WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

Семенова Надежда Борисовна

ЗАКОНОМЕРНОСТИ ФОРМИРОВАНИЯ 

ПСИХИЧЕСКОГО ЗДОРОВЬЯ ДЕТЕЙ КОРЕННОГО НАСЕЛЕНИЯ

РЕСПУБЛИКИ ТЫВА

14.00.33 – общественное здоровье и здравоохранение

14.00.09 – педиатрия

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора медицинских наук

Красноярск – 2009

Работа выполнена в отделении соматического и психического здоровья детей УРАМН НИИ медицинских проблем Севера СО РАМН

Научные консультанты:

доктор медицинских наук, профессор

Артюхов Иван Павлович

доктор медицинских наук,

член-корреспондент РАМН

Манчук Валерий Тимофеевич

Официальные оппоненты:

Доктор медицинских наук, профессор

Россиев Дмитрий Анатольевич

Доктор медицинских наук,

член-корреспондент РАМН,

засл. деятель науки РФ

Козлов Владимир Кириллович

Доктор медицинских наук, доцент

Подкорытов Алексей Викторович

Ведущая организация:

Государственное учреждение Научный центр здоровья

детей РАМН

Защита состоится « ____ » июня  2009 года в 11. 00 часов на заседании совета по защите кандидатских и докторских диссертаций Д 208.037.03 при ГОУ ВПО «Красноярский государственный медицинский университет им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого Росздрава» (660022, Красноярск, ул. Партизана Железняка, д. 1)

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ГОУ ВПО «Красноярский государственный медицинский университет им. проф. В.Ф. Войно-Ясенецкого Росздрава»

Автореферат разослан « ____ » мая 2009 года

Ученый секретарь диссертационного совета,

кандидат медицинских наук,  доцент Е.А. Аверченко

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность проблемы

Психическое здоровье, по определению ВОЗ (1979 г.), – это определенный резерв сил человека, благодаря которому он может преодолевать неожиданные стрессы или затруднения, возникающие в исключительных обстоятельствах. Сохранение психического здоровья детей и подростков является одной из важнейших медико-социальных задач для нашей страны (Баранов А.А., 1999; Вельтищев Ю.Е., 2000; Шарапова О.В., 2004). Формирование здоровья, особенно психического, имеет социальную обусловленность, что объясняет стойкие неблагоприятные тенденции основных его показателей (Шарапова О.В., 2004). За период с 1999 по 2004 г. самый высокий прирост психических расстройств отмечен у юношей и девушек 18-19 лет и составил 30,1%; среди подростков 15-17 лет психические расстройства увеличились на 14,3% (Чуркин А.А., Творогова Н.А., 2006). В структуре психической патологии у детей и подростков основное место принадлежит пограничным психическим расстройствам, которые рассматриваются как следствие нарушения психической адаптации (Эйдемиллер Э.Г., 2005).

Крайне неблагоприятные условия для воспитания детей и гармоничного формирования личности сложились в Республике Тыва (РТ), где множество причин социального-экономического и этнополитического характера привели к падению ценности семейных отношений, росту уровня алкоголизма и наркомании. Показатели смертности населения от травм, отравлений и других внешних причин  превышают показатели России в два раза (в РТ 474,1 на 100 000 населения; в РФ 227,5 на 100 000). На высоком уровне сохраняется показатель смертности населения от завершенных суицидов: в 2005 г. он составил 51,6 на 100 тысяч населения, в 2006 г. 62,6 на 100 тысяч, в 2007 г.  53,2 на 100 тысяч (в мире частота суицидов в среднем составляет 14,5 на 100 000; в РФ в 2007 г. 29,1 на 100 000). Свидетельством выраженного социального неблагополучия в РТ является рост числа самоубийств среди детей и подростков: в 2005 году закончили жизнь самоубийством 24 подростка, в 2006 году – 28 человек, в 2007 году – 31 человек. Данный показатель увеличился по сравнению с 2005 годом на 22,5%.

Большое значение в формировании психического здоровья  детей принадлежит природно-экологическим факторам, в частности, йодному дефициту. Для России медико-социальное значение йоддефицитных заболеваний (ЙДЗ) стоит особо остро, т.к. более половины территории РФ традиционно считаются йоддефицитными (Герасимов Г.А., Фадеев В.В. и др., 2003; Краснов В.М., 2001). Особенно тяжелая ситуация с ЙДЗ сложилась в Республике Тыва, где сотрудниками НИИ медицинских проблем Севера СО РАМН в 1997 г. выявлен очаг тяжелой йодной недостаточности (Осокина И.В., Манчук В.Т., 1999). Доказано, что средние показатели умственного развития населения, проживающего в регионах тяжелой йодной недостаточности, на 10-15 единиц ниже по сравнению с показателями населения, проживающего в регионах без дефицита йода (Boyages S.C., Halpern J.P., et al., 1990; Delange F., 1994). Однако сведения о характере интеллектуального дефекта в литературе отсутствуют.

Таким образом, формирование психического здоровья детей в РТ происходит под влиянием разнообразных неблагоприятных факторов, среди которых основная роль принадлежит социальным и экологическим  факторам. Большое влияние оказывают и культурально-этнические особенности психических процессов, обеспечивающих успешность психической адаптации в системе человек-среда.

Существующий в нашей стране подход к оказанию психиатрической помощи детям в большей мере ориентирован на психофармакотерапию при резком дефиците педиатрических, коррекционно-психологических и социально-педагогических направлений. Поэтому для сохранения и укрепления психического здоровья детей и подростков необходимо совершенствовать профилактическое направление в оказании помощи, включающее межведомственное взаимодействие специалистов, работающих с детьми.

Цель исследования:

Разработать и научно обосновать организационно-функциональную модель оптимизации охраны психического здоровья и организации межведомственной медико-психолого-педагогической помощи детям и подросткам  Республики Тыва на основе изучения закономерностей психического развития детей тувинской национальности.

Задачи исследования:

  1. Дать медико-демографическую и социально-гигиеническую характеристику тувинских семей, изучить социальный статус тувинских подростков.
  2. Исследовать психическое здоровье детей тувинской национальности в городской и сельской местности, изучить распространенность эмоциональных расстройств и расстройств поведения.
  3. Изучить влияние тяжелого йодного дефицита на психическое развитие детей РТ и выявить особенности интеллектуального дефекта, проследить динамику развития когнитивных функций после введения йодной профилактики.
  4. Выявить этнические особенности самосознания тувинской молодежи*, дать характеристику иерархии жизненных ценностей в системе мировоззрения.
  5. Изучить этнические особенности эмоционального состояния и эмоционального реагирования в ситуации фрустрации у молодежи тувинской национальности в сравнении с русской молодежью.
  6. Научно обосновать и разработать организационно-функциональную модель оптимизации охраны психического здоровья и организации межведомственного подхода в  оказании комплексной медико-психолого-педагогической помощи детям и подросткам.

Научная новизна

Впервые проведена комплексная оценка психического здоровья детей и подростков коренного населения Республики Тыва с анализом особенностей психомоторных и высших психических функций, характеристикой эмоционального состояния и социальной адаптации. Показана роль социальных, экологических, культуральных, этнических факторов  в формировании психического здоровья.

Впервые изучена распространенность эмоциональных расстройств и расстройств поведения у детей тувинцев. Показаны устойчивые тенденции нарушения социальной адаптации у подростков.

________________________________________________________________________________________________

* Здесь и далее под термином «молодежь» подразумевается юношеский возраст, начало которого приходится на возраст 16-17 лет (согласно периодизации этапов взросления Кона И.С., 1980; Gessel A., 1956).

Показана роль биологических, социально-экономических и экологических факторов риска в появлении нарушений интеллектуального развития детей. Впервые выявлена структура интеллектуального дефекта у детей, проживающих на территории с тяжелой йодной недостаточностью.

Впервые показаны этнические особенности самосознания и иерархии жизненных ценностей у тувинской молодежи. Выявлены этнические особенности эмоциональной сферы тувинцев и поведения в стрессовых ситуациях.

Впервые показан механизм деструктивного поведения коренного населения РТ. Впервые научно обоснованы и разработаны структурно-организационные стандарты оказания межведомственной медико-психолого-педагогической помощи детям и подросткам РТ.

Практическая значимость работы

Данные о распространенности эмоциональных расстройств и расстройств поведения у детей в РТ позволяют сравнить результаты с показателями распространенности психических нарушений у детей других стран и регионов, могут быть использованы при планировании обеспечения медицинского обслуживания детского населения службами психического здоровья.

Обоснована необходимость проведения мониторинга психического здоровья у детей школьного возраста в условиях общеобразовательных учреждений. Определены приоритетные направления профилактики нарушений психического здоровья детей  и подростков тувинской национальности. Разработана и внедрена технология в виде структурно-организационного стандарта оказания межведомственной медико-психолого-педагогической помощи детям и подросткам.

Внедрение в практику

Результаты исследования, сформулированные в методических рекомендациях «Астенические состояния у детей», используются в работе лечебно-профилактических учреждений РТ, г. Красноярска и Красноярского края.

Предложения по организации профилактической помощи подросткам, изложенные в методических рекомендациях «Профилактика суицидального поведения у подростков Республики Тыва» приняты Министерством образования, Министерством здравоохранения РТ и используются специалистами, работающими с детьми и подростками: врачами, педагогами и психологами общеобразовательных школ, психологами социально-психологических  и кризисных центров.

Материалы исследования используются в лекционном курсе последипломного обучения работников образования, в учебном процессе студентов Тывинского государственного университета, г. Кызыл.

Положения, выносимые на защиту

1. Семья является основным фактором, формирующим психическое здоровье ребенка.

2. На психическое развитие детей тувинцев влияет множество факторов риска, основным из которых является тяжелый йодный дефицит.

3. У молодежи тувинской национальности имеются особенности самосознания, сформировавшиеся под воздействием культуральных и историко-географических факторов.

4. У молодежи тувинской национальности имеются этнические особенности эмоциональной сферы и эмоционального реагирования в состоянии фрустрации.

5. Модель организации межведомственного подхода в оказании комплексной медико-психолого-педагогической помощи детям и подросткам в общеобразовательных учреждениях является основой стратегии профилактики деструктивного поведения у коренного населения РТ.

Апробация работы

Основные положения диссертации были доложены и обсуждены на  XIII отчетной сессии ГУ НИИ психического здоровья ТНЦ СО РАМН (Томск, 2007), I межрегиональной научно-практической конференции «Психосоматические и пограничные нервно-психические расстройства в детском и подростковом возрасте» (Новосибирск, 2008), научно-практической конференции «Охрана психического здоровья в демографической политике страны» (Томск, 2008), научно-практической конференции «Вопросы сохранения и развития здоровья населения Тывы» (Кызыл, 2008), краевой научно-практической конференции «Здоровье семьи» (Красноярск, 2008), Всероссийской научно-практической конференции «Проблемы и перспективы дифференцированного обучения лиц с ограниченными возможностями здоровья: региональный опыт» (Красноярск, 2008), на итоговых научно-практических конференциях ГУ НИИ медицинских проблем Севера СО РАМН (Красноярск, 2003; 2004; 2007, 2008), на межлабораторном заседании УРАМН НИИ МПС СО РАМН и проблемной комиссии ГОУ ВПО КрасГМУ 09.02.2009 г.

Публикации

По материалам диссертации опубликовано 46 печатных работ, в том числе 13 публикаций в рецензируемых журналах ВАК, написаны методические рекомендации «Астенические состояния у детей», «Профилактика суицидального поведения у подростков Республики Тыва», «Суицидальное поведение у подростков: организация медико-психологической помощи».

Структура и объем диссертации

Диссертация изложена на 312 страницах машинописного текста, содержит 51 таблицу, 36 рисунков и схем. Состоит из введения, обзора литературы, методической части, 5 глав собственных исследований, заключения, выводов, практических рекомендаций и списка литературы, включающего в себя 375 источников, в том числе 191 отечественных и 184 зарубежных.

Степень личного участия автора в выполнении работы

Автором лично составлена программа и план исследования, проведен патентно-информационный поиск и обзор отечественной и зарубежной литературы, разработаны анкеты для проведения социально-гигиенических исследований.

Соискатель непосредственно опросил тувинские семьи, осуществлял руководство по сбору информации. Самостоятельно провел клиническое психиатрическое обследование, экспериментально-психологическое исследование детей младшего школьного возраста, обследование социального статуса, эмоциональной сферы и особенностей самосознания выпускников общеобразовательных школ. Самостоятельно обработал и проанализировал полученные статистические данные.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Программа, объект и методы исследования

Программа исследования предусматривала выполнение  работ по следующим направлениям:

  • Изучение социально-гигиенических и медико-демографических особенностей семей коренного населения;
  • Изучение социального статуса подростков коренной национальности РТ;
  • Характеристика психического здоровья детей и подростков тувинской национальности, изучение распространенности эмоциональных расстройств и расстройств поведения;
  • Оценка пренатальных факторов риска нарушений психического развития;
  • Анализ становления сроков психомоторного и речевого развития;
  • Оценка интеллектуального развития у детей младшего школьного возраста;
  • Изучение этнических особенностей самосознания, иерархии жизненных ценностей в структуре мировоззрения у тувинских подростков;
  • Оценка эмоционального состояния и этнических особенностей эмоционального реагирования у подростков тувинской национальности;
  • Анализ медико-социальных экологических и культурально-этнических факторов риска в формировании психических нарушений.

Суть рабочей гипотезы – предположение о необходимости выработки стратегии и тактики межведомственного подхода специалистов общеобразовательных учреждений в оказании медико-психолого-педагогической помощи детям с целью профилактики нарушений психического развития и социальной дезадаптации.

Объектом исследования явились дети школьного возраста тувинской национальности и их семьи. Для решения задач по оценке состояния здоровья детей методом типологической выборки были отобраны пять типовых поселков западных районов РТ (Чаа-Холь, Хандагайты, Тээли, Хемчиг, Таргалык) и типичный город РТ (Кызыл). Обследование объектов проводилось в общеобразовательных школах данных населенных пунктов сплошным методом: в 3-4 классах, 6-7 классах и 11 классах, отклик составил 97%. Согласно расчетам репрезентативной выборки с допущением 5-процентной ошибки, приведенным В.И. Паниотто (1995), при генеральной совокупности 100 000 объем выборочной совокупности составляет 398 единиц наблюдения. При проведении исследования численность детского населения РТ составляла 108 399 человек. Объем выборочной совокупности превысил 400 единиц наблюдения, что обеспечило надежность (95,0%) исследования.

Для выявления этнических особенностей тувинцев в сравнении с русскими детьми, были обследованы дети русской национальности, проживающие в сходных социальных условиях (г. Кызыл) и в условиях крупного промышленного центра (г. Красноярск). Выбор общеобразовательных школ в Кызыле произведен методом случайной выборки, тувинцы и русские проживали в одном районе города и обучались в одной школе. Выбор общеобразовательных школ в Красноярске произведен также методом случайной выборки: по одной школе из каждого района города (обследовано 7 школ – по количеству районов).

Всего обследовано 1634 детей, среди них детей тувинской национальности было 1254 человека, детей русской национальности 380 человек (таб. 1).

Таблица 1

Количество обследованных детей

Возраст детей

Тувинцы

Русские

Всего

Сельская местность

Городская местность

Кызыл

Красноярск

9-10 лет

464

183

106

-

753

14-15 лет

241

160

-

-

401

16-17 лет

128

78

68

206

480

Итого

833

421

174

206

1634

1254

380

Семьи тувинской национальности обследованы в количестве 286, из них количество сельских семей составило 193, количество городских семей 75.

Изучение семей проводилось с использованием специально разработанных социально-гигиенических анкет. Медико-демографическая и социально-гигиеническая характеристика семей проводилась с использованием классификации типов и видов семей (Новиков О.М., Капитонов В.Ф., 2000).

С целью изучения социального статуса подростков применялась  стандартная анкета для подростков (Панков Д.Д., Колябина О.В., Румянцев А.Г. и др., 2003).

Для изучения распространенности эмоциональных расстройств и расстройств поведения у детей тувинской национальности применялся скрининговый  опросник М. Раттера (Rutter, Tizard & Whitmore, 1970), любезно предоставленный нам Е.Р. Слободской. В соответствии с принятым международным подходом к проведению эпидемиологических исследований в психиатрии (Goodman R., Scott S., 1997), обследование было проведено в два этапа. На первом этапе использован скрининговый тест (шкала В2 – для учителей). На втором этапе проведен психиатрический осмотр всех «скрин-положительных» испытуемых с постановкой диагнозов и 20% случайно выбранных «скрин-отрицательных» испытуемых. Анализ психического здоровья детей проводился на основе Международной статистической классификации болезней X пересмотра (МКБ-10).

Распределение детей по группам психического здоровья (ПЗ) проводилось согласно одномоментым и динамическим критериям, которые включали в себя: наличие нарушений внутреннего или внешнего поведения; показатели учебной успеваемости, степень адаптации ребенка в школьной и  домашней обстановке:

В I группу ПЗ включены дети, которые не предъявляли жалоб психического содержания и были хорошо адаптированы в школьном коллективе;

Во II группу ПЗ включены дети, предъявляющие единичные жалобы на состояние психического здоровья, подтвержденные в беседе с учителями и родителями. Нарушения психического здоровья были доклинического уровня;

В III  группу отнесены дети, имеющие эмоциональные расстройства или расстройства поведения, подтвержденные данными опросников М. Раттера, беседой с родителями и учителями.

Данные о пренатальных факторах риска и о психомоторном развитии детей получены из заполненных стандартных анкет во время беседы с родителями, дополнены сведениями из индивидуальных карт ребенка (ф. №026/у).

Для изучения когнитивных функций у детей проводилось экспериментально-психологическое исследование с применением патопсихологических методик невербального плана, общепринятых в клинической психологии при проведении кросскультуральных исследований (Анастази А., 2001):

  • показатели механической памяти оценивались методикой  «Воспроизведение цифровых рядов»: VI субтест из батареи невербальных субтестов Д. Векслера (WISC-III – Wechsler, 1991);
  • показатели внимания  оценивались методикой «Кодирование»: IХ субтест из батареи невербальных субтестов Д. Векслера (WISC-III – Wechsler, 1991);
  • для оценки уровня общего развития ребенка применялся проективный рисуночный тест «Нарисуй человека» (Венгер А.Л.. 2003);
  • уровень развития аналитико-синтетической функции мышления оценивался субтестом «Классификация картинок» из уровня А теста школьных достижений Отиса-Леннона (OLSAT, редакция 1996 г.);
  • для оценки пространственного мышления и степени развития логического мышления применялся рисуночный тест Силвера (Силвер Р., Копытин А.И., 2002);
  • степень развития структурных зрительно-моторных функций оценивалась по результатам выполнения зрительно-моторного гештальт-теста Л. Бендер (Лови О.В., Белопольский В.И., 1996).

Для изучения иерархии жизненных ценностей и особенностей самосознания  молодежи тувинской и русской национальностей проведено анонимное анкетирование выпускников общеобразовательных школ:

  • Самосознание молодежи изучалось с использованием метода свободного выбора самоидентификаций – тест М. Куна и Т. Макпартленда «Кто я?» (Twenty statements self attitude Test – Kuhn M., McPortland T., 1954).
  • Изучение ценностного самосознания (иерархии жизненных ценностей) проводилось по шкале жизненных ценностей, включающей в себя 14 позиций (Панков Д.Д., Колябина О.В., Румянцев А.Г. и др., 2003).

Эмоциональное состояние старшеклассников изучалось с помощью психологической методики «Самооценка  психических состояний» (Дерманова И.Б., 2002). Количество проведенных обследований представлено в таблице 2.

Таблица 2

Количество проведенных обследований

№ п/п

Вид обследования

Количество обследований

1

Анкетирование: опросники М. Раттера (шкала В2)

1048

2

Психиатрическое  интервьюирование

1048

3

Анализ тувинских семей

286

4

Характеристика социального статуса подростков

480

5

Изучение пренатальных факторов риска

268

6

Анализ становления психомоторного и речевого развития

268

7

Обследование механической памяти

522

8

Обследование внимания и умственной работоспособности

522

9

Оценка уровня общего развития

522

10

Оценка аналитико-синтетической функции мышления

522

11

Обследование пространственного мышления

522

12

Оценка структурных зрительно-моторных функций

522

13

Определение иерархии жизненных ценностей

480

14

Обследование эмоционального состояния

480

15

Изучение особенностей самосознания

480

Статистическая обработка полученных результатов проводилась с использованием пакета прикладных программ STATISTICA for Window Version VI.

Для анализа вида распределения количественных данных мы применяли критерий Шапиро-Уилка. Статистический анализ бинарных признаков проводился с подсчетом относительной частоты (%) и 95% доверительного интервала (95% ДИ). Статистический анализ количественных признаков проводился с подсчетом среднего арифметического значения (М) и 95% доверительного интервала (95% ДИ). Статистический анализ качественных порядковых данных проводился с подсчетом  медианы (Mе) и интерквартильного интервала (ИКИ).

Сравнение двух несвязанных групп по качественному признаку проводилось с использованием непараметрического метода U-критерия Манна-Уитни. Сравнение групп по качественному бинарному признаку проводилось с помощью 2 и точного критерия Фишера. Для исследования силы взаимосвязи показателей вычислялся коэффициент парной корреляции Спирмена (r). Величина уровня значимости различий принималась при р=0,05, т.е. при ошибке 5% (Реброва О.Ю., 2003).

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Характеристика тувинских семей

Анализ тувинских семей по числу супругов показал, что в городской местности численность полных семей составляет 69,3%, неполных 30,7%; в сельской местности численность полных семей составляет 78,2%, неполных 21,8%. В  структуре неполных семей преобладают семьи с внебрачными детьми: в городской местности 41,3%, в сельской местности 80,8% (p<0,001). Численность вдовствующих семей в городской местности составляет 26,7%, в сельской 5,7% (p<0,001); численность семей, лишившихся второго родителя в результате  развода, в городской местности составляет 32%, в сельской 13,5% (p<0,001).

Большинство тувинских семей являются многодетными, т.е. имеют в своем составе трех и более детей. Численность многодетных семей в городской местности составляет 46,7% в сельской местности 52,4%.

В настоящее время  традиционное разделение социальных и семейных ролей – муж как кормилец семьи, жена как домохозяйка – изменилось, что приводит к сложности совмещения семейной жизни и профессиональной деятельности, семейной роли матери с социальной ролью кормилицы семьи и особенно неблагоприятным образом сказывается в многодетных семьях.  Занятость матерей выше, чем отцов, особенно в сельской местности. Одной из причин этого является высокий уровень безработицы: число безработных мужчин в городской местности составляет 20,3%, в сельской – 41% (p<0,01). Число безработных женщин в городской местности составляет 24,7%, в сельской – 30,2% (p>0,05).

Статус безработной семьи (где не работает ни один из родителей) имеют 16% городских семей и 23,3% семей, проживающих в сельской местности. В соответствии с высоким уровнем безработицы падает и материальный достаток семьи. За пределами бедности живет подавляющее число семей, особенно в сельской местности. Доход на одного члена семьи ниже прожиточного минимума  имеют 69,3% городских семей и 82,4% сельских семей (p<0,05).

Анализ вредных привычек у родителей показал, что алкоголь употребляют 12,4% матерей, проживающих в городе и 22,4% матерей, проживающих в сельской местности (p<0,05). Численность мужчин, регулярно употребляющих алкоголь, в городской местности составляет 47,6%, в сельской местности доходит до 66,7% (p<0,01). Численность семей с асоциальным поведением (имеющих в своем составе  родственников с судимостями) в сельской местности составляет 11,9%, в городской местности 5,3% (p>0,05).

Следствием вышеперечисленных причин является неблагоприятный психологический климат и конфликтные отношения в тувинских семьях, которые отмечаются в 45,1% сельских семей и в 36% городских семей (p>0,05). Результаты корреляционного анализа свидетельствуют о том, что конфликтные отношения чаще присутствуют в семьях с низким социально-экономическим и культурным уровнем. Получены положительные корреляционные связи между неблагоприятным психологическим климатом в семье и бытовыми условиями, в которых проживает семья (r=0,43; p<0,001), с наличием в семье родственников, имеющих судимости (r=0,4; p<0,001), с алкоголизацией матери (r=0,3; p=0,02). Отрицательные корреляционные связи получены между наличием конфликтов в семье и уровнем обеспеченности (r=-0,9; p=0,02).

В городской местности отмечаются более тесные корреляционные связи между неблагоприятным психологическим климатом в семье и плохими бытовыми условиями (r=0,6; p<0,001).  Также определяется зависимость неблагоприятного психологического климата с составом семьи (r=0,3; p=0,009), с количеством детей в ней (r=0,3; p=0,02), с алкоголизацией матери (r=0,3; p=0,02). Отрицательные корреляционные связи получены между наличием конфликтов в семье и уровнем обеспеченности семьи (r=-0,3; p=0,04). Определяется корреляционная связь между неблагоприятным психологическим климатом и низким образовательным уровнем матери (r=0,4; p=0,003) и отца (r=0,3; p=0,02).

Родительская семья является самым основным фактором социализации. Семейные условия, включая социальное положение, род занятий, материальный достаток и уровень образования родителей, в значительной мере предопределяют жизненный путь ребенка. Кроме сознательного, целенаправленного воспитания, которое дают ему родители, на ребенка воздействует и вся внутрисемейная атмосфера. Характер взаимоотношений в семье определяет главные характеристики первичного окружения ребенка и служит для накопления им первичного социального опыта. В процессе воспитания  ребенок интериоризирует структуру социальных отношений, существующих в его окружении, отношение к миру, которое присутствовало в его семье, характеристики взаимодействия с людьми, которые использовали мать и отец в процессе совместной с ним деятельности. В семьях, где нарушены внутрисемейные отношения, наблюдаются нарушения коммуникативных способностей у детей, которые в дальнейшем затрудняют социальную адаптацию во взрослой жизни, могут привести к разным видам деструктивного поведения (Кон И.С., 1989).

Анализ социального окружения тувинских подростков показал, что 36,9% подростков, проживающих в городе, и 41,1% подростков, проживающих в сельской местности, проводят время в общении с друзьями, злоупотребляющими алкоголем или употребляющими наркотические средства. Имеют друзей с криминальными наклонностями 26,6% юношей, проживающих в  городской местности (3,3% юношей высказались об этом прямо, 23,3% не отрицают этого факта) и 28% юношей, проживающих в сельской местности (4% юношей высказались прямо, у 24% это высказывание звучит косвенно). Наличие друзей с криминальными наклонностями в своем близком окружении отмечают 8,4% девушек, проживающих в городе, и 33,3% девушек, проживающих в сельской местности (7,7% девушек высказались об этом факте прямо, 25,6% девушек не отрицают этого).

В отношении употребления наркотических средств городские старшеклассники не проявили достаточного самораскрытия. Старшеклассники, проживающие в сельской местности, оказались более откровенными: 12% юношей высказались о том, что употребляют наркотики (6% прямо заявили об этом, 6% юношей не отрицают данного факта). Многие из подростков сознаются в том, что имеют пристрастие к алкоголю. Об этом прямо или косвенно высказались 10% городских юношей и 10,4% городских девушек и 24% юношей и 14,1% девушек, проживающих в сельской местности.

Таким образом, проведенный анализ тувинских семей показал низкий уровень благополучия семей не только в экономическом плане, о чем свидетельствует тот факт, что подавляющее количество семей живет за пределами бедности, практически в нищете, но и в психологическом отношении. Неблагоприятный психологический климат с наличием конфликтов в семье чаще отмечается в семьях с низким социально-экономическим и культурным уровнем.

Характеристика психического здоровья детей и подростков

Анализ детей по группам психического здоровья (ПЗ) показал, что среди детей младшего школьного возраста в I группу психического здоровья в сельской местности  относятся 18,7% детей, в городской местности 35,5% (таб. 3). Среди подростков, проживающих в сельской местности, в  I группу психического здоровья относятся 33,6%, среди городских подростков – 36,3% (таб. 4). Дети не предъявляют жалоб, имеют хорошее самочувствие, успешно справляются со школьной программой (средний балл по математике – 4,8, по письму – 4,6), адаптированы в  школьном коллективе. Дети и подростки I группы психического здоровья – это дети из наиболее благополучных семей. В I группе психического здоровья в основном преобладают девочки.

Таблица 3

Распределение тувинских детей младшего школьного возраста (9-10 лет)

по группам психического здоровья

Местность

Группы

психического здоровья

Мальчики

Девочки

Всего:

Абс.

%

Абс.

%

Абс.

%

Сельская

n=464

1. I группа

36

41,4

51

58,6

87

18,7

2. II группа

122

49,6

124

50,4

246

53,1

3. III группа

92

70,2

39

29,8

131

28,2

Городская

n=183

4. I группа

15

23,1

50

76,9

65

35,5

5. II группа

51

56,7

39

43,3

90

49,2

6. III группа

15

53,6

13

46,4

28

15,3

Статистическая значимость различий*

р1-4 < 0,001

р3-6 < 0,001

* определялась при помощи 2 и точного критерия Фишера

Таблица 4

Распределение тувинских детей подросткового возраста (14-15 лет)

по группам психического здоровья

Местность

Группы

психического здоровья

Мальчики

Девочки

Всего:

Абс.

%

Абс.

%

Абс.

%

Сельская

n=464

1. I группа

41

50,6

40

49,4

81

33,6

2. II группа

38

44,2

48

55,8

86

35,7

3. III группа

53

71,6

21

28,4

74

30,7

Городская

n=183

4. I группа

26

44,8

32

55,2

58

36,3

5. II группа

36

50,7

35

49,3

71

44,4

6. III группа

20

64,5

11

35,5

31

19,4

Статистическая значимость различий*

р3-6 = 0,01

* определялась при помощи 2 и точного критерия Фишера

Во II группу психического здоровья среди детей младшего школьного возраста в сельской местности относятся 53,1%, в городской – 49,2%. Среди детей старшего возраста во II группу психического здоровья в сельской местности относятся 35,7%, в городе – 44,4%. У большинства детей отмечается астеническая симптоматика: жалобы на повышенную утомляемость, нарушение засыпания, периодические головные боли, сопровождающиеся плохим настроением, капризностью, обидчивостью, раздражительностью. Причинами данных состояний были частые простудные заболевания (у 27,6% детей), хронические соматические заболевания (у 16,3% детей), последствия перинатального поражения ЦНС (у 15,4% детей), хронические стрессовые ситуации в семье (у 35,8% детей). Успеваемость у этих детей  ниже, по сравнению с детьми I группы: средний балл по математике – 3,9, по письму – 3,8.

В III группу психического здоровья вошли дети, имеющие эмоциональные расстройства или расстройства поведения. В возрасте 9-10 лет в III группу ПЗ относятся 15,3% учащихся, проживающих в городской местности, и 28,2% учащихся, проживающих в сельской местности (р<0,001). В возрасте 14-15 лет в III группу ПЗ относятся 19,4% учащихся, проживающих в городской местности, и 30,7% учащихся, проживающих в сельской местности (р=0,01). В данной группе преобладают мальчики в 2-2,5 раза, особенно среди подростков (р<0,001). Из сопутствующих состояний выявляются частые респираторные вирусные инфекции (33,3%), хронические соматические заболевания (22,2%), последствия перинатального поражения ЦНС (17,6%). Успеваемость у данной группы учащихся наиболее слабая: средний балл по математике – 3,7, по письму – 3,5. 

Среди психических нарушений у детей младшего школьного возраста, относящихся в III группу психического здоровья, в сельской местности наиболее часто встречаются расстройства поведения (17,9%), гиперкинетические расстройства (13,1%), тревожные расстройства (12,3%). В городской местности расстройства поведения составляют 8,7%, гиперкинетические расстройства 6,0%, тревожные расстройства 8,2% (таб. 5).  У детей подросткового возраста выявляется подобное соотношение эмоциональных и поведенческих расстройств (таб. 6).

Таблица 5

Распространенность эмоциональных расстройств и расстройств поведения среди тувинских детей младшего школьного возраста (9-10 лет)

Нарушения

Сельская (n=464)

Городская (n=183)

Абс.

%

(95% ДИ)

Абс.

%

(95% ДИ)

F90 (гиперкинетические расстройства)

F91 (расстройства поведения)

F93.8 (тревожные расстройства)

F32 (депрессивные расстройства)

F95 (тики)

F98.5 (заикание)

F98.8 (др. уточненные)

61

83

57

26

23

34

38

13,1 (10,4-16,5)

17,9 (14,7-21,6)

12,3 (9,6-15,6)

5,6 (3,8-8,1)

4,9 (3,3-7,3)

7,3 (5,3-10,1)

8,2 (6,0-11,0)

11

16

15

5

6

12

12

6,0 (3,4-10,4)

8,7 (5,5-13,7)

8,2 (5,1-13,1)

2,7 (1,2-6,2)

3,3 (1,5-6,9)

6,6 (3,8-11,1)

6,6 (3,8-11,1)

Всего нарушений *

131

28,2 (24,3-32,4)

28

15,3 (10,8-21,2)

* - меньше суммы отдельных диагнозов из-за коморбидности

Таб. 6

Распространенность эмоциональных расстройств и расстройств поведения среди тувинских детей подросткового возраста (14-15 лет)

Нарушения

Сельская (n=241)

Городская (n=160)

Абс.

%

(95% ДИ)

Абс.

%

(95% ДИ)

F90 (гиперкинетические расстройства)

F91 (расстройства поведения)

F93.8 (тревожные расстройства)

F32 (депрессивные расстройства)

F95 (тики)

F98.5 (заикание)

F98.8 (др. уточненные)

31

48

30

12

10

5

6

12,9 (9,2-17,7)

19,9 (1,5-2,5)

12,4 (8.9-17,2)

4,9 (2,9-8,5)

4,2 (2,3-7,5)

2,5 (1,2-5,3)

2,5 (1,2-5,3)

5

22

14

5

2

1

0

3,1 (1,4-7,1)

13,7 (9,3-19,9)

8,7 (5,3-14,2)

3,1 (1,4-7,1)

1,3 (0,4-4,4)

0,7 (0,2-3,4)

0

Всего нарушений *

74

30,7 (25,2-36,8)

31

19,4 (14,0-26,2)

* - меньше суммы отдельных диагнозов из-за коморбидности

У детей, относящихся в III группу психического здоровья, часто встречаются коморбидные формы патологии, которые представлены сочетанием гиперкинетических расстройств с расстройствами поведения  или сочетанием этих двух групп с тревожными и (или) депрессивными расстройствами.  Среди детей младшего школьного возраста, проживающих в городской местности, коморбидные формы патологии встречаются в 32,1% случаев, среди детей, проживающих в сельской местности в 49,6%, что является неблагоприятным прогностическим признаком, т.к. коморбидные формы расстройств в детском возрасте являются высоким фактором риска суицидального, асоциального поведения, преступности, алкогольной и наркотической зависимости во взрослой жизни (Fombonne E., Wostear G., et al., 2001; Kumpulainen K., 2000). Наиболее неблагоприятным в прогностическом плане является сочетания гиперкинетических расстройств с расстройствами поведения (Kumpulainen K., Rasanen E., 2002;  Rutter M., 2003; Simonoff E., et al., 2004).  Данные формы коморбидности чаще встречаются у детей, проживающих в сельской местности (рис. 1).

Рис. 1. Структура коморбидных нарушений у детей 9-10 лет

У большинства детей, относящихся в III группу психического здоровья, уже в младшем школьном возрасте  выявляются признаки школьной дезадаптации, которые проявляются в низкой учебной мотивации и трудностях взаимоотношений со сверстниками. Регулярно прогуливают занятия в школе 53,6% учащихся, проживающих в городской местности, и 58% учащихся, проживающих в сельской местности. Не пользуются популярностью среди других детей и являются «отвергаемыми» в школьном коллективе 39,3% учащихся, проживающих в городе, и 35,9% учащихся, проживающих в сельской местности.

В подростковом возрасте происходит дальнейшее нарушение социального функционирования. Данные тенденции особенно выражены среди подростков, проживающих в сельской местности, где число учащихся, регулярно прогуливающих школьные занятия, увеличивается до 74,3% (р=0,02), а численность «отвергаемых» в школьном коллективе увеличивается до 50% (р=0,04).

Эмоциональные расстройства и расстройства поведения чаще встречаются у детей из неблагополучных семей. В семьях с конфликтными отношениями жалобы на состояние психического здоровья отмечаются у 60,4% детей, в семьях, где конфликты отсутствуют, у 35,8% детей (р=0,003). Обнаружены положительные корреляционные связи между наличием конфликтов в семье и эмоциональными нарушениями у детей (r=0,3; p=0,03), нарушениями поведения (r=0,4; p=0,04) и низкой успеваемостью в школе, что особенно выражено у мальчиков (r=0,4; p=0,04).

Получены положительные корреляционные связи между составом семьи (неполная семья) и отклонениями в поведении у детей (r=0,5; p=0,005), гиперактивностью у детей (r=0,4; p=0,04), низкой успеваемостью (r=0,4; p=0,01).

В семьях, где родители злоупотребляют спиртными напитками, психические нарушения встречаются у 51,8% детей, в семьях с непьющими родителями нарушения встречаются у 27,9% детей (р=0,01). Получены положительные корреляционные связи между наличием алкоголизации у матери и нарушениями поведения у детей (r=0,5; p=0,02), эмоциональными расстройствами (r=0,5; p=0,02) и низкой успеваемостью в школе (r=0,5; p=0,02). Получена положительная корреляционная связь между алкоголизацией отца и эмоциональными нарушениями у мальчиков  (r=0,4; p=0,03).

Особенности нервно-психического развития детей коренного населения

Сроки становления моторики и речи снижены у детей, проживающих в сельской местности (рис. 2).  Это связано с влиянием множества факторов, включая экологические, биологические и социально-экономические факторы риска, действующие в пренатальном, раннем неонатальном и постнатальном периодах.

Рис. 3. Сроки становления психомоторных функций и речи у тувинских детей,

проживающих в сельской и городской местности (*  р<0,05)

У детей, родившихся от матерей, перенесших инфекционные заболевания во время беременности, отмечается задержка речевого развития: дети начинают позже произносить первые слоги (р=0,006), первые слова (р=0,002), говорить (р=0,002). У детей, родившиеся от матерей, перенесших гестоз второй половины беременности отмечается задержка моторного и речевого развития: они начинают позже удерживать голову в вертикальном положении (р=0,03), позже ходить (р=0,03), позже произносить первые слоги (р=0,007) и первые слова (р=0,01).

Среди социально-экономических и биологических факторов риска наиболее неблагоприятное влияние на развитие детей оказывает алкоголизация матери во время беременности. Дети, родившиеся от таких матерей, позже начинают удерживать голову (р=0,002), сидеть (р=0,02), ходить (р=0,02), произносить первые слоги (р=0,02), первые слова (р=0,02), говорить (р=0,02).

К задержке становления моторных и речевых функций приводят неблагоприятные бытовые условия и низкий материальный достаток семьи. Дети, воспитывающиеся в условиях бедности, позже начинают удерживать голову (р=0,04), сидеть (р=0,02), у них позже формируются речевые навыки (р=0,04). Большое количество детей в семье также приводит к задержке моторно-речевого развития: дети начинают позже сидеть (р=0,03), у них позже формируются навыки ходьбы (р=0,04) и речи (р=0,03).

Недостаток стимуляции познавательного интереса ребенка в семье, слабый информационный поток,  проживание в условиях хронической бедности – все эти факторы существенным образом сказываются на интеллектуальном развитии детей.  У школьников, проживающих в сельской местности, снижены показатели умственной работоспособности и внимания: за определенное время они обрабатывают меньшее количество знаков, по сравнению с детьми, проживающими в городе (М=26,4 и М=30,6 соответственно, р<0,001) и допускают большее количество ошибок (М=0,61 и М=0,1 соответственно, р=0,05). У детей, проживающих в сельской местности,  снижены показатели интеллектуального развития, что подтверждается невысокой результативностью выполнения методик интеллектуального плана (М=7,9), по сравнению с городскими детьми (М=9,1, р<0,001). При корреляционном анализе обнаружена отрицательная корреляционная зависимость между уровнем интеллектуального развития ребенка и количеством детей в семье (r=-0,6, р=0,02), что подтверждает фактор психосоциальной депривации, т.е. недостаток стимуляции познавательного интереса ребенка. Получены положительные корреляционные связи между уровнем интеллектуального развития ребенка  и образовательным уровнем родителей (r=0,5, р=0,04), а также отрицательные корреляционные связи между уровнем интеллектуального развития ребенка и алкоголизацией матери (r=-0,6, р=0,01), что подтверждает высокую роль как социальных, так и биологических факторов в развитии высших психических функций.

Серьезные и необратимые последствия на развитие психики ребенка оказывает тяжелый йодный дефицит, перенесенный матерью во время беременности. Дети, проживающие на территории с тяжелой йодной недостаточностью  начинают позже удерживать голову (р=0,04). Но в большей степени последствия йодного дефицита сказываются в интеллектуально-мнестической сфере.

У детей, проживающих на территории тяжелого йодного дефицита, выявляется снижение объема механического запоминания и умственной работоспособности по сравнению с детьми, проживающими на территории с менее выраженным дефицитом йода (таб. 7).

Таблица 7

Показатели памяти и умственной работоспособности у детей, проживающих на территориях с разным йодным обеспечением  (М, 95% ДИ)

Показатели

Легкий и умеренный дефицит йода 

Тяжелый дефицит йода

p*

Механическая память

8,7 (8,4-9,0)

7,4 (6,9-7,8)

<0,001

Умственная работоспособность

26,4 (24,4-28,3)

19,6 (17,3-21,9)

<0,001

*Статистическая значимость различий проведена с помощью U-критерия Манна-Уитни

При определения уровня общего умственного развития по результатам проективных рисуночных тестов (методика «Нарисуй человека») выявляется нарушение темпов становления интеллектуальных функций, что проявляется в снижении пластического способа изображения вследствие недостаточной сформированности  целостности восприятия образа (Ме=5,0, ИКИ=4,0-8,0),  по сравнению с детьми, проживающими на территории с менее выраженным дефицитом йода (Ме=6,0, ИКИ=4,0-8,0, р=0,008).

В сфере восприятия у детей, проживающих на территории тяжелого  дефицита йода, наблюдаются особенности перцептивных процессов, свидетельствующие о нарушении межсенсорной интеграции. Выявленные нарушения имеют парциальный характер. Это проявляется  недостаточностью перцептивно-моторной сферы (в ходе выполнения теста зрительно-моторного гештальт-теста Л. Бендер отмечается увеличение количества ошибок и неточностей при копировании геометрических фигур) при сохранной способности к восприятию и пониманию отношений горизонтальности-вертикальности, что подтверждается результатами выполнения теста Р. Силвер (таб. 8, 9). Недостаточность перцептивно-моторной сферы приводит к нарушению формирования всех других психических процессов, которые строятся на базе наглядно-действенного отражения действительности, в частности затрудняет обучение ребенка чтению и письму.

Таблица 8

Результаты выполнения зрительно-моторного теста Л. Бендер у детей, проживающих на территориях с разным йодным обеспечением (М, 95% ДИ)

Фигуры

Вертхеймера

Количество ошибок и неточностей при копировании фигур

р*

Легкий и умеренный дефицит йода  (n=175)

Тяжелый дефицит йода (n=61)

Фигура  А

3,1 (2,4-3,7)

3,3 (2,5-4,0)

>0,05

Фигура  1

0,9 (0,6-1,2)

1,3 (0,8-1,7)

>0,05

Фигура  2

4,7 (4,1-5,3)

5,7 (4,0-6,5)

=0,02

Фигура  3

5,7 (4,8-6,5)

7,5 (6,7-8,4)

=0,007

Фигура  4

1,7 (1,2-2,2)

2,9 (2,2-3,6)

=0,01

Фигура  5

2,1 (1,6-2,7)

3,7 (2,9-4,5)

<0,001

Фигура  6

2,2 (1,6-2,7)

2,3 (1,7-2,8)

>0,05

Фигура  7

4,1 (3,3-4,8)

5,5 (4,5-6,5)

=0,03

Фигура  8

1,4 (0,9-1,9)

3,3 (2,6-4,04)

<0,001

Общие тенденции

1,4 (0,7-2,1)

1,1 (0,6-1,6)

>0,05

Общий балл

27,3 (24,6-30,1)

36,2 (33,3-39,1)

<0,001

*Статистическая значимость различий проведена с помощью U-критерия Манна-Уитни

В операциональной сфере мышления у детей, проживающих на территории тяжелого йодного дефицита, выявлено снижение аналитико-синтетической функции мышления, что подтверждается невысокой результативностью выполнения методики «Классификация картинок» из теста Отиса-Леннона OLSAT. Кроме того, определяется снижение логического, или рационального, мышления, что подтверждается снижением способности к  построению пространственной последовательности при выполнении теста Р. Силвер (таб. 9).

Таблица 9

Результаты выполнения интеллектуальных тестов детьми,

проживающими на территориях с разным йодным обеспечением (Ме, ИКИ)

Задания

Легкий и умеренный дефицит йода  (n=175)

Тяжелый дефицит йода (n=61)

р*

OLSAT

8,0 (6,0-8,0)

7,0 (7,0-9,0)

=0,006

Тест Р. Силвер:

- понятие горизонтальности

- понятие вертикальности

- понятие последовательного порядка

Общий балл

4,0 (2,0 – 5,0)

3,0 (3,0 – 4,0)

5,0 (5,0 – 5,0)

12,0 (10,0 – 13,0)

4,0 (2,0 – 5,0)

3,0 (3,0 – 4,0)

4,0 (4,0 – 5,0)

10,5 (9,0 – 12,0)

>0,05

>0,05

<0,001

=0,04

*Статистическая значимость различий проведена с помощью U-критерия Манна-Уитни

При исследовании психических функций у детей, проживающих на территории тяжелого йодного дефицита в динамике, спустя 4,5 года после начала йодной профилактики, отмечается улучшение показателей умственной работоспособности и внимания. Школьники обрабатывают большее количество знаков при выполнении методики «Кодирование», по сравнению с первым обследованием (М=23,8 и М=19,6 соответственно, p=0,008).

Однако существенного улучшения других показателей интеллектуально-мнестической деятельности не наблюдается. Показатели механической памяти остаются на прежнем уровне (М=7,7) относительно показателей, полученных до начала йодной профилактики (М=7,4, p>0,05). При анализе операционального компонента мышления существенного улучшения интеллектуальных функций не отмечается. Это касается способности к логическому мышлению, что подтверждается отсутствием положительной динамики при повторном выполнении рисуночного теста Силвер (Ме=11,0, ИКИ=9,0-12,0), по сравнению с результатами, полученными до начала йодной профилактики (Ме=10,5, ИКИ=9,0-12,0, p>0,05). Не происходит улучшения и аналитико-синтетической функции мышления, что подтверждается отсутствием улучшения выполнения задания «Классификация картинок» из теста Отиса-Леннона в динамике (Ме=7,0, ИКИ=6,0-9,0), по сравнению с результатами, полученными до начала йодной профилактики (М=7,0, ИКИ=7,0-8,0, p>0,05). Полученные результаты свидетельствуют о том, что введение препаратов йода приводит к улучшению функционального состояния ЦНС, но нарушения структур головного мозга, которые произошли внутриутробно, являются необратимыми.

Этнические особенности самосознания и системы жизненных ценностей тувинских  старшеклассников

Немалая роль в формировании психики принадлежит культурально-этническим особенностям психических процессов, которые обеспечивают успешность психической адаптации в системе человек-среда. Для выявления роли культурально-этнических факторов в формировании психического здоровья тувинцев и влияния их на психическую адаптацию личности мы изучили особенности самосознания тувинских старшеклассников с трех позиций (тест М. Куна и Т. Макпартленда «Кто я?»): с позиции социально-ролевой идентичности, с позиции «Я-концепции» и с временной позиции (таб. 10).

Самосознание тувинцев является продуктом коллективистской культуры, т.е. культуры традиционного типа, в которой человек с самого рождения интегрирован в сплоченные группы, защищающие его. Личность в таких культурах рассматривается как принадлежащая группе, видящая смысл жизни в социальных связях, идентификации с группой и разделении общего образа жизни. Подтверждением этому служит показатель социально-ролевой идентичности, который у тувинских старшеклассников выше, чем у русских (р=0,03).

В своих высказываниях тувинцы часто актуализируют систему межличностных взаимоотношений с окружающими людьми (родителями, братьями и сестрами, близкими друзьями, учителями и др.).  Распространенность таких высказываний у тувинцев, проживающих в сельской местности, составляет Ме=1,0 (ИКИ=0,0-3,0).

Таблица 10

Самосознание тувинской и русской молодежи (Ме, ИКИ)

Структура самосознания

Тувинцы

Русские

1. Поселки

2. Кызыл

3. Кызыл

4. Красноярск

Образ «Я» с позиции самоопределения

Я- социальное

2,0 (1,0-4,0)

2,0 (0,0-3,0)

1,0 (0,0-3,0)

0,0 (0,0-1,0)

р*

р1-2>0,05; р2-3>0,05; р3-4=0,03

Структура «Я»-концепции

Я-рефлексивное

7,0

(3,0-12,0)

4,0

(2,0-8,0)

14,0

(10,0-17,0)

14,0

(10,0-17,0)

р*

р1-2=0,006;  р2-3<0,001;  р3-4>0,05

Я-потребности

5,0 (1,0-9,0)

8,0 (4,0-11,0)

2,0 (0,0-4,0)

2,0 (0,0-5,0)

р*

р1-2<0,001; р2-3<0,001;  р3-4>0,05

Я-физическое

1,0 (0,0-2,0)

0,0 (0,0-1,0)

1,0 (0,0-1,0)

1,0 (0,0-1,0)

р*

р1-2<0,001;  р2-3<0,001;  р3-4>0,05

Образ «Я» с временной позиции

Я-идеальное

1,0 (0,0-2,0)

2,0 (1,0-4,0)

0,0 (0,0-0,0)

0,0 (0,0-0,0)

р*

р1-2<0,001;  р2-3<0,001;  р3-4>0,05

Я-реальное

19,0

(16,0-20,0)

18,0

(16,0-19,0)

20,0

(20,0-20,0)

20,0

(19,0-20,0)

р*

р1-2=0,04;  р2-3<0,001; р3-4>0,05

*Статистическая значимость различий проведена с помощью U-критерия Манна-Уитни

Еще чаще  такие высказывания встречаются у тувинцев, проживающих в городской местности, в условиях модернизированной культуры (Ме=3,0, ИКИ=2,0-5,0, р<0,001).

Высказывания тувинских старшеклассников содержат многочисленные описания собственных чувств и отношений, в которых проявляется выраженная аффилиативная потребность, т.е. потребность в любви, теплых и дружественных контактах. Одновременно с этим присутствуют и встречные ожидания доброжелательных отношений со стороны окружающих людей, звучит потребность быть любимым, желание принадлежать к группе, в которой с тобой считаются. Частота высказываний, в которых присутствует аффилиативная потребность у тувинцев составляет 87,2%, у русских 47,1% (р<0,001). Русские старшеклассники отличаются большей самостоятельностью и независимостью. 

В структуре «Я-концепции» у тувинцев значительное место занимает потребностная составляющая личности, т.е. «Я-потребности». По сравнению с русскими, тувинцы в два-три раза чаще актуализируют свои потребности (p<0,001). Другая составляющая личности,  «Я-рефлексивное» (т.е. описание собственных личностных черт и особенностей характера), встречается в 2-2,5 раза реже, чем у русских старшеклассников (p<0,001).

Высокий показатель «Я-потребностей» по отношению к «Я-рефлексивному» свидетельствует о потребностно-бытовом уровне самосознания тувинцев. В своих самоотчетах выпускники школ отражают образ быта тувинцев, физиологические потребности, увлечения, основной род деятельности. Мы считаем, что потребностно-бытовой уровень самосознания является следствием кочевого образа жизни и многовековых традиций тувинского народа.

«Я-рефлексивное», в отличие от «Я-потребностей», отражает индивидуалистичность, независимость, автономию личности, потребность в самоактуализации, свидетельствует об активности личности. У тувинцев этот показатель ниже, по сравнению с русскими (р<0,001), и еще более снижается в модернизированных условиях проживания (р<0,001). Одновременно повышается потребность в отношениях (или аффилиативная потребность). Данные показатели свидетельствуют о том, что проживание в модернизированных условиях обостряет чувство  взаимозависимости и усиливает потребность в коллективизме.

При анализе самосознания старшеклассников с временной позиции мы рассматривали две основные смысловые единицы, традиционно принятые в психологии: «Я-реальное» –  представление человека о себе в настоящем, и «Я-идеальное» – представление человека о себе в будущем, т.е. сумма желательных качеств. В своих самоотчетах тувинцы актуализируют свое будущее в пять-десять раз чаще, чем русские (р<0,001), а описание своего настоящего встречается реже, чем у русских (р<0,001). Большинство тувинцев имеют большие надежды на будущее, идеализированные представления о своем будущем и о собственной социальной роли. Соотношение «Я-реального» и «Я-идеального» лежит в основе самооценки личности, как соотношение реальных достижений индивида и его притязаний. Эти основные звенья самосознания обычно не совпадают, однако большие расхождения между ними считаются тревожным симптомом, так как ведут к нарушениям поведения и неадаптивности (Карвасарский Б.В., 2006).

При анализе других сторон самосознания (этнической и религиозной идентичности) выявлено, что национальная идентичность занимает одно из последних мест в структуре социальной идентификации как у тувинской, так и у русской молодежи. Тувинцы, проживающие в сельской местности, чаще подчеркивают свою национальность, по сравнению с тувинцами, проживающими в городской местности (17,9% и 7,7% соответственно, р=0,03). С одной стороны, такую низкую этническую идентификацию можно объяснить отсутствием межэтнических конфликтов и обострений на момент проведения обследования (Стефаненко Т.Г., 2006).  С другой стороны, снижение уровня этнической принадлежности в самосознании молодежи связано с модернизацией общества и процессами глобализации.

Религиозная идентичность на сегодняшний день представляется практически утраченной как у молодежи тувинской, так и русской национальностей. Среди всех опрошенных тувинцев имелись лишь два высказывания, касающиеся религии: «хочу увидеть бога Иегову» и «верю в бога».

Анализ ценностного самосознания показал, что у тувинской молодежи не определяется существенных различий в системе предпочитаемых жизненных ценностей, по сравнению с русской молодежью, что является отражением ассимиляции западной ментальности в сознание коренного населения (таб. 11, 12).

В системе жизненных ценностей тувинцы, как и русские, на первое место ставят учебу, на второе место – заботу о здоровье, на третье место дружбу. Городские старшеклассники дают большее предпочтение таким ценностям как деньги (р=0,01) и карьерный рост (р<0,001), что мы связываем с большими возможностями профессионального роста и самореализации  в городских условиях.

Таблица 11

Иерархия жизненных ценностей у тувинских старшеклассников (Ме, ИКИ)

Позиция

Сельская местность

Городская местность

p*

Ме (ИКИ)

Ранг

Ме (ИКИ)

Ранг

Учеба

2,0 (1,0-3,0)

1

1,0 (1,0-2,0)

1

=0,003

Забота о здоровье

3,0 (1,0-5,0)

2

3,0 (1,0-6,0)

2

>0,05

Дружба

3,0 (2,0-5,0)

3

4,0 (2,0-6,0)

3

>0,05

Забота о родственниках

5,0 (3,0-8,0)

5

4,0 (2,0-8,0)

4

=0,04

Внешность

6,0 (4,0-7,0)

4

6,0 (3,5-8,0)

5

>0,05

Физическое состояние

6,0 (5,0-9,0)

7

6,0 (4,0-8,0)

6

>0,05

Деньги

7,0 (5,0-10,0)

8

6,0 (4,0-9,0)

7

=0,01

Спорт

5,0 (3,0-9,0)

6

7,0 (4,0-10,0)

9

>0,05

Карьера

10,0 (6,0-11,0)

9

8,0 (3,0-10,0)

8

<0,001

Гражданский долг

10,0 (8,0-11,0)

11

7,0 (5,0-10,0)

10

<0,001

Духовные ценности

9,0 (7,0-11,0)

10

9,0 (6,0-11,0)

11

>0,05

Создание семьи

12,5(11,0-13,0)

13

12,0 (11,0-13,0)

12

>0,05

Застолье с компанией

11,0 (8,0-12,0)

12

13,0 (10,0-13,0)

13

=0,005

Секс

14,0(12,0-14,0)

14

13,0 (12,0-14,0)

14

>0,05

*Статистическая значимость различий проведена с помощью U-критерия Манна-Уитни

Вместе с констатацией факта ассимиляции западной ментальности в сознание коренного населения, с большим сожалением приходиться сознать факт негативного влияния последствий идеологического и психологического кризиса, который разрушил прежние представления о семейной жизни у тувинцев и привел к падению ценности семейных отношений. В связи с этим тувинские выпускники, также как и русские, создание семьи отодвигают на последние позиции, наряду с интересом к сексу и застольем с веселой компанией, что было отмечено и другими исследователями (Гончарова Г.С., 2004).

Крайне негативным является тот факт, что у сельской молодежи застолье с веселой компанией более предпочитаемо, чем у городской молодежи (р=0,005), и выходит в иерархии жизненных ценностей на более приоритетное место, по сравнению с ценностью семейных отношений.

Таблица 12

Иерархия жизненных ценностей у русских старшеклассников (Ме, ИКИ)

Позиция

Кызыл

Красноярск

p*

Ме (ИКИ)

Ранг

Ме (ИКИ)

Ранг

Учеба

3,0 (1,0-5,0)

1

4,0 (2,0-6,0)

1

>0,05

Забота о здоровье

6,0 (2,0-8,0)

4

6,0 (3,0-8,0)

5

>0,05

Дружба

5,0 (4,0-7,0)

3

4,0 (2,0-7,0)

2

>0,05

Забота о родственниках

3,0 (2,0-6,0)

2

4,0 (2,0-7,0)

3

>0,05

Внешность

5,5 (4,0-8,0)

5

5,0 (3,0-8,0)

4

>0,05

Физическое состояние

6,5 (5,0-7,0)

7

6,0 (4,0-8,0)

6

>0,05

Деньги

6,5 (4,0-9,0)

9

8,0 (5,0-10,0)

8

>0,05

Спорт

11,0 (8,0-12,0)

11

9,0 (6,0-11,0)

10

=0,02

Карьера

5,5 (3,0-9,0)

6

7,0 (4,0-9,0)

7

>0,05

Гражданский долг

11,0 (8,0-11,0)

10

12,0 (9,0-13,0)

12

=0,02

Духовные ценности

6,5 (3,0-10,0)

8

8,0 (3,0-11,0)

9

>0,05

Создание семьи

12,0(11,0-13,0)

13

13,0 (10,0-13,0)

13

>0,05

Застолье с компанией

13,0(11,0-14,0)

14

12,0 (11,0-14,0)

14

>0,05

Секс

12,0(10,0-13,0)

12

9,0 (6,0-11,0)

11

<0,001

*Статистическая значимость различий проведена с помощью U-критерия Манна-Уитни

Этнические особенности эмоциональной сферы тувинцев

При анализе эмоционального состояния у девушек-тувинок в зависимости от места проживания выявлено, что тувинки, проживающие в сельской местности, более тревожны, по сравнению с тувинками, проживающими в городской местности (таб. 13).

Таблица 13

Эмоциональное состояние у девушек (Ме, ИКИ)

Показатель

Тувинки

Русские

1. Поселки

2. Кызыл

3. Кызыл

4. Красноярск

Тревожность

12,0 (10,0-14,0)

10,0 (7,0-12,0)

7,0 (6,0-8,0)

6,0 (4,0-8,0)

р1-2 =0,0001*; р2-3 =0,007*;  р3-4 >0,05*

Фрустрация

10,0 (8,0-13,0)

9,0 (7,0-11,0)

7,0 (5,0-8,0)

6,0 (3,0-8,0)

р1-2 >0,05*;  р2-3 =0,001*; р3-4 >0,05*

Агрессия

9,5 (7,0-12,0)

8,0 (5,0-12,0)

9,0 (5,0-11,0)

10,0 (7,0-13,0)

р1-2 >0,05*; р2-3 >0,05*;  р3-4 >0,05*

Ригидность

11,0 (9,0-13,0)

9,5 (8,0-12,0)

8,0 (7,0-10,0)

8,0 (6,0-10,0)

р1-2 =0,03*; р2-3 >0,05*;  р3-4 >0,05*

*Статистическая значимость различий проведена с помощью U-критерия Манна-Уитни

Анализ ответов тувинских девушек, проживающих в сельской местности, показал, что у них чаще, чем у городских тувинок отмечается неуверенность (р=0,03) и повышенное беспокойство (р=0,02), они чаще жалуются на беспокойный и тревожный сон (p<0,001). У девушек-тувинок, проживающих в сельской местности, чаще  отмечается реакция «избегания неуспеха», по сравнению с городскими девушками (р=0,004).

У тувинок, проживающих в сельской местности, выше показатель личностной ригидности, по сравнению с девушками, проживающими в городской местности (р=0,03). Девушки, проживающие в сельской местности, по складу своего характера отличаются консерватизмом, склонностью к сохранению культуральных традиций и ценностей. Но, как известно, личностная ригидность, которая свидетельствует о низкой подвижности психических процессов и инертности установок, значительно затрудняет адаптацию личности к изменяющимся условиям внешней среды.

Анализ эмоционального состояния у девушек с позиции этнических различий показал, что девушки тувинской национальности более тревожны (р=0,007) и менее стрессоустойчивы (р=0,001), по сравнению с русскими девушками (таб. 13).

Тувинки менее уверены в себе, по сравнению с русскими (р=0,01), чаще чувствуют себя беззащитными (p<0,001), склонны к меланхолии и унынию (р=0,02), более чувствительны к неприятностям (р=0,002), испытывают страх перед трудностями (р=0,004). В ситуации стресса у тувинок чаще, чем у русских, появляется чувство растерянности и блокирование активности (р=0,01). Способность к анализу и конструктивным выводам снижена (р=0,03), а в состоянии гнева они менее сдержаны, чем русские девушки (р=0,002).

У юношей-тувинцев, проживающих в поселках, определяется более высокий уровень тревожности, по сравнению с городскими юношами (таб. 14).

Таблица 14

Эмоциональное состояние у юношей (Ме, ИКИ)

Показатель

Тувинцы

Русские

1. Поселки

2. Кызыл

3. Кызыл

4. Красноярск

Тревожность

9,0 (8,0-11,0)

7,0 (7,0-9,0)

5,0 (2,0-6,0)

4,0 (2,0-7,0)

р1-2 =0,005*; р2-3 =0,006*;  р3-4 >0,05*

Фрустрация

7,0 (5,0-10,0)

6,0 (3,0-9,0)

5,0 (4,0-8,0)

4,0 (2,0-6,0)

р1-2 >0,05*;  р2-3 >0,05*; р3-4 >0,05*

Агрессия

8,5 (6,0-11,0)

9,0 (6,0-11,0)

11,0(10,0-14,0)

9,0 (6,0-12,0)

р1-2 >0,05*; р2-3 >0,05*;  р3-4 >0,05*

Ригидность

10,0 (8,0-11,0)

8,0 (5,0-11,0)

9,0 (8,0-12,0)

6,0 (5,0-10,0)

р1-2 >0,05*; р2-3 >0,05*;  р3-4 =0,02*

*Статистическая значимость различий проведена с помощью U-критерия Манна-Уитни

Анализ ответов юношей-тувинцев, проживающих в сельской местности  показал, что они менее уверены в себе (р=0,003), более внушаемы (р=0,01), у них чаще  отмечается реакция «избегания неуспеха» (р=0,01), в стрессовых ситуациях у них чаще отмечается блокирование активности и чувство растерянности (0,02).

Этническими особенностями эмоционального состояния тувинцев является более высокий уровень тревоги, по сравнению с русскими юношами (р=0,006). Тувинские юноши в трудных ситуациях чаще, чем русские, испытывают чувство страха и растерянности (р=0,01).

Таким образом, психическое развитие детей и подростков РТ нельзя считать гармоничным вследствие  неблагоприятного  влияния множества факторов, среди которых основная роль принадлежит социальным (включая этнополитические и социально-экономические) и экологическим факторам риска.

Роль этнополитических факторов, или процессов ассимиляции западной культуры в сознание коренного населения, заключается в утрате прежней ценностной ориентации населения (в том числе, ценности семейных отношений, религиозной и этнической идентичности), с переориентацией на другие социализирующие ценности. Это привело к рассогласованию между внешним проявлением жизни тувинцев и их внутренним миром, к невозможности реализовать одну из основных потребностей, весьма значительную для тувинского этноса и типичную для коллективистской культуры, культуры восточного типа, – аффилиативную потребность, т.е. потребность в личностной интеграции с группой.

Смена социально-экономической формации за столь короткий период, нарушение жизненного уклада, привнесение несвойственных элементов культуры  и быта явились чрезмерными стрессовыми факторами для коренного населения, для которого, в  силу этнических особенностей психических процессов, характерна  низкая динамическая адаптация. Это усугубляется особенностями мыслительных процессов, трудностями логического анализа, недостаточной гибкостью мышления, которые сложились исторически и усиливаются под влиянием неблагоприятных экологических факторов, среди которых основная роль принадлежит йодному дефициту в почве, воде, воздухе.

Социально-экономическая нестабильность, проживание в условиях хронической бедности, отсутствие реальных перспектив, рассогласование между идеализированными представлениями о своем будущем и реальной действительностью, приводит к чувству уныния и тревоги, которые особенно выражены у населения, проживающего в сельской местности. Нарушение психической адаптации вследствие вышеперечисленных причин приводит к высокому риску суицидального и саморазрушающего поведения не только у взрослого населения, но и у детей и подростков (рис. 3).

Рис. 3. Механизм деструктивного поведения у коренного населения РТ

Организационно-функциональная модель оптимизации медико-психолого-педагогической помощи детям и подросткам РТ

Результаты проведенного исследования показали, что для восстановления и улучшения психического здоровья детей коренного населения РТ необходима оптимизация медико-социальной и психолого-педагогической помощи детям и подросткам. Предлагаемая организационно-функциональная модель носит многофункциональный характер и включает 5 модулей: системообразующий, организационный, информационный, социологический и технологический.

Системообразующий модуль направлен на создание целевой комплексной программы медико-социальной и психолого-педагогической помощи детям и подросткам коренного населения РТ. Целевая комплексная программа создается под руководством органов власти Республики.

Система здравоохранения разрабатывает и включает разделы, направленные на решение задач по охране и сохранению состояния здоровья детей. Система образования включает разделы по воспитанию и образованию учащихся, по профилактике дезадаптивного поведения. Система социальной защиты разрабатывает меры, направленные на социальную защиту семей, нуждающихся в социальной поддержке. Органы правопорядка разрабатывают меры по профилактике алкоголизма, наркомании и преступности среди детей и подростков.

Организационный модуль ориентирован на создание комплекса мероприятий, способных обеспечить реализацию программы: обеспечение качества и доступности медицинских лечебно-диагностических и профилактических услуг, обеспечение образовательных учреждений специалистами необходимого профиля, осуществление интеграции и преемственности деятельности специалистов.

Информационный модуль включает анализ работы специалистов, работающих с детьми, что позволяет оценивать  эффективность проводимых лечебно-профилактических и психолого-педагогических мероприятий, способствует оптимизации системы планирования квалифицированной медицинской, психологической, педагогической и социальной помощи детям и их семьям.

Социологический модуль решает задачу по анализу семейной ситуации, в которой воспитывается ребенок: состав семьи, количество детей, занятость родителей, состояние здоровья семьи, условия и образ жизни, характер питания, медико-социальное состояние семьи, наличие вредных привычек, характер взаимоотношений в семье.

Технологический модуль  обеспечивает проведение адресных мероприятий медицинского, педагогического, психологического и социального характера группой специалистов в рамках учреждений общеобразовательного профиля. Технология модели носит многозвеньевой характер и включает в себя следующие направления (рис. 4):

  • мероприятия медицинского характера: проведение мониторинга психического здоровья детей, диагностическая и консультативная работа, санитарно-просветительская работа с родителями и подростками, формирование здорового образа жизни, регулярное проведение йодной профилактики;
  • мероприятия педагогического характера: работа с семьей, уроки валеологии в школе, повышение значимости семейных отношений, организация досуга учащихся (секции, кружки и др.), проведение профориентационной работы;
  • мероприятия социально-психологической направленности:  работа с семьей, санитарно-просветительская работа с подростками, формирование здорового образа жизни, психологические тренинги с подростками 12-14 лет, работа с подростками, имеющими эмоциональные нарушения, в виде групповых тренингов и (или) индивидуальной психокоррекции.

Рис.  4.  Функциональная характеристика технологического модуля

Выводы

  1. В Республике Тыва регистрируются низкие показатели популяционного здоровья населения:
  • средняя продолжительность предстоящей жизни (СППЖ) у мужчин составляет 50,7 года, у женщин 61,7 лет (в РФ у мужчин СППЖ 61,4 года, у женщин 73,9 лет);
  • показатель материнской смертности составляет 52,9 на 100 000 детей, родившихся живыми (в РФ – 23,8 на 100 000; в СФО – 27,3 на 100 000);
  • показатель младенческой смертности составляет 16,3 на 1000 детей (в РФ – 9,6 на 1000 детей; в СФО – 11,4 на 1000 детей).

Медико-социальное состояние тувинских семей характеризуется:

  • численностью неполных семей в сельской местности 21,8%, в городской местности 30,7%;
  • численностью многодетных семей в сельской местности 52,4%, в городской местности 46,7%;
  • отсутствием работы у 41% мужчин и у 30,2%  женщин в сельской местности, у 20,3% мужчин и у 24,7% женщин в городской местности;
  • очень низким уровнем материальной обеспеченности в 82,4% сельских и в 69,3% городских семей;
  • злоупотреблением алкоголем у 22,4% матерей и у 66,7% отцов в сельской местности, у 12,4% матерей и у 47,6% отцов в городской местности;
  • конфликтными отношениями в 45,1% сельских и в 36% городских семей;
  • ранним приобщением к алкоголю 24% юношей и 14,1% девушек в сельской местности, 10% юношей и 10,4% девушек в городской местности;
  • нарушением социального поведения у 28% юношей и у 33,3% девушек в сельской местности, у 26,6% юношей и у 8,4% девушек в городской местности.
  1. У детей коренного населения Республики Тыва регистрируются низкие показатели психического здоровья, что подтверждается  высокой распространенностью эмоциональных расстройств и расстройств поведения, которые значительно превышают показатели, полученные в других странах и регионах, при проведении исследований с аналогичным дизайном:
  • распространенность эмоциональных расстройств и расстройств поведения среди тувинских детей 9-10-летнего возраста в городской местности составляет 15,3%, в сельской местности 28,2%,
  • в возрасте 14-15 лет распространенность нарушений среди городских детей  увеличивается до 19,4%, среди сельских детей до 30,7%,
  • распространенность эмоциональных расстройств и расстройств поведения среди детского населения в Китае составляет 8,6%, в Японии 14-16%, в Великобритании 9,5%, в ОАЭ 11,8%, в Новосибирске 15,3%.

У большинства детей с отклонениями в психическом здоровье отмечаются нарушения школьной адаптации:

  • в младшем школьном возрасте регулярно прогуливают занятия в школе 58% детей, проживающих в сельской местности, и 53,6% городских детей; являются «отвергаемыми» в школьном коллективе 35,9% детей, проживающих в сельской местности, и 39,3% городских детей,
  • в возрасте 14-15 лет регулярно прогуливают школу 74,3% подростков, проживающих в сельской местности; являются «отвергаемыми» в школьном коллективе 50% подростков.
  1. Повреждения головного мозга вследствие тяжелого дефицита йода, в случае легкого психического дефекта, носят парциальный характер. В структуре патопсихологических нарушений у детей, проживающих на территории тяжелого йодного дефицита,  по сравнению с детьми, проживающими на территории легкого и умеренного дефицита йода, отмечаются нарушения следующих функций (р<0,01):
  • механической памяти (М=7,4 и М=8,7, соответственно),
  • умственной работоспособности (М=19,6 и М=26,4, соответственно),
  • зрительно-моторных навыков (Ме=36,2 и Ме=27,3, соответственно),
  • аналитико-синтетической функции мышления (Ме=8,0 и Ме=7,0),
  • логического мышления (Ме=5,0 и Ме=4,0, соответственно).

После проведения массовой йодной профилактики происходит улучшение показателей умственной работоспособности (М=23,8, по сравнению с показателями при первом обследовании, М=19,6, р=0,008), но показатели механической памяти и интеллектуальных функций не улучшаются (p>0,05).

  1. У тувинцев, по сравнению с русскими, имеются этнические особенности самосознания:
  • потребностно-бытовой уровень самосознания (Ме=8,0 и Ме=2,0, соответственно, р<0,001),
  • идеализированные представления о своем будущем (Ме=2,0 и Ме=0,0, соответственно, р<0,001),
  • выраженная аффилиативная потребность (87,2% и 47,1% соответственно, р<0,001).

У современной тувинской молодежи произошли следующие изменения самосознания:

  • уменьшение национальной идентичности (идентификация себя с национальной принадлежностью определяется всего у 17,9% тувинцев, проживающих в сельской местности, и 7,7% городских тувинцев),
  • утрата религиозной идентичности,
  • переориентация на ценности западной культуры (в иерархии жизненных ценностей на первые позиции выходит «учеба», на последние позиции «создание семьи»).
  1. У тувинцев, по сравнению с русскими, имеются этнические особенности эмоциональной сферы:
  • тувинские девушки более тревожны (Ме=10,0 и Ме=7,0, соответственно, р=0,007);
  • тувинские девушки менее стрессоустойчивы (Ме=9,0 и Ме=7,0, соответственно, р=0,001);
  • тувинские юноши более тревожны (Ме=7,0 и Ме=5,0, соответственно, р=0,006);
  • в ситуации фрустрации у тувинцев чаще, чем у русских, отмечается блокирование активности, чувство страха и растерянности (р=0,01).
  1. Для сохранения и укрепления психического здоровья детей предлагается организационно-функциональная модель оптимизации медико-психолого-педагогической помощи. Модель основана на межведомственном подходе, носит многофункциональный характер и включает 5 модулей: системообразующий, организационный, информационный, социологический и технологический. Ее основой является алгоритм организационных, медико-социальных и психолого-педагогических мероприятий, направленных на повышение качества оказания помощи детям в рамках общеобразовательных учреждений. Эффективность модели проявляется:
  • в улучшении  функционирования ЦНС,
  • улучшении школьной адаптации,
  • укреплении жизнестойкости;
  • уменьшении астенических состояний на 50-60%,
  • уменьшении эмоциональных расстройств на 40-50%,
  • уменьшении поведенческих нарушений на 30%.

Практические рекомендации

  1. Медицинским службам общеобразовательных школ:
  • регулярное проведение массовой йодной профилактики;
  • проведение мониторинга психического здоровья учащихся, распределение детей по группам психического здоровья;
  • направление учащихся на консультацию к специалистам по необходимости (участковый педиатр, психиатр, невролог, психотерапевт, психолог);
  • санитарно-просветительская работа с учащимися, формирование здорового образа жизни, освещение негативного влияния вредных привычек на соматическое и психическое здоровье.
  1. Психологическим службам общеобразовательных школ:
  • анализ семейной ситуации детей, относящихся в «группы риска», работа с семьей;
  • формирование здорового образа жизни у подростков, повышение культурного уровня в вопросах, касающихся отношений между полами;
  • психологические тренинги с подростками 12-14 лет, формирование жизнестойкости, развитие коммуникативных способностей;
  • проведение сеансов индивидуальной психокоррекции или групповых тренингов с детьми, имеющими эмоциональные нарушения, обучение навыкам поведения в стрессовых ситуациях, повышение волевых качеств личности, повышение фрустрационной толерантности.
  1. Администрациям общеобразовательных школ:
  • введение в педагогический процесс уроков, направленных на сохранение здоровья и формирование здорового образа жизни;
  • введение в педагогический процесс уроков, направленных на повышение ценности семейных отношений;
  • организация досуга учащихся, особенно детей, относящихся в «группы риска»: спортивные секции и кружки;
  • профориентационная работа с выпускниками общеобразовательных школ;
  1. Местным органам власти:
  • ликвидация безработицы; улучшение уровня и качества жизни граждан;
  • развитие здравоохранения, приближение медицинской и психологической помощи к населению;
  • обеспечение общеобразовательных учреждений квалифицированными специалистами; регулярное обучение специалистов;
  • организация межведомственного взаимодействия специалистов;
  • контроль за осуществлением мероприятий.

Список работ, опубликованных по теме диссертации

  1. Повреждающее действие тяжелого йодного дефицита на развитие мозга: эндемический кретинизм в Тыве / И.В. Осокина, И.А. Игнатова, Н.Б. Семенова и др. // Актуальные проблемы современной эндокринологии: науч.-практ. конф. – СПб., 2001. – С. 355.
  2. Семенова, Н.Б. Особенности когнитивных функций у детей школьного возраста, проживающих в очаге тяжелого йодного дефицита / Н.Б. Семенова // Вопросы сохранения и развития здоровья населения Севера и Сибири: итог. науч.-практ. конф. – Красноярск, 2002. – С. 184-186.        
  3. Семенова, Н.Б. Характеристика эмоционального состояния школьников, проживающих в регионе с дефицитом йода / Н.Б. Семенова // Вопросы сохранения и развития здоровья населения Севера и Сибири: итог. науч.-прак. конф. – Красноярск, 2002. – С. 186-188.        
  4. Семенова, Н.Б. Повреждающее влияние тяжелого йодного дефицита на развивающийся мозг / Н.Б. Семенова, И.В. Осокина // Влияние загрязнения окружающей среды на здоровье человека: II всерос. науч.-практ. конф. с междунар. участием – Новосибирск, 2002. – С. 137-138.        
  5. Семенова, Н.Б. Оценка психического здоровья детей младшего школьного возраста Республики Тыва как показателя успешности школьной адаптации / Н.Б. Семенова // Актуальные проблемы сохранения здоровья населения Республики Тыва: II науч.-практ. конф.  – Кызыл, 2003. – С. 153-159.
  6. Семенова, Н.Б. Характеристика школьной адаптации учащихся начальной школы республики Тыва / Н.Б. Семенова // Вопросы сохранения и развития здоровья населения Севера и Сибири: итог. науч.-практ. конф. – Красноярск, 2003. – С.147-149.        
  7. Семенова, Н.Б. Нарушения когнитивных функций у детей школьного возраста как следствие влияния йодного дефицита / Н.Б. Семенова, В.Т. Манчук // Сиб. вестн. психиатрии и наркологии. – 2004. – №3. – С. 72-74.        
  8. Семенова, Н.Б. Особенности психического развития школьников, проживающих на территории тяжелого йодного дефицита / Н.Б. Семенова, В.Т. Манчук // Педиатрия. – 2004. – №4. – С.82-84.        
  9. Семенова, Н.Б. Оценка когнитивных функций у школьников, проживающих на территории тяжелого дефицита йода / Н.Б. Семенова // Актуальные проблемы охраны материнства и детства: матер. междунар. рос.-амер. науч.-практ. конф. – Тула, 2004. – С.170-171.        
  10. Семенова, Н.Б. Влияние йодного дефицита на нервно-психическое развитие: современный взгляд на проблему / Н.Б. Семенова, В.Т. Манчук // Журн. неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. – 2005. – №2. – С. 67-72.
  11. Семенова, Н.Б. Распространенность эмоциональных расстройств и нарушений поведения среди детей младшего школьного возраста Республики Тыва         / Н.Б. Семенова // XII Российско-Японский медицинский симпозиум. – Красноярск, 2005. – С. 321-322.        
  12. Семенова, Н.Б. Оценка эмоциональных расстройств и отклонений в поведении у детей младшего школьного возраста Республики Тыва как показатель адаптации ребенка к школе / Н.Б. Семенова // Актуальные вопросы психиатрии и наркологии: матер. XII науч. отчет. сессии ГУ НИИ психич. здоровья ТНЦ СО РАМН. – Томск, 2005. – С.80-81        
  13. Семенова, Н.Б. Роль семейных факторов в формировании психического здоровья детей коренного населения Республики Тыва / Н.Б. Семенова // Вопросы профилактической медицины в регионах крайнего Севера: матер. IV респ. науч.-практ. конф. – Надым, 2006. – С.152-154.        
  14. Семенова, Н.Б. Социально-гигиеническая характеристика семей коренного населения Республики Тыва / Н.Б. Семенова // Этносы развивающейся России: проблемы и перспективы: матер. межрегион. науч.-практ. конф. – Абакан, 2006. – С.143-146.        
  15. Семенова, Н.Б. Социально-гигиеническая  и медико-демографическая характеристика семей коренного населения Республики Тыва в современных социально-экономических условиях / Н.Б. Семенова, В.Т. Манчук // Пробл. соц. гигиены, здравоохранения и истории медицины. – 2006. – №5. – С. 34-37.
  16. Семенова, Н.Б. Оценка когнитивных функций у детей младшего школьного возраста, проживающих в регионе йодного дефицита / Н.Б. Семенова // сб. науч. тр., посвящ. 75-летнему юбилею и 50-летию творческой деятельности чл.-корр. РАМН, засл. деятеля науки РФ, проф. К.В. Орехова. – Ставрополь, 2006. – С. 234-235.        
  17. Семенова, Н.Б. Сравнительная характеристика эмоционального состояния старшеклассников коренной национальности Республики Тыва, проживающих в сельской и городской местности / Н.Б. Семенова // Экология человека. – 2006. – Приложение 4/2. – С. 410.        
  18. Семенова, Н.Б. Эмоциональные расстройства и расстройства поведения у детей коренного населения Республики Тыва: распространенность, роль социальных факторов / Н.Б. Семенова, В.Т. Манчук // Сиб. вестн. психиатрии и наркологии. – 2007. – №2. – С.122-126.
  19. Семенова, Н.Б. Характер интеллектуального дефекта при тяжелом йодном дефиците / Н.Б. Семенова, В.Т. Манчук // Журн. неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. – 2007. –  №4. – С.59-63.        
  20. Семенова, Н.Б. Медико-социальный статус подростков Республики Тыва         / Н.Б. Семенова // Пробл. соц. гигиены, здравоохранения и истории медицины. – 2007. – №3. – С.17-20.        
  21. Семенова, Н.Б. Социально-гигиенические аспекты формирования психического здоровья детей коренного населения Республики Тыва         / Н.Б. Семенова, В.Т. Манчук // Здравоохранение Рос. Федерации. – 2007. –  №4. – С. 32-34.        
  22. Семенова, Н.Б. Роль семьи в формировании психического здоровья детей в Республике Тыва / Н.Б. Семенова // Актуальные вопросы психиатрии и наркологии: матер.XIII науч. отчет. сессии – Томск, 2007. – С.82-84.        
  23. Семенова, Н.Б. Демографическая ситуация и социальные проблемы в Республике Тыва на современном этапе / Н.Б. Семенова, В.Т. Манчук // Здоровье населения и экология: состояние, проблемы, пути решения: матер.XLII науч.-практ. конф. с междунар. участием. – Новокузнецк, 2007. – С. 97-100.
  24. Семенова, Н.Б. Характеристика эмоциональной сферы подростков коренного населения Республики Тыва / Н.Б. Семенова, В.Т. Манчук // Соц. и клинич. психиатрия. – 2007. – №3. – С.15-19.        
  25. Семенова, Н.Б. Роль социальных факторов в формировании психического здоровья детей в Республике Тыва / Н.Б. Семенова // Психосоматические и пограничные нервно-психические расстройства в детском и подростковом возрасте: тез. I межрегион. науч.-практ. конф. - Новосибирск, 2008. – С. 114-115.
  26. Семенова, Н.Б. Последствия тяжелого йодного дефицита для психического здоровья детей: проспективное наблюдение        / Н.Б. Семенова // Вопросы сохранения и развития здоровья населения Республики Тыва: итог. науч.-практ. конф. – Кызыл, 2008. –  С. 91-93.
  27. Семенова, Н.Б. Распространенность эмоциональных расстройств и отклонений в поведении у детей коренного населения Республики Тыва по результатам опросника М. Раттера / Н.Б. Семенова // Вопросы сохранения и развития здоровья населения Республики Тыва: итог. науч.-практ. конф. – Кызыл,  2008. – С. 89-91.        
  28. Семенова, Н.Б. Астенические состояния у детей / Н.Б. Семенова. – Красноярск, 2008. – 26 с.
  29. Семенова, Н.Б. Расстройства поведения у детей: возможные причины и факторы риска / Н.Б. Семенова, В.Т. Манчук // Журн. неврологии и психиатрии им. С.С. Корсакова. – 2008. – №4. – С. 95-98.
  30. Семенова, Н.Б. Профилактика суицидального поведения у подростков Республики Тыва         / Н.Б. Семенова. – Красноярск, 2008. – 28 с.
  31. Семенова, Н.Б. Ценностное сознание тувинской молодежи        / Н.Б. Семенова // Проблемы адаптации и сохранения здоровья населения в условиях Сибири: матер. регион. науч.-практ. конф. – Кызыл, 2008. – С. 155-156.        
  32. Семенова, Н.Б. Характер нарушения интеллектуальных функций вследствие тяжелого йодного дефицита / Н.Б. Семенова // Проблемы адаптации и сохранения здоровья населения в условиях Сибири: матер. регион. науч.-практ. конф. – Кызыл, 2008. – С. 157-158.        
  33. Семенова, Н.Б. Распространенность психических нарушений у детей тувинской национальности / Н.Б. Семенова // Проблемы адаптации и сохранения здоровья населения в условиях Сибири: матер. регион. науч.-практ. конф. – Кызыл, 2008. – С. 159-160.        
  34. Семенова, Н.Б. Социальные факторы риска в формировании психических нарушений у детей тувинцев / Н.Б. Семенова // Проблемы адаптации и сохранения здоровья населения в условиях Сибири: матер. регион. науч.-практ. конф. – Кызыл, 2008. – С. 161-162.        
  35. Семенова, Н.Б. Особенности памяти и умственной работоспособности у детей, проживающих на территории тяжелого йодного дефицита / Н.Б. Семенова // Проблемы адаптации и сохранения здоровья населения в условиях Сибири: матер. регион. науч.-практ. конф. – Кызыл, 2008. – С. 163-164.        
  36. Семенова, Н.Б. Характеристика семей коренного населения Республики Тыва        / Н.Б. Семенова // Здоровье семьи: теоретические, организационные и клинические аспекты: сб. тр. краев. науч.-практ. конф. – Красноярск, 2008. – С. 152-155.        
  37. Семенова, Н.Б. Территориальные особенности эмоционального состояния подростков коренного населения Республики Тыва / Н.Б. Семенова // Морской мед. журн. – 2008. – №5-6. – С. 50-51.        
  38. Семенова, Н.Б. Система отношения подростков коренного населения Республики Тыва / Н.Б. Семенова // Морской мед. журн. – 2008. – №5-6. – С. 29.        
  39. Семенова, Н.Б. Психическое здоровье детей Республики Тыва в свете демографических проблем страны        / Н.Б. Семенова // Охрана психического здоровья в демографической политике страны: науч.-практ. конф. с междунар. участием, посвящ. 100-летию ОГУЗ ТКПБ – Томск, 2008. – С. 305-307.        
  40. Семенова, Н.Б. Социальный статус подростков Республики Тыва        / Н.Б. Семенова // Охрана психического здоровья в демографической политике страны: науч.-практ. конф. с междунар. участием, посвящ. 100-летию ОГУЗ ТКПБ – Томск, 2008. – С. 307-308.
  41. Семенова, Н.Б. Суицидальное поведение у подростков: организация медико-психологической помощи         / Н.Б. Семенова, И.П. Артюхов, В.Т. Манчук – Красноярск, 2009. –30 с.
  42. Семенова, Н.Б. Этно-культуральные особенности самосознания и иерархия жизненных ценностей в структуре мировоззрения тувинской молодежи / Н.Б. Семенова // Сиб. вестн. психиатрии и наркологии. – 2009. – №2. – С. 136-140.
  43. Семенова, Н.Б. Когнитивные нарушения у детей младшего школьного возраста как следствие тяжелого йодного дефицита / Н.Б. Семенова // Эндокринология Сибири: матер. III сиб. съезда эндокринологов с междунар. участием. – Красноярск, 2009. – С. 121-122.        
  44. Семенова, Н.Б. Динамическое исследование когнитивных функций у школьников после введения йодной профилактики / Н.Б. Семенова // Эндокринология Сибири: матер. III сиб. съезда эндокринологов с междунар. участием. – Красноярск, 2009. – С. 122-123.
  45. Семенова, Н.Б. Профилактика суицидального поведения у подростков коренного населения Республики Тыва / Н.Б. Семенова // Здравоохранение Рос. Федерации. – 2009. – №2. – С. 30-34.
  46. Артюхов, И.П. Сохранение психического здоровья детей коренного населения Республики Тыва / И.П. Артюхов, В.Т. Манчук, Н.Б. Семенова // Вопр. соврем. педиатрии. – 2009. - №2. – С. 12-15.





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.