WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

                                                                       на правах рукописи

Ерохин Юрий Алексеевич

Патологическая анатомия

алкогольной болезни

14.00.15. - Патологическая анатомия

       

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени доктора медицинских наук

Москва, 2009 г.

Работа выполнена в ГОУ ВПО

Московская медицинская академия им. И.М. Сеченова

и муниципальном учреждении здравоохранения

«Новомосковская городская клиническая больница» Тульской области

Научный консультант:

Заслуженный деятель науки РФ,

академик РАЕН,

доктор медицинских наук,                                                Пауков

профессор                                                                Вячеслав Семенович

                                               

Официальные оппоненты:

Член-корреспондент РАМН

доктор медицинских наук,                                       Кактурский

профессор                                                              Лев Владимирович

доктор медицинских наук,                                         Зайратьянц

профессор                                                             Олег Вадимович

доктор медицинских наук,                                                Щеголев

профессор                                                       Александр Иванович

Ведущее учреждение: Российский государственный медицинский  университет.

Защита диссертации состоится  « » 2009 года

в  часов

на заседании Диссертационного совета Д 20804001

при Московской медицинской академии имени И.М. Сеченова

(119881, Москва, ул. Трубецкая, д. 8, строение 2)

С диссертацией можно ознакомиться в ГЦ НМБ ГОУ ВПО Московская медицинская академия им. Сеченова 

(117998, Москва, Нахимовский проспект, д. 49)

Автореферат разослан  « »  2009 г.

Ученый секретарь диссертационного совета 

Бартош 

доктор медицинских наук, профессор                        Николай Олегович        

Общая характеристика работы.

Актуальность проблемы.

       Потребление спиртных напитков растет во всем мире, но в России это явление приобретает характер национального бедствия в связи с увеличением количества потребляемого алкоголя на душу населения, которое достигло 14,5 л в год, широким распространением его суррогатов и фальсификатов, уже отмеченными в связи с этим генетическими  изменениями у некоторых групп россиян (Макдональт М., 2005; Немцов А.В., 2003; Нужный В.П., 2004; Харченко Н.К. и соавт., 2004; Prefferbaum Adolf et al., 2001). При этом хроническая алкогольная интоксикация (ХАИ), помимо самостоятельного медико-социального значения, способствует возникновению и прогрессированию соматических заболеваний, которыми страдают люди, злоупотребляющие спиртными напитками (Воронцова М.В., 2008; Огурцов П.П. и соавт., 2002; Поплеченков Н.А., 2001). Ежегодно смертность от болезней, связанных со злоупотреблением алкоголем, достигает 700 тыс. человек, а от отравлений его суррогатами в стране погибает около 40 тыс. человек (Немцов А.В., 2001).

       Однако злоупотребление алкоголем привлекает внимание врачей только тогда, когда у больных развивается алкоголизм, характеризующийся физической и психической зависимостью от алкоголя и выраженными психическими расстройствами (Белоус С.В., 2002; Варфоломеева Ю.Е., 2003; Ling-ford-Hughes A.R., et al., 2003). При этом не учитывается, что за яркими проявлениями алкоголизма скрываются долгие годы злоупотребления алкоголем, не сопровождающегося зависимостью от алкоголя и выраженной психической симптоматикой и носящее название «пьянство».

Пьяниц не считают больными и ими медицина не занимается. Вместе с тем, клинический опыт и морфологические исследования не позволяют отождествлять алкоголизм, которым страдают лишь 10% злоупотребляющих алкоголем (Лисицин и соавт., 1990) с пьянством, которому подвержены 90% людей, злоупотребляющих спиртными напитками, но не имеющих ни клиники, ни морфологических изменений внутренних органов, характеризующих алкоголизм. Следовательно, каждый алкоголик прошел период пьянства, и только 1 из 10 пьяниц стал алкоголиком.

В связи с этим была предложена концепция алкогольной болезни, учитывающая стадийное развитие заболевания (Пауков В.С., 1994; 1996; Пауков В.С. и соавт., 2001). Она исходит из того, что алкоголизму предшествует стадия пьянства – длительная ХАИ,  которая характеризуется влечением, но не зависимостью от алкоголя. При этом практически во всех системах организма возникают отчетливые морфологические изменения, но они обратимы или хорошо компенсированы при прекращении алкоголизации. Однако на определенном этапе ХАИ компенсаторные возможности организма оказываются исчерпанными, и развивается стадия алкоголизма, при которой структурные изменения органов уже не обратимы. В России эта концепция  алкогольной болезни нашла свое отражение в Государственном стандарте «Система добровольной сертификации процессов выполнения патоморфологических (патологоанатомических) исследований и патологоанатомических услуг в здравоохранении» (Под ред.Р.У. Хабриева и М.А. Пальцева., М.,2007., С.383-405). Исходя из этих документов, важно различать пьянство, как раннюю стадию алкогольной болезни, и алкоголизм, как наиболее яркую и специфическую стадию заболевания, объединенных единой этиологией, пато- и морфогенезом, пытаясь при этом найти дифференцирующие критерии этих стадий.

Вместе с тем, до настоящего времени не существует исследований, позволяющих говорить о патологической анатомии алкогольной болезни в целом. Морфологические исследования в основном касаются лишь отдельных органов при алкоголизме, без попытки анализа их с позиций единой болезни. Исследования  морфологии пьянства весьма немногочисленны, а без знания структурных изменений, возникающих  при патологическом процессе, нельзя рассчитывать на его успешное лечение.

Цель исследования.

Изучение морфологических изменений внутренних органов и систем организма в их взаимосвязи и взаимообусловленности при алкогольной болезни, включая  стадии пьянства и алкоголизма,  и описание на этой основе патологической анатомии этого заболевания, его пато- и морфогенеза.

Задачи исследования:

  1. Изучить морфологические изменения внутренних органов при алкогольной болезни в стадии пьянства.
  2. Изучить морфологические изменения внутренних органов при алкогольной болезни в стадии  алкоголизма.
  3. Определить роль алкогольного эксцесса в развитии  морфологических изменений в органах  при алкогольной болезни.
  4. Изучить на трупном материале изменение крови при пьянстве и алкоголизме.
  5. Провести  анализ причин смерти при пьянстве и алкоголизме.
  6. Описать патологическую анатомию алкогольной болезни.

Научная новизна

На большом секционном материале, которому в количественном отношении нет аналогов в мире, подтверждена гипотеза об алкогольной болезни как заболевании, имеющем стадийное развитие и о том, что пьянство является ранней стадией алкогольной болезни, предшествующей алкоголизму. Доказано, что возникшие в стадии пьянства морфологические  изменения в большинстве своем обратимы или компенсированы и это позволяет рассчитывать на успех в лечении этой стадии алкогольной болезни и предотвращении алкоголизма.

Впервые в мире описана патологическая анатомия алкогольной болезни, включающая стадии пьянства и алкоголизма.

Впервые в мире доказано, что постоянно повторяющийся алкогольный эксцесс является основным звеном морфогенеза  алкогольной болезни.

Практическая значимость

Особенности морфологических изменений, выявленные при пьянстве, определяют необходимость лечения больных именно в этот период заболевания и требуют разработки в первую очередь методов целенаправленного терапевтического воздействия.

Разработанные морфологические критерии пьянства могут быть использованы в практической деятельности терапевтов, наркологов и патологоанатомов.

Обнаруженные морфологические изменения при пьянстве, а также закономерности его пато- и морфогенеза являются основанием для детальной разработки психиатрических аспектов этой стадии алкогольной болезни.

Лечение алкогольной болезни на стадии пьянства является реальной профилактикой алкоголизма. Полученные данные открывают перспективу эффективной борьбы с пьянством и алкоголизмом и определяют новые подходы к профилактике и лечению ХАИ.

Основные положения, выносимые на защиту

  1. Пьянство, как ранняя стадия алкогольной болезни имеет определенную патологическую анатомию, характеризующуюся поражением микроциркуляторного русла, а также всех органов  и систем организма, однако ведущую роль в пато- морфо- и танатогенезе заболевания играют изменение печени, сердца, головного мозга и легких. Вместе с тем не исключено, что возникшие морфологические изменения при прекращении  алкоголизации  в большинстве случаев могут быть либо обратимы, либо компенсированы.
  1. Патологическая анатомия алкоголизма обусловлена теми же причинами что и пьянство, поэтому характеризуется принципиально аналогичными морфологическими изменениями органов и систем, но отличается нарастанием атрофических и склеротических процессов, глубина и распространенность которых  практически исключают  их обратное развитие или компенсацию.
  2. В морфогенезе алкогольной болезни ведущую роль играют повторяющиеся алкогольные эксцессы, которые обусловливают большинство последующих  морфологических изменений в сосудах и тканях организма.
  3. Анализ причин смерти больных, страдавших алкогольной болезнью, указывает на своеобразие танатогенеза при пьянстве и при алкоголизме, что подтверждает целесообразность выделения алкогольной болезни как самостоятельного, стадийно протекающего заболевания.
  4. Алкогольная болезнь представляет собой хроническую алкогольную интоксикацию, патогенез которой складывается из стадий пьянства и алкоголизма. Патологическая анатомия  обеих стадий заключается в прогрессирующем поражении сосудов микроциркуляции,  нарастании артериосклероза при весьма умеренном атеросклерозе сосудов, дистрофических, атрофических и склеротиченских изменениях практически всех внутренних органов, но в первую очередь печени, сердца, легких и головного мозга, а также из морфологических изменений в органах и системах организма, возникающих при характерных осложнениях алкогольной болезни.

Внедрение результатов исследования.

Результаты исследования используются в практической деятельности терапевтов, наркологов и патологоанатомов городской клинической больницы, туберкулезного и наркологического диспансера г. Новомосковска Тульской области, а так же  в учебном процессе кафедр патологической анатомии с курсами общей патологии и патофизиологии ММА им. И. М. Сеченова (зав. - акад. РАН и РАМН, проф. М.А. Пальцев); кафедры медико–биологических дисциплин медицинского факультета Тульского государственного университета (зав. - проф. Т. И. Субботина); кафедре внутренних болезней медицинского факультета Университета Дружбы Народов г. Москва (зав. - акад. РАМН, проф. В. С. Моисеев); в научной, практической и преподавательской деятельности Национального научного центра наркологии Росздрава (директор – член -  кор. РАМН, проф. Н.Н. Иванец).

Апробация работы

Материалы диссертации доложены на IV Международной научно-практической конференции «Состояние биосферы и здоровье людей  (г. Пенза, сентябрь, 2004 г.); на IV Международной научно-практической конференции «Экология и безопасность жизнедеятельности» (г. Пенза, декабрь 2004г.); на III Международной научно-практической конференции «Проблема демографии, медицины и здоровья населения России: история и современность» (г. Пенза, октябрь 2006г.); на IV Международной научно-практической конференции «Экология и безопасность жизнедеятельности» (г. Пенза, декабрь 2006г.); на IV Международной научно-практической конференции «Проблема демографии, медицины и здоровья населения России: история и современность» (г. Пенза, май 2007г.); на Всероссийском съезде хирургов (г. Волгоград, сентябрь 2001 г.); на Всероссийской конференции, посвященной 75-летию профессора А.С. Зиновьева (г. Омск, 2001 г.); на Всероссийской научно-практической конференции «Окружающая среда и здоровье» (г. Пенза, январь, 2004 г.); на Всероссийской научно-практической конференции «Экология человека: концепция факторов риска, экологической безопасности и управления рисками» (г. Пенза, апрель 2004г.); на Всероссийской конференции с международным участием, посвященной памяти чл.-корр. РАМН, заслуженного деятеля науки РФ, профессора О.К. Хмельницкого в связи с 85-летием со дня его рождения и 120-летием кафедры патологической анатомии с курсом цитологии (Санкт-Петербург, 2005г.); на Всероссийской научно-практической паталогоанатомической конференции «Актуальные проблемы паталогоанатомической службы муниципальных учреждений здравоохранения. Вопросы экологической патологии. Современные методы морфологической диагностики в паталогоанатомической практике (г. Миасс Челябинской области, 28-31 мая 2008 г.); на кафедре патологической анатомии с курсами общей патологии и патофизиологии ММА им. Сеченова (декабрь 2001 г.; октябрь 2008 г.); на заседаниях областного общества патологоанатомов (г. Тула, в 1999, 2000, 2001 г.г.).

Публикации

По материалам исследования опубликовано 33 научные работы, в том числе 9 - в центральных журналах, рецензируемых по списку ВАК.

Объем и структура диссертации

Диссертация выполнена на 347 страницах,  состоит из введения, обзора литературы, описания материала и методов исследования, 5 глав собственных исследований, обсуждения полученных результатов, описания патологической анатомии, пато- и морфогенеза алкогольной болезни, выводов, а также  библиографии, в которой приведены 515 источников, в том числе 276 отечественных и 239 зарубежных авторов. Работа иллюстрирована 114 рисунками и 5 таблицами.

Материал и методы исследования

Проведенные исследования основаны на результатах 1133 аутопсий трупов больных (960 мужчин и 173 женщины) в возрасте от 18 до 73 лет, умерших в стационарах  г. Новомосковска или дома. В соответствии с анамнезом, течением заболевания, клиническим и патологоанатомическим диагнозами выделены 3 основные  группы наблюдений, причем во 2-ой и 3-ей группах выделены подгруппы, в которых исследован морфогенез алкогольного эксцесса, как обязательного звена патогенеза АБ

Iю - контрольную группу наблюдений составили 125 трупов больных (105 мужчин и 20 женщин) в возрасте от 25 до 73 лет, страдавших при жизни хронической ишемической болезнью сердца, гипертонической болезнью, атеросклерозом сосудов головного мозга, хроническим пиелонефритом и не злоупотреблявших алкоголем.

IIю  группу наблюдений составили 787 (78,1%) умерших (668 мужчин и 119 женщин) в возрасте от 18 до 72 лет.  Больные при жизни не лечились и не состояли на учете в наркологическом диспансере, но из бесед с родственниками и из медицинской документации было известно, что они длительное время злоупотребляли крепкими спиртными напитками, в том числе  суррогатами и фальсификатами алкоголя. Эти умершие были отнесены к пьяницам.  Так как патогенез  пьянства складывается из периодически повторяющихся алкогольных эксцессов вплоть до острого отравления этанолом, мы выделили в этой группе 3 подгруппы.

    • 2а подгруппу составили 451 умерший (373 мужчин и 78 женщин) при жизни страдавших пьянством. Смерть больных наступала через 5 часов - 40 суток после госпитализации в стационар: в 206 (45,6%) случаях от заболеваний органов дыхания; в 148 (32,8%) наблюдениях - от болезней сердечно-сосудистой системы; в 41 (9,1%) - от болезней печени;  в 38 (8,4%) - от сосудистых заболеваний головного мозга; в 12 (2,7%) - от болезней желудочно-кишечного тракта; в 6 (1,3%) случаях - от болезней почек. Алкоголь в крови при поступлении в стационар обнаружен не был.
    • 2б подгруппу составили 236 умерших (211мужчин и 25 женщин), госпитализированных в стационар в состоянии алкогольного опьянения. Смерть больных наступала в период от 4 ч до 12 сут.  с момента поступления в стационар.  При этом 88 (37,3%) больных умерли от обострения хронического панкреатита в виде геморрагического панкреонекроза; 74 (31,3%)- от болезней сердечно-сосудистой системы; 71 (30,1%)- от сосудистых заболеваний головного мозга; 3 (1,3%)- от болезней печени. При поступлении в стационар у больных содержание алкоголя в крови было от 1,5‰ до 2,5‰.
    • 2в подгруппу составили 100 умерших (84 мужчин и 16 женщин), смерть которых наступила скоропостижно вне стационара. Из них  95 (95%) - умершие от  алкогольной кардиомиопатии (АКМП); 5 (5%) - от острой почечной недостаточности в результате некротического нефроза при остром отравлением этанолом. Содержание алкоголя в крови у умерших составило 5,5  – 7‰.

III группа наблюдений состояла из 221 (21,9%) умершего (187 мужчин и 34 женщины) в возрасте от 21 до 73 лет, страдавших алкоголизмом и неоднократно лечившихся в наркологическом диспансере. В последние 5 – 7 лет у них сформировался алкогольный абстинентный синдром. В этой группе также были выделены 3 подгруппы.

-  3а подгруппу составили 148 умерших (127 мужчин 21 женщина), по данным наркологического диспансера страдавших алкоголизмом II – III стадии. Смерть этих больных последовала в период 4 ч - 4х сут. после госпитализации в стационар: от легочно- сердечной недостаточности -  в 88 (39,8%) случаях; в 23 (15,5%) - от болезней печени; у 18 (12,2%) больных - от заболеваний сердечно-сосудистой системы; у  7 (4,7%) - от гнойного менингита, как осложнения крупозной пневмонии, от отека головного мозга при алкогольном делирии - в 5 (3,4%) случаях; еще в 5 (3,4%) случаях - от внутримозгового кровоизлияния при алкогольном абстинентном синдроме; у 2 (1,3%) больных - от инфаркта головного мозга. Алкоголь в крови при жизни обнаружен не был.

    • 3б подгруппа представлена 63 умершими (53 мужчины и 10 женщин), госпитализированными в стационар в состоянии алкогольного опьянения с содержанием алкоголя в крови от 1,5‰ до 2,5‰. Смерть наступала через 2 ч - 2 сут. после госпитализации у 31 (49,2%) больного от отека головного мозга при алкогольном делирии; у 19 (30,1%) больных - от болезней сердечно-сосудистой системы; в 7 (11,1%) случаях - от болезней печени; в 6 (9,5%)- от панкреонекроза.
    • 3в подгруппу составили 10 умерших (7 мужчин и 3 женщины), смерть которых наступила скоропостижно от острого отравления этанолом на фоне алкоголизма в результате обострения АКМП. Содержание  алкоголя  в  крови у умерших составило 5,5‰ -  7 ‰. 

Учитывая возрастную патологию, которая может оказать влияние на течение алкогольной болезни, а также длительность ХАИ, мы условно в каждой группе выделили возрастные подгруппы умерших в возрасте моложе 50 лет; 50 лет и старше. Общая характеристика материала представлена в табл. 1.

Методы морфологического исследования

Макроскопическое исследование: вскрытия трупов проводили не позже 12 – 24 ч после смерти по методике Шора. Головной мозг вскрывали  фронтальными разрезами по А. Е. Снесареву (1950). Для микроскопического исследования кусочки мозга иссекали из областей передних и задних центральных извилин, лобных, височных, затылочных долей, зрительных бугров со стенками III  желудочка, ядер гипоталамуса, коры и зубчатого ядра мозжечка, мамиллярных тел, стволовой части. Сердце вскрывали по общепринятой методике. Кусочки миокарда брали из области верхушки сердца, стенок правого и левого желудочков с папиллярными мышцами, межжелудочковой перегородки, иссекали также фрагменты ветвей венечных артерий. Кусочки легких иссекали из прикорневой, центральной, субплевральных зон, участков уплотнения легочной ткани, а также из бронхов. Ткань печени брали из правой и левой доли вместе с капсулой, а

Таблица 1

Характеристика аутопсийного материла

  Группа наблюдений

  Возраст

Мужчины

Женщины

Всего

до 50 лет

50 лет

и свыше

до 50 лет

50 лет

и свыше

1 группа- контрольная

29

76

11

9

125

2 группа- пьянство

2а подгруппа- пьянство без алкогольного  эксцесса

173

200

41

37

451

2б подгруппа- алк. эксцесс на фоне пьянства

109

102

15

10

236

2в подгруппа- острое отр. этанолом на фоне пьянства

55

29

3

13

100

3 группа- алкоголизм

3а подгруппа- алкоголизм без алкогольного  эксцесса

87

40

13

8

148

3б подгруппа- алк. эксцесс на фоне алкоголизма

26

27

4

6

63

3в подгруппа- острое отр. этанолом на фоне алкогол.

7

3

10

Итого

486

474

90

83

1133

Всего

960

173

также из толщи органа. Фрагменты поджелудочной железы вырезали из области головки, тела, хвоста органа.  Исследовали также яички, яичники и надпочечники фронтальными разрезами. Желудок вскрывали по большой кривизне. Кусочки иссекали из кардиального отдела, тела, антрального отдела в виде пластинок. Пластинки тонкого и толстого кишечника брали из всех их отделов. Кусочки почечной ткани брали из верхнего и нижнего полюсов с фрагментами чашечек и лоханок.

Гистологическое исследование: материал фиксировали в 10% растворе нейтрального формалина на 0,1 фосфатном буфере РН 7,4 – 7,6 (Лили, 1969)  заливали в парафин, после чего приготавливали срезы толщиной 3 мкм. Препараты окрашивали гематоксилином и эозином, пикрофуксином по Ван-Гизону, орсеином (Саркисов Д.С., 1996).

Гистохимическое исследование

Срезы головного мозга окрашивали крезиловым фиолетовым по Нисслю. Исследовали темные, темно-сморщенные нейроны и клетки – «тени» в лобных, височных долях, гипоталамусе, подкорковых ядрах. Препараты сердца и печени для выявления жира окрашивали суданом III. Препараты сердца, кроме того, окрашивали по Гейденгайну. Для выявления повреждения в мышечных волокон миокарда использовали окраску по Ли в модификации Р. А. Серова и соавт. (1977) гематоксилин – основным - фуксилином- пикриновой кислотой  (ГОФПК). В препаратах  легких для выявления железа ставили реакцию Перлса.

  Кроме того, в препаратах легких, сердца, печени, поджелудочной железы, яичках, яичниках и надпочечниках выявляли нейтральные ГП и кислые ГАГ. Для выявления ГП применяли периодатное окисление и обработку Шиф – реактивом по Томази с амилазным контролем (Лили, 1969). Кислые ГАГ идентифицировали окрашиванием толуидиновым синим на 0,1 М цитратно-фосфатном буфере по Мак-Ильвейну при РН 4,4. Для диагностики уровня эстерификации молекул кислых ГАГ сульфатными радикалами проводили окраску срезов толуидиновым синим в интервале РН от 0,5 до 4,5 (Spicer S.S. et al., 1965). При исследовании кислых ГАГ в качестве контрольных тестов применяли мягкое и жесткое метилирование (Spicer S.S., 1960), метилирование-омыление (Spicer S.S., Lilie R.D., 1959), обработку тестикулярной гиалуронидазой (Leppi T.J., 1965). Для предупреждения выцветания  препаратов использовали стабилизацию окраски обработкой срезов 4% раствором молибдата аммония (Кутах Г.И., Шубич М.Г., 1965).

Биохимические методы

Этанол, являясь мембранотропным ядом, действует на клеточные мембраны, в том числе на мембраны гепатоцитов и эритроцитов. При ХАИ происходит ряд значительных изменений со стороны внутренних органов и прежде всего печени, что приводит к повышению проницаемости клеточных мембран гепатоцитов и появлению в сыворотке крови повышенной концентрации ферментов печеночного происхождения, которые представляют собой наибольшую ценность для диагностики ХАИ: ГГТ, АСТ и АЛТ, а также определение СКОЭ. Воздействуя на  эритроциты, алкоголь приводит вначале к флюидизации мембран, а затем к их ригидности, что вызывает макроцитоз, а как его следствие микротромбообразование и гипоксию тканей. Для биохимического определения концентрации ГГТ, АСТ, АЛТ, а также для определения СКОЭ, кровь брали посмертно из полостей сердца или из бедренной вены (Пауков В.С., Ерохин Ю.А., 1999). Концентрацию АСТ и АЛТ в сыворотке крови определяли по методу Райман и Бренкель (Колб В.Г., Камышников В.С., 1976). Содержание ГГТ - стандартным методом с использованием тест-набора реактивов фирмы “Лахема-диагностика”. Результаты выражали в мкмоль/л, а СКОЭ определяли гематокритным методом (Меньшиков В.В., 1987). Результаты выражали в мкм3.

Во всех наблюдениях определяли концентрацию алкоголя в крови методом газо-жидкостной хроматографией*. При этом использовали критерии, используемые в судебно-медицинской практике и предназначенные для определения степени опьянения у живых людей. Согласно этим критериям, концентрация алкоголя в крови 5,5‰ - 6,5‰ расценивается как смертельное отравление (Томилин В.В. и соавт., 1999).

Методы количественного анализа

Количественные анализ основан на математической обработке результатов морфометрического исследования головного мозга, легких, сердца, поджелудочной железы, почек, надпочечников и половых желез 980-ти наблюдений. При этом пользовались срезами органов размером 1,5х1,5 см и толщиной 3 мкм. Подсчитывали  патологически измененные нейроны (темные, темные сморщенные нейроны, клетки-“тени”) определяли в III-V слоях лобной коры правого и левого полушария. При этом пользовались указаниями о том, что в лобной коре имеется наибольшее количество клеточных элементов, образующих центры поведения (Снесарев А.Е., 1950; Pfefferbaum Adolf et al., 1997). В срезах миокарда, окрашенных суданом III, определяли площадь мышечных волокон с наличием жировой дистрофии; при окраске по ГОФПК определяли площадь, занятую фуксинофильными мышечными волокнами. В срезах всех  органов (кроме  головного мозга), окрашенных пикрофуксином по Ван-Гизону, определяли отдельно площадь, занятую фиброзом, сосудистым компонентом, паренхимой.  В срезах поджелудочной железы определяли в паренхиме площадь, занятую экзокринной и эндокринной тканью.

Морфометрическое исследование приводили «точечным» методом по А.А. Глаголеву с помощью окулярной сетки Г.Г. Автандилова (1972). При __________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

* Концентрацию алкоголя в крови определяли в областном Бюро судебно-медицинской экспертизы г. Тулы (нач. Шульгин С.Г.).

подсчете процентов площади различных компонентов ткани органов использовали 500 точек и рассчитывали по формуле:

,

где m – число точек, совпадающих с изучаемым объектом; n – общее число точек; p – результат в процентах.

Математическая обработка результатов исследования 

Цифровой материал, полученный при количественном анализе,  обработан на персональном компьютере с применением математического пакета Mathcad Professional.**

Статистическую достоверность определяли  по вычислению коэффициента достоверности (критерий Стьюдента). Различия в группах ____

считали статистически достоверными при Р <  0,05.

При анализе выборочного коэффициента корреляции (r) сила связи оценивались по 5-ти степеням: при r=0 – связь отсутствует; при r= от 0,1 до ± 0,3 – слабая связь; 0,3–0,7 – умеренная; 0,7–1,0 – сильная (Автандилов Г.Г., 2002).

Результаты исследования и их обсуждение

Мы не имели возможности исследовать начальные этапы алкоголизации и изучали ХАИ, длящуюся уже несколько лет и вызывающую отчетливые изменения внутренних органов, то есть стадию пьянства и стадию алкоголизма. Наши исследования показали, что при пьянстве и алкоголизме выявлены как общие стереотипные изменения, характеризующие алкогольную болезнь, так и специфические изменения органов и систем,

______________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________________

  **Приносим глубокую признательность доценту кафедры автоматизации производственных процессов Новомосковского института РХТУ им. Д. И. Менделеева  С. И. Сидельникову за проведенную математическую и статистическую  обработку результатов исследования.

2-я стадия алкогольной болезни – пьянство, характеризуется поражением всех систем организма, но особенно страдают микроциркуляторное сосудистое русло, печень, сердце, легкие, головной мозг и почки.

В сосудах микроциркуляторного русла развивается склероз, в более крупных сосудах нарастают явления артериоло- и артериосклероза. При алкогольном эксцессе и при остром отравлении этанолом в стенках сосудов

наблюдались очаги фибриноидного некроза. Однако при этом ведущим является поражение печени, от базального метаболизма которой в значительной степени зависит поражение всех других систем и переход пьянства в алкоголизм. 

Поражение печени представлено жировым гепатозом, который выявлен в 517 (65,7%) случаях. Он наблюдался несколько чаще в возрасте до 50 лет, чем у умерших старше 50 лет [280 (35,6%) и 237 (30,1%) соответственно]. Однако гепатоз носит диффузно-очаговый характер. Значительная часть ткани печени не поражена жировой дистрофией и это создает картину морфологической гетерогенности. В то же время ожирение гепатоцитов было пылевидным, местами крупнокапельным с наличием жировых кист. Перивенулярный и перипортальный фиброз обнаружен у 204 (25,9%) умерших, который в 2,6 раза чаще был в возрасте старше 50 лет по сравнению с умершими до 50 лет (18,7% и 7,2% соответственно). В 22 (2,8%) случаев обнаружен хронический алкогольный гепатит (ХАГ), который в 1,8 раза чаще был в возрасте старше 50 лет, чем у умерших моложе 50 лет (1,8% и 1% соответственно). Обострение ХАГ наблюдалось после алкогольного эксцесса в 0,8% случаев, сопровождающихся внутриклеточным образованием телец Маллори. Алкогольный цирроз печени (АЦП) выявлялся в 44 (5,6%) случаях. В 1,3 раза чаще он был также в возрасте старше 50 лет (3,2% и 2,4%  - до 50 лет соответственно).

Во всех случаях при пьянстве выявлена начинающаяся или умеренно выраженная алкогольная кардиомиопатия (АКМП). При этом в миокарде умерших больных вне алкогольного эксцесса (подгруппа 2а) в сосудах нарастал артериоло- и артериосклероз. По сравнению с контролем  достоверно в 1,9 раза уменьшалось их количество (2,0 ± 0,1% и 3,8 ± 0,1% - в контроле; Р<0,01). Увеличивалось также в 4,8 раза по сравнению с контролем количество кардиомиоцитов в состоянии жировой дистрофии (16,4 ± 0,6% и 3,4 ± 0,2% - в контроле; Р<0,001). В 3,2 раза увеличивалось количество фуксинофильных кардиомиоцитов (7,8 ± 0,4% и 2,4 ± 0,1% - в контроле; Р<0,001). Вместе с тем отмечалась хотя и незначительная, но отчетливая, гипертрофия миокарда за счет гипертрофии, хотя и неравномерной, значительной части миофибрилл. Масса миокарда в среднем составляла 390 гр. - у мужчин и 340 гр. - у женщин. Достоверно, в 2,9 раза нарастал кардиосклероз (16,0 ± 0,4% и 5,4 ± 0,2% - в контроле; Р<0,001). В 12,6% случаях в этой подгруппе на фоне АКМП имела место ХИБС у умерших в возрасте 50 лет и старше. При этом в венечных артериях определялся стенозирующий атеросклероз в стадии атерокальциноза с сужением просветов артерий на 50% и более. У 12 (2,7%) умерших обнаружен острый трансмуральный инфаркт миокарда. В этих случаях стеноз венечных артерий не превышал 30-40%, но в просветах их были красные обтурирующие тромбы.

При алкогольном эксцессе на фоне пьянства (подгруппа 2б) у 52 (22%) больных наблюдалось обострение АКМП. При этом на фоне выраженных хронических изменений в сердце наблюдались и острые процессы. Капилляры миокарда паретически расширены, резко полнокровны, стаз эритроцитов и отек стромы миокарда. В стенках венечных артерий и их ветвей - очаги фибриноидного некроза, слущивание эндотелия, плазморрагия и периваскулярный отек. В кардиомиоцитах прогрессирует жировая дистрофия и фуксинофилия.  Так, количество кардиомиоцитов в состоянии жировой дистрофии по сравнению с подгруппой 2а достоверно увеличивалось в 1,2 раза (19,5 ± 0,2%) и в 5,7 раза больше, чем в контроле. В то же время достоверно в 1,6 раза возрастало количество фуксинофильных кардиомиоцитов (11,6 ± 0,4%), а по сравнению с контролем в 4,8 раза (Р<0,01 и Р<0,001). В 3,4 раза возрастала частота острого инфаркта миокарда (9,3%). При остром отравлении этанолом на фоне пьянства (2в-подгруппа) в результате обострения АКМП  смерть в 95 (95%) случаях из 100 наступила от острой сердечной недостаточности. При морфометрическом анализе количество кардиомиоцитов в состоянии жировой дистрофии было практически таким же, как и во 2б-подгруппе, но достоверно в 1,5 раза увеличивалось количество фуксинофильных кардиомиоцитов (17,7 ± 0,6%).

В целом во всей группе при пьянстве на фоне АКМП скоропостижная смерть наступила в 226 (28,7%) случаях, у 142 (18%)  больных в возрасте до 50 лет и в 84 (10,7%) случаях – в возрасте старше 50 лет. У 57 (7,2%) больных в возрасте старше 50 лет была ХИБС в сочетании с АКМП, повлекшая смерть от хронической сердечной недостаточности. У 34 (4,3%) умерших обнаружен острый трансмуральный инфаркт миокарда, который почти в 1,3 раза чаще был в возрасте старше 50 лет, чем в возрасте до 50 лет (2,4% и 1,9% соответственно). Это, видимо, связано с артериосклерозом и сужением просветов венечных артерий и наличием в их просветах обтурирующих тромбов, а в возрасте старше 50 лет со стенозирующим атеросклерозом венечных артерий в стадии атерокальциноза и сужением их просветов на 50% и более, а при алкогольных эксцессах – наличием фибриноидного некроза стенок венечных артерий и их ветвей, плазморрагии, образованием стазов, гипоксии миокарда, гиперкатехоламинемии. При морфометрическом анализе количество кардиомиоцитов в состоянии жировой дистрофии достоверно по сравнению с контролем увеличивалось в 5,4 раза (18,5 ± 0,3% и 3,4 ± 0,2% - в контроле; Р < 0,001); фуксинофильных кардиомиоцитов – в 5,2 раза (12,6 ± 0,3% и 2,4 ± 0,1% - в контороле; Р < 0,001); в 2,8 раза увеличивалась площадь кардиосклероза (15,2 ± 0,2% и 5,4 ± 0,2% - в контроле; Р < 0,001).

При исследовании легких практически у всех умерших наблюдались множественные двусторонние микроателектазы, перифокальная эмфизема, склероз стенок альвеолярных капилляров и артериол, периваскулярный склероз и склероз межальвеолярных перегородок. Суммарная площадь, занятая микроателектазами, достоверно в 3,2 раза была выше, чем в контроле (16,0 ± 0,3% и 4,9 ± 0,2% - соответственно; Р < 0,05); площадь, занятая эмфиземой легочной ткани -  в 4,4 раза выше, чем в контроле (9,8 ± 0,2% и 2,2 ± 0,2% соответственно;  Р < 0,05), а соединительной тканью – в 3,3 раза выше, чем в контроле (24,7 ±  0,5% и 7,4 ± 0,3% соответственно; Р < 0,05). На этом фоне во всех случаях отмечался хронический гнойный бронхит, который обострялся при алкогольных эксцессах в 55 (23,3%) случаях. При остром отравлении этанолом имел место РДВС. У 29 (3,7%) умерших имела место очагово-сливная пневмония, частота которой увеличивалась в 2,7 раза в возрасте старше 50 лет по сравнению с умершими в возрасте до 50 лет (2,7% и 1% соответственно). У 83 (10,5%) умерших пневмония носила характер крупозной и являлась причиной смерти, которая наоборот, почти в 1,5 раза чаще наблюдалась в возрасте до 50 лет (6,1% и 4,4% - старше 50 лет соответственно). В 94 (11,9%) наблюдениях обнаружен фиброзно-кавернозный туберкулез легких с развитием пневмосклероза и хронической легочно-сердечной недостаточности. При этом фиброзно-кавернозный туберкулез легких у умерших в возрасте до 50 лет был в 1,6 раза чаще, чем у умерших в возрасте старше 50 лет (7,4% и 4,5% соответственно). Это, видимо, связано с тем, что лица молодого возраста с туберкулезом легких на фоне ХАИ часто не доживают до 50 лет. Совместное хроническое действие этанола и гипоксии повреждает гематоэнцефалический барьер (ГЭБ), стимулирует склеротические процессы в стенках сосудов и ведет к хронической алкогольной энцефалопатии, начальные явления которой отмечались уже при пьянстве. При этом мягкая мозговая оболочка была несколько утолщена за счет склероза, особенно в лобных и височных долях. Сосуды ее неравномерно полнокровные, стенки их склерозированы. У всех умерших наблюдались участки некоторого обеднения коры и подкорки клеточными элементами. В лобной и височной коре, особенно в подкорковых ядрах, супраоптическом и паравентрикулярных ядрах гипоталамуса наблюдались темные и темные сморщенные нейроны, а также клетки-«тени». При морфометрическом исследовании показано, что в подгруппе пьянства без алкогольного эксцесса  (2а-подгруппа) количество темных нейронов было достоверно в 4 раза выше, чем в контроле (14,1 ± 0,9% и 3,5 ± 0,1% соответственно; Р < 0,001); темных сморщенных нейронов – достоверно в 4,5 раза выше по сравнению с контролем (5,4 ± 0,3% и 1,2 ± 0,05% соответственно; Р < 0,01); клеток-«теней» - достоверно в 4,5 раза выше, чем в контроле (3,4 ±  0,3% и 0,7 ± 0,04%; Р < 0,01). Морфометрический анализ был подтвержден данными корреляционного анализа. Была выявлена высокая прямая связь между клетками-«тенями», которые являются дистрофически измененными нейронами, возникающими в результате гипоксии и темными сморщенными нейронами, как в результате их коагуляции (r = ± 0,72).

При обострении хронической алкогольной энцефалопатии, которое наблюдалось при алкогольном эксцессе и при остром отравлении этанолом на фоне пьянства, выявлялись выраженные нарушения кровообращения в виде стазов, гиалиновых тромбов, фибриноидных некрозов и плазморрагии стенок сосудов, что приводило к диапедезным периваскулярным кровоизлияниям, вплоть до развития обширных внутримозговых кровоизлияний с прорывом крови в желудочки мозга, которые выявлены у 71 (30,1%) умерших. Со стороны нейронов наблюдалось острое набухание с явлениями хроматолиза и увеличение количества клеток-«теней» и распадающихся нейронов. Количество клеток-«теней» достоверно увеличивалось в 3,5 раза по сравнению с мозгом умерших подгруппы 2а (11,9± 0,8%) и в 17 раз по сравнению с контролем (Р < 0,01; Р < 0,001). В то же время количество темных и темных сморщенных нейронов оставалось неизменным (14,2 ± 0,9% и 5,6 ± 0,3% соответственно в подгруппе 2б и 14,1 ± 0,9%; 5,4 ± 0,3% - в подгруппе 2а). Корреляционный анализ показал, что между клетками-«тенями» и темными сморщенными нейронами существует умеренная отрицательная связь (r = - 0,62). Эти данные говорят о том, что алкогольный эксцесс повреждает гематоэнцефалический барьер (ГЭБ), что ведет к его блокаде и развитию гипоксии мозга и, прежде всего, нейронов. Не исключено, что повреждение ГЭБ не позволяет пропустить какое-то количество этанола в ткани мозга. В таком случае при алкогольном эксцессе на нейроны идет двоякое влияние: гипоксимическое и токсическое, что вызывает их резкую дистрофию и значительное достоверное увеличение клеток-«теней». Вероятно, в последующем часть клеток-«теней» погибает, превращаясь в темные и темные сморщенные нейроны, а часть нейронов сохраняется, но вероятно, становится поврежденной. Исходя из общебиологических закономерностей, погибают лишь те нейроны, которые находились в наиболее активном функциональном состоянии. Если количество темных и темных сморщенных нейронов изменяется во время эксцесса недостоверно, то можно предположить, что в состоянии эксцесса нейроны мозга несли высокую функциональную нагрузку.

При остром отравлении этанолом на фоне пьянства (подгруппа 2в) помимо всех тех нарушений кровообращения, которые наблюдались во 2б-подгруппе, в сосудах мягкой мозговой оболочки коры и подкорки определялись аглютинирующие гемолизированные эритроциты, чего не наблюдалось в подгруппе 2б. Изменения нейронов были в виде их острого набухания, хроматолиза, кармолизиса и увеличение клеток-«теней» во всех исследованных отделах мозга. Количество клеток-«теней» достоверно почти в 1,3 раза выше по сравнению с подгруппой 2б (15,3 ± 0,6% и 11,9 ± 0,8% - в подгруппе 2б; Р < 0,001), в 4,5 раза выше, чем в подгруппе 2а (3,4 ± 0,3%; Р < 0,001) и в 21,9 раза выше, чем в контроле (0,7 ± 0,04%; Р < 0,001). Цифровые значения темных (11,5 ± 0,6%) и темных сморщенных нейронов (6,2 ± 0,2%) по сравнению с подгруппой 2б были близки (14,2 ± 0,9% и 5,6 ± 0,3% соответственно). При корреляционном анализе прямая связь между клетками-«тенями», темными и темными сморщенными нейронами была выражена слабо (r = + 0,16).

       Суммарно во всей группе при пьянстве у 79 (10%) умерших обнаружены внутримозговые кровоизлияния с прорывом крови в желудочки мозга на фоне стабильной артериальной гипертензии или после алкогольного эксцесса накануне, которые в 2 раза чаще наблюдались у умерших в возрасте после 50 лет, чем в возрасте до 50 лет [53 (12,5%) и 26 (7,1%) соответственно]. У 30 (3,8%) умерших в возрасте старше 50 лет (62-72 года) выявлены инфаркты мозга. Количество клеток-«теней», темных и темных сморщенных нейронов в подгруппах было также несколько разным. Во всей группе среднее количество клеток-«теней» в лобной коре составило 10,5 ± 0,3%; темных нейронов – 13,1 ± 0,4%; темных сморщенных нейронов – 5,7 ± 0,2%, количество которых в 2,3-15 раз увеличивалось по сравнению с контролем.

       Поражение желудочно-кишечного тракта при алкогольной болезни представлено хроническим атрофическим гастритом, который наблюдался при пьянстве и при алкоголизме. Для обострения хронического атрофического гастрита при алкогольных эксцессах, как на фоне пьянства, так и на фоне алкоголизма, характерны микроциркуляторные расстройства, часто наблюдались эрозии по малой кривизне. У 21 (2,7%) умершего при пьянстве выявлена хроническая язва желудка, располагающаяся по малой кривизне. Кровотечение из хронической язвы желудка привело к смерти 12 (1,5%) больных. Патология кишечника и при пьянстве, и при алкоголизме связана с развитием хронического катарально-атрофического энтероколита, нарастанию атрофических изменений от пьянства к алкоголизму.

Отчетливым изменениям при пьянстве подвергается эндокринная система. В результате длительного повреждения сосудов развивается их склероз. При этом достоверно снижалось их количество по отношению к контролю во всех исследованных железах внутренней секреции, кроме яичников, которое выявлено при морфометрическом анализе. Так, количество сосудов в поджелудочной железе при пьянстве было 1,9 ± 0,12%; 

2,4 ± 0,09% - в контроле (Р < 0,01); яичках при пьянстве – 1,0 ± 0,09% и 2,2 ± 0,12% - в контроле (Р < 0,01); в надпочечниках при пьянстве – 1,5 ± 0,1% и 2,6 ± 0,08% - в контроле (Р < 0,01). Только в яичниках при пьянстве количество сосудов по сравнению с контролем было недостоверным (3,3 ± 0,4% и 3,5 ± 0,2% соответственно). При пьянстве в железах внутренней секреции четко по сравнению с контролем выражен склероз стромы, что подтверждается данными морфометрического анализа. Так, в поджелудочной железе площадь, занята фиброзным компонентом, в 75,4 раза была выше по сравнению с контролем (37,7 ± 2,72% и 0,5 ± 0,06%- в контроле; P ‹ 0,001); в яичках - в 76 раз по сравнению с контролем (45,6 ± 1,9% и 0,6 ± 0,06% соответственно; P ‹ 0,001); в надпочечниках - в 72,5 раз выше, чем в контроле (14,5 ± 1,04% и 0,2 ±  0,02% соответственно; P ‹ 0,001); в яичниках – почти в 64 раза выше, чем в контроле (44,5 ± 2,17% и 0,7 ± 0,06% соответственно; P ‹ 0,001). Под влиянием этанола и гипоксии повреждаются клетки паренхимы, происходит их атрофия и замещение соединительной тканью. Это подтверждается нашими достоверными морфометрическими данными о снижении площади занимаемой экзокринной и эндокринной тканью в поджелудочной железе по сравнению с контролем (59,2 ± 2,54%; 1,2 ± 0,09% и 93,6 ± 0,1%; 3,5 ± 0,1% соответственно; P ‹ 0,001),  паренхимой яичек (53,3 ± 1,9% и 97,2 ± 0,12% - в контроле; P ‹ 0,001), яичников (52,2 ± 2,3% и 95,8 ± 0,15% - в контроле;  P ‹ 0,001), надпочечников (86,0 ± 1,0% и 97,2 ± 0,09% - в контроле; P ‹ 0,001). Это было подтверждено корреляционным анализом. Была выявлена корреляционная прямая связь между склерозом сосудов и склерозом стромы эндокринных органов, а также между склерозом стромы и уменьшением количества паренхимы. Наиболее сильная прямая связь между фиброзом стромы и паренхимы была в поджелудочной железе, яичках и яичниках (r=+0,99; r=+0,99; r=+0,98); несколько ниже была прямая связь между склерозом стромы и уменьшением количества паренхимы в надпочечниках (r=+0,77). В поджелудочной железе во всех случаях при пьянстве наблюдался хронический панкреатит, который обострялся при алкогольных эксцессах, а в 88 (11,2%) случаях было его обострение в виде гемаррогического панкреонекроза. При алкогольных эксцессах в яичках, яичниках и надпочечниках определялись резко полнокровные сосуды, а в 22 (2,8%) случаях в пучковой зоне надпочечников определялись очаговые кровоизлияния.

Таким образом, при пьянстве изученные железы внутренней секреции, очевидно, имеют разную чувствительность к этанолу и хронической гипоксии, так как степень склероза и атрофии паренхимы у них различна. По нашим данным, наибольшей чувствительностью к указанным повреждающим воздействиями обладают яички, и, видимо, яичники, а наименьшим надпочечники. Поджелудочная железа при пьянстве страдает всегда, но сохраняет свою функцию. Вместе с тем необходимо отметить, что при наличии хронического панкреатита нередко возникает геморрагический панкреонекроз, который мы наблюдали у 88 (11,2%) умерших, а также очаговые кровоизлияния в надпочечники.

Поражение почек при пьянстве представлено в 6 (0,8%) случаях первично сморщенными почками при гипертензионной болезни (артериолосклеротический нефросклероз) в возрасте после 50 лет. В то же время смерть этих больных наступила от внутримозгового кровоизлияния. В других 6 (0,8%) случаях имел место хронический пиелонефрит с исходом в сморщенные почки и развитием хронической почечной недостаточности, которая чаще была в возрасте после 50 лет [5 (0,6%) и в 1 (0,2%) – в возрасте до 50 лет]. У 5 (0,6%) умерших обнаружен некротический нефроз, который при жизни привел к острой почечной недостаточности в результате острого отравления этанолом. В 770 (97,8%) наблюдениях отмечался нефросклероз, которая в 282 (35,8%) случаях сопровождался гиалиново-капельной дистрофией эпителия извитых канальцев, , которая наблюдалась в 2,3 раза чаще в возрасте старше 50 лет, чем до 50 лет [197 (25%) и 85 (10,8%) соответственно]. Кровеносные сосуды с утолщенными стенками за счет артериоло- и артериосклероза; площадь, занятая ими при пьянстве и в контрольной группе была практически одинаковой (7,7 ± 0,2% и 7,6 ± 0,2% соответственно). Площадь, занятая фиброзным компонентом, достоверно почти в 1,2 была выше по сравнению с контролем (13,6 ± 0,4% и 10,9 ± 0,8%-  соответственно; P ‹ 0,05). В то же время количество клубочков при пьянстве было почти в 1,3 раза достоверно меньше, чем в контроле (20,8 ± 0,2% и 26,9 ± 0,5% соответственно; P ‹ 0,05). Выявлена прямая корреляционная связь между артериосклерозом сосудов и нарастанием склероза стромы, а также уменьшением количества клубочков (r=+0,61 и r=+0,54).

При сравнении возрастной патологией было обнаружено, что в возрасте старше 50 лет наблюдались первично сморщенные почки в результате артериолосклеротического нефросклероза при гипертонической болезни, чего не было в возрасте до 50 лет, увеличением частоты хронического пиелонефрита с наличием сморщенных почек [5 (0,6%) и  1 (0,2%) - до 50 лет]. Вероятно, с длительным алкогольным анамнезом в возрасте старше 50 лет усиливаются дистрофические и склеротические процессы в почках по сравнению с умершими в возрасте до 50 лет.

О поражении печени при пьянстве говорит и  нарастание концентрации ферментов в сыворотке крови.  Мы исследовали ферменты в сыворотке крови, взятой посмертно, и поэтому учитывали, что после смерти  происходит некоторое снижение их концентрации. Однако даже при этом повышение концентрации ферментов было столь велико, что позволило говорить о достоверном повышении их концентрации при жизни больных. Так, концентрация ГГТ при пьянстве без алкогольного эксцесса (2а подгруппа) достоверно в 2,1 раза превышала ее концентрацию в контроле (2,4 ± 0,12 мкмоль/л и 1,13 ± 0,07 мкмоль/л соответственно; P ‹ 0,05). В 1,8 раза по сравнению с контролем (0,9 ± 0,125 мкмоль/л и 0,2 ± 0,028 мкмоль/л соответственно) повышалась концентрация АСТ (P ‹ 0,05). В 6 раз по сравнению с контролем повышалась концентрация АЛТ (1,18 ± 0,17 мкмоль/л и 0,5 ± 0,038 мкмоль/л соответственно; P ‹ 0,05). В 1,1 раза достоверно по сравнению с контролем повышалось значение СКОЭ (97,9 ± 0,31 мкм3 и 88,5 ± 0,8 мкм3 соответственно; P ‹ 0,05).

При алкогольном эксцессе на фоне пьянства (2б-подгруппа) определялось еще большее повышение концентрации этих ферментов в сыворотке крови и увеличение СКОЭ. Так, достоверно, в 1,5 раза по сравнению с контролем повышалась концентрация ГГТ (3,52 ± 0,33 мкомль/л; 2,4 ± 0,12 мкмоль/л соответственно; P ‹ 0,001 и  P ‹ 0,001). В 1,7 раза по сравнению с подгруппой 2а и в 3,1 раза по сравнению с контролем повышалась концентрация АСТ (1,57 ± 0,17 мкмоль/л; 0,9 ± 0,125 мкмоль/л и 0,5 ± 0,038 мкмоль/л соответственно; P ‹ 0,01 и P ‹ 0,001). Концентрация АЛТ по сравнению с подгруппой 2а достоверно повышалась в 2,2 раза и почти в 10,5 раз по сравнению с контролем (2,62 ± 0,46 мкмоль/л; 1,18 ± 0,17 мкмоль/л и 0,2 ± 0,028 мкмоль/л; P ‹ 0,01 и P ‹ 0,001).

Значение СКОЭ при алкогольном эксцессе на фоне пьянства увеличивалось по сравнению с подгруппой 2а, но достоверной разницы обнаружено не было.  Была только обнаружена достоверная разница с контрольной группой (98,5 ± 0,35 мкм3; 97,9 ± 0,31 мкм3 и 88,5 ± 0,8 мкм3 соответственно).

При остром отравлении этанолом на фоне пьянства (подгруппа 2в) наблюдалось еще большее повышение концентрации ферментов. Концентрация ГГТ достоверно в 1,4 раза выше была по сравнению с подгруппой эксцесса на фоне пьянства (подгруппа 2б), в 2,1 раза выше, чем в подгруппе 2а и в 4,5 раза выше, чем в контроле (5,1 ± 0,5 мкмоль/л; 2,4 ± 0,12 мкмоль/л; 1,13 ± 0,07 мкмоль/л соответственно; P ‹ 0,01; P ‹ 0,01; P ‹ 0,001). Концентрация АСТ по сравнению с подгруппой 2б достоверно увеличивалась в 1,6 раза, в 2,9 раз по сравнению с подгруппой 2а и в 4,5 раза по сравнению с контролем (2,6 ± 0,3 мкмоль/л; 1,57 ± 0,17 мкмоль/л; 0,9 ± 0,125 мкмоль/л; 0,5 ± 0,038 мкмоль/л соответственно; P ‹ 0,001, P ‹ 0,001 и P ‹ 0,001). Концентрация АЛТ имела тенденцию к повышению при сравнении со 2б подгруппой, но разница была недостоверной (2,8 ± 0,52 мкмоль/л и 2,62 ± 0,46 мкмоль/л соответственно). В то же время при сравнении с подгруппой 2а концентрация АЛТ достоверно увеличивалась в 2,4 раза и в 14 раз по сравнению с контролем (2,8  ± 0,52 мкмоль/л; 1,18 ± 0,17 мкмоль/л; 0,2 ± 0,028 мкмоль/л; P ‹ 0,01 и P ‹ 0,001). Достоверно возрастало значение СКОЭ по сравнению с подгруппой 2б (100,0 ± 0,3 мкм3 и 98,5 ± 035 мкм3; P ‹ 0,05). Итак, во всей группе при пьянстве концентрация ГГТ по сравнению с контролем достоверно увеличивалась почти в 2,7 раза (3,01 ± 0,09 мкмоль/л и 1,13 ± 0,07 мкмоль/л соответственно); АСТ- в 2,9 раза по сравнению с контролем (1,4 ± 0,07 мкмоль/л и 0,5 ± 0,038 мкмоль/л соответственно; P ‹ 0,001); АЛТ- в 10,2 раза по сравнению с контролем (2,04 ± 0,13 мкмоль/л и 0,2 ± 0,028 мкмоль/л соответственно в контроле; P ‹ 0,001). Значение СКОЭ при пьянстве по сравнению с контролем достоверно увеличивалось в 1,1 раза (98,2 ± 0,01 мкм3 и 88,5  ± 0,8 мкм3 соответственно; P ‹ 0,05).

Таким образом, уже при пьянстве по сравнению с контрольной группой достоверно возрастала концентрация ГГТ, АСТ, АЛТ и СКОЭ. Особенно это было выражено при алкогольных эксцессах и остром отравлении этанолом.

Таким образом, в целом патологическая анатомия пьянства характеризуется выраженным поражением микроциркуляторного русла, развитием и прогрессированием дистрофических, атрофических и склеротических процессов в органах и системах организма больных. При этом особенно глубокие изменения развиваются в печени в виде возникающих на фоне жирового гепатоза и ХАГ фиброзных изменений вплоть до развития монолобулярного цирроза печени; в сердце, где  появляется АКМП, прогрессирование которой приводит к появлению ХИБС;  в легких в виде множественных микроателектазов, рецидивирующей очагово-сливной пневмонии, крупозной пневмонии, пневмосклероза и хронического бронхита, а также в головном мозге в виде хронической энцефалопатии, дистрофии  нейронов и выраженного снижения их количества. Характерно также поражение желез внутренней секреции, особенно поджелудочной железы, появление воспалительных, атрофических и склеротических изменений в почках и желудочно-кишечном тракте, а также отчетливые ферментные изменения в сыворотке крови и в структуре эритроцитов. Тем не менее, в большинстве случаев отмеченные патологические изменения органов и тканей, очевидно, не достигают критического уровня. Однако и на этом фоне могут развиваться различные осложнения, приводящие больных к смерти.

Вместе с тем, при пьянстве в органах наблюдаются и компенсаторно-приспособительные реакции. В печени нарастает гетерогенность её ткани, указывающая на имеющие место регенераторные процессы; в сердце развивается умеренно выраженная гипертрофия миокарда; в легких компенсаторное значение, очевидно,  играет перифокальная эмфизема. Эти компенсаторные процессы в сочетании с относительно  умеренными патологическими изменениями органов позволяют понять, почему в подавляющем большинстве случаев пьянства поражение органов долгое время не сопровождаются функциональными нарушениями. Поэтому, очевидно, что при прекращении злоупотребления алкоголем эти процессы могут подвергаться обратному развитию или быть компенсированными. Продолжение злоупотребления алкоголем закономерно приводит к прогрессированию возникших изменений в органах и системах. При этом качественно меняется течение АБ, обусловливая переход стадии пьянства в стадию алкоголизма.

При алкоголизме значительно усугубляется склероз сосудов микроциркуляторного русла, а также артериоло- и артериосклероз. При этом выраженный атеросклероз сосудов наблюдался редко.

Поражение печени во всех случаях представлен тяжелым жировым гепатозом. В 74 (33,5%) наблюдениях гепатоз сопровождался перивенулярным и перипортальным фиброзом, который в 1,3 раза чаще был у умерших в возрасте после 50 лет  -  42 (19%) и 32 (14,5%) – до 50 лет. В 77 (34,8%) случаях наблюдался хронический алкогольный гепатит (ХАГ), который также в 1,3 раза чаще был в возрасте старше 50 лет - 44 (19,9%) и 33 (14,9%) – до 50 лет, причем в 16 (7,2%) было его обострение с внутриклеточным расположением телец Маллори. Алкогольный цирроз печени (АЦП) выявлен у 33 (14,9%) умерших, причем в возрасте до 50 лет он был в 1,5 раза чаще, чем у умерших в возрасте старше 50 лет [22 (9,9%) и 11 (5%) соответственно]. В 7 (3,2%) случаях в ложных дольках цирротически измененной печени наблюдалось обострение ХАГ с внутриклеточным расположением телец Маллори. Всего тельца Маллори в печени при алкоголизме наблюдались в 23 (10,4%) случаях, а при пьянстве только у 6 (0,8%) умерших.

Таким образом, при алкоголизме наблюдалось усугубление патологических процессов печени, которое выражалось в увеличении частоты гепатопатии по сравнению с ее частотой при пьянстве. Так, жировой гепатоз обнаружен во всех случаях, в то же время при пьянстве он выявлен у 65,7% умерших. Перивенулярный и перипортальный фиброз выявлен при алкоголизме в 33,5% случаев, а при пьянстве у 25,9% умерших. При алкоголизме значительно увеличивалась  частота ХАГ и АЦП по сравнению с группой при пьянстве. Так, ХАГ обнаружен в 34,8% случаев, т.е. более чем в 12 раз чаще, чем при пьянстве (2,8%), а АЦП - в 2,6 раза чаще чем, у пьяниц (14,9% и 5,6% соответственно). В возрасте 50 лет и старше при алкоголизме наблюдалось учащение случаев перивенулярного и перипортального фиброза, а также ХАГ по сравнению с умершими в возрасте до 50 лет. В то же время частота случаев АЦП при алкоголизме была несколько выше у умерших больных в возрасте до 50 лет по сравнению с умершими в возрасте 50 лет и старше.  Это связано, видимо, с тем, что при АЦП на фоне алкоголизма больные нередко не доживают до пожилого возраста.

При алкоголизме прогрессирует АКМП. В подгруппе алкоголизма без алкогольного эксцесса (3а-подгруппа) достоверно в 1,1 раза увеличивалось количество кардиомиоцитов в состоянии жировой дистрофии по сравнению с подгруппой пьянства без алкогольного эксцесса (2а-подгруппа) и почти в 5,5 раза по сравнению с контролем (18,5 ± 0,6%; 16,4 ± 0,7%; 3,4 ± 0,2% соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,001). Достоверно в 1,2 раза по сравнению с подгруппой 2а и в 3,8 раза выше, чем в контроле, увеличивалось количество фуксинофильных кардиомиоцитов (9,3 ± 0,4%; 7,8 ± 0,4% и 2,4 ± 0,1% соответственно; P ‹ 0,01 и P ‹ 0,001). Достоверно также в 1,4 раза по сравнению с подгруппой 2а и в 4,6 раза по сравнению с контролем увеличивалась площадь кардиосклероза (25,0 ± 0,5%; 16,0 ± 0,4% и 5,4 ± 0,2% соответственно; P ‹ 0,01 и  P ‹ 0,001).

При алкогольном эксцессе  и при остром отравлении этанолом на фоне алкоголизма (3б и 3в - подгруппы) наблюдалось обострение АКМП в виде фибриноидного некроза стенок венечных артерий и их ветвей, стазов в капиллярах миокарда, периваскулярного отека и отека стромы миокарда. Кроме того, прогрессировала жировая дистрофия кардиомиоцитов и их фуксинофилия. При этом достоверно в 1,3 раза по сравнению с подгруппой алкоголизма без алкогольного эксцесса (3а-подгруппа) возрастало количество кардиомиоцитов в состоянии жировой дистрофии (24,7 ± 0,6% и 18,5 ± 0,6% соответственно, P ‹ 0,05); в 1,5 раза достоверно увеличивалось количество фуксинофильных кардиомиоцитов (14,6 ± 0,4% и 9,3 ± 0,4% в подгруппе 3а соответственно; P ‹ 0,05).

При остром отравлении этанолом на фоне алкоголизма (подгруппа 3в) прогрессировала жировая дистрофия кардиомиоцитов и их фуксинофилия. При морфометрическом анализе по сравнению с подгруппой 3б количество кардиомиоцитов в состоянии жировой дистрофии достоверно увеличивалось почти в 1,2 раза, а по сравнению с подгруппой 3а почти в 1,6 раза (29,0 ± 1,8%; 24,7 ± 0,6% и 18,5 ± 0,6% соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,05). Количество фуксинофильных кардиомиоцитов по сравнению с подгруппой 3б достоверно увеличивалось в 1,3 раза (19,9 ± 1,0%; P ‹ 0,05) и 2,1 раза по сравнению с подгруппой 3а (18,5 ± 0,6%; P ‹ 0,05).

Морфометрический анализ был подтвержден корреляционными данными. Так, в подгруппе алкоголизма без алкогольного эксцесса (подгруппа 3а) так же как и при пьянстве без алкогольного эксцесса (подгруппа 2а) непосредственное влияние этанола на миокард приводил к увеличению количества поврежденных кардиомиоцитов, т.е. в состоянии жировой дистрофии и фуксинофилии. Это было показано при сильной прямой корреляционной связи между поврежденными и неповрежденными кардиомиоцитами (r=+0,78), а так же умеренной прямой связи между жировой дистрофией кардиомиоцитов и их фуксинофилией (r=+0,60).

При алкогольном эксцессе на фоне алкоголизма увеличивалось количество дистрофически измененных кардиомиоцитов и уменьшение количества неповрежденных. При этом была выявлена сильная прямая связь между поврежденными и неповрежденными кардиомиоцитами (r=+0,78), а также умеренная положительная связь между кардиомиоцитами в состоянии жировой дистрофии и фуксинофильными кардиомиоцитами (r=+0,60), т.е. кардиомиоцитов в состоянии жировой дистрофии было больше.

При остром отравлении этанолом на фоне алкоголизма была выявлена умеренная прямая связь между кардиомиоцитами в состоянии жировой дистрофии и фуксинофильными кардиомиоцитами (r=+0,368).

В целом по всей группе при алкоголизме количество кардиомиоцитов в состоянии жировой дистрофии по сравнению с группой при пьянстве достоверно увеличивалось в 1,2 раза и в 6,7 раза по сравнению с контролем (22,9 ± 0,5%; 18,5 ± 0,3% и 3,4 ± 0,2% соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,001). Росло и количество фуксинофильных кардиомиоцитов, но достоверной разницы между обеими группами обнаружено не было, только по сравнению с контролем их количество при алкоголизме увеличивалось в 5,5 раза (13,3 ± 0,3%; 12,6 ± 0,6% и 2,4 ± 0,1%  соответственно). Кардиосклероз занимал достоверно в 1,5 раза большую площадь, чем при пьянстве и 4,5 раза большую, чем в контроле (24,5 ± 0,5%; 15,2 ± 0,2% и 5,4 ± 0,2% соответственно; P ‹ 0,05; P ‹ 0,001).

Артериосклероз венечных артерий и  их ветвей, жировая дистрофия кардиомиоцитов у умерших в возрасте 50 лет и старше были выражены несколько больше, чем у умерших в возрасте до 50 лет, но фуксинофильные кардиомиоциты несколько преобладали у умерших до 50 лет.

В то же время у умерших в обеих возрастных подгруппах при алкоголизме по сравнению с пьянством в аналогичных возрастных подгруппах несколько более выраженной была жировая дистрофия и фуксинофилия.

Таким образом, при алкоголизме в миокарде более выражены дистрофические и склеротические изменения в возрасте 50 лет и старше, чем в возрасте до 50 лет, что, видимо, связано с длительностью заболевания алкоголизмом.

Поражение легких при алкоголизме, как и при пьянстве, представлено двусторонними множественными микроателектазами, перифокальной эмфиземой, пневмосклерозом. Так, суммарно по всей группе общее количество микроателектазов по сравнению с группой при пьянстве достоверно увеличивалось в 1,8 раза и в 6 раз по сравнению с контролем (29,5 ± 1,06%; 16,0 ± 0,3% и  4,9 ± 0,2% соответственно; P ‹ 0,05; P ‹ 0,01). Достоверно в 1,3 раза увеличивалась площадь, занятая эмфиземой по сравнению с группой при пьянстве и в 5,6 раза по сравнению с контролем (12,4 ± 0,6%; 9,8 ± 0,2% и 2,2 ± 0,2% соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,01). Альвеолярные перегородки были значительно утолщены за счет склероза, стенки сосудов были также склерозированы, отмечался выраженный перибронхиальный и периваскулярный склероз. Площадь, занятая склерозом достоверно, почти в 1,5 раза, увеличивалась по сравнению с группой при пьянстве и в 4,8 раза - по сравнению с контролем (35,7 ± 1,03%; 24,7 ± 0,5% и 7,4 ± 0,3% соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,01). В просветах альвеолярных капилляров и в просветах альвеол нередко определялись глобули, которых не было при пьянстве. Все больные страдали хроническим гнойным бронхитом, который обострялся при алкогольных эксцессах, и при остром отравлении этанолом. В капиллярах определялось выраженное расстройство кровообращения в виде стазов, сладжей, очагов фибриноидного некроза стенок капилляров и артериол. В просветах альвеол отечная жидкость, особенно при остром отравлении этанолом. Такая морфологическая картина характерна для РДСВ, который наблюдался в аналогичных подгруппах и при пьянстве. В 5 раз чаще, чем при пьянстве, у умерших была выявлена очагово-сливная пневмония (18,5% и 3,7% соответственно), которая в возрасте до 50 лет и старше 50 лет наблюдалась практически с одинаковой частотой (9,5% и 9% соответственно). В 1,6 раза чаще, чем при пьянстве, пневмония носила характер крупозной (17,6% и 10,5% соответственно), которая в 3,2 раза чаще наблюдалась в возрасте до 50 лет, чем у умерших старше 50 лет (13,1% и 4,5% соответственно). В 16 (7,2%) случаях крупозная пневмония осложнилась абсцедированием и карнификацией, которые наблюдались в 5% наблюдений в возрасте до 50 лет и в 2,2% наблюдений – у умерших старше 50 лет. В 11 (5%) случаях  крупозная пневмония осложнилась гангреной легких, чего не наблюдалось при пьянстве. При алкоголизме в 1,7 раза реже, чем при пьянстве, обнаружен фиброзно-кавернозный туберкулез легких (6 и 11,9% соответственно), что, вероятно, связано с тем, что больные туберкулезом легких на фоне ХАИ редко доживают до стадии алкоголизма.

При алкоголизме усугублялась хроническая алкогольная энцефалопатия. При этом во всех исследованных отделах головного мозга, особенно в лобных долях, обнаружены участки обеднения, вплоть до опустошения клеточными элементами. В сосудистых сплетениях желудочков мозга в 158 (71,5%) наблюдениях обнаружены кальцинаты.

При алкоголизме без алкогольного эксцесса (3а- подгруппа) у 7 (4,7%) умерших обнаружен гнойный менингит при крупозной пневмонии. Смерть 5 (3,4%) больных наступила во время алкогольного делирия, сопровождающегося развитием острой энцефалопатией Гайе-Вернике и отеком головного мозга. При алкогольном абстинентном синдроме в мягкой мозговой оболочке и веществе мозга у 5 (3,4%) умерших обнаружено обширное кровоизлияние в правой теменной доле с прорывом крови в желудочки мозга. У 2 (1,3%) умерших обнаружен инфаркт мозга в подкорковых ядрах левой теменной доли, а в 2а-подгруппе он обнаруживался в 5,1 раза чаще (в 6,6% случаев). По сравнению с группой при пьянстве достоверно увеличивалось количество клеток-«теней», темных и темных сморщенных нейронов. Так, количество клеток-«теней» в подгруппе алкоголизма без алкогольного эксцесса (подгруппа 3а) было почти в 6 раз выше, чем при пьянстве без алкогольного эксцесса (подгруппа 2а) и в 29 раз выше, чем в контроле (20,3 ± 0,5%; 3,4 ± 0,3% и 0,7 ± 0,04% соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,01). Достоверно, в 1,4 раза выше, чем в подгруппе 2а и в 5,5 раза выше, чем в контроле, было количество темных нейронов (19,5 ± 0,3%; 14,1 ± 0,9% и 3,5 ± 0,1% соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,01). Количество темных сморщенных нейронов по сравнению с подгруппой 2а увеличивалось также в 1,4 раза и в 6,5 раза по сравнению с контролем (7,8 ± 0,8%; 5,4 ± 0,3% и 1,2 ± 0,05% соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,01).  Корреляционный анализ показал, что при алкоголизме выявлена умеренная прямая связь между клетками -“тенями” и темными сморщенными нейронами (r=+0,53).

При алкогольном эксцессе и при остром отравлении этанолом на фоне алкоголизма (подгруппы 3б, 3в нами обнаружено обострение алкогольной энцефалопатии в виде стазов, гиалиновых тромбов, фибриноидных некрозов и плазморрагии стенок сосудов с развитием субарахноидальных кровоизлияний, вплоть до энцефалопатии Гайе-Вернике при алкогольном эксцессе на фоне алкоголизма, которая была выявлена у 31 (49,2%) умершего. Со стороны нейронов наблюдалось их острое набухание с явлениями хроматолиза, кариолизиса вплоть до образования клеток-«теней». Количество клеток-«теней» достоверно увеличивалось в 1,4 раза по сравнению с подгруппой алкоголизма без алкогольного эксцесса (подгруппа 3а), в 1,7 раза по сравнению с подгруппой 2б (28,7 ± 0,9%; 20,3 ± 0,5% и 11,9 ± 0,8% соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,05). В то же время количество темных и темных сморщенных нейронов в подгруппе 3б по сравнению с подгруппой 3а остаются практически одинаковыми (19,6 ± 0,3% и 8,4 ± 0,6% - в подгруппе 3б; 19,5 ± 0,3% и 7,8 ± 0,8% соответственно в подгруппе 3а). Вместе с тем выявлено достоверно большее количество темных и темных сморщенных нейронов в подгруппах при алкоголизме по сравнению с подгруппами при пьянстве (14,2 ± 0,9% и 5,6 ± 0,3% - в подгруппе 2б; 14,1 ± 0,9% и 5,4 ± 0,3% - в подгруппе 2а). Это говорит о том, что часть дистрофически измененных нейронов типа клеток-«теней» в последствии погибает, превратившись в темные и темные сморщенные нейроны, на что указывает достоверное увеличение их при пьянстве.

При остром отравлении этанолом на фоне алкоголизма (подгруппа 3в) количество клеток-«теней» достоверно росло и было в 1,1 раза больше по сравнению с подгруппой 3б и в 2,1 раза выше, чем при остром отравлении этанолом на фоне пьянства (подгруппа 2в) (32,5 ± 1,0%; 28,7 ± 0,9% и 15,3 ± 0,6% соответственно; P ‹ 0,01 и P ‹ 0,01).

Суммарно, по всей группе при алкоголизме обнаружено, что у 36 (16,3%) больных, умерших во время алкогольного делирия, сопровождавшегося острой алкогольной энцефалопатией Гайе-Вернике, наблюдалось вклинение миндалин мозжечка в большое затылочное отверстие, что наблюдалось с одинаковой частотой в возрасте до 50 лет и после 50 лет. В 7 (3,2%) случаях больные умерли от гнойного менингита, явившегося осложнением крупозной пневмонии. Из них в 5 (2,6%) случаях он наблюдался в возрасте до 50 лет и в 2 (0,9%) – в возрасте старше 50 лет. У 5 (2,3%) умерших обнаружено внутримозговое кровоизлияние при алкогольном абстинентном синдроме [в 4 (1,8%) случаях – в возрасте до 50 лет и в 1 (0,5%) – после 50 лет].  У 2 (0,9%) умерших в возрасте старше 50 лет наблюдался инфаркт в подкорковых ядрах левой теменной доли. В этих случаях в артериях основания мозга обнаружены атеросклеротические бляшки, суживающие просветы  сосудов на 50-60%. По всей группе при алкоголизме количество клеток-«теней» было в 2,4 раза выше, чем при пьянстве (25,9 ± 0,4% и 10,5 ± 0,3% соответственно), а темных и темных сморщенных нейронов в 1,4 раза выше, чем при пьянстве (19,5 ± 0,2% и 8,3 ± 0,4% - соответственно при алкоголизме; 13,1 ± 0,4% и 5,7 ± 0,2% соответственно при пьянстве).

При алкоголизме усугублялись изменения в эндокринной системе. При этом прогрессировал хронический индуративный панкреатит. Еще больше по сравнению с пьянством, хотя и не достоверно, снижалась их масса. Так, масса поджелудочной железы составила 77,2 ± 2,0 гр.; 82,1 ± 1,37 гр. – при пьянстве; масса яичек при алкоголизме – 28,4 ± 1,5 гр. и 30,5 ±  1,4 гр. – при пьянстве; масса яичников при алкоголизме – 2,1 ± 0,38 гр. И 3,4 ± 0,5 гр. – при пьянстве. В то же время масса надпочечников при алкоголизме была достоверно меньше, чем при пьянстве (6,8 ± 0,1гр. и 10,3 ± 0,2 гр.  Р <0,05). Эти изменения связаны с прогрессирующим склерозом сосудов и снижением их количества, что ведет к еще более выраженной гипоксии, развитию склероза стромы в исследуемых железах и к их атрофическим изменениям, что морфометрически выражается снижением площади, занятой паренхимой. Так, площадь склероза в поджелудочной железе при алкоголизме составила 43,4 ± 3,2% и 37,7 ± 2,7% - при пьянстве. Площадь среза, занятая экзокринной тканью при алкоголизме - 53,9 ± 2,9%; 59,2 ± 2,5% - при пьянстве. Площадь, занятая эндокринной тканью в срезе при алкоголизме - 1,08 ± 0,15% и 1,2 ± 0,09% - при пьянстве. При алкоголизме количество и размеры островков Лангерганса были снижены. Они располагались неравномерно, хотя отдельные островки были увеличены.  В яичках при алкоголизме количество фиброза - 49,9 ± 2,78%; паренхимы- 49,0 ± 2,7%; 45,6 ± 1,9% и 53,3 ± 1,9% соответственно при пьянстве. В яичниках при алкоголизме количество склероза составило  52,9 ± 2,9%; паренхимы- 44,1 ± 2,7% и 44,5 ± 2,17% и 52,2 ± 2,3% - соответственно при пьянстве. В надпочечниках при алкоголизме фиброз занимал площадь 16,4 ± 1,06%; паренхима - 77,6 ± 1,35%; 14,6 ± 1,04% и 86,0 ± 1,0% соответственно при пьянстве. Хотя количество склероза при алкоголизме было больше, а количество паренхимы уменьшалось по сравнению с железами при пьянстве, достоверной разницы обнаружено не было. Морфометрические данные были подтверждены корреляционным анализом. Так, была выявлена сильная прямая корреляционная связь между склерозом сосудов, атрофией паренхимы и снижением массы органов (r= +0,98;  r= +0,99; r= +0,97).

       При алкогольном эксцессе на фоне алкоголизма обнаружено обострение хронического алкогольного панкреатита в 6 (2,7%) случаях, в виде геморрагического панкреонекроза  - у 4 (1,9%) – старше 50 лет и у 2 (0,8%) – до 50 лет. В то же время при пьянстве он выявлен в 88 (11,2%) наблюдениях.

При алкоголизме во всех 100% наблюдений  был хронический пиелонефрит, который при пьянстве был лишь у 6 (0,8%) умерших. Обострение хронического пиелонефрита наблюдалось только при алкоголизме в 40 (18,1%), а у 10  (4,5%) - с некрозом папиллярных сосочков и апостематозном нефритом, чего не наблюдалось при пьянстве. В то же время при пьянстве в 6 (0,8%) случаях хронический пиелонефрит осложнился сморщиванием почек и развитием хронической почечной недостаточности, чего не наблюдалось при алкоголизме. В других 6 (0,8%) случаях при пьянстве наблюдался  гломерулосклероз, который при алкоголизме был в 66,1% случаев, а в эпителии канальцев выраженная гиалиново-капельная дистрофия. При пьянстве гиалиново-капельная дистрофия наблюдалась только в 35,8% случаев. Количество сосудов при алкоголизме в срезе почки было достоверно в 1,8 раз меньше, чем при пьянстве (4,2 ± 0,1% и 7,7 ± 0,2% соответственно; P ‹ 0,05). Площадь, занятая фиброзным компонентом,  достоверно была в 1,8 раз больше, чем при пьянстве и в 2,1 раз больше, чем в контроле (23,5 ± 0,6%; 13,6 ± 0,4% и 10,9 ± 0,8% - соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,05). Количество клубочков при алкоголизме было достоверно в 1,9 раза меньше, чем при пьянстве и в 2,5 раза меньше, чем в контрольной группе (10,7 ± 0,4%; 20,8 ± 0,2% и 26,9 ± 0,5% соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,05).

При алкоголизме в связи с прогрессированием поражения печени в сыворотке крови нарастет по сравнению с пьянством концентрация указанных ферментов. Так, в подгруппе при алкоголизме без алкогольного эксцесса (3а-подгруппа) концентрация ГГТ по значению была близка к подгруппе пьянства без алкогольного эксцесса (подгруппа 2а), хотя при алкоголизме была тенденция к ее увеличению, но данные были не достоверны. В то же время по сравнению с контролем разница была достоверно в 2,2 раза выше (2,63 ± 0,3 мкмоль/л; 2,4 ± 0,12 мкмоль/л; 1,13 ± 0,07 мкмоль/л соответственно). Концентрация АСТ была в 1,4 раза выше по сравнению с подгруппой 2а, но достоверной разницы обнаружено не было. Была выявлена лишь достоверная разница с контролем, которая оказалась в 2,5 раза выше (1,27 ± 0,2 мкмоль/л; 0,9 ± 0,125 мкмоль/л и 0,5 ± 0,038 мкмоль/л соответственно). В то же время была обнаружена достоверная разница - в 1,8 раза большем содержании АЛТ в сыворотке крови в подгруппе 3а по сравнению с подгруппой 2а  и в 10,2 раза выше, чем в контроле (2,07 ± 0,3 мкмоль/л; 1,18 ± 0,17 мкмоль/л и 0,2 ± 0,028 мкмоль/л соответственно;  P ‹ 0,05 и  P ‹ 0,001). Это говорит о том, что при алкоголизме наблюдались более выраженные изменения в печени по сравнению с пьянством, которые выражались в увеличении частоты хронического алкогольного гепатита и алкогольного цирроза печени. Достоверно увеличивалась также значение СКОЭ (99,3 ± 0,3 мкм3; 97,9 ± 0,31 мкм3 и 88,5 ± 0,8 мкм3 в контроле соответственно; P ‹ 0,05).

При алкогольном эксцессе на фоне алкоголизма (подгруппа 3б) так же, как и при эксцессе на фоне пьянства наблюдалось увеличение концентрации ферментов в сыворотке крови. Так, концентрация ГГТ в подгруппе 3б достоверно была выше в 1,5 раза по сравнению с подгруппой 3а (P ‹ 0,05); не достоверной по сравнению с подгруппой алкогольного эксцесса на фоне пьянства (2б-подгруппа) и в 3,5 раза выше, чем в контроле (4,0 ± 0,4 мкмоль/л;  2,63 ± 0,3 мкмоль/л; 3,52 ± 0,33 мкмоль/л; 1,13 ± 0,07 мкмоль/л соответственно). Концентрация АСТ в 3б-подгруппе в 1,6 раза была выше, чем в подгруппе 3а, но разница оказалась недостоверной. Не достоверной была также разница по сравнению с подгруппой 2б, но достоверной, в 4,1 раза выше, чем в контроле (2,07 ± 0,3 мкмоль/л; 1,27 ± 0,2 мкмоль/л; 1,57 ± 0,17 мкмоль/л; 0,5 ± 0,038 мкмоль/л соответственно). Достоверно, в 1,7 раза выше по сравнению с подгруппой 3а, в 1,3 раза выше по сравнению с подгруппой 2а и в 17,5 раза по сравнению с контролем была концентрация АСТ в 3б-подгруппе (3,5 ± 0,5 мкмоль/л; 2,07 ± 0,3 мкмоль/л; 2,62 ± 0,46 мкмоль/л; 0,2 ± 0,028 мкмоль/л соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,001). Величина СКОЭ была достоверно выше, чем в подгруппе 2б и по сравнению с контролем (102 ± 0,4 мкм3; 99,3 ± 0,3 мкм3; 98,5 ± 0,35 мкм3; 88,5 ± 0,8 мкм3 соответственно; P ‹ 0,05 и P ‹ 0,05).

При остром отравлении этанолом на фоне алкоголизма (подгруппа 3в) концентрация ГГТ и АЛТ имела тенденцию к некоторому недостоверному повышению по сравнению с подгруппой 3б (4,3 ± 0,5 мкмоль/л; 4,0 ± 0,4 мкмоль/л - ГГТ соответственно и 3,8 ± 0,05 мкмоль/л; 3,5 ± 0,5 мкмоль/л- АЛТ соответственно). В то же время концентрация АСТ по сравнению с подгруппой 3б имела тенденцию к понижению (1,96 ± 0,4 мкмоль/л и 2,07 ± 0,3 мкмоль/л соответственно). При сравнении подгрупп острого отравления этанолом на фоне пьянства (подгруппа 2в) и на фоне алкоголизма (подгруппа 3в) имело место понижение концентрации ГГТ и АСТ (4,3 ± 0,5 мкмоль/л и 5,1 ± 0,4 мкмоль/л соответственно); АСТ (1,96 ± 0,4 мкмоль/л и 2,6 ± 0,3 мкмоль/л соответственно). Но концентрация АЛТ была недостоверно повышена в крови у умерших подгруппы 3в по сравнению с подгруппой 2в (3,8 ± 0,5 мкмоль/л и 2,8 ± 0,52 мкмоль/л соответственно), что, видимо, связано с истощением компенсаторных возможностей печени, в связи с тяжелыми изменениями в ней. Кроме того, уменьшалась и величина СКОЭ в подгруппе 3в по сравнению с подгруппой 3б и была одинаковой с подгруппой 2в (100,0 ± 0,7 мкм3; 102 ± 0,3 мкм3 и 100,0 ± 0,3 мкм3 соответственно), что, видимо, говорит о ригидности цитомембран эритроцитов.

В общем количестве во всей группе при алкоголизме  имело место повышение концентрации ферментов и величины СКОЭ по сравнению с группой при пьянстве, хотя разница была недостоверной, но повышение СКОЭ оказалось достоверным. Так, концентрация ГГТ при алкоголизме была в среднем 3,09 ± 0,1 мкмоль/л; 3,01 ± 0,09 мкмоль/л- при пьянстве и 1,13 ± 0,07 мкмоль/л - в контроле; АСТ- 1,6 ± 0,1 мкмоль/л - при алкоголизме; 1,4 ± 0,07 мкмоль/л при пьянстве и 0,5 ± 0,038 мкмоль/л - в контроле; АЛТ- 2,4 ± 0,2 мкмоль/л - при алкоголизме; 2,04 ± 0,13 мкмоль/л - при пьянстве; 0,2 ± 0,028 мкмоль/л- в контроле. СКОЭ при алкоголизме было 100 ± 0,2 мкм3, а при пьянстве -  98,0 ± 0,1 мкм3 и 85,5 ± 0,8 мкм3- в контроле.

Таким образом, при ХАИ, как на стадии пьянства, так и алкоголизма имеется выраженное достоверное повышение концентрации ГГТ, АСТ, АЛТ, а также СКОЭ по сравнению с контрольной группой, что более выражено при алкогольных эксцессах. Вместе с тем отмечаются достаточно выраженные различия в показателях концентрации ферментов и, особенно СКОЭ между страдавшими пьянством и алкоголизмом.

Полученные данные показывают, что морфологическая картина алкоголизма характеризуется глубокими и значительно более выраженными по сравнению с пьянством изменениями  органов и тканей. При этом следует подчеркнуть, что у умерших от алкоголизма практически не удается выявить изменений, носящих компенсаторный или приспособительный характер.

Таким образом, проведенное исследование показывает, что между пьянством и алкоголизмом имеется существенная разница. Это заключается в том, что уже при пьянстве имеют место отчетливые поражения внутренних органов, которые могут стать причиной смерти больных в относительно молодом возрасте. При пьянстве чаще, чем при алкоголизме смерть наступает от поражения сердца, сосудистых заболеваний головного мозга, в основном за счет артериосклеоза,  панкреонекроза, кровотечений из хронической язвы желудка, поражений почек. В то же время при алкоголизме чаще возникают пневмонии и их осложнения, АЦП и его осложнения, отек головного мозга при алкогольном делирии с развитием энцефалопатии Гайе-Вернике, чего не наблюдается при пьянстве. В возрастном аспекте в возрасте до 50 лет, как при пьянстве, так и при алкоголизме скоропостижная смерть наступала  на фоне  АКМП, нередко при наличии острой легочно-сердечной недостаточности, при крупозной пневмонии, реже - при очагово-сливной пневмонии, чем в возрасте после 50 лет. При пьянстве сосудистые поражения головного мозга развивались чаще у людей старше 50 лет. При алкоголизме смерть от отека головного мозга при алкогольном делирии наблюдалась чаще в возрастной подгруппе после 50 лет, что связано с длительностью ХАИ.

Анализ причин смерти больных, страдавших АБ, указывает на неоднозначность танатогенеза при пьянстве и алкоголизме, что подтверждает целесообразность выделения АБ как самостоятельного заболевания, состоящего из нескольких стадий, по крайней мере, из  пьянства и алкоголизма. При этом в принципе одинаковая структура смерти при пьянстве и алкоголизме в количественном отношении отчетливо различается в зависимости от стадии АБ (Таблица 2). Так, при пьянстве большинство больных погибали от острой сердечной недостаточности (40,3%), в том числе  за счет развивающихся на фоне АКМП острого инфаркта миокарда и ХИБС,

несколько реже, хотя и достаточно часто от патологии легких (14,2%) и от  поражения сосудов головного мозга (13,8%) и относительно редко (5,6%) от цирроза печени.  При пьянстве в качестве причины смерти иногда отмечалось кровотечение из хронической язвы желудка (1,5%), ХПН, как исход хронического пиелонефрита (0,8%) и ОПН при некротическом нефрозе в результате острого отравления этанолом (0,6%). Не исключено, что такая патология связана с массивными алкогольными эксцессами при пьянстве. При алкоголизме картина танатогенеза была иной. Наиболее часто больные алкоголизмом погибали от патологии легких (33%), реже, но достаточно часто от сердечной и легочно-сердечной недостаточности (21,3%), еще реже от поражения головного мозга в связи с алкогольным делирием или ААС (16,3%), нередко сопровождающихся обострением хронической алкогольной  энцефалопатии по типу Гайе-Вернике, а также от АЦП и его осложнений (13,5%). Таким образом, среди больных алкоголизмом смертность от легочно-сердечной  и печеночной недостаточности была значительно выше, чем при пьянстве, за счет увеличения частоты пневмонии и АЦП.

В обеих стадиях, в основном после алкогольного эксцесса, люди погибали от геморрагического панкреонекроза, хотя при пьянстве он развивался  в 2,5 раза чаще (11,2% и 2,7% соответственно).

Вместе с тем, у страдающих алкоголизмом не наблюдались кровотечения из хронической язвы желудка и ОПН. Этого не происходит, вероятно, потому, что больные алкоголизмом, особенно 2-й и 3-й клиническими стадиями при алкогольном эксцессе употребляют  небольшие дозы спиртных напитков, в связи с чем концентрация алкоголя в крови и тканях не достигает уровня, способного вызвать столь глубокие изменения в органах. Приведенные данные показывают также, что эффективность  компенсаторных и приспособительных механизмов зависит не только от стадии АБ, но и от возраста злоупотребляющих алкоголем.

Таблица 2

Причины смерти больных при алкогольной болезни

Причины смерти

Хроническая алкогольная интоксикация

пьянство

алкоголизм

Сердечная недостаточность (всего)

317 (40,3%)

47 (21,3%)

Острая сердечная недостаточность (всего):

260 (33%)

47 (21,3%)

  • при АКМП

226 (28,7%)

47 (21,3%)

  • при  инфаркте миокарда

34 (4,3%)

-

Хроническая сердечная недостаточность

57 (7,2%)

-

Легочно-сердечная недостаточность (всего)

206 (26,2%)

88 (39,8%)

Острая легочно-сердечная недостаточность (всего):

112 (14,2%)

73 (33%)

  • при крупозной пневмонии

83 (10,5%)

32 (14,5%)

  • при  очагово-сливной пневмонии

29 (3,7%)

41 (18,5%)

Хроническая легочно-сердечная недостаточность при фиброзно-кавернозном туберкулезе

94 (11,9%)

16 (6,8%)

Сосудистые заболевания головного мозга:

  • внутримозговое кровоизлияние

79 (10%)

5 (2,3%)

  • инфаркт мозга

30 (3,8%)

2 (0,9%)

Алкогольный цирроз печени

44 (5,6%)

33 (14,9%)

  • печеночная недостаточность

27 (3,4%)

18 (8,1%)

  • кровотечение из варикозно-расширенных вен пищевода

17 (2,2%)

12 (5,4%)

Отек головного мозга при алкогольном делирии

-

36 (16,3%)

Острый менингит при крупозной пневмонии

-

7 (3,2%)

Панкреонекроз

88 (11,2%)

6 (2,7%)

Кровотечение из хронической язвы желудка

12 (1,5%)

-

Хроническая почечная недостаточность при хроническом пиелонефрите

6(0,8%)

-

Острая почечная недостаточность при некротическом нефрозе

5 (0,6%)

-

Таким образом, проведенное исследование показало, что у лиц, страдающих алкогольной болезнью, развиваются изменения практически всех органов. При этом следует подчеркнуть, что общая динамика морфологических изменений и при пьянстве, и при алкоголизме принципиально одинакова, так как обусловлена одной причиной - длительной интоксикацией этанолом. Поэтому и для пьянства и для алкоголизма характерны жировая дистрофия паренхиматозных органов, прежде всего печени и сердца, микроангиопатия в виде повышения проницаемости сосудов микроциркуляторного русла, гиалиноза и нарастающего артериоло- и артериосклероза, нарушение реологии крови, что, несомненно, способствует появлению и прогрессированию гипоксии. Очевидно, что этанол как фактор, повреждающий клеточные мембраны, а также нарастающая гипоксия тканей, способствуют развитию склеротических процессов в стенках сосудов и строме органов, особенно в печени, сердце, легких, железах внутренней секреции, почках.

Характерны также отчетливые и прогрессирующие от пьянства к алкоголизму повреждения головного мозга в виде углубления алкогольной энцефалопатии, сопровождающейся гибелью нейронов, что объясняет психическую симптоматику больных алкоголизмом (Варфоломеева Ю.Е., 2003; Сидоров П.И. и соавт., 2003; Шабанов П.Д., 2002). Прогрессирует и алкогольная кардиомиопатия, в значительной степени обуславливающая внезапную смерть больных алкогольной болезнью (Кактурский Л.В., 2000; 2005). Важную роль играют заболевания легких в виде хронического бронхита, пневмосклероза, очагово-сливной бронхопневмонии, крупозной пневмонии, отчетливо более выраженных у страдающих алкоголизмом.

Вместе с тем, наряду с принципиально стереотипным характером повреждений внутренних органов при АБ в стадии алкоголизма, очевидно, в связи с падением базального метаболизма печени и присоединением действия ацетальдегида (Пауков В.С., 1994; 1996; 2001), все указанные изменения достигают такой степени, что появляются качественные отличия алкоголизма от пьянства: жировой гепатоз при алкоголизме наблюдался в 100% случаев, в то же время при пьянстве он был только в 65,7% случаев; почти в 12,5 раз чаще, чем при пьянстве при алкоголизме развивался ХАГ (34,8% и 2,8% соответственно); нарастет перивенулярный и перипортальный фиброз печени (34,8% и 25,9% соответственно), а у 14,9% из них - АЦП, что в 2,6 раза чаще, чем у пьяниц (5,6%). В связи с выраженной патологией  печени и повреждением цитоплазматических мембран гепатоцитов в крови наблюдалось увеличение концентрации ферментов ГГТ, АСТ, АЛТ, а нарастание ригидности мембран эритроцитов приводило к возрастанию СКОЭ. Вероятно, специфической особенностью длительной ХАИ, приводящей к глубокой патологии печени и падению ее базального метаболизма, является нарушение синтеза сурфактанта и появление в связи с этим множественных двусторонних микроателектазов в легких, способствующих развитию пневмонии (Горст В.Р. и соавт., 1996; Зиновьева И.А., 1992; Макаревич А.Э., 2000). Так, очагово-сливная пневмония при алкоголизме развивалась в 5 раз чаще, чем при пьянстве (18,5% и 3,7% соответственно), а крупозная - в 1,6 раза чаще, чем при пьянстве (17,6% и 10,5% соответственно). Кроме того, при алкоголизме крупозная пневмония в 7,2% случаев осложнялась абсцедированием и карнификацией, а в 5%- гангреной легких, чего не наблюдалось при пьянстве. При алкоголизме была более выражена алкогольная кардиомиопатия и наблюдалась у всех 221 (100%) умерших. Так, жировая дистрофия кардиомиоцитов составила 22,9% площади среза, против 18,5%- при пьянстве; фукцинофилия- 13,3% и 12,6%- при пьянстве. Энцефалопатия при алкоголизме имела самостоятельное течение и нередко являлась причиной смерти. Так, обострение алкогольной энцефалопатии по типу Гайе-Вернике, сопровождающей алкогольный делирий при алкоголизме наблюдалось в 16,6% случаев, чего не было при пьянстве. Кроме того, при алкоголизме в 3,2% случаев имел место гнойный менингит, как осложнение крупозной пневмонии. При пьянстве мы не наблюдали гнойного менингита ни в одном случае. Усугублялись морфологические изменения в эндокринной системе и в почках. Степень склеротических и атрофических процессов в органах, а также поражение сосудов, особенно микроциркуляции, при алкоголизме настолько высока, что вряд ли они могут быть обратимыми, тем более что в силу развития при этом психической и физической зависимости от этанола, ХАИ у больных неуклонно прогрессирует, что снижает эффективность компенсаторных и приспособительных процессов, а также угнетает резистентность организма. На это указывает нередкое развитие туберкулеза при АБ, в том числе и в нашем материале.

Таким образом, проведенное исследование позволяет подтвердить концепцию алкогольной болезни как о стадийно развивающемся заболевании, вызванном длительной повторяющейся интоксикацией этанолом, приводящей  к возникновению морфологических изменений в органах и системах организма, начиная от минимальных поражений сосудов микроциркуляторного русла  до полиорганной патологии, характерной для алкоголизма, с соответствующей  клинической симптоматикой, в том числе – психиатрической. Кроме того, изучение практически всех органов и систем на очень большом секционном материале позволило впервые в мире описать патологическую анатомию алкогольной болезни, начиная от относительно ранней стадии – пьянства и заканчивая необратимыми изменениями, которые характеризуют алкоголизм.

Выявленные и описанные морфологические изменения показывают, что в целом структурные изменения у страдающих алкоголизмом выражены значительно больше, чем при пьянстве. При этом различия заключаются, прежде всего, в  глубине морфологических изменений - у страдающих алкоголизмом они выражены значительно больше, чем при пьянстве.  Именно глубина морфологических изменений внутренних органов и систем в подавляющем большинстве случаев делает их необратимыми. Полученные данные также показывают, что осложнения АБ и причины смерти при пьянстве и при алкоголизме неодинаковы и имеют свои достаточно характерные особенности, которые были обнаружены при анализе причин смерти при этом заболевании. Вместе с тем результаты исследования позволяют объективно подтвердить представление о стадиях АБ, они доказывают, что не только алкоголизм, но и пьянство имеет достаточно четкую морфологию, которая объясняет клиническую симптоматику пьянства. При этом морфологические изменения, характеризующие стадию пьянства, позволяют рассчитывать на их обратное развитие или на компенсацию функций органов и систем при соответствующем целенаправленном лечении, чего трудно ожидать при алкоголизме. Принципиальное медико-социальное заключение, вытекающее из полученных результатов и анализа причин смерти при АБ, состоит в том, что стадия пьянства требует к себе наибольшего внимания со стороны медицины, причем не столько даже наркологов, сколько терапевтов. Очевидно, что только лечение пьянства, как обратимой стадии АБ, является наиболее эффективной профилактикой алкоголизма.

Выводы

  1. Полученные в исследовании данные подтверждают целесообразность выделения АБ как самостоятельной нозологической единицы, имеющей стадийное развитие, в  патогенезе которой наибольшее клинико-морфологическое значение имеют стадии пьянства и алкоголизма.
  2. На стадии пьянства пато- и морфогенез АБ складываются из сочетания взаимопотенцирующихся процессов: повреждения этанолом, в первую очередь, сосудистых и клеточных мембран, что вызывает дистрофические, некротические, атрофические и склеротические изменения в сосудах микроциркуляции и артериях более крупного калибра; одновременным  нарастанием объема эритроцитов, ригидности их цитолеммы и нарушением кровотока. Сочетание этих процессов  приводит к хронической гипоксии, которая  вместе с непосредственным действием этанола на клетки и ткани, обусловливает развитие в органах дистрофических, атрофических и склеротических процессов.
  3. В патогенезе и морфогенезе пьянства одновременно с деструктивными морфологическими изменениями развиваются приспособительно-компенсаторные процессы в виде выраженной гетерогенности  ткани печени, умеренной гипертрофии миокарда,  перифокальной эмфиземы легких.
  4. Сочетание  деструктивных и компенсаторно-приспособительных изменений в органах и тканях  при пьянстве позволяет предполагать, что при прекращении алкоголизации, возникшие в стадии пьянства изменения, обратимы или хорошо компенсированы. Полученные данные дают основание  считать стадию пьянства АБ излечимой, что имеет большое медико-социальное значение.
  5. В стадии алкоголизма морфологические изменения принципиально  аналогичны изменениям, развивающимся при пьянстве, но  отличаются от них  более глубоким и более распространенным  поражением органов и тканей. Это проявляется  нарастающей редукцией микроциркуляторного русла, выраженным артериосклерозом, распространенными дистрофическими и склеротическими процессами в органах, особенно в сердце, в виде АКМП, и легких в виде очагово-сливной и крупозной пневмонии, нередко осложняющейся абсцедированием, карнификацией и гангреной легких,  а также  патологией центральной нервной системы в виде обострений  хронической  энцефалопатии по типу Гайе-Вернике, выраженным снижением количества нейронов в ткани головного мозга и более частыми, чем при пьянстве сосудистыми нарушениями.
  6. Анализ причин смерти больных, страдающих  АБ, указывает на определенные различия танатогенеза при пьянстве и при алкоголизме. В стадии пьянства смерть чаще наступает  от поражения сердца в виде АКМП и острого инфаркта миокарда, сосудистых заболеваний головного мозга, обострения хронического панкреатита и поражения почек, в то время как  в стадии алкоголизма причинами смерти чаще являются поражения органов дыхания, цирроз печени и отек головного мозга, развивающийся в динамике алкогольного делирия.
  7. Основным патогенетическим звеном АБ является алкогольный эксцесс, который обусловливает прогрессирование морфологических изменений, в значительной степени  определяя пато- и морфогенез заболевания.  На фоне выраженных нарушений структуры и функции органов он нередко  является причиной осложнений и смерти при АБ.
  8. Клинические стигмы ХАИ в виде повышения в крови  концентрации ГГТ, АСТ, АЛТ и СКОЭ сохраняются и после смерти больных АБ, что позволяет использовать их  в качестве посмертных маркеров этого заболевания.
  9. Патологическая анатомия АБ складывается  из прогрессирующего поражения микроциркуляторного русла, артериоло- и артериосклероза, дистрофических, атрофических и склеротических изменений практически всех органов и систем организма, а также из  морфологических процессов, отражающих компенсаторные и приспособительные реакции  в стадию пьянства и отсутствия таких изменений в стадию алкоголизма.
  10. Единые этиология и механизмы поражений органов и систем организма, принципиально однотипные  развивающиеся в них изменения, наличие прямых и обратных межорганных связей, возникающих при злоупотреблении алкоголем, позволяют рассматривать АБ как единое заболевание, характеризующееся стадийным течением и прогрессированием от пьянства к алкоголизму.  Целесообразность выделения АБ как самостоятельной нозологической единицы подтверждается полученными  данными.
  11. Выделение пьянства как ранней стадии АБ, характеризующейся  отсутствием зависимости от алкоголя и возможностью обратного развития морфологических изменений, доказывает необходимость сосредоточения усилий  врачей, в первую очередь терапевтов и психиатров, на выявлении и лечении этой стадии заболевания, что  позволит  проводить эффективную профилактику алкоголизма.
  12. Характер и глубина морфологических изменений органов и систем  в стадии алкоголизма, а также отсутствие при этом компенсаторных и приспособительных процессов делает перспективу излечения от алкоголизма  мало вероятной.
  13. Полученные результаты позволяют  более обоснованно разрабатывать вопросы патогенеза АБ и соответствующие им методы терапевтического, психиатрического и наркологического лечения больных этим недугом.
  14. Предложенные на основании выполненных исследований морфологические и биохимические тесты  позволяют проводить более раннюю  диагностику  разных стадий АБ, как на биопсийном, так и на аутопсийном материале.

Список работ, опубликованных по теме диссертации

  1. Пауков В.С., Ерохин Ю.А. Диагностика хронической интоксикации на секционном материале. // Новости науки и техники. Серия Медицина. Выпуск. Алкогольная болезнь. – 1999, № 7., - С. 8-10.
  2. Сажин В.П., Ерохин Ю.А., Авдовенко А.Л. Особенности патоморфологии острого алкогольного панкреатита. // 9-й Всероссийский съезд хирургов. Тезисы научных работ.- Волгоград.- 20-22 сентября 2000. С. 110.
  3. Ерохин Ю.А., Пауков В.С. Изменения крови при хронической алкогольной интоксикации. // Российский психиатрический журнал. – 2001. - № 5., С. 58-62.
  4. Пауков В.С., Ерохин. Ю.А. Железы внутренней секреции при пьянстве и алкоголизме. // Архив патологии.-2001.- Выпуск 3.- С. 21-25.
  5. Пауков В.С., Ерохин Ю.А.. Сравнительная морфология пьянства и алкоголизма. // Общие вопросы патологии: Юбилейный справочник, посвященный 75-летию профессора А.С. Зиновьева. // Под редакцией профессора А.В, Конова, доктора медицинских наук И.Г. Вагановой. Омск, 2001. С. 71-84.
  6. Ерохин Ю.А. Применение лабораторных методов в диагностике хронической алкогольной интоксикации в прозекторской практике. // Вестник новых медицинских технологий.-2003.- № 1-2.- С. 64-65.
  7. Пауков В.С., Ерохин Ю.А. Патологическая анатомия доклинической стадии хронической алкогольной интоксикации. // Новости науки и техники. Серия Медицина. Выпуск. Алкогольная болезнь.- 2003.- № 7.- С.1-6.
  8. Ерохин Ю.А. Морфологические критерии пьянства и алкоголизма. // Вестник новых медицинских технологий.- 2003. - № 3.- С. 81-85.
  9. Ерохин Ю.А., Хритинин Д.Ф. Поражение сердца при хронической алкогольной интоксикации. // Вестник новых медицинских технологий.- 2003. - № 4.- С. 19-20.
  10. Пауков В.С., Ерохин Ю.А. Патологическая анатомия пьянства и алкоголизма. // Архив патологии.- 2004.- Выпуск 4.- С. 3-8.
  11. Ерохин Ю.А. Поражение головного мозга при разных стадиях алкогольной болезни. // Вестник новых медицинских технологий.- 2004. - № 3.- С. 56-57.
  12. Ерохин Ю.А., Пауков В.С. Проблема пьянства и алкоголизма в России. // Окружающая среда и здоровье: Сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции. 30-31 января 2004 г.- Пенза, 2004.- С. 50-52.
  13. Ерохин Ю.А., Пауков В.С. Пьянство и здоровье. // Окружающая среда и здоровье: Сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции. 30-31 января 2004 г.- Пенза, 2004.- С. 52-53.
  14. Ерохин Ю.А., Пауков В.С. Алкогольная болезнь и ее стадии.  // Экология человека: концепция факторов риска, экологической безопасности и управление рисками: Сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции. 10-11 июня  2004 г.- Пенза, 2004.- С. 47-48.
  15. Ерохин Ю.А., Пауков В.С. Пьянство и заболевание сердечно-сосудистой системы. // Экология человека: концепция факторов риска, экологической безопасности и управление рисками: Сборник материалов Всероссийской научно-практической конференции. 10-11 июня 2004 г.- Пенза, 2004.- С. 49-50.
  16. Ерохин Ю.А., Пауков В.С., Ануфриева Е.Ю. Заболевания, связанные со злоупотреблением алкоголем. // Состояние биосферы и здоровье людей: Сборник материалов IV Международной научно-практической конференции. - Пенза, 2004.- С. 59-61.
  17. Ануфриева Е.Ю., Ерохин Ю.А. Алкоголь и поражение центральной нервной системы. // Состояние биосферы и здоровье людей. Сборник материалов IV Международной научно-практической конференции. - Пенза, 2004.- С. 13-15.
  18. Ерохин Ю.А., Пауков В.С. Изменение легких при алкогольной болезни. // Экология и безопасность жизнедеятельности: Сборник материалов IV Международной научно-практической конференции. Декабрь, 2004. - Пенза, 2004.- С. 40.
  19. Ерохин Ю.А., Пауков В.С. Токсикологическая характеристика этанола и ацетальдегида. // Экология и безопасность жизнедеятельности: Сборник материалов IV Международной научно-практической конференции., декабрь, 2004. - Пенза, 2004.- С. 41-42.
  20. Ерохин Ю.А., Пауков В.С., Ануфриева Е.Ю. Изменение легких при алкогольной болезни. // Экология и безопасность жизнедеятельности: Сборник материалов IV Международной научно-практической конференции. Декабрь, 2004. - Пенза, 2004.- С. 41-42.
  21. Пауков В.С., Ерохин Ю.А. Изменение головного мозга в доклинической стадии алкогольной болезни и при алкоголизме.  // Наркология.- 2004.- № 5.- С. 32-36.
  22. Пауков В.С., Ерохин Ю.А., Воронина Т.М. Патоморфология алкогольного эксцесса при пьянстве и алкоголизме.// Наркология.-2005.- № 11.-С. 56-61.
  23. Пауков В.С., Ерохин Ю.А. Роль алкогольных эксцессов в патогенезе алкогольной болезни и в танатогенезе больных хронической алкогольной интоксикацией. // Современные проблемы клинической патоморфологии: Тезисы Всероссийской конференции с международным участием, посвященной памяти чл. корр. РАМН, з.д.н. РФ профессора Олега Константиновича Хмельницкого в связи с 85-летием со дня его рождения и 120-летием кафедры патологической анатомии с курсом цитологии. Санкт-Петербург. Издательский дом СПб МАПО, 2005.- С. 197-199.
  24. Ерохин Ю.А., Пауков В.С., Ануфриева Е.Ю. Причины смерти людей при хронической алкогольной интоксикации. // Проблема демографии, медицины и здоровья населения России: История и современность:  Сборник материалов III Международной научно-практической конференции. – Пенза. Октябрь, 2006.- С. 82-84.
  25. Ерохин Ю.А., Пауков В.С., Ануфриева Е.Ю. Алкогольное поражение сердца как причина внезапной и скоропостижной смерти. // Проблема демографии, медицины и здоровья населения России: История и современность: Сборник материалов III Международной научно-практической конференции. – Пенза. Октябрь, 2006.- С. 84-85.
  26. Ерохин Ю.А., Пауков В.С., Ануфриева Е.Ю. Острая алкогольная интоксикация и ее роль в смерти больных с алкогольной болезнью.  // Проблема демографии, медицины и здоровья населения России: История и современность: Сборник материалов III Международной научно-практической конференции. – Пенза. Октябрь, 2006.- С. 85-86.
  27. Ерохин Ю.А. Туберкулез легких при хронической алкогольной интоксикации. // Экология и безопасность жизнедеятельности: Сборник статей VI Международной научно-практической конференции.– Пенза: РИО ПГСХА. Декабрь, 2006.- С. 110-111.
  28. Ерохин Ю.А., Ануфриева Е.Ю. Злоупотребление алкоголем в России и его последствия. // Экология и безопасность жизнедеятельности: Сборник статей VI Международной научно-практической конференции.- Пенза: РИО ПГСХА., 2006.- С. 111-113.
  29. Ерохин Ю.А. Алкоголь и развитие злокачественных опухолей. // Проблема демографии, медицины и здоровья населения России: История и современность: Статьи IV Международной научно-практической конференции. Май, 2007 г.- Пенза: РИО ПГСХА. 2007.- С. 93-95.
  30. Ерохин Ю.А. Изменение иммунной системы при алкогольной болезни. // Проблема демографии, медицины и здоровья населения России: История и современность: Статьи IV Международной научно-практической конференции. Май, 2007 г.- Пенза: РИО ПГСХА. 2007.- С. 95-98.
  31. Ерохин Ю.А., Ануфриева Е.Ю. Острая энцефалопатия Гайе-Вернике при алкоголизме // Проблема демографии, медицины и здоровья населения России: История и современность: Статьи IV Международной научно-практической конференции. Май, 2007 г.- Пенза: РИО ПГСХА. 2007.- С. 98-100.
  32. Ерохин Ю.А., Ануфриева Е.Ю. Патоморфология энцефалопатии при алкогольной болезни // Проблема демографии, медицины и здоровья населения России: История и современность: Статьи IV Международной научно-практической конференции. Май, 2007 г.- Пенза: РИО ПГСХА. 2007.- С. 100-101.
  33. Пауков В.С., Ерохин Ю.А. Алкогольная болезнь и экология общества. //Актуальные проблемы патологоанатомической службы муниципальных учреждений здравоохранения. Вопросы экологической патологии. Современные методы морфологической диагностики в патологоанатомической практике. Материалы Всероссийской научно-практической патологоанатомической конференции (город Миасс Челябинской области, 28-31 мая 2008 г.). Издательство Чел ГМА.- Челябинск-2008.- С. 117-119.

 






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.