WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

БАХМЕТ
Анастасия Анатольевна

МОРФОЛОГИЧЕСКАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА СЕЛЕЗЁНКИ,

ПАХОВЫХ ЛИМФАТИЧЕСКИХ УЗЛОВ И
ЛИМФОИДНЫХ БЛЯШЕК ТОНКОЙ КИШКИ КРЫС ПРИ ЭМОЦИОНАЛЬНОМ СТРЕССЕ, А ТАКЖЕ В УСЛОВИЯХ ВОЗДЕЙСТВИЯ НЕКОТОРЫХ ОЛИГОПЕПТИДОВ

(экспериментально-морфологическое исследование)

14.03.01 анатомия человека

А в т о р е ф е р а т

диссертации на соискание ученой степени

доктора медицинских наук

Москва 2010

Работа выполнена в Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования Московская медицинская академия имени И.М. Сеченова Росздрава

Научный консультант:

Заслуженный деятель науки РФ,

академик РАМН, доктор медицинских
наук, профессор         САПИН Михаил Романович                                                      

Официальные оппоненты:

доктор медицинских наук,  профессор      

ЛЫСОВ Павел Константинович

доктор медицинских наук,  профессор      

  КОЗЛОВ Валентин Иванович

доктор медицинских наук,  профессор      

  ОВЧЕНКОВ Виктор Степанович

Ведущее учреждение: ГУ «Всероссийский научно-исследовательский институт лекарств и ароматических растений РАСХН РФ» (ГУ «ВИЛАР» РАСХН).

Защита диссертации состоится  «___» _________ 2010 г. в  ______ часов на заседании диссертационного совета Д.208.040.01 при  ГОУ  ВПО Московская  медицинская  академия им. И.М. Сеченова Росздрава (119991, г. Москва, ул. Трубецкая, д. 8, стр. 2).

С диссертацией можно ознакомиться в Центральной медицинской библиотеке ГОУ ВПО Московская медицинская академия им. И.М. Сеченова Росздрава (117998, г. Москва, Нахимовский проспект, д. 49).

Автореферат разослан «____»____________2010 г.

Ученый секретарь диссертационного совета

доктор медицинских наук, профессор        

  Бартош Николай  Олегович

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность темы

Известно, что органы иммунной системы вместе с иммунокомпе-тентными клетками крови способны очень быстро и тонко реагировать на изменения условий внешней среды [Петров Р.В., 1987; Сапин М.Р., 1987;
Йегер Л., 1991; Пальцев М.А., Иванов А.А., 1995; Сапин М.Р., Этинген Л.Е., 1996; Сапин М.Р., Никитюк Д.Б., 2000; Рабсон А., Ройт А., Делвз П., 2006]. В последнее время иммунологическим нарушениям как проявлениям реакции на стресс отводится основная патогенетическая роль в развитии сердечно-сосудистых, нервно-психических заболеваний, а также диффузных заболеваний соединительной ткани и др. [Серов В.В., Томилина И.В., Судаков К.В., 1995, 1998; Rosh P., 1995; Гумен А.В., Шанин C.B. и др., 2006]. Стрессовые воздействия, связные с разнообразными эмоциональными переживаниями, или так называемый эмоциональный стресс [Мингер В.К., 1975] сопровождают человека на протяжении всей жизни. В связи с этим в научной литературе имеются многочисленные работы, посвященные изучению влияния эмоционального стресса на различные органы иммунной системы [Sudo N., Yu X., Nukina H; Sogawa H. et al.,1997; Dominguez-Gerpe L., Rey-Mendez M., 1998; Fukui Y., Qiu Y., Peng Y. et al.,1999; Сапин М.Р., Никитюк Д.Б., 2000], на некоторые показатели периферической крови у животных в эксперименте [Dominguez-Gerpe L., Rey-Mendez M., 2001; Kim H., Shin M., Kin S. et al., 2003]. Исследованы воздействия различных факторов внешней среды (гипокинезия, токсические вещества, физические нагрузки, бальнеологические факторы, введение в организм иммуномодуляторов и др.) на морфологию органов иммунной системы [Ерофеева Л.М., Сапин М.Р., Григоренко Д.Е., 2000; Гусейнов Т.С., Гарунова К.А., 2003; Мавриева М.А., 2006; Чава С.В., 2007]. В исследованиях К.В. Судакова и соавт. (2000) было показано, что пептид, вызывающий дельта-сон (ПВДС), принадлежит к регуляторным олигопептидам, обладающим выраженными антистрессовыми свойствами. Известно, что инъекция ПВДС способствует выживанию экспериментальных животных в условиях острого эмоционального стресса, улучшает мозговой кровоток, уменьшает прессорные сосудистые реакции, обладает антиаритмическим действием [Судаков К.В., Коплик Е.В., Ведяев Д.Ф. и др., 1982; Судаков К.В., 1998; Судаков К.В., 2003; Судаков К.В., Умрюхин П.Е., 2010]. Семакс (синтетический аналог АКТГ 4-10), обладающий антистрессовым действием, используется в клинической практике для лечения различных заболеваний центральной нервной системы (в частности, инсультов) и как адаптоген для здоровых людей в экстремальных условиях [Ашмарин И.П., Незавибатько В.Н. и др., 1997]. Однако в современной литературе данные о структурно-функциональных характеристиках микроанатомии и клеточном составе функционально активных зон органов иммунной системы в условиях стресса, а также при введении ПВДС и семакса у животных с различной стрессоустойчивостью изложены крайне недостаточно. В связи с этим исследование морфологической характеристики иммунных (лимфоидных) структур селезенки, паховых лимфатических узлов, лимфоидных бляшек тонкой кишки и периферической крови у животных с различной индивидуальной стрессоустойчивостью при воздействии эмоционального стресса, при введении ПВДС и семакса сохраняет свою актуальность как в теоретическом, так и в практическом отношении.

Цель работы: изучение строения функционально активных зон селезенки, паховых лимфатических узлов, лимфоидных бляшек тонкой кишки, их клеточного состава и цитоархитектоники, а также периферической крови в условиях эмоционального стресса, с предварительным введением в организм пептида, вызывающего дельта-сон, и семакса.

Задачи исследования:

1. Изучить микротопографию лимфоидных структур в органах иммунной системы (селезенка, паховые лимфатические узлы и лимфоидные бляшки тонкой кишки) у контрольных и экспериментальных животных в условиях стресса.

2. Исследование количественных характеристик клеточных элементов диффузной лимфоидной ткани и лимфоидных узелков в функционально активных зонах селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки крыс при воздействии эмоционального стресса (через 1 ч после стрессового воздействия, а также на 3, 14 и 30-е сутки после эмоционального стресса).

3. Изучить цитоархитектонику лимфоидных образований в селезенке, паховых лимфатических узлах и лимфоидных бляшках тонкой кишки у крыс при эмоциональном стрессе.

4. Провести количественную оценку клеточных элементов диффузной лимфоидной ткани и лимфоидных узелков в функционально активных зонах селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки в условиях стресса, а также с предварительным введением ПВДС и семакса (через 1 ч после стрессового воздействия, а также на 3, 14 и 30-е сутки после эмоционального стресса).

5. Изучить цитоархитектонику лимфоидных образований в селезенке, паховых лимфатических узлах и лимфоидных бляшках тонкой кишки в условиях стресса с предварительным введением ПВДС и семакса.

6. Изучить количественную характеристику клеточных элементов в органах иммунной системы и в периферической крови у контрольных и экспериментальных животных в условиях стресса.

Научная новизна

1. Получение новых фактов и выявление закономерностей, позволяющих детально проанализировать особенности реакции периферических органов иммунной системы крыс при воздействии эмоционального стресса, а также с предварительным введением в организм олигопептидов – нейропротекторов пептида, вызывающего дельта-сон, и синтетического аналога фрагмента адренокортикотропного гормона (АКТГ(4-10)) – семакса.

2. Приводятся новые конкретные данные, раскрывающие структурные особенности лимфоидных образований селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки у крыс при воздействии острого эмоционального стресса в зависимости от типа индивидуальной устойчивости к воздействию стресса. Показано, что через 1 ч после воздействия эмоционального стресса ПАЛМ, маргинальная зона, центры размножения лимфоидных узелков селезенки, центры размножения лимфоидных узелков, мякотные тяжи, межузелковая и паракортикальная зоны паховых лимфатических узлов, а также центры размножения и мантия лимфоидных узелков лимфоидных бляшек тонкой кишки у предрасположенных к стрессу крыс в большей степени реагируют на воздействие эмоционального стресса, чем у устойчивых к стрессу животных. Доказано, что в селезенке, паховых лимфатических узлах и лимфоидных бляшках тонкой кишки у крыс, подвергшихся эмоциональному стрессу, в функционально активных зонах происходят изменения плотности расположения клеток на единицу площади (0.017 мм2) по сравнению с данными контрольных групп животных. Установлено, что плотность расположения клеточных элементов на единицу площади в ПАЛМ селезенки крыс, подвергшихся эмоциональному стрессу (как потенциально устойчивых, так и предрасположенных к стрессу), достоверно снижалась (р<0,05) в 1,3 и 1,9 раза, соответственно, по сравнению с данными контрольных групп. В паракортикальной зоне паховых лимфатических узлов у крыс как прогностически устойчивых, так и предрасположенных к воздействию острого эмоционального стресса через 1 ч после стрессового воздействия наблюдается повышение плотности расположения клеток на единицу площади в 1,2 и 1,5 раза, соответственно, по сравнению с данными контрольных групп животных (р<0,05). Показано, что через час после эмоционального стресса на 3-и сутки опыта в ПАЛМ селезенки крыс выявляется увеличение числа клеток с картинами деструкции по сравнению с данными контрольных групп животных (от единичных клеток на препаратах в контроле до 8,4±2,8% (или 7,6±0,07 клетки) и до 3,7±1,5% (или 3,0±0,1 клетки) у предрасположенных и устойчивых к эмоциональному стрессу экспериментальных крыс соответственно (p<0,05). Доказано, что через час после эмоционального стресса на
3-и сутки эксперимента в ПАЛМ селезенки крыс содержание макрофагов возрастало в 5,6 и 4,5 раза у предрасположенных и устойчивых эмоциональному стрессу экспериментальных крыс, соответственно, по сравнению с контролем.

3. Продемонстрирована идентичность клеточного состава лимфоидных образований паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки, а также мазков периферической крови у контрольных и экспериментальных крыс.

4. Впервые приводятся материалы о стресс-протекторном (иммунопротекторном) эффекте эндогенных олигопептидов: ПВДС и синтетического аналога фрагмента АКТГ(4-10) семакса на изменение клеточного состав в функционально активных зонах периферических органов иммунной системы: селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки у контрольных и экспериментальных крыс с учетом индивидуальной устойчивости к воздействию стресса.

5. Доказано, что предварительное введение как ПВДС, так и семакса ингибирует влияние эмоционального стресса на макрофаго-пролифе-ративные и деструктивные процессы в функционально активных зонах селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки как у устойчивых, так и у предрасположенных групп животных.

6. Впервые при изучении особенностей ранней реакции периферической крови на стрессовое воздействие показаны изменения мазков периферической крови у крыс через 1 ч после действия эмоционального стресса (лимфоцитопения и нейтрофильный лейкоцитоз) по сравнению с данными соответствующих контрольных групп, с учетом индивидуальной устойчивости животных к эмоциональным стрессорным нагрузкам.

7. Впервые показано стресс-лимитирующее (адаптогенное) действие при введении в организм олигопептидов – ПВДС и семакса на изменение периферической крови у экспериментальных животных в зависимости от типа индивидуальной устойчивости к воздействию стресса.

Достоверность исследования определяется использованием в работе большого числа животных (212 крысы), 6090 гистологических срезов, применением методов математического и статистического анализа.

Практическая значимость

Научные факты, которые получены нами, существенно дополняют представления о строении, индивидуальных и локальных особенностях лимфоидной ткани селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки и периферической крови при воздействии эмоциональнеого стресса у стрессоустойчивых и предрасположенных к стрессу животных и послужат эталонным материалом для оценки состояния этих органов при различных экстремальных и патологических состояниях.

Значимость полученных результатов определяется научным вкладом в иммуноморфологию новых данных об особенностях клеточного состава и цитоархитектоники в иммунных структурах селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки при эмоциональном стрессе у активных (прогностически устойчивых к стрессовым нагрузкам) и пассивных крыс в различные сроки после одночасового стрессового воздействия (через 1 ч, на 3, 14 и 30-е сутки опыта).

В исследовании также показано, что ПВДС и семакс оказывают выраженное иммунопротекторное и стресс-лимитирующее действие на лимфоидные образования периферических органов иммунной системы у крыс с различной индивидуальной устойчивостью к воздействию стресса. Показано, что антистрессовый эффект олигопептидов более выражен у устойчивых к эмоциональному стрессу животных, чем у предрасположенных к стрессу крыс. Обнаруженные иммуннопротекторные и подтвержденные на морфологическом субстрате антисстрессовые эффекты ПВДС и семакса формируют фундаментальную базу для клинического применения данных пептидов в случаях формирования иммунодефицитных состояний, для лечения патологических состояний центральной и периферической нервной системы, в наркологической практике, при болезнях сердечно-сосудистой системы, для лечения и профилактики стресс-индуцированных состояний и др.

Материалы диссертации могут быть полезны специалистам медико-биологического профиля, клиницистам. Результаты исследования могут быть использованы при подготовке учебных пособий по различным медицинским специальностям, в курсах лекции для студентов и слушателей ФПКп.

Реализация результатов исследования

Результаты исследования используются в учебном процессе и в научных планах кафедры анатомии человека ММА им. И.М. Сеченова и других вузов РФ.

Исследование позволит выработать критерии оценки эффективности компенсаторных возможностей организма в норме и при стресс-индуцированных состояниях, иммунокоррекции в лечебной и профилактической практике.

Новые данные о закономерностях изменений в лимфоидных структурах селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки, а также в периферической крови при стрессе с предварительным введением стресс-протективных олигопептидов представляют собой модель для определения резервных возможностей иммунной системы как основы для методов иммунокоррекции.

Основные положения диссертации, выносимые на защиту

Через 1 ч, а также на 3-и и 14-е сутки после воздействия эмоционального стресса функционально активные зоны селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки, предрасположенных к стрессу крыс, в большей степени реагируют на воздействие эмоционального стресса, чем устойчивые к стрессу животные. На 30-е сутки после эмоционального стресса изменения в функционально активных зонах вышеуказанных органов практически соответствуют данным контрольных групп животных.

Через 1 ч, а также на 3-и и 14-е сутки после воздействия эмоционального стресса клетки периферической крови крыс (предрасположенных и устойчивых к эмоциональному стрессу) реагируют на стрессовое воздействие появлением в мазках периферической крови экспериментальных животных лимфоцитопении и нейтрофильного лейкоцитоза по сравнению с данными соответствующих контрольных групп. На 30-е сутки после одночасового стрессового воздействия количество лимфоцитов и нейтрофильных лейкоцитов практически соответствовует контролю.

Предварительное введение олигопептидов: пептида, вызывающего дельта-сон, и синтетического аналога АКТГ (4-10) семакса, оказывает выраженное стресс-лимитирующщее воздействие: ингибирует появление лимфоцитопении и нейтрофильного лейкоцитоза в мазках периферической крови экспериментальных животных, причем стресс-протективный эффект ПВДС и семакса более выражен в группе прогностически устойчивых к эмоциональному стрессу животных.

Через 1 ч, а также на 3-и и 14-е сутки после воздействия эмоционального стресса предварительное введение олигопептидов: пептида, вызывающего дельта-сон, и синтетического аналога АКТГ (4-10) семакса, оказывает выраженное антистрессовое воздействие: ингибирует влияние эмоционального стресса на макрофаго-пролиферативные и деструктивные процессы в функционально активных зонах селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки как у устойчивых, так и у предрасположенных групп животных, причем стресс-лимитирующее влияние ПВДС и семакса более выражено в группе прогностически устойчивых к эмоциональному стрессу животных. На 3-и сутки после одночасового стрессового воздействия содержание макрофагов в периартериальных лимфоидных муфтах (ПАЛМ) селезенки предрасположенных и устойчивых крыс возрастало в 7 и 3,5 раза, соответственно, по сравнению с контролем. На 3-и сутки после одночасового стрессового воздействия с предварительным введением семакса содержание макрофагов в ПАЛМ селезенки у предрасположенных и устойчивых крыс увеличивалось в 2 и 1,6 раза, соответственно, по сравнению с данными контрольных групп животных. На 3-и сутки после одночасового стрессового воздействия клетки с признаками деструкции в ПАЛМ селезенки контрольных (как предрасположенных, так и устойчивых к эмоциональному стрессу) животных обнаруживались в единичных случаях. На 3-и сутки после одночасового стрессового воздействия содержание этих клеток как у предрасположенных, так и у устойчивых к эмоциональному стрессу крыс возрастало до 8,8% (3,7±0,08 клетки) и до 4% (2,4±0,07 клетки), соответственно, по сравнению с контролем. На 3-и сутки после одночасового стрессового воздействия с предварительным введением семакса относительное содержание этих клеток как у предрасположенных, так и у устойчивых к эмоциональному стрессу крыс увеличивалось всего до 3,2% (2,0±0,05 клетки) и до 2,4% (1,4±0,05 клетки), соответственно, по сравнению с данными контрольных групп.

Предмет и объект диссертационного исследования

Предмет диссертационного исследования – препараты селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки, а также мазки периферической крови 212 крыс-самцов линии Вистар массой
280-300 г. Животные экспериментальных и контрольных групп предварительно изучались в тесте «Открытое поле» (ОП), позволяющем разделить животных в отношении их устойчивости к стрессовым воздействиям [Коплик Е.В., Салиева Р.М., Горбунова А.В., 1995; Судаков К.В., 1998]. Контрольную группу животных составили 11 предрасположенных и 13 устойчивых к эмоциональному стрессу животных, которые забиты через час после внутрибрюшинной инъекции 0,2 мл физиологического раствора. Также были выделены группы животных (8 устойчивых и 8 предрасположенных к эмоциональному стрессу), которые после внутрибрюшинной инъекции 0,2 мл физиологического раствора помещены в условия острого эмоционального стресса в течение часа (иммобилизация в тесном «домике» с одновременным стохастическим (апериодическим) надпороговым электрокожным раздражением) [Коплик Е.В. и др., 1995; Судаков К.В., 1998]. Животные этой группы были декапитированы через час после эмоционального стресса. Также были выделены группы контрольных животных (8 устойчивых и 8 предрасположенных к эмоциональному стрессу), которым за час до стресса внутрибрюшинно вводился раствор пептида, вызывающий дельта-сон, или семакса. После введения аналогичных растворов семакса или ПВДС экспериментальные устойчивые и предрасположенные группы животных были подвергнуты острому эмоциональному стрессу в течение часа, а затем эти животные забиты декапитацией. Аналогичные группы контрольных и экспериментальных животных изучались на 3, 14 и 30-е сутки опыта.

Объект диссертационного исследования – морфологические особенности лимфоидных образований селезенки, паховых лимфатических узлов, лимфоидных бляшек тонкой кишки и мазки периферической крови при одночасовом стрессовом воздействии, а также оценка влияния острого эмоционального стресса с предварительным введением стресс-протективных олигопептидов (ПВДС и синтетического аналога АКТГ (4-10) семакса).

Апробация диссертации

Основные положения диссертации доложены и обсуждены на: объединенных заседаниях кафедры анатомии человека ММА им. И.М. Сеченова и лаборатории функциональной анатомии Института морфологии человека РАМН; конгрессах Международного анатомического общества Anatomischen Gesellshaft (1999, 2001, 2006, 2007); III Конгрессе Международной ассоциации морфологов (2002); IV Международном конгрессе интегративной антропологии (2002); V Общероссийском съезде АГЭ (2004); III Всероссийской конференции по патологии клетки (Москва, 2005); III Конгрессе Международной ассоциации морфологов (2005); заседании МО АГЭ (2000; 2004);
III Конгрессе Международной ассоциации морфологов (2006); конференции «Современные аспекты гистогенеза и вопросы преподавания гистологии в вузе», посвященной 100-летию со дня рождения профессора Л.И. Фалина (2007); международной конференции «Проблемы современной морфологии человека», посвященной 75-летию со дня рождения профессора Б.А. Никитюка (2008); конференции, посвященной 100-летию со дня рождения
Д.А. Жданова (2008); III Международной научной конференции, посвященной памяти профессора А.П. Акифьева: «Актуальные проблемы спортивной морфологии и генетики человека» (2009); научно-практической конференции с международным участием, посвященной 85-летию со дня рождения профессора П.Ф. Степанова (2009).

Публикации

По теме диссертации опубликовано 40 научных работ (9 – в зарубежной печати), из них 19 –в журналах, рекомендованных ВАК РФ.

Объем и структура диссертации

Диссертация изложена на 514 страницах машинописного текста и состоит из введения, 4 глав (обзор литературы, описание материала и методов исследования, собственные результаты и их обсуждение), заключения, выводов, практических рекомендаций и списка литературы из 248 источников (127 отечественных и 121 зарубежных авторов). Работа иллюстрирована 125 таблицами и 184 рисунками.

Работа является  самостоятельной частью плановой темы «Исследование строения и микротопографии иммунных структур и желез в стенках внутренних органов человека в норме и у животных в условиях взаимодействия различных факторов внешней среды» кафедры анатомии ГОУ ВПО «Московская медицинская академия им. И.М. Сеченова» Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию Российской Федерации (№ гос. регистрации 01.200.110466).

Материал, представленный в диссертации, получен и проанализирован автором самостоятельно.

СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Материалом для исследования послужили препараты селезенки, паховых лимфатических узлов, лимфоидных (пейеровых) бляшек тонкой кишки, а также мазки периферической крови 212 крыс массой 280-300 г линии Вистар экспериментальных и контрольных групп. Эксперимент проведен на базе института физиологии РАМН им. П.К. Анохина с соблюдением «Правил проведения работ с использованием экспериментальных животных». Работы с животными проводили в соответствии с приказами Минвуза СССР от 13.11.1984 г. № 742 «Об утверждении правил проведения работ с использованием экспериментальных животных» и от 23.01.1985 г. № 48 «О контроле за проведением работ с использованием экспериментальных животных». У всех животных определяли эмоциональную резистентность по индексу двигательной активности в тесте ОП [Судаков К.В., 1998]. Индивидуально-типологические особенности и прогностическую оценку устойчивости крыс к эмоциональному стрессу определяли по их поведению в тесте ОП с помощью специальной компьютерной программы. ОП представляло из себя круглый ящик диаметром 90 см и высотой стенок 40 см. Поле было разделено на 37 секторов и освещено лампой 100 Вт. При тестировании в открытом поле о степени прогностической устойчивости к эмоциональному стрессу у крыс судили по продолжительности латентных периодов первого перемещения животных, латентного периода выхода крыс в центр, учитывали горизонтальные амбуляции (количество пересеченных периферических и центральных квадратов), вертикальную активность (количество периферических и центральных стоек), исследовательскую активность (заглядывание в норы), время грумминга (умывания), показатель вегетативного баланса – уринацию и дефекацию. На основании предварительных исследований [Коплик Е.В. и др., 1995; Судаков К.В., 1998] крысы, показавшие активную двигательную реакцию в тесте ОП, были отнесены к прогностически устойчивым, а крысы с пассивной двигательной реакцией – к прогностически предрасположенным к эмоциональному стрессу животным. Распределение материала исследования в зависимости от условий проведения эксперимента представлено в
табл. 1.

Таблица 1


п/п

Наименование группы

Количество
животных
в группе

Условия проведения
эксперимента

1

2

3

4

1

Контроль, предрасположенные

11

0,2 мл в/б физиологического раствора

2

Контроль, устойчивые

13

0,2 мл в/б физиологического раствора

3

Устойчивые + стресс

8

0,2 мл в/б физиологического раствора + стресс

4

Предрасположенные + стресс

8

0,2 мл в/б физиологического раствора + стресс

5

Устойчивые + ПВДС

8

10 мг/кг в/б ПВДС

6

Предрасположенные + ПВДС

8

10 мг/кг в/б ПВДС

7

Устойчивые + ПВДС + стресс

8

10 мг/кг в/б ПВДС + стресс

8

Предрасположенные + ПВДС + стресс

8

10 мг/кг в/б ПВДС + стресс

9

Устойчивые + семакс

8

20 мг/кг в/б семакс

10

Устойчивые + семакс + стресс

8

20 мг/кг в/б семакс

11

Предрасположенные + семакс + стресс

8

20 мг/кг в/б семакс

12

Контроль (3-и сутки)

6

0,2 мл в/б физиологического раствора

13

Контроль (14-е сутки)

6

0,2 мл в/б физиологического раствора

14

Стресс (3-и сутки)

6

0,2 мл в/б физиологического раствора + одночасовой стресс

15

Стресс (14-е сутки)

6

0,2 мл в/б физиологического раствора + одночасовой стресс

1

2

3

4

16

ПВДС + стресс (3-и сутки)

6

10 мг/кг в/б ПВДС + одно-часовой стресс

17

ПВДС + стресс (14-е сутки)

6

10 мг/кг в/б ПВДС + одно-часовой стресс

18

Контроль + ПВДС (3-и сутки)

6

10 мг/кг в/б ПВДС

19

Контроль + ПВДС (14-е сутки)

6

10 мг/кг в/б ПВДС

20

Контроль + семакс (3-и сутки)

6

20 мг/кг в/б семакс

21

Контроль + семакс (14-е сутки)

6

20 мг/кг в/б семакс

22

Семакс + стресс (3-и сутки)

6

20 мг/кг в/б семакс + одно-

часовой стресс

23

Семакс + стресс (14-е сутки)

6

20 мг/кг в/б семакс + одно-

часовой стресс

24

Контроль (30-е сутки)

6

0,2 мл в/б физиологического раствора

25

Стресс (30-е сутки)

6

0,2 мл в/б физиологического раствора + стресс

26

ПВДС + стресс (30-е сутки)

6

10 мг/кг в/б ПВДС + одно-часовой стресс

27

Контроль + ПВДС (30-е сутки)

6

10 мг/кг в/б ПВДС

28

Контроль + семакс (30-е сутки)

6

20 мг/кг в/б семакс

29

Семакс + стресс (30-е сутки)

6

20 мг/кг в/б семакс + одно-

часовой стресс

  В с е г о

212

Как показано в табл. 1, контрольную группу животных составили
11 предрасположенных и 13 устойчивых к эмоциональному стрессу животных [Коплик Е.В. и др., 1995], которые были забиты через час после внутрибрюшинной инъекции 0,2 мл физиологического раствора. Также были выделены группы нестрессированных животных (8 устойчивых и 8 предрасположенных к эмоциональному стрессу), которые после внутрибрюшинной
инъекции физиологического раствора помещались в условия острого эмоционального стресса. В качестве модели экспериментального стресса использовали иммобилизацию в тесном «домике» с одновременным стохастическим (апериодическим) надпороговым электрокожным раздражением в течение часа (напряжение 4-5 Вт, частота 50 Гц, длительность импульса 1 мс) [Коплик Е.В. и др., 1995; Судаков К.В., 1998]. Продолжительность каждой стимуляции составляла 30-60 с. Также были выделены группы нестрессированных (контрольных) животных (8 устойчивых и 8 предрасположенных к эмоциональному стрессу), которым внутрибрюшинно вводили раствор ПВДС или семакса. После введения аналогичных растворов семакса (16 экспериментальных животных: 8 устойчивых и 8 предрасположенных к эмоциональному стрессу) и ПВДС (16 экспериментальных животных: 8 устойчивых и 8 предрасположенных к эмоциональному стрессу) экспериментальные устойчивые и предрасположенные группы животных также подвергались острому эмоциональному стрессу в течение часа. Также были выделены группы нестрессированных (контрольных) животных (8 устойчивых и 8 предрасположенных к эмоциональному стрессу), которым внутрибрюшинно вводили раствор ПВДС и семакса. После введения аналогичных растворов семакса (16 экспериментальных животных: 8 устойчивых и 8 предрасположенных к эмоциональному стрессу) и ПВДС (16 экспериментальных животных: 8 устойчивых и 8 предрасположенных к эмоциональному стрессу) экспериментальные устойчивые и предрасположенные группы животных также подвергались острому эмоциональному стрессу в течение часа. По окончании эмоционального стресса животных контрольных и экспериментальных групп декапитировали и вскрывали. Для получения мазков периферической крови в каждой группе у контрольных и экспериментальных животных производился забор периферической крови в пробе из сосудов хвоста непосредственно перед забоем. По данным табл. 1, также очевидно, что аналогичные группы контрольных и экспериментальных животных изучались на 3, 14 и 30-е сутки опыта. Микроскопическая анатомия функционально активных зон селезенки, паховых лимфатических узлов, лимфоидных (пейеровых) бляшек тонкой кишки изучалась на поперечных и продольных срезах толщиной 5-6 мкм, которые окрашивали гистологическими (гематоксилин-эозином, гематоксилином по методу Гайденгайна (Haidenhain), ацаном по методу Гольден–Массони), а также иммуногистохимическими (с помощью иммунопероксидазного РАР метода с применением моноклональных антител специфичности СД5). Мазки периферической крови окрашивали по методу Романовского–Гимза. Исследование окрашенных гистологических и иммуногистохимических срезов селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфатических бляшек тонкой кишки проводили на светооптическом микроскопе «Биолан» при следующем увеличении: окуляр 10*объектив 8;40;90. С помощью морфометрической сетки А.А. Глаголева (1941) в модификации С.Б. Стефанова (1974) определяли количество и процентное содержание различных видов клеток в функционально активных зонах селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки. В задачу нашего исследования помимо изучения клеточного состава входило также изучение микротопографии и цитоархитектоники функционально активных зон селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки. Цифровой материал обрабатывали методом вариационной статистики [Рокицкий П.Ф., 1967; Белиц-кая Б.Я., 1972; Лакин Г.Ф., 1980]. Фотографирование препаратов осуществляли на фотомикроскопах «Opton» (Австрия) и «Oxiophot» (Германия).

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Изучение микротопографии функционально активных зон селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки у крыс с различным типом индивидуальной устойчивости к стрессору показало, что через 1 ч, на 3, 14 и 30-е сутки после одночасового эмоционального стресса крысы, предрасположенные к стрессу, в большей степени реагируют на стресс, чем прогностически устойчивые к стрессу. Результаты проведенного исследования показали, что через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после стрессового воздействия в селезенке, паховых лимфатических узлах и лимфоидных бляшках тонкой кишки у крыс, подвергшихся эмоциональному стрессу, в функционально активных зонах происходит изменение плотности расположения клеток на единицу площади (0,017 мм2) по сравнению с данными контрольных групп животных. Так, например, установлено, что через час после эмоционального стресса плотность расположения клеточных элементов на единице площади в ПАЛМ селезенки крыс, подвергшихся эмоциональному стрессу (как потенциально устойчивых, так и предрасположенных к стрессу), достоверно снижалась (р<0,05 ) в 1,3 раза (от 69,7±2,7 до 52,6±1,6 клетки) и 1,9 раза (от 81,8±4,5 до 41,8±2,5 клетки), соответственно, по сравнению с данными контрольных групп (p<0,05). Установлено, что через час после эмоционального стресса плотность расположения клеточных элементов на единице площади в центрах размножения лимфоидных узелков паховых лимфатических узлов крыс, подвергшихся эмоциональному стрессу (как потенциально устойчивых, так и предрасположенных к стрессу), так же как и в селезенке достоверно снижалась в 1,4 раза (от 63,8±6,5 до 44,5±2,4 клетки) и
1,3 раза (от 69,5±2,0 до 52,4±1,6 клетки), соответственно, по сравнению с данными контрольных групп. Аналогичная реакция наблюдалась и в межузелковой зоне и мякотных тяжах паховых лимфатических узлов (через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после стрессового воздействия). Так, через 1 ч после эмоционального стресса плотность расположения клеточных элементов на единице площади в межузелковой зоне коркового вещества лимфатического узла у крыс, прогностически предрасположенных к эмоциональному стрессу, снижалась в 1,9 раза (от 84,9±2,4 до 44,7±1,2 клетки) по сравнению с данными контрольной группы. Через час после эмоционального стресса у крыс, прогностически устойчивых к эмоциональному стрессу, в этой зоне плотность расположения клеточных элементов на единице площади снижалась в 1,5 раза (от 77,91±2,3 до 51,9±1,3 клетки) по сравнению с данными контрольной группы животных. Плотность расположения клеточных элементов на единице площади в мякотных тяжах паховых лимфатических узлов у крыс, прогностически предрасположенных к эмоциональному стрессу, через час после эмоционального стресса также снижалась от 45,6±3,2 до 35,2±1,8 клетки по сравнению с контролем. У крыс, прогностически устойчивых к эмоциональному стрессу, после одночасового стрессового воздействия значение данного показателя снижалось до 30,8±1,8 клетки по сравнению с контрольной группой животных, где плотность расположения клеток на единице площади составляет 40,5±2,4 клетки. Аналогичную реакцию так называемого «клеточного опустошения» без признаков распада лимфоцитов наблюдали ряд авторов в тимусе, лимфатических узлах и селезенке мышей, подвергшихся стрессу, но в более поздние сроки после стрессового воздействия (от 3 ч до 14 дней) [Fukui Y., Sudo N., Yu X. et al., 1997; Qiu Y., Peng Y., Cheng C., Dai L., 1999; Dominguez-Gerpe L., Rey-Mendez M., 2001]. В паракортикальной зоне паховых лимфатических узлов у крыс как прогностически устойчивых, так и предрасположенных к эмоциональному стрессу, через час после стрессового воздействия наблюдается повышение плотности расположения клеток на единицу площади в 1,2 раза (от 60,1±1,7 до 70,4±3,1 клетки) и
1,6 раза (от 55,6±2,5 до 82,4±2,4 клетки), соответственно, по сравнению с данными контрольных групп животных. На 3-и сутки после эмоционального стресса у крыс, как прогностически устойчивых, так и предрасположенных к стрессу, в паракортикальной зоне паховых лимфатических узлов отмечается повышение плотности расположения клеток на единицу площади в 1,9 раза (от 39,7±2,6 до 75,6±1,3 клетки) и 1,5 раза (от 40,8±1,5 до 60,8±2,4 клетки), соответственно, по сравнению с контрольной группой животных (р<0,05). На 14-е сутки после воздействия эмоционального стресса у крыс, как прогностически устойчивых, так и предрасположенных к воздействию эмоционального стресса, в паракортикальной зоне паховых лимфатических узлов отмечается повышение плотности расположения клеток на единицу площади в 1,8 раза (от 61,8±2,4 до 75,4±3,9 клетки) и 1,4 раза (от 58,8±2,4 до 82,4±4,2 клетки), соответственно, по сравнению с контрольной группой животных (р<0,05). На 30-е сутки после одночасового стрессового воздействия значение данного показателя практически достигало цифровых значений контрольных групп. Возможно, такое уменьшение плотности расположения клеток на единицу площади в межузелковой зоне и мякотных тяжах паховых лимфатических узлов и увеличение значения данного показателя в паракортикальной зоне после часового стрессового воздействия отражает [Горизонтов П.Д., 1987; Дыгай А.М., 1990] процесс миграции лимфоцитов в органы и ткани на периферию. Это, в свою очередь, ведет, по мнению ряда авторов [Corley R.B., 1985; Mossal G.V., 1984], к повышению сопротивляемости организма к антигенному воздействию. По мнению А. Woodward (2004), колебание количества клеток на единицу площади в функционально активных зонах органов иммунной системы может быть связано с процессами миграции Т- и В-лимфоцитов в органы и ткани. Изучение микротопографии функциональных зон периферических органов иммунной системы (селезенки паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки) крыс с различным типом индивидуальной устойчивости к стрессу показало, что после часового стрессового воздействия крысы, предрасположенные к стрессу, в большей степени реагируют на воздействие эмоционального стресса, чем устойчивые к стрессу. Показано, что через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки эксперимента содержание малых лимфоцитов в ПАЛМ селезенки экспериментальных (как потенциально устойчивых, так и предрасположенных животных) достоверно снижалось по сравнению с данными животных контрольных групп (p<0,05). Через час после эмоционального стресса в ПАЛМ селезенки крыс выявляется увеличение числа клеток с картинами деструкции по сравнению с данными контрольных групп животных (от единичных клеток на препаратах в контроле до 6,4±0,08% (или 6,5±0,05 клетки) и 1,7±0,06% (или 1,5±0,05 клетки) у экспериментальных крыс, предрасположенных и устойчивых к эмоциональному стрессу групп, соответственно). Также показано, что на фоне появления деструктивно измененных клеток через час после воздействия стресса как у предрасположенных, так и у устойчивых к стрессу крыс, в ПАЛМ селезенки происходит достоверное увеличение макрофагов, что, по мнению ряда авторов [Fleshner M., Nguyen K., Cotter C. et al., 1998; Saravia F., Padros M., Ase A. et al., 1998], свидетельствует об усилении макрофагальной активности. Мы также установили, что через 1 ч, на 3, 14 и 30-е сутки после стрессового воздействия клеточный состав центров размножения паховых лимфатических узлов крыс экспериментальных и контрольных групп был представлен в основном малыми, средними лимфоцитами и ретикулярными клетками. В состав центра размножения также входили большие лимфоциты, бластные формы клеток, макрофаги, клетки с признаками деструкции и клетки с картинами митозов. Показано, что через час после эмоционального стресса содержание малых лимфоцитов в центрах размножения паховых лимфатических узлов (как потенциально устойчивых, так и предрасположенных к стрессу животных) снижалось в 1,2 раза (от 36±2,5%, или 16,8±0,2 клетки, до 30±1,7%, или 14,0±0,4 клетки) и 1,5 раза (от 34,0±2,4%, или 23,3±0,8 клетки, до 29,0±2,4%, или 26,5±0,5 клетки), соответственно, по сравнению с данными животных контрольных групп. Через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после стрессового воздействия на фоне уменьшения числа малых лимфоцитов в центрах размножения лимфоидных узелков паховых лимфатических узлов у прогностически предрасположенных и устойчивых к стрессу крыс выявляется увеличение числа клеток с картинами деструкции по сравнению с данными соответствующих контрольных групп животных. Клетки с признаками деструкции на препаратах паховых лимфатических узлов в центрах размножения лимфоидных узелков у контрольных крыс (предрасположенных к стрессу) составляли в среднем 1,9±0,8% (или 0,6±0,05 клетки). Через час после эмоционального стресса содержание таких клеток у крыс, предрасположенных к стрессу, увеличивается до 8,6±2,7% (или 2,8±0,04 клетки). У прогностически устойчивых к стрессу крыс контрольной группы клетки с картинами деструкции составляли 0,9±0,3% (или 0,6±0,04 клетки). После одночасового стрессового воздействия у прогностически устойчивых крыс содержание клеток с признаками деструкции, по нашим данным, возрастало до 2,6±0,9% (или 2,8±0,04 клетки). Через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после стрессового воздействия за счет увеличения деструктивных процессов в ответ на воздействие эмоционального стресса в центрах размножения лимфоидных узелков паховых лимфатических узлов у прогностически предрасположенных и устойчивых к эмоциональному стрессу крыс наблюдается закономерное увеличение содержания макрофагов. Так, в контрольной группе животных, предрасположенных к эмоциональному стрессу, в центрах размножения лимфоидных узелков паховых лимфатических узлов содержание макрофагов было 1,1±0,6% (или 0,8±0,05 клетки), а у крыс, предрасположенных к стрессу, через час после стрессового воздействия оно возрастало до 3,6±2,7% (или 1,8±0,05 клетки). У крыс, прогностически устойчивых к воздействию эмоционального стресса, содержание макрофагов в этой зоне паховых лимфатических узлов в контроле составляло 0,9±0,3% (или 0,5±0,04 клетки). Через час стрессового воздействия у устойчивых к стрессу крыс значение данного показателя возрастало до 1,3±0,7% (или 1,3±0,02 клетки). В центрах размножения лимфоидных узелков паховых лимфатических узлов клетки с признаками деструкции у крыс контрольной группы, предрасположенных к стрессу, составляли в среднем 1,9±0,8% (или 0,9±0,04 клетки). Через час после эмоционального стресса у экспериментальных предрасположенных к стрессу крыс их содержание возрастало до 3,6±1,1% (или 2,5±0,05 клетки). У устойчивых к стрессу крыс контрольной группы в центрах размножения паховых лимфатических узлов клетки с признаками деструкции составили 0,8±0,6% (или 0,6±0,04 клетки). У устойчивых к стрессу крыс экспериментальной группы содержание аналогичных клеток увеличивалось до 2,6±0,9% (или 1,8±0,07 клетки). Через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после стрессового воздействия в межузелковой зоне паховых лимфатических узлов у прогностически устойчивых и предрасположенных к стрессу экспериментальных крыс выявлено увеличение числа больших лимфоцитов, бластных форм клеток, макрофагов, а также клеток с картинами митозов. Показано, что животные, предрасположенные к стрессу, в большей степени реагируют на воздействие эмоционального стресса, чем крысы, устойчивые к воздействию стрессора. Содержание макрофагов в межузелковой зоне паховых лимфатических узлов у экспериментальных предрасположенных к эмоциональному стрессу крыс через час после эмоционального стресса увеличивалось в 3,2 раза (от 1,3±0,6%, или 1,2±0,05 клетки, до 4,2±0,6%, или 3,6±0,04 клетки) по сравнению с данными контрольной группы. Содержание макрофагов в межузелковой зоне паховых лимфатических узлов у экспериментальных устойчивых к эмоциональному стрессу крыс через час после эмоционального стресса увеличивалось в 2,8 раза (от 1,2±0,5%, или 1,0±0,04 клетки, до 2,2±0,6%, или 2,2±0,05 клетки) по сравнению с данными контрольной группы. На 30-е сутки опыта значение данных показателей в функционально активных зонах перечисленных органов практически соответствует контролю. Показано также, что через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после воздействия эмоционального стресса происходит усиление митотической активности как у устойчивых, так и у предрасположенных животных. Так, например, изучение циторахитектоники межузелковой зоны паховых лимфатических узлов выявило образование так называемых «пакетов», состоящих из 3-4 клеток с картинами митозов, в то время как у контрольных групп животных клетки с картинами митозов встречались в единичных случаях. В ПАЛМ селезенки экспериментальных крыс, как предрасположенных, так и устойчивых к стрессу, через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после эмоционального стресса наблюдается увеличение макрофаго-лимфоцитарных и плазмоцито-лимфоцитарных (плазмоцит, окруженный
2-5 лимфоцитами) островков на единицу площади. Изучение цитоархитектоники ПАЛМ селезенки крыс (предрасположенных и устойчивых к эмоциональному стрессу) показало, что «цепочки» Т-лимфоцитов (малых и средних) через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после стрессорного воздействия удлиняются и приобретают так называемую радиальную ориентацию. В ПАЛМ селезенки крыс, предрасположенных к стрессу, показано, что после эмоционального стресса отмечается образование «цепочек» Т-лимфоцитов, состоящих из
5-6 малых и средних лимфоцитов, имеющих радиальную ориентацию, по сравнению с данными контрольной группы, где эти «цепочки» были короче и состояли из 3-4 клеток. Изучение цитоархитектоники маргинальной зоны лимфоидных узелков в селезенке крыс, предрасположенных к эмоциональному стрессу, показало, что после эмоционального стресса отмечается образование радиально расположенных цепочек, состоящих из 6-9 малых лимфоцитов, по сравнению с данными контрольной группы, где эти цепочки были короче и содержали 3-5 малых средних лимфоцитов, в маргинальной зоне селезенки крыс, устойчивых к стрессу, вышеописанные цепочки состояли из
4-10 клеток, в то время как в контрольной группе они были короче и состояли из 5-8 клеток. Образование так называемых радиально ориентированных цепочек, состоящих из Т-лимфоцитов, формирует кооперацию различных
Т-клеток, принимающих участие в иммунном ответе [Dominguez-Gerpe L., Rey-Mendez M., 2001; Kim H., Shin M., Kim S. et al., 2003]. В паракортикальной зоне паховых лимфатических узлов крыс, предрасположенных к стрессу, через час после эмоционального стресса отмечается образование цепочек, состоящих из 5-12 малых и средних лимфоцитов, имеющих радиальную ориентацию, по сравнению с данными контрольной группы, где эти цепочки были короче и состояли из 3-8 клеток. У устойчивых к стрессу крыс через час после эмоционального стресса в паракортикальной зоне паховых лимфатических узлов также формируются радиально ориентированные цепочки из
6-14 клеток, в то время как в контрольной группе они были короче и состояли из 5-10 малых и средних лимфоцитов (преимущественно Т-лимфоцитов). Образование так называемых «цепочек», состоящих из Т-лимфоцитов, по мнению рада авторов [Sondergard S., Corri-Lerri A., Ulum H., 2000; Got-
hard L., Ruffner M., Woodward J., 2003], формирует кооперацию различных Т-клеток, принимающих участие в иммунном ответе. Через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после стрессового воздействия на фоне уменьшения клеток на единице площади выявлено увеличение количества венул на единице площади в функционально активных зонах селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки, а также скопление клеток лимфоидного ряда внутри этих венул, что также, возможно, отражает процесс миграции клеток из органов иммунной системы на периферию в органы и ткани. При изучении особенностей реакции периферической крови на стрессовое воздействие показаны изменения мазков периферической крови через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после эмоционального стресса (лимфоцитопения и нейтрофильный лейкоцитоз) по сравнению с данными соответствующих контрольных групп. Так, через час после стресса содержание лимфоцитов в мазках периферической крови устойчивых к эмоциональному стрессу крыс составляло 66±1,3%, в то время как значение аналогичного показателя у контрольных крыс – 83±3,6% (p<0,05). Содержание сегментоядерных нейтрофильных лейкоцитов (сегментоядерных нейтрофилов) в среднем у контрольных устойчивых к стрессу крыс составляло 11±4,5%, в то время как через час после эмоционального стресса их содержание возрастало до 15±3,8% (p>0,05). Аналогичная картина наблюдалась и у предрасположенных к стрессу крыс. Так, содержание лимфоцитов в периферической крови у контрольных предрасположенных к стрессу крыс составляло в среднем 89±2%. Через час после эмоционального воздействия у предрасположенных крыс экспериментальной группы их содержание снижалось до 86±1,7% (p>0,05). Процентное содержание сегментоядерных нейтрофильных лейкоцитов у контрольных предрасположенных к стрессу крыс было 4,0±3,0%, в то время как в экспериментальной группе через час после стресса их содержание увеличивалось до 8,3±2,9%. На 3-и сутки после одночасового стрессового воздействия у крыс (предрасположенных и устойчивых к стрессу) в мазках периферической крови наблюдается уменьшение содержания лимфоцитов до 68% (в контроле – 87%) и до 78% (в контроле – 80%), соответственно, а также увеличение содержания сегментоядерных нейтрофилов до 18% (в контроле – 10% (р<0,05) и до 6,3% (в контроле – 3%), соответственно, по сравнению с данными контрольных групп животных (p>0,05). На 14-е сутки после одночасового стрессового воздействия у крыс (предрасположенных и устойчивых к стрессу) в мазках периферической крови наблюдается уменьшение содержания лимфоцитов до 64% (в контроле – 70%) и до 80% (в контроле – 75%), соответственно, а также увеличение содержания сегментоядерных нейтрофилов до 15% (в контроле – 9%) (р<0,05) и 7,3% (в контроле – 4%), соответственно, по сравнению с данными контрольных групп животных (p>0,05).  Следовательно, уже через час после воздействия эмоционального стресса клетки периферической крови реагируют на стрессовое воздействие, что согласуется с данными ряда авторов [Qiu Y., Peng Y., Cheng C., Dai L., 1999; Kim H., Shin M., Kim S., 2003], отметивших аналогичные изменения в периферической крови экспериментальных животных, но в более отдаленные сроки после действия эмоционального стресса. Количество лимфоцитов и нейтрофильных лейкоцитов на 30-е сутки опыта практически соответствовало контролю (р<0,05). Показано, что через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после воздействия одночасового эмоционального стресса предварительное введение как ПВДС, так и семакса оказывает стресс-лимитирующее воздействие на картину периферической крови у лабораторных животных. Так, установлено, что через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после одночасового эмоционального стресса в мазках периферической крови у крыс (как прогностически устойчивых, так и предрасположенных к эмоциональному стрессу) при введении ПВДС или семакса не наблюдается лимфоцитопении и нейтрофильного лейкоцитоза по сравнению с группами крыс, подвергшихся эмоциональному стрессу без предварительного введения вышеуказанных олигопептидов. Через час после эмоционального стресса содержание лимфоцитов при введении ПВДС у устойчивых крыс увеличивается до 88,4% (в контроле – 83%) (p<0,05). Через час после эмоционального стресса у предрасположенных крыс, испытавших эмоциональный стресс с предварительным введением ПВДС, значение данного показателя практически не изменяется по сравнению с контролем и составляет 86,2% (в контроле – 89%). Через час после эмоционального стресса при введением ПВДС содержание сегментоядерных нейтрофилов у устойчивых крыс снижается до 3,2% (в контроле – 11%) (p<0,05). У предрасположенных крыс, испытавших эмоциональный стресс с предварительным введением ПВДС, значение данного показателя незначительно возрастает до 6,6% (в контроле – 4%). Через час после эмоционального стресса при введении семакса у устойчивых и предрасположенных крыс количество лимфоцитов в периферической крови возрастает до 90,3 и 91% соответственно (в контро-
ле – 83 и 89%) по сравнению с данными контрольной группы. Через час после эмоционального стресса при введении семакса содержание сегменоядерных нейтрофилов у экспериментальных устойчивых и предрасположенных крыс снижается до 3 и 2,3% (в контроле – 11 и 4% соответственно). Показано, что через 1 ч, на 3, 14 и 30-е сутки опыта предварительное введение как ПВДС, так и семакса оказывает также антистрессовое воздействие на лимфоидные структуры селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки, а именно ингибирует влияние эмоционального стресса на макрофаго-пролиферативные и деструктивные процессы в функционально активных зонах как у устойчивых, так и у предрасположенных групп животных. Так, например, через час после эмоционального стресса процентное содержание малых лимфоцитов в ПАЛМ селезенки у крыс, предрасположенных к эмоциональному стрессу, снижается в 1,2 раза (от 46,2±3,1%, или 23,3±0,8 клетки, до 22,0±2,4%, или 26,5±0,5 клетки) по сравнению с данными контрольных групп животных. После одночасового стрессового воздействия с предварительным введением ПВДС содержание этих клеток снижалось в 0,9 раза по сравнению с контрольной группой и в группах крыс с предварительным введением семакса. Аналогичная реакция наблюдается и у устойчивых к стрессу крыс. У предрасположенных к стрессу крыс в центрах размножения паховых лимфатических узлов при введении ПВДС после одночасового стрессового воздействия наблюдается увеличение бластных форм клеток до 7,5% (или 4,5±0,5 клетки) (в контроле – 3,2% (или 1,9±0,3 клетки)), больших лимфоцитов до 6,8% (или 2,2±0,4 клетки) (в контроле – 3,6% (или 1,6±0,05 клетки)), средних 37% (или 23±0,6 клетки) (в контроле – 23% (или 8,5±0,5 клетки)) и малых лимфоцитов 48,5% (или 30,0±0,6 клетки) (в контроле – 26% (или 18,6±0,6 клетки)). Через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки эксперимента в межузелковой зоне паховых лимфатических узлов крыс, как устойчивых, так и предрасположенных к стрессу, после эмоционального стресса выявлено увеличение числа больших лимфоцитов, бластных форм клеток, макрофагов, а также клеток с картинами митозов. Показано, что животные, предрасположенные к стрессу, в большей степени реагируют на воздействие эмоционального стресса, чем крысы, устойчивые к воздействию стрессора (через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки). При изучении особенностей ранней реакции периферической крови на стрессорное воздействие показаны изменения мазков периферической крови через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после эмоционального стресса (лимфоцитопения и нейтрофильный лейкоцитоз) по сравнению с данными соответствующих контрольных групп. В то же время через 1 ч, на 3,
14 и 30-е сутки после одночасового стрессового воздействия с предварительным введением ПВДС в центрах размножения лимфоидных узелков паховых лимфатических узлов крыс, предрасположенных к стрессу (так же как и в селезенке), наблюдается некоторое снижение макрофаго-пролиферативных и деструктивных процессов. Количество клеток с картинами митоза практически не увеличивается (3,5%, или 1,3±0,05 клетки) по сравнению с контролем (в контроле – 3,3%, или 1,2±0,05 клетки). У стрессоустойчивых крыс в центрах размножения паховых лимфатических узлов исследования микротопографии селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки крыс с различным типом индивидуальной устойчивости к стрессору показали, что введение семакса ингибирует влияние эмоционального стресса на макрофаго-пролиферативные и деструктивные в ПАЛМ, маргинальной зоне, центрах размножения лимфоидных узелков селезенки, в центрах размножения лимфоидных узелков, мякотных тяжах, межузелковой и паракортикальной зонах паховых лимфатических узлов, а также в центрах размножения и мантии лимфоидных узелков лимфоидных бляшек тонкой кишки как у устойчивых, так и у предрасположенных экспериментальных групп животных. Через 1 ч, на 3, 14 и 30-е сутки после одночасового эмоционального стресса содержание малых лимфоцитов в ПАЛМ селезенки крыс через час после воздействия эмоционального стресса снижалось в 1,4 раза по сравнению с данными контрольных групп. После введения семакса содержание этих клеток как у предрасположенных, так и у устойчивых к эмоциональному стрессу крыс снижалось всего в 0,9 раза (от 44,2±0,9%, или 19,4±0,4 клетки, до 34,2±0,9%, или 14,8±0,1 клетки) и 1,2 раза (от 39,2±0,7%, или 17,6±0,07 клетки, до 32,0±0,8%, или 13,6±0,1 клетки), соответственно, по сравнению с данными контрольных групп. Клетки с признаками деструкции в ПАЛМ селезенки контрольных (как предрасположенных, так и устойчивых к эмоциональному стрессу) животных обнаруживались в единичных случаях. Через час после воздействия эмоционального стресса содержание этих клеток как у предрасположенных, так и у устойчивых к эмоциональному стрессу крыс возрастало до 7,7% (или 6,8±0,4 клетки) и до 1,5% (или 1,4±0,04 клетки), соответственно, по сравнению с данными контрольных групп. После введения семакса содержание этих клеток как у предрасположенных, так и у устойчивых к эмоциональному стрессу крыс увеличивалось всего до 4,5% (или 3,8±0,7 клетки) и до 1,4% (или 1,5±0,05 клетки), соответственно, по сравнению с данными контрольных групп. После введения семакса содержание макрофагов в ПАЛМ селезенки крыс увеличивалось в 4,3 раза. Стресс-протективное действие ПВДС было описано в первых же работах по изучению физиологических свойств пептида и подтверждено последующими исследованиями [Bjartell A., 1990; Graf M., Kastin A., 1986; Sudakov К.V., Коp-lik Е., Vedyaev D. et al., 1983; Sudakov K., Coghlan J., Kotov A. et al, 1995]. В дальнейшем были получены данные, указывающие на прямое подавляющее действие ПВДС на секрецию гормонов стресса, что может являться механизмом антистрессорных эффектов ПВДС. Так, К.В. Судаков и соавт. (1995) описали увеличение процентной выживаемости крыс на фоне внутриартериального введения ПВДС в условиях сильного стрессового воздействия [Sudakov K., Coghlan J., Kotov A. et al, 1995]. В этом исследовании установлены также эффекты нормализации артериального давления и сердечного ритма под влиянием ПВДС в этих условиях. Антристрессовые эффекты ПВДС были выявлены и в других работах. Было показано снижение вегетативной реакции и ЭЭГ-изменений в ответ на электрическое раздражение вентромедиального гипоталамуса у кроликов, этот эффект блокировался введением антител к ПВДС [Бадиков И.И., Бурчуладзе Р.А., Габуния А.Е. и др., 1983]. Внутрибрюшинное введение ПВДС подавляло стресс-индуцированные метаболические сдвиги у крыс в условиях гипокинетического и гипоксического стресса [Lysenko A., Sametsky E., Uskova N., 1996; Mendzheritskii A., Matsionis A., Lysenko A., 1996]. ПВДС повышал электрическую стабильность миокарда и предупреждал нарушения его сократительной способности в условиях иммобилизационного стресса у крыс [Архангельская М.И., Драхонтова Д., 1995]. Получены данные, что механизмом этих эффектов может быть активация парасимпатического тонуса под действием ПВДС [Рихирева Г.Т., Маклецова М.Г., Менджерицкий А.М. и др., 1993; Pokrovsky V., Osadchiy O., 1995]. Кроме того, установлено стресс-протективное действие внутрибрюшинно введенного ПВДС на активность Т-киллеров и стабильность мембраны эритроцитов, сниженных под действием стресса. Многие исследования подтвердили снижение стресс-индуцированнной активации перекисного окисления липидов в мозгу и периферических органах животных в результате введения ПВДС [Рихирева Г.Т., Маклецова М.Г., Менджерицкий А.М. и др., 1993; Сазонтова T.Г., Голанцова Н.Е., Колмыкова С.Н. и др., 1996]. Таким образом, стресс-протективный эффект ПВДС подтвержден большим числом работ, выполненных на различных моделях, что позволяет предполагать антистрессорную активность как возможное основное или одно из основных свойств пептида. Проведенные эксперименты продемонстрировали, что применение Дельтарана (ПВДС) снимает отрицательное действие перенесенного эмоционального стресса и предотвращает негативные последствия при развитии последующей церебральной ишемии, что способствует развитию в острейшем периоде компенсаторного коллатерального кровообращения в области ишемии, повышению активности антиоксидантной системы и снижению смертности животных [Коплик Е.В., Урбанич Р., 1988; Салиева Р.М., Коплик Е.В., Каменов З.А., 1988, 1989]. По данным литературы, антистрессорный препарат Дельтаран, восполняя возникающий в орга­низме дефицит эндогенных нейропротекторов, облегчает течение ишемии, исключает стрессорный компонент патологического процесса, нормализует электрическую активность мозга за счет увеличения среднего показателя обеспеченности кровоснаб­жения ЭЭГ активности. Можно отметить также, что в доступной литературе отсутствуют данные об отрицательных результатах тестирования ПВДС в различных моделях стресса. Все вышеизложенное полностью согласуется с данными нашего исследования о защитном действии ПВДС при одночасовом стрессовом воздействии (через 1 ч, на 3, 14 и 30-е сутки после эмоционального стресса) в функционально активных зонах селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки, а также периферическую кровь крыс линии Вистар с различной индивидуальной устойчивостью к воздействию стрессора. По данным ряда авторов, семакс – регуляторный пептид пролонгированного действия, представляющий собой аналог фрагмента молекулы АКТГ (4-10) – АКТГ(4-7)-Про-Гли-Про, который при внутрибрюшинном введении в течение длительного времени повышает устойчивость животных к гипоксии и улучшает у них оперативную память, внимание и обучаемость [Каплан А.Я., Каменский А.А., Ашмарин И.П., Незавибатько В.Н., 1991; Каплан А.Я., Кошелев В.Б., Незавибатько В.Н., Ашмарин И.П., 1992; Kaplan A., Kochetova A., Nezavibathko V. et al., 1996; Ашмарин И.П., Незавибатько В.Н., Мясоедов Н.Ф. и др., 1997). Данные нашего исследования также полностью подтверждают стресс-протективное действие семакса, но уже на органы иммунной системы.

ВЫВОДЫ        

1. Через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после одночасового стрессового воздействия у предрасположенных и прогностически устойчивых к стрессу крыс в ПАЛМ, маргинальной зоне, центрах размножения лимфоидных узелков селезенки, в центрах размножения лимфоидных узелков, мякотных тяжах, межузелковой и паракортикальной зонах паховых лимфатических узлов, а также в центрах размножения и мантии лимфоидных узелков лимфоидных бляшек тонкой кишки отмечается достоверное уменьшение содержания малых лимфоцитов, увеличение количества клеток с признаками деструкции и макрофагов, что свидетельствует об усилении макрофагально-пролиферативной активности после стресса. На 30-е сутки после одночасового стрессового воздействия значение данных показателей практически достигало цифровых значений контроля (р<0,05).

2. Через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после одночасового стрессового воздействия у крыс, предрасположенных к стрессу, изменения микротопографии и цитоархитектоники лимфоидных структур в селезенке, паховых лимфатических узлах и лимфоидных бляшках тонкой кишки оказываются более выраженными, чем у крыс, устойчивых к нему, что говорит о значении индивидуальной устойчивости к стрессовым факторам в реализации реакции на эмоциональный стресс.

3. Через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после одночасового стрессового воздействия у предрасположенных и прогностически устойчивых к стрессу крыс в периартериальных лимфоидных муфтах селезенки, центрах размножения, маргинальной зоне лимфоидных узелков лимфоидных бляшек тонкой кишки, в центрах размножения, межузелковой зоне и мякотных тяжах паховых лимфатических узлов наблюдается снижение плотности расположения клеток на единицу площади (0,017 мм кв.) по сравнению с контролем, что можно рассматривать как проявление реакции «клеточного опустошения» в ответ на стрессовое воздействие. На 30-е сутки после одночасового стрессового воздействия значение данного показателя практически достигало цифровых показателей контрольных групп (р<0,05).

4. Через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после одночасового эмоционального стресса у прогностически устойчивых и предрасположенных к стрессу крыс в паракортикальной зоне паховых лимфатических узлов отмечается повышение плотности расположения клеток на единицу площади (0,017 мм кв.) по сравнению с данными контрольных групп животных. На 3-и сутки после воздействия одночасового эмоционального стресса у прогностически устойчивых и предрасположенных к стрессу крыс в паракортикальной зоне паховых лимфатических узлов отмечается повышение плотности расположения клеток на единицу площади в 1,5 раза (от 40,8±1,5 до 60,6±2,4 клетки) и 1,9 раза (от 39,7±2,6 до 75,6±1,3 клетки), соответственно, по сравнению с контролем. На 30-е сутки после одночасового стрессового воздействия плотность расположения клеточных элементов на единице площади в паракортикальной зоне паховых лимфатических узлов у крыс, предрасположенных и устойчивых к эмоциональному стрессу, практически достигала цифровых показателей контроля (р<0,05).

5. Через час после эмоционального стресса содержание малых лимфоцитов в центрах размножения лимфоидных узелков селезенки у прогностически устойчивых и предрасположенных к стрессу крыс снижалось в 1,3 и
2,1 раза, соответственно, по сравнению с данными животных контрольных групп (p<0,05). Через час после воздействия эмоционального стресса содержание клеток с признаками деструкции в центрах размножения лимфоидных узелков селезенки у крыс, устойчивых и предрасположенных к стрессу, достоверно увеличивается в 1,6 раза (от 0,8±0,06 до 1,3±0,06 клетки) и 4,5 раза (от 0,6±0,03 до 2,7±0,04 клетки), соответственно, по сравнению с данными животных контрольных групп (p<0,05). Через час после воздействия эмоционального стресса содержание макрофагов в центрах размножения лимфоидных узелков селезенки у прогностически устойчивых и предрасположенных к стрессу животных достоверно увеличивалось в 2,3 раза (от 0,7±0,04 до 1,6±0,02 клетки) и 3,2 раза (от 0,5±0,04 до 1,6±0,05 клетки), соответственно, по сравнению с данными животных контрольных групп (p<0,05).

6. Через час после воздействия эмоционального стресса в межузелковой зоне паховых лимфатических узлов экспериментальных крыс, как устойчивых к стрессу, так и предрасположенных, выявлено увеличение числа больших лимфоцитов до 6,8±0,04 клетки (в контроле - 0,5±0,04 клетки) и до5,8±0,07 клетки (в контроле - 0,6±0,05 клетки), соответственно; бластных форм клеток до 7,2±0,04 клетки (в контроле - 2,7±0,04 клетки) и 8,6±0,07 клетки (в контроле - 2,5±0,05 клетки), соответственно; макрофагов до 6,8±0,04 клетки (в контроле - 0,5±0,04 клетки) и 5,8±0,07 клетки (в контроле - 0,6±0,05 клетки), соответственно; а также клеток с картинами митозов до 1,5±0,04 клетки (в контроле - 0,3±0,02 клетки) и 1,8±0,04 клетки (в контроле - 0,4±0,02 клетки) соответственно (р<0,05). На 30-е сутки после одночасового стрессового воздействия значение данных показателей практически достигало цифровых показателей контрольных групп (p<0,05).

7. Через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после одночасового стрессового воздействия в ПАЛМ и маргинальной зоне лимфоидных узелков селезенки, а также в паракортикальной зоне паховых лимфатических узлов отмечается образование так называемых «цепочек», имеющих радиальную ориентацию и состоящих из малых и средних (преимущественно Т-лимфоцитов). Эти «цепочки» значительно превышают по своей длине «цепочки», состоящие из
Т-лимфоцитов у животных контрольной группы, и, вероятно, формируют кооперацию различных Т-клеток, принимающих участие в иммунном ответе.

8. Через 1 ч, на 3-и и 14-е сутки после одночасового эмоционального стресса в мазках периферической крови у устойчивых и предрасположенных к стрессу крыс выявлены лимфоцитопения и нейтрофильный лейкоцитоз по сравнению с данными соответствующих контрольных групп животных. На
3-и сутки после одночасового стрессового воздействия у крыс (предрасположенных и устойчивых к стрессу) в мазках периферической крови наблюдается уменьшение содержания лимфоцитов до 68% (в контроле - 87%) и до 78% (в контроле - 80%) соответственно, а также увеличение содержания сегментоядерных нейтрофилов до 18% клеток (в контроле - 10%) (р<0,05) и до 6,3% (в контроле - 3%), соответственно, по сравнению с данными контрольных групп животных. Количество лимфоцитов и нейтрофильных лейкоцитов на 30-е сутки опыта практически соответствовало контролю (р<0,05).

9. Через 1 ч, на 3, 14 и 30-е сутки после одночасового стрессового воздействия в периферической крови у прогностически устойчивых и предрасположенных к эмоциональному стрессу крыс при введении пептида, вызывающего дельта-сон, или семакса не наблюдается лимфоцитопении и нейтрофильного лейкоцитоза по сравнению с группами крыс, испытавших эмоциональный стресс без предварительного введения этих стресс-лимитирующих олигопептидов. Это свидетельствует в пользу защитного действия данных олигопептидов на картину периферической крови у крыс уже в ранние сроки после стрессового воздействия. Через час после эмоционального стресса при введении семакса содержание сегментоядерных нейтрофилов у устойчивых и предрасположенных к стрессу крыс снижается в 3,7 и 1,7 раза, соответственно, по сравнению с данными контрольных групп животных (p<0,05).

10. Через 1 ч, на 3, 14 и 30-е сутки после одночасового эмоционального стресса предварительное введение крысам экспериментальных групп пептида, вызывающего дельта-сон, или семакса ингибирует повышение содержания клеток с признаками деструкции и макрофагов в ПАЛМ селезенки и центрах размножения паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки, что свидетельствует о способности этих олигопептидов уменьшать неблагоприятное влияние одночасового стресса на макрофаго-пролиферативные и деструктивные процессы в функционально активных зонах селезенки, паховых лимфатических узлов, лимфоидных бляшек тонкой кишки.

11. Через час после одночасового стрессового воздействия при введении пептида, вызывающего дельта-сон у предрасположенных к стрессу крыс, в центрах размножения лимфоидных бляшек тонкой кишки  наблюдается увеличение количества бластных форм клеток до 2,9±0,03 клетки (в контро-
ле - 0,9±0,04 клетки), больших лимфоцитов до 3,5±0,5 клетки (в контроле - 1,5±0,05 клетки), средних лимфоцитов до 18,8±1,2 клетки (в контроле - 9,2±1,3 клетки) и малых лимфоцитов до 32,6±1,4 клетки (в контроле - 26,0±1,5 клетки).

12. Через час после одночасового стрессового воздействия при введении  семакса у предрасположенных к стрессу крыс в центрах размножения лимфоидных бляшек тонкой кишки наблюдается увеличение количества бластных форм клеток до 3,6±0,04 клетки (в контроле - 0,9±0,04 клетки), больших лимфоцитов до 3,0±0,4 клетки (в контроле -2,1±0,5 клетки), средних до 12,3±0,6 клетки (в контроле - 9,2±1,3 клетки) и малых лимфоцитов до 22,8±0,3 клетки (в контроле - 22,0±0,4 клетки) (р<0,05).

ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

1. Полученные данные помогут оценить компенсаторные возможности органов иммунной системы при эмоциональном стрессе (например, при оперативных вмешательствах), а также могут быть полезны в дальнейшем в клинической практике (в гастроэнтерологии, в аллергологии, иммунологии, неврологии) при оценке взаимосвязи иммунных механизмов с клиническими проявлениями различных патологических состояний организма для разработки тактики их лечения.

2. Полученные нами результаты позволят обосновано использовать соответствующие характеристики функционально активных зон селезенки, паховых лимфатических узлов и лимфоидных бляшек тонкой кишки для оценки эффективности стресс-лимитирующих препаратов и внешних воздействий.

3. Введение в организм пептида, вызывающего дельта-сон, и семакса (синтетического аналога АКТГ (4-10)) оказывает стресслимитирующее воздействие на макрофаго-пролиферативные и деструктивные процессы в функционально активных зонах селезенки и лимфоидных бляшек тонкой кишки. Полученные нами данные можно будет учитывать при оценке тактики лечения патологических состояний желудочно-кишечного тракта, центральной, периферической нервной системы, иммунной системы, а также при лечении и профилактике различных стресс-индуцированных состояний. Опираясь на результаты экспериментальных исследований, мы полагаем, что можно рекомендовать введение пептида, вызывающего дельта-сон и семакса для лечения и профилактики различных стресс-индуцированных состояний, в частности, в качестве антистрессового протектора в предоперационном периоде при проведении хирургических операций.

Мы благодарим сотрудников Института физиологии РАМН им. П.К.Анохина за помощь и организацию в проведении эксперимента и за предоставление лабораторных животных.

СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ
ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

1. Bakhmet A.A. Morphological peculiarities of lymphoid structures of rat spleen under the influence of stress // Tripartite Meeting: Anatomy 2000. St. Johns College, University of Cambridge. – 2000. – P. 63.

2. Бахмет А.А. Некоторые морфологические особенности периартериальных лимфоидных муфт (ПАЛМ) селезенки крыс при воздействии эмоционального стресса // Матер. всерос. науч.-практ. конф., посвящ. 80-летию проф. В.К. Петрухина.: Морфология – физической культуре, спорту и авиакосмической медицине. – М.: МГАФК,  2001. – С. 284-285.

3. Bakhmet A.A., Kuhnel W. Morphological peculiarities of lymphoid structures of rat inquinal lymph nodes under stress influence // Verhandlungen der Anatomischen Gesellschaft. Urban & Fisher. – Munchen. Jena,  2001. – P. 75.

4. Бахмет А.А. Микротопография межузелковой зоны пазовых лимфатических узлов крыс под влиянием острого эмоционального стресса// Матер. науч. конф.: Медико-биологические проблемы здоровья человека на Севере. –Ч. III. –Сургут, 2002. –С. 285-286.

5. Бахмет А.А. Цитоархитектоника лимфоидных образований селезенки крыс, испытавших эмоциональный стресс // Морфология. 2002. № 2-3. С. 20.

6. Bakhmet A.A., Kuhnel W. Microtopography of lymphoid structures of rat spleen and inquinal lymph nodes under stress influence//Verhandlungen der Anatomischen Gesellschaft. Urban & Fisher. – Munchen. Jena, 2002. –P. 59-60.

7. Бахмет А.А. К вопросу о морфологии лимфоидных образований селезенки и паховых лимфатических узлов крыс при воздействии эмоционального стресса // Матер. XXI межд. симп.: Эколого-физиологические проблемы адаптации. – М.: Изд-во РУДН,  2003. – С. 52-53.

8. Бахмет А.А. Реакция органов иммунной системы в ответ на воздействие острого эмоционального стресса при введении пептида, вызывающего дельта-сон // Матер. XXI межд. симп.: Эколого-физиологические проблемы адаптации. –М.: Изд-во РУДН, 2003. – С. 53.

9. Bakhmet A.A., Kuhnel W.  Morphological peculiarities of lymphoid formations of rat spleen and inquinal lymph nodes under stress influence // Verhandlungen der Anatomischen Gesellschaft. Urban & Fisher. – Munchen. Jena, 2003. – P. 223.

10. Bakhmet A.A., Kuhnel W. The immune system organ reaction during the emotional stress inhibited by delta – sleep inducing peptide//Verhandlungen der Anatomischen Gesellschaft. Urban & Fisher. – Munchen. Jena, 2003. –  P. 222.

11. Бахмет А.А. Изменение лимфоидных структур паховых лимфатических узлов крыс при воздействии острого эмоционального стресса // Морфология. –  2004.Т. 126, № 4. –  С. 17.

12. Бахмет А.А. Лимфоидные структуры селезенки крыс при воздействии эмоционального стресса // Морфология. 2004. № 2-3.
С. 134.

13. Бахмет А.А. Микротопография лимфоидных структур некоторых органов иммунной системы у крыс, подвергшихся эмоциональному стрессу и при введении некоторых биологически активных веществ //  Морфол. ведом. 2004. № 1-2 (Приложение). С. 11.

14. Бахмет А.А. Реакция органов иммунной системы в ответ на воздействие эмоционального стресса при введении синтетического анализатора АКТГ Семакса // Морфология. 2004.Т. 126, № 4. С. 17.

15. Бахмет А.А. Строение лимфоидных структур селезенки крыс при воздействии острого эмоционального стресса // Морфология. 2004.Т. 125, № 1. С. 55-58.

16. Bakhmet A.A., Sapin M., Kuhnel W. Microtopographic peculiarities of the inernodular zone of rat inquinal lymph nodes after emotional stress influence //Verhandlungen der Anatomischen Gesellschaft, Supplement zum 186 Ban des Anatomischen Gesellschaft, Urban & Fisher. – 2004. –  P. 220-221.

17. Bakhmet A.A., Sapin M., Kuhnel W.  Morphological peculiarities of lymphoid structures in organs of the immune system of rat under influence of acute emotional stress // Verhandlungen der Anatomischen Gesellschaft, Supplement zum 186 Ban des Anatomischen Gesellschaft, Urban & Fisher. – 2004. – С. 78.

18. Бахмет А.А. Морфологическая характеристика лимфоидных (пейеровых) бляшек тонкой кишки крыс при воздействии острого эмоционального стресса  // Матер. VI Всерос. конф. по патол. клетки. –М., 2005. – С. 20-21.

19. Bakhmet A.A., Sapin M., Kuhnel W. Microtopographic peculiarities in some peripheral immune system organs under the acute emotional stress influence  // Verhandlungen der Anatomischen Gesellschaft, Urban & Fisher. – 2005. –
P. 83-84.

20. Бахмет А.А. Клеточный состав герминативных центров лимфоидных (пейеровых) бляшек тонкой кишки у крыс с различной индивидуальной устойчивостью к действию стрессора // Морфология. 2006. –  Т. 129, № 4. С. 19.

21. Бахмет А.А. Микроскопическая анатомия паховых лимфатических узлов крыс, подвергшихся острому эмоциональному стрессу //  Морфология. 2006.Т. 129, № 4. С. 20.

22. Бахмет А.А.        Микротопография центров размножения лимфоидных узелков паховых лимфатических узлов крыс после воздействия острого эмоционального стресса // Сб. матер. межд. конф.: Актуальные вопросы спортивной морфологии и антропологии. – М.: Изд-во  МосГУ, 2006. – С. 47-48.

23. Бахмет А.А. Морфологическая характеристика некоторых органов иммунной системы крыс при воздействии эмоционального стресса в эксперименте  // Морфология. 2006. –  Т. 129, № 4. С. 20.

24. Бахмет А.А. Морфологические изменения мазков периферической крови у крыс при воздействии острого эмоционального стресса  // Морфология. 2006. –  Т. 129, № 4. С. 20.

25. Бахмет А.А. Цитоархитектоника некоторых органов иммунной системы крыс при воздействии эмоционального стресса в эксперименте  // Морфология. 2006.Т. 129, № 4. С. 20.

26. Бахмет А.А., Коплик Е.В.  Морфологические особенности некоторых органов иммунной системы крыс Вистар при стрессе и воздействии пептида, вызывающего дельта-сон // Морфология. 2007. № 3.
С. 58.

27. Сапин М.Р., Бахмет А.А., Коплик Е.В. Морфологические особенности паховых лимфатических узлов крыс линии Вистар с различной индивидуальной устойчивостью к эмоциональному стрессу // Морфология. 2007. № 3. С. 90.

28. Коплик Е.В, Бахмет А.А. Особенности микроструктры селезенки крыс при остром эмоциональном стрессе с предварительным введением синтетического аналога АКТГ 4-10 Семакса // Морфология. 2007. № 3. С. 78.

29. Бахмет А.А. Влияние некоторых олигопептидов на иммунные структуры лимфоидных бляшек тонкой кишки (экспериментальное исследование) // Рос. журн. гастроэнтерол., гепатол. и колонопроктол. 2008. № 5. С. 38-44.

30. Бахмет А.А. Воздействие эмоционального стресса на структуры паховых лимфатических узлов линии Вистар с различной стрессоустойчивостью  // Морфология. 2008. № 2. С. 17.

31. Бахмет А.А. Защитный эффект некоторых олигопептидов на лимфоидные структуры селезенки и тонкой кишки в условиях экспериментального стресса // Вестн. хир. гастроэнтерол. 2008. № 3. С. 44-52.

32. Коплик Е.В., Бахмет А.А. Клеточный состав лимфоидных образований селезенки крыс при воздействии острого эмоционального стресса  // Морфология. 2008. № 4. С. 75.

33. Бахмет А.А. Лимфоидные структуры селезенки крыс при воздействии стресс-протективных пептидов // Матер. межд. конф., посвящ.
75-летию со дня рожд. проф. Б.А. Никитюка.: Проблемы современной морфологии человека. –М.: МГАФК, 2008. – С.246-247.

34. Бахмет А.А. Стресс-лимитирующее действие пептида, вызывающего дельта-сон, и семакса на лимфоидные структуры некоторых переферических органов иммунной системы у крыc // Морфология. 2008. № 4. С. 57.

35. Бахмет А.А.,  Коплик Е.В.  Иммунные структуры лимфоидных бляшек тонкой кишки в условиях экспериментального стресса с предварительным введением некоторых олигопептидов  // Журн. Российской ассоц. по спорт. мед. и реабил. бол. и инвал. 2009. № 3 (30). С. 15.

36. Бахмет А.А. Морфологические особенности лимфоидных структур паховых лимфатических узлов крыс при эмоциональном стрессе с предварительным введением некоторых олигопептидов  // Саратовский науч.-мед. журн. 2009. Т. 5, № 4. С. 493-497.

37. Бахмет А.А.  Стресс-лимитирующий эффект пептида, вызывающего дельта-сон, и семакса на лимфоидные образования некоторых периферических органов иммунной системы // Матер. III межд. науч. конф., посвящ. памяти проф. А.П. Акифьева.: Актуальные проблемы спортивной морфологии и генетики человека. М.: МГАФК, 2009 С. 13-14.

38. Бахмет А.А. Стресс-протективное действие некоторых олигопептидов на иммунные структуры паховых лимфатических узлов в условиях экспериментального стресса // Матер. науч.-практ. конф. с межд. участ., посвящ. 85-летию со дня рожд. д-ра мед. наук, проф. П.Ф. Степанова. Смоленск, 2009. С. 25-27.

39. Бахмет А.А., Коплик Е.В. Иммунные структуры селезенки и паховых лимфатических узлов у крыс различной стрессоустойчивостью в условиях эмоционального стресса с предварительным введением ПВДС и семакса // Матер. шестого межд. междисципл. конгр.: Нейронаука для медицины и психологии. Судак,  Крым, Украина, 2010. С. 63-64.

40. Бахмет А.А. Никитюк Д.Б. К вопросу о лимфоидных структурах паховых лимфатических узлов крыс при эмоциональном стрессе с предварительным введением пептида, вызывающего дельта-сон // Матер. наук. конгр., присвяч. 200-рiччю М.I. Пирогова, V з‘зд анат., гiстол., ембрiол. i топогрофоанатомiв Украiни: IV Мiжнароднi Пироговскi читання. Вiнниця, 2010. С. 9-10.

 



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.