WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

ШАШКОВА ОЛЬГА НИКОЛАЕВНА

РОЛЬ СТРЕССА В ПАТОГЕНЕЗЕ ОТРАВЛЕНИЙ
УКСУСНОЙ КИСЛОТОЙ И КОРРЕКЦИЯ
ВОЗНИКАЮЩИХ АЛЬТЕРАТИВНЫХ ИЗМЕНЕНИЙ
(экспериментальное исследование)

14.00.16 – патологическая физиология

Автореферат
диссертации на соискание ученой степени
доктора медицинских наук

Иркутск – 2009

Работа выполнена в ГОУ ВПО «Иркутский государственный медицинский университет Федерального агентства по здравоохранению и социальному развитию» и в «Учреждение Российской академии медицинских наук Научный центр проблем здоровья семьи и репродукции человека Сибирского отделения РАМН» (г. Иркутск).

Научные консультанты:

академик РАМН
Колесников Сергей Иванович

доктор медицинских наук,
профессор
Изатулин Владимир Григорьевич

Официальные оппоненты:

доктор медицинских наук,
профессор
Бодиенкова Галина Михайловна

доктор медицинских наук,
профессор
Корытов Леонид Иннокентьевич

доктор медицинских наук,
профессор
Бенеманский Виктор Викторович

Ведущая организация:

ГОУ ВПО Московская медицинская
академия им. И.М. Сеченова Росздрава
(г. Москва)

Защита состоится «___»_____________ 2009 г. в ____ часов на заседании диссертационного совета Д.001.038.02 при «Учреждение Российской академии медицинских наук Научный центр проблем здоровья семьи и репродукции человека Сибирского отделения РАМН» по адресу: г. Иркутск, ул. Тимирязева, 16.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке «Учреждение Российской академии медицинских наук Научный центр проблем здоровья семьи и репродукции человека Сибирского отделения РАМН».

Автореферат разослан «____»__________2009 г.

  Ученый секретарь
диссертационного совета,
доктор медицинских наук                                                Шолохов Л.Ф.

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ

Актуальность проблемы

Напряженность и социальные стрессы приводят к росту числа острых экзогенных отравлений, в том числе суицидальных попыток. Это ставит перед органами здравоохранения ряд сложных задач. Одна из них – это разработка новых эффективных методов лечения «химических болезней» [Алехнович А.В., 2008; Белова М.В., 2008; Каллойда Д.Ю., 2008; Лужников Е.А., 2008] с учетом психоневрологического статуса этой категории больных.

В литературе широко и подробно представлены метаболизм токсикантов, методы диагностики различных видов отравлений, их клиники и лечения, а также морфофункциональные изменения в основных внутренних органах [Лорченко Н.А., 1998; Ливанов Г.А. с соавт., 2003; Жданова Е.И. с соавт., 2005]

Анализ литературы показал, что в патогенезе острых экзогенных отравлений не учитывается такое важное звено, как стресс, имеющий самостоятельное значение в течении патологического процесса. Имеются лишь единичные исследования влияния патофизиологического фона, предшествующего отравлению, хотя известно, что суицидальным видам отравлений предшествует стрессовая психотравмирующая ситуация [Морозов Г.В., 1977; Снежневский А.В. с соавт., 1983; Бачериков Н.Е. с соавт., 1989; McClure G.M., 2001].

Острые отравления уксусной кислотой занимают первое место среди отравлений прижигающими ядами в России. Они характеризуются высокой летальностью (6–17 % от числа госпитализированных пациентов в различных регионах РФ), несмотря на интенсивное патогенетическое и симптоматическое лечение [Маркова И.В. с соавт., 1998; Лужников Е.А. с соавт., 2000].

Тяжесть отравления уксусной кислотой определяется степенью повреждения внутренних органов, что связано как со специфическим действием уксусной кислоты (гемоглобинурийный нефроз на фоне внутрисосудистого гемолиза эритроцитов), так и с экзотоксическим шоком. Наиболее существенные изменения наблюдаются в паренхиматозных органах (легкие, печень, почки), поражение которых в большей степени определяют клиническую картину и тяжесть заболевания в острый период отравления [Белькова Т.Ю., 2005; Seyffart G., 1997; Lecomte D., 1998].

Как установлено ранее многочисленными исследователями, стресс, несмотря на защитно-адаптационный характер, может оказывать выраженное неспецифическое повреждающее влияние на внутренние органы, являясь одним из звеньев патогенеза различных заболеваний [Малышев В.В. с соавт., 1981; Меерсон Ф.З. с соавт., 1983; Голуб И.Е., 1998; Васильева Л.С., 2005; Макарова О.А., 2003; Bennet W.M. et al., 1983; Bhatia V., 2005]. Однако в литературе роли стресса в патогенезе отравлений отводится достаточно скромное место, несмотря на то, что отравления вызывают особый вид стресса – токсический стресс [Голиков С.Н., 1986; Jollant F., 2005].

Анализ литературы показал, что влияние стресса на характер течения отравлений практически не изучено [Gross-Isseroff R., 1998; Kamali М., 2001; Mann J.J., 2002; Li X.Y., 2003]. Различная реактивность организма, связанная с разными стадиями стресс-реакции, на которые приходится отравление, продолжительность стресса перед отравлением, вероятно, должны влиять на клиническую картину.

Все это свидетельствует о том, что необходимы дальнейшие исследования, направленные на изучение влияния стресса при острых отравлениях уксусной кислотой.

Цель исследования состоит в изучении роли стресса в патогенезе отравления уксусной кислотой для патогенетического обоснования коррекции возникающих морфофункциональных изменений в некоторых паренхиматозных органах.

В соответствии с поставленной целью решались следующие задачи:

  1. Изучить влияние иммобилизационного и токсического стресса на морфофункциональные изменения в паренхиматозных органах животных (печень, почка, легкое, селезенка) при остром отравлении уксусной кислотой.
  2. Изучить продолжительность стадий токсического стресса на фоне развития предшествующего иммобилизационного стресса и его влияние на процессы регенерации.
  3. Провести сравнительную оценку проявлений токсического стресса на фоне предшествующего острого и хронического стресса.
  4. Изучить уровень гормонов, продуктов ПОЛ, количества эозинофилов в крови животных при отравлении уксусной кислотой в разные стадии комбинированной токсическо-стрессорной альтерации.
  5. Определить взаимосвязь между уровнем стрессорного воздействия и глубиной морфофункциональных изменений в исследуемых органах.
  6. Выявить влияние комплекса препаратов (ГОМК, Мексидол, Нутролеин – ГМК) на течение отравлений в разные стадии стресс-реакции и степень их защитного действия на исследуемые органы и активацию стресс-лимитирующих систем организма.
  7. Выявить влияние витаминно-минерального комплекса «Нутролеин» при хроническом стрессе и его влияние на морфологические изменения в органах.

Научная новизна исследования

Впервые доказано, что выраженность морфофункциональных изменений в паренхиматозных органах при отравлении уксусной кислотой зависит от типа стресс-реакции, сопутствующей отравлению.

Определено, что стадия тревоги стресс-реакции, предшествующая отравлению уксусной кислотой, способствует снижению повреждения паренхиматозных органов и более быстрой их регенерации в сравнении с отравлением без предварительного стрессирования и отравлением в стадию истощения стресс-реакции. Это выражается в меньшей объемной доле некротических и дистрофических изменений в печени, почках, меньшей лейкоцитарной инфильтрации паренхимы печени и легких, большей объемной доле мелких и двуядерных гепатоцитов при отравлении в стадию тревоги стресс-реакции в сравнении с отравлением без предварительного стрессирования и отравлением в стадию истощения стресс-реакции.

Новыми являются данные о том, что наиболее тяжелое поражение паренхиматозных органов при остром отравлении уксусной кислотой отмечается в том случае, если отравление совпадает со стадией истощения стресс-реакции, предшествующей отравлению. Это проявляется в большей объемной доле очагов некроза и дистрофии в печени и почках; больших нарушениях гистоструктуры исследуемых паренхиматозных органов, в сравнении с отравлением без предварительного стрессирования и отравлением в стадию тревоги стресс-реакции.

Определено, что применение с целью коррекции стрессорной и токсическо-стрессорной альтерации витаминно-минерального комплекса «Нутролеин» и комплекса препаратов (ГОМК, Мексидол, Нутролеин) в значительной мере снижает деструктивные и усиливает репаративные процессы в органах и тканях. Применение комплекса препаратов гепатопротекторного антиоксидантного и стресс-лимитирующего действия позволяет не только предотвратить переход стадии резистентности в стадию истощения стресс-реакции, но и повысить компенсаторные возможности организма.

Теоретическая и практическая значимость работы определяется тем, что при отравлениях уксусной кислотой выявлена патогенетическая роль в повреждении паренхиматозных органов стрессорной альтерации в различные стадии стресс-реакции, предшествовавшие отравлению. Показано, что при остром отравлении уксусной кислотой отмечаются не только поражения тех паренхиматозных органов, на которые она оказывает непосредственное действие, но и опосредованная стресс-индуцированная альтерация органов. Полученные теоретические сведения о патогенезе острых отравлений уксусной кислотой могут использоваться в лекционных курсах «Патологическая физиология», «Патологическая анатомия» и «Клиническая токсикология». Новые сведения о патогенезе острых отравлений имеют значение для практической токсикологии и открывают перспективы для дальнейшего изучения проблемы влияния стрессового состояния пациентов на выраженность повреждения внутренних органов и тяжесть отравления. Полученные данные морфологических изменений в паренхиматозных органах вследствие стрессорной альтерации и способы их коррекции также могут быть использованы специалистами для лечения большой группы психосоматических заболеваний, «болезней стресса».

Основные положения, выносимые на защиту:

  1. Отравление уксусной кислотой сопровождается токсическим стрессом и комбинированной токсическо-стрессорной альтерацией органов.
  2. Морфофункциональное состояние паренхиматозных органов при острых отравлениях уксусной кислотой зависит от стадии стресс-реакции, предшествующей отравлению.
  3. Наиболее выраженное повреждение паренхиматозных органов происходит при остром отравлении уксусной кислотой в стадию истощения стресс-реакции.
  4. Витаминно-минеральный комплекс «Нутролеин» снижает альтеративные процессы в органах, обладает выраженным цитопротекторным и антиоксидантным действием.
  5. Применение препаратов ГМК с целью комплексной направленной активации стресс-лимитирующих систем в значительной мере снижает деструктивные и усиливает репаративные процессы в органах и тканях при отравлении уксусной кислотой.

Апробация работы

По результатам исследований опубликовано 45 работ, в том числе 9 – в журналах, рекомендованных ВАК Минобрнауки РФ, и сделаны доклады на: научно-практической конференции «Скорая медицинская помощь. Догоспитальный и госпитальный этапы. Проблемы реформирования и их решение» (г. Екатеринбург, 2003); научно-практической конференции «Актуальные вопросы клинической и экспериментальной медицины» (г. Санкт-Петербург, 2004); международной научно-практической конференции «Актуальные аспекты экологической сравнительно-видовой, возрастной и экспериментальной морфологии» (г. Улан-Удэ, 2004); на 9-м съезде Федерации анестезиологов и реаниматологов (г. Иркутск, 2004); на 3-м съезде токсикологов России (Москва, 2008); на международной дистанционной научно-практической конференции, посвященной памяти В.Н. Парина (Пермь, 2008); на конференции «Традиции и современность», (Иркутск, 2008); на XIII Международной научной конференции «Здоровье семьи – ХХI век» (г. Хургада, Египет, 2009).

Структура и объем диссертации

Диссертация изложена на 364 страницах машинописного текста. Состоит из введения, обзора литературы, главы материалов и методов исследования, 3-х глав результатов собственных исследований, главы с обсуждением полученных результатов исследования, выводов, практических рекомендаций, списка использованной литературы, включающего 392 источника (из них отечественных – 256, иностранных – 136), приложения. Работа проиллюстрирована 40 таблицами и 145 рисунками.

МАТЕРИАЛЫ И МЕТОДЫ ИССЛЕДОВАНИЯ

Эксперимент выполнен в осенне-зимний период на 480 беспородных белых крысах-самцах массой 180–220 г. Животные содержались в условиях вивария. Подопытные животные были разделены на следующие группы соответственно сериям эксперимента:

1-я группа (n = 20) – интактные животные;

2-я группа (n = 60) – модель острого стресса (стадия тревоги);

3-я группа (n = 60) – модель хронического стресса (стадия истощения);

4-я группа (n = 60) – отравление уксусной кислотой без предшествующего стрессирования;

5-я группа (n = 60) – отравление уксусной кислотой в стадию тревоги стресс-реакции;

6-я группа (n = 60) – отравление уксусной кислотой в стадию истощения стресс-реакции;

7-я группа (n = 40) – модель хронического стресса на фоне воздействия Нутролеина;

8-я группа (n = 60) – отравление уксусной кислотой в стадию тревоги стресс-реакции с последующим лечением комплексом препаратов (ГОМК, Мексидол, Нутролеин);

9-я группа (n = 60) – отравление уксусной кислотой в стадию истощения стресс-реакции с последующим лечением (ГОМК, Мексидол, Нутролеин).

Эксперименты проводились в соответствии с Правилами проведения работ с использованием экспериментальных животных (приказ № 755 МЗ СССР, 1977).

Для получения стадии тревоги стресс-реакции проводили 6-часовую иммобилизацию ненаркотизированных крыс в горизонтальном положении на спине. Для получения стадии истощения стресс-реакции на протяжении 14 суток проводили ежедневную 6-часовую иммобилизацию ненаркотизированных крыс в горизонтальном положении на спине по методике H.S. Kim с соавт. (2006). Стрессорное воздействие проводили в одно и то же время суток с 9 до 15 часов. Животных выводили из эксперимента на 1-е, 3-е, 5-е, 7-е, 10-е и 14-е сутки после токсического или стрессорного воздействия.

В качестве яда прижигающего действия использовался 30% водный раствор уксусной кислоты в количестве 0,5 мл, что в пересчете на чистое вещество составляет менее LD25 для крыс, вызывая отравление средней степени тяжести [Лужников Е.А., 2000; O'Neil M.J., 2001].

Гистологические, гистохимические и морфометрические
методы исследования

Забор материала осуществляли на 1-е, 3-е, 5-е, 7-е, 10-е и 14-е сутки экспериментов. Фрагменты органов фиксировали в 10% формалине с последующей проводкой по спиртам и заливкой в парафин. Для световой микроскопии изготавливали серийные срезы толщиной 8 мкм. Для изучения соединительнотканной стромы паренхиматозных органов микропрепараты окрашивали пикрофуксином по методу Ван-Гизона. Ретикулярные волокна окрашивали по Масону или импрегнацией азотнокислым серебром по методу Бильшовского в модификации Юриной. Количество макрофагов в селезенке определяли с помощью активности кислой фосфатазы по методу Гомори. Для выявления гликогена использовали ШИК-реакцию по Шабадашу (с контролем амилазой). Для окраски гемосидерина в селезенке применяли метод Тимана и Шмельцера [Меркулов Г.А., 1969] и окраску по Перлсу.

Световую микроскопию и морфометрические методы исследования срезов проводили при увеличении в 200 раз, используя сетку Автандилова и окуляромикрометр. Измерения проводили не менее чем в 20 полях зрения [Автандилов Г.Г., 1990] .

В легких определяли объемную долю альвеол, межальвеолярных перегородок, внутриальвеолярного экссудата, кровеносных сосудов, количество коллагеновых и ретикулярных волокон, интенсивность лейкоцитарной инфильтрации.

В паренхиме печени определяли объемную долю клеток в состоянии баллонной дистрофии, объемную долю некрозов, сосудов, количество гепатоцитов с различными размерами и двуядерных гепатоцитов, коллагеновых и ретикулярных волокон, интенсивность лейкоцитарной инфильтрации. Количественное содержание гликогена оценивали по четырехбальной шкале.

В селезенке определяли объемную долю красной и белой пульпы, содержание эритроцитов и гемосидерина, макрофагов в красной пульпе, количество коллагеновых и ретикулярных волокон в белой пульпе.

В паренхиме почки определяли объемную долю и диаметр клубочков, ширину просвета капсулы, объемную долю нефроцитов в состоянии вакуольной дистрофии и некрозов, канальцев и сосудов коркового вещества почки, количество ретикулярных и коллагеновых волокон на границе коркового и мозгового вещества, интенсивность лейкоцитарной инфильтрации.

Клинические и биохимические методы исследования

Образцы крови для изучения динамики содержания эозинофилов при стрессе брали через 24 и 39 часов и на 3-е, 5-е, 7-е, 10-е и 14-е сутки после начала иммобилизации или введения токсического вещества. Подсчет эозинофилов на 1 мкл крови [Меньшиков В.В. с соавт., 1987] проводили в камере Горяева после окраски раствором Хинкельмана в течение 25–30 мин.

Тяжесть отравления оценивали по степени внутрисосудистого гемолиза гемоглобинцианидным методом с применением ацетоциангидрина. Концентрацию свободного гемоглобина выражали в граммах на 1 литр плазмы крови [Меньшиков В.В. с соавт., 1987].

Определяли содержание кортикостерона в крови по методу О.К. Ботвиньева и Ю.Е. Вельтищева в модификации В.В. Малышева с соавт. (1985). Содержание пролактина в крови определяли методом твердофазного иммуноферментного анализа с помощью стандартного набора «ИФА-пролактин-01». Концентрацию кортикостерона и пролактина выражали в нмолях на 1 л крови.

Содержание в сыворотке крови и тканях гидроперекисей липидов (ГПЛ), определяли по В.Б. Гаврилову и М.И. Мишкорудной (1983). Содержание малонового диальдегида (МДА) – по методу И.Д. Стальной и Т.Г. Гаришвили  (1977) с помощью тиобарбитуровой кислоты. Концентрацию ГПЛ и МДА выражали в нмоль на 1 мл крови или в нмоль на 1 г ткани, учитывая коэффициент мольной экстинкции. К = 2,2 105 М1 см1. Полученные числовые данные обработаны стандартными статистическими параметрическими методами с помощью t-критерия Стьюдента в Statistica 6.0. Результаты исследований представлены в виде рисунков, таблиц, диаграмм в тексте диссертации и приложении.

РЕЗУЛЬТАТЫ ИССЛЕДОВАНИЯ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Результаты исследований показали, что изменения гистоструктуры органов более выражены в стадию истощения стресс-реакции.

Так, во 2-й серии эксперимента (острый стресс) морфологическое исследование печени выявило, что в результате стрессорной альтерации к 3-м суткам наблюдения объемная доля клеток в состоянии дистрофии увеличивается в 12,56 раза, а в 3-й серии (хронический стресс) их доля превышает показатели контрольной группы в 13,03 раза. Количество гепатоцитов в состоянии некроза, превышает показатель 2-й группы в 1,51 раза.

Стабилизация процессов разрушения и проявление признаков репаративных процессов во 2-й серии начинается с 5-х суток, а в последующие сроки, с 7-х по 14-е сутки, наступает фаза резистентности с восстановлением структуры органа. Но к окончанию эксперимента еще остается сниженным количество гликогена, а объемная доля гепатоцитов в состоянии дистрофии превышает контрольные значения. В 3-й серии, с 5-х по 14-е сутки происходит резкое увеличение (в 14–15 раз) объемной доли гепатоцитов в состоянии вакуольной и баллонной дистрофии, а аналогичные значения 2-й серии меньше (в 1,36–7 раз). Объемная доля некрозов в 3-й серии постоянно увеличивается, достигая к 14-м суткам 9,20 ± 0,12 %, тогда как во 2-й серии к 7-м суткам некротизированные гепатоциты уже не выявляются (рис. 1).

Рис. 1. Динамика изменений объемной доли дистрофии и некрозов гепатоцитов у животных 2-й и 3-й серии эксперимента.

Значительным изменениям подвергается и популяция гепатоцитов. Во 2-й серии до 3-х суток происходит увеличение числа мелких и больших гепатоцитов при снижении количества средних как в центре, так и на периферии долек. Снижается в первые сутки и объемная доля двуядерных клеток, но с 3-х суток их показатель повышается. В последующие сроки, начиная с 5-х суток, происходит увеличение гепатоцитов средних размеров и продолжает нарастать число двуядерных клеток при быстром уменьшении доли клеток мелких и больших размеров. К окончанию сроков исследования остается достоверно увеличенной лишь доля мелких гепатоцитов, популяция других клеток приближается к показателям нормы. В 3-й серии к 14-м суткам объемная доля гепатоцитов средних размеров снижена, а больших – превышает контроль. Клетки диаметром < 9 мкм превышают показатели контрольных значений в 10,47 и 32,96 раза соответственно центру и периферии долек. Объемная доля двуядерных гепатоцитов уменьшается в 2,89 раза (рис. 2).

Рис. 2. Динамика изменения объемной доли двуядерных гепатоцитов печеночных долей у животных 2-й и 3-й серии.

Полнокровие органа и лейкоцитарная инфильтрация в 3-й серии эксперимента превышает показатели контрольной группы в 1,92 и 2,83 раза соответственно, тогда как во 2-й серии аналогичные значения достоверно не отличаются от нормы.

Количество гликогена к окончанию сроков исследования в 3-й группе в 8,27 раза ниже нормы и в 7,43 раза ниже показателя 2-й серии. Также уменьшается и объемная доля коллагеновых волокон. Их показатель ниже контроля в 2,78 раза, а 2-й серии – в 2,37 раза.

Значительные различия изменения гистоструктуры почек также выявлены при сравнении результатов 2-й и 3-й серий эксперимента. У животных второй серии до 3-х суток включительно отмечается увеличение объемной доли клубочков, их диаметра и просвета капсулы. С 1-х по 3-и сутки снижается объемная доля клубочков с признаками некротических поражений. В 3-й серии увеличение сравниваемых параметров продолжается до 5-х суток, к 7-м суткам отмечается незначительное снижение этих показателей, а к 10-м суткам вновь происходит их повышение, хотя к 14-м суткам снижается только объемная доля клубочков. До 7-х суток в 3-й серии эксперимента также отмечается увеличение объемной доли клубочков с признаками некротических поражений, со снижением их количества к 10-м суткам и последующим увеличением до 3,37 ± 0,05 % к 14-м суткам эксперимента (рис. 3).

Рис. 3. Динамика изменений объемной доли некрозов в клубочках почки у животных 2-й и 3-й серии.

К окончанию эксперимента у животных 2-й серии выявляются единичные клубочки с признаками фиброза, тогда как в 3-й серии объемная доля склерозированных клубочков составляет уже 1,68 ± 0,04 % .

В канальцах нефронов в 3-й серии эксперимента по 7-е сутки идет снижение их объемной доли до 9,24 ± 0,08 % от нормы, при этом до 5-х суток нарастает и количество нефроцитов в стадии дистрофии, превышая показатель контрольных значений в 27,53 раза, а значение соответствующего показателя 2-й серии – в 1,8 раза. К 10–14-м суткам объемная доля канальцев относительно увеличивается, но остается ниже, чем во 2-й серии, на 9,19 ± 0,25%, чем в контроле – в 1,07 раза. На 7-е сутки отмечается небольшое снижение, а с 10-х по 14-е сутки – достоверное повышение объемной доли вакуольной дистрофии нефроцитов до 36,05 ± 0,29 %, что в 33,69 раза выше нормы, и в 9,87 раз больше показателя 2-й серии. Количество нефроцитов в состоянии некроза во 2-й серии не определяется с 7-х суток, а в 3-й серии их объемная доля к 14-м суткам составляет 6,92 ± 0,29 % (рис. 4)

Рис. 4. Динамика изменений канальцевого нефротелия с признаками дистрофии и некроза в почках животных 2-й и 3-й серии.

В гомогенатах почек 3-й серии к окончанию сроков эксперимента уровень ГПЛ в 1,99 раза, а уровень МДА – в 2,91 раза превышает показатели контроля, а во 2-й серии эти значения не отличаются от контроля.

В легких после первой иммобилизации показатели 2-й и 3-й серий достоверно не отличаются. Во второй серии к окончанию эксперимента лишь лейкоцитарная инфильтрация превышает показатели нормы на 36,62 ± 0,79 %. В 3-й серии при продолжающемся ежедневном стрессировании животных нарастает альтерация органа, и к окончанию сроков исследования объемная доля альвеол остается ниже контроля на 19,32 ± 0,72 %, а доля внутриальвеолярного экссудата превышает норму в 17,5 раза.

В гомогенатах легкого 2-й серии эксперимента к 3-м суткам уровень ГПЛ в 1,98 раза, а уровень МДА – в 1,13 раза превышает показатели контроля. В последующие сроки их значения достоверно не отличаются от нормы.

В 3-й серии содержание продуктов ПОЛ умеренно снижается на 7-е сутки, а в последующие сроки опять происходит повышение их содержания в гомогенатах легкого к 14-м суткам.

Объемная доля белой пульпы селезенки у животных 2-й серии в первые сутки снижается, а с третьих суток отмечается повышение данного показателя. К 10-м суткам эксперимента объемная доля белой пульпы приближается к показателям нормы. У животных 3-й серии этот показатель снижается с 1-х по 14-е сутки, и к окончанию сроков исследования он в 1,28 раза ниже контрольных, и в 1,29 раза ниже показателя 2-й серии (рис. 5).

Показатель объемной доли красной пульпы во 2-й серии снижается с 3-х суток, но к 10-м суткам не отличается от контроля. В 3-й серии повышается доля красной пульпы с 1-х по 3-и сутки, к 5-м суткам снижается, но с 7-х суток опять выявлено ее повышение. К 14-м суткам доля красной пульпы на 15,48 ± 0,57 % выше контрольных значений, и в 1,16 раза выше показателя 2-й серии.

Изменения в красной пульпе обусловлены повышением объемной доли эритроцитов, количества гемосидерина и числа макрофагов. Так, во 2-й серии эксперимента количество эритроцитов повышается до 5-х суток, а с 7-х по 14-е сутки этот показатель достоверно не отличается от показателей нормы. Объемная доля гемосидерина также увеличивается до 3-х суток с последующим снижением показателя и нормализацией содержания гемосидерина к 14-м суткам эксперимента. Доля макрофагов увеличивается к 7-м суткам эксперимента с последующим снижением их количества, начиная с 10-х суток, но к окончанию сроков исследования этот показатель все еще превышает аналогичное значение интактных животных в 1,21 раза.

Рис. 5. Динамика изменений объемной доли красной и белой пульпы селезенки у животных 2-й и 3-й серии.

Также происходит и постоянное увеличение объемной доли гемосидерина. К окончанию сроков исследования этот показатель превышает норму в 2,99 раза, а аналогичные значения 2-й серии – в 2,46 раза.

Во 2-й серии эксперимента с 5-х суток отмечается снижение содержания ГПЛ, а к 10-м суткам этот показатель достоверно не отличается от нормы. Также, с 5-х суток происходит уменьшение МДА, но к 7-м суткам его количество нормализуется. В 3-й серии после небольшого снижения ГПЛ с 7-х суток опять отмечается увеличение и ГПЛ, и МДА, и к концу сроков исследования эти показатели превышают норму и показатели 2-й серии.

В крови животных 3-й и 7-й серии в 1-е сутки исследования также выявлено повышение содержания продуктов ПОЛ. К 3-м суткам у животных 7-й серии отмечается уменьшение количества как ГПЛ, так и МДА, а в 3-й серии увеличение их количества происходит по 5-е сутки эксперимента, к 7-м суткам выявлено снижение показателя МДА, но с 10-х по 14-е сутки вновь выявлено повышение их содержания в крови. Количество ГПЛ в 3-й серии уменьшается с 7-х по 10-е сутки, а к 14-м суткам опять возрастает, превышая показатель контрольной группы в 1,76 раза. В 7-й серии выявлено повышение продуктов ПОЛ на 7-е сутки эксперимента.

Сравнительный анализ содержания гормонов и эозинофилов в крови экспериментальных животных 2-й и 3-й серии эксперимента показал, что к 10-м суткам стрессорного воздействия животные 3-й серии находятся в стадии истощения стресс-реакции, продолжающейся до конца сроков исследования. Отмечается дальнейшее снижение уровня кортикостерона, хотя количество пролактина, повышающееся с 1-х по 5-е сутки, к 10-м суткам вновь снижается, достигая исходных значений. Продолжительная эозинопения (с 5-х по 14-е сутки эксперимента) также указывает на наступление стадии истощения стресс-реакции у животных 3-й серии.

Аналогичные показатели у животных 2-й серии, подвергавшихся острому стрессу, подтверждают наличие стадии тревоги стресс-реакции в первые сутки после иммобилизации, переходящей в стадию резистентности к 3-м суткам эксперимента (рис. 6).

Рис. 6. Динамика изменений уровня гормонов и эозинофилов в крови животных 2-й и 3-й серии.

Динамика повреждений микроструктуры исследуемых органов в сочетании с изменением уровней гормонов и эозинофилов в крови животных показывает, что данные модели можно использовать для оценки степени поражения органов к моменту отравления.

Случайные отравления уксусной кислотой составляют от 2 до 3,3 % в структуре данных отравлений (по данным Иркутского токсикологического центра) и могут соответствовать 4-й серии нашего эксперимента.

Зависимость морфофункциональных изменений в исследуемых органах, содержание гормонов, эозинофилов, продуктов ПОЛ при отравлении уксусной кислотой на различных моделях отравлений представлена в 4-й, 5-й и 6-й сериях эксперимента.

Сравнительная оценка гистологической структуры печени показала, что в первые сутки отравления в 4-й и 5-й сериях достоверных отличий признаков поражения печеночной паренхимы не определяется, тогда как в 6-й серии количество гепатоцитов в стадии дистрофии превышает аналогичный показатель этих серий в 1,05 и 1,03 раза соответственно.

К 3-м суткам у животных 4-й серии отмечается повышение количества клеток с дистрофическими изменениями на 2,55 ± 0,08 %, а в 6-й серии – на 2,18 ± 0,05 %, но фактически не изменяется количество некротизированных гепатоцитов, в отличие от 4-й серии, где происходит снижение их числа в 1,2 раза. В 5-й серии эксперимента к 3-м суткам исследования оба показателя снижаются на 3,75 ± 0,19 и 33,62 ± 0,27 % соответственно. Количество гепатоцитов в стадии некроза в 6-й серии превышает показатели 4-й и 5-й серии в 2,04 и 2,36 раза соответственно. В последующие сроки исследования у животных сравниваемых серий отмечается снижение числа гепатоцитов как в состоянии дистрофии, так и в состоянии некрозов. Но к 14-м суткам их количество также превышает в 6-й серии данные показатели 4–5-й серий (рис. 7).

Рис. 7. Динамика изменений объемной доли дистрофии гепатоцитов и некрозов печеночной паренхимы у животных 4-й, 5-й, 6-й серий.

Полнокровие органа и лейкоцитарная инфильтрация печеночной паренхимы наиболее выражена также в 6-й серии эксперимента. В первые сутки эти показатели в 1,36 и 1,44 раза и 1,86 и 1,57 раза больше, чем в 4-й и 5-й сериях соответственно. К окончанию сроков исследования у животных 6-й серии эксперимента объемная доля сосудов по-прежнему превышает аналогичные значения 4-й и 5-й серии на 3,95 ± 0,06 и 42,98 ± 0,21 %, а лейкоцитарная инфильтрация – в 1,86 и 2,45 раза соответственно.

Интенсивность снижения количества гликогена в гепатоцитах также характерна для животных 6-й серии. Так, к окончанию сроков исследования этот показатель достоверно ниже в 2,35 раза по отношению к ГХИ 4-й серии, и в 1,1 раза – по отношению к ГХИ 5-й серии.

Динамика изменения продуктов ПОЛ в гомогенатах печени животных 4-й, 5-й и 6-й серий подтверждает степень выраженности гистологических изменений в данных группах относительно сроков исследования.

Поражение почечной паренхимы при отравлении уксусной кислотой в первые сутки отравления определяется картиной гемоглобинурийного нефроза. Наличие в просвете канальцев и капсулы клубочков большого количества гемоглобина приводит к увеличению объемной доли клубочков с увеличением их диаметра, уменьшается объемная доля канальцев, нарастает количество нефроцитов в состоянии вакуольной дистрофии и доля некрозов канальцевого нефротелия.

При одинаковой дозе токсического вещества уже в первые сутки отравления у животных 4-й и 6-й серии объемная доля клубочков выше на 4,16 ± 0,02 %, чем в 5-й серии. Количество клубочков с признаками некротических поражений в 6-й серии эксперимента выше, чем в 4-й серии, почти в 2 раза, в 5-й серии – в 2,46 раза. Количество склерозированных клубочков к окончанию сроков исследования в 6 серии составляет 11,32 ± 1,27 %, что выше данного показателя 4-й и 5-й серии в 1,83 и 2,62 раза соответственно (рис. 8).

Рис. 8. Динамика изменений объемной доли некрозов в клубочках почки у животных 4-й, 5-й и 6-й серии.

Доля нефроцитов в состоянии вакуольной дистрофии у животных 4-й и 5-й серии, соответственно, в 1,46 и 1,41 раза, а некроз канальцевого нефротелия – в 2,3 и 1,86 раза меньше, чем в 6-й серии (рис. 9). К окончанию сроков исследования наибольшие изменения паренхимы и стромы органа выявлены у животных 6-й серии.

Рис. 9. Динамика изменений канальцевого нефротелия с признаками дистрофии и некроза в почках животных 4-й, 5-й и 6-й серии.

Объемная доля сосудов в 4-й серии снижается с 5-х суток эксперимента, а в 5-й серии – начиная с 7-х суток, но к 14-м суткам не отличается от контроля. В 6-й серии объемная доля сосудов выше сравниваемых серий.

В легких у животных сравниваемых серий снижение объемной доли альвеол происходит до 3-х суток включительно, но в 6-й серии этот показатель ниже 4-й и 5-й серий. В последующие сроки происходит увеличение объемной доли альвеол, и к окончанию эксперимента этот показатель у животных 4-й и 5-й серии не отличается от контроля. В 6-й серии доля альвеол ниже нормы.

Доля внутриальвеолярного экссудата к 3-м суткам эксперимента у животных 6-й серии в 43,2 раза превышает контроль, а показатели 4-й и 5-й серии – в 1,43 и 1,57 раза. Начиная с 5-х суток, отмечается уменьшение объемной доли экссудата во всех сериях. К 14-м суткам у животных 6-й серии данный показатель превышают аналогичные в 4-й и 5-й сериях в 2,24 и 1,74 раза соответственно, а показатели контроля – в 6 раз (рис. 10).

Рис. 10. Динамика изменений объемной доли экссудата и альвеол в ткани легкого у животных 4-й, 5-й и 6-й серии.

Увеличение объемной доли сосудов во всех сравниваемых сериях эксперимента продолжается до 3-х суток эксперимента и наиболее выражено в 6-й серии.

Лейкоцитарная инфильтрация у животных 6-й серии нарастает до 3-х суток включительно, превышая норму в 2,42 раза, а показатели 4-й и 5-й серии – в 1,18 и 1,20 раза соответственно. В последующие сроки происходит уменьшение лейкоцитарной инфильтрации во всех сериях, и только в 6-й и 4-й сериях данный показатель остается выше контрольных значений.

Повышение продуктов ПОЛ во всех сериях отмечается по 3-и сутки включительно с последующим снижением к 14-м суткам. В 6-й серии эксперимента к окончанию сроков исследования показатели ГПЛ и МДА выше аналогичных значений 4-й и 5-й серий.

Структура селезенки у животных 4-й, 5-й и 6-й серий также имеет особенности. У животных 4-й серии на 1-е сутки после отравления выявлено уменьшение объемной доли белой пульпы всего на 0,39 ± 0,06 %, тогда как в 5-й и 6-й сериях – на 17,08 ± 0,26 и 40,51 ± 0,19 % соответственно. На 5-е сутки отмечается повышение объемной доли белой пульпы у животных 4-й и 5-й серии, а значимое увеличение в 6-й серии – на 7-е сутки. К окончанию сроков исследования в 4–6-й сериях данный показатель остается ниже контрольных значений

В селезенках 6-й серии, в отличие от сравниваемых серий, уже в первые сутки выявляются очаги кровоизлияний из разрушенных сосудов, снижающиеся лишь к 5-м суткам исследования. Увеличение количества лимфоцитов в зонах фолликулов выявлено лишь к 10-м суткам во всех сравниваемых сериях, но к окончанию сроков эксперимента сохраняется стойкое значительное угнетение лимфопоэза только в 4-й и 6-й сериях.

Увеличение объемной доли красной пульпы, обусловленное гемолизом эритроцитов и полнокровием органа, отмечается во всех сравниваемых сериях по 3-и сутки включительно. В 6-й серии эксперимента данный показатель выше, чем в 5-й серии, на 8,68 ± 0,16 %, а в 4-й серии – на 11,72 ± 1,21 %. В последующие сроки исследования выявлено снижение объемной доли красной пульпы, но к 14-м суткам данный показатель у животных 6-й серии в 1,08 раза выше, чем в контрольной группе, в 1,06 раза – чем в 5-й и в 1,05 раза – чем в 4-й серии.

Объемная доля гемосидерина во всех сравниваемых сериях повышается с 1-х по 3-и сутки включительно. С 5-х суток выявлено снижение его количества, а к 14-м суткам содержание гемосидерина у животных 4–6-й серий значительно превышает контроль.

В гомогенатах селезенки сравниваемых серий эксперимента отмечается снижение содержания продуктов ПОЛ с 3-х суток – в 4–5-й сериях, а в 6-й серии – с 5-х суток исследования, но к 14-м суткам нормализуется.

В крови животных во всех сравниваемых сериях уменьшение уровня ГПЛ выявлено с 3-х суток эксперимента. К 14-м суткам исследования содержание в крови ГПЛ в 4–6-й сериях превышает контрольные показатели. Уровень МДА также снижается с 3-х суток исследования во всех сериях, но к 14-м суткам в 4-й и 5-й серии МДА достигает нормы, а в 6-й серии остается выше контроля.

Анализ содержания гормонов и эозинофилов в крови животных 4-й, 5-й, 6-й серий показал, что в 4-й серии уровень кортикостерона снижен к 3-м суткам, а к 7-м суткам эксперимента отмечается нормализация его количества. Снижение содержания пролактина отмечается с 5-х суток исследования, но к 14-м суткам этот показатель все еще превышает контроль. Количество эозинофилов в крови животных имеет два пика повышения: 1-й пик – через 48 ч, 2-й – на 5-е сутки с момента отравления.

Рис. 11. Динамика изменений уровня гормонов и эозинофилов в крови животных 4-й, 5-й и 6-й серии.

В последующие сроки исследования выявлено умеренное снижение их количества.

В 5-й серии содержание кортикостерона на 3–5-е сутки эксперимента выше значений 4-й серии. Нормализация содержания кортикостерона в крови отмечается с 10-х суток исследования. Уровень пролактина в крови животных 5-й серии снижается с 3-х суток эксперимента, а к окончанию сроков исследования этот показатель выше, чем в контроле. Пик эозинофилии отмечается на 3-и сутки исследования с последующим резким снижением количества клеток с 5-х по 7-е сутки эксперимента. На 10-е сутки отмечается значительное увеличение содержания эозинофилов в крови, что можно рассматривать как 2-й пик эозинофилии, а к 14-м суткам количество этих клеток снижается до уровня контрольной группы (рис. 11).

С целью ограничения повреждений органов вследствие стрессорного воздействия нами был использован витаминно-минеральный комплекс Нутролеин (7-я серия), который по содержанию антиоксидантов можно отнести к парафармацевтикам.

Применение Нутролеина уже в первые сутки приводило к снижению объемной доли гепатоцитов в состоянии дистрофии и некроза. К 5-м суткам у животных 3-й серии происходит нарастание объемной доли гепатоцитов в состоянии дистрофии и некроза, в то время как в 7-й серии отмечается их снижение. На 7-е сутки и в 3-й и 7-й сериях наблюдается уменьшение сравниваемых величин, но в последующие сроки у животных 3-й серии (в отличие от 7-й) вновь нарастают деструктивные процессы, что выражается в увеличении объемной доли гепатоцитов в состоянии дистрофии и некроза (рис. 12).

Рис. 12. Динамика изменений объемной доли дистрофии гепатоцитов и некрозов печеночной паренхимы у животных 3-й и 7-й серии эксперимента.

Объемная доля сосудов у животных 7-й серии эксперимента повышается до 5-х суток исследования с последующим снижением данного показателя, тогда как в 3-й серии отмечается постоянное увеличение данного параметра.

Аналогичные изменения происходят по уровню лейкоцитарной инфильтрации органа. Также происходит снижение этого параметра у животных 7-й серии с 7-х суток эксперимента, и к окончанию сроков исследования лейкоцитарная инфильтрация в 2,16 раз меньше, чем в 3-й серии.

Наиболее значимые изменения при применении Нутролеина отмечаются в показателях количества гликогена. Так, в 7-й серии уже с 3-х суток выявлено повышение его количества, а в 3-й серии этот показатель продолжает снижаться до конца эксперимента (в 8 раз ниже контрольных значений). В 7-й серии к окончанию исследования количество гликогена ниже нормы, но выше показателя 3-й серии в 6,2 раза.

Уменьшение объемов некрозов и степени выраженности застойных явлений в печени у животных 7-й серии приводит к наименьшим, по сравнению с 3-й серией, изменениям структуры печеночных балок.

Количество ГПЛ и МДА нарастает с 1-х по 14-е сутки в 3-й серии, тогда как у животных 7-й серии уже с 3-х суток выявлено снижение данных показателей. К окончанию сроков эксперимента уровень ГПЛ в 1,26 раза, а МДА – в 1,44 раза ниже, чем в 3-й серии, но эти показатели остаются выше, чем в контроле.

У животных 7-й серии уменьшается объемная доля нефроцитов канальцев в стадии вакуольной дистрофии. К 14-м суткам эксперимента данные показатели по отношению к значениям 3-й серии значительно снижаются (рис. 13).

Рис. 13. Динамика изменений канальцевого нефротелия с признаками дистрофии и некроза в почках животных 3-й и 7-й серии.

Следствием дистрофических изменений в клубочках почек является выявление некротизированных клубочков почек. Объемная доля некрозов у животных 7-й серии снижается к 5-м суткам эксперимента и составляет 1,66 ± 0,06 %, что ниже, чем в 3-й серии, в 1,69 раза. В последующие сроки происходит быстрое снижение данного показателя в 7-й серии, а у животных 3-й серии до окончания сроков исследования объемная доля некрозов клубочков увеличивается и составляет 3,37 ± 0,05 %, что выше, чем в сравниваемой серии, в 12,96 раз. Соответственно уменьшению доли некрозов снижается и количество склерозированных клубочков. Так, к окончанию эксперимента у животных 3-й серии их количество составляет 1,85 ± 0,03 %, а в 7-й серии выявляются лишь единичные склерозированные клубочки.

Увеличение объемной доли кровеносных сосудов в 3-й серии эксперимента отмечается с 1-х по 14-е сутки и сопровождается дистрофическими изменениями эндотелия сосудов и его десквамацией. В просветах сосудов выявляются тромбы. При применении Нутролеина во время иммобилизационного стресса у животных 7-й серии увеличение полнокровия органа возрастает до 3-х суток включительно. Полнокровие клубочковых капилляров не сопровождается признаками некроза эндотелия, в сосудах перетубулярной сети и междольковых сосудах тромбов нет. В последующие сроки исследования выявляется снижение полнокровия органа, и к 14-м суткам данный показатель достоверно не отличается от контрольных значений, тогда как в 3-й серии превышает норму в 1,72 раза.

Поражение почечной паренхимы сопровождается повышением продуктов ПОЛ в гомогенатах почек. Так, в 3-й серии эксперимента к окончанию сроков исследования содержание ГПЛ превышает норму в 1,99 раза, а в 7-й серии – в 1,76 раза, количество МДА – в 2,91 и 2,46 раза соответственно.

Сравнивая динамику изменения гистологической структуры легкого у животных 3-й и 7-й серии эксперимента, мы выявили схожие закономерности. Так, к 3-м суткам исследования у животных 7-й серии отмечается увеличение объемной доли альвеол, коллагеновых и ретикулярных волокон, снижается объемная доля экссудата, доля микрососудов, толщина межальвеолярных перегородок, уменьшается лейкоцитарная инфильтрация. У животных 3-й серии выявляется нарастание деструктивных процессов до 7-х суток включительно. К 10-м суткам отмечается относительная стабилизация деструктивных процессов, но к окончанию сроков исследования вновь усиливаются процессы разрушения паренхимы органа. У животных 7-й серии эксперимента к 14-м суткам объемная доля альвеол в 1,14 раз выше, чем в 3-й серии, а доля внутриальвеолярного экссудата в 3,27 раза ниже показателя сравниваемой серии.

В легких животных 7-й серии объемная доля микрососудов и лейкоцитарная инфильтрация, соответственно, в 1,36 и 1,48 раза ниже показателей 3-й серии.

К окончанию сроков исследования у животных 3-й серии объемная доля коллагеновых и ретикулярных волокон ниже значений контроля. В 7-й серии к 14-м суткам аналогичные показатели достоверно не отличаются от нормы.

Сравнивая динамику изменения содержания продуктов ПОЛ в гомогенатах легкого, мы выявили, что количество ГПЛ у животных 3-й серии нарастает и к 14-м суткам превышает норму в 2,38 и 1,55 раза соответственно, чем в 7-й серии, а уровень МДА – в 1,69 и 1,36 раза соответственно.

В селезенке уже на 1-е сутки исследования отмечаются достоверные улучшения показателей у животных 7-й серии эксперимента. Так, объемная доля белой пульпы в 1,02 раза выше показателя 3-й группы, а объемная доля красной пульпы – ниже на 1,56 ± 0,12 %. Уменьшаются и показатели доли эритроцитов, гемосидерина и количества макрофагов.

В последующие сроки исследования в 3-й серии выявляется снижение объемной доли белой пульпы, но в 7-й серии эксперимента она повышается, и не отмечается резкого снижения количества лимфоцитов в зонах фолликулов. Отсутствуют очаги кровоизлияний.

В красной пульпе селезенки у животных 7-й серии к окончанию эксперимента объемная доля красной пульпы, доля эритроцитов, гемосидерина и макрофагов меньше, чем в сравниваемой серии

В гомогенатах селезенки у животных сравниваемых серий также значительны различия по содержанию продуктов ПОЛ. Так, к 14-м суткам уровень ГПЛ у животных 3-й серии превышает показатель контрольной группы в 2,02 раза, аналогичные значения 7-й группы – в 1,21 раза, количество МДА – в 2,28 и 1,23 раза соответственно.

Процессы нарушения структуры исследуемых органов сопровождаются и изменением содержания продуктов ПОЛ в крови исследуемых животных. Количество ГПЛ у животных 3-й серии нарастает с 1-х по 5-е сутки эксперимента. На 7-е сутки отмечается снижение данного показателя до 106,28 ± 3,35 нмоль/л, но в последующие сроки и до окончания эксперимента вновь выявлено повышение их количества в крови, и к 14-м суткам данный показатель превышает контрольные значения в 2,56 раза, а 7-й серии – в 1,21 раза. Содержание МДА в крови экспериментальных животных 3-й серии также повышается до 5-х суток с последующим уменьшением до 2,94 ± 0,14 нмоль/л к 7-м суткам и дальнейшим увеличением к 14-м суткам исследования. Его содержание к окончанию сроков эксперимента выше нормы в 1,77 раза, а аналогичного показателя 7-й серии – в 1,19 раза.

У животных 7-й серии уже с 3-х по 7-е сутки выявлено снижение содержания ГПЛ в крови, но с 7-х по 14-е сутки вновь отмечается повышение данного показателя, и к окончанию сроков исследования уровень ГПЛ остается выше контроля в 2,12 раза, но ниже, чем в 3-й серии, в 1,21 раза. Изменение содержания в крови МДА аналогичны. Так, в 3-й серии повышение его количества выявлено по 5-е сутки с последующим снижением до 10-х суток включительно. На 14-е сутки отмечается повышение содержания МДА по отношению к предыдущим суткам на 10,75 ± 0,26 %, что выше контрольных показателей на 77,58 ± 0,62 %. В крови животных 7-й серии эксперимента с 3-х по 7-е сутки выявлено уменьшение содержания МДА. На 10-е сутки вновь отмечается повышение данного показателя на 2,88 ± 0,06 % по отношению к предыдущему значению, а к 14-м суткам уровень МДА составляет 2,59 ± 0,26 нмоль/л, что на 16,18 ± 0,23 % меньше, чем в 3-й серии, но в 1,49 раза выше, чем в контроле.

Анализ содержания гормонов и эозинофилов у животных сравниваемых серий показал, что количество кортикостерона у животных 3-й серии повышается по 5-е сутки, а в 7-й серии – по 3-и сутки включительно. В последующие сроки в обеих сериях выявлено снижение данного показателя: к 14-м суткам у животных 3-й серии количество кортикостерона ниже, чем в контрольной группе, на 33,90 ± 0,43 %, а в 7-й серии соответствует норме. Уровень пролактина в крови животных 3-й серии на 3-и сутки исследования в 4,27 раза выше контрольных значений и на 9,43 ± 0,15 % выше аналогичного показателя 7-й серии. К окончанию сроков исследования уровень пролактина у животных 3-й серии ниже показателя контрольной группы на 13,27 ± 0,12 %, а у животных 7-й серии – выше контроля на 24,67 ± 0,37 %.

Динамика изменения количества эозинофилов в крови животных сравниваемых серий выявила, что к 3-м суткам исследования в обеих сериях отмечается значительное повышение их числа относительно предыдущих суток. Так, у животных 3-й серии количество клеток повышается в 4,1 раза, а в 7-й серии – в 5,21 раза. К 5-м суткам вновь количество эозинофилов снижается с последующим увеличением содержания этих клеток в крови до 14-х суток включительно. Но к окончанию сроков исследования их количество ниже, чем в 7-й серии, на 17,52 ± 0,15 % (рис. 14).

Рис. 14. Динамика изменений уровня гормонов и эозинофилов в крови животных 3-й и 7-й серии.

Изучение морфофункциональных изменений в паренхиматозных органах с лечением комплексом препаратов ГМК при отравлении уксусной кислотой показало, что как в стадию тревоги, так и в стадию истощения стресс-реакции, отмечается значительное улучшение структуры и функции органов.

Так, у животных 8-й серии эксперимента (отравление уксусной кислотой в стадию тревоги стресс-реакции) уже через сутки от начала лечения в 1,17 раза уменьшается число клеток с признаками дистрофических изменений, а объемная доля некрозов на 31,64 ± 0,46 % меньше, чем в 5-й серии (рис. 15).

Рис. 15. Динамика изменений объемной доли дистрофии гепатоцитов и некрозов печеночной паренхимы у животных 5-й и 8-й серии эксперимента.

Наиболее значительно различие в количестве гликогена. Выявлено, что этот показатель в 6,64 раза выше, чем в 5-й серии.

Уже с 3-х суток у животных 8-й серии отмечены признаки регенерации, что проявляется не только в уменьшении очагов дистрофии и некроза, но и в значительных изменениях пула гепатоцитов. Так, численность двуядерных гепатоцитов возрастает как в центре долек, так и на периферии (в 1,32 и 1,28 раза соответственно), по сравнению с показателями 5-й серии. Достоверно и снижение объемной доли сосудов и лейкоцитарной инфильтрации.

Количество гликогена в печени животных 8-й серии на 3-и сутки эксперимента выше, чем в 5-й серии, в 4,54 раза.

В последующие сроки наблюдения у животных как 5-й, так и 8-й серии выявлено уменьшение деструктивных и увеличение репаративных процессов в печени. Так, количество гепатоцитов в состоянии дистрофии, по сравнению с предыдущим сроком, на 5-е сутки у животных 5-й серии снижается на 7,05 ± 0,15 %, у животных 8-й серии – на 13,79 ± 0,19 %, на 7-е сутки – на 18,48 ± 0,49 и 22,90 ± 0,18 % соответственно. К 14-м суткам исследования у животных 8-й серии число гепатоцитов в состоянии дистрофии ниже, чем в 5-й серии, в 1,93 раза, а количество некрозов – в 9,94 раза.

Сравнительная динамика изменений пула гепатоцитов показала, что соотношения мелких, средних и больших гепатоцитов как в центре долек, так и на периферии, достоверно различаются у животных 8-й серии по 10-е сутки включительно. К 14-м суткам значительны отличия в количестве мелких гепатоцитов в центре долек – их число меньше в 2,49 раза, чем в 5 серии, а средних, на периферии долек – больше в 1,14 раза. Численность больших клеток на периферии долек в 2,36 раза меньше, чем в сравниваемой серии.

Самое значительное отличие отмечается в содержании гликогена в печеночных клетках. С 5-х суток исследования у животных 8-й серии выявлено увеличение его количества, хотя и в 5-й серии отмечается незначительное повышение данного показателя, но разница составляет +1,40 ГХИ ед., что в 4,11 раза выше. К 14-м суткам эксперимента этот показатель в 2,90 раза выше у животных 8-й серии.

Следствием уменьшения объемной доли некрозов с 3-х суток у животных 8-й серии отмечается менее выраженное нарушение балочной структуры долек. Объемная доля коллагеновых волокон к окончанию эксперимента в 8-й серии приближается к показателю контрольной группы и в 1,31 раза превышает значения сравниваемой серии.

В гомогенатах печени динамика изменения продуктов ПОЛ также характеризуется достоверным снижением содержания как МДА, так и ГПЛ, с 1-х по 7-е сутки включительно у животных 8-й серии эксперимента. К окончанию сроков исследования эти показатели достоверных отличий не имеют.

Сравнительная оценка изменений гистологической структуры почек показала, что у животных 8-й серии отмечается значительное уменьшение объемной доли некрозов клубочков уже в начальные сроки эксперимента. Так, к 3-м суткам исследования этот показатель ниже в 1,49 раза, к 7-м суткам – в 2,55 раза, а к 14-м суткам в почках животных 8-й серии некротизированных клубочков не выявлено, тогда как в 5-й серии их количество составляет 1,31 ± 0,05 % (рис. 16).

Рис. 16. Динамика изменений объемной доли некрозов в клубочках почки у животных 5-й и 8-й серии.

В нефротелии канальцев почек уже в первые сутки отмечается уменьшение объемной доли некрозов и количества клеток с признаками вакуольной дистрофии. В последующие сроки исследования также достоверно снижаются оба показателя. К 14-м суткам у животных 8-й серии не выявлено некротических изменений в канальцевом нефротелии, тогда как в 5-й серии этот показатель равен 2,82 ± 0,16 %. Показатель объемной доли вакуольной дистрофии в 8-й серии в 3,25 раза ниже, чем в 5-й серии эксперимента (рис. 17).

Рис. 17. Динамика изменений канальцевого нефротелия с признаками дистрофии и некроза в почках животных 5-й и 8-й серии.

Применение комплекса препаратов ГМК снижает лейкоцитарную инфильтрацию паренхимы. Уже на 3-и сутки исследования этот показатель у животных 8-й серии ниже, чем в сравниваемой серии, на 38,18 ± 0,82 %, а к 14-м суткам – на 21,21 ± 0,13 %.

Объемная доля кровеносных сосудов в обеих сериях остается высокой до 3-х суток эксперимента. На 5-е сутки у животных 8-й серии отмечается достоверное уменьшение полнокровия органа по отношению к показателю сравниваемой серии. Периваскулярные очаги кровоизлияний не выявляются, деструктивных изменений в стенках сосудов нет. К окончанию эксперимента объемная доля сосудов на 6,82 ± 0,14 % меньше, чем в 5-й серии. Восстанавливается нормальное соотношение объемной доли коллагеновых и ретикулярных волокон на границе коркового и мозгового вещества.

Исследование динамики изменения гистологической структуры легких животных 8-й серии эксперимента при применении комплекса препаратов ГМК показало, что уже с 3-х суток отмечается достоверное снижение деструктивных процессов. Так, на 6,12 ± 0,12 % выше объемная доля альвеол, а количество внутриальвеолярного экссудата уменьшается на 30,13 ± 0,21 % (рис. 18).

Объемная доля микрососудов и лейкоцитарная инфильтрация уменьшается в 1,2 и 1,11 раза соответственно. В просветах сосудов не выявлено повреждения эндотелия, отсутствуют агрегаты эритроцитов.

В последующие сроки и до окончания эксперимента отмечается быстрое увеличение объемной доли альвеол, снижение количества внутриальвеолярного экссудата. Уменьшается толщина межальвеолярных перегородок вследствие уменьшения не только лейкоцитарной инфильтрации, но и объемной доли микрососудов. Результатом более ранней стимуляции репаративных процессов является практически полное восстановление структуры и функции органа к 10-м суткам исследования.

Рис. 18. Динамика изменений объемной доли экссудата и альвеол в ткани легкого у животных 5-й и 8-й серии.

Динамика изменений продуктов ПОЛ в гомогенатах легкого подтверждает снижение стрессорной альтерации органа под действием препаратов ГКМ. Уже с 1-х суток отмечается уменьшение содержания ГПЛ и МДА в 1,17 и 1,13 раза соответственно по отношению к аналогичным показателям 5-й серии. В последующие сроки выявлено значительное снижение продуктов ПОЛ, а к 7-м суткам их количество достоверно не отличается от показателей контрольной группы, тогда как в 5-й серии показатель ГПЛ выше контроля в 1,2 раза.

Применение комплекса препаратов ГМК приводит и к менее выраженным изменениям гистологической структуры селезенки. Так, начиная с 1-х суток и до окончания сроков исследования выявлено достоверное повышение объемной доли белой пульпы по отношению к показателям 5-й серии. К 14-м суткам у животных 8-й серии полностью восстанавливается лимфопоэз, о чем свидетельствует восстановление лимфоцитов во всех зонах фолликулов. В селезенке животных 5-й серии объемная доля белой пульпы остается меньше контрольных значений на 2,58 ± 0,04 %, а количество лимфоцитов в зонах фолликулов остается сниженным (рис. 19).

В красной пульпе на 1-е сутки с момента введения уксусной кислоты и начала лечения в сравниваемых сериях эксперимента достоверных отличий не выявлено. Повышение объемной доли эритроцитов, гемосидерина и макрофагов обусловлено гемолизом эритроцитов. Тем не менее, у животных 8-й серии отмечается незначительное уменьшение доли эритроцитов и гемосидерина и увеличение количества макрофагов. Уже к 3-м суткам отмечается достоверное снижение показателей объемной доли эритроцитов и гемосидерина на 8,85 ± 0,34 и 17,59 ± 0,52 % соответственно по отношению к аналогичным значениям 5-й серии. В последующие сроки и до окончания эксперимента выявлено быстрое уменьшение количества эритроцитов и гемосидерина в красной пульпе селезенки у животных 8-й серии. К 14-м суткам эти показатели достоверно не отличаются от контрольных значений.

Рис. 19. Динамика изменений объемной доли красной и белой пульпы селезенки у животных 5-й и 8-й серии.

В 5-й серии к данному сроку исследования объемная доля эритроцитов и гемосидерина превышает контроль в 1,18 и 2,35 раза соответственно, а аналогичные значения 8-й серии – в 1,17 и 2,21 раза.

В гомогенатах селезенки также выявлено достоверное уменьшение показателей продуктов ПОЛ по отношению к 5-й серии эксперимента. С 1-х по 10-е сутки достоверным является снижение как ГПЛ, так и МДА, а к 14-м суткам их значения соответствуют показателям контрольной группы, тогда как у животных 5-й серии они выше контроля на 5,00 ± 0,14 и 6,45 ± 0,12 % соответственно.

В крови животных обеих серий отмечается значительное повышение уровня ГПЛ в 1-е сутки исследования. В последующие сроки эксперимента выявлено снижение данного показателя как в 5-й, так и в 8-й серии. Но в 8-й серии к 3-м суткам исследования количество ГПЛ ниже, чем в 5-й серии, в 1,23 раза, к 5-м суткам – в 1,46 раза, к 14-м суткам – в 1,1 раза и соответствует значениям контрольной группы. Содержание МДА в крови животных 5-й серии в 1-е сутки превышает показатель нормы в 3,3 раза, в 8-й серии – в 2,79 раза.

С 3-х суток и до окончания эксперимента выявлено снижение количества МДА в крови животных в сравниваемых сериях, и к 14-м суткам этот показатель соответствует значению контрольной группы.

Исследование динамики изменения уровней гормонов и эозинофилов в крови животных сравниваемых серий показало, что количество кортикостерона в 1-е сутки повышается в 5-й серии на 52,99 ± 0,75 %, а в 8-й серии – на 38,58 ± 0,81 %. В последующие сроки отмечается снижение содержания гормона, и с 7-х суток у животных 8-й серии его показатель соответствует контрольным значениям, а в 5-й серии нормализация количества этого гормона выявлена к 10-м суткам исследования. Уровень пролактина также увеличивается на 1-е сутки эксперимента и превышает показатель контрольной группы у животных 5-й серии в 4,31 раза, а в 8-й серии – в 4,05 раза. С 3-х по 14-е сутки в обеих сериях выявлено снижение количества гормона в крови животных. Но к 14-м суткам исследования в 8-й серии его значения соответствуют нормальным, а в 5-й серии остаются на 22,50 ± 0,14 % выше, чем в контрольной группе (рис. 20).

Рис. 20. Динамика изменений уровня гормонов и эозинофилов в крови животных 5-й и 8-й серии.

У животных 5-й серии эксперимента после резкого снижения количества эозинофилов в 1-е сутки исследования к 3-м суткам отмечается пик эозинофилии с последующим значительным уменьшением их содержания по 7-е сутки. На 10-е сутки эксперимента вновь выявляется пик эозинофилии и снижение количества эозинофилов к 14-м суткам до значений, близких к контрольной группе. В 8-й серии эксперимента пик эозинофилии также выявляется на 3-и сутки исследования, но резкого падения числа эозинофилов к 5-м суткам не отмечается. Их количество выше, чем в 5-й серии, на данный срок исследования в 1,81 раза. Нормализация показателя количества эозинофилов в данной группе соответствует 10-м суткам эксперимента.

Применение комплекса препаратов ГМК у животных 9-й серии (отравление уксусной кислотой с предшествующим отравлению стрессом в стадии истощения стресс-реакции) показало, что, несмотря на выраженные морфологические изменения вследствие стрессорной альтерации органов, уже в первые сутки отмечаются достоверные уменьшения деструктивных процессов.

Так, в печени животных 9-й серии, в отличие от 6-й серии, в 1,06 раза снижается объемная доля гепатоцитов в состоянии дистрофии, а количество некрозов – в 1,14 раза. В популяции гепатоцитов так же, как и в сравниваемой серии, происходит значительное изменение соотношения клеток как в центре, так и на периферии долек, но их количественные значения достоверно лучше. Объемная доля сосудов и лейкоцитарная инфильтрация статистически значимых отличий не имеют, так же, как и в 6-й серии, отмечаются очаги кровоизлияний из поврежденных сосудов, деформация печеночных долек.

Уже на 3-и сутки с момента лечения выявлено уменьшение объемной доли гепатоцитов с дистрофическими изменениями в 1,3 раза, по сравнению с показателем 6-й серии, а очагов некроза – в 1,22 раза. В последующие сроки происходит быстрое уменьшение дистрофических изменений, и к 14-м суткам эти показатели ниже, чем в 6-й серии, в 1,96 и 5,5 раза соответственно (рис. 21).

Рис. 21. Динамика изменений объемной доли дистрофии гепатоцитов и некрозов печеночной паренхимы у животных 6-й и 9-й серии эксперимента.

В популяции гепатоцитов уже к 5-м суткам выявлено нарастание репаративных процессов, на что указывает снижение доли мелких и больших гепатоцитов как в центре долек, так и на периферии, при увеличении числа клеток средних размеров. Количество двуядерных гепатоцитов повышается, по сравнению с предыдущими показателями 9-й серии, на 67,88 ± 6,17 % в центре долек и на 7,05 ± 0,16 % – на периферии, и превышает показатель 6-й серии в 2,35 и 1,26 раза соответственно. В последующие сроки отмечается достоверное увеличение числа двуядерных гепатоцитов, и к 14-м суткам этот показатель в 1,13 и 1,03 раза превышает аналогичные значения 6-й серии.

На 5-е сутки исследования объемная доля сосудов снижается у животных 9-й серии на 15,72 ± 0,56 %, а лейкоцитарная инфильтрация – на 18,59 ± 0,82 %, по сравнению с аналогичными показателями 6-й серии. Новых очагов кровоизлияний и нарушений целостности эндотелия не выявлено. Отсутствуют и агрегации эритроцитов в просветах сосудов. В последующие сроки выявлено значительное и достоверное снижение полнокровия органа. К окончанию сроков исследования объемная доля сосудов у животных 9-й серии в 1,35, а лейкоцитарная инфильтрация – в 1,97 раза ниже, чем в сравниваемой серии.

Еще более значительно изменение количества гликогена в печеночных клетках. Так, с 3-х по 14-е сутки отмечается статистически достоверное увеличение его содержания у животных 9-й серии. К 14-м суткам количество гликогена превышает показатель 6-й серии в 2,83 раза.

В связи с увеличением количества фибробластов в лейкоцитарных инфильтратах с 5-х суток исследования отмечается и достоверное повышение объемной доли коллагеновых волокон. К 14-м суткам исследования их доля превышает показатель 6-й серии в 1,39 раза.

В гомогенатах печени животных 9-й серии эксперимента с 1-х по 5-е сутки так же, как и в 6-й серии, выявлено значительное повышение продуктов ПОЛ. Но уже на 3-и сутки показатели ГПЛ и МДА в 1,06 и 1,19 раза ниже, чем в сравниваемой серии, а к 5-м суткам – в 1,37 и 1,48 раза соответственно. В последующие сроки отмечается быстрое снижение количества ГПЛ и МДА, и к 14-м суткам содержание ГПЛ в 1,13 раза ниже, чем в сравниваемой серии.

В почках животных обеих сравниваемых серий в течение первых суток достоверных изменений изучаемых показателей не происходит, что обусловлено гемоглобинурией. К 3-м суткам исследования при применении комплекса препаратов ГМК выявляется уменьшение объемной доли некрозов в почечных клубочках животных 9-й серии. По отношению к предыдущему показателю данной серии их количество уменьшается в 1,41 раза, а к показателю некрозов 6-й серии на 3-и сутки исследования – в 1,81 раза. К 5-м суткам исследования выявлено достоверное уменьшение не только некротических изменений клубочков, но и объемной доли клубочков, их диаметра и ширины просвета капсулы. В последующие сроки и до окончания эксперимента также выявлено статистически значимое улучшение изучаемых параметров клубочков почек у животных 9-й серии. Объемная доля некрозов к 14-м суткам в 5,08 раза меньше, чем у животных 6-й серии, а количество склерозированных клубочков – в 3,69 раза (рис. 22).

Рис. 22. Динамика изменений объемной доли некрозов в клубочках почки у животных 6-й и 9-й серии.

В канальцах почек отмечаются аналогичные изменения. Так, с 3-х суток выявлено достоверное уменьшение объемной доли нефроцитов с признаками вакуольной дистрофии в 1,15 раза, по сравнению с показателем 6-й серии, а объемной доли некрозов – в 1,29 раза. Лейкоцитарная инфильтрация вокруг участков некроза снижается в 1,37 раза.

При выраженном полнокровии органа объемная доля сосудов животных 9-й серии меньше, чем в сравниваемой серии, в 1,35 раза. Несмотря на это, еще выявляются единичные мелкие, спавшиеся в результате тромбоза, сосуды, вокруг которых отмечаются признаки ишемии прилегающей паренхимы.

С 5-х по 14-е сутки исследования выявлено быстрое снижение деструктивных и нарастание репаративных процессов. К окончанию сроков исследования объемная доля нефроцитов в состоянии или с признаками вакуольной дистрофии составляет 9,45 ± 0,38 %, что в 2,07 раза, а объемная доля некрозов канальцевого нефротелия – в 2,02 раза меньше, чем у животных 6-й серии (рис. 23).

Рис. 23. Динамика изменений канальцевого нефротелия с признаками дистрофии и некроза в почках животных 6-й и 9-й серии.

Несмотря на отмеченные выше процессы, к 14-м суткам полного восстановления объемной доли канальцев не выявлено. У животных 9-й серии их доля меньше, чем в контроле, на 3,19 ± 0,07 %, а у животных 6-й серии – на 7,84 ± 0,71 %.

Полнокровие органа к 14-м суткам у животных 9-й серии на 18,18 ± 0,12 % меньше, чем в 6-й серии, но выше контроля на 3,70 ± 0,07 %.

Количество коллагеновых и ретикулярных волокон на границе коркового и мозгового вещества к окончанию сроков исследования практически соответствует показателю контрольной группы, а у животных 6-й серии показатель коллагеновых волокон ниже на 16,59 ± 0,75 %, показатель ретикулярных волокон приближается к контролю.

Динамика изменения содержания продуктов ПОЛ в гомогенатах почек также выявила статистически значимое снижение ГПЛ и МДА у животных 9-й серии с 3-х по 10-е сутки исследования. К 14-м суткам содержание ГПЛ ниже, чем в 6-й серии, в 1,2 раза, а МДА – в 1,1 раза.

Сравнительная динамика изменений гистологической структуры легких у животных 9-й и 6-й серии эксперимента показала, что уже на 1-е сутки у животных, получавших комплекс препаратов ГМК, показатели объемной доли альвеол выше в 1,1 раза, а внутриальвеолярного экссудата – ниже в 1,31 раза. В последующие сроки и по 10-е сутки включительно отмечается достоверное увеличение объемной доли альвеол и снижение количества экссудата.

К окончанию сроков исследования эти показатели в 1,03 и 3,64 раза соответственно отличаются от значений 6-й серии (рис. 24).

Рис. 24. Динамика изменений объемной доли экссудата и альвеол в ткани легкого у животных 6-й и 9-й серии.

Объемная доля микрососудов и лейкоцитарная инфильтрация в течение 1–3-х суток остается высокой, и статистически значимых отличий не выявлено. К 3-м суткам еще выявляются признаки отека и дистрофии эндотелиоцитов и небольшие очаги диапедеза эритроцитов в периваскулярную ткань. В лейкоцитарных инфильтратах повышается количество фибробластов, что сопровождается повышением объемной доли коллагеновых и ретикулярных волокон, показатели которых на 20,93 ± 0,24 и 14,59 ± 0,46 % выше, чем в сравниваемой серии. В последующие сроки, с 5-х по 10-е сутки, выявлено достоверное снижение объемной доли сосудов и лейкоцитарной инфильтрации. К 14-м суткам эти показатели ниже, чем в 6-й серии, на 14,08 ± 0,68 % и 30,08 ± 0,42 % соответственно.

Объемная доля коллагеновых и ретикулярных волокон к окончанию сроков эксперимента практически соответствует показателям контрольной группы и выше, чем в сравниваемой серии, на 4,98 ± 0,03 и 16,13 ± 0,45 % соответственно.

В гомогенатах легкого содержание ГПЛ уже в 1-е сутки ниже, чем в 6-й серии, в 1,06 раза. К 3-м суткам количество ГПЛ продолжает снижаться, а показатель МДА становится ниже в 1,29 раза. В последующие сроки отмечается уменьшение продуктов ПОЛ в обеих сериях, но в 9-й серии показатели ГПЛ и МДА к окончанию сроков исследования соответствуют контрольным значениям, а в 6-й серии ГПЛ остается выше, чем в контроле, на 6,65 ± 0,07 %.

Исследование динамики изменений гистологической структуры селезенки у животных сравниваемых серий показало, что через сутки после отравления и начала лечения комплексом препаратов ГМК статистически значимых улучшений структуры органа не выявляется. Но, уже к 3-м суткам исследования отмечено увеличение объемной доли белой пульпы на 2,49 ± 0,09 % по отношению к предыдущему показателю 9-й серии и на 8,28 ± 0,12 % от значений 6-й серии к 3-м суткам исследования.

Уменьшается количество очагов кровоизлияний в периартериальные зоны фолликулов, возрастает объемная доля коллагеновых и ретикулярных волокон на 7,14 ± 0,15 и 4,46 ± 0,09 % соответственно, по сравнению с аналогичными показателями 6-й серии. В последующие сроки выявлено значительное, по отношению к 6-й серии, увеличение объемной доли белой пульпы, а к 14-м суткам этот показатель превышает значения сравниваемой серии в 1,13 раза (рис. 25).

Рис. 25. Динамика изменений объемной доли красной и белой пульпы селезенки у животных 6-й и 9-й серии.

Увеличение количества лимфоцитов во всех зонах фолликулов селезенки у животных 9-й серии выявлено с 5-х суток исследования, тогда как в 6-й серии лишь с 10-х суток отмечается повышение числа лимфоцитов преимущественно в периартериальной и мантийной зонах фолликулов, а очаги кровоизлияний в селезеночных тельцах сохраняются по 5-е сутки включительно.

Вследствие значительного снижения очагов кровоизлияний в фолликулах селезенки и более быстрого восстановления соотношения коллагеновых и ретикулярных волокон селезеночных телец к окончанию сроков исследования в 9-й серии объемная доля волокон практически приближается к контрольным значениям. Эти показатели выше, чем в 6-й серии, на 8,86 ± 0,12 и 9,46 ± 0,17 % соответственно коллагеновым и эластическим волокнам.

В красной пульпе селезенки с 3-х суток исследования у животных, получавших комплекс препаратов ГМК, выявлено уменьшение объемной доли красной пульпы в 1,03 раза, объемной доли гемосидерина – в 1,26 раза и увеличение количества макрофагов на 9,96 ± 0,15 %, по сравнению с аналогичными показателями 6-й серии. В последующие сроки и до 14-х суток включительно выявлено статистически значимое улучшение всех изучаемых параметров красной пульпы. К окончанию сроков исследования объемная доля эритроцитов составляет 28,15 ± 0,82 %, что на 22,96 ± 0,14 % меньше, чем в 6-й серии. Объемная доля гемосидерина в 2,05 раза меньше, а количество макрофагов в красной пульпе – выше в 1,22 раза, чем у животных сравниваемой серии.

В гомогенатах органа динамика изменения содержания продуктов ПОЛ соответствует изменениям гистологической структуры органа. Так, уже с 1-х суток исследования выявлено достоверное снижение как ГПЛ, так и МДА, сохраняющееся до 10-х суток включительно. К 14-м суткам уровень ГПЛ у животных 9-й серии соответствует контрольным значениям и ниже на 3,00 ± 0,08 %, а уровень МДА – ниже на 2,10 ± 0,07 %, чем в 6-й серии.

В крови животных 6-й и 9-й серий к 1-м суткам исследования количество ГПЛ в 4,56 и 4,29 раза соответственно выше, чем в контрольной группе. В последующие сроки исследования отмечается уменьшение данного показателя в обеих сериях, но к 14-м суткам у животных 9-й серии уровень ГПЛ выше контроля на 4,42 ± 0,06 %, а в 6-й серии – на 27,90 ± 0,14 %, что выше, чем в сравниваемой серии, в 1,22 раза. Уровень МДА на 1-е сутки исследования в 6-й серии превышает показатель нормы в 4,96 раза, а в 9-й серии – в 4,56 раза. С 3-х суток также отмечается уменьшение содержания гормона в крови животных. К 14-м суткам исследования его количество в 9-й серии выше контрольных значений на 6,32 ± 0,13 %, а в 5-й серии – на 13,79 ± 0,09 %.

Исследование динамики изменения содержания кортикостерона, пролактина и изменения количества эозинофилов в крови животных показало, что на 1-е сутки в обеих сериях отмечается умеренное повышение, по сравнению с 3-й, 4-й, 5-й и 7-й сериями, количества гормонов. Так, уровень кортизола в 6-й серии увеличивается на 7,77 ± 0,06 %, что ниже, чем его значения в 3-й, 4-й, 5-й и 7-й сериях в 1,2, 1,2, 1,42 и 1,2 раза соответственно. Количество кортизола в 9-й серии повышается на 8,40 ± 0,03 %, что ниже аналогичных показателей в 3-й, 4-й, 5-й и 7-й сериях в 1,19, 1,19, 1,41 и 1,19 раза соответственно. К 3-м суткам у животных 9-й серии и к 5-м суткам у животных 6-й серии отмечается нормализация количества кортизола в крови, но в 6-й серии его количество с 7-х по 14-е сутки ниже контрольных значений в среднем на 10,79 ± 0,04 %. У животных 9-й серии к 7-м суткам он превышает норму на 6,47 ± 0,02 %, а в последующие сроки – соответствует контрольным показателям (рис. 26).

Рис. 26. Динамика изменений уровня гормонов и эозинофилов в крови животных 6-й и 9-й серии.

Изменение содержания пролактина в 1-е сутки значительно отличается от показателей 3-й, 4-й, 5-й и 7-й серий и выше, чем контрольные показатели в 6-й серии – на 42,10 ± 0,67 %, в 9-й серии – на 64,14 ± 0,21 %. С 3-х суток выявлено уменьшение содержания пролактина в крови у животных 6-й серии в 1,24 раза, а в 9-й серии – в 1,18 раза, по отношению к предыдущему сроку исследования. В последующие сроки у животных 6-й серии отмечается дальнейшее снижение количества гормона до 10-х суток, и его показатель ниже нормы в среднем на 16,92 ± 0,45 %. К 14-м суткам выявлено незначительное увеличение уровня пролактина в крови. У животных 9-й серии также отмечается уменьшение количества пролактина на 3-и сутки исследования, а к 5-м суткам его количество опять возрастает, превышая даже его значения на 1-е сутки в 1,37 раза. К 7-м суткам количество гормона снижается до 39,28 ± 1,24 нмоль/л, что в 1,84 раза меньше предыдущего показателя. К 14-м суткам исследования в 9-й серии содержание пролактина соответствует значению контрольной группы.

Исследование динамики изменений количества эозинофилов в крови животных 6-й серии показало, что эозинопения, выявленная в 1-е сутки исследования, в последующие сроки характеризуется увеличением числа клеток, но даже к 14-м суткам их количество остается ниже, чем в контрольной группе, на 18,06 ± 0,03 %. Пиков эозинофилии в данной группе не отмечается. В 9-й серии повышение численности эозинофилов выявлено с 3-х суток, а на 5-е сутки отмечается умеренный пик повышения клеток. На 7-е сутки происходит уменьшение количества эозинофилов с нормализацией их количества к 14-м суткам эксперимента.

По результатам проведенных исследований, нами установлено, что при остром стрессе в течение 1–3-х суток постстрессорного воздействия нарастают деструктивные процессы, вследствие чего до 51 % клеток печеночной паренхимы находится в состоянии дистрофии, из них до 3,15 % – в состоянии некроза. В почках стрессорная альтерация клубочков в данные сроки заканчивается некрозом, их количество составляет в среднем 2,2 %. Повреждение канальцевого нефротелия характеризуется увеличением количества клеток в состоянии вакуольной дистрофии в 310 раз, из них до 10 % нефроцитов – с признаками некротических изменений. В легких в 1,13 раза снижается объемная доля альвеол, а количество внутриальвеолярного экссудата возрастает в течение первых суток в 8 раз. В селезенке в 1,3 раза уменьшается объемная доля белой пульпы со снижением количества лимфоцитов во всех зонах фолликулов, а в красной пульпе возрастает количество эритроцитов, гемосидерина и макрофагов, что обусловливает увеличение объемной доли пульпы в 1,34 раза.

Таким образом, с учетом динамики изменения количества эозинофилов в крови животных в ответ на однократное стрессирование иммобилизацией, установлено, что стадия тревоги соответствует 1–3-м суткам эксперимента; стадия резистентности наступает с 3–5-х суток. Полного восстановления гистологической структуры исследуемых органов к окончанию сроков эксперимента, несмотря на нормализацию показателей гормонов, эозинофилов и продуктов ПОЛ в крови животных, не отмечается.

Ответная реакция организма животных на ежедневное стрессирование в течение 14 дней характеризуется большими изменениями гистологической структуры исследуемых органов. Но как таковая стадия резистентности не выявлена, хотя на 7-е сутки отмечается относительная стабилизация деструктивных процессов. В ответ на продолжающееся действие стрессора с 10-х по 14-е сутки вновь нарастает стрессорная альтерация. Так, в печени к окончанию сроков исследования объемная доля гепатоцитов в состоянии дистрофии уже составляет около 68 %, из них до 9 % клеток – с явлениями некротических изменений. В почках – объемная доля некрозов клубочков повышается до 3,4 %, часть клубочков склерозирована. Нефротелий канальцев с признаками вакуольной дистрофии превышает норму в 515 раз, из них около 7 % клеток – с признаками некротических изменений. В легких объемная доля альвеол снижается в 1,24 раза, а количество внутриальвеолярного экссудата увеличивается в 17,5 раза. В селезенке – объемная доля белой пульпы уменьшается в 1,28 раза с резким снижением количества лимфоцитов в зонах фолликулов и очагами кровоизлияний. Соответственно увеличению объемных долей эритроцитов, гемосидерина и макрофагов доля красной пульпы превышает норму в 1,15 раза. К 7-м суткам отмечается снижение уровня гормонов в крови, но их количественное содержание значительно выше нормы. К 10-м суткам выявлено резкое снижение как кортикостерона, так и пролактина, и к 14-м суткам их количество продолжает уменьшаться, оставаясь достоверно ниже контрольных показателей, что можно расценивать как истощение ГГНС и переход стадии тревоги стресс-реакции в стадию истощения, что подтверждается продолжительной эозинопенией и повторным усилением процессов липопероксидации.

Направленная активация стресс-лимитирующих систем организма животных Нутролеином во время ежедневного стрессирования в течение 14 суток убедительно показала, что данный витаминно-минеральный комплекс в значительной мере снижает стрессорную альтерацию органов вследствие снижения уровня гормонов в крови, нормализации количества эозинофилов и процессов липопероксидации. Так, уже с 3-х суток отмечается достоверное уменьшение деструктивных процессов, а с 5–7-х суток отмечается нарастание репаративных процессов в печени, почках, легких. В селезенке с 1-х по 14-е сутки уменьшения объемной доли белой пульпы не выявлено. Отсутствуют очаги кровоизлияний. На основании этого можно сделать заключение о ранней стимуляции лимфопоэза при применении Нутролеина. В среднем по исследуемым нами органам отмечается снижение деструктивных процессов в 5–13 раз. Стадия истощения стресс-реакции не наступает, и с 7-х суток отмечается переход в стадию резистентности. Таким образом, из представленных результатов исследования можно сделать заключение, что Нутролеин обладает способностью стабилизировать мембраны клеток органов, усиливает процессы регенерации соединительных тканей и клеток паренхимы органов, энергетические процессы в клетках печени, стимулирует лимфопоэз, снижает процессы липопероксидации и препятствует истощению стресс-лимитирующих систем организма.

Отравления уксусной кислотой, как случайные, так и совершенные с суицидальной целью, сопровождаются не только характерными для данного вида отравлений изменениями структуры тропных к яду органов (печень, почка), но и таких органов, не подверженных прямому воздействию этого токсиканта, как легкое, селезенка. Изменения гистологической структуры данных органов сопровождается повышением продуктов ПОЛ в гомогенатах тканей селезенки и легкого, что может служить критерием стрессорной альтерации. Увеличение процессов липопероксидации и нарастание деструктивных процессов в легком и селезенке выявлено как на модели отравлений без предварительного стрессирования, так и на модели отравлений в стадию тревоги и истощения стресс-реакции, что указывает на проявление токсического стресса.

Следствием токсическо-стрессорной альтерации в легком животных модели случайных отравлений является снижение объемной доли альвеол и нарастание внутриальвеолярного экссудата в 1,31 и 30,1 раза соответственно к 3-м суткам эксперимента, что в 1,15 и 7,27 раза больше, чем при стрессировании иммобилизацией. Усиление деструктивных процессов обусловлено более мощным по силе стрессорным фактором – уксусной кислотой и поступлением в ЦНС потока ноцициптивных импульсов с ожоговой поверхности желудка. В селезенке также отмечается более выраженное угнетение лимфопоэза, что проявляется снижением объемной доли белой пульпы в 1,22 раза, по сравнению с аналогичным показателем при иммобилизационном стрессе.

Установлено, что и при отравлении уксусной кислотой без предварительного стрессирования, и при отравлении на фоне острого стресса стадия тревоги стресс-реакции продолжается с 1-х по 3-е сутки, а с 3–5-х суток наступает стадия резистентности, продолжающаяся до окончания эксперимента. К 14-м суткам в легком достоверное отличие отмечается лишь в объемной доле внутриальвеолярного экссудата, который в 2,76 раза выше у животных с отравлением, чем в серии с иммобилизационным стрессом.

Выявлено, что при отравлении уксусной кислотой без предварительного стрессирования в печени животных с 7-х суток, несмотря на активацию процессов регенерации, отмечается возникновение новых очагов дистрофии и некроза на периферии долек в участках, прилежащих к разрушенным сосудам. К окончанию сроков исследования, в отличие от серии с иммобилизационным стрессом, вследствие гепатотропности уксусной кислоты, сохраняются очаги баллонной дистрофии, до 1 % клеток паренхимы имеют признаки некроза, количество гликогена снижено в 1,4 раза, сохраняется лейкоцитарная инфильтрация и умеренное полнокровие органа. Замещение разрушенных участков паренхимы соединительной тканью приводит к нарушению структуры печеночных балок вследствие их деформации.

Исходом гемоглобинурийного нефроза при отравлении уксусной кислотой является склерозирование до 6 % клубочков коркового вещества и сохранение к окончанию сроков исследования участков канальцевого нефротелия с признаками вакуольной дистрофии, а также лейкоцитарная инфильтрация стромы, что указывает на неполное восстановление структуры и функции органа.

Подтверждением токсическо-стрессорной альтерации органов являются и изменения содержания в крови количества гормонов и эозинофилов. Так, с 1-х по 3-и сутки выявлено повышение уровня кортикостерона и пролактина с последующим снижением их содержания в крови с 7-х суток эксперимента. Но в отличие от иммобилизационного стресса, количество пролактина во все сроки исследования достоверно выше при отравлении уксусной кислотой. Изменения содержания эозинофилов в крови значительных отличий не имеют, хотя пик эозинофилии характеризуется меньшим количеством клеток, чем при иммобилизационном стрессе.

Результаты исследований также показали, что предшествующий отравлению и острый, и хронический стресс оказывает существенное влияние на изменение гистологической структуры в исследуемых органах.

При отравлении в стадию тревоги стресс-реакции, несмотря на наличие стрессорной альтерации органов, компенсаторные механизмы ГГНС еще не исчерпаны. Избыточный адренергический эффект, о чем свидетельствует высокая концентрация кортикостерона в крови животных, приводит к избыточной активации ПОЛ. Активация процессов ПОЛ обусловлена, следует полагать, высоким содержанием ненасыщенных жирных кислот в мембранах клеток органов, а также дискоординацией ферментативных процессов в печени, которая приводит к обеднению мембран гепатоцитов основными классами липидов; избыточным содержанием перекисных соединений; выходом продуктов окисления из тканей печени и других органов и из очага воспаления и некроза тканей желудка.

Уровень кортикостерона в 1,2 раза, а пролактина – в 1,14 раза превышает показатель серии случайных отравлений уже в 1-е сутки, что указывает на наложение более мощного по силе токсического стресса на иммобилизационный. С 3-х суток отмечается снижение кортикостерона в крови с нормализацией его содержания к 10-м суткам. У животных модели случайных отравлений к 7-м суткам уровень кортикостерона ниже контрольных показателей с последующей нормализацией его количества к 14-м суткам.

Содержание пролактина остается высоким до 10-х суток, несмотря на его относительное снижение с 3-х суток эксперимента. При случайных отравлениях уменьшение содержания данного гормона выявлено с 3-х суток исследования с последующим достоверным снижением с 5-х по 14-е сутки.

Количество эозинофилов в крови животных имеет два пика – на 3-и и 10-е сутки эксперимента, и, хотя 2-й пик менее выраженный, он выше, чем при случайных отравлениях, где 1-й значительный пик эозинофилии отмечается через 39 часов после отравления, а 2-й – на 5-е сутки.

Уровень концентрации продуктов ПОЛ снижается с 7-х по 14-е сутки, но к окончанию эксперимента еще незначительно превышает показатели серии случайных отравлений.

Анализ изменений содержания гормонов и эозинофилов, а также продуктов ПОЛ в крови животных показал, что стадия резистентности наступает в более поздние сроки, что обусловливает замедление процессов регенерации поврежденной паренхимы и стромы исследуемых органов.

Так, в печени к окончанию сроков исследования сохраняются очаги дистрофии и некроза, превышающие более чем в 3 раза показатели контрольной группы, но дистрофических очагов меньше, а очагов некроза – в 1,67 раза больше, чем в серии случайных отравлений. В почках также сохраняется до 7,7 % нефроцитов с признаками дистрофии из них – до 2,8 % с некротическими изменениями. В легких еще выявляются признаки токсическо-стрессорной альтерации, характеризующиеся умеренным снижением объемной доли альвеол и повышением более чем в 3 раза количества внутриальвеолярного экссудата. В селезенке сохраняются очаги некроза и дистрофии, снижение объемной доли белой пульпы, но несмотря на увеличение количества лимфоцитов, особенно в периартериальной зоне фолликулов, можно говорить о недостаточности лимфопоэза в данном органе кроветворения.

При отравлении в стадию истощения стресс-реакции в 1-е сутки отмечается незначительное повышение уровня гормонов в крови и более выраженная, чем при отравлении без предшествующего стрессирования и отравлении в стадию тревоги стресс-реакции, эозинопения. К 5-м суткам наблюдается снижение до контрольных значений уровня кортикостерона, а количество пролактина незначительно ниже показателя нормы. С 7-х по 14-е сутки уровень кортикостерона продолжает снижаться, и к окончанию сроков исследования он достоверно ниже нормы. Количество пролактина снижается до 10-х суток, когда его значения в 1,23 раза ниже контроля, но к 14-м суткам уровень гормона вновь повышается и достоверно не отличается от показателя контрольной группы. С 3-х суток с момента отравления выявлено умеренное повышение количества эозинофилов в крови животных, продолжающееся до окончания сроков исследования, но даже к 14-м суткам их число ниже контрольных значений.

Истощение к моменту отравления ГГНС, даже в ответ на более мощный стрессор, не приводит к значимому для организма повышению стресс-лимитирующих систем, характеризующих компенсаторные возможности органов и тканей. Уже на 1-е сутки отмечаются значительные разрушения в паренхиме и строме исследуемых органов, сопровождающиеся выраженным полнокровием, кровоизлияниями в окружающие ткани их разрушенных сосудов. Очаги некроза и геморрагий приводят к увеличению лейкоцитарной инфильтрации. Но, несмотря на пролонгацию стадии истощения, гибели организма не происходит. По-видимому, даже незначительное повышение активности стресс-лимитирующих и стресс-реализующих систем в ответ на действие более мощного стрессора увеличивает активность центральных и периферических антистрессорных систем организма, что проявляется в стабилизации деструктивных и появлении признаков репаративных процессов в тканях исследуемых органах в среднем к 5–7-м суткам. С 10-х суток эксперимента, по результатам гистологической структуры органов, количеству гормонов, эозинофилов, продуктов ПОЛ в крови животных можно говорить о переходе стадии истощения в стадию резистентности стресс-реакции.

Применение комплекса препаратов ГМК при отравлении в стадию истощения стресс-реакции уже с 1-х суток после введения в желудок животным уксусной кислоты приводит к снижению деструктивных процессов в исследуемых органах. К 3-м суткам исследования достоверно снижаются и процессы ПОЛ, значительно увеличивается количество эозинофилов в крови животных. Уровень кортизола в 1-е сутки практически соответствует аналогичному значению его содержания в крови животных 6-й серии, снижаясь к 3-м суткам до показателей контроля. С 5-х суток выявлено увеличение этого гормона в 1,1 раза, по сравнению с 1-ми сутками, с одновременным увеличением количества эозинофилов в крови, что можно расценивать как пик эозинофилии. Содержание пролактина также увеличивается к 5-м суткам исследования и превышает значения 1-х суток в 1,37 раза. В последующие сроки отмечается снижение его количества и нормализация уровня гормона в крови к 14-м суткам. Численность эозинофилов также достигает показателей нормы.

Снижение процессов липопероксидации, характеризующееся нормализацией содержания продуктов ПОЛ к окончанию сроков исследования не только в крови, но и в гомогенатах органов, подтверждается и достоверным улучшением гистологической структуры клеток и тканей исследуемых органов.

Активация комплексом препаратов ГМК различных стресс-лимитирующих систем в более ранние сроки (3-и сутки) обеспечивает переход стадии истощения стресс-реакции в стадию резистентности. Комплекс ГМК способствует восстановлению регуляторных механизмов: повышается энергообеспечение адаптационных процессов, восстанавливается нормальный биоритм гормонов, снижаются катоболические и нарастают восстановительные процессы в организме. Следствием данных процессов является повышение резистентности организма к стрессорам любой интенсивности.

Переход стадии истощения стресс-реакции в стадию резистентности подтверждается и изменениями микроструктуры исследуемых органов. Так, в печени к 3-м суткам исследования достоверно уменьшается объемная доля гепатоцитов с признаками дистрофических и некротических изменений. К окончанию эксперимента таких клеток меньше, чем в 6-й серии, в 1,96 и 5,5 раза соответственно. Также достоверно и увеличение числа двуядерных гепатоцитов в центре долек. Их количество превышает аналогичные значения 6-й серии в 1,21 раза, но на периферии долек по численности таких клеток статистически значимых отличий не выявлено.

Стабилизация мембран гепатоцитов и мембранных органоидов подтверждается и увеличением количества гликогена в клетках печени. Уже с 3-х суток выявлено повышение данного показателя, а к окончанию сроков эксперимента его количество превышает аналогичные значения 6-й серии в 2,83 раза.

Объемная доля сосудов и лейкоцитарная инфильтрация при применении комплекса ГМК к 14-м суткам исследования ниже в 1,35 и 1,97 раза соответственно, чем в 6-й серии. Уже с 5-х суток не отмечается появление новых очагов кровоизлияний, а в просветах сосудов нет агрегаций эритроцитов и нарушений целостности эндотелия. Увеличение числа фибробластов в лейкоцитарных инфильтратах с 7-х суток эксперимента сопровождается и восстановлением объемной доли коллагеновых волокон, количество которых к окончанию сроков исследования в 1,39 раза выше, чем в 6-й серии.

В почках уменьшение деструктивных процессов в канальцевом нефротелии также выявлено с 3-х суток эксперимента, но в клубочках – лишь с 5-х суток. К 14-м суткам исследования доля некрозов клубочков меньше, чем в 6-й серии, в 5,1 раза, а количество склерозированных клеток снижается в 3,7 раза. Объемная доля нефроцитов с признаками дистрофии снижается в 2,1 раза, а количество клеток с некротическими изменениями – в 2,02 раза.

Уменьшение очагов дистрофии и некроза сопровождается и снижением лейкоцитарной инфильтрации, которая к окончанию сроков эксперимента ниже, чем в 6-й серии, в 1,8 раза.

В легких к 14-м суткам количество внутриальвеолярного экссудата в 3,6 раза меньше, чем в 6-й серии, но по другим параметрам достоверных отличий не выявлено.

В селезенке достоверно увеличивается объемная доля белой пульпы, приближающаяся к показателям контрольной группы, а плотность лимфоцитов в зонах фолликулов значительно выше, чем в 6-й серии. Количественные характеристики красной пульпы также приближаются к показателям нормы, но доля гемосидерина еще превышает значения контрольной группы в 1,4 раза, но ниже, чем в 6-й серии, в 2,05 раза.

В целом проведенные исследования раскрывают механизмы развития альтерирующих эффектов иммобилизационного и токсического стрессов и позволяют разработать методы предупреждения их повреждающих эффектов. Приведенные данные показали, что наиболее эффективным способом предупреждения и ограничения развития стресса является направленная комплексная активация естественных стресс-лимитирующих систем организма, что способствует повышению его устойчивости к стрессорному воздействию.

Результаты проведенного исследования позволили разработать концептуальную схему роли стресса в патогенезе острых отравлений и коррекции стрессорной альтерации органов при данной патологии (рис. 27).

Рис. 27. Схема роли стресса в патогенезе острых отравлений и коррекции стрессорной альтерации органов при данной патологии.

ВЫВОДЫ

  1. Морфофункциональное состояние паренхиматозных органов (легкие, печень, селезенка и почки) в период, предшествующий острому отравлению уксусной кислотой, зависит от вида стресса, предшествующего отравлению.
  2. В стадию истощения хронического стресса, в сравнении со стадией тревоги острого стресса, определяется большее повреждение паренхиматозных органов: увеличивается доля дистрофических изменений гепатоцитов и очаги некрозов паренхимы печени; увеличивается полнокровие органа; снижается содержание гликогена; увеличивается объемная доля дистрофических изменений эпителия канальцев и очагов некрозов в паренхиме почек; увеличивается доля внутриальвеолярного экссудата, толщина межальвеолярных перегородок и лейкоцитарная инфильтрация паренхимы легких; уменьшается объемная доля белой пульпы и увеличивается количество эритроцитов, макрофагов и гемосидерина в селезенке.
  3. Тяжесть повреждения паренхиматозных органов экспериментальных животных в моделях отравлений одинаковой дозой уксусной кислоты зависит от стадии стресса, предшествующего отравлению и обусловлена комбинированной токсическо-стрессорной альтерацией.
  4. При отравлении уксусной кислотой с предшествующим стрессом пролонгируется стадия тревоги или истощения и замедляются процессы регенерации в стадию резистентности стресс-реакции.
  5. Изменения уровней гормонов, продуктов ПОЛ, количества эозинофилов в крови животных при отравлении уксусной кислотой соответствуют времени перехода стадий стресс-реакции и могут служить критерием оценки тяжести патологического процесса.
  6. Отравление с предшествующим хроническим стрессом и сочетанным с ним с момента поступления в организм токсиканта токсическим стрессом сопровождается значительным разрушением структур органов вследствие вторичной альтерации, продолжающейся на фоне стадии истощения и стойкого угнетения компенсаторных механизмов.
  7. Использование Нутролеина позволяет предотвратить переход стадии тревоги в стадию истощения стресс-реакции при хроническом стрессе и тем самым значительно снизить процессы альтерации.
  8. Нутролеин обладает выраженным цитопротекторным, антиоксидантным эффектом, стимулирует лимфопоэз, способствует восстановлению метаболизма и функций клеточных мембран и мембранных органоидов, процессы регенерации соединительных тканей.
  9. Использование с целью комплексной активации стресс-лимитирующих систем препаратов: ГОМК, Мексидол, Нутролеин при отравлении в разные стадии стресс-реакции значительно снижает деструктивные и повышает регенераторные процессы в ранние сроки отравления.
  10. Применение комплекса ГМК в лечении отравлений с предшествующим хроническим стрессом характеризуется активацией различных стресс-лимитирующих систем в более ранние сроки (3-и сутки), обеспечивает переход стадии истощения стресс-реакции в стадию резистентности, способствует восстановлению регуляторных механизмов: повышает энергообеспечение адаптационных процессов, восстанавливает нормальный биоритм гормонов, снижает катаболические и усиливает восстановительные процессы в организме.

ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

1. У пострадавших, обратившихся за медицинской помощью, при наличии в анамнезе острого или хронического стресса, помимо обязательных общих и биохимических исследований крови, необходимо определение уровня кортизола и пролактина, продуктов ПОЛ, определяющих уровень стрессорного воздействия и необходимость применения препаратов, снижающих стрессорную альтерацию, что существенно снизит количество осложнений и длительность лечения.

2. Для предупреждения и ограничения альтерирующих эффектов стресса и дистресса, являющихся важным патогенетическим звеном в развитии не только отравлений, но и различных психосоматических заболеваний, целесообразно использовать масло Нутролеин, что существенно снижает деструктивные процессы в органах и тканях, способствует восстановлению регуляторных механизмов и стимулирует восстановительные процессы.

3. Нутролеин обладает хорошим ранозаживляющим эффектом и может быть использован для лечения ожоговой поверхности любой степени. Применение масла при отравлении уксусной кислотой способствует быстрому заживлению раневой поверхности желудка без образования рубцов и стриктур. Может быть рекомендован для применения в комплексном лечении эрозивных и язвенных заболеваний желудочно-кишечного тракта.

4. При суицидальных отравлениях любой этиологии необходимо установить длительность предшествующего отравлению стресса и его стадию. Это поможет правильно оценить степень повреждения микроструктуры органов и в более ранние сроки подключать к традиционным схемам лечения данного вида отравления препараты для комплексной активации стресс-лимитирующих систем, что не только существенно снизит количество осложнений, но и повлияет на течение и исход отравления.

5. Наиболее эффективным способом ограничения стресса, в том числе токсического, и его повреждающих эффектов является применение препаратов ГОМК, Мексидол, Нутролеин. Такая комплексная активация стресс-лимитирующих систем не только предупреждает повышение активности стресс-реализующих систем, чрезмерную активацию процессов ПОЛ и снижение антиокислительной активности, но и способствует восстановлению нарушенного метаболизма и функций мембран и мембранных органоидов клеток различных органов и тканей, улучшает кровообращение в них, а также ограничивает депрессию иммунной системы, стимулирует лимфопоэз.

СПИСОК РАБОТ, ОПУБЛИКОВАННЫХ
ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

  1. Изменение показателей крови и мочи при отравлении этиленгликолем / О.Н. Шашкова [и др.] // Актуальные вопр. совр. клин. медицины : сб. науч. тр. – Иркутск, 1997. – С. 228–230.
  2. Шашкова О.Н. Структура печени при отравлении этиленгликолем / О.Н. Шашкова, В.Г. Изатулин // Актуальные вопр. совр. клин. медицины : сб. науч. тр. – Иркутск, 1997. – С. 230–231.
  3. Шашкова О.Н. Изменение показателей костномозгового кроветворения при отравлении этиленгликолем / О.Н. Шашкова [и др.] // Юбилейная науч. конф. Московского НО-АГА, посвящ. памяти проф. В.Г. Елисеева : тез. докл. – М., 1999. – С. 204–205.
  4. Шашкова О.Н. Изменения в паренхиматозных органах, красном костном мозге и периферической крови, вызванные отравлением этиленгликолем / О.Н. Шашкова [и др.] // Актуальные вопр. современ. клин. медицины в условиях ОМС : сб. науч. тр. – Иркутск, 2000. – С. 325–327.
  5. Морфофункциональные изменения красного костного мозга и некоторых паренхиматозных органов, регулирующих гемопоэз, в условиях токсического стресса при отравлении этиленгликолем / О.Н. Шашкова [и др.] // Сиб. мед. журн. – Иркутск, 2001. – С. 59–62.
  6. Состояние костномозгового кроветворения в условиях токсического стресса при отравлении этиленгликолем / О.Н. Шашкова [и др.] // Метод. рек. для студентов и практических врачей. – Иркутск, 2001. – 28 с.
  7. Шашкова О.Н. The condition of red marrow hemopoiesis in toxic stress caused by ethylenglycol / О.Н. Шашкова, Р.Г. Сайфутдинов В.Г. Изатулин // 9th International Congress of Toxicology. – Brisbane, Australia, 2001. – P. 1028.
  8. Шашкова О.Н. Некоторые патогенетические аспекты интенсивной терапии отравлений этиленгликолем / О.Н. Шашкова, Р.Г. Сайфутдинов, В.Г. Изатулин // Актуальные вопр. интенсивной терапии. – Иркутск, 2001. – № 2 (8). – С. 49–53.
  9. Шашкова О.Н. Токсический стресс и отравление этиленгликолем / О.Н. Шашкова, В.Г. Изатулин, И.П. Провадо // Актуальные вопр. интенсивной терапии, анестезии и реанимации : сб. науч. тр. – Иркутск, 2001. – С. 56.
  10. Клинико-морфологическое обоснование поиска новых методов в лечении острых отравлений этиленгликолем / О.Н. Шашкова [и др.] // Скорая медицинская помощь. Догоспитальный и госпитальный этапы. Проблемы реформирования и их решение : мат. науч.-практ. конф. – Екатеринбург, 2003. – С. 57–59.
  11. Шашкова О.Н. Морфофункциональное состояние почек при отравлении этиленгликолем / О.Н. Шашкова, В.Г. Изатулин, Ю.С. Воймова // Актуальные проблемы морфологии : сб. науч. тр. – Красноярск, 2003. – С. 81–82.
  12. Влияние преморбидного психо-эмоционального напряжения и токсического стресса на состояние эндокринного статуса при экзогенном отравлении / О.Н. Шашкова [и др.]// Человек и здоровье : мат. всерос. конгр. – Иркутск. – 2004. – С. 71–72.
  13. Костномозговое кроветворение при отравлении этиленгликолем / О.Н. Шашкова [и др.] // Морфологические ведомости. – 2004. – № 1–2. – С. 121.
  14. Морфофункциональные изменения в структуре паренхиматозных органов, обусловленные экзогенными отравлениями и токсическим стрессом / О.Н. Шашкова [и др.] // Актуальные вопр. клин. и эксперимент. методов : сб. науч. тр. науч.-практ. конф. молодых ученых и специалистов. – СПб., 2004. – С. 146–147
  15. Особенности течения острых экзогенных отравлений на фоне эмоционального стресса / О.Н. Шашкова [и др.] // Морфологические ведомости. – 2004. – № 1–2. – С. 42.
  16. Стресс-индуцированная альтерация некоторых паренхиматозных органов и их структурные изменения при острых экзогенных отравлениях / О.Н. Шашкова [и др.] // Актуальные аспекты экологической сравнительно-видовой, возрастной и экспериментальной морфологии : мат. междунар науч.-практ. конф. – Улан-Удэ, 2004. – С. 95–99.
  17. Стресс-индуцированная альтерация паренхиматозных органов при острых экзогенных отравлениях / О.Н. Шашкова [и др.] // Сиб. мед. журн. – 2004. – Т. 49, № 4. – С. 19–20.
  18. Шашкова О.Н. Адаптивно-компенсаторные изменения в структуре надпочечников при остром отравлении этиленгликолем / О.Н. Шашкова, А.В. Изатулин, В.Г. Изатулин // Морфологические ведомости. – Астрахань. – 2004. – № 1–2. – С. 43.
  19. Шашкова О.Н. Влияние преморбидного психо-эмоционального состояния и токсического стресса на течение острых экзогенных отравлений / О.Н. Шашкова, В.Г. Изатулин, Ю.С. Воймова // Материалы 9-го съезда Федерации анестезиологов и реаниматологов. – Иркутск, 2004. – С. 351–353.
  20. Шашкова О.Н. Морфофункциональные изменения в структуре паренхиматозных органов, обусловленные экзогенными отравлениями и токсическим стрессом / О.Н. Шашкова, В.Г. Изатулин, Ю.С. Воймова // Актуальные вопр. клин. и эксперимент. мед. : мат. науч.-практ. конф. молодых ученых и специалистов. – СПб., 2004. – С. 146–147.
  21. Адаптивно-компенсаторные морфофункциональные изменения в надпочечниках в преморбидный период суицидальных отравлений / О.Н. Шашкова [и др.] // Фундаментальные исследования. – 2005. – № 9. – С. 87–88.
  22. Морфофункциональные изменения в надпочечниках при хроническом психоэмоциональном стрессе / О.Н. Шашкова [и др.] //Актуальные проблемы морфологии : сб. науч. тр. – Красноярск, 2005. – С. 102–103.
  23. Морфологические изменения в паренхиматозных органах, обусловленные преморбидным и токсическим стрессом при отравлениях прижигающими ядами и суррогатом алкоголя – этиленгликолем в эксперименте и клиническом исследовании / О.Н. Шашкова [и др.] // Морфологическое состояние тканей и органов в норме и при моделировании патологических процессов. – Украина, Тернополь. – 2006. – С. 146–149.
  24. Патогенетическое обоснование стресс-индуцированной альтерации внутренних органов при суицидальных отравлениях и необходимости их коррекции / О.Н. Шашкова [и др.] // Скорая помощь 2006 : науч.-практ. конф. – СПб., 2006. – С. 159–162.
  25. Коррекция альтерации паренхиматозных органов комплексом препаратов гепатопротекторного и антистрессорного действия при отравлении уксусной кислотой и этиленгликолем / О.Н. Шашкова [и др.] // Традиции и современность : мат. конф., посвящ. 90-летию со дня рожд. акад. К.Р. Седова. – Иркутск, 2008. – С. 215–219.
  26. Морфологические изменения в паренхиматозных органах при отравлениях прижигающими ядами и суррогатом алкоголя – этиленгликолем в эксперименте и клиническом исследовании / О.Н. Шашкова [и др.] // Традиции и современность : мат. конф., посвящ. 90-летию со дня рожд. акад. К.Р. Седова. – Иркутск, 2008. – С. 211–215.
  27. Морфофункциональные изменения надпочечников при отравлении уксусной кислотой / О.Н. Шашкова [и др. ] // Бюлл. ВСНЦ СО РАМН. – 2008. – № 6. – С. 37–39.
  28. Патогенетическое обоснование применения комплекса препаратов цитопротекторного, антиоксидантного и стресс-лимитирующего действия в лечении острых отравлений уксусной кислотой / О.Н. Шашкова [и др.] // 3-й съезд токсикологов России : тез. докл. (2–5 дек. 2008 г.). – М., 2008. – С. 459–461.
  29. Шашкова О.Н. Экспериментальное обоснование применения Красного пальмового масла с целью коррекции стрессорной альтерации паренхиматозных органов / О.Н. Шашкова, В.Г. Изатулин, И.Е. Голуб // Внедрение инновационных технологий в хирургическую практику (фундаментальные и прикладные аспекты) : междунар. дистанцион. науч.-практ. конф., посвящ. памяти В.Н. Парина. – Пермь, 2008. – С. 202–204.
  30. Изменения микроструктуры почек при отравлении уксусной кислотой / О.Н. Шашкова [и др.] // Сиб. мед. журн. – 2009. – № 5. – С. 81–85.
  31. Коррекция нарушений поражения легких при остром отравлении уксусной кислотой комплексом препаратов (ГОМК, Мексидол, Красное пальмовое масло) / О.Н. Шашкова [и др.] // Сиб. мед. журн. – 2009. – № 8. – С. 83–87.
  32. Красное пальмовое масло (NUTROLEIN) в питании и лечении / О.Н. Шашкова [и др.] // Здоровье семьи – ХХI век : мат. ХIII междунар. науч. конф. (26 апр. – 3 мая 2009 г.). – Хургада, Египет : Изд-во «ОТ и ДО», 2009. – С. 416–419
  33. Критерии оценки стадий стресса при отравлении уксусной кислотой / О.Н. Шашкова [и др.] // Сиб. мед. журнал. – 2009. – № 3. – С. 74–79.
  34. Критерии оценки стадий стресса при отравлении уксусной кислотой / О.Н. Шашкова [и др.] // Сиб. мед. журн. – 2009. – № 5. – С. 68–72.
  35. Морфологические изменения в легких при отравлении уксусной кислотой / С.И. Колесников [и др.] // Сиб. мед. журн. – 2009. – № 4. – С. 73–76.
  36. Морфологические изменения печени при случайном и суицидальном отравлении уксусной кислотой / О.Н. Шашкова [и др.] // Сиб. мед. журн. – 2009 – № 4. – С. 68–71.
  37. Морфофункциональные изменения в надпочечниках экспериментальных животных при хроническом иммобилизационном стрессе [Электронный ресурс] // http:// www.econf.rae.ru (дата обращения 21.07.2009).
  38. Морфофункциональные изменения надпочечников при отравлении уксусной кислотой в эксперименте / О.Н. Шашкова [и др.] // ВМА : сб. науч. тр. – СПб., 2009. – С. 67–69.
  39. Поражение печени при отравлении уксусной кислотой и коррекция структурных нарушений органа комплексом препаратов цитопротекторного, антиоксидантного и стресс-лимитирующего действия / О.Н. Шашкова [и др.] // Сиб. мед. журн. – 2009. – № 5. – С. 91–95.
  40. Роль стрессорной альтерации паренхиматозных органов в патогенезе острых отравлений / О.Н. Шашкова [и др.] // Здоровье семьи – ХХI век : мат. ХIII Междунар. науч. конф. (26 апр. – 3 мая 2009 г.). – Хургада, Египет : Изд-во «ОТ и ДО», 2009. – С. 419–420.
  41. Стресс и отравление (монография) / О.Н. Шашкова [и др.]. – Иркутск : РИО НЦ РВХ СО РАМН, 2009. – 256 с.
  42. Стресс и отравление уксусной кислотой, способы коррекции альтеративных нарушений органов / О.Н. Шашкова, С.И.Колесников, В.Г. Изатулин [и др.] [Электронный ресурс] // http://www.econf.rae.ru (дата обращения 20.07.2009).
  43. Шашкова О.Н. Обоснование применения Красного пальмового масла как парафармацевтика / О.Н. Шашкова, C.И. Колесников [Электронный ресурс] //  http://www.econf.rae.ru (дата обращения 18.07.2009).
  44. Шашкова О.Н. Оценка Красного пальмового масла как корректора стрессорных повреждений органов / О.Н. Шашкова, С.И. Колесников, В.Г. Изатулин [Электронный ресурс] // http://www.econf.rae.ru (дата обращения 20.07.2009).
  45. Шашкова О.Н. Стресс как важное звено в патогенезе острых отравлений / О.Н. Шашкова, С.И. Колесников, В.Г. Изатулин // ВМА : сб. науч. тр. – СПб., 2009. – С. 47–50.

Список сокращений

ГХИ

– гистохимический индекс

ГПЛ

– гидроперекиси липидов

МДА

– малоновый диальдегид

ПОЛ

– перекисное окисление липидов

ШИК

– Шифф-йодная кислота, реакция






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.