WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

На правах рукописи

ХАСАНОВА ГУЗЭЛЬ МИРГАСИМОВНА

АКТУАЛЬНЫЕ АСПЕКТЫ ИММУНОПАТОГЕНЕЗА,
ВИТАМИННО-МИКРОЭЛЕМЕНТНОГО БАЛАНСА И ЛЕЧЕНИЯ ГЕМОРРАГИЧЕСКОЙ ЛИХОРАДКИ С ПОЧЕЧНЫМ СИНДРОМОМ

14.01.09 – Инфекционные болезни

14.03.09 – Клиническая иммунология, аллергология

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора медицинских наук

Москва 2012

Работа выполнена в Государственном бюджетном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Башкирский государственный медицинский университет» Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации и в Федеральном бюджетном учреждении науки «Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека

Научные консультанты:

Доктор медицинских наук, профессор  Валишин Дамир Асхатович

Доктор медицинских наук  Тутельян Алексей Викторович

Официальные оппоненты:

Доктор медицинских наук, профессор Венгеров Юрий Яковлевич

Доктор медицинских наук, профессор Козлов Иван Генрихович

Доктор медицинских наук Чекалина Ксения Ивановна

Ведущая организация:

Государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Первый Московский государственный медицинский университет  им. И.М. Сеченова» Минздравсоцразвития  РФ.

Защита состоится «___» __________2012 г. в _____ часов на заседании диссертационного совета Д 208.114.01 Федерального бюджетного учреждения науки «Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии» Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по адресу: 111123, г Москва, ул. Новогиреевская, д. 3а.

С диссертацией можно ознакомиться в библиотеке Федерального бюджетного учреждения науки «Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии» Федеральной службы по надзору в сфере прав потребителей и благополучия человека по адресу: 111123, г. Москва, ул. Новогиреевская, д. 3а.

Автореферат разослан «____» ________ 2012 года

Ученый секретарь

диссертационного совета,

доктор медицинских наук, профессор Горелов Александр Васильевич

Введение

Актуальность исследования. Геморрагическая лихорадка с почечным синдромом (ГЛПС) – острая хантавирусная природноочаговая инфекционная болезнь, широко распространенная в различных регионах России и мира (Магазов Р. Ш., 2006). В нашей стране ГЛПС занимает ведущее место среди природноочаговых болезней человека. На территории Республики Башкортостан (РБ) природные очаги ГЛПС являются самыми активными и крупными в России (Такаев Р.М. и др., 2006).

В Уфе удельная заболеваемость ГЛПС наиболее высокая и составляет более 50% всей заболеваемости республики (Минин Г.Д. и др., 2006). Это можно объяснить высокой эпидемиологической активностью очагов инфекции, зарегистрированных в районе г.Уфы, тесными контактами населения с открытой природой, а также, воздействием неблагоприятных экологических факторов на здоровье населения. Известно, что техногенное загрязнение окружающей среды вызывает накопление токсичных микроэлементов в организме человека, а почки являются органом - мишенью для большинства металлов (Мамбеталин Е.С., 1992; Макарова Т.П. и др. 2002). Изучению обмена макроэлементов у больных ГЛПС посвящены работы Жарского С.А. (1991), Шапиро И.А. (1989), Фигурнова В.А. (1968, 1981). В то же время не изучено влияние токсичных микроэлементов и обеспеченности эссенциальными микроэлементами на течение и прогноз ГЛПС.

Необходимым условием проявления действия ксенобиотиков является повышенная чувствительность организма, которая формируется при наличии определенного генетического фона. В этой связи представляется важным изучение особенностей генетических систем, контролирующих процессы детоксикации у больных ГЛПС и определение прогностической значимости генов детоксикации на течение болезни. Однако этот вопрос практически не изучен.

Среди нарушений метаболизма, возникающих при ГЛПС, значительное место занимают нарушения баланса витаминов (Константинов А.А., 1959; Концевая Н.Г. и др., 1970). Дефицит витаминов относится к факторам, способствующим развитию различной патологии и усугубляющим тяжесть течения многих заболеваний вследствие их патогенетической значимости в метаболических процессах. Проблеме обеспеченности витаминами при ГЛПС посвящено немного работ и датируются они 40-70 годами ХХ века, в которых рассматривалось содержание витамина С в крови и выделение витаминов С, Р, В6, и никотиновой кислоты с мочой (Константинов А.А., 1959; Концевая Н.Г. и др., 1970). Применение в терапии ГЛПС витаминов является эмпирическим. Основой правильного применения витаминов является знание витаминного статуса пациентов, который складывается из равновесия, создающегося в результате поступления витаминов из внешней среды и их метаболизма в зависимости от нозологической формы, стадии и фазы заболевания (Тутельян В.А., 2001). Таким образом, изучение витаминного статуса важно для обоснования коррекции выявленных нарушений у больных и реконвалесцентов ГЛПС.

Одно из ведущих мест в патогенезе ГЛПС занимают иммунные механизмы. Нарушения затрагивают как клеточные, так и гуморальные звенья иммунитета. Данные об изменениях в клеточном звене иммунитета при ГЛПС противоречивы. Владимирова Т.П. с соавт. (1982), так же как и Курятникова Г.А. с соавт. (1988) выявили депрессию Т-клеточного звена иммунитета и активацию В-клеточного звена иммунного ответа, независимо от степени тяжести во все периоды болезни. Huang C. et al. (1994) выявил повышение уровня СD3+, СD4+ и СD56+ субпопуляций лимфоцитов в острой фазе ГЛПС. Исследования особенностей взаимоотношений между иммунитетом и обеспеченностью микроэлементами и витаминами у больных ГЛПС и их коррекции  не проводились.

В последние годы проводится активное изучение цитокинового статуса при геморрагической лихорадке с почечным синдромом. Среди цитокинов, играющих ведущую роль в иммунопатогенезе ГЛПС, ряд авторов выделяют TNF- и IL-1. Результатов исследования других цитокинов у больных хантавирусной инфекцией мало и они часто носят противоречивый характер. Так, по данным Галиевой А.Т. (2004) повышение IL-2 выявлено в олигурическом периоде только при тяжелом течении ГЛПС с наличием осложнений. Однако, из результатов исследований, выполненных Иванис В.А. (2004), следует, что одним из прогностических признаков тяжелого и осложненного течения ГЛПС служит более низкий уровень IL-2 с 4 по 10 день болезни. Недостаточность и  противоречивость данных, полученных при изучении цитокинового профиля у больных ГЛПС, выяснение патогенетического значения активности сывороточных цитокинов в развитии данного заболевания делают исследования в этом направлении актуальными.

Внедренные в практику образовательные программы для больных сахарным диабетом, ишемической болезнью сердца, гипертонической болезнью с целью профилактики неблагоприятного течения заболевания  показали свою эффективность (Крюкова А.Я., 2003; Перепечаева Т.А., 2005). Однако школ для больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом не существует. В то же время назрела объективная необходимость в разработке такой программы для реконвалесцентов ГЛПС, так как восстановительный период может затягиваться до года и более. В связи с этим больные длительно нуждаются в рациональном питании, витаминотерапии и охранительном режиме. Учитывая вышеизложенное определены цели и задачи исследования.

Цель исследования:

Разработка патогенетической терапии геморрагической лихорадки с почечным синдромом на основании комплексного изучения актуальных аспектов иммунопатогенеза и влияния витаминного и микроэлементного баланса на течение и прогноз ГЛПС.

Задачи исследования:

  1. Изучить динамику содержания эссенциальных и токсичных микроэлементов в сыворотке крови больных ГЛПС в зависимости от периода и тяжести течения заболевания.
  2. Провести анализ связи полиморфных локусов генов детоксикации ксенобиотиков с предрасположенностью к тяжелому течению ГЛПС.
  3. Исследовать динамику изменений уровней витаминов в сыворотке крови в зависимости от периода и тяжести течения заболевания.
  4. Провести анализ корреляционных связей, основных показателей клеточного иммунитета и циркулирующих цитокинов с концентрацией микроэлементов и витаминов у больных ГЛПС.
  5. Оценить эффективность применения регуляторного пептида имунофана у больных и реконвалесцентов ГЛПС.
  6. Изучить фактическое питание реконвалесцентов ГЛПС с определением потребления основных пищевых веществ, в том числе витаминов и микроэлементов.
  7. Разработать и внедрить образовательную программу для реконвалесцентов ГЛПС и оценить её эффективность.

Научная новизна работы.

Впервые изучен микроэлементный статус у больных и реконвалесцентов ГЛПС в зависимости от тяжести течения  и периода заболевания.

Впервые показана патогенетическая и прогностическая значимость дисмикроэлементозов в развитии тяжелого течения заболевания.

Впервые установлены генотипы генов ферментов детоксикации ксенобиотиков позволяющие прогнозировать риск развития  тяжелого течения ГЛПС.

Впервые изучен витаминный статус у больных и реконвалесцентов ГЛПС в зависимости от периода и тяжести течения заболевания.

Одновременное изучение содержания в крови эссенциальных и токсичных микроэлементов, витаминов, уровня свободнорадикального окисления,  функционально-метаболической активности лейкоцитов, субпопуляции лимфоцитов, про- и противовоспалительных цитокинов в разные периоды заболевания, позволили установить их патогенетическую значимость и взаимозависимость между этими показателями и динамикой заболевания, а также выявить дополнительные критерии для определения степени тяжести и прогноза ГЛПС.

Научно обосновано применение и изучена эффективность регуляторного пептида имунофана в комплексной терапии геморрагической лихорадки с почечным синдромом.

Изучен характер фактического питания с определением калорийности, белкового, жирового, углеводного состава пищи и потребления витаминов и микроэлементов, что позволило научно обосновать рекомендации по коррекции алиментарного дисбаланса у реконвалесцентов ГЛПС.

Научно обоснована эффективность применения витаминно-минерального комплекса и имунофана для реконвалесцентов ГЛПС.

Практическая значимость работы:

– разработаны дополнительные критерии для прогноза и оценки степени тяжести ГЛПС.

– разработаны новые методы комплексной терапии и реабилитации ГЛПС с применением регуляторного пептида имунофана.

– разработана образовательная программа для реконвалесцентов ГЛПС.

­ Внедрение результатов работы в практику.

Материалы работы использованы при:

– оформлении Патента на изобретение №2406450 «Способ прогнозирования риска развития тяжёлой формы геморрагической лихорадки с почечным синдромом (опубликован 20.12.2010 Бюлл. № 35);

– разработке 3-х методических рекомендаций для врачей «Современное лечение геморрагической лихорадки с почечным синдромом с использованием имунофана» (Уфа, 2011); «Современная комплексная реабилитация больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом» (Уфа, 2011); «Образовательная программа для реконвалесцентов геморрагической лихорадки с почечным синдромом» (Уфа, 2010);

– издании 3-х монографий «Инновационные технологии социальной работы по профилактике заболеваний и их осложнений» (Уфа, 2007); «Геморрагическая лихорадка с почечным синдромом в Республике Башкортостан. Современные аспекты патогенеза, клинического течения и реабилитации» (Уфа, 2011); «Комплексная реабилитация больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом» (Уфа, 2011).

– издании учебного пособия с грифом УМО Минобрнауки России «Социально-медицинская работа в различных сферах жизнедеятельности» (Уфа, 2010);

– подготовке и проведении Всероссийской научно-практической конференции с международным участием «Социально-медицинская работа: состояние, проблемы и перспективы развития в современном обществе» по гранту РГНФ № 11-16-02502 (Уфа, 2011), (автор диссертации является руководителем данного проекта);

– подготовке программы повышения квалификации научно-педагогических работников Государственных образовательных учреждений Высшего профессионального и дополнительного профессионального образования, подведомственных Министерству образования и науки Российской Федерации, выигравшей конкурс Минобрнауки России в 2011 году (Приказ Минобрнауки России от 14.12.2010 №1759), (автор диссертации является руководителем курса повышения квалификации при БашГУ, г. Уфа).

Ряд положений теоретического и практического характера, сформулированных в диссертации, внедрены в учебный и научный процессы кафедры инфекционных болезней с курсами дерматовенерологиии и косметологии ИПО ГБОУ ВПО «Башкирский государственный медицинский университет» Минздравсоцразвития РФ.

Регуляторный пептид имунофан применяют в комплексном лечении больных и реконвалесцентов ГЛПС в лечебно-профилактических учреждениях г. Уфы и в городах республики Башкортостан, о чем получены акты внедрения.

Образовательная программа для реконвалесцентов ГЛПС внедрена в практику амбулаторно-поликлинических учреждений города Уфы и в городах республики Башкортостан, что подтверждено актами внедрения.

Апробация работы:

Основные положения диссертации представлены в виде докладов на Всероссийской научно-практической конференции «Инфекционные болезни: проблемы здравоохранения и военной медицины» (Санкт-Петербург, 2006); на Международной научно-практической конференции «Здоровье и безопасность жизнедеятельности молодежи: проблемы и пути решения» (Уфа, 2006); на Всероссийской научной конференции с международным участием (Тверь, 2007); на Юбилейной XII Российской научно-практической конференции «Инфекционные болезни: актуальные вопросы в клинике и эксперименте» (Махачкала, 2007); на Втором Санкт-Петербургском Международном экологическом форуме «Окружающая среда и здоровье человека» (Санкт-Петербург, 2008); на Российской научно-практической конференции «Инфекционные болезни: современные проблемы диагностики и лечения» (Санкт-Петербург, 2008); на Всероссийской научно-практической конференции «Безопасность человека: проблемы и пути решения в современных условиях» (Уфа, 2009); на Съезде терапевтов юга России «Врач ХХI века: сегодня и завтра» (Ростов-на-Дону, 2009); на ХV Российской научно-практической конференции, посвященной 75-летию кафедры инфекционных болезней ДГМА (Махачкала, 2010); на Всероссийской научно-практической конференции с международным участием «Безопасность жизнедеятельности человека в среде обитания: проблемы, пути решения» (Уфа, 2011); на ХVI Всероссийской научно-практической конференции «Актуальные вопросы патофизиологии инфекционных и неинфекционных заболеваний в клинике и эксперименте» (Махачкала, 2011), на Всероссийской научно-практической конференции с международным участием «Социально-медицинская работа: состояние, проблемы и перспективы развития в современном обществе» (Уфа, 2011), на I, II и III ежегодных Всероссийских Конгрессах по инфекционным болезням (Москва, 2009, 2010, 2011).

Работа апробирована на заседании кафедры инфекционных болезней с курсами дерматовенерологиии и косметологии ИПО ГБОУ ВПО «Башкирский государственный медицинский университет» Минздравсоцразвития РФ и на апробационной комиссии ФБУН «Центральный научно-исследовательский институт эпидемиологии» Федеральной службы по надзору в сфере защиты  прав потребителей и благополучия человека

Публикации:

По теме диссертации опубликовано 77 научных работ, в том числе 3 монографии, 15 статей  в российских журналах, рекомендованных ВАК РФ для публикации материалов диссертационных работ. Получен патент на изобретение №2406450.

Объём и структура диссертации:

Работа изложена на 345 страницах машинописного текста и состоит из введения, 10 глав, обсуждения, выводов, практических рекомендаций, списка литературы, содержащего 576 наименований, из них 216 зарубежных. Работа иллюстрирована 35 таблицами и 11 рисунками.

Основные положения, выносимые на защиту.

  1. Дисбаланс микроэлементов при ГЛПС (повышение концентрации токсичных микроэлементов и снижение уровня эссенциальных микроэлементов - цинка и селена) имеет прогностическое значение в течение заболевания.
  2. Генетическими маркерами повышенного риска тяжёлого течения ГЛПС является комбинация генотипов в виде 1А2С/АG генов полиморфного локуса А2455G гена цитохрома Р-450 1А1 (CYP1A1) и полиморфного локуса А313G гена глутатион-S-трансферазы класса (GSTP1).
  3. Снижение концентрации ретинола, каротиноидов, токоферола, тиамина и пиридоксина у больных соответствует тяжести течения и динамики болезни, и требует проведения корригирующей терапии.
  4. Динамика клинико-иммунологических показателей подтверждает эффективность имунофана и целесообразность включения его в комплекс терапии больных среднетяжёлой и тяжёлой формы ГЛПС.
  5. Дисбаланс питания реконвалесцентов ГЛПС, проявившийся в виде увеличения доли продуктов животного происхождения в суточном рационе, избыточного потребления жиров, в основном за счёт насыщенных жирных кислот, недостаточного содержания полиненасыщенных жирных кислот, дефицита потребления водорастворимых витаминов, цинка и селена обосновывает необходимость длительной коррекции питания и применения витаминно-минерального комплекса. Для реализации этого положения эффективна образовательная программа для реконвалесцентов ГЛПС.

СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Материалы и методы исследования

Работа основана на анализе клинического наблюдения и лабораторного обследования 292 больных ГЛПС, находившихся на стационарном лечении с 2006 по 2010 годы в городских клинических больницах №4 и №13, а так же 249 реконвалесцентов, обследованных во время диспансерного наблюдения в поликлиниках №1 и №2 городской клинической больницы №13 г. Уфы. Из исследования исключались те лица, которые до заболевания ГЛПС имели болезни почек, печени, сердечно-сосудистой, нервной и эндокринной системы. Контрольную группу составили 64 практически здоровых лиц в возрасте 18 – 59 лет (средний возраст 30,3 года). У всех больных получено информированное согласие на проведение обследования и лечения.

Диагноз ГЛПС подтверждён у всех больных методом флюоресцирующих антител (МФА). Критерием диагностики явилось четырёхкратное и более  нарастание титра антител во втором образце сыворотки, взятом с интервалом 10 дней.

Всем больным, помимо общеклинического обследования, проводили определение уровня сывороточного креатинина, мочевины, белка, трансфераз, коагулограммы, исследование мочи по Зимницкому и Нечипоренко, исследование кислотно-щелочного состояния и электролитов крови, ультразвуковое исследование почек и органов брюшной полости.

292 больным ГЛПС проведён молекулярно-генетический анализ ассоциаций делеционного полиморфизма гена глутатиона-S-трансферазы класса (GSTM1), полиморфного локуса А313G гена глутатион-S-трансферазы класса (GSTP1) и полиморфного локуса А2455G гена цитохрома Р-450 1А1 (CYP1A1) с тяжестью течения ГЛПС. Материалом для молекулярно-генетического анализа служили образцы ДНК, выделенные из лимфоцитов периферической венозной крови методом фенольно-хлороформной экстракции (Mathew C.C., 1984). Выделенную ДНК использовали для проведения полимеразной цепной реакции на термоциклере «Терцик» производства компании «ДНК-технология» (г. Москва), в автоматическом режиме с использованием локусспецифических олигонуклеотидных праймеров. После амплификации ПЦР-продукты всех локусов подвергались гидролизу соответствующими эндонуклеазами рестрикции. Амплифицированные фрагменты ДНК разделяли электрофоретически в 7-8%-ном полиакриламидном не денатурированном геле (ПААГ). После окончания электрофореза гель окрашивали раствором бромистого этидия и анализировали в проходящем ультрафиолетовом свете на трансиллюминаторе («Vilber Lourmat», TCP-20М). Размеры аллелей определяли путём одновременного электрофореза с маркером (ДНК фага , гидролизированный рестриктазой PstI).

Микроэлементный статус изучен у 185 больных ГЛПС (104 больных со среднетяжёлой и 81 - с тяжёлой формой заболевания) и у 159 реконвалесцентов ГЛПС (90 – среднетяжелой и 69 – тяжелой формой). Сравнение полученных результатов проводили с показателями содержания микроэлементов у 64 практически здоровых лиц в возрасте от 18 до 59 лет, не курящих, не имеющих личного транспорта, а также контакта в процессе труда с вредными факторами рабочей среды (врачи, преподаватели школ и ВУЗов, студенты). Концентрацию: цинка, меди, селена, алюминия, свинца, стронция, ртути и кадмия в сыворотке крови определяли с помощью масс-спектрометрии с индуктивно-связанной плазмой (ICP-MS; Elan-9000, PerkinElmer, США) и атомно-эмиссионой спектрометрии с индуктивно-связанной плазмой (ICP-OES; Optima-2000 DV, PerkinElmer, США). Исследование проводили в испытательной лаборатории АНО «Центр биотической медицины», г. Москва и в «Центре молекулярной диагностики» Центрального НИИ Эпидемиологии, г. Москва.

Исследование витаминного статуса включало изучение уровней токоферола, ретинола, каратиноидов, тиамина, пиридоксина и аскорбиновой кислоты в сыворотке крови больных ГЛПС в летне-осенний и зимний сезоны года в зависимости от формы и периода заболевания. Витаминный статус изучен у 154 больных ГЛПС (81 – среднетяжелой, 73 – тяжелой формой) и у 136 реконвалесцентов ГЛПС (72 –среднетяжелой и 64 – тяжелой формой) в возрасте 18 – 59 лет. В контрольную группу вошли 64 практически здоровых лиц соответствующего возраста (в основном врачи, преподаватели школ и ВУЗов, а также студенты). Определение витаминов Е, В1, В6, С, А, -каротина в сыворотке крови проводили методом ВЭЖХ в лаборатории «Ситилаб – Башкортостан».

Изучение показателей иммунитета состояло из определения ёмкости резерва функциональной активности фагоцитов, иммунофенотипирования лимфоцитов и изучения цитокинового профиля 292 больным и 249 реконвалесцентам ГЛПС.

Оценку функционального состояния нейтрофилов проводили с помощью измерения хемилюминесценции крови (ХЛ). В качестве наиболее информативных показателей ХЛ были взяты светосумма спонтанная и стимулированная Sсп и Sстим, а также спонтанная и стимулированная максимальная амплитуда медленной вспышки Iсп и Iстим. Исследование проводилось автором в Центральной научной исследовательской лаборатории БГМУ, г. Уфа.

Иммунофенотипирование лимфоцитов периферической крови осуществлялось методом прямой иммунофлуоресценции с помощью проточного цитофлуориметра «FACS Calibur» (фирма «Becton Dickinson», США) реагентами фирмы «Becton Dickinson» с характеристикой основных маркеров иммунокомпетентных клеток (CD3+, CD4+, CD8+, CD16+, CD25+, CD3+/HLA-DR, индекс CD4/8). Исследование проводили в лаборатории Иммунологии с отделением Клинической иммунологии Республиканской детской клинической больницы, г. Уфа.

Определение уровня цитокинов (фактора некроза опухолей-альфа, гамма-интерферона, интерлейкина-2, интерлейкина-4, интерлейкина-6, интерлейкина-10) проводилось иммуноферментным методом в Центральной научно-исследовательской лаборатории БГМУ, г. Уфа. Для определения концентрации цитокинов использовали наборы реагентов ЗАО «Вектор – Бест», г. Новосибирск.

Исследование витаминов, микроэлементов, показателей иммунитета у всех наблюдавшихся больных проводилось в лихорадочный, олигурический и полиурический периоды, а у реконвалесцентов через 1 месяц и через 1 год после выписки из стационара.

Изучение фактического питания проведено у реконвалесцентов ГЛПС через 1 месяц после выписки из стационара (249 человек) и через 1 год (у 232 человек). Фактическое питание изучалось методом анализа частоты потребления пищевых продуктов с использованием российского вопросника, разработанного Институтом питания РАМН в 1997 году с группировкой продуктов по первому разряду системы Еврокодов (Мартинчик А.Н. и др., 1997). Для исключения субъективизма в оценке потребления пищевых продуктов использовались муляжи, предварительно взвешенных и готовых к употреблению продуктов питания; специальная мерная столовая посуда и приборы (тарелки, чашки, стаканы, ложки и другие) с известным объёмом; упаковки и этикетки, имеющихся в продаже продуктов питания, на которых указаны наименование, вес, жирность продукта. Предусмотрена возможность дополнять вопросник продуктами, которые, по мнению испытуемого, вносят существенный вклад в его питание, то есть вопросник открыт для дополнения.

Изучение химического состава пищевых продуктов включало определение суточного потребления белка (общего количества, животного и растительного белка), жиров (общее количество, насыщенных, полиненасыщенных и мононенасыщенных жирных кислот), углеводов (моно- и дисахаридов, клетчатки, крахмала), холестерина, минеральных веществ, витаминов (аскорбиновой кислоты, тиамина, пиридоксина, ретинола, каротина, токоферола).

Статистическую обработку результатов исследования проводили методами параметрической и непараметрической статистики с использованием статистических программ Statistica 7.0 for Windows, RxC и WinPEPI. Среднее значение (М) и ошибку среднего значения (m) вычисляли в Microsoft Excel. Силу ассоциаций маркеров с риском развития и клиническими особенностями ГЛПС оценивали по значениям показателя отношения шансов (odds ratio, OR). Достоверность межгрупповых различий средних величин оценивали при помощи критерия Манна-Уитни. Степень взаимосвязи между признаками оценивали методом корреляционного анализа по Спирмену, путём вычисления коэффициента корреляции (r). Различия считались статистически значимыми при р< 0,05.


РЕЗУЛЬТАТЫ СОБСТВЕННЫХ ИССЛЕДОВАНИЙ И ИХ ОБСУЖДЕНИЕ

Обследуемые больные ГЛПС (292 пациента), находившиеся на стационарном лечении, были в возрасте от 18 до 59 лет. Мужчины составили 82,5% (241 человек), женщины – 17,5% (51 человек). Среди обследованных больных группу с тяжёлой формой ГЛПС составили – 127 чел. (43,5%), со среднетяжёлой формой – 165 чел. (56,5%).

Для определения периода болезни руководствовались классификацией Рощупкина В.И. (1970), выделяя 4 периода: начальный или лихорадочный (1 - 4 день болезни), олигурический (5 - 9 день болезни), полиурический (с 10-13 по 15-21 день болезни) и реконвалесценции (с 22 до 30-35 дня болезни). Следует подчеркнуть, что указанные сроки являются для каждого из периодов относительными и зависят от тяжести течения заболевания.

Заболевание начиналось остро у 97,9% больных. Начальный период болезни проявлялся лихорадкой 100% (292 чел.), астенией 98,6% (288 чел.), головной болью 97,6% (285 чел.), нарушением зрения 50,7% (148 чел.) (нечёткость зрительного восприятия, «туман перед глазами»). Лихорадка у всех больных была на уровне 38-40°С носила ремитирующий или неправильный характер и длилась 3-7 дней. Нередко перед подъёмом температуры или во время него отмечался озноб. При осмотре больных наблюдалась гиперемия лица, шеи и верхней трети грудной клетки (82,2%), инъецированность сосудов склер, гиперемия конъюнктив (100%), энантема на слизистой оболочке мягкого нёба (92,1%), одутловатость лица. Реже отмечались боли в животе 20,2% (59 чел.), тошнота, рвота 17,1% (50 чел.) и жидкий стул 8,9% (26 чел.), что приводило к ошибочной диагностике кишечной инфекции на догоспитальном этапе.

Олигурический период начинался с 5-6 дня заболевания. У большинства больных температура тела нормализовалась, но общее состояние продолжалось ухудшаться. В этот период максимально выражен почечный, геморрагический, интоксикационный синдром и поражение различных органов и систем. Нарастание интоксикации сопровождалось тошнотой и рвотой 76,1%, жидким стулом 12%. Выраженность данных симптомов зависела от степени тяжести заболевания. При тяжёлой форме заболевания, как правило, наблюдалась выраженная тошнота и многократная рвота (до 6–8 раз в сутки). Характерным признаком олигурического периода была боль в пояснице, отмечавшаяся у 97,9% больных (у 100% больных с тяжёлой формой заболевания, у 95,8% со среднетяжёлой формой ГЛПС). Боль носила преимущественно симметричный характер. Интенсивность её различная: от неприятных, тягостных ощущений до сильных, мучительных болей, вызывающих необходимость применения анальгетиков. Симптом поколачивания по поясничной области был положителен у 97,9% больных. Максимальная выраженность симптома отмечалась при тяжёлой форме заболевания. Другим важнейшим симптомом олигурического периода явилась боль в животе. Она наблюдалась у 221 больных (75,7%) от незначительной, локализующейся преимущественно в эпигастрии, околопупочной области или в проекции почек до сильной разлитой, в связи, с чем проводилась дифференциальная диагностика с острой хирургической патологией.

При объективном обследовании у большинства больных в начале олигурического периода сохранялась гиперемия лица, шеи, верхней части туловища. По мере нарастания симптомов острой почечной недостаточности гиперемия сменялась бледностью кожного покрова. В периоде олигурии отмечалось усиление геморрагического синдрома, при этом его интенсивность находилась в прямой зависимости от тяжести болезни. Основными проявлениями геморрагического синдрома являлись геморрагическая энантема и петехиальная сыпь, которая чаще всего локализовалась на коже боковых поверхностях грудной клетки, в подмышечных впадинах, внутренней поверхности плеч. Геморрагическая энантема на слизистой полости рта выявлена у 59,9% больных. Реже отмечались кровоизлияния в склеры – у 13,4% больных, и носовые кровотечения – в 12,7% случаев. Решающее значение в диагностике имеет почечный синдром. Снижение суточного диуреза выявлено у 97,6% больных среднетяжёлой и у 100% с тяжёлой формой ГЛПС. Суточное количество мочи было снижено до 620±60 мл при среднетяжёлой и до 250±30 мл при тяжёлой форме ГЛПС (р<0,05). Анурия развилась у 3,1% больных с тяжёлой формой ГЛПС. Исследование мочи в олигурическом периоде выявило нарастающую гипоизостенурию, в пределах 1,001-1,005. По мере нарастания олигурии усиливалась протеинурия. Содержание белка в моче колебалось в зависимости от тяжести болезни, от 0,099 до 33 г/л. При микроскопии осадка мочи обнаруживались гиалиновые и зернистые цилиндры, дегенерированные клетки почечного эпителия (клетки «Дунаевского»), микрогематурия. Макрогематурия выявлена у 8,5% больных среднетяжёлой и у 25,2% больных с тяжёлой формой ГЛПС. В периферической крови в олигурическом периоде было характерно увеличение количества эритроцитов и гемоглобина вследствие сгущения крови, в последующем периоде отмечается развитие анемии. В разгаре болезни отмечалась тромбоцитопения и лейкоцитоз, степень выраженности которых зависели от тяжести болезни. На фоне олигурии в крови отмечалось накопление азотистых шлаков. При среднетяжёлой форме повышение уровня мочевины отмечалось до 26,3 ммоль/л, креатинина до 376,2 мкмоль/л. У больных с тяжёлым течением заболевания уровень мочевины повышался до 35,2 ммоль/л, а уровень креатинина 974,8 мкмоль/л. По мере нарастания симптомов почечной недостаточности у 62,3% больных отмечалась брадикардия, более выраженная при тяжёлой форме заболевания. В первой половине олигурического периода у 48,6% больных развивалась артериальная гипотензия. При дальнейшем развитии заболевания наблюдалось повышение артериального давления до 150/95 – 170/110 мм.рт.ст. у 26,2% больных в течение 4 – 5 дней.

Переход в полиурический период наступал на 10-13 день болезни. Он характеризовался улучшением самочувствия больных, уменьшением симптомов интоксикации, болевого синдрома, увеличением количества выделяемой мочи. Суточный диурез достигал до 3 – 4 литров, в тяжёлых случаях – до 5 – 6 литров. Наряду с полиурией у больных отмечалась жажда (97,9%), сухость во рту. Полиурия длилась обычно до 15-22 дня болезни, после чего суточный диурез постепенно нормализовался. В стадии полиурии относительно быстро исчезала протеинурия, гематурия, однако нарастала гипоизостенурия до 1000 – 1003. Проба Зимницкого выявляла гипоизостенурию и часто никтурию, что соответствовало картине сохраняющейся тубулопатии. Отмечалась нормализация картины крови, снижались показатели креатинина и мочевины. Несмотря на исчезновение признаков интоксикации, большинство больных беспокоила слабость и быстрая утомляемость в 97,3% случаев, боли в поясничной области - 88,4%, у 9,3% больных наблюдалась субфебрильная температура.

После перенесённой ГЛПС в течение первого месяца в 100% случаев после тяжёлой и в 82% среднетяжёлой формы выявляется постинфекционная астения, у 29% больных наблюдалась артериальная гипертензия, у 72% – нарушения функции почек.

Исследование полиморфизма генов ферментов детоксикации ксенобиотиков у больных ГЛПС и серонегативных доноров в Республике Башкортостан

Учитывая то, что гены детоксикации ксенобиотиков контролируют биотрансформацию и выведение из организма эндогенных и экзогенных токсических соединений, в том числе токсичных микроэлементов, представлялось важным изучить полиморфизм генов детоксикации ксенобиотиков у больных ГЛПС.        

В результате молекулярно-генетических исследований проведенных у  292 больных ГЛПС (127 - с тяжёлой; 165 - со среднетяжёлой формой) и 426 серонегативных по ГЛПС доноров было обнаружено, что гетерозиготный генотип AG полиморфного локуса А313G гена глутатион-S-трансферазы класса (GSTP1), в 1,3 раза чаще встречался у больных (51,4%) по сравнению с контрольной группой (39,2%). Статистический анализ подтверждает наличие достоверных различий по частоте гетерозиготного генотипа между группами и позволяет использовать его в качестве генетического маркера, ассоциированного с повышенным риском развития ГЛПС при уровне отношения шансов OR=1,6 (P=0,001; 95%СI=1,22,2). Кроме того, гетерозиготный генотип АG полиморфного локуса А313G гена глутатион-S-трансферазы класса (GSTP1) достоверно ассоциировался с тяжёлым течением заболевания. Комбинация генотипов в виде 1А2С/АG генов полиморфного локуса А2455G гена цитохрома Р-450 1А1 (CYP1A1) и полиморфного локуса А313G гена глутатион-S-трансферазы класса (GSTP1) встречается только при тяжёлой форме заболевания. Результатом генного полиморфизма является отсутствие соответствующего белкового продукта или появление ферментов с изменённой, как правило, более низкой, чем в норме активностью.

Известно, что если вторая фаза детоксикации не состоится по причине неактивной (мутантной) формы фермента, то не подвергающиеся метаболическим преобразованиям ксенобиотики накапливаются в организме (Вельтищев Ю.Е., 1995). У наблюдавшихся больных высокие концентрации алюминия, свинца, ртути, кадмия, стронция, чаще отмечались при наличии комбинации генотипов CYP1A1 и GSTP1 в виде 1А2С/АG. Приоритетность исследований генов детоксикации при ГЛПС подтверждено патентом.

Микроэлементный статус у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом

Изменения микроэлементного статуса у 185 больных и реконвалесцентов ГЛПС (104 - среднетяжёлой и 81 - с тяжёлой формой) представлены в таблице 1. Контрольную группу составили 64 практически здоровых лиц, сопоставимых по полу и возрасту.

Таблица 1

Содержание микроэлементов в крови при среднетяжёлой

и тяжёлой форме ГЛПС (М±m)

М/э

Тяжесть

заболев.

Периоды заболевания

Контроль

Лихорад

Олигурич

Полиурич

Цинк

мг/л

Сред

0,85±0,06

0,62±0,05*

0,70±0,06*

0,89±0,07

Тяжел

0,69±0,04*

0,44±0,03**

0,58±0,04**

рсред-тяж

р<0,05

р<0,05

р>0,05

Медь

мг/л

Сред

1,23±0,12

1,14±0,11

0,90±0,08

0,98±0,08

Тяжел

1,46±0,14*

1,36±0,11*

0,94±0,07

рсред-тяж

р>0,05

р>0,05

р>0,05

Селен

мкг/л

Сред

86,4±7,1**

49,2±3,5**

62,1±5,3**

115,2±9,1

Тяжел

64,3±6,2**

32,5±3,1**

48,2±4,2**

рсред-тяж

р<0,05

р<0,05

р<0,05

Алюминий

мкг/л

Сред

3,9±0,23**

6,93±0,62**

4,74±0,42**

0,9±0,08

Тяжел

6,7±0,56**

9,8±0,82**

7,2±0,64**

рсред-тяж

р<0,05

р<0,05

р<0,05

Свинец

мг/л

Сред

0,114±0,01*

0,169±0,015**

0,126±0,01*

0,026±0,002

Тяжел

0,234±0,02**

0,265±0,02**

0,179±0,01**

рсред-тяж

р<0,05

р<0,05

р<0,05

Ртуть

мкг/л

Сред

1,76±0,1*

3,88±0,3**

2,13±0,2*

0,41±0,03

Тяжел

2,29±0,2*

8,84±0,8**

5,13±0,5*

рсред-тяж

р<0,05

р<0,05

р<0,05

Кадмий мкг/л

Сред

0,073±0,007*

0,095±0,006*

0,054±0,005*

0,02±0,001

Тяжел

0,097±0,009*

0,12±0,01*

0,078±0,007*

рсред-тяж

р<0,05

р<0,05

р<0,05

Стронций мкг/л

Сред

93,4± 8,2*

156,3± 15,1**

108,6± 10,1*

26,2± 2,1

Тяжел

132,4± 11,2*

216,3± 20,2**

151,2± 14,2*

рсред-тяж

р<0,05

р<0,05

р<0,05

* достоверность при сравнении с аналогичным показателем в контрольной группе р <0,05; ** достоверность при сравнении с аналогичным показателем в контрольной группе р <0,01.

Исследования показали, что концентрация селена в плазме крови в олигурическом периоде в 2,3-3,6 раза меньше, чем в контрольной группе. Причём, снижение концентрации селена при тяжёлой форме ГЛПС было более выражено, чем при среднетяжёлой форме. Возможно, это связано с повреждением тубулярного аппарата, что приводит к нарушению включения селена в молекулы белков. Данный факт соответствует данным научной литературы о функции тубулярных клеток в формировании селенсодержащих белков, в частности в синтезе глютатионпероксидазы плазмы (Zachara B.A. et al., 2001). Снижение концентрации селена в разгар ГЛПС можно объяснить также повышенным его расходом. У больных ГЛПС наблюдается усиление интенсивности процессов липопероксидации, что приводит к усиленному расходу антиоксидантных ферментов, например, глютатионпероксидазы. А селен входит в активный центр глутатионпероксидазы, обеспечивающей разрушение избыточных перекисей в организме. Повышенный расход селена, связан так же со способностью H2Se вступать в реакцию с металлами образуя нерастворимые комплексы, что приводит к снижению токсичности металлов. Детоксикационное действие селена по отношению к металлам может быть связано также со способностью этого микроэлемента восстанавливать дисульфидные связи в белках и SH – группы, которые затем «улавливают» тяжёлые металлы.

Концентрация другого эссенциального микроэлемента – цинка в олигоанурическом периоде ГЛПС, также снижается (р<0,01). При среднетяжёлой форме заболевания концентрация цинка в 1,4 ниже, чем в контрольной группе, а при тяжёлой форме в 2,1 раза. Концентрация цинка снижается, возможно, вследствие повышенного его расхода. Цинк необходим для синтеза антиоксидантного фермента супероксиддисмутазы, который интенсивно расходуется в реакции нейтрализации супероксидного радикала в разгаре ГЛПС. В периоде полиурии концентрация цинка повышается, но остается ниже, чем в контрольной группе. При выписки из стационара цинкдефицитное состояние сохранялось при среднетяжёлой форме у 73%, при тяжелой у 82% пациентов. В период реконвалесценции (через 1 месяц и через 1 год наблюдения) концентрация цинка в сыворотке крови статистически достоверно ниже, чем в контрольной группе и только через 3 года после перенесённой ГЛПС концентрация цинка статистически достоверно не отличается от контрольной группы. Результаты исследований показали, что выраженному дефициту цинка в олигурическом периоде тяжёлой формы ГЛПС соответствует наименьшая ёмкость резерва функциональной активности фагоцитов (r=+0,71; р<0,05). Дефицит цинка отрицательно влияет на Т-систему иммунитета, что проявлялось в достоверном снижении уровня СD3+, СD4+, СD8+, СD4+/СD8+, СD25+, СD71+, HLA-DR+ в цинк дефицитных провинциях (Ковальчук Л.В. и др. 2004). По результатам нашего исследования выяснилось, что во всех стадиях ГЛПС, при любой форме заболевания между цинком и показателями СD3+, СD4+ существует сильная положительная корреляционная связь (от r=+0,86 до r=+0,72; р<0,05). Наши данные согласуются с данными Макаровой Т.П. (2001), изучавшей изменение гомеостаза цинка при тубулоинтерстициальном нефрите и пиелонефрите у детей. Она также выявила прямую корреляционную связь между уровнем цинка и содержанием Т-лимфоцитов и Т-хелперов. Сильная положительная корреляционная связь между цинком и показателями основных субпопуляций лимфоцитов, возможно, связана с ферментативной ролью Zn в синтезе ДНК и делении клеток. Кроме того, тимулин (тимусный гормон), необходимый для созревания Т-лимфоцитов, является цинк-зависимым гормоном. Zn является мощным активатором Т-клеточного иммунитета. Он влияет на пролиферацию и некоторые функции Т-лимфоцитов. Несмотря на то, что у большинства больных ГЛПС показатели основных субпопуляций лимфоцитов в периоде ранней реконвалесценции восстанавливались, у части пациентов уровень СD3+, СD4+ лимфоцитов был низким в сравнении с группой контроля.

Полученные результаты могут объяснить, почему у некоторых реконвалесцентов после выписки из стационара длительное время отмечается дисфункция основных субпопуляций лимфоцитов. Возможно, это связано с дефицитом эссенциальных микроэлементов у реконвалесцентов ГЛПС.

Выраженный дефицит цинка видоизменяет характер распределения свинца между органами и тканями, снижает содержание его в скелете и повышает в печени и почках. Дефицит цинка определяет повышенный выход свинца из паренхимы почек за счёт конкурентных взаимодействий (Макарова Т.П. и др., 2001). Концентрация свинца в олигоурическом периоде среднетяжёлой и тяжёлой формы ГЛПС в 6,5-10,2 раза выше, чем в контрольной группе. В периоде полиурии концентрация свинца в крови уменьшается, но даже при выписке из стационара его концентрация при среднетяжёлой и тяжёлой форме ГЛПС выше, чем в контрольной группе, р<0,05.

Необходимо отметить, что уже в начальной фазе ГЛПС концентрация свинца при тяжёлой форме заболевания была выше, чем при среднетяжёлой форме. В тоже время, концентрация цинка при тяжёлой форме заболевания уже в начальной фазе ГЛПС была ниже, чем при среднетяжёлой форме, р<0,05. Таким образом, можно сделать вывод, что избыточное поступление в организм токсичных микроэлементов, например, свинца становится причиной снижения функциональных резервов организма и способствует более тяжёлому течению ГЛПС. Повышение концентрации Pb на ранней стадии вызывает изменения в клетках эпителия почечных канальцев. При дальнейшем поступлении Pb наступают тяжёлые, необратимые изменения в эпителии канальцев (Балкаров И.М. и др., 1995). Даже относительно небольшое повышение уровня Pb вызывает поражение проксимальных канальцев (Biagini G. et al., 1987). При этом отмечается снижение канальцевой реабсорбции. Высокие концентрации свинца могут приводить к разрушению почечных канальцев и замещению их фиброзной тканью. Всё вышесказанное убедительно показывает, что свинец непосредственно поражает почки. Этим можно объяснить тот факт, что у тех больных, у которых уже в начальном периоде ГЛПС отмечалась повышенная концентрация свинца, в последующем развивалась тяжёлая форма ГЛПС. Кроме непосредственного отрицательного действия на почку свинец обладает выраженным иммуносупрессивным действием. У больных ГЛПС между концентрацией свинца в сыворотке крови и содержанием Т-лимфоцитов и Т-хелперов выявлена отрицательная корреляционная связь (r=-0,41; р<0,05 и  r=-0,61; р<0,05 соответственно). Свинец отрицательно влияет на функциональную активность фагоцитов. Выявлена сильная отрицательная корреляционная связь между концентрацией свинца и ёмкостью резерва функциональной активности фагоцитов (r=-0,74; р<0,05).

Концентрация другого токсичного микроэлемента – стронция в олигоурическом периоде среднетяжёлой и тяжёлой формы ГЛПС в 5,9 – 8,3 раза выше, чем в контрольной группе. Наши данные согласуются с данными Apostolidis N. et al. (1998), которые выявили, что у больных с почечной недостаточностью отмечается накопление стронция в сыворотке крови. В периоде полиурии концентрация стронция, так же как и свинца уменьшается, но даже при выписке из стационара его концентрация при среднетяжёлой и тяжёлой форме ГЛПС выше, чем в контрольной группе, р<0,05. Кроме того, уже с первых дней заболевания ГЛПС концентрация стронция при тяжёлой форме заболевания была выше, чем при среднетяжёлой (р<0,05). Данный факт можно связать с нефротоксическим действием стронция (Argiro G. et al., 1998). Влияние токсичных микроэлементов, в том числе и стронция, проявляется и в том, что даже в самых ничтожных дозах они подавляют ферментативную активность, в частности, путём вытеснения эссенциальных микроэлементов из активных центров ферментов. По данным Файзуллиной Р.А. (2002) роль активаторов ПОЛ выполняют токсичные металлы, в том числе и стронций.

Содержание алюминия повышается в олигурическом периоде, в 7,7-10,8 раза по сравнению с контрольной группой (р<0,05). В основе развития токсических эффектов алюминия, вследствие повышения его концентрации в сыворотке крови, лежат его прооксидантные свойства (Abreo K. et al., 1993). Высокие концентрации Аl в сыворотке крови в олигурическом периоде ГЛПС отрицательно влияют на иммунитет. У больных ГЛПС между концентрацией Аl в сыворотке крови и уровнем TNF- во всех стадиях болезни, при любой форме существует сильная прямая корреляционная связь (от r=+0,76 до r=+0,64; р<0,05). Наши данные согласуются с данными Golub M.S. et al. (1993), которые в экспериментах на мышах, находившихся на искусственно обогащенной алюминием диете, выявили значительное снижение содержания Т-хелперов и синтез Т-лимфоцитами ряда цитокинов, характерных для Th1 клеток.

Содержание кадмия в олигурическом периоде увеличивается в 4,7-5,8 раза по сравнению с контрольной группой (р<0,05). По данным литературы токсический эффект кадмия основывается на вытеснении цинка, меди, селена, кальция и железа из их соединений, активирующих уреазы, аргиназы (Sarkar S. et al., 2000). Кадмий связывает сульфгидрильные группы каталазы, сукцинатдегидрогеназы, глутатионредуктазы, карбоангидразы, алкогольдегидрогеназы, щелочной и кислой фосфатазы, индуцирует перекисное окисление липидов (Нурмухамбетов А.Н. и др., 1989). Ингибирующее иммунный ответ действие кадмия связывают с его способностью замещать ионы магния в составе кальций-зависимой АТФ-азы, что приводит к угнетению её активности. Он уменьшает фагоцитирующую способность макрофагов. Для кадмия, как и для свинца характерно повреждающее действие на эпителий канальцев, особенно проксимальных. Наиболее вероятной причиной действия кадмия на почки, по мнению ряда авторов, является блокирование активности фермента Na–К–АТФ–азы, и как следствие угнетение Na–К–АТФ–азной транспортной системы (Коротков С.М., 1987). По данным Киреевой Е.П. и др. (2006), субхроническая интоксикация крыс кадмием сопровождается выраженными дисциркуляторными нарушениями в клубочках и в интерстиции почки. Почечные клубочки значительно увеличиваются в размерах за счёт резкого полнокровия и отёка, что приводит к сужению или к полному закрытию мочевых пространств. Диаметр проксимальных канальцев значительно снижается в результате интерстициального отёка и инфильтрации.

Сравнивая соотношение элементов антагонистов (Sr/Zn, Pb/Zn) в норме и при патологическом процессе, можно оценить степень дизметаболизма. Так соотношение Pb/Zn в контрольной группе равнялось 0,09; в олигоурическом периоде среднетяжёлой формы ГЛПС – 0,27; а в олигоурическом периоде тяжёлой формы ГЛПС – 0,6. Выявление соотношения Pb/Zn=0,3 и выше в начальном периоде ГЛПС позволяет прогнозировать тяжёлое течение заболевания.

Накопление токсичных микроэлементов в периоде олигурии при ГЛПС можно объяснить тем, что нарушается один из основных путей их выделения – почки (Дельва Ю.В., 1990). В свою очередь все изучаемые токсичные микроэлементы обладают нефротоксичным действием (Сафина А.И., 1996; Скальный А.В., 2004) и усиливают олигурию. Так, Pb непосредственно поражает эпителий почечных канальцев (Балкаров И.М., 1995), при этом повреждаются преимущественно проксимальные канальцы (Bernard A.M., 1995), что проявляется снижением канальцевой реабсорбции (Biagini G., 1987). Интенсивная инфузионная терапия, проводимая при лечении ГЛПС средней и тяжёлой формы, способствует улучшению работы почек и выведению токсичных микроэлементов из организма. Поэтому в период полиурии количество таких токсичных металлов, как кадмий, ртуть в плазме крови уменьшается, а в период реконвалесценции концентрация большинства из них не отличается от концентрации данных микроэлементов в плазме крови в контрольной группе. Однако содержание свинца и стронция в крови значительно медленнее приходит к допустимым показателям. Причём даже в периоде реконвалесценции, через 1 месяц после заболевания, концентрация свинца в плазме крови в 4,6 раза выше, а концентрация стронция в 4,4 раз выше, чем в контрольной группе (p<0,05). Возможно, это связанно с тем, что почки являются основным путём выведения свинца и стронция из организма, а к реконвалесцентному периоду функция почек полностью не восстанавливается.

Содержание витаминов в крови больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом

Исследование концентрации витаминов в крови проведено 154 больным ГЛПС (81 – среднетяжёлой; 73 – тяжёлой формой) и у 136 реконвалесцентов ГЛПС (72 –среднетяжелой и 64 – тяжелой формой) в возрасте 18 – 59 лет. Контрольная группа состояла из 64 практически здоровых лиц соответствующего возраста. При изучении концентрации жирорастворимых витаминов в крови больных и реконвалесцентов ГЛПС установлено, что в разгар заболевания отмечается достоверно низкое количество витаминов-антиоксидантов (табл. 2).

Таблица 2

Средние значения содержания витаминов у больных ГЛПС в зависимости от периода, тяжести заболевания и сезона года (М±m)

Витамин

и сезон

Контр. группа

Тяж

Лихорад

(I)

Олигурич.

(II)

Полиурич.

(III)

рI-II

рII-III

Токоф.

мг/дл

лет-осен

1,31±0,1

(0,8-1,5)

сред

1

0,36±0,03**

0,32±0,03**

0,72±0,06**

р>0,05

р<0,05

тяж

2

0,31±0,03**

0,24±0,02**

0,36±0,03**

р>0,05

р<0,05

р 1-2

р>0,05

р<0,05

р<0,05

Токоф.

мг/дл

зимний

1,16±0,1

(0,8-1,5)

сред

3

0,34±0,02**

0,31±0,03**

0,69±0,05*

р>0,05

р<0,05

тяж

4

0,28±0,04**

0,21±0,02**

0,33±0,02**

р<0,05

р<0,05

р 3-4

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р 1-3

р>0,05

р>0,05

р>0,05

р 2-4

р>0,05

р>0,05

р>0,05

Карот.

мкг/дл

лет-осен

82,2±7,8

(80-230)

сред

5

42,8±4,1*

34,2±2,5**

68,3±5,2

р>0,05

р<0,05

тяж

6

32,4±3,1**

27,5±2,1**

49,2±4,1*

р>0,05

р<0,05

р 5-6

р<0,05

р<0,05

р<0,05

Карот.

мкг/дл

зимний

76,7±7,1

(80-230)

сред

7

38,2±3,2*

32,3±3,1**

54,2±4,3*

р>0,05

р<0,05

тяж

8

29,2±2,3**

23,4±2,2**

38,3±3,3*

р>0,05

р<0,05

р 7-8

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р 5-7

р>0,05

р>0,05

р<0,05

р 6-8

р>0,05

р>0,05

р<0,05

Ретин.

мкг/дл

лет-осен

59,4±5,6

(30-70)

сред

9

43,4±4,1*

39,5±3,8*

39,9±3,1*

р>0,05

р>0,05

тяж

10

29,3±2,6**

27,4±2,1**

28,5±2,5**

р>0,05

р>0,05

р 9-10

р<0,05

р<0,05

р<0,05

Ретин.

мкг/дл

зимний

50,3±5,1

(30-70)

сред

11

36,2±2,9*

28,5±2,3*

32,8±2,9*

р<0,05

р>0,05

тяж

12

27,4±2,6**

21,3±2,1**

24,7±2,5**

р>0,05

р>0,05

р 11-12

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р 9-11

р>0,05

р<0,05

р>0,05

р 10-12

р>0,05

р<0,05

р>0,05

* достоверность при сравнении с аналогичным показателем в контрольной группе, р<0,05; ** достоверность при сравнении с аналогичным показателем в контрольной группе, р<0,01; в скобках указана норма содержания витамина в крови.

Особенно выраженный дефицит выявлен у больных тяжёлой формы заболевания. Данный факт можно объяснить тем, что максимальное значение содержания продуктов пероксидации у больных ГЛПС достигает в период олигурии, с тенденцией к постепенному снижению показателей в последующие периоды (Шайхуллина Л.Р., 2004), а токоферол, ретинол и каротиноиды обладают выраженным антирадикальным действием. Концентрация токоферола в олигурическом периоде при средней тяжести заболевания в 4,1 раза меньше, чем в контрольной группе в летне-осенний сезон года, и в 3,8 раза меньше в зимний сезон. При тяжёлой степени – в 5,7 раза и в 5,5 раза соответственно (табл. 2). В полиурическом периоде концентрация токоферола повышается (р<0,05). Различие по сезонам года в содержании токоферолов в сыворотке крови в лихорадочном и олигурическом периодах не выявлено. Определяется различие в содержании  каротиноидов по сезонам года в полиурическом периоде. Было выявлено, что концентрация токоферолов, каротиноидов и ретинолов в олигурическом периоде наименьшая при всех степенях тяжести заболевания. В периоде полиурии отмечается повышение уровня каротиноидов (р<0,05) при среднетяжёлом и тяжёлом течении заболевания, а ретинол лишь имеет тенденцию к повышению. Возможно, это связанно с тем, что при эндотоксикации  нарушается синтез витамина А из его провитамина. Дефицит витаминов-антиоксидантов при выписке из стационара не был ликвидирован, что согласуется с данными Мирсаевой Г.Х. и др. (2000). Они показали сохранение повышенного содержания продуктов липопероксидации и снижение активности антиокислительной системы организма даже в фазе реконвалесценции у больных среднетяжёлой и тяжёлой формами ГЛПС.

И только к концу года после среднетяжёлой формы ГЛПС концентрация токоферолов и каратиноидов не отличалась от контрольной группы в летне-осенний период (р>0,05), а концентрация ретинола лишь имела тенденцию к повышению. При тяжёлой форме ГЛПС концентрация изучаемых витаминов через год после заболевания была ниже, чем в контрольной группе независимо от сезона года. Возможно, это связано с продолжающимися процессами ПОЛ, вследствие высокой частоты присоединения вторичных осложнений при тяжёлой форме заболевания и действия неблагоприятных экологических и производственных факторов.

Изучение содержания водорастворимых витаминов в крови больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом выявило, что концентрация тиамина в сыворотке крови в лихорадочном периоде ниже, чем в контрольной группе, причем у больных тяжёлой формы ГЛПС содержание витамина «В1» ниже, чем у больных среднетяжёлой формы заболевания (табл. 3). Содержание тиамина в сыворотке крови больных ГЛПС минимально в олигурическом периоде. Была выявлена обратная сильная корреляционная связь между концентрацией витамина В1 и уровнем креатинина в сыворотке крови (r=-0,71, p<0,05) при среднетяжёлой форме, а при тяжелой форме r=-0,84, p<0,05. Физиологическая роль тиамина в организме обусловлена функциями образующегося из него тиаминдифосфата (ТДФ, кокарбоксилаза), который в составе важнейших ферментов углеводно-энергетического обмена – пируватдегидрогеназы, -кетоглютаратдегидрогеназы и транскетолазы обеспечивают бесперебойную работу цикла трикарбоновых кислот (цикла Кребса) и пентозо-фосфатного пути окисления углеводов. Транскетолаза – ключевой тиамин-зависимый фермент неокислительной ветви пентозофосфатного пути. При дефиците витамина В1 возникает недостаточность транскетолазы, вследствие чего происходит накопление молочной и пировиноградной кислот в тканях и крови, что приводит к ацидозу. Таким образом, одной из причин ацидоза, развивающегося при геморрагической лихорадке с почечным синдромом, является дефицит витамина В1, в связи с чем крайне необходимо назначение витамина В1 с лечебной целью. Кроме того, из-за недостаточности ферментов, замедляется синтез липидов, что является причиной дефицита жизненно необходимых простагландинов и лейкотриенов. Следовательно, дефицит витамина В1 может быть одной из причин снижения уровня простагландина Е2 к концу лихорадочного периода и в олигурическом периоде ГЛПС. Снижение концентрации простагландина Е2 в крови в данные периоды ГЛПС было выявлено в ряде исследований (Валишин Д.А., 1999, Мирсаева Г.Х., 1999). В полиурическом периоде концентрация тиамина достоверно повышается, но не достигает нормальных величин вне зависимости от сезона года, и достоверно ниже, чем в контрольной группе. Количество лиц выписанных из стационара с гиповитаминозом витамина В1 при тяжёлой форме заболевания составило 87,4%, а при заболевании средней тяжести 56,4%.

Таблица 3

Средние значения содержания водорастворимых витаминов у больных ГЛПС в зависимости от периода, тяжести заболевания и сезона года (М±m)

Витамин

и сезон

Контр. группа

Тяж

забол

Лихорад

(I)

Олигурич.

(II)

Полиурич.

(III)

РI-II

РII-III

В1

мкг/л

лет-осен

62,2±6,1

(28-85)

сред

1

25,2±2,3**

15,3±1,1**

17,1±1,4**

р<0,05

р>0,05

тяж

2

19,2±1,6**

11,4±0,9**

13,2±0,9**

р<0,05

р>0,05

р1-2

р<0,05

р<0,05

р<0,05

В1

мкг/л

зимний

59,3±5,4

(28-85)

сред

3

22,5±2,1**

13,2±1,1**

15,6±1,2**

р<0,05

р>0,05

тяж

4

16,8±1,3**

10,2±0,8**

12,4±0,9**

р<0,05

р>0,05

р 3-4

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р 1-3

р>0,05

р>0,05

р>0,05

р 2-4

р>0,05

р>0,05

р>0,05

В6

мкг/л

лет-осен

22,3±2,1

(8,7-27,2)

сред

5

12,4±0,8**

8,12±0,7**

10,23±0,7**

р<0,05

р<0,05

тяж

6

9,5±0,6**

6,2±0,5**

7,9±0,5**

р<0,05

р<0,05

р5-6

р<0,05

р<0,05

р<0,05

В6

мкг/л

зимний

19,5±1,4

(8,7-27,2)

сред

7

10,4±1,0**

7,3±0,6**

8,1±0,7**

р<0,05

р>0,05

тяж

8

7,4±0,7**

5,08±0,5**

6,4±0,4**

р<0,05

р<0,05

р 7-8

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р 5-7

р>0,05

р>0,05

р<0,05

р 6-8

р<0,05

р>0,05

р<0,05

С

мкг/мл

лет-осен

12,1±1,1

(4,0-20,0)

сред

9

10,3±0,9

6,2±0,5*

9,9±0,8

р<0,05

р<0,05

тяж

10

7,8±0,6*

4,8±0,4**

6,7±0,6*

р<0,05

р<0,05

р 9-10

р<0,05

р<0,05

р<0,05

С

мкг/мл

зимний

10,4±0,9

(4,0-20,0)

сред

11

8,4±0,7

5,6±0,4*

7,2±0,7*

р<0,05

р>0,05

тяж

12

6,45±0,6*

3,5±0,3**

5,3±0,3*

р<0,05

р<0,05

р 11-12

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р 9-11

р>0,05

р>0,05

р<0,05

р 10-12

р>0,05

р<0,05

р<0,05

* достоверность при сравнении с аналогичным показателем в контрольной группе, р<0,05; ** достоверность при сравнении с аналогичным показателем в контрольной группе, р<0,01; в скобках указана норма содержания витамина в крови.

Концентрация пиридоксина в сыворотке крови больных ГЛПС, так же как и тиамина снижается в олигурическом периоде. Наименьшая концентрация витамина В6 выявлена у больных тяжёлой формы ГЛПС. Витамин В6 в форме образующегося из него в организме пиридоксальфосфата является коферментом многочисленных ферментов азотистого обмена, участвующих в трансаминировании, дезаминировании и декарбоксилировании аминокислот и некоторых их метаболитов (дезаминировании серина, треонина и гомосерина, десульфировании и синтезе цистеина, обмене цистатионина, обмене гомоцистеина и метионина, метаболизме триптофана, во взаимопревращении глицина и серина и др).

Дефицит витамина В6, фолиевой кислоты или витамина В12 ведёт к повышенному содержанию в плазме крови гомоцистеина. Таким образом, выраженный дефицит витамина В6 к концу лихорадочного периода и в олигурическом периоде является одной из причин гипергомоцистеинемии в данные периоды ГЛПС, что было выявлено в исследованиях (Хунафина Д.Х. и др., 2010). Известно, что гомоцистеин может повреждать эндотелий артерий и стимулировать тромбообразование (Thompson J., 2006). Считается, что повышение гомоцистеина в крови, на 2-3 мкмоль/л выше верхней границы нормы может привести к дисфункции эндотелия и увеличению соотношения вазоконстрикторов и вазодилататоров, что ведёт к снижению почечного кровотока и ишемии клубочков (Fischer P.A. et al., 2003).

В нашем исследовании была выявлена обратная сильная корреляционная связь между концентрацией витамина В6 и уровнем креатинина в сыворотке крови (r=-0,73, p<0,05) при среднетяжёлой форме, и r=-0,78, p<0,05 при тяжёлой форме ГЛПС. В полиурическом периоде концентрация пиридоксина повышалась (р<0,05), но оставалась достоверно ниже, чем в контрольной группе. Показатели концентрации витамина В6 у больных тяжёлой и среднетяжёлой формами ГЛПС в зимний период при выписке из стационара не достигали нормальных величин. Количество реконвалесцентов ГЛПС с гиповитаминозом витамина В6 при тяжёлой форме заболевания составило 72,5%, а при заболевании средней тяжести 49,2%.

Концентрация аскорбиновой кислоты в сыворотке крови больных со среднетяжёлой и тяжёлой формами ГЛПС в лихорадочном периоде ниже, чем в контрольной группе, р<0,05. В олигурическом периоде гиповитаминоз аскорбиновой кислоты нарастал, особенно резко при тяжёлом течении болезни. Наши данные согласуются с данными других исследований (Константинов А.А., 1959, Концевая Н.Г. и др., 1970). В периоде полиурии отмечается повышение уровня аскорбиновой кислоты (р<0,05) при среднетяжёлом и тяжёлом течении заболевания, но остаётся достоверно ниже, чем в контрольной группе. Различия по сезонам года в полиурическом периоде достоверно, р<0,05. Количество реконвалесцентов ГЛПС с гиповитаминозом витамина С при тяжёлой форме заболевания составило 54,7% в летне-осенний период и 64,5% в зимний период. При заболевании средней тяжести случаев гиповитаминоза у реконвалесцентов ГЛПС выявлено 44,2% в зимний период и 39,7% в летний период. Выраженный гиповитаминоз аскорбиновой кислоты в лихорадочном и особенно в олигурическом периоде объясняется повышенным её расходом в окислительно-восстановительных реакциях и резко сниженным поступлением с пищей в разгар заболевания.

Все больные получали витаминотерапию. Аскорбиновая кислота назначалась при тяжёлой форме по 5 мл в/в 2 раза в день в течении 10 дней, при среднетяжёлой форме по 5 мл в/в в течении 7 дней. Тиамин назначался в виде кокарбоксилазы при тяжёлой и среднетяжёлой форме по 100 мг в/в 1 раз в сутки в течение 10 дней. Пиридоксин назначался по 2 мл в/м при тяжёлой и среднетяжёлой форме по 10 дней. Таким образом, проводимая общепринятая витаминотерапия у больных среднетяжёлой и тяжёлой формы ГЛПС не приводила к ликвидации развивающихся в течение заболевания гиповитаминозов аскорбиновой кислоты, ретинола, токоферола, тиамина и пиридоксина, что требует дальнейшего их применения в периоде реконвалесценции.

Емкость резерва функционально-метаболической активности полиморфно-ядерных лейкоцитов и её связь с концентрацией микроэлементов у больных ГЛПС

При изучении функциональной активности ПМЯЛ методом хемилюминесценции у  292 больных ГЛПС (127 - тяжёлой; 165 - среднетяжёлой формой) было установлено снижение ёмкости резерва функциональной активности ПМЯЛ, особенно при тяжёлом течении болезни (табл. 4).

В лихорадочном периоде среднетяжёлой и тяжёлой форм ГЛПС отмечается повышение генерации активных форм кислорода, что проявляется в увеличении светосуммы и величины пика спонтанной хемилюминесценции цельной крови, ёмкость резерва функциональной активности ПМЯЛ при этом снижается. У больных тяжёлой формы ГЛПС ёмкость резерва функциональной активности ПМЯЛ ниже, чем у больных средней тяжести, p<0,05 (табл. 4). В олигурическом периоде продолжается повышение светосуммы и максимальной амплитуды медленной вспышки спонтанной хемилюминесценции цельной крови, как при среднетяжёлой, так и при тяжёлой формах ГЛПС, а ёмкость резерва функциональной активности ПМЯЛ продолжает снижаться. Наиболее выраженное падение ёмкости резерва функциональной активности ПМЯЛ отмечается в олигурическом периоде тяжёлой формы ГЛПС (2,85 ± 0,2 у.е.).

Таблица 4

Изменение светосумм, пика хемилюминесценции цельной крови и ёмкости резерва полиморфно-ядерных лейкоцитов в зависимости от периода и тяжести ГЛПС

П-ды

Iсп

у.е.

Iстим

у.е.

Емк.

резер.ПМЯЛ

Sсп

у.е.

Sстим

у.е.

Конт

1,21±0,1

27,5±2,1

21,7±1,9

3,2± 0,3

66,3± 6,5

Лих

сред

2,9±0,2*

38,6±3,8*

12,3±1,1**

12,51±1,2**

148,6± 12,3*

тяж

4,1±0,4**

26,4±2,6

5,5±0,5**

16,2± 1,4**

112,5± 10,5*

рср-тяж

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р<0,05

Олиг

сред

3,86±0,3**

36,7±3,7*

8,5±0,8**

17,7± 1,8**

139,4± 12,1*

тяж

4,6±0,4**

17,3±1,6*

2,85±0,2**

19,4± 1,6**

106,7± 9,5*

рср-тяж

р>0,05

р<0,05

р<0,05

р>0,05

р<0,05

Пол

сред

2,4±0,2*

29,43±2,9

11,3±1,1**

11,04±1,2**

131,2± 12,1*

тяж

3,2±0,3*

14,1±1,4*

3,4±0,4**

14,7± 1,3**

98,9± 8,7*

рср-тяж

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р<0,05

* достоверность при сравнении с аналогичным показателем в контрольной группе, р<0,05; ** достоверность при сравнении с аналогичным показателем в контрольной группе, р<0,01.

В полиурическом периоде отмечается снижение светосуммы и максимальной амплитуды медленной вспышки спонтанной и индуцированной хемилюминесценции, а индекс индукции повышался. Емкость резерва функциональной активности ПМЯЛ в полиурическом периоде была ниже, чем в контрольной группе (р<0,01), особенно при тяжёлой форме ГЛПС. Корреляционный анализ между ёмкостью резерва функциональной активности ПМЯЛ и концентрацией микроэлементов в крови больных ГЛПС при среднетяжёлой форме показал наличие средней прямой связи с концентрацией цинка r=+0,54, (р<0,05); селена r=+0,52 (p<0,05); обратной средней связи концентрации свинца с ёмкостью резерва функциональной активности ПМЯЛ r=-0,64 (p<0,05); алюминия r=-0,67 (p<0,05). При тяжёлой форме ГЛПС степень корреляции между ёмкостью резерва функциональной активности ПМЯЛ и концентрацией микроэлементов в крови увеличивалась, выявлялись новые  корреляционные связи: выявлена прямая сильная связь с концентрацией цинка r=+0,72 (p<0,05); селена r=+0,71 (p<0,05); обратная сильная связь с уровнем свинца r=-0,79 (p<0,05); алюминия r=-0,76 (p<0,05); и средняя обратная связь с кадмием r=-0,64, (p<0,05).

Одной из причин выявленной зависимости между токсичными микроэлементами и ёмкостью резерва функциональной активности ПМЯЛ возможно, является то, что токсичные микроэлементы усиливают свободнорадикальное окисление, повышают расход ферментов антиоксидантной защиты (супероксиддисмутазы и глутатионпероксидазы), а значит и эссенциальных микроэлементов (селена и цинка), которые входят в активный центр этих ферментов. Это в конечном итоге приводит к снижению функциональных резервов организма и способствует более тяжёлому течению ГЛПС.

Циркулирующие цитокины у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом

Изучение уровня про- и противовоспалительных цитокинов в крови в зависимости от степени тяжести болезни, периода заболевания и выраженности основных клинических синдромов проведено у  292 больных ГЛПС (из них 127 - тяжёлой; 165 - среднетяжёлой формой) и 249 реконвалесцентов (108 – тяжелой; 141 – среднетяжелой формой). Исследование показало подъём содержания TNF- в лихорадочном периоде ГЛПС при среднетяжёлой форме в 13,1 раза, при тяжёлой форме ГЛПС в 18,6 раз выше показателей контрольной группы. В олигурическом периоде выявлено дальнейшее нарастание уровня TNF- как при среднетяжёлой форме, так и при тяжёлой форме ГЛПС. В периоде полиурии содержание TNF- уменьшалось, оставаясь значительно выше, чем в контрольной группе при среднетяжёлой форме, и при тяжёлой форме (табл. 5).

Таблица 5

Содержание циркулирующих цитокинов у больных ГЛПС в зависимости от периода и тяжести болезни (М±m)

Период

Форма

тяжести

INF -

пг/мл

TNF -

пг/мл

IL – 2

пг/мл

IL – 4

пг/мл

IL – 10

пг/мл

Контроль

10,2± 1,15

2,4 ±0,2

7,8± 0,71

3,64± 0,32

12,2 ± 1,1

Лихорорад

Средн

8,5 ± 0,6

31,4±2,5*

7,1± 0,6

5,13±0,5

40,6± 3,4*

Тяжел

6,94±0,5*

44,6±3,2*

5,4±0,5*

7,94±0,7*

51,8 ± 4,1*

рср-тяж

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р<0,05

Олигуруич

Средн

5,87±0,5*

69,6±5,3*

4,23±0,4*

8,82±0,8*

66,4 ± 4,5*

Тяжел

4,42±0,4*

89,4±6,2*

3,07±0,3*

11,69± 1,1

81,9 ± 6,1*

рср-тяж

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р<0,05

Полиурурич

Средн

6,92±0,6*

45,3±4,1*

5,51±0,5*

10,91±1,1*

72,3 ± 4,4*

Тяжел

4,52±0,3*

61,2±5,2*

4,14±0,4*

15,42±1,4*

86,9 ± 5,3*

рср-тяж

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р<0,05

р<0,05

Реконвалесц

Средн

7,85 ± 0,6

28,8 ±1,1*

6,2±0,5

8,96± 0,8*

29,4 ± 2,3*

Тяжел

5,24±0,4*

39,3±3,2*

5,24±0,4*

10,34±0,9*

46,4 ± 4,2*

рср-тяж

р<0,05

р<0,05

р>0,05

р>0,05

р<0,05

*  достоверность при сравнении с аналогичным показателем в контрольной группе. р<0,05.

Следует отметить, что даже через месяц после выписки из стационара уровень TNF- был выше, чем в контрольной группе, особенно у реконвалесцентов тяжёлой формы ГЛПС. Наиболее высокий уровень TNF- выявлен у больных с выраженным почечным и геморрагическим синдромом. Выявлена прямая средняя корреляционная связь между уровнем TNF- и мочевиной при среднетяжёлой и тяжёлой форме ГЛПС (r=+0,51, p<0,05 и r=+0,58, p<0,05 соответственно). Установлена прямая средняя корреляционная связь между уровнем TNF- и креатинином при среднетяжёлой и тяжёлой формах ГЛПС (r=+0,56, p<0,05 и r=+0,61, p<0,05 соответственно). Прямая корреляция концентрации TNF- с тяжестью течения ГЛПС согласуется с данными других авторов (Валишин Д.А. и др., 2003, Avsic–Zupanc T. et al., 2001).

Локальные эффекты TNF- состоят в том, что он, активизируя поверхность эндотелия, инициирует свёртывание крови и выпадение фибрина в сосудах микроциркуляторного русла (Хаитов Р.М. и др., 2000). При выбросе в кровь значительного количества TNF- развиваются системные эффекты в виде вазодилятации, падении артериального давления, повышения проницаемости сосудов и выходе плазмы во внесосудистое пространство, развития ДВС–синдрома, органной недостаточности почек, печени, сердца и лёгких в результате нарушения их перфузии. TNF- непосредственно действует на клетки гипоталамуса, индуцируя высокую лихорадку и т.д. (Фрейдлин И.С., 2001, Barera P. et al., 2001). Сосудистый эндотелий является мишенью для многих цитокинов, а для ранних макрофагальных TNF-, IL-1, IL-6, IFN- одновременно и их источником.

Анализ содержания провоспалительного цитокина IFN- выявил совершенно другую динамику в отличие от TNF-. В лихорадочном периоде при тяжёлой форме ГЛПС уровень IFN- составил 6,94±0,5 пг/мл, что ниже показателей контрольной группы, (р<0,01). В олигурическом периоде выявлено дальнейшее снижение уровня IFN- как при среднетяжёлой форме, так и при тяжёлой форме ГЛПС. В периоде полиурии продукция IFN- несколько повышалась при среднетяжёлой форме, и практически не изменялась при тяжёлой форме. У реконвалесцентов тяжёлой формы ГЛПС через месяц после выписки из стационара уровень IFN- был ниже, чем в контрольной группе (р<0,05). Снижение продукции IFN- указывает на сниженную активность Т-хелперов и NK-клеток продуцирующих данный цитокин, в то же время низкие концентрации IFN- могут объясняться, как его преимущественным содержанием в тканях, так и быстрым разрушением. Наиболее низкие уровни IFN- были выявлены при ОПН. Известно, что активация противовирусного иммунитета осуществляется с участием IFN-. Таким образом, снижение продукции IFN- уже в лихорадочном периоде, представляет реальную угрозу для неконтролируемой репликации вируса и развития более тяжёлой формы ГЛПС.

Уровень IL-2, важного медиатора иммунитета, особенно клеточного в лихорадочном периоде среднетяжёлой формы ГЛПС не отличался от контрольной группы, а при тяжёлой форме снижался (5,4±0,5 пг/мл, р<0,05). В олигурическом периоде выявлено снижение уровня IL-2, р<0,05. В полиурическом периоде концентрация IL-2 у больных ГЛПС оставалась ниже, чем в контрольной группе, несмотря на повышение его уровня как при среднетяжёлой – 5,51±0,5 пг/мл, р<0,05, так и при тяжёлой форме ГЛПС – 4,14±0,4 пг/мл, р<0,05. К периоду реконвалесценции уровень IL-2 не отличался от контрольной группы при среднетяжёлой форме ГЛПС, но у больных тяжёлой формой был снижен, р<0,5. Основным биологическим эффектом IL-2 является стимуляция пролиферации Т- и NK-клеток. Следовательно, низкий уровень IL-2 является одним из факторов снижения количества СD3+ и СD16+ Т-лимфоцитов в период разгара ГЛПС, что было выявлено ранее.

Анализ содержания противовоспалительного цитокина IL-4 в сыворотке крови больных ГЛПС выявил отличную от TNF- и IFN- динамику. При тяжёлой форме ГЛПС уровень IL-4 в лихорадочном периоде составил 7,94±0,7 пг/мл, что выше показателей контрольной группы (р<0,05). В олигурическом периоде выявлено нарастание уровня IL-4 как при среднетяжёлой форме, так и при тяжёлой формах ГЛПС. В периоде полиурии отмечалось дальнейшее увеличение уровня IL-4. К периоду реконвалесценции уровень IL-4 снижался, но оставался выше показателей контрольной группы, р<0,05. IL-4 является основным цитокином, обуславливающим дифференцировку CD4+ клеток в направлении Th2. Данный цитокин оказывает противовоспалительное действие, подавляя функцию макрофагов и секрецию ими провоспалительных цитокинов. Возможно, с этим связан дефицит INF-, более выраженный у больных тяжёлой формы ГЛПС. Кроме того, повышение уровня IL-4 к периоду полиурии способствует снижению активности провоспалительного цитокина TNF- и ограничению воспалительного процесса.

Анализ концентрации противовоспалительного цитокина IL-10 выявил повышение его уровня в лихорадочном периоде ГЛПС (табл. 5). В олигурическом периоде отмечается нарастание уровня IL-10. В периоде полиурии его концентрация продолжала увеличиваться и была выше, чем в контрольной группе, при среднетяжёлой форме и тяжёлой форме ГЛПС, р<0,05. У реконвалесцентов ГЛПС, через 1 месяц после выписки из стационара, уровень IL-10 был выше, чем в контрольной группе как при среднетяжёлой, так и при тяжёлой формах ГЛПС (29,4±2,3 пг/мл, р<0,01 и 46,4±4,2 пг/мл, р<0,01 соответственно). Интерлейкин-10 является ингибитором активности макрофагов, в том числе и их функционирования в роли антигенпредставляющих клеток, следовательно, IL-10 ингибирует Т-лимфоцитарные реакции, что ведёт к снижению продукции провоспалительных цитокинов, в том числе INF-. Повышение уровня IL-4 и IL-10 к полиурическому периоду свидетельствуют о снижении активности клеточного иммунного ответа и доминирования в последующем гуморального типа иммунитета, включая продукцию специфических антител.

Полученные данные мониторинга цитокинов у больных ГЛПС, показывают значение дисбаланса цитокинов в патогенезе ГЛПС. Повышение уровня TNF- в лихорадочном периоде и нарастание его в период олигурии закономерно, так как он опосредует многие гематологические и метаболические сдвиги, характерные для ответа организма на внедрение вируса: лихорадку, синтез острофазных белков, усиление процессов коагуляции, повышение проницаемости клеточных мембран, массивную капиллярную «протечку» (плазморрею). Фактор некроза опухолей - влияет на эндотелий, усиливает экспрессию на нём молекул адгезии, макрофагов, нейтрофилов, усиливает секрецию простагландинов, оказывает хемотаксическое действие на различные клетки. В отличие от TNF-, другой провоспалительный цитокин IFN- снижался в лихорадочном периоде и был минимален в олигурическом периоде, особенно при тяжёлой форме ГЛПС. Наиболее низкие уровни IFN- были выявлены при таких осложнениях ГЛПС, как острая почечная недостаточность, ДВС-синдром, инфекционно-токсический шок. Низкий уровень IFN- можно объяснить снижением концентрации IL-2, которое отмечалось уже в лихорадочном периоде и было более выражено при тяжёлой форме ГЛПС. Известно, что продукция IFN- усиливается под влиянием IL-2. На снижение уровня IFN-, возможно, влияет повышение секреции противовоспалительных цитокинов IL-4 и IL-10, которое было выявлено, начиная с лихорадочного периода, увеличивалось в олигурическом периоде и достигало максимума в полиурическом периоде.

Корреляционные связи основных показателей клеточного иммунитета, цитокинов, витаминов и микроэлементов у больных ГЛПС

При исследовании субпопуляционного состава лимфоцитов было выявлено, что у больных среднетяжёлой формы ГЛПС в периоде максимально выраженных клинических проявлений (олигурическом) наблюдается снижение абсолютного числа Т-клеток (СD3+), субпопуляции хелперов/индукторов (СD4+). В периоде полиурии отмечается увеличение данных субпопуляций лимфоцитов по сравнению с олигурическим периодом (р<0,05). Снижение СD3+и СD4+ лимфоцитов, по-видимому, связано с активной миграцией этих клеток в очаг воспаления.

У больных тяжёлой формой ГЛПС в олигурическом периоде наблюдается уменьшение абсолютного числа Т-клеток (СD3+), субпопуляции хелперов/индукторов (СD4+) и иммунорегуляторного индекса по сравнению с контрольной группой и  снижение числа субпопуляций натуральных киллеров (СD16+). В полиурическом периоде тяжёлой формы ГЛПС отмечается увеличение изучаемых субпопуляций лимфоцитов.

Таким образом, изменения субпопуляций лимфоцитов у больных ГЛПС зависят от степени тяжести и периода заболевания.

Анализ корреляционных связей между показателями иммунитета и концентрациями витаминов Е, А, С, В1 и В6 у больных среднетяжёлой формы ГЛПС, выявил следующее: между витамином А и уровнем Т-лимфоцитов выявлена прямая сильная связь r=+0,71 (p<0,05); ретинол находится в прямой сильной связи с уровнем Т-лимфоцитов-хелперов в сыворотке крови r=+0,72 (p<0,05); витамин А находится в прямой средней связи с натуральными киллерами r =+0,57 (p<0,05); уровень витамина А находится в прямой средней связи с уровнем ёмкости резерва функциональной активности фагоцитов r=+0,55 (p<0,05); между витамином А и уровнем IF- существует прямая средняя связь r=+0,56 (p<0,05); ретинол находятся в прямой средней связи с уровнем IL-2 r=+0,51 (p<0,05); между содержанием токоферола в крови и уровнем натуральных киллеров определяется прямая средняя связь r=+0,58 (p<0,05); токоферол и IL-2 связаны прямой средней связью r=+0,52 (p<0,05); витамин Е находится в сильной обратной связи с TNF- r=-0,71 (p<0,05); выявлена прямая средняя связь между концентрацией токоферола уровнем ёмкости резерва функциональной активности фагоцитов r=+0,57 (p<0,05); прямая средняя связь между концентрацией тиамина и уровнем естественных киллеров r=+0,48 (p<0,05;) между уровнем пиридоксина и содержанием естественных киллеров в крови определяется прямая средняя связь r=+0,46 (p<0,05); витамин B6 находится в прямой средней связи с уровнем IL-2 r=+0,67 (p<0,05); между витамином С и уровнем естественных киллеров выявлена прямая сильная связь r=+0,72 (p<0,05); аскорбиновая кислота и IF- связаны прямой средней связью r=+0,62 (p<0,05); уровень аскорбиновой кислоты находится в прямой средней связи с уровнем ёмкости резерва функциональной активности фагоцитов r=+0,61 (p<0,05).

У больных тяжёлой формы ГЛПС обнаружено усиление корреляционных связей, то есть усиление зависимости между токоферолом, ретинолом, аскорбиновой кислотой, тиамином, пиридоксином и показателями иммунитета.

Одной из причин усиления зависимости между уровнем  витаминов Е, А, С, В1, В6 и представленными показателями иммунитета, возможно, является усиление процессов перекисного окисления липидов у больных тяжёлой формы ГЛПС требующих большего расхода витаминов антиоксидантов. Важное значение токоферола, ретинола и аскорбиновой кислоты для иммунитета связано с их антиоксидантными свойствами и защитой мембраны фагоцитов от разрушающего действия свободнорадикальных форм кислорода. Витамин B6, необходим для синтеза цистеина – аминокислоты, концентрация которой лимитирует биосинтез глутатиона, то есть опосредованно влияет на антиоксидантную защиту. Недостаточность витамина B6 вызывает подавление синтеза цистеина и глутатиона в лимфоцитах, что в конечном итоге приводит к снижению синтеза IL-2.

Наши данные о связи витаминов А, С, Е и B6 с показателями иммунитета  согласуются с исследованиями других авторов (Альбанова В.И. и др., 1996; Плецитый К.Д., 1997; Спиричев В.Б., 2004).

По данным литературы ретиноиды способны стимулировать киллерную активность и пролиферацию Т-лимфоцитов, изменяя субпопуляционные соотношения этих клеток в сторону преобладания Т-хелперов (Альбанова В.И. и др., 1996). Дополнительное введение α-токоферола повышает активность естественных киллеров (Плецитый К.Д. и др., 1984), тормозит развитие некоторых аутоиммунных реакций (Вилков Г.А. и др., 1987), стимулирует секрецию Т-лимфоцитами цитокина IL-2, активирующего пролиферацию как Т-, так и В-лимфоцитов (Плецитый К.Д. и др., 1987).

Анализ корреляционной связи между концентрацией витамина А и каротиноидами выявил сильную прямую связь (r=+0,71, р<0,02) в контрольной группе, резкое ослабление данной связи у больных среднетяжёлой формы ГЛПС, и исчезновение связи между А и каротиноидами у больных тяжёлой формы ГЛПС. Таким образом, при нарастании тяжести ГЛПС нарушалось образование ретинола из каротиноидов, либо усиливался расход ретинола больше, чем каротиноидов.

При анализе корреляций между концентрацией микроэлементов и показателями иммунитета у больных среднетяжёлой формы ГЛПС, установлено следующее: между цинком и уровнем Т-лимфоцитов-хелперов существует прямая сильная связь r=+0,75 (p<0,05); концентрация цинка находится в прямой связи с уровнем Т-лимфоцитов r=+0,73 (p<0,05) и натуральных киллеров r=+0,64 (p<0,05); между содержанием цинка уровнем IL-2 существует прямая средняя связь r=+0,68 (p<0,05); цинк находится в сильной обратной связи с TNF- r=-0,71 (p<0,05); селен и IL-2 связаны прямой сильной связью r=+0,7 (p<0,05); выявлена прямая сильная связь между концентрацией селена и натуральными киллерами r=+0,71 (p<0,05); обратная сильная связь между концентрацией алюминия и уровнем IF- r=-0,72 (p<0,05); алюминий находится в сильной прямой связи с TNF- r=+0,74 (p<0,05); между алюминием и уровнем Т-лимфоцитов определена отрицательная средняя связь r=-0,53 (p<0,05); концентрация алюминия находится в отрицательной средней связи с уровнем Т-лимфоцитов-хелперов r=-0,57 (p<0,05) и с уровнем натуральных киллеров r=-0,55 (p<0,05); между кадмием и уровнем натуральных киллеров выявлена отрицательная сильная связь r =-0,71 (p<0,05); между концентрацией свинца и уровнем TNF- выявлена положительная средняя связь  r=+0,61 (p<0,05); уровень свинца находится в отрицательной средней связи с уровнем натуральных киллеров r =-0,67 (p<0,05), уровнем Т-лимфоцитов r =-0,65 (p<0,05) и с уровнем Т-лимфоцитов-хелперов r =-0,72 (p<0,05). У больных тяжёлой формы ГЛПС отмечалось усиление выявленных корреляционных связей, т.е. сильнее прослеживалось влияние нарушения микроэлементного баланса на показатели иммунитета.

Сильная положительная корреляционная связь между цинком и показателями основных субпопуляций лимфоцитов, возможно, связана с ферментативной ролью Zn в синтезе ДНК и делении клеток. Кроме того, тимулин (тимусный гормон), необходимый для созревания Т-лимфоцитов является цинкзависимым гормоном. Zn является мощным активатором Т-клеточного иммунитета. Он влияет на пролиферацию, и некоторые функции Т-лимфоцитов.

Несмотря на то, что у большинства больных ГЛПС показатели основных субпопуляций лимфоцитов в периоде ранней реконвалесценции восстанавливались, у части пациентов уровень СD3+, СD4+ и СD16+ лимфоцитов был низким в сравнении с группой контроля. Полученные результаты могут объяснить, почему у некоторых реконвалесцентов после выписки из стационара длительное время отмечается дисфункция основных субпопуляций лимфоцитов. По-видимому, это связано с дисбалансом витаминов и микроэлементов у реконвалесцентов ГЛПС.

Клинико-иммунологическое обоснование применения имунофана в комплексной терапии геморрагической лихорадки с почечным синдромом

Учитывая полученные данные о состоянии некоторых показателей клеточного иммунитета и антиоксидантной защиты, обосновывают включение в комплексную терапию ГЛПС препаратов, обладающих иммуномодулирующим и антиоксидантным свойством. Отсутствие побочных эффектов и токсичности, а так же сочетание иммуномодулирующих и антиоксидантных свойств (Лебедев В.В. и др., 1996; Тутельян А.В., 2004; Мухамадиева Л.Р. и др., 2009) послужило основанием применения имунофана в качестве патогенетической и иммуномодулирующей терапии при ГЛПС.

Лечение имунофаном проведено 65 больным ГЛПС, из них 32 со среднетяжёлой формой и 33 – с тяжёлой. Контрольную группу составили 63 больных ГЛПС получавших базисную терапию, из них 31 – со среднетяжёлой и 32 – с тяжёлой. Имунофан назначался в дозе 50 мкг/мл внутримышечно один раз в сутки, через день №10, начиная с олигурического периода, после предварительного получения письменного согласия больного на проведение терапии данным препаратом.

В качестве критериев эффективности фармакотерапевтического воздействия имунофана были использованы следующие критерии: 1. Клинические: длительность лихорадки, болевого синдрома, продолжительность олигурии и протеинурии; 2. Биохимические: пиковые уровни мочевины и креатинина; 3. Иммунологические: субпопуляционный состав лимфоцитов крови, определение цитокинового профиля, ёмкости резерва фагоцитов и индекса индукции фагоцитов в динамике заболевания.

Результаты клинических и биохимических показателей в сравниваемых группах представлены в таблицах 6 и 7.

Результаты лечения показали, что у пациентов принимавших «Имунофан» в 1,4-1,6 раза укорачивался лихорадочный период, в 1,38-1,72 раза короче был период олигурии при тяжёлой и среднетяжёлой формах ГЛПС. Длительность болевого синдрома (головная боль, боль в животе, боль в пояснице) также имела значимые различия в обеих группах (табл. 6).

Таблица 6

Клинические критерии эффективности применения имунофана у больных среднетяжёлой и тяжёлой формах ГЛПС (М±m)

Показатели

Среднетяжёлая форма ГЛПС

Тяжёлая форма ГЛПС

компл. терап. с имунофаном

базисная

терапия

компл. терап. с имунофаном

базисная

терапия

Лихорадка

5,9±0,9**

9,5±0,35

6,1±0,5**

10,2±0,2

Слабость

9,6±0,7*

11,4±0,12

10,5±0,4*

15,4±0,3

Тошнота

2,9±0,2**

5,1±0,3

4,6±0,5

5,2±0,6

Рвота

2,3±0,3**

4,3±0,24

3,4±0,2*

5,6±0,92

Головная боль

5,9±0,41**

9,3±0,47

6,7±0,4

7,2±0,45

Боль в животе

3,8±0,43*

5,6±0,78

5,4±0,42*

7,5±0,71

Боль в пояснице

5,2±0,36**

9,2±0,56

7,4±0,25**

9,6±0,4

Олигурия

2,5±0,23*

4,3±0,3

5,2±0,6*

7,2±0,2

Протеинурия

8,6±0,5*

11,5±0,42

10,2±0,43**

14,3±0,62

* статистически достоверное различие показателей у больных, получавших комплексную терапию с имунофаном и у больных на стандартной терапии  р<0,05;

Пиковые показатели мочевины в группах больных, получавших «Имунофан», были в 1,3-2,0 раза меньше, чем в контрольных группах. Пиковые уровни креатинина в 1,5-1,9 раза были ниже на фоне терапии «Имунофаном», чем в группах на стандартной терапии (табл. 7).

Таблица 7

Пиковые показатели креатинина и мочевины в крови больных среднетяжёлой и тяжёлой формой ГЛПС в зависимости от метода лечения (М±m)

Показатели

Среднетяжёлая форма ГЛПС

Тяжёлая форма ГЛПС

компл. терап. с имунофаном

базисная

терапия

компл. терап. с имунофаном

базисная

терапия

Мочевина

12,5±0,34**

25,3±0,52

26,6±1,1**

33,2±1,2

Креатинин

249,6±4,7**

368,3±9,2

492,3±21,4**

956,4±18,35

* статистически достоверное различие показателей у больных, получавших комплексную терапию с имунофаном и у больных на стандартной терапии  р<0,05;

Исследование иммунологических показателей выявило, что у больных ГЛПС, получавших комплексное лечение с включением имунофана отмечалась положительная динамика иммунограммы (табл. 8). На фоне применения «Имунофана» отмечался рост показателей неспецифической резистентности: увеличивалась ёмкость резерва функциональной активности фагоцитов и повышался индекс индукции, р<0,05. При сравнительной оценке показателей иммунофенотипирования лимфоцитов до и после применения «Имунофана», отмечалось увеличение количества общих Т-лимфоцитов (СD3+), хелперов/индукторов (СD4+), иммунорегуляторного индекса. Анализ динамики содержания цитокинов в сыворотке крови у больных ГЛПС на фоне применения «Имунофана» выявил значительное снижение уровней TNF-, IL-4, IL-10 и повышение уровней INF- и IL-2 после проведения иммуномодулирующей терапии в сравнении с показателями подгруппы, не получавшей иммуномодулятор, р<0,05.

Таблица 8

Иммунологический статус больных среднетяжелой и тяжелой формы ГЛПС на фоне комплексной терапии с включением имунофана и базисной терапии (М±m)

Показатели

Здоровые

Тяж

Компл. терап. с имунофаном

Базисная терапия

Олигурич

Полиурич

Олигурич

Полиурич

Sсп  у.е.

3,2± 0,2

сред

18,1± 1,8**

6,8±0,6*#

17,5±1,3**

11,6±1,1**

тяж.

19,2± 1,4**

8,2± 0,51*#

19,7±1,8**

13,2± 1,2**

Sстим у.е.

66,3± 1,1

сред

139,1± 4,4**

119,3± 1,8**

135,6±6,2**

123,6±9,5**

тяж.

105,9± 4,3**

122,4± 6,8**#

106,8± 5,8**

99,6±6,2*

Индекс  ндукции

20,7± 1,6

сред

7,69± 0,3**

17,5±1,2#

7,7± 0,5**

10,7± 0,9**

тяж.

5,51± 0,9**

14,8± 1,2*#

5,4± 0,4**

7,5± 0,7**

Емк резер фагоцит.

21,7± 0,6

сред

8,8± 0,3**

16,9± 1,5*#

8,2± 0,5**

10,8± 0,9**

тяж.

2,83± 0,1**

15,2± 1,2*#

2,6± 0,2**

5,6± 0,5**

СD3+,  %

61,93±1,18

сред

47,83±1,23*

59,7± 1,42#

48,5±2,4*

52,4±2,5*

тяж.

42,55±1,19**

58,8± 1,24#

44,2±1,3**

48,9±1,2**

СD4+,  %

44,18±0,53

сред

30,6±0,28*

45,4± 0,4#

30,9±1,5*

38,1±1,6*

тяж.

26,8±0,69**

43,3± 0,65#

25,9±1,3**

33,5±0,75**

СD8+,  %

29,4±0,61

сред

37,6±0,43*

30,1±0,5#

36,1±0,4*

34,1±0,6*

тяж.

38,9±0,42**

32,5± 0,4*#

38,7±0,52**

35,4±0,4*

СD16+,  %

12,24±0,12

сред

12,8±0,27

13,9±0, 4*

11,8±0,3

12,1±0,1

тяж.

11,5±0,42

14,5± 0,23*#

11,9±0,31

12,9±0,6

ИРИ

1,5±0,24

сред

0,81±0,05*

1,51±0,1#

0,86±0,06*

1,13±0,1

тяж.

0,69±0,03*

1,33± 0,1#

0,67±0,04*

0,94±0,08*

INF -

пг/мл

11,2±1,15

сред

5,94±1,37*

9,23±0,8#

5,7±0,4*

6,8±0,3*

тяж.

4,38±1,15*

6,9± 0,5*#

4,5±0,3*

5,2±0,3*

TNF -

пг/мл

2,4±0,45

сред

47,4±2,9**

30,2±1,3**#

68,9±6,3**

46,1±3,9**

тяж.

89,8±3,34**

45,2±1,2**#

90,1±7,2**

59,4±2,3**

IL – 2

пг/мл

7,8±0,36

сред

4,29±0,28*

6,8±0,4#

4,13±0,3*

5,6±0,2*

тяж.

3,7±0,4*

5,7± 0,4*#

3,1±0,2*

4,2±0,3*

IL – 4

пг/мл

3,64±0,52

сред

8,84±0,7**

9,7±0,5**#

8,9±0,5**

11,2±0,4**

тяж.

11,7±0,5**

13,2± 0,4**#

11,5±0,7**

15,3±0,9**

IL – 10

пг/мл

12,2±0,75

сред

55,9±1,52**

56,7±2,4**#

56,7±2,4**

66,8±3,7**

тяж.

66,9±2,5**

69,5± 2,1**#

67,1±3,2**

78,7±3,8**

* статистически достоверное различие со здоровыми, р<0,05; ** статистически достоверное различие со здоровыми, р<0,01; # статистически достоверное различие показателей у больных, получавших комплексную терапию с имунофаном и у больных на базисной терапии  р<0,05.

Таким образом, имеющиеся нарушения иммунологического статуса у больных ГЛПС, положительная клинико-иммунологическая динамика на фоне лечения имунофаном, определяет целесообразность применения данного препарата в комплексной терапии среднетяжёлых и тяжёлых форм ГЛПС.

Клинико-иммунологическое обоснование применения имунофана и витаминно-минерального  комплекса  в реабилитации больных ГЛПС

Учитывая то, что у реконвалесцентов ГЛПС отмечается полигиповитаминоз, дисмикроэлементоз, нарушения в иммунологическом статусе, необходима дальнейшая коррекция выявленных нарушений. Для коррекции витаминно-микроэлементного дисбаланса назначали витаминно-минеральный комплекс в виде витрум антиоксиданта и мильгамы. Витрум антиоксидант назначался по 1 таблетке 1 раз в день, в течении 4 недель и мильгама –  по 2мл в/м ежедневно №10, затем по 1 драже 1 раз в день в течении 30 дней. Иммуномодулятор имунофан назначали в дозе 50 мкг/мл внутримышечно один раз в сутки, через день № 10.

Первую основную  группу составили 71 реконвалесцентов ГЛПС, получавших дополнительно к базисной терапии витаминно-минеральный  комплекс (ВМК), из них 35 – со среднетяжелой и 36 – с тяжелой формой. Вторую основную  группу составили 75 реконвалесцентов ГЛПС, получавших дополнительно к базисной терапии витаминно-минеральный  комплекс и имунофан, из них 37 – со среднетяжелой и 38 – с тяжелой формой. Группу сравнения составили 65 реконвалесцентов ГЛПС, получавших базисную терапию, из них 32 – со среднетяжелой и 33 – с тяжелой формой заболевания. 

Исследования показали, что введение  имунофана, мильгамы и витрум антиоксиданта в состав комплексной терапии способствовало более благоприятному клиническому течению реконвалесцентного периода ГЛПС: быстрее прошли такие симптомы, как повышенная умственная и физическая утомляемость, слабость, нарушение концентрации внимания, чувство усталости утром, головная боль в сравнении с группами, получавшими базисную терапию р<0,05.

Результаты исследований иммунологических показателей, витаминов и эссенциальных микроэлементов на фоне различных методов лечения  представлены в таблице 9. Выявлено увеличение количества Т-лимфоцитов (СD3+),  хелперов/индукторов (СD4+), натуральных  киллеров (СD16+); и снижение  супрессоров (СD8+), более значимое в  группе реконвалесцентов, получавших дополнительно к базисной терапии ВМК + имунофан. Причем, в данной группе количество изучаемых субпопуляций лимфоцитов практически не отличалось от показателей здоровых лиц. 

Анализ динамики уровня циркулирующих цитокинов у реконвалесцентов среднетяжелой и тяжелой формы ГЛПС на фоне применения имунофана и витамино-минерального комплекса выявил значительное снижение уровней TNF–, IL–4, IL–10 и повышение уровней  INF– и IL–2. Различия между показателями данных цитокинов в  основных группах получавших и не получавших имунофан были достоверны, р<0,05. Таким образом, имунофан усиливал базисную терапию и терапию с  витаминно-минеральным комплексом, восстанавливал баланс субпопуляций Т-лимфоцитов  и цитокинов. Кроме того, было выявлено, что  в группе реконвалесцентов среднетяжелой формы ГЛПС, получавших комплексную терапию с имунофаном и ВМК в течение месяца  показатели клеточного иммунитета, емкости функционального резерва фагоцитов, витаминов, цинка и селена не отличались от показателей здоровых лиц, в отличие от реконвалесцентов, не получавших имунофан.

Таблица 9.

Показатели клеточного иммунитета, про- и противовоспалительных цитокинов, содержания витаминов и эссенциальных микроэлементов в крови реконвалесцентов ГЛПС на фоне различных методов лечения (М±m)

Показатели

Здоровые

Тяж.

Группа сравнения

Первая основная группа 

Вторая основная группа

Емк. резер.фагоц.

21,7± 0,6

сред

16,7± 0,9*

17,7± 0,7*

20,1± 0,8#&

тяж

6,2± 0,4*

7,6± 0,6*

10,1± 0,6*#&

СD3+  %

61,93±1,18

сред

54,9±1,9*

56,1±2,1*

63,22±2,5#&

тяж

53,2±1,4*

54,6±2,3*

61,4±2,1#&

СD4+  %

44,18±0,53

сред

41,8±0,2*

42,9±0,6

45,3±0,3#&

тяж

38,6±0,4*

40,2±0,6*#

43,5±0,2#&

СD8+ %

29,4±0,61

сред

31,9±0,2*

30,9±0,3*

29,7±0,6#&

тяж

33,5±0,5*

32,3±0,4*

31,1±0,7#

СD16+  %

14,24±0,12

сред

13,5±0,4*

14,2±0,6

14,8±0,5#

тяж

13,1±0,3*

13,7±0,5

14,6±0,2#

ИРИ

1,5±0,1

сред

1,3±0,1

1,38±0,1

1,52±0,1

тяж

1,2±0,1*

1,24±0,1

1,4±0,1

INF – пг/мл

10,2±0,9

сред

7,6±0,6*

8,3±0,3*

9,4±0,4#&

тяж

5,2±0,3*

7,6±0,3*#

8,61±0,3#&

TNF –   пг/мл

2,4±0,45

сред

37,6±2,1*

31,5±0,4*#

19,2±0,6*#&

тяж

43,2±1,7*

40,6±0,6*

26,3±0,4*#&

IL – 2 пг/мл

7,8±0,36

сред

6,4±0,4*

6,8±0,3*#

7,7±0,3#&

тяж

5,7±0,3*

6,2±0,3*#

7,22±0,2#&

IL – 4

пг/мл

3,64±0,3

сред

8,9±0,6*

7,6±0,5*

5,9±0,5*#&

тяж

10,4±0,4*

9,2±0,4*#

7,8±0,5*#&

IL – 10 пг/мл

12,2±0,75

сред

38,5±2,3*

31,4±1,9*#

26,7±1,3*#&

тяж

41,6±1,6*

35,7±1,8*#

29,6±1,9*#&

Цинк

мг/л

0,89±0,04

сред

0,75±0,02*

0,85±0,01#

0,88±0,01#&

тяж

0,65±0,03*

0,78±0,02*#

0,86±0,03#&

Селен  мкг/л

115,2±7,1

сред

68,3±2,4*

82,5±3,1*#

98,9±6,4#&

тяж

55,9± 3,2*

72,6±2,0*#

81,6±3,9*#&

Е мг/дл

1,31±0,05

сред

0,86±0,02*

1,26±0,08#

1,29±0,09#

тяж

0,71±0,04*

1,14±0,05*#

1,22±0,04#

А мкг/дл

59,4±2,6

сред

42,3±2,4*

55,4±2,3#

57,3±2,1#

тяж

39,5±1,9*

51,7±3,1#

53,4±2,3#

В1 мкг/л

62,2±2,6

сред

34,15±3,1*

55,2±1,7*#

60,1±1,5#&

тяж

30,1±2,4*

51,3±1,8*#

58,4±1,9#&

В6 мкг/л

22,3±1,1

сред

14,74±1,2*

19,5±1,5#

21,4±1,2#

тяж

13,4±1,5*

18,7±1,3*#

20,2±1,3#

С  мкг/мл

12,1±0,4

сред

10,8±0,4*

11,2±0,2*

11,9±0,2#&

тяж

9,4±0,5*

10,5±0,2*#

11,1±0,2#&

*  статистически достоверное различие со здоровыми, р<0,05;  # статистически достоверное различие с группой сравнения, р<0,05; &  статистически достоверное различие  между основными группами

Учитывая то, что сочетанное изучение фактического питания и биохимических показателей обеспеченности витаминами и микроэлементами позволяет с большей долей уверенности охарактеризовать причину тех или иных изменений витаминного и микроэлементного статуса мы провели изучение фактического питания реконвалесцентов ГЛПС в течение 1 месяца и через 1 год после заболевания.

Фактическое питание реконвалесцентов ГЛПС молодого и среднего возраста

Изучение фактического питания проведено у реконвалесцентов ГЛПС через 1 месяц после выписки из стационара (249 человек) и через 1 год (у 232 человек). Изучение фактического поступления витаминов с суточным рационом показало низкое потребление аскорбиновой кислоты, особенно в зимний период (табл. 10).

Дефицит потребления аскорбиновой кислоты составил 68,39% у перенесших ГЛПС через месяц после заболевания и у 76,64% через 1 год после заболевания в зимний период, а так же у 42,63% у перенесших ГЛПС через месяц после заболевания и у 55,27% через год в летне-осенний период. Сезонные различия потребления аскорбиновой кислоты были статистически достоверны (р<0,05). Причём через 1 год после заболевания количество потребления витамина С было достоверно ниже, чем в течение первого месяца после ГЛПС, как в зимний, так и в летне-осенний периоды.

Изучая поступление пиридоксина с пищей, мы выявили низкое его содержание в суточном рационе, особенно через год после заболевания (табл. 10).

Таблица 10

Средние значения (М±m) потребления витаминов и эссенциальных микроэлементов  рековалесцентами ГЛПС в зависимости от сезона года и срока наблюдения

Показатели

Зимний

Летне-осенний

1 месяц

1 год

1 месяц

1 год

Витамин А

(900 мкг ретин. экв.)

824,9±24,3

686,7±16,1*

892,5±18,4

751,4±12,5*

Бета-каротин  ( 5,0 мг)

3,4 ± 0,4

2,1 ± 0,3*

4,8 ± 0,5 

3,2 ± 0,4*

Токоферол  (15 мг ток. экв)

12,8 ± 0,5

11,7 ± 0,4

13,7 ± 0,5 

12,5 ± 0,6

Аскорбиновая кислота (90 мг)

74,8 ± 3,5

64,3±2,9*

87,4 ± 3,8 

76,2±2,5*

Тиамин (1,5 мг)

1,27±0,08

1,14±0,06

1,43±0,07 

1,26±0,05

Пиридоксин  (2,0 мг)

1,72±0,06

1,54±0,05* 

1,87±0,05

1,74±0,03*

Селен (70 мкг)

34,76±3,6

24,53±2,9* 

42,29±2,4

31,6±2,6*

Цинк (12 мг)

9,6±1,1

6,7±0,4* 

10,2±1,3

7,1±0,5*

в скобках – нормы физиологической потребности  согласно МР 2.3.1.2432-08;

* достоверность различия с соответствующей  группой через 1 год, р<0,05.

Дефицит потребления пиридоксина был выявлен у 62,35% обследованных через месяц и 78,7% через год после заболевания в зимний период, и у 56,24% реконвалесцентов ГЛПС через месяц и 67,33% через год в летне-осенний период. Сезонные различия потребления пиридоксина были достоверны (р<0,05). Среднее поступление тиамина с суточным рационом через год после заболевания было ниже, чем в течение месяца после ГЛПС, но статистических достоверных различий не выявлено.

Таблица 11

Средние значения (M±m) потребления пищевых веществ (в граммах) и калорийность питания мужчин 18-59 лет, реконвалесцентов ГЛПС через 1 месяц и 1 год после заболевания

18-29

30-39

40-59

18-59

1мес.

1 год

1мес.

1 год

1мес.

1 год

1мес.

1 год

Белок

всего

94,4

±2,3

88,6

±1,4*

97,7

±1,4

92,4

±1,6*

87,1

±1,4

84,1

±1,2

92,7

±2,1

88,5

±2,4

живот

белок

60,2

±1,8

57,9

±1,7

65,4

±2,1

61,1

±1,3

64,7

±0,8

62,2

±0,9*

63,5

±1,1

60,4

±0,9*

растит белок

34,2

±1,1

30,7

±1,2*

32,3

±1,6

31,3

±1,4

24,5

±1,3

20,8

±1,1*

30,3

±0,9

27,6

±0,5*

Жиры всего

111,3

±2,1

109,6

±2,2

119,3

±2,2

116,1

±1,9

113,2

±2,9

111,2

±2,1

114,4

±2,8

112,3

±2,4

НЖК

47,5

±1,1

46,49

±1,5

49,5

±2,8

48,6

±1,9

46,3

±1,4

45,3

±1,5

47,8

±1,4

46,8

±1,6

МНЖК

41,4

±1,9

40,6

±2,2

42,3

±1,8

41,4

±1,2

39,5

±1,9

39,1

±1,2

41,1

±1,6

40,3

±1,9

ПНЖК

14,2

±0,4

12,9

±0,5*

15,6

±0,7

15,3

±0,2

12,4

±0,4

11,9

±0,3

14,1

±0,6

13,4

±0,5

Углев.

всего

341,6

±8,8

337,2

±7,6

332,6

±8,3

310,2

±6,5*

302,8

±4,9

288,3

±3,8*

325,6

±4,1

311,9

±4,2*

Сахар

84,3

±3,4

83,6

±2,2

86,7

±6,9

85,4

±4,6

87,1

±5,4

84,7

±7,2

86,1

±4,6

84,5

±3,5

Крахм

190,6

±5,2

186,6

±8,4

188,4

±3,7

177,8

±3,4*

172,3

±2,1

164,3

±1,8*

182,9

±3,8

176,5

±3,2

Холес-

терин

0,446

±0,016

0,421

±0,014

0,479

±0,024

0,498

±0,016

0,415

±0,019

0,429

±0,024

0,442

±0,027

0,449

±0,018

Алког.

2,31

±0,3

3,62

±0,4*

2,73

±0,4

3,86

±0,6

2,43

±0,5

3,82

±0,6

2,46

±0,3

3,77

±0,4*

Энерг

Ккал

2721,9

±24,2

2656,7

±26,8

2829,4

±42,4

2711,4

±51,4

2694,7

±37,6

2589,8

±42,8

2748,5

±32,1

2652,6

±40,4

*- достоверность различия с соответствующей возрастной  группой через 1 год, р<0,05.

Дефицит потребления витамина В1 выявлен у 57,4% реконвалесцентов через месяц и 72,7% через год после заболевания у опрошенных в зимний период, и 41,6% реконвалесцентов ГЛПС через месяц и 63,52% через год после заболевания у опрошенных в летне-осенний период. Сезонные различия были недостоверны (р>0,05).

Суточное потребление бета-каротина через год после заболевания было достоверно ниже, чем в течение месяца после ГЛПС (р<0,05). Потребление бета-каротина носило выраженный сезонный характер и было значительно ниже в зимний период, чем  в летне-осенний (р<0,02). Не выявлены сезонные различия в суточном потреблении витаминов А и Е.

Дефицит потребления витамина Е был обнаружен у 35,6% реконвалесцентов через месяц и у 38,3% – через 1 год после заболевания у опрошенных в зимний период, а в летне-осенний у 26,3% через месяц и 29,5% через 1 год после заболевания. Дефицит потребления витамина А был выявлен у 29,8% реконвалесцентов через месяц и у 32,6% – через 1 год после заболевания опрошенных в зимний период, и у 21,4% через месяц и 28,5% через 1 год после заболевания в летне-осенний период. Таким образом, у опрошенных реконвалесцентов ГЛПС выявлен значительный дефицит потребления водорастворимых витаминов, который достоверно увеличивался через год после заболевания. Дефицит потребления жирорастворимых витаминов встречался реже. Полученные результаты указывают на целесообразность назначения витаминных комплексов реконвалесцентам ГЛПС. Анализ потребления селена и цинка, выявил дефицит их потребления в первый месяц после заболевания, и углубление дефицита через год после заболевания (табл. 10).

При изучении суточного потребления пищевых веществ мужчин 18-59 лет, реконвалесцентов ГЛПС через 1 месяц и 1 год после заболевания было выявлено избыточное потребление жиров, в основном за счёт насыщенных жирных кислот, недостаточное содержание полиненасыщенных жирных кислот, избыточное потребление сахарозы, преобладание в рационе белков животного происхождения над растительными (табл. 11).

Установленное повышение потребления алкоголя, жиров и снижение потребления витаминов и эссенциальных микроэлементов через 1 год после заболевания можно объяснить тем, что больные перестают придерживаться диеты, назначенной врачом, считая себя полностью выздоровевшими от ГЛПС.

Одна из основных проблем, возникающей при реабилитации лиц перенесших ГЛПС является низкий уровень комплаентности пациентов. После восстановления трудоспособности большинство из них не посещают врача и прекращают рекомендованное лечение. В связи с этим была разработана и внедрена образовательная программа для реконвалесцентов ГЛПС.

Образовательная программа для пациентов, перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом

Целью образовательной программы для  пациентов, перенесших ГЛПС, являлось проведение эффективной индивидуальной программы реабилитации, улучшение приверженности больных к профилактическим и реабилитационным программам, повышение комплайенса, уменьшение поведенческих факторов риска развития неблагоприятных исходов ГЛПС, повышение уровня знаний по рациональному питанию.

Образовательная программа проведена для 159 пациентов, перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом. ГЛПС-школа  включала теоретические и практические блоки занятий.

В базовую часть теоретического блока вошло освещение таких вопросов как: геморрагическая лихорадка с почечным синдромом и её последствия; факторы риска развития гипертонической болезни и хронических заболеваний почек; принципы рационального питания при заболеваниях почек, значение витаминов и микроэлементов для пациентов, перенесших ГЛПС; фитотерапия; влияние вредных привычек на реабилитацию после ГЛПС. На практических занятиях проводили измерение роста и веса, рассчитывали индекс Кетле. Проводили опрос по анкете изучения фактического питания и определяли индивидуальную потребность в белках, жирах, углеводах, энергетической ценности пищи, витаминах и микроэлементах. Обучали методике измерения артериального давления, информировали пациента о неблагоприятных последствиях артериальной гипертензии.

Таблица 12

Сравнительная характеристика клинических показателей и факторов риска через год после ГЛПС у пациентов не прошедших и прошедших обучение в ГЛПС-школе (в %)

Показатель

Не прошедшие обучение

Через 12 месяцев после обучения

р

Информированность

о ГЛПС и его последств

24,5±3,42

100

р<0,001

Информированность о факторах риска АГ и хр. забол. почек

44,26±6,59

100

р<0,001

Сбаланс. питание

11,47±4,34

82,45±5,03

р<0,001

Снижение количества выкуриваемых сигарет в день за последний год

0

31,57±6,15

р<0,001

Отсутствие приверженности к лечению

39,5±3,38

1,3±0,28

р<0,001

Астенический синдром

45,08±2,12

12,28±2,17

р<0,001

Артер. гипертензия

18,1±3,38

8,3±1,2

р<0,001

Восп. процессы в мочевыд. системе

24,6±3,2

6,4±1,7

р<0,001

До начала занятий применяли специально разработанную анкету по оценке исходных знаний. В конце занятия использовали задачи–тесты по проработанной теме, что позволяло повысить запоминание материала. На заключительном занятии проводили анализ анкет, дневников пациентов для разработки выводов и рекомендаций. Каждый мог рассказать о своих заблуждениях и о том, что он узнал из курса образовательной программы.

Как видно из представленных данных (табл. 12) обучение в ГЛПС-школе сопровождалось достоверным повышением осведомленности пациентов о факторах риска артериальной гипертензии и хронических заболеваний почек. У лиц, прошедших обучение, достоверно чаще отмечалось сбалансированное питание, снижение количества выкуриваемых сигарет в день. А у лиц, не прошедших обучение, достоверно чаще регистрировались симптомы астении, проявление артериальной гипертензии и воспалительных процессов в мочевыделительной системе. Таким образом, обучение пациентов по специальной образовательной программе является эффективным направлением в реабилитации после геморрагической лихорадки с почечным синдромом.

ВЫВОДЫ

1. У больных ГЛПС в сыворотке крови выявлено повышение концентрации токсичных микроэлементов: алюминия, свинца, ртути, кадмия, стронция и снижение эссенциальных микроэлементов: цинка и селена, прямо коррелирующее с тяжестью течения болезни. В периоде ранней реконвалесценции содержание свинца и стронция оставалось повышенным, а уровень цинка и селена сниженным, что требует дополнительной терапии для коррекции данных микроэлементозов.

2. Генетическими маркерами повышенного риска развития тяжёлого течения ГЛПС являются генотипы АG полиморфного локуса А313G гена глутатион-S-трансферазы класса (GSTP1) и комбинация генотипов в виде 1А2С/АG генов полиморфного локуса А2455G гена цитохрома Р-450 1А1 (CYP1A1) и полиморфного локуса А313G гена глутатион-S-трансферазы класса (GSTP1).

3. У всех больных ГЛПС обнаружено снижение уровней тиамина, пиридоксина, аскорбиновой кислоты, токоферола, ретинола и каротиноидов наиболее выраженное при тяжёлой форме ГЛПС. Почти у половины пациентов дефицит изучаемых витаминов сохранялся в периоде ранней реконвалесценции.

4. У больных ГЛПС происходит снижение ёмкости резерва функциональной активности фагоцитов в зависимости от периода и тяжести заболевания. Наименьшие её показатели отмечаются в олигурическом периоде тяжёлой формы ГЛПС. Выявлены положительные корреляционные связи между ёмкостью резерва функциональной активности фагоцитов и концентрацией цинка и селена, и отрицательные - с уровнем свинца, алюминия, кадмия, что указывает на важную роль нарушения обмена микроэлементов в иммунопатогенезе ГЛПС.

5. При ГЛПС наблюдаются выраженные изменения цитокинового статуса коррелирующие с тяжестью течения болезни. Наибольшие концентрации TNF-a отмечаются в лихорадочном и олигурическом периодах, наибольшие концентрации IL-4 и IL-10 выявляются в олигурическом и полиурическом периодах. Через месяц после заболевания уровень цитокинов оставался повышенным. Снижение уровня INF- и IL-2, наиболее выражено в олигурическом периоде тяжёлой формы ГЛПС, с последующим нарастанием в полиурическом периоде. В периоде ранней реконвалесцении тяжёлой формы ГЛПС уровень INF- и IL-2 оставался сниженным.

6. Результаты корреляционного анализа указывают на значение витаминного дисбаланса в нарушении показателей клеточного иммунитета и цитокинового статуса у больных ГЛПС.

7. У больных ГЛПС выявлены прямые корреляционные связи между Zn, Se и СD16+, 56+; между цинком и уровнем СD3+ и СD4+; между цинком, селеном и уровнем IL-2; между свинцом, алюминием и уровнем TNF-, и отрицательные корреляционные связи между Pb, Al, Cd и уровнем СD16+,56+ ; концентрацией свинца, алюминия и уровнем СD3+ и СD4+; концентрацией Al и уровнем IF-, свидетельствующие об отрицательном влиянии изменений микроэлементного статуса при ГЛПС на показатели клеточного иммунитета и цитокинового статуса.

8. Включение имунофана в патогенетическую терапию ГЛПС способствует более быстрому регрессу клинических симптомов болезни и восстановлению показателей иммунитета.

9. Анализ фактического питания реконвалесцентов ГЛПС выявил избыточное потребление жиров, в основном за счёт насыщенных жирных кислот, недостаточное содержание в рационе полиненасыщенных жирных кислот, избыточное потребление сахара, преобладание белков животного происхождения над растительными, дефицит потребления водорастворимых витаминов, а так же цинка и селена. Выявленное отсутствие у реконвалесцентов приверженности к правильному питанию обосновывает необходимость обучения по специальной образовательной программе.

10. Обучение пациентов по специальной образовательной программе является эффективным направлением в реабилитации после геморрагической лихорадки с почечным синдромом. У лиц, прошедших обучение, чаще отмечалось сбалансированное питание, повышение комплайенса. У лиц, не прошедших обучение, чаще регистрировалась астения, артериальная гипертензия и воспалительные процессы в мочевыделительной системе.

ПРАКТИЧЕСКИЕ РЕКОМЕНДАЦИИ

  1. У больных ГЛПС необходимо контролировать микроэлементный статус. Выявление соотношения микроэлементов Sr/Zn=0,2 и выше, а также Pb/Zn=0,3 и выше в начальном периоде ГЛПС служит основанием для выделения больных в группу по тяжёлому течению заболевания.
  2. С целью дополнительной оценки риска развития тяжёлого течения ГЛПС рекомендуется генотипирование полиморфных вариантов генов GSTP1 и CYP1A1. Наличие комбинации генотипов в виде 1А2С/АG генов CYP1A1 и GSTP1 позволяет прогнозировать повышенный риск тяжёлого течения заболевания и выработать правильную тактику ведения больных.
  3. В комплексную терапию больных среднетяжёлой и тяжёлой формы ГЛПС рекомендуется назначение имунофана в дозе 50 мкг/мл внутримышечно один раз в сутки, через день, №10.
  4. В комплексную терапию периода ранней реконвалесценции среднетяжелой и тяжёлой формы ГЛПС рекомендуется назначение витрум антиоксиданта по 1 таблетке 1 раз в день, в течение 4 недель; мильгамы по 2 мл в день ежедневно №10, затем по 1 драже 1 раз в день в течение 30 дней; имунофана в дозе 50 мкг/мл внутримышечно один раз в сутки, через день №10.
  5. В программе комплексной реабилитации больных ГЛПС, необходимо проводить «ГЛПС-школы» для обучения пациентов с целью коррекции алиментарного дисбаланса и увеличения комплайенса в отношении лечения реконвалесцентов ГЛПС.

СПИСОК НАУЧНЫХ ТРУДОВ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ

  1. Хунафина Д.Х. Клинические особенности геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Д.Х. Хунафина, Р.Т. Мурзабаева, Г.М. Хасанова // Актуальные вопросы инфекционной патологии: материалы научно-практической конференции – Уфа, 1998. – С. 59 - 61.
  2. Хасанова Г.М. Распространённость курения среди больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом  / Г.М. Хасанова // Научный прорыв – 2005: сборник научных трудов конференции ученых Республики Башкортостан – Уфа: ГОУ ВПО БГМУ, 2005. – С. 116 - 117.
  3. Хасанова Г.М. Социальные факторы риска заболеваемости геморрагической лихорадкой с почечным синдромом в Республике Башкортостан / Г.М. Хасанова // Здоровье и безопасность жизнедеятельности молодежи: проблемы и пути решения: материалы международной научно-практической конференции. – Уфа: ИПК БГПУ, 2006. – С. 244.
  4. Хасанова Г.М. Осведомленность населения г. Уфы о геморрагической лихорадке с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Научный прорыв – 2006: сборник научных трудов конференции ученых Республики Башкортостан. – Уфа: ГОУ ВПО БГМУ, 2006. – С. 119 - 121.
  5. Хасанова Г.М. Социально-медицинская работа при геморрагической лихорадке с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Окружающая среда и безопасность человека в современном мире: материалы республиканской научно-практической конференции. – Уфа: РИО БашГУ, 2006. – С. 212 - 214.
  6. Хасанова Г.М. Особенности современного течения геморрагической лихорадки с почечным синдромом в республике Башкортостан / Г.М. Хасанова // Медицинская наука – 2006: республиканская конференция. – Уфа: ГОУ ВПО БГМУ, 2006. – С. 177 - 179.
  7. Хасанова Г.М. Роль социальных работников в проведении образовательных программ по профилактике геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Ресурсы социальной работы в 21 веке: Всероссийская научно-практическая конференция. – Казань: КГМУ, 2006. - С. 203 - 204.
  8. Хасанова Г.М. Динамика заболеваемости геморрагической лихорадкой с почечным синдромом в РБ по сравнению с заболеваемостью в РФ / Г.М. Хасанова // Инфекционные болезни: проблемы здравоохранения и военной медицины: Российская научно-практическая конференция. – Санкт-Петербург, 2006. – С. 309 - 310.
  9. Хасанова Г.М. Питание больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом в различные периоды заболевания / Г.М. Хасанова // Актуальные вопросы инфекционной патологии: сборник научных трудов, посвященный 70-летию кафедры инфекционных болезней. - Уфа, 2006. - С. 44 - 45.
  10. Хасанова Г.М. Медико-социальная работа по профилактике геморрагической лихорадки с почечным синдромом и её осложнений // Г.М. Хасанова, Д.А. Нуриев Инновационные технологии социальной работы по профилактике заболеваний и их осложнений. - Уфа: РИО БашГУ, 2007. – С. 52 - 90.
  11. Хасанова Г.М. Роль эссенциальных микроэлементов и иммунитета в патогенезе геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Вестник Башкирского Университета. – 2007. – №1. - С. 55 - 58.
  12. Хасанова Г.М. Особенности заболеваемости, течения, осложнений и исходов геморрагической лихорадки с почечным синдромом в крупном промышленном городе / Г.М. Хасанова // Вестник Башкирского Университета. – 2007. – №4. - С. 45 - 47.
  13. Хасанова Г.М. Токсичные и эссенциальные микроэлементы в организме человека крупного промышленного города / Г.М. Хасанова, З.А. Янгуразова // Экология урбанизированных территорий. – 2007. – №3. - С. 28 - 30.
  14. Хасанова Г.М. Разработка и внедрение образовательной программы для перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Материалы Всероссийской научной конференции с международным участием. – Тверь: ООО Изд-во «Триада», 2007. - С. 490 - 491.
  15. Хасанова Г.М. Качество жизни у перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Материалы Республиканской конференции молодых ученых Республики Башкортостан. - Уфа: Изд-во ГОУ ВПО «БГМУ Росздрава», 2007. - С. 228 - 230.
  16. Хасанова Г.М. Особенности заболеваемости, течения и исходов геморрагической лихорадки с почечным синдромом в крупном промышленном городе / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин // Инфекционные болезни: актуальные вопросы в клинике и эксперименте: сборник научных трудов 12 Российской научно-практической конференции. – Махачкала: Типография ДНЦ РАН, 2007. - С. 120 - 123.
  17. Хасанова Г.М. Содержание токсичных микроэлементов в плазме крови у больных и перенёсших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин // Инфекционные болезни: актуальные вопросы в клинике и эксперименте: сборник научных трудов 12 Российской научно-практической конференции. – Махачкала: Типография ДНЦ РАН, 2007. - С. 123 - 125.
  18. Хасанова Г.М. Эффективность образовательной программы для перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Научный прорыв – 2007: сборник научных трудов конференции учёных Республики Башкортостан. – Уфа: Изд-во БГМУ, 2007. – С. 224 - 225.
  19. Хасанова Г.М. Микроэлементный состав крови у перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Э.Р. Исхаков // Медико-социальные проблемы современной России: сборник научных статей. – М.: ОАО «Финпол», 2008. - С. 74 - 79.
  20. Хасанова Г.М. Токсичные и эссенциальные микроэлементы у перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом в крупном промышленном городе / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин // Окружающая среда и здоровье человека: 2 Санкт-Петербургский Международный экологический форум. - Вестник Российской Военно-медицинской академии. – СПб.: СРП «Павел», 2008. - №3(23), прил. 2. - С. 319 - 320.
  21. Хасанова Г.М. Геморрагическая лихорадка с почечным синдромом – социально-значимое заболевание для Республики Башкортостан / Г.М. Хасанова // Социальные проблемы Российского общества. История и современность: Сборник научных трудов. – Уфа: «Гилем» АН РБ, 2008. – выпуск II. - С. 77 - 80.
  22. Хасанова Г.М. Микроэлементозы у перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин // Инфекционные болезни: Современные проблемы диагностики и лечения: материалы Российской научно-практической конференции. – СПб., 2008. – С. 244.
  23. Хасанова Г.М. Полиморфизм генов глутатионтрансфераз у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Инфекционные болезни: современные проблемы диагностики и лечения: материалы Российской научно-практической конференции. – СПб., 2008. – С. 244 - 245.
  24. Хасанова Г.М. Наследственные факторы риска заболеваемости в семье / Г.М. Хасанова // Социальная политика и социология – М., 2008.– № 6 (42). – С. 189 - 193.
  25. Хасанова Г.М. Фактическое потребление витаминов перенесшими геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Материалы I ежегодного Всероссийского конгресса по инфекционным болезням. - Инфекционные болезни. – М., 2009. – Т. 7. – С. 221.
  26. Хасанова Г.М. Обеспеченность витаминами больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин // Материалы I ежегодного Всероссийского конгресса по инфекционным болезням. - Инфекционные болезни. – М., 2009. – Т. 7. – С. 221 - 222.
  27. Хасанова Г.М. Концентрация тяжёлых металлов в плазме крови при геморрагической лихорадке с почечным синдромом в различные периоды болезни / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин // Сибирский медицинский журнал. - Иркутск, 2009. - №4. - С. 101 - 102.
  28. Хасанова Г.М. Молекулярно-генетический анализ полиморфизма генов биотрансформации ксенобиотиков у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Т.В. Викторова // Медицинский вестник Башкортостана. – Уфа: Изд-во «ГОУ ВПО БГМУ», 2009.– № 3. – С. 48 – 51.
  29. Хасанова Г.М. Эффективность реабилитации больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом в условиях городской поликлиники / Г.М. Хасанова // Безопасность человека: проблемы и пути решения в современных условиях: материалы Всероссийской научно-практической конференции. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2009. – С. 206 - 208.
  30. Хасанова Г.М. Генетические маркеры тяжести течения геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Безопасность человека: проблемы и пути решения в современных условиях: материалы Всероссийской научно-практической конференции. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2009. – С. 208 - 212.
  31. Хасанова Г.М. Организация реабилитации больных, перенёсших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Р.Н. Яруллин // Медицинский вестник Башкортостана. - Уфа: Изд-во «ГОУ ВПО БГМУ», 2009. - №3. - С. 31.
  32. Хасанова Г.М. Взаимоотношение показателей иммунитета и микроэлементов у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом в динамике заболевания / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин // Медицинский вестник Башкортостана. – Уфа: Изд-во «ГОУ ВПО БГМУ», 2009.– № 4. – С.11 - 16.
  33. Обеспеченность витаминами – антиоксидантами больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Хасанова Г.М., Валишин Д.А., Сыртланова Э.Р. [и др.] // Врач ХХI века: сегодня и завтра: сборник тезисов Съезда терапевтов юга России. – Ростов-на-Дону, 2009. – С. 92 - 93.
  34. Хасанова Г.М. Образовательная программа в комплексе реабилитации пациентов, перенёсших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Э.Р. Исхаков //Актуальные вопросы диагностики, лечения и реабилитации больных: материалы ХIV межрегиональной научно-практической конференции. – Пенза: Изд-во ПГПУ им. В.Г. Белинского, 2009. – С. 296 - 297.
  35. Хасанова Г.М. Соотношение эссенциальных и токсических микроэлементов у больных и перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом в крупном промышленном городе / Г.М. Хасанова // Сибирский медицинский журнал. – Иркутск, 2009. – № 8. – С. 122 - 124.
  36. Хасанова Г.М. Школа для реконвалесцентов геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Вопросы теоретической и практической медицины: сборник научных трудов 74-й Республиканской научной конференции студентов и молодых ученых. – Уфа: Изд-во БГМУ, 2009. –  Т.2. – С. 211 - 213.
  37. Хасанова Г.М. Ассоциация полиморфных вариантов генов ферментов биотрансформации ксенобиотиков с тяжестью течения геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Т.В. Викторова // Сибирский медицинский журнал. – Иркутск, 2010.– № 1. – С. 32 - 34.
  38. Хасанова Г.М. Микроэлементный статус у больных и перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин // Материалы II ежегодного Всероссийского конгресса по инфекционным болезням. - Инфекционные болезни. – М., 2010. – Т.8, прил.1 – С. 347 - 348.
  39. Хасанова Г.М. Содержание витаминов в крови больных и перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Материалы II ежегодного Всероссийского конгресса по инфекционным болезням. - Инфекционные болезни. – М., 2010. – Т.8, прил.1. – С. 348.
  40. Хасанова Г.М. Комплексная реабилитация больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, З.Л. Сизоненко, З.А. Янгуразова. Социально-медицинская работа в различных сферах жизнедеятельности: учебное пособие с грифом УМО – Уфа: РИЦ БашГУ, 2010. – С. 115 - 154.
  41. Хасанова Г.М. Влияние характера профессиональной деятельности на содержание витаминов-антиоксидантов в сыворотке крови больных, перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Э.Р. Исхаков // Медицина труда и промышленная экология. – М., 2010.– № 3 – С. 40 - 43.
  42. Хасанова Г.М. Социологическое исследование фактического питания пациентов, перенёсших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Проблемы управления здравоохранением. – М., 2010. – №1(50) – С. 80 - 83.
  43. Хасанова Г.М. Концентрация токоферола, ретинола и каротиноидов в сыворотке крови больных и перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом в зависимости от сезона года / Г.М. Хасанова // Системный анализ и управление в биомедицинских системах. – М., 2010. – Т. 9, №1. – С. 265 - 268.
  44. Хасанова Г.М. Структура питания мужчин молодого и среднего возраста города Уфы (Опыт сравнительного социологического исследования) / Г.М. Хасанова // Социальная политика и социология. – М., 2009. – Т. 50, №8.  – С. 99 - 103.
  45. Хасанова Г.М. Приверженность к здоровому образу жизни как фактор успешной реабилитации после геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Э.Н. Гайнуллина // Социальные проблемы Российского общества: история и современность: сборник научных трудов. – Уфа: АНРБ, Гилем, 2010. Вып. 4. – С. 30 – 39.
  46. Хасанова Г.М. Разработка образовательного комплекса в реабилитации больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Э.Р. Исхаков // Проблемы управления здравоохранением. – М., 2010. – №2 (51). – С. 82 - 85.
  47. Хасанова Г.М. Иммунологическая реактивность и микроэлементный статус у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Научный прорыв – 2010: сборник научных трудов конференции учёных Республики Башкортостан с международным участием. - Уфа: Изд-во БГМУ, 2010. – С. 58 – 61.
  48. Хасанова Г.М. Образовательная программа для реконвалесцентов геморрагической лихорадки с почечным синдромом: методические рекомендации для врачей / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин, Р.А. Хисамутдинов. – Уфа, РИЦ БашГУ, 2010. - 28 с.
  49. Хасанова Г.М. Способ прогнозирования риска развития тяжелой формы геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Т.В. Викторова, Э.Р. Исхаков // Патент на изобретение №2406450, зарегистрирован в Государственном реестре изобретений Российской Федерации 20.12.2010,  Бюл. №35.
  50. Хасанова Г.М. Состояние витаминного баланса при геморрагической лихорадке с почечным синдромом в зависимости от тяжести заболевания / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин // Сборник научных трудов ХV Российской научно-практической конференции, посвященной 75-летию кафедры инфекционных болезней: ИПЦ ДГМА. – Махачкала, 2010. – С. 117 - 120.
  51. Хасанова Г.М. Цитокиновый статус у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом в динамике заболевания / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян, Д.А. Валишин // Материалы III ежегодного Всероссийского конгресса по инфекционным болезням. - Инфекционные болезни. – М., 2011.– Т. 9, прил.1. – С. 385.
  52. Хасанова Г.М. Опыт применения иммуномодулятора в комплексной терапии геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян, Д.А. Валишин, [и др.] // Материалы III ежегодного Всероссийского конгресса по инфекционным болезням. - Инфекционные болезни. – М., 2011. - Т.9, прил. 1. - С. 385.
  53. Хасанова Г.М. Связь функциональной активности фагоцитов, микроэлементного статуса и клинических симптомов у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян, Д.А. Валишин // Материалы III ежегодного Всероссийского конгресса по инфекционным болезням. - Инфекционные болезни. – М., 2011. – Т. 9, прил.1. – С. 384 - 385.
  54. Хасанова Г.М. Роль функционально-метаболической активности фагоцитов в динамике развития геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Материалы III Ежегодного Всероссийского Конгресса по инфекционным болезням. – Инфекционные болезни – Москва, 2011. – Т. 9, прил.1. – С. 384.
  55. Хасанова Г.М. Геморрагическая лихорадка с почечным синдромом в республике Башкортостан: современные аспекты патогенеза, клинического течения и реабилитации: монография / Г.М. Хасанова. - Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. - 241 с.
  56. Хасанова Г.М. Фактическое потребление основных пищевых веществ и витаминов лицами, перенесшими геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян // Вопросы питания. – М., 2011. - Т. 80, №3. - С. 49 - 52.
  57. Хасанова Г.М. Новое направление в реабилитации больных, перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян, Д.А. Валишин // Журнал инфектологии. – СПб., 2011. – Т. 3, №2. – С. 52 - 55.
  58. Хасанова Г.М. Клинико-иммунологическое обоснование применения имунофана в комплексной терапии геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян, Д.А. Валишин // Эпидемиология и инфекционные болезни. Актуальные вопросы. – М., 2011. – №1. – С. 37 - 42.
  59. Хасанова Г.М. Клинико-иммунологическое обоснование применения витаминно-минерального комплекса и имунофана в реабилитации больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян, Д.А. Валишин // Журнал инфектологии. – СПб., 2011. - Т. 4, №3. - С. 79 - 85.
  60. Хасанова Г.М. Циркулирующие цитокины у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян, Д.А. Валишин // Инфекционные болезни. – М., 2011. – Т. 9, №3. – С. 31 - 34.
  61. Хасанова Г.М. Актуальные аспекты реабилитации пациентов перенесших геморрагическую лихорадку с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Медицинский вестник Башкортостана. – Уфа: Изд-во «ГОУ ВПО БГМУ». – 2011. – №4. – С. 15 - 17.
  62. Хасанова Г.М. Изменения витаминного статуса в зависимости от периода и тяжести геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Медицинский вестник Башкортостана. - Уфа: Изд-во «ГОУ ВПО БГМУ», 2011. - №6. - С. 24-26.
  63. Хасанова Г.М. Концентрация водорастворимых витаминов в крови больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом. Возможности коррекции / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян // Эпидемиология и инфекционные болезни. Актуальные вопросы. – М., 2011. – №2 . – С. 31 - 35.
  64. Хасанова Г.М. Взаимосвязь уровня циркулирующих цитокинов и микроэлементов у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Саратовский научно-медицинский журнал. – Саратов, 2011. – №4. – С. 863 - 865.
  65. Хасанова Г.М. Новые аспекты патогенеза геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин // Актуальные вопросы патофизиологии инфекционных и неинфекционных заболеваний в клинике и эксперименте: сборник научных трудов юбилейной XVI Всероссийской научно-практической конференции. - Махачкала: Типография ДНЦ РАН, 2011. - С. 107 - 111.
  66. Хасанова Г.М. Опыт применения имунофана в комплексной реабилитации больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Поликлиническая служба на этапе модернизации здравоохранения: сборник трудов юбилейной научно-практической конференции кафедры поликлинической терапии. – Уфа: Изд-во ГБОУ ВПО БГМУ, 2011. - С. 174 - 177.
  67. Хасанова Г.М. К вопросу диагностики и клинического течения геморрагической лихорадки с почечным синдромом на современном этапе / Г.М. Хасанова // Социально-медицинская работа: состояние, проблемы и перспективы развития в современном обществе: сборник научных трудов Всероссийской научно-практической конференции с международным участием. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. – С. 79 - 81.
  68. Хасанова Г.М. Инновационная технология реабилитации больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, Д.А. Валишин // Социально-медицинская работа: состояние, проблемы и перспективы развития в современном обществе: сборник научных трудов Всероссийской научно-практической конференции с международным участием. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. – С. 81 - 84.
  69. Хасанова Г.М. Обеспеченность витаминами и микроэлементами реконвалесцентов геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Социально-медицинская работа: состояние, проблемы и перспективы развития в современном обществе: сборник научных трудов Всероссийской научно-практической конференции с международным участием. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. – С. 77 - 79.
  70. Хасанова Г.М. Современное лечение геморрагической лихорадки с почечным синдромом с использованием имунофана: методические рекомендации для врачей / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян, Д.А. Валишин. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011, - 20 с.
  71. Хасанова Г.М. Взаимосвязь микроэлементного, витаминного и иммунного статуса у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Безопасность жизнедеятельности человека в среде обитания: проблемы, пути решения: материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. – С. 189-192.
  72. Хасанова Г.М. Новое в иммуннопатогенезе геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Безопасность жизнедеятельности человека в среде обитания: проблемы, пути решения: материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. – С.193-195.
  73. Хасанова Г.М. Иммуномодулирующая и антиоксидантная терапия реконвалесцентного периода геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян // Безопасность жизнедеятельности человека в среде обитания: проблемы, пути решения: материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. – С.186-189.
  74. Хасанова Г.М. Повышение комплайенса реконвалесцентов геморрагической лихорадки с почечным синдромом / Г.М. Хасанова // Безопасность жизнедеятельности человека в среде обитания: проблемы, пути решения: материалы Всероссийской научно-практической конференции с международным участием – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. – С.196-198.
  75. Хасанова Г.М. Связь показателей клеточного иммунитета и микроэлементного статуса у больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян // Российский иммунологический журнал. – М., 2011. - №4. - С. 281-283.
  76. Хасанова Г.М. Современная комплексная реабилитация больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом: методические рекомендации для врачей / Г.М. Хасанова, А.В. Тутельян, Д.А. Валишин. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. - 20 с.
  77. Хасанова Г.М. Комплексная реабилитация больных геморрагической лихорадкой с почечным синдромом: монография / Г.М. Хасанова. – Уфа: РИЦ БашГУ, 2011. – 276 с.

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ

ГЛПС - геморрагическая лихорадка с почечным синдромом

РБ - Республика Башкортостан

TNF- – фактор некроза опухоли-
IFN- - интерферон гамма
IL – интерлейкин
ИРИ – иммунорегуляторный индекс

GSTP1 A313G - полиморфный локус А313G гена семейства глутатион-S-трансферазы класса 1

GSTM1 - ген глутатиона-S-трансферазы класса

CYP1A1 - полиморфного локуса А2455G гена цитохрома Р-450 1А1

Sстим - светосумма стимулированная

Sсп - светосумма спонтанная

Iстим – максимальная амплитуда медленной вспышки стимулированная

Iсп - максимальная амплитуда медленной вспышки спонтанная

ХЛ - хемилюминесценция крови

ПМЯЛ – полиморфно-ядерные лейкоциты

ВМК - витаминно-минеральный комплекс




© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.