WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

СТАНКОВ Николай Николаевич

ГЕРМАНИЯ И ЧЕХОСЛОВАКИЯ

В СИСТЕМЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ОТНОШЕНИЙ

ПОСЛЕВОЕННОЙ ЕВРОПЫ

19181925

07.00.15 – история международных отношений

  и внешней политики

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Москва – 2008

Работа выполнена на кафедре зарубежной истории и мировой политики Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Волгоградский государственный университет»

Научный консультант: доктор исторических наук, профессор Туган-Барановский Джучи Михайлович

Официальные оппоненты:

доктор исторических наук Туполев Борис Михайлович

доктор исторических наук Новик Фаина Ивановна

доктор исторических наук Величко Ольга Ивановна

Ведущая организация: 

Московский государственный университет им. М.В. Ломоносова. Исторический факультет, кафедра истории южных и западных славян

Защита диссертации состоится «__ »_______ г. в _____ часов на заседании диссертационного совета Д 002.248.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора исторических наук при Институте славяноведения РАН по адресу: 119334, г. Москва, Ленинский проспект, д. 32а, корпус «В», 9-й этаж, ауд. 901-902.

С диссертацией можно ознакомиться в диссертационном совете Института славяноведения РАН

Автореферат разослан «__»___________________2008 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

доктор исторических наук Данченко С.И.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы исследования. Европейская интеграция за последние десятилетия достигла значительных результатов. Однако организационные формы опережают формирование нового национального самосознания европейских народов. В частности, развитию партнерских отношений между Германией и Чешской Республикой препятствуют стереотипы прошлого, о чем свидетельствуют развернувшаяся в начале XXI в. дискуссия вокруг «декретов Бенеша», попытки вновь возбудить судето-немецкий вопрос, использовать его в предвыборных кампаниях в ФРГ. Ведущиеся споры негативно отражаются не только на германо-чешских отношениях, но и на политическом климате в Европе.

В поисках аргументов и чехи, и немцы обращаются к истории взаимоотношений между двумя государствами, которая действительно наполнена драматическими событиями. К наиболее болезненным проблемам прошлого относятся: положение немцев в Чехословацкой республике, вмешательство нацистской Германии в судето-немецкий вопрос, что привело к расчленению ЧСР, а затем оккупации чешских земель со всеми вытекающими последствиями, и выселение немцев с территории Чехословакии после Второй мировой войны. Чтобы преодолеть стереотипы прошлого, необходимо заново разобраться в истории взаимоотношений Чехии и Германии, подвергнув сравнительному анализу весь доступный корпус источников, используя новейшие методы исследования. Особенно плодотворным представляется системный подход, который позволяет с максимальной полнотой и объективностью изучить внешнеполитическую деятельность Германии и Чехословацкой республики, их взаимодействие в рамках Версальской системы международных отношений.        

       Степень изученности темы.        К настоящему времени в историографии сложились различные и порой противоречащие друг другу оценки процесса становления отношений Веймарской республики и Чехословакии. В работах чехословацких историков официозного направления (Й. Боровички, К. Крофты, Я. Папоушека, Ф. Пероутки), опубликованных в 1920 – 1930-е гг., отношения ЧСР c Веймарской республикой в 1918-1925 гг. изображались как бесконфликтные и, следуя официально декларируемому Прагой курсу, характеризовались как «корректные и лояльные»1.        

       Новый этап в освещении отношений ЧСР и Германии в чехословацкой историографии наступил после Мюнхенской конференции 1938 г. и расчленения страны. В поисках истоков мюнхенской трагедии чешские историки безосновательно стали отождествлять политику Веймарской республики в отношении ЧСР с политикой нацистской Германии. Они «разоблачали» реваншистский характер внешней политики Германии после Первой мировой войны и идеализировали деятельность чехословацкой дипломатии. При описании истории чехословацко-германских отношений в 1919-1924 гг. хотя и преобладали позитивные оценки, однако заслуга в том, что они имели бесконфликтный характер, приписывалась исключительно чехословацкой стороне и, в первую очередь, Э. Бенешу. Начиная же с 1925 г., по утверждению чешских историков, Германия проводила по отношению к ЧСР откровенно враждебную политику и поддерживала ирредентистское движение судетских немцев2.

В социалистической Чехословакии тезис об агрессивности Германии в отношении восточных соседей получил дальнейшее развитие. В условиях «холодной войны», раскола Германии и Европы, утверждения коммунистической идеологии в странах Центрально-Восточной Европы тезис о враждебной соседним государствам политике Германии был препарирован классовым подходом марксистской историографии и трансформировался в концепцию об агрессивной сущности германского империализма. Данная концепция обусловила рассмотрение исследователями не только и не столько официального курса Веймарской республики в отношении ЧСР, сколько античехословацких выпадов отдельных германских политиков, принадлежавших, как правило, к реакционному лагерю, националистической прессы, деятельности судето-немецких организаций (в первую очередь правоэкстремистских) и их связей с германскими нацистами. Именно с этой точки зрения историки Чехословакии в 1950 - 1980-е годы освещали историю отношений ЧСР и Веймарской республики. Они обвиняли правящие круги Веймарской республики в тайных интригах против чехословацкого государства, в поддержке ирредентистской деятельности судетских немцев.  Вместе с тем, безусловно, положительным являлось обращение историков ЧССР к архивным документам, что обогатило исследования истории чехословацко-германских отношений множеством новых фактов3. Несмотря на ограничения, связанные с господством коммунистической идеологии, следует признать значительным их вклад в исследование внешней политики ЧСР, ее отношений с западными державами, с СССР, с Польшей и Австрией, с союзниками по Малой Антанте4, а также в изучение деятельности немецких политических партий5.

С начала 1990-х годов в Чешской Республике в условиях смены парадигмы исторических исследований, устранения цензуры, открытия архивных хранилищ, развития международных научных контактов возникли благоприятные условия для изучения истории межвоенной Чехословакии и, в частности, ее внешней политики. За последние полтора десятилетия было положено начало изданию дипломатических документов ЧСР, опубликовано большое количество монографий и статей, состоялось несколько международных конференций, посвященных внешней политике Первой республики. Значительное внимание современные чешские историки уделяют политике ЧСР в Центральной Европе, ее отношениям с соседними государствами, созданию и развитию Малой Антанты. Серьезные результаты достигнуты в изучении немецко-богемского вопроса и немецко-чешских отношений в ЧСР. В центре внимания исследователей различные аспекты этой темы: образование немецких провинций в пограничье в 1918 г., переговоры местных властей с чехословацким руководством, отношение к богемским немцам Т.Г. Масарика и Э. Бенеша, политическая культура немецких партий в ЧСР6.

К истории отношений ЧСР и Веймарской республики современная чешская историография, несмотря на некоторое оживление научного интереса, обращается в меньшей мере. Данная тема затрагивается в ряде обобщающих работ Й. Деймека, который, реанимируя утверждения официозных историков межвоенной Чехословакии, констатирует «почти бесконфликтные» взаимоотношения между Веймарской республикой и ЧСР в первой половине 1920-х годов7. По мнению автора, этому способствовала как «чешская» политика Веймарской республики, выгодно отличавшаяся от политики кайзеровской Германии, так и политика Праги в германском вопросе, которая в ряде аспектов была ближе к умеренной позиции Великобритании, чем к бескомпромиссной политике Франции. Но вместе с тем Й. Деймек указывает на ряд отрицательных явлений в германо-чехословацких отношениях, вызванных возвращением кронпринца Вильгельма Гогенцоллерна в Германию в ноябре 1923 г., негативной реакцией Берлина на франко-чехословацкий договор от 25 января 1924 г., на визит Бенеша в Варшаву и подписание польско-чехословацких соглашений в апреле 1925 г.8 Й. Деймек также отмечает, что в связи с ростом внешнеполитической активности Германии в 1925 г. Бенеш опасался растущего влияния Берлина на «чешских» немцев и усиления настроений аншлюса в соседней Австрии9.

Более подробно  проблемы германо-чехословацких отношений в 1925 году исследованы в монографии Р. Бржаха «Чехословакия и Европа в середине двадцатых годов». Объектом изучения автора стали деятельность чехословацкой дипломатии накануне и во время Локарнской конференции, ее попытки распространить Рейнский гарантийный пакт на Центральную Европу10.

Ряд работ современных чешских историков непосредственно посвящен исследованию отношений между ЧСР и Веймарской республикой. Э. Кубу в статье  «Неустойчивые отношения: Веймарская Германия и Чехословакия» рассматривает основные международные и внутриполитические факторы, оказавшие влияние на развитие отношений между двумя государствами11. Указав на дилемму во внешней политике ЧСР в первые послевоенные годы – тесное сотрудничество в вопросах безопасности с Францией и заинтересованность в экономическом сотрудничестве с Германией, Э. Кубу, опираясь на широкий круг источников, провел детальное исследование чехословацко-германских экономических связей в 1918-1924 годах12. Специальную статью Э. Кубу посвятил реакции Германии на подписание чехословацко-французского договора 25 января 1924 г.13 Некоторые аспекты чехословацко-германских отношений рассмотрены в его статье о политике ЧСР в связи с разделом Верхней Силезии в 1921 г.14 

Ключевые проблемы чехословацко-германских отношений в 1920-е годы отражены в статье В. Оливовой. Автор отмечает зависимость чешско-немецких отношений в ЧСР от международного фактора – взаимоотношений Праги с Германией и Австрией15. На основе анализа политической деятельности Э. Бенеша В. Оливова констатирует, что он отвергал утверждения об извечном чешско-немецком антагонизме и считал, что единственной позитивной основой чехословацко-германских отношений могла быть демократическая система в обоих государствах16. Аналогичную точку зрения высказывают и другие современные чешские историки17. Не обошли чешские исследователи своим вниманием и деятельность чехословацких и германских дипломатов и их вклад в развитие двусторонних отношений. В этом плане следует отметить статьи Й. Деймека о К. Крофте18 и Д. Моравцовой о В. Кохе19.

Отдельную группу исследований составляют произведения судето-немецких историков и публицистов. С первых лет существования ЧСР они выступали с жесткой критикой политики Праги в отношении богемских немцев20. Судето-немецкие историки и публицисты указывали на одностороннюю ориентацию внешней политики Чехословакии на Францию в ущерб развитию отношений с Германией. Особенно резкой критике внешнюю политику Праги подвергали судето-немецкие национал-социалисты (Г. Кребс, Р. Юнг). Они уделяли также большое внимание сотрудничеству судетских немцев с гитлеровцами в рамках нацистского движения, их усилиям, направленным на создание «Великой Германии».

В обзорных работах о ЧСР, вышедших в 1920-е годы в Веймарской республике, основное внимание уделялось внутриполитическим проблемам ЧСР, критике политики Праги в отношении национальных меньшинств, особенно -  в судето-немецком вопросе. Освещение же чехословацко-германских отношений сводилось к констатации того, что ЧСР является союзницей Франции и осуществляет в отношении Германии враждебную политику21.

В период нацизма интерес германских историков к Чехословакии и проблеме судетских немцев возрос, что объяснялось политическими причинами, в частности, необходимостью обоснования правомерности притязаний Германии на Судетскую область. Чехословакия рассматривалась как искусственное государственное образование, раздираемое непримиримыми межнациональными противоречиями. Чехословацкое руководство обвинялось в национализме, в неправомерном включении населенных немцами территорий в пределы «исторических границ» ЧСР, в фальсификации исторических фактов и статистических данных в меморандумах, представленных на Парижской мирной конференции, в насильственной «чехизации» национальных меньшинств22. 

После Второй мировой войны в германской историографии начался новый этап в изучении отношений Веймарской республики и Чехословакии. Историки ГДР и ФРГ по-разному подходили к исследованию данной темы. В историографии ГДР она рассматривалась через призму концепции об агрессивной сущности германского империализма. Историки ГДР ввели в научный оборот значительный по объему корпус дипломатических  документов, хранившихся в Германском центральном архиве в Потсдаме и Политическом архиве МИД ФРГ в Бонне, однако их интерпретация была направлена, в первую очередь, на обличение внешней политики Веймарской республики. Подчеркивалось, что все германские буржуазные партии и большинство правых социал-демократов поддерживали, по сути, пангерманскую концепцию внешней политики Веймарской республики, что уже в первые послевоенные годы в Берлине был разработан план раздела ЧСР. Обосновывался вывод об «империализме Веймарской республики», чинившем всевозможные препятствия на пути консолидации молодого чехословацкого государства и поддерживавшего движение судетских немцев23.

Большинство историков ФРГ сводили отношения между Веймарской республикой и Чехословакией к судето-немецкому вопросу, детально прорабатывая его различные аспекты. Наряду с работами общего характера с традиционным «обвинительным» подходом к политике Праги24, появились специальные исследования о судето-немецких партиях и их лидерах25, об их взаимоотношениях с «Градом»26, о позиции в судето-немецком вопросе Т.Г. Масарика, Э. Бенеша, К. Крамаржа27, о связях судето-немецких и германских партий, общественных организаций и пр.28.

Большой вклад в изучение истории германо-чехословацких отношений межвоенного времени внес известный историк Й. Брюгель, который в 1930-е годы был личным секретарем лидера судето-немецких социал-демократов и министра в правительстве ЧСР Л. Чеха. В своем фундаментальном труде «Чехи и немцы. 1918 -1938» Й. Брюгель, активно привлекая материалы Политического архива МИД ФРГ, основное внимание сконцентрировал на политике нацистской Германии в отношении ЧСР и, в частности, на событиях, предшествовавших мюнхенскому сговору в 1938 г. Однако первые главы его труда посвящены обзору чешско-немецких отношений в ЧСР с момента образования республики до начала 1930-х годов. Критикуя политику судето-немецких националистов, Й. Брюгель позитивно оценивает деятельность судето-немецких социал-демократов, подчеркивая, что она была направлена на урегулирование немецкого вопроса в ЧСР и на развитие добрососедских отношений между Германией и Чехословакией29.

Более детальное освещение проблемы германо-чехословацких отношений получили в работах профессора Кельнского университета М. Александера. Его исследования также основаны на анализе материалов Политического архива МИД ФРГ. В статьях о начальном этапе становления германо-чехословацких отношений М. Александер приходит к выводу о готовности Берлина в первые же дни после образования ЧСР признать новое государство де-факто, но из-за позиции Праги вынужден был ограничиться установлением полуофициальных отношений30.

В статье «Чехословакия и проблемы оккупации Рура в 1923 году» М. Александер рассматривает реакцию Праги на введение франко-бельгийских войск в Рурскую область и указывает на причины, которые вынудили ЧСР дистанцироваться от Парижа31. Дальнейшую разработку эта тема получила в его статьях о поездках маршала Ф. Фоша в Варшаву и Прагу весной 1923 года и о дипломатии Э. Бенеша на рубеже 1923-1924 годов32. 

В монографии «Германо-чехословацкий арбитражный договор 1925 года в рамках Локарнских договоров» М. Александер проследил развитие дипломатических отношений между Веймарской республикой и ЧСР, начиная с первых консультаций  о содержании арбитражного договора в марте 1925 г. до его подписания вместе с другими договорами по итогам Локарнской конференции33. Отвергая утверждения историков ЧССР о том, что Локарнская конференция открыла путь германской агрессии на Восток, автор указывает, что Локарнские акты не содержали «никаких признаков агрессивной политики», и в этом смысле арбитражный договор не означал поворот в политике Германии по отношению к Чехословакии. Рассмотрев политику Г. Штреземана в вопросе защиты прав проживавших за пределами Германии немцев, М. Александер констатирует, что правительство Веймарской республики не только не поддерживало ирредентисткую политику немцев в Чехословакии, а, наоборот, «желало примирения и, в пределах дипломатических возможностей, всемерно содействовало этому»34.

Аналогичной точки зрения придерживаются Ш. Долежел, П. Крюгер, Ф. Хадлер и другие историки ФРГ35.

В последние годы произошло сближение точек зрения чешских и германских исследователей на многие проблемы истории взаимоотношений Веймарской республики и ЧСР. Современные историки Чешской Республики и ФРГ отмечают большое значение экономического сотрудничества как стабилизирующего фактора в чехословацко-германских отношениях в первой половине 1920-х годов. Но вместе с тем  имеются различия в интерпретации многих других фактов истории взаимоотношений двух стран. Так, в современной чешской историографии сохраняется тенденция возлагать ответственность за негативные явления в отношениях Веймарской республики и ЧСР на германскую сторону (возвращение кронпринца Вильгельма Гогенцоллерна в Германию в ноябре 1923 г., избрание фельдмаршала П. Гинденбурга президентом республики, внешнеполитические инициативы Г. Штреземана в середине 1920-х годов). Историки ФРГ, напротив, отмечают, что международная деятельность Штреземана была направлена на развитие сотрудничества в Европе, а его политика защиты немецких меньшинств предусматривала использование только дипломатических средств и, следовательно, не представляла угрозы для безопасности и суверенитета ЧСР.  Сохраняются различия в подходах к изучению судето-немецкого вопроса в ЧСР и его влияния на чехословацко-германские отношения. При этом отдельные периоды истории судето-немецкого вопроса освещены неравномерно. Наиболее полно исследованы 1918-1919 гг., вторая половина 1920-х и, особенно,  1930-е годы, в то время как роль судето-немецкого вопроса в германо-чехословацких отношениях в первой половине 1920-х годов почти не изучалась.

Несколько работ, посвященных как общим проблемам истории внешней политики Германии и ЧСР, так и отдельным вопросам двусторонних отношений в рассматриваемый период, опубликовано в США и Великобритании36. В монографии британского историка Э. Уискемен основное внимание уделено чешско-немецким отношениям в ЧСР и политике нацистской Германии в судето-немецком вопросе37. 

Наиболее полно история отношений Веймарской республики и ЧСР освещена в монографии американского исследователя Ф.Г. Кэмпбелла38. Автором впервые была предпринята попытка вписать их в  международный контекст в масштабе Центральной Европы. В частности, Ф.Г. Кэмпбелл указал на важную роль Австрии и Польши в германо-чехословацких отношениях в 1919-1921 гг. Исследователь также отметил влияние великих западных держав на отношения веймарской Германии и Чехословакии. Помимо материалов Политического архива МИД ФРГ, автор привлек многочисленные опубликованные источники, а также документальные коллекции дипломатических архивов Австрии, Великобритании, Франции и США. Однако невозможность использовать в необходимой степени архивы ЧССР, несомненно, ограничила диапазон исследования, затруднила процесс объективной исторической реконструкции событий прошлого. Негативно сказалась также и недоступность  для автора советских архивов. В силу этого Ф.Г. Кэмпбелл смог коснуться лишь отдельных эпизодов советско-чехословацких и советско-германских отношений. За скобками осталась политика Москвы в Центральной Европе и ее влияние на отношения Веймарской республики и ЧСР.

Существенный вклад в исследование истории международных отношений после Первой мировой войны, становления новых государств в Центрально-Восточной Европе и начального этапа их международной деятельности внесли  отечественные историки. Указанные проблемы в большей или меньшей степени нашли отражение в работах О.И. Величко, А.Х. Клеванского, Ю.А. Писарева, А.И. Пушкаша, В.М. Турока, Я.Б. Шмераля. Над изучением процесса формирования малоантантовского блока успешно работала А.А. Язькова. Внешнюю политику Веймарской республики исследовали Л.И. Гинцберг, Д.С. Климовский, С.В. Никонова, В.Б. Ушаков, Н.В. Фарбман. Советско-германские отношения освещались в трудах А.А. Ахтамзяна, Л.И. Гинцберга, И.К. Коблякова, И.А. Росенко, Г.М. Трухнова. Вопросы внешнеполитической деятельности ЧСР  и советско-чехословацких отношений привлекли внимание И.А. Петерса, С.И. Прасолова, П.И. Резонова, В.А. Шишкина. Заметных результатов отечественные историки достигли в изучении политических систем Веймарской республики (Я.С. Драбкин) и ЧСР (Е.Ф. Фирсов). Однако длительное время господствовавшая в советской историографии марксистско-ленинская исследовательская парадигма не могла не привести  к определенному искажению истории международных отношений и внешней политики отдельных государств. Идеализация международной деятельности Советского Союза соседствовала с зачастую необоснованной критикой внешней политики «правящих кругов буржуазных и буржуазно-помещичьих государств», многие «неудобные» проблемы, освещение которых могло бросить тень на советское руководство, замалчивались.

Ситуация изменилась в конце 1980-х годов, когда отечественная историческая наука освободилась от давления  коммунистической идеологии, а ученые получили доступ к ранее засекреченным архивным материалам. «Архивная революция» привела к формированию фактически новой, оригинальной источниковой базы исследований, в том числе и по истории внешней политики и международных отношений. Начался трудный и во многом неоднозначный процесс переосмысления исторического прошлого, в ходе многочисленных научных дискуссий предлагалась интерпретация спорных проблем, событий, фактов. Активно развернулось исследование особенностей процесса формирования и осуществления внешней политики советского государства, механизма принятия политических решений, роли в международных делах партийных и государственных структур, Коминтерна и т.д. (работы Л.Н. Нежинского, А.О. Чубарьяна, В.А. Шишкина, В.А. Зубачевского). Были пересмотрены прежние оценки истории советско-германских отношений (С.З. Случ, В.Л. Черноперов), появились работы о военном сотрудничестве двух стран (А.А. Ахтамзян, С.А. Горлов, В.В. Захаров), о причастности советского руководства к событиям «германского октября» 1923 г. (Л.Г. Бабиченко, В.Л. Черноперов).





В последние годы в российской историографии появились исследования о судето-немецком вопросе в Чехословакии. Ключевые проблемы чешско-немецких отношений в ЧСР рассмотрены Е.П. Серапионовой39. Изучению положения немцев в ЧСР, образования и деятельности судето-немецких политических партий посвящено несколько работ С.В. Кретинина40. Однако, ограничившись исследованием преимущественно материалов судето-немецких организаций, в частности Архива Зелигера, и отказавшись при этом от изучения чешских документов, С.В. Кретинин по существу извлек судето-немецкий вопрос из контекста чехословацкой истории, что не могло не привести к односторонней оценке этой сложной проблемы.

Что касается заявленной исследовательской проблемы – истории  отношений между ЧСР и Веймарской республикой в 1918-1925 гг., то в отечественной историографии она по сей день остается, к сожалению, лакуной.

В целом, при оценке степени изученности темы следует учитывать, что на исследование чехословацко-германских отношений наложили отпечаток политическая конъюнктура, недоступность в течение длительного времени необходимых архивных источников. Историки СССР, ЧССР, ГДР и других социалистических государств до конца 1980-х годов работали в условиях цензуры и крайне ограниченного доступа к дипломатическим архивам. Западноевропейские и американские историки, несмотря на широкое использование архивных документов ФРГ, Великобритании, Франции, США, Австрии, не имели возможности полноценно работать в архивах стран «социалистического содружества», в том числе  ЧССР и СССР. Это привело к тому, что чехословацко-германские отношения в 1918 - 1925 гг. не могли быть подвергнуты всестороннему анализу, а отдельные аспекты вообще остались вне поля зрения исследователей. Исходя из этого, автор сформулировал круг решаемых в диссертации исследовательских задач и определил конкретные направления поисковой работы в архивах.

Объектом диссертационного исследования является формирование системы международных отношений после Первой мировой войны.

       Предмет исследования – взаимоотношения Германии и ЧСР  в контексте Версальской системы международных отношений. 

       Целью диссертации является исследование процесса взаимодействия ЧСР и Веймарской республики в рамках Версальской системы международных отношений в 1918-1925 гг.

       Главная целевая установка реализуется через решение следующих задач:

- сопоставить внешнеполитические цели Германии и Чехословакии в период формирования новой международной системы;

  • установить вклад ЧСР в консолидацию Версальской системы международных отношений;
  • оценить политику Веймарской республики в Центрально-Восточной Европе, влияние советско-германского сотрудничества, в частности, Рапалльского договора 1922 г. на международные отношения в регионе и на внешнеполитическую деятельность ЧСР;
  • рассмотреть воздействие рурского кризиса на чехословацко-германские отношения и на международную ситуацию в Центральной Европе;
  • определить значение перемен в международной политике в 1924-1925 гг. для германо-чехословацких отношений;
  • определить роль судето-немецкого вопроса в процессе развития чехословацко-германских отношений;
  • оценить влияние внутриполитической борьбы в Германии на отношения с Чехословакией.

       Хронологические рамки исследования охватывают период с момента образования Чехословацкой республики в октябре 1918 г. и Ноябрьской революции в Германии до Локарнской конференции 1925 г. По итогам Первой мировой войны в этот период начала формироваться новая система международных отношений, отличавшаяся неустойчивостью и породившая множество противоречий, которые привели к ряду международных кризисов. Решения Локарнской конференции снизили остроту германской проблемы, способствовали стабилизации международных отношений, но вместе с тем привели к изменению соотношения сил между державами-победительницами и побежденной Германией, положив начало новому этапу в эволюции Версальской системы и в развитии чехословацко-германских отношений.

       Географические рамки работы ограничены Центрально-Восточной Европой, которая в международно-политическом плане представляла собой регион Версальской системы со специфическим комплексом проблем: судето-немецкий вопрос в ЧСР, угроза аншлюса Австрии и реставрации монархий Габсбургов в Венгрии и Гогенцоллернов в Германии, ревизионистские устремления Венгрии, гарантии восточных границ Германии.

       Методологической основой диссертационного исследования стали основные общенаучные принципы, прежде всего принципы историзма и научной объективности, предполагающие рассмотрение фактов, событий, явлений в их развитии и взаимодействии с другими общественными явлениями, избегая политической и идеологической предвзятости. При написании диссертации применялись основные общепризнанные методы исторического исследования. Для анализа развития германо-чехословацких отношений в условиях эволюции внутриполитической ситуации использовался историко-генетический метод. Применение  историко-сравнительного метода представляется полезным при сопоставлении внешнеполитической деятельности ЧСР и Германии в Центральной Европе.

       Диссертационная работа написана с учетом достижений современной теории международных отношений, в частности, системного подхода. Последний рассматривает межгосударственные отношения как систему, представляющую собой целостную совокупность элементов, в результате взаимодействия которых данная совокупность приобретает новые интегративные качества41. Основными  системообразующими элементами являются отношения  между великими державами, которые, хотя и предопределяют общий баланс сил в системе межгосударственных отношений, но ими не ограничиваются. Системный подход позволяет рассмотреть развитие германо-чехословацких отношений на всех основных структурных уровнях: отношений между двумя государствами, обусловленных специфическими проблемами сугубо двустороннего характера; между государствами, вовлеченными в определенные международно-политические ситуации в силу своих национально-государственных интересов, двусторонних или многосторонних обязательств перед другими странами; между государствами на региональном уровне, каждое из которых преследовало свои цели в решении международных проблем в регионе Центрально-Восточной Европы и предпринимало соответствующие внешнеполитические действия; наконец, между государствами, принадлежавшими к противоположным международным политическим группировкам, сложившимся после Первой мировой войны, – лагерю победителей и лагерю побежденных.

       Следует учитывать, что каждое государство является сложной общественной системой, и развивающиеся в нем политические процессы оказывают влияние как на внешнюю политику данного государства, так и на всю систему межгосударственных отношений в целом42. В свою очередь, система международных отношений оказывает воздействие на внешнюю политику отдельных государств43. 

Источниковую базу исследования составили архивные материалы Российской Федерации, Чешской Республики и ФРГ, документальные публикации, воспоминания современников, пресса.

1. Архивные документы. При написании диссертации были использованы материалы Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ): протоколы заседаний политбюро и стенографические отчеты пленумов ЦК РКП(б), на которых рассматривались вопросы внешней политики СССР и международных отношений в Центральной Европе (Ф. 17); документы Коминтерна (Ф. 495), в частности переписка секретариата исполкома с центральными комитетами коммунистических партий, материалы отдела информации и статистики, переписка руководящих сотрудников КПЧ и КПГ; документы личного фонда видного деятеля СДПГ, члена Совета народных уполномоченных, депутата рейхстага В. Дитмана (Ф. 215), в котором отложились материалы о  внешней политике Германской республики.

  Богатый документальный материал о германо-чехословацких отношениях и международных отношениях в Центрально-Восточной Европе хранится в фондах Архива внешней политики Российской Федерации (АВП РФ). Особую ценность представляют дипломатическая переписка и дневники полпредов и их советников в ЧСР, содержащие информацию о контактах с официальными лицами Первой республики, представителями деловых кругов и различных политических партий (в том числе и судето-немецких), с журналистами, с германским посольством в Праге, с которым советское полпредство имело доверительные отношения, а также с сотрудниками других иностранных посольств.

Важные документы, отражающие внутриполитическую борьбу в ЧСР по вопросам национальной и международной политики, ее отношения с Германией и Австрией,  были выявлены в Российском государственном военном архиве (РГВА).

Исключительную ценность для исследования германо-чехословацких отношений представляют документы фонда «Рейхсканцелярия» в Федеральном архиве (Берлин)44. Среди них – переписка рейхсканцелярии с рейхсминистерством иностранных дел и другими ведомствами, с правительствами Баварии и Саксонии, аналитические и докладные записки о германо-чехословацких отношениях, донесения глав германских дипломатических представительств из Праги, Будапешта, Вены, Варшавы, Лондона, Парижа, Москвы и др. Эти документы позволяют установить, как и под влиянием каких факторов формировалась политика Веймарской республики в отношении Чехословакии,  и исследовать ее в контексте международных отношений в Центрально-Восточной Европе.

В Архиве социальной демократии в Фонде Фридриха Эберта (Бонн) диссертант ознакомился с материалами личного фонда министра иностранных дел (июнь 1919 – март 1920 г.)  и канцлера (март – июнь 1920 г.) Веймарской республики Германа Мюллера, в котором хранятся переписка с министрами и депутатами рейхстага, с дипломатическими представительствами Германии за рубежом, с руководством европейских социалистических и социал-демократических партий45.

В Архиве Зелигера, находящемся в Архиве социальной демократии, были изучены материалы о деятельности немецко-богемских политических партий, которые позволяют составить представление не только об отношении немецко-богемских партий к международной деятельности чехословацкого руководства, но и об их собственных внешнеполитических программах и проследить ход их борьбы за переориентацию внешней политики ЧСР и развитие сотрудничества с Германией46. 

В Архиве Института Т.Г. Масарика (Прага)47 были изучены документы фондов Т.Г. Масарика и Э. Бенеша, прежде всего материалы их зарубежных визитов и дипломатическая переписка. В Национальном архиве Чешской Республики автор ознакомился с протоколами заседаний совета министров48. Ряд важных документов о политике первого правительства ЧСР в немецко-богемском вопросе выявлен в фонде К. Крамаржа в Архиве Национального музея (Прага)49.

Ценные материалы для исследования чехословацко-германских отношений содержатся в Архиве министерства иностранных дел Чешской Республики50, в фондах «Кабинет министра», «Парижский архив», «Политические отчеты», «II. Cекция – 3. Лига наций» и в личном фонде посланника ЧСР в Германии в 1921-1924 гг. В. Тусара.

В Военном историческом архиве (Прага) были изучены документы фонда «Военная канцелярия президента республики», среди которых наибольшую ценность для данной работы представляют донесения военных атташе ЧСР из Берлина, Вены и Парижа51. Значительный интерес вызывают донесения информационного отдела генштаба чехословацкой армии в президиум совета министров. Копии этих материалов из Военного исторического архива несколько лет назад предоставил диссертанту член-корр. РАН В.К. Волков52, за что автор выражает глубокую признательность.

2. Документальные публикации. Важные сведения о взаимоотношениях Веймарской республики и Чехословакии были почерпнуты из опубликованных правительственных материалов, стенографических отчетов заседаний Национального собрания ЧСР, Учредительного Национального собрания и рейхстага Германии, а также из официальных выступлений и других документов государственных деятелей двух стран.

Среди документальных публикаций особенно важны для исследователя переписка Э. Бенеша с президентом и правительством ЧСР, с дипломатическими представительствами  за рубежом, а также многотомные издания «Документы чехословацкой внешней политики» и «Документы германской внешней политики», в которых содержится ряд важнейших документов по теме диссертации. Большую ценность для исследования взаимоотношений Веймарской республики и ЧСР имеют дипломатические документы германского посольства в Праге, в которых приведены характеристики внутриполитического и экономического положения Чехословакии, состояния межнациональных отношений, особенно судето-немецкого вопроса. 

При написании диссертации также были использованы советские, американские, британские, итальянские, австрийские, бельгийские, венгерские, польские, румынские, югославские, швейцарские публикации дипломатических документов, которые позволяют проследить эволюцию системы международных отношений в послевоенной Европе.

3. Мемуары и дневники. Важным дополнением к архивным и опубликованным документам служат мемуары и дневники государственных деятелей, дипломатов, журналистов и других официальных и неофициальных лиц Германии, ЧСР, Австрии, Польши, США, Великобритании, Франции, Италии, принимавших участие в политических событиях в послевоенной Европе (Э. Бенеша, К. Бадера, Т. Вольфа, Э. д’Абернона, Р. Кюнцль-Йизерского, Д. Ллойд Джорджа, В. Ратенау, Ф. Томмазини, Ф. Шейдемана, Л. Эйнштейна, Э. Эррио и др.).

4. Пресса. Для написания диссертации была изучена пресса Веймарской республики («Berliner Tageblatt», «Deutsche Allgemeine Zeitung», «Vorwдrts», «Vossische Zeitung») и Чехословакии («Bohemia», «Prager Tagblatt», «Иeske slovo», «Prбvo lidu», «Venkov») за 1919-1925 годы. Для раскрытия темы исключительно полезными были издания министерства иностранных дел ЧСР «Prager Presse» и «Zahraniиnн politika», содержащие разнообразные сведения о развитии чехословацко-германских отношений.

В диссертации широко использованы материалы фонда «Министерство иностранных дел – архив вырезок» Национального архива Чешской Республики, содержащего вырезки из газет разных стран53, и обзоры чехословацкой и иностранной прессы о ЧСР, составленные сотрудниками отдела печати советского дипломатического представительства в Праге54.

Научная новизна диссертации состоит в системном подходе к исследованию истории отношений ЧСР и Веймарской республики в 1918-1925 гг. Впервые в историографии предпринимается попытка проследить взаимодействие внутриполитических и международных факторов в процессе развития чехословацко-германских отношений в начальный период эволюции Версальской системы.

В диссертации предложена авторская интерпретация роли судето-немецкого вопроса в контексте развития чехословацко-германских отношений; исследована международная деятельность судето-немецких политических партий, их реакция на важнейшие события международной жизни того времени – советско-германский Рапалльский договор, договоры ЧСР с Францией и союзниками по Малой Антанте, с Австрией, Польшей и др.

На основании источников, впервые введенных в научный оборот, внесены принципиальные уточнения в трактовку политики ЧСР в германском вопросе, в частности, показано отношение чехословацкой дипломатии к развитию внутриполитической ситуации в Германии, к  выполнению Берлином условий Версальского мирного договора, а также к планам и действиям великих держав, к дебатам о репарациях, к принятию плана Дауэса и др.

Использование системного подхода позволило рассмотреть события чехословацко-германских отношений во взаимосвязи с наиболее важными тенденциями развития международных отношений в Европе в первые послевоенные годы.

На основе сопоставительного анализа политики ЧСР и Веймарской республики в Центрально-Восточной Европе впервые в отечественной историографии определено влияние на чехословацко-германские отношения польско-советской войны, создания малоантантовского блока,  дипломатической борьбы в связи с плебисцитом в Верхней Силезии,  движения за аншлюс в Австрии и за восстановление Габсбургов на венгерском престоле.

При изучении внешнеполитической деятельности СССР в Центрально-Восточной Европе впервые на основе архивных материалов рассмотрены  следующие вопросы: влияние на международные отношения в регионе в целом и на Чехословакию, в частности, Рапалльского договора 1922 г. и последующего развития советско-германского сотрудничества; взаимодействие советского руководства, Коминтерна, КПГ и КПЧ во время рурского кризиса, влияние революционных выступлений в Германии на ЧСР и отношение к ним различных политических течений в Чехословакии; отражение признания Великобританией, Италией, Францией и рядом других европейских государств Советского Союза в 1924 г. на отношениях Москвы, Берлина и Праги; реакция СССР на визит Э. Бенеша в Варшаву в апреле 1925 г.; советско-чехословацкие отношения в период Локарнской конференции.        

Практическая значимость диссертации. Материалы диссертации могут быть использованы при написании обобщающих работ по истории международных отношений в Центральной Европе, по истории Германии и Чехии, а также при составлении учебных пособий, программ и лекционных курсов по новейшей истории Европы, истории южных и западных славян. На основе полученных в ходе исследования результатов разработан и читается специальный лекционный курс для студентов факультета истории и международных отношений Волгоградского государственного университета.

       Апробация исследования. Наиболее значимые результаты исследований отражены в монографии и научных статьях общим объемом более 53 п.л.

       Результаты исследования заслушаны на заседаниях кафедры зарубежной истории и мировой политики Волгоградского государственного университета (2006 г., 2008 г.), Отдела истории славянских народов периода мировых войн Института славяноведения РАН (2007 г.), отражены в докладах на международных, всероссийских и межрегиональных научных конференциях и семинарах: «Сталинградская битва в истории СССР, России и Германии» (Волгоград, март 1993 г.); «Версаль и новая Восточная Европа» (Институт славяноведения и балканистики РАН, Москва, ноябрь 1993 г.); «Демократия и общественное движение в новое и новейшее время» (Волгоград, март 1999 г.); «Возрождение из руин: воспоминания, мифы и табу в преподавании истории послевоенного времени в России и Германии» (Волгоград, сентябрь 2001 г.); «Война и мир в историческом процессе XVII-XX вв.» (Волгоград, апрель 2003 г.); «Вилли Брандт – человек, политик: история и современность» (Волгоград, март 2004 г.); «Парижская мирная конференция 1919-1920 гг. и мирное урегулирование в Центральной и Юго-Восточной Европе. Становление Версальской системы на востоке Европы» (Институт славяноведения РАН, Москва, ноябрь 2004 г.); «История: перекрестки и переломы» (Волгоград, май 2007 г.); «Демократия или авторитаризм: оформление новых политических режимов в Европе в XIX-XX вв.» (Волгоград, октябрь 2007 г.); «Изучение истории России в Германии и истории Германии в России» (Волгоград, ноябрь 2007 г.); на ежегодных научных сессиях Волгоградского государственного университета.

       Структура диссертации. Диссертация строится по проблемно-хронологическому принципу, состоит из введения, пяти глав, заключения, списка источников и литературы.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность темы, определяются цели и задачи исследования, его научная новизна и практическая значимость, степень изученности поставленной проблемы, анализируется источниковая база исследования, обосновываются его методологические принципы.

В первой главе «Чехословакия и Германия в период становления Версальской системы международных отношений» рассматриваются германо-чехословацкие отношения накануне и во время Парижской мирной конференции. В первом параграфе показана реакция Берлина на образование Чехословацкой республики и провозглашение немецких провинций. Автор доказывает, что поверженная и ожидавшая подписания мирного договора Германия была неспособна предпринять силовые действия в отношении ЧСР.  Берлин дистанцировался от античешских выступлений богемских немцев, более того, настаивал на их примирении с чехословацкими властями, рассчитывая, что богемские немцы, составлявшие почти четверть населения ЧСР, способны влиять на ее внешнюю политику в прогерманском направлении. Германия стремилась склонить Чехословакию к сотрудничеству и использовать ее в качестве моста для налаживания отношений с Антантой, США и странами Юго-Восточной Европы, надеясь не допустить осуществления антигерманских проектов, прорвать дипломатическую изоляцию и создать более благоприятные условия при подписании мирного договора.

Во втором параграфе рассматривается деятельность чехословацкой делегации на Парижской мирной конференции и дипломатическая борьба вокруг судето-немецкого вопроса в первой половине 1919 г. На Парижской мирной конференции чехословацкая делегация, заручившись поддержкой Франции, выдвинула ряд конкретных требований: признание «исторических границ» в Чехии, Моравии и Силезии с небольшими изменениями в пользу Чехословакии границ с Германией (в округах Глатца и Ратибора) и Австрией (в районе Гмюнда); включение в состав ЧСР Тешинской Силезии, Закарпатской Украины; обеспечение Чехословакии выхода к адриатическим портам (бургенландский коридор); интернационализация некоторых железнодорожных линий, водных путей и портов. Помимо этого, Чехословакия требовала решить проблемы лужицких сербов и предоставить международные гарантии чешскому и словацкому меньшинствам в Вене.

В параграфе всесторонне рассмотрено состояние немецкого вопроса в ЧСР, который в период Парижской мирной конференции достиг чрезвычайной остроты. С начала 1919 г. активизировались как немецкие организации в пограничных районах ЧСР, так и эмигрантские правительства Немецкой Богемии, Судетской области, Немецкой Южной Моравии и Области Богемского леса, находившиеся в Вене. Австрийское правительство взяло на себя ответственность представлять их требования на мирной конференции и оказывало им всемерную помощь. Однако никто из участников конференции не поставил вопроса об отделении немецких провинций от Чехословакии. Даже представители США и Великобритании, которые оспаривали некоторые территориальные требования чехословацкой делегации и поддерживавших ее французов, не поднимали этот вопрос. Речь шла об уступках в пользу Германии отдельных городов и других населенных пунктов и прилегающих к ним районов. Вопрос о немецких провинциях был решен без участия германской и австрийской делегаций.

Версальский (28 июня 1919 г.) и Сен-Жерменский (10 сентября 1919 г.) договоры закрепили в международно-правовой форме послевоенное статус-кво на европейском континенте. Их положения отвечали государственным интересам Чехословакии, в силу чего руководство страны рассматривало указанные договоры как гарант своей территориальной целостности и суверенного развития.

Во второй главе «Усилия ЧСР по консолидации международных отношений в Центральной Европе и политика Германии (июль 1919 декабрь 1921 гг.)» рассматриваются особенности политики Веймарской республики и ЧСР в Центрально-Восточной Европе и взаимодействие внутри- и внешнеполитических факторов в процессе развития германо-чехословацких отношений в указанный период. В первом параграфе исследована роль судето-немецкого вопроса в германо-чехословацких отношениях, показаны попытки чехословацких властей, в том числе усилия «красно-зеленой коалиции» В. Тусара, урегулировать судето-немецкий вопрос.  Веймарская республика поначалу не проявляла большого интереса к проблемам судетских немцев и пыталась склонить их к сотрудничеству с Прагой. Однако правые политические силы в Германии использовали  чешско-немецкие конфликты в ЧСР для возбуждения вопроса о «защите» немецкого меньшинства, что уже в начале 1920-х годов привело к осложнениям в чехословацко-германских дипломатических отношениях. Сохранение монархических традиций в германском обществе и армии, ревизионистские тенденции во внешней политике Берлина, проявившиеся в возбуждении глучинского вопроса, усилили опасения Праги перед возрождением Германии как реакционного и милитаристского государства, способного восстановить свое былое влияние в Центральной Европе.

Тем не менее, после вступления в силу 10 января 1920 г. Версальского договора расширилась сфера чехословацко-германского сотрудничества. В диссертации проанализированы соответствующие двусторонние документы экономического и политического характера и шаги по их реализации. Автор отмечает, что ЧСР была единственной европейской страной из лагеря победителей, отказавшейся от права безвозмездной ликвидации германской собственности на своей территории. В период репарационного кризиса в начале 1921 г. Прага воздержалась от участия в санкциях против Германии и заняла выжидательную позицию.

Во втором параграфе освещается влияние на развитие германо-чехословацких отношений польско-советской войны 1920 г. Отношение правительств Германии и ЧСР к польско-советской войне было схожим. Оба государства были втянуты в территориальные споры с Польшей и рассчитывали воспользоваться моментом и своим стратегическим положением (через их территории должны были идти транспорты с оружием и боеприпасами), чтобы решить ряд проблем в свою пользу. Германия пыталась оказать давление на Антанту и добиться пересмотра ряда военных и репарационных статей Версальского договора, вступила в переговоры с Москвой о судьбе так называемого «польского коридора», Верхней Силезии и др. Чехословакия, воспользовавшись наступлением на Варшаву Красной Армии, добилась выгодного для себя решения тешинского вопроса. Согласно решению послов (28 июля 1920 г.), ЧСР получила всю область Карвин, стратегическую железную дорогу и пригороды города Тешина на западном берегу реки Ольше. Добившись территориальных приращений, Чехословакия вслед за Германией объявила нейтралитет и запретила транспортировку военных грузов через свою территорию. Польша считала раздел Тешинской Силезии несправедливым и не торопилась его признавать.

В третьем параграфе проанализировано отношение Германии к образованию Малой Антанты. Вопреки распространенному в историографии мнению, в диссертации на основании анализа германских дипломатических документов доказывается, что Берлин поддержал проект образования политического блока, автором которого был Э. Бенеш. Германская сторона расценивала Малую Антанту как антивенгерский оборонительный союз ЧСР, КСХС и Румынии, не имевший антигерманской направленности. Позиция Чехословакии способствовала блокированию планов румынской дипломатии, стремившейся  расширить Малую Антанту за счет включения Польши и Греции и превратить ее в барьер между Берлином и Москвой. Целью германской дипломатии было воспрепятствовать эволюции Малой Антанты в антигерманский союз.

В четвертом параграфе рассматривается политика ЧСР в верхнесилезском вопросе. Прага, вынашивавшая идею создания в Верхней Силезии нейтрального государства, была вынуждена по объективным причинам выступить за передачу промышленных районов Польше. В обмен ЧСР попыталась достичь окончательного урегулирования вопроса о разделе Тешинской Силезии. 6 ноября 1921 г. был подписан польско-чехословацкий договор, который предусматривал взаимную гарантию государственных границ, соблюдение благожелательного нейтралитета в случае нападения на кого-либо из них и предоставление беспрепятственного транзита военных грузов. Берлин расценил сближение Праги с Польшей как крайне недружественный акт по отношению к Германии и принял решение ужесточить политику в отношении ЧСР.

В пятом параграфе представлены итоги изучения позиции Германии в связи с развитием австро-чехословацких отношений. Германская дипломатия с пониманием отнеслась к переговорам австрийского канцлера К. Реннера 1012 января 1920 г. в Праге, в ходе которых обсуждались вопросы политического и экономического сотрудничества и был подписан секретный протокол, предусматривавший взаимную поддержку в случае попытки реставрации Габсбургов и угрозы со стороны Венгрии. Однако активность чехословацкой дипломатии и успехи Малой Антанты в борьбе против реставрации Габсбургов весной и осенью 1921 г. рассматривались в Берлине как факторы, способствовавшие укреплению международно-политического и военного положения ЧСР в Центральной Европе в противовес интересам Германии. Настороженность Германии вызвал австро-чехословацкий Ланский договор (16 декабря 1921 г.), целью которого было воспрепятствовать аншлюсу. Последнее обусловило постановку перед германской дипломатией следующих задач: во-первых, не допустить дальнейшего углубления отношений Австрии с ЧСР и другими странами Малой Антанты; во-вторых, содействовать развитию германо-австрийских отношений.

В третьей главе «Чехословакия и Германия в условиях трансформации Версальской системы международных отношений в 1922 г.» освещается внешняя политика ЧСР и Веймарской республики накануне и во время Генуэзской конференции, а также показаны перемены, произошедшие в их взаимоотношениях после Рапалло. В первом параграфе проанализированы итоги посреднической миссии Э. Бенеша по примирению позиций Великобритании и Франции, координации политики с другими государствами, разработке общего курса Малой Антанты накануне Генуэзской конференции. По оценкам Берлина, международная активность Бенеша способствовала изоляции Германии в преддверии Генуэзской конференции, исключению из повестки дня вопросов о репарациях и мирных договорах, в обсуждении которых больше всего была заинтересована германская сторона.

Во втором параграфе исследовано влияние Рапалльского договора на германо-чехословацкие отношения. Заключение советско-германского Рапалльского договора (16 апреля 1922 г.) сопровождалось дальнейшим размежеванием интересов Великобритании и Франции в их европейской политике, участившимися попытками ревизии мирных договоров, ростом угрозы для стран Восточной Европы, обострением в них внутриполитической борьбы по вопросам внешнеполитической ориентации. В ЧСР Раппальский договор вызвал усиление активности судето-немецких политических партий, которые выступили с резкой критикой внешней политики Праги, отвергая ее одностороннюю ориентацию на Францию, и требовали установления дружественных отношений с Веймарской республикой и Советской Россией. Они расценивали Рапалльский договор как первый шаг на пути пересмотра мирных договоров и как поворот в развитии международных отношений в Европе. В этих условиях усилия Э. Бенеша были направлены на то, чтобы предотвратить окончательный разрыв между Францией и Великобританией, не допустить вовлечение в конфликт между ними ЧСР и ее союзниц по Малой Антанте, воспрепятствовать дальнейшему укреплению советско-германского сотрудничества. В то же время он стремился ограничить влияние Франции на ЧСР и частично переориентировать внешнюю политику Праги на Великобританию, расширить связи с Советской Россией и Веймарской республикой. Летом и осенью 1922 г. в отношениях ЧСР с Веймарской республикой наметились определенные позитивные сдвиги: чехословацкой стороной был ратифицирован экономический договор от 29 июня 1920 г., подписан ряд новых соглашений, способствовавших развитию сотрудничества между двумя странами.

В третьем параграфе исследованы изменения в политике ЧСР в Центрально-Восточной Европе после Генуэзской конференции и подписания Рапалльского договора. 5 июня 1922 г. был заключен временный договор с РСФСР, который наряду со статьями об экономическом сотрудничестве, содержал ряд политических положений (соблюдение нейтралитета в случае конфликта с третьей державой, создание постоянных представительств, отказ от подстрекательской пропаганды и т.д.). Важным направлением внешней политики ЧСР после Рапалло было укрепление коалиционного сотрудничества в рамках Малой Антанты, обновление договорной системы ее стран-участниц с предоставлением ряда взаимных гарантий. При этом Бенеш стремился оттеснить от сотрудничества с Малой Антантой Польшу, чье международное положение после заключения Рапалльского договора ухудшилось, а внутриполитическая обстановка отличалась нестабильностью. С целью стабилизации международной ситуации в Центральной Европе ЧСР взяла на себя инициативу в решении экономических проблем Австрии, оказавшейся летом 1922 г. в критическом положении. Благодаря активности чехословацкой дипломатии были решены вопросы предоставления Австрии крупного международного займа и гарантий ее политической независимости, территориальной целостности и суверенитета (Женевские протоколы от 4 октября 1922 г.). Как фактор, подрывавший стабильность системы международных отношений в регионе, Прага расценила фашистский переворот в Италии в конце октября 1922 г.

В четвертой главе «Германо-чехословацкие отношения в период рурского кризиса и его разрешения» исследовано взаимодействие Веймарской республики и ЧСР в 1923-1924 гг. В первом параграфе проанализирована реакция Чехословакии на франко-бельгийскую оккупацию Рурской области в январе 1923 г., в частности, комплекс внутриполитических и международных факторов, вынудивших Прагу занять позицию нейтралитета. ЧСР была обеспокоена тем, что франко-бельгийская акция вызвала массовый протест со стороны судето-немецких политических партий, поднявших новую волну критики в адрес чехословацкого руководства, и привела к росту националистических настроений в Германии и Венгрии, укреплению военных и политических отношений между этими государствами, к активизации в СССР сторонников мировой революции.

Во втором параграфе рассмотрены коллизии чехословацко-французских и чехословацко-британских переговоров в марте-октябре 1923 г., в ходе которых ЧСР пыталась уклониться от настойчивых предложений Парижа создать антигерманский франко-чехословацко-польский военно-политический альянс. Чтобы ослабить давление Франции, ЧСР вступила в переговоры с Великобританией, чья позиция в германском вопросе ей была ближе. Прага призывала к восстановлению Антанты, более деятельному участию Великобритании в решении международных проблем на европейском континенте и поддержала усилия британских политиков по достижению сотрудничества с США в урегулировании репарационного вопроса.

В третьем параграфе изучены изменения в германо-чехословацких отношениях в период канцлерства Г. Штреземана. Приветствуя отказ Берлина от «пассивного сопротивления» как начало ликвидации рурского кризиса, Чехословакия, вместе с тем, опасалась обострения внутриполитической борьбы в Германии и ее последствий. В случае победы коммунистов в Саксонии ЧСР не устраивала перспектива распространения революции на соседние страны и вмешательства СССР. В выступлении же правых сил в Баварии Прага усматривала угрозу возрождения милитаризма и реакции в Германии, не исключая и возможности реставрации Гогенцоллернов. Поэтому возвращение 9 ноября 1923 г. в Германию бывшего кронпринца Вильгельма Прага расценила как событие международного значения, затрагивавшего интересы Чехословакии. В диссертации отмечено, что чехословацкие лидеры преувеличивали угрозу реставрации монархии в Германии и недооценивали нацистское движение, для которого путч 1923 г. был лишь первой пробой сил. Автор приходит к заключению, что в период канцлерства Штреземана чехословацко-германские отношения характеризовались «натянутостью». Берлин расценил заявления Праги в связи с возвращением кронпринца Вильгельма как вмешательство во внутренние дела Германии и впервые открыто обвинил чехословацкое руководство в ущемлении прав судетских немцев.

В четвертом параграфе анализируется чехословацко-французский договор о союзе и дружбе от 25 января 1924 г. и реакция на него Германии. По условиям договора стороны должны были координировать внешнеполитические действия при возникновении угрозы их безопасности или при посягательстве на порядок, установленный мирными договорами, и обязались принять совместные меры в случае возникновения опасности присоединения Австрии к Германии, реставрации Габсбургов в Венгрии или Гогенцоллернов в Германии. Договор дополняли секретные письма о сотрудничестве между генеральными штабами.

В Берлине франко-чехословацкий договор был воспринят как антигерманский пакт. 19 марта 1924 г. «Berliner Tageblatt» опубликовала материалы о секретных военных переговорах между Францией и ЧСР. Автор диссертации предполагает, что одной из целей публикации «секретных документов», достоверность которых весьма сомнительна, было стремление Штреземана привлечь общественное мнение Германии и других европейских государств к проблеме чехословацко-французских переговоров, блокировать возможность расширения военного сотрудничества Франции  и Чехословакии и подключения к нему Польши и союзников по Малой Антанте. Автор доказывает, что франко-чехословацкий договор 1924 г. вызвал обострение чехословацко-германских отношений, охлаждение отношений ЧСР с Великобританией, недоверие к политике Праги со стороны Италии и Польши.

В пятом параграфе исследована политика Германии и Чехословакии в условиях перемен, происходивших в международных отношениях в Европе в 1924 г. ЧСР приветствовала признание Советского Союза Великобританией, Италией и рядом других государств, рассчитывая, что этот процесс приведет к «отрыву» СССР от Германии, «растворит» советско-германское сотрудничество. Проанализировав чехословацкие дипломатические документы и материалы прессы в период принятия плана Дауэса, автор пришел к выводу, что международные позиции ЧСР после Лондонской конференции (16 июля – 16 августа 1924 г.) были ослаблены. Реагируя на новые вызовы, Чехословакия попыталась наладить сотрудничество Великобритании и Франции в рамках Лиги наций, стремясь превратить ее в эффективный инструмент борьбы с любой агрессией. Бенеш принял активное участие в разработке общеевропейского гарантийного пакта (так называемого Женевского протокола), который был 2 октября 1924 г. одобрен V ассамблеей Лиги наций.

В Берлине расценили Женевский протокол как средство поддержания  лидирующей антигерманской роли Франции в международных делах. Поэтому затягивание, а затем и отказ британского правительства от ратификации Женевского протокола были на руку Германии. В это же время Берлин акцентировал внимание на британских проектах региональных гарантийных пактов в Западной Европе, стремясь лишить их антигерманской направленности и использовать в качестве противовеса Женевскому протоколу.

Пятая глава «Рейнский гарантийный пакт и германо-чехословацкие отношения в 1925 году» посвящена политике Веймарской республики и ЧСР в период подготовки и работы Локарнской конференции. В первом параграфе проанализированы германский проект Рейнского пакта и позиция Чехословакии. Исходя из намерений добиться гарантий существования «статус-кво на Рейне», Германия предлагала Великобритании, Франции и Италии заключить пакт. Чехословакию насторожило стремление Берлина ограничиться гарантиями лишь западных границ, и в марте 1925 г. Бенеш представил правительствам Франции и Великобритании меморандумы, в которых решительно выступал против дифференциации западных и восточных границ и обосновывал необходимость распространения гарантийного договора на Центральную Европу. Он также настаивал на вступлении Германии в Лигу наций, чтобы связать ее обязательствами относительно восточных границ. В отношениях с Германией Бенеш проявлял определенную осторожность: заявив о готовности заключить арбитражный договор с Германией, он уклонился от обсуждения его содержания.

Во втором параграфе показано влияние на германо-чехословацкие отношения внутриполитической динамики Веймарской республики в конце 1924 – первой половине 1925 г. В декабре 1924 г. на выборах в рейхстаг Немецкая национальная народная партия (НННП) получила 111 мандатов, и три ее представителя вошли в состав кабинета Г. Лютера. 26 апреля 1925 г. президентские выборы принесли победу кандидату Имперского блока фельдмаршалу П. Гинденбургу. Эти события привели к усилению влияния правых и националистических сил на внутреннюю и внешнюю политику Германии. В сфере внешней политики это проявилось в стремлении к ревизии восточных границ Германии, в поддержке ирредентистских организаций судетских немцев, что негативно отразилось на германо-чехословацких отношениях.

В третьем параграфе освещается визит Бенеша в Варшаву и реакция на него Германии и СССР. Внешнеполитическая активность Германии при явном нежелании гарантировать границы на востоке подталкивали Прагу к сближению с Польшей. В апреле 1925 г. во время визита Бенеша в Варшаву были подписаны договоры об урегулировании вопросов, связанных с разделом Тешинской области и Яворжины, об арбитраже и торговле между двумя странами. В Берлине визит Бенеша расценили как антигерманскую демонстрацию. Германия предприняла действия, чтобы ослабить чехословацко-польский союз и разъединить восточных союзников Франции.

В четвертом параграфе исследована политика ЧСР в австрийском вопросе в связи с обсуждением проекта гарантийного пакта. Победа Гинденбурга на президентских выборах в Германии способствовала росту движения за аншлюс, что побудило Чехословакию выступить с требованием сослаться в гарантийном пакте на незыблемость всех ранее подписанных договоров, запрещавших объединение Австрии и Германии. На конференции Малой Антанты в Бухаресте (9-11 мая 1925 г.) Бенеш добился поддержки своей политики в австрийском вопросе со стороны Румынии и Югославии. Кроме того, с целью противодействия аншлюсу он пытался наладить сотрудничество с Италией. Чтобы парализовать действия Бенеша, германская дипломатия пыталась внести раскол в отношения стран-участниц Малой Антанты и столкнуть интересы Чехословакии и Италии в австрийском вопросе. Усилия Бенеша включить в гарантийный пакт пункт о запрете аншлюса не увенчались успехом, а его политика в австрийском вопросе привела, в конечном счете, к обострению отношений ЧСР с Германией, Австрией и Италией.

В пятом параграфе рассматриваются проблемы гарантии безопасности ЧСР в связи с англо-франко-германскими переговорами о Рейнском пакте в марте-сентябре 1925 г. В условиях, когда только Франция соглашалась гарантировать восточные границы Германии и, в случае германо-польского или германо-чехословацкого конфликта, оказать помощь своим восточноевропейским союзникам, а Лондон отказался взять на себя обязательства о гарантиях каких-либо границ в Европе, кроме границы Франции и Бельгии с Германией, целью чехословацкой дипломатии было отстоять незыблемость постановлений мирных договоров,  договора 1924 г. с Францией, соглашений, запрещавших аншлюс Австрии, не допустить включения в арбитражные договоры вопросов о границах и меньшинствах. Летом 1925 г. Прага пересмотрела свою позицию в вопросе о вступлении Германии в Лигу наций, опасаясь, что в случае положительного решения усилится давление судетских немцев на чехословацкое правительство. Настойчивые попытки Бенеша обсудить со Штреземаном проблемы отношений между двумя государствами и добиться обеспечения безопасности чехословацко-германской границы на таком же уровне, как границ западных соседей Германии, не увенчались успехом: Штреземан уклонился от переговоров с Бенешем. Более того, Берлин решительно отвергал французские гарантии арбитражных договоров Германии с восточноевропейскими странами.

В шестом параграфе представлены результаты анализа чехословацко-германских отношений в преддверии и во время работы Локарнской конференции. Предложение Праги заключить чехословацко-германский арбитражный договор, который был бы связан с Рейнским гарантийным пактом и гарантирован Францией, принципиально расходилось с намерениями германского правительства, исключавшего возможность заключения договоров, которые могли быть интерпретированы, как повторное признание восточных границ, и не допускавшего гарантии восточноевропейских арбитражных договоров Францией. В ходе переговоров Бенеша со Штреземаном и Лютером в Локарно было решено, что текст чехословацко-германского арбитражного договора будет идентичен германо-французскому и германо-бельгийскому арбитражным договорам, но, в отличие от последних, не будет связан с Рейнским пактом. Лютер и Штреземан отвергли предложение Бенеша отразить в преамбуле или в одной из статей договора обязательства, исключавшие войну между двумя государствами, что по существу должно было придать чехословацко-германскому договору характер пакта о ненападении. В свою очередь, Бенеш отказался обсуждать вопрос о положении судетских немцев в ЧСР, сославшись на то, что этот вопрос является внутренним делом Чехословакии.

16 октября 1925 г. арбитражные договоры Германии с Польшей и Чехословакией были одобрены Локарнской конференцией. В тот же день Франция подписала гарантийные договоры с Чехословакией и Польшей, но в комплекс Локарнских соглашений они включены не были из-за противодействия Германии.

Стремясь наладить контакты с Веймарской республикой, Бенеш в своих выступлениях неоднократно выражал надежду, что арбитражный договор укрепит двусторонние отношения на долгое время, придав им дружественный характер. Германская дипломатия была более сдержанна в своих оценках, увязывая перспективы сотрудничества с ЧСР с изменением политического курса Праги в судето-немецком вопросе. Руководство ЧСР, сознавая необходимость этого шага, с осени 1925 г. начало подготовительную работу по созданию чехословацко-немецкой правительственной коалиции.

В поисках противовеса усиливавшейся Германии Бенеш делал ставку на сотрудничество с СССР и заключение центральноевропейского пакта. Однако до признания СССР де-юре и установления полномасштабных советско-чехословацких отношений тогда дело не дошло. Не оправдались надежды на создание «центральноевропейского Локарно», поскольку Австрия, не желая ограничивать маневренности своей внешней политики, согласилась лишь на подписание арбитражного договора с Чехословакией, а Венгрия не намерена была связывать себя обязательствами отказа от каких-либо территориальных притязаний и подписывать коллективный договор с малоантантовским блоком. Более того, Будапешт стремился расколоть Малую Антанту и искал сближения с Югославией и Румынией, выражая готовность подписать с каждым из этих государств в отдельности сепаратный договор. Чтобы противостоять политике Венгрии и не допустить усиления влияния Италии и Германии в Центральной Европе, ЧСР проводила курс на укрепление коалиционного сотрудничества с Югославией и Румынией. Германия с подозрением относилась к международной активности ЧСР, в частности, к попыткам реализовать проект «центральноевропейского Локарно» и добиться гарантии границ в Центрально-Восточной Европе. В случае осуществления этих планов были бы сведены на нет все достижения германской дипломатии в Локарно.

В заключении подведены итоги исследования и сформулированы основные выводы, выносимые автором на защиту.

В рамках Версальской системы международных отношений внешнеполитические цели ЧСР и Германии изначально имели противоположную направленность.  Накануне и во время Парижской мирной конференции ЧСР проявила значительную активность и в тесном взаимодействии с Францией способствовала международно-правовому оформлению новой системы международных отношений. Эта система закрепила лидирующее положение Франции в послевоенной Европе и налагала на Германию множество ограничений, которые должны были исключить любую возможность пересмотра итогов войны и реванша с германской стороны. Опираясь на поддержку Франции, ЧСР достигла в ходе Парижской мирной конференции большинства своих целей, прежде всего установления «исторических границ».

Добившись фиксации в мирных договорах своих требований, ЧСР настаивала на сохранении Версальской системы, на запрещении реставрации прежних монархических режимов в Центральной Европе и  неприкосновенности новых государственных границ. Чехословакия стремилась играть ведущую роль в Центральной Европе и использовала все средства для консолидации международных отношений в регионе. Опираясь на малоантантовский блок, ЧСР существенно расширила сферу своей международной деятельности. В конце 1921 г. ЧСР подписала договоры с Польшей и Австрией. Чехословакии удалось обязать Австрию отказаться от поддержки судетских немцев, временно изолировать ее от Германии и Венгрии и приблизить к Малой Антанте.

Деятельность ЧСР по консолидации Версальской системы в Центральной Европе противоречила интересам Германии. Внешнеполитический курс Веймарской республики был направлен на решение задач противоположного характера. Сразу же после подписания Версальского договора она предприняла шаги в направлении пересмотра некоторых его условий, в частности, с помощью Чехословакии пыталась расширить зону плебисцита в Верхней Силезии. Значительное внимание Берлин проявлял к сотрудничеству с государствами, заинтересованными в разрушении Версальской системы, в частности, с Советской Россией. Заключение советско-германского Рапалльского договора (16 апреля 1922 г.) сопровождалось нарастанием англо-французских противоречий, угрозой нарушения статус-кво в Центрально-Восточной Европе, обострением в ЧСР внутриполитической борьбы по вопросам внешнеполитической ориентации. Наметившаяся трансформация системы международных отношений поставила ЧСР перед необходимостью частичной переориентации своей внешней политики на Великобританию, расширения связей с Советской Россией и Веймарской республикой, укрепления сотрудничества с союзниками по Малой Антанте и с другими странами центральноевропейского региона.

Франко-бельгийская оккупация Рурской области в начале 1923 г. привела к росту напряженности в международных отношениях в Центральной, Восточной и Юго-Восточной Европе. Реалистически оценив ситуацию, сложившуюся с началом рурского кризиса, ЧСР дистанцировалась от франко-бельгийской акции и заняла позицию нейтралитета в отношении Германии. Попытки Франции воздействовать на внешнюю политику ЧСР на том этапе оказались безрезультатными: Прага отказалась от участия в антигерманском военно-политическом альянсе с участием Франции и Польши. Однако развитие событий в Германии осенью 1923 г., в частности, возвращение кронпринца Вильгельма Гогенцоллерна, и угроза монархических и националистических движений в Венгрии и Австрии подтолкнули чехословацкое руководство к заключению союзного договора с Францией (25 января 1924 г.), который Берлин расценил как антигерманский пакт. Помимо обострения отношений с Германией франко-чехословацкий договор вызвал охлаждение отношений ЧСР с Великобританией, Италией и Польшей. Договор был подписан в условиях, когда эпоха доминирования Франции в послевоенной Европе шла к закату, и на международной арене намечалась новая расстановка сил, в связи с усилением роли Великобритании и США в решении германского вопроса. 

На взаимоотношения ЧСР и Веймарской республики в 1924-1925 годах решающее влияние оказали такие события, как урегулирование проблемы репараций в результате принятия плана Дауэса и заключение Локарнских соглашений. Их следствием были, с одной стороны, ослабление международных позиций Франции и ее восточноевропейских союзников, в частности, Чехословакии, а, с другой, – укрепление позиций Германии, перед которой открылась перспектива восстановления своего влияния в Центрально-Восточной Европе.

Роль судето-немецкого вопроса в германо-чехословацких отношениях в изучаемый период не была неизменной. Однако с самого начала он стал системоразрушающим фактором в политической системе ЧСР, а со временем, под воздействием правых сил в Германии и трансформации Версальской системы – и в чехословацко-германских отношениях. Впервые судето-немецкий вопрос был использован правящими кругами Германии в качестве рычага давления на ЧСР в ноябре 1923 г. С 1925 г. защита прав немецких национальных меньшинств за границей, в том числе и ЧСР, стала одним из приоритетных направлений внешней политики Германии.

Германо-чехословацкие отношения в значительной степени зависели от внутриполитической динамики Веймарской республики. Чехословацкое руководство изначально было заинтересовано в развитии демократии в Германии и было крайне обеспокоено укреплением правых сил (участием в правительстве представителей НННП, избранием президентом республики фельдмаршала Гинденбурга) и ростом их влияния на внутреннюю и внешнюю политику Веймарской республики. 

Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

Монография:

  1. Станков Н.Н. Дипломатические отношения Веймарской республики и Чехословакии. 1918-1924. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 2007. – 472 с. (29,5 п.л.).

Работы, опубликованные в изданиях, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки РФ:

  1. Станков Н.Н. Отто Бауэр: восемь месяцев на Балльхаузплац // Славяноведение. – 1999. – № 1. – С. 48-59. (1,3 п.л.).
  2. Станков Н.Н. Рапалльский договор 1922 года и Чехословакия // Славяноведение. – 2006. – № 3. – С. 3-15. (1 п.л.).
  3. Станков Н.Н. Трудный путь в Локарно: дипломатия Э. Бенеша в 1925 году // Новая и новейшая история. – 2007. – № 2. – С. 50-76. (2,5 п.л.).
  4. Станков Н.Н. Мюнхенский путч 1923 г. и Чехословакия // Вопросы истории. – 2007. – № 7. – С. 152-158. (0,7 п.л.).
  5. Станков Н.Н. План Дауэса и политическая борьба в Германии в 1924 году в сообщениях чехословацкого посольства в Берлине // Славяноведение. – 2007. – № 4. – С. 71-84. (1 п.л.).
  6. Станков Н.Н. Политическая элита и формирование внешнеполитического курса Чехословакии (1918-1925 годы) // Социология власти. – 2007. – № 1. – С. 140-148. (0,5 п.л.).
  7. Станков Н.Н. Германский проект Рейнского гарантийного пакта и реакция ЧСР (январь – март 1925 года) // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Регионоведение. Международные отношения. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 2007. – Вып. 12. – С. 57-65. (1 п.л.).

Статьи:

  1. Станков Н.Н. Образование Чехословацкой республики, немецко-богемский вопрос и германская дипломатия // Первая мировая война и проблемы политического переустройства в Центральной и Юго-Восточной Европе. – М.: Институт славяноведения и балканистики АН СССР, 1991. – С. 104-127. (1,5 п.л.).
  2. Станков Н.Н. Немецкий вопрос и политическая борьба в Чехословакии в 1918-1919 гг. // Политический лидер, партии и общество. – Саратов: Изд-во Сарат. ун-та, 1992. – С. 134-150. (1 п.л.).
  3. Станков Н.Н. Глучинский вопрос в германо-чехословацких отношениях в 1919-1920 гг. // Проблемы всеобщей истории. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 1994. – С. 113-119. (0,5 п.л.).
  4. Станков Н.Н. Чехословакия, Германия и немецко-богемский вопрос в 1919 г. // Версаль и новая Восточная Европа. – М.: Институт славяноведения и балканистики РАН, 1996. – С. 187-213. (1,8 п.л.).
  5. Станков Н.Н. Польско-советская война и международные отношения в Центральной Европе // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Философия. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 1996. – Вып. 1. – С. 66-70. (0,5 п.л.).
  6. Станков Н.Н. Чехословакия и польско-германские споры из-за Верхней Силезии в 1921 г. // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Философия. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 1997. – Вып. 2. – С. 83-87. (0,5 п.л.).
  7. Станков Н.Н. Австрия, Чехословакия и международные отношения в Центральной Европе (сентябрь 1919 – декабрь 1921 г.) // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Философия. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 1998. – Вып. 3. – С. 86-93. (1 п.л.).
  8. Станков Н.Н. «Красно-зеленая коалиция» и немцы в Чехословакии (июль 1919 – август 1920 г.) // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Философия. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 1999. – Вып. 4. – С. 53-59. (0,8 п.л.).
  9. Станков Н.Н. В. Тусар и немецкая социал-демократическая рабочая партия в ЧСР (1919 - 1920) // Общественная мысль и социально-политические движения в новое и новейшее время. Сб. науч. трудов. – Волгоград: Перемена, 2000. – Вып. 3. – С. 35-40. (0,5 п.л.).
  10. Станков Н.Н. Американский дипломат о чешско-немецких отношениях в ЧСР в 1920-е годы // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Философия. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 2000. – Вып. 5. – С. 146-148. (0,3 п.л.).
  11. Станков Н.Н. Подготовка Генуэзской конференции 1922 г. и чехословацкая дипломатия // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Регионоведение. Международные отношения. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 2001. – Вып. 6. – С. 99-106. (1 п.л.).
  12. Станков Н.Н. Политика ЧСР в Восточной и Центральной Европе после Генуэзской конференции (июнь – октябрь 1922 г.) // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Регионоведение. Международные отношения. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 2002. – Вып. 7. – С. 24-32. (1 п.л.).
  13. Станков Н.Н. Советско-германские отношения в освещении современных российских школьных учебников // Возрождение из руин: воспоминания, мифы и табу в преподавании истории послевоенного времени в России и Германии. Сборник материалов германо-российского семинара. – Волгоград: Изд-во Волгогр. акад. гос. службы, 2002. – С. 147-149. (0,2 п.л.).
  14. Станков Н.Н. Рапалло и судетские немцы // Война и мир в историческом процессе (XVII – XX вв.) Сборник научных статей по итогам международной научной конференции, посвященной 60-летию Сталинградской битвы. Волгоград, 1517 апреля 2003 г. – Волгоград: Перемена, 2003. – Ч. 1. – С. 322-329. (0,5 п.л.).
  15. Станков Н.Н. Национальное движение и Православная Церковь в Чехословакии в отражении дипломатических документов Веймарской республики // Мир Православия: сб. ст. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 2004. – Вып. 5. – С. 369-385. (1 п.л.).
  16. Станков Н.Н. Правительство Э. Бенеша и чехословацко-германские отношения (сентябрь 1921 – октябрь 1922 г.) // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Регионоведение. Международные отношения. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 2004. – Вып. 9. – С. 90-102. (1,4 п.л.).
  17. Станков Н.Н. Отто Бауэр и австро-германские отношения (ноябрь 1918 г. – июль 1919 г.) // Вилли Брандт – человек, политик: история и современность: по материалам международной научной конференции историков и политологов, посвященной 90-летию со дня рождения Вилли Брандта (23-25 марта 2004 г., г. Волгоград). – Волгоград: Принт, 2005. – С. 164-176. (0,65 п.л.).
  18. Станков Н.Н. Отношение Чехословакии к революционным выступлениям в Германии в 1923 году // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Регионоведение. Международные отношения. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 2005. – Вып. 10. – С. 88-94. (0,85 п.л.).
  19. Станков Н.Н. Франко-бельгийская оккупация Рурской области и политика Чехословакии (январь – февраль 1923 г.) // Восточная Европа после Версаля. – СПб.: Алетейя, 2007. – С. 187-202. (1 п.л.).
  20. Станков Н.Н. Правительство Я. Черны и судето-немецкий вопрос в Чехословакии (сентябрь 1920 – сентябрь 1921 гг.) // Демократия или авторитаризм? Становление новых политических режимов в Европе и Америке в XIX – XX веках. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 2008. – С. 63-73. (0,6 п.л.).

Рецензии:

  1. Станков Н.Н. [Рецензия] Раушер В. Гинденбург: фельдмаршал и рейхспрезидент: пер. с нем. С.А. Липатова. М.: Ладомир, 2003. – 338 с. // Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4: История. Регионоведение. Международные отношения. – Волгоград: Изд-во Волгогр. гос. ун-та, 2004. – Вып. 9. – С. 141-144. (0,35 п.л.).

1 Boroviиka J. Zehn Jahre tschechoslovakischer Politik. Prag, 1929;  Krofta K. Z dob naљн prvnн republiky. Praha, 1939; Papouљek J. Eduard Beneљ. Tшicet let prбce a boje pro nбrod a stбt. Praha, 1934; Peroutka F. Budovбnн stбtu. Praha, 1933-1936. D.1-4 (3.vyd. Praha, 1991. T.1-4).

2 Uhlнш F. Prague and Berlin. 1918-1938. L.; N.Y.; Melbourne, [1944].

3 Квачек Р., Оливова В. Политика германского империализма по отношению к Чехословакии в 1918-1938 гг.  // Славяно-германские исследования. М., 1963. С.102-129; Gajan K. Nмmeckэ imperialismus a иeskoslovensko-nмmeckй vztahy v letech 1918-1921. Praha, 1962; Koшalka J. Vznik Иeskoslovenskй republiky roku 1918 v oficialni politice Nмmeckй Шiљe // Иeskoslovenskэ иasopis historicky. 1968. № 6. S. 819-847.

4 Внешняя политика Чехословакии. 1918-1939. Сб. ст. / Под ред. В. Сояка. Пер. с чеш. М., 1959; Gajanovб A. ИSR a stшedoevropskб politika velmocн (1918-1938). Praha, 1967; Klimko J. Politickй a prбvne dejiny hranic predmnichovskej republiky (1918-1938). Bratislava, 1986; Olivovб V. Иeskoslovensko v rozruљenй Evropй. Praha, 1968; Eadem. Иeskoslovenskб diplomacie v dobм rurskй krise roku 1923 // Иeskoslovenskэ иasopis historicky. 1958. № 1. S. 59-70; Eadem. Иeskoslovenskб zahraniиnн politika a pokus o restauraci Habsburkщ v roce 1921 // Иeskoslovenskэ иasopis historicky. 1959. № 4. S.675-698; Eadem. K historii иeskoslovensko-rakouskй smlouvy z roku 1921 // Иeskoslovenskэ иasopis historicky. 1961. № 2. S. 188-219; Valenta J. Иesko-polskй vztahy v letech 1918-1920 a Tмљнnskй Slezsko. Ostrava, 1961.

5 Cйsar J., Иernэ B. Politika nмmeckэch burћoaznнch stran v Иeskoslovensku v letech 1918-1938. Praha, 1962. D. 1-2.

6 Иeљi a nмmci: historickб tabu. Tschechen und Deutsche: historische Tabus. Praha, 1995; Иeљi a nмmci: Dмjiny – kultura – politika. Praha, 2001; Broklovб E. Politickб kultura nмmeckэch aktivistickэch stran v Иeskoslovensku 1918-1938. Praha, 1999;  T.G. Masaryk a vztahy Иechщ a Nмmcщ (1882-1937). Praha, 1997; Hahnovб E. Sudetonмmeckэ problйm: Obtнћnй louиenн s minulostн. Praha, 1996; Gajan K. Postoj T.G. Masaryka k иeskэm Nмmcщm v prvnнch letech ИSR // T.G. Masaryk a situace v Иechбch a na Moravм od konce XIX. stoletн do nмmeckй okupace Иeskoslovenska. Praha, 1998. S.81-91; Kuиera J. Иeљi a nмmci v Иeskoslovensku 1918-1946 (Zamyљlenн nad jejich souћitнm a jeho koncem) // Slovanskй historickй studie. Praha, 1993. № 19. S. 124-145; Kural V. Konflikt mнsto spoleиenstvн? Иeљi a nмmci v Иeskoslovenskйm stбtм (1918-1938). Praha, 1993; Valenta J. Nezdaшenэ pokus o jednбnн mezi Иechy a Nмmci na pшelomu let 1918-1919 // Modernн dмjiny. 1995. № 3. S. 229-239.

7 Dejmek J. Иeskoslovensko, jeho sousedй a velmoci ve XX. stoleti (1918 aћ 1992). Praha, 2002. S. 46; Idem. Edvard Beneљ. Praha, 2006. И. I. S. 223.

8 Dejmek J. Edvard Beneљ. И. I. S. 363, 365-366, 393.

9 Ibid.  S. 390.

10 Bшach R. Иeskoslovensko a Evropa v polovinм dvacбtэch let. Praha; Litomyљl, 1996.

11 Kubщ E. Kшehkй vztahy: Vэmarskй Nмmecko a Иeskoslovensko // Ztroskotбnн spoluћitн: Иeљi, Nмmci a Slovбci v Prvnн republice, 1918-1939. Praha, 1993. S. 16-36.

12 Kubщ E. Nмmecko – zahraniиnмpolitickй dilema Edvarda Beneљe (Hospodбшskй vztahy s Nмmeckem v иeskoslovenskй zahraniиnн politice let 1918-1924). Praha, 1994.

13 Kubщ E. Иeskoslovensko-francouzskб spojeneckб smlouva a Nмmecko // Historie a vojenstvн. 2000. № 2. S.266-293; № 3. S. 555-579.

14 Kubщ E. Иeskoslovenskб zahraniиnн politika a problйm rozhraniиenн Hornнho Slezska v roce 1921 // Slovansky pшehled. 1992. № 1. S. 22-31.

15 Olivovб V. Иesko-nмmeckй vztahy ve dvacбtэch let // T.G. Masaryk a vztahy Иechщ a Nмmcщ (1882-1937). Praha, 1997. S. 211-230.

16 Olivovб V. Edvard Beneљ - иeskoslovenskэ politik // Edvard Beneљ – иeskoslovenskэ a evropskэ politik. Praha, 1994. S. 8.

17 См., например: Hanzal J. Pomмr E. Beneљe a K. Krofty k Nмmecku // Modernн dмjiny. 1994. № 2. S. 95-98.

18 Dejmek J. Иeskoslovensko a Nмmecko v polovinм dvacбtэch let (Kroftovo vyslaneckй pщsobenн v Berlнnм) // Historie a vojenstvн. 1993. № 3. S. 79-109.

19 Moravcovб D. Иeskoslovensko-nмmeckй vztahy 1919-1935 oиima nмmeckйho vyslance v Praze Waltera Kocha // Иeskэ иasopis historickэ. 1993. № 4. S. 594-611.

20 Hofbauer J., StrauЯ E. Josef Seliger. Ein Lebensbild. Prag, 1930; Klepetaш H. Seit 1918... Eine Geschichte der Tschechoslowakischen Republik. Mдhrisch-Ostrau, 1937; Jung R. Die Tschechen. Tausend Jahre deutsch-tschechischer Kampf. Berlin, 1938; Krebs H. Kampf in Bцhmen. Berlin, 1937; StrauЯ E. Die Entstehung der Tschechoslowakischen Republik. Prag, 1934.

21  Peters G. Der neue Herr von Bцhmen. Eine Untersuchung der politischen Zukunft der Tschechoslowakei. Berlin, 1927. S. 50; Weil F. Tschechoslowakei. Gotha; Stuttgart, 1924. S. 34.

22 Nowak R. Der kьnstliche Staat. Ostprobleme der Tschecho-Slowakei. Berlin, 1938; Singule H. Der Staat Masaryks. Berlin, 1937; Die tschechoslowakischen Denkschriften fьr die Friedenskonferenz von Paris 1919/1920 / Hrsg. von H. Raschhofer. 2. ergдnz. Aufl. Berlin, 1938.

23 Fuchs G., Kцniger H. Der deutsche Imperialismus und die Tschechoslowakei // Deutsch-tschechoslowakische Beziehungen in Vergangenheit und Gegenwart. Leipzig, 1964. S. 90-121; Fuchs G. Imperialismus Vэmarskй republiky a ћivotnн zбjmy иeskйho a slovenskйho nбroda // Иeskoslovenskэ иasopis historickэ. 1974. № 3. S. 361-384; Idem. Die sudetendeutsche Irredenta in der Revanchepolitik des deutschen Imperialismus (1919-1923) // Jahrbuch fьr Geschichte der sozialistischen Lдndern Europas. Berlin, 1973. Bd. 17/1. S. 33-59.

24 См.: Franzel E. Sudetendeutsche Geschichte. Eine volkstьmliche Darstellung. 6. Aufl. Mannheim, 1978; Raschhofer H., Kimminich O. Die Sudetenfrage. Ihre vцlkerrechtliche Entwicklung vom Ersten Weltkrieg bis zur Gegenwart. 2., erg. Aufl. Mьnchen, 1988.

25 Brьgel W. J. Ludwig Czech. Arbeiterfьrer und Staatsmann. Wien, 1960; Dietl W. Die Deutsche Christlichsoziale Volkspartei in der Ersten Tschechoslowakischen Republik (1918-1929). Mьnchen, 1991; Linz N. Der Bund der Landwirte in der Ersten Tschechoslowakischen Republik: Struktur und Politik einer deutschen Partei in der Aufbauphase. Mьnchen; Wien, 1982; Simon A.K. Rudolf Lodgman von Auen und das deutsch-tschechische Verhдltnis // Beitrдge zum deutsch-tschechischen Verhдltnis im 19. und 20. Jahrhundert. Mьnchen, 1967. S. 47-77.

26 Alexander M. Die „Burg“ und die Deutschen // Die „Burg“. EinfluЯreiche politische Krдfte um Masaryk und Beneљ. Mьnchen; Wien,1974. Bd. 2. S.59-77; Kuhn H. Der Anteil der Deutschen an der „Burg“ // Ibid. Bd. 1. S. 109-127.

27 Chudoba B. Masaryk, Beneљ, Kramбш und das tschechisch-deutsche Verhдltnis // Beitrдge zum deutsch-tschechischen Verhдltnis im 19. und 20. Jahrhundert. Mьnchen, 1967. S. 31-46; Prinz F. Beneљ und Sudetendeutsche // Ibid. S. 93-109; Winkler M. Karel Kramбш: Selbstbild, Fremdwahrnehmungen und Modernisierungsverstдndnis eines tschechischen Politikers. Mьnchen, 2002.

28 Jaworski R. Vorposten oder Minderheit? Der sudetendeutsche Volkstumkampf in den Beziehungen zwischen der Weimarer Republik und der ИSR. Stuttgart, 1977.

29 Brьgel J.W. Tschechen und Deutsche. 1918-1938. Mьnchen, 1967.

30 Alexander M. Die erste Phase der deutsch-tschechoslowakischen diplomatischen Beziehungen 1918-1919 // Die bцhmischen Lдnder zwischen Ost und West. Festschrift fьr Karl Bosl / Hrsg. von F. Seibt. Mьnchen; Wien, 1983. S. 228-239; Idem. Nмmeckб шнљe a vznik Иeskoslovenska // Иeskoslovensko 1918-1938. Osudy demokracie ve stшednн Evropм. Praha, 1999. D. 1. S. 521-525.

31 Alexander M. Die Tschechoslowakei und die Probleme der Ruhrbesetzung 1923 // Bohemia. Jahrbuch des Collegium Carolinum. Mьnchen, 1971. 12. S. 297-336.

32 Alexander M. Zur Reise von Marschall Foch nach Warschau und Prag im Frьhjahr 1923 // Bohemia. Jahrbuch des Collegium Carolinum. Mьnchen, 1973. 14. S. 289-319; Idem. Das Scheitern von Beneљs Vermittlungsdiplomatie im Frьhjahr 1924. Ьber die Probleme der AuЯenpolitik eines kleinen Staates // Bohemia. Jahrbuch des Collegium Carolinum. Mьnchen, 1976. 17. S. 209-239.

33 Alexander M. Der deutsch-tschechoslowakische Schiedsvertrag von 1925 im Rahmen der Locarno-Vertrдge. Mьnchen; Wien, 1970.

34 Ibid. S. 198.

35 Dolezel S. Die deutsch-tschechoslowakischen Beziehungen von ihren Anfдngen bis zum Ausgang der Дra Stresemann  (1918-1929) // Die demokratisch-parlamentarische Struktur der Ersten Tschechoslowakischen Republik. Mьnchen; Wien, 1975. S. 228; Krьger P. Locarno und die Frage eines europдischen Sicherheitssystems unter besonderer Berьcksichtigung Ostmitteleuropas // Locarno und Osteuropa: Fragen eines europдischen Sicherheitssystems in den 20er Jahren. Marburg, 1994. S. 23; Hadler F. Locarno im Blickwinkel tschechoslowakischer AuЯenpolitik // Ibid. S. 149-151.

36 Genoa, Rapallo, and European Reconstruction in 1922 / Ed. by C. Fink, A. Frohn and J. Heideking. Washington; Cambridge, 1991; Jacobson J. Locarno Diplomacy. Germany and the West 1925-1929. Princeton, 1972; Johnson G. The Berlin Embassy of Lord D’Abernon 1920-1926. Basingstoke, 2002; Salzmann S. Great Britain, Germany and the Soviet Union: Rapallo and after, 1922-1934. Woodbridge; Rochester, 2003; Suval S. The Anschluss Question in the Weimar Era. A Study of Nationalism in Germany and Austria, 1918-1932. Baltimore; L., 1974; Vondracek F.J. The Foreign Policy of Czechoslovakia. 1918-1935. N.Y., 1937; Wandycz P.S. France and her Eastern Allies 1919-1925. French-Czechoslovak-Polish Relations from the Paris Peace Conference to Locarno. Minneapolis, 1962; Wright J. Gustav Stresemann. Weimar’s Greatest Statesman. Oxford, 2002.

37 Wiskemann E. Czechs and Germans. A Study of the Historic Provinces of Bohemia and Moravia. L.; N.Y.; Toronto, 1938. P. 128.

38 Campbell F.G. Confrontation in Central Europe. Weimar Germany and Czechoslovakia. Chicago; L., 1975.

39 Серапионова Е.П. Чешские земли, чехи и немецкий вопрос (1918-1945 годы) // Славяноведение. 2000. № 5. С. 43-52; Чехия и Словакия в ХХ веке: очерки истории / Отв. ред. В.В. Марьина. М., 2005. Кн. 1. С. 95-96, 121-122, 126, 142, 145-146, 161-178.

40 Кретинин С.В. Судетские немцы: Народ без родины. 1918-1945 гг. Воронеж, 2000; Его же. Судето-немецкая социал-демократия: страницы политической истории, 1918-1939 гг. Воронеж, 1998.

41 См.: Богатуров А.Д., Косолапов Н.А., Хрусталев М.А. Очерки теории и политического анализа международных отношений. М., 2002. С. 112; Система, структура и процесс развития современных международных отношений. М., 1984. С. 70.

42 Подробнее см.: Процесс формирования и осуществления внешней политики капиталистических государств. М., 1981; Frankel J. The Making of Foreign Policy. An Analysis of Decision-Making. L.; Oxford; N.Y., 1963.

43 Подробнее см.: Waltz K.N. Theory of International Politics.  N.Y., 1979.

44 Bundesarchiv. Berlin. Reichskanzlei R 43. Serie: Auswдrtige Angelegenheiten (1919-1925).

45 Archiv der sozialen Demokratie der Friedrich-Ebert-Stiftung. Bonn. NachlaЯ Hermann Mьller-Franken. (AdsD der FES).

46 AdsD der FES. Seliger-Archiv. (SELA).

47 Archiv Ъstavu T.G. Masaryka. Praha. (AЪTGM). 

48 Nбrodnн archiv Иeske Republiky. Praha. (NA).

49 Archiv Nбrodnнho muzea. Praha. (ANM).

50 Archiv Ministerstva zahraniиnнch vмcн. Praha. (AMZV).

51 Vojenskэ historicky archiv. Praha. ( VHA).

52 Архив Института славяноведения РАН. Коллекция документов член-корр. РАН В.К. Волкова. Копии документов из архивов ЧССР. (АИСл).

53 NA. Ministerstvo zahraniиnнch vмcн – vэstшiћkovэ archiv (MZV – VA).

54 АВП РФ. Ф. 04. Секретариат наркома иностранных дел Г.В.Чичерина; Ф. 56 б. Отдел печати (обзоры прессы, досье ТАСС, вырезки из иностранных газет).






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.