WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

На правах рукописи

Юдина Таисия Васильевна

СОВЕТСКИЕ РАБОЧИЕ И СЛУЖАЩИЕ

НА КОНЦЕССИОННЫХ ПРЕДПРИЯТИЯХ СССР

В ГОДЫ НОВОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ПОЛИТИКИ

Специальность 07.00.02 – Отечественная история

Автореферат

диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Астрахань – 2010

Работа выполнена на кафедре истории России Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Волгоградский государственный университет».

Научный консультант:

доктор экономических наук, профессор

Загорулько Максим Матвеевич

Официальные оппоненты:

доктор исторических наук, профессор

Леонов Сергей Викторович

доктор исторических наук, профессор

Парамонов Вячеслав Николаевич

доктор исторических наук, профессор

Убушаев Владимир Бадахаевич

Ведущая организация:

Саратовский государственный университет

Защита диссертации состоится «27» августа 2010 г. в 14.00 ч. на заседании объединенного диссертационного совета ДМ 212.009.08 при  Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Астраханский государственный университет» по адресу: 414056, г. Астрахань, ул. Татищева, 20 а, ауд. 4.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке Государственного образовательного учреждения высшего профессионального образования «Астраханский государственный университет» (414056, г. Астрахань, ул. Татищева, 20 а).

Автореферат разослан « » ____________ 2010 г.

Ученый секретарь

объединенного диссертационного совета

ДМ 212.009.08

доктор исторических наук,  доцент  Савельева Е.В.

 

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы. Использование концессионных механизмов в экономике Российской Федерации стало возможным с принятием в 2005 г. Федерального закона «О концессионных соглашениях»1. Хотя внедрение концессионных форм в экономику России испытывает трудности, возможность участия в концессиях иностранных инвесторов не исключена. В этой связи необходимо заранее определить пути решения проблем регламентации трудовых и социальных отношений на предприятиях с участием иностранного капитала, проблем занятости населения и повышения его жизненного уровня.

Как показывает опыт, именно пробелы в законодательной базе Российской Федерации приводят к росту недовольства рабочих, занятых на предприятиях с иностранным капиталом. На заводах «Форд» – в г. Всеволожске, «Кока-Кола Эйч Би Си Евразия» – в г. Москве и г. Волжском Волгоградской области, фабрике «Нестле-Камская» – в г. Перми, предприятии «АЕК» – в г. Костомукше российские рабочие все чаще с помощью забастовок пытаются добиться изменений условий труда, перераспределения прибыли, участия в решении вопросов управления и повышения заработной платы. Однако предъявляемые требования бастующих не всегда приводят к росту их доходов и  сокращению объемов сверхурочной работы.

Серьезной остается проблема создания и функционирования профсоюзных организаций для защиты социально-экономических интересов работников предприятий с иностранным капиталом. Противодействие профсоюзной деятельности, организация корпоративных профсоюзов, наличие собственной социальной идеологии, норм трудовых отношений у иностранных предпринимателей препятствуют успешному социально-экономическому развитию трудовых коллективов, реализации необходимых мер по защите работников в вопросах заработной платы, социального страхования, профессионального обучения, бытового обслуживания, культурного досуга.

Исторический опыт концессионной политики и практики в период новой экономической политики (нэпа) в этом случае неоценим. В условиях глобализации мировой экономики советский опыт по регламентации трудовых и социальных отношений на концессиях актуален с точки зрения не только научного анализа, но и его практического использования.

Появление в 1921 г. первых концессий в Советской России было предопределено политикой советского правительства, направленной на привлечение иностранного капитала для восстановления национальной экономики, разрешения проблемы занятости населения, улучшения его материально-бытового положения.

На советских концессиях возникла особая категория населения – «советские концессионные рабочие»: советские граждане, принятые концессионерами в качестве рабочих на концессионные предприятия для осуществления трудовой деятельности, защищенные советским трудовым законодательством и имевшие в основном более высокий уровень жизни по сравнению с советскими рабочими, занятыми на однородных государственных предприятиях, за счет оказываемой правовой поддержки государственной власти и хозяйственно-финансовой деятельности иностранных предпринимателей.

Занятость населения и уровень его жизни остаются ключевыми проблемами российского общества в XXI веке. Это актуализирует исследование исторического опыта взаимодействия советских органов власти и профсоюзов с концессионерами в решении вопросов занятости населения и улучшения его социально-экономического положения в годы нэпа.

Хронологические рамки диссертации охватывают 1921–1929 гг. – годы новой экономической политики в Советской России, годы создания и функционирования концессионных предприятий. Изучение этого периода, связанного со становлением и свертыванием нэпа, позволяет достаточно четко выделить закономерности внедрения и ликвидации частных форм хозяйствования, основные тенденции использования иностранного капитала, особенности решения вопросов занятости советского населения и улучшения его социально-экономического положения на концессионных предприятиях.

Первые концессионные договоры были заключены советским правительством в 1921/1922 году2. Активный период советской концессионной политики и практики начался в 1924/1925 году3. С 1928/1929 г., в соответствии с решением советского правительства о нецелесообразности функционирования концессий в советской экономике, концессионные договоры с иностранными частными юридическими и физическими лицами перестали заключаться, а существовавшие концессии стали ликвидироваться. Тем не менее отдельные концессии продолжали работать в СССР в период 1930-х гг., поэтому исследование затрагивает частично и этот период. Однако, исходя из интенсивности развития концессионной политики и практики в СССР, основное внимание уделяется анализу трудовых и социальных аспектов функционирования концессий именно в период с 1924/1925 г. по 1928/1929 год. 

Территориальные границы исследования определяются местами расположения концессий. Они функционировали, в соответствии с решением советского правительства, в разных точках СССР: городах – Архангельск, Ленинград, Москва, Новосибирск, Переславль-Залесский, Ростов-на-Дону, Чиатура; губерниях – Амурская, Архангельская, Камчатская, Костромская, Ленинградская, Московская, Новгородская, Приморская, Саратовская, Сахалинская, Семипалатинская, Череповецкая; краях – Северо-Кавказский и Хабаровский.

В исследовании проанализировано социально-экономическое положение рабочих и служащих преимущественно на тех концессиях, которые функционировали не меньше 2–3 лет и играли значительную роль в экономике страны и занятости населения СССР. Наиболее подробно автором изучены концессии: «Лена Гольдфильдс», «Грузинский марганец», «Тетюхе», «Мологолес», «Руссанглолес», «Русснорвеголес», «Руссголландолес», «Мологожелдор», «Дерулюфт», «Гаммер». При этом внимание акцентируется прежде всего на концессионных рабочих, значительно превосходивших по численности служащих.

Объектом исследования являются концессионные предприятия СССР.

Предметом исследования выступают трудовые и социальные отношения на концессионных предприятиях, деятельность советских органов власти и профессиональных союзов по регулированию и защите социально-трудовых прав советских концессионных рабочих и служащих в годы нэпа.

Степень изученности проблемы. История социально-экономического положения советских концессионных рабочих и служащих рассматривается в контексте становления, развития и свертывания советской концессионной политики и практики.

Попытки изучения проблемы социально-трудовых прав трудящихся, главным образом рабочих, стали предприниматься одновременно с привлечением иностранного капитала в советскую экономику и созданием концессий через призму деятельности на них профсоюзов. Исследователями в основном являлись работники Главного концессионного комитета (ГКК) В. Бутковский, М. Иоэльсон, М. Лацис, М. Яннин и другие, работники профсоюзов Н. Богданов, В. Буянов, Х. Топоровская и другие.

Их публикации представляли собой пропагандистские брошюры, статьи, обзоры, посвященные исследованиям значения концессионных предприятий в народном хозяйстве страны, подведению итогов деятельности концессий, отдельных отраслевых профессиональных союзов на концессиях, и предназначены были, в первую очередь, для профессиональных работников4. В трудах анализировались состояние концессионной практики, рабочий вопрос, причины трудовых споров на государственных и частных предприятиях, определялись задачи профсоюзов на концессиях по защите экономических интересов рабочих и их классовому воспитанию. Отрывочные сведения о реальном материальном уровне, социальном положении концессионных рабочих, трудовых спорах положили начало осмыслению проблемы качества их жизни. 

В 1920-е гг. исследователями анализировались вопросы, касающиеся соблюдения трудового законодательства при найме рабочей силы, в том числе и иностранной, заключения и соблюдения коллективного договора5.  Их работы представляли практическую значимость для профактива, непосредственно участвовавшего в подготовке проектов и заключении коллективных договоров. В это же десятилетие регулирование трудовых и социальных отношений между концессионерами и рабочими находилось в центре внимания исследователей, в том числе и зарубежных. Хотя среди ряда российских исследователей сложилось ошибочное мнение, что первые монографии западных авторов, в которых рассмотрена концессионная политика, появились после XX съезда КПСС6.

Нужно отметить труды, непосредственно связанные с темой защиты социально-трудовых прав рабочих, посвященные профсоюзной работе и деятельности расценочно-конфликтных комиссий, комиссий по охране труда и социальному страхованию; вопросам трудового права и трудового режима, техники, организации труда, охраны труда, питания7.

В период нэпа массовые периодические обследования продолжительности рабочего времени, условий труда, жилья, питания рабочих масс проводились в основном на государственных предприятиях, однако задачи по улучшению социально-экономического положения рабочих ставились перед профсоюзами предприятий всех форм собственности8.

Отношение большевиков к привлечению иностранного капитала в форме концессий было осторожным и непоследовательным. Опасаясь усиления влияния предпринимательских кругов в Советской России, в то же время они осознавали, что советской экономике концессии были необходимы, поскольку с их помощью можно было внедрить новые производственные технологии и частично решить вопросы занятости населения. Руководители советских органов власти требовали от профсоюзов осуществления контроля над деятельностью зарубежных предпринимателей, которые, в свою очередь, настаивали на невмешательстве профсоюзов в области трудового права.

Мнение Е. Вилиша, утверждавшего, что профсоюз, исходя из круга своих задач, всегда будет рассматривать концессионера как капиталистического работодателя, в отношении которого он будет стремиться максимально использовать свои властные полномочия в интересах рабочего класса9, не вызывает возражения. Подобная мысль косвенно подтверждается Ю. Лариным (М. Лурье), считавшим, что частным предпринимателям профсоюзы ставят более жесткие условия и по заработной плате, и по отчислениям10.

Защитная функция профсоюзов оценивалась исследователями по-разному. Крайне негативно характеризовал деятельность профсоюзов по защите прав работников В. Талин11. Более объективен в оценках В. Кох, который считал, что посредством использования различных средств регулирования оплаты труда, профсоюзы могли существенно повысить мотивацию труда рабочих12, и следовательно – их уровень жизни.

Полезной для практической деятельности профессиональных работников концессий явилась книга Г. Кузбасова13. Автор проанализировал методы профсоюзной работы, предостерег от ошибок, предложив свой взгляд на ведение деятельности по защите интересов отечественных рабочих на концессиях.

В целом, в публикациях 1920-х – первой половине 1930-х гг. вопросы социально-трудовых прав, социально-экономического положения советских трудящихся на концессиях СССР освещались фрагментарно14. В большей степени анализировались роль концессий для советской экономики, а также деятельность профсоюзов, направленная на защиту социально-трудовых прав советских концессионных рабочих. Преобладало официальное мнение, что «материалы, на основе которых можно было бы дать ясное представление о положении вопросов труда в концессионных предприятиях, чрезвычайно ограниченны и малодостоверны»15. Действительно, недостаточное количество документальных, статистических данных привело к тому, что отечественная историография 1920-х гг. носила описательный характер.

Во второй половине 1930-х – первой половине 1950-х гг. в исследовании отечественными и зарубежными авторами концессионной практики и политики советского государства наступил перерыв. Это объясняется сменой приоритетов в вопросе форм привлечения иностранного капитала, а также свертыванием концессионной практики в конце 1920-х – начале 1930-х годов.

Короткий путь (в рамках исторического измерения) советской концессионной практики – от осторожного, сдержанного отношения к заключению концессионных договоров в начале 1920-х гг. и отказа от их заключения в 1928/1929 г. к ликвидации концессионных предприятий в связи с их «чрезмерной рентабельностью»16 в условиях свертывания нэпа и перехода к системе планово-директивного хозяйства – позволил сформировать в общественном сознании, исследовательских кругах устойчивое мнение о нецелесообразности концессионного дела в социалистической экономике России. Свою роль в отсутствии публикаций во второй половине 1930-х – первой половине 1950-х гг. сыграла не только неэффективная оценка деятельности концессионеров советскими органами власти, но и засекречивание информации о концессионной практике в годы нэпа.

С конца 1950-х – начала 1960-х гг., несмотря на то что отечественные исследователи оставались в жестких рамках партийно-государственного контроля, стало наблюдаться возобновление интереса к вопросам истории использования иностранного капитала в народном хозяйстве СССР. Это стимулировалось расширением источниковой базы, открытием доступа к новым архивным документам. Однако по-прежнему социально-трудовым вопросам, защитной роли профсоюзов уделялось немного внимания. Тем не менее заметным явлением в отечественной историографии стали работы Т. Рафаиловой, З. Нургалина, Н. Присягиной, В. Гранина, В. Архипова, Л. Антоновой, С. Быковой, А. Белоусова, В. Камынина, в которых рабочий вопрос стал рассматриваться шире.

Авторы приводили сведения из концессионных договоров о количестве советских и иностранных рабочих, давали фрагментарную информацию о заработной плате, охране труда, социальном страховании трудящихся, соблюдении Кодекса законов о труде, заключении коллективных договоров, проведении профсоюзами культурно-просветительной работы17

. Но вне поля их зрения оставались вопросы, связанные с наймом и распределением рабочей силы, регулированием трудовых отношений, организацией заработной платы, повышением квалификации рабочих.

Давая экономическую оценку привлечению иностранного капитала в советскую экономику и не отходя от сложившихся стереотипов, Т. Рафаилова осторожно, но справедливо отмечала, что существование концессий было допущено «в целях быстрейшего восстановления и развития народного хозяйства и улучшения положения трудящихся масс»18.

Появление работы Т. Рафаиловой несколько изменило оценку значения концессий, но сторонников у нее в советской исторической литературе практически не оказалось. Стоит все же указать, что вывод о снижении безработицы в Алапаевском районе и повышении жизненного уровня рабочих Алапаевской концессии сделал В. Камынин19. 

Больше подобных оценок в работах советских историков не встречалось, поскольку объективный анализ деятельности концессионеров по повышению жизненного уровня советских рабочих не предусматривался. Научный уровень трудов советских исследователей определялся идеологической заданностью. Тем не менее работы З. Нургалина, Н. Присягиной, В. Гранина, В. Архипова и других авторов, опубликованные в конце 1950-х – начале 1980-х гг., не утратили своего научного значения, поскольку опирались на обширный фактический материал.

Наряду с отечественными исследователями, интерес к советской концессионной политике и к вопросам, связанным с выявлением роли и задач профсоюзов в 1920-е гг., стали проявлять и зарубежные ученые20. Так, работа М. Девар посвящена становлению и развитию трудовой политики, организации рабочей силы в Советской России, достижению социального прогресса, анализу декретов по трудовому праву21.

В работах зарубежных исследователей в целом давался объективный анализ деятельности государственных органов власти по созданию концессий, взаимоотношений предпринимателей и руководителей советского общества, рассматривались трудности функционирования концессий в советской экономике. Однако позитивных тенденций, имевших место в концессионной практике, зарубежные ученые не изучали. Тем не менее эти труды также позволяют воссоздать комплексную картину концессионной политики и практики, взвешенно оценить вклад профсоюзных организаций в улучшение условий труда и защиту социальных прав трудящихся.

В конце 1980-х – начале 1990-х гг. в связи с возросшим интересом к периоду нэпа в условиях реформирования советского общества рядом отечественных авторов предпринимались попытки проанализировать причины неудачного привлечения иностранного капитала в советскую экономику, выявить этапы использования, проследить взаимосвязь создания концессий и разрешения проблемы занятости населения, повышения квалификации советских рабочих и уровня их жизни22. Эти труды позволили проследить позицию советского правительства к концессионерам в вопросах создания материально-бытовых условий для отечественных рабочих и служащих, соблюдения их социально-трудовых прав концессионерами, выявить результативность деятельности профсоюзных организаций.

Новым для историографии 1990-х гг., в связи с открытием архивных фондов, стало расширение тематики исследований, углубление исследования проблемы, сравнение исторического, экономического и юридического материалов, появление новых оценок советской концессионной практики.

Значительный вклад в раскрытие темы внесли работы Н. Марьясовой, в которых концессии стали рассматриваться как один из способов улучшения материального положения рабочего класса и крестьянства23. Однако привлеченный богатый архивный материал Российского государственного исторического архива Дальнего Востока, Российского государственного архива экономики (РГАЭ) далеко не в полной мере позволил Н. Марьясовой осветить проблемы социально-экономического положения работников, их материального обеспечения и условий труда на японских и американских концессионных предприятиях на Дальнем Востоке СССР.

Накопленный исторической наукой материал о разработке концессионной политики обобщила Е. Косых24, диссертация которой посвящена вопросам деятельности концессионных предприятий в 1920-е гг., проблемам использования иностранного капитала. Е. Косых, удачно проанализировав прошлый опыт экономического партнерства с иностранным капиталом в интересах современного сотрудничества, уделила незначительное внимание социальным аспектам развития предприятий. Отсюда недостаточно объективная, а порой и поверхностная оценка социальных итогов концессионной практики. 

В конце 1990-х – начале 2000-х гг. появляются монографии, диссертационные исследования, посвященные изучению концессионной практики отдельных регионов страны в условиях многоукладной экономики Советской России. Однако необходимо отметить, что рабочий вопрос авторами рассматривается поверхностно, проблема защиты прав наемного рабочего, его социально-экономического положения не стала предметом специального изучения25.

Исследователи деятельности отдельных концессий частично затрагивают проблемы социально-трудовых прав концессионных рабочих и служащих. В статье И. Коваля изучены численность работников отдельной уральской концессии – Алапаевских асбестовых рудников, отношение профсоюзов к концессионерам26. Однако существенным ее недостатком является неиспользование уже имевшегося в работах В. Гранина и С. Захарова материала по деятельности асбестовой концессии. В монографии В. Ремизовского27, посвященной истории концессии «Кита Карафуто Секию Кабусики Кайша» на Северном Сахалине, проблема обеспечения концессии квалифицированной советской рабочей силой в 1930–1935 гг. исследуется лишь частично.

Л. Лютов в работе по исследованию реформирования промышленности в 1920-е гг. делает важные выводы о взаимосвязи осуществления реформы хозяйственного механизма промышленности и использования при этом иностранного капитала в концессионной форме. Говоря об итогах концессионной практики и роли иностранных концессионеров и государственных органов, осуществлявших концессионную политику, он акцентирует внимание на противоречивости концессионной политики советского правительства, вопросах численности рабочих промышленных концессий в 1924/1925–1926/1927 годах. Однако данные по условиям труда и быта рабочих автор приводит только по государственным предприятиям28.

Экономической политике советской власти в области трудовых отношений, мотивации труда в годы нэпа уделяют внимание Л. Бородкин и Е. Сафонова29, В.Н. Парамонов30. Комплексное исследование трудовых отношений на советских предприятиях в 1918–1924 гг. провела Л. Борисова, которая выявила «позитивные перемены» в системе трудовых отношений при переходе к нэпу, описала трудовые конфликты, дала общую характеристику и проанализировала их причины. Анализу же конфликтных ситуаций на частных, в том числе и концессионных, предприятиях автор уделяет незначительное место в исследовании31. Она не проводит сравнения форм, причин конфликтов на предприятиях различных форм собственности.

Доступность ранее засекреченных архивных фондов в государственных архивах и публикации документов позволяют ученым освещать малоисследованные аспекты концессионной практики в СССР. Так, труды В. Булатова, М. Загорулько32 помогают представить причины принятия отрицательных решений по использованию концессий в советской экономике, воспроизвести практику привлечения иностранного капитала на концессионные предприятия СССР и, следовательно, более глубоко разобраться в эффективности концессионного дела, трудовых и социальных аспектах функционирования иностранных концессий в СССР. 

Активизация исследовательской работы по изучению концессионного опыта советского государства объясняется не только стремлением воссоздания реальной картины экономической и социальной жизни советского общества в нэповские годы и его повседневной деятельности, но и появлением в современной России все большего числа предприятий с участием иностранного капитала, интеграцией страны в мировую экономику.

Завершая историографический обзор, следует отметить, что с 1920-х гг. и по настоящее время основное внимание исследователи уделяли анализу вопросов становления и развития концессионной политики в 1920-е гг., экономической политике советского государства, деятельности профсоюзов по организации социальной сферы. До настоящего времени проблема социально-экономического и правового положения работников, материального обеспечения, условий их труда, нормативно-правового регулирования их деятельности, предотвращения конфликтов по социально-трудовым вопросам на концессиях исследована недостаточно. Комплексной работы до сих пор не существует.





Степень изученности проблемы и актуальность темы подводит к выводу о необходимости восполнения пробелов в отечественной историографии, связанных с реализацией социально-трудовых прав работоспособного населения на концессионных предприятиях СССР, выявлением роли профсоюзов в защите прав работников на основе привлечения комплексного документального материала.

Цель работы – изучить положение советских рабочих и служащих на концессионных предприятиях СССР в годы новой экономической политики.

Достижение поставленной цели потребовало решения следующих задач:

- определить концессионную практику советского правительства как составную часть новой экономической политики и выявить содержание «основной оси концессионной политики»;

- показать механизм принятия и реализации коллективных договоров как нормативно-правовых актов, регулировавших отношения между администрациями концессий и работниками, а также особенности проведения колдоговорных кампаний;

- дать представление об условиях найма, увольнения советских концессионных рабочих и служащих, организации и регулировании трудовых отношений, разрешении проблемы занятости трудоспособного населения СССР;

- провести анализ конкретных мероприятий концессионеров по созданию безопасной производственной среды и принятию эффективных управленческих решений по охране труда, вклада профессиональных организаций в формирование системы защиты работников от производственных рисков в 1920-е годы;

- изучить и оценить положение советских рабочих и служащих на концессиях в вопросах оплаты труда;

- проанализировать роль концессионеров, советских органов власти и профсоюзов в разрешении жилищного вопроса в СССР, предоставлении медицинской помощи работникам концессий, организации их общеобразовательного и профессионального обучения, культурного просвещения;

- выявить причины конфликтных ситуаций на концессиях, формы организации споров и способы разрешения трудовых конфликтов;

- раскрыть задачи и функции профессиональных организаций, расценочно-конфликтных комиссий на концессиях в изучаемый период.

Методологической основой диссертации являются общепринятые принципы в отечественной исторической науке: историзма, комплексного подхода, системности и объективности. Они позволили на основе обширных документальных источников рассмотреть проблему в ее многообразии в конкретно-исторических, политических и экономических условиях, в их взаимосвязи и развитии.

Использованные системно-структурный, конкретно-исторический, сравнительно-исторический, статистический методы, методы репрезентативности и количественной обработки помогли систематизировать собранный архивный материал и проследить процессы улучшения условий социально-экономического положения концессионных рабочих, развития деятельности профсоюзов по защите социально-трудовых прав рабочих и служащих, а также создать целостную картину формирования и развития трудовых и социальных отношений на концессиях СССР в годы нэпа.

Источниковая база. Для решения поставленных задач был использован широкий круг источников, которые условно можно разделить на несколько групп.

Первая группа источников представлена законодательными актами (декретами, постановлениями), принятыми или утвержденными СНК СССР и РСФСР, Всероссийским (Всесоюзным) ЦИК по вопросам разработки и осуществления концессионной политики, а также документами XI–XIV съездов РКП(б)–ВКП(б): постановлениями, резолюциями, стенограммами, материалами.

Во вторую группу отнесены концессионные и коллективные договоры – нормативно-правовые акты по регулированию юридических отношений между СНК и концессионером; трудовых, социально-экономических – между концессионером и работниками, что позволило раскрыть преимущества найма рабочей силы на концессии, социально-трудовые гарантии и льготы концессионных рабочих и служащих.

Третью группу источников составила делопроизводственная документация, извлеченная из Государственного архива Российской Федерации (ГА РФ), Российского государственного архива социально-политической истории (РГАСПИ), РГАЭ, Государственного архива новейшей истории Саратовской области и Государственного исторического архива немцев Поволжья в г. Энгельсе: организационно-распорядительные документы, документы общественных структур, отчетные документы концессий. В значительной мере использованы материалы федеральных государственных архивов, содержащие обобщающую информацию о советских концессионных рабочих и служащих на всей территории СССР.

Материалы и документы в фондах ГА РФ (фонды 5454, 5455, 5456, 5458, 5459, 5467, 5469, 5470, 5472, 5474, 5475 и 8350) дают возможность выявить основные принципы политики государственных органов по отношению к советским концессионным рабочим, служащим и концессионерам в годы нэпа. Часть документов была недавно рассекречена и ранее не вводилась в научный оборот.

В РГАСПИ (фонды 17, 82, 95) интерес представляют материалы совещаний с иностранными рабочими на концессиях, докладные записки инструкторов ЦК партии, отчеты, справки, протоколы и письма ГКК при СНК СССР, ВСНХ, СНК о деятельности концессий, переговорах об урегулировании дел с концессионерами.

В РГАЭ автором изучены документы в фондах Народного комиссариата земледелия (фонд 478), Главного управления лесной и бумажной промышленности ВСНХ СССР (фонд 7758), Всесоюзного текстильного синдиката (фонд 7770), Главного управления акционерного общества «Лена Гольдфильдс» (фонд 7024).

Исследование материалов Государственного исторического архива немцев Поволжья в г. Энгельсе (фонды 250, 849, 998) и Государственного архива новейшей истории Саратовской области (фонды 1, 10, 238, 1127, 2446, 6102) позволило автору показать условия труда и быта рабочих и служащих сельскохозяйственной концессии «Друаг».

К этой же группе источников можно отнести опубликованные документы о концессионной политике советского государства: письма, записки, телеграммы, тезисы докладов, отзывы ведомств, справки ГКК, с помощью которых были выявлены результаты концессионной деятельности, получены данные о квалификации рабочей силы, направляемой отделами труда на концессии, подсчитана численность рабочей силы на них.

Из опубликованных статистическо-отчетных данных, полученных из материалов к отчету правительства РСФСР за 1924–25 и 1925–26, 1926–27 гг.; материалов к отчету правительства СССР за 1924–25, 1925–26, 1926–27, 1927–28 бюджетные годы и 1928–29 гг., извлечена информация об условиях функционирования концессий, их деятельности и роли, распределении рабочей силы, числе и составе предприятий. Эти сборники составлялись правительственными органами: СНК и СТО СССР, СНК и ВЦИК РСФСР.

Опубликованные сборники документов под редакцией М.М. Загорулько, А.Х. Абашидзе, А.А. Клишаса, В.Г. Хвинтелиани, С.С. Хромова стали новым шагом в исследовании социально-экономического положения отечественных рабочих и служащих на концессиях.

Четвертой группой источниковой базы для анализа советской концессионной политики и практики явилась периодическая печать 1920-х гг., в частности журналы: «Большевик», «Вестник труда», «Вопросы труда», «Охрана труда», «Плановое хозяйство», «Революционная законность»; газеты: «Правда», «Труд». В публикациях статей, писем трудящихся воспроизводятся особенности социокультурной среды, представления рабочих и служащих концессий о своем материальном положении, образовательном и культурном уровне. Материалов, где говорится о достижениях концессионеров, их позитивной деятельности в сфере трудовых и социальных отношений,  практически нет, поскольку периодическая печать 1920-х гг. строго охранялась цензурой. Именно это объясняет неширокое использование периодической печати в исследовании по сравнению с архивными документами.

К пятой группе относится особый вид источников – справочные издания, выходившие большими тиражами и предназначенные для профсоюзного руководства: пособия, справочники33. Инструкции были направлены на разъяснение профработникам стоящих перед ними непосредственных задач. Подробный перечень бесед с тезисами, краткими конспектами, литературой, несомненно, помогали профессиональным работникам успешно проводить профессионально-воспитательную работу среди концессионных рабочих.

Научная новизна работы:

  • доказано, что создание и функционирование концессий оказалось возможным в условиях введения новых форм хозяйствования в стране. Свертывание нэпа обусловило массовую ликвидацию концессий;
  • обосновано, что привлечение иностранных предпринимателей в Советскую Россию в годы нэпа способствовало не только восстановлению и развитию народного хозяйства, но и улучшению социально-экономического положения советского населения, занятого на концессионных предприятиях;
  • определено, что средством обеспечения более высокого социально-экономического положения советских концессионных рабочих по сравнению с рабочими однородных государственных предприятий выступали коллективные договоры концессий, заключение которых осуществлялось центральными комитетами отраслевых профсоюзов; 
  • выявлены особенности организации трудовых отношений на концессиях (трудоустройство отечественной рабочей силы через органы Народного комиссариата труда, преимущественное право найма членов профсоюза, соблюдение соотношения численности отечественных и иностранных рабочих, продолжительности рабочего времени);
  • раскрыта роль концессионеров и уполномоченных лиц по охране труда в обеспечении безопасных условий труда на концессиях;
  • установлено, что политика советских органов власти в области организации заработной платы советских концессионных рабочих по обеспечению более высокого уровня их жизни реализовывалась на практике через партнерство концессионеров и профработников;
  • дана оценка деятельности концессионеров по формированию социокультурной среды на предприятиях, которая определялась условиями труда и быта, социальными правами советских концессионных рабочих и служащих и была направлена на организацию их жилищных условий, медицинского обслуживания и других форм социального страхования, профессиональной подготовки, повышения общеобразовательного и культурного уровня;
  • показаны причины, преобладающие формы социально-трудовых конфликтов на концессиях, особенности их разрешения;
  • аргументирована специфика деятельности профсоюзов на концессиях как действенного института защиты трудовых и социально-экономических прав и интересов советских концессионных рабочих и служащих;
  • введены в научный оборот неопубликованные источники.

Основные положения, выносимые на защиту, состоят в следующем:

1. Концессионная практика (допущение, использование и массовая ликвидация концессий) является неотъемлемой, составной частью процесса введения и свертывания нэпа. Использование иностранных капиталовложений определялось политикой советского правительства, направленной на восстановление экономики и улучшение материального положения трудящихся, прежде всего рабочих. Дальнейший курс на форсированное развитие промышленности и капитального строительства предопределил судьбу нэпа и выразился в ликвидации частного предпринимательства, в том числе иностранного в форме концессий.

2. Концессионеры стремились выполнять взятые обязательства перед советским правительством, одновременно, тем самым, повышая уровень жизни советских рабочих и служащих и способствуя развитию социальной инфраструктуры предприятий. Указанные направления стали своеобразным маркером функционирования концессий.

3. В условиях нэпа переход к коллективно-договорной практике, намеченный февральским Пленумом ВЦСПС 1922 г., определялся Кодексом законов о труде. Особенности коллективно-договорной практики на концессиях заключаются в том, что первичные профсоюзные организации, как и трудовые коллективы, были фактически отстранены от процедуры разработки, обсуждения и принятия коллективных договоров, поскольку прерогатива принадлежала центральным комитетам отраслевых профсоюзов. Даже после заключения договоров профсоюзные работники первичных организаций не всегда знали их содержание и не знакомили с ними концессионных рабочих и служащих. Однако коллективные договоры играли важную роль в регламентации отношений между концессионерами и советскими рабочими и служащими, соблюдении права на труд и улучшении социально-экономического положения работников.

4. Концессионеры в годы нэпа частично разрешали проблему занятости советского населения. Преобладание в 1920-е гг. государственной формы обеспечения занятости через органы НКТруда на концессиях предопределило гарантированное трудоустройство и стабильность рабочему. Отечественный рабочий концессии, имевший поддержку государственных и общественных структур, был более активен в защите своих экономических и социальных прав, чем рабочий государственного предприятия. Соотношение численности советских и иностранных рабочих на концессиях было разным и регулировалось советским законодательством.

5. Концессионеры создавали и поддерживали безопасную производственную среду на своих предприятиях и принимали решения, способствовавшие сохранению здоровья советских концессионных рабочих и служащих. Организация государственного и общественного контроля за состоянием охраны труда на концессиях способствовала защите работников от производственных рисков. Осознание социальной значимости безопасности труда концессионерами и работниками являлось важным условием повышения экономической эффективности деятельности концессий.

6. Размеры, выплата заработной платы на концессиях зависели не только от концессионеров, но и от мероприятий государства. Политика советских органов власти в области организации заработной платы отечественных рабочих, занятых на концессионных предприятиях, и ее реализация профсоюзами способствовали обеспечению более высокого уровня жизни рабочих. Практически на всех концессиях средняя месячная зарплата советских рабочих была выше, чем заработная плата рабочих на аналогичных государственных предприятиях.

7. Концессионеры обеспечивали жильем советских концессионных рабочих и специалистов, организовывали их медицинское обслуживание, обучали их новейшим технологиям и методам производства, чем способствовали росту уровня жизни рабочих и служащих. Иностранные предприниматели совместно с профсоюзами, при преобладающей роли последних, распространяли знания среди концессионных рабочих. Воспитательную деятельность на концессионных предприятиях осуществляли работники клубных учреждений и профсоюзов. Однако рабочие концессий не всегда стремились активно участвовать в общественной жизни – посещать собрания, клубы и т.д. Отмечалось явление, что они неохотно вступали в ряды большевистской партии.

8. Необоснованные требования органов власти и профсоюзов к концессионерам по улучшению социально-экономического положения советских рабочих вызывали конфликты на концессиях. Причинами социально-трудовых конфликтов были также задержки заработной платы, неблагоприятные трудовые и жилищные условия, спорные вопросы приема и увольнения рабочих, повышения разрядов, расценок и норм выработки, снабжения спецодеждой, то есть те причины, которые касались улучшения материального положения советских концессионных рабочих и служащих. В разрешении конфликтных ситуаций на концессиях определяющую роль играли центральные комитеты отраслевых профсоюзов.

9. Профсоюзы явились действенным институтом защиты трудовых и социально-экономических прав и интересов советских концессионных рабочих и служащих. Укрепление и развитие профсоюзов на концессиях, их реальное участие в разработке и реализации коллективно-договорной практики определяло уровень защищенности работника, организацию его труда, эффективность трудового законодательства. Совместные усилия органов власти и концессионеров по восстановлению и развитию национальной экономики, внедрению новейших технологий в производство обеспечивали наравне с профсоюзами приемлемый уровень и качество жизни работников концессий.

Научно-практическая значимость работы. Результаты, полученные в ходе исследования, могут быть использованы для подготовки спецкурсов и спецсеминаров по истории рабочих России периода нэпа, при написании учебных пособий.

Исследовательский опыт может быть полезен при разработке законодательной базы Российской Федерации в вопросах регламентации трудовых и социальных отношений на предприятиях с участием иностранного капитала.

Выводы, изложенные в диссертации, представляют интерес для преподавателей истории, экономистов, юристов, практиков, а также для студентов, аспирантов и могут быть использованы государственными органами при составлении региональных и национальной стратегий социально-экономического развития страны.

Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации изложены в научных статьях (в том числе 13 публикациях в изданиях, рекомендованных ВАК РФ), монографиях общим объемом более 45 п.л. Результаты исследования использовались в преподавании курса отечественной истории на неисторических факультетах, истории России – на факультете истории и философии Волгоградского государственного университета (2003–2008 гг.), а также были представлены в докладах на международных и всероссийских конференциях в г. Волгограде (2006–2009 гг.), г. Москве (2007, 2008 гг.). Диссертация обсуждалась на  кафедре истории России Волгоградского государственного университета.

Структура исследования определена целью и задачами работы и состоит из  введения, 4 глав, заключения, приложений, сокращений, списка источников и литературы, ресурсов сети Интернет.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обоснована актуальность темы диссертационного исследования, определены хронологические рамки, территориальные границы, объект и предмет исследования, даны историографический обзор и характеристика источников, сформулированы цель и задачи работы, представлены научная новизна и практическая значимость диссертации.

Первая глава «Нормативно-правовое регулирование трудовых и социальных прав советских рабочих и служащих на концессионных предприятиях» состоит из двух параграфов. Первый параграф «Основная ось концессионной политики» посвящен обоснованию целесообразности допущения концессий в национальную экономику для создания за счет концессионеров лучших социально-бытовых условий советским рабочим, привлекаемым на иностранные предприятия. «Основная ось концессионной политики», направленная на повышение уровня жизни советских концессионных рабочих, реализовывалась через положения концессионных и коллективных договоров.

Заключение концессионных договоров и функционирование концессий как одной из форм использования частного капитала в российской экономике стало возможным в условиях введения нэпа. Однако полемика среди руководства большевистской партии, работников государственных и хозяйственных органов и профсоюзов по вопросу использования иностранного капитала в Советской России развернулась еще в 1918–1919 гг., то есть до появления Декрета СНК РСФСР «Об общих экономических и юридических условиях концессий» от 23 ноября 1920 г. и Декрета «Об основных принципах концессионных договоров» от 29 марта 1921 года.

Трудовые и социальные отношения на концессиях регулировались положениями советского Кодекса законов о труде, соответствующими пунктами концессионных договоров и коллективными договорами. Вопросам соблюдения трудовых норм уделяли внимание Народные комиссариаты труда и иностранных дел, профсоюзы, требовавшие от концессионеров вывешивать на своих предприятиях Кодекс законов о труде для всеобщего обозрения.

Во всех концессионных договорах предусматривались обязательства концессионеров в отношении условий труда на предприятиях, практикантства и стажерства, приглашения иностранной рабочей силы и прочее. Но, как правило, содержание самих концессионных договоров работникам оставалось неизвестным, хотя в них «рабочему вопросу» посвящалась отдельная статья, параграф или ряд параграфов.

Во втором параграфе «Коллективные договоры концессионных обществ» выявлена роль коллективных договоров как средства защиты социально-трудовых прав и интересов рабочих и служащих концессий.

Коллективные договоры как одни из важнейших нормативно-правовых документов, заключавшиеся профсоюзом с концессионером, в соответствии с советским законодательством, определяли все условия труда и быта трудящихся. Но при этом в них предусматривался более высокий уровень социальных льгот и гарантий работникам по сравнению с тем, что устанавливало общее советское трудовое законодательство.

В исследовании представлены порядок проведения коллективных переговоров, сроки заключения коллективных договоров, их регистрации, хранения, условия и действия распространения, а также проведен анализ коллективных договоров концессий по вопросам повышения материального уровня советских концессионных рабочих. 

Порядок подготовки проектов коллективных договоров, ведения переговоров по их заключению и перезаключению на концессиях всех отраслей экономики инициировали профсоюзы, обычно сотрудники центральных комитетов. Им также принадлежала приоритетная роль в подготовке проектов договоров: концессионеров для их обсуждения не привлекали. Они приступали к переговорам с профсоюзами только после получения готовых проектов договоров.

При подготовке проектов коллективных договоров в период активизации концессионной практики ведущая роль принадлежала ВЦСПС. Он предлагал отраслевым профсоюзам руководствоваться примерным (типовым) коллективным договором для концессий, разработанным тарифно-экономическим отделом ВЦСПС в 1926 году. В типовой договор могли вноситься дополнительные статьи, уточняться или исключаться положения, которые не соответствовали функциям конкретной концессии. Централизованное руководство содержательной частью коллективных договоров концессий, осуществляемое ВЦСПС и центральными комитетами профсоюзов (в отдельных случаях центральные комитеты профсоюзов передоверяли заключение договоров краевым или губернским профорганам),  дополнялось требованиями административных и хозяйственных органов власти по обязательным дополнительным гарантиям и льготам рабочим концессионных предприятий, более высоким, чем рабочим государственных предприятий.

Заключению коллективных договоров предшествовали извещения, оповещения, переговоры между представителями отраслевых профсоюзов и уполномоченных концессионных обществ. Право на ведение коллективных переговоров и подписание коллективных договоров с концессионерами профсоюзам устанавливалось протокольным постановлением президиума центрального комитета или губернского отраслевого органа профсоюза и выдачей доверенности. Концессионер для ведения переговоров назначал уполномоченного и выдавал ему доверенность. При подготовке переговоров самыми распространенными формами работы центральных комитетов отраслевых профсоюзов являлись проведение заседаний и переписка.

Сроки переговоров при имевшихся предложениях концессионеров и профсоюзов по условиям коллективных договоров определялись, как правило, в течение 2 недель после поступления заявления. Переговоры проходили по-разному: от делового обсуждения вопросов до их срывов. Если соглашения достичь не удавалось, то составлялись протоколы разногласий.

При требованиях центральных комитетов устранять возникающие разногласия при заключении коллективных договоров правом самостоятельного ведения переговоров с концессионерами обладали профсоюзы не всех уровней. Низовые профорганизации – местные комитеты – могли только предлагать требования вышестоящим профорганам (районным, губернским, окружным, центральным), которые не всегда их поддерживали.

Процедуры регистрации и хранения, сроки заключения коллективных договоров, условия их распространения, играли также важную роль в регламентации трудовых и социальных отношений между концессионерами и советскими концессионными рабочими и служащими.

В главе сделан вывод о том, что заключение коллективных договоров центральными комитетами профсоюзов с концессионерами и объемные социально-трудовые гарантии отечественным рабочим являлись следствием общей политики в стране в отношении концессионных предприятий, то есть тех предприятий, с помощью которых необходимо было повысить материальный уровень советских рабочих. Предъявление более высоких требований органами власти и профсоюзами концессионерам в вопросах социально-экономического положения советских рабочих концессий при заключении коллективных договоров, по сравнению с рабочими государственных предприятий, являлось отличительной чертой коллективно-договорной практики на концессиях. Доминирование государственной политики в социально-экономической сфере и возложение обязанностей по ее выполнению на концессионеров в годы нэпа привело к повышению жизненного уровня советских концессионных рабочих, что выразилось в их более высоких доходах по сравнению с рабочими, занятыми на государственных предприятиях.

Во второй главе «Организация труда и заработной платы», включающей три параграфа, исследуются условия найма и увольнения советских концессионных рабочих и служащих, соотношение численности советских и иностранных рабочих, условия разрешения проблемы безработицы в стране, создания безопасного труда и достойной оплаты труда советских концессионных рабочих и служащих. 

В первом параграфе «Наем рабочей силы и регулирование трудовых отношений» исследуются возможности концессионной практики для разрешения проблемы занятости советского населения и роль профсоюзов в трудоустройстве советских граждан, преимущественно членов профсоюза,  на концессионные предприятия. Здесь оценивается значение концессий для советской экономики, проанализированы условия найма и увольнения отечественных работников на концессии, трудности при найме квалифицированной рабочей силы, численность занятых работников на концессиях. Наем рабочих на концессии осуществлялся в соответствии с Кодексом законов о труде через посредничество Народного комиссариата по труду (биржи труда и профсоюзы).

Укомплектовать концессии квалифицированной отечественной рабочей силой не представлялось возможным из-за ее недостатка. Приходилось привлекать иностранных рабочих и служащих. Для установления соотношения численности иностранной и советской рабочей силы (в пользу последней) в концессионные договоры в обязательном порядке включался пункт с конкретным процентным указанием. К активному привлечению иностранных рабочих на концессионные предприятия вынуждали недостаток отечественных квалифицированных рабочих (например, на ряде концессий Дальнего Востока), неточный учет советской рабочей силы, неэффективная деятельность советских вербовочных органов и нарушения обязательств концессионерами (например, на концессии «Тетюхе»). Однако, несмотря на трудности найма советской рабочей силы, профсоюзы настаивали на сокращении притока иностранных рабочих.

В отличие от Дальнего Востока, в других регионах страны проблема с квалифицированной отечественной рабочей силой стояла не так остро. Поэтому при ее достаточном наличии концессионеры меньше привлекали иностранных рабочих. Тенденция к увеличению удельного веса советской рабочей силы на концессиях к концу нэпа усиливалась.

При исследовании проблемы трудовых отношений на концессиях было выявлено несоответствие на ряде концессий штата рабочих и служащих, поскольку на всем протяжении периода нэпа органы власти, профсоюзы контролировали в основном вопросы найма рабочих и соотношения иностранных и советских рабочих на концессиях. При этом не уделялось должного внимания служащим, хотя штатное расписание работников концессий администрации обычно согласовывали с губернскими отделами или центральными комитетами отраслевых профсоюзов.

Со второй половины 1920-х гг. на крупных концессиях особенно острым оказался вопрос сокращения советских концессионных рабочих, при этом требования органов власти сводились если не к увеличению, то хотя бы к сохранению их численности. Эта проблема постоянно находилась в центре внимания ВСНХ, партийных и профсоюзных органов всех уровней, НКТруда.

Первые крупные сокращения советских рабочих начались на концессии «Лена Гольдфильдс» в 1927 г., массовые сокращения на других концессиях стали наблюдаться позже – с 1928–1929 годов. Тем не менее по числу рабочих в конце 1920-х гг. концессии опережали частные предприятия, хотя и уступали кооперативным и государственным.

Анализ численности советских рабочих на концессиях СССР в годы нэпа показал, что концессионеры, несмотря на имевшие место нарушения в вопросах найма, частично разрешали актуальную проблему занятости советских рабочих, сокращали безработицу в Советской России. Однако советское руководство не смогло эффективно использовать преимущества концессионного капитала для уменьшения численности безработных в стране, взяв курс в конце 1920-х гг. на укрепление социалистического уклада и ликвидацию многоукладной экономики, свертывание нэпа и его составной части – концессионной политики. Несмотря на повышенное внимание советских органов власти, большевистской партии и профсоюзов к проблеме сохранения отечественных рабочих на концессиях, к началу 1930 г. рабочих и служащих на них оставалось всего 12,5 тыс. человек (из 55 тыс. постоянных и сезонных рабочих в 1920-е годы).

В параграфе отмечено, что регулирование рабочего времени, рабочего дня, рабочей недели, сверхурочные работы, организация режима труда и отдыха на концессиях являлись одними из основных вопросов «рабочей политики в советских условиях», которые контролировались инспекцией труда и профсоюзами. Иностранные предприниматели не выставляли требований о «послаблении» рабочего законодательства, однако не всегда соблюдали соответствующие условия коллективных договоров.

Во втором параграфе «Санитарно-технические условия и безопасность труда» показано, что формирование отечественной системы защиты работников от производственных рисков с помощью государственного управления позволило на всех концессиях создать организационную структуру и механизм сотрудничества между работниками и иностранными предпринимателями. Систему общественного контроля охраны труда советских концессионных рабочих и служащих представляли уполномоченные профсоюза или члены комиссий по охране труда профсоюзов; функции государственного надзора осуществляли инспекторы труда, технические и санитарные инспекторы, профсоюзы.

Инспекторы труда проводили большое количество обследований на концессиях и требовали устройства бытовых помещений (столовых, раздевалок), комнат отдыха, установок вентиляции, правильного освещения производственных помещений, облегчения условий труда женщинам, нормированного рабочего дня, соблюдения правил внутреннего трудового распорядка. Обследование предприятий проводили и технические инспекторы. Однако свои требования по наведению порядка на рабочих местах инспекторы труда и технические инспекторы не всегда доводили до завершения, не следили за выполнением своих предписаний и затягивали решение вопросов на несколько месяцев. В деятельности инспекторов редкой практикой были подготовка представлений об устранении нарушений, привлечении виновных к ответственности, приемы работников на концессиях, проведение общих собраний и ознакомление рабочих и служащих с результатами своих проверок.

Органы власти настаивали на усилении работы комиссий по охране труда по обеспечению технической безопасности предприятий, недопущению большого количества сверхурочных работ, руководству законодательными и договорными нормами в вопросах регламентации санитарно-технического состояния предприятий, расширению практики организации совещаний комиссий по охране труда при губернских отделах профсоюзов. Однако на практике охрана жизни и здоровья рабочих оставалась трудноразрешимой проблемой. На концессионных предприятиях, так же как и на любых других, не обходилось без несчастных случаев, к которым приводила работа на неисправном оборудовании, в несоответствующих нормам санитарно-технических условиях, а также несоблюдение правил личной гигиены на производстве и быту рабочими и служащими концессий.

В параграфе освещается деятельность концессионеров по организации безопасности работ. Несмотря на отдельные нарушения, многие концессионеры рассматривали соблюдение всех требований по охране труда как важное условие повышения экономической эффективности своих предприятий. Однако иногда усилия добросовестных концессионеров оказывались тщетными из-за недостаточного уровня самосознания рабочих в вопросах культуры охраны и гигиены труда. Не каждый рабочий знал о своих обязанностях в сфере обеспечения безопасности и здоровья. Поэтому концессионеры в рабочих помещениях вывешивали правила по технике безопасности, охране труда, санитарии и внутреннего распорядка.

В годы нэпа особое внимание на концессиях уделялось снабжению спецодеждой и спецобувью, которые соответствовали требованиям охраны труда и обеспечивали защиту от воздействия вредных и опасных производственных факторов. Нормы спецодежды для каждой должности рабочего профсоюзы включали в приложения к коллективным договорам, а также составляли отдельные списки профессий на получение нейтрализующих веществ. Виды спецодежды для снабжения рабочих определяли расценочно-конфликтные комиссии. 

Особое место в вопросах обеспечения безопасности работ занимал труд женщин и подростков. Концессионеры строго соблюдали советское трудовое законодательство по использованию труда подростков на вредных производствах. В отношении женского труда на концессиях дело обстояло сложнее: предприниматели старались не принимать на производство женщин. 

К середине 1920-х годов в решении проблемы сохранения здоровья, охраны труда советских концессионных рабочих и служащих важную роль стало играть снабжение их продуктами и организация питания на производстве. Нормы продовольствия, его качество на концессиях контролировались райкомами или по их поручению первичными профорганами. По соглашению с профсоюзами некачественные продукты изымались из продажи или цены на них снижались, если они не представляли угрозы здоровью. Советские концессионные рабочие могли отказаться от получения положенного им продовольственного пайка. Но, как правило, таких случаев не наблюдалось, поскольку в тот период приобрести продукты питания вне концессий было проблематично.

Предоставление советским рабочим не только необходимых продуктов питания, но и товаров фиксировалось в коллективном договоре. Обычно концессионеры устанавливали так называемые «твердые цены» на реализуемые продукты питания, выделяли помещения для горячего питания, приобретали оборудование, организовывали доставку питания.

Таким образом, концессионеры стремились создавать и поддерживать безопасную производственную среду и принимать эффективные решения по охране труда, способствовавшие сохранению здоровья советских концессионных рабочих, следовательно, их более высоким результатам в производственном процессе. В то же время формировавшаяся государственная политика в годы нэпа, законодательная и нормативная база в сфере охраны труда также способствовали созданию на рабочих местах здоровых условий, добросовестному исполнению должностных обязанностей советскими рабочими, соблюдению ими правил безопасности на производстве. 

В  третьем параграфе «Оплата труда» анализируются системы оплаты труда, размеры заработной платы на концессиях, роль концессионеров и профсоюзов в реализации государственной политики в области зарплаты советских рабочих.

Система оплаты труда на концессиях не отличалась от ее организации на государственных предприятиях. Оплата труда в зависимости от условий была повременной, дневной (поденной), сдельной, подрядной (аккордной) и премиальной. Наиболее распространенными формами оплаты труда советских концессионных рабочих являлись сдельная и поденная. Оплата труда рабочих определялась их квалификацией обычно по первым 10 разрядам тарифной сетки, служащих – по первым 14 разрядам.

Размеры ставок 1-го разряда на концессиях определялись в ходе переговоров профсоюзов с администрациями предприятий, что свидетельствует о постепенной реализации положения «основной оси концессионной политики», направленного на повышение размеров зарплаты советских рабочих на концессиях по сравнению с оплатой труда рабочих на аналогичных государственных предприятиях. Остальные ставки рабочих устанавливались в соответствии с коэффициентом разрядной сетки на основании тарифных справочников отраслевых профсоюзов.

Советские концессионные рабочие по сравнению с рабочими государственных предприятий в основном получали более высокую заработную плату, которая увеличивалась ежегодно. Размеры заработной платы иностранных рабочих, определявшиеся специальными соглашениями с концессионерами, как правило, были выше, чем у советских рабочих.

Средняя фактическая заработная плата на концессиях разнилась, хотя, в основном, она все равно была выше, чем на государственных предприятиях. Исключением были отдельные концессии («Мологолес», «Шток», «Кита Карафуто Секию Кабусики Кайся»).

Различалась зарплата у постоянных, временных и сезонных рабочих концессий; на разных предприятиях одной и той же концессии, и у одних и тех же рабочих профессий. Ставки и размеры зарплат зависели от вида выполняемых работ. В то же время у служащих доходы всегда были выше, чем у рабочих. Тем не менее, несмотря на разницу в доходах советских рабочих и служащих концессий, заработная плата советских концессионных рабочих оставалась высокой, по меркам советского народного хозяйства. Сроки выплаты заработной платы устанавливались коллективным договором.

Значительное внимание вопросам организации заработной платы, установлению норм выработок и расценок на концессиях уделяли и сами концессионеры, поскольку зарплата являлась главным фактором в повышении жизненного уровня советских концессионных рабочих и служащих и важной статьей расходов концессий.

Не только государственная политика в области зарплаты на концессиях, высококвалифицированный труд рабочих, но и сверхурочные и дополнительные работы позволяли советским концессионным рабочим повышать свой реальный доход и уровень жизни в сравнении с рабочими, занятыми на госпредприятиях.

В третьей главе «Формирование социокультурной среды», состоящей из трех параграфов, проведен анализ условий быта работников советских концессий, выявлены меры концессионеров по улучшению жилищных условий, уточнена роль советских органов власти и концессионеров в разрешении жилищного вопроса и медицинского обслуживания советских концессионных рабочих и служащих, повышении образовательного, профессионального и культурного уровня рабочих концессий.

В первом параграфе «Жилищно-бытовые условия» выявлены виды жилой площади на концессиях, изучены жилищные условия работников.

Качество построенных концессионерами объектов вызывало справедливые нарекания представителей органов власти, однако это новое жилье частично ослабляло остроту жилищного кризиса в стране. К тому же концессионеры пытались оснащать квартирным инвентарем жилые здания.

При невозможности осуществления нового строительства для работников своих предприятий концессионерам предлагалось частично возмещать им оплату коммунальных услуг. Это право имели не только постоянные и временные рабочие, служащие, но и члены профессиональных и партийных организаций, сотрудники клубов, библиотек, школ, яслей.

Нормы жилья на концессиях оставались очень низкими, впрочем, как и на государственных предприятиях. Дефицит жилой площади и отсутствие возможностей приобрести предметы домашнего обихода определяли санитарное состояние помещений, их благоустроенность, комфортность. Обычно казарменные, барачные помещения служили для рабочих концессий и членов их семей одновременно спальным местом, складом для продуктов, местом приготовления пищи и «ванной комнатой». Не имея минимальной возможности и приемлемых условий для отдыха, рабочие не могли восстановить свои физические силы после трудового дня, отдохнуть. Жилищная неустроенность и скученность негативно сказывались и на поведении рабочих: многие после окончания трудового дня пьянствовали, хулиганили в казармах, не выходили на работу.

Требования инспекторов труда, профработников по соблюдению санитарно-гигиенических норм в жилых помещениях предъявлялись к концессионерам обоснованно. Однако претензии членов комиссий к проживавшим были редким явлением, хотя состояние жилищ во многом зависело от самих жильцов.

Не все советские рабочие (например, горных концессий) находились в одинаковых жилищных условиях. Квалифицированным рабочим и административно-техническому персоналу предоставлялись отдельные и благоустроенные дома. Остальные рабочие, которых было большинство, жаловались на скученность в бараках.

Избирательно предоставлялось жилье и иностранным рабочим концессий. Так, на «Кита Карафуто Коогио Кабусики Кайся» японские рабочие проживали «в очень хороших условиях», китайские – в бараках на двухэтажных нарах, в тесноте и духоте.

Но если советские рабочие жаловались на свои жилищные условия, то китайские рабочие на концессии «Тетюхе», оказавшись в худших условиях, в непригодных для жилья бараках, палатках, кладовых, чердаках, претензий не предъявляли. Лучшее жилье на «Тетюхе» отдали японским и советским рабочим, в первую очередь квалифицированным, а также инженерно-техническим работникам и членам администрации. Строительство новых помещений и на других предприятиях концессионеры осуществляли, прежде всего, именно для инженерно-технических работников. Однако такой принцип выделения более комфортного жилья существовал не только на концессионных предприятиях, но и на государственных.

Несмотря на предпринимавшиеся попытки концессионеров решить жилищную проблему, условия проживания рабочих горных концессий и лесной концессии «Мологолес» оставались тяжелыми. В то же время на сельскохозяйственных концессиях «Маныч», «Друаг» и лесных концессиях «Руссголландолес» и «Русснорвеголес» жилищный вопрос не являлся таким острым. Так, на «Маныче» регулярно проводились уборка и дезинфекция общежитий и квартир. Норма топлива, освещения и порядок снабжения ими рабочих устанавливались правилами внутреннего распорядка.

Профсоюзные организации требовали от концессионеров строительства не только нового жилья, но и производственных помещений, водопроводов, бань, моек, прачечных, столовых, сушилок и кладовых. Таким образом, концессионеры осуществляли развитие производственной и социальной инфраструктур отдельных предприятий, оказывали положительное влияние на хозяйственное освоение отдельных территорий страны.

Тем не менее обеспеченность работников концессий жильем оставалась низкой, поскольку строительство новых жилых помещений наталкивалось на целый ряд трудностей и велось медленными темпами. Концессионеры хотя и брали на себя обязательства бесплатно предоставлять всем рабочим и служащим жилища, отвечающие установленным в СССР санитарно-жилищным нормам, но считали, что советские органы по охране труда предъявляют завышенные требования к объемам строительства жилья, особенно для рабочих. Осуществлять строительство, проводить ремонты в жилых помещениях концессионеры должны были за счет собственных средств. Правительство финансировало строительство жилья только для рабочих государственных предприятий.

На самом деле и советское государство не могло разрешить жилищный кризис в стране в годы нэпа. Несмотря на гарантии партии большевиков предоставления бесплатного жилья и минимальной стоимости коммунальных услуг, темпы жилищного строительства в стране оставались низкими, а обеспеченность жильем населения – недостаточной. В процессе исследования установлено, что на отдельных концессиях, например на «Лена Гольдфильдс», размер общей жилой площади на 1 проживающего был выше, чем размер жилой площади семьи рабочего в среднем по стране.

Выявлено, что концессионеры осуществляли строительство жилья, как минимум, по двум причинам: во-первых, необходимость выполнения обязательств по концессионным и коллективным договорам; во-вторых, жилищно-бытовые условия работников влияли на производительность труда, выполнение производственных программ, а следовательно, и на получение прибыли. 

Там, где иностранные предприниматели не могли предоставить жилье, они решали вопросы по доставке работников на предприятие и обратно.

Практика показала, что в годы нэпа улучшение жилищных условий советских рабочих и служащих, способствовавшее росту их уровня жизни,  наблюдалось на всех концессиях, хотя планы по строительству нового жилья выполнялись не полностью.

Во втором параграфе «Медицинская помощь и другие формы социального страхования» показано, что решение проблемы улучшения качества жизни советских концессионных рабочих и служащих в годы нэпа, прежде всего путем предоставления им лечебного обслуживания как одной из форм социального страхования, советское правительство возложило на концессионеров. Медицинское обслуживание, которое распространялось на всех работников концессий, способствовало росту уровня их жизни и являлось необходимой ценностью для обеспечения их социального благополучия. Оздоровление и прикрепление работников к амбулаториям, больницам, консультациям возлагались на комиссии профсоюзов по охране труда.

При этом концессионеры осознавали, что от состояния медицинского обслуживания работников зависел рост производства, которого невозможно было добиться без снижения всех видов заболеваний, и стремились к открытию фельдшерских пунктов, приобретению медицинского оборудования, привлечению медицинского персонала, своевременному перечислению средств на санаторно-курортное обслуживание советских концессионных рабочих, выплате страховых пособий.

Представители власти и профсоюзов рекомендовали создавать на всех концессиях медпункты, в то время как на государственных предприятиях медпункты создавались только тогда, когда число рабочих превышало 100 человек. Финансирование медицинских учреждений концессий осуществлялось за счет предприятий. При отсутствии больниц концессионеры пытались расширять возможности для оздоровления работников путем увеличения расходов на приобретение лекарственных препаратов, приглашения квалифицированного медицинского персонала, предоставления транспорта.

Своевременно предоставленная медицинская помощь и состояние условий труда на рабочих местах влияли на уменьшение уровня профессиональной заболеваемости.

Однако не все медицинские работники на концессиях качественно выполняли свои должностные обязанности. К тому же медицинское обслуживание на концессиях не предусматривало профилактических медицинских осмотров.

Государственная система социального страхования, которая распространялась и на концессии, предусматривала постепенное увеличение числа застрахованных работников.

В третьем параграфе «Повышение квалификации, общеобразовательного и культурного уровня рабочих» охарактеризована деятельность советских профсоюзов и концессионеров по распространению знаний, повышению профессионального, культурно-образовательного уровня отечественных рабочих концессий и проведению среди них массовой работы, финансирование которой обеспечивали концессионеры.

Как и в целом по стране, так и на концессиях кампания по ликвидации неграмотности активизировалась со второй половины 1920-х годов. В это же время завершилась централизация дела по подготовке квалифицированной рабочей силы, которая осуществлялась в школах фабрично-заводского ученичества (ФЗУ), школах ученичества массовых профессий и профессиональных курсах.

Государственные функции по ликвидации неграмотности в стране были возложены на профсоюзы. Значительная работа по ликвидации неграмотности проводилась среди концессионных рабочих.

Разрозненные данные о числе грамотных и неграмотных рабочих на концессиях не дают возможности их обобщения. Тем не менее к концу 1920-х гг. определенные успехи в ликвидации неграмотности среди советских концессионных рабочих имелись. Это явилось следствием совместной деятельности концессионеров и профсоюзов. Помимо приглашения рабочих на занятия в школы и пункты, практиковалось индивидуальное и групповое обучение в красных уголках концессий, общежитиях, жилых помещениях. Внимание уделялось не только работающим, но и членам их семей, не имеющим образования.

Помимо повышения общего образовательного уровня советских концессионных рабочих, советское руководство рассчитывало также на их профессиональное обучение с помощью приглашенных иностранных рабочих и специалистов. Однако процесс передачи технического опыта, например на концессии «Лена Гольдфильдс», был организован крайне слабо.

Особое внимание при подготовке квалифицированной рабочей силы на государственных и концессионных предприятиях уделялось проблеме бронирования подростков. Количество подростков на концессиях, в соответствии с советским законодательством, должно было быть не менее 6–8% от общего количества рабочих и служащих. Их обучение происходило в школах ФЗУ, школах ученичества массовых профессий и на профессиональных курсах, а также в бригаде (в качестве помощника квалифицированного рабочего) или индивидуально. Количество учеников в школах ФЗУ и на предприятиях устанавливали администрации концессий по соглашению с органами профсоюзов, причем учеников преимущественно определяли на обучение в школы ФЗУ.

Оплату обучения в школах ФЗУ осуществляли администрации концессий. Они предоставляли материалы, оборудование для школ пропорционально количеству обучающихся в школах учеников концессии, по согласованию с профсоюзами.

Обучение в высших учебных заведениях концессионных рабочих советское руководство также возложило на концессионеров. Формы предоставления помощи были разными: регулярные стипендии, разовые компенсации.

В процессе преодоления неграмотности рабочих концессий основополагающим подходом советских органов власти и профсоюзов являлся классовый подход. Поэтому профсоюзы уделяли большое внимание культработе, считая, что этой деятельностью они осуществляют классовое воспитание рабочих и их сплочение «в единую пролетарскую семью». В то же время они определяли культработу как одну из составных частей своей практической работы по профессиональному воспитанию рабочих.

Распространенной формой культурно-пропагандистского просвещения являлась кружковая деятельность. Для эффективного проведения культурно-воспитательной работы высшее профсоюзное руководство отстаивало необходимость строительства клубов. В условиях отсутствия клубов, специальных помещений низовым профработникам рекомендовалось повышать культурный уровень советских концессионных рабочих в общежитиях и деревнях, где их проживало большинство, привлекать руководителей к ведению клубно-кружковой работы.

Культурно-массовая и политико-просветительная работа организовывалась профсоюзами на концессиях и с иностранными рабочими.

Однако, несмотря на усилия органов власти, общественных организаций, советские рабочие неохотно посещали клубы и собрания.

Преувеличенная роль классового подхода способствовала формированию общественного мнения о  нежелании концессионеров развивать социокультурную среду на своих предприятиях, повышать квалификацию рабочих. Однако организация работ концессионерами и профсоюзами по ликвидации неграмотности рабочих, их обучению на производственных курсах, профессиональной подготовке в школах ФЗУ, приобщению к чтению газет, литературы, просмотру кинофильмов, посещению культурно-массовых мероприятий во вновь отстроенных клубах, библиотеках, школах способствовала повышению профессионального, образовательного и культурно-нравственного уровня рабочих. Результатом этого стало приобретение рабочими с помощью власти социокультурных черт, позволивших занять им элитное положение в советском обществе.

В четвертой главе «Конфликтные ситуации и их разрешение», включающей два параграфа, выявлены участники конфликтных ситуаций, рассмотрена роль профсоюзов и расценочно-конфликтных комиссий в урегулировании конфликтных ситуаций на концессиях.

В первом параграфе «Формы, причины и способы урегулирования конфликтов» определены формы конфликтов на концессиях, проанализирована организация работ по учету забастовок в стране. Установлено, что редкой практикой разрешения трудовых споров на концессиях были забастовки, поскольку концессионеры в основном соблюдали социально-трудовые права рабочих и служащих. Центральные комитеты профсоюзов санкционировали забастовки и следили за тем, чтобы рабочие, принимавшие активное участие в организации и проведении стачек, не подвергались преследованиям со стороны концессионеров. Конфликты редко возникали на тех концессиях, где имелся небольшой штат работающих.

Большинство конфликтов на концессиях инициировались не самими рабочими, а профсоюзными организациями, и возникали они не только между концессионерами и рабочими, но и между концессионерами и профсоюзами, например в случаях увольнения рабочих. Участниками конфликтов выступали не только советские, но и иностранные рабочие. Обострению конфликтов на концессиях, усилению напряженности взаимоотношений между профсоюзами и концессионерами способствовали повышенные требования профорганов.

Концессионеры отмечали отсутствие конфликтов среди так называемых «старых рабочих», освоивших методы и специфику производства на концессиях. Они считали, что конфликтуют в основном рабочие, вновь поступившие и не справлявшиеся с производственными нормами. К тому же предприниматели выдвигали основную причину социально-трудовых споров, не совпадавшую с мнением профработников: неправильное руководство местных комитетов профорганизаций рабочими коллективами во время рассмотрения конфликтных ситуаций. Подтверждением этому служило большинство разрешаемых трудсессией конфликтов в пользу концессионеров. Сами концессионеры считали, что конфликты между ними и рабочими должны были разрешаться в арбитражном суде, без привлечения профсоюзов.

В основе конфликтов находились вопросы материального положения концессионных рабочих и служащих (несвоевременные выдачи заработной платы, спецодежды, жилищные проблемы, нарушения в вопросах приема и увольнения рабочих, перевода их на другие разряды, установления неправильных расценок).

Единственным способом разрешения забастовок на концессиях было примирение сторон. Редким явлением были обращения индивидуального характера по трудовым спорам в центральные комитеты отраслевых профсоюзов, поскольку сотрудники комитетов требовали от низовых ячеек самостоятельного урегулирования конфликтов. Но на местах профсоюзы не всегда проявляли настойчивость, последовательность и целеустремленность в поиске путей выхода из кризисных состояний.

Во втором параграфе «Профсоюзы, расценочно-конфликтные комиссии и их деятельность» показано, что решение задачи «основной оси концессионной политики» зависело во многом от успешного взаимодействия концессионеров и профсоюзов. Изучение и осмысление организационной структуры профсоюзов, организации их работы по увеличению численности профсоюзных рядов позволило определить их роль в урегулировании конфликтных ситуаций на концессиях. 

На всех концессиях были созданы первичные органы профсоюзов, организационное строение которых на каждом предприятии определяли центральные комитеты отраслевых профсоюзов. Финансовое обеспечение профессиональной деятельности на концессиях осуществлялось в соответствии с советским законодательством: средства на ее содержание концессионеры отчисляли с фонда оплаты труда.

При первичных профорганах концессий, так же как и на государственных предприятиях, работали комиссии: по охране труда, культкомиссии и т.д. Однако имелось ограничение: органы власти запрещали организовывать на концессиях производственные комиссии из-за «особого подхода» к защите материальных и правовых интересов советских концессионных рабочих. Приоритетной на концессиях являлась защитная функция профсоюзов. 

Целенаправленная подготовка профработников на концессионные предприятия СССР не велась. Качество работы профорганизаций на концессиях зависело от составления планов, учитывающих реальные возможности их выполнения, детальной подготовки запланированных вопросов к заседаниям профорганов, встреч с работниками и концессионерами, регулярных отчетов по выполнению планов.

Значительную роль в достижении эффективности профсоюзной работы на концессиях играли так называемые активисты, или профактив. От степени вовлеченности советских концессионных рабочих в отстаивание собственных интересов, их позиции во многом зависела деятельность профсоюзов.

На концессиях профсоюзы организовывали систему общественного контроля за состоянием заработной платы, охраны труда, трудовой дисциплины, условиями труда и быта, найма и увольнения.

В параграфе рассматриваются формы и методы профсоюзной работы, которые обеспечивали эффективность деятельности профработников по защите прав и интересов советских концессионных рабочих и служащих, по предупреждению конфликтных ситуаций.

Одной из важных задач профессионального движения страны являлось вовлечение советских рабочих концессий в члены профсоюза в связи с их низким членством. Основными формами вовлечения в союзную работу и «воспитания союзной массы» являлись общие собрания рабочих и служащих, собрания делегатов и сборщиков членских взносов. Иностранных рабочих также старались вовлекать в ряды профсоюзов.

Концессионеры также использовали различные средства укрепления своего влияния на иностранных и советских концессионных рабочих путем выдачи кредитов, создания штатов высокооплачиваемых служащих и десятников, противопоставляя их деятельности профсоюзов и наиболее активных рабочих.

Урегулированием социально-трудовых конфликтов на производстве занимались не только первичные профорганизации и вышестоящие профорганы, но и расценочно-конфликтные комиссии, которые создавались на всех концессиях страны при обязательном наличии на них профуполномоченного или профессионального комитета. Деятельность комиссий, срок их полномочий определялись положением-приложением к коллективному договору. Состав расценочно-конфликтных комиссий устанавливался на каждом отдельном предприятии самостоятельно, но при обязательном соблюдении паритетных начал, то есть равного числа представителей первичного профессионального органа (так называемой рабочей части комиссии) и администрации концессии.

Функционирование на концессиях расценочно-конфликтных комиссий, которое обеспечивалось советским законодательством, способствовало предотвращению конфликтов и поддерживало благоприятный микроклимат экономического и социального развития предприятий.

В заключении обобщены результаты диссертационного исследования, сформулированы основные выводы работы.

ПУБЛИКАЦИИ ПО ТЕМЕ ДИССЕРТАЦИИ:

Статьи в изданиях, рекомендованных ВАК РФ

  1. Юдина, Т. В. Отечественный рабочий на концессии в 1920-е годы: социокультурный портрет // Личность. Культура. Общество : междисциплинар. науч.-практ. журн. соц. и гуманитар. наук. – 2006. Т. VIII, вып. 1(29). – С. 302–317. (1 п.л.)
  2. Юдина, Т. В. Охрана труда на концессионных предприятиях СССР // Вестник Волгоградского государственного медицинского университета. – 2006. – № 1. – С. 11–13. (0,4 п.л.)
  3. Юдина, Т. В. «Свободные» условия труда для иностранных предпринимателей: социальные аспекты концессионной деятельности в СССР в 1920-е годы // Вестник Российского университета дружбы народов. Сер. «История России». – 2007. – № 2. – С. 15–24. (0, 75 п.л.)
  4. Юдина, Т. В. Отечественные рабочие на концессионных предприятиях СССР в 1920-е годы // Известия высших учебных заведений. Северо-Кавказский регион. Общественные науки. – 2007. – № 4. – С. 81–84. (0,5 п.л.)
  5. Юдина, Т. В. Иностранный капитал в жилищной сфере России в 1920-е годы // Вестник Томского государственного университета. – 2008. – № 310.  – С. 100–104. (0,7 п.л.)
  6. Юдина, Т. В. Частно-государственное партнерство на концессионных предприятиях СССР в годы нэпа // Вестник Санкт-Петербургского университета. Сер. 2, История. – 2008. – Вып. 3. – С. 32–43. (1,1 п.л.)
  7. Юдина, Т. В. Концессии и проблема занятости населения СССР в 1920-е годы // Власть. – 2008. – № 10. – С. 106–111. (0,5 п.л.)
  8. Юдина, Т. В. Концессионные рабочие в 1920-е годы: из опыта культурно-просветительской деятельности // Культурная жизнь Юга России: регион. науч. журн. – 2009. – № 1. – С. 21–24. (0,4 п.л.)
  9. Юдина, Т. В. Организация труда и заработной платы на концессиях СССР в 1920-е годы // Вестник Саратовского государственного социально-экономического университета. – 2009. – № 1(25). – С. 145–149. (0,6 п.л.)
  10. Юдина, Т. В. Концессионеры и советское трудовое законодательство: соблюдение прав рабочих в 1920-е годы // Вестник Российского университета дружбы народов. Сер. «История России». – 2009. – № 1. – С. 28–39. (0, 75 п.л.)
  11. Юдина, Т. В. Расценочно-конфликтные комиссии на концессионных предприятиях СССР в годы новой экономической политики // Вестник Челябинского государственного университета: научн. журн. – Вып. 32. История.– 2009. – № 16 (154). – С. 44–48. (0,5 п.л.)
  12. Юдина, Т. В. Социально-трудовые конфликты на концессионных предприятиях СССР в 1920-е гг. // Новый исторический вестник: научн. изд. – 2009. – № 1 (19). – С. 45–53. (0,6 п.л.)
  13. Юдина, Т. В. Привлечение иностранного капитала в советскую экономику в период нэпа // Власть. – 2009. – № 7. – С. 132–134. (0,5 п.л.)

Монографические издания

  1. Юдина, Т. В. Проблемы трудовых и социальных прав населения СССР на концессионных предприятиях в 1920-е годы : препринт / М. М. Загорулько, Т. В. Юдина. – Волгоград: Изд-во ВолГУ, 2007. – 57 с. (3,75 п.л., вклад соискателя – 1,9 п.л.)
  2. Юдина, Т. В. Советские рабочие и служащие на концессионных предприятиях  СССР в годы нэпа / Т. В. Юдина. – Волгоград : Изд-во ВолГУ, 2009. – 444 с. (27,75 п.л.)

Статьи в сборниках научных трудов и материалах научных конференций

  1. Юдина, Т. В. Немецкие рабочие на промышленных предприятиях СССР в 20-е годы ХХ века в современной российской историографии // Вехи российско-германских отношений (40–90-е годы ХХ века) : материалы Междунар. науч. конф. – Волгоград : Изд-во ВолГУ, 2001. – С. 81–87. (0,4 п.л.)
  2. Юдина, Т. В. Иностранные рабочие на промышленных предприятиях Сталинграда // Стрежень: науч. ежегодник. – Вып. 5. – Волгоград : Издатель, 2006. – С. 390–392. (0,2 п.л.)
  3. Юдина, Т. В. Оплата труда на концессионных предприятиях в 1920-е годы // Модернизация и традиции – Нижнее Поволжье как перекресток культур : материалы Междунар. науч.-практ. конф. – Спб. ; Волгоград : Изд-во ВолГУ, 2006. – С. 201–205. (0,3 п.л.)
  4. Юдина, Т. В. Власть и иностранный капитал: из уроков 1920-х годов // «Новая Россия»: проблема доверия в современном российском политическом сообществе: сб. науч. ст.: в 4 ч. – Ч. 3. – М. : Алго-Принт, 2007. – С. 66–67. (0,5 п.л.)
  5. Юдина, Т. В. Профсоюзная деятельность на концессионных предприятиях СССР как элемент бюрократической машины: закономерность или случайность // Бюрократия и бюрократы в России в ХIХ и ХХ веках : материалы ХII Всерос. науч.-теорет. конф. – М. : РУДН, 2008. – С. 464–472. (0,5 п.л.)
  6. Юдина, Т. В. Профсоюзы и концессионеры в советской экономике 1920-х годов: социальный компромисс или силовые решения власти // Демократия или авторитаризм: становление новых политических режимов в Европе в XIX–XX вв. : материалы науч.-практ. конф. – Волгоград : Изд-во ВолГУ, 2008. – С. 115–127. (0,6 п.л.)
  7. Юдина, Т. В. Культура, профсоюзы и государство: опыт концессионной практики 1920-х годов // Межрелигиозные и межкультурные связи в глобализующемся мире : материалы Междунар. науч.-практ. интернет-конф. – Волгоград : Изд-во ВолГУ, 2008.  – С. 212–224. (0,6 п.л.)
  8. Юдина, Т. В. Отечественные рабочие и безопасность труда на концессиях СССР в 1920-е годы // Гуманитарное образование и медицина : сб. науч. тр. – Т. 63, вып. 2. – Волгоград : Изд-во ВолГМУ,  2008. – С. 120–142. (1,2 п.л.)
  9. Юдина, Т. В. Право на труд советских рабочих на концессионных предприятиях СССР в 1920-е годы // Экономическая история: ежегодник. – 2008. – М. : РОССПЭН, 2009. – С. 238–257. (1,2 п.л.)
  10. Юдина, Т. В. Санитарно-бытовое и лечебно-профилактическое обслуживание концессионных рабочих в годы новой экономической политики // Гуманитарное образование и медицина : сб. науч. тр. – Т. 64, вып. 1–2. – Волгоград : Изд-во ВолГМУ,  2009. – С. 54–65. (0,6 п.л.)
  11. Юдина, Т. В. Социально-трудовые отношения на концессионных предприятиях СССР в годы нэпа: ретроспективный анализ // Общественные отношения в условиях становления гражданского общества : материалы Всерос. науч.-практ. конф. – Волгоград : Изд-во ВолГУ, 2009. – С. 23–33. (0,5 п.л.)
  12. Юдина, Т. В. Иностранные концессии в СССР в годы новой экономической политики: трудовые и социальные аспекты их функционирования // Интердисциплинарен форум «България и Русия – посоки на взаимност», 14–17 декември 2008, Русе, България : научни трудове. – Русе, България : Русенски университет «Ангел Кънчев», 2010. – С. 214–222. (0,4 п. л.)

1 См.: Федеральный закон «О концессионных соглашениях» № 115-ФЗ от 21 июля 2005 г. [Электронный ресурс]. URL: http://www.consultant.ru.

2 Хозяйственный, или операционный, год, начинавшийся 1 октября и заканчивавшийся 30 сентября следующего года, был введен  1 октября 1921 г. и существовал до 30 сентября 1930 г. (с 1921/1922 г. по 1929/1930 г.) (см.: История советского рабочего класса: в 6 т. Т. 2. М., 1984. С. 129).

3 См.: Брин И.Д. Государственный капитализм в СССР в переходный период от капитализма к социализму. Иркутск, 1959. С. 58.

4 См.: Иоэльсон М. Итоги и задачи нашей концессионной политики // Большевик. 1925. № 8; Яннин М. Новые черты в концессионной политике // Плановое хозяйство. 1925. № 7; Буянов В. Трудовые конфликты и политика профсоюзов // Вестник труда. 1926. № 2; Лацис М.И. Сельскохозяйственные концессии. М. ; Л., 1926; Профработа на частных предприятиях. М., 1926; Буянов В.А. О работе профсоюзов на частных и концессионных предприятиях. М. ; Л., 1927; Топоровская Х. Завком на частном предприятии (из записок профработника). М. ; Л., 1927; Богданов Н.П. Профсоюзы и концессионные предприятия. М. ; Л., 1928;  Бутковский В. Иностранные концессии в народном хозяйстве СССР. М. ; Л., 1928.

5 См.: Шуликов М. Коллективный договор и как его заключать. М., 1926; Путятин А. Коллективный договор. М., 1927.

6 См., например: Косых Е.С. Концессионная политика большевиков в 20-е годы: дис. … канд. ист. наук. М., 1994. С. 17.

7 См.: Хлебников Д.Н. РКК (местные расценочно-конфликтные комиссии): крат. пособие для профсоюзных работников. М., 1925; Маркус Б. Охрана труда в горной промышленности // Вопросы труда. 1926. № 1; Никитин А.Ф. Питание и труд. М., 1926; Николаева З. Новый закон о социальном страховании сезонных рабочих. М., 1927; Поляков А. Освещение, труд, продукция // Вестник труда. 1927. № 3; Бенсман А. Охрана труда на концессионных предприятиях // Охрана труда. 1928. № 9; Маркус Б.Л. Охрана труда (практическое руководство). М., 1929; и др.

8 См.: Струмилин С. К изучению рабочего быта : (По материалам инвентарных обследований) // Плановое хозяйство. 1925. № 9; Троицкий И. К вопросу об оплате сверхурочной работы : (Из судебной практики по трудовым делам) // Революционная законность. 1926. № 15–18; Haensel P. Die Wirtschaftspolitik Sowjetrusslands. Tbingen, 1930; и др.

9 Wilisch E. Die Bedeutung der Konzessionen der Union der Sozialistischen Sowjetrepubliken fr die deutsch- russischen Wirtschaftsbeziehungen. Breslau, 1932. S. 52.

10 См.: Ларин Ю. Капиталистическая промышленность, ее рабочие и наша установка // Большевик. 1927. № 11–12. С. 79.

11 См.: Талин В.И. Диктатура профсоюзная // Современные записки.  Париж, 1926. №  27. С. 474, 480.

12 См.: Koch W.  Die bol’sevistischen Gewerkschaften. Jena, 1932.  S. 176, 181–182, 187, 191, 233.

13 См.: Кузбасов Г. А. Работа профсоюзов на концессионных предприятиях : практ.  рук. М., 1929.

14 См.: Ларин Ю. Указ. соч.; Килинский А. Об условиях труда иностранцев в СССР // Вопросы труда. 1931. № 1; Gleinow G. Die auslndische Hilfe // Die Rote Wirtschaft: Probleme u. Tatsachen : Ein Sammelwerk / hrsg. von G . Dobbert. Knigsberg; Berlin, 1932; и др.

15 См.: Иностранные концессии в СССР (1920-1930 гг.): док. и материалы / под ред. и сост. М.М.  Загорулько; предисл. М.М. Загорулько и О.В. Иншакова. М., 2005. (Отечественный опыт концессий ; т. 2). С. 545.

16 См.: Хромов С.С. Иностранные концессии в СССР : Ист. очерк. Док. : в 2 ч. Ч. II. М., 2006. C. 19.

17 См.: Рафаилова Т.К. Положение рабочих и классовая борьба на частнокапиталистических предприятиях в период нэпа (1921–1929 гг.) // Сб. работ кафедры марксизма-ленинизма. Л., 1958. (Тр. Ленингр. технолог. ин-та им. Ленсовета); Нургалин З. А. О классовой борьбе на государственно-капиталистических предприятиях в годы нэпа // Вопросы истории КПСС. 1968. №  3; Присягина Н.А. Деятельность партийных и профсоюзных организаций на частных и госкапиталистических предприятиях страны в восстановительный период (1921–1925 гг.) // Вестн. Ленингр. ун-та. 1970. Вып. 4, №  20; Гранин В. Г. Деятельность партийных и профсоюзных организаций по защите интересов рабочих на концессионных предприятиях Урала в первые годы нэпа // Из истории развития промышленности Урала. Свердловск, 1972. (Тр. Урал. политехн. ин-та им. С.М. Кирова; № 207);  Архипов В.А. Партийное руководство классовой борьбой трудящихся на частных и арендованных предприятиях промышленности и торговли в годы нэпа (1921–1929 гг.) // Вопросы истории КПСС. 1974. № 6; Антонова Л.И., Быкова С.Г. Коллективный договор на капиталистических предприятиях в первые годы нэпа // Правоведение. 1975.  №  2; Белоусов А.Е. Иностранные концессии Сибири и Дальнего Востока в годы нэпа (1926-1930 гг.) : автореф. дис… канд. ист. наук. Томск, 1979; Камынин В. Д. «Уральский рабочий» как источник о положении и борьбе рабочих на Алапаевской концессии (1920–1923) // Источниковедение истории классовой борьбы рабочих Урала. Свердловск, 1981.

18 Рафаилова Т.К. Указ. соч. С. 76.

19 Камынин В.Д. Указ. соч. С. 31.

20 См.: Plogstedt S. Arbeitskmpfe in der sowjetischen Industrie (1917–1933). Frankfurt ; N. Y., 1980; Sss W. Die Arbeiterklasse als Maschine. Berlin, 1985; и др.

21 См.: Dewar M. Labour Policy in the USSR. 1917–1928. L. ; N. Y., 1956.

22 См.: Куликов А. Концессии 20-х годов // Международная жизнь. 1989. № 3; Кунин В. Концессионная политика в Советской России // Вестн. Моск. ун-та. Сер. 6, Экономика. 1993. № 5; Очерки экономических реформ / отв. ред. Ю.Ф. Воробьев М., 1993 и др. 

23 См.: Марьясова Н. Есть резон вспомнить о концессиях // Проблемы Дальнего Востока. 1992.  № 6; Ее же. Американские предприниматели-концессионеры на Дальнем Востоке в 1920-е годы // Проблемы Дальнего Востока. 1994.  № 5; и др.

24 Косых Е.С. Указ. соч.

25 См.: Марьясова Н.В. Концессионная политика советского государства на Дальнем Востоке России в 1920-е–1930-е годы: дис. … канд. ист. наук. Владивосток, 1992;  Новиков М.Н. Из истории концессионных предприятий Москвы в период нэпа. М., 1997; Виноградов С.В. Возрождение многоукладной экономики Российской Федерации в годы нэпа 1921-1927 гг. : На материалах Поволжья : дис. … д-ра ист. наук. Астрахань, 1998; Данильченко С.Л. Концессионная политика советского государства в годы нэпа, 1921–1929 гг.: дис. … канд. ист. наук. М., 2000; Захаров С. Ю. Концессионная политика советского государства на Урале в 20-е годы : дис. … канд. ист. наук. Екатеринбург, 2000;  Марьясова Н. В. Иностранный капитал на Дальнем Востоке России в 20–30-е годы (концессии и концессионная политика советского государства). Владивосток, 2000; Кошкарева С. Г. Советская концессионная политика на Северо-Востоке страны в 1920–1945 гг. : автор. дис. … канд. ист. наук. Петропавловск-Камчатский, 2007;  и др.

26 См.: Коваль И.И. Частное предпринимательство в промышленности Урала в годы новой экономической политики // Промышленность Урала в XIX –XX веках : сб. науч. тр. / под ред. В.П. Чернобровина. М., 2002.

27 См.: Ремизовский В. И. Кита Карафуто Секию Кабусики Кайша : (Страницы истории японской нефтяной концессии на Северном Сахалине, 1925–1944 гг.). Хабаровск, 2000.

28 Лютов Л.Н. Обреченная реформа. Промышленность России в эпоху нэпа. Ульяновск, 2002.

29 См.: Бородкин Л.И., Сафонова Е.И. Государственное регулирование трудовых отношений в годы нэпа : формирование системы мотивации труда в промышленности // Экономическая история : обозрение. Вып. 5 / под ред. Л.И. Бородкина. М., 2000.

30  См.: Парамонов В.Н. Регулирование рынка труда в Советской России в 1920-х годах // Экономическая история России: проблемы, поиски, решения : ежегодник. Вып. 10. М. ; Волгоград, 2008.

31 См.: Борисова Л. В. Трудовые отношения в советской России (1918–1924 гг.). М., 2006.

32 См.: Булатов В. В., Загорулько М. М. Водная магистраль Волга – Дон – Азовское море: нереализованные концессии. Волгоград, 2007; Булатов В. В. «Нэпманский капитал» в отечественной концессионной практике // Власть. 2008. № 12; и др.

33 См.: Трудовые конфликты : практ. рук. / под ред. А.М. Стопани. М., 1926; Работа союза горнорабочих СССР на концессионных предприятиях. М., 1926; Профпросвещение сезонников-горняков : материалы для проведения бесед и занятий в кружках. М., 1927.






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.