WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

имени М.В. ЛОМОНОСОВА

На правах рукописи

БУЛАХТИН Максим Анатольевич

ИДЕОЛОГИЯ И ПОЛИТИЧЕСКАЯ ПРАКТИКА

ПАРТИИ «КРАКОВСКИХ КОНСЕРВАТОРОВ»

В 1907 1914 гг.

Специальность 07.00.03 – всеобщая история

(новое и новейшее время)

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Москва – 2009

Диссертация выполнена на кафедре истории ИППК ГОУ ВПО «Московский государственный университет имени М.В.Ломоносова» Министерства образования и науки Российской Федерации.

Официальные оппоненты:

доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник

Фалькович Светлана Михайловна

(Институт славяноведения РАН)

доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник

Величко Ольга Ивановна

(Институт социологии РАН)

доктор исторических наук, ведущий научный сотрудник

Миллер Алексей Ильич

(Институт научной информации по общественным наукам РАН)

Ведущая организация:

Самарский государственный университет

Защита состоится «___» _____________ 2010 г. в ___ час. на заседании диссертационного совета Д 50100212 по присуждению ученой степени доктора исторических наук в Московском государственном университете по адресу: 119991, Москва, Ломоносовский проспект, д. 27, корп. 4, исторический факультет МГУ, ауд.

С диссертацией можно ознакомиться в Научной библиотеке имени А.М. Горького Московского государственного университета имени М.В.Ломоносова (г. Москва, Ломоносовский проспект, д. 27).

Автореферат разослан «____» ____________ _____ г.

Ученый секретарь

диссертационного совета

канд. ист. наук, доцент Т.В. Никитина

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы. В отечественной исторической науке все больший интерес вызывает исследование модернизационных процессов в странах Центральной и Восточной Европы. Значимость этой проблемы обусловлена существенным влиянием модернизации на жизнь современного общества. Преобразуя социально-экономическую и политическую структуры, формируя новые ценностные установки, модернизация тем самым является важным фактором общественного развития.

Модернизация – это сложный процесс преобразования общества, который нередко сопровождается кризисами, политической дезорганизацией, способной привести к крупным гражданским конфликтам и даже распаду государства. В условиях возникновения подобных угроз политическая элита должна нести ответственность за решение задач, диктуемых обстановкой. От умения правящего политического класса использовать эффективные средства управления в резко меняющихся условиях, от его способности адаптироваться к вызовам современности зависит социально-политическая стабильность и устойчивость государства. Готовность к переменам и собственному обновлению определяет и будущее самой элиты: сохранит ли она свое влияние в социально-политической жизни или же будет вытеснена с политической сцены новыми идейно-политическими группировками.

Исторический опыт Европы в этом контексте представляет особый интерес. Элитам европейских стран в различные исторические эпохи приходилось отвечать на вызовы модернизации. В полной мере это относится к началу ХХ в. Определение указанного этапа европейской истории как «прекрасной эпохи», «эры реформ», периода «глубокой дестабилизации» отражает переходный характер эпохи, времени разрушения старых и формирования новых элементов в общественной жизни. Модернизационные сдвиги существенным образом затрагивали и политическую сферу, испытывая на прочность позиции правящей элиты.

Исследование этой проблематики на примере функционирования в начале ХХ в. одной из польских политических групп в Австро-Венгрии, известной как партия «краковских консерваторов», позволяет, с одной стороны, понять процессы, происходившие в политической элите Европы в указанную эпоху, с другой – изучить специфику, национальные варианты трансформации традиционных политических сил в условиях модернизации общества. Обращение к политической идеологии и практике «краковских консерваторов» дает возможность раскрыть природу консерватизма как сложного явления, сущность которого несводима к «реакции», противоположности прогрессу и преобразованиям. Исследование же истории «краковских консерваторов» способствует выявлению особенностей консерватизма, которые обеспечивают этому направлению жизнеспособность и привлекательность, делают его существенным фактором истории в целом, а также пониманию причин устойчивости консервативной традиции в самой Польше, где консервативные силы и сегодня пользуются поддержкой значительной части общества.

Объектом исследования является деятельность партии «краковских консерваторов» в начале ХХ в., предметом исследования – идейная и политическая адаптация «краковских консерваторов» к демократическим переменам в Австро-Венгрии в начале ХХ в.

Географические рамки исследования охватывают территории современной Южной Польши и Западной Украины, входившие в рассматриваемый период в состав Австро-Венгерской империи. Эти территории были объединены в границах провинции под названием «Королевство Галиции и Лодомерии», являвшейся частью так называемых австрийских коронных земель.

Хронологические рамки исследования соответствуют 1907 – 1914 гг. Этот период предстает вполне самостоятельным в истории польских земель Австро-Венгрии и партии «краковских консерваторов». Установление начальной временной границы обусловлено проведением первых всеобщих выборов в венский парламент в мае 1907 г. Их итоги существенным образом повлияли на конфигурацию политических сил в среде польских партий на общегосударственном уровне. Тенденция к демократизации политических отношений в Австро-Венгрии определила основные направления политической борьбы и внутри самой Галиции. Массовые партии стали добиваться демократизации краевой избирательной системы по образцу 1907 г. Проведение подобной реформы должно было привести к коренному изменению политического облика провинции. В этот период была поставлена под угрозу доминирующая позиция региональной правящей элиты, составной частью которой являлись и «краковские консерваторы». Сложившаяся после поражения «краковских консерваторов» на выборах в венский парламент 1907 г.  ситуация способствовала существенной трансформации их политической деятельности и модернизации идеологии. Конечный временной рубеж в исследовании – 1914 г. – обусловлен началом Первой мировой войны, которая кардинально изменила общественно-политическую обстановку в империи Габсбургов.

Степень изученности темы. Степень исследования идеологии и политической практики партии «краковских консерваторов» в 1907 – 1914 гг. определяется освещением в ряде работ отдельных аспектов этой проблемы и некоторых сюжетов темы в общих трудах по истории польских земель Австро-Венгрии и польского консерватизма в целом. В первой половине ХХ в. указанная проблематика рассматривалась, как правило, в трудах польских политических публицистов и самих «краковских консерваторов»1. Описание и интерпретация событий в изданиях тех лет отличались политической пристрастностью.

После Второй мировой войны, когда в польской научной литературе стало уделяться большое внимание классовому, социальному содержанию явлений политической жизни, в исследованиях можно было встретить порой достаточно жесткие оценки «краковских консерваторов». Например, отмечалось, что деятельность «краковского консерватора» М. Бобжиньского на посту наместника Галиции способствовала укреплению «реакционного правления» в крае2. А. Гвиждж считал «краковского консерватора» В.Л.Яворского представителем «буржуазной профессуры» и даже предтечей фашизма3.  Вместе с тем в польской историографии и в 1950-е гг. встречались более взвешенные подходы к изучению и оценке деятельности «краковских консерваторов». Так, в работе, посвященной истории Галиции в XIX – начале ХХ в., высокую оценку деятельности М. Бобжиньского на рубеже веков дал польский историк С. Кеневич4. Исследователь отметил реформаторскую деятельность консерватора как в области образования, так и на поприще демократизации избирательного законодательства5. Некоторые аспекты деятельности «краковских консерваторов» в начале ХХ в. были специально рассмотрены Ю. Бушко6. Автор проанализировал их позицию по вопросу об избирательной реформе в Галиции. Исследователь отметил, что по сравнению с более правыми консервативными политиками из Восточной Галиции «краковские консерваторы» проявляли бльшую готовность к компромиссам в деле демократизации избирательного права. В дальнейшем Ю. Бушко высказал ряд ценных замечаний относительно особенностей деятельности консерваторов в начале ХХ в. Так, в научной дискуссии о М.Бобжиньском исследователь назвал последнего политиком современного типа, деятельность которого отвечала требованиям эпохи7. Историк подчеркнул, что Бобжиньский считался с процессами демократизации политической жизни и старался приспособить консервативную политику к этим процессам.

Интересную оценку деятельности «краковских консерваторов» дал К.Гжибовский. В своей фундаментальной работе, посвященной истории Галиции в XIX – начале ХХ в., исследователь отметил «либерально-консервативный» характер движения «краковских консерваторов», указал на их попытки создать в начале ХХ в. сплоченную и постоянно действующую политическую организацию – Стронництво правицы народовой (партия национальных правых сил), отвечавшую требованиям политической борьбы в условиях демократии8. С особым интересом К. Гжибовский относился к изучению взглядов и деятельности М. Бобжиньского9. В специальной работе, посвященной анализу исторических и общественно-политических воззрений идеологов «краковского консерватизма», он отметил прогрессивность для своего времени убеждений М. Бобжиньского10. По мнению ученого, М.Бобжиньский считал демократизацию необратимым историческим процессом и стремился включить в этот процесс те компоненты традиции, которые он полагал самыми ценными11.

В академическом издании по истории Польши начала ХХ в. обобщающую характеристику деятельности краевой администрации Галиции, во главе которой стояли «краковские консерваторы», дала В.Найдус12. Исследователь отмечала, что политика галицийской администрации способствовала буржуазным преобразованиям и ускорению социально-экономического развития австрийской Польши13. Было обращено внимание на использование краевыми властями в начале ХХ в. новых методов работы с массовыми движениями. Они предполагали отказ от полицейско-репрессивных действий и переход к более гибким, политическим приемам урегулирования общественных конфликтов14.

Характеристику партийной печати «краковских консерваторов» в указанную эпоху представил Е. Мысьлиньский15. В его работе, посвященной западногалицийской прессе начала ХХ в., содержатся ценные сведения об источниках финансирования галицийской периодики, тиражах, доходах, авторских коллективах, тематике изданий, отношении к ним читателей, борьбе политических партий за влияние на средства массовой информации.

Важным событием в исследовании «краковских консерваторов» стал выход в свет политической биографии М. Бобжиньского, написанной В.Лазугой16. Помимо введения в научный оборот нового фактического материала издание отличается обстоятельным анализом психологических аспектов и мотивов поведения консерватора. 

Попытка сопоставления политической идеологии «краковских консерваторов» и польских национальных демократов (эндеков) на рубеже XIX и XX в. была предпринята профессором Ягеллонского университета М.Яскульским17. В своей работе он отметил принципиальное различие идейно-политических доктрин этих направлений, обратил внимание на слабости консерваторов и конкурентные преимущества национальных демократов в сфере идеологического противоборства в начале ХХ столетия.

Интересные наблюдения относительно идеологических различий «краковских консерваторов» и других представителей польского консерватизма принадлежат Я. Бартызелю18. По его мнению, характерной чертой «краковской школы» было признание необратимости процессов демократизации политической жизни. Историк подчеркнул значительную роль понятия свободы в воззрениях «краковских консерваторов».

Некоторые моменты в идеологии «краковских консерваторов» рубежа XIX и XX в. исследовались профессором Ягеллонского университета Б.Шляхтой19. Он обратил внимание на увеличение роли «правительственного фактора» в идеологии консерваторов в эпоху расширения избирательного права и создания массовых политических партий. Историк отметил стремление консерваторов дистанцироваться от популистской фразеологии, свойственной их оппонентам, проанализировал аргументы консерваторов против использования либеральных подходов в области избирательного права. Мышление «количественными формулами», категориями «арифметического большинства», по мнению исследователя, рассматривалось консерваторами как результат применения либерального подхода к общественному устройству, при котором избиратели воспринимаются лишь как отдельные «песчинки». В странах с преобладанием неграмотного населения предоставление всеобщего и равного избирательного права консерваторы считали опасным экспериментом, поскольку  избиратель в условиях утверждения этих принципов становится средством удовлетворения аппетитов «властолюбивых авантюристов», думающих лишь о собственной выгоде. Консерваторы же, с точки зрения исследователя, признавали приоритетным не индивидуальные или групповые интересы, а общественное благо. В то же время работа Б. Шляхты свидетельствует об уважительном отношении «краковский консерватор» к принципам демократического устройства общества. Исследователь отмечает, что М. Бобжиньский указывал на необходимость существования партий с различными представлениями о задачах власти и считал конкуренцию между ними важным условиям общественного развития.

Особое внимание польские историки уделяют исследованию подходов «краковских консерваторов» к украинскому вопросу.  Так, Я. Грухаля отмечает существенное влияние австрийского правительства на политический курс наместника Галиции М. Бобжиньского в урегулировании польско-украинских противоречий, заинтересованность Вены в ослаблении «русофильского» течения в среде галицких украинцев и прекращении пророссийской пропаганды на польских землях монархии Габсбургов20. Другой польский исследователь, Ю. Бушко,  подчеркивает сдержанное отношение М. Бобжиньского к удовлетворению политических требований украинцев21. При этом он замечает, что даже частичное урегулирование польско-украинских отношений, которое предлагал наместник, вызвало серьезный конфликт в польском политическом лагере.

Не остались без внимания исследователей и внешнеполитические взгляды «краковских консерваторов». Так, А. Косицкая-Паевская проанализировала внешнеполитические сюжеты, представленные в консервативной периодике накануне Первой мировой войны22. К числу основных проблем, привлекавших внимание консервативных публицистов, исследователь относит конфликты на Балканах, союзнические отношения Австро-Венгрии с Германией, а также международные аспекты урегулирования польско-украинских отношений в Галиции.

В западной историографии к изучению политической идеологии и практики «краковских консерваторов» обращались прежде всего австрийские исследователи. Так, в общей работе об австрийском консерватизме рассматриваемого периода В. Бм назвал польских консерваторов одними из немногих, сохранявших приверженность консерватизму в начале ХХ в.23 Это отличало их от консерваторов других национальностей, все более тяготевших к национализму. В исследовании, посвященном австрийскому парламентаризму накануне Первой мировой войны, Л. Хёбельт отнес «краковских консерваторов» к числу правительственных партий, на которые рассчитывали австрийские премьеры в своих политических комбинациях24. Историк отметил на выборах в австрийский парламент в 1911 г. успех «краковских консерваторов», сумевших с помощью своих союзников – людовцев – потеснить польских национальных демократов и «подольских консерваторов»25.

Интересные наблюдения, касающиеся идеологического развития партии «краковских консерваторов» в период ее официального оформления в Стронництво правицы народовой (1907 г.), принадлежат Г. Биндеру26. Уже в названии партии историк обнаруживает стремление консерваторов позиционировать себя в качестве современной и привлекательной политической силы27. В то же время исследователь отмечает сохранение консерваторами патерналистского отношения к народным массам и неготовность «правых» идти на радикальное расширение политических прав населения28. 

Политика М. Бобжиньского по отношению к «русофильскому» течению в среде галицких украинцев в начале ХХ в. рассматривалась в работе А.В. Вендланд29. Автор обратила внимание на благосклонное отношение наместника к умеренным представителям этого течения и стремление привлечь их на сторону властей. Тем не менее исследователь указала на непоследовательность действий М. Бобжиньского в решении этого вопроса. Достоинством же монографии А.В. Вендланд является введение в научный оборот новых фактических данных, иллюстрирующих борьбу краевой администрации, возглавляемой М. Бобжиньским, с радикальной русофильской пропагандой  на территории Галиции, давление властей на пророссийски настроенное духовенство в среде униатов.

В американской историографии некоторые вопросы идеологии «краковских консерваторов» на рубеже XIX и XX в. затрагивал Р.Людвиковский30. Он, в частности, отметил, что внимание М. Бобжиньского и В.Л. Яворского к аграрному вопросу стало предпосылкой политического сотрудничества «краковских консерваторов» с крестьянскими политиками (людовцами) в начале ХХ в.

Интерес к «краковским консерваторам» проявляли и украинские историки. Как правило, эта партия рассматривается ими в связи с исследованием межнациональных отношений в Галиции, и прежде всего при решении украинского вопроса. Так, в работе М. Демковича-Добрянского главное внимание уделяется позиции М. Бобжиньского по вопросу об избирательной реформе в Галиции31. Рассматривая данную проблему под углом зрения урегулирования польско-украинских противоречий, автор приходит к заключению о том, что деятельность М. Бобжиньского была примером конструктивного разрешения противоречий между двумя братскими народами.

Исследованием политики М. Бобжиньского, проводимой при решении украинского вопроса, специально занималась О. Аркуша32. Она положительно оценила действия консерватора по преодолению польско-украинских отношений. Тем не менее, по мнению автора, действия М.Бобжиньского в этом направлении не поддерживала значительная часть польского общества, сохранявшая элементы имперской психологии в отношении украинской нации и не готовая воспринимать ее как равноправного партнера.

В целом украинские исследователи солидарны в признании того, что по сравнению с другими польскими партиями «краковские консерваторы» занимали более конструктивную позицию в урегулировании польско-украинских противоречий, выражая готовность идти на определенные политические уступки33.

История «краковских консерваторов» не оставалась без внимания и в трудах отечественных исследователей. В дореволюционный период анализом их научного наследия занимался видный российский ученый Н.И. Кареев34. К исследованию политической мысли консерваторов обращался и А.Погодин35. В советской историографии глубокий и всесторонний анализ «краковского консерватизма» был дан А.И. Миллером36. Хотя исследователя интересовал более ранний период в истории этого движения (1860–70-е гг.), тем не менее в его работах были выявлены сущностные характеристики краковской консервативной традиции. Наблюдения и выводы автора дают возможность составить более полное представление о развитии идейно-политического лагеря «краковских консерваторов» в последующее время.

Попытку анализа некоторых аспектов политической тактики «краковских консерваторов» и их партнеров в рассматриваемый в диссертации период предприняла С.М. Фалькович. Она обратила внимание на политическую расчетливость лидера Польской крестьянской партии Я.Стапиньского при установлении тесных связей с «краковскими консерваторами»37. С их помощью крестьянский политик намеревался укрепить позиции своей партии в отношениях с Веной. В результате этого сотрудничества людовцы получили особые привилегии в области экономики и политики.

Некоторые моменты политики наместника М. Бобжиньского, проводимой в ходе решения украинского вопроса, рассматривала А.Ю.Бахтурина38. По мнению исследователя, наместник действовал в русле австрийской политики, направленной на противодействие российскому влиянию в Восточной Галиции39. Другой российский исследователь, Н.М.Пашаева, также отмечала, что польская администрация в Галиции проводила политику центрального правительства по подавлению «русофильского» движения в Восточной Галиции, привлекая для этой борьбы украинских националистов40. В своей работе Г.Ф. Матвеев касается отношения наместника М. Бобжиньского к деятельности сторонников Ю.Пилсудского в Галиции в рассматриваемый период41. Он указывает неприятие главой края движения сторонников активных методов борьбы за независимость Царства Польского.

Подводя итог анализу историографии исследуемой проблемы, необходимо отметить, что в разные годы историки обращались к отдельным аспектам идеологии и политики «краковских консерваторов» в начале ХХ в. Однако литература, специально посвященная данной проблеме, невелика, в большинстве работ представлены сравнительно небольшие очерки по соответствующей теме. Можно признать, что как в отечественной, так и в зарубежной историографии пока нет специальных работ, где бы идеология и политическая практика партии «краковских консерваторов» в 1907 – 1914 гг. анализировалась как самостоятельная проблема.

Целью диссертационного исследования является изучение стратегии и тактики «краковских консерваторов» в период политических трансформаций, происходивших в Австро-Венгрии в начале XX в.

Достижение поставленной цели предполагает решение ряда исследовательских задач:

– рассмотрение исторических условий деятельности «краковских консерваторов»,

– изучение генезиса и динамики идейно-политических воззрений «краковских консерваторов» в начале ХХ в.,

– анализ основных форм политической деятельности «краковских консерваторов»,

– исследование взаимоотношений «краковских консерваторов» и других политических течений в Галиции,

– изучение взаимодействия «краковских консерваторов» и польского епископата,

– выявление места и роли «краковских консерваторов» в польском консервативном лагере Галиции.

В основу методологии исследования был положен историко-проблемный подход с присущими ему принципами историзма, объективности и диалектики. Важным для изучения темы было знакомство с теоретическими выводами и положениями, сформулированными исследователями модернизационных процессов в политической сфере. Автор исходил из понимания политической модернизации как процесса изменений, в ходе которых осуществляются формирование, развитие и распространение политических институтов и практик, способных обеспечить адекватное реагирование и приспособление политической системы к изменяющимся условиям действительности42. Эта способность проявляется в изменении алгоритмов действий политических элит и лидеров43. В процессе модернизации формируется новый тип легитимности власти, повышается уровень участия граждан и социальных групп в общественно-политической жизни. Политика перестает быть прерогативой немногочисленных аристократических и бюрократических элит. В условиях модернизации расширяются политические и гражданские права, развивается партийная система и предвыборная практика, становится более открытой и гласной конкуренция между элитами44. Особое значение в новых условиях приобретают политические партии. Они мобилизуют и интегрируют граждан в публичный политический процесс, выполняют важную политико-воспитательную функцию45. В ходе модернизации эволюционирует сам институт политической партии. Если в XVIII и XIX вв. в Западной Европе партии имели элитарный характер, то в конце XIX в. возникают партии массового типа с развитой политической организацией46.

Весьма ценными для диссертационной работы являлись наблюдения и теоретические выводы С. Хантингтона. Важным фактором стабилизации политической системы в условиях перемен он считает реформы47. Характеризуя деятельность реформаторов, С. Хантингтон подчеркивает, что им приходится вести борьбу на два фронта – как с крайне правыми, так и с крайне левыми силами48. Сравнивая реформаторов с революционерами, исследователь отмечает, что если для последних характерно стремление придать политике жесткость, то действиям первых свойственна гибкость и адаптивность. Революционер пытается дихотомизировать общественные силы, реформатор же должен уметь манипулировать ими. Поэтому от него требуется более высокий уровень владения политическим искусством, чем от революционера. Последний необязательно должен быть мастером политики; успешный реформатор всегда является таковым. Он должен лучше справляться и с регулированием общественных изменений. Цель реформатора – не тотальные, а ограниченные изменения, не конвульсивные, а постепенные преобразования49.

С. Хантингтон полагает также, что проведение реформ означает движение в сторону достижения большего социального, экономического и политического равенства. Это вызывает противодействие со стороны тех, кто в выигрыше от неравенства, обеспечиваемого существующим режимом. Борьба с этими силами ослабляет позиции реформаторов50.

Полезными для диссертации были выводы и обобщения исследователей, занимающихся анализом феномена многоукладности, изучением взаимодействия «традиционного» и «современного» в общественном развитии51. Они обращают внимание на способность традиционных общественных структур к видоизменению и приспособлению к новым условиям, подчеркивают наличие у традиционных укладов значительного потенциала и в модернизирующихся обществах.

Большое методологическое значение для работы над диссертацией имели исследования, в которых предпринимались попытки в области теоретического осмысления консерватизма. Автор исходил из понимания консерватизма как идейно-политического течения, приверженцы которого считают важным сохранение традиций, обеспечение преемственности, континуитета в общественном развитии, противостояние резкому обновлению и радикальным новациям52. Вместе с тем история продемонстрировала способность консерватизма к эволюции, диалогу с другими идейно-политическими течениями. Диссертант считает обоснованным выделение традиционалистского, реформистского (либерального, умеренного) и экстремистского (радикального) типов консерватизма53. Консерватизм традиционалистского типа связан с прошлым в большей степени, чем другие. Традиционалисты отстаивают старые ценности и общественные устои, ратуют за сохранение статус-кво и противятся изменениям. Реформистский консерватизм более привержен реформам, выступает за постепенные изменения с сохранением основы существующих институтов, власти и привилегий. Консерваторам-реформистам свойственно тяготение к либеральной политике. Экстремистский консерватизм возник в рамках традиционалистского течения, для него характерны крайние методы борьбы с политическими противниками, стремление использовать националистическую пропаганду. Это направление сыграло существенную роль в формировании правого радикализма, крайним проявлением которого стал фашизм.

В работе использовались также другие методы: индуктивный, предполагающий восхождение от частного к общему; дескрипции, предусматривающий описание явлений с целью последующего их анализа; обобщения; системно-структурный, позволяющий изучать исторические явления как взаимосвязанные целостности и рассматривать каждый элемент в системе связей с другими элементами целого; историко-генетический, дающий возможность анализировать явления в их развитии; историко-антропологический, который требует особого внимания к субъективному, личностному началу в истории; микроистории, предполагающий изучение провинциальных и локальных институтов, систем управления и политической жизни на местах, поведения отдельных групп и индивидов, повседневного течения политических процессов.





Научная новизна исследования определяется рассмотрением проблематики, связанной с трансформацией традиционных политических сил в условиях модернизационных изменений. Диссертантом изучены механизмы адаптации консерваторов к процессам политической модернизации начала ХХ в., проанализирована идеология партии «краковских консерваторов» накануне Первой мировой войны. К новым можно отнести результаты исследования внутрипартийного дискурса, связанного с определением роли и места «краковских консерваторов» в условиях демократизации политической жизни, путей укрепления консервативного влияния. В работе проанализированы охранительные и реформистские компоненты в идеологии партии, изучены ее политико-институциональное развитие, предвыборная борьба, деятельность консервативной организации в ходе общественно-политических трансформаций. В диссертации подробно рассмотрено взаимодействие «краковских консерваторов» и других политических партий и его влияние на обстановку внутри самой Правицы. Для более полной реконструкции указанного взаимодействия были исследованы подходы партнеров и противников «краковских консерваторов» к этому взаимодействию, их отношение к проводимой «правыми» политике. По мнению диссертанта, новым является также результат детального изучения взаимодействия «краковских консерваторов» и польского епископата в рассматриваемый период, отношения епископов к политике Правицы. Попытка постановки и решения проблем, связанных с историей «краковских консерваторов» в 1907 – 1914 гг., в такой полноте в историографии не предпринималась.

Новизна работы состоит также в том, что задачи, поставленные в исследовании, были решены за счет привлечения новых, главным образом архивных материалов.

На защиту выносятся следующие положения:

  1. Общественно-политические трансформации в Австро-Венгрии в начале ХХ в. подтолкнули «краковских консерваторов» к существенной модернизации своей деятельности. Особое внимание было уделено совершенствованию партийно-организационной базы консерватизма. Создание в 1907 г. официально оформленной, структурированной политической организации – Правицы народовой – было призвано упрочить позиции консервативных сил в обществе, найти поддержку в широких слоях населения, мобилизовать консервативный электорат во время выборов, повысить конкурентоспособность консерваторов в условиях демократизации политической жизни.
  2. В новых условиях политической борьбы «краковские консерваторы» позиционировали себя как общенациональная партия, считающая своим высшим приоритетом заботу об общем благе. Подчеркивалась заинтересованность консерваторов в повышении материального благосостояния населения, культурном и экономическом подъеме Галиции. Декларировалось стремление защищать религиозные ценности, сохранять польскую национальную идентичность, заявлялось о необходимости защиты интересов сельхозпроизводителей, городских слоев населения, выражалась готовность к сотрудничеству в развитии рабочего законодательства. «Правые» разъясняли достоинства консерватизма как конструктивного и полезного для общества идейно-политического направления, открытого к реформам, «здоровому прогрессу», позволяющего сочетать преобразования с сохранением традиций и польского национального наследия.
  3. Актуальными в условиях роста общественной напряженности «краковские консерваторы» считали традиционные для идеологии их партии принципы социального и национального мира в Галиции. Они выражали готовность к поиску взаимоприемлемого компромисса с украинскими политиками в деле расширения украинского национального представительства в краевых органах власти, противились антисемитизму. Консерваторы сохраняли приверженность принципу лояльности Габсбургам, выступали за консолидацию Австрии перед лицом внешних и внутренних угроз. К антиавстрийским политическим силам в Галиции «краковские консерваторы» относили прежде всего «москвофилов».
  4. Во внутрипартийном дискурсе рассматриваемого периода «краковские консерваторы» особое внимание уделяли сохранению значимой социально-экономической и политической роли польской шляхты. Они традиционно считали землевладельческую знать важным компонентом национального наследия поляков. При разработке проектов реорганизации краевых сельскохозяйственных обществ, реформы избирательной системы Галиции и реформы местного самоуправления консерваторы искали пути защиты интересов шляхты.
  5. Стремясь к расширению своего политического влияния в галицийском обществе в условиях демократизации, «краковские консерваторы» установили партнерские отношения с партиями леволиберального профиля – Польской крестьянской (людовской) и демократической. Завоевание новых политических союзников, модернизация партийно-организационной базы консерватизма, использование широкого арсенала средств в борьбе за голоса избирателей обеспечили «правым» успех на выборах в австрийский рейхсрат в 1911 г. Однако обновление политического курса имело и оборотную сторону. Отвечая на вызовы модернизации, «краковские консерваторы» настроили против себя своих традиционных союзников – «подоляков» и польское духовенство. Последние считали чрезмерными политические уступки украинцам, жесткой критике подвергалось сотрудничество «правых» с леволиберальными силами. «Краковских консерваторов» упрекали в потворстве радикализму, отступлении от прежних принципов партийной политики.
  6. Несмотря на глубокий кризис взаимоотношений «правых» со своими традиционными партнерами, они проявляли заинтересованность в восстановлении сотрудничества. Учитывая критику и корректируя свой политический курс, «правые», тем не менее, не отказывались от контактов с польскими демократами и умеренными людовцами.
  7. «Краковские консерваторы» внесли значительный вклад в выработку компромисса при решении одного из наиболее острых вопросов политической жизни Галиции накануне Первой мировой войны – о краевой избирательной реформе. Новый избирательный закон по своим основным параметрам отвечал принципиальным установкам «правых» на постепенную демократизацию региональной политической системы. «Правые» сумели убедить также своих восточногалицийских коллег в необходимости реформы местного самоуправления (гминная реформа), предполагавшей подключение шляхты к решению общих дел на местах совместно с крестьянством.
  8. Несмотря на гибкую в целом политику «краковских консерваторов», они занимали жесткую позицию в отношении польских национальных демократов. Разногласия между этими партиями касались прежде всего украинского вопроса. «Правые» обвиняли эндеков в крайнем национализме, в стремлении не к примирению, а к конфронтации с украинцами. Опасения консерваторов вызывали и попытки эндеции завоевать лидирующее положение в польском политическом лагере.
  9. Сохранение «краковских консерваторов» на политической сцене в начале ХХ в. стало возможным благодаря модернизации политики партии в современных условиях политической борьбы, проведению центристского курса, готовности к поиску компромисса с основными политическими силами галицийского общества. В существовании партии, снижавшей напряженность, нацеленной на поиск консенсуса, стремившейся к стабилизации обстановки в важном для империи регионе, были заинтересованы и центральные власти монархии Габсбургов.

Теоретическая и практическая значимость исследования. Материалы диссертации дают возможность расширить научные представления о путях и механизмах адаптации правящих элит к процессам модернизации, полнее описать феномен правых движений в социально-политической жизни, изучить механизмы управления общественными процессами в переходные эпохи, проследить связь между региональным и общенациональным патриотизмом. В конкретно-историческом плане результаты диссертационного исследования могут служить углублению знаний о государственной элите Австро-Венгрии, политической ситуации на польских землях монархии Габсбургов накануне Первой мировой войны.

Материалы исследования могут представлять интерес для специалистов по истории стран Центрально-Восточной Европы, политологов и правоведов, могут использоваться при подготовке научных трудов по истории Австрии, Польши и Украины, обобщающих работ по истории европейского консерватизма, а также общих и элективных курсов по истории стран региона.

Идеологию и политику «краковских консерваторов» можно рассматривать также в качестве ценного исторического опыта, из которого современным политикам следует извлечь уроки выработки взвешенного, цивилизованного подхода к регулированию межнациональных отношений; воспитания у населения таких качеств, как гражданственность и патриотизм; обеспечения территориальной целостности и единства страны;  поиска со всеми политическими силами консенсуса при решении общественно значимых задач; формирования продуманного отношения к преобразованиям, в том числе к различного рода новациям. Деятельность «краковских консерваторов» может служить примером социальной ответственности элиты за проводимую политику.

Источниковая база исследования. Использованные в диссертации исторические источники можно разделить на следующие комплексы:

1) документы политических партий: переписка и произведения политических деятелей, документация высших партийных органов, материалы периодической печати, проекты законодательных инициатив, финансовые документы партий;

2) документы органов власти и управления: служебная переписка, директивы наместничества с предписаниями местным властям, агентурные материалы полицейских служб, стенограммы заседаний австрийского парламента и краевого сейма Галиции;

3) материалы церковных деятелей: письма, дневники, выступления, официальные обращения и проекты посланий польского епископата Галиции, материалы церковной прессы.

Данная работа выполнена прежде всего на основе материала, который широко представлен в архивах Польши и Украины. Так, в Государственном архиве в Кракове большую ценность для нашего исследования имели документы так называемого «Дзиковского архива Тарновских»54. Среди них  сохранились источники, связанные с деятельностью Стронництва правицы народовой. В их числе протоколы заседаний руководящих органов партии, конспекты выступлений на различных собраниях ее председателя З.Тарновского, его же заметки по поводу тех или иных политических событий. Особый интерес для нас представляет обширная переписка З.Тарновского с политическими и общественными деятелями и личные письма (в частных письмах к супруге он тоже касался политических вопросов).

Не меньшую ценность для исследования имеют издания, хранящиеся в архиве Тарновских и касающиеся прежде всего официальных мероприятий, проводившихся Правицей народовой. Следует отметить, что большая их часть не сохранилась в публичных библиотеках.

Весьма полезным было знакомство с материалами фонда управления полиции в Кракове, который также является частью собраний Государственного архива55. Это донесения полицейских информаторов о различных политических событиях, осведомителей о состоянии межпартийных отношений и положении дел в политических партиях Галиции, а также свидетельства о настроениях в галицийском обществе в начале ХХ в.

Особого внимания заслуживают материалы фонда «краковского консерватора»  Я. Конопки, которые хранятся в г. Тарнове и являются составной частью собраний Государственного архива в Кракове56. Документация фонда Конопки еще не изучалась историками. Сохранилась переписка Конопки с партийными соратниками и доверенными лицами в период предвыборных кампаний. По ней удалось в деталях проследить деятельность «краковских консерваторов» во время выборов в краевой сейм Галиции и венский парламент. В материалах фонда сохранились также конспекты выступлений политика перед избирателями, дневниковые записи, сделанные по случаю проведения различных политических собраний. Большое значение для нашей работы имело знакомство с документами, связанными с разработкой проектов создания краевой сельскохозяйственной организации, которое «краковские консерваторы» рассматривали в качестве одного из наиболее приоритетных направлений своей политики в социально-экономической сфере.

Значительный комплекс первоисточников по теме настоящего исследования удалось обнаружить в рукописных собраниях библиотеки Ягеллонского университета в Кракове. Среди них наиболее важным для изучаемой проблематики оказался фонд наместника Галиции в 1908 – 1913 гг. «краковского консерватора» М. Бобжиньского. Он содержит тысячи писем от партийных соратников, других общественных и политических деятелей, чиновников различных уровней57. В фонде другого «краковского консерватора», В.Л. Яворского, обнаружены интереснейшие письма от самого М. Бобжиньского, которые еще не были введены в научный оборот58.

В архиве Польской Академии наук (ПАН) в Варшаве хранится достаточно обширное собрание материалов, связанных с жизнью и деятельностью В.Л. Яворского. Для исследования интерес представляла главным образом переписка и дневник автора, где затрагивались политические сюжеты начала ХХ в.59

Ценные источники по теме исследования выявлены в рукописных фондах библиотеки Оссолиньских, с микрофильмами которых автор имел возможность познакомиться в Национальной библиотеке в Варшаве. Полезными для работы были, в частности, воспоминания «краковского консерватора» А. Гурского о политической жизни Галиции начала ХХ в., переписка восточногалицийского консерватора В. Залеского, заметки консервативного деятеля из Восточной Галиции Т. Ценьского, а также дневниковые записи сторонника польской Национально-демократической партии А. Розвадовского60.

Более полно раскрыть отношения «краковских консерваторов» с другими политическими силами Галиции позволило знакомство с материалами из фондов их оппонентов, в частности, с документами фонда Я.Г. Павликовского, который был председателем польской Национально-демократической партии в Галиции (архив ПАН в Кракове)61. В собрании фонда имеется обширная переписка представителей этой партии, воззвания и обращения к избирателям и членам партии, резолюции различных форумов национальных демократов. В архиве ПАН в Кракове хранятся также воспоминания ряда деятелей этой партии. В нашей работе были использованы, в частности, мемуары С. Козицкого62.

Исключительно большое значение для исследования имели материалы церковных архивов Польши. Несмотря на, казалось бы, специфический характер подобных архивохранилищ, в них представлены ценнейшие источники по интересующей нас проблематике. Так, в «Архиве, библиотеке и музее львовской митрополии латинского обряда» (г. Краков) находится дневник архиепископа Ю. Бильчевского, в котором содержатся уникальные и пока еще мало использованные историками сведения о состоянии общественно-политической жизни в Галиции в начале ХХ в.63

В переписке епископа Ю.С. Пельчара (Главный архив Собрания служительниц священного сердца Иисуса, г. Краков)64 нашли отражение и вопросы, касающиеся политических отношений в Галиции. Следует отметить, что этот материал также не использовался историками. Интереснейший пласт документов, затрагивающих проблему реформы краевого избирательного законодательства Галиции в начале ХХ в., содержится в фондах кардинала А. Сапеги, являющихся частью собраний Архива митрополитарной курии в Кракове65. Среди  корреспонденции Сапеги имеются письма министра венского правительства В. Залеского по поводу указанной реформы, черновики ответных посланий Сапеги министру. В материалах фонда епископа обнаружены проекты официального ответа высшего римско-католического духовенства на просьбу «краковского консерватора» С. Тарновского изложить причины негативного отношения к избирательной реформе, подготовленной под руководством наместника Галиции М. Бобжиньского. Эти документы дают возможность, с одной стороны, ознакомиться со всей полнотой аргументации епископата, а с другой – проследить процесс работы над официальным ответом, который предполагалось вынести на обсуждение широкой общественности.

Значительно обогатило исследование изучение архивов на Украине, особенно документации Государственного исторического архива Украины во Львове. Так, в фонде наместничества Галиции ценную информацию удалось почерпнуть из донесений, посланий и отчетов представителей различных органов государственной власти66. В них содержатся сведения о митингах, собраниях разных политических партий, о политической ситуации на местах и характере общественных настроений, а также о ходе предвыборной борьбы. Здесь же сохранились материалы, касающиеся политики галицийского наместничества в период предвыборных кампаний. Ряд интересных источников по теме исследования был обнаружен в фонде А. Любомирского, который определенное время поддерживал «краковских консерваторов»67.

Архивные материалы библиотеки Украинской Академии наук им. Стефаника во Львове позволили составить представление о восприятии политических событий начала ХХ в. восточногалицийскими консерваторами («подоляками»). Соответствующие сюжеты достаточно полно отражены в письмах таких видных деятелей, как Д. Абрахамович и С. Стажиньский (фонд Залеских)68.  Там же находятся письма армянско-католического архиепископа Ю. Теодоровича и епископа А. Сапеги по поводу избирательной реформы, разработанной под руководством М. Бобжиньского (фонд Залеских), и пока еще не обработанные, а потому малодоступные исследователям материалы восточногалицийского консерватора В.Козловского69

. Среди документов, с которыми нам удалось познакомиться, особый интерес для работы представляли личные заметки Козловского, сделанные во время заседания консервативной фракции «Центр» (Centrum) по поводу реформы краевого избирательного законодательства, а также аналитическая записка о негативных сторонах установления так называемого «национального кадастра» для выборов в краевой сейм.

Если характеризовать привлеченные источники по видам, то первостепенное значение для нашей работы имела переписка. Ее информационная ценность является в данном случае исключительной по целому ряду оснований. Во-первых, переписка велась известными политическими и церковными деятелями, государственными чиновниками, от которых во многом зависел ход политического процесса не только в Галиции, но и на уровне центральных органов власти Австро-Венгрии. Во-вторых, изучение этой корреспонденции позволило выявить «закулисные» механизмы политических отношений и помогло составить более точное представление о мотивации политического поведения отдельных деятелей, действий политических партий, а также восстановить важные детали рассматриваемых событий. Ряд писем являются настолько объемными и порой весьма содержательными, что их использование дает возможность раскрыть концептуальные подходы отдельных политических и церковных деятелей к решению общественно значимых проблем, уяснить их позицию по тем или иным политическим вопросам.

Специального внимания заслуживают письма и донесения руководителей местных органов администрации, а также представителей полиции в краевую администрацию и лично наместнику. Содержание этих документов позволяет установить прежде всего формы и степень вовлечения властных структур в общественно-политическую жизнь Галиции. В частности, по материалам служебной переписки хорошо прослеживается характер вмешательства исполнительной власти в предвыборный процесс. В отчетах чиновников заключены ценные сведения о деятельности политических партий Галиции:  освещается ход партийных собраний, встреч политических деятелей с избирателями и почти дословно передается содержание  выступлений на них. Нередко донесения сопровождаются комментариями и выводами их составителей.

К специфическим формам отчетности можно отнести донесения полицейской агентуры. В них также содержится информация о ходе заседаний политических партий, о положении дел в политических организациях, о сотрудничестве и противоречиях между ними. Сопоставление различных документов позволяет сделать вывод о том, что агентурные материалы использовались при составлении официальных отчетов и донесений в вышестоящие органы власти. Информация осведомителей самым серьезным образом учитывалась высшими должностными лицами края. 

В отдельную видовую группу материалов следует выделить произведения политических и церковных деятелей: воспоминания и дневники, научные и публицистические труды, брошюры, доклады, речи и конспекты публичных выступлений, аналитические записки, официальные обращения епископата и их черновые варианты. В работе были использованы воспоминания «краковских консерваторов» М.Бобжиньского70, Л.Билиньского71 и А. Гурского72, крестьянских лидеров В. Витоса73 и Я.Стапиньского74, представителей польской национальной демократии С.Грабского75, С. Гломбиньского76 и С. Козицкого77, лидера галицийских социалистов И. Дашиньского78. Наиболее ценными для исследования оказались мемуары М. Бобжиньского, в которых достаточно полно освещаются события, происходившие в общественно-политической жизни Галиции накануне Первой мировой войны.

Большое значение для исследования имели дневники и различного рода дневниковые записи, прежде всего дневник львовского архиепископа Ю.Бильчевского, пока еще редко используемый в исторических исследованиях. Сведения, отраженные в этом документе, позволяют с большой долей достоверности реконструировать позицию руководства римско-католической церкви Галиции по основным проблемам общественно-политической жизни края в рассматриваемый период.

Не менее ценная информация представлена в дневниковых  записях галицийских консерваторов, в частности, в заметках «краковского консерватора» Я. Конопки о собраниях руководства «краковских консерваторов», заседаниях сеймовых комиссий по поводу реформы выборов в краевой сейм. В них были зафиксированы основные тезисы участников дискуссии и ход их обсуждения. Близкими по форме, хотя и не столь полными по содержанию, являются заметки восточногалицийского консерватора В. Козловского о заседаниях сеймовой фракции «Центр», посвященных избирательной реформе в Галиции. В заметках председателя партии «краковских консерваторов» З. Тарновского, касающихся встречи с помещиками во Львове, изложены  обсуждавшиеся на ней вопросы и личное отношение автора к ним.

Важным источником послужили тексты публичных выступлений политиков и церковных деятелей в австрийском парламенте, галицийском сейме и на различных собраниях, тезисы лекций. В материалах данной направленности находили отражение официальная позиция партий по тем или иным вопросам, идеологические принципы и взгляды политических и церковных деятелей, с которыми они хотели познакомить своих единомышленников и широкую общественность. Нередко подобные выступления носили пропагандистско-агитационный характер, поэтому их изучение позволяет выявить акценты, которые, по мысли ораторов, помогали представить партию перед потенциальными избирателями в более выигрышном свете. Кроме того, источники передают настроение, переживания выступающих, что также является ценным для анализа психологической атмосферы, сопутствовавшей политическим событиям. 

Апробация работы. Диссертация обсуждена и рекомендована к защите на заседании кафедры истории Института переподготовки и повышения квалификации преподавателей гуманитарных и социальных наук МГУ имени М.В. Ломоносова и заседании кафедры истории южных и западных славян МГУ имени М.В. Ломоносова.

Результаты исследования отражены в монографии «Между политикой и моралью: краковские консерваторы в начале ХХ в.», изданной в 2006 г. в Перми, а также в ряде других работ, увидевших свет в 1990 – 2009 гг. Общий объем публикаций по теме исследования составляет 34 п.л.

Основные выводы и положения диссертации изложены в докладах и сообщениях на международных конференциях по консерватизму (Пермь, 1993, 1995 гг.), на международной конференции «Профессор С.А. Никитин и его историческая школа» (Москва, 2001 г.), на международной конференции «Россия в ХХ – ХХI веках: долгое возвращение в Европу?» (Пермь, 2005 г.), на региональной научной конференции «Консерватизм на Западе и в России» (Пермь, 2005 г.), на международной конференции «Классический университет в российском образовательном пространстве» (Пермь, 2006 г.), на международном научном коллоквиуме «Библия, христианство, nationes и национализм в истории Европы. Х – ХХ вв.» (Москва, 2006 г.), на всероссийской научной конференции «Политические и интеллектуальные сообщества в сравнительной перспективе» (Пермь, 2007 г.), на научном заседании Института истории права Варшавского университета (1995 г.), в научном семинаре академика Ю. Бардаха (Варшава, 1996 г.), а также в научном семинаре кафедры истории политической мысли в Ягеллонском университете (Краков, 2003 г.).

Материалы диссертации использовались автором при разработке и чтении курсов по истории южных и западных славян, политической истории стран Восточной Европы.

Структура диссертации соответствует целям и задачам исследования. Работа состоит из введения, четырех глав, заключения, списка источников и литературы, списка условных сокращений.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во Введении обосновывается актуальность темы, освещается историография проблемы, формулируются цель и задачи исследования, определяются его объект и предмет, показывается новизна, научно-практическая значимость работы, характеризуется ее методологическая основа и источниковая база.

Первая глава диссертации – «“Краковские консерваторы” в эпоху общественно-политических перемен в монархии Габсбургов на рубеже XIX и ХХ в.». В первом параграфе главы дается общая характеристика ситуации в Галиции в конце XIX – начале ХХ в. Отмечается, что в результате разделов Речи Посполитой в XVIII в. из отошедших к Австрийской империи земель была образована провинция, названная «Королевством Галиции и Лодомерии». Эта территория была включена в состав так называемых австрийских наследственных земель. Галиция являлась самым крупным по площади «коронным краем», численность населения провинции к началу ХХ в. составляла более 8 млн жителей. В 1860 – 1870-е гг. Галиция приобрела особые привилегии в политико-административной сфере, что благотворно сказалось на развитии самоуправления, польской национальной культуры, образования и науки. Польская консервативная элита стала органической частью политического истеблишмента монархии Габсбургов. 

В диссертации обращается внимание на то, что, несмотря на достижения в политической и культурной сферах, Галиция заметно отставала от других регионов монархии и соседних польских территорий по социально-экономическим показателям.  Для края были характерны бедность населения, аграрная перенаселенность, недостаточная промышленная освоенность территорий, продовольственные трудности. Все более напряженными к началу ХХ в. становились межнациональные отношения в Галиции. Поляки являлись основным этносом в крае (около 45 %), весьма многочисленными были также украинцы (около 43 %) и евреи (11 %). Причем украинцы составляли большинство населения в Восточной Галиции, а евреи как численно, так и экономически занимали весомое положение во многих городах провинции. Обострению межэтнических противоречий способствовало развитие националистических движений, все более укреплявших свои позиции в многонациональном регионе.

Другим источником напряжения в Галиции являлась недемократичная избирательная система, которая обеспечивала преобладание в краевом сейме представителей зажиточных слоев, и прежде всего шляхты. Злоупотребления в ходе выборов также вызывали многочисленные нарекания со стороны оппозиционных сил. В работе обращается внимание на привилегированный статус шляхты и в органах местного самоуправления.

В параграфе дается краткая характеристика основных политических сил в Галиции рубежа XIX и XX в., в том числе польских консервативных течений, выявляются общие и особенные черты «краковского» и «подольского» направлений в польском консерватизме.

Во втором параграфе характеризуются основные тенденции политического развития Австрии накануне Первой мировой войны. Описываются причины и последствия введения всеобщего избирательного права в случае выборов в австрийский парламент (рейхсрат), отмечаются повышение интереса избирателей к предвыборному процессу, успех массовых политических партий на выборах, существенное сокращение доли дворянства в парламенте. Дается общая характеристика особенностей функционирования австрийского парламентаризма в рассматриваемый период. Показывается заинтересованность «краковских консерваторов» в стабилизации политической обстановки в стране.

Третий параграф первой главы посвящен анализу идейно-политических представлений «краковских консерваторов» в начале ХХ столетия. Обращается внимание на стремление представителей нового поколения партии модернизировать социально-экономическую программу консерваторов, провести административную реформу и реформу местного самоуправления.

В диссертации отмечается, что поражение на выборах в венский парламент в 1907 г. было воспринято «краковскими консерваторами» как тревожный сигнал, ставивший под угрозу сохранение их политического влияния как в регионе, так и в монархии в целом. Критическая ситуация способствовала активизации усилий консерваторов по модернизации идеологии и политики партии в соответствии с требованиями времени. Результатом их действий стало создание в сентябре 1907 г. официально оформленной политической организации «краковских консерваторов» – Стронництва правицы народовой (партия национальных правых сил).

Ее лидеры рассчитывали сформировать крупномасштабную политическую партию и рассматривали Правицу как важный инструмент борьбы за голоса избирателей в условиях демократизации жизни общества. Большое значение в деле укрепления влияния партии придавалось консервативной идеологии. Руководители Правицы, прежде всего В.Л.Яворский, размышляли над тем, как сделать привлекательными и популярными идеи консерватизма. Востребованными в современном обществе, как им казалось, были идеи социального мира и сотрудничества, солидарности польского политического лагеря, осуждения классовой и межнациональной ненависти. «Краковские консерваторы» проявляли готовность к взаимодействию и компромиссам с другими общественно-политическими движениями, были согласны идти на сотрудничество и уступки своим партнерам. Они стремились представить консерватизм как реформистскую силу, нацеленную лишь против непродуманных и поспешных решений, против разрушения позитивного наследия прошлого.

В диссертации проанализированы основные приоритеты «краковских консерваторов» в области реформирования галицийского общества в начале ХХ в. К ним относились преобразования в сфере избирательного законодательства, местного самоуправления и аграрных отношений. Проблема разработки реформы выборов в краевой сейм Галиции признавалась наиболее острой. «Краковские консерваторы» были противниками ликвидации куриальной системы выборов. Подробно анализируются их аргументы в пользу сохранения данной системы. Однако, идя навстречу политике центрального правительства, «краковские консерваторы» согласились на существенную демократизацию избирательного законодательства, регулирующего выборы в венский парламент. Что же касается избирательной системы, предусмотренной для выборов в галицийский сейм, то они отвергали предложения реформировать ее по общеавстрийскому образцу и допускали лишь определенную модификацию этой системы в направлении демократизации. Деятели Правицы отстаивали необходимость сохранения ряда гарантий для помещиков и других зажиточных слоев населения, что позволило бы оказывать политическим представителям этих социальных групп существенное влияние на выработку краевой политики. Установление принципов всеобщего и равного избирательного права в Галиции было неприемлемым для консерваторов и с точки зрения обеспечения польских национальных интересов. Они считали, что в этом случае из восточных районов Галиции в сейм попадут лишь представители украинцев, которые смогут там составить большинство.

В исследовании отмечается, что «краковским консерваторам» к 1913 г. удалось добиться выработки компромиссного варианта избирательной реформы, который, с одной стороны, расширял политические права граждан, предусматривал определенные уступки национальным требованиям украинцев, а с другой – сохранял куриальную систему выборов, численный состав курии крупных собственников, обеспечивал незначительное, но все же преобладание в будущем сейме депутатов от цензовых курий и «вирилистов» (депутатов, заседавших в сейме не по выбору, а по занимаемой должности). Избиратели сельской курии, платившие прямые налоги, получали дополнительный голос на выборах. «Краковские консерваторы» добились также обеспечения польского национального меньшинства, установив гарантированное количество мандатов в тех регионах Восточной Галиции, где преобладало украинское население.

В целях нейтрализации негативных последствий демократизации избирательного законодательства для экономики и финансов Галиции «краковские консерваторы» сумели добиться согласия других политических сил на создание Краевой счетной палаты. Идея образования подобного органа была тесно связана с избирательной реформой. Консерваторы опасались, что новый сейм, избранный на основе более демократических принципов, станет нерационально расходовать общественные финансы края. Учреждение счетной палаты и было призвано воспрепятствовать неразумному использованию денежных средств из краевых фондов.

Особое значение «краковские консерваторы» придавали реформе местного самоуправления (гминной реформе). Они добивались объединения так называемых «помещичьих территорий» (бывших фольварков) с сельскими гминами (низовыми административно-территориальными единицами) в одно административное целое. Эта реформа должна была смягчить противоречия между помещиками и крестьянством, привлечь финансовый, образовательный и культурный потенциал шляхты к решению проблем села. Накануне Первой мировой войны «правым» удалось убедить восточногалицийских консерваторов, прежде возражавших против  реформы, в необходимости осуществления преобразований в сфере местного самоуправления.

Установлено, что «краковские консерваторы» были обеспокоены высокими темпами парцелляции помещичьих земель. Одной из своих главных задач они считали защиту среднепоместных хозяйств, наиболее подверженных парцелляционным процессам.

В диссертации рассматриваются планы «краковских консерваторов» по объединению всех земледельцев в общекраевую сельскохозяйственную организацию. Создание подобной структуры позволило бы поставить под контроль шляхты финансовые субвенции, поступавшие из центральных государственных фондов для поддержки сельскохозяйственного производства в Галиции. Посредством этой организации «правые» намеревались способствовать финансовому укреплению крупной и средней помещичьей собственности. При соответствующей конструкции органов управления  этой организацией предполагалось обеспечить консерваторам возможность существенного влияния на выработку аграрной политики в крае.

В том же параграфе освещаются взгляды «краковских консерваторов» и на национальный вопрос. Отмечается, что в связи с ростом национальных движений в Галиции на рубеже XIX и XX в. эта проблематика стала занимать все большее место в их идеологии и политической практике. Автор указывает на дифференцированную позицию «правых» в отношении политических течений, распространенных в среде украинцев. Они негативно воспринимали так называемых «русофилов» – сторонников концепции этнической и культурной близости галицких украинцев (по терминологии того времени – «русинов») с русским народом. Несмотря на поддержку по тактическим соображениям представителей этого течения наместником Галиции, «краковским консерватором» А. Потоцким в ходе выборов в краевой сейм в 1908 г., а также на позитивное отношение нового наместника, «краковского консерватора» М. Бобжиньского, к умеренному крылу «русофилов», основным вектором в политике «правых» было сотрудничество с деятелями Украинской национально-демократической партии, отстаивавшими идею существования отдельного украинского народа на территории от Карпат до Кавказа и демонстрировавшими враждебное отношение к России. Это сотрудничество отвечало геополитическим интересам правящих кругов Австро-Венгрии, связанным, с одной стороны, с сохранением целостности государства, а с другой – с получением поддержки украинцев в случае возникновения вооруженного конфликта с Россией. Однако обращается внимание на то, что уступчивость «краковских консерваторов» в удовлетворении политических требований украинских лидеров имела свои пределы.

В диссертации рассматривается также отношение «правых» к галицийским евреям. Отмечается, что деятели Правицы были противниками антисемитизма и стремились противодействовать распространению антисемитских настроений в польском обществе. В ходе предвыборных кампаний они активно сотрудничали с еврейскими политическими и религиозными кругами, рассчитывая на поддержку избирателей еврейской национальности. Вместе с тем «краковские консерваторы» были негативно настроены к представителям еврейского национализма, «сионистам», и пытались ослабить их политическое влияние.

В четвертом параграфе исследуются проблемы партийного строительства и предвыборной деятельности «краковских консерваторов» в начале ХХ в. Если раньше партия «краковских консерваторов» являлась неформальным политическим объединением единомышленников, то в 1907 г. она стала официально оформленной политической организацией – Правицей народовой. Значительную финансовую поддержку развитию партии на новых принципах оказали представители польской аристократии и предприниматели. «Краковские консерваторы» рассматривали эту структуру как дополнительный инструмент укрепления своего влияния в обществе, мобилизации консервативного электората на выборах в представительные учреждения. Несмотря на трудности, связанные с массовым привлечением в ряды партии сторонников консервативных идей, «правые» считали необходимым продолжать работу по развитию своей организации.

Автор обращает внимание на то, что «краковские консерваторы» понимали значение средств массовой информации в условиях демократизации общественной жизни. Для укрепления позиций в этой сфере они осуществляли модернизацию своей партийной прессы, старались использовать различные возможности для распространения влияния на другие периодические издания.

В диссертации детально исследовано участие консерваторов в предвыборных кампаниях. Отмечается большое значение «административного ресурса» для продвижения консервативных кандидатур. Администрация Галиции оказывала финансовую, информационную и политическую поддержку «краковским консерваторам» в период выборов. В случае необходимости деятели Правицы использовали свое влияние в центральных органах власти для достижения предвыборных целей. Тем не менее, по мнению автора, использование «административного ресурса» было важным, но не единственным условием победы.

Консерваторы принимали во внимание и многие другие факторы избирательного процесса. Нужно было учитывать настроения в округе, оказывать воздействие на общественное мнение, и не только с помощью административных рычагов. Для победы на выборах требовалась и личная инициатива кандидатов. «Краковские консерваторы» стремились привлечь на свою сторону наиболее влиятельных деятелей в регионах, которые по своим каналам могли оказать нужное воздействие на избирателей. Исход выборов для «правых» и их сторонников зависел также от авторитета местных властей. Существенное значение для «правых» имело отношение к их кандидатам польского духовенства. Прямое противодействие священников консерваторам в период предвыборных кампаний могло серьезно ослабить влияние Правицы. Общий политический фон также мог способствовать или увеличению, или, наоборот, уменьшению шансов избрания консервативных кандидатов.

На результаты выборов существенно влияли и изменения в избирательном законодательстве, которые устанавливали новые правила борьбы за голоса избирателей, например, в 1907 г., когда был принят более демократичный избирательный закон для выборов в венский парламент. Похожая ситуация складывалась накануне выборов в краевой сейм Галиции, которые должны были пройти летом 1914 г. на основе нового избирательного закона.

Исходя из сказанного, в работе делается вывод о том, что связи консерваторов с властными структурами края и центральным правительством не давали гарантий «предсказуемости» результатов выборов. Только использование всех средств избирательной борьбы, формирование благоприятного политического фона могли принести успех на выборах. Существенным фактором обеспечения удачной предвыборной кампании было также заключение соглашений с другими политическими силами.

Вторая глава диссертации – «Взаимоотношения “краковских консерваторов” и других польских партий в Галиции».

В первом параграфе рассматривается взаимодействие «краковских консерваторов» и крестьянского (людовского) движения. Обращается внимание на то, что с ростом популярности и значения массовых партий консервативные лидеры все чаще стали задумываться над возможностью установления партнерских отношений с одной из наиболее перспективных политических сил Галиции – Польской крестьянской партией (ПКП). После успеха на выборах в венский парламент в 1907 г. лидер людовского движения Я. Стапиньский также стал искать сближения с «краковскими консерваторами», поскольку оно открывало ПКП путь во властные структуры различных уровней и обещало укрепить финансовое положение партии. В работе исследуется сотрудничество этих сил во время предвыборных кампаний, анализируются интересы каждой из сторон в ходе их взаимодействия. В целях удержания нового союзника в фарватере своей политики «правые» оказывали людовцам финансовое содействие, способствовали интеграции крестьянских деятелей в чиновничье-административный аппарат Галиции, учитывали позицию лидера партии Я.Стапиньского при проведении кадровой политики в регионе.

В диссертации отмечается, что это сотрудничество вызывало неодобрение у некоторых «краковских консерваторов» и в среде самих людовцев. Например, деятель Правицы Х. Тарновский считал, что взаимодействие с руководителем ПКП подрывает моральный имидж партии. В крестьянском же движении Я. Стапиньского обвиняли в отходе от принципов людовского движения, требовавших проведения решительной борьбы с консерваторами. В работе подробно описано содержание этих дискуссий. Тем не менее в течение ряда лет как деятели Правицы (особенно В.Л.Яворский), так и руководители ПКП были заинтересованы в поддержании тесного взаимодействия, хотя для «краковских консерваторов» это партнерство обернулось значительными морально-политическими издержками. После отставки в 1913 г. с поста наместника Галиции лидера «краковских консерваторов» М. Бобжиньского, под давлением шляхты и польского епископата, оппозиционно настроенных в самой партии руководство Правицы пошло сначала на ограничение отношений с Я.Стапиньским, а затем на их разрыв. Тем не менее большая политическая значимость людовского движения как в крае, так и в империи, заставляла «краковских консерваторов» искать контакты с более умеренными крестьянскими политиками, не замешанными в коррупционных скандалах. В качестве такого партнера лидерам «правых» представлялась Польская крестьянская партия «Пяст».

Во втором параграфе рассматриваются взаимоотношения «краковских консерваторов» и польских либералов. Отмечается, что в условиях укрепления позиций популярных в народе партий и, соответственно, ослабления позиций консервативных группировок руководство Правицы проявляло заинтересованность в сближении с политическими силами, которые в силу политических соображений также нуждались в сотрудничестве с «краковскими консерваторами». Уже в 1907 г. один из лидеров партии, З. Тарновский, рассматривал польских либералов в качестве потенциальных союзников Правицы. Большие надежды на установление сотрудничества с либералами возлагал М. Бобжиньский. Консерваторы позитивно воспринимали противоречия между либералами и их союзниками – польскими национальными демократами (эндеками). Они надеялись, что раскол коалиции станет предпосылкой сближения либералов с Правицей. Это отражалось на партийной прессе «правых», в которой становились все более заметными сбалансированные оценки и благожелательные высказывания в адрес либеральных политиков. Политические интересы Правицы заставляли смягчать отношение к либералам и В.Л. Яворского, прежде весьма критически настроенного к ним.

В работе обращается внимание на то, что в 1911 г. «краковские консерваторы» и польские либералы договорились взаимодействовать на выборах в венский парламент. Заключению предвыборного соглашения способствовала необходимость совместного противодействия эндекам, а также близость позиций сторон в отношении к украинскому вопросу. Обе партии проявляли готовность идти на уступки украинским национальным демократам, касающиеся политических требований.

В диссертации анализируются и противоречия, имевшие место в отношениях между консерваторами и либералами.  Они возникали в ходе выборов, а также при подготовке реформы краевого избирательного законодательства. Автор отмечает, что было нелегко согласовать консервативные подходы пусть даже умеренных «правых» с требованиями либералов относительно избирательной реформы. «Краковские консерваторы» не чувствовали должной поддержки либеральных лидеров при проведении уже согласованного законопроекта в период, когда стало известно о неприятии проекта реформы польским епископатом.

Несмотря на противоречия, польские либералы и «краковские консерваторы» продолжали проявлять заинтересованность в сохранении сотрудничества. В руководстве Правицы в 1913–1914 гг. относились к либеральной партии как самому близкому политическому союзнику. Этому сближению способствовали, с одной стороны, эволюция либеральных сил в сторону принятия умеренного политического курса, а с другой –модернизационные процессы и в партии «краковских консерваторов».

В третьем параграфе освещаются взаимоотношения «краковских консерваторов» и польских социалистов. Автор отмечает, что «правые» были последовательными противниками социалистической идеологии. Они отрицали революционные методы преобразований, называли социалистов антинародной партией, сеющей классовую ненависть, ослабляющей национальную солидарность перед лицом внешних угроз.

В диссертации обращается внимание на то, что польские социалисты в течение долгого времени выступали за отстранение консерваторов от власти. Однако с 1908 г. тактика социалистов претерпела некоторые изменения. Руководители партии стали воздерживаться от конфронтации с администрацией края, во главе которой в 1908 – 1913 гг. стоял «краковский консерватор» М. Бобжиньский. Эти перемены объяснялись нежеланием создавать напряженность в отношениях с властями Галиции в ситуации, когда после русской революции 1905 – 1907 гг. здесь нашли пристанище многие деятели польского социалистического движения из России, в том числе Ю. Пилсудский. Однако, несмотря на наметившееся изменение в отношении социалистов к властям, в период наместничества Бобжиньского социалистам запрещалось проводить собрания, если власти подозревали, что они будут использованы для пропаганды революционных идей. Некоторые «правые», как и прежде, продолжали выражать заинтересованность в ослаблении политических позиций социалистов. Условием ослабления их идейного влияния в польском обществе консерваторы считали решение социальных проблем рабочего класса.

В четвертом параграфе рассматриваются взаимоотношения «краковских консерваторов» и польских национальных демократов (эндеков). Отмечается, что с самого начала деятельности национальных демократов в Галиции «краковские консерваторы» стали воспринимать их как серьезных политических конкурентов. На страницах консервативной печати обращалось внимание на опасность распространения националистических идей в польском обществе. Консервативные публицисты с тревогой указывали на существование в лоне эндеции конспиративных структур (Национальная лига), упрекали эндеков в радикальном характере их политической тактики. Тем не менее негативное отношение к этому движению не исключало возможности взаимодействия «краковских консерваторов» и эндеции в решении вопросов, представлявших взаимный интерес, например, координации действий на  выборах в 1907 г. Обе стороны были заинтересованы в проведении как можно большего числа польских кандидатов в венский парламент.

Укрепив свои политические позиции в результате выборов в австрийский парламент в 1907 г., национальные демократы стали предпринимать попытки вытеснения «краковских консерваторов» с политической сцены. Несмотря на понимание стратегических целей эндеции, лидер «краковских консерваторов» М. Бобжиньский в первые годы своего пребывания на посту наместника Галиции старался проводить корректную политику в отношении национальных демократов и надеялся на возобладание умеренных сил в политическом лагере эндеции. Однако сдерживать углубление противоречий между партиями удавалось недолго.

Одной из причин усиления их конфронтации было расхождение в отношении к украинскому вопросу. «Краковские консерваторы» упрекали своих оппонентов в разжигании межнациональной розни в Галиции. М.Бобжиньский был убежден, что пропаганда идей крайнего национализма, ненависти и борьбы с украинцами разрушает национальный мир в крае и сводит на нет все конструктивное, что создавалось в сфере межнациональных отношений на протяжении веков многими поколениями поляков. Национальные демократы, в свою очередь, обвиняли М.Бобжиньского в неоправданных уступках украинцам, ущемлявших интересы польского населения в восточной части края.

В работе обращается внимание на то, что, несмотря на конфликтный характер отношений со своими оппонентами, руководители эндеции накануне очередных выборов не раз предлагали «краковским консерваторам» заключить предвыборное соглашение, учитывая их политический вес в краевой администрации. Однако эти обращения не находили поддержки «правых», понимавших временный, тактический характер действий эндеции. Кроме того, «краковские консерваторы» обвиняли национальных демократов в пророссийских симпатиях.

Автор отмечает, что одной из своих главных задач эндеция считала раскол польского консервативного лагеря и старалась привлечь на свою сторону прежде всего восточногалицийских консерваторов. Национальные демократы пытались посеять раздоры и в среде самой Правицы. Руководители партии признавали эффективность действий эндеции по ослаблению политических позиций «краковских консерваторов», с тревогой наблюдали за усилиями эндеков по распространению своего влияния среди помещиков в центральных и западных областях края. Беспокоило стремление нового наместника Галиции, их политического соратника В. Корытовского нормализовать отношения с эндецией и дистанцироваться от Правицы. Для давления на наместника они использовали рычаги центрального правительства.

Исследуя противоборство «краковских консерваторов» и национальных демократов в политической публицистике, автор подробно освещает полемику между лидером эндеции Р. Дмовским и видным «краковским консерватором» В.Л. Яворским. В работе отмечается, что идеолог национальных демократов доказывал полную несостоятельность, вырождение польского консерватизма. Он считал консерваторов неспособными решать современные задачи польского общества, упрекал их в непонимании новых политических реалий, связанных с развитием идеологии и практики национализма в Европе. Р. Дмовский заявлял, что единственной целью консерваторов стало лишь удержание власти, в том числе путем коррупции и заключения союзов с морально «нечистоплотными» политиками. Отвечая на критику, В.Л. Яворский называл сомнительной с моральной точки зрения пропаганду национализма, осуждал разжигание и поощрение межнациональной борьбы, антисемитских настроений. Консерватор считал невозможным воспрепятствовать развитию украинской нации, был убежден в необходимости урегулирования польско-украинских отношений при условии уважения прав украинцев и одновременно укрепления «польского элемента» в Восточной Галиции. Политик указывал на то, что поляки должны понимать, что они живут не в своем национальном государстве, а в австрийском, и что в отношениях с украинцами им следует руководствоваться прежде всего интересами австрийского государства и династии. Яворский признавался в недооценке консерваторами политического значения  работы в широких массах и позднем создании политической организации современного типа. Однако он считал, что популярность и доверие следует завоевывать, работая в поветовых (уездных) советах, сельскохозяйственных обществах, других объединениях и организациях, а не путем разжигания политической и национальной ненависти.

Исходя из всего сказанного делается вывод о том, что польские национальные демократы показали себя серьезными противниками «правых». Хотя «краковским консерваторам» в 1914 г. и удалось принять действенные меры по изменению политического дисбаланса в благоприятную для себя сторону, в стратегическом плане это противостояние показало, что национальная демократия обладала серьезным политическим потенциалом и являлась реальным претендентом на власть в крае.

Третья глава диссертации – «“Краковские” и “подольские” консерваторы: углубление противоречий».

В первом параграфе отмечается, что «краковские консерваторы» стремились вовлечь в процессы партийного строительства и своих традиционных союзников – «подольских консерваторов» («подоляков»). В течение ряда лет они призывали «подольскую группу» создать на востоке Галиции политическую структуру, аналогичную Правице народовой. «Краковских консерваторов» серьезно беспокоила возможность потери своей традиционной социальной базы – помещиков. Отсутствие у «подоляков» политической организации создавало благоприятные условия для деятельности их конкурентов – национальных демократов – среди польской шляхты в восточной части Галиции. Отсутствие же на востоке края хорошо организованной консервативной структуры препятствовало координации политики «правых» с действиями «подоляков». Они считали также, что организационная инертность восточногалицийских консерваторов затрудняла «любую масштабную работу в консервативном духе» и делала практически невозможной пропаганду консервативных принципов.

В диссертации указывается, что «правые» стремились сплотить консервативные силы в представительных органах власти. М. Бобжиньский прилагал усилия по консолидации консерваторов в краевом сейме Галиции, избранном весной 1908 г. В конечном счете ему удалось создать консервативную фракцию, объединившую значительную часть консервативных политиков. Бобжиньский надеялся, что это объединение будет способствовать постепенному сближению позиций «западных» и «восточных» консерваторов. Однако часть консервативных политиков, таких как В. Козловский, В. Чарторыский, Т. Ценьский, не вошли в единую фракцию, демонстрировали оппозиционность по отношению к Правице и в том же духе стремились влиять на других «подоляков». Автор обращает внимание на то, что среди «подольских консерваторов» были сторонники сотрудничества с эндеками, что вызывало недовольство «правых».

В работе отмечается, что выборы в австрийский парламент в 1911 г. привели к обострению противоречий в польском консервативном лагере. Недовольство «подоляков» было связано с поражением одного из деятелей этого направления – С. Стажиньского. Вину за это они возлагали на наместника М. Бобжиньского, который не оказал поддержки С.Стажиньскому во время выборов. Однако, по мнению автора, в среде «подольских консерваторов» не было единства мнений. Критическую позицию в отношении С. Стажиньского занимал авторитетный представитель этого течения Д. Абрахамович. Он был противником союза с эндеками и критиковал деструктивное поведение некоторых своих соратников в период выборов в 1911 г.

В диссертации прослеживается развитие дезинтеграционных процессов в консервативном лагере после выборов 1911 г. Указывается на образование нового консервативного объединения под названием «Центр», оппозиционного «краковским консерваторам», особенно в части уступок украинцам. Автор указывает на опасения восточногалицийских помещиков, возникающие по поводу роста националистических настроений в среде украинского крестьянства, служивших дополнительным фактором мобилизации крестьянских масс в борьбе с крупными собственниками земли, как правило, поляками по происхождению. «Подоляки» были менее уступчивы в украинском вопросе, чем «краковские консерваторы», стремившиеся к преодолению польско-украинских противоречий.

Во втором параграфе анализируются подходы «краковских» и «подольских» консерваторов к реформе краевого избирательного законодательства. Отмечается, что разногласия по этому вопросу еще более ухудшали отношения между консервативными группировками. «Подольским консерваторам» изначально не нравилась идея увеличения числа депутатов, избираемых путем всеобщего голосования. Указывается на отрицательное отношение «подоляков» к идее предоставления украинцам значительного количества мандатов в сейме. В исследовании подробно анализируются аргументы восточногалицийских консерваторов против учреждения так называемого «национального кадастра» для выборов в краевой сейм. Эта система предполагала выделение избирательных округов и распределение мандатов таким образом, чтобы тому или иному народу гарантировалось определенное количество мест в представительных органах власти. «Подоляки» были убеждены в том, что принятие «кадастра» укрепит влияние украинских националистов, усилит этническое размежевание и приведет к расколу в Галиции. Угроза виделась также в ослаблении польского влияния не только в самом регионе, но и в империи в целом.

Все эти соображения, полагает автор, заставляли «подольских консерваторов» выступать по вопросам избирательной реформы порой более непреклонно, чем это делали эндеки,  которые даже просчитывали варианты воздействия на «подоляков» с целью склонить их к компромиссному проекту польских партий в конце 1912 г.

В диссертации обращается внимание на то, что особенно решительно против проекта избирательной реформы, разработанного М. Бобжиньским, выступали представители «Центра». Они оказывали давление и на других «подольских консерваторов» в этом вопросе. В результате большинство «подоляков» отказались поддержать реформу из-за «чрезмерных» уступок украинцам. Наиболее существенные разногласия в польской партийной среде по поводу избирательной реформы были связаны с вопросом о численном представительстве украинцев в сейме. Проект Бобжиньского предусматривал предоставление украинцам около 27 % мандатов. Поскольку украинцы составляли 43 % общей численности населения Галиции, предоставление 27 % мест в сейме расценивалось ими как несправедливость по отношению к украинскому народу. Тем не менее восточногалицийские консерваторы считали такой процент мандатов для украинцев завышенным и неприемлемым.

В исследовании отмечается, что среди «подоляков» были сторонники реформы, разработанной М. Бобжиньским (Д. Абрахамович, В. Чайковский, В. Залеский), однако они не сумели предотвратить срыва принятия нового избирательного закона весной 1913 г.

Автор скрупулезно исследует обстоятельства, заставившие оппозиционно настроенных к реформе консерваторов пойти на компромисс и принять за основу нового законопроекта принципы, предложенные еще в проекте М. Бобжиньского. Отмечается, что новый избирательный закон был принят при участии «краковских консерваторов», которые, однако, высказывали критические замечания по поводу его окончательной редакции. Главным недостатком закона «правые» считали обеспечение в будущем сейме численного перевеса депутатов, избранных всеобщим и равным голосованием, и называли такую конструкцию отходом от консервативных принципов.

После принятия нового избирательного закона напряженность между «краковскими» и «подольскими» консерваторами сохранялась. Однако деятели Правицы выступали за необходимость улучшения отношений со своими традиционными партнерами. По одному вопросу даже наметилась общность подходов «восточных» и «западных» консерваторов, а именно их позитивное отношение к Польской крестьянской партии «Пяст».

Четвертая глава диссертации – «Конфликты и сотрудничество “краковских консерваторов” с польским епископатом Галиции».

В первом параграфе отмечается, что римско-католическая церковь занимала прочное положение на польских землях Австро-Венгрии и оказывала сильное влияние в помещичье-консервативных кругах. Католическая вера и уважение к церкви являлись важнейшими ценностями в идеологии консерваторов. Католицизм для консерваторов выступал антитезой социалистическим идеям и представлял собой неотъемлемую часть национального наследия поляков. В сфере политической практики они провозглашали курс на усиление в народе чувства преданности костелу и христианской вере.

Автор обращает внимание на то, что священники оказывали консерваторам поддержку в период избирательных кампаний, некоторые из них даже вступили в Правицу народову. Консерваторы постоянно контактировали и с высшим церковным духовенством. Консервативные политики нуждались в поддержке церкви как в самом крае, так и в австрийском парламенте. Епископат со своей стороны был также заинтересован в этих контактах. Пользуясь влиянием в краевой администрации Галиции, консерваторы оказывали содействие церкви в решении многих ее вопросов, в том числе финансового характера.

В диссертации отмечается, что духовенство и консерваторы испытывали общую тревогу по поводу демократизации политической жизни. Они возражали против предоставления всеобщего и равного избирательного права на выборах в венский парламент. Однако под давлением правительства консерваторы согласились принять реформу. Наместник Галиции, «краковский консерватор» А. Потоцкий убедил поддержать ее и польский епископат. Консерваторы информировали епископов о своих переговорах с Польской крестьянской партией в конце 1907 г. Им было необходимо найти у высшего духовенства понимание того, насколько важным как для Галиции, так и для польских интересов в империи являлось заключение политического соглашения с людовцами. Учитывая пожелания епископов, в ходе первых контактов с крестьянскими лидерами «краковские консерваторы» выдвинули в качестве условия переговоров нормализацию их отношения с духовенством, что и было принято. Хотя «правые» имели основания утверждать, что после заключения соглашения антиклерикальная направленность периодических изданий людовцев проявлялась в меньшей мере, консерваторам все же не удалось добиться прекращения антиклерикальной деятельности людовцев. В дальнейшем  нацеленность консерваторов на политическое сотрудничество с ПКП осложняла их отношения с епископатом.

В исследовании показывается, что, несмотря на различие в подходах епископата и «краковских консерваторов» к людовскому движению, их взаимные отношения долгое время создавали впечатление конструктивных. Во всяком случае, сами консерваторы были уверены в благожелательном отношении к Правице большей части духовенства. Между тем в церковной среде зрело недовольство политикой «правых». Критике подвергались негативные стороны политической жизни края, обращалось внимание на отход политиков от католических принципов, осуждалось использование «грязных» технологий в политической борьбе. Звучали упреки в адрес «краковских консерваторов» и в связи с продолжением их сотрудничества с антиклерикальными людовцами. Церковная пресса возлагала ответственность за негативные проявления в галицийской политике именно на «правых». Однако консерваторы не придавали должного значения этим сигналам.

Во втором параграфе указывается, что проект избирательной реформы в краевой сейм Галиции, подготовленный М. Бобжиньским и поддержанный Правицей, обнажил противоречия между католической церковью и «краковскими консерваторами». В ходе обсуждения проекта реформы епископы пришли к выводу, что ее проведение будет иметь отрицательные последствия для края. Церковных иерархов не устраивало установление в Галиции всеобщего избирательного права, чего не было в других коронных землях империи. Епископы были убеждены в том, что новая избирательная система будет способствовать увеличению числа радикальных польских депутатов в лице людовцев, а также украинских националистов, социалистов и евреев. Высказывалось опасение, что если эти силы составят большинство депутатского корпуса, то может возникнуть угроза положению церкви и состоянию религии в Галиции. Духовенство будет подвергнуто законодательному и политическому преследованию со стороны антицерковного большинства. Создание же специальной украинской курии для избрания своих представителей в краевой отдел (исполнительный орган сейма) и сеймовые комиссии епископы считали началом раздела Галиции на западную (польскую) и восточную (украинскую) части. Попытки наместника края М. Бобжиньского убедить епископат поддержать реформу не увенчались успехом.

В диссертации исследуется аргументация польских епископов против реформы, выраженная в контактах с представителями центрального правительства. Анализируются различные варианты официального ответа епископов на обращение «краковских консерваторов» объяснить причины неприятия духовенством этой реформы. По мысли автора, церковные иерархи старались избегать национально-этнических аргументов в обосновании своей официальной позиции и делали акцент на опасности политической «радикализации» будущего сейма, угрозе религиозно-католическим основам общественной жизни, ущемлении прав избирателей-христиан в городских округах в случае принятия реформы.

В третьем параграфе отмечается, что «краковские консерваторы», сохраняя верность церкви, отказались поддерживать проект реформы и приняли решение не участвовать в урегулировании польско-украинских расхождений. Однако отношения «правых» с высшим духовенством продолжались, хотя стали более напряженными, чем прежде. Автор показывает, что епископы неоднократно выражали свое недовольство сотрудничеством консерваторов с лидером ПКП Я. Стапиньским, которому они ставили в вину разжигание конфронтации с духовенством. Очередное ухудшение отношений между епископатом и Правицей было вызвано разоблачением коррупционной деятельности Я. Стапиньского, в которой были замешаны и некоторые представители «правых». Они с удовлетворением восприняли сложение В.Л. Яворским депутатских полномочий в связи с обнародованием фактов о его участии в передаче денежных средств крестьянскому лидеру. Епископы называли Яворского «злым духом» Правицы, полагая, что для оправдания аморальных методов, используемых во имя удержания власти, он сделал политическим догматом принцип «цель оправдывает средства».

В исследовании обращается внимание на то, что, несмотря на кризис в отношениях между польским духовенством и «краковскими консерваторами», последние продолжали надеяться на восстановление дружественных контактов с духовенством, особенно в период избирательных кампаний. Много усилий в этом направлении прилагал видный деятель Правицы С. Тарновский. Он добился согласия епископата встретиться с представителями партии и обстоятельно обсудить состояние взаимоотношений. Итогом встречи стала договоренность о том, что духовенство не будет препятствовать кандидатам Правицы на предстоящих выборах в краевой сейм.

Вместе с тем, как подчеркивается в работе, особая позиция польских епископов по проблемам общественно-политической жизни продолжала продуцировать новые конфликты с «краковскими консерваторами». Они были связаны прежде всего с существованием различия в подходах сторон к людовскому движению. Поэтому, несмотря на то что настроенность на позитивное взаимодействие с духовенством обозначалась как генеральная установка консерваторов, некоторые авторитетные деятели Правицы народовой призывали партию проводить политику, более независимую от церковного влияния.

В Заключении подведены итоги исследования, сформулированы выводы. Отмечено, что, несмотря на неблагоприятную для традиционных элит политическую конъюнктуру на рубеже XIX и XX в., польские консерваторы в монархии Габсбургов сумели сохранить свое политическое влияние. Понимая сущность и направление изменений, происходивших в социально-политической сфере  рассматриваемого времени, наиболее активная часть польской правящей элиты – «краковские консерваторы» – адаптировали свою деятельность к новым, более демократическим правилам политической борьбы. Необходимость в этом стала особенно очевидна после предоставления всеобщего избирательного права и сокрушительного поражения польских консерваторов на выборах в австрийский парламент в 1907 г.

Данные обстоятельства подтолкнули «краковских консерваторов» к разработке новой стратегии поведения на политической сцене. Она предполагала развитие партии на новых принципах, соответствовавших требованиям времени. Ответом на вызовы модернизации стало совершенствование организационной составляющей консерватизма. Из неформального политического объединения партия «краковских консерваторов» была преобразована в официально оформленную, структурированную политическую организацию – Правицу народову. Строительство партии современного типа было призвано усилить политическое влияние консерваторов в широких слоях населения, обеспечить более эффективное воздействие на общественное мнение, повысить конкурентоспособность консерваторов в политической борьбе с другими партиями.

В рассматриваемый период «краковские консерваторы» отстаивали принципы, традиционные для идеологии консерваторов и не утратившие актуальности в современную эпоху. К таковым относились установление социального и национального мира в Галиции, осуждение классовой борьбы, национальная солидарность польских партий, терпимость по отношению к евреям и осуждение антисемитизма, конструктивный подход к украинскому вопросу, лояльность к Габсбургам. Во внутрипартийном дискурсе значительное внимание уделялось необходимости сохранения социально-экономических позиций и политического влияния шляхты в галицийском обществе. Консерваторы традиционно относились к землевладельческой знати как носителю культуры, ценного опыта в сфере политики и управления. Сохранение крупной земельной собственности представлялось им важным условием сохранения польского влияния на востоке края, где преобладало украинское население.

Желая добиться поддержки широких слоев населения, «краковские консерваторы» в публичной сфере позиционировали себя как общенациональная партия, ориентированная на защиту интересов различных слоев населения. Они подчеркивали реформистский характер своей партии, готовность к преобразованиям при сохранении традиций и польского национального наследия.

Для расширения своего политического влияния «правые» установили партнерские отношения с леволиберальными группировками – Польской крестьянской (людовской) и демократической партиями. Результатом обновленного политического курса стал успех Правицы и ее новых союзников на парламентских выборах в 1911 г.

Вместе с тем модернизация политики «краковских консерваторов» вызывала критику их традиционных партнеров – «подоляков» и польского духовенства. Последних не устраивали уступки «правых» украинским политикам, касающиеся расширения украинского национального представительства в краевых органах власти, сотрудничество с леволиберальными элементами. Они обвиняли Правицу в потворстве коррупции, «безнравственным» личностям (Я. Стапиньский), радикализму, в предательстве польских национальных интересов, в отходе от прежних принципов консервативной политики. Данные разногласия привели к глубокому политическому кризису в Галиции, для преодоления которого потребовалось вмешательство центральной власти.

Несмотря на ослабление позиций в 1913 г., «краковские консерваторы» прилагали усилия по восстановлению своего влияния. Они демонстрировали более осторожную политику в отношении своих новых союзников. Отказавшись от сотрудничества с Я. Стапиньским, они попытались установить взаимодействие с умеренным крылом людовского движения, оформившегося после раскола крестьянской партии в ПКП-«Пяст». Деятели Правицы стремились не потерять и своих старых партнеров.

Исследование позволяет сделать вывод о том, что в период глубоких социально-политических трансформаций начала ХХ в., ослаблявших позиции традиционной элиты, «краковские консерваторы» сумели сохранить свое политическое влияние благодаря обновленной, гибкой политике. Строительство партийной организации нового типа, стремление обеспечить влияние на левом фланге и сохранить его на правом, учет растущей политической эмансипации украинской нации и достижение согласия с ее представителями, поиск компромиссных решений социально значимых проблем общественной жизни,  отстаивание объединявших общество идей и целей, проведение центристской политики обусловили жизнеспособность партии «краковских консерваторов» в начале ХХ в.

Основное содержание диссертации изложено

в следующих публикациях:

Монография

1. Булахтин М.А. Между политикой и моралью: краковские консерваторы в начале ХХ в. / М.А. Булахтин. – Пермь, – 2006. – 302 с.

Работы, опубликованные в периодических изданиях,

рекомендованных Перечнем ВАК Министерства образования и науки РФ

2. Булахтин М.А. Краковские консерваторы и украинский политический лагерь в Галиции в начале ХХ в. / М.А. Булахтин // Вестник МГУ. – Серия 8: История. – 2007. – № 2. – С. 68–79.

3. Булахтин М.А. Краковские консерваторы и демократические вызовы в начале ХХ века / М.А. Булахтин // Вопросы истории. – 2007. – № 8. – С. 145–150.

4. Булахтин М.А. Русофилы и краковские консерваторы в условиях политической борьбы в Галиции на рубеже XIX – ХХ веков / М.А. Булахтин // Вестник Российского государственного университета им. И. Канта. – Серия: Гуманитарные науки. – 2007. – Вып. 12. – С. 47–53.

5. Булахтин М.А. «С русинами мы можем жить в согласии» / М.А.Булахтин // РОДИНА. – 2008. – № 4. – С. 81–82.

6. Булахтин М.А. К вопросу о взаимоотношениях политических партий в Галиции в начале ХХ века / М.А. Булахтин // Славяноведение. – 2008. – № 4. – С. 18–26.

7. Булахтин М.А. Краковские консерваторы и межнациональные отношения в Галиции в начале ХХ в. / М.А. Булахтин // Вестник МГУ. – Серия 8: История. – 2008. – № 5. – С. 58–64.

8. Булахтин М.А. Семья, воспитание и политика: из педагогического опыта польского консерватора В.Л. Яворского / М.А. Булахтин // Преподавание истории в школе. Специальный выпуск. – 2008. – № 2. – С. 7–10.

9. Булахтин М.А. Принципы и компромиссы: эволюция взаимоотношений «краковских консерваторов» и польских социалистов в Австро-Венгрии в начале ХХ века / М.А. Булахтин // Вестник Челябинского государственного университета. Научный журнал. История. – 2008. – Вып. 27. – № 34. – С. 84–89.

10. Булахтин М.А. Краковские консерваторы и польский епископат Галиции: кризис взаимоотношений в начале ХХ в. / М.А. Булахтин // Известия Уральского государственного университета. – Серия 2: Гуманитарные науки. – 2008. – Вып. 16. – № 59. – С. 92–103.

Другие публикации

11. Булахтин М.А. Польские консерваторы и парламентаризм / М.А.Булахтин // Исследования по консерватизму. Вып. 1. Консерватизм в современном мире: Материалы международной конференции. – Пермь, – 1994. – С. 114–115.

12. Булахтин М.А. Общественно-политические взгляды В.Л. Яворского: из истории консервативной мысли межвоенной Польши / М.А. Булахтин // Вестник Пермского университета. – 1998. – Вып. 2. – История. – С.74–81.

13. Булахтин М.А. Польский консерватор о русской культуре / М.А.Булахтин // Славянский мир  в контексте диалога культур: Материалы 3-й междунар. науч. конф. 23–24 апр. 1998 г. – Пермь, – 1998. – С.145–146.

14. Булахтин М.А. Польская модель парламентской демократии образца 1921 г. в критике краковских консерваторов / М.А. Булахтин // Вестник Пермского университета. – 2001. – Вып. 1. – История. – С. 68–75.

15. Булахтин М.А. Людовское движение в политике краковских консерваторов в 1907–1914 гг. / М.А. Булахтин // Вестник Пермского университета. – 2002. – Вып. 3. – История. – С. 52–60.

16. Булахтин М.А. Политическая борьба краковских консерваторов и эндеции в 1907–1914 гг. / М.А. Булахтин // Актуальные проблемы славянской истории XIX и ХХ веков: к 60-летию проф. Моск. ун-та Г.Ф. Матвеева. – М., – 2003. – С. 146–165.

17. Булахтин М.А. Кризис в польском консервативном лагере в начале ХХ века / М.А. Булахтин // Профессор МГУ И.М. Белявская. Материалы конференции, посвященной 90-летию со дня рождения профессора МГУ И.М. Белявской. – М., – 2005. – С. 99–118.

18. Булахтин М.А. Краковские консерваторы в предвыборных кампаниях в Галиции в начале ХХ в. / М.А. Булахтин // Консерватизм на Западе и в России. – Пермь, – 2005. – С. 85–99.

19. Булахтин М.А. Политическая деятельность и взгляды польского консерватора Михала Бобжиньского / М.А. Булахтин // В мире консерватизма: идеи, политика, люди. – Пермь, – 2006. – С. 32–46.

20. Булахтин М.А. Проблемы политической морали в идеологии и практике краковских консерваторов / М.А. Булахтин // Политический альманах Прикамья. – Пермь, – 2006. – Вып. 6. – С. 145–154.

21. Булахтин М.А. Университет и политика: из опыта краковских консерваторов / М.А. Булахтин // Классический университет в российском образовательном пространстве (к 90-летию Пермского государственного университета): материалы Междунар. науч.-метод. конф. Пермь, 11–14 октября 2006 г. – Пермь, – 2006. – С. 53–54.

22. Булахтiн М.А. Кракiвськi консерватори i проекти реформ у Галичинi на початку ХХ столiття / М.А. Булахтiн // Науковi зошити iсторичного факультету Львiвського нацiонального унiверситету iменi Iвана Франка. Збiрник наукових праць. – Львiв, – 2006. – Вип. 8. – С. 156–167.

23. Buachtin M.A. Konflikt konserwatystw krakowskich z aciskim Episkopatem Galicji w sprawie reformy wyborczej do Sejmu Krajowego w 1913 roku / М.А. Buachtin // Miscellanea. Studia Iuridica. – Warszawa, – 2006. – T. 45. – S. 31–41.

24. Булахтин М.А. Краковские консерваторы и польские демократы в начале ХХ века: от конкуренции к партнерству / М.А. Булахтин // Вестник Пермского университета. – 2007. – Вып. 3(8). – История и политология. – С. 24–34.

25. Булахтин М.А. Монархия Габсбургов как политическое сообщество центральноевропейских народов: из истории польского консерватизма XIX – начала ХХ в. / М.А. Булахтин // Политические и интеллектуальные сообщества в сравнительной перспективе. – М.: ИВИ РАН, 2007. – С. 249–252.

26. Булахтин М.А. Организационно-политическая деятельность «краковских консерваторов» в начале ХХ века / М.А. Булахтин // Zgodovinski vestnik univerz v Ljubljani in v Permu. – Ljubljana; Perm, 2007. – S. 80–87.

27. Buachtin M.A. Konserwatyci polscy a reforma ustawodawstwa wyborczego Galicji na pocztku XX wieku / М.А. Buachtin // Zeszyty prawnicze 7.1. Uniwersytet Kardynaa Stefana Wyszyskiego. Wydzia Prawa i Administracji. – Warszawa, – 2007. – S. 101–112.

28. Булахтин М.А. Польское дворянство в оценке «краковского консерватора» В.Л. Яворского / М.А. Булахтин // Вестник Пермского университета.  – 2008. – Вып. 7(23). – История. – С. 17–19. 

29. Булахтин М.А. Модернизация в Австро-Венгрии и польский консерватизм в начале ХХ в. / М.А. Булахтин // Zgodovinski vestnik univerz v Ljubljani in v Permu. tevilka 2. – Ljubljana; Perm, 2008. – S. 66–71.

30. Булахтин М.А. Австрийский парламентаризм и «краковские консерваторы» накануне Первой мировой войны / М.А. Булахтин // Вестник Пермского университета. –– 2009. – Вып. 1(8). – История. – С. 80–85.


1 Bobrzynski M. Dyalog o zasadach i kompromisach. Krakow, 1916; Bobrzynski M. Dzieje Polski w zarysie. Warszawa, 1931. T. 3; Estreicher S. Wadysaw Leopold Jaworski // Jaworski W.L. ycie i dziaalno (praca zbior.). Krakw, 1931; Estreicher S. Micha Bobrzyski // Polski Sownik Biograficzny. Krakw, 1936. T. 2; Estreicher S. Micha Bobrzyski. Warszawa, 1936; Dmowski R. Upadek mysli konserwatywnej w Polsce. Warszawa, 1914; Feldman W. Stronnictwa i programy polityczne w Galicji. Krakw, 1907. T. I; Feldman W. Dzieje polskiej myli politycznej 1864 – 1914. Warszawa, 1933.

2 Galos A. Przedmowa // Bobrzyski M. Z moich pamitnikw. Wrocaw, 1956. S. XIV.

3 Gwid A. Buruazyjno-obszarnicza konstytucja 1921 r. w praktyce. Warszawa, 1956. S. 92, 95.

4 Kieniewicz S. Galicja w dobie autonomicznej (1850–1914). Wrocaw, 1952.

5 Ibid. S. XLI–XLII.

6 Buszko J. Sejmowa reforma wyborcza w Galicji. Warszawa, 1956.

7 Dyskusja. J. Buszko // Spr o krakowsk szko historyczn. Krakw, 1972. S. 334.

8 Grzybowski K. Galicja 1848 – 1914. Wrocaw, 1959. S. 95–96.

9 Opaek K. Pod znakiem refleksji (o Konstantym Grzybowskim) // Konstanty Grzybowski. Pidziesit lat. 1918 – 1968. Krakw, S. 12–13.

10 Grzybowski K. Szkoa historyczna krakowska // Polska myl filozoficzna i spoeczna / red. B. Skarga. Warszawa, 1975. T. 2.

11 Ibid. S. 588.

12 Historia Polski. Warszawa, 1968, T. 3, Cz. 2.

13 Ibid. S. 276, 648–649.

14 Ibid. S. 648–649.

15 Myliski J. Studia nad polsk pras spoeczno-polityczn w zachodniej Galicji 1905 –1914. Warszawa, 1970.

16 azuga W. Micha Bobrzyski. Myl historyczna a dziaalno polityczna. Warszawa, 1982.

17 Jasklski M. Konserwatyzm – nacjonalizm. Studia nad konfrontacjami ideowymi konserwatyzmu krakowskiego i demokracji narodowej przed 1914 r. Krakw, 1989.

18 Bartyzel J. Konserwatyci przeomu XIX i XX wieku (od Staczykw do Kosiakiewicza i z powrotem) // Pro Fide Rege et Lege. 1992. № 15; Bartyzel J. Konserwatyzm bez kompromisu: studium z dziejw zachowawczej myli politycznej w Polsce w XX wieku. Toru, 2002.

19 Szlachta B.  Polscy konserwatyci wobec ustroju politycznego do 1939 roku. Krakw, 2000.

20 Gruchaa J. Rzd austriacki i polskie stronnictwa polityczne w Galicji wobec kwestii ukraiskiej (1890–1914). Katowice, 1988.

21 Buszko J. Polityka Michaa Bobrzyskiego w kwestii ukraiskiej (1906–1913) // Zeszyty Naukowe Uniwersytetu Jagielloskiego. Prace Historyczne. Krakw, 1993.

22 Kosicka-Pajewska A. Zachowawcza myl polityczna w Galicji w latach 1864 – 1914. Pozna, 2002.

23 Bhm W. Die Konservativen in sterreich // Rekonstrution des Konservatismus. Freiburg, 1972.

24 Hbelt L. Parteien und Fraktionen im cisleithanischen Reichsrat // Die Habsburgermonarchie 1848 – 1918. Wien, 2000. Bd. 7, T. 1. S. 985.

25 Ibid. S. 989.

26 Binder H. Galizien in Wien. Parteien, Wahlen, Fraktionen und Abgeordnete im bergang zu Massenpolitik. Wien, 2005.

27 Ibid. S. 59–60.

28 Ibid.

29 Wendland A.V. Die Russophilen in Galizien. Ukrainische Konservative zwischen sterreich und Rusland 1848 – 1915. Wien, 2001.

30 Ludwikowski R.R. Continuity and Change in Poland. Conservatism in Polish Political Thought. Washington, 1991.

31 Демкович-Добрянський М. Потоцький i Бобжинський: цiсарськi намiсники Галичини, 1903 – 1913. Рим, 1987.

32 Aркуша О. Мiхал Бобжинський та укранське питання в Галичинi // Вiсник Львiвського университету. Сер. iстор. 2000. Вип. 35–36.

33 Аркуша О. Парламентська традицiя галицьких укранцiв у другiй половинi XIX – на початку ХХ ст. // Украна: культурна спадщина, нацiональна свiдомiсть, державнiсть. Львiв, Вип. 6. 2000. С. 79; Зашкiльняк Л.А. Польское национальное движение и украинский вопрос на рубеже XIX – XX веков // Актуальные проблемы славянской истории XIX и XX веков: к 60-летию проф. Моск. ун-та Г.Ф. Матвеева. М., 2003. С. 93; Зашкiльняк Л.А. Stosunki polsko-ukraiskie na przeomie XIX i XX wieku. Zarys problematyki // Biuletyn Ukrainoznawczy. Przemyl, 2000. № 6. S. 40–41; Михальський Ю. Польськi полiтичнi партi та укранське питання в Галичинi на початку ХХ столiття (1902–1914). Львiв, 2002. C. 26.

34 Кареев Н.И. «Падение Польши» в исторической литературе. СПб., 1888; Его же. Новейшая польская историография и переворот в ней // Вестник Европы. 1886. № 12.

35 Погодин А. Главные течения польской политической мысли (1863–1907). СПб., 1907.

36 Миллер А.И. К вопросу о становлении политического течения «станьчиков» (Полемика Ю. Шуйского с  П. Попелем в 1864 – 1867 гг.) // Советское славяноведение. 1984. № 2; Его же. Социальная доктрина западногалицийских консерваторов 60–70-х годов XIX в. // Из истории языка и культуры стран Центральной и Юго-Восточной Европы. М., 1985; Его же. Комедии Ю. Шуйского как источник по истории Галиции 70-х годов XIX в. // Историография и источниковедение стран Центральной и Юго-Восточной Европы. М., 1986; Его же. Основные тенденции и этапы развития социальной доктрины консерваторов в Польше XIX в. // Общественно-политическая мысль в Европе в конце XVIII – начале ХХ в. М., 1987. Его же. Внешнеполитические концепции западногалицийских консерваторов в 60 – 70-е гг. XIX в. М., 1985. Деп. в ИНИОН АН СССР 10.06.1985,  № 21046.

37 Краткая история Польши. М., 1993. С. 209–211.

38 Бахтурина А.Ю. Политика Российской империи в Восточной Галиции в годы Первой мировой войны. М., 2000.

39 Там же. С. 50.

40 Пашаева Н.М. Очерки истории русского движения в Галичине XIX – XX вв. М., 2001. С. 131.

41 Матвеев Г.Ф. Пилсудский. М., 2008. С. 149.

42 Мелешкина Е.Ю. Политическое развитие. Политическая модернизация // Политический процесс: основные аспекты и способы анализа. М., 2001. С. 248.

43 Громыко Ал.А. Модернизация партийной системы Великобритании. М., 2007. С. IX.

44 Парсонс Т. Система современных обществ. М., 1998. С. 109–116; Эйзенштадт Ш. Революция и преобразование обществ. М., 1999. С. 229–309; Хантингтон С. Политический порядок в меняющихся обществах. М., 2004. С. 54, 185, 393–395.

45 Хантингтон С. Политический порядок… С. 54, 106.

46 Холодковский К.Г. Партии: кризис или закат? // Политические институты на рубеже тысячелетий. Дубна, 2001. С. 63.

47 Хантингтон С. Политический порядок… С. 356.

48 Там же. С. 343.

49 Там же. С. 344.

50 Там же. С. 353.

51 См. напр.: Богатуров А.Д., Виноградов А.В. Равноположенное развитие во внутренней и международной политике // Политическая наука в России: интеллектуальный поиск и реальность. М., 2000; Эволюция восточных обществ: синтез традиционного и современного. М., 1984.

52 Галкин А.А., Рахшмир П.Ю. Консерватизм в прошлом и настоящем. М., 1987.

53 См. подробнее: Гарбузов В.Н. Консерватизм: понятие и типология (историографический обзор) // Полис. 1995. № 5. С. 60–68.

54 Archiwum Panstwowe w Krakowie. Zesp. Tarnowskich z Dzikowa. Jedn. 620, 622, 635, 638, 647, 650, 651, 652, 653, 654, 657, 658, 707, 709, 719, 1127, 1135, 1146, 1150, 1184.

55 Archiwum Panstwowe w Krakowie. Zespol Dyrekcji Policji w Krakowie. 1849 – 1918. Sygn.  DPKr 94.

56 Archiwum Panstwowe w Krakowie, oddzial w Tarnowie. Zespol № 223. Archiwum rodzinne Konopkow z Brnia. Jedn. 82, 84.

57 Biblioteka Jagiellonska. Sygn. 8090 III, 8091 III, 8093 III, 8094 III, 8095 III, 8097 III, 8098 III, 8102 III, 8108 III, 8109 III.

58 Ibid. Sygn. 10125 IV.

59 Archiwum PAN w Warszawie. Materialy Wladyslawa Leopolda Jaworskiego. Sygn. III – 84. Jedn. 20, 21, 24, 38, 39, 40, 41.

60 Biblioteka Narodowa w Warszawie. Sygn. 9741, IV 9725, 7089 I, 15539/III, 14086/II.

61 Archiwum PAN w Krakowie. Sygn. 7817, 7818.

62 Archiwum PAN w Krakowie. Sygn. 7849.

63 Archiwum, Biblioteka i Muzeum Metropolii Lwowskiej obrzdku aciskiego w Krakowie. Dzienniczek Arcybiskupa Jozefa Bilczewskiego.

64 Archiwum Glowne Zgromadzenia Sluzebnic Najswietszego Serca Jezusowego. Listy S.B. Jozefa Sebastiana Pelczara do rnych osb. Zbior pierwszy i trzeci.

65 Archiwum Kurii Metropolitarnej w Krakowie. Teki Sapiezynskie. Teka 4.

66 Центральний державний iсторичний архiв Украни у м. Львовi. Ф. 146 (Галицьке намiсництво). Оп. 8, од. зб. 845, 851, 1009, 1113.; оп. 10. од. зб. 395; оп. 107, од. зб. 5, 6.

67 Центральний державний iсторичний архiв Украни у м. Львовi. Ф. 835 (А.Любомирський). Оп. 1, од. зб. 316.

68 Львiвська наукова бiблiотека iм. В. Стефаника НАН Украни. Ф. 5 (Papiery Zaleskich). Оп. 1, спр. 7095/I, 7096/I, 7096/II, 7099/II, 7096/III.

69 Там же. Ф. 59 (Teki Kozowskiego). Teka 389, 390, 427.

70 Bobrzynski M. Z moich pamietnikow. Wrocaw, 1957.

71 Biliski L. Wspomnienia i dokumenty. Warszawa, 1924. T. 1.

72 Biblioteka Narodowa w Warszawie. Antoni Gorski. Polityka czy Politycy. Pamietnik polityczny o zyciu politycznym w Galicji. Rps. Sygn. IV 9725.

73 Witos W. Moje wspomnienia. Warszawa, 1998. T. 1.

74 Archiwum Zakladu Historii Ruchu Ludowego w Warszawie. P – 28. Ze wspomnien Jana Stapinskiego.

75 Grabski S. Pamitniki. Warszawa, 1989. T. 1.

76 Gbiski S. Wspomnienia. Pelplin, 1939.

77 Archiwum PAN w Krakowie. Kozicki Stanislaw. Pamietniki. Sygn. 7849.

78 Daszyski J. Pamitniki.Warszawa, 1957. T. 2.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.