WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

МИНИСТЕРСТВО ОБОРОНЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

ВОЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

На правах рукописи

БУЛГАКОВ

Александр Владимирович

ПСИХОЛОГИЯ МЕЖГРУППОВОЙ АДАПТАЦИИ

НА КОРАБЛЯХ

ВОЕННО-МОРСКОГО ФЛОТА РОССИИ

Специальность 19.00.05 – социальная психология

(психологические науки)

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора психологических наук

Москва 2007

Диссертация выполнена на кафедре психологии Военного университета.

Научный консультант:

КОРЧЕМНЫЙ Пётр Антонович,

заслуженный деятель науки РФ,

доктор психологических  наук, профессор.

Официальные оппоненты:

КНЯЗЕВ Владимир Николаевич,

доктор психологических  наук, профессор;

СЕЛЕЗНЕВ Владимир Николаевич,

доктор психологических  наук, профессор;

СЫСОЕВ Валентин Васильевич,

доктор психологических  наук, профессор.

Ведущая организация:

Российская академия государственной службы при Президенте Российской Федерации

Защита диссертации состоится «2» апреля 2007 г. в 13.00 часов на заседании диссертационного совета Д.215.005.08. при Военном университете Министерства обороны РФ по адресу: 123001 г. Москва  ул. Большая Садовая д. 14.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Военного университета.

Автореферат разослан  «___» января  2007 года.

Ученый секретарь диссертационного совета, кандидат психологических наук

В.Ф. Дубяга

I. ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ИССЛЕДОВАНИЯ

Актуальность исследования. Существующие противоречия между требованиями  государства к укреплению боеготовности и боеспособности ВМФ России и наличием фактов недостаточной межгрупповой адаптации (МГА) на кораблях флота приводят к замедлению развития ВМФ, усилению дезинтеграционных процессов в воинских коллективах.

Причины срывов в МГА обусловлены, во-первых,  изменением количественного и качественного состава флота, значительной поляризацией групп экипажей кораблей по критериям: система ценностей, жизненный и профессиональный опыт, интеллектуальное развитие, адаптационные способности, материальное положение и др. Количественно флот подвергся значительному сокращению: с 1561 боевого корабля в 1985 году  до 241 боевого корабля к 2005 году. Произошло резкое изменение качественного состава военных моряков: 5% сегодняшних призывников никогда не посещали общеобразовательную школу; интеллектуальные способности моряков по призыву и по контракту снизились в среднем на 8-12 баллов по показателям интеллектуальных тестов, используемых в ходе профессионального психологического отбора; адаптационный потенциал всех категорий военнослужащих уменьшился от 18 до 34%.

Во-вторых,  экономические, политические, социальные аспекты развития России ведут к разноплановым изменениям ситуаций совместной деятельности на кораблях ВМФ. Существенно видоизменилась традиционно самоадаптирующаяся флотская организация. В нее интенсивно включились группы матросов и старшин-контрактников, женщин-военнослужащих, офицеров реорганизованных воспитательных структур. Латентный, слабо рефлексируемый на всех уровнях военного управления, ранее находящийся в тени межличностных отношений, процесс МГА сегодня является все чаще более значимым в сохранении организационного единства экипажа, здорового морально-психологического состояния военных моряков. МГА лежит в основе боевого взаимодействия подразделений корабля, ее срыв ведет к невыполнению задач в море. Неуправляемый процесс МГА на кораблях используется внешними деструктивными силами для разобщения экипажей, перевода внутрикорабельных проблем в русло межнациональных конфликтов, социального противопоставления групп-категорий военнослужащих. 

В-третьих, разрабатываемая военными учеными единая теория совместной воздушно-космическо-морской оборонительной операции требует обеспечения скоординированной, слаженной совместной боевой деятельности взаимоадаптированных не только технически, но и социально-психологически групп на кораблях. При этом первая задача реализуется, как правило, в кораблестроительной  программе возрождающегося флота России, а вторая фактически даже не обсуждается, ее решение откладывается.

Степень научной разработанности проблемы. Существующие в отечественной психологии теоретические подходы к межгрупповым взаимоотношениям (Агеев В.С., Сушков И.Р., Позняков В.П. и др.),  носят, по мнению самих авторов, начальный, незавершенный вид.  В научных источниках проблема МГА приводится «как бы через запятую» в широком поле адаптационной проблематики. Результаты проведенных исследований не могут удовлетворить потребностям теории и практики военного дела. Требуется интеграция имеющихся обширных данных по МГА в различных областях психологии, гуманитарных и естественных наук. Назрела настоятельная необходимость в эмпирическом выявлении закономерностей МГА, позволяющих обосновать принципы, содержательно раскрыть механизмы межгрупповой адаптации групп друг к другу в различных ситуациях жизнедеятельности. Разработка обоснованной концепции МГА является необходимой для получения нового уровня психологического знания, во многом недостающего социально-психологического элемента всеобщей теории адаптации. На их основе активизируется проведение научных исследований как в социальной психологии, так и в ее смежных областях: организационной психологии, конфликтологии и др. Исследуемая концепция позволит научно обосновать целесообразные организационные мероприятия целостно сопряженные с психологическим содержанием МГА на кораблях флота, разработать диагностический инструментарий и средства психологического воздействия, может стать ресурсом в решении широкого спектра управленческих проблем ВМФ России.

Главная проблема МГА есть проблема существования на любых уровнях военного управления кораблями ВМФ приспособительного процесса групп друг к другу в изменяющихся условиях жизнедеятельности. Проблема эта в социальной и военной психологии обозначалась в общем, решалась точечно по мере накопления межгрупповых противоречий.

Практическая и теоретическая значимость рассматриваемой проблемы обусловили выбор темы исследования и определили его замысел.

Цель исследования – на основе теоретического анализа и эксперименталь­ного исследования разработать психологическую концепцию межгрупповой адаптации на кораблях ВМФ.

Объект исследования – межгрупповая адаптация на кораблях ВМФ России.

Предмет исследования – психологические процессы, явления, закономерности, стратегии, механизмы, принципы, средства межгрупповой адаптации и пути её оптимизации.

Задачи  исследования:

  1. Изучение и обобщение теоретико-методологических основ исследований межгрупповой адаптации.
  2. Разработка методологии и методики изучения межгрупповой адаптации в экипажах кораблей ВМФ России.
  3. Выявление основных закономерностей, обоснование принципов и социально-психологических механизмов межгрупповой адаптации на кораблях флота.
  4. Нахождение социально-психологических путей, средств, построение технологий оптимизации межгрупповой адаптации в экипажах кораблей ВМФ.

Основные гипотезы исследования:

  1. Межгрупповая адаптация на корабле ВМФ выступает в единстве структурно-функционального и ценностно-мировоззренческого аспектов, представленных в адаптационном процессе с различной степенью интенсивности: структурно-функциональная составляющая доминирует в контексте социальных, деятельностных, экологических, интегративных межгрупповых взаимодействий, отражая тем самым специфику адаптив­ных макропроцессов на корабле, а ценностно-мировоззренческая составляющая доминирует в кон­тексте межгрупповых отношений, действуя на уровне индивидуально-групповых приспособительных микропроцессов.
  2. Генезис МГА определяется по трем основным линиям: вертикальной – принадлежности к сообществу «категория военных моряков», горизонтальной – принадлежности к сообществу «воинскому коллективу подразделений» и смежной направленности – принадлежности к сообществу «команда». Источником МГА является нелинейность восприятия группами межгрупповых адаптационных ситуаций относительно своего статусного положения на корабле. Структура МГА в экипаже складывается под воздействием сложного соотношения трех групп факторов: фактора групповой адаптации к военной деятельности в морской стихии; фактора адаптации групп к  совместной деятельности в экипаже корабля; собственно социально-психологического адаптационного фактора военно-морской организации.
  3. Существуют определенные закономерности МГА  в различных условиях жизнедеятельности экипажа корабля ВМФ: во-первых, собственно социально-психологические закономерности, во-вторых, закономерность МГА групп с различной профессиональной компетенцией в экстремальных условиях совместной деятельности, в-третьих, закономерности доминирующего влияния внешних социальных факторов на МГА.
  4. Достижение оптимальной МГА на корабле возможно при активной деятельности командования, военного психолога, направленной на: психологическое сопровождение развития экипажа корабля, формирование благоприятного социально-психологического климата в воинских коллективах.

Теоретико-методологическую основу исследования составили подходы отечественных ученых В.С. Агеева, И.Р. Сушкова к межгрупповым отношениям и взаимодействиям; положения Г.М. Андреевой, А.А. Бодалева, А.И. Донцова, Б.Ф. Ломова, В.Н. Мясищева, Н.Н. Обозова, Б.Ф. Парыгина в области взаимодействия и общения; концепция А.Л. Журавлева, В.П. Позднякова о совместной деятельности; положения А.И. Пригожина, А.П. Прохорова, А.С. Скока, С.В. Клягина о развитии современных российских организаций; принципы социально-психологической адаптации А.М.Столяренко, А.А. Налчаджана, В.П. Каширина; положения М.И. Дьяченко, А.Г. Караяни, П.А. Корчемного, В.А. Пономаренко, В.В. Сысоева о поведении человека в экстремальных, в том числе и боевых ситуациях; теория военной конфликтологии А.Я. Анцупова, А.И.Шипилова; положения Г.А. Броневицкого, В.Н. Селезнева, В.П. Лазарева, Б.Я. Шведина о психологических особенностях военно-морской деятельности; концепции Т.Ю. Базарова, В.Н. Князева, Ю.В. Синягина, Т.Г. Стефаненко, Э.П.Утлика о социально-психологических методах управления межгрупповыми взаимодействиями в социальных системах. Были использованы теории социальной идентичности зарубежных психологов В. Дуаза, Д. Тернера, Г. Тэджфела; положения Р. Брауна, Р. Лайкерта, Г. Левита к межгрупповым отношениям в сфере психологии управления организацией.

Основные научные результаты, полученные лично соискателем, и их научная новизна

Разработана концепция МГА, представляющая собой систему научных знаний практической направленности, включающую: сущность, генезис, психологические закономерности, принципы изучения и оптимизации, пути управления МГА в различных ситуациях  жизнедеятельности экипажей кораблей ВМФ, психологические механизмы МГА.

В диссертации впервые в социальной психологии введен концепт «межгрупповая адаптация», как социально-психологическая адаптация групп  друг к другу, представляющая собой многосторонний процесс по оптимизации взаимодействия групп с соответствующими субкультурами, основу которых составляют мотивационные, когнитивные, эмоциональные, поведенческие и интегральные компоненты. Предложена модель МГА, в которую в качестве элементов включены межгрупповая адаптационная ситуация, корабельные группы, характеризующиеся  соответствующими субкультурами, сферы проявления МГА: социальная, экологическая, деятельностная, собственно социально-психологическая и интегративная. Совокупность этих проявлений содержательно отражает достигнутый результат МГА в экипаже корабля.

Экспериментально выявлены основные закономерности МГА: закономерность, обусловленная генезисом МГА; социально-психологические закономерности МГА; закономерность МГА групп с различной профессиональной компетенцией в экстремальных условиях совместной деятельности; закономерность влияния внешних социальных факторов на МГА в экипажах кораблей ВМФ. На основе выявленных закономерностей сформулированы и апробированы принципы оптимизации МГА: сопряжения амбивалентности МГА; субкультурного приспособления групп друг к другу; эргономичности МГА.

Раскрыта динамика основных психологических механизмов МГА: в качестве пускового – выступает механизм «межгрупповой неадаптивности», в основе которого лежат групповые состояния взаимодействующих групп, с последующим включением в дальнейшее становление МГА механизма организационной идентификации и механизмов адаптационного и мотивационного потенциалов, которые «продолжают» межгрупповой адаптационный процесс.

Теоретически обоснованы алгоритмы и стратегии МГА,  эмпирически выявлены  структуры комплексов стратегий МГА, определена их  зависимость от типа доминирующих субкультур адаптирующихся групп, интенсивности совместной деятельности. Установлено, что оптимальный комплекс стратегий МГА гармоничен, его структура состоит из защитных стратегий и стратегий взаимопонимания, находящихся в пропорции близкой  к «золотому сечению».

Эмпирически обоснована идея о необходимости внедрения компетенциальной технологии оптимизации МГА в экипаже корабля, раскрыты основные направления, пути и средства деятельности флотского психолога по обеспечению продуктивного разрешения противоречий,  возникающих между корабельными группами в ходе их совместной жизнедеятельности, что позволило разработать оригинальные авторские диагностические и коррекционные методики МГА.

Теоретическая значимость исследования определяется тем, что:

Результаты исследования открывают новое научное направление –психологию  межгрупповой адаптации в условиях функционирования военной организации, создают необходимые теоретико-методологические предпосылки для широкого спектра теоретических и прикладных исследований МГА, фундаментальных и прикладных основ социальной и военной психологии.

Исследование относится к разряду фундаментальных, в нем раскрываются общие психологические закономерности, принципы, механизмы МГА; для  социальной психологии значимым является определение МГА как процесса согласования действий групп с определенными субкультурами, проведенном на уровне теоретического обобщения и экспериментального изучения в реальных условиях кораблей ВМФ России.

В целом создание концепции МГА существенно расширило теоретическую базу социальной и военной психологии применительно к выполнению задач укрепления обороноспособности страны, способствует научно обоснованному социально-психологическому сопровождению развития воинских коллективов, повышению их управляемости, что вносит существенный вклад в дальнейшее развитие социальной психологии.

Положения, выносимые на защиту:

1. Психологическая концепция межгрупповой адаптации – это совокупность исходных теоретически обоснованных и эмпирически апробированных  положений о содержании, генезисе, методологии и методике изучения адаптации корабельных групп друг к другу в многообразии ситуаций совместной деятельности, основных закономерностях, принципах и механизмах, социально-психологических путях, средствах и технологиях оптимизации межгруппового адаптационного процесса.  Основная цель разработки концепции  заключается в использовании межгрупповых адаптационных явлений как ресурса для повышения эффективности управляемости экипажами кораблей ВМФ.

2. Межгрупповая адаптация на корабле ВМФ представляет собой процесс оптимизации взаимодействия корабельных групп, характеризующихся соответствующими субкультурами, основу которых составляют мотивационные, когнитивные, эмоциональные, поведенческие и интегральные компоненты, выступающие в единстве двух аспектов: структурно-функционального и ценностно-мировоззренческого. Структурно-функциональная составляющая доминирует в адаптационных макропроцессах, проходящих в социальных, деятельностных, экологических, интегративных сферах МГА. Ценностно-мировоззренческая составляющая доминирует на уровне индивидуально-групповых приспособительных микропроцессов в ходе межгрупповых отношений.

3. Основными  закономерностями МГА в экипаже корабля ВМФ являются.

Во-первых,  закономерность обусловленная генезисом МГА на корабле, которая определяется нелинейностью восприятия группами ситуаций МГА относительно своего статусного положения в экипаже. МГА проявляется как слабо рефлексируемое, выраженное в неком обобщенном «другом», находящемся в тени, на периферии межличностных взаимодействий, но базовое по своему социально-психологическому содержанию явление, существенно влияющее на результативность совместной деятельности членов групп и межгрупповые отношения.

Во-вторых, социально-психологические закономерности МГА, представляющие сложную динамическую систему эмпирически выявленных зависимостей:

  • При многообразии военно-организационных субкультур корабельных групп доминирующей культурой экипажа корабля является субкультура «порядка». Группы с однотипными субкультурами испытывают меньшую напряженность в МГА. Корабельные группы с низким статусом обладают менее широким спектром военно-организационных субкультур, у более высоко статусных групп субкультуры представлены в полном объеме. Величина статусной дистанции между группами оказывает на МГА нелинейное влияние.
  • Благоприятный социально-психологический климат в корабельных группах предопределяет применение ими традиционных алгоритмов и стратегий МГА. Для корабельных групп с противоречивым социально-психологическим климатом МГА носит характер высокой неопределенности. Неблагоприятный социально-психологический климат способствует использованию группами более широкого спектра стратегий, инновационных алгоритмов МГА. При отсутствии управленческих воздействий процесс происходит спонтанно, хаотически, прогноз результатов МГА практически невозможен.
  • Уровень развития корабельных групп по критерию сбалансированности групповых систем оказывает существенное влияние на МГА: несбалансированные группы разрешают ситуации МГА наиболее напряженно; высоко статусные группы, взаимодействуя с низко статусными группами, успешно преодолевают ситуации МГА не зависимо от уровня своего развития.
  • При реализации корабельными группами социально-ролевых функций МГА доминируют: фактор групповой адаптации к военной деятельности в морской стихии – при выполнении задач боевой службы; фактор адаптации групп к совместной деятельности в экипаже корабля – при плановом выполнении учебно-боевых задач в море; социально-психологический фактор организации – при расформировании экипажа корабля.

В-третьих, закономерность МГА групп с различной профессиональной компетенцией в экстремальных условиях совместной деятельности, которая определяется детерминацией  разрешения противоречий, возникающих в системе взаимодействия объективно-ситуативных, индивидуально-личностных и межгрупповых факторов.

В-четвертых, закономерности связанные с влиянием внешних факторов на МГА, устанавливающие динамику процесса: на первом этапе возникает напряженность между группами с различным статусом, на втором – происходит возвращение групп к неустойчивому состоянию гомеостазиса, на третьем – требуются решительные действия управления более высокого уровня, так как внешние деструктивные силы перемещают существующее межгрупповое напряжение из областей социально-психологической и военно-профессиональной в области этнических, социальных, религиозных и др. межгрупповых отношений.

4. Принципы изучения (сопряжения амбивалентных подходов, иерархии, цикличности, «русской модели управления военной организацией», деятельностного опосредования, доминирующего внешнего фактора) и принципы оптимизации МГА (сопряжения противоречивости МГА, субкультурного приспособления групп друг к другу, эргономичности МГА), которые реализуются через такие основные социально-психологические механизмы МГА, как межгрупповая неадаптивность; организационная идентификация; совместная деятельность.

5. Оптимизация МГА на корабле представляет собой реализацию командованием, военными психологами программы социально-психологического сопровождения совместной деятельности корабельных групп по выполнению поставленных экипажу боевых и учебно-боевых задач. Для оптимизации МГА целесообразно использовать разработанные и апробированные технологии МГА: компетенциальную технологию, технологии командообразования, актуализации групповой идентичности, саморегуляции в ситуации МГА. Среди направлений деятельности военного психолога по оптимизации МГА на корабле выделяются: психологическое сопровождение развития экипажа корабля, формирование благоприятного социально-психологического климата, улучшение межгрупповых отношений на корабле; формирование у военных моряков межгрупповой толерантности, конфликтоустойчивости; оказание психологической помощи группам дезадаптационного риска.

Практическая значимость результатов исследования.

Использование результатов исследования на всех уровнях управления ВМФ России ведет к  повышению эффективности боевого взаимодействия корабельного состава при совместном решении задач в море.

Применение принципов и социально-психологических механизмов оптимизации МГА способно повысить эффективность равномерного использования всех категорий личного состава, в том числе матросов и старшин, проходящих службу по контракту, снять напряженность между ними и другими корабельными группами в ходе перехода ВС РФ на новую систему комплектования, ускорить процесс их становления в военно-морской организации.

Апробированные компетенциальные технологии МГА корабельных групп в экстремальных условиях совместной деятельности могут быть использованы в ситуациях МГА военнослужащих других видов и родов ВС РФ, прежде всего, участвующих в боевых действиях.

Разработанные в исследовании практические рекомендации по совершенствованию деятельности военного психолога по оптимизации МГА в экипажах кораблей позволяют повысить эффективность психологической работы в частях и соединениях ВМФ России.

Практические результаты, полученные в ходе исследования, могут быть активно использованы в системе командирской и общественно-государственной подготовки, в интересах повышения социально-психологической компетентности командиров кораблей, соединений ВМФ, центральных управлений различных видов и родов войск Министерства Обороны, других силовых структур РФ.

Результаты исследования МГА в организации могут быть полезными для  управления современными российскими предприятиями, существенно дополнить содержание программ повышения квалификации  руководителей организаций, органов государственной власти и регионального управления.

Методика и эмпирическая база исследования МГА на кораблях ВМФ базируется на комплексном применении ряда методов и методик. Системно-ситуационный анализ использовался для изучения генезиса адаптации корабельных групп в различных ситуациях жизнедеятельности экипажа. Основные закономерности социально-психологических процессов МГА выявлены с помощью серий естественного квазиэксперимента. Исследование стратегий МГА проводилось с помощью метода изучения психосоциальных явлений «анкеровка» (Дуаз В., 1994), сочетающего проведение лабораторного эксперимента и естественного констатирующего эксперимента.  Результативность программы оптимизации МГА определялась в сериях формирующего эксперимента.

В ходе осуществления исследовательского замысла разработаны и применены оригинальные авторские методики по определению: а) стратегий МГА;  б) групповой идентичности (тест социальной идентификации); в) коррекции мотивации к воинской службе,  становлению профессиональной идентичности специалистов, изменению психологической совместимости работы в командах средствами тренинга МГА. Активно применялись общенаучные методы (включенное и невключенное наблюдение, самонаблюдение и самоанализ, индивидуальная беседа, нестандартизованное интервью, экспертный опрос), психологические методики, в частности тестирование (опросники и др.).

Для накопления, обобщения и  обработки эмпирических данных, полученных в ходе исследования, применялись методы математической статистики, реализованные в пакете прикладных программ SPSS-12.

Основную часть выборки составили 402 группы: 270 групп-категорий, 72 группы-коллективы и 60 групп-команд военных моряков, проходящие службу на кораблях и в соединениях ВМФ России, морских частях погранвойск ФСБ и  внутренних войск МВД РФ. Для усиления сравнительного анализа к исследованию  привлекались данные обследований управленцев  среднего  и  первичного звена (в возрасте от 25 до 55 лет) предприятий и организаций.  Всего различными методами исследования было охвачено более 3000 человек, из них более 2100 военнослужащих. В исследовании участвовали 45 экипажей кораблей Северного и Черноморского флотов.

Надежность и достоверность обеспечивается всесторонним теоретическим и методологическим обоснованием исследовательской концепции, опорой на проверенные и подтвержденные в реальной практике фундаментальные теории отечественной и зарубежной психологии, предварительной апробацией методик и комплексностью изучения МГА на кораблях ВМФ, репрезентативной выборкой исследования, развернутым качественным анализом исследовательских данных, практической проверкой выводов и предложений, корректным применением математико-статистических и логических методов обработки и анализа данных социально-психологического исследования, обработкой многочисленной совокупности данных с использованием компьютерной техники.

Апробация результатов исследования. Разработанные в исследовании практические рекомендации по оптимизации МГА на кораблях нашли свое прикладное применение в частях и соединениях Черноморского, Северного и Тихоокеанского флотов. Теоретико-эмпирические итоги исследования представлялись в выступлениях и сообщениях на: региональной научно-практической конференции «Психология и война» Москва, ВУ МО РФ (2001), всероссийской научно-практической конференции «Психологические проблемы профилактики экстремизма в российском обществе» Пенза (2002), межвузовской научно-практической конференции «Военное образование на современном этапе: сущность, содержание, проблемы и пути решения» Москва (2002),  научно-практической конференции «Психология семьи профессионального военнослужащего»  Москва, ВУ МО РФ (2003), международной конференции «Первые Левитовские чтения» Москва, МГОУ (2006).

Исследовательский материал диссертации лег в основу учебных программ «Психология военного управления» преподаваемых в ВМА им. Н.Г.Кузнецова, в академии РВСН им. Петра Великого, в ВМИ радиоэлектроники им. А.С. Попова. Результаты диссертационного исследования использованы автором в разработке учебного курса «Психология межгрупповой адаптации», являющегося дисциплиной специализаций «Социальная психология» и «Психологическое консультирование»  для студентов факультета психологии МГОУ. Теоретические выводы и практические рекомендации, полученные в ходе исследования, активно используются в учебном процессе МГОУ, МГУПС (МИИТ), МПГУ,  АНХ при Правительстве РФ, РУДН.

Результаты исследования неоднократно излагались на кафедре психологии ВУ, кафедрах социальной психологии, психологического консультирования, психологии развития и профессиональной деятельности МГОУ, совещаниях руководящего состава управлений Главного штаба ВМФ РФ, Федеральной пограничной службы, сборах военных психологов флотов.

Отдельные результаты исследования включены в итоговые отчеты по комплексным военным научно-исследовательским работам: «Разработка методических основ медико-психологического обеспечения боеспособности и военно-профессиональной работоспособности военнослужащих», «Социальные, психологические и правовые аспекты сохранения офицерских кадров в условиях реформирования ВС РФ».

Разработанные концепция и методология МГА нашли применение и дальнейшее развитие в диссертационных исследованиях военных ученых, раскрывших: особенности МГА военных психологов и врачей, реабилитирующих в госпитале раненых участников боевых действий (Митасова Е.В., 2004); компетенциальную технологию оптимизации МГА подразделений МВД России в ходе специальной операции в Чеченской республике (Дашко М.Н., 2006). Апробация некоторых результатов исследования, полезных для  управления современным российским промышленным предприятием, проведена в реальных условиях предприятий топливно-энергетического комплекса северных районов Тюменской области, ряда предприятий различных форм собственности г. Москвы и Московской области в рамках деятельности штатных департаментов по работе с персоналом. Теоретические результаты исследования легли в основу содержания программы повышения квалификации  «Советник» для заместителей руководителей организаций, органов государственной власти и регионального управления, осуществляемой факультетом академических программ обучения Академии народного хозяйства при Правительстве РФ.

Материалы исследования представлены на Интернет-сайтах Военного университета МО РФ, Московского государственного областного университета, персональной Интернет-странице автора:  www. bulgakow. ru. 

Под научным руководством соискателя защищены три диссертации кандидата психологических наук.

Структура диссертации Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения, библиографического списка использованной литературы и приложений. Глава I. Теоретико-методологические основы изучения межгрупповой адаптации. Глава II.  Методология и методика исследования МГА на кораблях ВМФ России. Глава III. Закономерности МГА на кораблях ВМФ России. Глава VI. Оптимизация МГА в экипажах кораблей ВМФ. Общий объем диссертации – 462 страницы текста, из них  379  страниц – основной текст, 38 страниц – список литературы (507 наименований) и  42 страницы – приложения. В работе размещены 32 рисунка и 31 таблица.

II. ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ ДИССЕРТАЦИИ

Первая задача исследования, связанная с изучением и обобщением теоретико-методологических основ межгрупповой адаптации, решалась через раскрытие теоретических предпосылок изучения проблемы. Выявлено, что МГА как социально-психологическая адаптация групп друг к другу в научной литературе практически не раскрывается. Категорию МГА дают в контексте социально-психологической адаптации личности в ее ролевой принадлежности к своей или чужой группе в той или иной адаптационной ситуации. Аспекты МГА рассматриваются учеными с двух различных точек зрения: структурно-функциональной (нормативной) и ценностно-мировоззренческой (интерпретативной) парадигм. Для определения межгрупповой адаптации в исследовании проведен логико-психологический анализ понятий группа, психологическая адаптация, межгрупповое взаимодействие.

Методологическим основанием для дальнейших теоретических построений являются идеи Б.Д. Парыгина (1999) о социальной организации как миди-общности, как совокупности малых групп и первичных трудовых коллективов; взгляды А.И. Китова (1979) о войсковом соединении, корабле как средней группе; подходы Р.Л.Кричевского и Е.М.Дубовской (2001) определяющих малую группу с двух составляющих сторон: социальной (в логике Г.М.Андреевой) и психологической (в логике М.Шоу), как звена системы общественных отношений, преломляющихся в специфике непосредственных («лицом к лицу») межличностных контактов.

Экипаж  корабля ВМФ представляется нами как специфическая военная организация или средняя группа, где в ходе межгруппового взаимодействия происходит процесс приспособления малых групп друг к другу. Среди разнообразия взаимодействующих групп наиболее устойчивыми, четко определенными общностями являются группы, соотносящиеся с основными категориями военных моряков: группы офицеров, мичманов, старшин, матросов корабля и группы соответствующие воинским коллективам подразделений корабля. Кроме того, выделяются малые группы, отвечающие социально-психологическому определению команды: гомогенная группа командования корабля, состоящая из офицеров, гетерогенные группы профессионалов, состоящие из различных категорий военнослужащих, например, главный командный пост (ГКП), пост энергетики и живучести корабля (ПЭЖ) и др. Возможно смешения в ходе приспособительного процесса групп разных уровней. МГА может происходить как непосредственно между группами-категориями, группами-коллективами, группами-командами, так и между группами-категориями и группами-коллективами, группами-коллективами и группами-командами, группами-командами и группами-категориями.

Теоретический анализ позволил в обобщенном виде представить теоретико-методологические подходы к пониманию сущности психологической адаптации. Адаптация имеет всеобщий и специфический характер. С позиций системного подхода адаптация рас­сматривается как многоуровневое явление. Адаптация человека осуществляется к предметным областям его жизнедеятельности в основных сферах: социальной, социально-психологической, деятельностной, экологической. Она рассматривается как активное освоение природной и социальной среды во всем многообразии ее сфер: экономической, политической, социальной, духовной. Адаптация анализируется как процесс и как результат. В адаптации в диалектическом единстве находятся адаптационные и дезадаптационные процессы. В ходе приспособительных субъектно-объектных отношений в системах «личность-среда», «группа-группа-среда» происходит взаимное преобразование как личности и групп, так и среды. Анализ явления требует конкретно-исторического подхода в рассмотрении сущности этого явления и факторов, влияющих на его процесс и результат.

Основными методологическими подходами по изучению МГА в рамках процесса межгруппового взаимодействия являются нормативный и интерпретативный подходы. В нормативном подходе рассматривается межгрупповое взаимодействие: как обмен «социальных товаров», регулируемый представлениями о справедливом распределении этих товаров между группами (Хоманс Д.К., 1950; Тибо Дж. и Келли Г., 1958; Блэлок Х. и Уилкин П., 1979); как интергрупповой контакт (Оллпорт Г., 1950; Стефан У., 1985; Кук С., 1956) и  десегрегационные процессы, межэтнические аттитюды и символический расизм (Амир Ж., 1969; Милнер Д., 1979; Миллер Н. и Брюер М., 1985; Петтигрю Т., 1965; Мак-Конахай Д., 1976); как межгрупповые отношения в сфере управления организацией (Левитт Г. , 1978; Лайкерт Р., 1967; Браун Р., 1978). Интрпретативный подход реализуется в реалистической теории группового конфликта (Самнер У., 1906; Уайт Л., 1949; Шериф М., 1958; Ньюкомб У., 1960; Козер Л., 1956); в теории социальной идентичности (Дуаз У., 1973; Джерард Г. и Хойт М., 1974; Тэджфел Г., 1971; Тернер Д., 1975); в теории самокатегоризации (Тернер Д., 1985; Хогг М., 1987; Оукс П., 1987).

Теоретический анализ основных подходов к изучению проблемы МГА в отечественной и зарубежной психологической науке позволил классифицировать выявленные идеи следующим образом.

Во-первых, исследования, где межгрупповая адаптация изучается и как процесс, и как результат, направленный на повышение эффективности совместной деятельности групп. Эти работы нацеливают на то, что для анализа нерационально использовать только или нормативную, или интерпретативнаую парадигму, необходимо сопряжение этих подходов, конструктивистская методология (Агеев В.С., 1991; Базаров Т.Ю., 2002; Бодров В.А., 1995; Волгин Л.Н., 1977; Журавлев А.Л., 1999; Калин В.К., 1988; Красовский Ю.Д., 2003; Лебедев С.Б., 1999; Поздняков В.П., 1992; Спивак В.А., 2000; Сушков И.Р., 1988; Уидет С., Холлифорд С., 2003; Шестоков А.Г., 1985; Яхонтова Е.С., 2002).

Во-вторых, работы, в которых раскрывается  процесс приведения ролевых функций групп содержанию их совместной деятельности. Результаты этих исследований дают возможность учитывать влияние на МГА коллективно-групповых противоречий, вызванные нарушением внутриколлективных связей между воинами и их группами, интерпретировать неуставные взаимоотношения как феномен межгрупповых отношений (Давыдов Г.А., 1988; Крук В.М., 1988; Федотов В.В., 1997). Проведенный анализ позволил сформулировать вывод, что если МГА не управлять на уровне корабля, то, как самоуправляющийся социально-психологический процесс, она найдет механизмы реализации отличные от намеченной командованием цели и решаемых задач. Главное – достижение гомеостаза в межгрупповом взаимодействии, соответствия ролевых функций групп выполняемой совместной деятельности. Когда процессы взаимодействия, включая МГА, не реализуются по нормативной модели, самонастраивающаяся система заимствует или самопроизводит социально-психологические механизмы, не соответствующие военной организации (Макаров В.А., 1994; Булгакова А.В., 2000; Бархаев Б.П. и Владимиров В.В., 2003; Терновский А.С., 2005). Применение принципа резонанса является ресурсом в управлении военной организацией (Титов В.Б., 2001).

В-третьих, исследования, раскрывающих проблему достижения и удержания статуса группы среди других групп, позволили перейти от традиционно рассматриваемого в социальных науках понятия статуса – как положения группы в социуме – к его социально-психологическому осмыслению как интегрального понятия, включающего и групповое отношение к своему положению (Горовиц Д, Зиммель Г., Козер Л.А., Левин К., Дарендорф Р., Парсонс Т., Налчаджян А.А.). При анализе МГА следует учитывать стереотипы межгруппового взаимодействия, традиции, групповые правила и мифы (Боуэн М., Минухин С., Хейли Дж., Маданес К., Сатир В., Черников А.В., Варга А.Я.). При оптимизации МГА на корабле целесообразно использовать лидирующую позицию старших по возрасту (т.е. статусу) групп, устойчивость позитивных межгрупповых взаимоотношений в трудных, напряженных ситуациях, стремление младших сотрудничать со старшими, стремление их оказать помощь (Ананьев Б.Г., 1966; Дымов Е.И., 1999; Куракин А.Т., 1974; Чернышев А.С., 1986).

Важным результатом анализа психологических исследований развития военных организаций является вывод о «пересечении» в этих работах трех содержательных линий. Во-первых, психологическая трактовка организаций. Во-вторых, идеи организационного развития. В-третьих, основные положения концепции социально-психологической адаптации. Выявлено наличие определенного совпадения, проявляющегося в усилении общей социально-гуманитарной направленности изменений этих трактовок. Это совпадение – «резонанс» взаимно благоприятствующих друг другу динамических факторов и образует фундамент для выдвижения и обоснования концепции МГА на кораблях ВМФ.

Проведенный анализ феноменологии МГА выявил ряд проблем жизнедеятельности корабельных групп. Их решение возможно только с помощью разрабатываемого в настоящем исследовании понятийно-категориального аппарата. Спецификой МГА в экипаже является совокупность взаимосвязанных условий военно-морской службы. К характерным условиям военно-морской деятельности относятся прямое или ожидаемое воздействие морской стихии. Организационно-деятельностные условия включают: уровень сложности решаемых задач кораблем, его техническое состояние, отношение экипажа к группе (оценка  профессионализма группы, виды дежурств и вахт, к несению которых допущены члены групп). Социально-психологические условия определяются: уровнем морально-психологического состояния  экипажа корабля, рейтингом группы на корабле, социально-психологической структурой экипажа.

Таким образом, теоретический анализ позволил установить место понятия МГА в системе категорий социальной психологии: группа, адаптация, межгрупповое взаимодействие. Генезис изучения МГА имеет свои корни в отечественной и зарубежной науке. Данная проблема рассматривается учеными с двух полярных точек зрения нормативной и интерпретативной парадигм. Наметилась тенденция сближения этих позиций при решении практических задач жизнедеятельности многообразия социальных систем. Сопряжение данных подходов позволяет наполнить конкретным содержанием  определение МГА, сформулировать основные концептуальные методологические взгляды на проблему.

Вторая задача исследования, связанная с разработкой методологии и методики изучения МГА на кораблях ВМФ России, решалась путем формулирования взаимосвязанных психологических принципов изучения МГА, обоснованием методики исследования.

Главный принцип изучения МГА – принцип сопряжения амбивалентных подходов, который  позволяет подходить к нему с различных позиций номинальной или интерпретативной парадигм в зависимости от контекста ситуации МГА, взаимодополнять полученные данные. Принцип иерархии – параллельной соподчиненности групп в военной организации – дает возможность изучать все многообразие межгрупповых адаптационных явлений на различных уровнях управления кораблем ВМФ. Организационно-культурный принцип МГА позволяет содержательно анализировать многообразие когнитивных, поведенческих, эмоциональных элементов психологии группы. Данный принцип лежит в основе валидного диагностического инструментария.  Эргономические принципы или принципы  «русской модели управления военной организацией» связывают интерпретацию полученных данных с ментальностью российской организации и особенностями военно-морской организации. Принцип цикличности межгрупповой адаптации раскрывает особенности динамики МГА. Принцип деятельностного опосредования в МГА объясняет изменение процессов и явлений происходящих в ней под воздействием специфических условий военно-морской деятельности. Принцип доминирующего внешнего фактора межгрупповой адаптации объясняет конструктивный и деструктивный потенциал МГА, дает возможность анализировать результаты внешних естественных, но часто разрушительных для военной организации, социальных процессов. Разработанная система принципов образует методологию сопряжения амбивалентных подходов к изучению межгрупповой адаптации.

На основании разработанной методологии исследования определено, что межгрупповая адаптация на корабле ВМФ представляет собой процесс оптимизации взаимодействия корабельных групп друг у другу, характеризующихся соответствующими субкультурами, основу которых составляют мотивационные, когнитивные, эмоциональные, поведенческие и интегральные компоненты.

Теоретический анализ позволил аналитически выстроить ряд идеаль­ных алгоритмов адаптивных взаимодействий в системе «группа(1)группа(2)»: принудительная МГА: (S(1)О(2)); встречная МГА: (S(1)S(2));  ресурсная МГА: (О(1)S(2)); фоновая МГА: (О(1)О(2)). Оптимальную  реализацию достижения целей группы в ситуациях МГА выполняют стратегии. Они образуют комплекс, который позволяет противостоять деструктивным воздействиям другой группы и организации в целом; повысить эффективность профессиональной деятельности группы; оптимизировать межгрупповую и межличностную коммуникацию; достичь оптимального социально-психологического, взаимодействия; эффективно преодолевать разнообразные барьеры МГА.

Для изучения МГА разработана ее комплексная модель. В качестве элементов в нее вошли межгрупповая адаптационная ситуация, своя и другая взаимодействующие группы, характеризующиеся специфическими субкультурами. Ситуация МГА (СМГА) определена как сложная  субъективно-объективная  реальность, обусловленная в течение определенного промежутка времени состоянием системы отношений между субъективным восприятием, в котором представлены объективные составляющие достигнутого результата  и  личной  значимостью ситуации для  участников. Основными сферами проявления МГА являются социальная, экологическая, деятельностная, собственно социально-психологическая и интегративная сферы. Совокупность этих проявлений содержательно отражает МГА в экипаже корабля.

Модель МГА позволила сформулировать два интегральных критерия и пять интегральных субъективных и объективных показателей.

I. Критерий адаптации групп к  совместной деятельности на корабле, который характеризуют следующие показатели. Во-первых, результат совместной дея­тельности групп, соответствующий установ­ленным целям и зада­чам организации. Индикаторами показателя являются: количественный результат выполнения поставленных задач, качество выполненных задач (отсутст­вие/наличие взаимных межгрупповых претензий), отсутствие отказов при обращении за помощью; взаимозаменяемость; интерес к освоению смежной специальности. Второй показатель – адаптационный  потенциал групп. Индикаторы: профессиональное здоровье групп, усредненный личностный адаптационный потенциал групп. Третий показатель – соответствие профессионально-должност­ных и социально-статусных требований своей группы по­требностям и ожида­ниям, мотивам, интере­сам других групп – мотивационный потенциал групп. Индикаторы мотивов: заработок, материальное по­ощрение; физические условия труда; структурирование работы; социальные контакты; взаимоотношения; признание; стремление к достижениям; власть и влиятельность; разнообразие и перемены; креативность; самосовершенствование;  интересная и полезная работа. Четвертый показатель – профессиональная привержен­ность, профес­сиональный патриотизм, любовь к профессии. Индикаторы: соблюдение и защита норм профессио­нальной этики и поведения, без корпо­ративной замкнутости и противо­пос­тавления другим профессиям. 

II. Социально-психологический адаптационный критерий экипажа корабля. Показатели: соответствие военно-организационной субкультуры групп  общей военно-организационной культуре  экипажа. Индикаторы: особенности групп, их динамичность, ориентированность на результат, структурированность; доминирующий стиль руководства; управление личным составом; общность целей, задач, системы ценностей; критерии успеха.

Третья задача исследования,  связанная с выявлением основных закономерностей, определением принципов и социально-психологических механизмов МГА на кораблях флота, решалась в ходе опытно-экспериментальной работы в реальных условиях ВМФ России.

Закономерность обусловленная генезисом МГА на кораблях ВМФ выявлялась по двум направлениям. Во-первых, были выявлены тенденции, степень изученности МГА на каждом уровне развития корабля ВМФ России. Для чего применялся метод изучения документов. Во-вторых, в ходе квазиэксперимента с использованием системно-ситуативного анализа деятельности корабельных групп выявлялись эмпирические зависимости. Анализ, сопоставление и обобщение позволило сформулировать закономерности генезиса МГА.

Качественный и количественный анализ научных и нормативных документов, мемуарных и информационно-аналитических источников, освещающих организационное развитие ВМФ России, проведен по специально разработанной схеме контент-анализа.  В массив документов 1990- 2005 годов вошли: 667 документа (из них 376 интернет-ресурсов). Аспекты МГА освещались в сферах экономической - 502, политической - 423, социальной - 288, экологической - 197, деятельностной - 173, интегративной (прежде всего в профессиональной) - 148. Выявлено, что проблема МГА нашла отражение в  142 документальных источниках. Контент-анализ документов позволил определить распределение их по уровням оценки МГА (в % от всех документов, оценивающих ситуации МГА): организация  в целом – не выявлено; межгруппо­вые отноше­ния в ор­гани­зации – 22%; групповые от­ношения – 66%; межличност­ные отноше­ния – 8%; индивидуаль­ный уровень – 4%.

Тенденции изучения МГА в теории и практике развития ВМФ России представлены двумя основными группами. Первая группа – результаты изучения собственно социально-психологических особенностей МГА. Выявлено, что снижение уровня МГА на корабле ведет к снижению безопасности плавания корабля; отсутствие постоянно организованной совместной деятельности ведет к межгрупповой дезадаптации; для ВМФ специфична адаптация группы «командиры кораблей» с другими группами своего экипажа; возможные изменения традиционной организации корабля обострят межгрупповые отношения в экипаже, а разработанная система оптимизации МГА  позволит снизить возникшую напряженность. Вторая группа особенностей МГА – социально-психологические межгрупповые адаптационные аспекты политической, экономической, социальной, экологической областей жизнедеятельности  ВМФ. Изменение социально-ролевой функции ГК ВМФ в системе отношений «флот-государство» привело к переходу от встречного алгоритма МГА к использованию преимущественно алгоритма ресурсной МГА, главной целью которой является  финансирование флота.

Для эмпирического выявления закономерностей генезиса МГА проведен анализ ситуаций МГА (СМГА). База ситуаций получена путем ретроспективного опроса 1129 военнослужащих 270 групп-категорий 45 экипажей кораблей Северного и Черноморского флотов (22 и 23 экипажа соответственно). В квазиэксперименте приняли участие: 35 командиров кораблей, 43 старших помощников и помощников командиров, 32 заместителя командира по воспитательной работе, 285 корабельных офицеров (128 - командиров боевых частей, 90 - командиров групп, 53 - инженеров, 14 - психологов), 159 мичманов (87 старшин команд и 72 специалиста различного профиля), 62 старшины-контрактника, 468 военнослужащих по призыву (59 старшин срочной службы, 409 матросов). Исследование проводилось в различных условиях. На 8 кораблях изучение проводилось после возвращения из дальнего похода (длительность 2-4 месяца), 24 корабля находились в состоянии постоянной боевой готовности, планового выполнения учебно-боевых задач  и 13 кораблей – на этапе расформирования в связи с проводимыми организационно-штатными мероприятиями в ВМФ. Исследование проводилось в 2001-2005 годах. Выборка ситуаций формировалась на основании критериев межличностно-группового континуума Р.Брауна (1981): явное наличие двух или более социальных категорий отличия групп, высокая стереотипность поведения в ситуациях у членов групп, высокое единство отношения к членам другой группы. Критерии позволили из 1129 ситуаций избрать 628 СМГА. Частотность ситуаций распределилась: между военнослужащими как членами разных групп по критериям: возраста – 14%, срока службы в ВМФ – 14%, срока службы на корабле – 14%, воинского звания 16%, жизненного опыта – 9%, профессионального опыта, профессиональной подготовки – 9%, принадлежности к подразделению, боевой части, службе – 16%, национальности – 5%, политических взглядов – 0,3%, уровня доходов 3%, другое – 0,7%. Следовательно в экипаже корабля,  около 62% СМГА, воспринимаются участниками как взаимодействие групп с различным статусом, т.е. МГА происходит преимущественно как взаимодействие по вертикали.

Рис. 1. Сравнение номинального и межгруппового адаптационного статусов групп экипажа корабля ВМФ (n=628 ситуаций, в рангах)

Для дальнейшего анализа результатов был использован коэффициент адекватности восприятия участниками межгруппового взаимодействия (КВсмга) ситуации как ситуации межгрупповой адаптации (СМГА). КВсмга определяет статус группы в СМГА.  КВсмга рассчитывался путем сравнения показателей СМГА участников взаимодействующих групп с использованием корреляционного анализ (rs Спирмена). Абсолютные величины КВсмга определяют устойчивость группы в системе межгрупповых отношений экипажа корабля, а валентность показывает на позицию активности группы в разнообразии применяемых моделей  МГА. Положительная величина КВсмга сигнализирует о применении традиционных для данной группы алгоритмов МГА, учитывающих статусное (властное) положение группы. Отрицательное значение об использовании группой других алгоритмов, не соответствующих статусному положению группы, чаще скрытых от внешнего наблюдателя.

На рис. 1. наглядно представлены результаты сравнения номинального статуса групп в экипаже корабля по критерию наличия власти (группа командования корабля – 1 ранг, группа матросов соответственно 6 ранг) со статусом в СМГА (ранжирование полученных  КВсмга ). Анализ базы данных позволил выявить следующие эмпирические зависимости.

МГА является амбивалентным, происходящим во всех сферах жизнедеятельности групп корабля, трудно фиксируемым, недостаточно глубоко рефлексируемым участниками, как правило, латентным социально-психологическим явлением. Наибольшую нагрузку в МГА на корабле несет принадлежность к сообществу «категория военнослужащих» (62% ситуаций). МГА групп-категорий происходит под воздействием ведущего фактора – наличия у них власти. Принимая в целом номинальное статусное положение свое и других, группы-категории воспринимают СМГА нелинейно относительно этого статуса.

Восприятие группы офицеров наименее соответствует их номинальному статусу, офицеры в СМГА испытывают максимальное напряжение. Высокая ответственность за выполнение задач и наибольшая гетерогенность офицерского состава корабля являются основой подверженности их групповым патологиям: повышенной конфликтности, частой бессубъектности в межгрупповом взаимодействии, значительному преобладанию личных отношений над служебными, формированию иррационального управленческого мышления и др. МГА с другими группами проходит через привитие офицерами корабельным группам системы ценностей флотской службы, корабельных традиций, мифов, позиционирование своей групповой особенности.

Восприятие групп мичманов, старшин-контрактников в целом, и старшин по призыву полностью соответствует номинальному статусу. При этом мичманы корабля  более часто, чем остальные группы экипажа корабля используют межгрупповую дискрими­нацию, ради повышения самооценки. А старшины-контрактники, имея высокий уровень групповой идентификации и одновременно являясь носителями выраженной «психология наемника», вызывают против себя, прежде всего, в группе офицеров, активизацию применения защитных стратегий. МГА с другими группами у мичманов  происходит через взаимоприятие противоречивой системы профессионального и жизненного опыта, у старшин-контрактников через «инновационность» положения в экипаже корабля.

Оптимальное восприятие старшинами срочной службы ситуаций МГА связано с традиционной для корабельной службы амбивалентной позицией группы. В море, когда нет других высоко статусных специалистов, на старшин срочной службы возлагаются ответственные обязанности, с которыми они, как правило, справляются. При  стоянке у пирса, в ремонте, при расформировании экипажа роль старшин ограничивается ролью «старшего матроса», их поведение дополняется высокой вероятностью проявления неуставных взаимоотношений. МГА с этой группой осуществляется через установление во взаимоотношениях своего рода двойных стандартов поведения и ответственности.

Восприятие матросами корабля ситуаций МГА наиболее адекватно. Это результат полной реализации амбивалентного положения группы. С одной стороны большинством членов других групп корабля матросы не воспринимаются как субъект МГА. С другой – в группе матросов, наиболее сложно и противоречиво происходят процессы группового саморегулирования.  Они  одновременно основываются на принятии своего номинального статусного положения на корабле, адекватных требованиях к другим группам экипажа корабля, отсутствии своевременного изменения существующих порядков и на деструктивных процессах неуставных взаимоотношений.

Обобщение выявленных зависимостей позволяет сделать вывод, что закономерностью генезиса МГА на корабле является нелинейность восприятия группами межгрупповых адаптационных ситуаций относительно своего статусного положения в экипаже. Слабо рефлексируемое, которое выражается в неком обобщенном «другом», находящемся в тени, на периферии межличностных взаимодействий, но базовое по своему социально-психологическому содержанию  МГА лежит в основе взаимоприятия, а иногда и отторжения корабельных групп друг другом, влияет на результативность совместной деятельности членов групп и межгрупповые отношения.

Выявление социально-психологических закономерностей МГА осуществлялось в ходе серии квазиэкспериментов через анализ влияния на МГА военно-организационной культуры экипажа корабля, субкультур, социально-психологического климата, уровня развития взаимодействующих групп, характера выполняемых ими социально-ролевых функций.

В первой серии эксперимента проведено изучение влияния военно-организационной культуры экипажа корабля,  групповых субкультур на МГА. Экспериментальную выборку составили 126 групп-категорий 14 кораблей Северного и 7 кораблей Черноморского флотов. Проведенные регрессионный, кластерный и факторный анализы  позволили сделать следующие выводы.

Во-первых, доминирующей культурой в экипажах кораблей ВМФ является субкультура «порядка». Полученные результаты выявили общую тенденцию естественную для военной организации доминанты субкультуры «порядка» в самооценках всех групп экипажа корабля (t-критерий Стьюдента составляет от 1,286 до 0,211 между группами при tтабл.=1,98).

Во-вторых, МГА реализуется нелинейно в зависимости от имеющихся у групп представлениях о желаемой ВОК экипажа корабля. Группы с однотипными субкультурами имеют меньшую напряженность в ситуациях МГА. Это групповые диады: ГКК – офицеры, мичманы – старшины-контрактники, старшины по призыву – матросы. МГА у групп, имеющих различное, но неконкурентное представление о ВОК, проходит более напряженно. Такими групповыми диадами являются: офицеры – мичманы, офицеры – старшины-контрактники.

В-третьих, эмпирически выявлено, что группы с наибольшим и минимальным статусом успешнее взаимоадаптируются. На кораблях ВМФ это группа командования корабля и группа матросов. Полярность групп подчеркивают с одной стороны объективные и субъективные межгрупповые барьеры, с другой – факт отсутствия реального межгруппового взаимопроникновения.

Следующий квазиэксперимент, выполненный на той же экспериментальной выборке, выявил зависимость влияния уровня развития групп на МГА. В исследовании использовался интегративный подход в оценке уровня развития корабельных коллективов, основанный на авторской адаптации и модернизации трёхфакторной модели малой группы Олсона (1993), проведенной на различных возрастных и профессиональных выборках, в разнообразных условиях совместной деятельности. В результате эксперимента выявлен  ряд эмпирических зависимостей. Во-первых,  сбалансированная ГКК интенсивно взаимодействует с группами мичманов и матросов. При этом обнаруженные прямые корреляционные зависимости напряженности в различных ситуациях с МГА в этих группах, что ориентирует на содержательную сторону совместной деятельности. Во-вторых, выявлена  более высокая напряженность в ситуациях МГА внутри высоко статусной группы офицеров (от r=0,835 до r=0,772). Такое положение наблюдается у групп офицеров любого уровня развития. Причина видится в отсутствии гомогенности группы, ее делении на различные подгруппы. В-третьих, подобную тенденцию демонстрирует и группа мичманов  среднего уровня развития в ситуациях МГА с такового же уровня развития группой  старшин по призыву (r=0,552). Видимо менее статусная группа старшин отстояла свое право на более высокое место в  иерархии экипажа. В-четвертых, проходящая этап становления на кораблях группа контрактников вызывает не однозначные поведенческие реакции со стороны ГКК и офицеров. При сбалансированном коллективе контрактников их МГА протекает вполне нормально, вызывая высокий конструктивный уровень напряженности совместной деятельности (r=0,642).  При несбалансированности группы контрактников офицеры корабля устраняются от решения проблем ситуаций МГА, носящих, как правило, бытовой характер (r=-0,634). В-пятых, группа старшин по контракту как номинально более высоко статусная группа по сравнению с матросами это положение в иерархии корабля не занимает. Активной роли в ситуациях МГА старшины не выполняют (r=-0,603).

Эксперимент показал, что уровень развития корабельных групп влияет на МГА. Несбалансированные группы наиболее напряженно разрешают ситуации МГА. Высоко статусные группы, взаимодействуя с низко статусными группами, преодолевают ситуации МГА не зависимо от уровня своего развития. Напряженность  в ситуациях МГА и уровень развития низко статусных групп имеет линейную зависимость. Дополнительной причиной напряженности МГА групп с различным уровнем развития является наличие в них деструктивных структур.

Взаимосвязь социально-психологического климата групп и применяемых членами этих групп стратегий МГА выявлялись входе квазиэксперимента, построенного по плану корреляционного исследования. Экспериментальную выборку составили 84 групп-категорий, состоящих из 62 офицера, 48 мичмана, 67 старшины-контрактника, 24 старшины по призыву, 198 матросов, проходящих службу в 14 экипажах кораблей. В результате выделены три фактора воздействия социально-психологического климата  на МГА. Первый фактор «Высокая вариабельность стратегий МГА при неудовлетворительном социально-психологическом климате групп». Фактор представлен наибольшим весом – 13,4053, включает в себя прямые зависимости негативного отношения всех обследуемых групп к сложившимся отношениям на корабле и изменчивости стратегий, при чем наибольшую нагрузку несут группа офицеров корабля (0,8324) и матросов (0,8275). Второй фактор «Стабильность стратегий МГА командования корабля в условиях любого социально-психологического климата», факторный вес – 1,3098. Третий фактор «Изменчивость стратегий МГА в условиях противоречивого социально-психологического климата», факторный вес – 1,3098. Фактор вобрал в себя корреляционные зависимости между противоречивым социально-психологическим климатом и изменением стратегий МГА. При чем наибольшую нагрузку имеют группы старшин-контрактников (-0,7427) и мичманов (0, 7222).

Эксперимент показал на следующие взаимосвязи социально-психологического климата взаимодействующих групп и МГА. Во-первых, негативный социально-психологический климат вызывает неадаптивность групп, повышает вариабельность стратегий МГА. При отсутствии управленческих воздействий процесс будет происходить спонтанно, хаотически, прогноз результатов практически не возможен. Во-вторых, ГКК как номинально, так и реально служит стабилизирующим условием при любых показателях социально-психологического климата. Отсутствие вариабельности в стратегиях МГА с одной стороны, повышает устойчивость экипажа корабля во всем многообразии ситуаций МГА, с другой, является препятствием для нововведений, включая инновации в управлении.  В-третьих,  особую зону в МГА составляют взаимодействия групп с противоречивым социально-психологическим климатом. Наличие такого сочетания разнородного климата у значительного количества групп экипажа корабля может служить косвенным показателем вхождения экипажа в опасную зону высокой неопределенности социально-психологических процессов.

Структуры  комплекса стратегий МГА в  зависимости от интенсивности совместной деятельности и ситуации взаимодействия групп носителей однотипной или разнотипной субкультур экспериментально определялись в реальных условиях. Независимые переменные эксперимента – субкультуры групп экипажей кораблей ВМФ, уровень интенсивности совместной деятельности. Зависимые переменные – структура комплекса стратегий МГА. Постоянные величины – уровень профессиональной подготовленности участников эксперимента, социально-психологический климат в группах. Контролируемые переменные – адаптационные барьеры: возраст, социальный статус, профессиональная принадлежность, образование. Эксперимент проводился в форме сравнения результатов взаимодействия членов адаптирующихся групп – носителей неоднотипных (но неконкурентных)  и однотипных организационных субкультур в различной  по уровню интенсивности совместной деятельности. Измерение зависимой переменной осуществлялось по специально разработанной шкале методики анализа ситуаций МГА (АСМГА). Исследовательская выборка составила 36 групп-коллективов 12 кораблей Северного и Черноморского флотов. Изучалась совместная деятельность боевых частей и служб кораблей на примере групп-коллективов электро-механической боевой части (БЧ-5), ракетно-артиллерийской боевой части (БЧ-2), радиотехнической службы (РТС) в условиях боевой службы (БС), выполнения плановых учебно-боевых задач в море (БГ) и расформировании экипажа корабля в связи с организационно-штатными мероприятиями (РЭК). Всего было опрошено 420 военных моряка. В каждую из групп-коллективов квазиэксперимента были случайным образом включены 2 офицера, 3 мичмана, 2 старшины-контрактника, 2 старшины по призыву 10 матросов, всего 20 военнослужащих. Такой состав является репрезентативным для данных подразделений корабля.

В качестве экспериментальных групп были избраны подразделения корабля отличающиеся на уровне p<0,001 в существующих субкультурах (СК) и не различающиеся в представлениях о желательной военно-организационной культуре. При этом в БЧ-5 и БЧ-2 более сильно представлена «СК порядка», в РТС «СК отношений». Переменные, которые удалось уравнять, были показатели эмоционального, когнитивного, поведенческого компонентов социально-психологического климата.

Результаты эксперимента показали, что суммарная частота применяемых стратегий адаптирующимися группами, как имеющих схожую (однотипную) субкультуру, так и различную (но неконкурентную), статистически значимо не отличается и колеблется от 55 до 81 индивидуальных стратегий в каждой СМГА. Структуры комплекса стратегий  имеют статистически значимое различие: МГА групп с одинаковыми субкультурам (порядка – порядка) и разнотипными (порядка – отношений) проходит статистически различно на уровне p<0,05 (2= 3,96 при 2табл=3,86). Вполне ожидаемый высокий уровень различий в общей структуре комплексов стратегий МГА имеют в СМГА военнослужащие разных подразделений (различие значимо на уровне p<0,01,  2=9,035  при 2табл=6,64) . Но наибольший интерес вызывает сравнение  двух выборок БЧ-5, участвующих в 1 и 2 серии эксперимента. Оно показало, что в группах, принадлежащих к однотипному функциональному подразделению и имеющих одинаковую ВОК комплексы стратегии МГА по своей структуре схожи (нет значимого различия 2=3,36, 2табл=3,86 для p<0,05). То есть в функциональных подразделениях группы-коллективы в целом применяют типичные стратегии МГА.

Анализ структуры комплексов стратегий МГА групп с одинаковыми и различными субкультурами (см. табл.) показывает, что между группами с одинаковыми субкультурами сочетание групповых защитных стратегий и стратегий взаимопонимания находится близко к пропорции золотого сечения1.

Таблица

Результаты сравнения стратегий межгрупповой адаптации подразделений кораблей ВМФ с одинаковой и различной субкультурами и «золотого сечения» (пропорция указана в скобках)

Подразделения

Групповые защитные стратегии

Стратегии межгруппового взаимопонимания

Субкультуры

БЧ-2

27  (0,35)

51 (0,65)

Одинаковые

БЧ-5

28 (0,35)

53 (0,65)

БЧ-5

34 (0,55)

28 (0,45)

Различные (но неконкурентные)

РТС

29 (0,53)

26 (0,47)

В группах с различными ВОК такая пропорция не соблюдается, МГА проходит более напряженно. Соединение и согласование в единую гармоничную структуру комплекса стратегий МГА позволяет резко увеличить «иммунитет» корабельного коллектива по отношению к внешним и внутренним разрушительным факторам. Вероятность негативных последствий возможных организационных кризисов при этом резко падает. Наличие золотых пропорций можно рассматривать как индикатор устойчивости МГА, т.е. военно-морская организация – стабильна, управляема, морально-психологическое состояние экипажа корабля – здоровое и т.д.

Результаты эксперимента эмпирически обосновали классификацию комплексов стратегий МГА в зависимости от уровня интенсивности совместной деятельности и субкультуры взаимодействующих групп. Данная классификация, не смотря на некоторую её незавершенность, может быть использована в управленческой деятельности командования кораблей для прогноза поведения членов адаптирующихся групп, выбора оптимального психологического воздействия на возникшую ситуацию.

Зависимость МГА от исполнения группами экипажа корабля ВМФ своих и несоответствующих социально-ролевых функций выявлена в ходе эксперимента, проведенного в форме корреляционного исследования. Изучение строилось исходя из того, что наиболее полно социально-ролевые функции групп экипажа раскрываются при нахождении корабля в боевой готовности (БГ) и на боевой службе (БС), а на этапе расформирования корабля (РЭК) экипаж чаще занимается не свойственными социально-ролевыми функциями. Проведено сравнение данных этапов развития корабля. В эксперименте приняли участие 108 групп-категорий из 18 экипажей. При этом на 6 кораблях БС опрос проводился после возвращения из дальнего похода длительность 2-4 месяца, 6 кораблей БГ находились в состоянии постоянной боевой готовности, планового выполнения учебно-боевых задач  и 6 кораблей – на этапе РЭК.

Сравнение выявило сложное сочетание, доминирование групп факторов  МГА. Во-первых, групповой адаптации к военной деятельности в морской стихии, группу составляют факторы: отрицательное влияние агрессивной внешней среды, прежде всего морской качки – факторный вес 0,722, опасность несения многих вахт и выполняемых работ - 0,145, изоляция от широкого социального окружения -0,118, физические перегрузки - 0,732, монотонность, ограниченные возможности для отдыха - 0,337. Во-вторых, адаптации групп к совместной деятельности в экипаже корабля, в группу вошли факторы: результативность совместной дея­тельности - 0,526, соответствие совместной деятельности профессиональным нормам - 0,324, адаптационный  потенциал групп - 0,884, мотивационный потенциал групп - 0,359, профессиональная приверженность- 0,422. В-третьих, группа социально-психологического фактора организации: военно-организационная культура групп и  экипажа корабля -0,722, социально-психологический климат групп - 0,432, Сплоченность групп - 0,741, Гибкость групп - 0,194, коммуникация в группах - 0,333. Дальнейшая обработка данных позволила определить динамику обобщенной факторной структуры МГА в экипаже корабля на разных этапах организационного развития (рис. 2). 

При выполнении задач боевой службы, дальнего похода выявлено, что определяющими факторами МГА являются факторы групповой адаптации к военной деятельности в морской стихии.

Рис. 2.  Динамика факторной структуры межгрупповой адаптации в экипаже корабля на разных этапах развития (в факторных весах).

Примечание: этапы развития организации: БС – боевая служба, БГ – выполнение плановых задач боевой готовности в море; РЭК – расформирование экипажа корабля

Решение текущих задач боевой подготовки, связанные с выходом корабля в море, интенсивная деятельность экипажа корабля в предпоходовый период, отработка курсовых задач в море и т.д. имеет противоречивый характер. В этот период экипаж «ускоренно» начинает переходить от налаженной структуры межгрупповых отношений при стоянке корабля у пирса к иной, соответствующей прямому предназначению корабля.  Результат совместной деятельности при БГ статистически не отличается от РЭК, при безусловном содержательном различии межгрупповых отношений. При БГ с одной стороны возрастают взаимные межгрупповые претензии. С другой стороны – количество отказов при обращении за помощью не отличается от деятельности у пирса. Повышается интерес к смежным специальностям, знание которых может помочь в преодолении морской стихии. Мотивационный потенциал групп усиливается и начинает играть роль регулятора межгрупповой адаптации. При этом формирование по­ложительной мотивации корабельных групп обязательно предполагает развитие и поддержание мотивационного потенциала ГКК.

Решение ранее специфической (Булгаков А.В., 2000), а сегодня типичной задачи – вывода корабля из состава флота, расформирования экипажа корабля – выявило доминирование социально-психологических адаптационных факторов организации. При этом следует подчеркнуть, что каждая группа экипажа, имея различный опыт морской практики, находится под опосредованным воздействием фактора морской стихии. Показатели данного фактора значимо (круговой фи-критерий * = 2,37; р ≤ 0,01) влияют на МГА в экипаже, не смотря на реальное отсутствие такого воздействия.

Таким образом, социально-психологические закономерности МГА могут быть представлены сложной динамической системой эмпирически выявленных зависимостей влияния на МГА таких элементов социальной психологии экипажа корабля ВМФ как: военно-организационная культуры экипажа, субкультуры сообществ корабля, социально-психологический климат, уровни развития взаимодействующих групп, характер выполняемых ими социально-ролевых функций.

Закономерность МГА групп с различной профессиональной компетенцией в экстремальных условиях совместной деятельности выявлялась  на примере совместной деятельности главного командного пункта (ГКП) и поста энергетики и живучести корабля (ПЭЖ) в аварийных ситуациях. Экспериментальную выборку  составили 36 групп-команд, состоящих из 189 корабельных специалистов ГКП и ПЭЖ 18 экипажей кораблей Северного и Черноморского флотов России.  По мнению экспертов (56 слушателей и преподавателей ВМА им. Кузнецова) общий результат борьбы за живучесть корабля (БЗЖ) зависит на 78% от  результата совместной дея­тельности этих групп,  на 63% от профессиональной привержен­ности членов этих групп, на 57% от соответствия профессионально-должност­ных и социально-статусных требований этих групп по­требностям и ожида­ниям, мотивам, склонно­стям, интере­сам других групп экипажа корабля. Кластерный анализ усредненных экспертных оценок максимального и минимального уровней профессиональных компетенций специалистов, входящих в ГКП и ПЭЖ и  уровнем компетенций, обеспечивающим их оптимальную МГА  показал низкую вероятность появления СМГА между КГП и ПЭЖ высоко уровня профессиональных компетенций и нацелил исследование на изучение групп с различным уровнем компетенций.

Модель  профессиональных компетенций строилась по методике отработанной на материале предыдущих исследований (Булгаков А.В., 2004). Стандартные компетенции личности: профессиональная подготовленность, практический опыт; умение творчески мыслить и действовать в условиях крайне жесткого лимита времени, огромных психических и физических на­грузок. Ключевые компетенции личности: сильная воля; развитые организаторские способности; энергичность, решительность, умение брать на себя ответствен­ность за принятые решения и действия; оперативность, быстрая реакция, подвижность, выносливость и физическая сила. Ведущие компетенции организации: высокая требовательность к себе и подчиненным; глубокое уважение к подчиненным, умение прислушиваться к их предложениям, вовремя заметить и поддержать инициативу.

Основными методическим средством изучения влияния на МГА профессиональных компетенций ГКП и ПЭЖ являлся психосемантический анализ. Семантическая  структура профессиональных компетенций определялись с помощью техники репертуарных решеток (ТРР) Дж. Келли. Выявлена сложная динамика взаимозависимости представлений специалистов о своих компетенциях, субъективная важность тех или иных компетенций лично для специалистов ГКП-ПЭЖ в аварийной ситуации.  Для анализа ТРР применялся многомерный анализ. В трехмерном пространстве межгрупповых отношений ГКП, ПЭЖ и ГКП-ПЭЖ сложились три кластера профессиональных компетенций различного уровня развития. Низкий уровень имеют  выносливость и физическая сила,  уважение к подчиненным и умение вовремя заметить и поддержать инициативу подчиненных. С учетом того, что две последние компетенции определены ведущими компетенциями военно-морской организации, полученный результат представляет ресурс в организационной и психолого-педагогической работе  руководства соединения кораблей. Средний уровень развития имеют в СМГА все стандартные компетенции и такие ключевые компетенции как быстрая реакция, умение брать на себя ответственность за принятые решения и действия. Наиболее развитыми являются ведущая компетенция организации – высокая требовательность и ключевая компетенция личности специалиста – сильная воля.

При изучении взаимосвязи мотивационного профиля членов групп и групповых субкультур ГКП и ПЭЖ выявлены оптимальные для МГА сочетания мотивации и субкультуры. Результаты представлены в эмпирически  полученной типологии «Оптимального специалиста для доминирующей субкультуры военной организации». Серия  эксперимента была завершена проведением факторного анализа. Выявлены: фактор «различия в профессиональных знаниях, умениях, навыках специалистов ГКП и ПЭЖ» (факторный вес 0,181), фактор соотношения мотивационного профиля специалистов ГКП и ПЭЖ доминирующей ВОК корабля (0,208), фактор «уровень соответствия профессиональных компетенций ГКП и ПЭЖ компетенциям соединения кораблей» (0,089).

Таким образом, закономерность МГА групп с различной профессиональной компетенцией в экстремальных условиях совместной деятельности определяется детерминацией  разрешения противоречий, возникающих в системе взаимодействия объективно-ситуативных, индивидуально-личностных и межгрупповых факторов. При этом в качестве основных противоречий выступают: на уровне стандартных компетенций: противоречие между реальным уровнем знаний, навыков, умений и нормативными требованиями специалистов; на уровне ключевых компетенций: противоречие между психологическими качествами, ресурсным потенциалом членов групп и военно-организационной культурой экипажа корабля;  на уровне ведущих компетенций: противоречие  между стремлением корабельных специалистов к оптимальным действиям в реальных аварийных условиях и необходимостью отрабатывать разнообразные методы, обеспечивающие положительную оценку выполнения профессиональных задач, даваемую флагманскими специалистами соединения кораблей.

Закономерности влияния внешних социальных факторов на МГА в экипажах кораблей определены при изучении изменений в системе: внешние социальные факторы и военно-организационная культура экипажа корабля, субкультуры его групп, групповые адаптационный и мотивационный потенциалы.

В исследовании сравнивались данные по Черноморскому и Северному флотам в форме естественного квазиэксперимента по схеме «ex post facto», где в качестве всеобъемлющего внешнего социального фактора являлся раздел Черноморского флота. Для измерения МГА использовался апробированный диагностический комплекс, существенно дополненный контент-анализом документальных источников, воспоминаний участников событий, имеемых результатов плановых диагностических обследований проведенных как лично автором, так и флотскими психологами. Экспериментальную выборку составили 216 групп-категорий из 18 экипажей кораблей ЧФ и 18 экипажей кораблей СФ. Кроме того, использованы результаты полугодовых оценок морально-психологического состояния (МПС) флотов на выборке 1200-1800 человек, представленные в ГШ ВМФ в 1994-2003 годах, экспертного опроса  40 офицеров и мичманов ЧФ с использованием ТРР Дж. Келли. Сравнительный анализ МПС экспериментальной (ЧФ) и контрольной (СФ) выборок показали: с одной стороны, сходную факторную структуру МПС различных групп  военнослужащих, с другой – были выявлены принципиальные различия, имеющие статистическую значимость на уровне p<0,01 по φ круговому критерию Фишера. Факторная структура МПС военнослужащих по контракту представляет совокупность следующих показателей. Фактор 1 «Традиционный фактор МПС - сочетание удовлетворенности заботой государства с отсутствием конфликтов между офицерами и подчиненными». Фактор 2 «Наличие конфликтов среди военнослужащих различных категорий в сочетании с уверенностью в своих сослуживцах в боевой обстановке». Фактор 3 «Уровень понимания военнослужащими военной опасности». Фактор 4 «Удовлетворенность военнослужащих отношениями в воинском коллективе». Фактор 5 «Негативная  значимость у военнослужащих понятий воинской чести и достоинства».

Сравнительный анализ факторных структур МПС флотов позволил сделать следующие заключения. Во-первых, наиболее значимым фактором, влияющим на МПС, является фактор 1 (Сочетание удовлетворенности заботой государства с отсутствием конфликтов между офицерами и подчиненными). Но данный фактор  имеет значительно меньший вес в условиях воздействия специфических социально-политических условиях ЧФ 46% против 60% на СФ, что предполагает необходимость изменения социально-психологического воздействия на личный состав. При этом можно не вносить существенные коррективы в организаторскую и воспитательную работу, связанные с учетом фактора 3 (Уровень понимания военнослужащими военной опасности)  и фактора 4 (Удовлетворенность военнослужащих отношениями в воинском коллективе). Они остаются традиционными для ВМФ. Во-вторых, выявлены существенные различия по фактору 2 (Наличие конфликтов среди военнослужащих различных категорий в сочетании с уверенностью в своих сослуживцах в боевой обстановке). При этом в самом названии фактора содержится конструктивное противоречие, отражающее по сути происходящие в воинских коллективах межгрупповые адаптационные процессы. Обозначены как тенденция к усилению негативных проявлений МГА (увеличение межгрупповой конфликтности), так и объединяющий момент – основной вид совместной деятельности – воинская деятельность в боевой обстановке. Выявленный фактор важен для управления экипажами кораблей и подразделений. В нем соединены желание военнослужащих выполнять свое прямое предназначение и необходимость со стороны командования наиболее полно реализовывать выявленный потенциал. В-третьих, присутствие в структуре МПС фактора 5 (Негативная  значимость у военнослужащих понятий воинской чести и достоинства), который представляет собой защитную реакцию офицеров и мичманов флотов на неудовлетворенность реализацией своих ожиданий от воинской службы («вечные» социальные вопросы, неуверенность в завтрашнем дне, не всегда четко формулируемая и реализуемая военно-морская политика государства и др.), на интенсивное влияние со стороны руководителей всех уровней, действующих по традиционно сложившейся в ВМФ системе психолого-педагогического воздействия.

  В целях исследования произведена стандартизация показателей межгрупповой адаптации на 18 экипажах кораблей ЧФ и 18 экипажах кораблей СФ. Результаты представлены на рис. 3. Полученная методика хотя и достаточно в приближенном виде, но дает возможность дифференцировать воздействия внешнего социального фактора МГА от действия других сил СМГА. Этапы  сравнения выбраны исходя из исторически сложившихся и номинально оформленных периодов в развитии ЧФ России. Динамика МГА на кораблях ЧФ и СФ существенно различается. Следует отметить стабильность показателей МГА экипажей кораблей СФ.  Различия в результатах совместной деятельности в большей степени связаны с сокращением корабельного состава флотов, снижением напряженности боевой подготовки, несения боевой службы и т.д.

Показатели адаптационного, мотивационного потенциалов в среднем по СФ, соответствие субкультуры групп военно-организационной культуре экипажей кораблей остаются статистически неизменными. Профессиональная приверженность – линейно снижается. Адаптационный  потенциал групп экипажей кораблей ЧФ изменялся линейно от низкого значения в 1992-1993 годах к более высокому значению в 1998-2003 годах.

Исследованием выявлены три фактора динамики мотивационного потенциала. Первый фактор образовал мотивационный потенциал офицеров и мичманов 1992-1993 и 1994-1997 годов (факторный вес 3,116), второй – офицеров и мичманов 1998-2003 годов (факторный вес 2,368, третий – военнослужащих по призыву всех периодов (факторный вес 2,573). Исследование показало на отсутствие конфликта мотивов между офицерами и мичманами кораблей в наиболее сложные периоды структурных преобразований на ЧФ 1992-1997 годов. Вместе с этим представления флотских офицеров и мичманов о структуре и динамике мотивации  военнослужащих по призыву  определены как устойчивые групповые стереотипы, которые указывают на шаблонность межгрупповых взаимодействий с подчиненными, погруженность в решение своих  личных и в лучшем случае групповых задач.

Рис. 3. Динамика МГА на кораблях Черноморского и Северного флотов в 1992-2003 годах (в стенах).

Примечание: Показатели: 1 - результат деятельности групп; 2 - адаптационный  потенциал групп; 3 - мотивационный потенциал групп;  4 - профессиональная приверженность; 5 -  соответствие субкультуры групп военно-организационной культуре экипажа.

Именно стереотипы межгруппового взаимодействия и были использованы для попытки перевода объективно имеющегося мотивационного противоречия между военнослужащими по контракту и военнослужащими по призыву, в плоскость межнациональных, межэтнических отношений. Содержательно динамика мотивационного потенциала представляет следующее. Во-первых, структура мотивации у военнослужащих по призыву более простая и значительно отличается от структур мотивации офицеров и мичманов. Преобладающим являются мотивы признания в воинском коллективе, зависящие от четкости организации корабельной службы, взаимоотношений, интереса к выполнению своих обязанностей. Не выражены мотивы взаимодействия с другими группами вне корабля и творчества. Во-вторых, выявлено сходство мотивационных структур у офицеров и мичманов ЧФ. У этих групп превалируют мотивы материального обеспечения, власти над другими, взаимоотношений и признания. На низком уровне для профессионалов находятся мотивы самосовершенствования и профессионального роста. Следует подчеркнуть более четкую структурную выраженность мотивационного потенциала у мичманов по сравнению с офицерами.  Видимо на ЧФ произошло смешивание групповой идентичности офицеров, начала размываться традиционная система мотивационная структура, определяющая отношение офицера к воинской службе.

Таким образом, закономерностью влияния внешних факторов на МГА является определенная ее динамика. На первом этапе возникает напряженность между группами с различным статусом. На втором этапе при отсутствии целенаправленного воздействия на усиление напряженности или при решительном пресечении такого воздействия со стороны командования корабля происходит возвращение групп к неустойчивому состоянию гомеостазиса. На третьем этапе развития ситуации требуются решительные действия управления более высокого уровня, так как внешние деструктивные силы будут стремиться перемещать существующее межгрупповое напряжение из областей социально-психологической и военно-профессиональной в области этнических, социальных, религиозных и др. межгрупповых отношений.

Выявленные закономерности позволили обосновать принципы и социально-психологические механизмы МГА.

Принцип сопряжения противоречивости МГА содержательно раскрывает сопровождение диалектического процесса взаимного изменения, взаимодополнения, взаимопроникновения групп в межгрупповом взаимодействии. Принцип реализуется как в теоретической, так и практической областях. Теоретически  он объясняет возможность и необходимость сопряжения структурно-функциональной  и ценностно-мировоззренческой парадигм в виде использования конструктивистского подхода к решению проблемы МГА. Обоснованным становится понимание векторной специфики МГА на корабле, представляющую собой единство двух аспектов этого процесса. Структурно-функциональный вектор доминирует в контексте взаимодействий групп-сообществ на корабле, отражая тем самым специфику адаптив­ных макропроцессов, в то время как ценностно-мировоззренческий вектор доминирует в кон­тексте специфических межгрупповых взаимодействий, «работая» на уровне ин­дивидуально-групповых приспособительных микропроцессов. Амбивалентные по своей сущности процессы существуют одновременно, попеременно выполняя доминирующую роль в конкретной СМГА. При таком понимании оптимизация и управление МГА на корабле означают следующее. Во-первых, принятие практических организационных мер по нормативному решению возникающих проблем, например, разработку и реализацию документов, регламентирующих совместную деятельность групп и т.д. Во-вторых, целенаправленную (либо стихийную, интуитивную) коррекцию интерпретативных моделей межгруппового взаимодействия. Именно с помощью поиска и внедрения в групповое и индивидуальное сознание новых социально значимых смыслов и нормативно-ценностных установок происходит процедура коррекции МГА, которая осуществляется как в рамках социа­лизации групп на корабле, так и с помощью группового и индивидуального целеполагания (самоадаптация). Не меньшим ресурсом коррекции МГА обладают средства информацион­ного воздействия, находящиеся вне корабля. Результативным методом воздействия на МГА являются тренинги: номотетический, межгруппового ассимилятора, смысложизненных ориентаций, межгрупповых дебатов и т.д.

Принцип субкультурного приспособления групп друг к другу основан на ключевом, интегрирующем, системообразующем в МГА понятии субкультура группы как специфической части военно-организационной культуры (ВОК) экипажа корабля, под которой понимается паттерн коллективных базовых представлений, обретаемых, передаваемых и используемых всеми группами, в процессе их адаптации к изменениям внешней и внутренней среды. Главная причина выявленного в ходе исследования нейтрально-негативного отношения управленцев всех уровней к ВОК лежит в объективности общего сложного и противоречивого состояния ВМФ России, в недостаточном знании командирами, офицерским составом флота проблем социальной и организационной психологии, латентности проявлений в большинстве ситуаций жизнедеятельности экипажа корабля. Управление МГА в связи с этим организуется через их подготовку к использованию социально-психологических знаний организационного развития, умению определять, нейтрализовать и корректировать организационные патологии, формированию навыков развития ВОК требуемой для решения задач, стоящих перед кораблем, подразделением. 

Принцип эргономичности  МГА, ее цикличности, резонанса, гармонии, влияния доминирующего фактора внешней среды. Принцип выведен из соотнесения эмпирически выявленных исследованием закономерностей и теоретического анализа русской модели управления А.С.Прохорова  (2002). Среди принципов «русской модели управления военной организацией» резонанс является важнейшим управленческим методом и резервом в МГА. Принцип подразумевает возможность подстраивания циклических резонансных процессов под упорядоченную структуру внешних воздействий. Проведенный анализ структуры МГА групп с одинаковыми и различными субкультурами показывает, что между группами с одинаковыми субкультурами сочетание групповых защитных стратегий и стратегий взаимопонимания находится близко к  пропорции золотого сечения. Принцип доминирования внешних социальных факторов не только объясняет динамику МГА на корабле, но и дает возможность воздействовать на нее в требуемом для решения боевых и учебно-боевых задач направлении.

Исследованием обоснованы социально-психологические механизмы МГА на корабле. Примерная последовательность включения тех или иных механизмов следующая.

Пусковым психологическим механизмом изучаемого процесса является механизм «межгрупповой неадаптивности», в основе которого лежат неадаптивные групповые состояния взаимодействующих групп или хотя бы неадаптивное состояние одной из них. Индикатором является социально-психологический климат групп. Соединение и согласование в единую гармоничную структуру стратегий МГА позволяет резко увеличить «иммунитет» корабельного коллектива по отношению к внешним и внутренним разрушительным факторам. Вероятность негативных последствий возможных организационных кризисов при этом резко падает. При дисгармонии возникает групповая дезадаптивность. Приведенный спектр действия психологического механизма межгрупповой неадаптивности находится вне зависимости от желания или понимания субъекта управления. Если пусковой механизм начал действовать самопроизвольно, т.е. ситуация МГА «пошла», то ее разумнее целенаправленно использовать, чем ожидать самопроизвольной регуляции, результат которой непредсказуем. Опасность самопроизвольного перехода от неадаптивных межгрупповых процессов к дезадаптивным состоит в высокой вероятности создания на корабле ситуации, когда решение проблемы переходит в исключительно организационную плоскость, вплоть до переформирования экипажа корабля. 

При исключении такого варианта развития ситуации МГА, в дальнейшее ее становление вступает механизм организационной идентификации. Механизм функционирует в пространстве психологического конструкта – преданности экипажу корабля и преданности своей группе. Конструкт отражает силу связи, существующей в представлении каждого военного моряка, между ним и конкретным экипажем, в которой он служит, между ним и той социальной группой, с которой военнослужащий себя идентифицирует. При этом следует учитывать, что наряду с лояльностью и вовлечённостью, преданность включает идентификацию как твёрдую убеждённость в ценностях военно-морской, корабельной службы и принятие ее целей.

Условно «продолжают» МГА механизмы совместной деятельности –адаптационного и мотивационного групповых потенциалов. Показатели адаптационного потенциала являются характеристикой их возможностей в МГА на физиологическом и социально-психологическом уровнях. Показатели позволяют определить успешность адаптации, возможность сохранения здоровья и профессиональной работоспособности при возрастании интенсивности воздействия психогенных факторов. Психологический механизм адаптационного потенциала выполняет функцию аккумулятора психической энергии групп в ситуации МГА. В свою очередь механизм мотивационного потенциала групп играет роль регулятора МГА. При этом следует учитывать сочетание позитивных и негативных мотивационных факторов на корабле. Приспосабливаясь к ситуации члены групп, меняют мотивационные потенциалы своих групп. МГА протекает поэтапно: первый этап – сплочение групп, усиление внутренних связей, потребность в выра­ботке общей точки зрения на оценку обстановки; второй этап – более быстрое преобразование структуры отношений, на первое место выдвигается профессиональная и «чело­веческая» надежность, каждый решает свои задачи и старается оказать помощь товарищу; третий этап – сплочение коллективов, групп в деятельности, завершение МГА.

В зависимости от ситуации последовательность и доминирование тех или иных механизмов МГА может меняться. Она служит ориентировочной основой для целенаправленного и продуманного управления МГА.

Четвертая задача исследования, связанная с нахождением социально-психологических путей, средств, технологий оптимизации межгрупповой адаптации в экипажах кораблей ВМФ, решалась в ходе серий формирующего эксперимента. В первой серии доказано предположение: если в условиях корабля организовать комплексное социально-психологическое сопровождение (СПС) МГА, включающее  организационно-управленческие мероприятия (ОУМ), проводимые командованием корабля и социально-психологическую помощь (СПП) осуществляемую военными психологами, то показатели МГА улучшаться. Если СПС будет частичным: раздельное оказание СПП или только осуществление ОУМ, то показатели МГА существенно меняться не будут. Однако результативность ОУМ повысится в случае, когда во главе взаимоадаптирующихся подразделений, стоят руководители, прошедшие специальную подготовку по управлению организационным развитием.

Эмпирическая база формирующего эксперимента представляла собой совокупность ситуаций МГА подразделений БЧ-2 и РТС 18 надводных кораблей (6 кораблей ЧФ и 12 кораблей СФ) при выполнении задач в море в боевых сменах. Выборку составили 54 групп-коллективов. В эксперименте участвовали 190 военных моряков: офицеров - 27, мичманов - 28, старшин-котрактников - 15, старшин и матросов по призыву - 120. В экспериментальных группах (ЭГ№ 1,2,3 в каждой по 9 групп трех экипажей кораблей) процесс МГА сопровождался. При  этом: ЭГ №1 – проводился весь комплекс СПС, ЭГ №2 – оказывалась только СПП со стороны психологов,  командиры подразделений не проходили специальную подготовку, ЭГ №3 – проводились ОУМ, командиры подразделений прошли специальную подготовку. Контрольные группы (КГ) – 27 групп 9 экипажей кораблей, в которых МГА  проходила стихийно.

Субъектами оказания СПС группам являются командиры кораблей, командиры БЧ-2, начальник РТС, психологи. У каждого субъекта своя зона компетенции, организационно оформленная требованиями нормативных документов, традициями, сложившимися в корабельных коллективах. Объекты СПС: Во-первых, взаимодействующие подразделения. Цель: преодоление сложившихся межгрупповых стереотипов на возможные групповые и личностные особенности поведения и психологического склада в ситуации выполнения учебно-боевой задачи, обучение методам МГА. Во-вторых, специалисты групп. Цель: профилактика и коррекция дезадаптационных состояний, возникающих в процессе МГА. В систему СПС входит комплекс оказания СПП членам групп: психологическое консультирование и социально-психологический тренинг, а также традиционные организационные мероприятия, проводимые на кораблях. СПП командирам БЧ-2 и РТС оказывалась в форме индивидуальных консультаций, повышающих управленческую компетентность офицеров.

Содержательную сторону оказания СПП членам групп составили психотехнологии поддержки и модификации, воздействующие на выявленные социально-психологические факторы МГА: технология тренинга МГА; технология командообразования; технология актуализации групповой идентичности; технология саморегуляции. Технологии составили основное содержание Программы МГА в экипаже корабля.

В ходе формирующего эксперимента определялась результативность СПС. Сравнение результатов наглядно представлены на рис. 4. Комплексное социально-психологическое сопровождение МГА оказало статистически значимое влияние (уровень достоверности не менее p<0,05) на оптимизацию процесса. Манипулирование такими переменными как СПП и ОУМ (подготовленностью руководителя подразделения к действиям по МГА), позволило оптимизировать проведение СПС, выбрать наиболее доступные и эффективные алгоритмы управленческих действий.

Во второй серии формирующего эксперимента на выборке 24 групп-команд в 12 экипажах кораблей ЧФ и СФ обосновано применение компетенциальных технологий управления и самоуправления профессиональной деятельностью групп. В качестве 12 экспериментальных и 12 контрольных групп данной серии формирующего эксперимента были взяты группы ГКП-ПЭЖ, использовалась методика изучения МГА отработанная в констатирующем эксперименте.

Доказано: если со специалистами групп ГКП и ПЭЖ реализовать компетенциальную технологию, направленную, на сближение стандартных компетенций групп; на усиление соответствия групповых мотивационных профилей взаимодействующих групп доминирующей военно-организационной культуре корабля; на увеличение соответствия – ведущим профессиональными компетенциями соединения кораблей, то межгрупповая адаптация ГКП-ПЭЖ будет оптимизирована.

Рис. 4.  Итоги изменения внешнего показателя МГА результативности совместной деятельности в ходе формирующего  эксперимента (разница между замерами в стенах). Примечание: Показатели: 1 – количественный результат выполнения поставленных задач; 2 – качество выполненных задач; 3 – отсутствие отказов при обращении за помощью; 4 – взаимозаменяемость; 5 – интерес к освоению смежной специальности. Психологическое воздействие: СПС – социально-психологическое сопровождение; ОУМ – организационно-управленческие мероприятия по МГА; СПП – социально-психологическая помощь

Основой компетенциальной технологии является проведение тренинга МГА. В первый блок вошли упражнения, ролевые игры, развивающие навыки взаимодействия с руководителями, ключевыми специалистами из других профессиональных групп. Второй блок решения задачи представлял собой психологический практикум по развитию профессиональной рефлексии аварийных ситуаций и выполненных задач по БЗЖ. Третий блок представлял собой совокупность тренинговых воздействий в форме организационно-культурного ассимилятора между специалистами командного и инженерного профилей.

Таким образом, определены социально-психологические пути, средства, технологии оптимизации МГА на кораблях ВМФ.

Проведенное исследование показало, что выдвинутая гипотеза нашла свое подтверждение, поставленные задачи решены, что позволило сформулировать основные теоретические выводы и предложить практические рекомендации.

В целом теоретико-методологические выводы и практические результаты свидетельствуют о перспективности нового научного направления – психологии  межгрупповой адаптации в условиях функционирования военной организации. Можно прогнозировать в ближайшем будущем существенный скачек интереса в данной области исследований, разработку на этой основе новых технологий управления корабельными коллективами ВМФ. В связи с этим перспективными направлениями дальнейших исследований могут быть: изучение особенностей МГА в многообразных условиях воинской деятельности; выявление специфики МГА на различных этапах развития военной организации; определение сущности, содержания, структуры механизмов МГА в осуществлении оптимизации  управления воинским коллективом и др.

Важным представляется дальнейший анализ накопленного обширного эмпирического материала, полученного в ходе мониторинга организационного развития ВМФ России с целью совершенствования разрабатываемых методов и технологий оптимизации МГА новых корабельных групп: матросов и старшин-контрактников, женщин-военнослужащих, офицеров реорганизованных воспитательных структур.

Основное содержание диссертации отражено в следующих публикациях автора, общим объемом 100,9 п.л.:

Монографии:

  1. Булгаков А.В. Психологическая теория и практика межгрупповой адаптации (по материалам экспериментального исследования на кораблях ВМФ России). Монография. М.: МГОУ, 2006. 229 с. 16 п.л.
  2. Булгаков А.В. Психология межгрупповой адаптации в военной организации: теория, методология, практика (на примере Военно-морского флота России). Монография. М.: ВУ, 2006. 266 с. 16,5 п.л.
  3. Булгаков А.В., Митасова Е.В. Межгрупповая адаптация специалистов-реабилитологов. Монография. М.:  ВУ, АВН, 2005. 190 с. 12 п.л. (лично 6 п.л.).
  4. Булгаков А.В., Суркова Л.М. Профессиональные компетенции психолога-перинатолога: Монография. М.: Изд. журнала «Практическая психология и психоанализ», 2004. 112 с. 11,2 п.л. (лично 5,6 п.л.)

Учебные  и методические пособия:

  1. Булгаков А.В. Дебат-клуб: принципы, методы, организация. Методическое пособие для организаторов, судей, тренеров, психологов, участников команд дебат-клубов. Севастополь: ИПУ, 1996., 31 с. 1,5 п.л.
  2. Булгаков А.В. Проективная методика изучения социальной идентификации в малой группе (модернизированный тест социальной идентификации): методическое пособие. М.; Объединённая редакция МВД России, 2001. 68 с. 4 п.л.
  3. Булгаков А.В. Профилактика социально-психологической дезадаптации и отклоняющегося поведения у военнослужащих Военно-морского флота.  Методическое пособие. Под общ. ред. В.М. Крука. М.: НВР ВМФ, 1996. 60 с. 4 п.л.
  4. Булгаков А.В. Психология межгрупповой адаптации. Курс лекций. М.: МГОУ, 2006. 110 с. 6 п.л.
  5. Булгаков А.В. Психология межгрупповой адаптации. Учебно-методический комплекс. М.: МГОУ, 2006. 24 с. 1 п.л.
  6. Булгаков А.В. Социально-психологический тренинг: организация, содержание, практика. Методическое пособие. М.: НВР ВМФ, 1996. 63 с. 4  п.л.
  7. Булгаков А.В. Экспериментальная психология. Практикум. Учебно-методическое пособие. М.: ВУ, 2004. 90 с. 5 п.л.
  8. Булгаков А.В. Экспериментальная психология. Учебно-методический комплекс. М.: МГЭИ, 2003. 20 с. 1 п.л.
  9. Булгаков А.В., Сыромятников И.В. Психологическое консультирование. Курс лекций. М.: МГОУ, 2006. 110 с. 6 п.л. (лично 3 п.л.)
  10. Булгаков А.В., Сыромятников И.В. Психология девиантного поведения. Курс лекций. М.: МГОУ, 2006. 110 с. 6 п.л. (лично 3 п.л.)
  11. Булгаков А.В., Сыромятников И.В. Психология общения. Курс лекций. М.: МГОУ, 2006. 110 с. 6 п.л. (лично 3 п.л.)
  12. Булгаков А.В., Чайка В.Г. Социально-психологическая помощь офицерам в ходе структурных преобразований Вооруженных сил России. Учебное пособие. Под общ. ред. В.П. Каширина. М.: ВУ, 2001. 130 с. 8,25 п.л. (лично 8 п.л.)

Статьи, опубликованные в материалах международных конференций:

  1. Булгаков А.В. Влияние  уровня развития групп с различным статусом на их межгрупповую адаптацию в экипаже корабля ВМФ России //Материалы международной научной конференции «Первые Левитовские чтения в Московском государственном областном университете. 24 апреля 2006 года». М.: МГОУ, 2006. С. 74-81. 0,8 п.л.
  2. Булгаков А.В. Социально-психологическая дезадаптация к военной службе у офицеров сокращаемых кораблей и проблема её профилактики на Черноморском флоте //в сб.: «Семья-94»: Материалы международной научно-практической конференции: Симферополь: Редотдел Крымского комитета по делам печати и информации, 1995. 161 с., С.11-16. 0,4 п.л.

Статьи в отечественных и зарубежных научных журналах:

  1. Булгаков А.В. Совместное обучение как средство межгрупповой адаптации // Горизонты образования. (Украина, Севастополь). №3. 2006. С. 25-37. 1 п.л.
  2. Булгаков А.В. Социально-психологическая помощь офицерам расформируемых экипажей кораблей ВМФ //Армия и общество. №2(3). 1999. с. 129-136. 0,8 п.л.
  3. Булгаков А.В. Социально-психологические аспекты преодоления отрицательных явлений в классных коллективах при «стратовой» системе обучения//Инновации в образовании. №3. 2001. С.95-103. 0,8 п.л.
  4. Булгаков А.В. Экспериментальное исследование стратегий межгрупповой адаптации в экипаже надводного корабля ВМФ //Вісник Севастопольського державного технічного університету. №3. 2006. С.67-81. 1,2 п.л.
  5. Булгаков А.В. Экспериментальное исследование стратегий межгрупповой адаптации в процессе совместного обучения //Инновации в образовании. №4. 2004. С.82-97. 1,2 п.л.
  6. Булгаков А.В., Ульянов В.Ф. Экономическое образование офицера запаса как фактор становления профессиональной идентичности //Экономика и образование. №1. 2004С. 34-44. 0,8 п.л. (лично 0,4 п.л.)

Статьи в ведущих рецензируемых научных журналах и изданиях, рекомендованных ВАК:

  1. Булгаков А.В. Влияние внешних социальных факторов на межгрупповую адаптацию на кораблях (на примере Черноморского флота России. 1992-2005 годы) //Морской сборник. №12. 2006. С.47-52. 0,6 п.л.
  2. Булгаков А.В. Закономерности генезиса межгрупповой адаптации в экипажах кораблей ВМФ России //Вестник Академии военных наук. №3(6).  2006. С. 37-46. 0,5 п.л.
  3. Булгаков А.В. Закономерности межгрупповой адаптации в экипаже корабля ВМФ //Морской сборник. №6. 2006. С. 35-38. 0,4 п.л.
  4. Булгаков А.В. Закономерности межгрупповой адаптации при исполнении группами своих и несоответствующих социально-ролевых функций (на примере экипажей кораблей Военно-морского флота России) //Прикладная психология и психоанализ. №1. 2006. С.34-45. 1 п.л.
  5. Булгаков А.В. Межгрупповая адаптация групп с различной профессиональной компетенцией в экстремальных условиях совместной деятельности //Акмеология. №4 (16). 2005. С.84-93. 1 п.л.
  6. Булгаков А.В. Методология  сопряжения амбивалентных подходов к изучению и управлению межгрупповой адаптацией в организации //Вестник Московского государственного областного университета. Серия «Психология и педагогика». №1. 2006. С.167-175. 1 п.л.
  7. Булгаков А.В. Принципы изучения межгрупповой адаптации и управления ей в силовых структурах Российской Федерации //Вестник Московского университета МВД России. №6. 2006. С. 99-104. 1 п.л.
  8. Булгаков А.В. Социально-психологические закономерности межгрупповой адаптации на кораблях Военно-морского флота России //Вестник Московского государственного областного университета. «Психология и педагогика». №1. Т.2. 2006. С. 91-103. 1,1 п.л.
  9. Булгаков А.В., Густова Е.В. Междисциплинарный подход к построению модели профессиональных компетенций в образовании //Вестник Московского государственного областного университета. Серия «Психология и педагогика». №1. 2006. С. 183-190. 0,8 п.л. (лично 0,4 п.л.).
  10. Булгаков А.В., Терновский А.С. Социально-психологические факторы развития управленческих способностей офицеров в ходе службы на надводных кораблях ВМФ //Вестник Академии военных наук. №2. 2004. С.56-65. 0,8 п.л. (лично 0,4 п.л.)
  11. Булгаков А.В., Шагов Р.О. Динамика смысложизненных образований как доминирующих элементов развития военно-профессиональной направленности //Вестник Московского государственного областного университета. Серия «Психология и педагогика». №1. Т.2. 2006. С. 69-75. 0,8 п.л.  (лично 0,4 п.л.)

______________________ А.В. Булгаков


1 Золотое сечение широко известно, прежде всего, как пропорция гармонии  1=0,62 + 0,38 , которая проявляется как в статике, так и в динамике явлений.

 





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.