WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!

 

Санкт-Петербургский государственный университет

На правах рукописи

Рыбак Кирилл Евгеньевич

Музей в нормативной системе

(историко-культурологический анализ)

24.00.03 «Музееведение, консервация и

реставрация историко-культурных объектов»

АВТОРЕФЕРАТ

диссертации на соискание ученой степени

доктора культурологии

Санкт-Петербург, 2006

Диссертация выполнена на кафедре международного права Дипломатической академии Министерства иностранных дел Российской Федерации

Официальные оппоненты:        Валентин Петрович Грицкевич

доктор культурологии

                                       Сергей Михайлович Некрасов

доктор культурологии

                                       Юрий Никифорович Солонин

                                       доктор философских наук

Ведущая организация:        Государственный музей искусства народов Востока

       Защита состоится _________________ 2006 г. в _______ на заседании диссертационного совета Д.212.232.55 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора культурологии при Санкт-Петербургском государственном университете по адресу: 199034, Санкт-Петербург, В.О., Менделеевская линия, д.5, Философский факультет, ауд. _______.

       С диссертацией можно ознакомиться в читальном зале библиотеки им. М. Горького Санкт-Петербургского государственного университета

       Автореферат разослан _________________ 2006 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета,

кандидат философских наук, доцент                                        А.А. Никонова

Общая характеристика работы

Актуальность темы исследования. Президент России в выступлении федеральному собранию (2005 г.) отметил, что отсутствие внутренних границ свободного и справедливого общества, его открытость для остального мира дает гражданам России возможность «в полной мере пользоваться богатствами всей человеческой цивилизации, включая достижения образования, науки, мировой истории и культуры» [1]. Одним из средств доступа к ценностям культуры являются музеи. Реализация права на приобщение к культурным богатствам актуализирует необходимость выявления и исследования норм, регламентирующих музейную деятельность.

Эти нормы можно рассматривать на двух качественных уровнях – международном и национальном. Учитывая, что международные договоры РФ имеют приоритет применения по отношению к национальному законодательству, настоящее исследование посвящено историко-культурологическому анализу состояния международной нормативной системы в означенной области, направленному на совершенствование нормативной системы России в области музейного дела.

Международно-правовые аспекты музейного дела недостаточно освещены в отечественном музееведении. При анализе научной литературы обнаруживается отсутствие обобщающих работ по проблемам нормативного регулирования музейной деятельности и разработке общих принципов, регламентирующих таковую. В настоящее время в России отсутствуют полноценные исследования, посвященные теории музейного права (как в международном, так и национальном планах). Между тем накопился внушительный объем источников международного права, в том числе международных договоров РФ, затрагивающих проблемную область, причем их обработка и внедрение в научный оборот и российское законодательство о культуре явно запаздывает.

Учитывая изложенное, актуальность темы обусловливается:

потребностью в доктрине международного музейного права, на основе которой должна осуществляться нормативная регламентация защиты, охраны и популяризации культурных ценностей на международном уровне и правотворчество на уровне национальном. Учитывая специфику исследования, вместо фразы «международное музейное право» там, где это возможно будет использоваться «музейное право». В противном случае, эта фраза будет уточняться применительно к страновой специфике, например «музейное право России»;

необходимостью систематизации массива источников международного публичного права в области музейной деятельности;

необходимостью выявления законов развития системы музейного права и определения факторов, оказывающих влияние на позицию государства к возможности свободного оборота культурных ценностей;

необходимостью развития законодательства России о культуре в русле международных договоров, в которых принимает участие Российская Федерация, в том числе наиболее полного соответствия национального законодательства требованиям, установленным в источниках международного права, регламентирующим музейную деятельность;

потребностью применения в музееведении методов, заимствованных из смежных областей знания для объективного прогнозирования направлений международного культурного сотрудничества.

В связи с этим видится актуальным выделение музейного права в структуре международного публичного права, изучение и введение в научный оборот его категориального аппарата, выявление принципов музейного права, определение насколько полно эти принципы реализуются в нормах права РФ и обнаружение тенденций развития системы музейного права.

Историография. Проблемное поле музейного права в трудах отечественных специалистов затрагивается эпизодически, в большинстве рассматриваются вопросы защиты культурных ценностей в период вооруженного конфликта, контрабанды, реституции и межгосударственного оборота культурных ценностей. Следует выделить исследования В. Акуленко (1980), М.М. Богуславского (1979 и посл.), А. Боссе (1977), Л.Н. Галенской (1978), Н.В. Михайловой (2001), Н. Невского (1987), М.А. Поляковой (2005), А.П. Сергеева (1990), Л.В. Щенниковой (1992). Среди публикаций в зарубежной литературе необходимо отметить работы P. Bator (П. Батор, 1982), M. Briat (М. Бриат, 1993), A. Coppola (А. Коппола, 2002), D. Eck (Д. Экк, 2002 и посл.), J. Merryman (Дж. Мерримен, 1998 и посл.), J. Nafziger (Дж. Нафцигер, 1995), M. Phelan (М. Филэн, 1994 и посл.), l. Prott (Л. Протт, 1992), A. Strati (А. Страти, 1991 и посл.). Имеются три монографии, полностью посвященные международному музейному праву: «Музейное право» (M. Phelan, 1994), «Искусство и музейное право» (M. Phelan et al., 2002) и «Международное право, музеи и возращение объектов культуры» (A. Vrdoljiak, 2006).

Источниковедческая база исследования. Обозначим группы источников, из которых черпалась информация для исследования.

  1. Научная литература. По территории: российские и зарубежные публикации; по характеру изданий: диссертации, монографии, периодические издания, сборники статей (в том числе материалы рабочих групп, «круглых столов», конференций, семинаров и симпозиумов), справочники, энциклопедии; по тематике: историческая, культурологическая, математическая, социологическая, философская и юридическая литература; по времени издания: XVII в. – настоящее время;
  2. ресурсы сети удаленного доступа Интернет: сайты; поисковые системы (Rambler, Yahoo и др.);
  3. справочно-правовая система (Консультант Плюс);
  4. собрание законодательства Российской Империи (I–III изд.), нормативные правовые акты РФ, иностранных государств, международные договоры, декларации, рекомендации и др.

Методологические основы диссертации представлены принципами историзма, системности, социальной обусловленности познавательных и ценностных феноменов, комплексности, единства исторического и логического, абстрактного и конкретного, аксиологическими традициями, рядом общенаучных и конкретно-научных методов, в том числе математическими и социологическими методами. Изучение музейного права ведется на основе системного подхода.

Цель исследования – на основе анализа понятий «музей», «культурные ценности», «культурное наследие», исследования международной нормативной системы, сформулировать определение системы международного музейного права, выделить принципы музейного права и осуществить их исследование, а также выработать предложения по совершенствованию нормативного регулирования музейного дела России.

Поставленная цель исследования достигается посредством решения следующих задач:

  1. анализ категориального аппарата музееведения; выявление функций музея в социальной системе;
  2. определение системы международного музейного права; установление особенностей и закономерностей ее развития;
  3. анализ источников международного музейного права;
  4. выделение начал (принципов), которые определяют существо, особенности международного музейного права. Исследование характера проявления принципов музейного права в источниках музейного права; определение места этих принципов в системе основных и общепризнанных принципов международного права;
  5. исследование степени осуществления принципов международного музейного права в нормативной системе России. Оценка состояния и развития музейного дела России с позиции соблюдения национальным законодательством положений международного музейного права.

Научная новизна исследования заключается в изучении системы международного музейного права, описании ее особенностей и тенденций развития. Вклад соискателя заключается в следующем: разработаны определения музея, культурных ценностей, культурного наследия, в основу которых положено содержание норм международного публичного права; выделены принципы музейного права, раскрыто их содержание; выявлены несоответствия российского законодательства о музеях нормам международного права, обоснованы соответствующие рекомендации; прослежено проявление общесистемных принципов в системе музейного права; обоснован колебательный характер динамики процессов, протекающих в системе музейного права (далее – правовые процессы), обнаружена колебательная динамика системы музейного права с периодами в среднем 27 лет; описана и обоснована целесообразность использования в музейном праве вейвлет-анализа и модульного анализа.

На защиту выносятся положения, отраженные в диссертации и подкрепленные результатами исследования.

  1. Сформулировано определение системы международного музейного права.

Система международного музейного права – множества норм права, между которыми существуют устойчивые связи, и которые регулируют отношения между субъектами международного публичного права, возникающие в связи с созданием, выявлением, сохранением, освоением, популяризацией и передачей будущим поколениям культурных ценностей во всех их проявлениях; созданием благоприятной среды для культурных обменов и расцвета творческих способностей человека; обеспечением свободного доступа к возможностям художественного творчества; формированием диалога между культурами и содействием международному взаимопониманию.

Установлено, что система международного музейного права является подотраслью права международного сотрудничества по специальным вопросам.

  1. Разработан категориальный аппарат международного музейного права, адоптированный к положениям международных договоров с участием России.

Культурные ценности – количественно ограниченные и неповторимые материальные предметы (светские и конфессиональные, движимые и недвижимые, в единственном числе и комплексе), а также места их сосредоточения (сохранения и экспонирования) и нематериальные ценности (императивы, идеалы, эталоны, регулятивы, принципы и нормы), представляющие интерес для культуры (искусства, науки) и вследствие этого подлежащие освоению (приобретению), сохранению, изучению (восстановлению), популяризации (экспонированию).

Культурное наследие – совокупность объектов материальной культуры и совместных творений человека и природы, вне зависимости от места их нахождения, а также объектов духовной культуры, значимых для сохранения и развития локальных культур, имеющих универсальную ценность для культуры (искусства, науки) и содействующих толерантности культурного разнообразия и творчеству человека.

Музей – собрание материальных предметов и информации, имеющих значение для культуры (искусства, науки), собственник которого ставит перед собой задачи по пополнению, сохранению, исследованию и пропаганде собираемых им предметов.

Главная функция музея в системе международных отношений – поддержание и развитие культурного разнообразия, заключающегося в неповторимости и многообразии особенностей, присущих группам и сообществам, составляющим человечество.

3.        В основе музейного права лежат принципы:

       защиты культурных ценностей, сохранения и поощрения многообразия культуры, который относится к общепризнанным принципам международного права и является обязательным (de lege lata – букв. «по действующему закону», лат.);        свободного перемещения культурных ценностей, занимающий уровень отраслевого принципа международного права и носящий рекомендательный характер (de lege ferenda – букв. «по предполагаемому закону», лат.);        доступности к культурным учреждениям и публичности представления культурных ценностей, который входит в число отраслевых принципов de lege lata;

       всеохватываемости и максимальной взаимности международного культурного сотрудничества, который является отраслевым принципом de lege ferenda.

4.        На примере степени и характера имплементации норм международного музейного права сделан вывод, что приоритет норм международного музейного права для российского законодательства не является очевидным вследствие неприменения национальным законодательством положений международных договоров РФ (несоблюдение Россией принципа pacta sunt servanda («договоры должны исполняться», лат.) в отношении осуществления положений международных договоров РФ).

5.        Категориальный аппарат законодательства о музейном деле, содержащийся в источниках гражданского и уголовного права России, не соответствует стандартам, установленным в международных договорах, ратифицированных РФ. На уровне федерального законодательства России наблюдается множественность определений одних и тех же понятий, некоторые термины имеют отсылочный характер, а также содержат нераскрытые оценочные категории, внутренне противоречивы. Термины, используемые при описании признаков составов преступлений, посягающих на культурные ценности, законодательно не описаны.

6.        В системе международного музейного права превалируют пропорции, соответствующие функции развития в социальных системах.

7.        Использование математических методов в музейном праве позволяет решать задачи экстраполяции и определять истинный характер динамики музейного права. Вейвлет-анализ следует применять, в том числе для выявления особенностей динамики правового процесса (причем, в отличие от многих других методов, не только линейной, но и нелинейной динамики). Надежность результатов вейвлет-анализа проверяется ретроспективным прогнозом.

8.        Динамика развития системы музейного права демонстрирует сложное нестационарное поведение с периодическими и непериодическими составляющими на разных временных масштабах. Такой процесс может быть комбинацией хаотической компоненты с периодами регулярности.

Теоретическая значимость исследования. Позитивное влияние знаний, полученных в результате исследования, может проявиться в уточнении категориального аппарата музееведения, продуктивном формировании теории музейного права, внедрении новых стратегий развития межгосударственного культурного сотрудничества, дальнейшей проработке мер ответственности за разрушение и уничтожение культурных ценностей. Обоснованная допустимость и целесообразность применения новых для музееведения методов исследования может быть выражена в процедурах прогнозирования динамики музейного дела, выявлении режимов функционирования системы музейного дела.

Практическая значимость исследования в первую очередь заключается в том, что материалы диссертации могут быть учтены при разработке проектов международных договоров, основ федеральной политики в области социального и культурного развития России, федеральных целевых программ. Результаты исследования также могут быть применены в правотворчестве при подготовке нормативных актов, касающихся музейной деятельности, культурных учреждений и культуры в целом. Выводы и предложения, содержащиеся в диссертации, могут быть использованы в процессе преподавания в учебных заведениях курса «Музееведение», циклов лекций «Музейное право», «Правовое регулирование музейной деятельности» и «Моделирование музейной деятельности».

По результатам диссертации сделаны следующие предложения по совершенствованию законодательства Российской Федерации о культуре:

  1. Необходимо унифицировать термин «культурные ценности», однократно определив его в федеральном законе.
  2. Понятие «музей» на уровне федерального законодательства России полностью не формализовано, содержит оценочные категории, причем процедуры оценки нормативно не регламентированы. Отход от определения музея через его организационно-правовую форму, использования терминов, производных по отношению к понятию «культурные ценности», позволит гармонизировать российское законодательство о музеях по отношению нормам международного музейного права. Российское законодательство о музеях следует дополнить положениями, регламентирующими деятельность музеев-заповедников.
  3. Множественность определений термина «культурные ценности» в законодательстве РФ, наличие смежных по отношению к нему понятий в признаках составов преступлений, предусмотренных УК РФ, приводит к отсутствию согласованности в системе признаков составов преступлений за посягательства на культурные ценности. Учитывая изложенное, принимая во внимание требования международных договоров, предлагается исключить из Уголовного кодекса РФ ст. 164, 188, 190, 243 и 262, переработать их содержание с учетом требований Конвенций ЮНЕСКО 1954 и 1970 гг. и в включить в УК РФ самостоятельную главу в раздел «Преступления против экономики» (чем будет подчеркиваться экономический (материальный) характер культурных ценностей и примат частной собственности на них) либо в раздел «Преступления против общественной безопасности и общественного правопорядка» (акцент переносится на нематериальную значимость культурных ценностей и значимость их для общества в целом). Главу можно назвать «Преступления против культурных ценностей».

Апробация исследования. Работа обсуждена на заседании кафедры международного права Дипломатической академии МИД России. Теоретические положения и результаты исследования излагались на международных, всероссийских конференциях и семинарах (Государственная Третьяковская галерея, ММИЭИФиП, НИИ Генпрокуратуры, ЮНЕСКО и др.). Материалы диссертации апробированы в производственной деятельности (Всероссийский музей декоративно-прикладного и народного искусства, Музеи Московского Кремля), учебном процессе (Институт культурного просветительства, Московский государственный лингвистический университет им. М. Тореза, Российский государственный гуманитарный университет).

Важнейшие положения и выводы исследования отражены в 43 публикациях (монографиях и статьях) общим объемом около 46 печатных листов.

Структура работы. Структуру диссертации определяют цель и задачи исследования. Работа состоит из введения, четырех глав, заключения, списка источников и приложений. Диссертация изложена на 287 страницах текста, в том числе включает в себя список из 342 источников, а также приложений на 41 странице.

Структура и основное содержание работы

Во Введении обоснован выбор темы диссертации и ее актуальность, сформулированы цель и задачи исследования, научные положения, защищаемые диссертантом.

       Первая глава («Анализ категориального аппарата музееведения») направлена на уяснение того, что представляет собой музейная деятельность, каковы ее функции в системе социальных и международных отношений, как раскрываются понятия «музей», «культурные ценности» и «культурное наследие» в источниках международного права.

Первый параграф. В результате исследования обнаружено, что в основе термина «музей» лежит категория «собирательство» (коллекционирование). Установлено, что собирательство – социальная активность по выявлению, освоению (в том числе изучению) материальных предметов и информации, направленная на изучение истории и искусства, верификацию теории и теоретизацию эмпирики, увеличение материальных активов и удовлетворение духовных потребностей. Сообразно с этим, музей является результатом собирательской деятельности и понимается хранилищем коллекционных предметов или собранием материальных объектов. Собирательство проявляется на двух уровнях: формирование коллекции собирателем (микродинамика); развитие коллекционирования в государственном масштабе (макродинамика). Аналогия с цивилизационной динамикой позволила выделить стадии, этапы и фазы коллекционирования; обнаружены усредненные длительности этих стадий (62% - развитие коллекции, 38% - упадок). Исследование собирательской активности в масштабе страны показало, что структура рынка культурных ценностей России наиболее подвержена изменениям в периоды внутренних и внешних конфликтов военного и невоенного характера, зависит от 100-летних «имперских» циклов, смены исторических поколений и течений в моде.

Анализ изменения содержания термина «музей» в редакциях Устава ИКОМ, Модельном законе о государственных музеях-заповедниках (2001 г.), а также документах ЮНЕСКО позволил прийти к выводу, что музей – постоянно действующее и доступное публике учреждение, созданное для служения обществу и способствования его развитию, в котором в целях образования и удовлетворения духовных потребностей общества формируется собрание материальных предметов и информации по той или иной отрасли знаний в связи с духовными ценностями путем их приобретения (освоения), сохранения, исследования и изучения (восстановления), популяризации и экспонирования. Однако такое определение музея оставляет нерешенными вопросы:

  • обеспечения целостности собрания как одной из функций музея;
  • целесообразности провозглашения основной целью деятельности музея удовлетворение духовных потребностей общества (см. например: музеи Холокоста, академические исследовательские музеи);
  • возможности существования музея без образования юридического лица;
  • необходимости предъявления к музею и содержащимся в нем коллекциям требования быть открытыми публике (например, музеи, содержащие секретную информацию). Заметим, речь идет именно об открытости, а не о доступности к музейным коллекциям.

       Учет отмеченных проблем, дозволил признать музеем собрание материальных предметов и информации (культурных ценностей), имеющих значение для культуры (науки, искусства), собственник которого ставит перед собой задачи по пополнению, сохранению, исследованию и пропаганде собираемых им предметов.

Второй параграф. Источниковедческой базой являлись декларации и рекомендации ЮНЕСКО, Модельный закон о государственных музеях-заповедниках и редакции устава ИКОМ разных лет. Анализ перечисленных документов позволил выявить главную функцию музея – поддержание и развитие культурного разнообразия. Эта функция включает в себя задачи, которые ставятся перед музеем: формирование диалога между культурами и содействие международному взаимопониманию; сохранение, популяризация и передача будущим поколениям культурного наследия во всех его проявлениях; создание благоприятной среды для культурных обменов; обеспечение свободного доступа к возможностям художественного творчества, научно-техническим знаниям.

Цель третьего параграфа, уяснение содержания термина «культурные ценности». Это видится необходимым, потому что упомянутый термин относится к категориальному аппарату музейного права. Исследование положений, закрепленных в источниках международного права, законодательстве России и иностранных государств, судебных прецедентах, позволило прийти к следующим выводам.

  1. Установлено, что особенностями культурных ценностей являются ограниченность выпуска, неповторимость, специфика каналов сбыта, наличие предметной аудитории (собирателей). Описаны два подхода к осознанию существенности культурной ценности: через ее стоимость (количественный критерий) или роль, которую она играет для идентификации социальной группы, к которой она принадлежит (качественный критерий).
  2. Выявлена структура построения определения культурных ценностей в источниках международного права. Культурные ценности:

есть  движимое (недвижимое) имущество (объекты, предметы, ценности),

которое имеет  значение (важны, представляют ценность)

для культурного наследия народа, археологии, предыстории, истории, антропологии, науки, литературы, искусства,

такие, как в определениях даются различные категории культурных ценностей.

Выявлены недостатки этой структуры – не выверенное разграничение областей знания, к которым причисляются культурные ценности, замыкание определения на самое себя, использование оценочных категорий. Учет перечисленных несоответствий позволил определить культурные ценности следующим образом.

Культурными ценностями признаются количественно ограниченные и неповторимые материальные предметы (светские и конфессиональные, движимые и недвижимые, в единственном числе и комплексе), а также места их сосредоточения (сохранения и экспонирования) и нематериальные ценности (императивы, идеалы, эталоны, регулятивы, принципы, нормы), представляющие интерес для культуры (науки, искусства) и вследствие этого подлежащие освоению (приобретению), сохранению, исследованию и изучению (восстановлению), популяризации (экспонированию).

  1. Отсылочный характер определений культурных ценностей, содержащихся в источниках международного права, позволяет государствам самостоятельно давать трактовку нераскрытым в определениях категориям. Однако установлено, что в российском законодательстве обнаруживаются конструкции, заимствованные из международных договоров, причем оценочные категории остаются нераскрытыми.

В четвертом параграфе анализируются различные способы классификации культурного наследия (материальное и нематериальное, движимое и недвижимое), а также соотношения различных категорий культурного наследия. Обосновывается, что культурное наследие – совокупность объектов материальной культуры и совместных творений человека и природы вне зависимости от места их нахождения, а также объектов духовной культуры, значимых для сохранения и развития локальных культур, имеющих универсальную ценность для культуры (искусства, науки) и содействующих уважению культурного разнообразия и творчеству человека.

В интересах исследования для совместимости определений культурных ценностей и культурного наследия предлагается отождествлять понятия «объект материальной культуры» с фразой «материальные объекты», а «объекты духовной культуры» с «нематериальными ценностями».

Вторая глава («Музейное право: понятие, история становления, специфические черты»). Первый параграф посвящен обзору опубликованных работ по вопросам нормативно-правового регулирования музейной деятельности. Проведенный автором анализ научной литературы показал, что музейное право и в российских, и зарубежных исследованиях разработано фрагментарно; в основном анализируются отдельные вопросы во взаимосвязи с проблемами сохранения и перемещения культурных ценностей. Установлено, что в России интерес к проблемам сохранения культурных ценностей постоянен и не претерпевал на протяжении ряда лет каких-либо значительных изменений. За границей наблюдается рост числа публикаций, посвященных правовым аспектам оборота и сохранения культурных ценностей, и что особенно важно – музейному праву. Обнаружена рефлексия западных музееведов и правоведов на принимаемые международные акты длительностью в среднем два года через каждые восемь лет.

       Во втором параграфе обосновывается, что истоки теории музейного права следует искать в зарубежных (американских) публикациях середины 1970-х гг. При разработке определения международного музейного права были учтены результаты анализа понятий «музей» и «культурные ценности», определения функций музея в структуре отношений (общественных, международных), а также то, что в системе международного публичного права существует подсистема, содержащая нормы, которые регулируют деятельность субъектов международного публичного права по выявлению, изучению и сохранению культурных ценностей.

Система международного музейного права – множества норм права, между которыми существуют устойчивые связи и которые регулируют возникающие между субъектами международного публичного права отношения, появляющиеся в связи с созданием, выявлением, сохранением, освоением, популяризацией и передачей будущим поколениям культурных ценностей во всех их проявлениях; созданием благоприятной среды для культурных обменов и расцвета творческих способностей человека; обеспечением свободного доступа к возможностям художественного творчества, научно-техническим знаниям; формированием диалога между культурами и содействием международному взаимопониманию.

Диссертантом обосновывается целесообразность использования термина «музейное право», поскольку оно применяется рядом зарубежных исследователей, которые считаются основоположниками этого направления. Содержание музейного права шире его названия, тем не менее, полное соответствие названия содержанию не является обязательным, в том числе и потому что сконструировать всеобъемлющую теорию музейного права невозможно.

Обсуждаются ипостаси музейного права: подотрасль права, наука, учебная дисциплина. Обосновывается, что музейное право является подотраслью права международного сотрудничества по специальным вопросам и представляет систему общепризнанных и специальных принципов и норм, регламентирующих правовой режим создания, выявления, сохранения, освоения, популяризации и передачи будущим поколениям культурных ценностей во всех их проявлениях; создания благоприятной среды для культурных обменов и расцвета творческих способностей человека; обеспечения свободного доступа к возможностям художественного творчества, научно-техническим знаниям; формирования диалога между культурами и содействием международному взаимопониманию.

В третьем параграфе исследованы специфические черты музейного права: особенности возникновения, интенсивность развития, будущая автономность и самостоятельность и др. Отмечается относительное единообразие норм музейного права, потому что национальное музейное право развивается на основе норм международного музейного права. Международный характер – одна из особенностей музейного права – является следствием международного сотрудничества государств в деле обнаружения, сохранения, освоения и популяризации культурных ценностей, которые заинтересованы в сохранении самобытности, оригинальности культур, входящих в государственные образования, поддержании мира.

В четвертом параграфе раскрываются вопросы влияния норм музейного права на развитие музейного дела в России вообще и подходы к защите культурных ценностей в частности. В указанном параграфе говорится не о международном, а о внутригосударственном музейном праве. Прослежен состав источников музейного права дореволюционной России и первых лет Советской власти. Установлено, что к началу ХХ в. музейное право не представляло собой стройной системы, в основе которой лежал бы один или несколько законодательных актов. Опираясь на периодизацию музейного дела, предложенную С.А. Каспаринской [2, с.53], прослежена историческая трансформация функций музея, его естества, мотивов создания и проч. В завершение параграфа делается заключение, что:

политика государства, опирающаяся на принцип национализации культурных ценностей и нивелирование принципов частной собственности на них, является пагубной, так как способна привести к снижению интереса общества к своей истории, культуре;

продажа культурных ценностей, являющихся государственной собственностью, нежелательна, потому что это идет в разрез с функциями музея (допускается существование в музеях обменного фонда);

восприятие роли овеществленных памятников истории только с точки зрения их финансовой стоимости односторонне, так как значимость культурной ценности не должна ставиться в прямую зависимость от ее цены;

закрепощение оборота культурных ценностей деструктивно, так как влечет атрофию общественных отношений, связанных с освоением культурных ценностей.

Третья глава («Нормативная система музейного дела»). В первом параграфе очерчена система источников музейного права, которая состоит из модулей, элементы которых находятся в сложной иерархической связи, а также описана источниковедческая база дальнейшего исследования. Выделяется три группы модулей – национальное законодательство о музейном деле различных государств, совокупность директив, регламентов Европейского Союза (далее – ЕС) в области музейного дела и источники международного публичного права в означенной области. Заострение внимания на нормативных документах ЕС продиктовано тесной связью культурных традиций России и Европы, общностью рынка культурных ценностей, участием России в ряде европейских конвенций, затрагивающих предметное поле музейного права, а также схожими подходами к проблемам сохранения, освоения и популяризации культурных ценностей.

Во втором параграфе с помощью математических методов и модульного анализа был исследован сигнал, представляющий собой зависимость количества источников международного музейного права от времени (далее в параграфе – сигнал). Было установлено, что в сигнале наблюдаются локальные максимумы, приходящиеся на 1947, 1976 и 1995 гг. Соответственно были выделены четыре этапа: I – (1886–1947 гг.), II – (1948–1976 гг.), III – (1977–1995 гг.) и IV – (1996 г. –н/в). Основными причинами, обусловившими отмеченные экстремумы, явились: определение судьбы содержимого учреждений культуры по результатам Второй мировой войны (max 1947 г.), принятие Конвенции об охране всемирного культурного и природного наследия и ряда рекомендаций ЮНЕСКО (max 1976 г.), усиление международной договорной активности РФ в области заключения двусторонних договоров о культурном и научном сотрудничестве (max 1995 г.).

       Результаты автокорреляционного анализа сигнала позволили сделать предположение о поступательном развитии музейного права. С помощью кросскорреляционного анализа выявлена статистическая зависимость между означенным сигналом и динамикой источников международного экологического права (коэффициент кросскорреляции 0,874). Результаты спектрального анализа сигнала показали, что динамика в большей степени имеет хаотический характер, не лишенный циклических зависимостей. (В спектральном анализе произвольная функциональная зависимость (волна) представима в виде системы плоских синусоидальных волн с разными частотами, амплитудами и начальными фазами. Совокупность таковых волн, в результате наложения которых получается рассматриваемая волна, называется спектром последней.)

К рассматриваемому сигналу был применен вейвлет-анализ. Цели привлечения этого метода – выявление структуры и основных закономерностей исследуемого процесса, определение набора характеризующих процесс параметров, что важно для классификации и сравнения разных процессов и разных этапов одного и того же процесса. Результаты вейвлет-анализа, используемые в музейном праве: структура этапов развития правового процесса (сигнала). Определено, что в системе источников международного музейного права наблюдаются колебательные (периодические) процессы; переломным значением в развитии системы явился 1971 г.

Действительно, начало 1970-х гг. отождествляется с зарождением новых подходов к делу сохранения, защиты, освоения и популяризации культурных ценностей, т.е. всему тому, что составляет массивный блок в структуре источников международного музейного права. Также выявлено наличие циклов в сигнале продолжительностью около 27 лет и 15 лет. Результаты ретроспективного прогноза показали состоятельность подобных циклов. Поэтому было сделано заключение о возможности применения вейвлет-анализа с учетом необходимости проверки истинности результатов путем ретроспективного прогноза.

Эмпирически показано, что в системе источников международного права встречаются пропорции, соответствующие функции развития в социальных системах. Практическая реализация выявленной закономерности заключается, в том числе и в том, что над системой источников музейного права существует иная, агрегированная система, названная нами системой принципов музейного права, в которой будут наличествовать принципы, напрямую не закрепленные в источниках музейного права, но выводимые из них.

Исследование субъектного состава международных договоров показало, что:

  • динамика присоединения государств к числу участников конвенций в области охраны культурных ценностей похожа на сигнал, описываемый в виде затухающей синусоиды;
  • допустимо полагать, что процедуры гармонизации национальных законодательств на международном уровне могут приводить к рассогласованности положений национального законодательства этих государств;
  • наибольшее влияние на развитие музейного права оказывают положения Конвенции о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности (1970 г.) и Конвенции об охране всемирного культурного и природного наследия (1972 г.).

Третий параграф. Совокупность принципов международного музейного права – ядро, на котором основывается нормотворческая деятельность (и вслед за ней правоприменительная практика) субъектов международного права. Значимость принципов международного музейного права очевидна, потому что они направлены на обеспечение общечеловеческих ценностей, поддержание культурной самобытности народов и защиту интересов собственника культурных ценностей, регламентацию деятельности субъектов международного права по защите, сохранению, уважению и информированности о состоянии культурного наследия. Вычленение принципов музейного права велось, сообразуясь с требованием максимально полного соответствия определению музейного права и необходимости формализовать в них цели и задачи, которые постулируются в международных соглашениях, касающихся музейной деятельности. Обосновано, что совокупность принципов музейного права, выступая частью системы источников музейного права, является системой. Учитывая проведенный анализ функций музея, категориальный аппарат музейного права, а также положения международных договоров, в которых содержатся регулятивы в области музейного дела, предлагается выделить следующие принципы музейного права (в совокупности – система принципов): защиты культурных ценностей, сохранения и поощрения многообразия культуры; свободного перемещения культурных ценностей; доступности к культурным учреждениям и публичности представления культурных ценностей; всеохватываемости и максимальной взаимности международного культурного сотрудничества. Рождение и развитие начал музейного права проистекает из принципов территориальной целостности государств; суверенного равенства государств; невмешательства во внутренние дела государств; уважения прав и основных свобод человека, равноправия и самоопределения народов. Категориальный аппарат музееведения строится через понятие культурных ценностей, аксиологическим содержанием которых является «вершение, «достижение», что подразумевает необходимость оберегания, сохранения культурных ценностей. Поэтому принцип защиты культурных ценностей занимает верхний уровень иерархии среди принципов музейного права, является ядром, относительно которого развиваются остальные принципы музейного права.

В четвертом параграфе осуществлен анализ этических кодексов профессий, в той или иной степени соприкасающихся с культурными ценностями, позволяющий выделить этический принцип, который лежит в основе принципов музейного права: музеи должны служить обществу и быть лояльными по отношению к нему. Развитие этого принципа проистекает в следующих направлениях:

  • признание того, что музейные экспонаты и коллекции представляют собой природное и культурное богатство;
  • музеи должны пропагандировать и распространять знание и понимание всех форм культурных ценностей;
  • музеи должны сохранять, документировать и изучать предметы, находящиеся в их собраниях;
  • музеи должны выступать гарантом подлинности предметов, хранящихся в их собраниях;
  • музеи не должны содействовать незаконному экспорту, импорту или транзиту культурных ценностей, незаконному обороту культурных ценностей внутри страны, а также вовлекаться в таковые действия.

Четвертая глава («Принципы музейного права»). В первом параграфе исследуется проявление принципа защиты, сохранения культурных ценностей и поощрения многообразия культуры в международных договорах, рекомендациях и декларациях. Параграф разделен на части: XVII –  середина XIX века; 1863 – 1919 гг.; 1920 – 1944 гг.; 1945 – 1971 гг.; 1972 – 1998 гг. и 1999 г. – н.в.

Содержательные начала этого принципа приходятся на античность и Новое Время. К началу XVII в. взгляды о специфическом статусе произведений искусства, об обязанностях, возлагаемых на их собственника, приняли очерченные формы. Сложилось мнение, что вопросы ответственности за посягательства на предметы искусства во время войны нормами права не урегулированы.

24 апреля 1863 г. в США был издан приказ №100 (кодекс Либера), положения которого были приняты за основу рядом последующих международных договоров. В кодексе Либера были нормативно закреплены обязательства воюющих сторон по отношению к произведениям искусства: сохранять и защищать их; в случае захвата ценностей, не отчуждать третьим лицам, как по возмездным, так и безвозмездным сделкам; по окончании войны, путем заключения мирных соглашений урегулировать вопросы реституции культурных ценностей державам, с территории которых они были вывезены.

К концу 1880-х гг. оформилось два аспекта защиты культурных ценностей, требующих взаимные действия воюющих сторон [3, р.3-3–3-6]. Первый – защищающаяся сторона обязуется воздерживаться от использования культурных ценностей в военных целях. Второй аспект – командир, участвующий в наступательной операции на удерживаемое врагом населенное место, должен знать места сосредоточения культурных ценностей.

Следующий этап формирования принципа защиты культурных ценностей был связан с принятием Гаагских конвенций 1899 и 1907 гг. Новизна Конвенции о законах и обычаях сухопутной войны (1907 г.) состояла в осознании договаривающимися сторонами того, что всякий преднамеренный захват, истребление или повреждение культурных учреждений, исторических памятников, художественных и научных произведений, воспрещаются и должны преследоваться. Эта положение легло в основу института ответственности в музейном праве. Убежденность субъектов международного права в необходимости уважать сокровища культуры предоставлять им защиту в ходе войны и в мирное время стала причиной подписания в 1935 г. рядом государств Договора о защите учреждений, служащих целям науки и искусства, а также исторических памятников (Пакт Рериха). В этом договоре наблюдается новаторский (по отношению к прошлым соглашениям) подход к защите памятников и культурных учреждений: был сформулирован принцип защиты памятников не только в военное, но и в мирное время и предлагалось, чтобы во время военных действий исторические памятники и упомянутые учреждения пользовались не только защитой, но и уважением воюющих сторон. Идея об уважении памятников и культурных учреждений, высказанная в Пакте Рериха, не нова. Со времен античности действует императив уважения к местам религиозных культов, основанный на том, что поступки в защиту религии внушены высшим разумом. Другим достижением Пакта Рериха стало то, что в нем впервые были сведены в корпус правового пространства положения, которыми должны руководствоваться государства в отношении памятников и культурных учреждений во время военных действий и мирное время.

Обратимся к положениям Европейской культурной конвенции (1954 г.). Для уяснения содержания принципа защиты культурных ценностей, сохранения и поощрения многообразия культуры применен системный подход. Исследуемая система носит название «культурное достояние Европы» (далее – S). Вводятся понятия прямых и обратных действий.  Прямые действия – взаимные действия по обмену национальными вкладами: изучение языка, истории и культуры, межстрановое перемещение культурных ценностей. Обратные действия заключаются в том, что государство должно принимать меры по защите и обеспечению разумного доступа к предметам, имеющим культурную ценность для Европы, которые были переданы ей другой стороной. Обосновывается, что система S функционирует около точки оптимума, в случаях, когда достигается цель Конвенции – большее единство между европейскими государствами при учете сохранения и поощрения развития их национальных вкладов. Поэтому система S в окрестностях точки оптимума должна выполнять функцию развития и, более точно, функцию развития новых свойств. При выполнении системой S этой функции не «затушевывается» индивидуальность ее элементов и их свойств и наблюдается рождение новых свойств системы, которые отсутствуют у ее элементов.

В тексте Европейской культурной конвенции изменяется содержание принципа защиты культурных ценностей. Новое заключается в том, что культурная ценность должна находиться на территории своего происхождения или исторического бытования. В этой фразе обнаруживаются скрытые тенденции примата территории происхождения над волей собственника по свободному распоряжению культурной ценностью (сохранение ценностей в месте их нахождения (in situ)). Становится очевидным, что с середины XX в. принцип защиты культурных ценностей стал развиваться в направлении сдерживания действий по свободному вывозу собственником из страны принадлежащих ему культурных ценностей. Существо защиты культурных ценностей видоизменяется в их удержание на территории государств – потенциальных экспортеров. Посредством включения в название принципа слов «сохранение и поощрение многообразия культуры» снимается многозначность термина «защита культурных ценностей». «Сохранение и поощрение многообразия культуры» означает, что для сохранения мира необходимо предпринимать действия, уменьшающие энтропийные тенденции, связанные с межгосударственным перемещением культурных ценностей.

В 1978 г. ЮНЕСКО приняла Рекомендацию об охране движимых культурных ценностей. В преамбуле Рекомендации констатируется рост рисков, связанных с перевозками, увеличение в некоторых странах нелегальных раскопок, краж, незаконной торговли и актов вандализма в отношении культурных ценностей. Сказанное подтверждает предположение о том, что значительный интерес к культурным ценностям, выражающийся путем создания многочисленных музеев, увеличением числа выставок, культурных обменов, приводит к распространению культурных ценностей вне среды их происхождения и, следовательно, может пагубно сказаться на идентификации национальных культур. Степень выраженности обратных действий по отношению к процессам международного культурного обмена должна зависеть от ценности предметов, в отношении которых принимаются меры по охране, и размеров рисков, которым ценности подвергаются. Делается вывод, что обратные действия состоят из защиты и обеспечения разумного доступа к культурным ценностям, направлены на предотвращение рисков в отношении культурных ценностей и представляют собой комплекс мер по документированию, регистрации культурных ценностей, созданию условий хранения, экспонирования, перевозки и охраны, принятию мер безопасности, обучению обслуживающего персонала.

Следующий этап развития принципа защиты культурных ценностей приходится на начало XXI в. ЮНЕСКО были приняты Конвенция об охране подводного культурного наследия (2001 г.), Конвенция об охране нематериального культурного наследия (2003 г.) и Конвенция об охране и поощрении разнообразия форм культурного самовыражения (2005 г.), а также рассматривался проект Декларации, касающейся преднамеренного разрушения культурного наследия (2003 г.). Ни одна из этих Конвенций, на момент подготовки автореферата не была ратифицирована Россией.

       Узловым в деле сохранения подводного культурного наследия является вопрос о праве собственности на затонувшее судно и находящееся на нем имущество. Несмотря на то, что потопление судна не является основанием прекращения права собственности, ряд прибрежных государств устанавливают срок действия права собственности на суда, затонувшие в их территориальных водах. Этот срок исчисляется исходя из того, как долго судно непрерывно находилось на морском дне, и варьируется от 3 до 100 лет с момента затопления судна. Диссертант, исследуя Конвенции о морском праве 1958 г. приходит к выводу, что проблеме сохранения подводного культурного наследия в них не было уделено должного внимания. Также установлена терминологическая неопределенность понятий, используемых к Конвенции о морском праве, принятой в 1982 г. Особое внимание уделено тому, что следует понимать под «подводным культурным наследием», что такое «связи культурного, исторического или археологического характера», и «государства культурного, исторического или археологического происхождения». Отмечается, что в Конвенции об охране подводного культурного наследия (2001 г.) не применяется критерий экономической связи с подводным культурным наследием (связь собственника с принадлежащим ему имуществом) для установления правового титула. К основным принципам, наиболее тесно связанным с анализируемым принципом музейного права, следует относить принципы суверенного равенства государств, сотрудничества государств и мирного разрешения международных споров.

       Международная конвенция об охране нематериального культурного наследия была принята 17 октября 2003 г. в Париже. В преамбуле этой Конвенции признается, что процессы глобализации и социальных преобразований, создавая условия для возобновления диалога между сообществами, вместе с тем служат источниками угрозы деградации, исчезновения и разрушения нематериального культурного наследия. Глобализация является квинтэссенцией прямых действий, в том числе по обмену и унификации информации в различных ее формах. Одна из тенденций к глобализации, прослеживающаяся в международных соглашениях, заключается в отказе с середины 1980 гг. от привычной формулировки «культурные ценности» в названиях международных договоров и принятии обобщающего термина «культурное наследие». Ориентация на замену частного (культурная ценность) совокупным (культурное наследие) показательна и закономерна. Движение глобализации, проявляющееся в принципах музейного права через стремление к связыванию, сочленению, воссоединению культурных ценностей в единое культурное пространство – культурное наследие – отражает проявление энтропийных процессов, в то время как действия, направленные на ограничение свободного перемещения культурных ценностей, ставят целью концентрировать материальные составляющие культуры на очерченной территории тем самым, снижая энтропийные проявления. Навязывание восприятия культурных ценностей различных социальных групп единым общемировым культурным наследием с последующим оперированием исключительно этой категорией приводит к обесцвечиванию, рассредоточению, рассеиванию, смешению, упадку и смерти самобытных культурных проявлений.

В Конвенции об охране и поощрении разнообразия форм культурного самовыражения (2005 г.) в отличие от предшествующих Конвенций ЮНЕСКО, затрагивающих предметную область диссертации, перечисляются и описываются восемь руководящих принципов (ст. 2). Эти принципы в той или иной степени проявляются в принципах музейного права:

-        защиты культурных ценностей, сохранения и поощрения многообразия культуры (принципы суверенитета, устойчивого развития в в ст.2 Конвенции 2005 г.);

-        свободного перемещения культурных ценностей (принцип уважения прав человека и основных свобод);

-        доступности к культурным учреждениям и публичности представления культурных ценностей (принцип равного доступа);

-        всеохватываемости и взаимности культурного сотрудничества (принципы международной солидарности и сотрудничества, открытости и сбалансированности, равного достоинства и уважения всех культур, принцип взаимодополняемости экономических и культурных аспектов развития).

В момент подготовки автореферата Конвенция не вступила в силу. Поэтому открытым остается вопрос о соотношении светских принципов, действующих в государстве, и культурных кодов, традиций и норм, привнесенных мигрантами. Очевидно, что в светских и религиозных нормах социальные группы находят свое самовыражение, отображают свою самобытность. Однако между светскими и религиозными нормами (традициями) возможен конфликт, который способен привести к невозможности полноценной реализации положений Конвенции.

       Анализируя проект Декларации (2003 г.), особенно понятие преднамеренного разрушения, автор приходит к выводу, что в нем отсутствует фактор «сознательности» деяния. Обосновывается, что преднамеренное разрушение культурного наследия во время вооруженного конфликта является военным преступлением, и вследствие этого должно трактоваться как сознательный акт, который совершается с целью разрушить культурное наследие полностью или частично.

Второй параграф разделен на части: подходы, лежащие в основе принципа свободного перемещения культурных ценностей; фундаментальные права человека и перемещение культурных ценностей; закрепление принципа свободного перемещения культурных ценностей в источниках международного права; отражение принципа свободного перемещения культурных ценностей в законодательстве ЕС; некоторые судебные прецеденты, касающиеся аспектов свободного перемещения культурных ценностей.

Раскрытие принципа свободного перемещения культурных ценностей сосредоточивается на проблеме возможности ограничения (или запрета) национальным законодательством экспорта культурных ценностей. По нашему мнению, выделенные Дж. Меррименом [4, р.10–13] пять идеологических подходов к межгосударственному обороту культурных ценностей, можно объединить по степени свободы перемещения культурных ценностей в три позиции:

  • стран-происхождения - стремление к недопущению вывоза культурных ценностей. Сохранение ценностей in situ; установление некой связи между частным (культурная ценность) и общим (национальное наследие); вуалирование принципа удержания культурных ценностей на территории государства идеями охраны культурных ценностей. Эта позиция проявляется в Конвенции о мерах, направленных на запрещение и предупреждение незаконного ввоза, вывоза и передачи права собственности на культурные ценности (1970 г.), Конвенции УНИДРУА по похищенным или незаконно вывезенным культурным ценностям (1995 г.);
  • свободной торговли культурными ценностями – стремление к устранению препятствий и барьеров в отношении вывоза культурных ценностей;
  • культурных интернационалистов – пропагандируется обмен культурными ценностями в рамках проведения совместных выставок, проектов и пр.; непринятие коммерческого оборота культурных ценностей. Позиция частично обнаруживается в Конвенции (1970 г.) и Рекомендации ЮНЕСКО о международном обмене культурными ценностями (1976 г.).

Первые две позиции разнополюсны во взглядах на оборот культурных ценностей, третья позиция занимает между ними среднее положение. Проявление одной из трех отмеченных выше позиций при осуществлении принципа свободного перемещения культурных ценностей зависит, во-первых, от того, является ли государство участником Соглашения о ввозе материалов образовательного, научного и культурного характера (1950 г.); Конвенции (1970 г.); Конвенции УНИДРУА (1995 г.). Во-вторых, насколько богато государство движимыми культурными ценностями. В-третьих, в какой мере в стране развит рынок антиквариата.

Возможность межгосударственного оборота культурных ценностей связана с фундаментальными правами и свободами человека (свобода распоряжения имуществом и право покидать страну с принадлежащим имуществом). Анализ международных договоров позволил прийти к выводу, что право человека покинуть страну с принадлежащими ему культурными ценностями может быть ограничено, если это, во-первых, предусмотрено законом и, во-вторых, необходимо в демократическом обществе в интересах государственной безопасности или общественного спокойствия для поддержания общественного порядка, предотвращения преступлений, охраны здоровья или нравственности или для защиты прав и свобод других лиц.

В параграфе рассмотрены положения Закона РФ от 15 апреля 1993 г. «О вывозе и ввозе культурных ценностей» и установлено, что право частного собственника культурных ценностей покидать Россию вместе с принадлежащими ему ценностями ограничивается, если таковые созданы более 100 лет назад. Учитывая ст.55 Конституции РФ, полагаем, что отмеченное ст.9 Закона от 15 апреля 1993 г. ограничение, должно устанавливаться федеральным законом и только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства. Возникает вопрос, однозначно не раскрываемый в российском законодательстве: какую пользу конституционному строю, нравственности, здоровью, правам и законным интересам других лиц, обороне и безопасности страны может принести ограничение свободного перемещения культурных ценностей, принадлежащих частному собственнику (физическому лицу)?

Учитывая тесные связи России и Европы (культурные, политические, исторические), отдельное внимание в параграфе уделено законодательству ЕС в отношении перемещения культурных товаров (ценностей). Выделены проблемные места в законодательстве ЕС:

  • отсутствие таможенных барьеров между государствами-членами способно затруднить контроль над перемещением культурных ценностей;
  • определение значимости культурной ценности через ее стоимость может привести к тому, что в отношении ряда ценностей, имеющих несомненное археологическое и историческое значение, будет отказано в реституции по мотивам неприменения к ним Директивы Совета 93/7/ЕЕС (1993 г.). Отметим, что в ряде документов ЕС используется фраза «cultural goods» вместо «cultural property», что может свидетельствовать о примате цены над нематериальной составляющей ценности;
  • вызывает сомнение Директива Совета 93/7/ЕЕС в части того, что бремя по выплате компенсации добросовестному владельцу должно нести запрашивающее государство. Полагаем, такое обязательство должен нести недобросовестный продавец или страховая компания. Заметим, что в Конвенции УНИДРУА (1995 г.) используется подобная конструкция: в процесс возмещения убытков приобретателю вовлекается лицо, передавшее владельцу культурную ценность.

Учитывая роль США в формировании теории и практики музейного права, на примерах судебных прецедентов, имевших место в США в разные годы, было показано осуществление принципа свободного перемещения культурных ценностей.

В третьем параграфе рассмотрено проявление в источниках музейного права принципов доступности к культурным учреждениям и публичности представления культурных ценностей, всеохватываемости и максимальной взаимности международного культурного сотрудничества.

Было прослежено, в какой степени проявляются общесистемные принципы в системе принципов музейного права. Обосновано, что принцип защиты культурных ценностей, сохранения и поощрения многообразия культуры определяет функционирование нижележащих принципов музейного права. Согласно принципу неравномерного развития частей в системе, части, ее составляющие, развиваются неравномерно. В системе принципов музейного права неравномерное развитие частей обнаруживается в том, что одни принципы проявляются в большем количестве источников, нежели другие принципы. Если принять элементами части системы принципов музейного права источники того или иного принципа музейного права, обнаруживается высокое соответствие распределения размера частей закону Ауэрбаха. Установлено, что этому закону соответствуют первые два принципа музейного права и в меньшей степени – оставшиеся принципы. Такое отклонение вызвано тем, что рассматриваемые в третьем параграфе принципы музейного права опосредованно связаны с базисной категорией музейного права – «культурными ценностями». Отклонение от эталонного распределения, исчисленного по закону Ауэрбаха, связано также с неполнотой выборки источников музейного права (согласно теореме Геделя о неполноте, ни одна теория полностью не формализуема) и с тем, что сфера действия некоторых принципов музейного права шире его предметного поля. Учитывая принцип значимости, согласно которому в любой системе имеется «ядро» и «периферия», в параграфе показано, что принципы защиты и свободного перемещения культурных ценностей представляют собой «ядро» системы принципов музейного права, относительно которого располагаются (по направлению от центра к периферии) принципы публичного представления культурных ценностей, всеохватываемости культурного сотрудничества. Так как наибольшие изменения протекают на периферических уровнях системы, полагаем, что основные изменения будут происходить именно в принципе всеохватываемости культурного сотрудничества и в меньшей степени – в принципе доступности к культурным учреждениям. Из принципа значимости следует «принцип слабого звена», согласно которому надежность системы определяется надежностью самого слабого ее звена. Так как надежность системы права зависит от того, насколько устойчивы к воздействиям правовые принципы, лежащие в ее основе, то надежность системы музейного права зависит от того, насколько устойчивы, надежны принципы, составляющие ее ядро.

       Основы принципа доступности к культурным учреждениям и публичности представления культурных ценностей заложены в Европейской культурной конвенции (1954 г.). Общедоступность музеев – комплексное понятие, реализуемое путем решения следующих задач:

  • доступ в музеи должен осуществляться без различия экономических или социальных условий;
  • необходимо обеспечивать организацию экспозиций;
  • время работы музея должно учитывать часы отдыха трудящихся;
  • необходимо обеспечивать удобство пользования музеем (облегчение доступа в музей, создание примузейной инфраструктуры, не снижающей возможности ознакомления с произведениями искусства);
  • вход в музеи должен быть, желательно, бесплатным, либо плата за вход должна ставиться в зависимость от уровня доходов посетителей;
  • государство должно стимулировать рост посещаемости музеев и оказывать им материальную поддержку;
  • между музеями и средствами массовой информации, учебными учреждениями, профессиональными организациями, союзами и др. должна усиливаться взаимосвязь.

Принцип всеохватываемости и максимальной взаимности международного культурного сотрудничества основывается на том, что локальные культуры, вовлекаемые в международное культурное сотрудничество, должны уважаться и сохраняться во имя создания общего достояния человечества. Процесс реализации государством принципа всеохватываемости и взаимности культурного сотрудничества осуществляется посредством самостоятельной разработки и проведения культурной политики, которая, с одной стороны, должна способствовать многосторонним культурным связям и уважать самобытности культур, но с другой стороны, сдерживать негативные тенденции институционализации инородных символических кодов, способных привести к потере самости культур народов, исконно проживающих на территории государства.

В четвертом параграфе  анализируется вопрос, какие из принципов музейного права следует причислять к общепризнанным принципам международного права, что позволяет уяснить характер имплементации принципов музейного права в структуре российской нормативно-правовой системы. В результате анализа возможности отнесения принципов музейного права к числу общепризнанных, было установлено следующее. Принцип защиты культурных ценностей, сохранения и поощрения многообразия культуры относится к общепризнанным принципам международного права de lege lata; принцип свободного перемещения культурных ценностей является отраслевым принципом международного права de lege ferenda; принцип доступности к культурным учреждениям и публичности представления культурных ценностей относится к числу отраслевых принципов de lege lata; принцип всеохватываемости и максимальной взаимности международного культурного сотрудничества имеет отраслевой характер de lege ferenda.

Заключение. Памятуя, что выше были описаны основные результаты диссертации, рельефно перечислим основные итоги работы.

  1. На основе анализа международной нормативной системы сформулированы понятия музея, культурных ценностей и культурного наследия;
  2. сформулировано определение международного музейного права;
  3. выявлены принципы международного музейного права; прослежено изменение их содержания в источниках международного музейного права; даны направления реализации этих принципов;
  4. установлены особенности проявления общесистемных принципов в международном музейном праве;
  5. определены особенности динамики развития международного музейного права и музейного права России;
  6. опытным путем обоснована допустимость применения вейвлет-анализа в музееведении;
  7. выявлены несоответствия российского законодательства о музеях нормам международного права, обоснованы соответствующие рекомендации.

В результате анализа содержания принципов музейного права были предложены направления осуществления следующих принципов музейного права в национальном законодательстве:

  • Принцип защиты культурных ценностей, сохранения и поощрения многообразия культуры. Обязательства, принимаемые государством, в развитие этого принципа направлены на разработку и применение: мер защиты культурных ценностей в мирное время и периоды вооруженных конфликтов международного и немеждународного характера; процедур, направленных на защиту определенных видов культурных ценностей (подводное культурное наследие, артефакты); мер ответственности за проступки, преступления, посягающие на культурные ценности; процедур покрытия рисков, связанных с музейной деятельностью.

Следует также создавать национальные специализированные органы (службы) по сохранению культурных ценностей и своевременно информировать компетентные международные организации о состоянии защиты культурного наследия.

  • Принцип свободного перемещения культурных ценностей. Меры, которые государству следует предпринимать в развитие этого принципа: освобождение от таможенных и экспортных пошлин и других сборов при ввозе или в связи с вывозом, при условии того, что такие меры не будут связаны с вопросами национальной безопасности, морали и общественного порядка государства ввоза предметов культурного характера. Содействие свободному потоку и распространению предметов и материалов просветительского, научного или культурного характера, произведенных в развивающихся странах. Предотвращение вывоза культурных ценностей с территории, оккупированной государством во время вооруженного конфликта. Разработка критериев отнесения культурных ценностей, которые находятся на территории государства к ценностям, имеющим большое значение для культурного достояния государства. Разработка мер ответственности за проступки, преступления в отношении незаконного перемещения культурных ценностей.
  • Принцип доступности к культурным учреждениям и публичности представления культурных ценностей. Государства должны реализовывать следующие меры: обеспечивать общедоступность музеев и, по возможности, бесплатный доступ в них; способствовать увеличению посещаемости музеев; создавать социально-экономические условия деятельности музеев и проч.
  • Принцип всеохватываемости и максимальной взаимности международного культурного сотрудничества. Государству в развитие названного принципа следует содействовать передвижению и обмену предметами, имеющими культурную ценность; обмену научно-технической информацией и публикациями в области музейного дела; гарантировать равенство и развитие национальных культур, сосуществующих на территории государства; координировать в составе иных стран крупномасштабные проекты по сохранению, раскопкам, реставрации и восстановлению культурных ценностей; не допускать превалирование роли получения прибыли как цели деятельности культурных учреждений при проведении культурных мероприятий; оказывать взаимную помощь другим государствам в области оборота предметов искусства и антиквариата.

Среди новых научных задач, идущих в развитие диссертационного исследования, следует отметить проблемы установления границ права человека на свободное перемещение вместе с принадлежащими ему культурными ценностями (в философском и юридическом смыслах); поиска баланса между социокультурными и экономическими интересами в музейном праве; прогноза последствий институционализации символических кодов культур мигрантов в институциональную матрицу государства; соотношения позиций культурного интернационализма и культурного национализма. Полагаем, что новые задачи, отрывающие широкое поле для исследовательского поиска, будут поставлены также в случае ратификации Россией Конвенции об охране подводного культурного наследия (2001 г.) и Конвенции об охране нематериального культурного наследия (2003 г.).

Список использованных в автореферате источников

1. Российская газета. 26 апреля 2005 г.

2. Каспаринская С.А. Музеи России и влияние государственной политики на их развитие (XVIII – нач. ХХ вв.) // Музеи и власть: Государственная политика в области музейного дела (XVIII – ХХ вв.) Ч. 1. – М., 1991.

3. Merryman J.H. The free international movement of cultural property // New York University Journal of International Law and Politics. – 1998. – V. 31.

4. Phelan M. The Law of Cultural Property & Natural Heritage: Protection, Transfer & Access. – Kalos Kapp Press, 1998.

  1. Список работ по теме диссертации

       Монографии

  1. Рыбак К.Е. Антиквариат. История, основы атрибуции и экспертизы (образовательная программа). – М.: Художник и книга, 2003. – 122 с. (совместно с Рыбак И.Г., 2,33 п.л. Здесь и далее объем в коллективных работах указан без участия соавтора.)
  2. Рыбак К.Е. Музейное право. – М.: Юристъ, 2005. – 188 с. (16,3 п.л.)
  3. Рыбак К.Е. Системный подход в музейном праве. – М.: Терра – книжный клуб, 2005. – 60 с. (3,3 п.л.)

Публикации в периодических и продолжающихся изданиях, рекомендованных ВАК РФ для публикации основных результатов диссертационного исследования

  1. Рыбак К.Е. О взыскании с организации пособия по безработице (из опыта Музеев Московского Кремля) // Право и экономика. – 2004. – №11. – С.91 – 94. (0,51 п.л.)
  2. Рыбак К.Е. К вопросу исследования музейного права с позиции системного подхода // Право и образование. – 2006. – №1. – С.33 – 40. (0,57 п.л.)
  3. Рыбак К.Е. Реализация права человека на свободное перемещение с принадлежащим ему имуществом // Сравнительное конституционное обозрение. – 2006. – №2. – С.42 – 56. (1,08 п.л.)
  4. Рыбак К.Е. К вопросу оборота культурных ценностей // США, Канада: экономика, политика, культура. – 2006. – №3. – С.99 – 110. (0,99 п.л.)
  5. Рыбак К.Е. Применение математических методов в социально-правовом исследовании источников международного музейного права // Закон и право. – 2004. – №11–12. – С. 56 – 64. С.59 – 62. (1,17 п.л.)
  6. Рыбак К.Е. Проявление общесистемных принципов в системе музейного права // Право и образование. – 2005. – №4. – С.157 – 189. (1,67 п.л.)
  7. Рыбак К.Е. Роль, место и содержание курса музейного права в образовательной программе «Антикварное дело» // Право и образование. – 2005. – №1. – С.61 – 67. (0,43 п.л.)

Публикации в других изданиях, в которых отражено основное содержание диссертации

  1. Рыбак К.Е. Актуальные вопросы музейного права: несанкционированное воспроизведение изображений музейных предметов // Материалы VI международной конференции «Право и Интернет». – М.: Бюро ЮНЕСКО в Москве, 2004 (компакт-диск). (0,87 п.л.)
  2. Рыбак К.Е. Аспекты теории музейного права // Музеи Российской академии наук (альманах). 2003. – С.239 – 263. (1,15 п.л.)
  3. Рыбак К.Е. Векторизованность устойчивого развития // Современные проблемы промышленной экологии. – М.: Орел, ОГТУ, 2000. – С.168 – 169. (0,12 п.л.)
  4. Рыбак К.Е. Динамика странового развития России // Молодые ученые - науке, технологиям и профессиональному образованию для устойчивого развития: проблемы и новые решения. – М.: АМИ, 2000. – С.78 – 80. (0,13 п.л.)
  5. Рыбак К.Е. Договор субаренды. К вопросу о предоставлении музеями недвижимого имущества во временное владение (пользование) третьим лицам // Справочник руководителя учреждения культуры. – 2006. – №3. – С.73 – 80. (совместно с В.Ю. Городничевым, В.И. Карасевым, 0,5 п.л.)
  6. Рыбак К.Е. Договорная и претензионная работа в музее // Справочник руководителя учреждения культуры. – 2004. – №7. – С.55 – 61. (0,33 п.л.)
  7. Рыбак К.Е. Законодательство Европейского Союза об экспорте культурных товаров (ценностей) // Культура: управление, экономика, право. – 2005. – №3. – С.19 – 23. (0,73 п.л.)
  8. Рыбак К.Е. Закупки для государственных нужд. Комментарии к Федеральному закону «О размещении заказов на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для государственных нужд» // Справочник руководителя учреждения культуры. – 2006. – №3. – С.81 – 92. (совместно с Е.В. Юнкиной, 0,64 п.л.)
  9. Рыбак К.Е. Институт музейного права: правовое обеспечение воспроизведения культурных ценностей по законодательству Российской Федерации // Справочник руководителя учреждения культуры. – 2003. – №10. – С.49 – 59. (0,42 п.л.)
  10. Рыбак К.Е. Исторический циклизм (анализ территориальной динамики). – М.: С-Принт, 2001. – 28 с. (1,21 п.л.)
  11. Рыбак К.Е. Конвенция об охране подводного культурного наследия и защита культурных ценностей // Культура: управление, экономика, право. – 2006. – №1. – С.20 – 24. (0,66 п.л.)
  12. Рыбак К.Е. Конкурсные торги. О необходимости проведения федеральными музеями открытых конкурсов на размещение заказов для государственных нужд // Справочник руководителя учреждения культуры. – 2004. – №5. – С.80 – 85. (совместно с В.И. Борисовым, 0,33 п.л.)
  13. Рыбак К.Е. Международно-правовой характер музейного права // Вторая международная научно-практическая конференция: Правовое обеспечение сохранности культурных ценностей. – М.: ММИЭИФиП, 2004. – С.149 – 159. (0,80 п.л.)
  14. Рыбак К.Е. Направления совершенствования законодательства Российской Федерации о музеях // Культура: управление, экономика, право. – 2006. - №3. – С.22 – 27. (0,6 п.л.)
  15. Рыбак К.Е. Некоторые особенности применения норм музейного права // Правосудие в Поволжье. – 2004. – №6. – С. 98 – 109. (0,99 п.л.)
  16. Рыбак К.Е. О музейном праве // Мир музея. – 2004. – №10. – С. 40 – 42. (0,38 п.л.)
  17. Рыбак К.Е. Особенности применения НДС: налогообложение работ по реставрации, консервации и восстановлению памятников истории и культуры // Справочник руководителя учреждения культуры. – 2004. – №8. – С. 22 – 27. (0,32 п.л.)
  18. Рыбак К.Е. Ответственность в музейном праве // Экспертиза и атрибуция произведений изобразительного искусства. Материалы конференции 2000 г. М., 2002. – С.295 – 297. (совместно с А.И. Семикаленовой, 0,25 п.л.)
  19. Рыбак К.Е. Правовое обеспечение музейной деятельности // Теория и практика музейного дела на рубеже веков. М., 2001. – С.173 – 186. (0,88 п.л.)
  20. Рыбак К.Е. Принципы музейного права (историко-правовые аспекты) // Культура: управление, экономика, право. – 2006. – №2. – С.29 – 35. (0,75 п.л.)
  21. Рыбак К.Е. Процедуры воспроизведения художественных произведений по законодательству России до 1917 года и международным соглашениям с участием Российской Империи // Международная научно-практическая конференция: Правовое обеспечение сохранности культурных ценностей. – М.: ММИЭИФиП, 2002. – С.9 – 26. (0,66 п.л.)
  22. Рыбак К.Е. Современные проблемы регулирования музейной деятельности // Культура: управление, экономика, право. – 2005. – №4. – С.37 – 39. (0.25 п.л.)
  23. Рыбак К.Е. Социально-правовой анализ «экологической» контрабанды // Правовые средства охраны окружающей природной среды. – М.: Издательский центр ГУУ, 2000. – С.41 – 43. (0,15 п.л.)
  24. Рыбак К.Е. Становление музейного права // Право и государство: теория и практика. – 2005. – №1. – С.17 – 30. (1,03 п.л.)
  25. Рыбак К.Е. Структура принципов музейного права // Совершенствование механизма реализации права как основа экономического развития общества. М., 2006. – С.406 – 420. (1 п.л.)
  26. Рыбак К.Е. «Творческие» конкурсы: особенности разработки критериев оценки заявок участников конкурсов, предметом которых является результат творческой деятельности // Конкурсные торги. – 2003. – №12. – С.20 – 23. (0,26 п.л.)
  27. Рыбак К.Е. Устав Музея: опыт Музеев Московского Кремля по разработке учредительных документов // Справочник руководителя учреждения культуры. – 2005. – №11 – 12. – С.89 – 74. С.68 – 73. (0,72 п.л.)
  28. Рыбак К.Е. Федеральные музеи и конкурсы: о проведении открытых конкурсов федеральными музеями при закупке товаров, выполнении работ (оказании услуг) за средства, полученные от приносящей доход деятельности, либо за счет федерального бюджета // Конкурсные торги. – 2003. – №25. – С.31 – 34. (совместно с В.И. Борисовым, 0,45 п.л.)
  29. Рыбак К.Е. Ценовая политика музея: методы определения стоимости предоставления права на воспроизведение музейного предмета // Справочник руководителя учреждения культуры. – 2004. – №2. – С.6 – 12. (совместно с И.А. Гречишниковой, 0,30 п.л.)
  30. Рыбак К.Е. Циклизм как феномен социально-исторического развития // Реформы в России и мире: компоративный анализ. – М.: МГТУ им. Н.Э. Баумана, 2000. – С.123 – 126. (0,15 п.л.)
  31. Рыбак К.Е. Циклы жизни и циклы природы: непротиворечивое развитие // Производство, технология, экология – образование в технических университетах на пороге XXI века. М., 1999. – С.25. (0,15 п.л.)
  32. Рыбак К.Е. «Экологическая» контрабанда // Нормативно-правовое и инструктивно-методическое обеспечение природоохранной деятельности. – М.: НИА-Природа, 2000. – С.62 – 66. (0,30 п.л.)
  33. Рыбак К.Е. Юридическая служба в музее. Регулирование труда руководителя и сотрудников отдела // Справочник руководителя учреждения культуры. – 2005. – №5 – 6. – С.64 – 71. С.78 – 83. (0,83 п.л.)



© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.