WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

НИКИТИНА

Валентина Борисовна

Система иммунитета в

клинико-патодинамических механизмАХ

непсихотических психических расстройств

Специальности: 14.01.06 «Психиатрия»

  14.03.03 «Патологическая физиология»

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора медицинских наук

Томск2011

Работа выполнена в Учреждении Российской академии медицинских наук Научно-исследовательском институте психического здоровья Сибирского отделения РАМН

Научные консультанты:

доктор медицинских наук,

профессор, академик РАМН  Семке Валентин Яковлевич

доктор биологических наук,

профессор  Ветлугина Тамара Парфеновна

Официальные оппоненты:

доктор медицинских наук,  Рыбалко Михаил Иванович

профессор  ГОУ ВПО Алтайский государственный

медицинский университет Минздравсоцразвития

России (г. Барнаул)

доктор медицинских наук,  Кокорина Наталья Петровна

профессор ГОУ ВПО Кемеровская государственная

медицинская академия Минздравсоцразвития

России (г. Кемерово)

доктор медицинских наук,  Кологривова Елена Николаевна

профессор  ГОУ ВПО Сибирский государственный

медицинский университет Минздравсоцразвития

России (г. Томск)

Ведущая организация:  ФГУ ГНЦ социальной и судебной психиатрии им. В.П.Сербского Минздравсоцразвития России (г. Москва).

Защита состоится «___» июня 2011 г. в 10 часов на заседании совета по защите докторских и кандидатских диссертаций Д 001.030.01 при Учреждении Российской академии медицинских наук Научно-исследовательском институте психического здоровья Сибирского отделения РАМН по адресу: 634014,  г. Томск, ул. Алеутская, 4.

С диссертацией можно ознакомиться в научно-медицинской библиотеке НИИПЗ СО РАМН

Автореферат разослан «___» мая 2011 г.

Ученый секретарь совета по защите

Докторских и кандидатских

диссертаций Д 001.030.01

кандидат медицинских наук О.Э. Перчаткина

ОБЩАЯ  ХАРАКТЕРИСТИКА  РАБОТЫ



Актуальность проблемы. В последние десятилетия в структуре заболеваемости и болезненности ведущее место занимают телесные и душевные расстройства, вызванные возрастающими отрицательными параметрами среды обитания. Во все большей степени проявляют себя последствия острого и хронического стресса, вызванного информационными перегрузками, экологическим неблагополучием, стихийными бедствиями, техногенными катастрофами, военными столкновениями, актами терроризма. При этом стрессовые события могут приводить к болезненной «ломке» социально-биологических механизмов адаптации и формированию непсихотических психических расстройств (Семке В.Я., 1999; Чуркин А.А.,  Касимова Л.Н., 2001; Дмитриева Т.Б. и др., 2003; Кекелидзе З.И. и др., 2003; Рыбалко М.И., 2003; Аксенов М.М. и др., 2004; Положий Б.С., Максимов А.В. 2006; Идрисов И.А., Краснов В.Н., 2009; McEwen B.S., 2002; Yehuda R. et al., 2005; Chida Y., Hamer M., 2008).  Значительное внимание уделяется исследованию распространенности, структуры и клинических особенностей пограничных психических расстройств, формирующихся под влиянием производственных факторов (Семин И.Р. и др., 2003; Кокорина Н.П., Давыдова Н.Н., 2004; Россинский Ю.А. и др., 2008; Новиков В.Э., 2009; Балашов П.П., Антухов А.В., 2010). Дестабилизация психических функций организма при действии стресса проявляется как на донозологическом уровне в неспецифических экстранозологических реакциях психической адаптации – дезадаптации (Семичов С.Б., 1987; Матюхин В.А., Разумов А.Н., 1999; Афтанас Л.И., 2000; Aronson KR et al., 2006), так и на нозологическом уровне невротических расстройств, клинические формы которых отличаются все возрастающим многообразием (Семке В.Я., 2003; Александровский Ю.А., 2005; 2008; Краснов В.Н., 2005; Бобров А.С., 2007; Овчинников А.А. и др., 2010; Лебедева В.Ф. и др., 2010 и др.). 

Патофизиологической основой неврозов является изменение функционального состояния лимбико-диэнцефальной системы мозга, которая также является ключевым отделом регуляции иммунных реакций. При нарушениях нейроиммунного взаимодействия на уровне афферентных и эфферентных звеньев создаются предпосылки формирования патологических состояний, относящихся к болезням регуляции (Корнева Е.А. и др., 1999; Акмаев И.Г., 2001; Крыжановский Г.Н. и др., 2003; 2010; Магаева С.В., Морозов С.Г., 2005; Ader R. et al., 1995; Miller A.H., 1998; Cazzullo C.L. et al., 2003; Quan N., Banks W.A., 2007). Одним из направлений психонейроиммунологии является изучение влияния стресса на нейроиммунное взаимодействие, поведенческой модуляции иммунных реакций (Девойно Л.В., Ильюченок Р.Ю., 1993; Абрамов В.В., Абрамова Т.Я., 1996; Идова Г.В. и др., 2005; 2008; Козлов В.А. и др., 2008; Девойно Л.В. и др., 2009; Маркова Е.В. и др.,  2009; Godbout J.P., Glaser R., 2006; Segal A.B. et al., 2006;  Brydon L., 2009). Активно исследуется взаимосвязь стресса, иммунных нарушений и нарушений психических функций. Получены данные о наличие корреляционных связей между клиническими проявлениями пограничных психических расстройств и изменениями в иммунном статусе пациентов (Васильева О.А., Семке В.Я., 1992; Ветлугина Т.П. и др., 1996; Арцимович Н.А. и др., 1997; Карась И.Ю., 1998;  Иванова С.А., 2000; Куприянова И.Е., 2002; Ветлугина Т.П. 2004; 2008; Александровский Ю.А., Чехонин В.П., 2005; Кожевников В.Н., 2006; Арсененко Л.Д., 2008; Marques A.H. et al., 2007  Vidovic A. et al., 2007). Вместе с тем вклад системы иммунитета в патодинамические механизмы психической дезадаптации в континууме «здоровье – психодезадаптационные состояния – непсихотические психические расстройства» практически не изучен.

Устойчивость индивида к действию стресса во многом определятся своеобразием его личности, стереотипами  личностного реагирования на стресс (Дмитриева Т. Б., Воложин А. И., 2001; Менделевич В. Д., Соловьева С. Л., 2002; Стоянова И.Я., 2003; 2007; Короленко Ц.П., Дмитриева Н.В., 2006; Mausbach B.T. et al., 2008; Brain B.I., 2008; Lonne-Rahm S.B. et al., 2008). Исследования взаимосвязи психологических и иммунологических защитных механизмов, их динамики на разных этапах формирования пограничных психических расстройств представляются актуальными с целью определения  ресурсов индивидуальной устойчивости и уязвимости  к стрессогенным факторам.

Известно, что общие приспособительные реакции организма являются наиболее универсальными, включают в себя все системы и уровни (Давыдовский И.В., 1969;  Гаркави Л.Х. и др.., 1979; 1990; Лозовой В.П., 1988; Черешнев В.А., 2002; Агаджанян, Н.А. и др., 2004), при этом важное значение приобретает проблема адекватности или неадекватности биологических реакций на условия, в которых функционирует организм человека (Копанев В.А. и др., 2000; 2005). Данные методологические подходы в отношении исследования иммунных реакций до настоящего времени не применялись. Оценка адекватности иммунного реагирования на воздействие стрессогенных факторов и разработка иммунологических норм с учетом напряженности адаптационных механизмов представляют интерес, как в теоретическом, так и в практическом плане.

Значимость нарушений нейроиммунной регуляции в механизмах психической дезадаптации диктует необходимость дальнейшей разработки комплексных реабилитационных программ с включением методов иммунокоррекции.

Цель исследования: изучение роли системы иммунитета при психической адаптации–дезадаптации и в клинико-патодинамических механизмах непсихотических психических расстройств, обоснование прогностических моделей риска их развития с разработкой комплексных дифференцированных реабилитациионных программ, включая методы иммунокоррекции.

Задачи исследования:

1. Изучить состояние системы иммунитета при разных уровнях психической дезадаптации от донозологических психодезадаптацион-ных состояний до сформированных непсихотических психических рас-стройств.

2. Оценить вклад иммунобиологических нарушений в патодинамические механизмы непсихотических психических расстройств и их затяжное течение.

3. Выявить взаимосвязи иммунной реактивности и особенностей личностного реагирования на стресс как факторов индивидуальной устойчивости и уязвимости к стрессогенным воздействиям.

4. Определить наиболее значимые факторы (клинические, имму-нобиологические, экспериментально-психологические) формирования  психической адаптации-дезадаптации в континууме «здоровье –психодезадаптационные состояния – непсихотические психические расстройства».

5. Разработать новые методологические подходы к оценке нару-шений функционирования системы иммунитета при непсихотических психических расстройствах с учетом особенностей напряженности адаптационных механизмов.

6. Разработать комплексные дифференцированные реабилитационные программы с включением методов иммунокоррекции для пациентов с непсихотическими психическими расстройствами.

Положения, выносимые на защиту:

1. Важнейшими факторами в механизмах реализации психоэмо-ционального стресса являются клинические синдромы вторичной иммунной недостаточности, сопутствующая соматическая патология, нарушения компонентов клеточного и гуморального иммунитета, нейроэндокринной регуляции, механизмы психологической защиты, реактивная и личностная тревожность; комплекс этих факторов позволяет оценить уровень психической дезадаптации в континууме «здоровье – психоадаптационное – психодезадаптационное состояние – непсихотические психические расстройства и их затяжное течение».

2. Основные закономерности психонейроиммуномодуляции при непсихотических психических расстройствах проявляются дисба-лансом иммунной и нейроэндокринной систем и сопряжены с клиническим формами и клинико-динамическими характеристиками заболевания. Определен комплекс иммунобиологических параметров, позволяющий с высокой степенью достоверности прогнозировать затяжное течение непсихотических психических расстройств.

3. Структура неспецифических адаптационных реакций при пси-хоэмоциональном напряжении и непсихотических психических расстройствах характеризуется накоплением лиц, адаптационные реакции которых определяются как состояния острого стресса, хронического стресса, риск развития патологии. Анализ данных иммунного статуса с учетом напряженности адаптационных механизмов позволяет оценить адекватность иммунного реагирования условиям, в которых на данном этапе функционирует организм.

4. Разработанные программы реабилитации больных с непсихо-тическими психическими расстройствами с включением иммуномоду-ляторов, цитопротекторов, антиоксидантов повышают эффективность базисной терапии, оптимизируют механизмы психонейроиммуномоду-ляции, активизируют индивидуальные адаптационные возможности пациентов и повышают их стрессоустойчивость.

Научная новизна. Впервые проведено комплексное исследование клинико-иммунобиологических параметров при психической адаптации-дезадаптации от донозологических психодезадаптационных состояний до сформированных непсихотических психических расстройств. Анализ изученных показателей с позиций нозологических и патодинамических критериев диагностики и развития патологического процесса позволил оценить вклад системы иммунитета  в механизмы формирования непсихотических психических расстройств. Получены фундаментальные данные о связи иммунной реактивности, характеристик механизмов психологической защиты, реактивной и личностной тревожности при психической дезадаптации, на основе анализа которых определены факторы индивидуальной устойчивости и уязвимости к стрессогенным воздействиям, разработаны диагностические и патодинамические модели оценки уровня психической дезадаптации в континууме «здоровье – психоадаптационные - психодезадаптационные состояния – непсихотические психические расстройства и их затяжное течение». Впервые на основании индивидуальных данных гемограмм определена структура адаптационных состояний у лиц при психоэмоциональном напряжении и у пациентов с непсихотическими психическими расстройствами. Разработаны новые методологические подходы к оценке нарушений функционирования системы иммунитета с учетом напряженности адаптационных механизмов, которые дают важную информацию об адекватности иммунных реакций на стрессогенные воздействия. На базе полученных теоретических положений разработаны дифференцированные реабилитационные программы с включением в комплекс психофармакотерапии методов иммунокоррекции, направленные на повышение стрессоустойчивости и иммунной защиты пациентов с непсихотическими психическими расстройствами.

Практическая значимость. Полученные новые данные о системе иммунитета, гормонального обмена и личностного реагирования на стресс при непсихотических психических расстройствах могут быть использованы в практическом здравоохранении с целью оптимизации специализированной помощи больным. Выявлены информативные комплексы клинико-иммунобиологических и психологических показателей в качестве дополнительных параклинических диагностических критериев формирования непсихотических психических расстройств и их затяжного течения. Разработаны относительные иммунологические нормы для адаптационных реакций круга нормального функционирования, острого и хронического стресса, которые могут быть использованы в клинической практике для оценки индивидуальных иммунограмм пациентов с непсихотическими психическими расстройствами. Разработаны дифференцированные реабилитационные программы с включением методов иммунокоррекции, применение которых повышает адаптационные возможности пациентов с непсихотическими психическими расстройствами и эффективность терапии.

Внедрение результатов в практику. Результаты исследования представлены в методических рекомендациях «Характеристика популяций иммунокомпетентных клеток, выявляемых с помощью моноклональных антител, у здоровых людей Западной Сибири» Томск, 2000. Основные положения диссертационного исследования включены в программу обучения врачей-интернов и ординаторов по специальности «психиатрия», используются в научных работах сотрудников НИИ психического здоровья СО РАМН, внедрены в программу обучения на кафедрах психиатрии ГОУ ВПО Сибирского государственного медицинского университета, Новосибирского государственного медицинского университета, Кемеровской Государственной медицинской академии.

Результаты работы внедрены в клиническую практику и используются в клиниках НИИПЗ СО РАМН, ОГУЗ Томской клинической психиатрической больнице, ОГУЗ Кемеровской областной клинической психиатрической больнице.

Апробация работы. Материалы диссертации представлены на: II Всероссийской конференции с международным участием «Клиническая и экологическая психонейроиммунология» (Томск, 1997); IV съезде физиологов Сибири (Новосибирск, 2002); Всероссийской конференции с международным участием «Современные проблемы биологической психиатрии и наркологии» (Томск, 2003); XI, XII, XIII и XIV отчетных научных сессиях НИИПЗ СО РАМН (Томск, 2003; 2005; 2007; 2009); IV Российской конференции  «Нейроиммунопатология» (Москва, 2006); IV Международной научно-практической конференции «Медицинские и экологические эффекты ионизирующего излучения (MEEIR-IV)» (Северск-Томск, 2007); Российской конференции «Взаимодействие науки и практики в современной психиатрии» (Москва, 2007); III  всероссийской научно-практической конференции с международным участием «Фундаментальные аспекты компенсаторно-приспособительных процессов» (Новосибирск, 2007); 20th and 23th European College of Neuropsycho-pharmacology Congress (Vena, Austria, 2007; Amsterdam, The Netherlands, 2010); II Всероссийской конференции с международным участием «Современные проблемы биологической психиатрии и наркологии» (Томск, 2008); Международной конференции «Физиология и патология иммунной системы» и IV Международной конференции по иммунотерапии (Москва, 2008); Общероссийской конференции Реализации подпрограммы «Психические расстройства» Федеральной целевой программы «Предупреждение и борьба с социально-значимыми заболеваниями (2007-2011 гг.)» (Москва, 2008); XIV World Congress of Psychiatry (Prague, Czech Republic, 2008); Региональной научно-практической конференции «Проблемы комплексной реабилитации инвалидов, пути решения» (Томск, 2009); Всероссийской конференции «Охрана психического здоровья работающего населения России» (Кемерово, 2009); Общероссийской конференции «Взаимодействие специалистов в оказании помощи при психических расстройствах» и пленуме Правления Российского общества психиатров с участием главных психиатров и наркологов, руководителей психиатрических и наркологических учреждений субъектов Российской Федерации совместно со II Восточно-Европейским Конгрессом по психиатрии (Москва, 2009); 9th World Congress of Biological Psychiatry (Paris, France, 2009); VI российской конференции «Нейроиммунопатология» (Москва, 2010).

Всего по теме диссертации опубликовано 53 работы,  в том числе 17 статей в реферируемых изданиях, рекомендованных  ВАК РФ для публикации материалов диссертационных исследований на соискание ученой степени доктора медицинских наук; получено 3 патента РФ на изобретения. 

Объем и структура диссертации. Диссертация изложена на 432 страницах машинописного текста и состоит из введения, обзора литературы, описания материалов и методов исследования, результатов собственных исследований, заключения, выводов, списка использованной литературы, приложения. Работа иллюстрирована 85 таблицами, 28 рисунками. Библиографический указатель включает 390 источников, из которых 280 отечественных и 110 иностранных.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

В группу исследования методом сплошной выборки включены 1067 человек:

- 232 студента медицинских вузов практически здоровые молодые люди (средний возраст 21,71±1,70 лет), оказавшиеся в проблемной ситуации при поступлении для продолжения обучения в военно-медицинский институт в первый временной период адаптации (2-3 месяца) к новым условиям жизнедеятельности: смена местожительства и климата; проживание в общежитии, новые межличностные взаимоотношения и др. Среди них были выделены три группы лиц, которые отличались разным уровнем психической адаптации: 1 - здоровые (129 человека); 2 - психоадаптационные состояния – ПАС (64 человека); 3 - психодезадаптационные состояния  - ПДАС (39 человек);

- 515 больных, проходивших курс лечения в отделении пограничных состояний клиник НИИПЗ СО РАМН (90 человек с расстройствами адаптации; (средний возраст 39,68±9,78 лет); 100 человек с посттравматическими стрессовыми расстройствами, участники боевых действий на Кавказе (средний возраст 32,06±7,30 лет); 325 человек – с непсихотическими психическими расстройствами органического генеза, выявленные у ликвидаторов последствий аварии на Чернобыльской АЭС  (средний возраст 44,47±6,84 лет);

- 320 человек (165 мужчин и 155 женщин) – сотрудники учреждений, студенты - (группа сравнения) при изучении структуры клинических синдромов вторичной иммунной недостаточности, соматической патологии, адаптационных реакций;

- 190 практически здоровых людей (79 мужчин и 111 женщин), проживающих в регионе Западной Сибири - контрольная группа при иммунобиологических исследованиях.

Группа сравнения и контрольная группа соответствовала по полу и возрасту обследуемым больным. 

Исследование проводилось в соответствии с принципами Хельсинской декларации ВМА. От каждого пациента и добровольца было получено письменное информированное согласие на участие в исследовании.

Основные методы исследования: клинико-психопатологический (учитывающий спектр и выраженность симптомологических и синдромологических клинических характеристик); клинико-динамический (позволяющий оценить клиническую картину непсихотических психических расстройств на различных этапах их течения и в процессе терапии); параклинический (лабораторно-инструментальный), экспериментально-психологический (психометрические исследования); статистический.

Основными инструментами исследования являлись: «Клиническая карта обследования больного», разработанная для задач настоящего исследования в отделении пограничных состояний НИИПЗ СО РАМН (научный руководитель – академик РАМН, Заслуженный деятель науки РФ В.Я. Семке), «Шкала оценки эффективности терапии больных пограничными состояниями» [Семке В.Я., 1999], отражающая уровень социальной адаптации (А – полное выздоровление с восстановлением прежнего социального и трудового статусов; В – практическое выздоровление с необходимостью проведения эпизодических социотерапевтических мероприятий; С – неполное выздоровление с наличием отдельных симптомов; Д – отсутствие выздоровления).

Диагностическая оценка и клиническая квалификация непсихотических психических расстройств осуществлялась научными сотрудниками и врачами отделения в соответствии с Международной статистической классификацией болезней, травм и причин смерти 10-го пересмотра (МКБ-10): «Невротические, связанные со стрессом и соматоформные расстройства» (F4) и «Органические, включая симптоматические, психические нарушения» (F0). Клинико-нозологическая структура непсихотических психических расстройств представлена в таблице 1.

Таблица 1

Клинико-нозологическая структура непсихотических

психических расстройств

Шифр

МКБ-10

Нозологическая форма

Количество

больных

абс.

%

F 43.2

Расстройства адаптации:

90

17,47

F 43.21

Пролонгированная депрессивная реакция

38

7,38

F 43.22

Смешанная тревожная и депрессивная реакция

27

5,24

F 43.23

С преобладанием других эмоций

25

4,85

F 43.1

Посттравматическое стрессовое расстройство

100

19,42

F 06.68

Органическое эмоционально-лабильное

(астеническое) расстройство в связи со

смешанными заболеваниями

232

45,05

F 07.08

Органическое расстройство личности в связи

со смешанными заболеваниями

93

18,06

Всего:

515

100,0

Исследование системы иммунитета осуществляли согласно этапной программы иммунологического обследования [Орадовская И.В., Пинегин Б.В., 1990]. На первом этапе проводили долабораторную диагностику клинических синдромов вторичной иммунной недостаточности (ВИН) с помощью «Карты диагностики иммунной недостаточности при иммуноэпидемиологических исследованиях взрослого населения» [Петров Р.В., Орадовская И.В., 1987], адаптированной к задачам исследования и позволяющей оценить степень нарушений иммунитета и выявить их проявления в виде клинических синдромов ВИН (инфекционный, аллергический, аутоиммунный).

На втором этапе проводили оценку иммунного статуса с применением комплекса иммунологических методик [Петров Р.В. и др., 1992; Ветлугина Т.П. и др., 2000; Хаитов Р.М. Пинегин Б.В., 2001]. При фенотипировании иммунокомпетентных клеток выявляли CD2+ (общий пул Т-лимфоцитов), CD3+ (зрелые Т-лимфоциты), CD4+ (Т-хелперы/индукторы), CD8+ (цитотоксические Т-лимфоциты), CD16+ (натуральные клетки-киллеры), HLADR+ (клетки, экспрессирующие маркеры поздней активации); CD72+ (В-лимфоциты); CD95+ (клетки с Fas – рецепторами готовности к апоптозу). Определяли концентрацию сывороточных иммуноглобулинов M, G, A; уровень цир кулирующих иммунных комплексов (ЦИК) в сыворотке крови с использованием ПЭГ-6000; фагоцитарную активность лейкоцитов (фагоцитарный индекс – ФИ и фагоцитарное число – ФЧ в тест-системе с меламино-формальдегидным латексом; активность оксидантных систем нейтрофилов  в НСТ-тесте). Уровень белка S-100, энцефалитогенного белка и  антител к ним, концентрацию гормонов щитовидной железы (трийодтиронина – Т3, тироксина – Т4), тиреотропного гормона (ТТГ) и кортизола определяли методом твердофазного иммуноферментного анализа (ИФА).





По данным гемограммы оценивали адаптационные реакции организма и с помощью «Циклической модели смены адаптационных реакций», реализованной в компьютерной программе «НЕМ», выделяли основные круги функционирования организма (круг нормального функционирования, острого стресса, хронического стресса, сбалансированной патология, переходных состояний - риска развития патологии) [Копанев В.А. и др., 2005].

Экспериментально-психологическое обследование проводили с использованием теста «Нервно-психическая адаптация» (НПА) [Гурвич И.Н., 1992], опросника  «Индекс жизненного стиля» (ИЖС) в переводе и адаптации Е.Б.Клубовой [1994; 1998] и «Шкалы самооценки» (ШС) [Ханин Ю.Л., 1978].

Статистический анализ и обработку данных проводили с использованием пакетов STATISTICA версия 7.0 и SPSS 17.0 для Windows. Применяли непараметрические критерии, их описательная статистика представлена медианой и межквартильным интервалом [Жижин К.С., 2007; Вукулов Э.А., 2008]. Для сравнения исследуемых выборок по качественным показателям использовали методы Хи-квадрат Пирсона для малых частот, -преобразования Фишера и точного критерия Фишера. Достоверность различий определяли по непараметрическим критериям Манна-Уитни и Вилкоксона для парных признаков. Для проверки статистических гипотез при сравнении независимых выборок применяли непараметрический дисперсионный анализ Краскела-Уоллиса. Корреляционный анализ проводили с помощью коэффициента ранговой корреляции Спирмена (rS). Критический уровень значимости принимался равным 0,05. Для построения моделей формирования и развития психической дезадаптации использовали пошаговую логистическую регрессию [Леонов В.П. и др., 1999; Реброва О.Ю., 2002].

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Иммунологическая характеристика психоэмоционального напряжения на донозологическом уровне психической адаптации-дезадаптации

Проведено комплексное клинико-иммунологическое обследование 232 практически здоровых молодых людей в первый временной период адаптации к новым условиям жизнедеятельности. Все обследованные по результатам методики «Нервно-психической адаптации» (НПА) были распределены на три группы. К первой группе были отнесены 129 человек (55,6% от всей выборки), получившие показатель теста «НПА» от 0 до 12 баллов (здоровые). Данная группа  характеризовалась отсутствием симптоматики, свидетельствующей о наличии патологических дезадаптивных проявлений. Во вторую группу  - «непатологическая дезадаптация» или психоадаптационное состояние (ПАС) вошли 64 человека (27,6%), набравшие от 13 до 23 баллов. Психоадаптационные состояния являются относительно стабильными образованиями, при которых действия индивида в диапазоне меняющейся социальной, экологической среды не выявляли патологического склада личности, и при напряжении адаптационных механизмов нет признаков их истощения. Третью группу – «патологическая дезадаптация» или психодезадаптационное состояние (ПДАС) составили 39 человек (16,8%), у которых показатели теста «НПА» были 24 и более баллов. Психодезадаптационные состояния - относительно стабильный симптомокомплекс, соответствующий регистру пограничных состояний и характеризующийся снижением адаптивных возможностей индивида, наличием признаков истощения и незначительным ресурсом для восстановления психического здоровья.

При проведении долабораторного иммунологического обследования клинические синдромы ВИН выявлены у 43,7% лиц с ПАС и у 53,8% лиц с ПДАС, что достоверно превышает соответствующий показатель в группе здоровых лиц – 27,1% (2=6,84; p=0,008). Во всех обследуемых группах преобладал инфекционный синдром (2=11,77; p=0,008). Частота встречаемости сопутствующей соматической патологии по группам составила 10,1; 21,9; 35,4% соответственно.

В иммунном статусе  группы ПАС по сравнению с группой здоровых установлено снижение относительного числа зрелых Т-лимфоцитов - СD3+-фенотипа (65,08 и 68,00%; p=0,001), лимфоцитов с маркерами поздней активации HLADR (16,50 и 18,00%; p=0,001),  снижением относительного и абсолютного количества В-лимфоцитов – СD72+-фенотипа (9,02 и 10,00% при p=0,009; 0,17х109/л и 0,19х109/л при  p=0,010) и концентрации IgG (18,67 и 19,58 г/л; p=0,014).

У лиц с ПДАС, по сравнению со здоровыми выявлено снижение относительного и абсолютного количество Т-лимфоцитов - СD2+-фенотипа (68,88 и 70,00%; 1,45х109/л и 1,36х109/л; p=0,023 для обоих случаев), количества NK-клеток СD16+-фенотипа (8,00 и 10,00%; p=0,001) и HLADR+- лимфоцитов (15,00 и 18,00%; p=0,001) и снижение факторов гуморального иммунитета: В- лимфоцитов CD72+ (8,00 и 10,00%, p=0,001; 0,16х109/л и 0,19х109/л, p=0,042), уровня ЦИК (73,00, у здоровых 87,00 ус.ед.; p=0,001), концентрации IgG (18,19 и 19,58 г/л; p=0,016)  и IgА (2,00 и 2,49 г/л; p=0,001).

Иммунологические изменения в группах ПАС и ПДАС можно охарактеризовать как транзиторные, отражающие начальный период приспособления индивида к новым условиям жизнедеятельности.

Клинико-иммунологическая характеристика расстройств адап-тации. В группу обследования включено 90 больных с расстройствами адаптации. Психический статус пациентов характеризовался снижением настроения, беспокойством, чувством неспособности справляться c физическими нагрузками, планировать, продолжать оставаться в настоящей ситуации, снижением продуктивности в профессиональной деятельности и ежедневных делах. У 24,4% пациентов отмечалось тревожное настроение, проявляющееся крайне неприятным, неопределенным ощущением опасения чего–либо, ощущением угрозы, чувством напряжения, повышенной раздражительностью, плаксивостью. У 42,2% обследованных больных преобладали депрессивные расстройства, которые характеризовались пониженным фоном настроения, иногда достигающим уровня тоски, ограничением привычных интересов и желаний. Пациенты высказывали пессимистические мысли в отношении текущих событий, однообразно и негативно интерпретируя любые события. Для этой категории пациентов характерно умственное и физическое истощение, снижение концентрации внимания, трудность собраться с мыслями, ухудшение памяти. Среди стрессовых событий, которые послужили причиной развития расстройств адаптации, преобладали конфликты в межличностных отношениях, в частности, супружеские конфликты, разводы, служебные проблемы.

Долабораторная диагностика состояния системы иммунитета показали, что частота встречаемости клинических синдромов ВИН в группе пациентов с расстройствами адаптации составила 66,7%, в группе сравнения - 38,1% (2=23,18; р=0,0001). Структура ВИН представлена инфекционным синдромом (28,9%), аллергическим (13,3%), аутоиммунным  (5,6% случаев); в группе сравнения 28,7; 3,8; 1,2% соответственно.

Наряду с заболеваниями, определяющими основные клиниче-ские синдромы ВИН, у 81,1% обследованных пациентов были диагностированы и другие патологические состояния: заболевания сердечно-сосудистой системы, желудочно-кишечного тракта,  бронхолегочной системы и другие.

Результаты исследования системы иммунитета у пациентов с расстройствами адаптации выявили наличие иммунодефицитного состояния клеточного звена иммунитета: статистически значимое по отношению к контролю снижение количества Т-лимфоцитов CD2+-фенотипа (67,00 и 73,18% в контроле; p=0,001), зрелых Т-лимфоцитов CD3+-фенотипа (60,00 и 66,84%; p=0,001), Т-хелперов-индукторов CD4+-фенотипа (33,00 и 36,50%; p=0,001) и цитотоксических супрессоров/эффекторов CD8+-фенотипа (21,00 и 25,32%; p=0,001).  Установлено повышение количества лимфоцитов, экспрессирующих Fas-рецепторы готовности к апоптозу - CD95 (17,00 и 11,65%; p=0,001). Гуморальное звено иммунитета у больных расстройствами адаптации находится в активированном состоянии, о чем свидетельствует повышение количества В-лимфоцитов CD72+-фенотипа (10,00 и 9,30%; p=0,010), концентрации IgМ (1,66 и 1,24 г/л; p=0,001) и уровня ЦИК (104,47 и 89,00 ус.ед.; p=0,001). На фоне снижения количества фагоцитирующих лейкоцитов (66,00 и 71,44% в контроле, p=0,024), установлена активация оксидантных систем нейтрофилов: повышены показатели восстановления нитросинего тетразолия (НСТ) под влиянием супероксидных радикалов как в спонтанном (23,00 и 11,93%; p=0,001), так и в стимулированном вариантах НСТ-теста (30,00 и 22,98%; p=0,001).

Клинико-иммунобиологическая характеристика посттравматических  стрессовых  расстройств.

Комплексное клинико-иммунологическое исследование 100 участников боевых действий на Кавказе (комбатантов) с посттравматическими стрессовыми расстройствами (ПТСР) показало, что все обследованные пережили стрессовые события сверхсильного воздействия – ситуации постоянной смертельной опасности и непосредственный контакт со смертью. В клинической картине пациентов доминировали психогенно-обусловленные расстройства. У комбатантов при адаптации к «мирной жизни» преобладали астенические расстройства (78%), проявляющиеся в понижении физического тонуса, ощущения «хронической усталости», вялости, невозможности расслабиться и «отключить» навязчивые воспоминания о войне, особенно в вечернее и ночное время. Наряду с астенической симптоматикой отмечались агрипнические расстройства (17%), включающие в себя нарушения сна в виде затрудненного засыпания, раннего пробуждения, поверхностного сна с кошмарными сновидениями военного содержания. Пациенты отмечали неприятные ощущения «тяжести», «несвежести» в голове, двухсторонние цефалгии (42%), усиление тревоги (39%), которая была связана с боевым стрессом, реакции крайней импульсивности, конфликтности, вспышки дисфории (32%). У большинства пациентов выявлялись выраженные дезадаптивные расстройства, что приводило к снижению работоспособности, нарастанию неуверенности в себе и в правильности своих поступков, семейной дезадаптации, утрате социально-трудовых навыков.

Клинические синдромы ВИН были выявлены у 66,0% обследованных. Ведущим синдромом был инфекционный (44,0%), реже встречались аллергический (6,0%) и аутоиммунный (4,0%). Сопутствующие соматические заболевания выявлены у 79% обследованных, чаще отмечались заболевания желудочно-кишечного тракта (25,0%), сердечно-сосудистой системы (17,0%) и смешанная патология (23,0%)

В лабораторных исследованиях вторичный иммунодефицит подтверждается у 47,0% пациентов с ПТСР, который  характеризуется количественным дефицитом Т-лимфоцитов СD2+ (65,00, в контроле 73,25%; p=0,001), Т-лимфоцитов CD3+ (60,00 и 66,90%; p=0,001), хелперов/индукторов CD4+ (34,00 и 37,38%; p=0,001), цитотоксических супрессоров/эффекторов CD8+ (23,00 и 25,50%; p=0,001) и натуральных клеток-киллеров CD16+ (8,00 и 9,93%; р=0,046), при этом выявлено увеличение количества лимфоцитов - HLADR+-фенотипа (19,00 и 16,97%; p=0,001) и лимфоцитов с Fas-рецепторами готовности к апоптозу CD95+ (18,00 и 12,13%; p=0,001), повышение уровня ЦИК  (98,00 и 91,00 ус.ед.; p=0,001).

Клинико-иммунологическая характеристика органических психических расстройств.

Проведено комплексное клинико-иммунологическое обследование 325 мужчин с непсихотическими психическими расстройствами органического регистра. Все обследованные принимали участие в ликвидации последствий аварии на Чернобыльской АЭС в 1986-87 годах. Развитие непсихотических психических расстройств у ликвидаторов аварии на ЧАЭС обусловлено воздействием различных по интенсивности и продолжительности комбинированных факторов – радиационных, психогенных, социально-стрессовых, соматогенных, экзогенно-органических. Клинические проявления органических психических расстройств у ликвидаторов последствий аварии на ЧАЭС имели полиморфный характер. У подавляющего числа больных (78,2%) отмечалась симптоматика астенического круга, наблюдались аффективные расстройства (71,4%), дистимии и депрессивные состояния (13,2%).  Обращала на себя внимание большая распространенность интеллектуально-мнестических расстройств – у значительной части пациентов (30,5%) отмечалось формирование психоорганических нарушений от церебрастенического (14,8%) до энцефалопатического (15,7%) уровня. В подавляющем большинстве случаев (65,2%) наблюдались алгические расстройства, вестибулярные нарушения (63,4%), а также нарушение сна (46,1%).

Клинические синдромы ВИН выявлены  у 92,6% обследованных. У половины пациентов  (53,9%) отмечен инфекционный синдром, аллергический - в 6,5% случаев. Необходимо отметить высокую частоту встречаемости у пациентов аутоиммунного синдрома (24,9%, в группе сравнения - 1,2%) и сочетание двух и более синдромов ВИН (24,8%). Помимо клинических проявлений ВИН, у всех больных регистрируются сопутствующие соматические заболевания. Преобладают заболевания желудочно-кишечного тракта (23,7%) и эндокринной системы (12,9%), реже - сердечно-сосудистой (7,4%), бронхолегочной (6,5%) и мочеполовой (3,1%) систем. Смешанная патология выявлена в 46,5%.

В лабораторных исследованиях вторичный иммунодефицит подтвержден у 86,5% пациентов. В клеточном звене иммунитета больных наблюдается отклонение от контроля практически всех компонентов системы. Установлено снижение как относительного, так и абсолютного количества Т-лимфоцитов - CD2+ (67,83 и 73,25%; 1,17х109/л и 1,49х109/л; р=0,001 для обоих случаев), Т-лимфоцитов - CD3+ (55,09 и 66,90%; 0,92х109/л и 1,29х109/л;  р=0,001 для обоих случаев) и их субпопуляций: Т-хелперов/индукторов – CD4+ (31,07 и 37,38% и 0,54х109/л и 0,77х109/л; p=0,001 для обоих случаев) и цитотоксических Т-лимфоцитов – CD8+ (21,28 и 25,05%; 0,37х109/л и 0,52х109/л; p=0,001 для обоих случаев); достоверно повышено количество лимфоцитов, экспрессирующих рецепторы HLADR+ (31,30 и 16,97%; р=0,001) и Fas–рецепторы апоптоза CD95+ (19,00 и 12,13%; р=0,001). Анализ параметров гуморального иммунитета выявил достоверное увеличение количества В-лимфоцитов – CD72+ (11,07 и 9,00%; р=0,003) и уровня ЦИК (115,00 и 91,00 ус.ед.; р=0,001). Иммуноглобулиновый спектр характеризовался снижением концентрации IgG (14,02 и 16,98 г/л; р=0,001) и повышением IgA (2,32 и 2,08 г/л; р=0,019). При большом колебании значений фагоцитарного индекса (от низких  - 63,0% до высоких – 80,0%), количество частиц, поглощенных одним фагоцитом значительно ниже контрольных (5,67 и 8,34; р=0,001).

Таблица 2

Уровень мозгоспецифических антигенов и антител к ним

у больных с органическими психическими расстройствами

Показатели

Meдиана  (LQ–UQ)

R1

R2

U

p

Контроль

(N=39)

Больные  (N=60)

Энцефал. белок, нг/мл

1,781

(1,248-2,293)

2,739

(2,507-3,205)

959,5

3990,5

179,0

0,001

АТ 3G9-D6, нг/мл

1,752

(1,489-1,957)

1,883

(1,609-1,990)

1839,5

3110,0

1059,0

0,424

Белок S100, нг/мл

1,963

(1,589-2,151)

5,180

(5,071-5,879)

1540,5

3409,5

760,0

0,003

АТ5F11-C6, нг/мл

2,904

(2,221-3,318)

2,172

(2,073-2,446)

2812,5

2137,5

824,0

0,047

Примечание: АТ 3G9-D6 – антитела к энцефалитогенному белку;

АТ 5F11-C6 – анитела к белку S100

В сыворотке крови больных обнаружено увеличение концентрации мозгоспецифических белков (табл. 2). Достоверно по сравнению с контролем повышена концентрация энцефалитогенного белка (р=0,001). На фоне повышения концентрации белка S-100 (р=0,001), концентрация аутоантител к нему снижена (р=0,001). Повышение уровня нейроантигенов свидетельствует о деструктивных процессах в нервной ткани. В свою очередь низкий уровень противомозговых антител в сыворотке больных – неблагоприятный признак, поскольку противомозговые антитела выполняют «санитарную» функцию, связывают поступающие аутоантигены в кровоток и предотвращают тем самым развитие аутоиммунного процесса с участием нейротрофических белков (Крыжановский Г.Н. и др., 2003; Добродеева Л.К. и др., 2006; Широков Е.А. и др., 2006).

Результаты исследования показали, что состояние системы иммунитета пациентов с органическими психическими расстройствами характеризуется  как вторичная иммунная недостаточность с выраженным Т-иммунодефицитом и присоединением аутоиммунного компонента.

Иммунобиологическая характеристика непсихотических психических расстройств с позиции клинико-динамического подхода.

В процессе клинико-динамического анализа непсихотические психические расстройства исследовались на разных стадиях их течения.

Расстройства адаптации рассмотрены на стадиях невротической реакции, невротического состояния и невротического развития. Из всего объема исследуемых показателей с использованием рангового дисперсионного метода Краскела-Уоллиса выделена группа переменных, которая вносит наибольший вклад в формирование стадий развития расстройств адаптации (рис. 1). Высокое содержание Т-лимфо-цитов (СD2+-фенотипа) отмечается на стадии реакции, самые низкие их значения зафиксированы на стадии невротического состояния (p=0,0001). По мере утяжеления клинической картины расстройств адаптации уровень кортизола снижается (p=0,0002), а уровень тироксина - Т4 (p=0,0028) и сывороточного IgМ (p=0,0346) – повышается. В континууме «реакция-состояние-развитие» на фоне повышения оксидантной активности нейтрофилов в стимулированном варианте НСТ-теста (p=0,0001), изменения оксидантной активности в спонтанном варианте НСТ-теста носят разнонаправленный характер (p=0,0022).

Рисунок 1. Иммунобиологические показатели, вносящие

наибольший вклад в формирование стадий развития

расстройств адаптации.

  Средний 25%-75% Min-Max

Все пациенты с ПТСР по типу течения и длительности заболевания были распределены на две клинические группы. Первую клиническую группу (54 человека) составили больные, которым диагностировано острое-подострое течение ПТСР с длительностью заболевания не более трех лет. Во вторую группу (46 человек) вошли больные с затяжным течением ПТСР и длительностью заболевания более трех лет.

Клинические синдромы ВИН выявлены у 53,7% обследованных первой клинической группы и у 80,4% больных второй клинической группы (р=0,0040). Во второй группе чаще наблюдается инфекционный (38,9 и 50,0%) и сочетание двух и более синдромов ВИН (5,6 и 19,6%). Сопутствующая соматическая патология в первой клинической группе отмечается у 61,1% пациентов, во 2-й группе - у всех пациентов.

Наиболее значимыми особенностями иммунного статуса во 2-й  клинической группе с затяжным течением ПТСР по сравнению с 1-й группой (осторое-подострое течение) являются более низкие значения количества Т-хелперов-индукторов CD4+ -фенотипа (30,0 и 35,0%; р=0,001); натуральных клеток-киллеров CD16+ фенотипа (10,0; 7,0%; и 0,19; 0,14х109/л; р=0,001 для обоих случаев); более высокие значения относительного и абсолютного количества лимфоцитов с рецепторами HLADR (22,5 и 17,5%, р=0,001; 0,40 и 0,32х109/л, р=0,005), и уровня ЦИК (145,0 и 96,0 ус.ед., р=0,001).

Важную роль в механизмах реализации стресс-индуцированных реакций организма выполняют кортизол и гормоны щитовидной железы. Высокий уровень кортизола установлен для лиц с острым-подострым течением ПТСР - 834,00 нмоль/л; у пациентов с затяжным течением - 448,30 нмоль/л (p=0,001). Исследование гормонов щитовидной железы выявило достоверное снижение концентрации трийодтиронина (Т3) и тироксина (Т4) при остром-подостром течении ПТСР по сравнению с затяжным (соответственно 1,22 и 2,18 нмоль/л; 96,86 и 164,10 нмоль/л; p=0,001 для обоих случаев). Концентрация тиреотропного гормона (ТТГ) была ниже при затяжном течении ПТСР (2,25 и 2,54 мкМЕ/мл; p=0,015).

Органические психические расстройства были представлены органическими эмоционально-лабильными (астеническими) расстройствами (ОАР) - 232 человека и органическими расстройствами личности (ОРЛ) - 93 пациента.

В результате обследования клинические признаки ВИН были выявлены у 213 пациентов (91,8%) с ОАР и у 88 пациентов (94,6%) с ОРЛ. Достоверно чаще у больных с ОАР встречается инфекционный синдром (р=0,0001), а при ОРЛ – сочетание двух синдромов – инфекционного и аутоиммунного (р=0,0001). Сопутствующая соматическая патология выявлена у всех обследуемых обеих групп. Кроме этого, у 80,7% ОРЛ диагностирована дисциркуляторная энцефалопатия; при органическом астеническом расстройстве - у 43,9% больных.

Лабораторное обследования иммунного статуса показало, что  у пациентов с ОРЛ по сравнению ОАР достоверно снижено количество Т-лимфоцитов CD2+ ( 62,0 и 67,8%, р=0,001), CD3+ (51,00 и 55,10%, р=0,001), CD4+ (30,00 и 31,1%; р=0,001) CD8+ (20,00 и 21,10%; р=0,032), повышены содержание HLADR+ лимфоцитов и лимфоцитов, экспресссирующих рецептор апоптоза CD95+ (26,00 и 18,00%; р=0,001), концентрация IgМ (1,44 и 1,26 г/л; р=0,001), IgG (15,56 и 14,02 г/л; р=0,001), уровень ЦИК (130,00 и 115,00 ус.ед.; р=0,002). При исследовании мозгоспецифических антигенов и антител к ним у пациентов с органическим расстройством личности (ОРЛ) по сравнению с группой ОАР повышена концентрация белка S-100 (6,116 и 4,855 нг/мл, p=0,001), антител к данному белку (2,707 и 2,073 нг/мл; p=0,001) и концентрации антител к энцелифатогенному белку (2,140 и 1,858 нг/мл, р=0,001).

Гормональный статус больных с ОРЛ по сравнению с ОАР (табл. 3) характеризовался снижением уровня кортизола (р=0,001) и трийодтиронина – Т3 (р=0,050), повышением тироксина - Т4 (р=0,021) и ТТГ (р=0,001). 

Таблица 3

Гормональный статус больных с органическими астеническими

расстройствами и органическими расстройствами личности

Гормоны

Meдиана  (LQ–UQ)

R1

R2

U

p

ОАР

(N=232)

ОРЛ

(N=93)

Кортизол нмоль/л

670,00

(587,00-837,00)

552,00

(461,00-662,00)

43027,0

9948,0

5577,0

0,001

Т3,

нмоль/л

2,18

(1,93-2,47)

2,12

(1,70-2,48)

39315,5

13659,5

9288,5

0,050

Т4,

нмоль/л

112,50

(88,60-162,40)

147,23

(100,90-162,59)

36056,0

16919,0

9028,0

0,021

ТТГ,

мкМЕ/мл

2,49

(2,15-3,36)

3,98

(2,51-6,99)

32428,0

20547,0

5400,0

0,001

Установленные иммунобиологические изменения следует рас-сматривать в качестве своеобразных характеристик единого психо-биологического процесса при психической дезадаптации. Основные закономерности психонейроиммуномодуляции при непсихотических психических расстройствах проявляются дисбалансом иммунной и нейроэндокринной систем и сопряжены с клиническим формами и клинико-динамическими характеристиками заболевания. Снижение защитных иммунных механизмов с формированием Т-клеточного иммунодефицита, клинических синдромов вторичной иммунной недостаточности, нарушение гормонального фона повышают восприимчивость организма к действию патогенных, в том числе стрессогенных факторов и способствуют формированию затяжного течение непсихотических психических расстройств.

Психологические защиты при разных уровнях психической адаптации-дезадаптации.

С целью выявления взаимосвязей между психологическими защитными механизмами, уровнем тревожности и нарушением психического здоровья нами проведено психологическое обследование здоровых лиц, лиц, находящихся в психоадаптационном и психодезадаптационном состоянии (ПАС и ПДАС), больных с ПТСР и органическими психическими расстройствами.

При сопоставлении величины показателя реактивной тревоги (RТ) во всех группах на уровне тенденции отмечается большая выраженность RТ у здоровых лиц (39,0 баллов), далее, по выраженности следует группа с ПАС (38,0 баллов), и ПДАС (37,0 баллов). Изучая проявления личностной тревожности (LТ) в качестве устойчивой черты, сформированной на основе биопсихосоциальных факторов, значительное преобладание этого показателя на уровне достоверной значимости отмечается в группе ПДАС по сравнению с ПАС (48,0 и 47,0 баллов; р=0,0478) и группой здоровых лиц (44,0 баллов; р=0,0017). Можно заключить, что существует прямая зависимость между величиной показателя личностной тревожности и формированием и усилением дезадаптивной симптоматики в проблемной ситуации.

Распределение общей психологической защиты в группах здоровых, c ПАС-ПДАС по опроснику «ИЖС» свидетельствует, что наиболее высокие показатели по сравнению с группой здоровых (47,0 ‰) на уровне достоверной значимости характерны для ПДАС (61,0 ; р=0,0001), затем следуют ПАС (54,0 ; р=0,0001). Уровень актуальной тревоги во второй и третьей группах является недостаточным для совладения со стрессом и способствует усилению напряженности психологической защиты в этих группах. При этом в группе здоровых лиц уровень актуальной тревоги оказывается достаточным для преодоления и формирования компенсаторных механизмов, не требующих усиления психологической защиты и формирования ее избыточности, которая характерна для ПДАС.

Характеризуя выраженность каждого из восьми механизмов психологической защиты, следует обратить внимание на то, что для всех групп общий профиль защитного комплекса сохраняется, меняются только количественные показатели, отражающие уровень напряженности защитных механизмов (рис. 2). Во всех группах на первом по выраженности месте находится компенсация; вторым по значимости защитным механизмом является реактивное образование. Для каждой

Рисунок 2. Выраженность психологических защит при разных уровнях психической адаптации

из групп выделен определенный защитный блок, отличающийся от других значительной напряженностью психологической защиты на уровне достоверной значимости. Помимо отмеченных МПЗ, в группе здоровых из часто используемых защитных механизмов встречается отрицание, в группе ПАС – интеллектуализация; ПДАС – регрессия.

Наиболее высокие показатели каждого МПЗ, а также уровень общей защиты отмечаются при ПДАС. Данный защитный комплекс становится стереотипным, затем ригидным и патологизирующим. При длительном действии этого дезадаптивного защитного стиля у лиц этой группы снижается возможность проявления более конструктивных способов совладения с реальностью и поисков выхода из проблемной ситуации.

На следующем этапе проводилось экспериментально-психоло-гическое исследование больных с посттравматическими стрессовыми расстройствами (43 мужчин), больных с непсихотическими психическими расстройствами органического круга (28 мужчин – ликвидаторов аварии на ЧАЭС) и здоровых мужчин (79 человек).

Наибольшая выраженность показателя реактивной тревоги отмечается в группе пациентов с ПТСР как по сравнению со здоровыми мужчинами (46,0 и 39,0 баллов; р=0,0001), так и по сравнению с больными с органической патологией (46,0 и 42,0 баллов; р=0,0001). Эти данные свидетельствуют о различиях ситуационного реагирования обследуемых в проблемных ситуациях. Противоположные результаты отмечаются при проявлении личностной тревожности. Наиболее выраженная LТ по сравнению с группой здоровых мужчин наблюдается в группе больных с органическими расстройствами (55,4 и 43,0 баллов; р=0,0001), затем следуют пациенты с ПТСР (51,0 и 43,0 баллов; р=0,0001). Личностная тревожность характеризует устойчивую склонность воспринимать большой круг ситуаций как угрожающие, реагировать на такие ситуации состоянием тревоги.

Средние показатели выраженности МПЗ по всем шкалам в группе пациентов с ПТСР представлены на рисунке 4. На первом месте по выраженности стоит вытеснение, на втором - интеллектуализация и замещение; минимально выражен МПЗ компенсация. Лицам с органическими расстройствами максимально свойственен механизм регрессия, на втором плане выступают психологические защиты вытеснение и замещение (рис. 3). Менее выражен механизм отрицания. Выраженность регрессии существенно отличает группу пациентов с органическими расстройствами от больных с ПТСР. При защитном механизме регрессии происходит возвращение к более ранним  личностным реакциям. При этой форме защитной реакции личность, заменяет решение субъективно более сложных задач относительно более простыми и доступными в сложившейся ситуации, что существенно обедняет общий, потенциально возможный арсенал преодоления конфликтных ситуаций.

Рисунок 3. Выраженность механизмов психологических защит у больных ПТСР и непсихотическими психическими расстройствами

органического регистра

Взаимосвязь параметров иммунной и психологической защит.

Иммунная система и психологическая защита на разных уровнях обеспечивают защиту от генетически чужеродной для организма (в первом случае) и нежелательной для личности (во втором случае) информации. В связи с этим представляет интерес анализ взаимосвязей между количественными характеристиками психологических защитных механизмов и параметрами иммунитета у лиц с разным уровнем психической адаптации-дезадаптации.

Установлено, что в группе здоровых в равной степени слабые корреляционные связи между популяцией общих Т-лимфоцитов CD2+-фенотипа и ЦИК образуют такие способы психологической защиты как компенсация, проекция, интеллектуализация и реактивные образования. При ПАС большинство достоверных взаимосвязей образует МПЗ замещение с параметрами клеточного иммунитета: Т-лимфоцитами СD2+ - фенотипа, натуральными клетками-киллерами СD16+ - фенотипа и В-лимфоцитами СD72+ - фенотипа. В группе ПДАС в большей степени ассоциативные межсистемные связи с параметрами клеточного иммунитета и IgG образуют МПЗ регрессия и интеллектуализация.

При ПТСР значительно увеличивается число взаимосвязей за счет вовлечения большего количества способов МПЗ (вытеснение, компенсация, отрицание, интеллектуализация и реактивные образования), которые коррелируют с Т-хелперами/индукторами (CD4+), ЦИК, IgM, IgA и показателями фагоцитоза. «Корреляционные профили» в группе пациентов с  органическими расстройствами были близки по количеству значимых корреляций к группе с ПТСР, но в ассоциативные связи с параметрами клеточного иммунитета (CD2+, CD4+, CD8+ , CD95+) и фагоцитоза вступали вытеснение, регрессия, отрицание и реактивные образования.

Необходимо отметить, что в континууме «здоровье-ПАС-ПДАС-непсихотические психические расстройства» увеличивается число и сила межсистемных взаимосвязей, что отражает повышение напряженности функционирования иммунопсихологического защитно-адаптивного комплекса по мере утяжеления психической дезадаптации

Патодинамическая модель развития психической адаптации-дезадаптации.

На основе полученных клинико-иммунологических, экспериментально-психологических и иммунобиологических данных с помощью метода пошаговой логистической регрессии разработана дифференциально-диагностическая модель развития психической адаптации-дезадаптации в континууме от здоровья к напряжению психической адаптации (ПАС) и последующему срыву психического приспособления (ПДАС) с переходом в клинически развернутую форму – невротические, связанные со стрессом расстройства.

Из всего объема анализируемых данных в модель вошли статистически достоверные переменные: клинические – пол, синдромы ВИН и сопутствующая соматическая патология; иммунологические –количество Т-лимфоцитов (CD2+), зрелых Т-лимфоцитов (CD3+), натуральных клеток-киллеров (CD16+), лимфоцитов c маркерами поздней активации (HLADR), уровень IgG и ЦИК; психологические: механизмы психологической защиты (вытеснение, регрессия, компенсация, замещение) и показатели реактивной и личностной тревожности. Различные варианты взаимосвязей этих показателей определяют ресурсы индивидуальной устойчивости и уязвимости к стрессогенным факторам.

Расчет вероятности (Р) формирования и развития психической дезадаптации проводили по формулам, суммируя рассчитанные весовые коэффициенты в зависимости от «присутствия-отсутствия» клинического признака и весовые коэффициенты с учетом индивидуальных значений иммунологических показателей и данных психологического обследования. При значении вероятности P<0,05 обследуемого можно отнести к одному из четырех вариантов классификации: «здоровье», «ПАС», «ПДАС», «невротические, связанные со стрессом расстройства». Проверка модели была осуществлена на экзаменационной выборке, состоящей из 200 испытуемых в возрасте 21-60 лет. Из них 65 - здоровые, 35 – с ПАС, 32 – ПДАС и 68 пациентов с невротическими, связанными со стрессом, расстройствами. Процент распознавания составил:  вероятность отсутствия у испытуемого признаков нарушения психического здоровья (ПАС, ПДАС и невротического расстройства) и признание его здоровым - 96,9 % (63 человек из 65); вероятность признания его состояние как ПАС - 94,3 % (33 человека из 35); вероятность признания его состояние как ПДАС - 96,9 % (31 человек из 32); вероятность признания его состояние как невротическое расстройство - 97,1 % (66 человек из 68). Точность модели составила  96,5%.

Патодинамическая модель посттравматических стрессовых расстройств.

С целью повышения качества диагностики клинического течения посттравматических стрессовых расстройств методом пошаговой логистической регрессии разработана модель с использованием иммунологических, гормональных и психологических показателей у больных с острым-подострым и затяжным течением ПТСР. В результате анализа всех этих данных в модель вошли статистически достоверные переменные: Т-хелперы-индукторы (CD4+), натуральные клетки-киллеры (CD16+), тиреотропный гормон (ТТГ) и гормоны щитовидной железы (Т3 и Т4); показатель общей защиты (среднее арифметическое всех МПЗ) по опроснику «Индекс жизненного стиля».Расчет вероятности (Р) прогнозирования затяжного течения ПТСР проводили по формулам, суммируя рассчитанные весовые коэффициенты с учетом индивидуальных значений иммунобиологических показателей и данных психологического обследования. Если результат Р<0,05, то пациент относится к классу затяжного варианта течения ПТСР, в противном случае – к классу острое-подострое течение ПТСР. Проверка модели была осуществлена на экзаменационной выборке, состоящей из 30 человек (14 пациентов с хроническим течением ПТСР, 16 – с острым-подострым течением ПТСР). Процент распознавания составил:  отсутствие у пациента варианта затяжного течения болезни и как следствие присутствие варианта остро-подострого течения – 81,3% (13 пациентов из 16 обследованных); отсутствие у пациента остро-подострого течения, и как следствие присутствие варианта затяжного течения болезни – 85,7% (12 больных из 14 обследованных). Модель позволяет с высокой точностью (точность модели составила  83,3%) прогнозировать риск затяжного течения ПТСР,

Дифференциально-диагностическая модель непсихотических психических расстройств органического регистра.

Разработана математическая модель, повышающая точность дифференциальной диагностики органического эмоционально-лабильного (астенического) расстройства и органического расстройства личности. Методом пошаговой логистической регрессии из всего объема определяемых показателей были выделены восемь статистически достоверные переменные, вошедшие в модель: клинические – дисциркуляторная энцефалопатия; иммунобиологические – общее количество Т-лимфоцитов (CD2+), лимфоцитов, экспрессирующих маркер апоптоза – рецептор CD95, уровень нейроспецифического белка S-100 и антител к нему, тиреотропный гормон (ТТГ); психологические: показатели реактивной и личностной тревожности.

Расчет вероятности (Р) отнесения пациента к определенному диагностическому классу проводили по формулам, суммируя рассчитанные весовые коэффициенты для признака «присутствия-отсутствия» дисциркуляторной энцефалопатии и с учетом индивидуальных значений иммунобиологических показателей и данных психологического обследования. Если результат менее 0,05, то пациента можно отнести к классу «органическое развитие личности», в противном случае – к классу «органическое астеническое расстройство». Процент распознавания по экзаменационной выборке (30 человек – 15 пациентов с органическим астеническим расстройством и 15 пациентов с органическим расстройством личности) составил:  отсутствие у пациента варианта «органическое астеническое расстройство» и как следствие присутствие варианта «органическое развитие личности» – 80% (12 пациентов из 15 обследованных); отсутствие у пациента варианта «органическое развитие личности» и как следствие присутствие варианта «органическое астеническое расстройство» – 86,67% (13 пациентов из 15 обследованных). Точность данной модели составила  86,7%.

Неспецифические адаптационные реакции при разных уровнях психической дезадаптации.

Общие адаптационные реакции организма являются наиболее универсальными. При любом стрессовом воздействии организм проходит ряд типовых вариантов адаптационных реакций - реакция тренировки, активации, острого и хронического стресса, переходные реакции, в которые вовлечены все биологические системы организма.

Используя циклическую модель смены неспецифических адаптационных реакций, оцениваемых по индивидуальным гематологическим показателям, определена  структура адаптационных состояний и напряженность функциональных систем организма в группах здоровых, при состояниях психоэмоционального напряжения (ПАС-ПДАС) и у пациентов с непсихотическими психическими расстройствами.

У 73,7% лиц группы сравнения (сотрудники учреждений, студенты) адаптационные состояния определяются как круг нормального функционирования, переходных состояний и сбалансированной патологии; при ПАС-ПДАС – у 75,7% с перераспределением адаптационных состояний в сторону снижения круга нормального функционирования  и повышения круга сбалансированной патологии. При невротических, связанных со стрессом расстройствах, по отношению к  группе сравнения, увеличивается количество лиц с реакциями острого стресса (13,3 и 6,2%, р=0,0233) и риска развития патологии (41,1 и 26,4%, р=0,0035). При органических астенических расстройствах нарастает частота встречаемости адаптационных реакций круга хронического стресса (19,8 и 9,3%; р=0,0001). У больных с органическим расстройством личности состояния хронического стресса более чем в 2 раза превышает показатель группы сравнения (22,6 и 9,3%; р=0,0001). В целом, психические расстройства сопровождаются снижением частоты встречаемости адаптационных состояний круга нормального функционирования.

Поскольку иммунная система является системой быстрого реагирования, у одного человека в разных ситуациях могут отмечаться значительные колебания иммунологических параметров. Представляет интерес концепция адекватности или неадекватности биологических реакций на условия, в которых находится организм человека в период обследования. На основе данной методологии нами впервые разработаны новые подходы к оценке нарушений функционирования системы иммунитета с учетом особенностей напряженности адаптационных механизмов. Определены относительные иммунологические нормы для адаптационных состояний круга нормального функционирования, острого и хронического стресса. В таблице 4 представлены данные относительных иммунологических нормы для адаптационного состояния острого стресса.

Таблица 4

Общепринятые региональные нормы и относительные нормы

круга острого стресса

Показатели

иммунитета

Общепринятые

региональные нормы

(N=190)

Относительные нормы

круга острого стресса

(N=74)

M±1,5

Диапазон

M±1,5

Диапазон

CD2+, %

73,18±9,77

63 – 83

77,85±10,35

67 - 88

CD3+, %

66,85±11,49

55 – 78

65,70±9,54

56 - 75

CD4+, %

36,42±7,20

29 – 44

35,24±6,06

29 - 41

CD8+, %

25,33±5,94

19 – 31

23,03±6,03

17 - 29

CD4/CD8

1,45±0,38

1,0 – 1,8

1,57±0,45

1,1 - 2,0

HLADR+, %

18,41±8,01

10 – 27

24,08±9,21

15 - 33

CD72+, %

9,57±5,40

4 – 15

11,66±5,13

6 - 17

CD16+, %

9,46±5,07

4 – 15

10,95±5,24

6 - 16

CD95+, %

11,65±4,44

7 – 16

16,98±4,62

12 - 21

Ig M, г/л

1,52±0,84

0,6 – 2,4 

1,30±0,76

0,5 - 2,0

Ig G, г/л

15,91±6,57

9,0 – 22,0

14,35±6,46

7,9 – 20,8

Ig A, г/л

2,08±1,23

0,8 – 3,3

1,91±0,80

1,1 - 2,7

ФИ, %

71,44±12,68

58 – 84

72,36±15,76

56 - 88

Фаг.число

6,64±3,92

3 – 11

6,40±3,20

3,2 - 9,6

ЦИК, ус.ед.

90,33±50,08

40 – 140

103,88±53,85

50 - 158

Относительные иммунологические нормы позволяют оценить адекватность реагирования иммунной системы пациента, поступившего в стационар в состоянии острого стресса, и принять решение о необходимости и целесообразности назначения иммуноактивных препаратов.

Реабилитационные программы для пациентов с непсихотическими психическими расстройствами.

На базе полученных теоретических положений разработаны дифференцированные реабилитационные программы с включением в комплекс психофармакотерапии методов иммунокоррекции, направленные на повышение стрессоустойчивости и иммунной защиты пациентов с непсихотическими психическими расстройствами. Программы включают широкий спектр иммуноактивных препаратов (иммунотерапия), и средств, опосредовано влияющих на иммунитет (экстраиммунотерапия)  и  разработаны с учетом особенностей клинического течения пограничных психических расстройств, наличия клинических синдромов ВИН, сопутствующей соматической патологии, оценки напряженности адаптационных реакций организма по данным гематологического анализа, лабораторной диагностики нарушений иммунитета.  Применение разработанных программ оказывает позитивный психонейроиммуномодулирующий эффект, который сопровождается положительной клинической динамикой и оптимизацией иммунной защиты.

А

Б

А – реабилитационные программы; Б – базисная терапия.

Н – нормальное функционировани; РРП – риск развития патологии;

СБП – сбалансированная патология; ОС –  острый стресс;

ХС – хронический стресс.

Рисунок 4. Распределение адаптационных реакций у больных с

непсихотическими психическими расстройствами

При оценке адаптационных реакций организма в динамике проводимой комплексной терапии у больных непсихотическими психическими расстройствами клиническое улучшение сопровождается увеличением в 2,6 раза количества пациентов с адаптационными реакциями, характеризующими круг нормального функционирования (с 8 до 21 с 17,7% до 46,7%; р=0,0001) и уменьшением в 3 раза (с 6 до 2 или с 13,3% до 4,4%; р=0,0001) количества больных с реакциями хронического стресса и в 4 раза с (8 до 2 или с 17,7% до 4,4%; р=0,0001) - реакциями острого стресса (рис. 4).

Применение реабилитационных программ, направленных на коррекцию и оптимизацию нейроиммунных нарушений и повышение стрессоустойчивости повышат эффективность базисной терапии при непсихотических психических расстройствах: состояние полного («А») и практического выздоровления («В») достигнуто у 87,5% пациентов, неполного выздоровления («С») – у 12,5%; у больных, принимавших только базисную терапию: «А+В» отмечено в 64,3% случаев, «С» – в 28,6% и незначительное улучшение («Д») – у 7,1% пациентов.

Основные положения исследования о роли системы иммунитета в клинико-патодинамических механизмах непсихотических психических расстройств представлены на гипотетической схеме (рис. 5).

Рисунок 5. Система иммунитета в клинико–патодинамических механизмах

непсихотических психических расстройств

ВЫВОДЫ

1. Клинико-иммунологическое исследование 747 человек выявило участие системы иммунитета в механизмах реализации психоэмоционального стресса от донозологических психодезадаптационных состояний до сформированных непсихотических психических расстройств.

1.1. У лиц, находящихся в состоянии психоэмоционального напряжения (ПАС), отмечаются транзиторные нарушения в системе клеточного иммунитета, которые проявляются снижением количества Т-лимфоцитов CD3+, лимфоцитов с рецепторами поздней активации (HLADR+), В-лимфоцитов CD72+, концентрации IgG.  При психической дезадаптации (ПДАС) выявлено снижение количества CD2+-лимфоцитов, натуральных киллеров CD16+, CD72+-лимфоцитов и  факторов гуморального иммунитета: уровня IgG, IgA, циркулирующих иммунных комплексов (ЦИК), увеличивается частота встречаемости клинических синдромов вторичной иммунной недостаточности (у здоровых лиц - 27,1;  при ПАС – 43,7; при ПДАС – 53,8%; p=0,0080) и сопутствующей соматической патологии (10,1; 21,9; 35,4% соответственно).

1.2. Расстройства адаптации с преобладанием депрессивных реакций сопровождаются формированием Т-клеточного иммунодефицита, нарушением процесса фагоцитоза, активацией факторов гуморального иммунного ответа, нарастанием частоты встречаемости клинических синдромов иммунной недостаточности (ВИН) и сопутствующей соматической патологии (66,7 и  81,1% соответственно, р=0,0001 по отношению к группе сравнения).

1.3. Посттравматические стрессовые расстройства (ПТСР), развившиеся в результате стресса боевых действий, характеризуются количественным дефицитом Т-лимфоцитов CD2+ CD3+ CD4+ CD8+-фенотипов и натуральных клеток-киллеров CD16+, увеличением количества лимфоцитов HLADR+, CD95+, повышением уровня циркулирующих иммунных комплексов (ЦИК); частота встречаемости клинических синдромов ВИН и сопутствующей соматической патологии сопоставима с группой пациентов с расстройствами адаптации.

1.4. Органические психические расстройства формируются на фоне стойкого снижения защитных иммунных механизмов, проявляющегося количественным дефицитом Т-лимфоцитов CD2+ и CD3+ -фенотипов, Т-хелперов/индукторов CD4+ и цитотоксических Т-лимфоцитов CD8+; снижением фагоцитарной активности нейтрофилов; повышением количества лимфоцитов HLADR+ и CD95+,  уровня  ЦИК, нарушением спектра сывороточных иммуноглобулинов и  присоединением аутоиммунного компонента - повышением концентрации энцефалитогенного белка и антител к нему, концентрации белка  S-100, наличием клинических синдромов ВИН (92,6%) с увеличением частоты встречаемости аутоиммунного синдрома до 24, 9% (в группе сравнения – 1,1%), сопутствующей соматической патологией в 100% случаев.

2. Анализ данных с позиций клинико-динамического подхода позволил выявить вклад иммунобиологических регуляторных систем организма в клиническом течении непсихотических психических расстройств.

2.1. Для расстройств адаптации в континууме «реакция–состояние–развитие» по мере утяжеления клинической картины характерно снижение Т-лимфоцитов СD2+-фенотипа, концентрации IgМ, кортизола, процесса фагоцитоза и  повышение концентрации тироксина (Т4). Выделенная группа переменных вносит наибольший вклад в формирование стадий развития расстройств адаптации.

2.2. Выявлены различия иммунобиологического реагирования при остром-подостром и затяжном течении ПТСР. Затяжное течение характеризовалось более выраженным снижением количества Т-лимфоцитов  CD4+, натуральных клеток-киллеров CD16+, уровня ЦИК, концентрации кортизола, тиреотропного гормона (ТТГ) и повышением HLADR+-лимфоцитов, концентрации гормонов щитовидной железы Т3 и Т4; нарастанием частоты встречаемости клинических синдромов ВИН и сопутствующей соматической патологии (53,7 и 80,4% при остром-подостром течении;  61,1 и 100,0%  при затяжном).

2.3. Иммунобиологические нарушения в группе пациентов с органическими расстройствами личности характеризуются более низкими значениями количества Т-лимфоцитов CD2+, CD3+ CD4+ CD8+-фенотипов, высоким содержанием лимфоцитов HLADR+ и лимфоцитов, экспрессирующих рецептор апоптоза CD95, повышением уровня ЦИК, концентрации IgG, IgМ, мозгоспецифического белка S-100, антител к этому белку и снижением антител к энцефалитогенному белку, повышением уровня Т4 и ТТГ по сравнению с  группой пациентов с органическими эмоционально-лабильными (астеническими) расстройствами.

3. Выявлены особенности механизмов психологической защиты и структуры корреляционных взаимосвязей между компонентами системы иммунитета и количественными характеристиками МПЗ у лиц с разным уровнем психической дезадаптации. В группе здоровых установлены в равной степени слабые корреляционные связи между CD2+- лимфоцитами, ЦИК и способами МПЗ за исключением регрессии, вытеснения и отрицания. При ПАС большинство взаимосвязей образует МПЗ замещение с параметрами клеточного иммунитета; в  группе ПДАС с компонентами  клеточного иммунитета и IgG в большей степени взаимосвязаны регрессия и интеллектуализация. При психической патологии усиливается вовлеченность в межсистемную интеграцию способов МПЗ (при ПТСР - вытеснение, компенсация, отрицание, интеллектуализация, реактивные образования; при органических психических расстройства - вытеснение, регрессия, отрицание, реактивные образования) и параметров разных звеньев иммунитета (клеточного, гуморального, фагоцитарного). Увеличивается число и сила межсистемных интеграций,  отражающих повышение напряженности функционирования иммунопсихологического защитно-адаптационного комплекса в континууме «здоровье – ПАС – ПДАС – непсихотические психические расстройства».

4. На основе анализа клинических, иммунобиологических, экспериментально-психологических данных выявлены наиболее значимые факторы стрессоустойчивости/стрессоуязвимости и разработаны диагностические и патодинамические модели, позволяющие с высокой степенью достоверности оценивать уровень психической дезадаптации в континууме «здоровье – психоадаптационное – психодезадаптационное состояние – непсихотические психические расстройства и их затяжное течение».

4.1. Разработана патодинамическая модель развития психической адаптации-дезадаптации в континууме от здоровья к напряжению психической адаптации (ПАС) и последующему срыву психического приспособления (ПДАС) с переходом в невротические, связанные со стрессом расстройства. В модель вошли клинические синдромы ВИН, сопутствующая соматическая патология, Т-лимфоцитыCD2+ и CD3+-фенотипов, натуральные клетки-киллеры CD16+, клетки с маркерами поздней активации HLADR, уровень IgG и ЦИК; показатели механизмов психологической защиты (вытеснение, регрессия, компенсация, замещение) и тревожности (RT и LT).

4.2.  Сравнительный анализ исследуемых показателей в группах пациентов с остро-подострым и затяжным течением посттравматических стрессовых расстройств выявил переменные (Т-хелперы-индукторы CD4+, натуральные клетки-киллеры CD16+, ТТГ и гормоны щитовидной железы Т3 и Т4, показатель общей напряженности психологической защиты), вошедшие в модель, которая повышает точность диагностики типа течения ПТСР и позволяет с высокой степенью достоверности прогнозировать их затяжное течение.

4.3. Разработана модель, повышающая точность дифференциальной диагностики непсихотических психических расстройств органического регистра в которую вошли: наличие дисциркуляторной энцефалопатии, количество Т-лимфоцитов CD2+, CD95+ - фенотипов, уровень мозгоспецифического белка S-100 и антител к нему, концентрация ТТГ, показатели реактивной и личностной тревожности.

5. Оценка адаптационных реакций и напряженности функциональных систем организма по гематологическим показателям выявила, что у 73,9% лиц группы сравнения  адаптационные состояния определяются как круг нормального функционирования, переходных состояний и сбалансированной патологии. Психическая дезадаптация сопровождается снижением частоты встречаемости  адаптационных состояний круга  нормального функционирования. При невротических, связанных со стрессом расстройствах нарастает частота встречаемости реакций острого стресса (13,3 и 6,2%, в группе сравнения, р=0,0233), переходных состояний или риска развития патологии (41,1% и 26,4% в группе сравнения, р=0,0035);  в группах с органическими астеническими расстройствами и органическими расстройствами личности - хронического стресса (19,8; 22,6%, соответственно, в группе сравнения – 9,3%, р=0,0001 во всех случаях).

6. Разработаны новые методологические подходы к оценке нарушений функционирования системы иммунитета при пограничных психических расстройствах с учетом особенностей напряженности адаптационных механизмов, определяемых по гематологическим показателям гомеостатического реагирования; установлены относительные нормы иммунограмм для адаптационных состояний круга нормального функционирования, острого стресса и хронического стресса.

7. Разработаны комплексные дифференцированные реабилитационные программы с включением методов иммунокоррекции, направленные на оптимизацию психонейроиммунного взаимодействия при непсихотических психических расстройствах Применение программ повышает эффективность базисной терапии и активизирует индивидуальные адаптационные механизмы пациентов. 

7.1. При оценке адаптационных реакций организма на фоне проводимой комплексной терапии у больных непсихотическими психическими расстройствами увеличивается количество пациентов с адаптационными реакциями, характеризующими круг нормального функционирования (с 17,7% до 46,7%; р=0,0001), уменьшением количества больных с реакциями хронического стресса (с 13,3% до 4,4%; р=0,0001) и острого стресса (с 17,7% до 4,4%; р=0,0001).

7.2. Применение разработанных программ приводит к повышению эффективности  терапии: состояние полного («А») и практического выздоровления («В») достигнуто у 87,5% пациентов, неполного выздоровления («С») – у 12,5%; у больных, принимавших только базисную терапию: «А+В» отмечено в 64,3% случаев, «С» – в 28,6% и незначительное улучшение («Д») – у 7,1% пациентов.

Список работ, опубликованных по теме диссертации:

  1. Ветлугина Т.П., Иванова С.А., Никифорова О.А., Че­ренько В.Б. Система иммунитета при разных уровнях психических расс­тройств // Сибирский Вестник психиатрии и наркологии. –1996.– №2. – С.77-78.
  2. Дубровская О.В., Власенко В.И., Никифорова О.А., Черенько В.Б., Иванова С.А., Шупляков Б.Я., Ткач А.Ф. Взаимосвязи психологических характеристик с параметрами иммунитета у практически здоровых лиц молодого возраста в начальный период адаптации к новым условиям // Актуальные вопросы психиатрии. - Томск, 1997.- С.26-27.
  3. Власенко В.И., Ветлугина Т.П., Дубровская О.В., Никифоро­ва О.А., Черенько В.Б., Шупляков Б.Я., Ткач А.Ф. Параметры иммун­ной системы и показатели интелектуальной работоспособности у мо­лодых людей в начальный период адаптации к новым условиям жизни // Сибирский вестник психиатрии и наркологии - 1997.- № 3(4)- С.24-26.
  4. Черенько В.Б.,  Балашов П.П.,  Мальцева С.Н., Васильева Л.В., Морогина А.А. Взаимосвязь иммунологической недостаточности с на­рушением психического здоровья // Сибирский вестник психиатрии и наркологии - 1997. - № 3(4) - С. 40-41.
  5. Черенько В.Б., Волкова Е.М., Васильева Л.В., Мальцева С.Н., Пытина Л.П. Состояние системы иммунитета у больных с органически­ми заболеваниями головного мозга // Реабилитация в психиатрии (клинические и социальные аспекты). Под ред. академика РАМН В.Я.Семке - Томск. - 1998. - С.202-204.
  6. Ветлугина Т.П., Волкова Е.М., Семке В.Я., Якутенок Л.П., Найденова Н.Н., Карась И.Ю., Черенько В.Б., Невидимова Т.И. Вторичные иммунодефициты у ликвидаторов аварии на ЧАЭС с пограничными нервно-психическими расстройствами // Russian Journal of Immunology -Volume 4.- Supplement 1. -  1999. - C.194.
  7. Ветлугина Т.П., Иванова С.А., Никифорова О.А., Черенько В.Б., Аксенов М.М. Иммуномодулирующие эффекты кассадана в клинике невротических расстройств // Сибирский Вестник психиатрии и наркологии. - № 2 - 2000. - С. 82-85.
  8. Ветлугина Т.П., Никифорова О.А., Черенько В.Б., Иванова С.А., Волкова Е.М., Лапшина Ю.М., Пытина Л.П., Мартыненко Л.И. Характеристика популяций иммунокомпетентных клеток, выявляемых с помощью моноклональных антител, у здоровых людей Западной Сибири // Методические рекомендации. Утверждены Управлением здравоохранения Томской области 14.06.2000. – Томск, 2000.- 8 с.
  9. Ветлугина Т.П., Семке В.Я., Бохан Н.А., Невидимова Т.И., Иванова С.А., Никифорова О.А., Найденова Н.Н., Никитина В.Б., Волкова Е.М., Якутенок Л.П. Клиническая психонейроиммунология / IV Съезд физиологов Сибири (тезисы докладов), Новосибирск, 2002, С. 46-47. 
  10. Ткач А.Ф., Шупляков Б.Я., Ветлугина Т.П., Никитина В.Б., Васильев Я.С. Психическая дезадаптация у слушателей Томского военно-медицин-ского института // Современные проблемы биологической психиатрии и наркологии:  Мат. Всероссийской конференции с международным участием./ Под  ред. акад. РАМН В.Я.Семке, проф. Т.П. Ветлугиной. - Томск: Изд-во МГП «Раско», 2003.-  С. 205 -206.
  11. Ветлугина Т.П., Иванова С.А., Лобачева О.А., Никитина В.Б., Лебедева В.Ф. Иммунокоррекция и иммунореабилитация при психических расстройствах // Мат. Всероссийской научно-практической конференции с международным участием «Метаболические механизмы иммунореактивности», 6-8 октября 2004 г., Красноярск. – 2004.- С. 107-108.
  12. Никитина В.Б., Ветлугина Т.П., Копанев В.А., Коваленко Л.Г.,  Пытина Л.П. Оценка адаптационных реакций у практически здоровых лиц // Научные достижения и опыт клинических исследований в психиатрии. Мат. международной научно-практической конференции психиатров и наркологов Сибири и Дальнего Востока, Томск, 26-27 мая, 2004. – С. 139-140.
  13. Никитина В.Б., Ветлугина Т.П., Лобачева О.А., Копанев В.А.,  Коваленко Л.Г., Пытина Л.П. Оценка адаптационных реакций у ликвидаторов последствий аварии на ЧАЭС и здоровых лиц // Медицинские и экологические эффекты ионизирующего излучения: Материалы  III международной научно-практической конференции. 20-21 апреля 2005 года. – Томск - Северск. С.57-58.
  14. Никитина В.Б., Епанчинцева Е.М. Структура вторичной иммунной недостаточности при посттравматических стрессовых расстройствах. Актуальные вопросы психиатрии. Вып. 12.- 2005 г.- С. 63-64.
  15. Найденова Н.Н., Никитина В.Б., Аксенов М.М. Уровень цитокинов у больных пограничными нервно-психическими расстройствами // Патогенез. – 2006. – Том.4. №1. – С.63.
  16. Аксенов М.М., Семке В.Я., Ветлугина Т.П., Белокрылова М.Ф., Гуткевич Е.В., Иванова С.А., Никитина В.Б., Епанчинцевыа Е.М. Клиническая динамика пограничных нервно-психических расстройств // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. – 2006.- № 3. – С. 13-16.
  17. Ветлугина Т.П., Семке В.Я., Невидимова Т.И. Иванова С.А., Бохан Н.А., Лобачева О.А., Никитина В.Б., Найденова Н.Н. 25 лет пути от иммунологии к клинической психонейроиммунологии //  Сибирский вестник психиатрии и наркологии. – 2006. - № 3. – С. 33-36.
  18. Никитина В.Б. Система иммунитета у ликвидаторов последствий аварии на ЧАЭС, страдающих пограничными нервно-психическими расстройствами в разный временной период после аварии // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. – 2006. - № 3. – С.188-189.
  19. Никитина В.Б., Найденова Н.Н., Епанчинцева Е.М., Коконова Д.Н., Пытина Л.П. Клинико-иммунологическая эффективность препарата цитофлавин в терапии пограничных психических расстройств // Современные технологии психиатрического и наркологического сервиса. – Томск, 2006. –Том 3. – С. 118-119.
  20. Никитина В.Б., Ветлугина Т.П. Система иммунитета у ликвидаторов аварии на ЧАЭС с органическим заболеванием мозга // Клинические и реабилитационные аспекты экзогенно-органической патологии головного мозга: Материалы научно-практической конференции Сибирского Федерального округа с международным участием (Кемерово, март 2006 г.) / Под ред. акад. РАМН В.Я. Семке. – Томск, Кемерово, 2006. - С.99-202.
  21. Никитина В.Б., Найденова Н.Н., Епанчинцева Е.М., Рудницкий В.А., Коконова Д.Н. Иммунологическая эффективность препарата цитофлавин в терапии пограничных нервно-психических расстройств // Материалы XIV Российского национального конгресса «Человек и лекарство», 16-20  апреля Москва, 2007. – С. 504.
  22. Ветлугина Т.П., Никитина В.Б., Копанев В.А., Коваленко Л.Г. Структура адаптационных реакций в норме и при пограничных психических расстройствах // Медико-фарм. журн. «Сибирский консилиум». - №7(62). – 2007. - С. 170-171.
  23. Никитина В.Б., Ветлугина Т.П., Семке В.Я. Клинико-иммуноло-гические критерии прогноза затяжного течения посттравматических стрессовых расстройств // Медико-фарм. журн. «Сибирский консилиум». - № 7(62). – 2007. - С. 221.
  24. Никитина В.Б., Ветлугина Т.П., Аксенов М.М, Епанчинцева Е.М. Вторичная иммунная недостаточность как фактор развития затяжного течения невротических, связанных со стрессом расстройств // Сибирский вестник психиатрии и наркологии.- 2008. № 1 (84). – С.43-47
  25. Никитина В.Б., Ветлугина Т.П. Состояние системы иммунитета у ликвидаторов последствий аварии на ЧАЭС в разные временные периоды после аварии // Медицинские и экологические эффекты ионизирующего излучения (MEEIR-IV): Материалы IV Международной научно-практической конференции. Северск-Томск, 11-12 апреля, 2007. – С. 60-61. 
  26. Никитина В.Б., Ветлугина Т.П., Ошаев С.А., Бузулуков М.В., Семке В.Я. Взаимодействие механизмов иммунной и психологической защит при посттравматических стрессовых расстройствах различного генеза // Актуальные вопросы психиатрии и наркологии: Мат. XIII научн. отчетн. сессии ГУ НИИ ПЗ ТНЦ СО РАМН (Томск, 4 октября 2007 г.) / под ред. академика РАМН В.Я.Семке. – Томск: Изд. ГУ НИИ ПЗ ТНЦ СО РАМН, 2007. – Вып. 13. – С. 68-69.
  27. Ветлугина Т.П., Никитина В.Б. Мониторинг состояния системы иммунитета у ликвидаторов последствий аварии на ЧАЭС // Материалы Российской конференции «Взаимодействие науки и практики в современной психиатрии», 9-11 октября Москва, 2007. – 320-321.
  28. Патент (ru) 2310202 С1. Способ прогнозирования течения посттравматических стрессовых расстройств / Никитина В.Б., Ветлугина Т.П., Семке В.Я., Епанчинцева Е.М., Якутенок Л.П. Опубл. Бюл. № 31. 10.11.2007.
  29. Никитина В.Б., Епанчинцева Е.М. Влияние кортексина на параметры иммунитета у больных с органическим астеническим расстройством // Современные проблемы биологической психиатрии и наркологии: Мат.II Всероссийской конференции с международным участием (Томск, 4-6 марта 2008г.) / под ред. акад. РАМН В.Я. Семке и проф. Т.П.Ветлугиной. – Томск, 2008. – С.165.
  30. Ветлугина Т.П., Никитина В.Б., Епанчинцева Е.М. Вторичная иммунная недостаточность как фактор риска затяжного течения посттравматических стрессовых расстройств // Материалы общероссийской конференции «Реализация подпрограммы «Психические расстройства» ФЦП «Предупреждение и борьба с социально-значимыми заболеваниями».- Москва. - 2008. - С. 361-362.
  31. Nikitina V.B., Vetlugina T.P., Epanchinceva E.M., Semke V.Y. System of immunity in posttraumatic stress disorders // European Psychiatry: 15th AEP Congress Madrid, 17-21 March 2007. -  Association of Psychiatrists . - Abstract book. – P. 223
  32. Nikitina V., Vetlugina T. Immunity system state in liquidators of consequences of Chernobyl atomic power station аccident. 20th ECNP Congress. 14-15 Оct. 2008. Vena, Austria. P. 312.
  33. Никитина В.Б., Ветлугина Т.П., Семке В.Я. Система иммунитета при разных формах психической дезадаптации // Аллергология и иммунология 2008. №3 (9).- С.343.
  34. Nikitina V.B., Epanchintseva E.M., Vetlugina T.P., Yakutyonok L.P. Influence of cortexin on parameters of immunity in patients with organic asthenic disorder // J.Europian Neuropsychopharmacology Suppl.4, Vol.18, P S586. – 2008.
  35. Nikitina V.B., Vetlugina T.P., Epanchintseva E.M. Clinical-Immunological criteria of prognosis of prolonged course of posttraumatic stress disorders // J. of European psychiatry. Abstracts 16th Association of European Psychiatrists Congress 5-9 April  2008 Nice,  P S86.
  36. Nikitina V.B., Vetlugina T.P., Epanchintseva E.M. Secondary immune deficiency as a risk factor for development of prolonged course of posttraumatic stress disorders // J. of Czech and  Slovak psychiatry. Abstracts XIV World Congress of Psychiatry 20-25 September 2008 Prague, Czech Republik.- Suppl.2,  Vol.104, P S738.-2008.
  37. Никитина, В.Б. Роль иммунных механизмов в клинической динамике посттравматических стрессовых расстройств // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. – 2009. - № 3 (54). - C. 14-17.
  38. Типология, конституционально-биологические и клинико-динами-ческие характеристики кризисных состояний при пограничных нервно-психических расстройствах / М.М. Аксенов, В.Я. Семке, М.Ф. Белокрылова, И.Е. Куприянова, Е.М. Епанчинцева, Т.П. Ветлугина, С.А. Иванова, Е.В. Гуткевич, М.В. Кусков, И.Я. Стоянова, В.Ф. Лебедева, В.А. Рудницкий, О.Э. Перчаткина, В.Б. Никитина, Н.А. Васильева, А.А. Агарков // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. – 2009. - № 5 (56). – С. 9-15.
  39. Рудницкий В.А., Семке В.Я., Гуткевич Е.В., Ветлугина Т.П., Никитина В.Б. Принципы реабилитации ликвидаторов аварии на ЧАЭС с непсихотическими психическими расстройствами // Материалы региональной научно-практической конференции «Проблемы комплексной реабилитации инвалидов, пути решения».-Томск, 2009.–С.63-65.
  40. Способы иммунокоррекции в комплексной терапии психических расстройств / Т.П. Ветлугина, О.А. Лобачева, В.Б. Никитина, В.Ф. Лебедева // Материалы общероссийской конференции «Взаимодействие специалистов в оказании помощи при психических расстройствах» и пленума Правления Российского общества психиатров с участием главных психиатров и наркологов, руководителей психиатрических и наркологических учреждений субъектов Российской Федерации. – Москва 27-30 октября, 2009 г. – С. 371.
  41. Никитина, В.Б. Роль иммунных факторов в формировании вариантов адаптации у лиц с посттравматическими стрессовыми расстройствами / В.Б. Никитина // Четвертая всероссийская научно-практическая конференция «Фундаментальные аспекты компенсаторно-приспособительных процессов» – Новосибирск 27-29 октября, 2009 г. – С. 163-164.
  42. Immunological efficacy of preparation cytoflavin in therapy of borderline mental disorders /V.B. Nikitina, E.M. Epanchintseva, V.A. Rudnitsky, D.N. Kokonova // Abstracts 9th World Congress of Biological Psychiatry 28 June – 2 July 2009 Paris, France, P. 373
  43. Никитина В. Б., Ветлугина Т. П.  Оценка индивидуальных иммунограмм у пациентов с непсихотическими психическими расстройствами при состоянии острого стресса  // Сибирский вестник психиатрии и наркологии. – 2010. – № 1(58). – С. 9-12.
  44. Ветлугина, Т. П. Разработка подходов к оценке результатов анализа иммунного статуса пациентов с непсихотическими психическими расстройствами / Т. П. Ветлугина, В. Б. Никитина // Психиатрия. – 2010. – № 3. – С.40-41.
  45. Клинико-иммунологические критерии прогноза затяжного течения посттравматических стрессовых расстройств / В. Б. Никитина, Т.П. Ветлугина, Е. М. Епанчинцева, В. Я. Семке // Психиатрия. – 2010. – № 4. – С. 50-51.
  46. Никитина, В. Б. Применение полиоксидония в терапии ликвидаторов аварии на ЧАЭС с непсихотическими психическими расстройствами / В. Б. Никитина // Вестник уральской медицинской академической науки. – 2010 – № 2/1 (29). – С. 261.
  47. Никитина, В. Б. Психонейроиммуномодуляция при разных уровнях психической адаптации / В. Б. Никитина // Патогенез. – 2010. – Т. 8, №1 – С. 55.
  48. Клинико-иммунологические критерии прогноза затяжного течения расстройств адаптации / В. Б. Никитина, В. Я. Семке, Т. П. Ветлугина // XV Cъезд психиатров России: Тез. докл. – Москва, 9-12 ноября 2010. – С.388.
  49. Nikitina, V. Role of immune mechanisms in formation of variants of adaptation in persons with PTSD / V. Nikitina, T. Vetlugina, E. Epanchintseva, V. Semke // European Psychiatry. – 2010. – Vol. 25. – Suppl. 1. – P. 833.
  50. Ветлугина Т.П., Невидимова Т.И., Лобачева, О.А., Никитина, В.Б. Технология иммунокоррекции при психических расстройствах.- Томск: Изд-во Том. ун-та, 2010. – 170  с.
  51. Способ прогнозирования затяжного течения невротических расстройств / Никитина В.Б., Ветлугина Т.П., Лебедева В.Ф., Мальцева С.Н. Положительное решение о выдаче патента № 2009143442/14(061832) от 12.01.2011.
  52. Способ прогнозирования неблагоприятного течения посттравматического стрессового расстройства / Никитина В.Б., Ветлугина Т.П., Семке В.Я., Епанчинцева Е.М., Якутенок Л.П. Положительное решение о выдаче патента № 2009144807/14(063788) от 12.01.2011.
  53. Никитина В.Б. Иммунобиологические механизмы в клинической динамике расстройства адаптации // Сибирский вестник психиатрии и наркологии – 2011. – № 1(64). – С. 10-13.





© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.