности общественного права соответствуют определенным формам культуры. Так, юридическое право связано с политической культурой и, соответственно, базируется на политических ценностях; обычное право связано с нравственной культурой (здесь основными являются ценности морали); право гражданского общества сплетено с экономической культурой.

Правомерно проводить типологию, исходя из форм организованного и неорганизованного (в смысле – не организующегося на основе внешнего целенаправленного действия) права.

Так называемое организованное право масс представляет собой наименее интенсивную форму; данный вид общественного права наиболее обезличен.  Организованное право масс обращено к универсальным ценностям, определяющим содержание данной правовой культуры.

Один из видов организованного права – право сильного (силы). Право сильного - суровый, жесткий, порой жестокий, но, вместе с тем, природно-нормальный, неизбежный и вполне целесообразный способ, например, первобытной социальной организации при преимущественном господстве в сообществе биологических начал.

В условиях цивилизации право сильного постепенно модифицировалось, наращивало особенности социального явления. Одной из таких модификаций стало кулачное право.

Под углом зрения социально-этических и юридических критериев право сильного, в том числе кулачное право, в указанных условиях может быть охарактеризовано как право привилегий, сословное право, обычное право (в котором, однако, развиваются писаные формы).

Исходя из сущностных признаков организованного права масс, можно констатировать, что превалирующим направлением действия данного вида права является принуждение и, соответственно, основными функциями выступают все способы воздействия, обслуживающие данное направление действия права.

Самой древней формой общественного неорганизованного права является моральное право. В качестве основных функций морального права, отражающих его природу и сущность, можно назвать нормотворческую, правопроизводящую, формирующую и оценочную. Содержание указанных функций определено, прежде всего, индивидуальным началом, что, по сути, и отражает данный вид права.

Обычное право, как и право моральное, представляет собой одно из древнейших явлений в истории человечества. Его нормы являются элементами национальной культуры, отражают ее особенности.

Обычное право как источник права основывается на «силе факта», т.е. многократном и единообразном повторении известного поведения. Характерными чертами обычного права являются вербальность, партикулярность, символичность, сочетание динамизма и консервативных начал.

Среди функций обычного права можно выделить адаптационную, когнитивную, интегративную и коммуникативную.

Следующей формой общественного права является право гражданского общества. Оно направлено на нейтрализацию крайностей власти, что позволяет обеспечить относительно гармоничное развитие последней. В качестве гражданского право в полной мере раскрывает свой потенциал как явление цивилизации и культуры, как носитель ценностей, заложенных в самой природе человеческого общества. Право гражданского общества - это высшая на современной стадии развития цивилизации ступень позитивного права, наиболее сблизившаяся с естественным правом.

Основной функцией права гражданского общества является функция саморегуляции, направленная на воспроизводство данного типа общественных отношений.

Таким образом, природа и сущность каждого вида общественного права задают ему не только пределы функционирования, но и определяют содержание конкретных функций. Даже системообразующие функции в каждом виде права предстают в своей отличности, что обусловлено, прежде всего, характером норм данного вида права.

К сказанному важно добавить, что и государственное право, и право гражданского общества являются разновидностями политического права, тогда как моральное и обычное право являются неполитическими формами.

Глава вторая «Функциональная характеристика юридического права» -  направлена на выявление особенностей осуществления системообразующих функций права, а также системы функций, характерной для права в выделенной форме.

В первом параграфе – «Сущностные функции юридического права» - исследуется функциональная природа юридического права.

В своей самой важной форме современное право предстает как право государственное, представляющее собой имманентную форму политической организации общества. Юридическое право – официальное, господствующее, узаконенное, заранее установленное, формализованное, документированное. Этими характеристиками отмечается самое существенное в юридическом праве.

Для характеристики функционирования юридического права наиболее актуальным является принцип сопряженности функций права с функциями государства. Сущностные функции юридического права практически идентичны сущностным функциям государства.

С точки зрения содержания государство имеет две цели: организацию власти и организацию управления. Данные цели исчерпывают все многообразие иных целей, которые лишь конкретизируют их.  С точки зрения содержания системообразующей функцией государства является политическая функция, а с точки зрения формы – правовая.

По своей сути правовая функция государства есть легитимация (и организация) принуждения.

Базовой целью юридического права выступает субординация, которая предполагает в качестве основной функции, необходимой для ее реализации, упорядочение общественных отношений. Одной из форм осуществления упорядочивающей функции является процедурность.

Следующей характеристикой функционирования юридического права является выделение его сущностных функций в аспекте основных направлений действия права.

Нормирование есть целенаправленное определение системы социальных координат, в рамках которых только и возможно различение правоотношений и действий, а также установление социальных мер оценок различных моментов социальной реальности. Результатом нормирования, конечно, являются нормы, материализованные в актах, документах, законах и т.д. Нормы государственного права являются формой повеления, они обладают определенностью в пространственно-временном измерении, адресностью, выступая условием правомерности и законности.

Юридическое право есть организованное принуждение. Данная форма права вполне может быть понята как воля господствующего класса, возведенная в закон. С этой точки зрения, и государство есть легализованное принуждение.

В рамках данного направления действия можно выделить следующие функции юридического права: легализующую, правоустанавливающую и правовосстанавливающую.

Легализующая функция связана с использованием всего массива правовых инструментов для придания политической власти законной силы государственной власти

Наиболее характерными способами реализации  правоустанавливающей функции являются: установление санкций за посягательства на охраняемые общественные отношения; установление запретов на совершение действий, противоречащих интересам общества, государства и личности; определение юридических фактов, с наступлением которых, в результате противоправных действий субъектов права, возникает основание привлечения их к юридической ответственности; установление конкретной правовой связи между субъектами права в целях реализации юридической ответственности.

Функции, реализующие такое направление действия, как принуждение, в юридическом праве направлены на охрану от нарушений права в целом. Соответственно, ее содержанием охватывается предупреждение и пресечение преступлений и всех иных правонарушений, защита и восстановление нарушенного права.

Правовосстанавливающая функция в рамках реализации такого направления действия юридического права, как суд, обеспечивается существованием писаных законов, вмешательством квалифицированных компетентных лиц, наличием институциональных рамок судов, а также самим ходом процесса, конечной точкой которого является вынесение судебного решения. В правовосстанавливающей функции, связанной с судом как направлением действия права, существенным является процессуальная составляющая.

Во втором параграфе – «Производные функции юридического права» - исследуются функции, обусловленные лишь обстоятельствами и историческими условиями существования государства. Соответственно, при их характеристике учитывается уже не природа и сущность юридического права, а те факторы, которые заставляют функционировать юридическое право в том или ином направлении.

При нормировании общественных отношений производной функцией юридического права является селекционная функция.

Среди производных функций также рассмотрена распределяющая функция, которая связана со структурированием общества по различным правовым параметрам (правам, обязанностям, привилегиям и др.), с индивидуализацией, в определенных пределах, регулирования. Данная функция может быть реализована через юридические институты, хотя программа реализации закладывается в самих юридических нормах.

Среди производных функций, обслуживающих такое направление действия права, как суд, выделены оценочная, правоопределяющая и согласительная функции юридического права. Правоопределяющая функция осуществляется посредством придания определенным стандартам, шаблонам, нормам значимости и силы права как основания определенных действий и отношений. Согласительная функция имеет небольшую сферу применения. В пределах осуществления согласительной функции государственное право проявляет свою компромиссную природу.

Далее рассмотрены идеологическая, воспитательная, превентивная, экономическая, компенсационная и информационная функции. В частности, компенсационная функция права выражает способность права быть инструментом восстановления социальной справедливости, поэтому она очень тесно связана с правовосстанавливающей функцией.

В юридической литературе в последние годы вполне обоснованно поднимается вопрос о наличии у права социальной функции в собственном (узком) смысле этого слова. Разделяя эту позицию, диссертант отмечает, что важнейшими объектами социальной функции права являются трудовые, пенсионные отношения, медицинское обеспечение граждан, сфера науки, образования, культуры, закрепление льгот для различных слоев населения.

Третий параграф – «Тенденции развития системы функций современного юридического права» - устанавливается связь функций юридического права с характеристиками современного государства.

Современное государство позиционирует себя как социальное, правовое, демократическое. Несомненно, с одной стороны, что данные характеристики существенным образом преобразуют сущность государства, выводя тем самым на первый план несколько иные функции, чем ранее.

Современное государство сегодня стоит перед проблемой позиционирования себя в многообразии форм права. Например, за счет зрелости гражданского общества часть правового регулирования объективно уходит из сферы действия государственной формы права на уровень группового, общественного, профессионального и т.д. права. Поэтому основная задача государства выражена в форме контроля, в форме совмещения интересов государства с интересами, обеспечиваемыми другими формами права.

В современном юридическом праве, с одной стороны, сохраняется преемственность функций, а, с другой стороны, действует и механизм обновления функций. В частности, на появление новых функций влияют самоорганизационные, субъективные и даже случайные (синергетические) процессы.

Наименее изменчивы и наиболее стабильны системообразующие функции юридического права. В большей степени, нежели сущностные функции, изменениям подвержены производные функции юридического права. Например, усиливается роль информационной функции юридического права.

Расширение сферы правового регулирования на совершенно но­вые, недавно возникшие области социальной действи­тельности и которые не находились еще в поле зрения законодателя. Появляются но­вые отрасли, институты права и законодательства.

Превалирование правотворческой функции в современном обществе в первую очередь приводит к увеличению нормативно-правового массива.

Для современного права также характерно усиление осуществления процессуальной функции. В этом просматривается тенденция к самосохранению государственного механизма.

Можно также говорить и о повышении роли согласительной функции юридического права. Именно согласование интересов составляет базовую основу для верховенства закона в иерархии правовой системы и благоприятные условия для всей последующей правореализующей деятельности государства.

Еще одной тенденцией, затрагивающей правовые процессы всех национальных правовых систем, является глобализация. В рамках данного явления право выходит на международно-правовой уровень, образуется надгосударственное право, которое снижает суверенные правотворческие функции, меняет содержание суверенитета.

Сегодня, однако, усиливается разрыв формы и содержания права; юридическое право идет в направлении формализации, а формализация закономерно ведет к усилению его силового момента, момента принуждения.

Глава третья«Функциональная характеристика группового права» - связана с определением специфики реализации общих системообразующих функций права и элементов системы функций, характерных для выделенной базовой формы права.

В первом параграфе – «Функциональное назначение группового права» - дается характеристика природы и сущностных черт рассматриваемой формы права. Вопросы, связанные с неофициальным правом, нельзя не учитывать сегодня на фоне сильного отчуждения человека от норм официального права, определенной девальвации законов.

Автор исходит из того, что человек реально живет не в обществе вообще, а во вполне конкретных, пусть и достаточно многочисленных, но, так сказать, вполне «обозримых» группах. Каждое общество представляет собой разветвленную сеть реальных коллективных единиц - семей, коммун, научных обществ и т.д.; это макромир групп.

Коллективы принадлежат к числу тех структурных компонентов, для которых наиболее важна функция образования и поддержания группы.

Сам факт существования группового права обусловлен функцией самосохранения социальной группы и ее воспроизводства как таковой. Групповое право интегрирует социальную группу и черпает свою обязывающую силу непосредственно из «нормативного факта» существования конкретной группы.

Все социальные группы можно классифицировать на формализованные и неформализованные. Данное разделение имеет принципиальное значение, так как в каждом из этих видов имеется своя специфика группового права. Одной из основополагающих особенностей структур типа ассоциаций является добровольность. Помимо ассоциаций, существуют такие социальные группы, как организации и социальные движения, представляющие собой общности, в которых упорядочение условий воспроизводства системы играет важную роль в непрерывности повседневной практики.

Основным направлением действия норм группового права в формализованной общности является внутригрупповая субординация и интеграция, связанные с распределением ролей во внутригрупповых отношениях.

В групповом праве прослеживаются следующие необходимые для его функционирования элементы: правовое чувство, правовые символы, посредством которых оно объективируется, ценностные ориентации, ролевые позиции.

Далее проведено сопоставление официального и неофициального права (которое и существует на групповом уровне).

Рассматривая вопрос о взаимоотношении официального и неофициального права, отмечается, что первое регулирует значительно меньший объем общественных отношений, чем второе. Именно неофициальное право является глубинной основой официального права.

Реальный компонент групповой действительности выражается в интеграции групповых норм, принципов в другие формы права (государственное, общественное, индивидуальное и др.).

Во втором параграфе – «Направления действия и система функций группового права» - представлена функциональная характеристика, присущая всем разновидностям группового права.

Базовая цель группового права – координация, т.е. взаимосвязь, согласование, приведение в соответствие, расположение в порядке, целесообразное соотношение между различными действиями и явлениями правовой жизни

Реализуя такое направление действия, как нормирование, групповое право прежде всего выполняет функцию правотворчества, выступая инструментом создания правоотношений в определенной группе.

Некоторые группы имеют нормы, отличающиеся по со­держанию от тех, которые обычно существуют в обществе. Например, представления о чести в относительно неболь­ших группах офицерского состава принципиально ориентируются на представления о чести всего общества. Но существуют также специфические групповые нор­мы, которые полностью отклоняются от нормативной структуры общества или даже противоречат ей; тогда «локальная культура» группы может закрепиться в форме «субкультуры».

Превалирующим направлением действия группового права является регуляция; она выступает способом приведения права в равновесие. В групповом праве на уровне регуляции происходит распределение статусов, ролей участников коммуникации. Тем самым, групповое право воспроизводит себя в своей неповторимости, незаменимости другими формами права. Данное направление действия группового права характеризуется таким свойством, как солидарность

Принудительный компонент заложен в самой норме группового права. Здесь существен момент не перспективной, а локальной целесообразности; важна не определенность санкции, а сам ее факт. Таким образом, можно говорить о правоустанавливающем характере принуждения в групповом праве.

Реализуя такое направление действия, как суд, групповое право прежде всего реализует правоопределяющую функцию, устанавливая для членов данной группы варианты возможного поведения. В данной форме права цель суда не связана с улучшением порядка действий, как в общественном праве, а напрямую связана с конкретным событием.

Третий параграф – «Виды группового права и их системообразующие функции» - посвящен функциональному различению наиболее значимых видов группового права.

Во-первых, рассмотрено так называемое командное право. Интеграция формальных и неформальных групповых норм, а также осознание сути и значимости последних официальным руководителем является одной из ключевых задач при создании команд в организации. Интеграция – это процесс, в котором стороны взаимодействуют как партнеры, за ними признается право на культурные особенности, и со стороны этих партнеров ищутся и находятся общие для всех сторон отношений основания.

В процессе образования команды происходит интеграция не только формальных и неформальных властных структур, но и формальных и неформальных групповых норм. Правила, направляющие действия людей в рамках данного типа организации, отличаются тем, что это всегда правила выполнения предписанных задач. Они исходят из того, что положение каждого человека в неизменной структуре определено приказом.

Во-вторых, исследуется каноническое (или церковное) право, которое есть действующая корпоративная правовая система, регулирующая конкретные, реально существующие отношения людей внутри особого организованного сообщества людей.

Нормы канонического права носят распределяющий характер, а санкции обладают признаком условности, устанавливая возможность принудительного воздействия.

Церковное право представляет собой систему, в которой большое значение имеют нравственные начала. Так, в исключительно правовое образование, каким является наказание, реализуемое в судебном процессе, Церковь привнесла значительный моральный оттенок. Причем, вся система наказаний и процедура их наложения в каноническом праве выстроена таким образом, чтобы обеспечивалось комплексное нравственно-правовое воздействие и достигалась важнейшая социальная цель санкций — исправление правонарушителя. Существенной особенностью церковных санкций является то, что даже самые тяжкие из них применяются не только ради поддержания церковного порядка, но и для духовной пользы нарушителя канонов.

В-третьих, выделяется так называемое теневое право как специфическая форма неправа, опасная разновидность негативного неофициального права, представляющего собой находящийся в состоянии борьбы с официальным правом свод асоциальных, устанавливаемых самими участниками общественных отношений предписаний, символов, ритуалов, посредством которых регламентируются все этапы противоправной деятельности, образуется теневой правопорядок, охраняемый специальными морально-психическими, материальными и физическими санкциями.

Теневое право строится исключительно на коллизиях между этими нормами и официальным правом. Теневое право – совокупность прав и обязанностей вне рамок официального закона, которые устанавливаются и затем реализуются самими участниками тех или иных общественных отношений.

По форме теневое право представляет собой конгломерат либо устных суждений, либо символов, знаков, ритуалов, либо письменных «воровских установок», либо демонстративных конкретных поступков людей.

Несмотря на обозначенные особенности различных сообществ группового типа, в которых действует правовые механизмы, всем этим группам присущи и общие черты. Они обнаруживаются именно на функциональном уровне. На уровне системообразующих функций, в групповом праве, как и в иных формах права, основными являются функции нормирования и регуляции, обеспечивающие взаимодействие членов группового общения.

Глава четвертая «Функциональная характеристика индивидуального права» - посвящена выявлению особенностей осуществления системообразующих функций, а также системы функций, характерных для индивидуального права.

В первом параграфе – «Функциональное назначение индивидуального права» - исследуется природа и сущность выделенной формы права.

Индивидуальное право есть понятие, охватывающее собой и право человека в его индивидуализированном (конкретизированном по отношению к отдельному человеку) виде, так сказать, задающемся ему в его особенности, - и форму существования права. Индивидуальное право есть право субъективное и в том смысле, что его реализует именно отдельный субъект, и в том смысле, что в нем момент субъективности, как характеристики человека с точки зрения возможностей его деятельности, является основным, но не единственным, поскольку оно в специфическом преломлении выражает (реализует) общественные правовые требования.

Структурную характеристику индивидуального права, которая определяет содержательные и сущностные особенности индивидуальной правовой жизни, можно представить в виде концентрических, охватывающих человека сфер: сферы субъективных возможностей, сферы дозволенного (объективной возможности) и сферы позитивных и негативных обязанностей (правового долженствования).

Под функцией индивидуального права понимается способ поведения, присущий человеку и способствующий сохранению его социального существования и существования той социальной подсистемы, в которую он входит непосредственно или опосредованно. Функция индивидуального права – это закономерность и характер соответствия его содержания от целей, это роль, которую оно играет по отношению к социально-духовному воспроизводству и изменению жизни человека в целом, в многообразии других форм этого воспроизводства, это воздействие на окружающий человека социальный мир, окружение, круг его влияния.

Наиболее обоснованным будет различить две цели, определенные самой природой человека, - интеграцию и самоидентификацию.

Интеграция есть цель вхождения человека в общество в целом или в конкретные социальные группы на основе признания и усвоения общественных (групповых) ценностей, требований, правил и превращения их в обязательства (обязанности) перед другими.

Самоидентификация есть отождествление себя с определенным типом правовой личности путем обретения либо использования правовых состояний, статусов, выполнения ролей.

Для наиболее полного выявления специфики функционального назначения индивидуального права осуществлен анализ проблемы правовых качеств личности.

Во втором параграфе – «Направления действия и система функций индивидуального права» - дается функциональная характеристика, присущая только праву в его индивидуальной форме.

Исходя из различения двух базовых целей функционирования индивидуального права, можно выделить направления его действия, связанные с осуществлением каждой из целей.

К направлениям, связанным с реализацией интеграции, отнесены статуирование (обретение или подтверждение статусов), признание правовых ценностей, влияние, обязательства и адаптирование. Центральным направлением действия права человека, связанным с интеграцией, можно считать статуирование.

К направлениям действия индивидуального права, связанным с самоидентификацией, относятся мотивация, притязание, выбор, самоутверждение и спор.

Мотивацию, исходящую из сознания индивидуального права, можно назвать активной правовой мотивацией, в отличие от мотивации, исходящей от сознания правового и нравственного долга, которую можно назвать пассивной этической, правовой и нравственной мотивацией.

Под притязанием понимается имманентный праву (и правосознанию) способ существования потребности. Притязание есть способ проявления прав человека.

Выбор как направление действия индивидуального права состоит в возможности определять на основании свободного волеизъявления, а также на основе полученных в процессе правовой социализации знаний о праве наиболее оптимальный вариант поведения, прежде всего исходя из интересов и потребностей индивида.

Центральным направлением действия права человека, связанным с самоидентификацией, можно признать самоутверждение. Утверждение собственной значимости, осознание роли и места в правовом пространстве являются основными составляющими при формировании правовой ориентации личности

Спор как возможность притязания определяет значимые для субъекта потребности и интересы. Спор как самовыражение человека показывает его самоидентификацию в правовом пространстве.

В соответствии с принятой познавательной матрицей, в качестве системообразующих должны быть приняты те же функции, которые носят системообразующий характер по отношению к другим формам права. При характеристике правообразующей функции необходимо учесть, что в данном случае образование права понимается в двух смыслах: как образование нормативного строя права человека (на индивидуальном уровне это - строй притязаний) и как становление правовых качеств (способностей) человека.

Для характеристики упорядочивающей функции индивидуального права существенно то, что она не связана с внешне формальным выражением прав, лишена процессуального компонента. Основной, определяющей является содержательная сторона действующего права. В частности, это объясняется гораздо большей согласованностью, взаимосвязанностью правового и морального компонентов в регулятивно-нормативном и ценностном строе индивидуальной правовой жизни. Содержание упорядочивающей функции составляют формирование индивидуальной правовой культуры и структурирование прав, ценностей, норм.

В соответствии с указанными базовыми целями все функции индивидуального права можно разделить на функции социализации (интеграции) и функции воспроизводства. При этом следует отметить следующее: с точки зрения общества первичными являются функции социализации; и ровно в той степени, в какой это право обеспечивает приобщение человека к социальной жизни, оно и обретает реальную значимость для общества. Однако, с точки зрения человека, при оценке его развитости, самостоятельности первичными являются функции воспроизводства самого права человека в его самоценности. И только в этом втором смысле слово «функция» используется по назначению; тогда мы рассматриваем индивидуальное право как систему, подобную организму.

В третьем параграфе – «Функциональная характеристика основных прав человека» - индивидуальное право рассмотрено с точки зрения содержания основных его элементов.

Фундаментальные потребности человека указывают на ряд его жизненно важных функций, каждая из которых определяет сферу, в которой должна быть создана атмосфера необходимой безопасности для личности: это - жизнь (витальная безопасность), физическое здоровье (физическая безопасность), психическое здоровье (психическая безопасность), генетика человека (генетическая, наследственная безопасность), репродуктивная способность (репродуктивная безопасность), интеллект (интеллектуальная безопасность, обеспечивающая способность и возможность овладения человеком имеющимися знаниями), духовность (духовная безопасность) и т.д.

Права человека обладают защитным характером. Их предназначение, в конечном счете, - оградить людей от насилия и неоправданных средств принуждения. Права человека, располагая арсеналом гарантий (индивидуального, коллективного, государственно-правового, международного уровня), обеспечивают защищенность личности.

Функции основных прав и свобод человека, прежде всего, связаны с трансляцией ценности, заложенной в каждом конкретном праве. Функционально центральным правом в системе прав человека, ее ядром выступает право на жизнь.

Средством интеграции разрозненных прав в единый комплекс являются принципы прав человека: гуманизм, уважение человеческого достоинства, свобода, равноправие, солидарность, толерантность, демократизм, справедливость. Эти принципы как интегральные свойства «проступают» в содержании каждого права, они же определяют и общую направленность функционирования системы в целом.

Достоинство человека является фундаментальной ценностью для общества. Фактическая реализация цели достойного существования человека и общества государством возможна только посредством создания механизмов, обеспечивающих возможность для каждого человека использовать собственную активность для повышения социального уровня собственного существования, а также способствующих эффективному функционированию действующих в гражданском обществе механизмов саморегуляции и самоорганизации.

Таким образом, функциональная характеристика индивидуального права должна раскрываться и с точки зрения того, как реализуется право человека в целом, и как реализуются конкретные элементы его содержания – конкретные права, притязания. Из характеристики функций индивидуального права как органической системы, имеющей определенный иерархический характер (не по степени важности, а по месту в системе) следует, что существенное и достаточное значение имеют только системообразующие функции. Все остальные функции должны рассматриваться лишь как конкретизации (реализации) функций общественного права в индивидуальной жизни.

Глава пятая «Функциональная характеристика международного  права» - посвящена установлению специфических способов выражения системообразующих функций, а также особенностей системы функций, характерных для международного права как одной из базовых форм права.

В первом параграфе – «Функциональное назначение международного права» - международное право раскрывается как совокупность норм и правил особого рода, существующая и действующая и как элемент правовой системы, и как элемент системы права, и как одна из форм современного права.

Международное сообщество как система обладает качествами, отсутст­вующими у отдельных государств, включая качества юридические. Специфическая особенность международного права заключена в том, что оно есть право координации и консолидации; отношения властвования и подчинения им не регулируются. Авторитетами, устанавливающими международное право, являются сами государства. В их взаимных отношениях, по прямому соглашению, вырабатываются правовые нормы, посредством которых определяется международный правопорядок.

В своей международной форме право носит специфически противоречивый характер: эта противоречивость – не источник динамизма, развития, как в групповом и индивидуальном праве, т.е. в целом позитивное явление; не источник разрушения, как в государственном праве, т.е. в целом негативное явление. В международной форме эта противоречивость - результат объективного (неустранимого) сочетания разнородных, трудно согласуемых форм реализации, которые, с одной стороны, выступают единственно возможными условиями действительности международного права, а, с другой стороны, оказываются условиями его недейственности и даже в известной мере иллюзорности.

Приоритетными интересами для данной формы права являются интересы международного сообщества. Другой чертой данной формы права является выдвижение на первый план прав и интересов человека.

Специфика международного права состоит также в том, что оно действует на основе сложного сочетания принципов и средств юридического и обычного права. В основе ценностного строя международной формы права лежат установки на самосохранение, самовоспроизводство базового субъекта права - международного сообщества и наиболее важный способ этого воспроизводства – договор.

Главной функцией международного права является установление общих критериев деятельности государств в различных сферах международных отношений - политической, экономической, военной, культурной и др., в которых осуществляется международное сотрудничество.

Еще одной специфической чертой современного международного права является переход от координационного к субординационному методу регулирования, т.е. от двусторонних соглашений к многосторонним региональным и универсальным международным договорам.

Международное право является независимым постольку, поскольку в случае конфликта с государственным правопорядком оно демонстрирует свою равнозначность внутригосударственному праву или даже превосходство над ним. Международное право, не оказываясь подчиненным государственным правопорядкам, регламентирует взаимоотношения таких правопорядков и очерчивает пределы их компетенции.

Во втором параграфе – «Направления действия и система функций  международного права» - изложена собственно функциональная характеристика международного права.

Понимая под функцией международного права закономерность и характер соответствия данной формы права его базовой цели, необходимо, прежде всего, определить существо и содержание последней. Как было сказано, базовая цель международного права – консолидация, т.е. укрепление, унификация норм, принципов правовой жизни.

Реальный компонент международно-правовой действительности выражается в интеграции международно-правовых норм, принципов в другие формы права (государственное, общественное, групповое и др.). Идеальный компонент, находящий отражение в ценностном строе международного правопорядка, содержит выработанные и признанные человечеством международно-правовые стандарты, воплощающиеся в правовой практике не только в рамках международного сообщества, но и во внутригосударственных правовых системах.

Помимо базовой цели, определяющим компонентом в характеристике функциональной природы международного права является выделение основных направлений действия данной формы права.

Реализуя такое направление действия, как нормирование, международное право выполняет, прежде всего, функцию селекции, отбирая общепризнанные стандарты и нормы в качестве принципов регенерации правовой жизни. Характер нормирования в международном праве существенно отличается от иных форм права. В большинстве случаев правила рассчитаны на единичное применение к отношениям между двумя и более субъектами и не могут быть распространены на иных участников международного общения.

В международном праве регуляция является следствием нормирования, ибо регуляция есть продолжение нормирования. В этом аспекте основной является организующая функция международного права. Международное право регулирует взаимодействие правовых систем, в основном разграничивая сферы их действия.

Упорядоченное правом принуждение не имеет места, но тем существеннее другие гарантии. Основанные на международном праве юрисдикция и управление государств находят прочную опору в общих интересах государства и общества. На данном направлении действия международного права основной является правоустанавливающая функция, определяющая специфику принуждения.

Используя различные согласительные процедуры, международное право выступает арбитром при разрешении конфликтов между государствами, между государством и человеком как суверенным индивидом с его неотъемлемыми правами. Суд – основное направление действия международного права.

Помимо рассмотренных функций, обусловленных направлениями действия международного права, существуют системообразующие функции, возникающие на основании связи формы и содержания международного права. Как и в других формах права, можно выделить в качестве системообразующих две функции – правообразующую и упорядочивающую.

И последний аспект в функциональной характеристике международного права касается взаимодействия культур как фактора его укрепления. Международное право служит основным инструментом гармонизации и унификации права государств. Гармонизация представляет собой процесс целенаправленного сближения правовых систем в целом или отдельных отраслей, утверждения общих институтов и норм, устранения противоречий. Унификация означает введение в правовые системы государств единообразных норм. Основным средством ее осуществления являются международные договоры.

Итак, функциональная характеристика международного права обусловлена, прежде всего, сочетанием культурно-исторического и социально-политического компонентов права.

В заключении диссертации формулируются основные теоретические выводы, а также определяются направления дальнейшего научного исследования проблемы.

Основные положения диссертационного исследования отражены в следующих публикациях автора:

I. Монографии:

1. Палазян А.С., Малахов В.П. Функциональная характеристика права: вопросы методологии. Монография. М.: Московский университет МВД России, 2009. - 232 с. (10/6,5 п.л.);

2. Палазян А.С. Основные формы современного права. М.: Московский университет МВД России, 2009. - 183 с. (6,7 п.л.);

3. Палазян А.С. Функциональность права в контексте различных типов правопонимания: история и современность. Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2009. – 100 с. (5,8 п.л.);

4. Палазян А.С. Современное право: функциональный аспект. М.: Московский университет МВД России, 2009. -  383 с. (15 п.л.).

II. В изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации:

1. Палазян А.С. Сущность функциональной характеристики права // Вестник Московского университета МВД России. 2007. № 1. - С. 39-40  (0,45 п.л.);

2. Палазян А.С. Проблема определения системообразующих функций государства // История государства и права. 2007. № 14. - С. 11-13 (0,4 п.л.);

3. Палазян А.С. Проблема функций в истории западноевропейской правовой мысли // История государства и права. 2008. № 9. - С. 38-40 (0,5 п.л.);

4. Палазян А.С. Функциональная характеристика группового права // Право и образование. 2008. № 12. - С. 87-94 (0,5 п.л.);

5. Палазян А.С. Принципы систематизации функций права // Юридический мир. 2009. № 2 (146). - С. 51-54 (0,4 п.л.);

6. Палазян А.С. Характеристика функций права в системе категорий диалектики // История государства и права. 2009. № 6. - С. 2-4 (0,4 п.л.);

7. Палазян А.С. Проблема правопонимания: множественность, единство, единственность? // Право и образование. 2009. № 5. - С. 49-58 (0,6 п.л.);

8. Палазян А.С. Функциональность в системе характеристик права // История государства и права. 2009. № 9. - С. 44-47 (0,4 п.л.);

9. Палазян А.С. Функциональная характеристика права в контексте естественно-правового понимания // Право и образование. 2009. № 7. - С. 73-84 (0,7 п.л.). 

III. В иных изданиях:

1. Палазян А.С., Упоров И.В., Рябченко А.Г. Общая характеристика современного российского права. // Подразделения ОВД, учебные заведения системы МВД России. Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2005. - С. 4-17 (0,7/0,4 п.л.);

2. Палазян А.С., Упоров И.В., Рябченко А.Г. Древнерусское государство и право. Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2005. - С. 76-98 (1,0/0,5 п.л.);

3. Палазян А.С., Потоков И.Н. Актуальность концепта прав человека в современном мире: точка зрения. // Материалы международной научно-практической конференции. Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2005. - С. 110-113 (0,3/0,2 п.л.);

4. Палазян А.С. Нигилистические тенденции в правовом поведении россиян. // Межнациональные отношения в Краснодаре на современном этапе: перспективы устойчивого развития. Материалы всероссийской научно-практической конференции. Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2005. - С. 56-63 (0,3 п.л.);

5. Палазян А.С., Рябченко А.Г. Новый терроризм – вызов XXI века / Подразделения ОВД, учебные заведения системы МВД России. Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2005. - С. 48-58 (0,5/0,3 п.л.);

6. Палазян А.С. Направления действия права и система его функций: критерии различения // Проблемы развития государства и права в современном российском обществе. Сб. научных статей. Выпуск 7. «Роль позитивного права в правовой жизни общества». М.: Московский университет МВД России, 2007. - С. 42-53 (0,7 п.л.);

7. Палазян А.С. Критерии различения форм современного права // Проблемы развития государства и права в современном российском обществе. Сб. научных статей. Выпуск 8. «Современное Российское государство: движущие силы и тенденции развития». М.: Московский университет МВД России, 2007. - С. 5-23  (1,0 п.л.);

8. Палазян А.С. Гражданское общество как принцип организации правовой культуры и правового поведения. // Журнал научных публикаций аспирантов и докторантов. Ростов-на-Дону, 2007. - С. 34-47 (0,65 п.л.);

9. Палазян А.С. Проблемы гармонизации правовой системы. // Уральские философско-правовые чтения. Екатеринбург, 2007. - С. 26-34 (0,4 п.л.);

10. Палазян А.С. Содержание исходных понятий теории функций права // Административное и муниципальное право. 2008. № 11. - С. 86-95 (0,9 п.л.);

11. Палазян А.С. Направления действия и система функций индивидуального права. // Актуальные проблемы современной юридической теории. Сб. научных статей. М.: Изд. группа «Юрист», 2008. - С. 182-201 (0,7 п.л.);

12. Палазян А.С. Правовая ситуация в современной России: проблемы формирования правовой культуры гражданского общества. // Актуальные проблемы социальных коммуникаций и связей с общественностью. Материалы международной научно-практической конференции. Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2008. - С. 15-20 (0,3 п.л.);

13. Палазян А.С. Правовое поведение россиян в контексте законотворчества переходного периода. // Права человека и этнические меньшинства. Материалы международной научно-практической конференции. Краснодар: Краснодарский университет МВД России, 2008. - С. 47-53 (0,3 п.л.);

14. Палазян А.С. Сущность интегративного правопонимания. // Проблемы развития государства и права в современном российском обществе. Сб. научных статей. Выпуск 11. «Глобализационные процессы в современном праве и государстве». М.: Московский университет МВД России, 2009.  - С. 146-162 (0,8 п.л.);

15. Палазян А.С. Сущностные функции юридического права // Адвокатская практика. 2009. № 5. - С. 13-17 (0,6 п.л.); 

16. Палазян А.С. Функциональная характеристика международного права // Международное публичное и частное право. 2009. № 5. - С. 2-4 (0,4 п.л.).

17. Палазян А.С.  Методологические основания исследования функциональной характеристики права // Общество и право. 2009. № 5. - С. 24-40 (0,8 п.л.).

Подписано в печать

Формат 60х90 1/16  Объем 2,5 п.л.

Тираж 100 экз.  Заказ _____

Московский университет МВД России


1 Алексеев С.С. Самое святое, что есть у Бога на земле. Иммануил Кант и проблемы права в современную эпоху. М., 1998. С. 207.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.