WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

СЕМЕНЧЕНКО Ирина Васильевна ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЗЕМСТВ НА УРАЛЕ (1900—1919 гг.) Специальность 07.00.02 Отечественная история

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени доктора исторических наук

Оренбург 20

Работа выполнена на кафедре новейшей истории России ФГОУ ВПО «Челябинский государственный университет»

Научный консультант: доктор исторических наук, профессор Владимир Серафимович Кобзов

Официальные оппоненты: доктор исторических наук, профессор Сергей Валентинович Любичанковский доктор исторических наук, профессор Игорь Владимирович Нарский доктор исторических наук, профессор Сергей Сергеевич Смирнов

Ведущая организация: ГОУ ВПО «Курганский государственный университет»

Защита состоится 24 декабря 2010 г. в 10 часов на заседании диссертационного совета ДМ 212.180.03 при ГОУ ВПО «Оренбургский государственный педагогический университет» по адресу: 460844, Оренбург, ул. Советская, 19, ауд. 333.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке ГОУ ВПО «Оренбургский государственный педагогический университет» по адресу: 460844, Оренбург, ул. Советская, 19.

Текст автореферата размещен на сайте ВАК 24 сентября 2010 г.

Автореферат разослан 23 ноября 2010 г.

Ученый секретарь диссертационного совета доктор исторических наук, профессор Р. Р. Хисамутдинова

Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования. В современных условиях, когда в России идет процесс формирования правового государства, важное значение имеет активизация деятельности органов местного самоуправления. На местное самоуправление возлагается ответственность за удовлетворение повседневных нужд и запросов людей, использование региональных возможностей и резервов, реализацию выделяемых средств.

Традиционно сферой ответственности местных властей является народное образование, здравоохранение, социальная защита населения, кооперативное движение, охрана окружающей среды. Исторический опыт земств показывает, что только всестороннее развитие местного самоуправления способно пробудить хозяйственную и общественную инициативу населения.

Деятельность органов местного самоуправления в России представляет собой чрезвычайно сложную и недостаточно исследованную комплексную научную проблему. Она напрямую связана с фундаментальными вопросами формирования гражданского общества в условиях самодержавной системы, эффективности управленческой системы позднеимперской России, раскрытия потенциала альтернативных советскому проектов преобразования России в условиях выбора обществом стратегического пути развития.

Исследование выполнено в русле актуальной для современной исторической науки проблематики «земствоведения». Крушение партийно-советской государственной системы и формирование демократического государства в Российской Федерации вызвали закономерный интерес к альтернативному историческому опыту Российской империи и Российской республики периода Временного правительства и гражданской войны. Земские институты являлись тем механизмом, который обеспечивал активный процесс обновления экономической жизни, администрирования и социальных отношений на местах. В современной России идеи совершенствования и развития местного самоуправления оказались чрезвычайно востребованными как на теоретическом, так и на практическом уровне. Без понимания содержания основных направлений деятельности уральских земств невозможно объективно оценить процессы развития общества и государства в переломную эпоху конца XIX — начала XX века. Указанный период привлекает внимание в связи с тем, что многие существенные процессы современной российской жизни имеют в нем вполне очевидные аналогии.

В науке существует недостаточно работ, которые бы решали задачу комплексного анализа деятельности земств Уральского региона.

Знание истории вопроса и подходов к решению проблемы функционирования самоуправленческих механизмов в модернизирующемся обществе на примере земств Урала, представленные в диссертации, дают обширный материал для ее разрешения.

Все вышеизложенное позволяет сделать вывод об актуальности темы исследования как в научно-познавательном, так и в общественнополитическом плане.

Хронологические рамки исследования определены 1900— 1919 годами. В истории России это один из ярких и противоречивых периодов, обусловленный предреволюционной обстановкой, русскояпонской и мировой войнами, революциями — 1905—1907 гг. и Февральской 1917 г., событиями октября 1917 г., гражданской войной. Анализируемый этап можно условно разделить на следующие составляющие: 1900—1904 гг., 1905—1907 гг., 1908—1916 гг., 1917—1919 гг., — каждый из которых имеет свои особенности, достижения и просчёты.

Период 1900—1904 гг. отличался от предшествующего времени заметной активизацией общественно-политической деятельности местного самоуправления, что вызывало негативную реакцию со стороны царской администрации. Контроль за деятельностью земств усиливался, их права ограничивались, особенно после выдвижения либерально настроенными земцами идеи созыва народного представительства.

Правительство использовало самые разнообразные средства, чтобы урезать реальные права земств. В первую очередь оно решило ограничить источники финансирования земств. 12 июня 1900 г. опубликованы «Примерные правила об установлении предельного земского обложения». Земствам запретили увеличивать смету более чем на 3% по сравнению с предыдущим годом. Губернаторам предписывалось усилить контроль за финансовыми операциями учреждений местного самоуправления. Одновременно с правилами о земском обложении появился закон о народном продовольствии. Земства полностью устранялись от организации продовольственной помощи голодающим. Центральным звеном этого периода оказался земский съезд, состоявшийся в Петербурге 6—9 ноября 1904 г., участники которого подготовили программу политических преобразований в стране. Земства требовали создания представительного органа с законодательными функциями, введения гражданских свобод, равноправия сословий, расширения полномочий местного самоуправления.

В годы первой русской революции (1905—1907 гг.) земское движение ещё более активизировалось. В мае 1905 г. земский съезд направил к царю депутацию с петицией, содержащей просьбу скорейшего созыва народных представителей. С их точки зрения, такой шаг был крайне необходим для решения вопроса о войне и мире, установления прочного государственного строя и спасения престола. В 1907 г. часть земских деятелей активно помогала правительству в работе по наведению порядка в стране.

1908—1916 гг. характеризуются поиском новых форм и методов реализации социально-экономических программ, выявлением приоритетных направлений в деятельности земских учреждений. В это время большая часть средств, собираемых на местах, направлялась на нужды народного образования. Начало Первой мировой войны отмечено активизацией социально-экономической деятельности земств, которая выражалась в организации помощи действующей армии обмундированием, продуктами питания, материальной поддержки семьям военнослужащих, открытии госпиталей.

Период 1917—1919 гг., включающий Февральскую революцию и события октября 1917 г., характеризовался ростом политической активности земств. В марте-октябре 1917 г. в России повсеместно прошли выборы в земства, в результате они стали более демократичными.

В состав местного самоуправления вошли представители различных социальных групп, политических партий и общественных организаций.

Данный этап характеризовался отчаянной борьбой между различными лагерями за власть, что привело в конечном итоге к ликвидации земств.

В марте 1918 г. их функции перешли к Советам рабочих и солдатских депутатов или военно-революционным комитетам. Последующие события на некоторое время возродили земства, но к августу-сентябрю 1919 г., с занятием Урала частями Красной армии, земское самоуправление было окончательно ликвидировано.

Территориальные рамки исследования охватывают Урал, исторически сложившийся регион, занимавший важное место в экономике и социально-политической жизни России. В его состав в рассматриваемый период входили Вятская, Пермская, Уфимская и Оренбургская губернии. В работе анализируется деятельность 4-х губернских и 34-х уездных земств1. Земские учреждения на Урале возникали в разное время, В состав Вятского губернского земства входили: Вятское, Орловское, Котельническое, Яранское, Нолинское, Уржумское, Малмыжское, Елабужское, Сарапульское, Глазовское, Слободское уездные земства; в Пермское губернское земство — Пермское, Оханпозже всех местное самоуправление введено в Оренбургской губернии — в 1913 г., при этом земли Оренбургского казачьего войска, занимавшие 45% от общей площади губернии, земскому самоуправлению не подчинялись. В апреле 1917 г. на Первом Войсковом круге принято решение о введении на войсковой территории системы самоуправления.

Многие ее элементы заимствованы у земцев: выборность атаманов, самостоятельное решение экономических и социальных проблем.

Объектом исследования являются земства на Урале в 1900— 1919 гг.

Предметом выступает социально-экономическая, культурно-просветительская и общественно-политическая деятельность земств региона в 1900—1919 годах.

Целью исследования является комплексный анализ и обобщение опыта практической деятельности уральских земств в 1900—1919 гг.

Достижение поставленной цели потребовало решения следующих задач:

- определить основные направления деятельности земств на Урале и их динамику в исследуемый период;

- показать место и роль земств в процессе экономического развития изучаемого региона;

- выявить характерные черты региональной земской деятельности в социальной и культурно-просветительской сферах в начале XX века;

- охарактеризовать общественно-политическую деятельность земств на Урале до Февраля 1917 г., в период правления Временного правительства и гражданской войны;

- проанализировать выборы в земства весной-осенью 1917 г.;

- дать характеристику земским инициативам по поддержанию общественного порядка в связи с возложенной на земство обязанностью организовать милицию после Февраля 1917 г.;

- исследовать проблему взаимоотношений земств и советской власти в изучаемом регионе;

- раскрыть вклад земских деятелей в развитие региона;

- показать историческое значение накопленного земским самоуправлением опыта.

ское, Верхотурское, Екатеринбургское, Осинское, Ирбитское, Шадринское, Кунгурское, Чердынское, Соликамское, Камышловское, Красноуфимское уездные земства; в Уфимское губернское земство — Уфимское, Белебеевское, Бирское, Златоустовское, Мензелинское, Стерлитамакское уездные земства; в Оренбургское губернское земство — Оренбургское, Верхнеуральское, Троицкое, Орское, Челябинское уездные земства. Волостные земства были созданы в октябре 1917 г.

Основные положения, выносимые на защиту:

1. В период с 1900 по февраль 1917 года к основным направлениям деятельности уральских земств можно отнести экономическое (поощрение сельскохозяйственного производства, содействие кооперативному движению и кустарной промышленности, развитие дорожного строительства, организация страхования имущества) и социальнопросветительское (развитие медицинского обслуживания, ликвидация безграмотности, работа по повышению культуры населения), финансирование которого встретило ряд серьезных препятствий со стороны государственных органов накануне Первой русской революции. Однако в последующий период «запретительная» государственная политика стала ослабевать. После падения монархии социально-просветительская деятельность земств стала отходить на второй план. В то же время резко активизировалась общественно-политическая работа (охрана общественного порядка, избирательная кампания, выстраивание взаимоотношений с советами). Все три названных направления оказались тесно взаимосвязаны: динамичное развитие экономической сферы было невозможно без вложений в «человеческий капитал», что способствовало приобщению населения региона к активному участию в политической и общественной жизни.

2. В исследуемый период экономическая деятельность земств Уральского региона носила всесторонний характер. На территории всех уральских губерний именно при непосредственном участии земств создана многоуровневая структура экономических органов, гибко реагировавших на изменения потребностей населения и содействовавших развитию крестьянских хозяйств. Основными механизмами внедрения инноваций в сельское хозяйство выступили агрономические и ветеринарные отделы земств. Итогом их деятельности к Февралю 1917 г. стало существенное расширение посевных площадей и повышение производительности труда. Именно земские мероприятия ускорили развитие рыночных отношений на Урале, особенно в сельском хозяйстве.

3. Результатом работы уральских земств в сфере здравоохранения стало существенное повышение количественных и качественных показателей медицинского обслуживания: построено 148 больниц и 186 аптек, которые охватили все основные населенные пункты огромного региона; организовано 87 курсов повышения квалификации для врачей, фельдшеров и акушерок; проведено 95 противоэпидемических мероприятий, эффективность которых определялась десятками тысяч спасенных жизней. Работа земств по социальной защите населения (выплата пособий малоимущим гражданам, а также семьям лиц, призванных на военную службу, вдовам, детям-сиротам, покалеченным воинам; страхование граждан от несчастных случаев, а их имущества от пожаров, наводнений и других бедствий; создание касс мелкого кредита и т.д.) поддерживала жизненный уровень народа.

4. Уральские земства внесли весомый вклад в развитие в регионе школьного и профессионального образования, способствовали решению проблемы ликвидации неграмотности и повышения культурного уровня населения. Силами земств открыто 8897 начальных школ, число учащихся в которых достигало 1 147 136 человек. Дошкольное воспитание, детские приюты и школы для взрослых являлись предметом особой заботы уральских земств, которые выделяли необходимые средства на организацию и развитие этих учреждений, подбирали и обучали кадры. Оренбургское и Уфимское губернские земства большую часть своего бюджета расходовали на народное образование. Существенной особенностью просветительской политики уральских земств являлась системная забота о просвещении нерусского населения полиэтничного региона, обусловленная объективными требованиями развития экономики. За исследуемый период уральские земства организовали 68 курсов подготовки преподавателей-мусульман для русскобашкирских и русско-татарских начальных училищ. Курсы повышения педагогического мастерства учителей национальных школ проводились в Уфе, Оренбурге, Вятке, Перми, Троицке и др. Особенно часто такие курсы учреждались в Оренбургской и Уфимской губерниях.

В исследуемый период народное образование стало более доступным для городских и сельских низов, серьезно способствуя подготовке квалифицированных специалистов для различных отраслей хозяйства.

5. Земства Урала сыграли важнейшую роль в создании и развитии культурно-просветительских учреждений и организаций: библиотекчитален, народных домов, художественных выставок, музеев, организации народных театров, творческих кружков, чтений, лекций и др.

Библиотеки занимались не только выдачей литературы, но и проводили лектории, вечера, посвящённые известным писателям и знаменательным датам. В народных домах действовали драматические кружки, воскресные школы. Создав сеть культурно-просветительных организаций и учреждений, земства тем самым привлекли население к участию в политической и общественной жизни страны, способствовали нравственному и эстетическому воспитанию народа.

6. Деятельность земств в 1904—1905 гг. (русско-японская война) проявлялась в патриотических манифестациях, обращениях к царю, сборах средств на военные нужды. В годы Первой русской революции 1905—1907 гг. земства помогали правительству устанавливать порядок в стране. В период Первой мировой войны на губернских и уездных собраниях земцы призывали народ ещё теснее сплотиться вокруг правительства, сохранять спокойствие на местах ради обеспечения армии всем необходимым для победы. Во время Февраля 1917 г. политические действия органов местного самоуправления были направлены в первую очередь на пропаганду завоеваний революции и решений Временного правительства. Земствами организовывались лекции и беседы о текущем политическом моменте, о партиях и их программах, об Учредительном собрании. Все эти мероприятия помогали населению разобраться в современной политической обстановке.

7. В результате проведенных на Урале весной-осенью 1917 года выборов земские органы самоуправления стали демократичными. В их состав вошли представители различных классов и социальных групп, политических партий и общественных организаций. Победу среди политических партий одержали социалисты-революционеры. На заводах Аша-Балашовского, Миньярского, Симского, Усть-Катавского волостных земств Уфимской губернии среди избранных гласных преобладали большевики. Демократизация земских органов самоуправления способствовала активизации их общественно-политической и социальноэкономической деятельности на местах.

8. После Февральской революции на бюджетную политику земств Урала существенно повлияла передача в их ведение правоохранительных и некоторых судебных органов (милиция, юридические консультации, мировые судьи и пр.). На земства возлагалась работа по финансированию, снабжению и укреплению материальной базы данных структур. Среди уральских земств не было единого подхода к формированию кадровой политики милиции. Во многих случаях (в Верхнеуральском, Челябинском, Оренбургском уездах) земствами по собственной инициативе реализовывался принцип выборности, что приводило, с одной стороны, к политизации милиции, с другой — к падению профессионализма в работе правоохранительных органов.

9. Уральские земства не выработали единой позиции по отношению к советам. Ряд волостных земств Уфимской губернии (АшаБалашовское, Миньярское, Симское, Усть-Катавское) активно поддерживали советскую власть, другие (например, Вятское, Пермское уездные земства) не признали советскую власть, что выразилось в проведении протестных стачек земских служащих, бойкоте советских мероприятий. Также в регионе выделяется группа земств, которая открыто предъявляла свое право на власть и стремилась реализовать его всеми средствами вплоть до применения вооруженной силы. К последней относились Оренбургские губернское и уездное земства.

10. Историческое значение опыта, накопленного земским самоуправлением Уральского региона в исследуемый период, заключается в том, что наличие самостоятельного источника финансирования, даже несмотря на постоянное вмешательство органов государственной власти, обеспечивает органам местного самоуправления возможность удовлетворять хозяйственные и культурно-просветительские нужды населения региона. Другим важнейшим фактором обеспечения эффективной работы является тщательный подбор кадров, особенно на руководящие должности. На Урале именно профессионализм земцев позволил добиться значимых результатов в конкретной повседневной деятельности.

Научная новизна диссертации. Работа является первым комплексным исследованием деятельности земств Урала в последний период их существования (1900—1919 гг.), характеризуемый усилением социальной напряженности. Установлены и обобщены данные об основных формах, методах и результатах работы земств в экономической, социальной и культурно-просветительской, общественно-политической сферах. Автором показана эволюция деятельности земств Урала в рассматриваемый период.

Соискателем выявлена динамика основных направлений деятельности земств на Урале. Дана характеристика инициативам уральских земств по поддержанию общественного порядка в связи с возложенной на земство обязанностью организовать милицию после Февраля 1917 г.

Проанализированы все основные позиции, сформированные земствами региона, по отношению к проблеме взаимоотношений с советами.

В диссертации в научный оборот вводится значительный пласт источников и данных, в том числе статистического характера, которые позволяют существенно расширить и уточнить представления о конкретных параметрах функционирования земств Уральского региона в 1900—1919 гг.

Научно-практическая значимость исследования определяется возможностью использования его результатов для дальнейшей разработки «земствоведческого» научного направления. Аналитическая часть и конкретно-исторический материал, содержащиеся в исследовании, могут быть использованы при написании обобщающих работ по истории государственного управления и самоуправления страны, при подготовке лекционных курсов по истории России, спецкурсов и спецсеминаров по истории российской государственности и гражданского общества, а также в краеведческой работе и при проведении культурно-воспитательной работы. Результаты исследования целесообразно использовать в работе современных органов местной власти, а также при разработке нормативной базы, определяющей общие основы государственной политики по отношению к местному самоуправлению.

Апробация работы. Основные положения и выводы диссертации обсуждались на кафедре новейшей истории России Челябинского государственного университета, представлялись на международных, всероссийских и региональных научных конференциях в Уфе, Екатеринбурге, Челябинске, Оренбурге, использовались при подготовке энциклопедии «Челябинская область», учебных спецкурсов и спецсеминаров по истории местного самоуправления на Урале. Основное содержание диссертации нашло отражение в 59 научных публикациях автора, в том числе 8 статьях в журналах, входящих в Перечень ведущих рецензируемых научных журналов и изданий, рекомендованных ВАК Министерства образования и науки Российской Федерации для публикации основных результатов докторских диссертаций по направлению «история», а также в трех монографиях и учебном пособии.

Структура диссертации. Диссертация состоит из введения, пяти глав, заключения, списка использованных источников и литературы, биографического справочника, приложений.

Основное содержание диссертации Во введении обоснована актуальность темы, определены объект и предмет исследования, его хронологические и территориальные рамки, цель исследования, его научная новизна и практическая значимость, отражена апробация работы, сформулированы основные положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Историография проблемы, источники, методология исследования» раскрыта историография проблемы, доказана возможность решения поставленных задач на имеющемся корпусе источников, изложены теоретико-методологические основы исследования.

Историография земской деятельности чрезвычайно обширна.

Уже к 1993 г. книжный каталог «Из истории земства в России (1864— 1918)» насчитывал более 80 страниц1, с тех пор количество земствоведческих работ значительно увеличилось. Такая ситуация обусловлена тем, что данная проблематика с дореволюционных времен вызывала и продолжает вызывать неподдельный общественный и научный интерес. Последний период существования земств, рассматриваемый в нашем исследовании применительно к Уральскому региону, также привлек огромное внимание. Анализ историографии проблемы четко выделяет несколько основных периодов: дореволюционный, советский и современный.

Для дореволюционной историографии характерны три основных направления изучения деятельности земских учреждений: официальное, представленное работами С. Ф. Платонова, С. С. Татищева, С. Ю.

Витте и др.; либеральное, связанное с научной деятельностью А. А.

Головачева, А. Д. Градовского, К. Д. Кавелина, Б. Б. Веселовского, А. А. Кизеветтера, А. А. Корнилова и др., и социал-демократическое, наиболее ярко представленное трудами В. И. Ленина.

Приверженцы официального подхода давали в целом положительную оценку «Великим реформам». Однако негативная оценка деятельности земств появляется в официальном направлении практически одновременно с корректировкой земской системы при Александре III.

По мнению ряда государственных деятелей и публицистов, придерживавшихся консервативных взглядов, проведённые реформы, в том числе земская, повлекли за собой негативные последствия, выражавшиеся в активизации революционного движения. Поэтому они считали необходимым в целях стабилизации положения максимальное ограничение элементов самоуправления, как «противоестественного и вредного в условиях самодержавия»2.

Освещение работы земств в либеральной научной и публицистической литературе шло в первую очередь по линии правового анализа.

Так, К. Д. Кавелин в ряде своих работ подробно проанализировал правовую базу деятельности земств, чтобы на основе полученных результатов составить прогноз будущего этого института и определить дальнейшие направления работы3. По его мнению, в Положении 1864 г.

Из истории земства в России (1864—1918): каталог книжной выставки. М., 1993.

Витте С. Ю. Самодержавие и земство. СПб., 1908. С. 89.

Кавелин К. Д. По поводу губернских и уездных земских учреждений // Собр. соч.

СПб., 1898. Т. 2.

было заложено прочное и надежное основание местного самоуправления, которое призвано сыграть важную роль в развитии России.

Первый критический анализ земской реформы с точки зрения либеральной оппозиции сделан известным деятелем и публицистом А. А.

Головачевым1. Он считал, что реформа 1864 г. внесла в российское законодательство и общественную жизнь такие великие начала, как самоуправление и всесословность. При этом отмечал, что нормативная база давала преимущество в земских учреждениях дворянству, как более образованному и материально обеспеченному сословию, в ущерб другим категориям населения. Таким образом, А. А. Головачевым впервые выдвигалась идея о компенсационном характере реформы за потерю дворянами прав и привилегий. По мнению историка, один из главных недостатков «Положения…» состоял в неправильном разграничении компетенции между центральной администрацией и органами местного самоуправления, что отводило земству роль ответвления «центрального управления для заведования известной отраслью хозяйства, распорядиться которым они самостоятельно не могли»2.

Особое мнение по вопросу соотношения центральных органов и земств имел А. Д. Градовский3, который полагал, что земства входят в структуру государственных учреждений со всеми вытекающими из этого правами и обязанностями4. Вместе с тем, оценивая земскую деятельность, представители либеральной научной мысли выступили практически ее апологетами. Типичной в этом отношении представляется оценка А. А. Кизеветтера, согласно которой земства внесли существенный вклад в развитие местного здравоохранения, образования, распространение агрономических и иных знаний, о которых и «не грезилось русскому провинциальному обывателю дореформенной эпохи»5. В том же ключе рассматривали хозяйственную и культурнопросветительскую работу земств И. А. Звягинцев6, М. Д. Загряцков7, З. Г. Френкель8 и др.

Головачёв А. А. Десять лет реформ. М., 1874.

Там же. С. 216.

Градовский А. Д. Собр. соч. СПб., 1904. Т. 9, ч. 3.

Там же. С. 416.

Кизеветтер А. А. Местное самоуправление в России. М., 1910. С. 142.

Звягинцев И. А. Кому и зачем нужны народные дома. М., 1915; Полвека земской деятельности по народному образованию. М., 1916; Принципы внешкольного образования и его живые силы. М., 1918.

Загряцков М. Д. Земская служба и третий элемент. Пг., 1914; О принципах организации и юридической природе Всероссийского земского союза. СПб., 1915.

Френкель З. Г. Земство и здравоохранение // Юбилейный земский сборник (1864— 1914 гг.). СПб., 1914.

Важное место в дореволюционной либеральной историографии занимает четырехтомная монография Б. Б. Веселовского «История земства за 40 лет»1. Большое внимание в книге уделено анализу взаимоотношения земств с государственными органами в лице губернаторов, Министерства внутренних дел, Правительствующего Сената. В целом, подводя итоги эволюции земских учреждений, автор констатировал, что к началу ХХ века значительно изменился их социальный состав.

Главными причинами этого он считал ликвидацию монополии дворянского землевладения, зарождение промышленной буржуазии, появление третьего элемента, изменение социального состава земских учреждений за счёт притока интеллигенции, развитие рабочего движения, обнищание крестьянства.

Деятельность земства нашла отражение и в работах представителей социал-демократического направления. Оценка земского самоуправления, представленная В. И. Лениным, легла в основу всей последующей советской историографии проблемы. Вопросы земской реформы и деятельности учреждений местного самоуправления, политика самодержавия в отношении земств, роли земского либеральнооппозиционного движения затрагиваются во многих его работах2. Особое место среди них занимает статья «Гонители земства и Аннибалы либерализма»3. В. И. Ленин особо подчёркивал, что самодержавное правительство не могло ужиться с выборным всесословным представительством, поэтому оно пыталось всячески ограничивать его компетенцию, и земство оказалось «пятым колесом в телеге русского государственного управления»4.

Таким образом, в дореволюционной историографии сложилось три направления изучения деятельности земских учреждений. Различия этих направлений заключались в том, что официальное направление давало негативную оценку деятельности земств в условиях самодержавия, либеральное направление усматривало в деятельности земств, особенно в хозяйственной и культурной областях, несомненную пользу для России.

Социал-демократическое направление считало, что деятельность земств всегда будет ограничивать царская монархия и поэтому она будет мини Веселовский Б. Б. История земства за 40 лет: в 4 т. СПб., 1909—1911.

Ленин В. И. Развитие капитализма в России // Полн. собр. соч. Т. 3; Рабочая партия и крестьянство. Т. 4; Пересмотр аграрной программы рабочей партии. Т. 12; Пятидесятилетие падения крепостного права. Т. 20; По поводу юбилея. Т. 20; Земский съезд. Т. 5;

«Крестьянская реформа» и пролетарско-крестьянская революция. Т. 20.

Ленин В. И. Гонители земства и Аннибалы либерализма // Полн. собр. соч. Т. 5.

Там же. С. 35.

мальной и не такой активной, как хотелось бы. На дореволюционном этапе деятельность уральских земств не изучалась.

После падения монархии и вплоть до октябрьских событий либеральное направление стало фактически официальным, что было обусловлено соответствующими реформами Временного правительства.

В этот краткий период основная полемика по земской тематике сводилась к анализу проблемы взаимоотношений земств и порожденных революцией советов. Так, после опубликования Временным правительством 21 мая 1917 года закона о введении волостных земств появляются первые работы, разъяснявшие данный закон, принадлежавшие перу Б. Б. Веселовского, В. Н. Дурденевского, М. Д. Загряцкого, Б. Фроммета, А. М. Шингарева1. Волостное земство объявлялось «основой народной свободы земледельческой России»2, — отмечал Б. Б. Веселовский, а Б. Фроммет нарекал его «нижним пластом демократического строя России»3. Специально проблеме взаимоотношения Советов с земствами посвятили свои работы В. А. Кильчевский, А. П. Омельченко, А. В. Шестаков4. «Советы крестьянских депутатов должны действовать до Учредительного собрания, — подчеркивал В. А. Кильчевский, — на местах же органами власти должны стать волостные земства»5. Аналогично определял роль советов А. П. Омельченко, который считал, что главная их роль — подготовка крестьян к Учредительному собранию, которое в будущем должно стать единственной законной властью в России. Таким образом, основной лейтмотив работ этого периода — мысль о том, что советы не могли быть самостоятельными выразителями чаяний народа, они должны лишь содействовать укреплению волостного звена земств.

Сложные и неоднозначные процессы 1917—1919 гг. сделали земства достоянием истории, причем в течение длительного времени опыт их деятельности не был востребован. В советскую историографию земская тема вернулась лишь в послевоенный период. Отдельные работы, появившиеся в 1930—1940-х гг., жестко основаны на классовом под Веселовский Б. Б. Волостное земство // Волостное земство. 1917. № 15—16; Дурденевский В. Н. Волостное земство. М., 1917; Загряцков М. Д. Закон о волостном земстве.

М., 1917; Фроммет Б. Народное земство. Пг., 1917; Шингарев А. М. Мелкая земская единица или волостное земство. М., 1917.

Веселовский Б. Б. Программа бесед о волостном земстве // Волостное земство.

1917. № 13—14. С. 309.

Фроммет Б. Народное земство. Пг., 1917.

Кильчевский В. А. Советы крестьянских депутатов. М., 1917; Омельченко А. П.

Советы крестьянских депутатов и крестьянский союз. Пг., 1917; Шестаков А. В. Крестьянские организации в 1917 г. // Аграрная революция. М., 1928. Т. 2.

Кильчевский В. А. Советы крестьянских депутатов. М., 1917.

ходе и исходили из тезиса о бесперспективности земской деятельности в дореволюционной России. Так, например, М. Н. Покровский вообще не признавал никакой эволюции местного самоуправления со времен Екатерины Великой1. А. Л. Шефер рассматривал земскую деятельность как «дымовую завесу», созданную реакционным режимом ради отвлечения населения от протестных настроений2.

Постсталинская советская историческая наука, на словах не отказываясь от критических оценок земской системы, сумела освоить эту проблематику, введя в научный оборот основные источники и создав к 1990-м гг. огромное количество работ, в том числе диссертационных исследований, раскрывающих многообразную и весьма результативную земскую деятельность. Даже если не учитывать ту совокупность работ, которая посвящена земствам до «контрреформы» 1890 г., т.е. до исследуемого нами периода, то и без них советская историография выглядит весьма обширной — настолько, что стала предметом рассмотрения специальной серии историографических обзоров3.

К фундаментальным, классическим работам отечественных историков советского периода, посвященным земской деятельности конца XIX — начала XX в., относятся исследования Л. Г. Захаровой, Н. М.

Пирумовой, Г. А. Герасименко4. По мнению Г. А. Герасименко, основным результатом, достигнутым земством за полвека существования, являлись аппарат и кадры, которыми буржуазия воспользовалась при переходе власти в ее руки в 1917 году. «Подобно тому, как рабочий класс к моменту Октябрьской революции имел готовый механизм государственной власти в виде Советов рабочих, солдатских и крестьянских депутатов, в канун Февральской революции в качестве буржуазного аппарата управления оказались земские учреждения и армия земских служащих, способных пустить его в дело»5. Г. А. Герасименко Покровский М. Н. Русская история с древнейших времён. М., 1934. Т. 4.

Шефер А. Л. Органы «самоуправления» царской России. Куйбышев, 1939.

Корнилов Е. Г. Проблема истории земства в исторической литературе // Историографический сборник. Саратов, 1978. Вып. 4 (7). С. 51—71; Шумилов М. М. История земства второй половины XIX в. в трудах советских историков // Историография СССР: Проблемы преподавания и изучения истории. Калинин, 1985. С. 82—89; Новикова Н. С. Региональные исследования истории земства // Там же. С. 89—97; Шлемин П. Н. Местное самоуправление:

российский вариант (научно-аналитические обзоры). М., 1993; Горнов В. А. История земства России второй половины 19 — начала 20 в. и ее отражение в отечественной исторической науке (1946—1995): автореф. дис. … канд. ист. наук. М., 1996; и др.

Основные работы: Захарова Л. Г. Земская контрреформа 1890 г. М., 1968; Пирумова Н. М. Земское либеральное движение: Социальные корни и эволюция до начала ХХ века. М., 1977; Герасименко Г. А. Земское самоуправление в России. М., 1990.

Там же. С. 149.

отмечал неизбежность возникновения земского самоуправления, однако при этом, по его мнению, царская бюрократия сделала все, чтобы подавить ростки нового общественно-политического института. Бюрократия сознательно выступала против земской реформы на всех стадиях ее разработки. Борьба шла по важнейшему вопросу — о линии разграничения, отделяющей хозяйственные проблемы уездов и губерний от политических вопросов.

В целом поздняя советская историография положительно оценивала социально-экономическую, культурно-просветительскую и общественно-политическую деятельность земских учреждений, подчёркивала тот факт, что жизнеспособность земств обеспечивалась их принципами — самоуправлением и самофинансированием, наличием сильного кадрового корпуса, для которого характерен профессионализм, ответственность и исполнительность.

Вместе с тем важно отметить, что созданные исследования не только не «закрыли» проблему деятельности уральских земств в 1900—1919 гг., но, напротив, сделали ее еще более актуальной. Такая ситуация связана со следующими особенностями советской историографии: с одной стороны, в ней был сделан упор на региональные исследования, признана их особая значимость для объективной оценки земской деятельности; с другой стороны, в силу политической деликатности и в определенном смысле опасности данной темы, ученые старались избегать изучения периода начала XX века, связанного с революционными событиями 1905 и 1917 гг., ограничиваясь более ранними этапами. В итоге деятельность уральских земств в интересующий нас период обострения социальной напряженности оказалась в общем и целом вне поля зрения историков. Наиболее крупной советской земствоведческой работой, посвященной Уральскому региону, оставалась работа М. И. Черныша1.

Отдельным направлением советской историографии стало изучение земств периода Временного правительства и гражданской войны.

В отличие от описанного выше направления, посвященного дореволюционному земству, оно не столь обширно. Развитие данного направления было крайне политизировано, поскольку фактически являлось частью темы «победоносного установления советской власти» в России.

«Пионером» этого направления стал П. Н. Абрамов, который подчеркивал, что возникшие в 1917 году волостные земства являлись идеалом Черныш М. И. Развитие капитализма на Урале и Пермское земство. Пермь, 1959.

российских либералов и одним из наиболее существенных пунктов программы кадетской партии1. Автор подробно рассмотрел причины введения волостных земств, проанализировал их роль в социальноэкономической жизни деревни. Наиболее полно исследователь раскрыл процесс взаимоотношений между волостными земствами и Советами крестьянских депутатов. Н. П. Абрамов считал, что кратковременный период существования волостных земств оказался бесславным, так как реформа Временного правительства по созданию «мелкой земской единицы» на деле выглядела жалкой и запоздалой на десятилетия. Исследователь подчеркивал, что «трудовому крестьянству в его борьбе за мир, землю и свободу понадобились другие органы власти на местах — Советы, а затем комбеды; волостные земства оказались орудиями контрреволюции и бедняцко-середняцкие массы смели их со своего пути»2.

О разделении функций между земствами и Советами и работе большевиков в органах земского самоуправления писали В. М. Губарева, А. Смирнов, А. Утенков и др.Определенный вклад в изучение проблемы земского самоуправления внесла статья А. А. Сенцова 4. Автор подчеркивал, что в результате выборов в земства весной-осенью 1917 г. они стали демократичными.

В их состав вошли представители различных классов, партий, общественных организаций. Активизировалась социально-экономическая деятельность земств на местах.

Постсоветская отечественная историческая наука проявила существенный всплеск интереса к земской тематике, что вполне естественно в условиях активного поиска наиболее эффективной модели самоуправления «новой России». Со стороны лидеров демократических сил были сформулированы установки, во многом идеализирующие земство, но повлиявшие на рост интереса историков к данной проблематике.

Так, например, в статье «Как нам обустроить Россию. Посильные соображения» А. И. Солженицын рассматривал земские учреждения в качестве ключа к решению всех проблем местного самоуправления, называя их «демократией малых пространств». Он был убежден, что зем Абрамов П. Н. Волостные земства // Исторические записки. М., 1961. Т. 69.

Там же. С. 36.

Губарева В. М. Развертывание социалистической революции в деревне (по материалам Петроградской губернии). Л., 1957; Смирнов А. Агитация и пропаганда большевиков в деревне в период Октябрьской революции. М., 1957; Утенков А. Работа большевиков среди трудового крестьянства накануне Октября. М., 1958.

Сенцов А. А. Борьба народных масс за демократизацию местного управления в России накануне Октября // Советское государство и право. 1984. № 6.

ства — «это самое наше жизненное и самое наше верное, ибо отстоит в нашей местности не отравленные воздух и воду, наши дома, квартиры, наши больницы, ясли, школы, магазины и будет живо содействовать росту местной нестесненной экономической инициативы»1.

Преодолевая рамки, сформированные на предшествующем, советском этапе развития, современное земствоведение акцентировало внимание на ранее слабо или односторонне разработанных сюжетах и проблемах — истории земств именно в период революционных потрясений начала XX века, взаимоотношениях земских учреждений с государственной администрацией, статусе земств2. В результате отказа от методологического монизма и жестко заданных идеологических схем современная наука пришла к переоценке деятельности земств. Так, если в советское время историками делался упор на фактах противостояния Власти и Общества, то в последние два десятилетия в отечественной исторической науке начинает оформляться тенденция рассматривать их взаимоотношения как достаточно конструктивные. Исследователи показывают, что имевшие место конфликты между земствами и бюрократией не надо преувеличивать, что существовал и постоянно совершенствовался достаточно эффективный механизм их урегулирования3. Получает все большее распространение (хотя и не является еще общепризнанным) подход, согласно которому земства являлись не «чистыми» органами самоуправления, а органами управления смешанной, общественно-бюрократической природы4. Произошел отказ от идеализации земской управленческой деятельности путем обозначения Солженицын А. И. Как нам обустроить Россию. Посильные соображения // Комсомольская правда. 1990. 18 сент.

Лаптева Л. Е. Земские учреждения в России. М., 1993; Королева Н. Г. Земство на переломе (1905—1907 гг.). М., 1995; Абрамов В. Ф. Российское земство: экономика, финансы и культура. М., 1996; Жукова Л. А. Земское самоуправление и бюрократия в России:

конфликты и сотрудничество. 1864—1917. М., 1998; Ефременко А. В. Земская альтернатива столыпинской приватизации. Ярославль, 1999; Мартынов М. Ю. Местное самоуправление в политической системе России. Сургут, 2003 и др. Наиболее крупными обобщающими трудами по истории земств на сегодняшний день являются две работы: Мацузато К., Ярцев А., В. Абрамов В. Земский феномен: политологический подход. Саппоро, 2001; Земское самоуправление в России, 1864—1918: в 2 кн. / отв. ред. Н. Г. Королева. М., 2005.

Среди историков данного направления, опиравшихся в своей аргументации и на уральский материал, можно назвать В. В. Куликова и О. Н. Богатыреву: Куликов В. В. Местное самоуправление и административный надзор: исторический опыт земства // Журнал российского права. 2000. № 9. С. 142—153; Богатырева О. Н. Эволюция системы местного управления в Вятской и Пермской губерниях (1861 — февраль 1917). Екатеринбург, 2004; и др.

Любичанковский С. В. Земский феномен имперской государственности // Ab Imperio. 2008. № 2. С. 470—476; Местное управление в пореформенной России: механизмы власти и их эффективность. Сводные материалы заочной дискуссии. Екатеринбург;

Ижевск, 2010. 375 с.

отрицательных черт в деятельности земств, таких как превышение должностных полномочий, взяточничество, волокита, коррупция1.

В современных условиях активизировался процесс, явственно обозначившийся еще в 1980-х гг., связанный с изучением истории отдельных региональных земств, введением в научный оборот источников по истории уездных земств конца XIX — начала XX века2. Особенно содержательной является коллективная монография Г. В. Синцова, Т. Н. Бадяшкиной и Л. Е. Ховриной, посвящённая особенностям деятельности земских учреждений и городских управлений Пензенской губернии по улучшению условий жизни населения в конце ХIХ — начале ХХ века3. Регионализация исследований по истории земств позволила накопить огромный массив фактического материала, легший в основу двух наиболее крупных обобщающих современных земствоведческих работ, появившихся в начале XXI века4. Вместе с тем можно констатировать, что региональный материал вводится в научный оборот неравномерно. В частности, земства Уральского региона применительно к периоду конца XIX — начала XX века остались за рамками специального комплексного научного анализа. Настоящая диссертация призвана восполнить это «белое пятно», поскольку без этого невозможно адекватно понять общее и особенное в развитии земств на территории России. Таким образом, именно достигнутый к сегодняшнему Жукова Л. А. Земское самоуправление и бюрократия в России: конфликты и сотрудничество, 1864—1917 гг. М., 1998; Горбачёва Н. Г. Источник корысти: О злоупотреблениях и мошенничестве в земстве // Родина. 2009. № 5. С. 85—86.

Фролов Л. П. Тульское земство 1864—1890 гг.: автореф. дис. … канд. ист. наук.

Тула, 1981; Тарабрин Е. Г. Рязанское земство в 1865—1890 гг.: автореф. дис. … канд. ист.

наук. Калинин, 1986; Сесак И. В. Земские учреждения на Правобережной Украине (1904— 1917): автореф. дис. … канд. ист. наук. Львов, 1987; Ярцев А. А. Земство северо-западных губерний России. 1864—1904 гг.: автореф. дис. … канд. ист. наук. Л., 1989; Богданов В. Г.

Земство на Европейском Севере России: автореф. дис. … канд. ист. наук. Петрозаводск, 1996; Никулин В. И. Культурно-просветительская деятельность Пензенского земства 1865—1915 гг.: автореф. дис. … канд. ист. наук. Саранск, 1997; Петровичева Е. М. Земства центральной России в период думской монархии (1906 — первая половина 1914 г.). М., 2001; Чирков М. С. Земство и власть в Российской империи. 1890—1916 гг.: на материалах Самарской губернии: автореф. дис. … канд. ист. наук. Самара, 2006; Горбачёва Н. Г. Гласные губернских земских собраний: Социокультурный облик и деятельность: 1864—18(на материалах Московской, Петербургской и Пермской губерний): автореф. дис. … канд.

ист. наук. Пермь, 2009; и др.

Синцов Г. В., Бадяшкина Т. Н., Ховрина Л. Е. Особенности деятельности земских учреждений и городского управления Пензенской губернии по улучшению условий жизни населения в конце ХIХ — начале ХХ века. Пенза, 2008.

Мацузато К., Ярцев А., Абрамов В. Земский феномен: политологический подход.

Саппоро, 2001; Земское самоуправление в России, 1864—1918: в 2 кн. / отв. ред. Н. Г. Королева. М., 2005.

дню уровень развития исторической науки делает изучение интересующей нас проблематики востребованным.

Переходя к характеристике историографии уральских земств, отметим, что отсутствие обобщающего исследования земской деятельности в регионе не означает отсутствие вообще каких бы то ни было работ по данной проблематике. Если говорить о дореволюционном периоде, то характеристика деятельности уральских земств представлена в основном творческим наследием непосредственных участников земского самоуправления, в котором дано описание состояния отраслей народного хозяйства, бюджета, школьного и внешкольного образования1. Эти работы относим к историографии условно, поскольку по многим параметрам они являются источниками по изучаемой теме.

В советский период «пионером» в обращении к данной теме был уже упоминавшийся выше пермский историк М. И. Черныш2. Его новаторство заключалось еще и в том, что он рассмотрел отдельные вопросы истории пермского земства (в первую очередь, губернского) применительно к периоду до Февраля 1917 г. Его последователи — уральские исследователи Н. К. Лисовский, З. А. Аминева, Е. И. Дударь, Д. М. Шнейдер3 предложили анализ отдельных аспектов деятельности земского самоуправления периода 1917—1918 гг. В частности, в монографии Н. К.

Лисовского «1917 год на Урале» достаточно подробно рассматривается вопрос о выборах в земства. Исследователь отмечает, что в ходе выборов летом 1917 года в городских думах и земских органах большинство мест заняли эсеры, меньшевики, кадеты. Автор также приводит ранее не известные сведения о ликвидации земств в различных районах Урала. В целом исследователи единодушно отмечали, что в основном земства на Урале прекратили свою деятельность в марте 1918 года, а их функции перешли в ведение Советов. Авторы характеризовали земства только как контрреволюционные и «непрогрессивные» органы.

Григорьев П. В. Очерк деятельности Уфимского губернского земства по народному образованию. 1875—1910. Уфа, 1910; Обухов М. И. Народные и центральные библиотеки Уфимского губернского земства 1914 г. Уфа, 1915; Дневник внешкольника: Настольная и памятная справочная книжка. Уфа, 1915; Занятия с подростками и взрослыми. Народные чтения. 1914—1915 уч. год. Уфа, 1915; Народное образование в Уфимской губернии в 1917 году. Уфа, 1917.

Черныш М. И. Развитие капитализма на Урале и Пермское земство. Пермь, 1959.

Лисовский Н. К. 1917 год на Урале. Челябинск, 1967; Аминев З. А. Октябрьская социалистическая революция и гражданская война в Башкирии (1917—1919). Уфа, 1966;

Дударь Е. И. Борьба за установление и упрочение Советской власти в Оренбуржье (март 1917 — июнь 1918). Оренбург, 1967; Шнейдер Д. М. Из истории советской Башкирии.

Уфа, 1969.

На современном этапе развития исторической науки в регионе вопросы о месте земств в процессе смены власти в 1917—1919 гг. нашли отражение в трудах Д. А. Сафонова1, который исследовал процесс замены властных структур после Февраля 1917 года в Оренбургском крае. В частности, изучая особенности формирования милиции, которая входила в ведение местных органов самоуправления, автор отмечает, что «достаточно часто милиция формировалась по тому же принципу, что и иные властные структуры, — милиционеры избирались из общества наряду с членами советов, управ и т.п. В Верхнеуральском уезде был избран даже начальник милиции. Исключительно выборными были старшие и младшие милиционеры Челябинского уезда. Начальника милиции Челябинского уезда избрало Земское собрание. Чаще всего начальники милиции назначались земскими управами и ими же смещались»2.

Одной из важных работ является совместная статья В. С. Кобзова и В. И. Романова, посвященная процессу выработки нормативно-правовой базы органов охраны правопорядка на Урале в период Февральской революции3.

В постсоветский период тема региональных земств в «дофевральский» период также стала востребована, что выразилось в появлении ряда диссертационных и монографических исследований4. Однако авторы этих трудов сосредоточились главным образом не на земской Сафонов Д. А. Крестьянское движение на Южном Урале: 1855—1922 гг.: Хроника и историография. Оренбург, 1999; Его же. Между империей и республикой Советов: местные власти на Южном Урале в 1917—1918 гг. Оренбург, 2008; и др.

Сафонов Д. А. Между империей и республикой Советов… С. 20.

Кобзов В. С., Романов В. И. Разработка нормативно-правовой базы органов охраны правопорядка на Урале в период Февральской революции // Силовые структуры России:

история и современность: сб. науч. статей. Иркутск, 2009. Вып. 14. С. 40—58.

Рушанин В. Я. Революционно-демократическое движение уральской молодёжи (1861—1917 гг.): автореф. дис. … д-ра ист. наук. Челябинск, 1994; Богатырёва О. Н. Земское самоуправление в Вятской и Пермской губерниях в пореформенный период (60—90-е гг. ХIХ века): автореф. дис. … канд. ист. наук. Екатеринбург, 1996; Нагорная М. С. Земское самоуправление на Южном Урале накануне и в годы Первой мировой войны (1913 — февраль 1917 гг.): автореф. дис. … канд. ист. наук. Челябинск, 1999; Юсупов М. Р. Культурно-просветительская деятельность земств Урала (1864 — февраль 1917 гг.): автореф.

дис. … канд. ист. наук. Челябинск, 1999; Беседовская А. В. Система местного самоуправления на Южном Урале в период модернизации российского общества (вторая половина ХIХ — начало ХХ века): автореф. дис. … канд. ист. наук. Оренбург, 2004; Богатырёва О. Н. Эволюция системы местного управления в Вятской и Пермской губерниях (1861 — февраль 1917): автореф. дис. … д-ра ист. наук. Екатеринбург, 2004; Севастьянов С. А. Земское самоуправление в Уфимской губернии (последняя треть ХIХ — начало ХХ века).

Уфа, 2006; Сахипова А. Ф. Местное самоуправление башкир: историко-правовое исследование. Уфа, 2008.

деятельности, а на смежных проблемах — отношениях с губернской администрацией, политической роли земств в разворачивающихся революционных событиях, проблеме введения земских институтов, причем не в регионе в целом, а, как правило, на отдельных территориях в рамках Уральского региона. Ученые не ставили своей задачей дать комплексный, обобщающий анализ практической деятельности земств всего Урала с момента предреволюционного обострения социальной напряженности перед 1905 годом и вплоть до ликвидации последнего земства в 1919 году. Таким образом, обозначенная проблема является назревшей не только на общероссийском уровне, но и на уровне региональной историографии.

Зарубежные историки рассматривали земства в основном с позиции их роли в движении России от полицейского государства к гражданскому обществу, характеризуя земства как «питомник российского либерализма»1. Однако можно констатировать, что такой достаточно узкий подход с течением времени дополнялся усилением внимания к практической работе земств в сфере экономики, просвещения и т.д.Можно согласиться с оценкой Кимитака Мацузато установившегося к настоящему времени модельного стиля исследований зарубежных авторов по истории земства, заключающегося в том, чтобы «на основе анализа профессионально-хозяйственной деятельности земств дать политическую характеристику царского режима и российского общества»3. Также названный японский исследователь на основе глубокого анализа зарубежного земствоведения обозначил отсутствие в зарубежной историографии достаточного количества исследований по истории земства в «позднецарский период». Формулируя перспективы развития земствоведения, он пишет: «Нужно обратить больше внимания на позднецарский период. Учитывая достижения историографии относительно земств, отметим прямо, что период 1891—1905 гг. важнее периода 1864—1891 гг., период 1905—1914 гг. важнее периода 1891— 1905 гг. и актуальнейшим представляется период 1914—1918 гг.»4. Таким образом, зарубежная наука, так же как и отечественная, пришла в The zemstvo in Russia: An experiment in local government. Cambridge, 1982.

См., например: Seregny S. Russian Teachers and Peasant Revolution: The Politics of Education in 1905. Bloomington, 1989; Wcislo F. W. Reforming Rural Russia. State, Local Society and National Politics, 1855—1914. Princeton, New Jersey: Princeton University Press, 1990.

Мацузато К., Ярцев А., В. Абрамов В. Земский феномен: политологический подход. Саппоро, 2001. С.29.

Там же. С. 36—37.

своем развитии к необходимости изучения практической деятельности земств, причем именно в конце XIX — начале XX века. Этой проблеме (на уральском материале) и посвящена настоящая диссертация.

Все вышеизложенное, на наш взгляд, позволяет аргументированно поместить разработку проблемы деятельности земств Уральского региона в 1900—1919 гг. в контекст развития не только отечественной, но и зарубежной исторической мысли.

Цель и задачи исследования продиктовали необходимость обращения к широкому кругу исторических источников, значительная часть которых введена в научный оборот впервые. Их можно классифицировать на законодательные акты, источники справочностатистического характера, материалы официального делопроизводства, документы личного характера и материалы периодической печати.

В диссертации использованы документы из 92 фондов двух федеральных архивов: Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ), Российского государственного исторического архива (РГИА) и девяти региональных архивов: Государственного архива Кировской области (ГАКО), Государственного архива Пермской области (ГАПО), Центрального Государственного исторического архива Республики Башкортостан (ЦГИАРБ), Объединенного Государственного архива Челябинской области (ОГАЧО), Государственного архива Оренбургской области (ГАОО), Златоустовского архивного отдела администрации города Златоуста (ЗАО), Государственного архива Свердловской области (ГАСО), Свердловского областного центра документации общественных организаций (СОЦДОО), Центра документации новейшей истории Оренбургской области (ЦДНИОО).

Исследование проблематики диссертации осложнялось неудовлетворительной сохранностью архивных документов, раскрывающих процесс ликвидации земств. Последнее в отдельных случаях связано с репрессиями в отношении служащих земств, проводившимися большевиками после их прихода к власти, уголовным преследованием земцев.

Документы органов местного самоуправления сознательно уничтожались и для предотвращения огласки данных событий. Отсутствуют или сохранились в ограниченном объеме материалы периода возобновления деятельности земств, когда в ряде районов Урала советская власть была устранена. Неудовлетворительное состояние источников дореволюционного периода в некоторых местных архивах (СОЦДОО, ЗАО) объясняется небрежностью хранения и недооценкой их значимости современниками и последующими поколениями советских архивистов.

Большое внимание в исследовании уделено материалам Государственного архива Российской Федерации (ГАРФ). Использовано более тридцати фондов, в частности, таких учреждений, как Министерство внутренних дел (Ф. 1788), Департамент общих дел Министерства внутренних дел (Ф. 1800), Главное управление по делам местного хозяйства Министерства внутренних дел (Ф. 1789), Всероссийское попечительство по охране материнства и младенчества (Ф. 1795), Государственный комитет по народному образованию при Министерстве народного просвещения (Ф. 1803). Важное значение имело обращение к материалам Министерства народного просвещения (Ф. 2315), Народного комиссариата местного самоуправления РСФСР (Ф. Р-9475), Министерства финансов (Ф. 6996), Министерства государственного призрения (Ф. 6787), Министерства юстиции (Ф. 1790), Статистического комитета Министерства земледелия (Ф. 9453) и др. В этих фондах содержатся многочисленные материалы, раскрывающие процесс разработки нормативной базы местных органов самоуправления, особенности реорганизации земского самоуправления в России; освещающие цели и задачи земств. Таким образом, документы ГАРФ позволяют исследовать основные положения реформ, содержание и направления работы земских органов самоуправления Уральского региона, процедуры проведения выборов и многое другое.

Важное значение имеют материалы Российского государственного исторического архива (РГИА). Особый интерес вызвали фонды Департамента народного просвещения (Ф. 773), Основного, особого и справочного отдела (Ф. 734), Департамента общих дел Министерства народного просвещения (Ф. 740), Земского отдела Министерства внутренних дел (Ф. 1291), Хозяйственного отдела (Ф. 1287), Главного управления по делам местного хозяйства (Ф. 1288), Общеземской организации (Ф. 1482) и др. В данных фондах имеется ценная информация, связанная с хозяйственно-экономической, общественно-политической и культурно-просветительской деятельностью губернских и уездных земств изучаемого и других регионов империи.

Большое количество ценных, зачастую не введенных в научный оборот документов хранится в региональных архивах. Наиболее значимыми являются следующие фонды: в ГАОО — Оренбургской губернской и уездной земских управ (Ф. 43, 44); в ОГАЧО — Челябинской и Верхнеуральско-Троицкой уездных управ (Ф. И-9, И-209, Р1542); в ЦГИАРБ — Уфимской, Стерлитамакской, Белебеевской, Бирской уездных управ, Уфимской губернской управы (Ф. И-132, И-133, И-135, И-151, И-400); в ГАСО — Екатеринбургской уездной управы и Екатеринбургского временного комитета союза земских служащих (Ф. 18, 414); в ГАКО — Вятской губернской и уездной земских управ (Ф. 616, 617); в ГАПО — Пермской, Оханской, Камышловской, Соликамской уездных управ (Ф. 40, 261, 319, 478) и Пермской губернской управы (Ф. 44); в ЗАО — Златоустовской уездной управы (Ф. И-11) и др. В фондах содержится богатейший материал по истории земского самоуправления на Урале, который в большинстве случаев не дублируется в федеральных архивах (журналы заседаний земских собраний, отчеты земских управ и т.д.) и поэтому является уникальным. Здесь же находятся сведения об основных направлениях деятельности земств Урала и их динамике в исследуемый период, о политической позиции земств в связи с теми или иными событиями, происходившими в обществе и государстве, в частности, отклики на русско-японскую войну, революцию 1905—1907 гг., Первую мировую войну, события февраля и октября 1917 г. В документах имеется информация о жизнедеятельности земских служащих; представлены отчёты о работе губернских и уездных земских собраний, о ходе выборов в земства, об агитационной работе избирательных кампаний и др.

Приоритет в исследовании отдан в первую очередь архивным документам, значительная часть которых введена в научный оборот впервые. Вместе с тем к анализу привлекались не только архивные, но и опубликованные источники. Подавляющее большинство нормативных актов, распоряжений и циркуляров опубликовано в изданиях правительственных ведомств и сборниках документов, относящихся к различным периодам существования земств: «Полное собрание законов Российской империи», «Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое при Правительствующим Сенате»1. Так, ценным источником является вышедшее 12 июня 1890 г. и действовавшее в изучаемый период «Положение о губернских и уездных земских учреждениях». Немаловажное значение имеют и такие постановления Временного правительства, как «О производстве выборов уездных и губернских земских гласных»2 от 21 мая 1917 г., «О волостном земском управлении» от 21 мая 1917 г.3, «Положение о Всероссийском земском Полное собрание законов Российской империи. СПб., 1867, 1893; Собрание узаконений и распоряжений правительства, издаваемое при Правительствующим Сенате. Пг., 1917.

Сборник указов и постановлений Временного правительства. Вып. 2. 5 мая — июля 1917 г. Пг., 1917. С. 215—217.

Там же.

союзе» от 7 июня 1917 г., «Об изменении действующего положения о губернских и уездных земских учреждениях» от 9 июня 1917 г.1, которые отражают ход работы над формированием новой нормативной базы, раскрывают сложный процесс разработки подходов к созданию местного самоуправления, показывают борьбу разных течений. Законодательство изучалось с целью оценить особенности его реализации в практической деятельности земств Уральского региона. Также большую роль в данном исследовании сыграли сборники документов и материалов центрального и местного уровней: «Народное образование в СССР», «Октябрь в Башкирии», «Гражданская война в Оренбуржье (1917—1919)» и др.2 Несмотря на то, что они создавались в период идеологического диктата КПСС и в связи с этим зачастую отражали действительность односторонне, они не утратили научной значимости, опубликованные в них документы о политической и культурнопросветительной работе земств, о взаимоотношениях земств и советской власти, ликвидации местного самоуправления представляют значительный исторический интерес.

Важным источником, опубликованным в изучаемый период, являются справочные и статистические материалы, в том числе адрескалендари, памятные книжки, земские ежегодники и др.3 В них содержится разнообразная информация о составе земских управ губерний Урала, проведении ярмарок, базаров, торгов, хроника школьного и внешкольного образования и т.д. Анализ справочных и статистических источников позволяет выяснить приоритетные направления финансирования отдельных отраслей, получить наглядное представление о динамике культурно-хозяйственной деятельности земств и определить, насколько они были самостоятельны в формировании бюджета и расходовании средств.

Широкое привлечение периодической печати позволило существенно дополнить источниковую базу, выявить реакцию общественности на проводившиеся местными органами власти политические и со Сборник указов и постановлений Временного правительства. Вып. 2. С. 215—217.

Гражданская война в Оренбуржье (1917—1919): Документы и материалы. Оренбург, 1958; Народное образование в СССР. Общеобразовательная школа: сб. документов 1917—1973 гг. М., 1974; Октябрь в Башкирии (октябрь 1917 — май 1918): сб. документов и материалов. Уфа, 1979.

Адрес-календарь и памятная книжка Пермской губернии на 1907 г. Пермь, 1907;

Адрес-календарь и справочная книжка Пермской губернии на 1909 г. Пермь, 1909; Ежегодник Пермского губернского земства. Календарь 1914 г. Пермь, 1914; Календарьсправочник на 1916 г. Шадринского земства. Пермь, 1915.

циально-экономические мероприятия. В публикациях центральных изданий, таких как «Земское дело», «Известия Главного комитета Всероссийского Земского Союза» сами земские деятели, учёные, писатели, публицисты затрагивали вопросы, касавшиеся преимуществ и недостатков земской системы управления, роли местных представительных органов в общественно-политической жизни страны, а также различных сторон практической деятельности. Помимо общероссийских газет и журналов использовались материалы местной печати, в которых содержится аналогичная информация непосредственно по Уральскому региону. Газеты «Губернские ведомости», «Пермская земская неделя», «Уфимская жизнь», «Союзная мысль», «В народ», «Вестник Оренбургского учебного округа», «Зауральский край», «Известия Оренбургского губернского комитета общественной безопасности», «Народовластие», «Оренбургская жизнь», «Оренбургские губернские ведомости», «Оренбургское земское дело», «Уфимские губернские ведомости», «Вятская газета», «Южный Урал» и др. публиковали и официальные документы, касавшиеся деятельности земских органов, и исследования специалистов по различным отраслям хозяйства, и отчёты управ о текущей работе, и решения земских собраний, и даже материалы статистики. Периодика освещала различные политические события: выборы в земские собрания, влияние различных политических партий, политические программы, и пр.

К еще одному виду опубликованных источников относятся специальные работы и мемуары государственных и земских деятелей: А. И.

Васильчикова, Б. Б. Веселовского, С. Ю. Витте, А. В. Лохвицкого, Г. Е.

Львова, П. Н. Милюкова, С. В. Маслова, В. А. Трутовского, Н. В. Шелгунова, Д. Н. Шипова и др.1 Несмотря на субъективность позиций авторов, эти работы также помогают выяснить степень востребованности системы местного самоуправления в обществе, определить, чем являлось земство для деятелей данной эпохи: «пятым колесом в телеге российского самодержавия», элементом хозяйственного управления или попыткой политической модернизации существующего строя. Акту Лохвицкий А. В. Губерния, её земские и правительственные учреждения. СПб., 1864; Васильчиков А. И. О самоуправлении: в 3 т. СПб., 1869—1871; Веселовский Б. Б.

История земства за 40 лет: в 4 т. СПб., 1909—1911; Львов Г. Е., Полнер Т. И. Наше земство и пятьдесят лет его работы. СПб., 1914; Маслов С. В. Земство и его экономическая деятельность за 50 лет существования. 1864—1914 гг. М., 1914; Трутовский В. А. Современное земство. Пг., 1914; Шипов Д. Н. Воспоминания и думы о пережитом. М., 1918; Витте С. Ю. Воспоминания. М., 1960. Т. 1; Шелгунов Н. В., Шелгунова Л. П. Воспоминания. М., 1967. Т. 1; Милюков П. Н. Воспоминания. М., 1989.

альность проблемы в тот период подтверждается многочисленными рассуждениями по вопросу о необходимости введения института волостного земства и оформления единого всероссийского земского органа.

Использование мемуарной литературы позволило существенно дополнить исследование, восстановив ход многих процессов, показав реакцию представителей общества и государственных структур на земские инициативы.

В работе отдано предпочтение первоисточникам, а при их отсутствии использовались вторичные документы, подвергавшиеся тщательной перепроверке, сопоставлению с не вызывающими сомнения документами. Кроме того, опираясь на уже имеющиеся исследования, мы сравнили полученные результаты с оценками и выводами предшественников. Критическое использование и анализ материалов, содержащихся в привлеченных источниках, позволили достичь поставленной в диссертации цели и решить сформулированные выше задачи.

Методология исследования базируется на диалектических принципах развития, взаимной связи, историзма, объективности, системности. Принципы познания — требования к исследованию, выполняющие регулятивные функции и тесно связанные с методами. В связи с этим уже на подготовительном этапе работы возникла задача организации взаимосвязи различных методов (общенаучных и частных) в процессе изучения и объяснения изучаемых исторических фактов и процессов.

Одним из аспектов проблемы является вопрос о роли философских методов в историческом исследовании, которые задают общее направление в познании, принципы подхода к объекту и предмету изучения, а также являются отправной точкой при оценке полученных результатов.

Мы учитывали тот несомненный факт, что методологическая роль философского знания заключается в ориентации познания на раскрытие объективных связей в сложных явлениях общественной жизни, на всесторонний анализ противоречий развития и на этой основе дает ключ к целостному исследованию социальных процессов, требующих как стандартных, так и особых, нестандартных подходов и решений. Поэтому мы ориентировались на одно из важнейших методологических требований: метод должен сообразовываться со свойствами действительности. Диалектический подход подразумевает необходимость рассматривать события, явления, процессы в развитии, движении, изменении, качественном обновлении, взаимосвязи. В диссертации показано, как в исследуемый период и вплоть до упразднения уральских земств менялись функции этих органов, направления в работе, формы и методы деятельности, социальный состав земств, участие в них представителей различных партий и общественных организаций.

В работе используется принцип объективности, который означает, что историческая реальность объективна, что источники и факты имеют объективное содержание и с помощью исторического осмысления достигается объективная истина.

Значительное место в исследовании играет принцип историзма, включающий в себя методы хронологии, конкретности и диалектики.

События излагаются в строгой хронологической последовательности начиная с момента образования земского самоуправления в России в 1864 году и заканчивая их крушением в 1918. Дается подробная и конкретная характеристика деятельности земств в период русско-японской, Первой мировой и гражданской войн, а также революций: 1905— 1907 гг., Февральской буржуазно-демократической 1917 года и событий октября 1917 года. Принцип историзма исходит не просто из движения объективного мира, не только из его изменяемости во времени, но более всего из его развития. Поэтому объект нашего исследования мы попытались рассмотреть, во-первых, с точки зрения его внутренней структуры как органичное целое; во-вторых, как процесс следующих друг за другом во времени совокупностей исторических связей и зависимостей его внутренних составляющих; в-третьих, с точки зрения выявления и фиксирования качественных изменений в его структуре в целом; главное — с точки зрения раскрытия закономерностей его развития, законов перехода от одного исторического состояния объекта к другому, характеризующемуся другой структурой.

В работе используется также принцип единства исторического и логического, который характеризует отношение между исторически развивающейся действительностью и ее отражением в нашем исследовании.

Принцип системности является одним из главных в исследовании.

Системный подход подразумевает, что объект изучения рассматривается как сложноорганизованная система, как совокупность причинногенетических и функциональных связей. В данной работе объектом изучения являются земства на Урале в 1900—1919 годах. Само земство рассматривается как сложноорганизованная система со своей структурой, правилами поведения, формами и методами работы, традициями, выборностью и отчетностью перед обществом.

При рассмотрении взаимоотношений между губернскими и уездными земствами, а позднее и волостными земствами широко использовался структурно-функциональный анализ. Все три названные единицы были, с одной стороны, самостоятельными, а с другой — взаимозависимыми. Обязанности между этими видами земств были строго разграничены, и в то же время они дополняли друг друга, не могли существовать друг без друга и представляли собой единый слаженный организм по решению различных социально-экономических и культурных задач в регионах. Применение данного подхода потребовало использования таких приемов качественного анализа, как классификация, обобщение, индукция и др.

Статистический анализ также нашел широкое применение в данной работе. Метод историко-сравнительного анализа позволил установить, каким сферам общественной жизни в те или иные времена земства отдавали приоритеты, как менялись функции и обязанности местных органов самоуправления. В диссертации широко использовался и историко-биографический метод.

Таким образом, конкретно-исторический материал исследования осмысливался и систематизировался на основе философских, общенаучных, специально-исторических принципов и методов.

Во второй главе «Экономическая деятельность земств на Урале» раскрывается роль земств региона в развитии сельскохозяйственного производства, кооперативного движения и кустарной промышленности, а также характеризуется работа земств в сфере дорожного строительства и торговли.

Круг мероприятий земского самоуправления на Урале в области сельского хозяйства являлся обширным и разнообразным. Можно выделить 4 основных направления этой работы: 1) подбор квалифицированных сельскохозяйственных кадров (в регионе подготовлено около 1000 агрономов, техников, инструкторов, специалистов по пчеловодству, огородничеству, ткачеству, льноводству, сельскохозяйственных старост, заведующих опытно-показательными участками, сельскохозяйственными складами и др.); 2) забота о зерновом производстве (сбор хлебов за исследуемый период в регионе увеличился почти в 2 раза — с 232 248 тыс. пуд. до 436 775 тыс. пуд.);

3) развитие ветеринарной службы (губернские земства проводили на Урале учет пород местного скота, выделяли средства на его улучшение, занимались страхованием скота и профилактикой его болезней.

К непосредственным обязанностям уездных земств, кроме того, относились вопросы организации ветеринарно-лечебной помощи при спорадических (незаразных) болезнях животных; совершенствования местного коневодства и скотоводства; пропаганды в среде местного населения научных основ ветеринарии; зоогигиены и зоотехники);

4) организация системы распространения сельскохозяйственных знаний (земствами организованы 85 сельскохозяйственных курсов по пчеловодству, маслоделию, скотоводству, которые посетили более 5 тысяч человек).

Достаточно эффективной формой деятельности земств по распространению рациональных начал в ведении сельского хозяйства явились опытно-показательные мероприятия. Они выполняли две основные функции: 1) научную, так как были ориентированы на испытание новых сортов семян и минеральных удобрений; 2) практическую — знакомили население с отработанными приемами и являлись наглядным доказательством их полезности.

Перед уездными сельскохозяйственными опытно-показательными участками, экономическими комиссиями при участии агрономов ставились конкретные задачи:

- знакомить население с улучшенной техникой обработки земли современными орудиями, пригодными для крестьянского хозяйства, с многопольными севооборотами, наиболее подходящими к местным условиям крестьянского хозяйства;

- раскрывать эффективные способы использования удобрений.

Изучение конкретных земских опытно-показательных мероприятий в четырех губерниях Урала позволяет выделить их основные формы: коллективные опыты, показательные участки, опытно-показательные поля, районные опытные станции, организация сельскохозяйственных конкурсов и экскурсий.

Значительные финансовые средства расходовали земства и на организацию показательных пасек, садов и огородов. В Челябинском уезде, к примеру, были устроены показательные пасека, сад и огород в селе Птиченском. В других селах этого же уезда — 14 показательных огородов; в Оренбургском уезде — 3 показательные пасеки, 5 садов и огородов; в Орском уезде проводились показательные работы по садоводству и огородничеству, а также устроен ягодный питомник.

Совершенствование уральскими земствами сельскохозяйственного производства решало многочисленные задачи, связанные в первую очередь с обеспечением городского населения и армии продуктами питания и тягловой силой, а сельского — орудиями труда, техникой, промтоварами. Изучение опыта работы уральских земств показало, что введение в 1917 году трехуровневой системы земств (добавление волостного земства к уездным и губернским) способствовало оптимизации работы по развитию сельского хозяйства с опорой на собственные резервы и возможности.

Большой интерес у населения вызывали сельскохозяйственные выставки, организуемые земствами, особенно разделы животноводства, молочного хозяйства, полеводства, луговодства, садоводства, огородничества, пчеловодства, цветоводства и др. Победители выставок за лучшие экспонаты награждались денежными премиями, медалями, похвальными листами, дипломами, селекционными материалами.

Одним из основных направлений аграрно-экономической деятельности земств являлось обеспечение крестьян сельскохозяйственной техникой. С этой целью земские учреждения организовали собственные склады. Так, в 1914 году в Уфимской губернии их насчитывалось 18: в Уфимском уезде — 1; Белебеевском — 3; Бирском — 3; Мензелинском — 5; Стерлитамакском — 5; Златоустовском — 1. Учитывая возможность скорого износа прокатной техники, земства устраивали при складах ремонтные слесарно-кузнечные мастерские. В них же ремонтировался инвентарь населения, проходили практику учащиеся ремесленных классов.

Также важно отметить, что вместе с укреплением межрегиональных связей между земствами региона и соседних губерний эффективность решения различных экономических проблем значительно повысилась. Например, для преодоления последствий неурожая (неурожайными являлись 1901, 1905, 1906, 1907, 1911 годы) местные власти задействовали все имевшиеся в их распоряжении средства. Помощь населению Урала оказывала и прогрессивная общественность, объявив сбор средств для населения наиболее пострадавших районов. Значительная работа проделана по линии органов земского самоуправления.

Местные земские управы пользовались уже наработанными связями с аналогичными структурами соседних губерний, направляя туда своих представителей с задачей закупки продовольственного, фуражного и, самое главное, семенного зерна. Большую часть необходимого для преодоления последствий стихии зерна в 1911 году Пермское земство приобрело в Саратовской губернии, где деятели земств развернули работу по оказанию помощи пострадавшим. В то же время служащие Уфимского земства производили закуп необходимой сельскохозяйственной продукции в Самаре, с которой уфимцы на протяжении длительного времени поддерживали деловые контакты.

Земства Урала проводили содержательную работу по развитию кустарных промыслов: это и обеспечение кустарей необходимым оборудованием и материалом, подготовка и распределение по участкам мастеров-специалистов, поиски источников оплаты их труда, оказание помощи в реализации выпускаемой продукции, материальная поддержка промыслов, активно проводившаяся пропаганда и просветительская деятельность.

Земства способствовали участию уральских кустарей на Всероссийских кустарных выставках в Санкт-Петербурге, Москве, Омске и других городах, где продукция уральской кустарной промышленности получила высокую оценку. Участие в таких форумах решало следующие задачи: приобретение рынков сбыта для различных продуктов производства; показ состояния кустарной промышленности края и деятельность земств в области содействия ее развитию; привлечение внимания и помощи в этой работе со стороны правительства.

Органы местного самоуправления на Урале оказывали разностороннюю помощь кооперативному движению. В регионе, как и в целом по стране, получили распространение две основные формы кооперативов: производственные и обслуживающие. Существовали всевозможные виды кооперации: кредитные товарищества, общества потребителей, артельные лавки и т.д. Крупным кооперативом, к примеру, являлся Союз Сибирских маслодельных артелей с центром в Кургане, который был создан в ноябре 1907 года. Получив у правительства ссуду, он заключил договор на приобретение оборудования и сбыт масла в Англии. За короткое время Союз Сибирских маслодельных артелей сосредоточил в своих руках почти все производство и продажу ценного продукта питания в Западной Сибири, Зауралье и в казахских степях. Он объединял 380 артелей, в том числе и Челябинские маслодельни. На Урале широко распространены были кожевенные и кирпичные (Челябинск), пуховязальные (Оренбург), деревообрабатывающие (Уфа), металлообрабатывающие (Уфа, Златоуст) и другие кооперативы.

Количество кооперативов ежегодно увеличивалось. В Уфимской губернии, например, к 1914 г. зарегистрировано 124 кооператива, а после Первой мировой войны число кооперативов возросло до 183.

Мероприятия по развитию кооперативного движения и кустарной промышленности решали проблему занятости населения и обеспечения его необходимыми товарами.

Для успешного ведения хозяйства (поставок и сбыта продукции, связей с другими регионами) требовалось создание современной для того времени инфраструктуры, тем более что заведование дорогами, почтовыми трактами относилось к числу обязательных повинностей земских учреждений, которые содержали в уездах своих ямщиков и почту. К началу XX века дороги разных уровней и всевозможные ранее построенные дорожные сооружения находились в крайне неудовлетворительном состоянии.

На такое ненормальное положение дорожного дела земства обратили внимание с первых шагов своей деятельности, поднимая вопросы о железнодорожном строительстве, регулировании судоходства, необходимости развития гужевых путей сообщения. Для земских деятелей было предельно ясно, что при бездорожье не может быть и речи ни об экономическом, ни о культурном развитии края. Отсутствие хороших дорог тормозило товарообмен и снабжение населения товарами и продуктами, грозило сорвать социальные начинания земств: развитие медицины, школьного дела, культуры и т.д. Дорожное строительство потребовало от уральских земств особого внимания. Для ее решения при губернских и уездных земских управах создавались специальные дорожные отделы, в задачи которых входило: проведение обследования дорог, выяснение их экономического значения и, в случае необходимости, строительство дорожных сооружений на проселках; планирование сети дорог с разделением их на категории; создание очередности улучшения дорог за счет дорожного капитала.

Благодаря кропотливой работе земств построены такие железнодорожные пути, как Оренбург — Уфа — Пермь, Нижняя Салда — Алапаевск — Ирбит — Тавда, Оренбург — Казань — Галич, Троицк — Стерлитамак — Николаевск, Бердяуш — Верхнеуральск — Магнитная — Сара и ряд других. Земства выделяли необходимые средства на сооружение дорог и мостов местного значения.

Развернутое земствами дорожное строительство обеспечивало свободное движение гужевого транспорта, укрепляло связи между населёнными пунктами и активизировало развитие торговли. Совершенствование торговых отношений улучшало снабжение населения жизненно необходимыми промышленными и сельскохозяйственными товарами и продуктами.

Таким образом, экономическая деятельность земств на Урале являлась одним из важных и результативных направлений их работы.

Третья глава «Социальная работа земств на Урале» посвящена изучению деятельности земств Урала по развитию школьного и профессионального образования, а также дошкольного воспитания, приютов, школ для взрослых. Раскрывается роль земств в развитии медицины и системы социального обеспечения жителей региона.

На Урале, как и в целом по стране, имел место процесс демократизации народного образования, выразившийся в том числе и в усилении внимания к его нуждам со стороны общества и государства. Уральские земства на протяжении ряда лет ставили вопрос о необходимости введения всеобщего начального обучения. Однако нехватка помещений и учительского персонала нередко сводили их усилия на нет.

На начальном этапе в ведении земств находились только собственные учебные заведения, а с 20 июля 1917 года, согласно постановлению Временного правительства, земствам были подчинены министерские и церковноприходские школы, в основу руководства которыми положен принцип децентрализации прежней системы. Это способствовало улучшению материального обеспечения школьных заведений, позволяло на местах изыскивать денежные средства, помещения, оперативно реагировать на изменения в экономической обстановке.

В ведении Оренбургского уездного земства находилось 115 земских школ, 135 министерских и 202 церковноприходских. Половина министерских и 139 церковноприходских школ не имели собственных зданий, занятия проводились в наемных помещениях. Затраты на одного учащегося равнялись 900 рублям в год. Хозяйственные расходы земства на одну школу составляли в 1917 году 150 рублей, содержание школьного помещения — 450 руб., на учебники и письменные принадлежности для однокомплектной школы расходовалось 450 руб. В целом Оренбургское уездное земство в 1917 году потратило на начальные школы 1 049 484 руб. 40 коп., кроме того, Министерством народного просвещения субсидировано 445 753 руб. Примерно такая же обстановка по школам и затратам на их содержание со стороны уездных земств наблюдалась и в Уфимской губернии.

Земства Урала сыграли большую роль в создании и развитии высших начальных училищ, которые по своей программе соответствовали объему знаний 4-го класса гимназии, но отличались тем, что давали законченное образование. Лица, сдавшие дополнительные экзамены по языкам, имели право поступать в 5 класс реального училища или гимназии. Окончившие высшие начальные училища получали право поступления без экзаменов в средние сельскохозяйственные, технические и профессиональные учебные заведения, учительские семинарии, фельдшерские курсы и т.д.

Высшие начальные училища нашли широкое распространение на Урале в 1917 г. (появились в каждом уезде). На содержании Оренбургского уездного земства, например, находилось 9 высших начальных училищ: Михайловское, Исаевское, Дмитриевское, Софиевское, Александровское и для мусульманского населения — Троицкое, Покровское, Петровское, Ново-Мусинское. При каждом училище действовали попечительские советы и родительские комитеты, которые отменили плату в училищах за преподавание Закона Божьего. Земское собрание ассигновало на содержание 9 высших начальных училищ в 1917 году 100 6руб. 10 коп. В Челябинском уезде в октябре-ноябре 1917 г. открыты высшие начальные училища в Чумляке, Мишкино, Шумихе, Куртамыше с объемом финансировании 322 027 руб. 64 коп. в год.

Земские учреждения направляли средства на строительство и ремонт зданий, приобретение различных учебных пособий, поощрение учительского персонала, на оказание помощи малообеспеченным ученикам и т.д. Также земства оказывали помощь многим средним учебным заведениям — гимназиям, реальным училищам, духовным семинариям. Они содействовали развитию учительских семинарий, в которых обучались в основном дети крестьян, поступавшие по их окончании на учительскую службу. Анализ финансовых расходов земств региона на социальную сферу позволяет говорить об изменении приоритетов, в результате которого поддержка именно образовательной системы вышла на первый план.

Земства заботились об улучшении материального положения учителей. В Уфимской губернии учителя, имевшие ранее заработную плату в размере 30 руб., с 1 июля 1917 г. стали получать дополнительно еще 1руб. в месяц, а учителям с прежним жалованием в 50 руб., с 21 октября стали выдавать добавочных 100 руб. В Оренбургской губернии зарплата учителям начальных школ была увеличена с 1 сентября 1917 г. до 1руб. в месяц, из которых 70 руб. выплачивала государственная казна и руб. — земство. С 1 января 1918 г. учителя начальных школ стали получать 150 руб. в месяц, учителя высших начальных училищ — 200 руб.

К весне 1918 г. зарплата учителей начальных школ стала составлять 2руб., учителя высших начальных училищ получали 300 руб.

Учитывая социокультурную специфику Урала, земства региона уделяли значительное внимание развитию национального образования, что являлось одним из действенных способов включения большой массы населения в систему хозяйствования и социальную систему. На Урале регулярно проводились трехгодичные курсы подготовки преподавателей национальных школ. Особенно ярким выглядела в этом вопросе деятельность оренбургского земства. Только за 1914—1916 гг.

им было создано 5 национальных училищ (в Челябинском, Троицком и Верхнеуральском уездах) и открыто 114 «инородческих» библиотек, что в 2 раза превышало количество библиотек, открытых теми же земствами для русскоговорящего населения. Фактически существующая сеть учебных заведений, библиотек и внешкольных мероприятий на Урале была дополнена специальным «национально ориентированным» сегментом.

Весомый вклад в совершенствование системы народного образования на Урале внесли заведующие школьными отделами земских управ: Оренбургской — К. И. Березников, Челябинской — А. А. Стакан, Златоустовской — А. В. Милюков, Белебеевской — А. Я. Михайлов; заведующий отделом профессионального образования Челябинской уездной земской управы В. А. Фёдоров, заведующие отделами инородческого образования земских управ: Оренбургской — И. М.

Бикчентеев, Челябинской — А. А. Айдаров и др.

Значительное место в деятельности земств занимало внешкольное образование. Система внешкольного образования включала в себя различные учреждения дошкольного воспитания, вечерние школы для взрослых, приюты для детей и др. Большое внимание земства уделяли сиротским домам и приютам, которые существовали в Яранске, Перми, Вятке, Уфе, Оренбурге, Челябинске, Троицке и ряде других городов Урала.

Таким образом, социальная работа земств являлась многогранной и имела важное значение для развития Урала. Совершенствование школьного и профессионального образования вносило вклад в решение проблемы ликвидации неграмотности в регионе, повышения культурного уровня населения, способствовало подготовке квалифицированных специалистов для различных отраслей хозяйства региона.

Благодаря земствам повысилось качество медицинского обслуживания населения: строились больницы и фельдшерские пункты в сельской местности, расширялась сеть аптек, приглашались на работу врачи и созывались их съезды, организовывались фельдшерские и акушерские курсы, налажено правильное оспопрививание.

Земская медицина выработала основные принципы своего развития и повседневной работы. Суть этих принципов сводилась к следующему: 1) бесплатность и общедоступность медицинской помощи;

2) замена «разъездной медицинской помощи» медицинскими пунктами — больницами или амбулаториями; 3) замена фельдшерской медицинской помощи более качественной — врачебной; 4) организация врачебной помощи не только амбулаторной, но и стационарной (небольшая больница, хотя бы на 3—4 койки, при каждом врачебном пункте); 5) планирование развития медицинского дела в соответствии с установленными нормами (врачебный участок с радиусом не более верст); 6) проведение периодических совещаний врачей и фельдшеров с обсуждением предполагаемых земствами медицинских мероприятий.

На территории Уфимской губернии, например, в период с 1913 по 1917 год количество врачебных участков увеличилось с 46 до 54, больниц — с 29 до 35, коек в них — с 744 до 946, фельдшерских пунктов — с 26 до 34.

К осени 1917 года заработная плата врача была повышена в среднем до 300 руб. в месяц, врача-хирурга — до 350 руб., фельдшера и акушерки — до 120—150 рублей.

Земства Урала сыграли значительную роль в совершенствовании медицинского обслуживания населения. Всю деятельность земств в этой сфере можно разделить на лечебную, санитарную, хозяйственную.

Особое внимание земцев в рамках этих мероприятий отводилось общественному призрению. Земские учреждения стремились не только к количественному росту больниц, но и заботились, чтобы они соответствовали всем требованиям гигиены, были оборудованы необходимыми инструментами и медикаментами, следили за качественным питанием больных, обеспечивали освещение, отопление, водоснабжение.

Созданная органами местного самоуправления система здравоохранения поставила оказание врачебной помощи населению на принципиально иной качественный уровень. Сельские жители впервые получили доступное медицинское обслуживание.

Работа земств региона по социальной защите населения, в том числе выплата пособий малоимущим гражданам, семьям лиц, призванных на военную службу, вдовам, сиротам, увечным воинам, страхование граждан от несчастных случаев, а их имущества от пожаров, наводнений и других бедствий, создание касс мелкого кредита также способствовала повышению социальной защищенности народа.

Таким образом, социальная работа земств Урала в исследуемый период являлась многогранной и отвечала насущным потребностям населения.

В четвёртой главе «Культурно-просветительская деятельность земств на Урале» анализируется работа земского самоуправления региона по созданию и развитию библиотечного дела, организации народных чтений и лекций, открытии земских народных домов, театров, кружков по интересам и т.д.

Заметное место в системе внешкольного образования занимало библиотечное дело. На протяжении всего существования самоуправления именно народные библиотеки оставались главной формой земской культурно-просветительной работы. На средства земств содержались и избы-читальни. На Урале к 1917 г. насчитывалось 1622 библиотеки. Из них: в Пермской губернии — 745, Вятской — 573, Уфимской — 213, Оренбургской — 91.

Земские библиотеки занимались не только выдачей литературы, но и проводили лектории, вечера, посвящённые известным писателям и знаменательным датам, то есть являлись центрами культурнопросветительской деятельности, механизмом ее эффективной реализации на местах. Важно отметить, что региональные земства в исследуемый период использовали этот механизм в том числе и для решения политических задач, формирования нужного земцам общественного настроения.

Важными механизмами культурно-просветительской деятельности уральских земств являлись также народные чтения и лекции. Они, как правило, организовывались учителями, библиотекарями, священниками. Народные чтения как форма культурного воздействия на широкие круги населения отличались наибольшей доступностью и гибкостью. На особенно высоком уровне лекторская работа представлена в Уфимском уезде. Среди волостных лекторов уезда наиболее активно трудились Ахмед-Мигдад Курбангулов (Урман-Кудейская волость), М. Г. Витрищак (Дмитриевская волость), Е. Н. Крупицкая (Романовско-Турусилинская волость), Л. Я. Бухарин (Петропавловская и Покровская волости), Поддубенский (Булгаковская волость), И. П. Проскуряков (Фёдоровская волость).

Уральский земский опыт в культурно-просветительской сфере включал в себя создание уникальных комплексных культурных центров — так называемых «народных домов». Они создавались в наиболее крупных городах региона. Так, в 1903 году был открыт Народный дом в Челябинске, на базе которого образовалось музыкально-драматическое общество, которое исполняло оперу П. И. Чайковского «Евгений Онегин», музыку М. П. Мусоргского, А. С. Даргомыжского, Н. Г. Рубинштейна. В Народном доме Челябинска писатель А. Туркин организовал цикл лекций на литературные темы, а педагог женской гимназии А. Ф. Сурьянинова — Вторую воскресную школу. Центром культурнопросветительной работы стал и Народный дом в Оренбурге. В нем действовал драматический кружок, ставивший такие сложные пьесы, как «Дядя Ваня» А. П. Чехова и «На дне» А. М. Горького. В оренбургском Народном доме также работала воскресная школа. Создание Народных домов являлось одним из главных дел земств на Урале. Народные дома стали центрами внешкольного образования. В них устраивались народные чтения и лекции, работали воскресные школы для взрослых, открывались библиотеки, функционировал кинематограф, организовывались театральные и другие творческие кружки.

Земские учреждения Урала серьёзно относились к организации народных театров. К примеру, в Пермской губернии в 1914 году народные спектакли ставились во всех уездах губернии, за исключением Верхотурского. Особую популярность получил народный театр в Оханском уезде. Именно там имелось три передвижных сцены, театральные принадлежности и даже театральные библиотечки. Анализируя репертуар театральных постановок, можно заметить, что в большинстве случаев ставились пьесы А. Н. Островского, С. Т. Семёнова, А. А. Потехина, Е. П. Карпова, А. П. Чехова, Л. Н. Толстого, А. С.

Пушкина. Исполнителями являлись представители местной интеллигенции, а также крестьяне и учащиеся. Активно проходили спектакли в Чердынском уезде Пермской губернии. Сбор со спектаклей шёл в Чердынский уездный земский комитет Всероссийского Земского Союза по оказанию помощи больным и раненым воинам.

Начиная с 1916 года Уфимское губернское земство стало вносить в смету расходов по внешкольному образованию статью — на оборудование театральных складов для народного театра в шести уездах.

Сумма расходов составила 1200 рублей. В январе 1917 года при отделе народного образования Уфимской губернской земской управы создана секция народного театра. Она имела показательную труппу, которая совершала поездки по уездам. В результате установилась связь с местными театральными кружками, которым в ходе репетиций были показаны правильные методы постановок и режиссуры. В тех местах, где такие кружки отсутствовали, они стали постепенно организовываться.

На рождественских каникулах устраивались курсы по сценическому искусству для народных учителей и читались лекции по театральному делу, сценическому и другим изящным искусствам.

Таким образом, в исследуемый период земства Урала сыграли важную роль в развитии внешкольного образования в регионе. Создав сеть культурно-просветительных организаций и учреждений, они тем самым способствовали повышению общеобразовательного уровня народа, его эстетическому и нравственному воспитанию, привлекли население к активному участию в политической и общественной жизни страны.

В пятой главе «Общественно-политическая деятельность земств на Урале» характеризуется политическая работа земств региона, анализируется процесс выборов в земства весной-осенью 1917 года, рассматривается проблема установления общественного порядка после февральских событий, а также раскрывается проблема взаимоотношений уральских земств и советской власти.

В начале ХХ века активизировалась общественно-политическая деятельность земств, что было обусловлено общероссийскими процессами. Уральские земства выражали консолидированное мнение по поводу происходящих в стране событий. Представители земств приняли участие в полулегальных общеземских съездах, а также выступали в 1901—1904 гг. с жесткой критикой в адрес государственных властей со страниц либеральных журналов «Освобождение», «Вестник Европы», «Русское богатство». Русско-японскую войну деятели уральских земств, как и вся интеллигенция, первоначально встретили патриотическими акциями, обращениями к царю, сборами средств на военные нужды. В период наивысшего подъема Первой русской революции 1905—1907 гг. земское движение в регионе, как и по всей стране, еще более активизировалось. В мае 1905 г. участники земского съезда направили к царю депутацию с петицией, в которой содержалась просьба о созыве законодательного органа. С их точки зрения, такой шаг диктовался необходимостью скорейшего решения вопроса о войне и мире, упрочения государственного строя и спасения престола. При этом большинство земских деятелей воспринимали революцию как трагический «хаос» и «смуту».

Уральские земства в годы Первой мировой войны в целом поддержали политику правительства, что привело к некоторым послаблениям со стороны государственной власти в решении их внутренних проблем. Возникла и единая организация, получившая название «Всероссийский земский союз помощи больным и раненым воинам». Союз оформился на съезде губернских земств, состоявшемся в Москве июля 1914 г. Участие в нем приняли и представители губернских земств Уральского региона. Был избран Главный комитет союза во главе с князем Г. Е. Львовым. Правительство не стало мешать объединению земского союза с Всероссийским союзом городов, в результате чего 10 июля 1915 г. появилось довольно мощное объединение, сокращенно именовавшееся Земгором. Союз и его представители на местах решали проблемы снабжения армии вооружением и снаряжением. Благодаря усилиям земств в уральском регионе была предотвращена опасность миграционной катастрофы. Беженцы западных районов страны помимо медицинской, продовольственной, жилищной и другой помощи получали возможность необходимой социализации. В условиях первой столь крупномасштабной войны потенциал России был мобилизован именно на региональном уровне. В возникшей экстремальной ситуации земства выдержали проверку на жизнеспособность, приобрели дополнительный опыт и авторитет среди населения региона.

На губернских и уездных собраниях земства не раз выражали свое мнение по отношению к Первой мировой войне и призывали народ еще теснее сплотиться вокруг Временного правительства.

Февральская революция способствовала активизации общественно-политической деятельности земств Урала. Она была направлена в первую очередь на пропаганду решений Временного правительства.

В его адрес направлялись телеграммы от губернских и уездных земств, в которых они приветствовали Временное правительство и выражали готовность поддерживать его в реализации различных задач и программ. Решения Временного правительства уральские земства пропагандировали с помощью различных обращений, воззваний, выпускали агитационно-пропагандистские сборники, брошюры, периодические издания: «Оренбургское земское дело», «Социалист-революционер», «Союзная мысль», «Южный Урал», «Уфимская жизнь» и др.

Весной-осенью 1917 года проходили выборы в губернские, уездные и волостные земства. На Урале, как и в целом по стране, на выборах в земства победу одержали среди всех политических партий социалисты-революционеры. Однако не везде на Урале картина была одинаковой. На заводах Аша-Балашовского, Миньярского, Симского, УстьКатавского волостных земств среди избранных гласных земств преобладали большевики. В целом в результате проведённых выборов земства стали демократичными. В их состав вошли представители различных классов, политических партий, общественных организаций.

Параллельно с процессом демократизации земств наблюдался процесс повышения их значимости в решении вопросов общественной безопасности и порядка. Теперь в их ведение входили правоохранительные органы: милиция, юридические консультации, мировые судьи и пр.

Отношение земств к событиям октября 1917 г. и советской власти было неоднозначным. Одни земства региона, как, например, Симское, Миньярское, Усть-Катавское, Аша-Балашовское волостные земства Уфимской губернии, которые находились под влиянием большевиков, активно поддерживали революционные преобразования. Собрание Миньярского волостного земства 21 декабря 1917 г., приветствуя декреты советской власти, выразило готовность бороться «за завоевания революции» и решительно отвергало всякие соглашения с эсерами и меньшевиками. Данные земства выступали за разделение функций между ними и Советами. Они считали, что Советы должны заниматься политическими вопросами, являться проводниками новой власти, а земства — сосредоточиться на решении хозяйственных задач. Однако земств с такими взглядами на Урале было меньшинство.

Большинство же земств вело борьбу против новой власти. С точки зрения преобладающих форм и способов этой борьбы данную группу можно дифференцировать на три составляющие.

Для первой характерны стачки земских служащих, бойкот советских мероприятий. К числу таких земств относились Вятское и Пермское уездные земства.

Другие земства (Яранское, Нолинское, Оханское и др.) противодействовали советской власти сравнительно пассивно, видимо, потому что на более энергичную борьбу у них просто не хватало ресурсов.

Наконец, ряд уральских земств открыто предъявляли свое право на монопольную (без участия советов) власть и стремились реализовать его всеми средствами вплоть до применения вооруженной силы.

К такому роду относилось Оренбургское земство.

Успех земств в период с февраля по октябрь 1917 года, выразившийся в том, что они фактически стали организационной основой местного управления на местах, оказался кратковременным. После событий октября 1917 года их права постепенно ограничивались. Весной 1918 г. земства на Урале, как и по всей стране, прекратили свою деятельность и их функции были переданы соответствующим отделам Советов рабочих и солдатских депутатов или Военно-революционным комитетам. Однако в результате свержения советской власти в мае 1918 г. земства возобновили свою работу и продержались у власти ещё некоторое время. И лишь к августу-сентябрю 1919 г., после наступления Красной Армии на территории Урала, земства были ликвидированы окончательно.

В заключении сделан ряд обобщающих выводов по теме диссертации, которые представлены в первой части автореферата в качестве основных положений, выносимых на защиту.

Главное предназначение местного самоуправления, как представляли себе сами земцы, состояло в обеспечении социальной справедливости и общественного согласия. Практически же это означало, что при использовании средств налогоплательщиков земские учреждения должны были руководствоваться насущными потребностями развития губернии или уезда. Такова основная суть идеи земского самоуправления в России.

Созданные «для заведования делами, относящимися к местным нуждам и пользам», земства не только в целом успешно справлялись с этими задачами, но и в итоге стали заметным фактором общественнополитической жизни России. На Урале они существенно продвинули вперёд дело народного образования, здравоохранения, статистики, агрономии, создали новые организационные формы управления и контроля. Земская интеллигенция стала той средой, где появилось новое политическое сознание и в рамках которой стало возможным активное развитие идей либерализма.

Земства являлись органами самофинансирования. Основное финансирование шло прежде всего за счёт самостоятельного налогообложения. На наш взгляд, именно это обстоятельство позволяло сохранять относительную независимость от государственных органов и проводить работу на местах исходя из самостоятельно определяемых приоритетов. Являясь самостоятельными хозяевами своих капиталов, уральские земства смогли умело распоряжаться ими, производить значительные ассигнования именно в те отрасли, которые приносили несомненную пользу местному населению.

Органы земского самоуправления активно и плодотворно участвовали в решении старых и новых нужд и потребностей населения. В связи с этим многие принципиальные положения и отдельные методы земской практики могли бы быть использованы в сегодняшних условиях, а отношение большинства земских гласных и служащих к своему делу может стать примером и образцом для нынешних депутатов и служащих как муниципального, так и вышестоящих уровней. Изучение социально-экономической, культурно-просветительской и общественно-политической деятельности земского самоуправления на Урале даёт возможность глубже и основательнее понять и осмыслить политику властей и реакцию общества на неё в исследуемый период времени, извлечь необходимые уроки из полученного исторического опыта и избежать ошибок при проведении современных преобразований в сфере местного самоуправления.

Основные положения диссертации опубликованы в следующих работах:

1. Монографии 1. Семенченко, И. В. Земство на Южном Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко. Челябинск : Изд-во ЦНТИ, 2005. 185 с.

2. Семенченко, И. В. Экономическая жизнь уральского земства в 1900—19гг. / И. В. Семенченко. Челябинск : Изд-во ЦНТИ, 2005. 132 с.

3. Семенченко, И. В. Социально-экономическая деятельность уральского земства в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко. Челябинск : Изд-во ЦНТИ, 2006. 308 с.

2. Научные работы в изданиях, рекомендуемых ВАК 4. Семенченко, И. В. Земство и народное образование на Урале в 1900— 1918 гг. / И. В. Семенченко // Вестн. Юж.-Урал. гос. ун-та. Сер. «Социально-гуманитарные науки». 2005. Вып. 4, № 7 (47). С. 89—97.

5. Семенченко, И. В. Совершенствование земствами медицинского обслуживания населения на Урале в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко // Вестн. Юж.-Урал.

гос. ун-та. Сер. «Социально-гуманитарные науки». 2006. Вып. 7, № 17 (72). С. 97— 103.

6. Семенченко, И. В. Социальная работа уральского земства в 1900— 1918 гг. / И. В. Семенченко // Проблемы истории, филологии, культуры. Журнал Магнитогорского государственного университета. 2006. Вып. 16/2. С. 90—98.

7. Семенченко, И. В. Деятельность уральского земства по социальной защите населения в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко // Вестн. Челяб. гос. пед. ун-та.

2006. № 3. С. 117—126.

8. Семенченко, И. В. Развитие кооперативного движения на Урале в 1900— 1918 гг. / И. В. Семенченко // Вестн. Челяб. гос. пед. ун-та. 2006. № 6.4. С. 137— 144.

9. Семенченко, И. В. Деятельность земства по социальной защите населения на Южном Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Вестн. Челяб. гос. пед. унта. 2006. № 6.2. С. 180—188.

10. Семенченко, И. В. Земские инициативы во внешкольном образовании в Оренбургской губернии в 1917—1918 гг. / В. С. Кобзов, И. В. Семенченко // Вестн.

Челяб. гос. ун-та. Сер. «История». 2009. Вып. 35. № 32 (170). С. 59—64.

11. Семенченко, И. В. Социально-экономическая жизнь земства на Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Вестн. Томск. гос. ун-та. 2010. № 4. С. 62—68.

3. Научные статьи 12. Семенченко, И. В. Земское внешкольное образование на Южном Урале в 1917—1918 гг. / А. П. Абрамовский, И. В. Семенченко // Вестн. Челяб. гос. ун-та.

Сер. 1, История. 2003. № 1. С. 73—82.

13. Семенченко, И. В. Развитие земствами народного образования на Урале в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко // Совершенствование наукоемких технологий и конструкций : сб. науч. тр. Челябинск : ЮУрГУ, 2001. С. 180—183.

14. Семенченко, И. В. Развитие земского самоуправления на Южном Урале в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко // Человек и общество: на рубеже тысячелетий :

междунар. сб. науч. тр. Воронеж : Воронеж. гос. пед. ун-т, 2002. Вып. 12. С. 188— 190.

15. Семенченко, И. В. Социальная работа земств Урала в начале ХХ века / И. В. Семенченко // Человек и общество на рубеже тысячелетий : междунар. сб.

науч. тр. Воронеж : ВГПУ, 2003. Вып. 20. С. 255—261.

16. Семенченко, И. В. Экономическая деятельность земств Урала в начале ХХ века / И. В. Семенченко // Человек и общество: на рубеже тысячелетий : междунар.

сб. науч. тр. Воронеж : ВГПУ, 2003. Вып. 20. С. 225—231.

17. Семенченко, И. В. Активизация общественно-политической деятельности земств Урала в начале ХХ века / И. В. Семенченко // Человек и общество: на рубеже тысячелетий : междунар. сб. науч. тр. Воронеж : ВГПУ, 2003. Вып. 22. С. 147—153.

18. Семенченко, И. В. Демократизация земского самоуправления на Урале / И. В. Семенченко // Человек и общество на рубеже тысячелетий : междунар. сб.

науч. тр. Воронеж : ВГПУ, 2003. Вып. 22. С. 153—159.

19. Семенченко, И. В. Активизация культурно-просветительской деятельности земств Урала в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко // Научные исследования:

информация, анализ, прогноз : коллективная монография. Воронеж : ВГПУ, 2003.

Кн. 1. С. 162—173.

20. Семенченко, И. В. Выборы гласных в земства Урала весной-осенью 1917 г. / И. В. Семенченко // Научные исследования: информация, анализ, прогноз :

коллективная монография. Воронеж : ВГПУ, 2004. Кн. 2. С. 237—255.

21. Семенченко, И. В. Земства и правоохранительные органы на Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Юж.-Урал. историко-правовой вестник. Челябинск : Центр анализа и прогнозирования ; Челяб. ин-т Урал. академии гос. службы, 2006. Вып. 1. С. 140—147.

22. Семенченко, И. В. Развитие местного самоуправления на Южном Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Тематический сборник научных трудов. Челябинск : ЮУрГУ, 1998. С. 31—34.

23. Семенченко, И. В. Совершенствование земствами сельскохозяйственного производства на Южном Урале в начале ХХ века / И. В. Семенченко // Научные исследования: информация, анализ, прогноз : коллективная монография. Воронеж :

ВГПУ, 2004. Кн. 2. С. 237—255.

24. Семенченко, И. В. Златоустовское уездное земство в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Вторые Бушуевские чтения : сб. материалов. Челябинск :

ЮУрГУ, 2004. С. 121—128.

25. Семенченко, И. В. Основные направления экономической деятельности земств Урала в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко // Троицкий вестник Челябинского государственного университета : сб. науч. статей. 2006. № 1. С. 119—137.

26. Семенченко, И. В. Методология исследования проблемы земского самоуправления на Урале / И. В. Семенченко // Человек и общество на рубеже тысячелетий : междунар. сб. науч. тр. Воронеж : ВГПУ, 2007. Вып. 37. С. 452—457.

27. Семенченко, И. В. Источниковая база исследования проблемы земского самоуправления на Урале в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко // Бакунинские чтения : сб. науч. тр. Екатеринбург : УрГУ, 2007. С. 36—43.

28. Семенченко, И. В. Деятельность агрономических отделов земских управ на Урале в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко // Научные исследования: информация, анализ, прогноз : коллективная монография. Воронеж : ВГПУ, 2004. Кн. 3.

С. 99—110.

29. Семенченко, И. В. Развитие земствами сельскохозяйственного производства на Урале в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко // Наука ЮУрГУ: материалы 60-й юбилейной науч. конф. Секция экономики, управления и права. Челябинск :

ЮУрГУ, 2008. Т. 2. С. 184—187.

30. Семенченко, И. В. Землеустройство на территории Оренбургского казачьего войска в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко, Т. К. Махрова // Южный Урал в судьбе России: история и современность. Челябинск : ООО Издательский дом Пресс-Мастер, 2008. С. 67—74.

31. Семенченко, И. В. Земства на Южном Урале / И. В. Семенченко // Челябинская область: Энциклопедия / гл. ред. К. Н. Бочкарев. Челябинск : Каменный пояс, 2004. Т. 2. С. 424—425.

32. Семенченко, И. В. Верхнеуральско-Троицкое земство / И. В. Семенченко // Челябинская область: Энциклопедия / гл. ред. К. Н. Бочкарев. Челябинск : Каменный пояс, 2004. Т. 2. С. 425—426.

33. Семенченко, И. В. Златоустовское уездное земство / И. В. Семенченко // Челябинская область: Энциклопедия / гл. ред. К. Н. Бочкарев. Челябинск : Каменный пояс, 2004. Т. 2. С. 426—427.

34. Семенченко, И. В. Челябинское уездное земство / И. В. Семенченко // Челябинская область: Энциклопедия / гл. ред. К. Н. Бочкарев. Челябинск : Каменный пояс, 2004. Т. 2. С. 427—428.

35. Семенченко, И. В. Политические партии и выборы в земства на Южном Урале весной-осенью 1917 г. / И. В. Семенченко // Тематический сборник научных трудов. Челябинск : ЧГТУ, 1996. С. 21—25.

36. Семенченко, И. В. Златоустовское уездное земское самоуправление в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Страницы истории советского общества: опыт, проблемы. Челябинск : ЧГПИ, 1991. Ч. 1. С. 89—91.

37. Семенченко, И. В. Подавление органов самоуправления (земств) с приходом большевиков к власти на Южном Урале / И. В. Семенченко // От тоталитаризма к свободе: взгляд историка. Челябинск : ЧГПИ, 1992. Ч. 1. С. 41—43.

38. Семенченко, И. В. Уфимское губернское земство в 1917—1918 гг. / И. В.

Семенченко // Востоковедение в Башкортостане: история, культура. Уфа : БГУ, 1992. Ч. 3. С. 29—31.

39. Семенченко, И. В. Оренбургское губернское земство в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Оренбургу — 250 лет : материалы науч. конф., посвящ. юбилею города. Оренбург : ОГПИ, 1993. С. 54—55.

40. Семенченко, И. В. Политическая деятельность Златоустовского уездного земства в октябре 1917 — марте 1918 гг. / И. В. Семенченко // Иван Иванович Неплюев и Южно-Уральский край. Челябинск : ЧелГУ, 1993. С. 43—45.

41. Семенченко, И. В. Социально-экономическая деятельность Оренбургского уездного земства в 1917 г. / И. В. Семенченко // Оренбургскому краю — 250 лет : материалы юбилейной науч. конф., посвящ. 250-летию Оренбургской губернии и 60-летию Оренбургской области. Оренбург : ОГПИ, 1994. С. 66—69.

42. Семенченко, И. В. Социально-экономическая деятельность Уфимского губернского земства в 1917 г. / И. В. Семенченко // История края и судьбы людей.

Уфа : ЦГИАРБ, 1994. С. 205—208.

43. Семенченко, И. В. Демократизация земского самоуправления на Южном Урале в феврале — октябре 1917 г. / И. В. Семенченко // Динамика политических и социальных структур России в условиях смены политического режима. Челябинск : ЧГПИ, 1994. С. 164—169.

44. Семенченко, И. В. Челябинское уездное земство в 1917—1918 гг. / И. В.

Семенченко // Одиннадцатые Бирюковские чтения. Шадринск : ШГПУ, 1994.

С. 53—55.

45. Семенченко, И. В. Земство и культурное строительство на Южном Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Россия и Восток: проблемы взаимодействия.

Челябинск : ЧелГУ, 1995. С. 36—39.

46. Семенченко, И. В. Социально-экономическая деятельность земств Южного Урала в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Россия на пути реформ: исторический опыт. Челябинск : ЧелГУ, 1995. С. 42—44.

47. Семенченко, И. В. Земство и народное образование на Южном Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Проблемы образования на современном этапе.

Соликамск : СГПИ, 1995. С. 20—21.

48. Семенченко, И. В. Социально-экономическая деятельность Челябинского уездного земства в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Исследования и исследователи Урала. Челябинск : ЧГПИ, 1995. С. 96—98.

49. Семенченко, И. В. Исторический опыт земств в решении социальных проблем на Южном Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Россия на пути реформ: проблемы социально-политического выбора. Челябинск : Уральский филиал Академии труда и социальных отношений, 1996. С. 37—40.

50. Семенченко, И. В. Совершенствование земствами сельскохозяйственного производства на Южном Урале в 1917 году / И. В. Семенченко // Крестьянство и казачество Южного Урала в трех веках. Оренбург : ОГПИ, 1996. С. 45—48.

51. Семенченко, И. В. Интеллигенция Южного Урала в период демократизации земского самоуправления / И. В. Семенченко // Российская интеллигенция на рубеже ХХI века: движение истории и духовные ценности. Екатеринбург : УрГУ, 1998. С. 39—41.

52. Семенченко, И. В. Роль земского самоуправления в развитии социальной сферы на Южном Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Россия на пути реформ: основные парадигмы развития общества. Челябинск : Социал.-экон. ин-т Академии труда и социальных отношений, 1998. С. 49—51.

53. Семенченко, И. В. Развитие земствами народного образования на Южном Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Россия на пути реформ: механизмы интеграции современного общества. Челябинск : Социал.-экон. ин-т Академии труда и социальных отношений, 1999. С. 68—71.

54. Семенченко, И. В. Роль земской интеллигенции в развитии народного образования на Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Российская интеллигенция в истории ХХ века: неоконченный спор. Екатеринбург : УрГУ, 1999. С. 42—45.

55. Семенченко, И. В. Социально-экономическая работа земств Урала в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко // Современное общество: вопросы теории, методологии, методы социальных исследований. Пермь : ПГУ, 2000. С. 39—41.

56. Семенченко, И. В. Земское внешкольное образование на Урале в начале ХХ века / В. С. Кобзов, И. В. Семенченко // Жизнь в истории : сб. науч. статей к 85летию проф. А. П. Абрамовского. Челябинск : Энциклопедия, 2009. С. 164—174.

57. Семенченко, И. В. Роль земства в социально-экономическом развитии Урала в 1900—1918 гг. / И. В. Семенченко // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопросы теории и практики. Тамбов : Грамота, 2009. № 1(2). С. 84—88.

58. Семенченко, И. В. Становление и развитие земствами дошкольного воспитания на Урале в 1917—1918 гг. / И. В. Семенченко // Естественнонаучные, гуманитарные и социально-экономические науки : материалы науч.-практ. конф., посвящ. 10-летию филиала ЮУрГУ в г. Снежинске. Снежинск : ЮУрГУ, 2009.

С. 110—114.

4. Учебные пособия 59. Семенченко, И. В. Культура Урала / И. В. Семенченко, Л. В. Щетихина.

Челябинск : ЮУрГУ, 2008. 62 с.

Подписано в печать 22.09.2010 г. Усл. печ. л. 3,1. Тираж 100 экз.

460844, г. Оренбург, ул. Советская, 19. Оренбургский государственный педагогический университет




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.