WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

На правах рукописи

Баянова Лариса Фаритовна

Проблема взаимодействия субъекта и культуры в отечественной психологии XX века

Специальность 19.00.01. – общая психология, психология личности, история психологии

Автореферат на соискание ученой степени доктора психологических наук

Москва – 2009

Работа выполнена на кафедре психологии ГОУ ВПО «Бирская государственная социально-педагогическая академия»

Научный консультант: Доктор психологических наук, профессор Веракса Николай Евгеньевич Официальные Доктор психологических наук, оппоненты: профессор Ждан Антонина Николаевна Доктор психологических наук, профессор Марцинковская Татьяна Давидовна Доктор психологических наук, профессор Шабельников Виталий Константинович

Ведущая организация: НОУ ВПО «Московский психолого-социальный институт»

Защита состоится «29» октября 2009 г. в 14 часов на заседании Диссертационного совета Д 212.198.10 при Российском государственном гуманитарном университете по адресу: Москва, Миусская пл., д.6, корпус 7, ауд.396.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке РГГУ Автореферат разослан «__» ____ 2009 г.

Ученый секретарь диссертационного совета доктор медицинских наук, профессор Жиляев Андрей Геннадьевич

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность исследования.

Психология в последние десятилетия обращается к необходимости рефлексии культуры в рамках своей предметной области. При этом следует отметить, что интерес к феномену культуры всегда был характерен для российской философской и психологической мысли, чему свидетельством являются работы плеяды последователей В.С.Соловьева в первой трети XX века, яркие страницы творчества сотрудников Государственной академии художественных наук, великое наследие Льва Семеновича Выготского и его учеников, многочисленные обращения к культуре в гендерных, этнопсихологических и других современных исследованиях постсоветской психологии последних десятилетий.

В содержании научных представлений о культуре обнаруживаются существенные расхождения в трактовке этой категории. Так, культура интерпретируется либо как система ценностей, либо как система знаков, либо как система правил, либо как система нормативных ситуаций и т.д.

Подобный категориальный диссонанс служит одной из причин проблематизации исследования культуры в отечественной психологии и подчеркивает актуальность подобного исследования. При этом главной задачей становится не столько обнаружение противоречий в трактовках искомой категории, сколько решение концептуальной задачи интеграции данной категории в понятийный аппарат современной отечественной психологической науки. В последние два десятилетия в работах теоретиков, историков и методологов психологии прямо подчеркивается необходимость специального исследования феномена культуры (Василюк Ф.Е., 1996;

Веракса Н.Е., 2000; Гусельцева М.М.,2002; Зинченко В.П., 1996, 1998;

Кольцова В.А., Медведев А.М., 1992; Кудрявцев В.Т., 1988, 1997, 1998;

Петренко В.Ф., 2002; Петровский А.В., Петровский В.А.. 2000;

Старовойтенко Е.Б., 2007; Шабельников В.К., 2004; Шилков Ю.М., 1998, 2001; Ярошевский М.Г., 2001; и др). Задача эта невероятно сложна, и решение ее связано с установлением границ понимания культуры в психологии, отличного от культурологической, социологической, семиотической и иных трактовок. В традициях решения сложных методологических задач в отечественной психологии их связывают с обращением к истории науки (Будилова Е.А., 1969; Петровский А.В., Ярошевский М.Г., 2000), поэтому становится очевидной целесообразность изучения культуры в исторической ретроспективе.

При всем многообразии и противоречивости исследований культуры отмечается поляризация двух основных методологических позиций, одна из которых предполагает изучение культуры как автономного феномена, другая предусматривает исследование культуры во взаимодействии с субъектом.

Как отмечено выше, в истории отечественной психологии наблюдается неоднозначность понимания и оценки категории культуры, достижения в изучении субъекта при этом явны и убедительны, что находит отражение в работах К.А.Абульхановой, Б.Г. Ананьева, А.В.Брушлинского, Л.С.Выготского, А.Л.Журавлева, В.В.Знакова, А.Н.Леонтьева, В.А.Петровского, С.Л.Рубинштейна, Е.А.Сергиенко, В.В.Селиванова, Г.И.Челпанова, Д.Н.Узнадзе и других. Субъект исследован с точки зрения методологического обоснования его психологического статуса в отличие от философского (А.В.Брушлинский, Д.И.Дубровский, К.К.Платонов, М.С.Роговин, С.Л.Рубинштейн, Н.А.Соколов), широко известны исследования субъекта как целостности (Д.Н.Узнадзе), субъекта бытия и сознания (С.Л.Рубинштейн), субъекта деятельности (А.Н.Леонтьев), субъекта общения (Б.Ф.Ломов), субъекта жизнедеятельности (К.А.Абульханова, Коржова Е.Ю.), коллективного субъекта (Емельянова Т.П). В данных обстоятельствах на сегодняшний день проблема субъекта культуры выступает как игнорируемая самоочевидность, что усиливает актуальность заявленной темы данного исследования.

Имея в анналах своей истории культурно-историческую концепцию, невозможно отрицать наличие методологических предпосылок изучения проблемы взаимодействия субъекта и культуры именно в отечественной психологии. Однако до тех пор, пока культура рассматривается безотносительно субъекта, речь не идет о психологическом статусе данной категории. Именно соотнесенность ее с субъектом придает категории «культура» психологический смысл. Противоречия в многочисленных трактовках культуры, ее междисциплинарный статус убедительно доказывают актуальность разработки концептуальной модели культуры в психологии. Постановка задачи построения теоретической модели культуры посредством историко-психологического анализа становления и развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры позволяет перенести акцент исследования с субстанции на отношения и открывает пути для обоснования психологического статуса категории «культура».

Особую проблемность задает и историография культурнопсихологической тематики в отечественной психологии, что обусловлено острой сензитивностью ее к контексту гражданской истории России XX века.

Нами выделены три основных периода становления и развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры в отечественной психологии, сформировавшихся под влиянием объективных общественно-политических условий:

1. Первая треть XX века (с начала века и до 30-х годов) 2. Советский период (с середины 20-х годов до конца 80-х годов) 3. Постсоветский период (с начала 90-х годов и по настоящее время) Исследуемая нами историческая эпоха – XX век – может быть названа периодом утверждения и сохранения культурно-детерминированного понимания человеческой психики, традиционного для отечественной психологической науки. Сегодняшние реалии методологических дискуссий подтверждают необходимость реализации принципа открытости категориального аппарата в психологии для решения методологических задач науки, сопровождаемой критическими оценками перманентности ее кризисного пребывания.

Объект исследования: труды российских психологов XX века, ученых смежных с психологией наук (культурологии, истории, антропологии, историографии, источниковедения, герментевтики, этнографии), посвященные проблеме взаимодействия субъекта и культуры.

Предмет исследования: становление и развитие проблемы взаимодействия субъекта и культуры в истории отечественной психологии XX века.

Гипотеза исследования: Становление и развитие проблемы взаимодействия субъекта и культуры в истории отечественной психологии XX века может быть раскрыто при соблюдении следующих условий:

– определении психологического содержания категории «культура» в системе ее междисциплинарного статуса;

– использовании структурно-диалектического метода и метода категориального анализа;

– обосновании роли культурно-исторической концепции в утверждении проблемы взаимодействия субъекта и культуры в отечественной психологии;

– уровневой оценке проблемы взаимодействия субъекта и культуры, принятой в историко-психологическом анализе;

– обосновании правомерности развития самостоятельного направления исследования субъекта культуры;

– преодолении феноменологической трактовки культуры, характеризующейся внесубъектностью понимания данной категории.

Цель исследования состояла в раскрытии логики развертывания проблемы взаимодействия субъекта и культуры посредством историкопсихологического анализа трудов ученых XX века для дальнейшего построения теоретической модели культуры. Для достижения данной цели было проведено специальное историко-методологическое исследование, что потребовало решения следующих задач:

• обосновать категориальный статус понятия «культура» как психологической категории, обусловленной взаимодействием с субъектом;

• эксплицировать общегуманитарное содержание феномена культуры с позиции возможностей включения его в категориальный строй психологических знаний;

• охарактеризовать различные уровни анализа феномена культуры в истории психологии и в смежных гуманитарных науках, определив их взаимодействие и взаимообусловленность;

• создать концептуальную психологическую модель культуры на основе историко-психологического анализа проблемы взаимодействия субъекта и культуры;

• проанализировать закономерность формирования отдельных хронологических периодов становления проблемы соотнесенности субъекта и культуры в отечественной психологии, обусловленных как внутринаучной логикой, так и внешними социально- политическими условиями;

• раскрыть роль культурно-исторической теории Л.С.Выготского и его последователей в решении методологической задачи определения логики взаимодействия субъекта и культуры в истории отечественной психологии XX века, дать оценку значения трансляции данной проблемы в область детской и педагогической психологии.

Исследовательские методы и достоверность полученных результатов. Используемые автором методы характерны для работ по истории психологии: теоретическая реконструкция, описание и объяснение, теоретический анализ и синтез, источниковедческий анализ, сравнительноисторический, историко-генетический и историко-типологический методы.

Наряду с обозначенными методами автором использованы метод категориального анализа и структурно-диалектический метод. Достоверность результатов исследования и формулируемых обобщений основывается на фактологическом материале из архивных источников, на анализе работ авторов, чьи исследования посвящены изучаемой проблеме.

Методологическая и теоретическая основа исследования состоит из фундаментальных философских положений, нашедших свое воплощение в трудах Гегеля Г.В., Гуссерля Э., Кассирера Э., Б.М.Кедрова, Ильенкова Э.В., Лосева А.Ф., Лосского Н.О., М.К. Мамардашвили. Историкопсихологическое изложение проблемы взаимодействия субъекта и культуры осуществлялось в соответствии с ключевыми положениями диалектической психологии и принципами единства исторического и логического, развития и историзма, преемственности. В методологическом обосновании исследования автор обращается к теоретико-научным положениям в трудах по методологии отечественной психологии (К.А.Абульханова, В.М.Алахвердов, Б.Г.Ананьев, Л.И.Анцыферова, А.В.Брушлинский, Н.Е.Веракса, Л.С.Выготский, А.Н.Леонтьев, Б.Ф.Ломов, В.А.Мазилов, К.К.Платонов, С.Л.Рубинштейн, А.В. Юревич, В.А.Янчук и др.) и истории психологии (Б.Г.Ананьев, В.В.Аншакова, Е.А.Будилова, В.В.Большакова, А.Н.Ждан, Е.А.Климов, В.А.Кольцова, Т.Д.Марцинковская, О.Г.Носкова, А.В.Петровский, Б.М.Теплов, М.Г.Ярошевский и др) Научная новизна состоит в следующем:

Впервые в отечественной истории психологии подвергнута специальному изучению проблема взаимодействия субъекта и культуры в исторической ретроспективе на протяжении XX века. В русле анализа категориального строя психологии впервые в качестве прямого объекта историко-психологического исследования была выделена категория «культура».

Раскрыты онтологический и психологический уровни анализа культуры, где показано, что источниками онтологического содержания культуры являются философия, антропология, культурология, социология и семиотика. Психологический уровень понимания культуры формируется в рамках философско-социологической рефлексии взаимодействия субъекта и культуры и при исследовании культурной обусловленности онтогенеза психики. Впервые в настоящем исследовании интегрированы традиции историко-психологических, культурологических, кросс-культурных, субкультурных и других направлений исследований, смыкающихся на изучении проблемы взаимодействия субъекта и культуры.

Впервые в исследованиях по истории отечественной психологии использован структурно-диалектический метод, позволивший произвести анализ проблемы взаимодействия субъекта и культуры через выявление отношений противоположностей в содержании анализируемых текстов первоисточников. На основе использования структурно-диалектического метода выявлены дихотомии, образующие принцип взаимодействия элементов в теоретических моделях, включающих культуру в качестве самостоятельного элемента.

На основе архивных материалов Российского государственного архива литературы и искусства (РГАЛИ) обнаружены ранее неизвестные факты биографии Л.С.Выготского, свидетельствующие о сотрудничестве ученого с ГАХН в обсуждении проблем культурной психологии. На основе исследования становления проблемы взаимодействия субъекта и культуры, выстроен «оппонентный круг» работавших по данной теме ученых в первой трети XX века.

Впервые представлены ранее неизвестные работы философа, психолога, организатора образования М.М.Рубинштейна, посвященные проблеме человека в культуре. Проведенная работа с архивными источниками Института психологии РАН позволила осуществить подготовку к изданию одиннадцати очерков по проблемам развития личности в культуре и образовании, написанных М.М.Рубинштейном в 1929 году. Совокупный анализ опубликованных в первой половине XX века работ М.М.Рубинштейна, включая изданные в Германии в начале прошлого столетия, а также архивных материалов из фондов РГАЛИ и архива ИП РАН, послужил основой для построения системной теории взаимодействия субъекта и культуры, опосредованной особой ролью образования.

Теоретическая значимость исследования состоит в том, что в нем реконструирована логика развертывания проблемы взаимодействия субъекта и культуры в крупном хронологическом периоде, измеряемом XX веком.

В работе решена фундаментальная теоретическая задача обоснования необходимости введения дефиниции «культура» как самостоятельной категории в понятийный строй психологии; уточнены и обоснованы границы собственно психологического понимания культуры как междисциплинарной категории. Систематизированы определения категории «культура» и обнаружена их сравнительная немногочисленность в анналах истории отечественной психологии XX века. Историко-психологический анализ, проведенный в рамках настоящего исследования, позволяет уточнить и сформулировать определение категории «культура». В диссертационной работе предложена новая теоретическая модель культуры, содержание которой обусловлено ее взаимодействием с субъектом.

Теоретическое значение работы заключается в выстраивании логики становления проблемы взаимодействия субъекта и культуры через историкопсихологический анализ противоречий в подходах. Принципиально значимым для истории психологии является выявление возникновения психологического уровня интерпретации культуры из онтологического, приведены категориальные модели, отражающие сущность и общие тенденции данной трансформации, сводимой к субъектности человека, взаимодействующего с культурой. Диалектическое противопоставление субъекта и объекта в онтологии стало, как показывает настоящее исследование, предпосылкой возникновения культуры в теоретических конструктах философских, социологических, герменевтических и психологических текстов первой трети XX века.

В теоретическом плане в рамках данного исследования проблема взаимодействия субъекта и культуры показана в истории психологии таким образом, что открываются возможности выйти за пределы субстанциональности данных категорий и рассмотрения их во взаимодействии. В историко-психологическом анализе обосновано противопоставление феноменологического и диалектического подходов в трактовке культуры.

На защиту выносятся следующие положения:

1. Категория «культура» в отечественной психологии XX века приобретает статус психологической при исследовании ее с точки зрения соотнесенности с категорией «субъект». Взаимодействие субъекта и культуры как историко-психологическая проблема выявляет новую теоретическую единицу категориального строя психологии – субъекта культуры.

2. Становление психологического содержания категории «культура», в отличие от антропологического, семиотического, социологического и культурологического, обусловлено использованием структурнодиалектического метода. Структурно-диалектический метод способствует преодолению феноменологической трактовки культуры, выявляет дихотомии в развитии содержания данной категории.

3. История развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры в отечественной психологии отражает трансляцию онтологического уровня понимания культуры в психологический. Если взаимодействие человека и мира в начале XX века рассматривается как противопоставление познающего субъекта и мира как объекта познания, то к концу первой трети столетия формируется новое, психологическое, понимание данного взаимодействия, в котором человек является субъектом взаимодействия с культурой как сотворенной реальностью.

4. Становление психологического уровня проблемы взаимодействия субъекта и культуры обусловлено возникновением культурно-исторической концепции Л.С.Выготского, в рамках которой формируется новое определение содержания культуры и ее значения в онтогенезе психики.

5. В истории развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры в отечественной психологии существуют самостоятельные периоды, обусловленные не только внутринаучной логикой развития данной проблемы, но и общественным контекстом реалий политической жизни России в XX веке. Концептуальное значение в историографии данной проблемы отводится периоду конца первой трети XX века.

6. На протяжении XX века психологическая мысль России продуцирует две основные трактовки в понимании культуры: феноменологическую и диалектическую. Феноменологическая трактовка культуры формируется в рамках гуманитарных исследований, рассматривающих культуру как автономную внесубъектную реальность. Диалектическая трактовка культуры возникает в русле развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры.

Апробация и внедрение результатов исследования.

Ход исследования и его результаты были апробированы автором в публикациях, среди которых монография «Феномен культуры в истории психологии», учебное пособие «Лекции по истории психологии», получившее гриф УМО по специальностям педагогического образования и рекомендованное для студентов высших учебных заведений. Данное пособие является лауреатом конкурса на лучшую научную книгу среди преподавателей высших учебных заведений, учрежденного Фондом развития отечественного образования (Сочи, 2006).

Результаты исследования докладывались на III Съезде Российского психологического общества, тема которого обозначилась как «Психология и культура» (Санкт-Петербург, 2003), на III Национальной научнопрактической конференции «Психология образования: культурноисторические и социально-правовые аспекты» (Москва, 2006), на Всероссийской научно-практической конференции «Синергия культуры» (Саратов, 2002), на юбилейной научной конференции ИП РАН «Тенденции развития современной психологической науки» (Москва, 2007), на VI Международной научно-практической конференции «Интеллигенция и взаимодействие культур» (Улан-Удэ, 2007), на Всероссийской научнопрактической конференции «Психологическая культура личности как стратегия социально-образовательного развития региона» (Биробиджан,2007), на IV Всероссийском съезде психологов образования России (Москва, 2008) и др.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Диссертация состоит из введения, четырех глав, заключения, библиографии, списка архивных источников из 16 наименований и приложений. В тексте диссертации имеются 7 рисунков.

В первой главе «Взаимодействие субъекта и культуры как историкопсихологическая проблема» предложены различные аспекты междисциплинарного статуса категории культуры, возможность уровневой дифференциации ее изучения. Наиболее часто культура в психологическом тезаурусе звучит в двух сочетаниях – «культурная психология» и «психология культуры», оба из которых имеют право на обсуждение, что и предложено в анализируемой главе.

Уровневая дифференциация изучения культуры в психологии произведена исходя из существующих градаций культуры как формы бытия (онтологии) и как формы самодетерминации (психологии) (В.С. Библер, 1991). В определении уровней исследования культуры исходным явилось предложенное в истории психологии деление психологического познания на четыре уровня: онтологический, общенаучный, специально-научный и конкретно-научный (Кольцова В.А., 2004).

Обзор подходов к историко-психологическому анализу позволяет отметить их многообразие. Так, в работе представлен вариант классификации В.А. Янчука, предложившего интегративно-эклектический подход в изучении истории психологии. И.П. Маноха допускает возможность изучения истории психологической науки с точки зрения трех подходов – культурологического, философско-ориентированного и конкретно-научного. Изучение существующих учебников по истории психологии показывает, что наиболее широко представлены три подхода к изложению истории психологической науки – хронологический, персонифицированный и категориальный. В исследовании истории развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры наиболее целесообразным выделен категориальный подход, предложенный в начале 70-х годов М.Г. Ярошевским. Категориальный подход характеризуется использованием метода категориального анализа.

Выбор данного подхода объясняется тем, что ключевыми конструктами являются две основные категории – «субъект» и «культура».

Категория культуры анализируется как на онтологическом уровне в позиции ее междисциплинарного статуса, так и на конкретно-научном уровне, специфика которого для отечественной психологии является онтогенетической, поскольку библеровская культурная «самодетерминация» в российской психологии приняла облик концепции развития ребенка в культуре. В последние десятилетия отметилась явная активизация методологического интереса к исследованию культуры в отечественной психологии. Например, В.К.Шабельников представил анализ культуры в созданной им теории гео-биосферной детерминации психики, где на междисциплинарной с антропологией области обосновывается функциональная оценка субъекта и субъектности (Шабельников В.К., 2004), дается типология культур в соответствии с мифологией. Среди исследований культуры в психологии последних лет заметны работы Гусельцевой М.М., в которых приводится обоснование противопоставления культурной психологии позитивизму (Гусельцева М.М.,2002, 2005, 2006, 2007) и т.д.

В этом параграфе представлен методический аппарат, включающий наряду с традиционными для историко-психологического исследования методами два, использованных в данной работе в качестве основных, – метод категориального анализа и структурно-диалектический метод. С помощью метода категориального анализа созданы категориальные модели разных теорий и авторов, включающих в качестве элементов исследуемые категории субъекта и культуры. Структурно-диалектический метод позволяет дифференцировать имеющиеся отношения противоположностей в исследуемом содержании. Именно наличие обнаруживаемых противоположностей, как показывает анализ работ, является источником развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры.

Во второй главе «Предпосылки развития и становление проблемы взаимодействия субъекта и культуры в отечественной психологии в первой трети XX века» раскрыты источники психологических воззрений на указанную проблему. Среди основного источника называются философскосоциологические труды отечественных мыслителей Н.А.Бердяева, М.М.Бахтина, А.Ф.Лосева, С.Л.Франка, Н.О.Лосского, М.М.Рубинштейна, П.А.Сорокина. Названный ряд авторов не случае и, как представлено в работе, есть ряд факторов, предопределивших обращение к их творчеству.

Во-первых, общность их философских истоков. Русская философская мысль начала XX века, подвергающая рефлексии человека в культуре, берет начало из диалектики В.С.Соловьева, с противопоставления философом рационального и эмпирического, тварного и божественного, породившего историческое. В антропологической философии В.С.Соловьева были заложены идеи содержания культуры как «сверхличного социального бытия».

Философия тех лет была направлена на преодоление гегелевской феноменологии, ограничивающей вопрос о взаимодействии человека и мира гносеологией, противопоставлением объекта и субъекта. Диалектика стала осознанно выбранным и единственно возможным методом раскрытия взаимодействия человека и мира. Диалектический метод приводит к пониманию сущности мира, предъявленного субъекту, как культуры.

Использование диалектики как метода является вторым значимым фактором в объединении ученых в один оппонентный круг. В исследовании предложен подробный анализ проблемы взаимодействия субъекта и культуры в экзистенциальной диалектике Н.А.Бердяева и в диалектической психологии личности М.М.Рубинштейна. Научное творчество этих авторов отражает общие тенденции времени в рефлексии взаимодействия субъекта и культуры.

На основе использования метода категориального анализа в исследовании предложены теоретические конструкты, отражающие проблему взаимодействия субъекта и культуры в работах, выступивших источниками теоретической реконструкции (Рис. 1, 2).

Объект Субъект Объективация Объективированный Личность мир Психометафизическое бытие Свобода История Субъект бытия Выбор Мир сверхличных ценностей Субъект выбора Творчество Культура Субъект творчества Рис.1. Диалектическое развитие диады «Я и мир объектов» в экзистенциальной диалектике Н.А.Бердяева Важнейшее значение для всей последующей гуманитарной мысли имел не столько перенос проблемы взаимодействия субъекта и мира из гносеологии в онтологию, сколько возникновение психологического понимания этого взаимодействия. Переход с гносеологического на онтологический, а затем и на психологический уровень анализа стал возможным благодаря использованию диалектического метода, направленного на выделение противоречий в анализируемых явлениях.

Становление психологического уровня трактовки взаимодействия субъекта и мира наиболее отчетливо проявилось в творчестве М.М.Рубинштейна.

Именно диалектика как метод исследования взаимодействия субъекта и мира позволил ему выделить психологический аспект данной проблемы.

Анализ творчества М.М. Рубинштейна дает возможность более полно проследить переход от философского уровня рассмотрения взаимодействия субъекта и мира к психологическому. Этапы его научного творчества отражают общие тенденции развития психологической мысли первой трети XX века, когда из диалектического противопоставления субъекта и мира возникло понимание мира как сотворенной человеком культуры.

Уровни Субъекты Взаимодействие Аксиологический Человек и мир Объективация Гносеологический Субъект и объект Объективация Психологический Субъект и культура Творчество Рис.2. Взаимодействие человека и мира в теории творческого антропоцентризма М.М.Рубинштейна.

Диалектика противопоставления субъекта и объекта, человека и мира порождает субъектность человека, созидающего культуру. Именно Н.А.Бердяев и М.М.Рубинштейн показали недостаточность гносеологического и онтологического анализа взаимодействия человека и мира, выделили категорию субъекта, в творчестве которого созидается сама культура.

Анализ культуры как конструкта взаимодействия с субъектом предложен в социологическом учении П.А.Сорокина в 20-е годы в петроградский период его научной деятельности. Учение П.А.Сорокина о регламентированных актах человеческого поведения, о проводниках, выявило четкие границы культуры, природа которой, по мнению ученого, нормативна по своему содержанию. Категории философских и социологических работ первой трети XX века показывают, что понятийное поле культуры формируется из дихотомий, через опосредствование которых происходит становление культуры как психологической категории, сопряженной с субъектом. В этом смысле методы категориального анализа и структурно-диалектический выступают в неразрывном единстве.

Среди источников развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры наряду с философско-социологическими учениями начала века выступает деятельность Государственной академии художественных наук.

Историко-психологические исследования академии были проведены А.Н.Ждан, Т.Д.Марцинковской, Н.С.Полевой. Наиболее подробно проблема «человек – культура» представлена в работе Н.С.Полевой (Полева Н.С., 1999), посвященной сравнительному анализу творчества Г.Г.Шпета, А.В.

Бакушинского, А.Г. Габричевского, Г.И.Челпанова. Полева показала, как от анализа влияния произведения искусства ученые ГАХН выходят на проблемы инкультурации личности, под которой автор понимает социализацию человека в культуре. Социализация, как показано в работе Н.С.Полевой, во многом сводима к процессу формирования культурного самосознания через эстетические переживания, что определяется в свою очередь связью с искусством, его восприятием и созданием новых произведений.

В нашем исследовании деятельности ГАХН мы видим три аспекта изучения взаимодействия субъекта и культуры – философский, искусствоведческий и семиотико-герменевтический. При этом мы различаем две оценки культуры учеными ГАХН: феноменологическую и диалектическую.

Феноменологическая оценка культуры реализована в искусствоведческом аспекте деятельности ГАХН. В данном случае реализуются не объяснительные, а описательные приемы научного исследования. Культура как мир эстетических ценностей приводит к пониманию человека как объекта воздействия искусства. Такая интерпретация представлена в работах А.В.Бакушинского (Рис.3) В строгом смысле в данном случае речь идет не о проблеме «человек – культура», а более узкой – «человек – искусство». Восприятие мира, по Бакушинскому, есть чередование единства и множественности мира. Единство мира означает господство человека над миром. Множественность мира делает человека рабом его. Огромную значимость представляет то обстоятельство, что Бакушинский представил взаимодействие человека и культуры в онтогенетическом ключе. Феноменологическая интерпретация культуры как мира эстетических ценностей, выраженных художественной формой и имеющих художественное содержание, не умаляют достоинств поставленных и отчасти решенных Бакушинским психологических задач.

Стадии Способы Стадии мирового Основные Тенденция «общепсихического восприятия искусства изобразительные оформления мира развития» мира («художественное приемы содержание») («художественная форма») Детство Двигательно- Родовая культура Примитивизм Единство мира осязательная (Первичный установка орнамент Античная Стереотипия) культура Экспрессионизм Композиция из нескольких предметов Сложный фриз, цвет Подростковый Зрительно- Культура Импрессионизм Множественность возраст двигательная варваров (Свет) мира установка Юношеский Зрительная Средневековая барокко Единство мира возраст установка культура Взрослость Мышление Новое время классицизм Множественность мира Рис.3. Психоэстетическая эволюция функционального взаимодействия человека и художественной культуры (по А.В.Бакушинскому) Диалектическая оценка культуры реализована при использовании диалектики как метода. Диалектический метод обсуждался на многочисленных семинарах ГАХН, что отражено в названиях докладов и проанализированных нами протоколах заседаний различных комиссий академии с 1925 по 1929 годы. Особо отметим, что руководство семинаров по использованию диалектической оценки произведений искусства осуществлял А.Ф.Лосев, назначенный сначала заведующим музыкальнопсихологической комиссии (1924), а затем – заведующим комиссии по изучению эстетических учений (1927). Среди докладов по культуре и искусству, в которых реализован диалектический метод анализа, следует назвать выступления сотрудников ГАХН А.В.Чичерина, Б.А.Фохта, И.В.Соколова, Е.А.Котовой и др. На трех семинарах, как показывают архивные материалы, принимал участие Л.С.Выготский. С ГАХН в качестве лектора сотрудничал и М.М.Рубинштейн.

Если феноменологическая оценка приведена в анализе искусствоведческих работ А.В. Бакушинского, то диалектическая трактовка культуры осуществлена через исследование герменевтики Г.Г.Шпета (Рис.4).

Феноменологическая оценка рассматривает культуру как аксиологическую систему ценностей, запечатленных в символах искусства и языка. Основой постижения символов культуры в феноменологии считается эстетическое переживание. Семиотика Шпета остается в пределах феноменологии, а его герменевтика – это диалектика взаимодействия субъекта и культуры.

Г.Г. Шпет стремится к постижению «онтологически очищенного» понятия культуры и находит его в мире «выраженных значений». Диалектику взаимодействия субъекта и культуры он видит в трансформации «субъективированной объективности» в «объективированную субъективность». В этих шпетовских сочетаниях отражена мысль о субъекте – творце культуры и культуре как мире со-значений. Главное отличие диалектики от феноменологии в постижении символики культуры заключается в объяснительной структуре символа через стихию «самопорождения смысла» (Лосев А.Ф.) В анализе материалов деятельности ГАХН использованы архивные источники Государственного архива литературы и искусства (РГАЛИ, фонд№941).

Человек Культура – мир значений, «дух», «субъективированная объективность» Знак – «слово», «совершенно всеобщий знак», «готовое орудие» обозначение сообщение Значение «со-значение» «онтологический прообраз вещи» Внешняя форма слова Внутренняя форма слова Культура как история «Я и другой», «объективированная субъективность», «прообраз законосообразности» Субъект Рис.4. Человек и культура в семиотико-герменевтической концепции Г.Г.Шпета значений) (символизация Субъективация культуры) (трансляция Объективация Исторические факты свидетельствуют о том, что проблема субъекта и культуры оказалась трагическим образом сензитивна к общественнополитическому контексту. Философы, чьи труды включали ее в круг обсуждения, были высланы из страны, а сотрудники ГАХН подверглись репрессиям. К концу 20-х годов труды по данной тематике печатались под грифом «Издание автора» ничтожно малыми тиражами (Лосев А.Ф., 1927;

Челпанов Г.И., 1926, Артемов В.А., 1927; Рубинштейн М.М., 1929). После 1929 года публикации по данной проблематике были прекращены. Однако тема взаимодействия человека и культуры была сохранена в анналах истории отечественной психологии за счет ее трансляции в область детской и педагогической психологии. Данный процесс перехода онтологической трактовки культуры к ее онтогенетическому предназначению в нашем исследовании показан через анализ научного творчества М.М.Рубинштейна.

Историко-психологический анализ творчества М.М.Рубинштейна неслучаен, поскольку многогранное творчество ученого отражает развитие взаимодействие человека и мира в их неразрывной взаимообусловленности.

Области его научных интересов с 1905 по 1929 годы соотнесены с проблематикой данного исследования. В частности, Рубинштейн изучает такие вопросы как взаимодействие человека и мира, ставит проблему человека – творца культуры, использует диалектический метод, освоенный им в самом начале его научной биографии в Германии, где ученым была защищена диссертация по философии Гегеля. Приведенный в данном диссертационном исследовании перечень работ плодотворно и активно трудившегося в те годы мыслителя показывает, с одной стороны, насколько изучаемая нами проблема встречала сопротивление со стороны общественнополитических реалий, с другой стороны, гибкость и историческую мудрость решения о переносе проблемы взаимодействия субъекта и культуры в область возрастной и педагогической психологии. Этот перенос позволил на ином методологическом уровне оценить взаимодействие субъекта и культуры, увидеть роль онтогенетического анализа ее, психологопедагогическую ценность данной проблемы, обнаруженную посредством изучения истории психологической науки.

В третьей главе «Культурно-историческая психология и ее влияние на становление проблемы взаимодействия субъекта и культуры в отечественной психологии советского периода» показана ведущая роль теории Л.С.Выготского и его последователей в оценке культуры как условия развития человеческой психики в онтогенезе. В данном параграфе диссертационного исследования охарактеризованы источники научного творчества Л.С.Выготского, предопределившие ее культурно-историческую направленность.

Знаково-инструментальная составляющая культуры представлена трех фундаментальных трудах Льва Семеновича, среди которых «Этюды по истории поведения», написанная совместно с А.Р.Лурия, «Проблема культурного развития ребенка», «Орудие и знак в развитии ребенка».

Выготский из антропологического объяснения взаимодействия человека и культуры смог переместить его в область психологического понимания.

Достигнуто это было благодаря рассмотрению генезиса использования искусственных орудий, продуктов культуры, ребенком. Диалектика культуры в теории Выготского заключается в том, что культура в ней представлена знаковым содержанием. Именно знак является основной единицей, сердцевиной всей концепции. Знак содержит в себе и объективное, и субъективное. Поэтому культурные формы поведения связаны с опосредствованием, использованием знаков в качестве средств. Если бы этот вывод был единственным в трактовке культуры в теории Выготского, то трудно было бы объяснить генетические аспекты развития психики ребенка и развития самой культуры. Поэтому дальнейшее развитие культурно исторической концепции связано с выяснением условий, сохраняющих субъектность человека по отношению к культуре, с выяснением обстоятельств процесса врастания в культуру, становления культурных функций из натуральных. В этом смысле культура одновременно является и субъектом и объектом воздействия и взаимодействия с человеком. Точно также и человек сочетает в себе одновременно качества и объекта культурного воздействия, и субъекта, творящего культуру (Рис.5).

Вне диалектики невозможно понять знак, за которым стоит значение.

Значение за знаком провоцирует выработку активной позиции по отношению к знаку – стратегию присвоения и использования его как средства. Сами средства будут меняться в возрастном генезисе, будут нести на себе след культурных традиций. Поэтому диалектика культуры в теории Выготского – это драматическая история взаимодействия человека и культуры, сопровождаемая превращениями субъекта в объект и объекта в субъект.

Механизм интериоризации, лежащий в основе присвоения культурного знака, не механистичен. Выготский указывал не только на знак как орудие, но и на способ его употребления. Это принципиально, поскольку способ употребления транслируется в исторических обстоятельствах, где необходимо событие, социокультурная ситуация – «Я и Другой» (Эльконин Б.Д., 2004) Именно социокультурная ситуация позволяет увидеть генезис высших психических функций. Ребенок осваивает знаки как составляющие культуры, но при этом остается субъектом взаимодействия с культурой.

Знак Трансляция Присвоение Культура Субъект Зона ближайшего развития Опосредствование Значение Правило Усвоение способов Развитие способов действия со знаками регуляции поведения Личность Рис.5. Взаимодействие субъекта и культуры в концепции Л.С.Выготского психология Инструментальная Культурно-историческая психология В рамках задач инструментальной психологии Выготским была показана роль искусственных орудий, в использовании которых он увидел основной признак культурного человека. Выход к понятию значения поставил перед Выготским задачу доказательства факта взаимодействия двух субъектов – культуры и человека во всей конфликтности, диалектичности переходов.

Субъектность проявляется в дифференциации функций цели и средства в отношении к орудию-знаку. Субъектность предполагается изначально. С того самого момента, когда ребенок обращается к искусственному орудию как к средству при решении практических задач. Различение орудия как средства, дифференциация его от цели служат главной предпосылкой дальнейшего развития знаковой функции. Субъектность ребенка для Выготского – это сохранение позиции активного участника социального взаимодействия в области зоны ближайшего развития.

Выготский рассматривает культурное развитие изначально как конфликт, поскольку отправной точкой культурного развития психики следует считать момент возникновения первых социальных контактов ребенка с окружающей его культурной действительностью. (А.Г.Чеснокова, 2003). Суть конфликта в том, что изначально знаковое опосредствование предполагает доминирование культуры, представленной социально выработанными знаками. Возникает принципиальный вопрос о том, за счет каких ресурсов сохраняется субъектность ребенка. Увидеть ребенка как субъекта – вот основная задача, решаемая в рамках проблематики субъекта и культуры в культурно-исторической психологии. В этом заключается гуманистическая позиция Выготского. Тот факт, что Выготский помещает проблему взаимодействия субъекта и культуры в пространство детской психологии, стал первым стратегическим шагом, позволившим увидеть генезис данного взаимодействия, где происходит становление субъекта – творца культуры, не ограничивающегося использованием культурного инвентаря. Знак для ребенка – это репрезентант культуры, однако знак востребован не как автономное образование, ребенок усваивает и способ его употребления, и значение со всеми историческими, событийными, ситуативными приложениями. Проблема взаимодействия субъекта и культуры неминуемо ставит вопрос о возможностях самосохранения субъектности. Выготский видит конфликт между социальным штампомзнаком и ребенком-субъектом. В рамках данного конфликта выстраиваются две доказательные линии. Первая линия – это расширение понимания знака как носителя значения. Вторая линия связана с одним из основных понятий тезауруса Выготского – «социальная ситуация».

Природа культуры для Выготского несомненно знаковая. Дело здесь не в абсолютизировании знака, о чем писали критики (Брушлинский А.В., 19и др). Выготский указывает, что в основе культурного преобразования психики человека лежит не просто знак, а знак и способ его употребления. В дальнейшем Выготский уточняет, что за знаком стоит значение как внутренняя структура знаковой операции. В указанном ключе для Выготского взаимодействие с культурой становится постижением значения социальной ситуации, а не автономного знака. Знак культуры всегда выступает как символизированное значение.

Выготский придает особое значение не только понятию культура, но и пониманию истории. История так же, как и у Бердяева, Шпета и Бахтина, здесь близка по смыслу к сочетанию «Я и другой». История возникает в социальной ситуации взаимодействия и сотрудничества с другим. Вступая в сотрудничество, ребенок оказывается перед необходимостью согласовывать свои действия с действиями других людей. Для такого согласования необходимо понимать действия и намерения другого, в то же время сделать свои действия и намерения открытыми для понимания.

С одной стороны, мы говорим о знаковой составляющей культуры, с другой стороны о ситуации «врастания в культуру» как индивидуальном акте присвоения культурных орудий. Диалектика данного взаимодействия, по мнению Выготского, является «фундаментальным законом психологии» (Выготский Л.С., Т.3, с.351). Закон этот осуществляется при исторических обстоятельствах, в которых ребенок оказывается в ситуации взаимодействия с другим и социально-историческим бытием, носителем которого и является другой (Рис.5).

Проблема взаимодействия субъекта и культуры, обозначенная Л.С.Выготским на онтогенетическом уровне, была продолжена в возрастной и педагогической психологии. Научное творчество последователей Выготского стало осознанием замысла культурно-исторической психологии, «пониманием механизмов преобразования культуры в мир личности и порождения личности культуры» (А.Г.Асмолов, 1993) В качестве основных идей культурно-исторической концепции, сопряженных с проблемой – «человек – культура» и нашедших продолжение в психологии советского периода, следует назвать две: во-первых, это идея инструментальной функции культуры, заключающейся в ее знаковой природе и, во-вторых, идея субъектности ребенка в усвоении культуры. Знаковое опосредствование нашло развитие в советской психологии в исследованиях знака как символа, значения и смысла, в работах по дефектологии, в теории и практике развивающего обучения.

Обнаруженное Выготским субъектное отношение ребенка к культуре стало предпосылкой многочисленных работ в детской и педагогической психологии, в исследованиях игровой и учебной деятельности.

Помимо указанных выше двух направлений развития культурноисторической концепции, в качестве третьего следует назвать теоретические исследования самой концепции Выготского, которые предусматривают рефлексию ее категорий и идей. Это направление начало свое развитие в 70-е годы после известного призыва А.В.Петровского «вернуться к Выготскому» (Петровский А.В., 1967).

Продолжение идей культурно-исторической психологии при всем своей многоликости есть «подлинное единство разнообразия» (Асмолов А.Г., 1993).

Первым выходом за пределы понимания знака как инструмента опосредствования стало понятие значения. Знак и значение, прежде всего, – феномены культурологические и остаются в границах рефлексии онтологического, семиотического и герменевтического, а не психологического анализа. Психологический смысл знака заключается в субъективном присвоении его объективного значения (А.Н.Леонтьев, Д.Б.Эльконин, В.В.Давыдов, Н.Г. Салмина, Е.Е.Сапогова и др.) Л.А.Венгер исследовал формирование замещающей функции в дошкольном возрасте, экспериментально доказал использование культурных средств в форме сенсорных эталонов, служащих организации восприятия в дошкольном возрасте. Роли культурных знаков в символической деятельности дошкольников посвящены исследования О.М.Дьяченко. В работах О.М.Дьяченко экспериментально доказана культурная обусловленность средств воображения у дошкольников. Условия сохранения субъектного, инициативного, творческого начала в ребенке связаны, по мнению автора, с особой педагогической культурой развития воображения.

Второе направление – исследование субъекта взаимодействия с культурой, идущее из традиций теории Л.С.Выготского, было создано учениками, непосредственно работавшими с Выготским. Психология субъекта в рамках культурно-исторической трактовки во многом обязана своим появлением работам А.В.Запорожца, в которых изучалось возникновение «ощущения себя». Психические процессы он рассматривал как разновидности ориентировочных процессов. Восприятие служит ориентировке в осязаемых свойствах предметов, мышление ориентирует в связях и отношениях, эмоции – в личностных смыслах. Многочисленные эксперименты с детьми, созданные и проведенные Запорожцем, показали, что ориентировка повышает эффективность действия. Ориентировка, заданная «вовне», становится интерпсихическим правилом, средством, используемым ребенком для достижения цели. Ребенок организует действие с помощью ориентировки. Природа ориентировки культурная, она трансформируется в орудие психического. В дальнейшем само действие выступает как внешний предмет, цель для другого действия. Субъект использует действие как орудие, действие «опредмечивается».

Субъект действия авторизируется, утверждает действие, инициирует его, использует, управляет им. Само же действие, по мнению Б.Д.Эльконина, следует рассматривать как «событие действия» (Эльконин Б.Д., 2004) Событие действия, в котором самовыражается субъект, выступает социальной ситуацией, содержащей и вызов, и самоутверждение.

Ограничивать интерпретацию концепции Выготского лишь знаковой ее природой неверно, поскольку введение понятия ситуации, другого, совокупного действия, позволяет преодолеть представление о культуре как о «молчащей форме» (Соколова Е.Е., 1999).

Предъявление субъектности в действии, как было показано выше, осуществляется в ориентировке. Изучение ориентировки связано с исследованиями П.Я.Гальперина. Для обнаружения собственно психологических механизмов проявления психического Гальперин обращается к феномену образа. Он считает, что за кажущейся простотой этого феномена возможно увидеть проявление психики. Образ, по Гальперину, не есть отпечаток вещи. Образ никогда не бывает абсолютно изолирован, он всегда предстает на фоне, в ситуации, что предполагает идеальные или реальные действия человека по отношению к предъявленному ситуацией образу. Ситуацию взаимодействия субъекта и мира П.Я.Гальперин обозначает как проблемную, являющуюся такой в универсальном смысле, потому что субъект всегда вынужден активно ориентироваться в ней.

Исследования ориентировки как проявления субъектности присвоения культурного знака были лишь одним из этапов работ в данном направлении.

В числе наиболее ярких исследований субъектности можно назвать и изучение игровой деятельности. Игру Выготский называл «главным трактом культурного развития ребенка» (Выготский Л.С., 2004, с.1048). Игровая деятельность в рамках культурно-исторической психологии изучалась как активность ребенка, в которой он выступает как субъект присвоения культурного содержания, заключенного в культурном правиле. Роль игры для ребенка, по мнению Д.Б.Эльконина, состоит не в том, что она предоставляет ребенку возможность «проиграть» воображаемую ситуацию, а в том, что в игре скрыто правило, и оно позволяет ребенку овладеть своим поведением.

Л.И. Эльконинова целенаправленно изучала сюжет и ролевое поведение ребенка в игре, где культурным прообразом игрового сюжета выступила волшебная сказка. В игре, по мнению Л.И.Элькониновой, самым важным моментом является способ организации ребенком своего поведения, что и есть собственно его субъектность (Эльконинова Л.И., 2004). Инициативность ребенка в волшебной сказке, когда он выступает в роли главного героя, Эльконинова Л.И. называет культурным образцом субъектности. Игра для ребенка выступает как ситуация, в которой есть «вызов» (от субъекта, героя) и «отклик» (от других). Заявленное в исследованиях Д.Б.Эльконина нормативное («правило») в содержании игры представляет собой сюжет, в котором ребенок реализует субъектность с помощью культурных средств.

Игра приобретает роль средства символизации культурных образцов поведения.

Идущее от знака значение, символизируясь в предметном, внешнем выражении, является и культурным «вызовом», идущим от культуры, заключающем в себе культурные правила, культурную норму. «Отклик», идущий от субъекта, осуществляется в нормативной ситуации, где субъектность выражается в субъективном – в особых стратегиях присвоения или отвержения культурно вызова, в преобразовании нормы, что ведет к развитию самой культуры. Концепция нормативной ситуации, выдвинутая Н.Е.Вераксой (2000), позволяет интегрировать две линии культурноисторической теории. С одной стороны, культура предъявляет норму, символизированную в имеющихся в арсенале культуры средствах, с другой стороны, субъект сохраняет пространство возможностей в использовании и трансформации культурных норм. Нормативность отвечает главному запросу функционального назначения психики – ее ориентировочной активности. Опредмеченная норма подобно знаку у Л.С. Выготского, действию у А.В.Запорожца, образу у П.Я. Гальперина, эталону у Л.А. Венгера становится культурным средством продвижения человека в социальном пространстве.

Созданную Л.С. Выготским культурно-историческую концепцию Д.Б.

Эльконин назвал неклассическим подходом к психологии. В рамках данного подхода не ставить проблемы взаимодействия субъекта и культуры невозможно так же, как и отдельно рассматривать единицы этого взаимодействия. Вплоть до 80-х годов крупных работ, посвященных анализу творчества Выготского, было по существу две. Это диссертационное исследование Л.А.Радзиховского (1975) и критическая книга А.В.Брушлинского (1968). Как показывает анализ исследований творчества Выготского, выполненных за последние двадцать лет, авторы обращают внимание и на используемый Выготским метод, и на структуру его теоретических конструкции, и на трактовку знака как орудия психического, однако исследований, посвященных непосредственному изучению взаимодействия субъекта и культуры в культурно-историческом ключе единицы. В этом смысле существует мнение о кризисе культурноисторической концепции (Кравцова Е.Е., 2006). Тем не менее, располагая тем небольшим количеством работ, можно утверждать, что анализ творчества Выготского образует самостоятельное направление, в рамках которого происходит рефлексия и развитие проблемы взаимодействия субъекта и культуры.

В процессе теоретического историко-психологического анализа творчества Выготского авторы выстраивают объяснительные конструкции, раскрывающие диалектику данного взаимодействия. В исследованиях Ярошевского М.Г. отмечается, что Выготский ввел третью координату – культуру, называя это категориальным сдвигом. В связи с этим обращается внимание на необходимость анализа понятия «переживание», встречающееся в последних работах Л.С.Выготского. В работах Д.А.Леонтьева исследуется смысл и обозначается новое понимание культуры как поля коллективных смыслов. Зинченко В.П. посвятил ряд своих работ анализу творчества Выготского, в большинстве из которых он откровенно выступает против редукции идей культурно-исторической психологии. По мнению Зинченко, редуцирование приводит к неверному истолкованию их смысла и справедливо замечает, что в теории Выготского описаны не эпические, а трагические взаимоотношения между Словом и Делом. По существу, речь идет о взаимоотношениях между знаком (культурой) и действием (субъектом). И слово, и дело у Выготского выступают на равных, но между ними оппозиционные отношения и борьба. Дело для Выготского, считает Зинченко, ни что иное как поступок, «свободное действие». Зинченко в процессе своих теоретических исследований дополняет знаково-орудийный ряд понятиями медиатор, миф, персона. Идеальная и реальная формы находятся в отношении взаимного порождения. Это означает, что орудия, предоставляемые культурой, творят личность, и личность творит культуру.

Условием взаимного порождения является пространство Я и Ты, которое по существу образует событие. В.П.Зинченко пишет, что развитие культурноисторической концепции должно приблизить психологию к пониманию ее «событийно-исторической» сути (Зинченко В.П., 1996, 2004).

Психологическая природа культуры не может быть ограничена ее знаковой представленностью. Знак, «врастающий» в психику, становящийся ее орудием, приобретает для личности смысл в постижении значения, в опыте человека, во взаимодействии его с Другим. Культура остается «молчащей» в своей необращенности, если в ней не содержится особого рода противоречие.

Поскольку культура есть по существу своему нечто противопоставляемое природе, она содержит оппозиционность в своей структуре. В чем заключена обращенность культуры к человеку? Согласно многим ведущим теориям в области культурологии, семиотики, антропологии, социологии, – в ее нормативности. Следуя основному постулату о культурной опосредованности психики, а также о знаковой природе культуры, Н.Е.Веракса рассматривает понятие нормы как особой психологической единицы культуры. Норма превращает знак в предъявляемое культурой предписание, и становится очевидным само предназначение культурного знака.

Выделяя культурный знак, мы обозначаем принципиальный культурный феномен, выступающий для психологической науки в качестве средства исследования генезиса психики. Нормативная природа культуры составляет суть ее психологизма, и нормативная ситуация выступает в качестве единицы пространства активности личности. Возможность индивидуального нормотворчества позволяет человеку принять культуру, став ее субъектом – частью ее пространства. Данные методологические тезисы о культуре как системе нормативных ситуаций были продолжены в экспериментальных работах А.В. Ильина (2003), Н.А. Корзинкиной (2006), В.П. Ульяновой (2008).

Л.С. Выготский выстраивает историческую последовательность развития мыслей, имеющих внутреннюю согласованность и концептуальную завершенность в единой истории культурной психологии. Исходя из его учения о знаковой природе культуры, можно увидеть достаточно четкий категориальный ряд, позволяющий выделить онтогенетический (собственно психологический) аспект понимания культуры: культура – орудие – знак – значение – символ – переживание – ситуация – норма – смысл – человек (личность, субъект).

В четвертой главе «Субкультурная проблематика в отечественной психологии постсоветского периода» получила отражение наметившаяся активизация культурной тематики в работах отечественных психологов.

Хронологически постсоветский период представлен девяностыми годами XX века. Именно в эти годы были активизированы исследования, сосредоточенные на изучении культуры. Специфика исследований, большинство из которых являются экспериментальными, сводима к изучению психологии субкультур. В данной главе на базе междисциплинарных знаний дана характеристика субкультуры как пространства реализации культурной субъектности (П.С.Гуревич, 1998; А.Ю.

Шеманов, 2005 и др.).

Наиболее широкое распространение в отечественной психологии названного периода получили исследования гендерной, этнической и корпоративной субкультур. Субкультурные исследования в психологии постсоветского периода используют традиции отечественной социальной психологии и кросс-культурных исследований западной психологии, что подразумевает сравнительный анализ разных этносов, профессиональных сообществ и гендерных групп. В традициях западных кросс-культурных исследований выполнены работы В.Ф.Петренко и О.В.Митиной (2002).Существуют специальные исследования по анализу влияния кросскультурных традиций (Емельянова Т.П., 2004) Как показывает историкопсихологический анализ развития этнопсихологии, исследования в данной области в значительной степени выполнены с точки зрения феноменологической оценки культуры. Это и сравнительный анализ структуры ценностей в разных культурах (Татарко А.Н., Козлова М.А., 2006), и исследование этнического самосознания и этнической идентичности (Воловикова М.С., Гриценко В.В., Лебедева Н.М., Марцинковская Т.Д., Солдатова Г.У., Дробижева Л.М., Стефаненко Т. Г., Шабельников В.К. и др.).

Особый подход в исследовании субъекта этнокультурного взаимодействия выработан в Пермской научной школе. Понятия «интегральная индивидуальность» (Мерлин В.С., Вяткин Б.А.) и «метаиндивидуальный мир» (Дорфман Л.Я.) как основные в категориальном аппарате рассматриваемой научной школы позволяют выделить своеобразие этноса как культуры и объектно-субъектную природу человека, вступающего во взаимодействие с этнокультурой.

Развивая идеи интегральной индивидуальности и метаиндивидуального мира, как обращенных друг к другу систем, Хотинец В.Ю. вводит понятие «этнический мир», представленный совокупностью элементов этнокультурной среды. Этнический мир представляет собой обобщенное отражение, зафиксированное в форме знания об этом мире (Хотинец В.Ю., 2002). В исследованиях данного автора показано развитие понятия «этнический мир» как нового теоретического конструкта «этнокультурный мир», в рамках которого реализуются исследования по изучению взаимодействия субъекта и культуры в выраженности этнотипического поведения.

Изучение субъекта гендерной субкультуры в конце XX века так же, как исследования этнокультуры, получают свое развитие в российской психологии. Гендерный подход предполагает, что различия в поведении и восприятии мужчин и женщин определяются не столько их физиологическими особенностями, сколько воспитанием и распространенными в каждой культуре представлениями о сущности «мужского» и «женского» (Костикова И.В., 2005). Начало исследованию гендерной психологии, как показывает историческая ретроспектива, представленная в одном из первых учебников по гендерной психологии в постсоветской России, было положено работами Б.Г.Ананьева в 60-е годы (Бендас Т.В., 2005). Обозначение гендера как культурного образования было проведено и раньше – в исследованиях по половому воспитанию в 20-е годы (Рубинштейн М.М., 1926). Освоение гендерной культуры, самоидентификация с гендером, динамика гендера как субкультуры являются важнейшими проблемами не только социальной психологии, но и детской и педагогической, что подчеркивается в работах И.С.Кона (Кон И.С., 1999). В аналитических обобщениях по развитию гендерной психологии в России отмечается, что современные многочисленные гендерные исследования проводятся по разным направлениям, пока не объединенным ни единой теоретической базой, ни единой программой (Бендас Т.В., 2005).

Исследования корпоративной субкультуры является одним из формирующихся направлений субкультурных исследований. Предпосылкой развития данного направления в России выступает психология труда.

Последняя четверть прошлого века была ознаменована бурным развитием прикладных исследований в области бизнес-консультирования, менеджмента, международных отношений, что в свою очередь потребовало специальных психологических знаний о культурных особенностях, и межкультурных различиях.

Становление человека как субъекта профессиональной деятельности в соотнесенности с культурой является на сегодняшний день в значительной мере предметом научно-теоретической рефлексии (Буякас Т.М., 1997, Кочетов Г.М., 1975, Зарецкая И.И., 1995, Пряжников Н.С., 1996. Соколова Г.Н., 1980) Е.А.Климов отмечает необходимость соотнесения идеалов культуры и процесса становления субъекта профессиональной деятельности.

(Климов Е.А. 2005.) Это согласуется с известным положением о том, что содержание образования должно быть изоморфно культуре. Корпоративная культура, как отмечают исследователи, строится на этике отношений.

Именно нормативная регуляция является основой психологии управления организации (Бобнева М.И.,1979.). Для современного бизнеса вопрос об этике и нормах взаимоотношений входит в реестр основных в организации управления, в фирмах создаются департаменты этики бизнеса, содействующие решению конфликтных ситуаций, обеспечивающие корпоративное соответствие членов фирмы. Этика отношений в свою очередь подчинена идеалам совершенного профессионала.

Область психологии корпоративной культуры, как никакая другая, подчинена прикладным целям, подчинена гендерной и этнической культурным традициям. В исследованиях по корпоративной культуре идет дифференциация ценностного и нормативного уровней профессиональной культуры (Ионцева М.В., 2006; Сидоренко Н.И., 1975; Хвостов А.А., Афонасенко Е.В.,2004;).

Нельзя не отметить наиболее успешную область развития проблемы корпоративной культуры, связанную с исследованиями в области отечественной педагогической психологии и социальной педагогики, где исследования субъекта профессиональной педагогической культуры проводятся в рамках культурологического (Гайсина Г.И., 2007) и контекстного (А.А.Вербицкий, 1991; Дубовицкая Т.Д.; 2005, Жукова Н.В., 2006) подходов. В частности, в контекстном подходе вводится понятие «личная культура» (Жукова Н.В., 2006), понимаемая как моральные, нравственно-эстетические и интеллектуальные образцы поведения, которым следует человек. В рамках указанных подходов, развиваемых в педагогической психологии, взаимодействие субъекта и профессиональной культуры строится на аксиологических представлениях о культуре как системе ценностей.

В итоге проведенного исследования были сформулированы следующие выводы:

• Историко-психологический анализ проблемы взаимодействия субъекта и культуры в истории отечественной психологии позволяет рассматривать человека как субъекта культуры наряду с устоявшимися научными традициями в исследованиях субъекта деятельности, субъекта познания, субъекта жизнедеятельности, коллективного субъекта и субъекта общения.

• Исследовательская методология историко-психологического анализа взаимодействия субъекта и культуры основана на реализации уровневой оценки исторического и историко-психологического исследования (Библер В.С., Кольцова В.А.), на использовании структурно-диалектического метода и метода категориального анализа.

Обращение к методу категориального анализа обусловлено принципом открытости категориального строя психологии (Петровский А.В., Петровский В.А., Ярошевский М.Г.). Использование структурнодиалектического метода обусловлено нефеноменологичностью рассматриваемых категорий субъекта и культуры в их взаимодействии (Выготский Л.С., Веракса Н.Е., Юревич А.В., Ярошевский М.Г.).

• Проблема взаимодействия субъекта и культуры имеет значение интеграции психологической мысли в истории отечественных гуманитарных наук в двадцатом столетии. Категориальный статус культуры обусловлен тем, что она является продуктом коллективной рефлексии большого числа ученых на общенаучном и конкретнонаучном уровнях, позволившей обеспечить трансляцию данной категории из межпредметной области в область психологической науки.

• Хронология развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры в отечественной психологии имеет три четко выраженных периода, первый из которых связан с возникновением самой проблемы в рамках гносеологии, познания мира и завершен в конце 20-х годов. В этот период образуется «оппонентный круг» авторов, чьи исследования интегрируются вокруг указанной проблемы, формируется категориальное единство, общая логика развития проблемы на междисциплинарных с психологией основах. По причине идеологической деструкции, инициированной общественнополитическим контекстом, дальнейшее развитие проблемы взаимодействия субъекта и культуры становится невозможным, что является предпосылкой трансляции ее в область детской и педагогической психологии. Дальнейшее развитие проблемы к 1927-годам было приостановлено, о чем свидетельствуют источниковедческие факты прекращения публикаций по данной тематике. Культура как категория науки была изъята из научнопсихологического тезауруса. Данное обстоятельство является показателем сензитивности проблемы к идеологическому контексту государственной политики. Второй период развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры связан с возникновением культурно-исторической психологии и ее влиянием на методологию российской психологии. Третий период развития исследуемой проблемы обусловлен распространением субкультурных исследований в отечественной психологии постсоветского периода. Хронологические границы обусловлены ярко выраженной спецификой и внутренним единством развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры в рамках отдельно выделенных в настоящем исследовании периодов.

• Историко-психологическое исследование проблемы взаимодействия субъекта и культуры показывает, что в традициях отечественной психологии первой трети двадцатого века данная проблема возникла и развивалась в рамках философско-социологических теорий.

Основными источниками развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры являются работы философов, литературоведов и социологов первой трети XX века. Особая роль в развитии данной проблематики принадлежит сотрудникам ГАХН. В последующие годы ввиду объективных обстоятельств, обусловленных идеологической обстановкой в стране, данная проблема трансформировалась, отчасти переместившись в сферу исследований в детской и педагогической психологии, отчасти развиваясь в дальнейшем как автономная проблема психологии субъекта. Объединяющим работы исследователей проблемы взаимодействия субъекта и культуры в первой трети XX века является привлечение диалектического метода и категориальное единство используемых понятий. Основными понятиями выступают диалектические антиномии, среди которых в теории творческого антропоцентризма М.М.Рубинштейна выделяются «субъект – объект», «культура – естество», «фактическое – должное», «свобода – нормативный акт» в герменевтике Г.Г.Шпета – «значение – со-значение», «субъективированная объективность – объективированная субъективность», «внешняя форма – внутренняя форма»; в экзистенциальной диалектике Н.А.Бердяева – «метапсихофизическое бытие» – «символическое бытие», «я – другой», «я – оно», «я – закон», в эстетической философии М.М.Бахтина – «индивидуализация – типизация», «искусство – жизнь», в социологии П.А.Сорокина – «дозволенный акт – должный акт». Философскосоциологическая мысль первой трети XX века рассматривает категории, производные от обозначенных диалектических антиномий.

К данным категориям относятся «история» как пространство диалога между «я» и «другим», «нормативный акт долженствования» как условие свободы личности от естества и культуры, «социальнокультурный мир», «диалог», «событие», «проводник», «единовременное культурное качество».

• В первой трети XX века взаимодействие субъекта и культуры представлено как аксиологическая и нормативно-этическая проблемы.

Феноменологическая оценка позволяет увидеть культуру как систему ценностей, а человека как объекта их гносеологического постижения.

Диалектическая оценка трактует культуру как систему нормативных ситуаций, а субъекта как творца культуры, в творчестве которого заключается условие его самосохранения.

• Фактологические данные по анализу тематики опубликованных работ конца 20-х годов позволяют сформулировать вывод об активизации проблемы взаимодействия субъекта и культуры в рамках исследований в детской и педагогической психологии. Этот переход позволил дифференцировать наряду с онтологическим видением проблемы взаимодействия субъекта и культуры ее онтогенетический (собственно психологический) уровень и сохранить возможность развития исследований взаимодействия субъекта и культуры в российских исторических реалиях.

• В истории развития проблемы взаимодействия субъекта и культуры культурно – историческая концепция Л.С. Выготского решила ряд методологических задач психологической науки. Указанная проблема, получившая к началу XX века онтологическое направление своего развития, была переведена Л.С. Выготским в область собственно психологического, онтогенетического, изучения. Генетический подход к анализу проблемы взаимодействия человека и культуры, предложенный Л.С. Выготским, позволил трансформировать ее в основную проблему детской психологии – проблему «врастания ребенка в культуру». Культурно-историческая психология явилась новой методологической основой, определившей психологический уровень анализа культуры в психологии. Л.С.Выготский определил основное содержание культуры, представленное знаками, обеспечивающими генезис высших психических функций. Благодаря определению содержания культуры и ее инструментальной функции Выготским был сформулирован закон опосредствования – «общий генетический закон культурного развития» (т.3., С. 145). В рамках культурно-исторической психологии «культура» осталась не определенной, но определяемой категорией.

• В культурно-исторической концепции была доказана диалектическая природа функции знака как культурного средства. Со стороны культуры знак транслируется ею («врастание в психику»), со стороны субъекта знак присваивается. Присвоенный знак трансформируется в орудие психического, что отражается в способах действия со знаками.

Диалектическая оценка знака является преодолением дуализма в оценке натурального и культурного в анализе психического. В советский период развития отечественной психологии проблема субъекта и культуры развивалась в рамках продолжения идей культурноисторической психологии.

• Анализ категориальных систем, разработанных отечественными психологами в 70-е, 80-е годы показал, что категория «культура» не была включена в данные категориальные сетки. Однако ряд понятий, образующих поле значений категории «культура», входит в выстраиваемые категориальные системы. К таким понятиям из семантического поля культуры относятся – «ценность», «поступок», «переживание», «ситуация», «событие». В работе приведен перечень точных дефиниций категории «культура», соответствующих авторским текстам из истории отечественной психологической мысли.

• Историко-психологический анализ работ психологов в постсоветский период развития науки показывает, что в конце XX века возникла четкая тенденция обращения к проблеме взаимодействия субъекта и культуры. В значительной степени данная проблема в отечественной психологии последних десятилетий XX века стала проблемой субкультурных исследований, связанных с изучением субъекта гендерной, этнической, корпоративной культуры. В рамках субкультурных исследований культура рассматривается в двух основных аспектах – в аксиологическом как система ценностей и этическом как система норм регуляции поведения. Субкультурные исследования в современной отечественной психологии находятся под влиянием традиций кросскультурной западной психологии, поскольку преобладающее число работ выполнено с целью сравнительного анализа межкультурных различий и социальной психологии, подтверждением чему является сходство понятийного аппарата. Одним из фактов, определяющих неразработанность субкультурных исследований в отечественной психологии, является слабость междисциплинарных связей субкультурных психологических исследований и отечественной этнографии, не располагающей обширными систематизированными данными по этнокультурным маркерам российских этносов. Помимо работ, посвященных изучению субъекта отдельной субкультуры, существует ряд исследований, признающих поликультурность субъекта, входящего одновременно в мир ряда субкультур.

• Категория «культура» в истории отечественной психологии на протяжении XX века сохраняла свое присутствие несмотря на сензитивность к политическому контексту. Феноменологическая оценка культуры позволяет представить данную категорию как систему знаков, ценностей и норм. Диалектическая оценка культуры определяет ее через взаимодействие с субъектом и характеризует как систему нормативных ситуаций. Систематизация определений культуры показывает немногочисленность таковых и отсутствие единства в интерпретации культуры в рамках различных направлений и подходов в российской психологии.

Основные положения и результаты исследования отражены в публикациях автора, общий объем которых составляет 38,41 п. л. В том числе:

I.Монографии и главы в коллективных монографиях 1. Баянова Л.Ф. Феномен культуры в истории психологии. – М.:

Гуманитарный издательский центр ВЛАДОС. – 2007. – 200с.

2. Баянова Л.Ф., Литовченко Л.Н. Генезис детских обобщений: структурнодиалектический подход. – Уфа: Башкирский институт развития образования, – 2001. – 120с.

II.Публикации в изданиях, включенных в реестр ВАК МО и Н РФ 3. Баянова Л.Ф. О некоторых особенностях детских обобщений.// Психологическая наука и образование. – 2001. – №2. – С. 32-4. Баянова Л.Ф. Психологические метаморфозы одной метафоры.// Психологическая наука и образование. – 2002. – №3. – С.83-5. Баянова Л.Ф. Роль позитивизма в истории психологии.// Вестник БГУ. – 2006. – №4. – С.189-16. Баянова Л.Ф., Ульянова В.П. Субкультурные особенности рефлексии нормативной ситуации.// Психология обучения. – 2006.– №12. – С.55 – 7. Баянова Л.Ф. Предпосылки создания культурно- исторической концепции.// Образование и наука. Известия Уральского отделения РАО. 2007. – №1. – С.71 – 8. Баянова Л.Ф. О значении Нового времени в новейшей истории отечественной психологии.// Казанский педагогический журнал. – 2007. – №(51). – С.99 – 19. Баянова Л.Ф. Культурно-историческая трактовка взаимодействия субъекта и культуры в отечественной психологии советского периода.// Научные проблемы гуманитарных исследований. – 2009. – №4(2). – С.4 – 9.

10. Баянова Л.Ф. Проблема психологии культуры в работах Государственной Академии Художественных Наук в первой трети XX века.// Казанский педагогический журнал. – 2009. – №3. – С.118 – 111. Баянова Л.Ф. Диалектическая психология М.М. Рубинштейна.// Психологический журнал. – 2009. – №3. – С.50-III.Учебные пособия и программы 12. Баянова Л.Ф. Лекции по истории психологии. Учебное пособие для студентов педагогических вузов. – Москва – Бирск: Бирск. гос. соц.- пед.академия, – 2005. – 136 с.

13. Баянова Л.Ф., Фазлиахметова Г.Ф. Общая психология. Методические указания к семинарским и лабораторным занятиям.- Биск: Бирск. гос.

пед.институт, – 2000. – 51 с.

14. Баянова Л.Ф. История психологии. Методические указания к семинарским занятиям. – Бирск: Бирск. гос. соц.-пед. академия. – 2005. –20 с.

15. Баянова Л.Ф. Материалы к программе государственной аттестации выпускников по специальности 032900 русский язык и литература.

(Психологический компонент). – Бирск: Бирская гос. соц.-пед. академия, – 2005. – 22 с.

16. Баянова Л.Ф. Противоречие и детское мышление. / Методические указания. – Бирск, БирГПИ, – 1996. – 32 с.

IV.Статьи в сборниках научных трудов и журналах 17. Баянова Л.Ф. О теоретических основах истории культурной психологии. / Сб. научных трудов под. ред. Н.Е.Вераксы. – М.: Институт дошкольного образования и семейного воспитания РАО – Бирск: Бирский гос.

пед.институт, 2004. – С.9 – 14.

18. Баянова Л.Ф. Культура как нормативная реальность: Проблема истории вопроса. Развитие человека в современном мире. / Материалы Всероссийской научно-практической конференции. – Новосибирск. – 2006. – С. 112-114.

19. Баянова Л.Ф. О моделировании тенденций самоорганизации в когнитивной психологии. Синергия культуры. Труды Всероссийской научно- практической конференции. / Под ред. А.В.Волошинова. – Саратов, СГТУ. – 2002. – С.88-91.

20. Баянова Л.Ф. Развитие синергетических идей в истории психологической мысли. // Человек и Вселенная. – 2001. – №5 – С.38- 21. Баянова Л.Ф. Синергетический подход в образовании психолога:

проблема когнитивного диссонанса./ Психология и культура.- Ежегодник РПО. – Санкт-Петербург.- 2003.Том 1. – Выпуск 3. – С.196-197.

22. Баянова Л.Ф. Культура как условие развития личности. / Социально- педагогические, психологические и философские аспекты формирования личности в культуре современной России. Материалы Всероссийской научно- практической конференции. / Под ред. Баяновой Л.Ф., Юрички Ю.И.– Бирск- 2006.- С.3-7.

V. Статьи и тезисы выступлений на международных и всероссийских конференциях.

23. Баянова Л.Ф. Презентация двух моделей психического в курсе преподавания психологии. Проблемы интеграции образования на пороге XXI века. / Материалы Всероссийской научно-практической конференции. – Бирск. – 1999.

24. Баянова Л.Ф. Конец XX века: мифы детства. Человек, природа, общество:

условия формирования позиции ненасилия. / Материалы международной научно- практической конференции. – Уфа. – 1999.

25. Баянова Л.Ф. Историко-психологические знания в профессиональном образовании педагогов-психологов. / Психология образования: культурноисторические и социально- правовые аспекты / Материалы Ш Национальной научно-практической конференции. – М., 2006. – Т.2. – С.80-26. Баянова Л.Ф. Принцип открытости категориального строя и современные историко-психологические исследования. / Тенденции развития современной психологической науки. Тезисы юбилейной научной конференции (Москва, 31 января – 1 февраля 2007) Отв. Ред. А.Л.Журавлев, В.А.Кольцова. М.: Издво «Институт психологии РАН», 2007. Часть 1. – С.118-120.

27. Баянова Л.Ф. Историко-психологические аспекты проблемы субъекта и культуры в отечественной психологии. / Теоретические и прикладные аспекты психологии развития: проблемы, решения и перспективы: сборник научных трудов / под ред. И.С.Морозовой – Кемерово: Кузбассвузиздат, 2007.- С.3-5.

28. Баянова Л.Ф. Культура как категория отечественной психологии конца 20-х годов XX века. / Проблемы личностно-ориентированного образования:

культурологический, психолого-педагогический, технологический аспекты.

Материалы международной научно-практической конференции. 29 марта 2007.- Москва- Шадринск: Издательство Шадринского пединститута. – 2007.- С.23-24.

29. Баянова Л.Ф. Взаимодействие субъекта и культуры в структурнодиалектическом подходе. /Инновации в системе непрерывного профессионального образования. Материалы VIII международной научнометодической конференции преподавателей вузов, ученых и специалистов.

27,28 марта 2007. – Н.Новгород: ВГИПУ,2007.- Т.2.- С. 228-230.

30. Баянова Л.Ф. Диалектическая психология о взаимодействии личности и культуры. / Психологические чтения. Человек в условиях социальных изменений: материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием. Вып.4. Часть 1. – Уфа: изд-во БГПУ, 2007.- С.4244.

31. Баянова Л.Ф. Проблема субъекта культуры в истории психологии. / Образование на рубеже веков. Материалы Всероссийской научнопрактической конференции. – Уфа: Вагант, 2007.- С.57-59.

32. Баянова Л.Ф. Категориальный подход в преподавании истории психологии./ Методология и методика формирования научных понятий у учащихся школ и студентов вузов. Материалы XIV Международной научнопрактической конференции. 14-15 мая 2007 года. – Челябинск: Челябинский государственный педагогический университет.- Челябинск: ГОУ ВПО «ЧГПУ»: Издательство ИИУМЦ «Образование», 2007. – Часть 1.- С 56-59.

33. Баянова Л.Ф. О диалектике взаимодействия личности и культуры в истории отечественной психологии. / Самосовершенствование, самореализация личности: психолого-педагогические аспекты. Сборник статей и тезисов международной научно-практической конференции, 245 мая 2007. В 2ч. Часть I. / Под ред. Н.Ш.Чинкиной.- Наб. Челны: НГПИ, 2007. – С.4-34. Баянова Л.Ф. Субъект и культура в отечественной психологии первой трети XX века. / Гуманизация образования в контексте системного подхода.

Материалы IV Всероссийской научно-практической конференции. – в 2-х частях. Часть 1. – Бийск: ГОУ ВПО БГПУ, 2007.- С. 238-235. Баянова Л.Ф. Границы понимания культуры в психологии. / Интеллигенция и взаимодействие культур. Материалы VI Международной научной конференции «Байкальская встреча».- Том 1. – Москва – Улан-Удэ, 2007. – С.337-343.

36. Баянова Л.Ф. Культурно-историческая психология в профессиональном самосознании педагога-психолога. / Психология и современное российское образование. Материалы IV Всероссийского съезда психологов образования России – Москва, 2008. – С.211-212.

37. Баянова Л.Ф. Онтология и психология культуры./ – Сб. докладов Всероссийской научно-практической конференции «Психологическая культура личности как стратегия социально-образовательного развития региона». / Под общей ред. Т.А. Македон. – Биробиджан: Издательство ДВГСПА, 25 апреля 2007. – часть 1. – С.47-51.

38. Баянова Л.Ф. Из истории дефилософизации российской психологии. / Философия и социальная динамика XXI века: проблемы и перспективы:

сборник статей II международной конференции. – Омск: СИБИТ, 2007. – Часть 1.- С.176-180.

39. Баянова Л.Ф. Историко-психологический анализ проблемы взаимодействия субъекта и культуры в отечественной психологии второй половины XX века. / Этносоциальное взаимодействие воспитательных систем: история и современность: Международная заочная научнопрактическая конференция, Стерлитамак: СГПА, 2007.- С.260-262.

40. Баянова Л.Ф. Образование и культура в психологии М.М.Рубинштейна. / Гражданское образование – глобальная проблема трансформирующегося мира: российский опыт, международное измерение: Материалы Международной научно-практической конференции (17-18 апреля 20года).- Казань: Академия управления «ТИСБИ», 2007.- С.20-22.

41. Баянова Л.Ф. О культурной детерминации онтогенеза психики в культурно-исторической психологии./ Современные проблемы психологии развития и образования человека. Материалы I Всероссийской научнопрактической конференции с Международным участием.- Ленинградский государственный университет имени А.С.Пушкина, 2009. – С.51-54.

42. Баянова Л.Ф. Детская субкультура как предмет культурно-исторического анализа. / Социально-педагогическое сопровождение детей и молодежи в образовательном пространстве. – Материалы Всероссийской научнопрактической конференции.- Бирск: БирГСПА, 2009.- С.20-43. Баянова Л.Ф. Психология культуры / Социально-психологическая адаптация личности в изменяющемся обществе. – Материалы международной научно-практической конференции.– Балашов: Николаев, 2009. – С.21-24.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.