WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

ТОМИЛИН Виктор Николаевич

МАШИННО-ТРАКТОРНЫЕ СТАНЦИИ ЧЕРНОЗЕМНОГО ЦЕНТРА РОССИИ И ИХ ВЗАИМООТНОШЕНИЯ С КОЛХОЗАМИ В ПОСЛЕВОЕННЫЙ ПЕРИОД: 19461958 гг.

Специальность 07. 00. 02. Отечественная история

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Москва 2010

Работа выполнена на кафедре истории Института переподготовки и повышения квалификации преподавателей социальных и гуманитарных наук Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор

Вербицкая Ольга Михайловна

(ведущий научный сотрудник

Института российской истории РАН)

доктор исторических наук

Кознова Ирина Евгеньевна

(ведущий научный сотрудник

Института философии РАН)

доктор исторических наук, профессор

Чернобаев Анатолий Александрович

(Главный редактор журнала

«Исторический архив»)

Ведущая организация: Ростовский государственный

экономический университет (РИНХ)

Защита состоится 5  октября 2010 г. в 16 часов на заседании диссертационного совета Д. 501.001.72 при Московском государственном университете им. М. В. Ломоносова по адресу: 119991, ГСП–1, Ломоносовский проспект, д. 27, корп. 4, Исторический факультет МГУ, ауд. А–419

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова по адресу: 119991, г. Москва, ГСП–1, Ломоносовский проспект, д. 27, корп. 4. Научная библиотека МГУ

Автореферат разослан «___» __________ 2010 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

доктор исторических наук, профессор Наумова Г.Р.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы исследования. Создание высокоэффективного аграрного сектора экономики, способного обеспечить и гарантировать продовольственную безопасность России, невозможно без основательного анализа уроков прошлого. Для лучшего понимания современного состояния сельского хозяйства, причин его отставания необходимо более тщательное изучение советской истории. На протяжении почти трех десятилетий стержнем аграрного сектора советской экономики являлись машинно-тракторные станции (МТС). В 1956 г. в колхозах Российской Федерации МТС выполнили более 80% всех работ1. Актуальность изучения истории МТС определяется и тем, что МТС (машинно-технологические станции) стали вновь создаваться в России с 90-х годов XX века.

Изучение истории машинно-тракторных станций 1946–1958 гг. позволяет дать ответы на принципиальные вопросы о том, в каком состоянии находилась материально-техническая база колхозов в первые послевоенные годы, как менялись ее структурные элементы, каким образом решалась проблема инженерно-технических и механизаторских кадров, на каком уровне выполнялись технологии обработки почвы. Большое хозяйственно-культурное и природно-климатическое разнообразие ведения сельского хозяйства в различных районах страны предопределило важность выделения регионального аспекта исследования — Черноземного Центра России.

Объектом изучения в настоящей работе является советская деревня в первые послевоенные годы, направленность и результативность аграрной политики советского государства. В качестве предмета исследования выступают машинно-тракторные станции Черноземного Центра России.

Хронологические рамки диссертации охватывают период 1946–1958 гг. Их нижняя граница определяется началом восстановительного периода в сельском хозяйстве после окончания Великой Отечественной войны, верхняя принятием партийно-государственных решений по реорганизации МТС. В ряде случаев логика исследования потребовала несколько расширить временной период. При изучении процесса становления машинно-тракторных станций в качестве базовой структуры колхозного производства затрагивались узловые моменты их истории конца 1920-х — 1930-х годов, анализ состояния послевоенной деревни Центрально-Черноземного района России повлек за собой необходимость привлечения материала военного времени.

Территориальные рамки исследования охватывают Центрально-Черноземный экономический район России, который составляют Белгородская, Воронежская, Курская, Липецкая, Орловская и Тамбовская области. Территориальные рамки работы определяются не только стремлением рассмотреть аграрную историю конкретного региона, но и большим разнообразием и спецификой сельскохозяйственного производства в различных районах России в силу почвенно-климатических особенностей, различий в обеспеченности трудовыми ресурсами, расселения и т.д.

Степень изученности проблемы. Специального и обстоятельного исследования, предметом которого явились бы машинно-тракторные станции Центрального Черноземья в послевоенный период их деятельности, до настоящего времени не проводилось. Но имеется достаточно обширная и многогранная историография, формирующая базу для такого анализа. Это труды, посвященные изучению аграрной политики коммунистической партии и советского государства, истории сельского хозяйства, развитию материально-технической базы колхозного производства, крестьянства и т.д. В силу фрагментарности изучения различных аспектов темы, некоторые вопросы остаются малоисследованными. Проблема нуждается в специальном научном исследовании.

Цель диссертационного исследования состоит в изучении машинно-тракторных станций Центрального Черноземья и их роли в организации колхозного производства.

Задачи исследования:

  • показать МТС как важнейший инструмент аграрной политики советского государства;
  • выявить степень развития производственной и социальной инфраструктуры МТС;
  • изучить обеспеченность МТС кадрами специалистов и механизаторов, организацию, условия и оплату труда, определить причины их текучести;
  • проанализировать противоречия во взаимоотношениях машинно-тракторных станций и колхозов в процессе производственной деятельности;
  • определить региональные особенности МТС Центрального Черноземья;
  • раскрыть роль МТС в функционировании колхозного производства.

Научная новизна работы состоит в том, что в ней впервые в историографии поставлен и решен вопрос комплексного изучения машинно-тракторных станций Черноземного Центра России в послевоенный период. Введенные в научный оборот материалы позволяют скорректировать вывод ученых о восстановлении материально-технической базы колхозного производства Центрального Черноземья к концу четвертой пятилетки. В действительности к началу 1950-х годов в регионе не удалось восстановить не только посевные площади, но и машинно-тракторный парк МТС, его энергетические мощности, наличие сельскохозяйственного инвентаря и т.д.

В работе впервые на материалах одного из важнейших аграрных районов страны показано нарастание разбалансировки в структуре основных фондов производственного назначения, когда рост тракторов значительно опережал поступление почвообрабатывающих орудий, что делало невозможным полное использование имеющихся технических возможностей. В исследовании показаны степень обеспеченности МТС кадрами специалистов и механизаторов, организация, условия и оплата их труда.

Фактические данные о формировании контингента сельских механизаторов, их работа в полевых условиях и во время проведения зимнего ремонта техники не подтверждают вывод некоторых западных и отечественных историков об этой категории работников как представителей «голубых воротничков» и «рабочей аристократии». Оплата труда механизаторов была ниже средней оплаты в промышленности, наблюдался постоянный их отток (и не только в город), против механизаторов применялись меры принудительно-карательного характера вплоть до 1954 г.

Впервые в отечественной историографии проанализировано влияние кампании освоения целинных и залежных земель на состояние машинно-тракторной базы такого традиционного земледельческого района как Черноземный Центр Российский Федерации. Фактически на протяжении первых трех лет целинного штурма сельскохозяйственная техника в старопахотных районах не только не пополнялась, но даже и не обновлялась. В период 1954–1956 гг. МТС центральных районов страны в основном использовали машинно-тракторный парк и инвентарь, имевшиеся на начало 1954 г.

В работе показаны противоречия и непоследовательность аграрной политики Н.С. Хрущева по наращиванию производственной и социальной инфраструктуры МТС центрально-черноземных областей. Пик производственного строительства в МТС пришелся на 1954 г., затем происходит постепенное сокращение инвестиций вплоть до прекращения. Отказ от строительства объектов МТС в 1957 г. означал большие потери государства, чем расходы на завершение уже начатого строительства.

Новизна работы определяется и ее источниковой базой. С конца XX века расширились возможности для изучения данной проблемы. Работа построена в основном на использовании архивных документов, многие из которых стали доступны совсем недавно и впервые вводятся в научный оборот. В первую очередь это касается документов бывших архивов КПСС. Все это создает основу для получения новых знаний о состоянии и проблемах развития аграрной сферы, для переосмысления роли МТС как крупных системообразующих предприятий колхозного производства, их опыта работы.

Методология и методика исследования. Диссертационное исследование построено на комплексном использовании методологических основ формационного, цивилизационного, модернизационного и синергетического подходов к изучению проблемы, при объективистско-критическом анализе исторических документов и материалов. В настоящее время наряду с формационным, цивилизационным, модернизационным все большее распространение получает синергетический метод познания в силу своего универсального характера и применимости для постижения закономерностей развития общества. Синергетический подход базируется на таких понятиях как нелинейность, неустойчивость, непредсказуемость, альтернативность развития.

Особую значимость для понимания истории представляет выявление и глубокое изучение точек бифуркации (перехода системы в качественно новое состояние) и периодов флуктуации (достаточно устойчивых состояний). Точки бифуркации являются отправными для новой эволюции. Указанный подход позволяет объяснить дискретность процессов, их зарождение и законченность, появление новых ветвей эволюции. В синергетике идея эволюционного подхода сочетается с альтернативностью и многовариантностью исторического процесса.

Своеобразной точкой бифуркации в конце 1920-х годов стала коллективизация, которая потребовала создания машинно-тракторных станций. На этой базе сформировалась и действовала на протяжении почти трех десятков лет производственная система «колхозы МТС». В исследовании деятельности МТС Центрального Черноземья применялся комплексный подход в выборе методов и принципов изучения. Системный анализ способствовал изучению темы как целостного явления во всей взаимосвязи и совокупности фактов. Объект изучения рассматривается как сложноорганизованная система, как совокупность причинно-генетических, функциональных связей. Историко-генетический метод позволяет раскрыть свойства, функции и изменения в процессе исторического развития и приблизиться к воспроизведению реальной истории МТС. Сравнительно-исторический метод позволил показать общее и особенное в развитии МТС как в рамках страны, так и специфику данной структуры в отдельных областях региона. Это касается специализации сельскохозяйственных районов, обеспеченности их техникой, кадрами специалистов, механизаторов и т.д. Синхронный метод ориентирован на изучение различных событий, происходивших в одно и то же время в различных регионах, и тем самым помог раскрыть связь между явлениями и фактами.

Многочисленный цифровой материал, представленный в сводных годовых отчетах МТС, статистических сборниках и материалах невозможно проанализировать без применения статистического метода (выделение и группировка однотипных данных, построение таблиц и т.д.), который позволяет рассмотреть те или процессы в динамике (рост стоимости основных фондов, движение тракторов, комбайнов и прочей сельскохозяйственной техники, инвентаря). Графический метод использовался при анализе внутренней структуры МТС, кадрового обеспечения, образовательного и профессионального состава работников и т.д.

В качестве общенаучных принципов исследования использовались принцип историзма, анализ и синтез, обобщение, принцип детерминизма в форме причинности как совокупности обстоятельств, комплексно применялись исторический и логический подходы.

Основные положения, выносимые на защиту по результатам исследования:

  • машинно-тракторные станции Центрального Черноземья в послевоенное время превратились в крупные центры механизации сельского хозяйства;
  • МТС не сумели сформировать производственную базу, адекватную решаемым задачам по индустриализации сельского хозяйства;
  • нехватка сельскохозяйственной техники в МТС усугублялась диспропорциями в ее структуре, что затрудняло ее использование;
  • сельскохозяйственная техника в МТС использовалась с большей интенсивностью в сравнении с совхозами;
  • политика правительства по освоению целинных и залежных земель привела к отвлечению ресурсов от старопахотных районов страны и по ряду позиций привела к ослаблению материально-технической базы МТС;
  • на эффективность работы машинно-тракторных станций и всей производственной системы «колхозы — МТС» негативно повлияли различные кампании (мелиорация, укрупнение колхозов, распашка залежных земель, борьба с чистыми парами, увлечение кукурузой и т.д.), сделавшие невозможным освоение севооборотов и культурное землепользование;
  • даже при ограниченности материально-технических ресурсов МТС создавали условия развития колхозного производства;
  • машинно-тракторные станции к 1958 г. представляли собой успешные сельскохозяйственные предприятия, их ликвидация не была вызвана объективными экономическими причинами.

Практическая значимость исследования обусловлена современностью звучания затронутой в нем проблемы, ее связью с актуальными задачами развития сельского хозяйства России и решением проблемы продовольственной безопасности. Ее результаты могут быть использованы для разработки обобщающих исследований, посвященных проблемам отечественной истории, а также в учебном процессе при разработке курсов лекций и спецкурсов, подготовке учебной и учебно-методической литературы. Материалы диссертации также могут быть использованы в краеведении, при изучении истории областей Центрального Черноземья.

Апробация работы. Диссертация подготовлена и обсуждена на кафедре истории ИППК МГУ им. М.В. Ломоносова. По теме исследования изданы монография, 74 статьи (включая 11 публикаций в изданиях, рекомендованных ВАК) общим объемом более 67 печатных листов.

Основные положения и выводы диссертации апробированы в докладах на кафедрах отечественной истории и новейшей истории России Липецкого государственного педагогического университета, в выступлениях на международных, республиканских и региональных научных конференциях, в т.ч. XXV—XXVIII, XXX—XXXI сессиях Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы (Арзамас, 1996 г.; Тамбов, 1998 г.; Вологда, 2000 г.; Калуга, 2002 г.; Тула, 2006 г.; Вологда, 2008 г.), I—II Всероссийских конференциях историков-аграрников Среднего Поволжья (Самара, 2006 г.; Йошкар-Ола, 2008 г.), I—III Всероссийских конференциях по проблемам аграрной политики и продовольственной безопасности России XVIII—XXI вв. (Оренбург, 2006 г.; 2007 г.; 2009 г.), Ломоносовских чтениях (Москва, МГУ, 2004 г.; 2005 г.; 2009 г.), Всероссийской и международных конференциях по проблемам реформ и реформаторства в России (Коломна, 2006 г.; 2007 г.; 2009 г.), международных конференциях «Юг России и Украина в прошлом и настоящем: история, экономика, культура» (Белгород, 2006 г.; 2009 г.), международных и региональных конференциях (Брянск, 2006 г.; Нижний Новгород, 2007 г.; Воронеж, 2007 г.; 2008 г., 2009 г.; Рязань 2008 г.; Липецк, 1995 г.; 1997 г.; 1999 г.; 2000 г.; 2001 г.; 2003 г.; 2005 г.; 2009 г.; Старый Оскол, 2005 г.; Елец, 2006 г.; 2008 г.; Челябинск, 2007 г.).

Структура работы. Диссертационное исследование состоит из введения, пяти глав, заключения, списка использованных источников и литературы. Исследование содержит 46 таблиц и 5 диаграмм.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обоснованы актуальность, степень изученности, объект, предмет, цель и задачи работы, обоснованы методологические основы исследования, отражена новизна, практическая значимость избранной проблемы.

В первой главе«Характеристика литературы и источников» — выявлена степень научной разработки темы, дана характеристика источниковой базы диссертации.

Историография данной проблемы делится на 3 больших этапа, каждый из которых определяется изменением общественно-политической ситуации в стране и, соответственно, смещением акцентов в рассмотрении этого феномена. Первый этап охватывает 1946–1957 гг. Он характеризуется отображением в исследованиях главных установок аграрной политики советского государства, в которой упор делался на развитие сети машинно-тракторных станций и повышение их роли в колхозном производстве. Второй этап пришелся на конец 1950-х — конец 1980-х годов. Подавляющее большинство ученых-аграрников, в соответствии с партийно-государственными установками, рассматривали МТС как структуру, выполнившую свои задачи по подъему колхозного производства, а потому — справедливо упраздненную. Для третьего современного этапа отечественной историографии, охватывающего 1990-е — 2000-е годы, характерен поиск новой объяснительной и познавательной теории. Одновременно для исследователей открылись прежде засекреченные фонды центральных и местных архивов, появились дополнительные возможности для переосмысления многих сюжетов прошлого.

В период 1946–1957 гг. большая часть публикаций, посвященных деятельности МТС, была выполнена работниками партийно-государственных структур, экономистами, руководителями и специалистами сельского хозяйства. Эти работы носили мобилизационно-пропагандистский характер. В первую очередь они разъясняли и комментировали суть партийно-государственных решений, являлись своеобразным руководством к действию для практических работников. Целая серия подобных публикаций вышла после февральского (1947 г.) пленума ЦК ВКП(б). В трудах экономистов и специалистов-практиков вопрос эффективности использования тракторов и комбайнов занимал центральное место. Авторы обсуждали проблемы улучшения планирования тракторных работ, использования диспетчерской службы в организации работы тракторных бригад, снабжения запчастями, горючим, взимания натуроплаты за работы МТС и т.д.2

На рубеже 1940-х — 1950-х годов важнейшее место в аграрной политике советского правительства отводилось «сталинскому плану преобразования природы». Опыт машинно-тракторных и специализированных станций по закладке лесозащитных полос, строительству прудов и водоемов нашел свое отражение в ряде работ3. Еще одним крупным событием в жизни советской деревни стала кампания по укрупнению колхозов, которая освещалась как позитивное мероприятие, способствовавшее созданию условий для более эффективной работы МТС4.

Из работ этого периода следует выделить монографию В.Г. Венжера5. Основной замысел работы заключался в показе того, что при относительной недостаточности средств механизации и сравнительно небольших размеров колхозов, производственное обслуживание колхозов через МТС было целесообразным и необходимым. Развитие колхозного производства на основе все большего внедрения МТС в колхозную экономику, по мнению ученого, создавало серьезные противоречия, коллизию двух хозяев на одной земле.

Новый импульс развитию сельского хозяйства и всех отраслей аграрной науки придал сентябрьский (1953 г.) пленум ЦК КПСС. Перевод механизаторов в штат постоянных работников МТС, организация труда постоянных рабочих, оплата их труда, укрепление материально-технической базы станций, формирование качественно иной производственной и социально-культурной инфраструктуры МТС — все это обусловило появление большого количества трудов по осмыслению и изучению указанных процессов6.

В ряде работ комментировалось решение партии о ликвидации районных управлений сельского хозяйства. Наделение МТС функциями планирования, агротехнического и зооветеринарного обслуживания колхозов рассматривалось как превращение их в решающую силу колхозного производства7. В работах историков, посвященных изучению сельского хозяйства середины 1950-х годов, первостепенное внимание уделялось проблеме освоения целинных и залежных земель, изменению практики планирования в колхозах, организации социалистического соревнования, перераспределению кадров и т.д. Деятельность же машинно-тракторных станций анализировалось с точки зрения механизации сельского хозяйства8.

В середине 1950-х годов экономисты и специалисты в области управления оживленно обсуждали проблему перевода машинно-тракторных станций на хозрасчет9. Обсуждение проблемы перевода МТС на хозрасчет вывело ученых на постановку вопроса об изменении порядка финансирования, о выработке методики определения себестоимости сельскохозяйственной продукции, получаемой в виде натуроплаты работы МТС. Авторы высказывали идеи о более полной финансово-экономической интеграции машинно-тракторных станций и колхозов10. Заметным событием в экономической мысли середины 1950-х годов стала работа В.Г. Венжера, посвященная комплексной механизации колхозного производства11. Ученым была высказана идея организации поточной формы производства в сельском хозяйстве.

Развитие советского обществоведения, его концептуальные построения находились в тесной зависимости от господствующих настроений в руководстве страны. До 1958 г. публиковались статьи, в которых машинно-тракторные станции назывались решающей силой колхозного производства, подчеркивалась их значимость в аграрной политике КПСС12. После февральского (1958 г.) пленума ЦК КПСС, принявшего постановление о реорганизации МТС, ситуация изменилась. Представители общественных наук стали развивать тезис о том, что МТС свою историческую роль выполнили. Колхозы окрепли, и продажа им техники позволит укрепить колхозную собственность13. На рубеже 1950-х — 1960-х годов в обществоведении утвердился положение, согласно которому реорганизация МТС и создание в колхозах их собственной производственной базы явились решающим мероприятием на пути постепенного перехода к коммунизму14.

Второй этап изучения рассматриваемой проблемы (конец 1950-х — 1980-е годы) прошел под знаком доминирования работ историков. В 1958 г. увидела свет первая монографическая работа, охватывающая весь период деятельности МТС. Ее авторы Ю.В. Арутюнян и М.А. Вылцан обозначили подходы в исследовании этого феномена, показали роль МТС в реконструкции сельского хозяйства15. Особое внимание уделяется МТС как центрам коллективизации крестьянских хозяйств. При этом акцент был сделан на показ деятельности политотделов МТС. Центральное место в работе занимает раздел, в котором освещается роль МТС в развитии колхозного производства в послевоенные годы. Ю.В. Арутюнян и М.А. Вылцан развитие сельского хозяйство СССР после сентябрьского (1953 г.) пленума ЦК КПСС определяют в виде «крутого подъема». В книге отмечается также укрепление МТС постоянными кадрами механизаторов, привлечение в сельское хозяйство специалистов и руководителей из промышленности. Как крупное достижение в работе МТС отмечается рост выработки на трактор, внедрение раздельного способа уборки хлеба и т.д. В работе нет и тени сомнения относительности решения партии о реорганизации МТС. В укор МТС ставится неэффективное использование рабочей силы.

В конце 1950-х — 1980-х годах большинство работ, в которых затрагивалась деятельность МТС, было посвящено изучению аграрной политики Коммунистической партии. В концептуальном отношении исследования не отличались разнообразием подходов и критическим восприятием действительности16. Среди советских ученых-аграрников господствовало положение о МТС как структуре, полностью выполнившей свои исторические задачи к концу 1950-х годов17. Реорганизация МТС и продажа техники колхозам оценивались как крупное событие, позволившее укрепить колхозно-кооперативную форму социалистического сельского хозяйства и раскрыть ее производственные и социальные возможности18. В качестве основного аргумента реорганизации МТС подавляющее большинство историков и экономистов преподносили «теорию двух хозяев». Ученые видели проблему в том, что земля находилась в распоряжении колхозов, а техника — в МТС. Против такого подхода возражал П.А. Игнатовский, назвавший «теорию двух хозяев» методологически несостоятельной, так как роль государства в колхозном производстве продолжала оставаться решающей19.

На рассматриваемом этапе развития историографии изучаемой проблемы появились работы с осторожной критикой аграрной политики Н.С. Хрущева20. А.М. Чинчиков отмечает упрощенное восприятие большинством ученых реорганизацию МТС как факта возросшего уровня экономики колхозов. Ошибки и поспешность в решении этих задач, указывает он, поставили колхозы в трудное финансовое положение21. М.П. Губенко и Г.К. Ольшевская убедительно показали увеличение масштабов изъятия финансовых средств из колхозов после реорганизации МТС22. Указанные наблюдения подкрепляют выводы В.С. Долгова23.

Отличная от других ученых точка зрения на реформу 1958 г. у экономиста В.Г. Венжера. Необходимость в продаже современных машин колхозам, рассуждает он, назрела. МТС как тип хозяйственных предприятий не является обязательным при осуществлении кооперирования мелких производителей. Он не является обязательным там, где кооперативы сами в состоянии применить современные машины и где машин имеется в достатке. Но если таких условий нет, подчеркивает автор, использование машин через организации типа машинно-тракторных станций «желательно и целесообразно»24.

После реорганизации машинно-тракторных станций эта проблема утрачивает свою актуальность для советских обществоведов. За последующий 30-летний период в СССР не было издано ни одной монографии, посвященной непосредственно изучению истории МТС. Но многие аспекты истории МТС, развития ее производственной и социальной инфраструктуры, кадрового обеспечения, роли в организации колхозного производства нашли свое отражение в работах ученых сквозь призму выявления тех или иных сторон жизни колхозной деревни.

Особую роль в исследовании темы сыграли работы М.А. Вылцана, в которых рассматриваются вопросы формирования материально-технической базы колхозного производства в СССР в 1930-е годы, ее восстановления и развития в послевоенное время, материального положения колхозников и т.д.25 В центре внимания автора оказались вопросы истории МТС. При изучении процессов восстановления и развития материально-технической базы колхозного строя в послевоенное время автор, подчеркивая беспрецедентные темпы роста тракторного и сельскохозяйственного машиностроения, отмечает низкое качество техники. Он сделал смелый вывод о негативных последствиях политики освоения целинных и залежных земель для развития машинно-тракторной базы традиционных районов земледелия. Интересна эволюция отношения М.А. Вылцана к реформе 1958 г. В ранних работах ученый приветствовал это мероприятие. Но в труде, увидевшем свет в 1976 г., высказывается сожаление об упразднении МТС26.

Советские историки активно занимались изучением проблемы сельскохозяйственных кадров. В 1960 г. по данной теме были опубликованы обстоятельные монографии Ю.В. Арутюняна и Ю.С. Борисова27. В исследовании Ю.С. Борисова показаны основные пути формирования производственных кадров сельского хозяйства в годы первых пятилеток: перераспределение их из промышленности, выдвижение снизу и обучение. При этом особое место отводится роли города в социалистическом преобразовании деревни.

Если в работе Ю.С. Борисова освещаются вопросы подготовки широкого спектра производственных работников сельского хозяйства — руководителей колхозов, МТС и совхозов, механизаторов, специалистов высшей и средней квалификации, то в книге Ю.В. Арутюняна основное место отводится изучению механизаторских кадров МТС. В центре внимания автора наряду с подготовкой и обучением оказались также вопросы материально-бытового положения механизаторов, оплаты и организации их труда, массово-политической работы. Позднее Ю.В. Арутюнян издал книгу о советском крестьянстве в годы Великой Отечественной войны. Немало места в ней уделено изучению деятельности МТС, их разукрупнению, роли политотделов в годы войны и т.д. Особое внимание в работе уделяется решению проблемы механизаторских кадров в военное время28.

Весомый вклад в освещение истории советской послевоенной колхозной деревни внесла А.П. Тюрина29. Она исследовала проблему становления кадров руководителей и специалистов МТС в послевоенное время. Война обострила проблему кадров. В первые послевоенные годы руководство страны предпринимало неоднократные попытки решить проблему нехватки специалистов в МТС и колхозах за счет их перераспределения из управленческого аппарата и учебных заведений. Но удельный вес дипломированных кадров в МТС и колхозах, замечает А.П. Тюрина, практически не изменился. Перемены в аграрной политике советского государства, связанные с решениями сентябрьского (1953 г.) пленума ЦК КПСС, самым непосредственным образом касались сельскохозяйственных производственных кадров. Масштабное мероприятие по перераспределению городских кадров на работу в деревню в 1953–1954 гг. она называет тщательно продуманным мероприятием, которое позволило к 1958 г. перейти качественный рубеж в обеспечении МТС инженерно-техническими кадрами.

Проблема подготовки сельскохозяйственных кадров нашла свое отражение в ряде брошюр, статей и диссертаций, часть из них была выполнена по материалам Центрального Черноземья30. В отдельных работах звучит осторожная критика кадровой политики КПСС. Рассматривая масштабную акцию 1953 г. по переводу инженерно-технических работников из промышленности в МТС, Н.Е. Негодяев приходит к выводу о том, что некоторые из них «по уровню подготовки не в состоянии были улучшить руководство МТС»31.

Тяжелые условия труда механизаторов, невысокая его оплата обусловили не только их высокую текучесть, но и трудности с формированием контингента учащихся школ механизации и слушателей курсов при МТС. Только в результате реорганизации школ механизации в училища и перехода на систему обучения, принятую в ремесленных училищах промышленности, перевода механизаторов в штат постоянных работников МТС и улучшения оплаты их труда, отмечает А.С. Паневин, удалось наконец-то решить проблему набора. Но и в 1954–1957 гг. большинство трактористов в центральных районах страны по-прежнему готовили курсы при МТС; выпускники же училищ механизации централизованно направлялись в районы освоения целинных и залежных земель32.

Изучение функционирования МТС в первые послевоенные годы невозможно без привлечения трудов И.М. Волкова33. Автор обращает внимание на повышение роли МТС в колхозном производстве после войны в связи с резким сокращением поголовья всех видов рабочего скота. Признавая несомненные успехи в укреплении машинно-тракторного парка в восстановительный период, автор подчеркивает чрезмерную нагрузку посевной площади на трактор. Итоги развернувшегося в 1950 г. массового укрупнения колхозов он оценивает двояко. С одной стороны, это создавало лучшие условия для использования техники МТС, с другой стороны, нарушало систему землепользования.

Роль политотделов МТС в утверждении колхозного строя, их общественно-политическая деятельность нашли свое отражение в публикациях И.Е. Зеленина и Т.С. Донгаровой34. Создание политотделов МТС рассматривается авторами как необходимое мероприятие, вызванное объективным состоянием сельского хозяйства в конце 1932 г. Если И.Е. Зеленин лишь обозначил тему репрессий в деятельности политотделов МТС, то у Т.С. Донгаровой аспект классовой борьбы и подавление сопротивления кулачества выходят на первый план.

Изучение деятельности машинно-тракторных станций занимает важное место в научных трудах, посвященных исследованию сельского хозяйства и деревни на региональном уровне. Среди них следует выделить работы Р.П. Толмачевой, Г.Е. Корнилова, В.П. Мотревич по истории деревни Урала в военное и послевоенное время35. В них не только отражена специфика данного региона, но и содержатся новые подходы и наблюдения, имеющие значение для осмысления истории советской деревни в целом. Г.Е Корнилов, В.П. Мотревич выделяют особую значимость сельского хозяйства Урала в годы Великой Отечественной войны по обеспечению городов региона продовольствием, отмечают ослабление материально-технической базы сельскохозяйственного производства в этот период, изношенность машинно-тракторного парка, что предопределило начало электрификации МТС, совхозов и колхозов этого края уже в годы войны.

Р.П. Толмачева рассматривает агрономическое и зоотехническое обслуживание колхозов Урала через сеть районных отделов и МТС в послевоенные годы, отмечает параллелизм в их работе, отсутствие личной ответственности специалистов за развитие колхозного производства. Поэтому перевод агрономов и зоотехников из штатов МТС в колхозы в 1955 г. она считает логичным и необходимым мероприятием36.

В 1960-е 1980-е годы активно изучалась деревня Центрального Черноземья послевоенного времени37. Аграрная тематика нашла свое отражение в трудах по истории партийных организаций и комсомола центрально-черноземных областей38, в юбилейных изданиях39. Итоги изучения деревни Черноземного Центра России подводились в обобщающих трудах40. В исследованиях определенное место заняла история машинно-тракторных станций. В них приводятся краткие сведения о работе МТС областей, их роли в колхозном производстве, даются оценки осуществлявшимся мероприятиям правительства, не выходящие, как правило, за рамки общепринятых на тот момент.





Самым значительным трудом по истории послевоенной деревни Центрального Черноземья является монография А.В. Лосева41. При историко-партийном подходе в работе А.В. Лосева затушевываются некоторые проблемы развития аграрного сектора. Автор фиксирует нарушения МТС агротехнических сроков при проведении полевых работ, непроизводительное использование тракторного парка, недостаток трактористов и их низкую квалификацию. А.В. Лосев, констатируя недостаточный уровень механизации полевых работ в колхозах в начале 1950-х годов, объясняет его плохим использованием машинно-тракторного парка, недогрузкой тракторов и комбайнов. Успехи в развитии колхозного производства в 1954–1957 гг. ученый связывает с перестройкой работы и структуры партийного аппарата, с деятельностью инструкторских групп по зонам МТС.

Советские ученые-аграрники проделали огромную работу по изучению истории крестьянства и колхозной деревни 1930-х 1950-х годов, важное место в которой занимает освещение деятельности машинно-тракторных станций, их роли в становлении и развитии колхозного строя. Многочисленные публикации по аграрной тематике послужили основой для создания фундаментальных обобщающих трудов по истории советского крестьянства42.

На современном этапе историографии, начавшемся в 1990-е годы, происходит преодоление многих стереотипов прошлого, появляются новые оценки, иначе расставляются акценты при анализе известных фактов и событий, а главное — меняется концептуальный подход к аграрной тематике. Большой вклад в переосмысление многих проблем аграрной истории внес И.Е. Зеленин43. В первую очередь это касается аграрной политики советского государства в 1930-е годы. В центре внимания ученого оказались политотделы МТС. Автор называет их составной частью тоталитарной системы. Чрезвычайные органы партии сумели «взять хлеб», но это была Пиррова победа «во славу командно-административной системы»44. Весьма критично И.Е. Зеленин оценивает помощь государства крестьянству. Проблемы механизации, строительства МТС и оплата их работ по обслуживанию колхозов осуществлялись, по его мнению, главным образом за счет крестьянства45.

Политотделы МТС 1933–1934 гг. в последние годы стали объектом изучения в ряде других публикаций. В.А Алексеев рассматривает их деятельность как продолжение политики «чрезвычайщины». На примере Центрально-Черноземного района показаны конкретные примеры проявления чрезвычайных мер, трения и конфликты политотделов с райкомами партии46. Совершенно иной подход к проблеме политотделов МТС у В.В. Наухацкого, который рассматривает их деятельность в рамках политики раскрестьянивания, то есть разрушения привычного уклада деревенской жизни, традиций и опыта сельского мира. На взгляд исследователя, политотделы были вызваны к жизни экстремальными условиями модернизации аграрной экономики и функционирования колхозов, переходным характером экономики сельского хозяйства начала 1930-х годов. Создав колхозы как форму хозяйствования, заключает ученый, государство через политотделы обеспечило превращение рыхлой формы в структуру колхозную систему47.

В последних работах И.Е. Зеленина, посвященных изучению аграрной политики Н.С. Хрущева, в центре внимания оказались самые главные проекты освоение целинных и залежных земель и реорганизация МТС. У автора неоднозначное отношение к реформе 1958 г. Он называет реорганизацию МТС «одной из самых прогрессивных, антитоталитарных реформ». Но из-за предельно сжатых сроков осуществления реорганизация МТС привела к крайне негативным последствиям, делает вывод ученый, была подорвана ремонтная база МТС, колхозы понесли большие убытки при покупке техники, произошла «утечка» кадров механизаторов48.

В новейших исследованиях по аграрной тематике послевоенного времени в качестве узлового момента неизменно выделяется реформа 1958 г. по реорганизации МТС. Единого мнения на этот счет нет. А.А. Никонов отстаивает позиции аграрников 1960-х 1980-х годов, согласно которым машинно-тракторные станции к 1958 г. свою историческую роль исчерпали49. Большинство отечественных ученых критично воспринимают реорганизацию МТС. Создание собственного машинно-тракторного парка не могло не отразиться на экономике колхозов, считает Г.Е. Корнилов, существенно возросли расходы колхозов, поспешность, с которой прошла реорганизация МТС, сопровождалась огромным количеством финансовых, технических и организационных проблем50.

Реорганизация МТС изменила жизнь деревни, колхозы получили возможность обладать и распоряжаться средствами производства. Но это еще не означало уничтожение их зависимости от центральных директивных органов, констатирует О.М. Вербицкая. Государство сохранило монопольное право на материально-техническое снабжение колхозов и на закупку производимой ими продукции, что давало ему возможность «распоряжаться колхозной продукцией и диктовать им свои условия и цены»51.

Существуют и более жесткие оценки реформы 1958 г. По мнению Н.С. Иванова, государство, сосредоточив в своих руках снабжение колхозов и заказ на колхозную продукцию, «усилило неэквивалентный обмен»52. В.Б. Чистяков считает, что реорганизация МТС по своим последствиям стала «очередной насильственной коллективизацией». С реорганизацией МТС, заключает автор, государство вернуло средства, вложенные в деревню, «но потеряло саму деревню»53.

В современной исторической науке доминируют сдержанные оценки реформы 1958 г. Ученые не отрицают необходимости изменения отношений между государством и колхозами. Но целесообразность реорганизации МТС была нейтрализована поспешностью при ее проведении и неоправданно высокими ценами на устаревшую технику. Поэтому она не дала ожидаемых результатов: расходы для многих колхозов оказались непосильными, ремонтная база в сельском хозяйстве была подорвана, значительная часть механизаторов и специалистов МТС не захотели превращаться в колхозников и отправились в города54.

Тема реорганизации МТС, ее роли в советском сельском хозяйстве нашла свое отражение и в зарубежной литературе. Оценки реформы 1958 г., сделанные по горячим следам, близки к восторженным. Реорганизация МТС и продажа техники колхозам сделали последних полноправными хозяевами всех основных средств производства и улучшили организацию колхозного производства, пишет французский историк А. Пейре. По его мнению, «это была поистине маленькая аграрная революция»55. Негативная оценка роли МТС в развитии отечественной экономики послесталинского периода содержится в работе американского ученого Г. Шварца56.

Но вскоре характер суждений западных исследователей стал меняться. А. Ноув позитивно оценивает работу МТС, а недостатки в работе он объясняет вмешательством в их деятельность политических чиновников в роли комиссаров, директивным управлением аграрным процессом57. Итальянский историк Дж. Боффа характеризует реорганизацию МТС как отказ от сталинской догмы, в соответствии с которой все важнейшие средства производства должны быть государственными. При реализации реформы 1958 г., по мнению автора, колхозы не имели выбора, государственные капитальные вложения в сельское хозяйство были урезаны в сравнении с предшествующим периодом. Результаты реформы он называет «разочаровывающими», а методы проведения «поспешными»58.

Негативные оценки результатов реформы 1958 г. доминируют в зарубежной историографии59. Вместе с тем некоторые историки выделяют позитивные моменты. Американский исследователь Р. Миллер делает акцент на то, что при определенных издержках колхозы получили многочисленные выгоды в долгосрочной перспективе, а руководители хозяйств приобрели «так необходимый опыт в управлении производственным процессом». Этот опыт усиливал возможности развития колхозной системы60. В западной историографии обосновывается положение о том, что реорганизация МТС привела к системным изменениям в аграрном секторе экономики. В результате осуществления реформы произошел отказ от сталинской модели социалистического сельского хозяйства61. Но результативность реформ, подчеркивает британский историк М. Макколей, во многом зависит от фактора личной заинтересованности, от материальных стимулов. Однако Первый секретарь ЦК КПСС Н.С. Хрущев, отмечает он, этого так и не смог понять62.

По мнению У. Таубмана, МТС были созданы в то время, когда только что организованные колхозы «еще не твердо стояли на ногах». Они служили своеобразными «цитаделями партии и НКВД в сельской местности». Со временем многие колхозы укрепились и могли содержать собственную технику. Однако значительная часть колхозов была не готова к этому. Реформа 1958 г., пишет У. Таубман, была навязана колхозам. Последствия оказались «ужасающими». Выплатив стоимость техники, даже самые крепкие колхозы потеряли возможность инвестировать средства в другие мероприятия. Техника в колхозах использовалась менее эффективно, чем в МТС63.

На современном этапе развития отечественной исторической науки происходит активное изучение аграрной тематики на региональном уровне. В последние годы стали крупными исследовательскими центрами по аграрной истории Екатеринбург, Вологда, Самара, Новосибирск, Оренбург, Тамбов и др. Там появилась новая генерация историков, сформировались научные школы и направления. В начале 2000-х годов была опубликована серия монографий и статей по истории сельского хозяйства и послевоенной деревни, в которых важное место занимает освещение деятельности машинно-тракторных станций.

Новый взгляд в оценке деятельности МТС присущ вологодским ученым М.А. Безнину и Т.М. Димони. Они рассматривают процесс становления и функционирования МТС в контексте модернизации аграрной подсистемы64. Модернизационный курс в сфере сельского хозяйства, оформившийся в начале 1930-х годов, был ориентирован на колхозную систему, ее взаимоотношения с МТС. Модернизация аграрной подсистемы развивается неравномерно, и глубокое изучение точек бифуркации и периодов флуктуации еще впереди, полагает Т.М. Димони65.

М.А. Безнин и Т.М. Димони и реформу 1958 г. рассматривают сквозь призму аграрной модернизации. Реорганизация МТС, по их мнению, дала новый импульс «товаризации средств производства». Социальная трансформация в модернизировавшемся сельском хозяйстве происходила в ходе раскрестьянивания и привела к формированию новых социальных категорий сельского населения. Исследователи выделяют пять основных социальных групп. Это — протобуржуазия, менеджеры, интеллектуалы, рабочая аристократия, сельский полупролетариат и пролетариат. В разряде протобуржуазии оказались директора МТС, а к рабочей аристократии были отнесены механизаторы, трактористы и комбайнеры66.

Среди новейших монографических работ следует выделить исследование Д.В. Милохина и А.Ф. Сметанина, посвященное изучению Коми колхозной деревни67. Авторы показывают позитивные изменения в материально-технической базе сельского хозяйства республики, фиксируют улучшение экономических показателей работы МТС по обслуживанию колхозов. Реорганизацию МТС авторы расценивают «как крупнейшую контрреформу по отношению ко всем предшествующим мерам, направленным на оказание помощи колхозному производству»68.

Р.Р. Хисамутдинова исследовала направленность и результативность аграрной политики советского государства в 1945–1953 гг. применительно к Уралу. Достоинством работ автора является вовлечение в научный оборот обширного документального материала по республикам и областям региона. Автором показано общее и особенное в их развитии: состояние материально-технической базы сельского хозяйства, МТС, специализация, обеспеченность трудовыми ресурсами, производительность труда и т.д.69

На примере Ярославской области очень обстоятельное исследование социально-демографических процессов в послевоенной деревне провела Л.Д. Руденко. В нем содержится немало ценных наблюдений, касающихся функционирования производственной системы «колхозы МТС»70. Крестьянство Северной Осетии в первое послевоенное десятилетие стало объектом изучения И.А. Сланова. Автор отмечает успешное восстановление сельского хозяйства республики к концу четвертой пятилетки, восстановление машинно-тракторного парка МТС. Произвести дальнейшее наращиванию средств производства не позволила кампания освоения целинных земель71.

Изучение послевоенной советской деревни ведется и на диссертационном уровне. По теме «Становление и деятельность машинно-тракторных станций Центрального Черноземья: 1930–1958 годы» О.В. Соколовой была подготовлена кандидатская диссертация72. Работа не выглядит цельной и логичной по своей структуре. В разделе диссертации «Массово-политическая и организаторская деятельность политотделов МТС Центрального Черноземья в годы Великой Отечественной войны» О.В. Соколова привлекла большое количество документального материала и показала работу политотделов в военное время. Но в работе нет сведений о деятельности политотделов МТС в период 1933–1934 гг. Заглавие третьего раздела «Деятельность и значение МТС в восстановлении материально-технической базы сельского хозяйства Центрального Черноземья в конце 50-х годов», его содержание вызывают полное недоумение, они не соответствуют друг другу. В работе показывается процесс восстановления сельского хозяйства региона на уровне фрагментов.

Более удачную попытку в исследовании Амурской деревни предприняла Т.П. Стрельцова. Проблемы обеспеченности сельского хозяйства материально-техническими ресурсами, эффективность колхозного производства она проанализировала сквозь призму проведения кампании освоения целинных и залежных земель73.

Таким образом, в изучении машинно-тракторных станций как исторического феномена, их роли в становлении и развитии колхозного строя экономистами и историками проведена серьезная работа по выявлению и систематизации фактического материала, его обобщению. Многие стороны деятельности МТС получили свое отражение в трудах, главным образом, историков советского периода. Они составляют точку отсчета для проведения дальнейших исследований, переосмысления многих процессов в рамках современных познавательных теорий, уточнения оценок на современном этапе.

Источники по теме диссертации многочисленны и разнообразны. Они включают опубликованные и архивные документы, многие из которых впервые введены в научный оборот. В диссертации использованы 12 фондов четырех российских центральных архивов: Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ); Российского государственного архива новейшей истории (РГАНИ); Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ); Российского государственного архива экономики (РГАЭ) и 28 фондов одиннадцати областных архивов: Государственного архива Белгородской области (ГАБО); Государственного архива Воронежской области (ГАВО); Государственного архива Курской области (ГАКО); Государственного архива Липецкой области (ГАЛО); Государственного архива Орловской области (ГАОО); Государственного архива Тамбовской области (ГАТО); Государственного архива общественно-политической истории Воронежской области (ГАОПИВО); Государственного архива общественно-политической истории Курской области (ГАОПИКО); Центра документации новейшей истории Белгородской области (ЦДНИБО); Центра документации новейшей истории Липецкой области (ЦДНИЛО); Центра документации новейшей истории Тамбовской области (ЦДНИТО).

Источниковую базу изучения истории машинно-тракторных станции составляют законодательные и нормативные акты, документы партии и правительства, делопроизводственные документы государственных и партийных органов, внутри- и межведомственная деловая переписка, статистические издания, аналитические записки, материалы совещаний, периодическая печать, мемуары и воспоминания.

Важным источником по рассматриваемой проблеме являются сборники законодательных актов по колхозному строительству74. В них представлены документы, регулирующие организационно-правовые основы взаимоотношений машинно-тракторных станций и колхозов — это, прежде всего, Примерный устав сельскохозяйственной артели и Типовые договоры МТС и колхозов.

Положение в сельском хозяйстве было предметом постоянного внимания различных властных структур. Поэтому важнейшим источником по истории советской деревни являются решения Коммунистической партии и советского государства. Сюда относятся материалы партийных съездов и пленумов, Постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР, Законы СССР и указы президиума Верховного Совета СССР. Значительная часть партийно-правительственных документов была опубликована еще в советское время в различных тематических сборниках75. В отдельных изданиях выходили стенографические отчеты некоторых партийных съездов и пленумов ЦК КПСС76. Были опубликованы постановления съездов КПСС и пленумов ЦК КПСС, постановления ЦК КПСС и Совета Министров СССР77. Указанные документы позволяют выявить основные направления аграрной политики партии и советского государства в послевоенное время, изучить наиболее крупные программы в области сельского хозяйства, определить роль машинно-тракторных станций в их реализации.

В постсоветское время увидели свет материалы пленумов ЦК КПСС 1950-х годов, на которых велась жесткая борьба за лидерство в партии78. К числу ценных публикаций документов по истории послевоенного времени, в том числе и истории деревни, несомненно, относятся сборники документов Политбюро ЦК КПСС и Совета Министров СССР, изданные в конце прошлого века. В них отражается не только механизм принятия различных решений, но и механизм взаимодействия высших партийных и региональных организаций79.

Для выявления сущности аграрной политики коммунистической партии и советского государства важны публикации и выступления «первых лиц» — И.В. Сталина80 и Н.С. Хрущева81. К данной группе источников следует отнести и выступления руководителей партии и государства на съездах, пленумах, совещаниях82. В период политического лидерства Н.С. Хрущева проводилось большое количество различного рода совещаний по сельскому хозяйству в центре и на местах. Материалы совещаний частично опубликованы83.

Положение центрально-черноземной деревни в период Великой Отечественной войны и её послевоенное состояние позволяют осветить сборники документов и материалов, изданные в различное время84. Они содержат постановления местных органов власти, выступления партийных и государственных работников, письма и обращения колхозников, подборки материалов областных газет, статистические сведения и т.д. 

При изучении истории колхозной деревни, истории МТС невозможно обойтись без таких источников, как воспоминания. Эта группа источников многочисленна, сюда входят воспоминания государственных и партийных деятелей, руководителей предприятий, директоров МТС, председателей колхозов и т.д.85.

Со второй половины 1950-х годов в СССР стали регулярно публиковаться различные статистические сборники, отражающие параметры развития народного хозяйства страны в целом, а также отдельных отраслей и регионов86. Немало полезных сведений исследователь может извлечь из материалов центральной и местной прессы. Причем наибольший интерес представляют как раз материалы областных газет. В качестве своеобразного источника в работе использованы публикации производственно-технического ежемесячного журнала Министерства сельского хозяйства СССР «МТС».

Современный уровень развития исторической науки требует тщательной проработки архивного материала, тем более что к началу XXI века снята завеса секретности с большей части фондов центральных и местных архивов.

Весьма содержательными материалами располагает фонд Бюро Совета Министров РСФСР по сельскому хозяйству Государственного архива Российской Федерации (Ф. А–259. – Оп. 7). В нем хранятся документы, позволяющие осветить реализацию государственных программ в сфере сельского хозяйства в центрально-черноземных областях, состояние производственной базы колхозов и машинно-тракторных станций, укрупнение колхозов и преобразование их в совхозы, преобразование лесозащитных станций в машинно-тракторные, движение кадров и т.д.

Ценнейшие документы по изучению истории машинно-тракторных станций, да и всей аграрной истории советского общества 1930-х 1950-х годов, хранятся в фонде Министерства сельского хозяйства СССР Российского государственного архива экономики (Ф. 7486. – Оп. 1, 6, 14, 15). Это — массовые источники: делопроизводство, приказы по Министерству сельского хозяйства СССР, по Главному Управлению МТС, различные справки, аналитические записки, инструкции, нормативные документы и т.д. Среди них следует особо выделить сводные годовые отчеты машинно-тракторных станций. Они отличаются очень большой информативностью, составлялись ежегодно на уровне областей, республик и в целом по Министерству сельского хозяйства СССР.

Новизну и оригинальность работе придает вовлечение в научный оборот комплекса документов центральных и областных архивов КПСС. В Российском государственном архиве социально-политической истории (Ф. 556. – Оп. 22), Российском государственном архиве новейшей истории (Ф. 2. – Оп. 1; Ф. 5. – Оп. 24, 45, 46; Ф. 13. – Оп. 1; Ф. 89) находится огромный массив документов по истории советской деревни. Сюда можно отнести и неопубликованными материалами пленумов ЦК КПСС 1950-х годов по сельскому хозяйству. Ценнейшими документами располагают фонды сельскохозяйственного отдела ЦК КПСС по союзным республикам и сельскохозяйственного отдела ЦК КПСС по РСФСР. Особенно это относится к периоду 1954–1958 гг. (РГАНИ). Сюда вошли многочисленные аналитические записки о состоянии сельского хозяйства страны в целом и отдельных республик, краев и областей, статистические сведения о состоянии посевов сельскохозяйственных культур, наличии техники, заготовках продукции сельского хозяйства, оперативные данные о проведении сельскохозяйственных кампаний и мн. др.

В работе использованы фонды всех обкомов партии Центрального Черноземья: Белгородского (ЦДНИБО. – Ф. 1), Воронежского (ГАОПИВО. – Ф. 3), Курского (ГАОПИКО. – Ф. 1), Липецкого (ЦДНИЛО. – Ф. 34), Орловского (ГАОО. – Ф. П–52), Тамбовского (ЦДНИТО. – Ф. 1045). Среди материалов фондов обкомов партии наибольший интерес представляют стенографические отчеты пленумов и конференций КПСС областей Центрального Черноземья, в которых содержится очень широкий спектр сведений о сельском хозяйстве, его материально-технической базе, кадрах, динамике производства, протоколы заседаний бюро обкомов партии, подготовительные материалы к ним и т.д. Важнейшее место среди документов фондов обкомов партии занимает переписка с Центральным комитетом КПСС, Советами Министров СССР и РСФСР, министерствами сельского хозяйства СССР и РСФСР, другими предприятиями и учреждениями.

Механизм взаимодействия обкомов партии с райкомами и последних с МТС и колхозами позволяют раскрыть документы райкомов КПСС. В диссертации были использованы материалы фондов Грязинского, Елецкого, Усманского, Хворостянского, Чаплыгинского райкомов партии Липецкой области (ЦДНИЛО. – Ф. 18, 36, 64, 65, 71).

При написании данной работы использовались фонды государственных архивов областей Центрального Черноземья. Это фонды документов управлений сельского хозяйства: Белгородской области (ГАБО. – Ф. Р–17), Воронежской (ГАВО. – Ф. Р–1766), Курской (ГАКО. – Ф. Р–3168), Липецкой (ГАЛО. – Ф. Р–584), Орловской (ГАОО. – Ф. Р–1200), Тамбовской (ГАТО. – Ф. Р–3539). Прекрасно сохранились приказы по управлениям, различные инструктивные письма, материалы совещаний руководителей предприятий, специалистов и передовиков производства. Наибольший интерес для изучения данной темы представляют текстовые и цифровые отчеты об итогах деятельности машинно-тракторных станций и колхозов за тот или иной год, агрономические отчеты, справки о наличии сельскохозяйственных машин, о проведении ремонтных работ, инструкции по эксплуатации техники.

В государственных архивах центрально-черноземных областей сохранились фонды некоторых МТС. В диссертационном исследовании использованы материалы объединенного фонда МТС Тамбовской области (ГАТО. – Ф. Р–359), объединенных фондов МТС некоторых районов Белгородской области (ГАБО. – Ф. Р–1314; Ф. Р–1315); фонда Хворостянской МТС Липецкой области (ГАЛО. – Ф. Р–1747). Фонды машинно-тракторных станций содержат книги приказов директоров МТС, годовые статистические отчеты по итогам работы МТС за год, объяснительные записки к ним, лицевые счета работников, протоколы заседаний советов МТС, а иногда, протоколы заседаний товарищеских судов.

В работе были использованы документы фондов Волынского, Добровского, Задонского, Елецкого, Тербунского, Усманского, Чернавского райисполкомов Советов депутатов трудящихся Липецкой области (ГАЛО. – Ф. Р–208; Р–294; Р–324; Р–377, Р–743, Р–1229; Р–1405). Во второй половине 1940-х годов указанные районы входили в состав различных областей Центрального Черноземья (Воронежской, Курской и Орловской). Документы райисполкомов названных районов позволили полнее осветить жизнь деревни в первые послевоенные годы.

Таким образом, комплекс опубликованных и архивных источников дает возможность исследовать деятельность МТС Центрального Черноземья как целостный социально-экономический феномен, проследить их развитие на протяжении всего послевоенного периода.

Во второй главе «Машинно-тракторные станции как инструмент аграрной политики советского государства» — показано становление МТС как системообразующей структуры колхозного производства, их роль в реализации аграрной политики советского государства.

Прообразом МТС являлись тракторные колонны. Первая в стране тракторная колонна была организована осенью 1927 г. на базе совхоза им. Шевченко Березовского района Одесского округа. В ноябре 1928 г. эта тракторная колонна была преобразована в машинно-тракторную станцию. Накануне массовой коллективизации 5 июня 1929 г. Совет Труда и Обороны принимает постановление «Об организации машинно-тракторных станций», в котором строительство МТС рассматривалось в качестве одного из основных путей к переустройству индивидуальных крестьянский хозяйств в крупные коллективные хозяйства87.

Быстрое расширение сети машинно-тракторных станций происходило параллельно с форсированным созданием колхозного строя. До конца 1932 г. численность МТС по СССР увеличилась до 2 44688. После проведения коллективизации хозяйственная жизнь деревни оказалась дезорганизована. Первостепенная задача правительственной политики в деревне заключалась в том, чтобы наладить производственную деятельность недавно образованных колхозов. В правительственной политике в деревне центральное место отводилось МТС. По решению январского (1933 г.) объединенного пленума ЦК и ЦКК ВКП(б) создавались политотделы в МТС и совхозах. Политическая составляющая в деятельности МТС выдвигается на первый план, руководство МТС в лице директора и начальника политотдела решало фактически все вопросы, связанные с жизнью колхозной деревни. Всего было создано 3 368 политотделов МТС и 2 021 — в совхозах89.

С завершением сплошной коллективизации стала формироваться новая производственная система «колхозы — МТС». Эту систему было необходимо запустить в работу, вот для чего и создавались чрезвычайные органы управления в деревне. Политотделы МТС действовали два года. Они являлись важнейшим элементом в системе антикризисных мероприятий правительства в сельском хозяйстве и были вызваны к жизни экстремальными условиями модернизации аграрной экономики. Через политотделы МТС партия сумела обеспечить нормализацию обстановки в деревне в условиях распада старых структур жизни, преодолеть наиболее острые проявления аграрного кризиса.

В СССР в годы второй пятилетки (1933–1937 гг.) происходит в основном завершение процесса развертывания сети машинно-тракторных станций. За это время число МТС увеличилось с 2 916 до 5 818, в том числе в Российской Федерации — с 1 857 до 3 937. Основная часть машинно-тракторных станций концентрировалась в районах земледельческого Центра, Юга и Юго-востока страны. В конце 1937 г. в Центрально-Черноземной полосе насчитывалось 595 МТС, что составляет 15,1% от их общего количества по РСФСР. Удельный вес посевных площадей колхозов, обслуживаемых МТС, достиг к концу пятилетки в целом по СССР 91,2%, по Российской Федерации — 90,9%. В Центральном Черноземье МТС обслуживали 92,7% колхозов, которые располагали 96,9% всех посевных площадей колхозов90.

Взаимоотношения между МТС и колхозами определялись Примерным договором, принятым в 1933 г. и дополненным в 1934 г. Объем работ МТС на колхозных полях определялся не запросами и потребностями колхозов, а возможностями их машинно-тракторного парка. В 1939 г. советское правительство принимает серию постановлений, окончательно оформивших производственную систему «колхозы — МТС». Важнейшее место среди них занимает утвержденный 13 января 1939 г. «Типовой договор машинотракторной станции с колхозом». В этом документе были отражены изменения, произошедшие во взаимоотношениях колхозов и МТС на протяжении последних пяти лет. Типовой договор МТС с колхозом 1939 г. по существу регулировал не столько вопрос производственного обслуживания колхозов МТС, сколько вопрос совместной обработки земли.

Великая Отечественная война имела разрушительные последствия для экономики страны. Засуха 1946 г., последовавший за ней массовый голод еще более обострили проблемы советской деревни. Сельское хозяйство оказалось в состоянии глубочайшего кризиса. Определяя пути выхода из создавшегося положения, руководства страны делает ставку на МТС. В решениях февральского (1947 г.) пленума ЦК ВКП(б) МТС фигурируют не только как центры механизации сельского хозяйства, но и как центры организации всего колхозного производства91.

В аграрной политике советского государства второй половины 1940-х — начала 1950-х гг. МТС выступали в качестве инструмента реализации таких программ как «Сталинский план преобразования природы» (1948 г.), «Трехлетний план развития общественного колхозного и совхозного продуктивного животноводства (1949–1951 гг.)». Главным аргументом при проведении широкомасштабной кампании 1950 г. по укрупнению колхозов стало положение о том, чтобы создать лучшие условия для использования техники МТС.

Возможности экстенсивного развития сельского хозяйства страны к началу 1950-х гг. были исчерпаны. Сентябрьский (1953 г.) пленум ЦК КПСС наметил мероприятия по переходу аграрного сектора экономики на интенсивный путь развития. При этом основное внимание уделялось укреплению машинно-тракторных станций как базовой структуры колхозного производства посредством создания постоянных кадров механизаторов, повышения оснащенности сельскохозяйственной техникой, улучшения ремонтной базы и т.д. Перестраивалась вся система агрозоотехнического обслуживания колхозов: участки ликвидировались, агрономы и зоотехники зачислялись в штаты МТС для постоянной работы в колхозах. В итоге роль МТС в колхозном производстве была доведена до абсолюта. Районные управления сельского хозяйства упразднялись, а все их функции передавались МТС, в том числе ветеринарное и зоотехническое обслуживание.

Для того чтобы повысить эффективность сельскохозяйственного производства в новых экономических условиях требовалось время. Однако Н.С. Хрущев хотел немедленных результатов. Под его давлением принимаются законы и постановления в аграрной сфере, которые шли вразрез с решениями сентябрьского пленума и. в определенной мере, блокировали их. В первую очередь это относится к программе освоения целинных и залежных земель. Ресурсы, первоначально предназначенные для традиционных районов земледелия, теперь в значительной мере направлялись в целинные районы.

В партийно-правительственных решениях 1955 г. на машинно-тракторные станции возлагалась ответственность не только за развитие колхозного производства, но и за проведение заготовок сельскохозяйственной продукции. Во второй половине 1950-х годов руководство страны, в целях более эффективного использования ресурсов, выдвигает проблему перевода МТС на хозяйственный расчет. Но в условиях, когда заготовительные и закупочные цены на колхозную продукцию не восполняли затрат на ее производства, перевод МТС на полный хозяйственный расчет был невозможен. При таких обстоятельствах в аграрной политике советского государства происходит крутой поворот. В марте 1958 г. Верховный Совет СССР принял «Закон о дальнейшем развитии колхозного строя и реорганизации машинно-тракторных станций». Руководство страны пошло на ликвидацию МТС в надежде на более эффективное использование сельскохозяйственной техники, которая продавалась колхозам. В итоге была разрушена устойчиво работавшая система «колхозы — МТС».

Третья глава «Материальные ресурсы машинно-тракторных станций Черноземного Центра России в послевоенное время» — посвящена изучению изменений в материально-технической базе МТС региона в последний период их деятельности. В ней дается краткая характеристика положения центрально-черноземной деревни в годы Великой Отечественной войны, показан масштаб ущерба, который был нанесен сельскому хозяйству в результате эвакуации, военных действий и вражеской оккупации. Из-за ослабления материально-технической базы огромные площади сельскохозяйственных угодий не обрабатывались. В Курской области в 1945 г. посевная площадь составляла 1 495 тыс. га, или 62% довоенного уровня92.

В 1946–1950 гг. МТС Черноземного Центра России в основном восстановили свою материально-техническую базу. Стоимость основных фондов МТС за пятилетие выросла с 423 315 тыс. руб. до 1 318 234 тыс. руб., или в 3,2 раза93. В 1946 г. в структуре тракторного парка МТС основное место занимали колесные тракторы, на них приходилось 59% энергетической мощности. Две трети тракторов проработали более десяти лет, из-за полного износа не участвовала в работе — 5% колесных и 6% гусеничных тракторов. По той же причине в 1946 г. не работало 20% числившихся на балансе МТС зерновых комбайнов и 65% грузовых автомобилей94.

В годы четвертой пятилетки в МТС региона наиболее быстрыми темпами шло увеличение численности пахотных гусеничных тракторов — с 4 909 до 13 541, или в 2,8 раза. При этом общая мощность тракторного парка выросла в 1,7 раза. Одновременно осуществлялись массированные поставки зерновых комбайнов. В итоге их численность увеличилась с 5 391 до 9 952, или в 1,9 раза95.

В отечественном машиностроении темпы роста производства тракторов оказались более высокими в сравнении с выпуском сельскохозяйственных орудий и инвентаря. Это привело к диспропорции в структуре элементов материально-технической базы МТС. В МТС Орловской области к началу 1950-х годов для полного использования мощности тракторного парка не доставало 1 330 плугов, 2 926 сеялок, 3 236 культиваторов, или соответственно 25%, 55% и 61% от потребности96. Слабость производственной инфраструктуры МТС Центрального Черноземья в послевоенные годы нашла свое отражение в невысокой доле средств, приходящихся на здания и сооружения. За пятилетие она снизилась с 14,4% до 9,2%. В 1950 г. из 549 машинно-тракторных и специализированных станций Центрального Черноземья только 183 имели типовые мастерские капитального и текущего ремонта97.

К началу 1950-х годов машинно-тракторные станции Центрального Черноземья по оснащенности машинами и сельскохозяйственным прицепным инвентарем в значительной степени восстановили довоенный уровень. Это касается численности гусеничных тракторов, мощности тракторного парка, тракторных сеялок, тракторных лущильников, свеклокомбайнов, свеклоподъемников и т.д. Но в то же время в МТС региона насчитывалось меньше, чем на 1 января 1941 г., грузовых автомобилей на 5%, плугов тракторных — на 14%, зерновых комбайнов на 25%, колесных тракторов — на 30%98.

На сентябрьском (1953 г.) пленуме ЦК КПСС произошло осознание того, что сельское хозяйство не сможет развиваться без качественного улучшения производственной и социальной инфраструктуры. На производственное и социально-культурное строительство в МТС государством выделялись невиданные прежде ресурсы. Если за 9 послевоенных лет на строительство МТС Тамбовской области было выделено 47,15 млн. руб., то только на один 1954 г. — 34,7 млн. руб.99 Планировалась комплексная застройка большого числа МТС, которая предусматривала возведение ремонтной мастерской, гаражей и навесов для машин, силовой установки и котельной, конторы, 2–4-х жилых домов, общежития, бани, устройство артезианской скважины с водопроводом, прокладку тепловых сетей, канализацию и электрификацию всей усадьбы.

В 1954 г. строительство МТС приобрело характер очередной кампании со всеми вытекающими издержками и последствиями. Размах строительных работ не соответствовал их финансированию. В Белгородской области из 24 млн. руб., отпущенных на строительство МТС, 18,9 млн. руб. предназначалось на комплексное строительство 9 станций. Этих денег было явно недостаточно. На комплексное строительство только одной станции требовалось 5–6 млн. руб., или в 2,5–3 раза больше фактически выделяемых средств. Комплексное строительство МТС возлагалось на строительные и промышленные министерства. Со своими задачами они не справлялись. В Белгородской области в 1954 г. из отпущенных на строительство МТС 18,9 млн. руб. были освоены лишь 13,3 млн. руб., или 68% средств. Из 132 начатых объектов в эксплуатацию введено лишь 52 стоимостью 5,9 млн. руб.100.

Неудовлетворительное исполнение программы строительства МТС в 1954 г. заставило правительство пойти на ее сокращение. От идеи комплексного подхода к строительству МТС в большинстве случаев пришлось отказаться. Тем не менее, за 1954–1956 гг. многое изменилось в МТС Центрального Черноземья. В частности, только в Тамбовской области было построено 34 типовых ремонтных мастерских, сдано 22 248 квадратных метров жилья, 7 бань, 69 столовых, 9 зданий приспособлено под клубы. В итоге по МТС области обеспеченность типовыми мастерскими составила 60%, жильем — 50%101.

В 1950-е годы качественно изменилась производственная база большинства МТС. Стоимость основных средств МТС Черноземного Центра России в 1951–1958 гг. увеличилась в 2,8 раза и составила почти 3 734 млн. руб. В МТС региона к началу 1958 г. обеспеченность типовыми ремонтными мастерскими составила 67%, автогаражами — 33%. На балансе МТС региона числилось 3 866 жилых зданий, в них проживало 30 740 человек. В среднем на одну станцию приходилось 7 домов и общежитий102.

К 1954 г. машинно-тракторный парк МТС Центрального Черноземья не обеспечивал выполнения сельскохозяйственных работ в колхозах в агротехнические сроки. Он нуждался в кардинальном обновлении и пополнении. В МТС Воронежской области колесные тракторы довоенного выпуска составляли 36,2% тракторного парка, гусеничные тракторы устаревших марок, снятых с производства, — 19,6%, зерновые комбайны старых марок — 38,5% от их общего количества. Но начиналась «целинная лихорадка». Поэтому МТС Воронежской области в 1954 г. не было выделено ни одного пахотного трактора, ни одного зерноуборочного комбайна, ни одной зерновой сеялки103.

В 1954–1956 гг. поступление сельскохозяйственной техники в МТС Центрального Черноземья не компенсировало ее выбраковку. В результате по многим позициям количество техники на колхозных полях резко сократилось. За этот период МТС Тамбовской области получили всего лишь 629 тракторных плугов различного типа, 75 зерновых сеялок и некоторое количество иной техники. В итоге наличие плугов в тамбовских МТС с 1953 по 1956 гг. уменьшилось на 1 060 единиц — с 7 160 до 6 100, или на 15%104. В МТС Воронежской области похожая картина: в 1956 г. поступило 379 зерновых сеялок, а списано с баланса — 408, плугов — соответственно 340 и 504105. В 1956 г. в МТС Курской области поступившие новые тракторы по своей мощности не покрывали убыли. По этой причине мощность тракторного парка МТС за год уменьшилась с 187,3 тыс. л.с. до 183,6 тыс. л.с., то есть на 3,7 тыс. л.с., или на 2%106.

В МТС центрально-черноземных областей в 1950-е годы произошло значительное увеличение численности свеклоуборочных и зерновых комбайнов — соответственно в 5,6 и 2,3 раза, свекловичных сеялок — в 3,2 раза, культиваторов — в 2,6 раза, зерновых сеялок — в 1,9 раза. Энергетические мощности сельскохозяйственного производства выросли незначительно: численность тракторов поднялась на 16%, а их мощность — на 31%. МТС постоянно испытывали дефицит почвообрабатывающих орудий. За 7 лет количество тракторных плугов выросло всего на 9%, а лущильников даже сократилось на 13%107. Положительная динамика сложилась в основном за счет поставок техники в 1951–1953 гг. и в 1957 г. При этом структура парка машин и сельскохозяйственного инвентаря оказалась несбалансированной. Имеющиеся тракторы не были полностью обеспечены прицепными и навесными орудиями.

В четвертой главе «Кадровое обеспечение машинно-тракторных станций Центрального Черноземья, организация и оплата труда» — исследуется процесс привлечения специалистов сельского хозяйства с высшим и средним специальным образованием, а также анализируются изменения в составе механизаторов, условия их работы, ее оплата, причины массового оттока и т.д.

За годы войны МТС потеряли большую часть специалистов. В 1946 г. в МТС Центрального Черноземья численность агрономов составила 59% от довоенного уровня, механиков — 87%108. При этом на руководящих должностях МТС преобладали практики — лица без специального образования. В МТС Воронежской области в 1948 г. среди руководителей и специалистов практики составляли 54%. Особенно остро не хватало инженерно-технических кадров, среди механиков специалисты с высшим и средним образованием составляли всего 3%, в то время как до войны их было — 22%109.

Правительственные мероприятия второй половины 40-х — начала 50-х годов по перераспределению в сельское хозяйство инженерно-технических из других отраслей экономики имели весьма ограниченный эффект. Сентябрьский (1953 г.) пленум ЦК КПСС принял решение о масштабном перераспределении специалистов в сельскохозяйственное производство. В МТС и колхозы Черноземного Центра России к началу 1954 г. было привлечено 7 098 агрономов и зоотехников, 1 797 инженеров и техников, а также значительное количество иных специалистов110. Многие выдвиженцы партии заняли в МТС руководящие должности.

Серьезный удар по кадрам специалистов сельского хозяйства нанесло постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР от 20 августа 1955 г. о зачислении агрономов и зоотехников МТС в штаты колхозов. В МТС оставались должности главных специалистов — главных агрономов и главных зоотехников. Процесс перевода специалистов из МТС в колхозы оказался очень болезненным, он менял их социальных статус, большинство колхозов не имело возможности оплачивать их работу на прежнем уровне. В 1955 г. в Центральном Черноземье на работу в колхозы перешли из МТС 6 294 агроном и зоотехников, 425 человек отказались, а еще около 400 — не торопились с выбором111. Но при всех издержках аграрной политики советского государства в МТС в 1959-е годы удалось сформировать корпус квалифицированных руководителей и специалистов, для их закрепления на селе создавалась новая социальная инфраструктура.

Основной производственной единицей МТС являлись тракторные бригады, размер которых зависел от применяемой техники. Большую часть работников МТС составляли механизаторы (трактористы, бригадиры тракторных бригад и их помощники, комбайнеры, машинисты). Подготовка механизаторских кадров велась преимущественно на курсах при МТС, хотя одновременно действовали школы механизации, впоследствии преобразованные в училища.

На протяжении всего послевоенного периода осуществлялась массовая подготовка механизаторских кадров, но потребность в них оставалась очень острой вследствие оттока. В Орловской области в 1951–1953 гг. было обучено и принято на работу в МТС 15,6 тыс. трактористов и 4,4 тыс. комбайнеров, в то же время 12,2 тыс. механизаторов покинули МТС. В результате высокой текучести кадров в орловских МТС в 1952 г. только 30% механизаторов имели стаж работы 5 и более лет. К началу весенне-полевых работ 1953 г. в МТС области не хватало 850 трактористов и 326 комбайнеров112. Закрепление механизаторских кадров напрямую зависело от условий и оплаты труда. Работники тракторных бригад весь сезон проводили в поле, элементарных условий для отдыха у них не было. Даже в середине 1950-х годов многие тракторные бригады не имели оборудованных полевых станов, в ненастную погоду механизаторы укрывались под трактором, а после смены они отправлялись на ночлег и питание в деревню.

Оплата труда механизаторов производилась только за конкретно выполненные полевые работы (переезд с поля на поле, ремонт техники «в борозде» — не оплачивались). Она складывалась из зарплаты, начисляемой в МТС в зависимости от количества выработанных трудодней, и натуроплаты трудодней колхозами. В благоприятной для сельского хозяйства 1947 году среднесписочный тракторист МТС Воронежской области заработал 1 207 руб. и 950–1 450 кг хлеба. Но колхозы далеко не всегда могли полностью выдать механизаторам заработанный хлеб, т.к. главным для колхозов было рассчитаться с государством, а хлеб механизаторам и колхозникам выдавался по остаточному принципу. Немалую часть денежной оплаты труда работников тракторных бригад съедали штрафы за пережог горючего. В 1947 г. в МТС Центрального Черноземья они составили 30,4% от денежных начислений113. В зимний период механизаторы были заняты на ремонте техники. В первые послевоенные годы большинство мастерских совсем не соответствовали своему предназначению: не отапливались, не имели необходимого оборудования и оснастки. Отсюда — тяжелый и непроизводительный труд, низкая его оплата.

Вплоть до начала 1954 г. в организации работы МТС наряду с экономическими рычагами широко использовались методы внеэкономического принуждения, такие как передача материалов в прокуратуру и суд за нарушение трудовой дисциплины. В частности, администрация Хворостянской МТС Хворостянского района Воронежской области в 1946–1953 гг. направила в районный суд дела на 65 человек114.

Положение механизаторов стало решительно меняться после сентябрьского (1953 г.) пленума ЦК КПСС, принявшего решение об их переводе в штаты МТС в качестве рабочих государственного предприятия со всеми вытекающими последствиями. Повысился уровень оплаты работников тракторных бригад. В МТС Черноземного Центра России постепенно стабилизировался состав механизаторов, выросла их численность, сократилась текучесть. Оплата труда механизаторов в это время заметно превысила показатели прошлых лет. В МТС Воронежской области в 1955 г. тракторист МТС в среднем заработал 5 757 руб. и 21,5 ц зерна115.

В период реформ Н.С. Хрущева в МТС создавалась качественно новая производственная и социальная инфраструктура. Хотя этот процесс и не был завершен к 1958 г., тем не менее, во многих МТС улучшились условия труда и жизни, сложились постоянные трудовые коллективы.

В пятой главе «Функционирование производственной системы ”колхозы МТС“ в Черноземном Центре России в послевоенный период» — рассматриваются организационно-правовые основы взаимоотношений МТС и колхозов, а также деятельность МТС по обслуживанию колхозов. Правовую основу взаимоотношений МТС и колхозов составляли договора между ними, которые заключались перед началом весенне-полевых работ. В договоре следовало отразить виды и объемы тракторных работ, агротехнические приемы, сроки их выполнения и т.д. Отношения между колхозами и МТС не были равноправными, так как колхозы собственной машинно-тракторной базой не обладали и находились в жесткой зависимости от МТС. Определяющим фактором при составлении договоров на производственное обслуживание колхозов являлся не учет материальных ресурсов МТС, а спущенный сверху план тракторных работ. Осознавая невозможность выполнения запланированного объема работ в агротехнические сроки, руководители МТС в договоре с колхозом указывали те сроки проведения тракторных работ, в которые они могли уложиться.

В соответствии с решением сентябрьского (1953 г.) пленума ЦК КПСС в 1954 г. был разработан новый Типовой договор МТС с колхозом. В нем отражена возрастающая роль МТС в колхозном производстве. МТС брали на себя полную ответственность за подъем урожайности культур, за повышение продуктивности животноводства, за рост благосостояния колхозников. МТС осуществляли в дальнейшем не только агротехническое, но и зоотехническое и ветеринарное обслуживание колхозов.

В 1946 г. в Центральном Черноземье действовали 508 МТС, которые обслуживали 96% колхозов. После кампании 1950 г. по укрупнению колхозов все они были включены в сферу обслуживанию МТС. В колхозах за годы войны произошло резкое сокращение численности рабочего скота, поэтому их зависимость от МТС стала еще большей. В 1946–1950 гг. объем работ, произведенный МТС в колхозах вырос более чем вдвое. Тракторные бригады МТС выполняли в колхозах почти весь объем работ по предпосевной подготовке почвы. Удельный вес полевых работ, выполняемых вручную и с помощью живого тягла неизменно сокращался, хотя оставался значительным на севе, культивации пропашных культур и уборке.

Увеличение объемов выработки МТС не было следствием развития процессов интенсификации в колхозном производстве. Оно шло параллельно с восстановлением посевных площадей. Механизация полевых работ в колхозах росла не за счет насыщения производства большим количеством машин, а в результате сокращения использования живого тягла. В 1950 г., в сравнении с 1940 г. на полях колхозов Орловской области работало 87% 15-сильных условных тракторов и 48% HP живого тягла, что составляло 72% HP довоенного уровня, но при этом было произведено 97% довоенного объема работ116. Рост объемов тракторных работ в колхозах происходи путем увеличения выработки каждого агрегата. Самым распространенным нарушением договорных обязательств МТС стало несоблюдение сроков выполнения основных видов полевых работ. При обслуживании колхозов МТС не могли обеспечить комплексность агротехнических мероприятий и выдержать последовательность и непрерывность их проведения. Разрыв технологической цепи в обработке почвы и возделывании культур, исключение промежуточных операций снижали эффективность остальных работ, а иногда сводили их на нет.

Урожайность сельскохозяйственных культур в колхозах Центрального Черноземья в 1947–1953 гг. оставалась фактически на одном и том же уровне. За исключением очень благоприятного по погодным условиям 1947 года в колхозах Воронежской области она составляла 7–8 ц с га117. Слабым звеном в деятельности производственной системы «колхозы — МТС» оставались уборочные работы. Процесс механизации уборки зерновых культур был завершен в начале 1950-х гг. В 1953 г. МТС региона были в состоянии произвести в колхозах комбайновую уборку площади всех зерновых, но это достигалось за счет непомерного растягивания сроков. Уборка урожая длилась полтора-два месяца. Вследствие затягивания сроков уборочной страды потери зерна составляли не менее 25–30%. В первые годы кампании по освоению целинных и залежных земель поступление техники в МТС Черноземного Центра России резко сократилось. Особенно остро не хватало зерновых комбайнов. В этой ситуации местные власти организовывали уборку хлеба вручную. Тамбовский обком партии принял решение убрать в 1955 г. в колхозах конными жатками и вручную 300 тыс. га зерновых культур, или 25% их площади, в т.ч. вручную — 200 тыс. га118.

По решению сентябрьского (1953 г.) пленума ЦК партии на МТС возлагалась полная ответственность за колхозное животноводство. В 1954–1957 гг. общественное животноводство колхозов динамично развивалось. Здесь сказались и материальные стимулы, и улучшение материально-технической базы. МТС сыграли важную роль в этом процессе, они выполняли основные работы по механизации ферм, которая до этого практически отсутствовала. За 4 года положение стало меняться к лучшему. В 1957 г. в колхозах Воронежской области автопоением было охвачено 4,3% скота, механизированным водоснабжением — 35%, механизированным доением — 9% коров119. Уровень механизации колхозным ферм оставался очень низким еще и потому, что подавляющее большинство животноводческих помещений не соответствовала типовым проектам и не подлежали механизации.

В Заключении подводятся основные итоги исследования. Изучение машинно-тракторных станций Черноземного Центра России послевоенного периода показало: это были успешные предприятия государственного агросервиса, позволившие механизировать наиболее трудоемкие виды работ в колхозах и поднять производительность труда. К 1958 г. МТС обладали большим парком сложной сельскохозяйственной техники и инвентаря, необходимой ремонтной базой, кадрами специалистов и механизаторов. В середине 1950-х гг. активно формировалась социальная инфраструктура МТС. Рабочие поселки МТС возводились по типовым проектам, имели электроснабжение, водопровод. МТС стали организующими центрами сельских поселений.

В первые послевоенные годы развитие сельского хозяйства СССР происходило путем восстановления посевных площадей. К началу 1950-х гг. резервы роста сельского хозяйства за счет экстенсивных факторов были исчерпаны. В сентябре 1953 г. руководство страны объявляет курс на использование интенсивных методов в развитии аграрного сектора. При этом роль МТС в колхозном производстве достигла апогея, на них возлагалась полная ответственность за работу колхозов. В связи с этим в райисполкомах ликвидировались отделы сельского хозяйства. Курс на интенсификацию сельского хозяйства реализован не был. С 1954 г. начинается крупномасштабная кампания освоения целинных и залежных земель. В результате поступление техники в МТС старопахотных районов страны резко сократилось. МТС Центрального Черноземья не обладали материальными ресурсами для того, чтобы обеспечить механизацию многих видов полевых работ в колхозах. Нехватку сельскохозяйственной техники на колхозных полях Н.С. Хрущев объяснял ее плохим использованием в МТС. Это послужило основанием для их реорганизации. Фактически в 1958 г. была ликвидирована эффективно работающая сеть крупных сельскохозяйственных предприятий. Не подвергая сомнению саму целесообразность реформирования отношений между государством и колхозами, следует признать ошибочность решения о ликвидации МТС.

По теме диссертации опубликованы следующие работы:

Монография

  1. Томилин В.Н. Наша крепость. Машинно-тракторные станции Черноземного Центра России в послевоенный период: 1946–1958 гг. – М.: АИРО–XXI, 2009. – 400 с. (25,0 п.л.).

Статьи, опубликованные в журналах, рекомендованных ВАК РФ

  1. Томилин В.Н. Изучение проблемы сближения города и деревни в советском обществоведении // Вестник МГУ. Сер. 8. История. 1988. № 1. С. 315 (1,1 п.л.).
  2. Томилин В.Н. Машинно-тракторные станции и колхозы Центрального Черноземья в 19461958 годах: неравноправное партнерство // Отечественная история. 2006. № 5. С. 103108 (0,8 п.л.).
  3. Томилин В.Н. МТС в истории сельского хозяйства страны // Преподавание истории в школе. 2006. № 8. С. 1926 (0,7 п.л.).
  4. Томилин В.Н. Система «колхозы машинно-тракторные станции»: исторический опыт // Государственная служба. 2006. № 6. С. 117122 (0,5 п.л.).
  5. Томилин В.Н. Механизаторы МТС Центрального Черноземья в 19461957 гг. // Вопросы истории. 2008. № 3. С. 153158 (0,6 п.л.).
  6. Томилин В.Н. «…В шляпе, с галстучком, в костюмчике» («Случайные люди» в хрущевской деревне) // Родина. 2008. № 4. С. 106109 (0,8 п.л.).
  7. Томилин В.Н. Землеустройство колхозов Центрального Черноземья и их укрупнение во второй половине 1940-х годов // Вестник Тамбовского университета. Серия: Гуманитарные науки. Тамбов, 2008. Вып. 4(60). С. 5256 (0,5 п.л.).
  8. Томилин В.Н. Создание производственной и социальной инфраструктуры мтс Центрального Черноземья (19511957 гг.) // Научные ведомости БелГУ. № 10(50). 2008. Вып. 8. С. 126133 (0,7 п.л.).
  9. Томилин В.Н. Кампания по освоению целинных и залежных земель в 19541959 гг. // Вопросы истории. 2009. № 9. С. 8193 (1,3 п.л.).
  10. Томилин В.Н. Функционирование производственной системы «колхозы МТС» Центрального Черноземья (19461950) // Известия Уральского государственного университета. Серия 2. Гуманитарные науки. 2009. № 3(65). С. 222231 (0,7 п.л.).
  11. Томилин В.Н. МТС и колхозы Центрального Черноземья: пороки планирования и проведения агротехнических работ (19461950 гг.) // Вестник РГГУ. Серия «Исторические науки. История России». 2009. № 17. С. 99109 (0,6 п.л.).

Прочие публикации

  1. Томилин В.Н. Социальное развитие Центрально-Черноземной деревни в 70-е годы // Вопросы аграрной истории Центрального Черноземья XVII—XX веков. Сб. статей. – Липецк, б.и., 1991. – С. 97–103 (0,5 п.л.).
  2. Томилин В.Н. Производственная деятельность МТС Центрального Черноземья в послевоенное время // Материалы IX межвузовской научной конференции преподавателей, аспирантов и студентов. – Липецк, б.и., 1995. – С. 135–136 (0,1 п.л.).
  3. Томилин В.Н. МТС Центрального Черноземья в послевоенный период. 1946–1957 годы (По материалам Липецкой области) // Проблемы региональной истории России. Сб. статей в 3-х частях. – Часть II. – Липецк, б.и., 1997. – С. 97–103 (0,5 п.л.).
  4. Томилин В.Н. Политика «неперспективных деревень» и ее результаты в областях Черноземного Центра в 1970-е годы // Проблемы исторической демографии и исторической географии Центрального Черноземья и Запада России. Материалы VI научной конференции. Липецк, 21–22 апреля 1998. – Липецк, б.и., 1998. – С. 146–148 (0,2 п.л.).
  5. Томилин В.Н. «Неперспективные деревни» и сельская миграция Центрального Черноземья в 1970-е годы // Особенности российского земледелия и проблемы расселения IX—XX веков. XXVI сессия симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. Тезисы докладов и сообщений. – М.: ИРИ РАН, 1998. – С. 183–185 (0,2 п.л.).
  6. Томилин В.Н. Становление концепции преодоления различий между городом и деревней и ее практическое воплощение в Центральном Черноземье в 1970-е годы // Вехи минувшего. Ученые записки исторического факультета ЛГПИ. – Вып. 1. – Липецк: ЛГПИ, 1999. – С. 185–195 (0,8 п.л.).
  7. Томилин В.Н. Социально-экономическое развитие липецкой деревни во второй половине 1960-х — первой половине 1980-х годах // Краеведческий материал на уроках истории и во внеклассной работе. Материалы городской научно-практической конференции учителей истории. – Липецк, б.и., 1999. – С. 65–71 (0,5 п.л.).
  8. Томилин В.Н. Социальный облик липецкой деревни во второй половине 60-х – первой половине 80-х годов XX века // Россия на рубеже XX—XXI веков. Тезисы научной конференции. – Липецк, б.и., 1999. – С. 46–49 (0,3 п.л.).
  9. Томилин В.Н. Социальной развитие липецкой деревни во второй половине 60-х — первой половине 80-х годов XX века // Бартеневские чтения. Тезисы докладов и сообщений. Липецк, 24–25 ноября 1999 г. – Липецк: ЛГПИ, 2000. – С. 266–271 (0,5 п.л.).
  10. Томилин В.Н. Положение липецкой деревни в период «застоя» // Вехи минувшего. Ученые записки исторического факультета ЛГПИ. – Вып. 2. – Липецк: ЛГПИ, 2000 – С. 198–214 (1,2 п.л.).
  11. Томилин В.Н. Место МТС в структуре сельскохозяйственного производства в послевоенный период. 1946–1957 гг. (По материалам Центрального Черноземья) // Проблемы преподавания истории и обществознания в общеобразовательной школе. Региональная научно-практическая конференция. Сборник научных докладов. – Липецк: ЛГПУ, 2001. – С.88–92 (0,4 п.л.).
  12. Томилин В.Н. Роль МТС в организации колхозного производства послевоенного времени: 1946–1957 гг. (По материалам Центрального Черноземья) // Бартеневские чтения. Материалы региональной конференции, посвященной 140-летию отмены крепостного права в России. Липецк, 20–21 ноября 2001 г. – Липецк: ЛГПУ, 2002. – С. 167–173 (0,5 п.л.).
  13. Томилин В.Н. Землепользование колхозов в 1946–1957 гг. (по материалам Центрального Черноземья) // Землевладение и землепользование в России. XXVIII сессия аграрного симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. Тезисы докладов и сообщений. – М.: ИРИ РАН, 2002. – С. 170–171 (0,1 п.л.).
  14. Томилин В.Н. Липецкие МТС в послевоенный период (1946–1957 гг.) // Отмена крепостного права и судьбы российского крестьянства. Материалы VI областных историко-философских чтений. – Липецк: ЛГПУ, 2003. – С. 71–76 (0,4 п.л.).
  15. Томилин В.Н. Взаимоотношения колхозов и МТС Центрально Черноземья (1946–1957 гг.) // Вехи минувшего. Ученые записки исторического факультета ЛГПУ. – Вып. 3. – Липецк: ЛГПУ, 2003. – С. 141–155 (1 п.л.).
  16. Томилин В.Н. Землепользование колхозов в 1946–1957 гг. (По материалам Центрального Черноземья) // Землевладение и землепользование в России (Социально-правовые аспекты): Материалы XXVIII сессии симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. – Калуга: КГПУ им. К. Э. Циолковского, 2003. – С. 356–366 (0,7 п.л.).
  17. Томилин В.Н. Героический подвиг советского народа в Великой Отечественной войне (1941–1945 годы) // 60 лет Победе. Материалы областной научно-практической конференции, посвященной 60-летию Победы. – Липецк: ЛОИРО, 2005. – С. 24–30 (0,6 п.л.).
  18. Томилин В.Н. Положение деревни Центрального Черноземья в годы Великой Отечественной войны и ее вклад в дело победы // День Победы – символ национальной памяти и гордости (К 60-летию победы в Великой Отечественной войне). Сб. статей / Отв. ред. Б.В. Зарницкий. – Липецк: ЛГПУ, 2005. – С. 37–51. (1,1 п.л.).
  19. Томилин В.Н. Центрально-Черноземная деревня в годы Великой Отечественной войны // Война в судьбах поколений: социально-гуманитарный аспект проблемы. Материалы региональной научно-практической конференции, посвященной 60-летию победы в Великой Отечественной войне / Отв. ред. Т.П. Беликова. – Старый Оскол, б.и., 2005. – С. 20–32 (0,9 п.л.).
  20. Томилин В.Н. Организация и оплата труда работников МТС (1946–1957 гг.) // Бартеневские чтения. Материалы III межрегиональной конференции. – Липецк: ЛГПУ, 2005. – С. 179–184 (0,4 п.л.).
  21. Томилин В.Н. Некоторые аспекты преподавания аграрной истории России середины XX века в вузе // Ломоносовские чтения 2004. Роль ИППК МГУ им. М.В. Ломоносова в профессиональной подготовке и повышении квалификации кадров в России и СНГ. Научная конференция: ноябрь 2004 г. Сб. докладов / Под общ. ред. проф. Л.Н. Панковой. – М.: ТЕИС, 2005. – С.444–449 (0,4 п.л.).
  22. Томилин В.Н. Деревня Центрального Черноземья в Великой Отечественной войне // Великая Отечественная война в современных научных исследованиях и в новых экспозициях музеев Липецкой области. Сборник статей научной конференции. – Липецк: Респект, 2005. – С. 55–59 (0,3 п.л.).
  23. Томилин В.Н. Центрально-Черноземная деревня в годы Великой Отечественной войны // Беспримерный подвиг. Сборник материалов межвузовской научно-практической конференции: Великая Отечественная война 1941–1945 гг.: истоки и всемирно-историческое значение Победы, ее уроки и современность (г. Коломна, 5 мая 2005 г.). – Коломна: КГПИ, 2005. – С. 138–143 (0,4 п.л.).
  24. Томилин В.Н. МТС – важнейший инструмент аграрной политики советского правительства в первые послевоенные годы (1946–1952 гг.) // Общественная мысль, движения и партии в России XIX — начала XXI вв.: Сборник научных статей. По материалам Седьмой международной научной конференции в г. Брянске. – Брянск: «Курсив», 2006. – С. 107–111 (0,3 п.л.).
  25. Томилин В.Н. Изучение аграрной истории России XX века в школе // Материалы научно-практической конференции «Теория и практика изучения регионального компонента в системе школьного образования». – Липецк: ЛИРО, 2006. – С. 3–10 (0,5 п.л.).
  26. Томилин В.Н. Оплата труда производственных рабочих машинно-тракторных станций (1946–1958 гг.) // Ломоносовские чтения 2005 г.: Стратегия развития гуманитарных технологий в постдипломном образовании в России и за рубежом. / Научная конференция. Сб. докладов / Под общ. ред. проф. Л.Н. Панковой. – М.: ТЕИС, 2006. – С. 385–392 (0,4 п.л.).
  27. Томилин В.Н. МТС в аграрной политике Н.С. Хрущева (1953–1958 гг.) // Аграрное развитие и продовольственная безопасность России в XVIII—XX веках. Сб. статей. / Ред. кол.: С.А. Есиков [и др.]; гл. ред. Г.Е. Корнилов. – Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2006. – С. 364–370 (0,5 п.л.).
  28. Томилин В.Н. Аграрные преобразования Н.С. Хрущева и МТС (1953–1958 гг.) // Судьбы реформ и реформаторства в России. Материалы Всероссийской научно-практической конференции, 19–20 октября 2006 г. – Коломна: КГПИ, 2006. – С. 215–218 (0,4 п.л.).
  29. Томилин В.Н. Машинно-тракторные станции Центрального Черноземья и колхозы в первые послевоенные годы (1946–1953 гг.) // Юг России в прошлом и настоящем: история, экономика и культура: в 2 т.: сб. научн. тр. IV Международной научной конференции. / Отв. ред. И.Т. Шатохин. г. Белгород, 8 декабря 2006 г. – Т.1. – Белгород: Изд-во БелГУ, 2006. – С. 197–203 (0,4 п.л.)
  30. Томилин В.Н. Изменения в аграрной политике Советского государства после И.В. Сталина // Межвузовские научно-методические чтения памяти К.Ф. Калайдовича. Сборник материалов / Отв. ред. О.А. Поздняков. – Елец: ЕГУ им. И.А. Бунина, 2006. – Вып. 7. – С. 153–161 (0,5 п.л.).
  31. Томилин В.Н. Машинно-тракторные станции в аграрном секторе экономики СССР // Синергетика образования: ЮО РАО // Социальные и гуманитарные науки. – М., Ростов-на-Дону, 2006. – Вып. 2(7). – С. 124–127 (0,5 п.л.). 
  32. Томилин В.Н. Роль МТС в сельском хозяйстве СССР в первые послевоенные годы (1946–1952 гг.) // Образование – Наука – Творчество. – Нальчик; Армавир: Адыгская (Черкесская) Международная академия наук. – 2006. – № 3. – С. 122–127 (0,5 п.л.).
  33. Томилин В.Н. МТС и аграрная политика советского государства // Социальные и гуманитарные науки. Межвузовский сборник:  Московский государственный открытый университет. – М., 2006. – Вып. 12. – С. 20–29 (0,6 п.л.).
  34. Томилин В.Н. Реформа 1958 г. о реорганизации МТС: механизм принятия Закона СССР // Власть и общество: история взаимоотношений. Тезисы региональной научной конференции, г. Воронеж, 2 февраля 2007 г. – Воронеж: «ИСТОКИ», 2007. – С. 198–201 (0,2 п.л.).
  35. Томилин В.Н. Использование внеэкономических методов в работе МТС в послевоенное время (1946–1953 гг.) // Труды института крестьяноведения Южного Урала им. В.П. Данилова. – Вып. 2. – Оренбург: ИПК ГОУ ОГУ, 2007. – С. 145–152 (0,4 п.л.).
  36. Томилин В.Н. Некоторые аспекты реформаторства Н.С. Хрущева в аграрной сфере // Актуальные вопросы социально-гуманитарных наук. Межвузовский научный сборник. – Вып. 2. – Воронеж: АНОО «Научная книга», 2007. – С. 175–181 (0,4 п.л.).
  37. Томилин В.Н. Комплекс источников по изучению послевоенной истории МТС // Аграрное развитие и продовольственная политика России в XVIII—XX веках: проблемы источников и историографии. Сб. статей / Ред. кол.: С.А. Есиков [и др.]; гл. ред. Г.Е. Корнилов. – Оренбург: Изд-во ОГПУ, 2007. – С. 541–545 (0,4 п.л.).
  38. Томилин В.Н. Становление производственной системы «колхозы – МТС» (конец 20-х – 30-е годы) // Мир крестьянства Среднего Поволжья: итоги и стратегия: материалы I Всероссийской (IX межрегиональной) конференции историков–аграрников Среднего Поволжья 12–13 мая 2006 г. / Отв. редактор Э.Л. Дубман. – Самара: Изд–во «Самарский университет», 2007. – С. 358–365 (0,6 п.л.).
  39. Томилин В.Н. Кадры специалистов МТС Центрального Черноземья в послевоенное время (1946–1958 гг.) // Государственная власть и крестьянство в XX — начале XXI века. Международная научно-практическая конференция, 25–27 октября 2007 г. Сб. статей. – Ч. I / Отв. ред. А.И. Шевельков. – Коломна: Изд–во КГПИ, 2007. – С. 374–379 (0,3 п.л.).
  40. Томилин В.Н. Кадры специалистов МТС Центрального Черноземья (1946–1957 гг.) // Образование – Наука – Творчество. – Нальчик; Армавир: Адыгская (Черкесская) Международная академия наук. – 2007. – № 3. – С. 140–151 (1,1 п.л.).
  41. Томилин В.Н. Механизм государственного управления колхозами в первые послевоенные годы // Юг России в прошлом и настоящем: история, экономика, культура: в 2 т.: сб. научн. тр. IV Международной научной конференции / Отв. ред. И.Т. Шатохин. г. Белгород, 8 декабря 2006 г. – Т. 2. – Белгород: Изд-во БелГУ, 2007. – С. 213–224 (0,7 п.л.).
  42. Томилин В.Н. МТС и создание колхозного строя в СССР (конец 20-х — 30-е гг. XX в.) // Вехи минувшего. Ученые записки исторического факультета ЛГПУ. – Вып. 4. – Липецк: ЛГПУ, 2007. – С. 119–135 (1,1 п.л.).
  43. Томилин В.Н. МТС Центрального Черноземья и колхозы (1946–1958 гг.): противоречия сотрудничества // Уральские Бирюковские чтения: Сб. науч. и науч.-популярных статей / Науч. ред. проф. С.С. Загребин. – Вып. 4. – Ч. 1. Город как феномен культуры. – Челябинск: Изд-во "Абрис", 2007. – С. 157–162 (0,5 п.л.).
  44. Томилин В.Н. Инженерно-технические кадры МТС Центрального Черноземья в послевоенное время (1946–1958 гг.) // Социализация личности в меняющемся мире: философские, психологические, педагогические проблемы: Материалы Всероссийской научной конференции. – Елец: ЕГУ им. И.А. Бунина, 2007. – С. 397–403 (0,4 п.л.).
  45. Томилин В.Н. Упущенная возможность перехода к интенсивным способам ведения сельского хозяйства в СССР в 1950-е годы // Актуальные проблемы исторической науки и творческое наследие С.И. Архангельского: XV чтения памяти члена-корреспондента АН СССР С.И. Архангельского. 8–9 февраля 2007 г. – Ч. 2. – Нижний Новгород: НПГУ, 2007. – С. 119–121 (0,4 п.л.).
  46. Томилин В.Н. Проблема инженерно-технических кадров на селе и попытки ее решения (1946–1958 гг.) // Личность в истории. Личность историка. Тезисы Второй региональной научной конференции (г. Воронеж, 1 февраля 2008 г.) / Под общ. ред. В.И. Глазьева. – Воронеж: Истоки, 2008. – С. 137–139 (0,2 п.л.).
  47. Томилин В.Н. Землеустройство и землепользование колхозов Центрального Черноземья (1951–1958 гг.) // Логуновские чтения: сборник материалов международной научно-практической конференции / Составитель В.В. Бахтин. – Вып. 1. – Воронеж: РосНОУ(ВФ), 2008. – С. 133–138 (0,5 п.л.).
  48. Томилин В.Н. Аграрная политика Н.С. Хрущева и МТС (1953–1958 гг.) // Вестник Липецкого государственного педагогического университета. Серия: Гуманитарные науки. – Вып. 1. – Липецк, 2008. – С. 38–53 (1,6 п.л.).
  49. Томилин В.Н. Проблема землеустройства и введения севооборотов в колхозах Центрального Черноземья в первые послевоенные годы // Актуальные проблемы аграрной истории Восточной Европы: историография; методы исследования и методология; опыт и перспективы. XXXI сессия симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. Тезисы докладов и сообщений. Вологда, 23–26 сентября 2008 г. – М., б.и., 2008. – С. 169–170 (0,1 п.л.).
  50. Томилин В.Н. Культура землепользования в колхозах Центрального Черноземья в 1950-е годы // Межвузовские научно-методические чтения памяти К.Ф. Калайдовича. Сборник материалов. – Вып. 8. – Елец: ЕГУ им. И.А. Бунина, 2008. – С. 151–161 (0,6 п.л.).
  51. Томилин В.Н. Освоение севооборотов в колхозах Центрального Черноземья в начальный период хрущевских реформ (1953–1958 гг.) // Юг России и Украина в прошлом и настоящем: история, экономика, культура. Сборник научных трудов V Международной научной конференции / Отв. ред. И.Т. Шатохин (г. Белгород, 23–24 января 2009 г.). – Белгород: Изд-во БелГУ, 2009. – С. 330–333 (0,4 п.л.).
  52. Томилин В.Н. Механизация работ в колхозах Центрального Черноземья в послевоенное время (1946–1950 гг.) // Аграрное и продовольственное развитие России в XVIII—XX веках: пороги безопасности. Сб. статей / Ред. колл.: С.А. Есиков [и др.]; гл. ред. Г.Е. Корнилов. – Оренбург: ОРЛИТ-А, 2008. – С. 308–314 (0,5 п.л.).
  53. Томилин В.Н. Укрепление МТС Центрального Черноземья кадрами специалистов и руководителей (1946–1957 гг.) // Вестник Елецкого государственного университета. – Вып. 22. Серия «История. Археология». – Елец: ЕГУ им. И.А. Бунина, 2008. – С. 216–239 (1,5 п.л.).
  54. Томилин В.Н. Механизаторские кадры МТС Центрального Черноземья в первые послевоенные годы (1946–1950) // Вехи минувшего: Ученые записки исторического факультета. Памяти А.А. Иванова. – Липецк: ЛГПУ, 2009. – Вып. 5. – С. 206–225 (1,1 п.л.).
  55. Томилин В.Н. Некоторые аспекты взаимоотношений государства и колхозов в первые послевоенные годы (1946–1953) // Государство и подданные: века сотрудничества и противостояния. Материалы Третьей региональной научной конференции (г. Воронеж, 3 февраля 2009 г.) / Под общ. ред. В.Н. Глазьева. – Воронеж: изд-во «Истоки», 2009. – С. 147–151 (0,4 п.л.).
  56. Томилин В.Н. Машинно-тракторные станции — системообразующая структура колхозного производства в СССР: историография проблемы // Вехи минувшего: Ученые записки исторического факультета ЛГПУ. – Вып. 6. – Липецк, ЛГПУ, 2009. – С. 173–198 (1,6 п.л.).
  57. Томилин В.Н. Самый грандиозный аграрный проект Н.С. Хрущева // Государственная власть и крестьянство в конце XIX — начале XXI века. Сб. статей. – Коломна: Коломенский государственный педагогический институт, 2009. – С. 480–483 (0,3 п.л.).
  58. Томилин В.Н. Некоторые аспекты влияния города на формирование сельского социума в послевоенное время (1946–1958 гг.) // Проблемы изучения взаимосвязей города и деревни Среднего Поволжья: материалы II Всероссийской (X межрегиональной) конференции историков-аграрников Среднего Поволжья (г. Йошкар-Ола, 20–21 ноября 2008 г.) / Мар. гос. ун-т; отв. ред. А.Г. Иванов. – Йошкар-Ола, 2009. – С. 524–531 (0,4 п.л.).
  59. Томилин В.Н. Проблема землеустройства и введения севооборотов в колхозах Центрального Черноземья в первые послевоенные годы. // Актуальные проблемы аграрной истории Восточной Европы: историография, методы исследования и методология, опыт и перспективы: Материалы ХХХI сессии Симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. – В 2-х кн. – Кн. 2. – Вологда: Изд-во ВГПУ, 2009. – С. 240–246 (0,4 п.л.).
  60. Томилин В.Н. Переход к натуроплате работ МТС колхозами в 1930-е гг. // Научное наследие А.Г. Кузьмина и отечественная история. Материалы Всерос. науч. конф. «Историческая память народа и духовно-нравственные основы личности», посв. памяти и 80-летию со дня рождения проф. А.Г. Кузьмина (17–19 сентября 2008 г.). – Рязань: Ряз. гос. ун-т им. С.А. Есенина, 2009. – С. 283–288 (0,4 п.л.).
  61. Томилин В.Н. Материальные ресурсы колхозного производства Черноземного центра России накануне «целинной эпопеи» // Аграрная экономика в контексте российских модернизаций XIX—XX веков: эволюция и кризисы. Сб. статей / Ред. кол.: С.А. Есиков [и др.]; гл. ред. В.А. Лабузов. – Оренбург: Изд-во ГУ «РЦРО», 2009. – С. 350–354 (0,5 п.л.).
  62. Томилин В.Н. К вопросу об экономической эффективности работы производственной системы «колхозы — МТС» в 1950-е годы // Труды института крестьяноведения Южного Урала им. В.П. Данилова: Вып. 3. – Оренбург: ГУ "РЦРО", 2010. – С. 293–302 (0,4 п.л.).
  63. Томилин В.Н. Культурная и модернизационная работа в колхозах Центрального Черноземья накануне «целинной эпопеи» // Российская государственность в XXI веке и глобальные проблемы мирового развития. Ломоносовские чтения. Научная конференция. Апрель 2009. Сб. докладов / Под общ. ред. Л.Н.Панковой. – М.: Альфа-М, 2010. – С. 523–529 (0,5 п.л.).

1 РГАНИ. – Ф. 5. – Оп. 46. – Ед. хр. 201. – Л. 9.

2 См.: Бенедиктов И.А. За новый мощный подъем зернового хозяйства // Социалистическое сельское хозяйство. – 1947. – № 2; Кикин Б. Вопросы управления МТС. – М., 1948; Кучумов П.С. Механизация сельского хозяйства СССР. Машинно-тракторные станции и их роль в организации колхозного производства. – М., 1949; Алтайский И. Планирование тракторных работ // Социалистическое сельское хозяйство. – 1949. – № 12; Перепечко Н. О натуроплате работ МТС // Социалистическое сельское хозяйство. – 1950. – № 3 и др.

3 См.: Удачин С. Вопросы теории социалистического землеустройства // Социалистическое сельское хозяйство. – 1949. – № 1; Канцеляристов П. Сталинский план преобразования природы в действии // МТС. – 1949. № 12; Бенедиктов И. За дальнейший подъем социалистического сельского хозяйства // Социалистическое сельское хозяйство. – 1952. –  № 11 и др.

4 См., напр.: Еремеев К.И., Лапаев П.С. МТС и укрупнение колхозов: Из опыта работы МТС Московской области. – М., 1951.

5 Венжер В.Г. Основные вопросы производственной деятельности МТС. – М., 1949.

6 См.: Гусев С.К., Кузнецов И.Т. Внутренние резервы МТС. – М., 1953; Свирщевский Б.С. Механизация социалистического сельского хозяйства. – М., 1953; Басюк Т.Л. МТС – решающая сила в развитии колхозного производства. – М., 1954; Кучумов П.С. Машинно-тракторные станции – индустриальная материально-техническая база колхозного строя. – М., 1954; Трофимов Н.П. Оплата труда в машинно-тракторных станциях // В помощь директору МТС. Сб. ст. – Вып. I. – М., 1954 и др.

7 См., напр.: Объедков Г. За крутой подъем сельского хозяйства. – М., 1955.

8 См.: Карташов Р.Н. Развитие сельского хозяйства СССР после сентябрьского пленума ЦК КПСС (1953 г.) // Вопросы истории. – 1957. – № 11; Конюшков С.В. Мероприятия Коммунистической партии по подготовке, подбору и расстановке сельскохозяйственных кадров  в послевоенный период. – М., 1955 и др.

9 См.: Митюшкин Т. О хозрасчете в МТС // Социалистическое сельское хозяйство. – 1954. – № 11; Никитин Н. Хозяйственный расчет – важный стимул роста и укрепления экономики МТС // МТС. – 1956. – № 3; Ростиславский В. Внедряем элементы хозяйственного расчета // МТС. – 1956. – № 8 и др.

10 См.: Красюков П. Финансирование и оценка хозяйственной деятельности МТС // Социалистическое сельское хозяйство. – 1955. – № 5; Измайлов К. О системе снабжения МТС // Социалистическое сельское хозяйство. – 1956. – № 7; Клюев А. Финансы и себестоимость в МТС // Экономика сельского хозяйства. – 1957. – № 1 и др.

11 Венжер В.Г. Вопросы комплексной механизации колхозного производства. – М., 1955.

12 См.: Кошкин В.Н. Борьба Коммунистической партии Советского Союза за повышение организующей роли МТС в развитии колхозного производства (1946–1955). – М., 1956; Горшков М. Решающая сила в развитии колхозного производства // Экономика сельского хозяйства. – 1957. – № 8; Козыревский П. МТС – решающая сила в колхозном производстве // Экономика сельского хозяйства. – 1957. – № 5; Ловков Я. МТС – решающая сила колхозного производства // Социалистическое сельское хозяйство. – 1956. – № 7; Ильин И. Роль машинно-тракторных станций в развитии сельского хозяйства страны // МТС. – 1957. – № 11 и др.

13 См.: О дальнейшем развитии колхозного строя и реорганизации МТС. (Редакционная статья) // Экономика сельского хозяйства. – 1958. – № 2; Абрамов В.А. Роль МТС в создании и укреплении колхозного строя // Новый этап в развитии колхозного строя / Ред. колл.: П.С. Буянов, А.А. Караваев, Н.А. Кулагин. – М., 1959; Палатова М.Я. Борьба КПСС за осуществление решений сентябрьского пленума ЦК партии (1953 г.) о подъеме общественного животноводства. (По материалам Московской, Воронежской, Рязанской и Тамбовской областей). – Тамбов, 1959; Климов П.И. Колхозная деревня после сентябрьского пленума ЦК КПСС (1953–1958 гг.) // История СССР. – 1959. –  № 2 и др.

14 См.: Политическая экономия. Учебник. – М., 1958; Бадалян С.А. К проблеме взаимоотношения города и деревни в переходный период от капитализма к социализму и при социализме. – Ереван, 1959 и др.

15 Арутюнян Ю.В., Вылцан М.А. Историческая роль МТС и их реорганизация. – М., 1958.

16 См.: Коркоценко Д.И., Куликов В.И. Коммунистическая партия в борьбе за дальнейшее развитие сельского хозяйства (1946–1958 гг.). – М., 1974; История Коммунистической партии Советского Союза. – В 6 т. – Т. 5. Коммунистическая партия накануне и в годы Великой Отечественной войны, в период упрочения и развития социалистического общества (1938–1959 гг.). – Кн. I. (1938–1945 гг.). – М., 1970; Кн.II. (1945–1959 гг.). – М., 1980; Юров А.Т. КПСС в борьбе за развитие материально-технической базы сельского хозяйства (50-е годы). – Ростов н/Д, 1982; Трапезников С.П. Ленинизм и аграрно-крестьянский вопрос. – В 2 т. – Изд. 3-е, доп. – Т. 2. Исторический опыт КПСС в осуществлении ленинского кооперативного плана. – М., 1983; Криводед В.В. КПСС и колхозное крестьянство в 1945–1959 гг. – Ростов-н/Д, 1984 и др.

17 См.: Островский В. Б. Колхозное крестьянство СССР. Политика партии в деревне и ее социально-экономические результаты. – Саратов, 1967; Милосердов В.В. Аграрная политика и проблемы развития АПК. – М., 1990 и др.

18 См.: Чинчиков А.М. Историография трудового подвига советского крестьянства (1941–1976 годы). – Саратов, 1977. – С. 138.

19 Игнатовский П.А. Социально-экономические изменения в советской деревне. – М., 1966. – С. 212.

20 Растяпин В.М. Реорганизация МТС Тамбовской области // Проблемы истории современной советской деревни. 1946–1973. М., 1975.

21 Чинчиков А.М. Указ. соч. С. 141.

22 См.: Губенко М.П., Ольшевская Г.К. Некоторые проблемы развития сельского хозяйства РСФСР в годы семилетки // Развитие сельского хозяйства СССР в послевоенные годы (1946–1970 гг.). Сб. ст. / Отв. ред. И.М. Волков. – М., 1972; Ольшевская Г.К. К истории реорганизации МТС // Проблемы истории современной советской деревни. 1946–1973. М., 1975.

23 Долгов В.С. Колхозный строй СССР в 50-е годы // Исторические записки. – Т. 111. – М., 1984.

24 Венжер В.Г. Колхозный строй на современном этапе. – М., 1966. – С. 68–71.

25 Вылцан М.А. Колхозный строй накануне Великой Отечественной войны // История СССР. – 1962. – № 1; Он же. Восстановление и развитие материально-технической базы колхозного строя, 1945–1958. – М., 1976; Он же. Завершающий этап создания колхозного строя, 1936–1937. – М., 1978 и др.

26 Вылцан М.А. Восстановление и развитие материально-технической базы колхозного строя, 1945–1958. – С. 232.

27 См.: Арутюнян Ю.В. Механизаторы сельского хозяйства СССР в 1929–1957 гг. – М., 1960; Борисов Ю.С. Подготовка производственных кадров сельского хозяйства СССР в реконструктивный период. – М., 1960.

28 Арутюнян Ю.В. Советское крестьянство в годы Великой Отечественной войны. – Изд. 2-е доп. – М., 1970.

29 См.: Тюрина А.П. Формирование кадров специалистов и организаторов колхозного производства (1946–1958 гг.). – М., 1973; Она же. К вопросу о преобразовании колхозов в совхозы // История СССР. – 1983. – № 5; Она же. Противоречия и трудности развития агропромышленного комплекса // Механизм торможения: истоки, действие, пути преодоления / Под общ. ред. В.В. Журавлева. – М., 1988 и др.

30 См.: Мещерина М.К. Подготовка и повышение квалификации рабочих МТС в послевоенный период // Записки Воронеж. с.-х. ин-та. – Т. XXVII. – Вып. 3. – Воронеж, 1958; Негодяев Н.Е. Деятельность КПСС по укреплению сельского хозяйства руководящими кадрами в 1953–1958 гг. (Из опыта работы партийных организаций Воронежской, Липецкой и Тамбовской областей). – Тамбов, 1966; Паневин А.С. Об укреплении сельского хозяйства квалифицированными кадрами. Деятельность Воронежской областной партийной организации по выполнению решений сентябрьского (1953 г.) Пленума ЦК КПСС. – Воронеж, 1961; Худяков П.Т. Подготовка сельскохозяйственных специалистов в пятой пятилетке // Записки Воронеж. с.-х. ин-та. – Т. XXVII. – Вып. 3. – Воронеж, 1958 и др.

31 Негодяев Н.Е. Указ. соч. – С. 23.

32 Паневин А.С. Указ. соч. – С. 28–29.

33 Волков И.М. Трудовой подвиг советского крестьянства в послевоенные годы: Колхозы СССР в 1946–1950 гг. – М., 1972; Он же. Некоторые вопросы истории сельского хозяйства и крестьянства в послевоенные годы // История СССР. – 1973. – № 1; Он же. Сельское хозяйство и крестьянство СССР в послевоенные годы в работах советских историков // Проблемы истории современной советской деревни. 1946–1973 гг. – М., 1975; Волков И.М., Вылцан М.А., Зеленин И.Е. Вопросы продовольственного обеспечения населения СССР, 1917–1982 // История СССР. – 1983. – № 2 и др.

34 См.: Зеленин И.Е. Политотделы МТС (1933–1934 гг.) // Исторические записки. – Т. 76. – М., 1965; Донгарова Т.С. Чрезвычайные органы партии: (о политотделах МТС). – М., 1976.

35 Корнилов Г.Е. Уральская деревня в период Великой Отечественной войны (1941–1945 гг.). – Свердловск, 1990; Мотревич В.П. Колхозы Урала в годы Великой Отечественной войны. – Свердловск, 1990; Толмачева Р.П. Колхозы Урала в первые послевоенные годы (1946–1950 гг.). – Томск, 1979; Она же. Колхозы Урала в 50-е годы. – Томск, 1981 и др.

36 Толмачева Р.П. Колхозы Урала в 50-е годы. – С. 78–80.

37 Аврех Л.И. Тамбовская партийная организация в борьбе за послевоенное восстановление и развитие народного хозяйства (1945–1953 гг.). – Тамбов, 1961; Бураков М.Е. Партия и творческая активность масс на селе. (На материалах областей Центрального Черноземья между 20 и 23 съездами КПСС). – Воронеж, 1970; Полякова Е.М. Некоторые вопросы организационно-хозяйственного укрепления колхозов Курской области в 1943–1958 гг. // Научн. труды Курск. с.-х. ин-та. – Т.III. – Вып. 5. – Воронеж, 1965; Она же. Восстановление и организационно-хозяйственное укрепление колхозов Курской области в 1943–1958 гг. // Развитие советского села в период строительства коммунизма. Материалы вузов Центрально-Черноземной зоны. – Воронеж, 1967; Малышев И.С. Партийные организации Российской Федерации в борьбе за развитие сельского хозяйства (1950–1958 гг.) // Некоторые вопросы деятельности КПСС по развитию сельского хозяйства. Сб. ст. / Ред. колл.: Михалев Г.М. (отв. ред.) и др. – Орел, 1973 и др.

38 См.: Очерки истории Белгородской организации КПСС. – Воронеж, 1983; Очерки истории Воронежской области. – В 2 т. – Т. 2. Эпоха социализма / Под ред. Е.Г. Шуляковского. – Воронеж, 1967; Очерки истории Воронежской организации КПСС / Отв. ред. А. В. Лосев. – Изд. 2-е, доп. и перераб. – Воронеж, 1979; Очерки истории комсомольских организаций Центрального Черноземья / Под ред. В.И. Логунова. – Воронеж, 1978; Очерки истории Курской организации КПСС. – Воронеж, 1980; Очерки истории Липецкой организации КПСС. – Воронеж, 1982; Очерки истории Орловской партийной организации. – Тула, 1967; Очерки истории Тамбовской организации КПСС. – Воронеж, 1984; Партийные организации Центрального Черноземья в борьбе за социалистическое преобразование и развитие сельского хозяйства (1917–1977 гг.). – Воронеж, 1977 и др.

39 Социально-экономические преобразования в воронежской деревне (1917–1967) / Отв. ред. А.В. Лосев. – Воронеж, 1967; Центральное Черноземье за годы Советской власти. (Краткий историко-экономический очерк) / Под ред. проф. А. А. Глухова. – Воронеж, 1967; Глухов А.А., Логунов В.И. Сельское хозяйство Воронежской области за 50 лет. – Воронеж, 1967 и др.

40 Лосев А.В. Новейшая литература о деятельности парторганизации по социалистическому преобразованию и развитию сельского хозяйства Центрального Черноземья // Сельское хозяйство и крестьянство СССР в современной советской историографии. Материалы XVI сессии симпозиума по изучению проблем аграрной истории. Кишинев, 1976 / Ред. колл.: Янин В.Л. (отв. ред.) и др. – Кишинев, 1977; Историография крестьянства Центрального Черноземья (1917–1980 гг.) / Под ред. А. В. Лосева. – Воронеж, 1980.

41 Лосев А.В. Партийные организации Центрального Черноземья в борьбе за развитие сельского хозяйства (1945–1964 гг.). – Воронеж, 1965.

42 История советского крестьянства. – В 5 т. – Т. 2. Советское крестьянство в период социалистической реконструкции народного хозяйства. Конец 1927–1937 / Отв. ред. И.Е. Зеленин. – М., 1986; Т. 3. Крестьянство накануне и в годы Великой Отечественной войны (1938–1945) / Отв. ред. М.А. Вылцан. – М., 1987; Т. 4. Крестьянство в годы упрочения и развития социалистического общества, 1945 – конец 50-х годов / Отв. ред. И.М. Волков. – М.: Наука, 1988.

43 Зеленин И.Е. Политотделы МТС – продолжение политики «чрезвычайщины» (1933–1934 гг.) // Отечественная история. – 1992. – № 6; Зеленин И.Е. Революция «сверху»: завершение и трагические последствия: К истории коллективизации // Вопросы истории. – 1994. – № 10; Зеленин И.Е. Крестьянство и власть в СССР после «революции сверху» // Вопросы истории. – 1996. – № 7; Зеленин И.Е. Аграрная политика Н.С. Хрущева и сельское хозяйство. – М., 2001; Зеленин И.Е. Сталинская «революция сверху» после «великого перелома». 1930–1939: Политика, осуществление, результаты. – М., 2006 и др.

44 Зеленин И.Е. Политотделы МТС – продолжение политики «чрезвычайщины» (1933–1934 гг.). – С. 58.

45 Зеленин И.Е. Сталинская «революция сверху» после «великого перелома». – С. 165.

46 Алексеев В.А. Политотделы машинно-тракторных станций Центрально-Черноземной области и их роль в проведении политики «чрезвычайшины» // Вехи минувшего. Уч. зап. ист. ф-та ЛГПИ. – Вып. 1. – Липецк, 1999.

47 Наухацкий В.В. Политотделы МТС (1933–1934 годы): вопросы истории, историографии и политики // Аграрное и продовольственное развитие России в XVIII – XX веках: пороги безопасности. Сб. статей / Ред. колл.: С.А. Есиков [и др.]; гл. ред. Г.Е. Корнилов. – Оренбург, 2008.

48 Зеленин И.Е. Аграрная политика Н.С. Хрущева и сельское хозяйство. – М., 2001. – С. 88, 276.

49 Никонов А.А. Спираль многовековой драмы: аграрная наука и политика России (XVIII – XX вв.). – М., 1995. – С. 317.

50 Корнилов Г.Е. Модернизация сельского хозяйства Урала в XX веке: этапы, направления, результаты // Аграрное развитие и продовольственная политика России в XVIII – XX веках: проблемы источников и историографии. Сб. ст. / Ред. кол.: С.А. Есиков [и др.]; гл. ред. Г.Е. Корнилов.– Оренбург, 2007. – С. 156. Корнилов Г.Е. Аграрная модернизации России в XX в.: региональный аспект // Уральский исторический вестник. – 2008. – № 2(19). – С. 8.

51 Вербицкая О.М. Российское крестьянство: От Сталина к Хрущеву. Середина 40-х – начало 60-х годов. – М., 1992. – С. 34.

52 Иванов Н.С. Раскрестьянивание деревни (середина 40-х годов – 50-е годы) // Судьбы российского крестьянства / Под общ. ред. Ю. Н. Афанасьева. – М., 1996. – С. 419.

53 Чистяков В.Б. Производственные кадры сельского хозяйства Российской Федерации, 1945–1965. – М., 2000. – С. 143, 147.

54 История России XX – начала XXI века / А.С. Барсенков, А.И. Вдовин, С.В. Воронкова; под ред. Л.В. Милова. – М., 2006. – С. 650; История России / А.С. Орлов, В.А. Георгиев, Н.Г. Георгиева, Т.А. Сивохина. – М., 2008. – С. 572.

55 Цит. по: Магомедов А.К., Полищук В.Д. Диалог об актуальном. Анализ западных концепций советской аграрной политики в 50-е годы / Под ред. В.Б. Островского. – Саратов, 1992. – С. 52.

56 Schwartz H. The Soviet Economy Since Stalin. – Philadelphia, 1965. – P. 118.

57 Nove A. The Soviet Economic System. – London, 1977. – P. 121.

58 Боффа Дж. История Советского Союза: [Пер. с итал.]. – В 2 т. – Т. 2. От Отечественной войны до положения второй мировой державы. Сталин и Хрущев. 1941–1964. – М., 1996. – С. 490.

59 Smith G.A.E. Agriculture // Khrushchev and khrushchevism / Ed. by M. McCauley. – London; Basingstoke, 1987. – P. 101.

60 Miller R.F. One hundred thousand tractors. The MTS and the development of controls in Soviet agriculture. – Cambridge (Mass), Harvard univ. press, 1970. – P. 341.

61 Millar J.R. Post-Stalin agriculture and its future // The Soviet Union since Stalin / Ed. by S.F. Cohen et al. – Bloomington, 1980. – P. 139; Yanov A. In the grip of the adversarial paradigm: the case of Nikita Sergeevich Khrushchev in retrospect // Reform in Russia and the U.S.S.R. Past and prospects / Ed. by R.O. Crummey. – Urbana, Chicago, 1989. – P. 163.

62 Макколей М. Хрущев и его политика. Какие выводы можно сделать из хрущевской эпохи (1953–1964 гг.)? // Россия в XX веке: Историки мира спорят. – М., 1994. – С. 550.

63 Таубман У. Хрущев. – М., 2005. – С. 412–413.

64 См.: Безнин М.А., Димони Т.М. Аграрный строй России в 1930-х – 1980-х годах (новый подход) // Вопросы истории. – 2005. – № 7; Они же. Процесс капитализации в российском сельском хозяйстве 1930-х – 1980-х годов // Отечественная история. – 2005. – № 6; Они же. Капитализация в российской деревне 1930–1980 годов. – Вологда, 2005; Димони Т.М. Политика экономической модернизации сельского хозяйства России в 1930-е – первой половине 1960-х годы // Государственная аграрная политики в России XX века в контексте модернизационного процесса. – Вологда, 2006 и др.

65 Димони Т.М. Политика экономической модернизации сельского хозяйства России в 1930-е – первой половине 1960-х годы. – С. 45.

66 Безнин М.А., Димони Т.М. Российская аграрная модернизация 1930-х начала XXI века // Актуальные проблемы аграрной истории Восточной Европы: историография; методы исследования и методология; опыт и перспективы. XXXI сессия симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. Тезисы докладов и сообщений. Вологда, 23–26 сентября 2008 г. – М., 2008. – С. 156–157.

67 Милохин Д.В., Сметанин А.Ф. Коми колхозная деревня в послевоенные годы. 1946–1958: Социально-экономические аспекты развития. – М., 2005.

68 Там же. – С. 53–54.

69 См.: Хисамутдинова Р.Р. Аграрная политика Советского государства после окончания Великой Отечественной войны (июнь 1945 – март 1953 г.). – Оренбург, 2003; Она же. Решение проблемы кадров МТС Урала в 40-е 50-е годы XX века // Труды института крестьяноведения Южного Урала им. В.П. Данилова. – Вып. 2. – Оренбург, 2007.

70 Руденко Л.В. Социально-демографические процессы в деревне: 1946–1951 гг. (по материалам Ярославской области). – Ярославль, 2005.

71 Сланов И.А. Крестьянство Северной Осетии в первое послевоенное десятилетие (1946–1955 гг.). – Владикавказ, 1997.

72 См.: Соколова О.В. Становление и деятельность машинно-тракторных станций Центрального Черноземья: 1930–1958 годы. Дисс. …канд. ист. наук. – М., 2004; Она же. Становление и деятельность машинно-тракторных станций Центрального Черноземья: 1930–1958 годы. Автореф. дисс. …канд. ист. наук. – М., 2004.

73 Стрельцова Т.П. Амурская деревня: противоречия и трудности послевоенного развития (1946–1965 гг.). Автореф. дисс. …канд. ист. наук. – Владивосток, 2006. – С. 20.

74 Сборник руководящих материалов по колхозному строительству. – М., 1948; Сборник законов СССР и указов Президиума Верховного Совета СССР. 1938–1958. – М., 1959; Законодательные и ведомственные акты по сельскому хозяйству. – М., 1957; Собрание постановлений и распоряжений правительства СССР. За 1946–1958 гг.; История колхозного права: Сб. законодательных материалов СССР и РСФСР. 1917–1958. – В 2 т. – Т. I. – М., 1959; Т. II. – М., 1958; Примерный устав сельскохозяйственной артели. Принят Вторым Всесоюзным съездом колхозников-ударников и утвержден СНК СССР и ЦК ВКП(б) 17 февраля 1935 г. – М., 1950 и др.

75 См.: Директивы КПСС и Советского правительства по хозяйственным вопросам. 1917–1957. – Т. 3. 1946–1952; – Т. 4. 1953–1957. – М., 1958; Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. – В 5 т. 1917–1967 гг. Сб. документов за 50 лет. – Т. 3. 1941–1952; – Т. 4. 1953–1961. – М., 1968; Важнейшие решения по сельскому хозяйству за 1938–1946 гг. Сб. документов. – М., 1948; Важнейшие решения по сельскому хозяйству. Сб. документов / Сост. Лиознер Д.А., Ряднин М.С. – Алма-Ата, 1947 и др.

76 См.: Двадцатый съезд КПСС. Стенографический отчет. – В 2 т. – М., 1956; Пленум Центрального Комитета Коммунистической партии Советского союза. 15–19 декабря 1958 г. Стенографический отчет. – М., 1958.

77 Коммунистическая партия Советского Союза в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК (1898–1986). – 9-е изд. – Т. 8. 1946–1955; – Т. 9. 1956–1960. – М., 1985–1986.

78 См.: Лаврентий Берия. 1953. Стенограмма июльского пленума ЦК КПСС и другие документы. – М., 1999; Молотов, Маленков, Каганович. 1957. Стенограмма июньского пленума ЦК КПСС и другие документы / Под ред. А.Н. Яковлева; сост. Н. Ковалева, А. Коротков, С. Мельчин, Ю. Сигаев, А. Степанов. – М., 1998.

79 Политбюро ЦК ВКП(б) и Совет Министров СССР, 1945–1953 гг. / Сост.: О.В. Хлевнюк [и др.]. – М., 2002; ЦК ВКП(б) и региональные партийные комитеты. 1945–1953 гг. / Сост. В.В. Денисов, А.В. Квашонкин, Л.Н. Малашенко, Л.И. Минюк, О.В. Хлевнюк. – М., 2004; Президиум ЦК КПСС. 1954–1964. Черновые протокольные записи заседаний. Стенограммы. Постановления. – Т. 1. Черновые протокольные записи. Стенограммы / Под ред. А.А. Фурсенко. – М., 2003.

80 Сталин И.В. Речь на предвыборном собрании избирателей сталинского избирательного округа г. Москвы 9 февраля 1946 г. // Социалистическое сельское хозяйство. – 1946. – № 1–2; Он же. Экономические проблемы социализма в СССР. – М., 1952.

81 Хрущев Н.С. Строительство коммунизма в СССР и развитие сельского хозяйства. – В 5 т. – М., 1962. – Т. 1. Сентябрь 1953 г. – январь 1955 г.; – Т. 2. Февраль 1955 г. – январь 1958 г.; – Т. 3. Январь 1958 г. – май 1959 г.

82 См.: Андреев А.А. О мерах подъема сельского хозяйства в послевоенный период. Доклад на Пленуме ЦК ВКП(б). – М., 1947; Маленков Г.М. Отчетный доклад XIX съезду партии о работе ЦК ВКП(б). 5 октября 1952 г. – М., 1952; Он же. Речь на пятой сессии Верховного Совета СССР 8 августа 1953 г. – М., 1953; Первухин М.Г. О государственном плане развития народного хозяйства на 1957 г. Доклад и заключительное слово на шестой сессии Верховного Совета СССР Четвертого созыва 5 и 7 февраля 1957 г. – М., 1957; Сабуров М. Доклад о директивах XIX съезда по пятому пятилетнему плану развития СССР на 1951–1955 гг. 8 октября 1952 г. – Л., 1953 и др.

83 Всесоюзное совещание работников МТС, созванное ЦК КПСС и Советом Министров СССР. Материалы совещания. – М., 1954; Совещания работников сельского хозяйства Юго-Востока, Центрально-черноземной полосы и Северо-Запада // Социалистическое сельское хозяйство. – 1955. – № 3; Передовики сельского хозяйства о своем опыте. Материалы совещания передовиков сельского хозяйства Центрально-Черноземной зоны в г. Воронеже. – М., 1961 и др.

84 Во имя Победы. (Воронежская областная партийная организация в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.). Сб. документов и материалов / Сост. Аброськин С.В., Васильева Г.Н. – Воронеж, 1975; Воронежская область в Великой Отечественной войне: Сб. документов и материалов. – Воронеж, 1948; Курская область в период Великой Отечественной войны Советского союза, 1941–1945: Сб. документов и материалов. – В 2 т. – Т. 2. – Курск, 1962; Орловская область в годы Великой Отечественной войны. 1941–1945: Сб. документов и материалов. – Орел, 1960; Патриотический почин Тамбовских колхозников в годы Великой Отечественной войны. 1941–1945: Сб. документов. – Тамбов, 1961; Попов В.П. Голод и государственная политика (1946–1947 гг.) // Отечественные архивы. – 1992. – № 6; Попов В.П. Российская деревня после войны (июнь 1945 – март 1953 гг.). Сб. документов. – М., 1993 и др.

85 См. напр.: Хрущев Н.С. Время. Люди. Власть (Воспоминания): в 4 кн. – М., 1999; Микоян А.И. Так было: Размышления о минувшем. – М., 1999; Бенедиктов И.А. О Сталине и Хрущеве // Молодая гвардия. – 1989. – № 4; Тимашова М.Ф. Шишовская машинно-тракторная станция. – Воронеж, 1954; Баранов П.П. Двадцать семь лет на посту директора МТС // 1917–1957. Статьи, воспоминания, очерки / Отв. ред. Т.И. Архипова. – Курск, 1957; Передовые механизаторы в СССР. Очерки. Вступит. ст. М.В. Корн. – М., 1957 и др.

86 См.: Народное хозяйство РСФСР. Стат. сб. – М., 1957; Сельское хозяйство РСФСР. – М., 1959; Посевные площади СССР. Стат. сб. – М., 1957; Численность скота в СССР. Стат. сб. – М., 1957; Сельское хозяйство СССР. Стат. сб. – М., 1960; Народное хозяйство Белгородской области. Стат. сб. – Орел, 1959; Народное хозяйство Курской области. Стат. сб. – Орел, 1960; Народное хозяйство Орловской области. Стат. сб. – Орел, 1957 и др.

87 История колхозного права. Сборник законодательных материалов СССР и РСФСР 1917–1958. – Т. 1. – М., 1959. С. 137.

88 История советского крестьянства. – Т. 2. С. 241.

89 КПСС в резолюциях и решениях съездов, конференций и пленумов ЦК. – Т. 6. С. 187.

90 История советского крестьянства. – Т. 2. С. 337.

91 Решения партии и правительства по хозяйственным вопросам. – Т. 3. – С. 410.

92 ГАОПИКО. – Ф. 1. – Оп. 2. – Ед. хр. 64. – Л. 34.

93 Рассчитано по: РГАЭ. – Ф. 7486. – Оп. 14. – Ед. хр. 47. – Л. 99; Ед. хр. 48. – Л. 58; Ед. хр. 150. – Л. 137; Ед. хр. 255. – Л. 113; Оп. 15. – Ед. хр. 311. – Л. 19; Ед. хр. 314. – Л. 19; Ед. хр. 373. – Л. 153; Ед. хр. 347. – Л. 17.

94 Рассчитано по: РГАЭ. – Ф. 7486. – Оп. 14. – Ед. хр. 47. – Л. 95 об., 96 об., 99; Ед. хр. 48. – Л. 55 об., 56 об., 58; Ед. хр. 150. – Л. 137, 140 об., 141 об.; Ед. хр. 255. – Л. 108 об., 110 об., 113; Оп. 15. – Ед. хр. 21. – Л. 182, 184.

95 Рассчитано по: РГАЭ. – Ф. 7486. – Оп. 14. – Ед. хр. 47. – Л. 99; Ед. хр. 48. – Л. 58; Ед. хр. 150. – Л. 137; Ед. хр. 255. – Л. 113; Оп. 15. – Ед. хр. 311. – Л. 19; Ед. хр. 314. – Л. 19; Ед. хр. 373. – Л. 153; Ед. хр. 347. – Л. 17.

96 ГАОО. – Ф. П–52. Оп. 7. – Ед. хр. 177. – Л. 15–21.

97 Рассчитано по: РГАЭ. – Ф. 7486. – Оп. 15. – Ед. хр. 311. – Л. 2 об.; Ед. хр. 314. – Л. 1 об.; Ед. хр. 347. – Л. 1 об.; Ед. хр. 373. – Л. 137.

98 Рассчитано по: РГАЭ. – Ф. 7486. – Оп. 6. – Ед. хр. 206. – Л. 233, 235; Ед. хр. 209. – Л. 15, 16, 41, 42; Оп. 14. – Ед. хр. 116. Л. 41, 42; Оп. 15. – Ед. хр. 311. – Л. 23–23 об., 27 об.–28; Ед. хр. 314. – Л. 25–25 об., 29 об.–30; Ед. хр. 347. – Л.157–157 об., 159 об.–160; Ед. хр. 373. – Л. 21–21 об., 23 об.–25.

99 ГАТО. – Ф. Р–3539. – Оп. 1. – Ед. хр. 4377. – Л. 58.

100 ЦДНИБО. – Ф. 1. – Оп. 1. – Ед. хр. 119. – Л. 69.

101 ГАТО. – Ф. Р–3559. – Оп. 1. – Ед. хр. 4941. – Л. 4.

102 Рассчитано по: РГАЭ. – Ф. 7486. – Оп. 15. – Ед. хр. 1295. – Л. 96, 112, 186, 203; Ед. хр. 1297. – Л. 19, 35, 63, 71, 237, 253; Ед. хр. 1298. – Л. 225, 241.

103 РГАНИ. – Ф. 5. – Оп. 45. – Ед. хр. 25. – Л. 69.

104 ГАТО. – Ф. Р–3443. – Оп. 1. – Ед. хр. 1880. – Л. 78–80.

105 ГАВО. – Ф. Р–1766. – Оп. 1. – Ед. хр. 3312. – Л. 3.

106 ГАОПИКО. – Ф. 1. – Оп. 2. – Ед. хр. 2725. – Л. 27–25.

107 Рассчитано по: РГАЭ. – Ф. 7486. – Оп. 15. – Ед. хр. 311. – Л. 23–23 об., 27 об.–28; Ед. хр. 314. – Л. 25–25 об., 29 об.–30; Ед. хр. 347. – Л.157–157 об., 159 об.–160; Ед. хр. 373. – Л. 21–21 об., 23 об.–25; Ед. хр. 1295. – Л. 109 об.–111, 200 об.–202; Ед. хр. 1297. – Л. 32 об.–34, 68 об.–70, 250 об.–252; Ед. хр. 1298. – Л. 238 об.–240.

108 Рассчитано по: РГАЭ. – Ф. 7486. – Оп. 6. – Ед. хр. 206. – Л. 227; Ед. хр. 209. – Л. 9, 34; Оп. 14. – Ед. хр. 47. – Л. 101 об.; Ед. хр. 48. – Л. 60 об.; Ед. хр. 116. – Л. 30; Ед. хр. 150. – Л. 135 об.; Ед. хр. 255. – Л. 115 об.

109 Рассчитано по: ГАОПИВО. – Ф. 3. – Оп. 5. – Ед. хр. 672. – Л. 54; Е. хр. 673. – Л. 68; РГАЭ. – Ф. 7486. – Оп. 6. – Ед. хр. 209. – Л. 9.

110 ГАРФ. – Ф. А–259. – Оп. 7. Ед. хр. 1789. – Л. 68.

111 Рассчитано по: РГАНИ. – Ф. 5. – Оп. 46. Ед. хр. 65. – Л. 10, 40, 54, 97, 114, 136–137.

112 ГАОО. – Ф. П–52. – Оп. 7. – Ед. хр. 1. – Л. 253; Оп. 8. – Ед. хр. 2. – Л. 176.

113 РГАЭ. – Ф. 7486. – Оп. 1. – Ед. хр. 4715. – Л. 130–131.

114 Подсчитано по: ГАЛО. – Ф. Р–1747. – Оп. 2. – Ед. хр. 22, 30, 31, 35, 41, 48, 64, 75.

115 РГАЭ. – Ф. 7486. – Оп. 15. – Ед. хр. 1241. – Л. 25–25об.

116 ГАОО. – Ф. Р–1200. – Оп. 1. – Ед. хр. 625. – Л. 66.

117 ГАОПИВО. – Ф. 3. – Оп. 33. – Ед. хр. 59. – Л. 10.

118 ЦДНИТО. – Ф. 1045. – Оп. 1. – Ед. хр. 10208. – Л. 158–159.

119 ГАОПИВО. – Ф. 3. – Оп. 38. – Ед. хр. 267. – Л. 60.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.