WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 



На правах рукописи

КРАВЦОВА Елена Сергеевна

МОДЕРНИЗАЦИЯ НАЛОГОВОЙ СИСТЕМЫ РОССИИ:

1885 1917 гг.

Специальность 07.00.02 отечественная история

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Курск - 2010

Работа выполнена на кафедре философии ГОУ ВПО Курский государственный медицинский университет Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию

Научный консультант:                доктор исторических наук, профессор

                                                       Пашин Василий Петрович

                                               

Официальные оппоненты:                доктор исторических наук, профессор

Морозан Владимир Васильевич;

доктор исторических наук, профессор

Марискин Олег Иванович;

доктор исторических наук, профессор

Тагирова Наиля Фаридовна

Ведущая организация: Московский государственный гуманитарный 

университет им. М.А. Шолохова 

Защита диссертации состоится 22 апреля 2011 г. в 13.00 часов на заседании  диссертационного  совета  ДМ 212.105.05 при Юго-Западном государственном университете по адресу: 305040, г. Курск, ул. 50 лет Октября, 94.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Юго-Западного государственного университета по адресу: 305040, г. Курск, ул. 50 лет Октября, 94.

Автореферат разослан  «____» ___________

Ученый секретарь

диссертационного совета

ДМ 212.105.05                                                        В.В. Богдан

                 

ВВЕДЕНИЕ

Актуальность темы исследования. Налоговая система, функционирующая ныне в российском государстве, пока еще не в полной мере отличается логической ясностью и практической эффективностью. Это объясняется, в первую очередь, продолжающимся реформированием и политической, и экономической систем страны.

Переход к рыночным отношениям привел к коренным изменениям порядка сбора налогов, поскольку ранее существовавший фискальный механизм оказался попросту непригоден в условиях новых реалий, которые к тому же стремительно и непрерывно менялись. Изменения в характере  налогообложения происходили столь быстро, что законодатели зачастую не успевали согласовать их между собой. В результате соответствующая правовая база страдала и до сих пор страдает некоторыми противоречиями, а сложившаяся в 1990-е – 2000-е годы налоговая система России имеет ряд недостатков: от спорного отсутствия прогрессивной шкалы налогообложения, принятой в большинстве стран с социально ориентированным рыночным хозяйствованием; до несогласованности в определении фискальных объектов, особенно в условиях непомерного количества различных нормативных актов. Сложился порочный круг: из-за недополучения средств в бюджет государство не может должным образом решать стоящие перед ним социальные и экономические задачи, что, в свою очередь, сдерживает рост бюджетных поступлений.

Д.А. Медведев 12 ноября 2009 г. в обращении к Федеральному Собранию указывал на необходимость преобразования, в том числе, фискальной системы: «Под задачи модернизации должна быть настроена и наша налоговая система… Очевидно в целом, что наша налоговая система нуждается в совершенствовании. Дискуссия о том, какие налоги и по каким ставкам должны взиматься в нашей стране, не закрыта. Кризис, конечно, затруднил принятие решений по снижению налоговой нагрузки. Но к этим вопросам надо будет в ближайшее время вернуться, и мы обязательно это сделаем» 1.

В связи с этим обращение к проблеме налоговой системы России конца XIX – начала XX столетия вполне закономерно. Именно в тот период назрела  модернизация социально-экономических отношений в стране, реформированной поначалу, в 1860-е – 1870-е гг., преимущественно социально-политически. Одним из ключевых моментов экономических преобразований  и стала реорганизация отечественного налогообложения, включая введение подоходного налога с прогрессивной шкалой. Пореформенная ситуация вышеуказанного времени в значительной степени напоминала современную. Сейчас перед страной также стоит задача проведения налоговой реформы с совершенствованием законодательства, созданием эффективных налоговых органов и т.д. Стремительное экономическое развитие страны на рубеже
XIX – ХХ веков, активное внедрение передовых технологий и опыта в производство было достигнуто, в том, числе благодаря эффективной налоговой политике. Она стимулировала, а не «угнетала» экономический прогресс. Общеизвестен факт, что к 1914 г. Россия вошла в пятерку промышленно развитых держав Европы. Поэтому изучение налоговой политики имеет не только научно-познавательное, но и экономико-прогностическое и социальное значение. Востребованность исторического опыта налогообложения обещает эффективное решение фискальных проблем в нынешнем российском государстве и обществе. Внимание к теме данной диссертации объясняется также недостаточной изученностью историками-русистами налоговой тематики.

Объектом исследования выступает налоговая политика российского государства как органическая совокупность фискального законодательства и его практической реализации, обеспечивающая эффективность бюджетных поступлений.

Предметом диссертации является пореформенная модернизация системы сборов прямых налогов в переходный период истории России от аграрного общества с его подушной податью низших сословий к индустриальной цивилизации, одним из отличий которой являлось установление подоходного налога, имевшего всесословный характер.

Хронологические рамки диссертационного труда охватывают переломное время в эволюции российского фиска Нового времени — 1885 – 1917 гг. Нижняя граница исследования соответствует времени, когда правительство начинает модернизацию этой системы: с отмены подушной подати со стомиллионного крестьянства и организации податной инспекции для сбора комплекса новых налогов, что в значительной степени предвосхитило будущие общеэкономические модернизационные процессы; а конечная обусловлена завершающим аккордом фискальных преобразований — сбором всесословного подоходного налога и установлением вскоре советской власти, начавшей коренную ломку  всех старых отношений, включая принципы налоговой политики.

Географические границы исследования преимущественно вбирают центральные регионы Российской Империи как главных налогоплательщиков страны, которые отличались разницей хозяйственной специализации отдельных районов.

Целью работы является всестороннее изучение процесса модернизации налоговой системы Российской Империи пореформенного и предреволюционного периодов путем решения комплекса сквозных задач, требующих раскрытия следующих положений:

–– многообразные тенденции и подходы к изучению истории налогообложения России, представленные в историографии;

–– источниковая база и методологическая основа исследования;

— развитие взаимодействия центрального аппарата и различных звеньев налогового контроля в регионах: Министерства финансов, Департамента окладных сборов и казенных палат в каждой губернии;

–– функционирование важнейшего института — Податной инспекции с вертикалью податных присутствий;

–– деятельность органов местного самоуправления, попутно выполнявших фискальные функции;

— трансформация государственного налогообложения, как совокупности имущественных;

–– изменения в обложении выкупными платежами как специфической разновидности сборов с крестьян;

–– введение военного налога как прямого чрезвычайного налогообложения;

–– подготовка и взимание самого востребованного подоходного налога;

–– общие черты и специфические особенности местных налогов: земских, городских, сельских.

Анализ степени изученности проблемы, источниковой базы и методологии исследования дается в первой главе диссертации.

Научная новизна диссертационного исследования заключается в том, что автором впервые в отечественной историографии на основе представительной источниковой базы комплексно проанализирован процесс модернизации налоговой системы российского государства на рубеже ХIX – ХХ веков как важнейшего компонента экономики.

Впервые представлен развернутый историографический анализ по исследуемой проблеме, причем не только исторических трудов, но и работ по экономике и праву, что дало возможность подойти к проблеме более разнопланово.

В отличие от ранее выполненных работ, затрагивавших отдельные аспекты рассматриваемой проблемы, исследование не ограничивается освещением лишь законодательных положений или экономических вопросов, отдельных местностей или современных групп населения, а дает широкую характеристику процессу налогообложения — от особенностей функционирования высшего управленческого звена — Минфина и его региональных представительств — податной инспекции, чьи служащие являлись важнейшим связующим звеном между государством и плательщиками; до реализации налоговой политики на местах в отношении всех слоев общества и соответственно всей совокупности сборов в России.

В научный оборот впервые введено большое количество источников: как архивных документов, так и раритетных печатных работ, содержащих новую информацию, позволившую разностороннее проанализировать особенности модернизационного процесса применительно к российской налоговой системе. Среди введенных автором понятий базовой выступает категория «налоговая система» как соподчинение совокупности комплекса налогов и фискальных органов, политики государства и отношения плательщиков, включая результаты собираемости налогов и их значения в госбюджете и развитии общества. Новаторским является и определение «модернизация» относительно коренного обновления налогового механизма, причем именно на период с 1885 по1917 гг.

Впервые выявлено начало (с 1885 г.) комплекса налоговых реформ: отмена подушной подати с крестьян, введение податной инспекции и податных присутствий, изменения в области обложения городских имуществ и промышленных предприятий. Показано также промежуточное реформирование главных элементов налоговой системы, начиная с новаций 1890-х гг. включая окончательное установление промыслового обложения в 1898 г.; отмену выкупных сборов с 1907 г. и переоценку в 1910 г. казенного оклада с городских недвижимых имуществ; заканчивая установлением подоходных критериев к имущественному налогообложению, вплоть до ввода в 1915 г. военного налога. Завершающим элементом модернизационного процесса в 1916 г. стал подоходный налог по прогрессивной шкале.

На основе законов, принятых в российском государстве,  автором уточнены правовые нормы проведения тех или иных налоговых преобразований, а изучение специальных циркуляров Минфина к конкретным казенным палатам, проведенное впервые в исторической науке, дало возможность рассмотреть их непосредственную реализацию на конкретных территориях, поскольку регионы были различны, и центральных ведомства учитывали эти особенности.

В рамках исследования поэтапно прослежен процесс назначения налогов в МФ и последующей их раскладки на плательщиков в губерниях. Особо отметим, что в России общество принимало активное участие в этом процессе, причем все его сословия: от крестьянства, которое раскладывало подати на сельском сходе, с подробным изучением фискальных функций органов крестьянского самоуправления; до зажиточных слоев населения: промышленников, купцов, домовладельцев, которые могли влиять на решения по окладам, участвуя в работе податных присутствий. Малоизученной до нас деятельности последних уделено повышенное внимание, поскольку она исходила из многовековой традиции российского общества — принятия решений «миром», но в новых — рыночных условиях.

В диссертации доказывается, что жесткая строго сословная фискальная система с 1885 г. постепенно теряла свои архаичные черты: подушная подать была отменена, обложение превратилось во всесословное: к нему привлеклись и предприниматели, и домовладельцы, и дворяне; а в дальнейшем возникла острая необходимость в переходе к подоходному принципу. Это стремление попытались применить в жизнь и в квартирном налоге, и в военном, но только с 1916 г. в собственно подоходном.

Особой новизной отличается анализ военного обложения мужского контингента, освобожденного от мобилизации, которое обеспечивало дополнительные средства и способствовало установлению социальной справедливости.

Крестьянство оставалось основным плательщиком, на долю которого выпадало большинство налогов. Автором впервые сформулирован и новаторский вывод о налоговых злоупотреблениях крестьянской верхушки: от распространенных послаблений сборов для зажиточных семей до случаев растрат собранных денег сельской администрацией.

Одновременно дается важная характеристика значительной задолженности дворянского землевладения из-за чрезмерных расходов частных владельцев. Она превосходила крестьянскую, которая оставалась под мирским контролем, причем, несмотря на щадящее обложение земельных угодий поместных дворян.

Диссертационный анализ государственных и региональных сборов привел к выводу, что большинство объектов обложения казенными, земскими, городскими и мирскими налогами практически совпадало, разнясь только окладными размерами. Наибольшей собираемостью отличалось гособложение, наименьшие средства собирались земствами, что ограничивало деятельность этого муниципального самоуправления.

Обращает внимание, что либеральное Временное правительство при недолговечном существовании, в отличие от царского, оказалось неспособным на коренную реорганизацию налоговых отношений, продолжая лишь увеличивать оклады всех сборов.

Практическая значимость диссертации заключается в том, что представленные в ней выводы и предложенные подходы могут быть востребованы как в научно-исследовательской, так и в учебно-педагогической практике для дальнейшего изучения  широкого спектра проблем российской истории конца XIX – начала ХХ в. Материалы диссертации востребованы в исследованиях по социально-экономической истории России, подготовке сборников документов, разработке лекционных курсов и учебных пособий по проблемам истории, экономики, юриспруденции. На полученных данных исследования разработан и преподается учебный курс «История налоговой системы России» для студентов медицинских университетов. Опубликовано соответствующее учебное пособие.

Результаты диссертационного исследования целесообразно использовать при законодательном определении и практическом осуществлении современной модернизации налоговой системы, включая возвращение прогрессивной шкалы подоходного налога и экспериментальное создание коллегиальных органов с участием налогоплательщиков наподобие податных присутствий, а также введение военного сбора как альтернативного способа противоборства с уклонениями призывников посредством коррупции от положенной армейской службы.

Апробация результатов работы. Основные положения диссертации отражены в двух монографиях и 108 публикациях, общим объемом более 56,5 печ. листов, включая 12 статей в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных ВАК РФ. Полученные в ходе исследования результаты докладывались на международных, всероссийских, региональных научных конференциях в Люблине (2010 г.), Москве (2005, 2008, 2009), Санкт-Петербурге (2005–2007, 2010), Воронеже (2003, 2007–2009), Рязани (2007), Самаре (2007), Коломне (2006, 2009), Выксе (2007), Белгороде (2008), Курске (2004–2010), а также стали основой выполнения индивидуального исследовательского гранта «История налоговой системы России: 1885 – 1917 гг.» Российского гуманитарного научного фонда: Центральная Россия на 2006–2007 гг.

II. СТРУКТУРА И ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Диссертация состоит из введения, пяти глав, заключения, приложений и списка использованных источников и литературы.

Первая глава «Научная основа исторического исследования о налогообложении» анализирует степень изученности истории модернизации налоговой системы в России в конце XIX – начале ХХ века в отечественной и зарубежной историографии, характеризуется источниковая и теоретико-методологическая база диссертационного исследования.

Первый параграф «Историография вопроса» посвящен подробному анализу историографии проблемы данного исследования.

Различные аспекты функционирования налоговой системы Российской Империи в конце XIX – начале ХХ столетий — от механизма обложения налогами, деятельности налоговых органов, до особенностей прямого обложения на различных уровнях — обращали на себя пристальное внимание и вдумчивых современников, и позднейших исследователей, внесших в совокупности существенный вклад в развитие историографии проблемы, которая включает в себя десятки научных трудов и публицистических очерков. Сразу отметим, что в этой массе работ отсутствует специальное исследование, посвященное целостному освещению процесса модернизации налоговой системы государства, ее выходу на принципиально новый уровень развития.

Имеющиеся сочинения об эволюции отечественного фиска освещают кардинально различные ее этапы, причем заметно разнятся и полнота, и методология их изучения: первый — 1885 – 1917 гг. — исходный период в оценках очевидцев; второй — 1918 – 1991 гг. — советский, с историческими публикациями, отчасти зашоренными соответствующими идеологическими установками; третий — с 1992 г. по настоящее время — современный, с переоценкой соответствующих событий, отчасти более объективной, отчасти эклектичной.

В рамках указанных периодов тема развивалась от попутного освещения налоговой системы в непрофильных и обобщающих трудах, что приводило к фрагментарной и односторонней оценке фактов; до специальной разработки тематики налогообложения как историками, так и учеными по смежным специальностям (экономистами, юристами, демографами) постсоветского периода. Причем именно исторический подход сейчас характеризуется наибольшей комплексностью исследований, начиная с объяснения  причин эволюции налогов, правового обеспечения таковых и реального механизма сбора денег, и заканчивая анализом социально-экономического значения налогообложения.

В публикациях современников выделяются два направления с попутным освещением налоговой тематики. Более фрагментарны непрофильные труды о различных звеньях налогового аппарата. С наибольшей полнотой данная тема  получила освещение в юбилейных изданиях о Министерстве финансов (МФ) и Департаменте окладных сборов, занимавшихся прямыми налогами, где рассмотрены процессы становления соответствующих ведомств, подготовки и воплощения в жизнь различных законов и т.д., включая анализ налогового законодательства и органов налоговой службы 2.

Низовой уровень сбора денег закономерно представлен преимущественно литературой о сельской общине 3 с налогообложением крестьян, включая недоимки 4. Указанную тематическую нишу дополняют издания, посвященные земскому и городскому самоуправлению с отдельными упоминаниями их местных налогов 5.

Значительно информативнее публикации о финансовом состоянии страны в целом, с попутным освещением роли прямых налогов 6. Следует выделить сочинение К.Ф. Головина, который делает вывод о том, что финансовая политика государства в конце XIX века была направлена на увеличение доходов от косвенных налогов, сделавшихся «почти единственным источником государственного дохода» 7.

Далее отметим обобщающее издание группы ведущих финансистов страны, с важной оценкой того, что уже в 1906 г. «снижение выкупных платежей дало крестьянам время свободно вздохнуть от непосильных налогов, но не дало ему благосостояния, не дало ему материальной устойчивости и необходимых сил для перенесения тяжести ежегодно увеличивающихся косвенных налогов, при неблагоприятных условиях его хозяйства и общественно-политической  жизни страны» 8.

Выкуп крестьянами земель критически осветили сначала П.П. Мигулин, А. Лосицкий 9, показавшие, что те погасили свой долг перед казной намного раньше официальной отмены выкупных платежей; затем П. Кованько со следующим вердиктом: «Тяжесть выкупных платежей происходила от того, что при выкупе земли в стоимость её включена была и рабочая сила крестьян» 10.

Необходимость финансово-налоговой реорганизации понимали многие экономисты 11, в особенности В.Н. Твердохлебов, в том числе применительно к госналогу с недвижимого имущества в городах в сравнении с зарубежной практикой; этот же автор показал влияние Первой мировой войны на состояние земских и городских бюджетов 12.

Заслуживает внимания современного историографа и разница в фискальных позициях представителей различных политических партий: от октябриста А. Яснопольского (1907 г., «каждый крестьянин очень хорошо знает, что такое казенная подать, выкупные платежи или оброк, земские, волостные, сельские сборы. От них тяжко приходится крестьянам, а между тем они составляют на самом деле малую часть, которую берет с него казна» 13); до большевика Б. Имшеницкого (1917 г., «из дореволюционной налоговой системы не осталось ничего, что заслуживало бы внимания и подражания, наоборот, от нее нужно бежать как от чумы, ибо, как доказано, она не укрепляет, а разрушает внутреннюю организацию страны» 14).

Специальные исследования по истории российских налогов можно разделить на две группы.

Во-первых, это литература о собственно податной инспекции, начиная со статьи Н.Д. Маслова, в которой автор решает вопрос «Оправдали ли податные инспектора надежды, возложенные на них в 1885 г.?» 15; и заканчивая книгой К.И. Ровинского о подготовке введения данного института Госсоветом, его последующем комплектовании, с позитивной оценкой его деятельности 16.

Во-вторых, значительно более обширная серия сочинений о новациях отдельных прямых сборов: государственных поземельного и с городских недвижимых имуществ 17, а также местных сборов как земского 18, так и аналогичного городского 19; анализу новых налогов: промыслового, квартирного, военного 20.

Наибольшее число публикаций касалось введения в России принципиально нового подоходного налога, причем их авторы были из числа как его противников, так и сторонников. Среди последних самым типичным являлся вывод профессора М.М. Алексеенко относительно причин отсутствия в России указанного налога: «В обществе, которое характеризуется делением классов на привилегированные и податные, иные налоги и иные принципы, чем в обществе, в котором фундаментным началом признано равенство перед законом, судом, службой и налогом» 21.

Следующий этап разработки темы с разной интенсивностью приходился на 1918 – 1991 гг. (с середины  20-х по середину 50-х гг. ХХ в. глубоких публикаций не выявлено). Тогда преобладали непрофильные работы в русле тех же двух традиционных направлений.

По истории государственного аппарата, включая его фискальную подсистему, наибольшую ценность представляют исследование П.А. Зайончковского и в какой-то степени учебник Н.П. Ерошкина. В первом рассматривается эволюция государственных учреждений на протяжении XIX столетия в отношении центрального и губернского звеньев управления. Помимо освещения функции ведомств, большое внимание уделено служащим: их сословному происхождению, владению собственностью и другим сюжетам. Обзор дается в целом по Империи, губернское звено отражено слабо 22. Второе пособие обозначает тему на уровне нескольких упоминаний, например: «В
1885 г. была учреждена должность податных инспекторов, на которых вначале был возложен надзор за доходностью подлежащих обложению торговли и имуществ, а впоследствии надзор за исправностью платы вообще» 23. Историю налогов также затрагивали попутно и другие исследователи, чаще всего в рамках идеологического очернения дореволюционной действительности 24.

Из общего ряда выделяется работа Л.Е. Шепелева 25, автор которой  высказал смелую мысль о том, что финансовое ведомство было наиболее либеральным из всех остальным, способным к проведению реформ буржуазного толка.

Большое значение имеет монография академика П.В. Волобуева, где специально выделяется глава «Налоговая политика», в которой анализируются изменения налогообложения, начатые Временным правительством в
1917 г. Автор подчеркивал, что меры, принятые по обложению «имущих классов», были вынужденные: «Перед Временным правительством встала задача срочно изыскать новые источники доходов, не обременяющие трудящиеся массы и не подрывающие народное хозяйство» 26. Подчеркивая важность данных мероприятий, историк указывал на половинчатость, нерешительность властей, их нередкий отказ от собственных планов, запаздывание с явно назревшими мерами. Замечания о выдающейся роли в событиях тех дней «авангарда народа — рабочего класса» и «трудового крестьянства», ведомых большевиками, были сформулированы явно из идеологических соображений.

Среди диссертаций, затрагивавших проблему фискальной политики в свете деятельности министров финансов, выделяются работы В.Л. Степанова, который анализировал программы Н.Х. Бунге 27; Г.Н. Драгана, изучавшего политику С.Ю. Витте в свете периодической печати 28.

Специальных же исследований по проблемам развития отечественного налогообложения в советской историографии не проводилось. Те же отдельные публикации 29, где рассматриваемая тема затрагивалась, отличались политической предвзятостью, субъективистским критиканством, доходящим до фальсификации фактов (начиная с брошюры «Налоги царские и налоги советские» 30). Подобные работы были характерны, как правило, для 20–30-х гг. ХХ столетия.

Исключение составляли позднейшие диссертации о податных реформах, в особенности, отличающиеся пограничной хронологией, включая труд Н.И. Ананьич, которая считает завершение дореформенной эпохи российского налогообложения 1885 г. фактором, положившим начало ликвидации отживший системы подушной подати 31.

Современный период характеризуется увеличением интереса к экономической истории России и, соответственно, к ее налогообложению. Пока что с обзорным освещением последнего 32, включая исследования о земском самоуправлении, деятельность которого была невозможна без полноценного сбора региональных налогов 33. Отдельные публикации были посвящены  финансовым органам Российской Империи. Например, юбилейное издание Министерства финансов 34. Новаторские издания по истории предпринимательства бегло затронули промысловые сборы 35. Косвенное обращение к этой теме имеют труды В.В. Морозана о казенных сберкассах 36 и П.В. Лизунова о биржевой торговле37, Н.Ф. Тагировой о становлении и развитии хлебного рынка38.

Продолжала выходить литература о деятельности министров финансов  той эпохи, больше всего о фигуре С.Ю. Витте 39.

Только постсоветский период вызвал появление профильных трудов об отечественном налогообложении. В 2001 г. были изданы две работы, принадлежащие, впрочем, не историкам, которые сближает отсутствие анализа архивных источников: предельно обобщенная — юриста А.В. Толкушкина об эволюции косвенных и прямых сборов с Киевской Руси  по настоящее время 40; и экономиста Е.В. Сапилова об указанных видах налогов в конце XIX – начале ХХ веков 41. Новую серию таких работ открыло популярное издание, подготовленное историками, с кратким обозрением фискальной политики России с IX века по 1917 г., включающее положение о коренной трансформации системы налогов от традиционной до современной с конца XIX века 42. Коллективная книга экономистов так же начинает эпоху новейших налогов с этого же времени 43.

Публикации научно-популярного характера появились и в провинции, в том числе экономиста А.П. Ефимкина и архивиста В.А. Харламова о податных инспекторах Нижегородчины 44; историка А.К. Кириллова о специфике налогообложения зауральских регионов 45.

Важнейшую роль в деле разработки смежных с налоговой тематикой проблем играют диссертации, особенно докторские, с соответствующими монографиями. Среди них наибольший интерес представляют сочинения историков. Однако даже сейчас в данной тематической нише доминируют непрофильные исследования по отдельным персоналиям 46, включая труд В.Л. Степанова 47, расширившего свою кандидатскую работу до докторской диссертации применительно к личности и деятельности Н.Х. Бунге.

Юристы и экономисты изучают свои аспекты в отношении к финансам 48. Здесь слишком обширным охватом выделяется диссертация правоведа Ю.В. Сорокиной, в которой рассматривается российская финансовая система с XVIII века до 1917 г. Отсюда ограниченность ее реконструкции только юридической интерпретацией с минимальными конкретными доказательствами, особенно архивного происхождения 49.

Специальные исследования об отечественном налогообложении представлены докторскими и кандидатскими диссертациями. Наибольшее значение имеют сочинения историков, включая единственное докторское исследование 2004 г. О.И. Марискина, посвященное налогам поволжских крестьян за 1861 – 1928 гг. 50

Обзорная характеристика русского налогообложения за Х – ХХ века дана в 2000 г. А.Г. Молчановым (с искусственным привязыванием «налоговой полиции» к предоктябрьской действительности). Обращает внимание попытка историка проанализировать эволюцию «налоговых преступлений», но преимущественно применительно к 1990-м гг. 51

Большее количество диссертаций выполнено в области экономических, юридических и правовых наук с характерной для них описательностью на основании опубликованных источников и без нужного аналитического баланса общероссийского законодательства, типичной практики осуществления налогообложения и проявления ее специфики, в том числе наиболее значимые три докторские 52 и шесть кандидатских исследований 53.

Зарубежные исследователи в своих работах также обращались к проблеме функционирования фискальной системы в России в период модернизации конца XIX – начала ХХ столетий, подчеркивая, что в России в эту эпоху наблюдалась «затяжная экономическая нестабильность», которая способствовала росту напряженности в стране 54. Интересна статья немецкого специалиста в области истории экономики Ш. Плаггенборга, в которой подвергается анализу фискальная политика российского государства в период индустриализации с 1881 по 1903 гг. 55 При этом историки подчеркивали, что взаимоотношения государственной политики и рыночных сил в России являлось более сложным, чем обычно предполагалось 56.

Американский историк Т. фон Лауэ посвятил монографию изучению деятельности С.Ю. Витте, обзорно анализируя и деятельность его предшественников на посту министра финансов: Н.Х. Бунге и А.И. Вышнеградского 57. В целом исследователи высоко оценивали деятельность С.Ю. Витте: «Рано или поздно Россия должна была быть вовлечена в европейские процессы индустриализации, конституционного строя и парламентской демократии». Развитие государства в этих направлениях, по мнению С.Ю. Витте, было неизбежно58.

Обращает внимание и коллективный сборник работ, посвященный обсуждению приоритета реформ, в т.ч. и экономических, включающих фискальный аспект, во избежание революционных потрясений 59 Проблему трансформации финансовой системы в целом, и налогообложения в частности, затрагивали и другие зарубежные исследователи 60.

В новейшей монографии виднейшего историка США П. Грегори о российской модернизации рубежа XIX – ХХ столетий упомянуто значение «налогового кодекса», поскольку «в конце XIX в. в России требовались финансовые средства, чтобы преодолеть ее относительную отсталость»61. Причем благополучие с собираемостью налогов в предоктябрьское 20-летие он противопоставляет постсоветским 1990-м – 2000-м гг., используя понятие «налоговая система»: «кризис налоговой системы как следствие отсутствия налоговой дисциплины лишают государство возможности финансировать накопление капиталов за счет бюджетных доходов» 62.

Особый интерес вызывает статья американского историка Я. Коцониса, который подверг сравнительному анализу подоходное обложение царской и советской России, основное внимание уделяя при этом различным точкам зрения, возникавшим при обсуждении законопроекта 1916 г. Автор подчеркивает, что «подоходный налог был единственным из всех налогов, который предстояло взимать не с коллективных налогоплательщиков или семей, не с собственности или товара, а с суммы личного дохода отдельного индивида; кроме того, ему предстояло стать единственным по настоящему универсальным налогом, взимаемым со всех живущих в России, исключая императора и непосредственных августейших наследников» 63.

На основании вышеизложенного выясняется необходимость выполнения историком монографического исследования с комплексной характеристикой перестройки налогообложения в конце XIX – начале ХХ веков на репрезентативных материалах центральных регионов России с архивно-документированными выводами.

Во втором параграфе «Источники и теоретико-методологическая основа работы» рассматриваются источниковая база проблемы и ее ключевые теоретико-методологические основания.

Источниковую базу диссертации составляют архивные документы и разнообразные опубликованные материалы.

Исходные общероссийские и региональные сведения извлечены автором из следующих архивохранилищ: Российский государственный исторический архив (РГИА, г. Санкт-Петербург), Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ, г. Москва), Российский государственный архив экономики (РГАЭ, г. Москва).

В РГИА самые обширные сведения о функционировании налоговой системы России содержатся в фонде 573 – «Департамент окладных сборов Министерства финансов». Среди огромного массива документов отметим доклады министров финансов по делам Департамента, их представления в Государственный Совет и Государственную Думу об утверждении смет и т.д.; а также различные материалы по губерниям Империи: отчеты податных инспекторов и сводные губернские таблицы к ним; ведомости о поступлении окладных сборов, сметы и проекты раскладок земских повинностей, об оценке недвижимых имуществ, о поземельном устройстве крестьян; ходе выкупной операции, переоброчке государственных крестьян, прошения крестьян об уменьшении выкупных платежей, предоставлении крестьянам податных льгот и выплате выкупного долга.

Обширные данные по проблеме были извлечены из материалов фонда 560 – «Общая канцелярия министра финансов». Особый интерес вызывает переписка министров финансов, их проекты и записки по разным вопросам внешней и внутренней политики России, в том числе и по вопросам налогообложения, именные указы и повеления, «всеподданнейшие» докладные записки министров финансов, отчеты Министерства и его департаментов, журналы и определения министров финансов, их замечания на проекты других ведомств; материалы, присланные главе Минфина для сведения, включая данные о финансовом положении в губерниях и в целом общегосударственное.

Важные данные обнаружены в фонде 1263 – «Комитет министров», включая Журналы заседаний Комитета министров и приложения к ним (представления ведомств) по всем вопросам государственного управления, тем более что в введение Комитета также входили вопросы изменения повинностей и налогов в городах. Для реконструкции функционирования налоговой системы в различных регионах использована отчетность о состоянии губерний за 1905–1906 гг.

В фонде 1276 – «Совет Министров» — содержатся материалы о проводимых законотворческих работах и предложениях министерств, ведомств, особых совещаний, комитетов и комиссий по правовым вопросам, вносившимся в Государственную Думу и Государственный Совет. Кроме этого, в фонде имеются сведения о финансовых преобразованиях, ежегодной росписи доходов и расходов и сметах различных ведомств, займах, погашении государственных долгов, утверждении сумм различных налогов по губерниям: поземельного, введении и изменении подоходного и промыслового, пересмотре положения о налоге с недвижимых имуществ, военном налоге, утверждении земских смет и выдаче ссуд земствам. Уникальная информация о фискальных преобразованиях после Февральской революции имеется в журналах заседаний Временного правительства за март-октябрь 1917 г., в том числе о повышении имеющихся сборов, о реорганизации налоговых органов.

Интересные сведения об обложении торговых и промышленных заведений в Российской Империи найдены в фонде 23 — «Министерство торговли и промышленности»; о внесении налогов государственными крестьянами — в фонде 396 «Департамент государственных земельных имуществ»; о прохождении сумм налогов через казначейские органы — в фонде 565 «Департамент государственного казначейства».

В ГАРФ вспомогательная информация о налогообложении содержится в личных фондах, прежде всего в фонде 586 — В.К. Плеве, который дает представление о его деятельности в должности государственного секретаря, принимающего участие в совещании по пересмотру законодательства о крестьянах, а также в должности члена Особого совещания о нуждах сельскохозяйственной промышленности. Данный фонд рисует правдивую картину о состоянии дел в деревне, в том числе о функционировании крестьянских сходов и т.д. Подобный материал был обнаружен и в фонде 601 — императора Николая II.

Ценные сведения о мерах, предпринимаемых постфевральским руководством в деле модернизации налоговой системы России, содержатся в фондах: 1778 – «Канцелярия министра-председателя Временного Правительства», 1779 – «Канцелярия Временного Правительства», 1788 – «Министерство внутренних дел Временного правительства», 6996 – «Министерство финансов Временного правительства».

В РГАЭ положение в системе фискальных органов с февраля по октябрь 1917 г. отображают данные фонда 7733 — «Министерство финансов СССР».

Первичная информация в отношении регионов, обеспечившая глубину исследования, почерпнута из документов, целостно отразивших проблему по столичному региону: Центрального исторического архива г. Москвы (ЦИАМ) и Центрального архива г. Москвы (ЦАГМ), и типичной аграрной губернии –  Государственного архива Курской области (ГАКО, г. Курск).

В ЦИАМ материалы о сборе налогов в Московской губернии были почерпнуты в фонде 51 — «Московская казенная палата», в т.ч. данные о внесении средств сельских обществ по выкупным операциям; статистические ведомости о домовладениях, квартирах и суммах квартирного налога в городах и селениях губернии и т.д.

В ЦАГМ поступления налогов за 1917 г. отражены в фондах: 1722 «Московского Совета рабочих депутатов», 715 «Финансового управления Мосгорисполкома», 2360 «Финотдела Рогожско-Симоновского», 2485 «Замоскворецкого районного контрольно-финансового отдела».

В ГАКО отобрана типичная информация в отношении русской провинции, в основном из документов Курской казенной палаты (ф. 184) и ее податных инспекторов (ф. 143): статистика по обложению и реальному взиманию всех государственных и местных налогов, переписка казенной палаты как с податными инспекторами и соответствующими органами местного самоуправления, так и непосредственно с налогоплательщиками. Значимый интерес представляют отчеты фискальных агентов управляющему палатой и различные отчеты последнего в столичный Департамент окладных сборов. Укажем также на наличие фактов о выборах в члены различных губернских и уездных присутствий. Здесь же хранится массив  циркуляров и указаний Минфина, адресованных палате для использования.

Данные о взимании государственного промыслового налога, государственного подоходного налога  и др., переписка Палаты с присутствиями и инспекторами содержатся в фонде «Губернских присутствий по различным налогам» (ф. 144). Интересные сведения о назначении, распределении и взимании всех налогов,  в особенности региональных, были обнаружены в фонде канцелярии губернатора (ф. 1).        Важное значение имеют документы Курского губернского казначейства (ф. 327), в котором содержится материал по обложению всеми налогами, включая временный военный налог, сведения о недоимщиках, переписка с казенной палатой и т.д. в целом по губернии и по разным уездам. Сведения такого же характера имеются и в фондах Дмитриевского (ф. 314) и Рыльского уездного казначейств (ф. 328). Данные об обложении земскими сборами земель, недвижимости, назначение, распределение,  взимание сборов,  а также годовые сметы доходов и расходов земств  содержатся в фондах Курского губернского по земским и городским делам присутствия (ф. 54), уездных земств (ф. 239),  Курской губернской земской управы (ф. 39), Рыльского уездного земского съезда (ф. 740).  Материалы о городских доходах, сметах доходов  и расходов вплоть до 1917 г., о проведении оценки недвижимых имуществ, переписка с различными губернскими инстанциями изучены по фондам Курской городской думы (ф. 48), Рыльской городской думы (ф. 299), Обоянской городской думы (ф. 230), Обоянской городской управы (ф. 228). Интересные сведения о различных сторонах налогообложения обнаружены в таких непрофильных фондах, как Курское губернское правление (ф. 33), Курское губернское присутствие (ф. 66), Курская контрольная палата (ф. 125), Губернский статистический комитет (ф. 4). Материалы о финансовом положении в губернии после Февральской революции 1917 г. обнаружены в фонде Курского губернского  и уездных комиссаров Временного правительства (ф. Р-322), а также советском фонде учреждений периода оккупации (ф. Р-1010).

Вторую группу источников составляют различные опубликованные материалы. В первую очередь, это определяющие порядок налогообложения законодательные акты, опубликованные в Полном собрании законов Российской Империи. Здесь же имеются данные о суммах всех государственных прямых налогов в целом по стране и по различным регионам в частности.

По отдельным направлениям налогообложения выходило большое количество  нормативных материалов, которые сводились в специальные сборники. По промысловому налогу это профильное издание «Полный свод узакононений, разъяснений и распоряжений правительства по Государственному промысловому налогу».

Разнообразный материал по сельскому самоуправлению, занимавшемуся сбором с крестьянства, содержится в «Сборнике узакононений и распоряжений правительства о сельском состоянии» и «Новом положении о порядке взимания окладных сборов с надельных земель сельских обществ».

Распоряжения правительства эпохи Первой мировой войны собраны в сборнике «Важнейшие, законы, указы, и распоряжения военного времени».  Постфевральскую действительность отражает издание «О повышении окладов подоходного налога, об установлении единовременных налога и других постановлений Временного правительства о подоходном налоге» и т.д.

Большой интерес вызывают материалы, предшествующие введению того или иного налогового закона, показывающие спорные моменты по проекту, отношение различных ведомств к введению изменений и др. Например, «Труды комиссий Высочайше учрежденной для пересмотра системы податей и сборов», «Журнал межведомственной комиссии по вопросу введения подоходного обложения», «Материалы к проекту военного налога».

Исключительное значение имеют статистические сборники, издание которых было поставлено на постоянную основу после создания института податной инспекции. С 1888 г. выходили своды сведений о назначении и взимании казенных, мирских, земских сборов, составленные по отчетам фискальных агентов. Периодически публиковалась и разноплановая статистика:  «Мирские доходы и расходы за 1905 г. по 50 губерниям Европейской России», «Свод сведений о поступлении и взимании казенных, земских и общинных окладных сборов за 1895 – 1899 гг. (по отчетам податных инспекторов)» и т.д.

Огромную ценность имеют «Обзоры» губерний с подробными сведениями по обложению населения различными налогами,  включая и мирские. В таковых имеются и личные мнения, высказанные податными инспекторами и служащими казенных палат. На базе «Обзоров» можно проводить сравнительный анализ поступлений, недоимок и пр. по всем видам обложения и по разным губерниям.

Особое место занимают доклады, делавшиеся министрами финансов и другими служащими Минфина по финансовым вопросам. Например, «К вопросу о преобразовании действующей налоговой системы», «Всеподданнейший доклад министра финансов  о государственной росписи доходов и расходов на 1895 г.» и др., в которых руководители финансового ведомства объясняли проведение тех или иных мер.

Автором использовались и специальные издания для служебного пользования, в т.ч. «Основные задачи податного и оценочного дела (руководство для податных инспекторов, земских и городских управ по разным вопросам податного и оценочного дела)» (Киев, 1912), где начальник окладного отдела Киевской казенной палаты К.П. Гавриков давал оценку целей налоговой системы, актуальной и в современных условиях: «Главным руководящим принципом податной политики, как государственной, так и местной, должно быть обязательное соответствие налогов их целям, а также интересам плательщиков. В сих видах необходимым условием всякой налоговой системы  являются, с одной стороны, требования достаточности и подвижности налогов, правил, выбор источников и дешевизна взыскания; с другой стороны, их общность и равномерность» (с. IV). К этой же группе относятся и различные руководства для должностных лиц: «Инструкция о применении положения о военном налоге», «Образцы постановлений, отношений и других бумаг по делопроизводству казенных палат» и т.д.

В работе учтены и коллективные решения различных съездов по фискальным вопросам, в которых обсуждались принятые законы, давались рекомендации по оптимизации системы обложения. В частности, «Журнал октябрьской 1911 г. сессии съезда податных инспекторов Московской губернии», «Первый Всероссийский съезд податных инспекторов и их помощников: Москва, 7–17 августа 1917 г.» и т.п.

Для дополнительного изучения местного налогообложения актуальны документы, приняты земствами и городскими думами в контексте финансово–налоговой политики: «Доклад по вопросам об улучшении земских финансов», «Московское губернское земство», «Смета доходов уездных городов на 1889 г.».

Наконец, большое значение имеют опубликованные воспоминания государственных деятелей, высокопоставленных чиновников: С.Ю. Витте, В.Н. Коковцева и др., в которых давалась личная оценка событиям.

Таким образом, использованные в исследовании источники отличаются необходимым разнообразием, что позволяет сформулировать достоверные выводы о фискальной системе в Российской Империи конца XIX – начала ХХ столетий.

Целостное рассмотрение проблемы функционирования налоговой системы в Российской Империи в конце XIX – начале ХХ столетий потребовало привлечения трех известных теорий историософии — модернизационной, формационной и цивилизационной. Поскольку каждая из них имеет свой собственный набор достоинств и недостатков, то ни одна из данных концепций не может претендовать на главенствующее положение. Наша задача состояла в их комплексном применении к указанном периоду экономической истории России.

Российское общество в силу исторических причин внутреннего и внешнего характера не относилось тогда к передовым по уровню развития, а являлось по европейским меркам страной «догоняющего развития». В этих условиях в России наблюдалось постоянное противоборство консервативной и реформаторской политики, в том числе в области налогообложения. Решающий толчок для модернизации государства и общества, всех их сфер дали великие реформы Александра II и его сподвижников, начиная с отмены крепостного права в 1861 г.

Модернизационная модель общественного развития представляет собой междисциплинарную попытку освещения проблем экономики. Каждая дисциплина вносила свой вклад в определение ключевых проблем модернизационного перехода. Политическая наука представляет модернизацию как изменение социальной системы, при котором возрастает участие в политике различных групп населения, связанное с процессом индустриализации, освоения передовых научно-технических достижений 64. С позиции же социологии модернизация представляет собой совокупность технологических, экономических, социальных, культурных, политических перемен, направленных на совершенствование общественной системы в целом 65. В экономическом словаре «модернизация» истолковывается как преобразование, усовершенствование чего-либо в соответствии с современными требованиями 66. Наиболее полным представляется экспликация смысла рассматриваемой категории в качестве исторического  обновления социально-экономических, политических, культурных, религиозно-нравственных и других основ жизни общества путем различных нововведений и усовершенствований, отвечающих актуальным требованиям и вкусам. В более узком смысле под модернизацией историки понимают промышленную революцию, которая является основой формирования индустриального общества 67.

Подходы к подобному пониманию модернизационного процесса были впервые сформулированы в конце XIX – начале XX в. в работах Э. Дюркгейма и М. Вебера 68. Дальнейшее развитие идеи этих классиков гуманитарного знания получили в середине ХХ в. При этом акцент в изучении модернизации был сделан на индустриализацию экономики, в ходе которой происходит радикальное преобразование всех социальных структур и функций традиционного (аграрного) общества. Теория модернизации, одна из самых востребованных сегодня в качестве теоретико-познавательной основы историософских макротеорий, служит наиболее адекватным познавательным инструментом в изучении исторических процессов нескольких последних столетий. Модернизационный подход к истории России едва ли не впервые был применен в 1950-е гг. на крупной научной конференции, прошедшей в США 69. Российскими учеными этот подход начинает широко использоваться в 1990-е гг. в изучении экономических и социальных трансформаций70.

Исходная точка отсчета модернизационных процессов — аграрное (традиционное) общество, характеризуется сословным делением;  подавляющей ролью в его экономике сельскохозяйственного производства; низкой специализацией труда, замкнутостью повседневной жизни; акцентом в сфере социальных отношений и культурных норм на традицию; невысокой степенью централизации производства и потребления; соответственно, неразвитостью денежного обмена и рынка; превалированием в общественных отношениях семейных связей, норм; односторонним потоком продуктов и услуг из сельской местности в города.

Центральным вопросом в исследовании модернизации является выявление критериев, свидетельствующих о степени модернизированности экономики. По мнению ряда исследователей (А. Десаи, Ш. Эйзенштадт, др.), в этой сфере модернизация отличалась рядом сторон, как то — отделением экономической деятельности от традиционалистского окружения; растущей специализацией экономических ролей и кластеров экономической деятельности — производства, потребления и распределения; самоподдерживающимся ростом в экономике; форсируемой  индустриализацией.

Проведенное нами исследование позволяет утверждать, что значимые модернизационные изменения  происходили и в фискальной системе. Одной из важнейших характеристик этих преобразований в России в конце XIX – начале ХХ столетий являлось создание специального налогового органа — Податной инспекции (1885 г.), которая давала возможность охватить проводимыми и планируемыми реформами все население страны, при этом контролируя исполнение законов. Именно с создания этого института можно констатировать начало формирования передовой налоговой системы.

В российской истории основным проводником модернизационных процессов было и остается государство. Как правило, основные этапы российской модернизации вызывались внешними причинами и, относительно западной модернизации, длившейся несколько столетий, характеризовались форсированным характером, в результате формировался мобилизационный тип экономической и социальной структуры, и широкомасштабным использованием государством авторитарных методов достижения поставленных целей. В подтверждении этого высказывания отметим, что в России в рассматриваемый период вопрос о введении справедливого подоходного налога неоднократно поднимался и активно обсуждался, однако был принят только в условиях военного времени (1916 г.).

Важное значение для выявления особенностей процесса модернизации налоговой системы России имеет и теория формаций, которая ориентирована на выявление закономерностей, присущих обществу на различных стадиях его истории, а также его структуры на каждом из этих этапов. Этот подход направлен на изучение важнейших событий в истории общества. Перед нами  своего рода «вертикальное» измерение истории, в котором отражены такие стороны исторического процесса, как стадиальность, динамизм, перерывы постепенности. При помощи формационной концепции в диссертации было выявлено, что прямые налоги во всех странах мира имелись и государственные, и местные, обнаруживали постоянную тенденцию к росту при стремлении центральной власти к более равномерному их распределению путем постепенного перехода к подоходному обложению.

Немаловажен для раскрытия поставленных в диссертации задач и цивилизационный подход, который позволяет понять генезис, характерные черты и тенденции развития различных обществ. При этом подходе обогащаются представления о социально-психологическом облике данного конкретного общества, его менталитете, причем активная роль общественного сознания предстает  более рельефно. Ведь многие черты этого облика  являются отражением технико-технологического базиса той или иной ступени цивилизации. Цивилизационный подход нашел отражение при анализе особенностей модификации российской налоговой системы, в процессе которой параллельно сосуществовали остатки архаичной организации и новых, более прогрессивные методы работы. Также имел место приоритет косвенного обложения над прямым; наблюдалась трансформация ментальных установок и настроений подданных империи в отношении государственного и местного налогообложения; особенностей социального-экономического развития различных территорий государства (от стремительно развивающихся промышленных до откровенно депрессивных регионов).

Центральной категорией настоящего исследования является термин «налоговая система». В широком, методологическом смысле это совокупность налогов, сборов и пошлин, установленных государством и взимаемых с целью создания центрального (общегосударственного) и регионально-муниципальных фондов финансовых ресурсов, а также совокупность принципов, способов, форм и методов их взимания 71. Принципы построения налоговой системы государства обсуждаются практически с тех пор, как оно возникло. Еще Адам Смит в своей книге «Исследование о природе и причинах богатства народов» в 1776 г. сформулировал четыре правила: 1) налоги должны уплачиваться в соответствии со способностями и силами подданных; 2) размер налогов и сроки их уплаты должны быть точно определены до начала налогового периода; 3) время взимания налогов устанавливается удобным для налогоплательщика; 4) каждый налог должен быть задуман и разработан так, чтобы он брал из карманов народа возможно меньше сверх того, что подданные приносят государственному казначейству72.

Объектом нашего изучения являются прямые налоги. Такой налог представляет собой обязательный, индивидуально безвозмездный платеж, взимаемый органами государственной власти различных уровней с организаций и физических лиц в целях финансового обеспечения деятельности государства и муниципальных образований. Понятие налога являлось весьма обсуждаемым в научной среде. Так, еще в начале XIX  столетия русский экономист Н.И. Тургенев указывал: «Налоги — это суть средства к достижению цели общества или государства, то есть цели, которую люди себе предполагают при соединении своем в общество или при составлении государств. На сем основывается и право правительства требовать податей от народа. Люди, соединившись в общество и вручив правительству власть верховную, вручили ему вместе с сим и право требовать налогов» 73.

Более конкретно к определению этого термина подходил другой отечественный исследователь-экономист А.А. Исаев: «Налоги — обязательные денежные платежи частных хозяйств, служащие для покрытия общих расходов государства и единиц самоуправления» 74.

Российский экономист и статистик, академик И.И. Янжул подчеркивал, что налоги — это «… односторонние экономические пожертвования граждан или подданных, которые государство или иные общественные группы, в силу того, что они являются представителями общества, взимают легальным путем и законным способом из их частных имуществ для удовлетворения необходимых общественных потребностей и вызываемых ими издержек» 75.

Один из виднейших русских теоретиков в области финансов и права начала ХХ в. А.А. Соколов считал, что «под налогом нужно разуметь принудительный сбор, взимаемый государственной властью с отдельных хозяйствующих лиц или хозяйств для покрытия производимых ею расходов или для достижения каких-либо задач экономической политики без предоставления плательщикам его специального эквивалента» 76.

Любопытно мнение шведского экономиста Б. Свенсона по рассматриваемому вопросу, который трактовал понятие «налог» как цену, «… которую мы все оплачиваем за возможность использовать общественные ресурсы для определенных общих целей, например, обороны, и оказывать воздействие на распределение доходов и имущества между гражданами»77.

Итак, реализация принципов налогообложения в разных странах осуществляется с учетом особенностей развития, существующей социально-экономической ситуации. Наличие собственной, независимой от других государств налоговой системы является одним из признаков суверенного государства.

Поставленные в диссертации цель и задачи определили междисциплинарный характер работы, то есть включенность ее в область целого ряда наук и, прежде всего, в историю, экономику, право, социологию, статистику.

Методологическая основа диссертационной работы заключается в использовании следующих принципов: учета в реконструируемом историческом процессе противоречивых связей объективного (потребностей общества) и субъективного (государственной политики) начал; типичного, особенного и единичного (соответственно, правовых норм сбора налогов, их реализации по регионам и индивидуальных интересов налогоплательщиков).

Из специальных методов исследования отметим: генетический, давший возможность понять происхождение разных налогов; типологический, обеспечивший их классификацию; сравнительный, выявляющий специфику регионов; статистический, позволяющий количественно обосновать результаты собираемости налогов. герменевтический, используемый для интерпретации содержания текстов опубликованных и неопубликованных документов, на которых базируется диссертация.

Вторая глава «Центральный аппарат и региональные звенья управления налоговым контролем: традиции и новации» последовательно раскрывает соответствующую организационную вертикаль.

В первом параграфе —  «Общеимперские учреждения» — описываются органы, существовавшие до модернизации фискальных отношений.

К 1885 г. в России сложилась довольно стройная центральная система финансовых органов во главе с Министерством финансов, включавшим в себя департаменты по всем статьям государственного дохода. К ведению Минфина относилось управление всеми источниками государственных доходов: таможенных податей, пошлин, акцизов и прямых налогов.

Департамент окладных сборов заведовал всеми таковыми: от подушной подати к 1885 г., разнообразных денежных повинностей и сборов, в том числе  за свидетельства на право торговли, и вплоть до подоходного налога с 1916 г. Кроме этого, контролировал земские сборы и повинности, городские налоги; взимание выкупных платежей; управлял налогами с недвижимых имуществ, квартирным сбором и занимался общим наблюдением за всеми другими видами прямого налогообложения.

В каждой губернии находились органы этого министерства: казенная палата, казначейство, акцизное правление и т.д. Первая занималась сбором и контролем всех прямых налогов, включая выкупные платежи. Во главе палаты стоял управляющий, который назначался МФ. Он же являлся и председателем  целого  ряда губернских присутствий78.

Однако в области прямого государственного обложения и земских повинностей местные учреждения были ограничены в пользу органов самоуправления, которые, в свою очередь, не могли полностью справиться с возложенными на них функциями. Назрела необходимость создания еще одного органа, который был бы подчинен Министерству финансов и представлял его интересы на местах — податной инспекции.

Второй параграф — «Институт податной инспекции» посвящен собственно организационному механизму налоговой модернизации.

В 1885 г. по инициативе министра финансов Н.Х. Бунге было принято решение о создании местных органов податной инспекции — в уездах и городах. По данному постановлению на первых порах было учреждено 500 должностей агентов, которые должны были начать службу практически на всей территории страны79. Подбором кадров для инспекции занимались управляющие казенными палатами, а затем утверждались на уровне министра финансов. Первые фискальные агенты были высокообразованными людьми с прекрасными рекомендациями от руководителей губернских звеньев Минфина — управляющих казенными палатами.

На инспекторов ложилась основная тяжесть работы с разнообразными налогоплательщиками, возлагались обязанности наблюдения и контроля за торговлей и промышленностью, участие в оценке недвижимости, земельной собственности, стоимости квартир, доходов граждан с различных статей, проведение ревизий в местных финансовых органах и органах самоуправления, председательствование на заседаниях профильных уездных и городских присутствий. Встретив в начале своей деятельности недоверие среди местного населения, инспекторы добились уважения и признания  жителей благодаря компетентности, безупречной порядочности и упорному трудолюбию в деле защиты не только источников дохода государственного бюджета, но и животрепещущих интересов налогоплательщиков, особенно рядовых.

Успехи в работе привели в 1892 г. к расширению штата этого механизма в условиях продолжающегося реформирования отечественного налогообложения: переоценка недвижимого имущества для земского обложения, введение квартирного налога и др., где в качестве оценки начинают выступать признаки обложения подоходного характера. И на этом поприще инспекторы проявили себя с положительной стороны.

В 1897 г., помимо увеличения количества данных сотрудников, Минфин ввел еще одну должность — помощника податного инспектора, поскольку к ранее определенным обязанностям, добавились и дополнительные: наблюдение за хлебосевом, урожайностью, севооборотом; взиманием сборов с крестьянских общин и т.п. вопросы.

В 1899 г. был принят официальный документ, регламентирующий деятельность этой организации, — «Положение о податных инспекторах», с возложением на нее новых обязанностей: от периодических ревизий казначейств до проверки выполнения фискальных функций волостными правлениями80.

В последующем Инспекция не переживала существенных потрясений, а ее служащие выполняли огромное количество различных поручений: контроль за распределением и взиманием промыслового налога, гербового сбора, окладных сборов с крестьян,  выяснение состояния и ценности наследства; доставка казенным палатам сведений о ярмарках на их податных участках и др., включая участие в заседаниях уездных попечительств о народной трезвости. Такая колоссальная нагрузка требовала увеличения штата, и в 1914 г. была учреждена должность делопроизводителя при каждом инспекторе, что завершило создание собственного штата фискального агента.

С вступлением Российской Империи в Первую мировую войну положение инспекторов значительно усложнилось из-за мобилизации значительной части их помощников и делопроизводителей, тем более что инфляция болезненно сказалась на получаемом ими жаловании, дополнительных же льгот правительство не предусматривало, а нагрузка еще более увеличивалась в связи с повышением целого ряда существовавших налогов и введением новых: военного и подоходного. После Февральской революции 1917 г. служащие начинают занимать активную политическую позицию и требовать коренного реформирования инспекции. Однако октябрьский приход к власти большевиков вызвал коренную ломку всего податного дела.

В третьем параграфе «Представительные органы налогообложения» —  раскрывается специфика деятельности податных присутствий.

В России эти органы появились в 1885 г. после новых налогов, имевших целью перевод обложения на начала доходности81. Система присутствий имела региональный характер (уездный, городской, губернский) и была введена для контроля за распределением и поступлением налогов: сначала с торговых и промышленных предприятий и с городских недвижимых имуществ, позднее — квартирного, военного, подоходного сборов.

Для контроля за взиманием выкупных платежей и поземельного налога (окладных сборов) с крестьянского населения продолжало действовало с 1861 г. присутствие по крестьянским делам, но его поле деятельности было строго ограничено и в целом носило сословный характер.

В состав нового фискального учреждения входили представители властных структур (губернатор, члены казенной палаты, суда, других органов),  самоуправления (уездного и губернского земства, городских дум, волостных правлений) и самих плательщиков данного налога82, т.е. в дооктябрьской России к вопросам распределения налогов были привлечены все слои общества.

Эта схема обеспечивала рациональное равновесие интересов казны и плательщиков податей, с возложением ответственности за сбор на аппарат казенных палат и податной инспекции. Коллегиальная форма решения вопросов в сфере налогообложения была эффективна и рациональна, объединяла интересы фиска с общественной экспертизой, которая следила за законностью и справедливостью обложения и боролась с нечестными плательщиками, стремившимися уйти от уплаты налогов.

Властные структуры поощряли деятельность членов присутствий, которые за свою службу нередко получали государственные  награды, учитывая их полномочия: в пределах губернии, общую сумму каждого налога они коллективно раскладывали по уездам и городам, с обязательным учетом их экономического уровня и численности плательщиков. Затем на заседаниях уездных присутствий назначенная сумма распределялась по налогоплательщикам, уже в зависимости от их успешности. К октябрю 1917 г. этот институт являлся базисным элементом налоговой системы, осуществляя симбиоз государственной политики и доходности плательщиков в интересах общества.

В диссертации подчеркивается, что в Российской Империи на рубеже XIX – ХХ столетий присутствия являлись важным элементом фискальной системы, в которой осуществлялся симбиоз интересов государства и общества.

В четвертом параграфе — «Фискальные аспекты деятельности местного самоуправления» — рассматриваются особенности выполнения налоговых функций муниципальными органами.

Важнейшее значение имели земские учреждения, в особенности губернские и уездные земские собрания, которые осуществляли следующие сборы с недвижимого имущества: с земель, промышленных предприятий, торговых заведений, жилых домов и различных сооружений и т.д., поскольку финансирование всей земской деятельности осуществлялось за счет именно этих сборов.

Одновременно с раскладкой земских налогов указанные собрания распределяли и государственные с подобных же объектов: поземельный и с городского недвижимого имущества. При этом обязательно обсуждалось экономическое положение каждого уезда и города; рассматривали платежеспособность населения, количество недоимок, еще не уплаченных в казну.

Аналогичные функции выполняло и городское самоуправление, особенно с 1892 г., когда городским думам расширили сферу фискальных полномочий. На заседаниях городских депутатов назначались и раскладывались такие же сборы, но в меньшем размере; а  также осуществлялось переложение натуральных земских повинностей обывателей в денежную форму и сложение безнадежных к поступлению неправильно числящихся недоимок по городским сборам.

Подобными же функциями с 1861 г. были наделены сельские сходы крестьян, которые устанавливали свое поземельное обложение. Причем все налоги: государственные, земские, мирские до 1899–1903 гг. в деревне взимали с круговой порукой. Дополнительная особенность состояла в назначении сельским сходов особого сборщика податей, в обязанности которого входил взимание всех этих видов сборов с внесением итоговой суммы в уездное казначейство или губернскую казенную палату, как делали все другие индивидуальные некрестьянские плательщики казенных, земских, городских и прочих сборов.

Обращают внимание встречающиеся злоупотребления при налогообложении дворов со стороны старост и сборщиков податей в пользу влиятельных и обеспеченных хозяев, нередкие растраты сданных средств вышеуказанной администрацией.

Третья глава «Реорганизация общегосударственного налогообложения» — содержит характеристику казенных поступлений, имевших бюджето-образующий характер.

Первый параграф — «Выкупные платежи» рассматривает специфику взимания этого полуналога–полукредита с российского крестьянства.

Понятие «выкупные платежи» явилось результатом отмены крепостной зависимости, дальнейших реформ казенной и удельной деревни. Это были своеобразные ипотечные выплаты крестьян государству за землю (впрочем, и своеобразная реализация бывшей феодальной ренты: выкуп формально исчислялся от суммы оброка). В тексте диссертации автор обосновывает необходимость изучения указанных поступлений тем, что ими занимались финансовые органы, они были включены в систему прямого государственного обложения по росписи доходов и влияли в целом на налоговое положение подданных. Выкупные платежи — особый сословный сбор, обязательный только для крестьянского населения. Они выплачивались государству за полученную в собственность землю.

Первоначально встреченная с энтузиазмом, эта реформа уже в скором времени стала давать сбои. Несмотря на круговую поруку, появлялись недоимки, увеличивающиеся с каждым годом. Основной причиной такого положения была финансовая несостоятельность крестьянского населения. Поправить положение не  могли ни сельская администрация, ни полиция, ни финансовое ведомство.

Правительство решилось на проведение некоторых изменений: прощение недоимок, снижение суммы выкупных платежей, введение понятия отсрочки и рассрочки уплаты, учитывая, что для госбюджета суммы этих сборов были очень значительны, а для селян крайне обременительны, поэтому они нашли выход в неуплате налога. К примеру, для Курской губернии их размер составлял 2,8 млн руб., соседних: Воронежской – 3,8 млн руб., а Орловской — 1,4 млн руб.83 По Империи в разные годы их величина колебалась от 74 млн руб. до 89 млн руб.84, но из-за недоимок реально собирали 60–70%.

Внесение платежей зависело от урожайности, развития в регионе промыслов, отходничества, наличия торговых и промышленных заведений.

Проведенные правительством меры не повлияли на внесение сбора, и ситуация с каждым годом усложнялась. В результате даже власть имущие признали непосильность выкупных платежей. Анахронизм этих сословных выплат дал возможность для критики режима оппозиционным силам – от левацких партий до либеральных земцев. В 1905 г. одним из требований революционных масс была отмена выкупных платежей, что и произошло в ноябре указанного года, когда был принят закон «Об уменьшении и последующем прекращении выкупных платежей с крестьян бывших помещичьих, государственных и удельных» с 1 января 1907 г.85, что в лишний раз подчеркивает модернизационное значение исследуемого периода 1885 – 1917 гг.

Однако и после официальной отмены такая статья государственного дохода присутствовала в бюджете ввиду обязанности крестьян выплачивать недоимки, накопившиеся за годы существования сбора.

Во втором параграфе — «Имущественные налоги» — дается характеристика прямому государственному обложению непосредственных объектов собственности.

Поземельный налог в России имел длительную историю. За время своего существования он  модифицировался от посошной подати до общесословного поземельного обложения. При этом изначально существовавшие в России принципы обложения имели довольно правильные формы и основывались на описях земельного пользования. Однако в XVIII в. происходит отказ от справедливых основ равномерной раскладки и на смену ей приходит сословное обложение в виде консервативной подушной подати.

Возвращение к всесословному поземельному налогу произошло в 1875 г. Налог распределялся по раскладочной системе: сумма сбора назначалась Минфином по каждой губернии в соответствии с ценностью земель, которая определялась ее плодородностью. Колебания в оценке 1 дес. земли были огромными: от 17 коп. с десятины в черноземной Курской губернии до
коп. для нехлебородной Архангельской губернии86.

Назначенная сумма распределялась губернским земским собранием по уездам, а там подключались уездные земские собрания, и происходила разверстка по отдельным землям. С введением должности податных инспекторов контроль за сбором налога, анализ успешности поступлений легли на их плечи. При всеобщем сословном диапазоне поземельного налога его доля в российском бюджете была незначительной — не достигала и 1,5% от общеимперского налогопоступления.

Авторский анализ зачислений поземельного налога показывает, что в аграрных губерниях процент поступлений был значительно выше, чем в промышленно развитых. Это можно объяснить тем, что в сельскохозяйственных регионах земля являлась основной ценностью, от которой зависело благосостояние семьи и самого налогоплательщика. В регионах с промыслами, напротив, ценны были рабочие руки, которые могли найти себе применение на фабриках и заводах.

Успешность поступления поземельного налога напрямую зависела от урожайности, поскольку от количества, качества агропродукции и цен на нее складывались основные доходы крестьянского двора87.

Поступление этого сбора с крестьянских земель шло с наличием внушительных недоимок, которые ежегодно увеличивались. Например, в 1903 г. отношение недоимок к годовому окладу составляло 19,2%, а 1912 г. это отношение увеличилось до 46,2%, т.е. в 2,4 раза.

Причинами недоимок для сельских обществ были следующие: низкая урожайность, вызванная неразвитой агрокультурой; растущее малоземелье крестьян, обостренное отсутствие инфраструктуры; большие земские, мирские, страховые платежи, которыми облагалась та же земельная собственность.

В отношении частновладельческих земель, преимущественно принадлежавших дворянству, частично купечеству, зажиточным крестьянам и др. материально не бедствующим элементам населения, в диссертации особо акцентируется, что за ними числились даже большие недоимки, чем за общинными землями крестьянства. Причины такого положения крылись в том, что к выплатам крестьян стимулировала община, а у собственников земли такого катализатора не было. Ситуацию усугубляли и чрезмерные расходы на личные нужды частных владельцев, предпочитавших экономить на поземельных платежах.

Отстающая раскладочная система не отвечала действительной доходности земли, но наметился переход к подоходному принципу в виде учета стоимости земли и ее плодородности. Полная же замена этой системы на более прогрессивную — подоходную тормозилась незавершенностью работ по составлению единого земельного кадастра. Поземельный налог продолжал существовать вплоть до октября 1917 г.

В период либеральных реформ Александра II взамен архаичной подушной подати с городского населения (мещан и т.п. категорий горожан) в 1863 г. ввели государственный налог с недвижимых имуществ в городах, посадах и местечках. Это был реальный сбор, назначавшийся по раскладочной системе: Минфин — губернские земские собрания — городские органы самоуправления, с 1885 г. распределяемый уже присутствиями на основе оценки городских объектов податными инспекторами. В результате поступления быстро возросли: с 2,1 млн за 1867 г. до 7,8 млн руб. на 1897 г., или в 3,7 раза88.

Эта раскладочная система, при всех ее минусах, учитывала в какой-то мере принцип подоходности: к примеру, МФ определял более высокий оклад наиболее развитым городским центрам. Поэтому в 1885 г. Московской губернии назначили собрать 607,3 тыс. руб., а с городских пунктов Пензенской — 56,7 тыс. руб., или в 11 раз меньше. В 1895 г. показатели еще более увеличились: 1320,0 на 51,0 тыс. руб., что дало разрыв в оценке уже в 26 раз89. Соответственно и налогоплательщикам Податные присутствия назначали оклад с экономической дифференциацией: «сумма казенных налогов распределяется согласно ценности отдельных имуществ». На практике же по Империи этот принцип выполнялся не везде: например, в уездном г. Обояни Курской губернии, по сообщению податного инспектора, долги оставались за несостоятельными жителями, т.к. ежегодные оценочные списки не менялись в течение 20 лет90; г. Пензу же приводят в пример остальным – там система оценки была поставлена исключительно по имущественным критериям91.

Из-за растущего недосбора с городских имуществ властям пришлось даже провести реформу в 1910 г. по увеличению налогов с собственности горожан посредством ее переоценки, особенно там, где она не соответствовала действительности, что вызвало повсеместное недовольство жителей городских поселений.        В любом случае данный налог оставался мизерным в ежегодных доходах госбюджета, давая всего менее 1%, особенно в условиях имеющихся недоимок, хотя они были не столь впечатляющими, как у крестьянского населения, в силу разных причин, но главным образом из-за относительной необременительности.

Промысловый налог в России формировался давно, закрепив в
1820-х гг. патентную систему, отличавшуюся таким недостатком, как недифференцированное обложение крупных и мелких предпринимателей, которые поэтому несли одинаковое налоговое бремя.

Решить проблему справедливости этого налогообложения взялся министр финансов Н.Х. Бунге, по предложению которого с 1885 г. была проведена серия реформ промыслово-торговых сборов.

Первоначальный проект предлагал введение нового налога на торговые и промышленные заведения по подоходному принципу. Однако это предложение было отклонено при обсуждении. Новые идеи заключались в установлении конкретной суммы на свидетельства и промысловые пошлины в зависимости от класса местности (патентная система), а для корректировки размера налога в зависимости от оборотов и доходов вводились дополнительные сборы: 3% с отчетных предприятий и раскладочный с частновладельческих. Данный налог зависел от разряда предприятия, его рентабельности и от класса развития местности92.

Новый налог носил раскладочный характер, начисляясь для каждой губернии по сумме производства фабрик и заводов и по цене пошлин за гильдейские свидетельства и билеты с утверждением в законодательном порядке на три года. Данная сумма ежегодно разверстывалась губернским податным присутствием по уездам и городам, а далее уездными присутствиями между отдельными плательщиками. Сумма губернского оклада была различной. Так, в 1885 г. для индустриальной Московской губернии размер оклада составлял 422,0 тыс. руб., для сельскохозяйственных Курской и Пензенской соответственно 34 тыс. руб. и 13 тыс. руб.93

Налог с торговых и промысловых предприятий находился в состоянии постоянных изменений, в основном сводившихся к увеличению суммы сбора. Причем если раньше это были небольшие поправки в сторону роста, то в декабре 1892 г. был принят закон об увеличении дополнительного сбора с акционерных предприятий до 5%, а раскладочного сбора на 25%, что не устраняло недостаток в виду невозможности точного исчисления доходности облагаемого объекта94.

Основной задачей указа было не только увеличение государственных прибылей, но и уравнивание в обложении предпринимателей с землевладельцами и собственниками недвижимого имущества. Реальные доходы казны от увеличения налога по этому закону определялись в размере 1,7 млн руб.

Последняя новация повлекла сокращение поступлений, главным образом в аграрных регионах. Так, за Курской и Пензенской губерниями числился больший долг, нежели за промышленно развитой Московской. Причины этого крылись в слабом развитии промышленных предприятиях на периферии, в отсутствии крупных торговых фирм, в условиях преобладания там промысловых занятий перед промышленным производством и мелочного торга перед оптовой торговлей.

Закон 1892 г., увеличив налоговые поступления в казну, не затронул саму систему обложения, что видели и в Минфине. Уже в 1898 г. было принято «Положение о государственном промысловом налоге», в котором налогообложение торгово-промышленной деятельности строилось на сочетании традиционной платежной системы с элементами прогрессивно-подоходного налога.

Государственный промысловый налог делился на основной и дополнительный (как и ранее, 5% с дохода). Первый продолжали уплачивать по патентной системе посредством «выборки» (покупки) промысловых свидетельств на каждое отдельное торговое или промышленное заведение или личное промысловое занятие. Но теперь для определения размера налога, т.е. цены промысловых свидетельств, местности России переделили на четыре класса по степени развития в них торговли и промышленности; торговые заведения распределялись на пять, а промышленные предприятия - на восемь разрядов, которые в законодательном порядке подлежали пересмотру каждые пять лет. Повышение налога оказалось существенным:  за 1890 – 1900 гг. его размеры в Империи дали рост с 4,2 млн до 9,0 млн руб.

Согласно новому закону по сравнению с малодоходной аграрной провинцией обложение промышленных регионов было значительно выше, где даже уездные города являлись важными хозяйственными центрами. К примеру, в Московской губернии, кроме самой столицы, к развивающимся индустриальным уездам в 1907 г. относились: Серпуховской, Бронницкий, Коломенский. В то время как Клинский и Звенигородский относились к слаборазвитым и, понятно, налогово безнадежным95. В сравниваемых Курском и Пензенском регионах крупные промышленные и торговые центры, помимо губернских городов, практически отсутствовали. За подобными районами и числились недоимки.

В общем итоге промысловый налог в целом по Империи имел тенденцию к увеличению: с момента его введения и по 1914 г. он увеличился более чем в 3 раза. На общеевропейском фоне размер взиманий не был высок, но, учитывая общий невысокий уровень российской жизни, он был достаточно внушителен.

Вступление России в Первую мировую войну повлекло необходимость поиска новых объектов обложения и повышения существовавших ставок. Было принято решение об увеличении на  50% раскладочного оклада с одновременным распространением взимания этого сбора на некоторые местности, на которые он ранее не распространялся96. Военное повышение налогов не повлекло стремительного роста недоимок. В 1915 г. внесение осуществлялось в процентном отношении 1914 г., но в дальнейшем чем больше страна входила в состояние кризиса, тем больше становились недоимки.

После Февральской революции 1917 г. Временное правительство приняло очередную попытку увеличения промыслового налога, но она уже ни к чему не привела.

В четвертой главе «Новые казенные сборы» рассматриваются налоги, которые взимались на подоходных принципах.

В первом параграфе «Квартирный налог в России и его особенности» рассматриваются причины и значение нового сбора.

В начале 90-х годов XIX столетия, когда финансы России в очередной раз переживали кризис, вызванный неурожаем 1891–1892 гг., был поставлен вопрос о введении подоходного обложения, который не был поддержан правительственными кругами. Вместо него в качестве неравноценной альтернативы в 1893 г. был принят квартирный налог как «крайне неудачный суррогат» подоходного налога. Это нововведение имело и социальное обоснование, т.к. переход от аграрного общества к индустриальной цивилизации обусловил появление в крупных городах массы представителей средних социальных слоев, постоянно живущих на съемных квартирах, что повлекло введение такого налога, как квартирный.

По утвержденному закону государственному квартирному налогу подлежали все российские подданные и иностранцы (помимо  православного духовенства и членов дипломатических миссий, а  также казармы рабочих и жилища при фабриках), занимавшие помещение для жилья как в собственном доме, так и в наемном или предоставленном в бесплатное пользование97.

Оклад квартирного налога определялся по наемной цене жилища. Для этого каждый хозяин недвижимости должен был подать в Присутствие своеобразную декларацию доходов, которая и служила главным документом при назначении оклада. Поскольку квартирный налог являлся подготовительным для последующего введения подоходного налога, то неудивительно введение прогрессивной ставки обложения: чем дороже квартира, тем выше был налог.

При этом все города разделялись на пять классов, причем к первому классу относились только Петербург и Москва. В каждом классе квартиры, наемная цена которых не превышала установленного законом минимума, освобождалась от налога: для первого класса минимум составлял 300, для пятого — 60 руб. Такое деление на престижность губерний имело свои минусы, преимущественно заключавшиеся в необходимости постоянного контроля Минфина за положением населенных пунктов в этом своеобразном рейтинге.

Квартирный налог особое значение имел для крупных городов: Петербурга, Москвы, Варшавы, Риги, Киева, Одессы, Харькова и др., где было большое количество и квартиросъемщиков, и владельцев жилья.  Для средних губернских и мелких уездных городов квартирный налог был второстепенным источником пополнения казны. Зачисления налога шли стабильно, по ним не наблюдалось больших недоимок, что свидетельствовало о его разумных размерах. В целом величина поступавшего квартирного налога была невелика, а его введение имело в большей степени принципиальное, нежели фискальное, значение.

Рассмотренная совокупность имущественного налогообложения, с ее частичными новациями и неустраненным архаизмом, просуществовала до октябрьского захвата власти большевиками.

Во втором параграфе — «Подоходный налог» — анализируется история введения в России подоходного налога.

В первый раз его прототип был введен в 1812 г. как способ ликвидации  дефицита государственного бюджета в эпоху Отечественной войны 1812 г., но практически не реализован. В последующие десятилетия вопрос о нем же  неоднократно поднимался, особенно в условиях голода начала 1890-х гг., когда российское правительство предполагало перевести часть налогов с малоимущих на более состоятельные слои общества, что натолкнулось на противостояние со стороны последних, которые считали, что подоходный налог — социалистический, подрывающий устои существующего государственного строя и частной собственности, на которых покоится благополучие традиционного общества.

Действительно, переход к подоходному обложению означал привлечение к платежу дворянства, которое пользовалось податной неприкосновенностью, что и пугало дворян. С другой стороны, были причины и у властей, ведь реализация принципа всесословности, без которого немыслим подоходный налог, была чревата выдвижением требований о допущении представителей сословий к участию в формировании бюджета, всесословному налогообложению и народному представительству, чего нельзя было допустить.

Другие доводы против налога состояли в следующем: в России якобы все отрасли труда бездоходны, это страна бедняков с некультурным народонаселением, в которой отсутствует развитое сознание податных обязанностей, следовательно, будет укрывательство доходов и т.д.

Последовавшая череда законов: 1878, 1892, 1907, 1909 гг.98, заканчивалась безрезультатно. И только в период Первой мировой войны при министре финансов П.Л. Барке последовало утверждение императором 6 апреля 1916 г. Закона о государственном подоходном налоге, по которому обложению подвергался «всякий доход, в какой бы форме он ни получался от всякого источника, полученный плательщиком в течение года, предшествующего окладному». К облагаемым категориям относились землевладельцы, владельцы недвижимого имущества в городах и уездах, собственники торгово-промышленных заведений, чиновничество и офицерство (не участвовавшее в военных действиях), интеллигенция и духовенство, состоятельное крестьянство и т.д.99

Минимальная ставка подоходного налога была определена в размере годового дохода в 850 руб. Налогообложение было дифференцированным и прогрессивным. Максимальный потолок обложения в 1916 г. был назначен в размере 12,5%. В дальнейшем Временное правительство внесло изменения в закон. Минимальный годовой доход был установлен в размере 1 тыс. руб. Повышался и процент обложения по прогрессивной шкале. Если минимум облагался 1,2% налога, то максимум — 30%, с прибавлением к этой сумме 3050 руб. на каждые полные 10 тыс. руб. сверх 400 тыс. руб. дохода.

Основная работа по приведению в жизнь закона легла на плечи казенных палат и податных инспекторов. Для распределения и контроля за сбором было создано специальное присутствие, члены которого избирались из числа налогоплательщиков. Оценивая их деятельность, необходимо указать, что в целом механизм налогообложения сработал положительно. Фискальные органы справились с возложенными на них задачами: принятие и проверка заявлений, сбор дополнительных сведений и т.д., но реальные результаты сбора денег оказались небольшими.

Поэтому сбор налога в 1917 г. повсеместно происходил с наличием больших недоимок (как, впрочем, и по другим налогам). Причины этого крылись в трудностях военного времени, новизне налога, политической нестабильности внутри страны, тяжелом материальном положении большей части населения. Вследствие этого можно сделать вывод о том, что данный налог так и не был полностью реализован.

Введение подоходного налога при всех его сильных и слабых сторонах имело один огромный недостаток – слишком поздно он был принят и потому не успел сыграть существенной роли в оздоровлении государственных финансов. Средства, поступление которых было запланировано, так и не были собраны, поскольку их внесение намечалось на середину 1917 г. Но к тому времени в России уже было новое правительство, призванное к власти Февральской революцией, которое вскоре было сметено октябрем 1917 г.

В третьем параграфе «Военный налог» — раскрываются причины и сущность этого прямого государственного временного сбора.

Идея такового их введения появились еще в 80-е годы XIX в., а его основные цели сводились: к  созданию дополнительного бюджета для финансирования отставных военных или перекладывание военной повинности на тех, кто ее не нес (замена на денежный эквивалент). Поднимался этот вопрос в обществе неоднократно, но каждый раз отклонялся.

Окончательное решение было принято лишь в военном 1915 г. на специальном совещании с участием представителей различных министерств, армейских экспертов, экономистов. Рассматриваемый законопроект вызвал бурную дискуссию среди участников. Первоначально предлагалось обложить новым налогом в размере 6 руб. лиц последних четырех призывных возрастов. Данное предложение было не совсем уместно ввиду отсутствия в нем принципа подоходности, к которому все чаще обращалось  правительство.        

       Другие мнения состояли в следующем: 1) ставка налога должна коррелироваться разрядом льготы лица, подлежащего обложению; 2) показателем уровня доходности плательщика мог стать его образовательный уровень (чем он был выше — тем больше налоговая ставка); 3) таким же показателем мог стать общий объем прямых налогов, уже уплачиваемых податным лицом100.

Все эти предложения были отвергнуты в силу ряда причин. Основой для введения нового сбора решено было сделать «действительное благосостояние» плательщика, т.е. при назначении налога исходить из подоходного принципа.

Принятый закон от 19 апреля 1915 г. сводился к тому, что военнообязанные мужчины, освобожденные по разным причинам от призыва на действительную службу, облагались прямым налогом подоходного характера по прогрессивной шкале. При годовом доходе до 1 тыс. руб. оклад равнялся
6 руб., 1 до 5 тыс. руб. — 25 руб. и т.д. Обложение происходило на основании лично представленной «декларации» доходов в фискальные структуры. Налог вводился сразу на текущий год101. Запланированная сумма поступлений составляла 10 млн руб. в год.

Общество новую инициативу Минфина восприняло настороженно. Прибавилось работы и в налоговых органах на местах: необходимо было принять и проверить заявления налогоплательщиков. Тем не менее фискальный аппарат в целом по этому сбору сработал слаженно и в соответствии с законом.

Но финансовые результаты нововведения следует оценить как очень скромные из-за оставления западных территорий; протестов общества против фискального нововведения; антиправительственной пропаганды, а затем и революционных событий в условиях дублирования объектов налогообложения (особенно с введением подоходного налога) и, особенно, тотального ослабления платежеспособности населения.

На 1916 г. сумма налога по Империи была назначена в размере 7,8 млн руб., но реальные поступления были даже еще ниже, чем в 1915 г.  В 1917 г. последовал провал нового обложения в 1917 г., что заставило Временное правительство отменить его на 1918 г.

Пятая глава « Развитие местных налогов» посвящено муниципальному обложению.

В первом параграфе — «Земские налоги» — раскрыто самое общее обложение, которое восходит к учреждению в 1864 г. земств в центральных губерниях.

Земские налоги делились на губернские и уездные и шли на удовлетворение потребностей соответствующего самоуправления. К сфере финансирования земским самоуправлениям относились народное здравоохранение и общественное призрение, народное образование, местное гражданское управление, учреждения по крестьянским делам, мировые судьи, повинности дорожная, постойная и т.д.

Все перечисленные потребности нуждались в стабильных бюджетах. С увеличением земских расходов небольшая часть их покрывалась за счет содержания заведений земскими учреждениями, платы за лечение и обучение, пособий казны на содержание дорог, штрафы, взыскания и др. Но этими поступлениями покрывалась лишь девятая часть от всех необходимых расходов. Основу же земских доходов составляли: до 1877 г. подушный сбор, ограниченный определенной нормой; а позднее добавочный к казенному — сбор с торговых документов, свидетельств и патентов, и также два сбора, взимавшихся раскладочным способом — поземельный и со строений. В
1893 г. был введен сбор с трактирных заведений  вне городских поселений102.

Земские налоги были процентные: например, сборы с документов на право торговли и промыслов, взимаемые в размере 25% с казенных облагаемых гильдейских свидетельств и патентов; прочих свидетельств и билетов; имущественные, которые относились к категории раскладочных и  реальных: налоги, падающие на доходы с имуществ или сами имущества.

Плательщиками земских налогов было преимущественно крестьянство, поскольку основные поступления шли от обложения земельной собственности. При этом оценка земли для обложения носила характер сословности, а собственность дворян оценивалась ниже, чем других сословий.

При обложении городской недвижимости земства наталкивались на постоянное противодействие со стороны самоуправления городов, поскольку последние считали, что земства с них больше берут, нежели им что-то дают103.

Проблемным были обложение торгово-промышленных предприятий. Первоначально, с учреждением земств, торговые  и промышленные заведения подверглись большему обложению, нежели другие объекты собственности. Главной причиной этого было слабое представительство этого сословия в органах местного самоуправления. В 1866 г. специальным указом были сужены права земств на обложение торговли и промыслов. В 1893 г. новым законом льготы на обложение торговли и промышленности были сняты и в качестве нового, точно объекта, с которого необходимо было взимать налог, провозглашалась доходность.

Земские доходы постоянно увеличивались. В европейских губерниях, где были учреждены земские учреждения, при их введении бюджет не превышал 5,6 млн руб., но потребности органов самоуправления находились в состоянии постоянного роста. И к 1890 г. земские расходы от первоначальной суммы возросли до 47 млн руб., или увеличились в 8 раз, по некоторым губерниям и того больше: в Московской бюджет возрос в 10,5 раза от изначальной суммы, а в Вятской даже в 34 раза104.

В диссертационном сочинении автором акцентируется, что по земским налогам процент недоимок были наиболее высокими. В частности,  к 1895 г. в Пензенской в недоимке оставалось – 24,6%,  Курской губернии – 50%;  а от годового оклада, где при постоянно растущих недоимках – в 1900 г. Курское земство констатировало, что имеются такие общества, за которые в долгу осталось более чем 10 окладов – оклады оставались высокими. Так, на Курщине земское поземельное обложение было в 9 раз выше, чем государственное поземельное.

Для разных губерний имели значение свои объекты обложения. Так, в аграрных районах первостепенными являлись налоги  с земель, затем — пособия земствам и возвращение расходов, далее — доходы с заводов, фабрик и торгово-промышленных предприятий, документов на право торговли и промыслов, с городских недвижимых имуществ, от разных сборов и поступлений, с доходов от принадлежащего земствам имуществ. В промышленно развитых губерниях для увеличения земской доходности большую роль играли несколько иные объекты: первостепенное значение имели средства, получаемые с заводов, фабрик и торгово-промышленных заведений, далее от обложения городских недвижимых имуществ, сборы с земель стояли на третьем месте, следующими были государственные пособия земствам и возвращенные расходы, также присутствовала и такая малораспространенная статья дохода, как «с жилых домов в уезде», которая в сельскохозяйственных губерниях вообще отсутствовала.

Фактически с середины 70-х гг. XIX столетия по 1917 г. земское налогообложение просуществовало в неизменном виде. Изменения касались только расширения списка объектов обложения (трактирный сбор) с их переоценкой для повышения процентной ставки.

Региональным налогам требовались масштабная реформа. Особенно остро нехватку средств земства почувствовали во время Первой мировой войны. До бесконечности увеличивать земские сборы не имело смысла, поскольку это не влекло за собой увеличения налогопоступлений. Это было тем более очевидно, что сохранились старые источники финансирования, необходимо было найти новые объекты обложения.

Попытка изменить ситуацию была предпринята уже Временным правительством летом 1917 г., когда ввели волостные земства. Исчисление волосного земского сбора планировалось производить путем процентной надбавки к уездному земскому сбору. Также было принято постановление «О некоммерческих мероприятиях по улучшению земских финансов», по которым определялись направления улучшения местных бюджетов (был расширен список объектов налогообложения), введен добавочный налог к государственному подоходному налогу (в размере не более 2% с суммы налога)105. Однако все эти законы так и остались на бумаге из-за событий октября 1917 г.

Во втором параграфе — «Городское налогообложение» — выявляется специфика взимания налогов в городах с реорганизованным в 1870 г. самоуправлением

Следующий значительный законодательный акт был принят в
1892 г. — Городовое положение Александра III106. Смета доходов городского самоуправления стала очень обширна и включала в себя более 30 статей: оценочный сбор с городских недвижимых имуществ, сбор с документов на право торговли (с купеческих свидетельств), с прочих торговых и промышленных свидетельств, патенты на выделку питий на заводах, на содержание ренских погребов, оптовых складов, трактирных и питейных заведений, водочных заводов, с городских имуществ и оброчных статей, городской земли, весов, поземельный налог.

В дальнейшем законы носили либо частный характер (конкретные указы по городам), либо касались изменений процентов обложений. Город не имел налоговой инициативы. Налоги, которые он мог собирать в свою пользу, были установлены узаконенным положением, где определяли и максимальную ставку налога с суммы чистого дохода недвижимого имущества — до 10%.

Ввиду того, что главными объектами городского обложения выступала недвижимость, земля, торговые и промышленные заведения, то складывалось такое положение с выплатами: чем выше было налогообложение населенного пункта по уровню развития, тем выше были оклады налогов, которые выплачивались.

В итоге у крупных городов было гораздо больше возможностей изыскания средств для своих нужд. Так, в 1885 г. по г. Москве поступило 5,4 млн руб., что было больше, чем по Пензенской губернии в 32 раза107.

Успешность взимания налога зависела от отношения к делу членов городского управления. К примеру, в Москве, этот механизм был четко налажен и не давал сбой даже в тяжелое для страны время Первой мировой войны; в то время как курский муниципалитет не хотел организовать даже прибыльные для городовой казны дела: устройство скотобойни, городского парка и т.д.

Доходы по городам имели тенденцию к росту, правда, не везде одинаково. В крупных городах (г. Москва) за 10 лет 1885 по 1895 гг. – размер налога вырос на 100%, а в Пензе только на 32%108. По уездным городам увеличение налога было еще менее значительным. Такое положение объясняется развитием городов, в особенности экономическим, поскольку строительство новых объектов недвижимого имущества, открытие новых промышленных и торговых заведений и т.д. давало приток в городскую казну.

Крупные городские центры показали перспективные результаты и минимальные недоимки, в то время как в аграрных районах при крайне скромных бюджетах выплаты были мизерны, и это было не из-за нежелания населения платить сборы, а из-за объективной невозможности этого сделать.

С недоимками по этому сбору боролись всеми возможными способами: описи имуществ, выставление их на продажу и т.д. Также в качестве предложений рассматривались идеи об упорядочении окладного дела в целом, улучшении регистрации долгов, создании специальных комитетов плательщиков для оказания морального влияния на должников, в качестве бонуса выплат налогов выступала возможность пользоваться коммунальными услугами (вода, свет, тепло).

В целом городское самоуправление, собирая большие налоги, постоянно нуждалось еще в больших средствах, получить которые можно было только путем коренной реформации системы.

В третьем параграфе — «Сельские сборы» — автором изучено формирование мирских бюджетов.

Мирские сборы были введены для поддержания хозяйственного порядка на местах и имели форму мирской натуральной повинности. В дальнейшем был осуществлен переход к денежной форме ее несения.

Сборы были двух видов: волостные и сельские, и шли на удовлетворение внутренних потребностей сельских обществ, каковыми были поддержание церквей, сельских школ, содержание общественного управления, дорог и т.д.

Мирской налог имел сословную форму – им облагалось только крестьянское сословие России. Назначение сборов и освоение собранных средств осуществлялось на волостных и сельских сходах при контроле за их действиями со стороны казенных финансовых  органов.

Мирские сборы имели характер реальных сборов, т.к. единицей обложения выступала земельная собственность. Раскладка производилась уравнительно на принятых в конкретных обществах основаниях.

Сельские сборы были выше волостных. Причина этого крылась в больших обязанностях, лежащих на сельских обществах перед волостными.

К примеру, в 1892 г. по 50 губерниям российского государства из 5,9 млн руб. общих мирских сборов на долю сельских обществ приходилось 3,6 млн руб. (61%). В столичной Московской губернии сельских сборов планировали собрать в 4,4 раза больше, чем волостных; в провинции – Курской, Пензенской – в 2,0 раза109. Это объясняется тем, что в целом по Империи крестьяне стремились перевести мирские повинности в денежную форму, и это стремление было особенно наглядно в экономически развитых регионах, где основные средства для проживания крестьяне зарабатывали на промышленных предприятиях, а выполнение натуральных обязанностей усложняло их жизнь.

Мирские сборы повсеместно имели тенденцию к росту. Только с 1892 по 1894 г. по России их рост составил 1,0 млн руб. или 17%. Размеры мирских налогов были внушительны и уступали только государственным. К примеру, в Московской губернии в 1895 г. на долю мирских сборов приходилось 18% от всего объема налогов. В Курской губернии в 1900 г. в денежном эквиваленте это отношение выглядело следующим образом: государственные налоги – 1 руб. 71 коп., мирские – 50 коп., земские 45 коп.110

В 1905 г. общеимперское поступление мирских сборов составило 78,5 млн руб. За 10 лет размер взысканий увеличился в 1,2 раза. По мирским налогам больших недоимок не наблюдалось, даже в тяжелом для России 1905 г. Внесение этих налогов происходило спокойно и без наличия долгов, ибо  назначение и использование мирских налогов для крестьянского населения было более понятным и прозрачным, чем земских и государственных. И если государственные налоги они платили более или менее исправно, опасаясь проблем с полицией, то земские налоги пополнялись очень плохо.

В росте мирского обложения мы видим стремление крестьян динамично развивающихся территорий перевести выполнение натуральных мирских повинностей в денежную форму для того, чтобы у них была возможность беспрепятственно работать в городах. В неразвитых районах крестьянство, зависящее не от размеров заработной платы, а от урожайности, цен на зерно на рынке и т.д.,  наоборот, стремилось максимально сократить свои расходы.

Нереализованной к 1917 г. перспективой оставался переход мирского обложения от реального к подоходному, отказ от сословности и т.д.

Заключение диссертации содержит важнейшие итоги исследования.

Среди множества работ, посвященных проблеме налогообложения, не имеется специального исследования о модернизации фискальной системы государства, ее выходе на более прогрессивный уровень функционирования, при этом огромный массив источников дает возможность это сделать.

С 1885 по 1917 г. в налоговой системе российского государства происходил процесс модернизации, выражающейся в замене традиционных фискальных отношений, препятствующих социальному изменению и экономическому росту, на инновационные налоговые ценности, мотивирующие прогресс хозяйствующих субъектов.

В России сложившаяся стройная структура финансовых органов от центра к периферии была хорошо продумана. Существовала разграниченная компетенция органов власти по всем вопросам, касающимся этой сферы, которая обеспечивала стабильность и придавала структуре определенную гибкость. Центральные органы во главе с Министерством финансов и департаментами окладных и неокладных сборов назначали и  контролировали все существующие сборы  в государстве. В губерниях работа в области финансов была сосредоточена в казенных и акцизных палатах, казначействах и в установленном в 1885 г. профильном институте – податной инспекции, что стало первым шагом модернизационного процесса в фискальном деле.

Податные инспекторы, отобранные руководством казенных палат и назначенные министром финансов, отличались высокими качествами и заслуживающим уважения профессионализмом. Они постоянно наблюдали за правилами торговли, участвовали в качестве чиновников казенных палат в генеральных поверках торговых предприятий всех рангов, председательствовали в уездных податных присутствиях. Вместе с тем их деятельность напрямую была связана с казенной палатой, которой были обязаны помогать штаты налоговой службы, в т.ч. по приведению в известность ценности недвижимого имущества. Инспектор участвовал с правом голоса и в заседаниях уездных по крестьянским делам присутствий, но только по делам, которые касаются отбывания населением денежных повинностей. С 1899 г. Минфин расширил и ужесточил требования для кандидатов на должность: стало обязательным иметь высшее образование и рекомендации в Минфин от представителей казенных палат, а также ввел новую должность – помощника инспектора, а с 1914 г. учредил должность делопроизводителя канцелярии податного инспектора. На податную инспекцию была возложена основная тяжесть работы непосредственно с налогоплательщиками, включая назначение, взимание и контроль всех существующих прямых налогов. При этом она должна была проводить ревизии и в уездных финансовых органах, а также в органах местного самоуправления. Губернии государства были разделены на податные участки, в состав которых входило по два уезда. Крупные города были разделены на податные районы. Служба в таком режиме была очень трудной из-за большего объема работы и территориальной величины обслуживаемых участков. Уже к началу ХХ столетия уже каждый уезд получил своего инспектора. Губернские и крупные уездные города были разделены на несколько участков в связи с увеличением объемов работы данных агентов.

Кроме должностных лиц, находящихся в подчинении Министерства финансов, распределением  и взиманием налогов с 1885 г. занимались выборные органы, состоящие из представителей налогоплательщиков, – губернские и уездные присутствия, которые были созданы почти по всем видам прямых государственных сборов. Подсистему присутствий ввели для контроля за распределением и поступлением реальных налогов: с торговых и промышленных заведений (в дальнейшем – промыслового), квартирного, военного, подоходного. Предтечей новых учреждений в области взимания выкупных платежей и поземельного налога (окладных сборов) с крестьянского населения являлись присутствия по крестьянским делам, но их поле деятельности было строго ограничено и в целом носило сословный характер. В податные присутствия входили представители властных структур (губернатор, члены казенной палаты, суда и др.),  самоуправления (губернского и уездного земств, городских дум, волостных правлений) и самих плательщиков, т.е. в дореволюционной России к вопросам распределения налогов были привлечены все слои общества. Эта схема обеспечивала наибольшее равновесие интересов казны и плательщиков податей, с возложением ответственности за сбор на аппарат казенных палат и податной инспекции. Коллегиальная форма налоговой администрации была подлинно эффективна, объединяла интересы фиска с экспертизой общественных деятелей и депутатов-налогоплательщиков.

В процессе назначения и раскладки налогов между плательщиками принимали участие не только финансовые органы и профильные присутствия, но и местные органы самоуправления: земские собрания, городские думы, волостные и сельские сходы. Их решения выполняли земские управы, городские собрания, волостные и сельские старосты, сборщики налогов в конкретных селениях. Органам местного самоуправления принадлежала очень важная фискальная функция, благодаря которой могло развиваться благоустройство района, его социальная сфера, медицина. Они учитывали интересы и возможности подведомственного населения, представляя практически все его слои. Одновременно муниципальные власти сталкивались с постоянной нехваткой налоговых средств для выполнения своих обязанностей.

Система самих налогов определялась своей законодательной базой, которая обеспечивала поступление налогов, но отставала от фискальных законов передовых стран. В России сохранилось сословное обложение  в виде приравненных к прямому государственному налогу выкупных платежей (до 1907 г.) и мирских сборов, которые существовали только лишь для крестьянского населения. К концу XIX столетия наметился переход от сугубо сословного обложения к всесословному, которое охватывало все слои российского общества.

Модернизация коснулась и государственных постоянных налогов, которые охватывали все сферы жизни налогоплательщика: землю (государственный поземельный налог), неземельную недвижимость (государственный налог с недвижимых имуществ), доходы от деятельности (государственный промысловый налог), поступления со снимаемого или занимаемого  жилья (квартирный налог), а с 1916 г. и все доходы, получаемые из любых источников (государственный подоходный налог), т.е. усложнение уровня развития общества влекло за собой переход к более прогрессивным способам обложения.

До введения подоходного обложения существовали довольно низкие ставки прямых налогов. В  Российской Империи на 1 жителя приходилось
1 руб. 28 коп., для сравнения (в переводе в руб.): в Германии – 5 руб. 45 коп., Великобритании – 10 руб. 01 коп. Однако даже при таких щадящих окладах имелись большие недоимки, что объясняется низким уровнем  жизни населения, а следовательно, и платежеспособности.

Государственные постоянные налоги  не обеспечивали поступления в казну и 50% от необходимой для существования государства суммы, поэтому дефицит покрывался за счет акцизных сборов с водки, табака, сахара, спичек.

С началом Первой мировой войны произошли увеличения всех налогов, но эти меры не принесли желаемых результатов и правительство было вынуждено ввести дополнительные временные налоги – как прямые, так и акцизные. Одним из первых стал военный, который носил подоходный характер и охватывал все военнообязанное население страны. Однако собираемость нового налога закончилась полным провалом из-за неплатежей плательщиков.

Аккордом модернизации налоговой системы явилось введение в 1916 г. самого справедливого  и современного налога – подоходного, причем отличавшегося прогрессивной шкалой и имевшего всесословный характер. Но на практике из-за экстремальных условий военного времени и революционных последующих потрясений полностью реализовать этот налог властям не удалось.

Общей чертой внесения налогов в разных уголках Империи была зависимость размера внесенных сборов от уровня экономического развития конкретных губерний и особенностей их специализации.

Для промышленно развитых территорий было характерно более стабильное и высокое поступление налогов с городских обывателей, нежели с сельских. Причем среди последних лучшим внесением средств отличались частные владельцы земли, нежели крестьянские общины. Большее значение имели сборы с недвижимого имущества, торговли и промышленности, чем с земельной собственности. Аграрные губернии показали свою специфику: заметное влияние урожайности на внесение налогов, крупная сумма недоимок по всем видам налогов за всеми категориями налогоплательщиков.

Особо выделяется такая интересная черта, как приоритетность в выплате налогов: сельское население выплачивало больше мирские, затем государственные и, наконец, земские налоги; а городские жители, как жившие побогаче, предпочитали сначала платить казенные сборы, а потом местные.

Региональные прямые налоги могли назначать органы местного самоуправления для обеспечения жизнедеятельности населенных пунктов и для внутренних потребностей. Данными налогами облагались те же объекты, что  и для государственного сбора, но в других процентных отношениях: земля, недвижимое имущество, торговые и промышленные заведения и т.д. Величина налогов не уступала государственным и составляла примерно 50% от последних. Население нашло выход в неуплате сборов. Недоимки достигали половины годового оклада.

В общем итоге модернизация налоговой системы повлекла постепенное развитие потребностей государства, общества посредством взаимозависимого введения новых и реорганизации старых фискальных органов и собираемых налогов, причем постфевральский период 1917 г. оказался продолжением предыдущего (конца XIX – начала ХХ вв.).

СПИСОК ОПУБЛИКОВАННЫХ РАБОТ, ОТРАЖАЮЩИХ

ОСНОВНЫЕ ПОЛОЖЕНИЯ ДИССЕРТАЦИИ

Монографии

  1. Кравцова, Е.С. История сбора налогов в российской провинции на рубеже XIX – ХХ столетий / Е.С. Кравцова. – Курск: КГМУ, 2007. – 164 с. (10,9 п.л.)
  2. Кравцова, Е.С.  Опыт организации налогового дела в России в конце XIX – начале ХХ столетий / Е.С. Кравцова. – Курск: КГМУ, 2010. – 303 с. (13,2 п.л.)

Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах,

рекомендованных ВАК

  1. Кравцова, Е.С. Податная инспекция в России на рубеже XIX – ХХ столетий / Е.С. Кравцова // Государственная служба. – 2006. – № 5 (43). –
    С. 159-162. (0,4 п.л.)
  2. Кравцова, Е.С. Веселые загонщики... Исторический опыт налогообложения отечественного предпринимательства в конце XIX – начале ХХ веков / Е.С. Кравцова // Российское предпринимательство. – 2006. – № 12. –
    С. 99-104. (0,4 п.л.)
  3. Кравцова, Е.С. Веселые загонщики... Исторический опыт налогообложения отечественного предпринимательства в конце XIX – начале ХХ веков / Е.С. Кравцова // Российское предпринимательство. – 2007. – № 7. –
    С. 98-104.        (0,4 п.л.)
  4. Кравцова, Е.С. «Податные инспекторы близко стоят к народу, но руки их чисты»: Взаимоотношения налогоплательщиков с Податной инспекцией в России на рубеже XIX – начале ХХ вв. / Е.С. Кравцова // Вестник Российского университета дружбы народов. – 2007. – № 4. – С. 11-22. (0,5 п.л.)
  5. Кравцова, Е.С. Фискальная политика государства в отношении российского предпринимательства на рубеже XIX– ХХ столетий (на примере губерний Центральной России) / Е.С. Кравцова // Финансы и бизнес. –2007. – № 4. – C. 155-167. (0,8 п.л.)
  6. Кравцова, Е.С. Особенности налоговой системы России на рубеже XIX – ХХ вв. / Е.С. Кравцова // Преподавание истории в школе. – 2008. –
    № 3. – С. 7-10. (0,3 п.л.)
  7. Кравцова, Е.С. Эволюция системы земских сборов в России во второй половине XIX – начале ХХ века / Е.С. Кравцова // Преподавание истории в школе. – 2008. – № 5. – С. 21-24. (0,4 п.л.)
  8. Кравцова, Е.С. Освобожденные от призыва облагались прямым налогом / Е.С. Кравцова // Военно-исторический журнал. 2008. – № 2. – С. 64-66. (0,4 п.л.)
  9. Кравцова, Е.С. «Всегда бедны и безденежны»: сельские сходы как элемент фискальной системы на рубеже XIX – ХХ вв. / Е.С. Кравцова // Вестник Российского университета дружбы народов. – 2008. – № 3. – С. 24-33. (0,5 п.л.)
  10. Кравцова, Е.С. Подоходный налог в Российской Империи на рубеже XIX – ХХ столетий: от идеи до воплощения в жизнь / Е.С. Кравцова // Вестник Российского университета дружбы народов. – 2008. – № 5. – С. 89-93. (0,4 п.л.)
  11. Кравцова, Е.С. Налоговая система России в конце XIX –  начале XX века / Е.С. Кравцова // Преподавание истории в школе. – 2009. – № 5. –
    С. 44-47. (0,3 п.л.)
  12. Кравцова, Е.С. [выступление в дискуссии] Международный круглый стол «Народ и власть в российской смуте» / Е.С. Кравцова // Власть. – 2010. – № 7. – С. 14. (0,05 п.л.).

Публикации в других изданиях

  1. Кравцова, Е.С. Образовательный уровень податных инспекторов Российской империи на грани XIX – ХХ вв. / Е.С. Кравцова // IX Всерос. конф. студентов, аспирантов и молодых ученых «Наука и образование» (25–29 апреля 2005 г.): Мат-лы конф.: в 6 т. Т. 4. Ч. 1: Культурология, история, философия. – Томск: Изд-во Томск. гос. пед. ун-та, 2005. – С. 34-37. (0,2 п.л.)
  2. Кравцова, Е.С. Проблемы реформирования фискальной системы Российского государства (исторический аспект) / Е.С. Кравцова  // Державне управління I право: Зб. наук. праць. У 2-х ч. Ч. 1 – Київ.: Київський нац. Ун-т к-ри I мистецтв; Iн-т державного управління I права, 2006. – С. 61-70.
    (0,5 п.л.)
  3. Кравцова, Е.С. Губернская интеллигенция: управляющие Курской казенной палатой / Е.С. Кравцова // Политическая культура интеллигенции и ее место и роль в жизни общества. Мат-лы XVII Междунар. науч.-теор. конф. Иваново, 21-23 сентября 2006 г. – Иваново: Иванов. гос. ун-т, 2006. –  С. 274-276. (0,2 п.л.)
  4. Кравцова, Е.С.  Податные инспекторы в России на рубеже XIX – ХХ столетий и их духовный уровень / Е.С. Кравцова // Духовность, нравственность и культура в российской истории: Мат-лы VIII Всерос. науч.-практ. конф. студентов, аспирантов и молодых ученых, посв. 10-летию фак-та гуман. и соц. наук и 35-летию со дня образования кафедры истории России РУДН, Москва, 21 апреля 2006 г. – М.: Изд-во РУДН. –  С. 36-39. (0,2 п.л.)
  5. Кравцова, Е.С. Квартирный налог в Центральной России на рубеже  XIX – ХХ столетий / Е.С. Кравцова // Юг России в прошлом и настоящем: история, экономика, культура: в 2 т.: сб. науч. тр. Междунар. науч. конф.
    (г. Белгород, 8 декабря 2006 г.). Т. 1. – Белгород: Изд-во БелГУ, 2006.  –
    С. 153-156. (0,3 п.л.)
  6. Кравцова, Е.С. Политические партии России в начале XX столетия о реформировании фискальной системы государства / Е.С. Кравцова // Парламентаризм в России: проблемы и перспективы: Сб. статей. – СПб.: Изд-во СПб. ун-та, 2006. – С. 87-92. (0,3 п.л.)
  7. Кравцова, Е.С. Эволюция идеи подоходного налогообложения в Российской империи на рубеже XIX – ХХ столетий / Е.С. Кравцова // Cogito. Альманах истории идей. – Ростов-н/Д.: НМЦ «Логос», 2006. –  С. 316-330. (1,1 п.л.)
  8. Кравцова, Е.С. Портрет русского крестьянина конца XIX – начала ХХ столетий (по материалам податных инспекторов) / Е.С. Кравцова // Человек в экономике: исторический дискурс: Мат-лы Всерос. науч. конф. по экон. истории, посвящ. 80-летию проф. Н.Л. Клейн, Самара, 17-18 мая 2007 г. - Самара: Самар. гос. экон. ун-т, 2007. – С. 250-252. (0,25 п.л.)
  9. Кравцова, Е.С. Влияние промышленного развития губерний на процесс поступления казенных сборов с крестьянского населения в Российской империи на рубеже XIX – ХХ столетий / Е.С. Кравцова // Индустриальное наследие: материалы III Междунар. науч. конф., г. Выкса, 28 июня–1 июля 2007 г. – Саранск: Изд. Центр Историко-социол. ин-та МГУ им. Н.П. Огарева, 2007. – С. 708 – 717. (0,6. п.л.)
  10. Кравцова, Е.С. Введение подоходного налога в России в начале ХХ в. в свете борьбы экономических и политических интересов власти /
    Е.С. Кравцова // Российский политический менталитет: образ власти в глазах общества ХХ в.: матер. Всерос. науч.-практ. конф., Москва, РУДН, 18-19 мая
    2007 г. – М.: РУДН, 2007. – С. 143-151. (0,5 п.л)
  11. Кравцова, Е.С. Налогообложение предпринимательской деятельности в Российской империи на рубеже XIX – XX столетий и институт Податной инспекции / Е.С. Кравцова // Российское предпринимательство в
    XIX – первой трети XX века: личности, фирмы, институциональная среда: Мат-лы междунар. науч. конф., Санкт-Петербург, 19-21 октября 2007 г. – СПб.: Изд-во «Нестор-История», 2007. – С. 185-189. (0,3 п.л.)
  12. Кравцова, Е.С. К проблеме реорганизации фискальных органов в России после Февраля 1917 г. /Е.С. Кравцова // Реформирование российского общества: опыт, проблемы, перспективы: Мат-лы междунар. науч.-практ. конф. – Воронеж: ООО «АЗ+», 2007. – С. 180-184. (0,3 п.л.)
  13. Кравцова, Е.С. Проблемы модернизации фискальной системы Российской империи на рубеже XIX – ХХ столетий / Е.С. Кравцова // Модернизационные парадигмы в экономической истории России: Мат-лы Всерос. науч. конф., г. Саранск, 20-21 июня 2007 г. – Саранск: Изд. центр Историко-социол. ин-та МГУ им. Н.П. Огарева, 2007. –  382-390. (0,5 п.л.)
  14. Кравцова, Е.С. К проблеме реформирования крестьянского налогообложения в Российской империи в 80-е годы XIX столетия / Е.С. Кравцова // С.Н. Худеков в общественно- политической и хозяйственной жизни России. Мат-лы Всерос. науч.-практ. конф., 13-14 сентября 2007. – Рязань: Рязан. гос. ун-та, 2007. – С. 215-218. (0,3 п.л.)
  15. Кравцова, Е.С. Правовые основы налогообложения предпринимательской деятельности в Российской империи на рубеже XIX– ХХ веков / Е.С. Кравцова // Предпринимательство как социально-экономический феномен в истории России: Мат-лы Всерос. науч. конф. – Омск: Омск. гос. ун-т, 2008. – С. 57-61. (0,4 п.л.)
  16. Кравцова, Е.С. Особенности взимания прямых налогов в Российской Империи в конце XIX –  начале XX вв. (на примере черноземных губерний) / Е.С. Кравцова // Юг России и Украина в прошлом и настоящем: история, экономика, культура: сб. науч. тр. V Междунар. науч. конф. (г. Белгород, 23–24 января 2009 г.) – Белгород: Изд-во БелГУ, 2009. –  С. 86-89. (0,3 п.л.)

34. Кравцова, Е.С. Проблемы функционирования налоговых органов Российской Империи в дореволюционной отечественной историографии / Е.С. Кравцова // Историк и его эпоха: Вторые Даниловские чтения (20–22 апреля 2009 г., г. Тюмень). – Тюмень: Мандир и К, 2009. – С. 27-30. (0,2 п.л.)

35. Кравцова, Е.С. Особенности финансирования городского самоуправления в России в конце XIX – начале XX столетий / Е.С. Кравцова // Государство – экономика – политика: актуальные проблемы истории: Сб. науч. тр. Всерос. науч.-метод. конф. – СПб.: Изд-во СПб политехн. ун-та,
2010. – С. 107–111. (0,25 п.л.)

Лицензия ЛР № 020862 от 30.04.99 г.

Сдано в набор .11.2010 г. Подписано в печать  .11.2010 г.

Формат 30х421/8. Бумага офсетная. Гарнитура Times New Rom.

Печать офсетная. Усл. печ. л. 2,0.

Тираж 100 экз. Заказ № "А"

Издательство Курского государственного медицинского университета

305041, г. Курск, ул. К. Маркса, 3.


1 Российская газета. 2009. 13 ноября. С. 3-4.

2 См.: Министерство финансов. 1802–1902. СПб., 1902. Т. I. 640 с.; Т. II. 692 с.; Департамент окладных сборов. 1863–1913. СПб., 1913. 277 с.

3 См.: Головин К.Ф. Сельская община в литературе и действительности. СПб., 1887. 260 с.; Дружинин Н.П. Юридическое положение крестьян. СПб., 1897. 385 с.; Дашкевич Л. Реформа волости. М., 1912. 70 с.

4 Бржеский Н.К. Недоимочность и круговая порука сельских обществ. Историко-критический обзор действующего законодательства в связи с практикой крестьянского податного дела. СПб., 1897. 427 с.; Он же. Круговая порука сельских обществ. СПб., 1898. 115 с.; Он же. Общинный быт и хозяйственная необеспеченность крестьян. СПб., 1902. 87 с.

5 См., например: Гессен В.М. Вопросы местного самоуправления. СПб., 1906. 235 с.; Кизеветтер А.А. Местное самоуправление России: IX – XIX столетия. М., 1910. 155 с.

6 См., например: Кашкаров М. Финансовые итоги последнего десятилетия (1892-1901 гг.). Т. I. СПб., 1903. 220 с.; Бутми Г. Итоги финансового хозяйства с 1892 по 1903 г. СПб., 1904. 179 с.; Крюков Н.А. Государственное хозяйство России по росписям доходов и расходов. М., 1906. 72 с. и др.

7  Головин К. Наша финансовая политика и задачи будущего: 1887–1898. СПб., 1899. С. 9–10.

8 Финансы России в связи с экономическим положением ее населения. СПб., 1908. С. 181.

9 Мигулин П.П. Выкупные платежи. К вопросу об их понижении. Харьков, 1904. 59 с. ; Лосицкий А. Выкупная операция. СПб., 1906. С. 6.

10 Кованько П. Реформа 19 февраля 1861 г. и её последствия с финансовой точки зрения (Выкупные операции 1861–1907 гг.). Киев, 1914. С. 84.

11 Гензель П., Соколов А. К вопросу о финансовой реформе в России // Вопросы финансовой реформы в России / Под ред. В.Я. Железнова. Т. I. Вып. 2. М., 1916. С.1–4; Гензель П., Соколов А. Финансовая реформа в России. Выпуск 1. М., 1916. 49 с.;

12 Твердохлебов В.Н. Специальные сборы с домовладений в России. Одесса, 1903. 28 с.; Он же. Государственный налог с недвижимого имущества в городах // Известия финансовых реформ. 1912. Март. № 5. С. 53–61;  Он же. Влияние войны на городские и земские финансы // Вопросы мировой войны. Пг., 1915.
С. 443–465.

13 Яснопольский А. Государственные доходы и расходы. М., 1907. С. 9.

14 Имшеницкий Б. Несостоятельность дореволюционной налоговой системы. Одна из причин угнетенного состояния трудящихся классов. Киев, 1917. С. 28.

15 Маслов Н.Д. Очерк деятельности и положения податных инспекторов // Сборник «Нивы» на 1891 г.: Ежемес. приложение к журналу «Нива». СПб., 1891. Ноябрь. С. 473.

16 См.: Ровинский К.И. Податная инспекция в России (1885 - 1910 гг.): Очерк деятельности податной инспекции за 25 лет ее существования в связи с развитием прямого обложения. СПб., 1910. 210 с.

17 См., например: Садовский Г. Очерк налогов на недвижимое имущество и строений. СПб., 1901.
32 с.; Мирецкий А. Неравномерность обложения и способы устранения ее. Вып. 1. Обложение земли и лесов. Киев, 1908. 162 с.

18 См., например: Дмитриев Н.П. Новые основы земского земельного обложения. М., 1912. 45 с.; Кузьмин-Караваев В.Д. Закон 12 июня 1900 г. о фиксации земского обложения. СПб., 1900. 582 с.

19 См., например: Колычев А. По городским вопросам. СПб., 1910. 120 с.

20 См., например: Шмидт Ф. Военный налог. СПб., 1889. 39 с.; Исторический очерк обложения торговли и промыслов в России. СПб., 1893. 423 с.; Государственный квартирный налог: История и статистика налога. 1894–1900 гг. СПб, 1903. 327 с.

21 Алексеенко М.М. Подоходный налог и условия его применения. Речь, произнесенная в торжественном собрании императорского Харьковского университета 17 января 1885 г. Харьков, 1885. С. 6.

22 См.: Зайончковский П.А. Правительственный аппарат самодержавной России в XIX в. М., 1978. 298 с.

23 Ерошкин Н.П. История государственных учреждений дореволюционной России / Учебник для студентов по специальности «историко-архивоведение». М., 1983. С. 240.

24 Яковлев А.Ф. Экономические кризисы в России. М., 1955.; Хромов П.А. Экономическое развитие России в XIX – ХХ вв. М., 1958; Финансовое положение России в годы Первой мировой войны (1914–1917). М., 1960; Погребинский А.П. Государственные финансы царской России в эпоху империализма. М., 1968.

25 Шепелев Л.Е. Царизм и буржуазия во второй половине XIX века. Проблемы торгово-промышленной политики. Л., 1981. 275 с.

26 Волобуев П.В. Экономическая политика Временного правительства. М., 1962. С. 313.

27 Степанов В.Л. Н.Х. Бунге. Взгляды и деятельность: к вопросу о социально-экономической политики самодержавия во второй половине XIX в.: Дисс. … канд. ист. наук. М., 1987. 303 с.

28 Драган Г.Н. Экономическая программа С.Ю. Витте в буржуазной прессе. 1892 – 1903. Дисс. … канд. ист. наук. М., 1987.

29Дроздов И.Г. Как царско-дворянское правительство обирало крестьян. М., 1923. 25 с.; Вайнштейн А.Л. Обложение и платежи крестьянства в довоенное и революционное время (опыт статистического исследования). М., 1924. 57 с.

30 Налоги царские и налоги советские. М., 1926. 30 с.

31 См.: Ананьич Н.И. Податные реформы первой половины XIX в.: Дисс. ... канд. ист. наук. Л., 1978. 203 с.

32 См.: Хадонов Е.Е. Очерки из истории финансово-экономической политики пореформенной России (1861–1904 гг.) М., 1997. 240 с.; История финансовой политики в России. СПб, 2000; Новиков М.Н. История развития экономической мысли России на рубеже XIX–ХХ вв. М., 2002. 110 с.

33 См.: Абрамов В.Ф. Российское земство: экономика, финансы и культура. М., 1996. 166 с.; Верещагин А.Н. Земские вопросы в России. М., 2002. 192 с.; Герасименко Г.А. История земского самоуправления. Саратов, 2003. 244 с.

34 См.: Министерству финансов России 190 лет / Специальное приложение к журналу «Финансы». М., 1993. 96 с.; Высшие и центральные государственные учреждения России. 1802–1917 г. Т. II. СПб, 2001.

35 См.: Соркин А.К. Государство и предпринимательство в России (вторая половина XIX начало XХ вв.) // Проблемы политической и экономической истории России. Сб. статей к 60-летию проф.В. Журавлева. М., 1998. С. 60-69; Бабленкова И.И., Акимов В.В. Роль и место предпринимательства в финансовой системе России XVIII – начала ХХ веков. М., 2004. 142 с.; Поткина И.В. Правовое регулирование предпринимательской деятельности в России, XIX – первая четверть XX в. М., 2009. 302 с., и др.

36 Морозан В.В. Из истории сберегательного дела в России // Русское прошлое. 1996. № 7. С. 159–169; Он же. Социальный состав вкладчиков государственных сберегательных касс в пореформенной России и сфера приложения народных сбережений // Деньги и кредит. 1998. № 7. С. 73–79.; Он же. История сберегательных касс в императорской России. СПб., 2007. 252 с., и др.

37 Лизунов П.В. Биржи в России и экономическая политика правительства (XVIII – начало XX вв). Архангельск, 2002. 244 с.; Он же. Санкт-Петербургская биржа и российский рынок ценных бумаг (1703–
1917 гг.). СПб., 2004. 576 с. и др.

38 Тагирова Н.Ф. Рынок Поволжья: (вторая половина XIX - начало XX вв.). М., 1999. 309 с.

39 Фурсенко А.А. С.Ю. Витте и экономическое развитие России в конце XIX – начале ХХ в. // Вопросы истории. 1991. № 6; Корелин А.П., Степанов С.А. С.Ю. Витте — финансист, политик, дипломат. М., 1998. 463 с.; Ананьич Б.В., Ганелин Р.Ш. С.Ю. Витте и его время. СПб., 1999. 430 с.

40 См.: Толкушкин А.В. История налогов в России. М., 2001. 431 с.

41 См.: Сапилов Е.В. Государственные доходы, расходы, налоги в дореволюционной России. М., 2001. 180 с.

42 Захаров В.Н., Петров Ю.А., Шацилло М.К. История налогов в России. IX – начало ХХ В. М., 2006. 296 с.

43 Истории налоговой политики России: конец XIX, XX  и начало XXI столетия / отв. ред. И.В. Караваев.  М., 2008. 334 с.

44 Ефимкин А.П., Харламов В.А. Нижегородские мытари: 1885-1921. Т. 1. Нижний Новгород, 2000. 285 с.

45 Кириллов А.К. Земские налоги в Сибири: до и после 1917 г. // Местное самоуправление в Сибири XIX – ХХ веков. Сб. материалов региональной научной. конференции. Новосибирск, 2004. С. 160–171.

46 См.: Лазуткин А.А. Стабилизация финансовой системы Российской империи в министерстве Вышнеградского: 1887–1892 гг.: Дисс. … канд. ист. наук. М., 1991. 335 с.; Зосимчук В.Н. С.Ю. Витте и модернизация России, 1892-1903 гг.: Дисс. … канд. ист. наук. Ярославль, 1998. 245 с.; Соловьев Я.В. Министерство финансов Российской империи в 1858-1903 гг.: организация и функционирование. Дисс. … канд. ист. наук. М, 2003.

47 См.: Степанов В.Л. Н.Х. Бунге. Судьба реформатора. М., 1998. 398 с.; Его же. Социально-экономические реформы Н.Х. Бунге.: Дисс. … докт. ист. наук. М., 1999. 418 с.

48 Пашенцев Д.А. Правовое регулирование финансовой деятельности в Российской Империи (вторая половина  - начало ХХ века). Автореферат дисс. … докт. юрид. наук. М., 2005. 43 с.; Кудинов А.В. Исторические этапы формирования и развития финансовых отношений в России с IX по ХХ вв.: историко-правовой аспект. Дисс. …  канд. юр. наук.. СПб., 2006. 181 с.

49 Сорокина Ю.В. Финансовое управление и правовое регулирование финансовых отношений в России XVIII – начала ХХ вв. Воронеж, 2001. 208 с.; Сорокина Ю.В. Система правового регулирования финансовых отношений в России в XVIII-XX вв. Дисс. … докт. юрид. наук. Нижний Новгород, 2004. 378 с.

50 Марискин О.И. Государево тягло. Налогообложение крестьянства России во второй половине XIX – первой трети ХХ века (по материалам Среднего Поволжья). Саранск, 2004. 240 с.; Он же. Налогообложение крестьянства России во второй половине XIX первой трети ХХ века (по материалам Среднего Поволжья). Автореферат дисс. … докт. ист. наук. Саранск, 2004. 46 с.

51 См.: Молчанов А.Г. Становление налогового дела и налоговой полиции в России: Дисс. … канд. ист. наук. Пятигорск, 2000. 231 с.

52 Куксин И.Н. Налоговая политики России (теоретический и историко-правовой анализ). Дисс.  … док. юрид. наук.  СПб, 1998. 378 с.; Клюкович З.А. Тенденции становления и развития налоговой системы в России. Дис. … докт. экон. наук. Ростов-на-Дону, 2000. 369 с.; Архипкин И.В. Становление и развитие налогового обеспечения местного самоуправления в России XIX – ХХ столетий. Автореф. дисс. … док. экон. наук. М., 2008. 50 с.; Верещагин С.Г. Политизация налога: история и современность. Автореф. дисс. … док. полит. наук. Ярославль,  2010. 55 с.

53 Кузьмина И.Г. Развитие системы налогообложения России. Дисс. … канд. экон. наук. СПб., 1994. 205 с.; Кузьмина И.Г. Развитие системы налогообложения России. Дис. …канд.экон.наук.СПб.,1994.
205 с.; Супонева С.В. Социально-экономический аспект развития налоговой системы России. Дисс. … канд. экон. н. М, 1998. 173 с.; Куранов А.Е. Этапы эволюции системы местных налогов и сборов в России (XIX - XX вв.). Дисс. … канд. экон. наук. М.,  2003. 150 с.; Рязанцев Д.Б. Налоговая система во второй половине XIX – начала ХХ веков (историко-правовой аспект). Дисс. … канд. юр. наук. Нижний Новгород, 2004.
170 с.; Уманский Ф.С. Эволюция промыслового налога в России в XIX – ХХ столетиях. Автореф. дисс. … канд. экон. наук. М., 2005. 26 с.

54 Thompson Manning R. The crisis of the old order in Russia: Gentry and Government. Princeton: Princeton University  press, 1982. Р. 24.

55 Plaggenborg S. Staatsfinanzen und Industrialisierung in Russland.1881 – 1903. Die Bilanz der Stenerpolitik fur Fiskus, Bevolkerung und Wirtschaft // Forschungen zur osteuropaischen Geschichte. Berlin, 1990. S. 123 – 339. Рецензия в журнале: Отечественная история. 1994. № 3. С. 206 – 209.

56 См.: Edmondson L., Waldron P. Economy and Society in Russia and the Soviet  Union, 1860-1930: Essays for Olga Crisp. London, 1992. P. 85-86.

57 Laue T. von Sergius Witte and the Industrialization of Russia. New–York, 1963. 360 р.

58 Mosse W.E. An economic history of Russia: 1856 – 1914. London – New York,1992. P. 176.

59 Modernization and revolution: Dilemma of progress in late imperial Russia: Essaying honor of Arthur P. Mendel. New York, 1992. 206 р.

60 См.: Gerscheenkron A. Economic Backwardness in Historical Perspective. Cambridge,1962. 456 р.;
Wolf E.R. Peasants. Englewood Cliffs. New York, 1966. 116 р.; Black C. The Dynamics of Modernization: A Study in Comparative History. New York, 1966. 207 р.; Rostow.W. Politics and the Stages of Growth. Cambridge, 1971. 410 р.; Scott J C. Moral Economy of the Peasant. New Haven, London, 1973. 254 р.; Pallot J. Land reform in Russia, 1906-1907: peasant responses to Stolypin’s project of rural transformation. Oxford, 2001. 255 р.; Herlihy P. The alcoholic empire: vodka and politics in late imperial Russia. Oхford, 2002. 244 р.

61  См.: Грегори П. Экономический рост Российской Империи (конец XIX – начало ХХ в.): новые подсчеты и оценки / пер. с англ. М., 2003. С. 44, 57.

62 Там же. С. 50.

63 Коцонис Я. Подданный и гражданин: налогообложение в Российской империи и Советской России его подтекст // Россия и Первая мировая война: Матер. Междунар. науч. коллоквиума. СПб., 1999. С. 472.

64 См.: Политическая энциклопедия. В 2 т. Т. 1. М., 2000. С. 724-726.

65 См.: Аборкромб Н., Хилл С., Тернер Б.С. Социологический словарь. М., 2004. С. 271.

66 Борисов А.Б. Большой экономический словарь. М., 2002. С. 401.

67 Советский энциклопедический словарь. М., 1990. С. 830.

68 Дюркгейм Э. О разделении общественного труда. Метод социологии. М., 1991. 572 с.; Вебер М. Протестантская этика и дух капитализма. Ивано-Франковск, 2002. 350 с.

69 The Transformation of Russian Society: Aspects of Social Change since 1861 / Ed. by Black, C. E. Cambridge (Mass.). 1960. 695 p.

70 См.: Российская модернизация: проблемы и перспективы. Материалы «круглого стола» // Вопросы философии 1993. № 7. С. 3 – 39.

71 Борисов А.Б. Большой экономический словарь. М., 2002. С. 427.

72 Смит А. Исследование о природе и причинах богатства народов. М., 2007. С. 762-763.

73  Тургенев Н.И. Опыт теории налогов. М., 1937. С. 11.

74  Исаев А.А. Очерки теории и политики налогов. Ярославль, 1887. С. 1.

75 Янжул И.И. Основные начала финансовой науки: учение о государственных доходах. М., 1904.
С. 197.

76  Соколов А.А. Теория налогов. М., 1928. С. 11.

77  Свенсон Б. Экономическая преступность. М., 1987. С. 60.

       78 См.: Белоконский И.П. Родина-мать: губернские, уездные и волостные учреждения Российского государства. СПб., 1901.С. 24 – 26.

79 См.: ПСЗ РИ. Т. 5. 1885. СПб., 1887. С. 179 –181.

80 См.: ПСЗ РИ. Т. 19. Ч. 1. 1899. СПб., 1902. С. 515-517.

81 ГАКО. Ф. 184. Оп. 1. Д. 6391. Л. 2.

82 Устав о прямых налогах. СПб, 1914. С. 79.

83 ПСЗ РИ. Т. 6. СПб., 1887. С. 101 (доп.).

84 Подсчитано по: ПСЗ.  Т. 11. 1891 г. СПб., 1894. С. 684; Т. 12. 1892. СПб., 1895. Штаты и таблицы.
С. 332; Т. 13.  1893. СПб., 1897. С. 706; Т. 14. 1894. СПб. 1898. С. 710 –711; Т. 15. 1895. СПб., 1899. С. 741 –742; Т. 19. Ч. 2.  1899. СПб., 1902. С. 432 – 433.

85  ПСЗ. Т. 25. Ч. 1. 1905. СПб., 1908.  С. 791.

86  ПСЗ.  Т. 4. 1884. СПб., 1887. С. 16 – 17.

87  РГИА. Ф. 573. Оп. 34. Д. 79. Л. 60.

88 Подсчитано по: Захаров В.Н., Петров Ю.А., Шацилло М.К.  Указ. соч. С. 225.

89 Подсчитано по: Обзор Московской губернии за 1885 г. М., 1886. С. 13., Обзор Пензенской губернии за 1885 г. Пенза, 1886. Прил. Ведомость «О податях и недоимках по Пензенской губернии за 1885 г.»; Обзор Московской губернии за 1895 г. М., 1896. С. 22.; Обзор Пензенской губернии за 1895 г. Пенза, 1896. Прил. Ведомость «О податях и недоимках по Пензенской губернии за 1895 г.».

90 ГАКО. Ф. 184. Оп. 1.  Д. 6583. Л. 218 об.

91 Твердохлебов В.Н. Государственный налог и недвижимого имущества в городах // Известия финансовых реформ. 1912. № 5. С. 55.

92 См.: ПСЗ РИ. Т. 5. 1885. С. 10 – 13.

93 ПСЗ РИ.  3. Т. 5. 1885. Прил. С. 7 – 8.

94 ПСЗ РИ. Т. 12.  1892. СПб., 1895. С. 703 – 704.

95 См.: ЦИАМ. Ф. 51. Оп. 16. Д. 30. Л. 6-6 об.

96 См.: РГИА. Ф. 1276. Оп. 10. Д. 257. Л. 6.

97 См.: ПСЗ РИ. Т. 13. 1893. СПб., 1897. С. 280 – 282.

98 См.: Историческая справка по вопросу о введении подоходного налога в России (материалы к проекту Положения о государственном подоходном налоге). СПб., б/г. 57 с.

99 ГАКО. Ф. 144. Оп. 1. Д. 118. Л. 2 – 3 об.

100 См.: Материалы к проекту военного налога. СПб.: тип. П.П. Сойкина, 1910. 50 с.: РГИА. Ф. 560.
Оп. 26. Д. 1194. Л. 1-6.

101 См.: Важнейшие законы, указы и распоряжения военного времени. Т. 2.  С. 25 – 26.

102 См.: ПСЗ РИ. Т. 13. 1893. СПб., 1897. С. 414 – 419.

103 Колычев А. Города как самоуправляющиеся земские единицы. Вологда, 1908. 28с.; Он же. По городским вопросам. СПб., 1910. 120 с.

104 РГИА. Ф. 1287. Оп. 23. Д. 1705. Л. 63 об.

105 См.: ГАРФ. Ф. 1779. Оп. 2. Д. 308. Л. 5.

106 ПСЗ РИ. Т. 12. 1892. СПб., 1895. С. 434.

107 Подсчитано автором по: Обзор Московской губернии за 1885 г. С. 15; Обзор Пензенской губернии за 1885 г. С. 25. 

108 Подсчитано автором по: Обзор Московской губернии за 1895 г. С. 25; Обзор Пензенской губернии за 1895 г. Ведомость о доходах и расходах городов Пензенской губернии за 1895 г.

109 См.: Мирские доходы и расходы за 1892 - 1894 гг. в 50 губерниях Европейской России. СПб., 1897. С. 4, 6, 8.

110 Обзор податного состояния Курской губернии за 1900 г. Курск, 1901. Табл. № 23.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.