WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


 

МОСКОВСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ

имени М.В. Ломоносова

На правах рукописи

ПОЛУНОВ АЛЕКСАНДР ЮРЬЕВИЧ

К.П. ПОБЕДОНОСЦЕВ В ОБЩЕСТВЕННО-ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ДУХОВНОЙ ЖИЗНИ РОССИИ

Специальность 07.00.02 Отечественная история

Автореферат

Диссертации на соискание ученой степени

доктора исторических наук

Москва

2010

Работа выполнена на кафедре истории Российского государства факультета государственного управления Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова.

Научный консультант:

Официальные оппоненты:

Ведущая организация:

Доктор исторических наук, профессор

Захарова Лариса Георгиевна

Доктор исторических наук

Вандалковская Маргарита Георгиевна

Доктор исторических наук, профессор

Комиссаренко Аркадий Иванович

Доктор исторических наук

Петров Федор Александрович

Московский педагогический государственный университет

Защита состоится «15» октября 2010 г. в «15» часов на заседании Диссертационного совета Д 501.001.98 в Московском государственном университете имени М.В. Ломоносова по адресу: 119991, Москва, Ломоносовский проспект, д. 27, корп. 4, ауд. А-619. E-mail: informcenter@spa.msu.ru

С диссертацией можно ознакомиться в фундаментальной библиотеке имени А.М. Горького МГУ имени М.В. Ломоносова по адресу: 119991, Москва, Ломоносовский проспект, д. 27, сектор А, ком. 114.

Автореферат разослан «____»_____________ 2010 года


Ученый секретарь Диссертационного совета

кандидат исторических наук, доцент  Н.Л. Головкина

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА РАБОТЫ



Актуальность темы диссертации. Историческая важность задач модернизации, стоящих в настоящее время перед страной, необходимость концептуального осмысления сложностей и проблем, с которыми сталкивается общество в период преобразований, делает актуальным изучение опыта реформ, анализ особенностей различных переходных эпох в истории России. Особый интерес в этом отношении представляет период второй половины XIX – начала XX в. Насыщенный острыми социально-политическими и идейными конфликтами, фундаментальными сдвигами в традиционном укладе общества, данный период был связан с вызреванием предпосылок революций начала ХХ в. Историки не раз обращались к анализу различных аспектов этой переломной эпохи, изучая эволюцию социальных и экономических структур, особенности идейной борьбы, изменения в духовной жизни общества. Одним из направлений изучения пореформенной эпохи является анализ жизни и деятельности крупнейших государственных и общественных деятелей того времени, среди которых важное место занимал Константин Петрович Победоносцев (1827-1907).

В истории пореформенной России Победоносцев сыграл особую роль. Видный ученый, литератор и публицист, влиятельный сановник, наставник и советник двух последних царей, он был активным участником идейно-политической борьбы второй половины XIX – начала XX в. и занимал в ней на протяжении большей части своей карьеры глубоко консервативные позиции. Приняв в молодости участие в разработке Судебных уставов 1864 г., Победоносцев впоследствии разочаровался в реформах – стал последовательным критиком преобразований традиционного общественного уклада, вел борьбу против либеральных группировок в правительстве. После гибели Александра II весной 1881 г. консервативный сановник добился срыва проекта введения в России умеренного представительства, что во многом предопределило вектор политического развития страны на последующие четверть века. Анализ взглядов и деятельности Победоносцева помогает понять причины поворота правительства от политики реформ к реакционно-охранительному курсу, выявить противоречивость модернизационных процессов в России, показать препятствия, стоявшие на их пути.

Значительный интерес представляет изучение основных направлений правительственной деятельности российского консерватора, занимавшего на протяжении четверти века (1880-1905) пост обер-прокурора Святейшего Синода и оказывавшего серьезное влияние на политику Александра III и Николая II. Среди сфер деятельности, привлекавших внимание Победоносцева, особое место занимали вопросы идеологии, культуры, национально-религиозных отношений. Обер-прокурор старался влиять в духе своих идейных установок на развитие литературы, искусства, прессы, просвещения, уделял большое внимание развитию церковной школы для народа. Необходимо подчеркнуть, что изучение данной проблематики является актуальным как с научной, так и с практической точек зрения. В современной общественной жизни вопросы идеологии, воздействия на массовое и индивидуальное сознание занимают важнейшее место. Привлекают они и пристальный интерес исторической науки, уделяющей большее внимание анализу духовного мира людей – их представлений об окружающем мире, особенностей их ментальных установок, роли культуры в жизни общества.

Анализ деятельности Победоносцева на посту обер-прокурора, его влияния на формирование и реализацию церковной политики правительства также представляется весьма важным. Взаимоотношения церкви с государством в истории России, роль церкви в жизни общества, принципы организации отношений между различными конфессиями – эти вопросы, до сих пор недостаточно исследованные в отечественной исторической науке, требуют тщательного изучения и концептуального осмысления. Изучение данных проблем представляет значительный интерес и с точки зрения современных тенденций общественной жизни России, в которой важную роль играет вопрос о взаимоотношениях церкви и государства, путях гармонизации национально-религиозных отношений. В целом необходимо подчеркнуть, что исследование политической биографии Победоносцева, важное для понимания ключевых проблем прошлого России, имеет и несомненное значение для современности.

Объектом исследования являются жизненный путь Победоносцева, его взгляды и деятельность, рассматриваемые в контексте основных процессов социально-политического и духовного развития России второй половины XIX – начала XX в.

Предметом исследования являются формирование мировоззрения и эволюция идейных установок Победоносцева, динамика изменения его роли в правящих верхах, политические механизмы, с помощью которых обер-прокурор воздействовал на правительственный курс Александра III и Николая II.

Территориальные рамки исследования обусловлены особенностями деятельности Победоносцева, осуществлявшейся главным образом в границах Российской империи. В исследовании затрагиваются также отдельные аспекты истории зарубежных стран и регионов (Галиции, Закарпатья, Балкан, Ближнего Востока), входивших в сферу интересов Победоносцева как главы духовного ведомства и связанных с зарубежной деятельностью Русской православной церкви.

Хронологические рамки исследования охватывают, прежде всего, время жизни Победоносцева (1827-1907). В то же время, привлекались и материалы более раннего периода (для воссоздания духовной атмосферы родительского дома, в котором проходило становление личности будущего обер-прокурора) и более позднего времени – для характеристики итогов деятельности Победоносцева.

Историография проблемы и источники исследования подробно освещены в первой главе диссертации.

Методологические основы исследования. Настоящая работа опирается на принципы объективности и историзма, требующие всестороннего учета социально-политической и идейно-духовной обстановки, в которой формировалась личность и осуществлялись начинания того или иного исторического деятеля. Принцип объективности, кроме того, предполагает анализ максимально широкого круга источников, сопоставление различного типа материалов, выявление и сравнение разных точек зрения на изучаемую проблему.

Концептуальной основой исследования является теория модернизации, включающая в себя анализ не только институциональных (политических, социально-экономических), но и социокультурных изменений при переходе от традиционного общества к современному (индустриальному). В число таких изменений входит становление рационального типа личности, секуляризация сознания и общественной жизни, распространение образования, изменение стереотипов восприятия окружающего мира и др. Противоречия и конфликты, связанные с развитием данных процессов, не раз становились предметом критического анализа со стороны консерваторов. Представляется, что многие из идейных установок и практических начинаний Победоносцева объяснимы именно в контексте протеста против издержек модернизации, носившей в России особенно болезненный и противоречивый характер.

Важное место в теоретическом инструментарии исследования занимает также историко-антропологический подход, использовавшийся при анализе индивидуальных особенностей психологии Победоносцева, процесса становления его мировоззрения, выявления той роли, которую черты личности обер-прокурора сыграли в формировании проводимой им политики. Применение историко-антропологического подхода представляется необходимым еще и потому, что основные направления деятельности Победоносцева были связаны с воздействием на внутренний, духовный мир человека. Роль знаний, просвещения в изменении представлений человека о мире, значение эстетического начала в религии, воспитательная функция искусства – все эти вопросы, давно и успешно изучаемые сторонниками историко-культурного подхода, играли значительную роль в деятельности российского консерватора.

Традиционные приемы и методы исторической науки (проблемно-хронологический, системно-структурный и сравнительный подходы) также широко использовались при решении поставленных в исследовании задач. Так, сочетание проблемного и хронологического принципов позволило осветить эволюцию взглядов российского консерватора и в то же время выявить устойчивые идейные постулаты, которым он следовал на протяжении большей части своей деятельности. Сравнительный подход дал возможность выявить своеобразие воззрений Победоносцева в сопоставлении со взглядами представителей других течений российской общественной мысли (прежде всего, консервативной) – славянофилами, сторонниками усиления роли дворянства в общественной жизни страны. Наконец, с позиций системно-структурного подхода начинания Победоносцева в различных сферах деятельности рассматривались как составные части единого политического курса, опиравшегося на определенную совокупность идейных установок.

Целью настоящего исследования является комплексный анализ взглядов и деятельности Победоносцева в контексте общественно-политического развития России второй половины XIX – начала XX в., выявление роли и места российского консерватора в правящих «верхах», оценка итогов и значения его деятельности.

Цель работы реализуется в процессе решения следующих задач:

  • Изучить исторический контекст, выявить предпосылки и раскрыть механизм формирования взглядов и личности Победоносцева. Выяснить, какую роль в идейной эволюции будущего обер-прокурора сыграло участие в разработке Судебных уставов 1864 г., чем было вызвано его разочарование в реформах и переход на консервативные позиции.
  • Целостно проанализировать систему взглядов Победоносцева во взаимосвязи ее различных аспектов (историко-правовые воззрения, представления о принципах государственного устройства и организации социальных отношений, о роли церкви в обществе). Показать роль идеологических построений Победоносцева как основы его правительственной деятельности, ввести их в контекст развития общественной мысли пореформенной России.
  • Выявить причины политического возвышения Победоносцева в 1860 -70-е гг., сопоставив их с основными тенденциями общественно-политического развития этого времени. Проанализировать приемы внутриправительственной борьбы, реконструировать механизмы неформального влияния, опора на которые позволила Победоносцеву одержать верх над либеральной группировкой и закрепить за собой первенствующее место в правительстве.
  • Изучить основные направления государственной деятельности Победоносцева, выявить своеобразие использовавшихся им управленческих приемов, проанализировать цели и задачи, которые обер-прокурор ставил перед собой на разных этапах деятельности.
  • Исследовать процесс изменения роли Победоносцева в «верхах», установить причины падения его политического влияния. Проанализировать реакцию консервативного сановника на революционные потрясения 1905-1907 гг., его отношение к выдвигавшимся в правительстве проектам реформ, роль и место в политической борьбе этого периода.

Научная новизна диссертации обусловлена тем, что в ней впервые на широкой источниковой базе представлено комплексное исследование взглядов и деятельности видного российского консерватора в контексте ключевых процессов общественно-политического развития пореформенной России. Предпринятое автором исследование участия Победоносцева в судебной реформе 1864 г., его роли и места в рядах пореформенного консерватизма, положения в правительстве двух последних самодержцев, механизмов влияния на религиозную, идейную, культурную жизнь страны освещает важные малоизученные аспекты исторического развития России второй половины XIX – начала XX в.

В диссертации впервые проведена комплексная реконструкция историко-правовых воззрений будущего обер-прокурора как основы его дальнейшей государственной деятельности, рассмотрена эволюция взглядов Победоносцева в период подготовки судебной реформы. Новизной отличается предпринятый в диссертации анализ взаимоотношений Победоносцева с представителями различных течений пореформенного консерватизма (славянофилами, сторонниками контрреформ, адептами усиления роли дворянства в общественной жизни страны). История деятельности российского консерватора на посту главы духовного ведомства впервые изучена в диссертационном исследовании на базе широкого круга источников (в первую очередь – официально-документальных материалов) и интегрирована в общий контекст политической биографии Победоносцева.

Важным аспектом новизны исследования является анализ истории воздействия консервативного сановника на идейную, культурную жизнь страны, изучение его взаимоотношений с выдающимися современниками – Ф.М. Достоевским, В.С. Соловьевым, Л.Н. Толстым. В диссертации на базе широкого круга опубликованных и архивных материалов проведено исследование использовавшихся Победоносцевым механизмов закулисного манипулирования, негласного влияния на власть, что значительно расширяет представления о закономерностях эволюции самодержавной монархии накануне эпохи революций.

Новизна диссертации определяется и введением в научный оборот целого ряда малоизученных или неизвестных историкам материалов. Среди них – документы духовного ведомства из фондов канцелярии обер-прокурора и канцелярии Синода, малоизвестные мемуарные источники, ряд недостаточно проработанных историками публицистических произведений Победоносцева. Материалы синодальных архивов освещают текущую работу духовного ведомства, позволяя целостно и всесторонне представить картину государственной деятельности Победоносцева, дать характеристику ему как высокопоставленному администратору. Малоизвестные публицистические произведения раскрывают недостаточно изученные аспекты воззрений российского консерватора, в частности, его отношение к конкретным событиям общественно-политической и религиозной жизни Западной Европы. Особенностью диссертации является широкое использование малоизученных эпистолярных источников – писем обер-прокурора к друзьям, общественным и государственным деятелям, литературам, ученым, журналистам. Использование данной категории материалов дает возможность реконструировать важные аспекты мировоззрения и психологии Победоносцева, раскрыть малоизвестные направления его политики.

Теоретическое и научно-практическое значение диссертационного исследования состоит в том, что предпринятый в нем анализ взглядов и деятельности российского консерватора вносит вклад в осмысление ряда важных теоретических проблем исторической науки. Изучение идейной эволюции Победоносцева, причин его перехода на консервативные позиции, своеобразия его взглядов на ключевые проблемы развития пореформенной России позволяет глубже понять природу модернизационных процессов в странах так называемого «догоняющего» типа развития. Представленный в диссертации материал дает возможность более полно осмыслить всю сложность этих процессов, выявить проблемы и препятствия, стоящие на их пути. Изучение политики Победоносцева также расширяет представление о вариантах реакции авторитарных политических режимов на негативные последствия модернизации, о той роли, которую инструменты идеологического воздействия на общество играли в политике самодержавия в конце XIX – начале XX  в.

Аналитические подходы и выводы исследования, представленный в нем материал вносят вклад в развитие ряда отраслей знания – таких, как историческая политология, история государственного управления и органов власти, история бюрократии, элит и политического лидерства в России. С точки зрения данных направлений науки особый интерес представляет анализ различных аспектов государственной деятельности Победоносцева, его положения в правительстве, всей совокупности использовавшихся им управленческих приемов и механизмов, официальных и неформальных инструментов воздействия на власть. Проведенное автором исследование воззрений российского консерватора, особенностей воздействия его идейных установок на правительственную деятельность вносит вклад в развитие истории идей, в изучение отдельных направлений общественной мысли пореформенной России. Анализ особенностей психологии Победоносцева, влияния черт его личности  на осуществляемую им государственную политику представляет интерес с точки зрения развития культурно-антропологического подхода к истории России.

Материалы диссертации могут быть положены в основу научных трудов, посвященных разработке таких направлений исследования, как история России XIX – начала XX вв., история Русской православной церкви и иных конфессий России, история общественной мысли, государственного управления и политических институтов, история внутренней политики России. Представленные в диссертации данные, выводы и аналитические подходы применимы при подготовке обобщающих работ, учебников и учебных пособий, разработке учебных курсов по вышеуказанной тематике. Анализ исторического опыта церковно-государственных отношений в конце XIX – начале XX в., деятельности духовного ведомства под руководством Победоносцева может быть использован в современной управленческой практике при определении общественно-правового положения различных конфессий, формировании государственной политики в религиозной сфере.

Основные положения диссертации, выносимые на защиту:

  1. Видный ученый, публицист, государственный деятель, сыгравший значительную роль в политической жизни России второй половины XIX – начала XX в., Победоносцев занимал особое место среди представителей пореформенного консерватизма. Будучи по происхождению тесно связан с традиционно-патриархальным укладом общества, он особенно остро реагировал на противоречивые последствия реформ 1860-70-х гг., выдвигал в качестве альтернативы административно-законодательным преобразованиям воздействие на внутренний, духовный мир людей. Этим объяснялось его первостепенное внимание к проблемам культуры, просвещения, духовной жизни общества, в первую очередь – к общественной роли церкви.
  2. Своеобразие взглядов и личности Победоносцева во многом определялись атмосферой родительского дома, в котором влияние традиционно-патриархального уклада сочеталось с воздействием элементов просветительской идеологии. Преклоняясь перед «правомерной» монархией Петра I и его преемников, Победоносцев принял активное участие в судебной реформе 1864 г., стремясь очистить «регулярное государство» от позднейших наслоений. Однако, когда преобразования начали выходить из намеченных им рамок, он выступил против реформ и перешел на консервативные позиции. Разворачивая во второй половине 1860-х – 70-е гг. критику либеральных реформ, Победоносцев исходил из представлений о неприемлемости введения в России демократических учреждений, построенных по западным образцам, о необходимости опираться на исторические традиции страны, полнее учитывать роль духовно-религиозного фактора в жизни общества. Многие из этих идей с одобрением воспринимались консервативно настроенными людьми. Либералы же недооценили Победоносцева, считая его взгляды архаичными, оторванными от реальных потребностей страны. Это во многом и позволило Победоносцеву одержать в 1881 г. верх над своими противниками. Победа обер-прокурора опиралась и на искусное использование им механизмов закулисного манипулирования (контакты, завязанные им в консервативных кружках и салонах, сближение с наследником престола Александром Александровичем).
  3. Политическое возвышение Победоносцева в 1860-70-е гг. во многом объяснялось объективными обстоятельствами – противоречивым характером модернизации России, кризисом политики реформ на рубеже 1870-80-х гг.  Вместе с тем конкретные особенности положения консервативного сановника в правительстве Александра III определялись своеобразием его идейных установок – стремлением опираться на «людей», а не на «учреждения», придать самодержавию «живой», небюрократический характер. Одной из основ небюрократического самодержавия, по мысли Победоносцева, должна была стать деятельность доверенного советника царя, в роли которого он видел себя. В задачи советника, по мысли обер-прокурора, входило доносить до царя нужды и чаяния народа, рекомендовать сановников на важнейшие правительственные посты, давать царю рекомендации по широкому спектру вопросов государственного управления.
  4. Опираясь на огромный авторитет в глазах Александра III, Победоносцев в 1880-е гг. оказывал значительное влияние на политику правительства. Вместе с тем не совсем верно называть его «неформальным премьер-министром», как это делал ряд современников и историков. Основное внимание обер-прокурор уделял ведомствам и институтам, связанным с вопросами идеологии и духовной жизни – церкви, цензуре, Министерству народного просвещения. Что касается дел текущего управления, преобразования социальных и административных институтов, то здесь главную роль играл другой видный консерватор – министр внутренних дел Д.А. Толстой, далеко не всегда следовавший в фарватере политики обер-прокурора. Вместе с тем Победоносцев оставлял за собой право вмешиваться в дела управления по самым разным вопросам, что породило у современников представление о его всемогуществе.
  5. Особенности правительственной деятельности Победоносцева определялись не только его вниманием к вопросам идеологии, но и высокой оценкой «простого народа» как хранителя исторических устоев России. Многое из того, что предпринимал обер-прокурор - развитие церковно-приходских школ, забота о нравственном облике духовенства, издание доступной литературы для народа – объяснялось его стремлением воздействовать на сознание народных масс. Одновременно консервативный сановник считал необходимым оберегать «простых людей» от «соблазна», чем определялась его жесткая цензурная политика, борьба против иноверия и религиозного инакомыслия.
  6. Вопреки мнению современников о сохранении за Победоносцевым преобладающего политического влияния вплоть до 1905 г., его роль в правительстве начала снижаться уже в конце 1880-х гг. Связано это было как с изменением исторической обстановки, так и с внутренними противоречиями в программе обер-прокурора. С подозрением воспринимая любую неподконтрольную деятельность, обер-прокурор держал под жесткой опекой даже ближайших сотрудников (иерархов церкви, консервативных журналистов), что постепенно оттолкнуло от него даже единомышленников. Многое из того, что делал Победоносцев, представляло собой безнадежную попытку остановить развитие объективно неизбежных процессов (борьба против свободы печати, развития религиозного разномыслия, секуляризации общественной жизни и др.). Все это неуклонно подрывало влияние Победоносцева, завершившись его отставкой в 1905 г.
  7. Важной причиной потери Победоносцевым политического влияния стало его отношение к мерам по пересмотру либерального законодательства 1860-70-х гг. (контрреформам). Отвергая всякое вторжение в сферу «учреждений», обер-прокурор негативно относился не только к либеральным, но и к реакционно-охранительным преобразованиям. Этим он подорвал свою репутацию в глазах представителей консервативной группировки в правительстве и самого царя.
  8. Мнение ряда современников и историков о безусловной архаичности взглядов Победоносцева нельзя признать обоснованным. Чутко реагируя

на новые тенденции в развитии общества, обер-прокурор  сознавал важность таких порожденных модернизацией явлений, как возрастание роли идеологии в жизни страны, необходимость активного воздействия на духовную жизнь общества, влияния на сознание народных масс. Вместе с тем, в целом, российскому консерватору так и не удалось сформулировать адекватного ответа на вызовы эпохи. Выступая с критикой реформ и демократии, обер-прокурор не мог предложить четкой альтернативы отвергаемым им принципам, став своеобразным символом исчерпанности творческого потенциала российского самодержавия.

Апробация работы. Диссертация подготовлена на кафедре истории Российского государства факультета государственного управления МГУ имени М.В. Ломоносова. Всего по теме диссертации опубликовано свыше 40 работ, из них 16 публикаций в изданиях, рекомендованных ВАК РФ, а также три монографии: «Под властью обер-прокурора. Государство и церковь в эпоху Александра III». (М., 1996); «Russia in the Nineteenth Century. Autocracy, Reform, and Social Change, 1814-1914» (Armonk, New York – London, 2005) (на английском языке); «Константин Петрович Победоносцев. Вехи политической биографии» (М., 2010).

Результаты исследования были представлены на научных конференциях, коллоквиумах и семинарах, проходивших в МГУ имени М.В. Ломоносова, РГГУ, Институте российской истории РАН, Свято-Тихоновском богословском университете, Российском государственном историческом архиве, Франко-российском центре гуманитарных и общественных наук (Москва). Ключевые положения диссертации легли в основу сообщений и докладов, сделанных автором на конференциях и семинарах, проходивших за рубежом – в научных учреждениях США, Франции, Германии, Англии, Финляндии и Польши (Колумбийском и Кембриджском университетах, университете штата Аризона, Доме наук о человеке в Париже, университете им. Людвига-Максимилиана в Мюнхене и др.).

Важнейшие положения диссертационного исследования прошли апробацию при чтении автором лекционных курсов по истории России, истории отечественного государственного управления и истории религиозных конфессий в России.

ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ

Во введении обосновывается актуальность и научное значение темы; сформулированы цели и задачи исследования и определяется его предмет; показаны новизна, теоретическая и практическая значимость работы, охарактеризована ее методологическая основа.

В первой главе – «Историография и источниковая база исследования» – рассматриваются основные вопросы и степень изученности проблемы, место данной проблемы в современной исторической науке, особенности источниковой базы диссертационного исследования.

Начало складывания историографии жизни и деятельности Победоносцева относится к дореволюционном периоду. В некрологах, посвященных обер-прокурору, современники сделали первые попытки осмыслить особенности его воззрений, дать оценку его вкладу в историю России. Авторы начала ХХ в. сформулировали ряд важных выводов, касающихся политической биографии Победоносцева – о роли церкви в его политике, близости его взглядов к воззрениям славянофилов и Ф.М. Достоевского, о его стремлении «искать правду» в народной среде.1 В статьях отразились представления о всевластии российского консерватора, сохранении за ним преобладающего политического влияния вплоть до 1905 г. Обер-прокурор именовался «негласным премьер-министром», «канцлером» и даже «диктатором». В целом работы начала ХХ в. носили преимущественно публицистический характер, поскольку основной круг источников, касающихся жизни и деятельности обер-прокурора, был в то время исследователям недоступен.

Возможность научного изучения темы открылась для историков в 1920-е начале 1930-х гг., когда в Советском Союзе развернулось издание документальных источников, мемуаров и дневников царских сановников, освещавших, в том числе, и деятельность Победоносцева. Анализ данных материалов позволил более точно очертить сферу политического влияния обер-прокурора, раскрыть закулисные механизмы его деятельности в правительственных и придворных сферах.2 Вместе с тем для работ многих советских авторов был характерен идеологизированный подход, заставлявший  давать деятельности Победоносцева упрощенные, однозначно-негативные оценки.

Ярким отражением противоречий, присущих советской историографии, стала работа С.Л. Эвенчик.3 Основываясь на солидной источниковой базе (письма Победоносцева к друзьям, фонды правительственных учреждений – Государственного Совета, Министерства народного просвещения, цензурного ведомства и др.), исследовательница детально воспроизвела фактографическую канву деятельности обер-прокурора. Вместе с тем далеко не со всеми выводами автора можно было согласиться. Уязвимым был ключевой тезис работы о Победоносцеве как выразителе интересов крепостнического дворянства, доказать который можно было лишь путем ряда натяжек. Так, С.Л. Эвенчик прошла мимо важных аспектов участия Победоносцева в разработке Судебных уставов 1864 г. (заявив, что он уже в это время был реакционером), объявила его инициатором и главным сторонником контрреформ 1880-начала 90-х гг., что не подтверждается данными источников. В целом содержание работы Эвенчик свидетельствовало о нараставшей в СССР идеологизации исторической науки, о все большем подчинении ее политическому контролю. С конца 1930-х гг. история жизни и деятельности Победоносцева, как и большинства других царских сановников, оказалась фактически закрыта для советских исследователей.

Если в Советском Союзе историки в течение долгого времени были лишены возможности изучать политическую биографию Победоносцева, то в зарубежной историографии, напротив, интерес к данной теме неуклонно возрастал. Связано это было со стремлением западных историков (прежде всего, в послевоенный период) осмыслить истоки советского режима, понять причины революции 1917 г. и факторы, обусловившие поражение консервативных сил в России. Первый этап изучения жизни и деятельности Победоносцева можно отнести к 1950-м началу 1970-х гг., наиболее заметными исследованиями этого времени стали монографии западногерманского историка Г. Симона и американского исследователя Р. Бирнса.4 В работах западных авторов были изучены (правда, в основном на базе опубликованных материалов) ключевые направления политики российского консерватора, в частности, его деятельность на посту обер-прокурора Синода. Подчеркивалось, что консерватизм Победоносцева был направлен на защиту не интересов какого-либо социального слоя, а традиционно-патриархального уклада как такового. Ставился вопрос о сходстве воззрений обер-прокурора со взглядам славянофилов и Ф.М. Достоевского. Вместе с тем в целом деятельность консервативного сановника оценивалась в работах западных исследователей достаточно низко.





По мнению Бирнса, Победоносцев, высказывая суждения по отдельным аспектам жизни пореформенной России, так и не смог выработать целостную систему взглядов и рекомендаций относительно дальнейшего развития страны. Отвергая административно-законодательные преобразования, стремясь «управлять посредством людей, а не учреждений», российский консерватор демонстрировал свою ограниченность, непонимание ключевых закономерностей общественно-политического развития. При подобном подходе неудача деятельности обер-прокурора выглядела вполне закономерным итогом. Вставал, однако, вопрос: каким образом столь слабый государственный деятель, как Победоносцев, смог победить в острой политической борьбе, стать на многие годы влиятельной фигурой в «верхах»? Каким образом, не имея важнейших управленческих навыков, он в течение десятилетий мог занимать ряд ответственных государственных постов?

Неудовлетворенность трактовками, представленными в монографиях Бирнса и Симона, побудила западных историков приступить к корректировке прежних оценок. С середины 1970-х гг. начинается новый этап в развитии западной историографии, характеризовавшийся выработкой более взвешенных подходов к жизни и деятельности Победоносцева. Сложность и неоднозначность позиции будущего обер-прокурора при разработке Судебных уставов была проанализирована в монографии американского историка Р. Уортмана, посвященной подготовке судебной реформы 1864 г.5 Важное значение для анализа взглядов и деятельности обер-прокурора имело исследование Г. Фриза (США), посвященное политике правительства в отношении приходского духовенства.6 Заметным вкладом в изучение политической биографии Победоносцева явились статьи немецкого историка Р. Линднера, рассмотревшего участие будущего обер-прокурора в разработке судебной реформы и историю восприятия его публицистических выступлений в России и за рубежом.7 Наконец, серьезная корректировка взглядов на мировоззрение Победоносцева была представлена в работах Дж. Бэзила (США).8 Многое, что во взглядах обер-прокурора ранее оценивалось отрицательно, теперь представало как закономерная реакция консервативного политика на негативные последствия либеральных реформ 1860-70-х гг. Так, парламентская демократия отвергалась Победоносцевым, поскольку несла угрозу духовно-нравственному единству общества, рассматривавшемуся как высшая ценность. Защитой этого единства объяснялась и борьба обер-прокурора против отделения церкви от государства, его жесткая цензурная политика и др. Разумеется, эволюция подходов к оценке исторической роли Победоносцева не снимали вопроса о противоречиях в его взглядах и деятельности. Однако теперь эти противоречия все же рассматривались как изъяны реальной политической программы, призванной дать ответ на вызовы времени, а не как симптомы его изначальной обреченности на провал. Таким образом, западная историография двигалась в сторону все более глубокого и многомерного восприятия фигуры обер-прокурора.

Сходную эволюцию проделала в послевоенный период и отечественная историография, хотя траектория ее развития была более сложной.

Несмотря на то, что появление работы, специально посвященной Победоносцеву, в СССР было по-прежнему невозможно, фигура обер-прокурора все чаще стала появляться на страницах научных трудов. Постепенное накопление фактических знаний об обер-прокуроре стало характерной чертой развития отечественной историографии в период с конца 1960-х до начала 1990-х гг. Подобному развитию способствовала реабилитация истории самодержавия как темы научного исследования, во многом связанная с трудами П.А. Зайончковского и его школы. Благодаря работам Зайончковского в научный оборот была введена масса документов, способствовавших осмыслению действий Победоносцева на разных этапах его политической карьеры.9 Большое значение имел выход в свет работ учеников Зайончковского по истории внутренней политики самодержавия в 1880-е – начале 90-х гг., значительно углубивших представления о роли Победоносцева в этот период. Было документально доказано, что обер-прокурор не являлся защитником интересов крепостнического дворянства, к большинству контрреформ Александра III он относился скептически. Обращалось внимание на серьезное расхождение во взглядах между Победоносцевым и такими видными представителями консервативного лагеря, как М.Н. Катков и Д.А. Толстой, которые последовательно выступали в поддержку контрреформ.10

Принципиально важное в методологическом плане значение имел выход в 1982 г. статьи Р.А. Гальцевой и И.Б. Роднянской «Раскол в консерваторах», затрагивавшей вопрос об участии Победоносцева в полемике по общественно-политическим вопросам на рубеже 1870-80-х гг.11 Консервативный сановник представал в этой статье не просто как высокопоставленный бюрократ, но как равноправный участник духовной и культурной жизни страны, искавший точки соприкосновения или полемизировавший с крупнейшими мыслителями своего времени. Взгляд на одного из царских сановников как на носителя глубокого и неоднозначного мировоззрения, постановка вопроса о наличии оттенков и течений внутри консерватизма – все это явно выходило за рамки официальных установок, влиявших на развитие советской историографии в течение многих десятилетий. В целом можно сказать, что в развитии отечественной исторической науки в послевоенный период происходили подспудные сдвиги, которые в 1980-е гг. начали выходить на поверхность и окончательно утвердились после 1991 г.

Важнейшим результатом сдвигов в развитии исторической науки после 1991 г. стала возможность свободно заниматься изучением истории российского консерватизма, что имело самое непосредственное отношение к анализу жизни и деятельности Победоносцева.12 Однако далеко не сразу фигура обер-прокурора стала предметом беспристрастного анализа. Значительное распространение получил подход к изучению жизни и деятельности Победоносцева, который можно назвать «апологетическим». С точки зрения «апологетов», на протяжении всей жизни Победоносцев отличался ясностью и цельностью воззрений, не пережил мировоззренческих переломов.13 Обер-прокурор умел глубоко проникнуть в суть общественных проблем, по уровню понимания социально-политических процессов превосходил большинство современников.14  Подобный подход, объяснимый в контексте освобождения от некоторых излишне идеологизированных оценок советского периода, не может быть признан подлинно научным – он побуждает авторов затушевывать глубокие противоречия в идейных установках Победоносцева, заставляет умалчивать о важных аспектах и этапах его деятельности.

Признаком постепенного изживания крайностей в оценке жизни и деятельности российского консерватора является появление работ, основанных на взвешенном, объективном подходе к данной теме. Примером такого подхода можно считать работы О.Е. Майоровой, посвященных анализу идейно-психологической подоплеки деятельности Победоносцева, изучению особенностей его личности. Основанные в первую очередь на анализе писем обер-прокурора к друзьям и сотрудникам, работы О.Е. Майоровой раскрывают своеобразие и характеризуют многие важные аспекты этого чрезвычайно важного источника.15  Важным вкладом в изучение политической биографии обер-прокурора являются исследования В.В. Ведерникова, в частности, его статья, посвященная главной работе Победоносцева («Московский сборник») и восприятию этой публикации российским обществом.16 В целом можно отметить, что к настоящему времени накоплен достаточный запас исследовательских наработок, позволяющих сформулировать основные вопросы, касающиеся взглядов и деятельности Победоносцева, выявлен круг связанных с данной проблематикой источников. Это создает прочные предпосылки для углубленного изучения той роли, которую обер-прокурор сыграл в общественно-политической и духовной жизни страны.

Завершая историографический обзор, необходимо сказать о защищенных в 1990-е-2000-е гг. кандидатских диссертациях, посвященных жизни и деятельности Победоносцева – работах В.И. Жировова, Ю.Г. Степанова и А.Л. Соловьева.17 Авторами был поставлен и рассмотрен ряд важных проблем, связанных со взглядами и деятельностью российского консерватора, обобщены накопленные к настоящему времени итоги изучения политической биографии обер-прокурора. Вместе с тем ограниченный объем кандидатской диссертации, как представляется, не позволил дать действительно всесторонний анализ данной темы.

Формулируя задачи подобного анализа, следует отметить, что в историографии до сих пор недостаточно изученными остаются многие аспекты идеологии и мировоззрения Победоносцева, не дана убедительная оценка его системе взглядов, не выявлено, насколько они соответствовали потребностям своего времени. Спорным является и вопрос о мотивах, побудивших будущего обер-прокурора участвовать в разработке судебной и реформы, и о факторах, обусловивших его поворот к консерватизму. Необходимо проанализировать особенности положения Победоносцева в правительстве, его взаимоотношения с министрами и царем, пределы и хронологические рамки его политического влияния. Наконец, нуждается в изучении вопрос о предпосылках возвышения консервативного сановника в 1860-80-е гг. и последующей утраты им прежней политической роли.

Важнейшим источником по теме исследования являются сочинения Победоносцева, которые можно разделить на четыре группы: 1) работы, посвященные судебной реформе; 2) историко-правовые труды; 3) статьи, посвященные вопросам общественно-политической жизни России и зарубежных стран; 4) работы по вопросам религии и педагогики. Первая группа публикаций освещает начальный период деятельности будущего обер-прокурора и позволяет проследить, как менялись его взгляды на судебные преобразования с конца 1850-х до середины 1860-х гг. В данную группу входят направленный в 1859 г. Победоносцевым А.И. Герцену памфлет с критикой руководства Министерства юстиции, его работа о реформах в гражданском судопроизводстве и ряд других статей.18

Вторая группа публикаций – историко-правовые труды Победоносцева – включает в себя «Курс гражданского права», подготовленный на основе лекций, прочитанных в Московском университете и вышедший в 1868-1896 гг., а также ряд других работ.19 Значение данной группы материалов определяется тем, что сформулированные в них идеи и выводы послужили важным источником формирования общественно-политических взглядов российского консерватора. Кроме того, именно на страницах научных работ он высказал свои представления о ряде важных проблем современности (община, крестьянский надел, изменение семейно-брачного законодательства).

Публикации Победоносцева, посвященные общественно-политическим вопросам, группируются вокруг ряда ключевых моментов его политической биографии. Одним из них можно считать период преподавания будущего обер-прокурора в царской семье (1860-е гг.). К данному периоду относятся, прежде всего, «Письма о путешествии государя наследника цесаревича от Петербурга до Крыма» (1864). Значительную роль в политической биографии российского консерватора сыграли события Восточного кризиса (1875-1878), отмеченные появлением ряда публикаций по вопросам международных отношений и истории славянских народов.20 Наконец, важнейшее значение имели сочинения Победоносцева, посвященные критике реформ, демократии, западной культуры, публиковавшиеся им с начала 1870-х до начала 1900-х гг. Открывает эту группу работ серия статей в журнале «Гражданин», вошедших позднее (вместе с рядом других сочинений) в знаменитый «Московский сборник», ставший своеобразным идеологическим манифестом российского консерватора.21 К «Московскому сборнику» по характеру примыкает издание «Вопросы жизни» (1904), составляющее как бы второй том сборника.

В особую группу выделяются публикации Победоносцева по вопросам религии и церкви. К их числу принадлежит книга «Праздники Господни» (1893), перевод сочинения немецкого профессора Г. Тирша «Христианские начала семейной жизни» (1-е изд. – 1861, 2-е изд. – 1899), богословской работы У. Гладстона «Несокрушимая твердыня Священного писания» (под заголовком «Гладстон об основах веры и неверия», 1894) и др. К работам по вопросам религии, в определенной степени, примыкают сочинения и переводы российского консерватора, посвященные проблемам педагогики. Их издание относится главным образом ко второй половине 1890-х – началу 1900-х гг., когда обер-прокурор в значительной степени утратил влияние в «верхах», во многом разочаровался в возможностях государственно-политического воздействия на общество и перенес акцент на применение инструментов идеологического влияния на общественное сознание.22

Наряду с научными трудами и публицистикой важную категорию связанных с обер-прокурором материалов составляют воспоминания и дневники Победоносцева. Количество источников этой группы сравнительно невелико. Отметим дневники будущего обер-прокурора, часть которых (за время учебы в Училище правоведения) опубликована в журнале «Русский архив»,23 а другая часть (за 1862-1866) хранится в Российском государственном историческом архиве (РГИА). Дневниковые записи будущего обер-прокурора отражают процесс формирования его взглядов, участие в разработке судебной реформы, переход на консервативные позиции под влиянием общественно-политических потрясений 1860-х гг. Интерес представляют также мемуарные заметки Победоносцева, посвященные людям, с которым он сталкивался на жизненном пути24

Если мемуарно-дневниковое наследие Победоносцева сравнительно невелико, то его эпистолярий чрезвычайно значителен по объему. Необходимо, прежде всего, отметить здесь две публикации, осуществленные в 1920-е гг. – «Письма Победоносцева к Александру III» (в приложении – письма к великому князю Сергею Александровичу и Николаю II), а также сборник  «К.П. Победоносцев и его корреспонденты». Первый из источников позволяет проследить процесс политического возвышения будущего обер-прокурора, выявить его роль и место в правительстве Александра III, осветить основные направления его деятельности. Второй сборник раскрывает роль Победоносцева как «серого кардинала» в правительстве 1880-х – начала 90-х гг. Он содержит черновики и неотправленные письма Победоносцева, а также письма к нему от Александра III, высших сановников, общественных деятелей, частных лиц. Особенности и основные направления правительственной деятельности Победоносцева освещают также его письма к Николаю II и ряду высокопоставленных сановников. Часть этих писем опубликована, другие же хранятся в архивах и до сих пор слабо введены в научный оборот.25

Если письма к государственным деятелям интересны, прежде всего, с точки зрения политической значимости затрагиваемых в них проблем, то своеобразие психологии обер-прокурора, различных аспектов его мировоззрения раскрываются в письмах к друзьям (сестрам А.Ф. и Е.Ф. Тютчевым, известному педагогу С.А. Рачинскому). Важнейшим источником, раскрывающим особенности участия российского консерватора в общественной и культурной жизни страны, являются его письма к общественным деятелям, литераторам, журналистам. Как и в случае с письмами Победоносцева государственным деятелям, значительная часть данных материалов до сих пор не опубликована и в большинстве случаев недостаточно использована исследователями.26

Наряду с источниками личного происхождения в настоящем исследовании широко использовались официально-документальные материалы. Это в первую очередь хранящиеся в РГИА архивы Синода, а также публикации духовного ведомства, которым Победоносцев руководил на протяжении четверти века (1880-1905). До сих пор данные источники сравнительно слабо введены в научный оборот. В диссертации использовались материалы регулярных «Отчетов обер-прокурора Святейшего Синода по ведомству православного исповедания», ряд других публикаций официального или официозного характера.27 Данные официальных публикаций дополняются архивными документами из фондов канцелярии обер-прокурора и канцелярии Синода – перепиской главы духовного ведомства, делопроизводственной документацией, материалами законодательных работ. Сопоставление официально-документальных материалов с источниками личного происхождения позволяет целостно и всесторонне представить картину деятельности Победоносцева, раскрыть особенности его управленческого стиля,  дать характеристику ему как высокопоставленному администратору.

Среди источников, принадлежащих перу современников Победоносцева, выделяется мемуарно-дневниковые материалы. Поскольку обер-прокурор был известнейшей фигурой общественной и политической жизни России, сведения о нем содержатся в целом ряде воспоминаний и дневников. Часть из них хорошо известна и давно введена в научный оборот. Это дневники государственных секретарей Е.А. Перетца и А.А. Половцова, председателя Комитета министров П.А. Валуева, военного министра Д.А. Милютина, чиновника Министерства иностранных дел В.Н. Ламздорфа, хозяйки влиятельного политического салона А.В. Богданович. К числу мемуаров относятся также воспоминания Феоктистова, Витте, Мещерского, Кони, Чичерина, Шереметева, великого князя Александра Михайловича, консервативных публицистов К.Ф. Головина и Л.А. Тихомирова. Сравнительно мало использовались исследователями дневники и воспоминания иерархов церкви и чиновников духовного ведомства.28 Наконец, масса кратких и развернутых заметок о встречах с Победоносцевым, о его внешности, манерах, отдельных аспектах его взглядов рассеяна по страницам дневников и воспоминаний самых разных лиц. Это – ученый-экономист И.И. Янжул, художник А.Н. Бенуа, публицисты Г.К. Градовский и В.В. Розанов, поэтесса З.Н. Гиппиус, посол США в России Э. Уайт и др. Обобщение и анализ этого разрозненного, но чрезвычайно интересного материала составляет, на наш взгляд, самостоятельную исследовательскую задачу.

К числу источников публицистического характера, использованных в настоящем исследовании, относятся отзывы на сочинения Победоносцева, позволяющие оценить реакцию представителей различных направлений общественной мысли на выступления консервативного сановника, осмыслить восприятие российским обществом его взглядов и деятельности. Несомненный интерес представляют рецензии на «Московский сборник» и другие сочинения российского консерватора, принадлежащие перу В.В. Розанова и публициста журнала «Вестник Европы» Л.З. Слонимского, статья Б.В. Никольского о литературной деятельности Победоносцева, ряд рецензий на книгу «Ученье и учитель» и др.29 

В особую группу следует выделить источники, не имеющие прямого отношения к К.П. Победоносцеву, но принципиально важные для понимания условий, в которых проходило формирование его личности и мировоззрения. Это – материалы, относящиеся к деятельности отца будущего обер-прокурора, профессора П.В. Победоносцева. В данную группу источников входят сочинения и публикации профессора Победоносцева, отрывки из его дневника, его письма сотрудникам, друзьям и близким, а также мемуары, в которых содержатся отзывы о нем.30

Проведенный в первой главе анализ историографии показывает, что изучение политической биографии Победоносцева является важным направлением исторической науки, привлекающим внимание как отечественных, так и зарубежных ученых. Разносторонний характер деятельности обер-прокурора дает возможность затронуть при изучении его взглядов и деятельности целый ряд важных аспектов истории России – развитие консервативной мысли во второй половин XIX – начале XX в.,  особенности функционирования правительственных механизмов позднего самодержавия, взаимоотношения церкви и государства. Наконец, анализ многих направлений деятельности Победоносцева предполагает широкое использование современного теоретико-методологического инструментария (психологический анализ, культурно-антропологический подход), что делает изучение его биографии важной задачей с точки зрения развития теории исторического знания.

Анализ источниковой базы исследования позволил выявить ее своеобразие – значительное количество эпистолярного материала и других источников личного происхождения, дающих возможность провести детальный анализ индивидуальных особенностей личности Победоносцева, проследить влияние этих особенностей на проводимую им политику. Источники личного происхождения сопоставляются в исследовании с официально-документальным, публицистическим и иным материалом, что позволяет создать объективную и всестороннюю картину жизни и деятельности российского консерватора.

Во второй главе – «Формирование мировоззрения и начало государственной деятельности К.П. Победоносцева», рассматривается становление личности и общественно-политических взглядов будущего обер-прокурора, анализируются первые шаги его служебной карьеры, выявляются причины, побудившие его участвовать в подготовке судебной реформы 1864 г. и факторы, обусловившие его поворот к консерватизму.

В исследовании подчеркивается, что противоречивый характер идейной эволюции Победоносцева во многом определялся особенностями воспитания, полученного им в родительском доме. Сын профессора Московского университета и внук приходского священника, будущий обер-прокурор был тесно связан с патриархальным укладом дореформенной Москвы, глубоко верил в постоянство и незыблемость основ окружающего мироустройства. Характерными особенностями духовной атмосферы родительского дома была глубокая религиозность, верность монархическим традициям, патриотизм, связанный с семейными воспоминаниями о войне 1812 г. Вместе с тем в семье Победоносцевых высоко ценились наука и просвещение, различные виды интеллектуального труда, позволявшего сделать карьеру людям незнатного происхождения. Предметом особого восхищения служили правители XVIII в. Петр I, Екатерина II и созданная их усилиями «правомерная» монархия, опиравшаяся на принцип законности и открывавшая возможности социального возвышения для разночинцев наподобие Победоносцева.

Культ принципов законности, равенства всех сословий перед лицом монарха еще более усилился в сознании будущего обер-прокурора благодаря обучению в Училище правоведения (1842-1846), призванном готовить новые кадры просвещенных чиновников для российской системы правосудия. Попав после окончания Училища на службу в московские департаменты Сената, правовед примкнул здесь к группе молодых чиновников, критиковавших архаизм российской судебной системы, пытавшихся противостоять царившим здесь произволу, взяточничеству, волоките. Стремлением «нащупать» почву для обновления российской юстиции объяснялось и обращение Победоносцева к изучению истории российского права (прежде всего, гражданского), принесшее ему известность одного из лучших знатоков в данной сфере. Будущий обер-прокурор резко критиковал порядки в собственном ведомстве – Министерстве юстиции, обвинял министра В.Н. Панина в самодурстве, фаворитизме, мелочном бюрократическом контроле, излив негодование в памфлете, направленном в 1859 г. А.И. Герцену и опубликованном в «Голосах из России».

Значительное внимание в диссертации уделяется участию Победоносцева в реформах Александра II, его позиции в период разработки Судебных уставов 1864 г. В исследовании показывается, что молодой правовед с энтузиазмом воспринял начало реформ, всецело одобряя принципы, на которых они должны были базироваться (отказ от устаревших учреждений, развитие гласности, заимствование западного опыта). Будущий обер-прокурор критиковал «закоренелых староверов», которые суеверно дорожат «каждым камнем веками воздвигнутого здания», «готовы в каждой случайной пристройке к нему видеть неотъемлемую часть общего целого и не хотят дотронуться до сгнившей балки из боязни повредить устаревшее здание».31 Созвучие настроений Победоносцева основным тенденциям правительственной политики того времени, известность, которую он приобрел благодаря публикациям по истории гражданского права обусловили его включение в 1861-1862 гг. состав правительственных органов, занимавшихся подготовкой судебной реформы. Он стал членом Комиссии при Государственной канцелярии  для составления Основных положений по судебной части, а затем – в Комиссии для окончательной выработки Судебных уставов под председательством государственного секретаря В.П. Буткова.

Приступая к работе в правительственных комиссиях, молодой правовед опирался на представления о необходимости коренных изменений важнейших элементов российской судебной системы. Будущий обер-прокурор выступал за независимость суда от исполнительной власти, развитие состязательного процесса, формирование самостоятельной и авторитетной адвокатуры, публичный, гласный и устный характер судопроизводства. Вместе с тем, отстаивая эти начала (сводившиеся, по сути, к переустройствам в рамках судебного механизма), он дальше них не шел. В его представлении, переустройства «внутри» судебной системы сами по себе способны были обеспечить восстановление начал законности, некогда положенных в основу «правомерной» монархии, но затем подвергнувшихся искажениям.

К перспективам дальнейшего развития реформы, соприкосновения судебной системы с самостоятельностью общества правовед относился без энтузиазма. Он умалчивал в своих проектах о таком важном институте гражданского общества, как мировой суд, скептически относился к введению в России суда присяжных. Между тем обойтись без подобных изменений, по мнению большинства разработчиков Судебных уставов, было нельзя. Осознав, что реформа выходит из намеченного им русла, Победоносцев еще на стадии подготовки преобразований стал решительным их противником. Негативное отношение к Судебным уставам 1864 г. впоследствии станет характерной чертой общественно-политической позиции Победоносцева. Отрицание мирового суда и института присяжных будет дополнено негативными оценками отделения суда от администрации, адвокатуры, состязательного процесса, устности и гласности судопроизводства, т.е. тех принципов и институтов, которые правовед некогда поддерживал.

Нарастание консервативных настроений у Победоносцева продолжилось в 1860-х гг. под влиянием общественно-политических потрясений того времени – выхода на политическую арену леворадикальной (революционно-демократической) группировки, первых проявлений политического террора, польского восстания 1863-1864 гг. Привыкший к постоянству, определенности патриархального мироустройства, будущий обер-прокурор крайне болезненно и даже панически воспринимал свершавшиеся вокруг него изменения – резкое ускорение темпа жизни, обострение общественных противоречий, открытое столкновение противоборствующих сил. Проявлением негативного отношения к принципам демократии и либерализма стала серия статей Победоносцева в журнале «Гражданин» (1873-1874), посвященных критике основ западной культуры, главных направлений религиозной и общественной жизни стран Запада и преобразований, проводившихся в России.

Стремясь воплотить свои взгляды в жизнь, будущий обер-прокурор в 1860-е гг. активно укреплял позиции в придворных и правительственных кругах, используя связи, возникшие в период работы над Судебными уставами. Сблизившись с консервативно-славянофильским окружением императрицы Марии Александровны, Победоносцев был назначен наставником к наследнику престола Николаю Александровичу, а после его смерти (1865) – к его брату Александру, что способствовало дальнейшему продвижению его карьеры. К началу 1870-х гг. будущий обер-прокурор обеспечил себе устойчивые позиции в «верхах» (с 1868 г. – сенатор, с 1872 г. – член Государственного совета), создал прочную основу для дальнейшего участия в политической борьбе.

Подводя итог анализу проблем, связанных с формированием взглядов и личности Победоносцева, необходимо отметить, что большое влияние на них оказало своеобразие атмосферы родительского дома, переплетение в ней элементов различных культурно-исторических традиций. Влияние традиционно-патриархального уклада сочеталось с высокой оценкой просвещения, культом монархии XVIII в. Стремясь очистить «правомерную» монархию от позднейших искажений, будущий обер-прокурор принял активное участие в подготовке судебной реформе, однако когда преобразования начали выходить из намеченного им русла, он стал их решительным противником. Разочарование усиливалось по мере выявления противоречивых последствий реформ, пугавших Победоносцева, привыкшего к простоте и определенности патриархального уклада, своей неоднозначностью и непредсказуемостью.

В третьей главе – «Историко-правовые и общественно-политические воззрения российского консерватора», рассматривается система взглядов Победоносцева, в первую очередь те аспекты его воззрений, которые послужили в дальнейшем основой его правительственной деятельности. Отмечается, что обер-прокурор, в отличие от большинства консерваторов в правительстве, не был исключительно «практиком» традиционной системы управления, он стремился обосновать свою политику определенными теоретическими выкладками, подвести идеологическую основу под основные направления своей деятельности.

В диссертации подчеркивается, что одним из источников формирования идеологии обер-прокурора послужили его труды по истории русского права. В исследовательском методе Победоносцева (фактографичность, тяготение к описательности) отразились присущие ему неприязнь к личностному началу, боязнь абстракций и теоретизирования. Что касается выводов из изучения историко-правового материала, то они способствовали формированию у исследователя пессимистических взглядов, убеждали его в несамостоятельности русского общества, неспособности обойтись без правительственной опеки.

Отправной точкой для рассуждений Победоносцева на общественно-политические темы являлось представление о слабости, несовершенстве человеческой натуры, делавших невозможным внедрение в жизнь общества демократических институтов. Нежелательным представлялось и всякое рационально-волевое вмешательство в сложившийся общественный уклад. В основе действий реформаторов, стремившихся перестраивать традиционную систему общественных отношений, лежали, по Победоносцеву, исключительно низменные мотивы – тщеславие, стремление к быстрому успеху, нежелание посвятить себя постепенному улучшению окружающей жизни. Противовесом разрушительной деятельности реформаторов представала повседневная и незаметная работа «скромных тружеников провинции», делающих «простое дело в меру сил своих». Основным же устоем общественного порядка провозглашалось мировоззрение народных масс – их интуитивный консерватизм, приверженность традициям, невосприимчивость к «книжным абстракциям», господствующим в среде либеральной и радикальной интеллигенции.

Переходя к критике демократических институтов (парламентаризма, многопартийности, разделения властей), Победоносцев отвергал их на том основании, что, провозглашая идеал свободы, они на деле подчиняют «простого человека» деспотическому контролю со стороны профессиональных политиков, журналистов, верхушки политических партий. Суд присяжных, по мнению обер-прокурора, вверял решение сложнейших юридических вопросов слабо подготовленным для этого обывателям, а принцип свободы слова делал массы объектом манипулирования со стороны случайных и, как правило, злонамеренных людей. В целом будущее государств, чей общественно-политический строй основывался на демократических принципах, оценивалось Победоносцевым крайне пессимистически. Что же касается России, то она, по мнению российского консерватора, могла избежать катастрофических потрясений, придерживаясь самобытного пути развития, не выходя за рамки учреждений, завещанных ей историей.

Основой поддержания в России общественной стабильности, по мнению Победоносцева, было сохранение традиционной политической формы – неограниченного самодержавия, стоящего над различными социальными группами и способного осуществлять благотворную опеку над обществом. Вместе с тем, по мнению консервативного сановника, самодержавию грозила опасность бюрократического перерождения, оно могло оторваться от «народной почвы», замкнуться в мире теоретических абстракций и заимствованных с Запада рецептов общественного развития. Чтобы этого не произошло, полагал обер-прокурор, необходимо было принять меры, обеспечивающие самодержавию «живой», небюрократический характер. Требовалось не заниматься административно-законодательными преобразованиями, а уделить основное внимание подбору достойных кандидатов на важнейшие посты – людей, «русских духом» и с «горячим сердцем». Рекомендовать царю таких кандидатов должен был его доверенный советник – лично бескорыстный, четный и духовно близкий к народу (в роли такого советника Победоносцев видел, прежде всего, себя). Сам царь должен был максимально активно участвовать в делах управления, лично решать большинство вопросов, не ограничивая свою деятельность какими-либо формальными рамками.

Залогом «живого», небюрократического характера самодержавия в глазах российского консерватора был его тесный союз с православной церковью, которая вообще играла в воззрениях Победоносцева чрезвычайно важную роль. Скептически относясь к переустройству «учреждений», обер-прокурор уделял особое внимание воздействию на духовный мир людей, всему, что открывало возможность такого воздействия – сферам образования, культуры, искусства, и в первую очередь – религии и церкви. Считая главным в церковном учении принципы смирения, самоограничения, российский консерватор видел в них важнейший противовес взрыву эгоизма и стяжательства, поразивших, по его мнению, пореформенную Россию. Православная церковь, подчеркивал Победоносцев, тесно срослась с историческим бытом русского народа, и попытка отделить ее от государства приведет к тяжелым последствиям. Обер-прокурор остро чувствовал необходимость для государственной власти опираться на идеи и воззрения, разделяемые большей частью народа. С его точки зрения, попытка во имя формальной справедливости отказаться от преимущественной поддержки православия, юридически уравнять все исповедания лишила бы государство опоры в среде основной массы населения.

Выступая в духовной сфере за неразрывный союз церкви и государства, Победоносцев в области социальных отношений призывал поддерживать традиционно-патриархальные институты – общину, патриархальную семью, настороженно относился к процессам урбанизации, социальной мобильности, быстрому развитию рыночных отношений. Оптимальной формой организации общества российский консерватор считал традиционную сословную структуру. Было бы, однако, неправильно объявлять его на этом основании, как это делала, в частности, С.Л. Эвенчик, защитником интересов «крепостнического дворянства». Считая, что каждое сословие должно выполнять исторически отведенную ему роль, Победоносцев решительно отвергал право какой либо социальной группы (в том числе и дворянства) на особое положение перед лицом самодержавия, полагал неудобным «оттенять то или другое сословие в смысле какого-то преимущественного права на преданность престолу и отечеству».32 Дворянство имело ценность в глазах Победоносцева лишь в том случае, если сохраняло патриархальный облик и выполняло функции, представлявшиеся традиционными (жило в своих имениях и заботилось о крестьянах, организуя их просвещение в церковном духе, защищая их от «кулаков и ростовщиков»).

Подводя итоги анализу воззрений Победоносцева, следует подчеркнуть, что ему удалось сформулировать достаточно цельную систему идейных установок, опиравшуюся на определенные концептуальные представления философского, психологического, историко-теоретического характера и охватывавшую самые разные аспекты жизни пореформенной России. Острая и нередко обоснованная критика реформ и демократии, призыв к опоре на духовные начала, на традиционные институты общества не могли не привлечь к Победоносцеву симпатии многих современников в условиях, когда общество переживало тяжелый, противоречивый процесс модернизации. Опора на собственную идейную систему, умелая критика недостатков общественного развития пореформенной России стали важным фактором, обусловившим победу российского консерватора над противниками в политической борьбе 1860 – начала 80-х гг.

В четвертой главе – «Политическое возвышение К.П. Победоносцева. Роль в правительстве Александра III», рассматривается процесс усиления позиций российского консерватора в придворных и правительственных кругах во второй половине 1860-х – начале 80-х гг., выявляются причины его победы над группировкой либеральных сановников, исследуются особенности его положения в правительстве Александра III, основные направления его государственной деятельности.

В диссертации указывается, что политическое возвышение Победоносцева было тесно связано со складыванием в придворных и правительственных «верхах» консервативной группировки, критически относившейся к реформам Александра II и связывавшей свои надежды с наследником престола Александром Александровичем. Будущий обер-прокурор, преподававший наследнику законоведение, сумел занять прочное место в его окружении. Основой для сближения цесаревича и его бывшего наставника стала оппозиция курсу правительства в национальной и религиозной сферах, симпатии к движению в поддержку балканских славян во второй половине 1870-х гг. Критикуя курс правительства Александра II, будущий обер-прокурор поддерживал контакт с представителями разных течений общественной мысли, придерживавшихся идей консерватизма и самобытного развития России – В.П. Мещерским, И.С. Аксаковым, Ф.М. Достоевским, М.Н. Катковым. В конце 1870-х гг. Победоносцев сумел занять официальное положение при наследнике, возглавив Общество Добровольного флота, покровителем которого состоял Александр Александрович.

Вопрос о взаимоотношениях Победоносцева с различными направлениями  пореформенной общественной мысли, его роли и месте в идейно-политическом противоборстве второй половины XIX в. занимает в диссертации важное место. В исследовании подчеркивается, что во многих отношениях Победоносцев и его воззрения были неотъемлемой частью пореформенного консерватизма. Как и большинство представителей этого течения, обер-прокурор выступал в защиту неограниченного самодержавия, господствующего положения православной церкви, отстаивал принцип самобытного развития страны, настороженно относился к быстрому развитию рыночных отношений. Вместе с тем в его позиции была своя специфика. Разделяя со славянофилами интерес к жизни зарубежных славян, к общественной роли церкви, подчеркивая роль «простого народа» как носителя русских исторических традиций, Победоносцев в то же время резко выступал против принципов свободы слова и свободы совести, программы восстановления патриаршеско-соборной системы управления церковью, игравших большую роль в воззрениях славянофилов. С представителями «продворянского» консерватизма обер-прокурора сближало стремление к укреплению традиционной сословной структуры общества. Однако идея безусловного первенства дворянства в общественной жизни страны была ему чужда. В целом, характеризуя отношения Победоносцева с пореформенным консерватизмом, можно сказать, что будущий обер-прокурор, не солидаризуясь до конца ни с одним его течением, в той или иной степени соприкасался с каждым из них, используя их идеи и аргументы для критики пореформенного развития России.

Переломным моментом биографии Победоносцева, временем резкого усиления его политических позиций стал период общественно-политического кризиса рубежа 1870-80-х гг. В диссертации анализируются обстоятельства борьбы в «верхах» в последние годы царствования Александра II, выявляются причины победы консервативного сановника над либеральной группировкой. Указывается, что подобное развитие событий во многом определялось недооценкой Победоносцева со стороны либералов, считавших взгляды консервативного сановника архаичными, оторванными от реальных потребностей страны. Между тем, многое в воззрениях обер-прокурора выглядело привлекательным для консервативных кругов в обществе и правительстве. Считая кризис рубежа 1870-80-х гг. явлением верхушечным, не опирающимся на настроения широкой массы народа, Победоносцев искренне верил в возможность остановить его путем неуклонного применения репрессивных мер, вырвать «злое семя» «борьбой с ним на живот и на смерть, железом и кровью».33 Подобные установки, в целом ошибочные, опиравшиеся на упрощенное понимание природы общественных процессов, в то же время создавали представление об обер-прокуроре как о человеке волевом и решительном, способном покончить с бесконечными колебаниями правительства. Особенно укрепились эти настроения после гибели Александра II 1 марта 1881 г. 8 марта Александр III фактически одобрил речь Победоносцева на заседании Совета министров с резкими выпадами в адрес реформ 1860-70-х гг., а 29 апреля утвердил написанный обер-прокурором манифест «о незыблемости самодержавия», вызвавший отставку представителей либеральной группировки.

Став после отставки либеральных сановников самым влиятельным политиком в правительстве, Победоносцев фактически играл роль центра, координирующего деятельность различных ведомств. В связи с этим заслуживает внимания вопрос, был ли обер-прокурор «негласным премьер-министром», как об этом писали многие современники и историки. Представляется, что позиция царского наставника в этом отношении претерпела определенную эволюцию. Первоначально Победоносцев, видимо, намеревался непосредственно руководить политиками, продвинутыми им на ответственные посты – министром внутренних дел Н.П. Игнатьевым, столичным градоначальником Н.М. Барановым. Однако подбор людей на основе неформальных критериев («русский дух», «живое сердце») вел к многочисленным ошибкам. Игнатьев, Баранов и многие другие избранники Победоносцева быстро начали выходить из-под его контроля, дискредитировали себя авантюристической политикой. В результате с 1882 г. дела текущего управления постепенно перешли в руки преемника Игнатьева – Д.А. Толстого, а Победоносцев сосредоточился на контроле за личным составом правительства и теми направлениями правительственной политики, которые касались вопросов духовной жизни и идеологии (церковь, национально-религиозные отношения, пресса, культура). Вместе с тем обер-прокурор оставлял за собой право периодически вмешиваться в деятельность различных ведомств по различным вопросам, которые считал важными, в связи с чем у современников сложилось представление о его всевластии.

Рассматривая вопрос о взаимоотношениях Победоносцева с императором, необходимо подчеркнуть, что они весьма точно отражали его представления о роли и функциях «доверенного советника царя», о том, какими путями можно обеспечить самодержавию «живой», небюрократический характер. Считая себя наиболее подходящим на роль доверенного советника, обер-прокурор стремился давать царю рекомендации по широчайшему спектру вопросов – от направления важных государственных дел до устройства судеб отдельных людей, полагал, что имеет право самостоятельно решать, когда и по какому поводу обращаться к монарху. В некоторых случаях Победоносцев брал на себя задачу толкования и даже корректировки уже высказанной монаршей воли. Подобное экстраординарное положение в «верхах» консервативный сановник обосновывал перед царем своей честностью, бескорыстием, духовной близостью к народу и способностью доносить его нужды и чаяния до престола.

Говоря о конкретных направлениях политики Победоносцева, необходимо отметить не только его повышенное внимание к идеологическим вопросам, но и стремление найти особые, соответствовавшие его установкам средства воздействия на общественное сознание. Высоко ценя охранительную прессу, поддерживая отношения с целым рядом консервативных журналистов – М.Н. Катковым, В.П. Мещерским, А.С. Сувориным – обер-прокурор все же до конца не доверял периодической печати как орудию идеологической борьбы. Его отталкивали «брань» и «склоки», неизбежно сопровождавшие газетно-журнальную полемику, пугало все более напористое вмешательство консервативных журналистов в правительственные дела. В связи с этим консервативный сановник искал некие «нежурналистские» средства воздействия на общество. Победоносцев стремился «поучать» и «назидать» российское общество, произнося речи в связи с переломными событиями в развитии России (гибель Александра II и др.); издавая малым тиражом («для немногих») сочинения по ключевым общественно-политическим вопросам; публикуя (часто анонимно) переводы сочинений западных консерваторов и др.

Прекрасно осознавая, какое огромное воздействие на народное сознание способны оказать выдающиеся произведения литературы и искусства, Победоносцев пристально следил за развитием культурной жизни страны и стремился оказывать на нее влияние. В сфере его внимания находились репертуар выставок и театров (в том числе народных), книгоиздательское и библиотечное дело, просветительские начинания частных лиц и общественных организаций. Последнее направление привлекало особое внимание консервативного сановника. Отчетливо понимая всю важность выхода на историческую арену народных масс, «разбуженных» модернизацией, обер-прокурор стремился дать народу школу, которая бы воспитывала его в духе, отвечавшем интересам государственной власти, задачам укрепления социальной стабильности. Школы светские, учреждаемые земствами и Министерством народного просвещения, по мнению Победоносцева, для этой цели совершенно не подходили. Обер-прокурора не устраивал их отрыв от церкви, чрезмерный, как ему казалось, акцент на задачах обучения в ущерб воспитанию. Опираясь на свой авторитет в правительстве, обер-прокурор добился в 1884 г. создания системы управления церковными школами для народа, полностью независимой от Министерства народного просвещения и подчиненной лишь Синоду. Благодаря усилиям обер-прокурора сеть церковных школ для народа пережила колоссальный рост, став заметной частью российской системы образования.34

Таким образом, усиление позиций консервативного сановника в «верхах» во второй половине 1860-х – начале 1880-х гг. было обусловлены сложным сплетением объективных и субъективных обстоятельств. В условиях острого общественно-политического кризиса рубежа 1870-80-х гг. Победоносцев сумел создать впечатление о себе как о решительном политике, способном быстро покончить со смутой. Сыграли свою роль и недооценка российского консерватора со стороны либералов, и выстраивавшаяся им на протяжении длительного времени система неформальных связей (прежде всего, его близость к цесаревичу Александру Александровичу). Заняв после 1881 г. при царе место наиболее доверенного советника, обер-прокурор приложил все усилия для воплощения в жизнь своих идейных установок, стремясь воздействовать на духовную жизнь страны и обеспечить самодержавию «живой», небюрократический характер.

В пятой главе – «К.П. Победоносцев во главе духовного ведомства», рассматривается деятельность консервативного сановника на посту обер-прокурора Святейшего Синода (1880-1905), его политика по отношению к православной церкви, иноверию и религиозному инакомыслию. Выделение особой главы для анализа данной тематики объясняется ее сравнительно слабой изученностью, тем обстоятельством, что в большинстве исследований о Победоносцеве она рассматривалась обобщенно, в виде очерка, была слабо интегрирована в общий контекст политической биографии обер-прокурора.

В диссертации подчеркивается, что вопрос об общественной роли религии и церкви играл в мировоззрении консервативного сановника огромную роль. Считая духовную сферу важнейшей в жизни общества, Победоносцев именно в религии видел глубинную, наиболее прочную основу господствующих в общественном сознании идейных установок. Курс на определенное ограничение роли церкви в жизни общества (сокращение числа церковных школ для народа, уступки иноверию), просматривавшийся в политике властей в 1860-70-е гг., вызывал у российского консерватора сильнейший протест. Заняв в 1880 г. должность обер-прокурора, он немедленно выступил против подобной тенденции. По его настоянию было остановлено проводившееся с 1869 г. укрупнение приходов и сокращение состава причтов, а вскоре началось наращивание численности духовенства. Ежегодно в 1880-е гг. открывалось до 250 храмов и 10 монастырей.35 

Убежденный в необходимости повышения социальной роли церкви, Победоносцев добивался более строгого подчинения общественной жизни церковным нормам – настоял на отмене театральных представлений в Великий пост, требовал более строгого соблюдения церковных правил в сфере семьи и брака. Благодаря усилиям обер-прокурора активизировалась издательская деятельность духовенства, организовывались массовые церковно-общественные торжества. Принимались меры по оживлению церковной проповеди, проводимых духовенством «народных чтений», поддерживалась просветительская и благотворительная деятельность церковных учреждений (братств, монастырей).

Основной опорой Победоносцева в его начинаниях по повышению социальной роли церкви должны были стать консервативные «верхи» духовенства – епископат. Обер-прокурор добился более строгого подчинения приходского духовенства и духовно-учебных заведений контролю епископов, принимал и меры к усилению позиций епископов перед лицом светской бюрократии. Важное символическое значение имел возобновленный с 1881 г. прием архиереев на аудиенции царем. В 1884-1885 гг. по предложению обер-прокурора были проведены архиерейские соборы в Петербурге, Киеве, Казани и Иркутске, на обсуждение которым был передан ряд важных вопросов (разукрупнение приходов, развитие церковных школ, миссионерская деятельность). Подобные меры навлекли на Победоносцева подозрения со стороны светской бюрократии, обвинявшей его в «клерикализме» и отходе от основ Духовного регламента Петра I.36 Что касается духовенства, прежде всего епископата, то оно встретило начинания Победоносцева с энтузиазмом. Однако вскоре между обер-прокурором и епископами начались трения, стала нарастать взаимная неприязнь.

Подобное развитие событий определялось тем обстоятельством, что меры по повышению социальной роли церкви неизбежно должны были поставить вопрос о расширении ее независимости от государственной власти. Победоносцев негативно относился к подобной перспективе. Занимая пост обер-прокурора, он не мог поступиться своими служебными прерогативами, да и не желал делать этого, будучи убежден в опасности всякой неподконтрольной деятельности. Все формы внешне самостоятельной деятельности епископов (архиерейские соборы и др.) находились в реальности под бдительным надзором обер-прокурора. Требования архиереев реально расширить их управленческие прерогативы вызвали недовольство Победоносцева. Это вызывало пассивность, неприязнь, а то и открытый протест со стороны епископов, их нежелание участвовать в начинаниях обер-прокурора. Бороться с подобными настроениями консервативный сановник пытался, ужесточая принуждение, но это давало лишь обратный эффект.

Недовольство по отношению к политике обер-прокурора испытывали и те, кто в рамках духовного ведомства находился под властью епископов – преподаватели духовно-учебных заведений, а также приходское духовенство. Настороженно относясь к рационалистической критике, научному исследованию различных аспектов церковного учения, опасаясь, что они разрушат целостность народного миросозерцания, Победоносцев резко ограничил свободу научного поиска в духовных академиях. Все духовно-учебные заведения были поставлены под жесткий контроль властей. Жизнь воспитанников строго регламентировалась, в системе обучения и повседневном укладе духовных академий и семинарий усиливались элементы принудительной церковности. Это превращало духовно-учебные заведения в источник недовольства, волнений, которые в начале ХХ в. приобрели открытый и резкий характер.

Наиболее многочисленный отряд клира – приходское духовенство – было раздражено ограничением своих общественных прав, отсутствием прочных источников материального обеспечения, которое становилось особенно заметным на фоне поощряемого Победоносцевым количественного роста клира. Во второй половине XIX в., как и столетия назад, основная масса духовенства жила главным образом за счет исправления треб для прихожан, что в новых условиях было совершенно недостаточно. Попытка обер-прокурора решить проблему, организовав широкий приток в клир простолюдинов без специального образования, которые были бы духовно близки к «простоте» народного миросозерцания и в то же время не требовали бы значительных средств для своего обеспечения, оказался утопичным и не был реализован. Все это превращало духовенство в среду, весьма критически настроенную по отношению к Победоносцеву и проводимой им политике. Однако особенно негативно на репутации обер-прокурора сказались меры, которые он предпринимал по отношению к иноверию и религиозному инакомыслию.

Усиление позиций инаковерия (старообрядчества и сектантства) в пореформенной России, все более настойчивые требования расширения свободы совести со стороны неправославных исповеданий было неизбежным следствием модернизационных процессов – раскрепощения личности, повышения социальной мобильности, размывания традиционных межсословных и межконфессиональных рамок. Победоносцев к подобным процессам относился резко отрицательно. Он полагал, что укрепление позиций ино- и инаковерия разрушит целостность народного миросозерцания, а это, в свою очередь, подорвет основы государственного порядка. Заняв пост обер-прокурора, Победоносцев резко выступил против попыток отдельных сановников и общественных деятелей расширить начала веротерпимости. Глава духовного ведомства настаивал на жесткой политике по отношению к старообрядчеству и сектантству, требовал от государственных деятелей безоговорочной поддержки интересов православия в районах со сложной религиозной ситуацией.37

Выступая за жесткую политику по отношению к ино- и инаковерию, обер-прокурор в то же время не стремился сводить дело лишь к государственному насилию. По его мнению, меры административно-полицейского характера должны были создать благоприятную среду для собственно просветительской деятельности духовенства. Обер-прокурор предпринимал усилия для оживления такого рода деятельности: вопросам активизации православной миссии был посвящен ряд архиерейских соборов, в конце 1880-х – 90-е гг. прошли миссионерские съезды в Москве и Казани. Вместе с тем, в конечном счете, попытки совместить просветительскую деятельность с карательными мерами оказались неосуществимыми. Сознавая, что в любой момент могут потребовать от государственной власти пресечь активность инаковерующих путем  репрессий, многие священники и миссионеры не утруждали себя духовной деятельностью.

Сами власти, за помощью к которым должны были обращаться представители духовенства, крайне неохотно подключались к политике религиозных гонений, ибо отвечали за спокойствие края, а отнюдь не за его религиозную чистоту. Все это вело к бесконечным межведомственным трениям, расшатывало механизм управления. К сходному результату привели и попытки обер-прокурора утвердить безусловное первенство православия в национальных районах Российской империи. Власть России здесь традиционно основывалась на узаконении местных исповеданий, закреплении привилегий местной знати. В связи с этим требования Победоносцева нередко оказывались невыполнимыми, подрывали те основы, на которых зиждилась Россия как имперское государство.

Подводя итог анализу деятельности Победоносцева на посту обер-прокурора, следует отметить, что неудача его политики в данной сфере послужила одной из важных причин падения его влияния в правительственных кругах. Объективно курс на укрепление стабильности, повышение роли духовно-религиозных факторов в жизни общества отвечал на исходе кризиса рубежа 1870-80-х гг. потребностям достаточно широких кругов общества, однако добиться реализации поставленных им целей консервативный сановник не сумел. Что касается политики Победоносцева в национально-религиозной сфере, то она, как представляется, изначально базировалась на ошибочных принципах и содействовала обострению в стране социальной напряженности.

Шестая глава диссертации – «К.П. Победоносцев в конце XIX- начале XX в.: упадок политического влияния», посвящена анализу положения обер-прокурора в правительстве на рубеже XIX – XX в., его попыток укрепить свои позиции в «верхах» и усилить влияние на общественное мнение, вопросу о причинах падения его влияния. Исследуется отношение консервативного сановника к реакционно-охранительным переустройствам конца 1880-х – начала 90-х гг. (контрреформам), его реакция на революционные потрясения 1905-1907 гг., восприятие им выдвигавшихся в правительстве проектов преобразований.

В диссертации подчеркивается, что политическое влияние обер-прокурора начало снижаться уже в конце 1880-х гг. Причиной тому были как неудачи его церковной политики, так и провал рекомендаций, относившихся к сфере государственного управления в целом. Попытка обер-прокурора вмешиваться в самые разные вопросы управления, решать их на основе интуиции, случайной информации, непосредственно вовлекать царя в решение любых, даже самых мелких дел – все это, вместо ожидаемого оживления и неформальности, вело к хаосу, дилетантизму, произволу. Стремление Победоносцева играть при царе роль высшего доверенного советника толкало его к вторжению (часто некомпетентному) в дела других ведомств, что вызывало протест с их стороны. Сам царь, которому Победоносцев настойчиво внушал мысль о неограниченном характере самодержавия, необходимости «личного» управления, постепенно перестал прислушиваться к советам своего наставника, все чаще поступая исключительно по собственному усмотрению. Однако важнейшей причиной потери обер-прокурором прежнего влияния в правительстве стала его позиция по отношению к контрреформам – административно-законодательным мерам, направленным на пересмотр реформ 1860-70-х гг.

Вопрос об отношении Победоносцева к контрреформам, его оценке реакционно-охранительного законодательства 1880-х – начала 90-х гг. до сих пор является одним из самых спорных в историографии. В диссертации подчеркивается, что, вопреки мнению ряда авторов (С.Л. Эвенчик и др.), обер-прокурор не являлся сторонником контрреформ и проводником «дворянско-крепостнической линии» в политике самодержавия. Особенности консерватизма Победоносцева побуждали его занимать более сложную позицию. Будучи сторонником принципа «люди, а не учреждения», обер-прокурор настороженно относился к любым административно-законодательным переустройствам – не только либеральным, но и реакционно-охранительным. «Зачем строить новое учреждение… когда старое учреждение потому только бессильно, что люди не делают в нем своего дела как следует?»38, - в этой фразе из письма к Александру III по поводу первой из контрреформ (университетского устава 1884 г.), как представляется, отразилась суть позиции Победоносцева по отношению ко всему контрреформационному законодательству. Подобный подход не был следствием некоего «исключительно отрицательного направления», которое часто приписывали обер-прокурору – он отразил особенности представлений царского наставника об оптимальных методах государственного управления. Однако соратники Победоносцева по реакционно-охранительному лагерю (Д.А. Толстой, М.Н. Катков и др.) не захотели или не смогли вдуматься в особенности позиции обер-прокурора – они восприняли ее как «предательство», организовали мощную кампанию давления на Победоносцева, вынуждая его изменить свою подход к контрреформам. Постепенно утратил доверие к обер-прокурору и царь, которому особенности позиции его бывшего наставника также были не совсем понятны.

На основании анализа широкого круга источников в диссертации делается вывод, что в начале 1890-х гг. Победоносцев был близок к отставке, которая не состоялась, видимо, лишь из-за смерти Александра III в 1894 г. Молодой царь Николай II не решился уволить старого сотрудника своего отца и своего собственного наставника. Победоносцев остался в правительстве и в течение некоторого времени даже оказывал на Николая II заметное влияние, однако период этого влияния (1894-1896) оказался значительно короче, чем при Александре III. Вся обстановка окружающей жизни – быстрая смена событий, усилившееся воздействие факторов социального и экономического характера на политику правительства, выход на арену новых общественных сил – все более отчетливо расходилась с идейными установками Победоносцева, подчеркивала их несоответствие стоявшим перед страной задачам. С середины 1890-х гг. обер-прокурор сосредоточился в основном на делах духовного ведомства. В то же время он не упускал случая выступить против мер, которые считал недопустимыми (подготовка введения всеобщего начального образования, планы территориального расширения земств, ликвидации общины и др.). В ряде случаев ему удавалось затормозить принятие подобных мер, что поддерживало в обществе представление о его всемогуществе. Сохранению подобного представления способствовала и продолжающаяся публицистическая деятельность консервативного сановника.

Выше отмечалось, что, даже находясь в 1880-е гг. на вершинах политического влияния, Победоносцев не забывал о периодической печати, о тех возможностях, которые она открывала для воздействия на общество. Интерес к публицистике сохранился у обер-прокурора и в 1890-е гг. В это время он вступает в контакт с «новым поколением» российских консерваторов – Л.А. Тихомировым, В.В. Розановым, А.А. Александровым, В.А. Грингмутом, группировавшимся вокруг журнала «Русское обозрение» и газеты «Московские ведомости». Победоносцев оказывает значительное влияние на редакционную политику обоих изданий, формируя круг сотрудников, способствуя публикации в них тех или иных материалов. Одновременно консервативный сановник продолжал собственную деятельность публикатора и переводчика, издавая (часто анонимно) малым тиражом записки «для немногих» по волновавшим его вопросам, переводы сочинений западных консерваторов. В 1896 г. обер-прокурор выпустил знаменитый «Московский сборник», включивший в себя ряд его работ и воспринятый в обществе как «идеологический манифест» российского консерватора. Публикация «Московского сборника» вызвала  значительный резонанс в России и за рубежом, привлекла дополнительное внимание к фигуре Победоносцева. Вместе с тем существенно повлиять на общественное мнение обер-прокурор не смог. Большинство идей, высказанных в «Московском сборнике», не казалось современникам убедительными. Проповедь воздержания от реформ вызывала сомнения на фоне неудач деятельности самого Победоносцева. Заявления о порочности демократии, ее скором крахе опровергались ссылками на успехи западных государств. Наконец, центральный тезис обер-прокурора об испорченности, несамостоятельности человеческой натуры казался чрезмерно безнадежным даже консерваторам, многие из которых (Тихомиров, Розанов) начинали относиться к Победоносцеву все более критически.

В начале ХХ в. многочисленные противоречия российской жизни – в том числе и те, обострению которых способствовала политика обер-прокурора – начали выходить на поверхность, разрушая систему поддержания статус-кво, выстраивавшуюся консервативным сановником. Осложнению обстановки в стране способствовали непрерывные волнения в духовно-учебных заведениях, выступления представителей ино- и инаковерия с требованием расширения свободы совести, заявления о необходимости церковных реформ со стороны представителей духовенства. В 1904 г. митрополит Санкт-Петербургский Антоний (Вадковский), поддержанный председателем Комитет министров С.Ю. Витте, обратился в Комитет с запиской, в которой ставился вопрос об ослаблении зависимости церкви от государства. Одновременно (особенно после событий января 1905 г.) в правительстве начался поиск новых путей осуществления государственной политики, наметились тенденции к либерализации правительственного курса. Все это вызвало резкий протест со стороны Победоносцева. Он пытался противостоять изменениям в правительственной политике и системе церковно-государственных отношений, однако неуклонное развитие революционных процессов сделало дальнейшее пребывание консервативного сановника в правительстве невозможным. 19 октября 1905 г., через два дня после публикации манифеста, даровавшего России законодательное представительство, обер-прокурор подал в отставку и спустя полтора года скончался.

Подводя итоги изучению последнего этапа деятельности Победоносцева, необходимо отметить неточность сложившегося у современников мнения о сохранении за обер-прокурором преобладающего влияния на государственные дела вплоть до 1905 г. Фактически роль консервативного сановника в «верхах» начала снижаться уже в конце 1880-х гг. Этот процесс (с кратким перерывом на 1894-1896 г.) продолжался до его ухода из правительства. Обер-прокурор в этот период сосредоточился главным образом на делах духовного ведомства, лишь в некоторых случаях выходя за их рамки, пытаясь остановить реализацию неприемлемых для него правительственных мер, стремясь организовать воздействие на общественное мнение. Потеря Победоносцевым влияния была связана с глубокими противоречиями в его идейных установках и отражала разногласия в лагере консерваторов – отсутствие единого мнения по вопросу о контрреформах, допустимости вмешательства в сложившийся общественный уклад.

В заключении диссертации сформулированы результаты исследования и подведены его итоги.

Анализ жизни и деятельности Победоносцева представляет особый интерес в связи с тем, что в его биографии чрезвычайно ярко отразились многие фундаментальные тенденции общественно-политического и духовного развития второй половины XIX – начала XX в. Характерная для Победоносцева критика реформ и демократии, отрицательное отношение к административно-законодательным преобразованиям были связаны с тем весьма противоречивым, зачастую негативным впечатлением от реформ 1860-70-х гг., которое было широко распространено в российском обществе второй половины XIX в. Образованный, красноречивый, владевший пером и умело создававший образ решительного, бескорыстного и духовно близкого к народу государственного деятеля, Победоносцев искусно использовал критику реформ как инструмент политического возвышения, сумел создать (прежде всего, благодаря влиянию на наследника Александра Александровича) прочную основу для усиления своего влияния в начале 1880-х гг.

Анализ мировоззрения и деятельности российского консерватора не позволяет согласиться с распространенным выводом о безусловном архаизме его взглядов, его исключительно негативистском настрое. Достаточно чутко реагируя на новые тенденции в развитии общества, обер-прокурор отчетливо сознавал важность таких порожденных модернизацией явлений, как возрастание роли идеологии в жизни страны, необходимость активного воздействия на духовную жизнь общества, влияния на сознание народных масс, все более активно выходивших на историческую арену. Выступая как переводчик, издатель, публицист, Победоносцев уделял большое внимание воздействию на периодическую печать, литературу, культурную жизнь страны, приложил много сил к созданию церковной школы для народа, т.е. в какой-то степени уловил тенденцию к идеологизации общественной жизни, которая станет особенно характерной для ХХ в.

Разворачивая на страницах консервативных журналов, собственных книг и брошюр критику реформ и демократии, Победоносцев стремился сделать ее максимально убедительной для читателя, ссылался на опыт стран Запада и сочинения западных консерваторов, затрагивал актуальные и острые вопросы своего времени (роль церкви в жизни общества, принципы организации школы для народа, издержки расширения свободы совести и др.). Безусловно важным был и игравший для Победоносцева большую роль вопрос о роли бюрократических начал в рамках авторитарной системы, соотношении царской власти и прерогатив чиновничьего аппарата, который российский консерватор пытался решить в рамках выдвинутых им представлений о «небюрократическом» самодержавии. Наконец, привлекательным для современников мог быть и предложенный обер-прокурором путь решения общественных проблем через воздействие на умы и души людей, не затрагивая сферу «учреждений».

Анализ взглядов Победоносцева в контексте развития общественной мысли пореформенной России показывает, что наиболее близким обер-прокурору течением было славянофильство, хотя и расхождения с этим направлением тоже были достаточно велики. Сближали Победоносцева со славянофилами поиск путей самобытного развития России, высокая оценка общественной роли православной церкви, интерес к жизни зарубежных славян, протест против «бюрократического реформаторства», оценка «простого народа» как главного хранителя исторических устоев России. Точками расхождения был протест Победоносцева против принципов свободы слова и свободы совести, восстановления традиционной системы управления церковью, отстаивавшихся славянофилами. Смыкаясь со сторонниками «продворянского» консерватизма в их борьбе за укрепление сословной структуры общества, Победоносцев в то же время скептически относился к идее утверждения безусловного первенства дворян в общественной жизни страны. В целом можно сказать, что Победоносцев, частично примыкая к различным направлением пореформенного консерватизма, до конца не солидаризовался ни с одним из них. Нужно также подчеркнуть, что призывы к «опоре на народ», к поиску «правды» в его среде отвечали распространенным тенденциям эпохи и не могли не привлекать к Победоносцеву внимания многих современников.

История политического возвышения российского консерватора, его победы над либеральной группировкой в начале 1880-х гг. дает материал для осмысления интереснейшей проблемы – роли и места механизмов неформального влияния в политической системе самодержавия второй половины XIX – начала XX в. Несмотря на то, что консервативные взгляды будущего обер-прокурора серьезно затрудняли ему карьеру в реформаторском правительстве Александра II, он сумел, используя различные формы закулисного влияния, закрепить за собой прочные позиции в придворных и правительственных «верхах». Большую роль здесь сыграли связи, завязанные Победоносцевым в консервативных кружках и салонах, совместное с цесаревичем участие в «славянском движении» второй половины 1870-х гг., опора на разного рода околоправительственные организации (общество Добровольного флота и др.). Роль доверенного советника у престола, которую консервативный сановник сумел закрепить за собой со времен наставничества у наследника Александра Александровича, сыграет в политической карьере Победоносцева огромную роль. Следует отметить, что функция советника представлялась обер-прокурору чрезвычайно важной как главной условие, позволяющее обеспечить самодержавию «живой», небюрократический характер, укрепить его связь с «простым народом».

Став после поражения группировки правительственных либералов одним из самых влиятельных российских политиков, царский советник фактически взял на себя функцию объединения деятельности различных правительственных ведомств. Однако называть его «негласным премьер-министром», как это делал ряд современников и историков, было бы не совсем точным. В сфере первостепенного внимания обер-прокурора находились прежде всего вопросы, касавшиеся подбора правительственного персонала, контроля за идеологическими» ведомствами и институтами (церковью, цензурой, Министерством народного просвещения). В то же время он сохранял за собой право вмешиваться в работу различных государственных органов по отдельным вопросам, которые считал важными, что породило у современников представление о его «всевластии».

Говоря о контроле Победоносцева над «идеологическими» ведомствами, его первостепенном внимании к вопросам духовной жизни общества, необходимо подчеркнуть, что это не было проявлением некой «слабости», как полагали некоторые современники и историки, а являлось результатом совершенно сознательного выбора. Воздействие на умы и души людей рассматривались консервативным сановником как альтернатива административно-законодательным переустройствам. С его точки зрения, оно могло изменить ситуацию к лучшему, позволяя в то же время обойтись без чреватого подрывом социальной стабильности вмешательства в сферу «учреждений». В связи с этим обер-прокурор приложил колоссальные усилия к организации воздействия на духовную жизнь страны, что не позволяет говорить о его «пассивности» и «исключительно критическом направлении». Особое внимание консервативный сановник уделил повышению социальной роли православной церкви. Вместе с тем, стремясь к усилению роли церкви в обществе, обер-прокурор не допускал расширения ее независимости от светского контроля. Это предопределило трения главы духовного ведомства с высшей иерархией, а затем и складывание оппозиции его политике со стороны широких масс духовенства. Выступления против церковной политики Победоносцева, принявшие в начале ХХ в. открытый и упорный характер, стали важной причиной ослабления его политического влияния.

Рассматривая вопрос о причинах снижения роли обер-прокурора в правительстве, необходимо подчеркнуть, что оно отразило изменение исторической обстановки в конце 1880-х – 1890-е гг., и в то же время явилось результатом выявления внутренних противоречий программы Победоносцева. К 1890-м гг. стало особенно ясно, что многие начинания обер-прокурора представляли собой безнадежную попытку остановить развитие объективно неизбежных процессов. Это относилось к его стремлению пресечь развитие оппозиционной печати путем цензурных гонений, затормозить расширение начал свободы совести, подчинить общественную жизнь церковным правилам путем административных мер. Утопичными оказались и рецепты, предлагавшиеся консервативным сановником в сфере государственного управления (попытки подменить формализованные административные процедуры личными контактами, непосредственным вмешательством царя и его советника во все государственные вопросы).

Важную роль в потере обер-прокурором прежнего влияния сыграли также разногласия в правительственном лагере 1880-х – начала 90-х гг., связанные с вопросом о контрреформах. Принцип «люди, а не учреждения», на который опирался Победоносцев, побуждал его не только выступать против либеральных реформ, но и с подозрением относиться к преобразованиям реакционно-охранительным. Это вызывало крайне негативную реакцию у сторонников контрреформ (М.Н. Каткова, Д.А. Толстого и др.), навлекло на Победоносцева обвинения в «предательстве» и «потворстве либералам». Способствовала эта коллизия и потере обер-прокурором прежнего авторитета в глазах царя. В целом можно сказать, что  взгляды и деятельность Победоносцева во многом явились отражением  фундаментальных особенностей российского консерватизма. Выступая с критикой реформ, демократии, либерализма – нередко точной и обоснованной – обер-прокурор в конечном счете не смог предложить четкой альтернативы отвергаемым им принципам, став своеобразным символом исчерпанности творческого потенциала российского самодержавия.

Основные положения диссертации изложены в следующих работах:

Работы в изданиях, рекомендованных ВАК :

1. Рец. на кн.: Великая ложь нашего времени. М., 1993. //Вопросы философии. – М., 1993. № 8.  – 0,3 п.л.

2. К.П. Победоносцев о В.В. Розанове //Вопросы философии. – М., 1993. № 12. – 0,3 п.л.

3. К.П. Победоносцев, Святейший Синод и архиереи в 1881-1894 гг. //Вестник Московского университета. Серия 8. История. – М., 1994. № 4. – 0,7 п.л

4. «Правил – как завещал отец?» (Выступление за «круглым столом» редакции, посвященном эпохе Александра III) //Родина. – М., 1994. № 11. – 0,2 п.л. 

5. Рыцарь несвободы //Родина. – М., 1995. № 1. – 0,5 п.л. 

6. Рец. на альманах «Российский архив» //Вопросы истории. – М., 1997. № 1. –  0,1 п.л.

7. Церковь, власть и общество в России (1880-е – первая половина 1890-х гг.) //Вопросы истории. – М., 1997. № 11. – 1,5 п.л. 

8. К.П. Победоносцев – человек и политик  //Отечественная история. – М., 1998. № 1. – 1,5 п.л.

9. Рец. на кн.: Of Religion and Empire. Ed. by R. Geraci and M. Khodarkovsky Cornell University Press: Ithaca-London, 2001. //Отечественная история. – М., 2003. № 5. – 0,5 п.л.

10. Обсуждаем энциклопедию «Общественная мысль России XVIII – начала XIX вв.» (выступление за круглым столом) //Отечественная история. – М., 2006. № 4.  – 0,1 п.л.

11. Рец. на кн.: Nicholas B. Breyfogle. Heretics and Colonizers: Forging  Russia’s Empire in the South Caucasus. Cornell University Press: Ithaca – London, 2005. //Отечественная история.  – М., 2006. № 6. – 0,3 п.л.

12. К.П. Победоносцев в восприятии французских ученых и публицистов. //Отечественная история. – М., 2007. № 6. – 0,5 п.л.

13. К.П. Победоносцев в 1880-е – начале 1890-х гг.: механизмы воздействия на общественное мнение //Вестник Российского университета дружбы народов. Серия «История России». – М., 2010. № 2. – 1 п.л.

14. Система власти и управления самодержавной России в воззрениях К.П. Победоносцева //Вестник Московского университета. Серия 21. Управление (государство и общество). – М., 2010. № 3. – 1 п.л.

15. К.П. Победоносцев в начале 1880-х гг.: к истории борьбы в «верхах» после 1 марта 1881 г. //Вестник Московского университета. Серия 8. История. – М., 2010. № 4 – 0,9 п.л.

16. Рец. на кн.: Схиммельпеннинк ван дер Ойе, Дэвид. Навстречу Восходящему солнцу: как имперское мифотворчество привело Россию к войне с Японией. – М.: Новое литературное обозрение, 2009. //Российская история. – М., 2010. № 5. – 0,3 п.л.

Монографии:

17. Под властью обер-прокурора. Государство и церковь в эпоху Александра III. – М.: Издательство «АИРО-ХХ», 1996. – 9 п.л.

18. Russia in the Nineteenth Century. Autocracy, Reform, and Social Change, 1814-1914. – Armonk, New York – London, England: M.E.Sharpe, 2005. – 19 п.л.

19. Константин Петрович Победоносцев: вехи политической биографии. - М.: Издательство «МАКС Пресс», 2010. – 11 п.л.

Статьи и материалы докладов:

20. Церковная школа для народа в конце XIX в. //Журнал Московской патриархии. – М., 1993. № 6. – 0,5 п.л.

21. Православие в Остзейском крае и политика правительства Александра III //Россия и реформы. Вып.2. – М., 1993. – 0,5 п.л.

22. Рец. на кн.: Российские самодержцы. 1801-1917. М., 1993. //Уральский исторический вестник. – Екатеринбург, 1994. № 4. – 0,5 п.л.

23. Александр III //Отечественная история. Энциклопедия. Т. I. – М., 1994. – 0,1 п.л.

24. П.А. Валуев //Отечественная история. Энциклопедия. Т. I. – М., 1994. – 0,1 п.л.

25. Духовное ведомство и православие на востоке Российской империи (Поволжье и Забайкалье) в 1880-е – начале 1890-х гг. //Россия и Восток: проблемы взаимодействия. Ч. I. – Челябинск, 1995. – 0,1 п.л.

26. К.П. Победоносцев в 1881 г. (письма к Е.Ф.Тютчевой) //Река времен. Книга 1. – М., 1995. – 1,5 п.л.

27. О. Иоанн Кронштадтский и К.П. Победоносцев (1883 г.) //Река времен. Книга 2. – М., 1995. – 0,5 п.л.

28. Государство и религиозное инакомыслие в России (1880-е – начало 1890-х годов) //Россия и реформы. Вып.3. – М., 1995. – 0,5 п.л.

29. Романовы: между историей и идеологией //Исторические исследования в России. Тенденции последних лет. – М., 1996. – 1,5 п.л.

30. Духовное ведомство и униатский вопрос (1880-е – начало 1890-х гг.) //П.А. Зайончковский. 1904-1983. Статьи, публикации и воспоминания. - М., 1998.  – 0,5 п.л.

31. Государство и церковь в эпоху Александра III //Государственное управление: исторические аспекты. – М., 1998.– 0,2 п.л.

32. Е.Е. Голубинский: историк и его время //Жизнь и труды академика Е.Е. Голубинского. – М., 1998. (в соавторстве с И.В. Соловьевым). - 0,5 п.л.

33. Kirche und Gesellschaft in der Aera Alexander III. Gab es einen «russischen Klerikalismus»? //Berliner Jahrbuch fuer osteuropaeische Geschichte (1997). - Berlin, 1998. – 0,7 п.л.

34. Konstantin Pobedonostsev and Political Culture of Late Imperial Russia //VI World Congress for Central and East European Studies. Abstracts. – Tampere, 2000. –  0,1 п.л.

35. К.П. Победоносцев и русское духовенство //Вестник Российского гуманитарного научного фонда. – М., 2000. – 0,5 п.л.

36. Либеральные бюрократы //Отечественная история. Энциклопедия. Т.3. - М., 2000. –  0,1 п.л.

37. Контрреформы //Отечественная история. Энциклопедия. Т.3. – М., 2000. –  0,1 п.л.

38. Konstantin Petrovich Pobedonostsev – Man and Politician //Russian Studies in History. - New York. Spring 2001. Vol.39, No.4. – 1,5 п.л.

39. Church, Regime, and Society in Russia (1880-1895) //Russian Studies in History - New York. Spring 2001. Vol.39, No.4. – 1,3 п.л.

40. The State and Religious Heterodoxy in Russia (from 1880 to the Beginning of the 1890s) //Russian Studies in History - New York. Spring 2001. Vol.39, No.4. – 0,7 п.л.

41. The Orthodox Church in the Baltic Region and the Policies of Alexander III’s Government //Russian Studies in History - New York. Spring 2001. Vol.39, No.4. – 0,7 п.л.

42. The Religious Department and the Uniate Question, 1881-1894 //Russian Studies in History - New York. Spring 2001. Vol.39, No.4. – 0,6 п.л.

43. К.П. Победоносцев и французские консерваторы //Историки размышляют. Выпуск 4. – М., 2003. – 0,5 п.л.

44. Народные дома и народные университеты //Россия: удачи минувшего века. – М., 2004. – 0,5 п.л.

45. Историческое введение //Отзывы епархиальных архиереев по вопросу о церковной реформе. Ч.1. – М., 2004. (в соавторстве с И.В. Соловьевым). – 0,5 п.л.

46. К.П. Победоносцев и общественно-политическая жизнь Великобритании (1870-е – начало 1900-х гг.) //Константин Петрович Победоносцев: мыслитель, ученый, человек. – СПб., 2007. – 0,5 п.л.

47. Опыт реформ //Владимир Путин: рано подводить итоги. – М., 2007. – 2,5 п.л.

48. Обер-прокуратура Святейшего Синода: основные этапы становления и развития (XVIII – середина XIX в.) //Петр Андреевич Зайончковский. Сборник статей и воспоминаний к столетию историка. – М., 2008. – 1,5 п.л.


1 Глинский Б.Б. Константин Петрович Победоносцев (материалы для биографии) //К.П. Победоносцев: pro et contra. М., 1996. Никольский Н. К.П. Победоносцев (некролог). //К.П. Победоносцев: pro et contra

2 (Покровский М.Н.) Победоносцев, Константин Петрович. // Энциклопедический словарь русского биографического института Гранат. Изд. 11-е. Т. XXXII. М., б/г. Покровский М.Н. Александр III. //Большая советская энциклопедия. Т. II. М., 1926. Фирсов Н.Н. Победоносцев. Опыт характеристики по письмам. //К.П. Победоносцев: pro et contra.  Кряжин В. Россия в эпоху Победоносцева. //Красная новь. 1924. № 1. Кизеветтер А.А. Победоносцев. //На чужой стороне. Т. IV. Прага, 1924. Готье Ю.В. К.П. Победоносцев и наследник Александр Александрович. //К.П. Победоносцев: pro et contra.

3 Работа была защищена как кандидатская диссертация в Московском университете в 1938 г., но опубликована лишь тридцать лет спустя. См.: Эвенчик С.Л. Победоносцев и дворянско-крепостническая линия самодержавия в пореформенной России. //Ученые записки Московского государственного педагогического института. № 309. М., 1969.

4 Byrnes R. Pobedobostsev. His Life and Thought. Bloomington-London, 1968. Simon G. Konstantin Petrovic Pobedonoscev und die Kirchenpolitik des Heiligen Sinod. Gottingen, 1969.

5 Wortman, R. The Development of a Russian Legal Consciousness, Chicago, 1876 (русский перевод: Уортман Р. Властители и судии: развитие правового сознания в императорской России. М., 2004).

6 Freeze G. Parish Clergy in Nineteenth Century Russia. Crisis, Reform, Counter-Reform. Princeton, 1983.

7 Lindner R. K.P. Pobedonoscev und die russische Reformbuerokratie. // Jahrbuecher fuer Geschichte Osteuropas, 43 (1995). Idem. Einhundert Jahre “Moskovsij sbornik” (1896) von Konstantin P. Pobedonoscev. //Jahrbuecher fuer Geschichte Osteuropas, 44 (1996).

8 Basil J. Konstantin Petrovich Pobedonostsev: an Argument for a Russian State Church. //Church History. Vol. 64. No. 1. March 1995. Idem. K.P. Pobedonostsev and the Harmonious Society. //Canadian-American Slavic Studies. Vol. 37. No.4. Winter 2003.

9 Отметим в первую очередь такие монографии Зайончковского, как «Кризис самодержавия на рубеже 1870-1880-х гг.» (1964) и «Российское самодержавие в конце XIX столетия» (1970).

10 Захарова Л.Г. Земская контрреформа 1890 г. М.,1969. Щетинина Г.И. Университеты в России и Устав 1884 г. М., 1976. Твардовская В.А. Идеология пореформенного самодержавия. М.Н. Катков и его издания. М., 1978.

11 Гальцева Р.А., Роднянская И.Б. Раскол в консерваторах (Ф.М. Достоевский, Вл. Соловьев, И.С. Аксаков, К.Н. Леонтьев, К.П. Победоносцев в споре об общественном идеале). //Неоконсерватизм в странах Запада. Ч. 2. М., 1982.

12 После 1991 г. были опубликованы основные труды Победоносцева и перепечатан ряд важных исследований о нем. См.: Победоносцев К.П. Сочинения. СПб., 1996. К.П. Победоносцев: pro et contra. СПб., 1996. Вышли монографии, посвященные отдельным аспектам деятельности российского консерватора – его историко-правовым трудам и участию в подготовке судебной реформы (Тимошина Е.В. Политико-правовая идеология русского пореформенного консерватизма: К.П. Победоносцев. СПб., 2000), политике на посту главы духовного ведомства (Полунов А.Ю. Под властью обер-прокурора. Государство и церковь в эпоху Александра III. М., 1996).

13 Тимошина Е.В. Ук. соч. С. 180-181.

14 Пешков А.И. «Кто разоряет – мал во царствии Христовом»… //Победоносцев К.П. Соч. С. 15-17.

15 Майорова О.Е. «Пишу я только для вас…» Письма К.П. Победоносцева к сестрам Тютчевым. //Новый мир. 1994. № 3. С. 196-198. Ее же. «Я живу постоянно в рамках»… О культурно-психологической подпочве политических воззрений К.П. Победоносцева. //Казань, Москва, Петербург. Российская империя взглядом из разных углов. М., 1997.

16 Ведерников В.В. «Московский сборник» К.П. Победоносцева и кризис идеологии пореформенного самодержавия. //Вестник Волгоградского государственного университета. Серия 4. 1997. № 2.

17 Жировов В.И. Политико-правовые взгляды и государственная деятельность К.П. Победоносцева в 80-90-е гг. XIX в. Дис. … канд. ист. наук. Воронеж, 1993. Степанов Ю.Г. Константин Петрович Победоносцев: идеолог и практик российского самодержавия. Дис. … канд. ист. наук. Саратов, 2000. Соловьев А.Л. Общественно-политические взгляды и государственная деятельность К.П. Победоносцева. Дис. … канд. ист. наук. Екатеринбург, 2001.

18 Граф Панин. Министр Юстиции. // К.П. Победоносцев: pro et contra. О реформах в гражданском судопроизводстве. // Русский вестник. 1859. № 6-7. Статистика английских гражданских судов за 1858 год. // Юридический вестник. 1860-1861. Вып. 5.

19 Назовем прежде всего «Судебное руководство» (1872), «Исторические исследования и статьи» (1876), «Указатели и приложения к «Курсу гражданского права»» (1896), а также публикации документов – «Историко-юридические акты переходной эпохи» (1887) и «Материалы для истории приказного судопроизводства в России» (1890).

20 Гладстон В.Ю. Болгарские ужасы и восточный вопрос. СПБ., 1876. Черногория. Статья Гладстона. //Гражданин. 1877. № 32-33. Приключения чешского дворянина Вратислава в тяжкой неволе у турок с австрийским посольством 1591 г. СПб.,1877. Новейшая английская литература по восточному вопросу. //Гражданин. 1877. № 1.

21 Укажем на некоторые принципиально важные публикации в «Гражданине»: В протестантских храмах. //Гражданин. 1873. № 31. К вопросу о воссоединении церквей. //Гражданин. 1873. № 33. Борьба государства с церковью в Германии. // Гражданин. 1873. № 34. Противоречия в англиканской церкви. //Гражданин. 1873. № 34. Франция (взгляд на теперешнее ее состояние). //Гражданин. 1873. № 35. Испания. //Гражданин. 1873. № 37. Новая вера и новые браки. //Гражданин. 1873. № 39. Съезд юристов в Москве. //Гражданин. 1873. № 44.

22 Новая школа. М., 1898. Об университетском преподавании (1899). //Победоносцев К.П. Соч. Ученье и учитель. Педагогические заметки (1900-1904). //Там же. Воспитание характера в школе. // Ученье и учитель. Педагогические заметки. Изд. 2-е. Кн. 1. М., 1901. Плоды демократии в начальной школе (1906). //Победоносцев К.П. Соч.

23 Для немногих. Отрывки из школьного дневника. СПб., 1885. Из дневника К.П. Победоносцева. //Русский архив. 1907. Кн. 1. Вып. 1-4.

24 Василий Петрович Зубков. // Русский архив. 1904. № 1. Еще раз на память о князе В.Ф. Одоевском. //  память о князе В.Ф. Одоевском. Заседание Общества любителей российской словесности 13 апреля 1869 г. М., 1869. Вечная память. Воспоминания о почивших. М., 1896. Аксаковы. //Победоносцев К.П. Соч. Николай Иванович Ильминский. // Там же. Государь император Александр Александрович. // ам же.

25 Письма К.П. Победоносцева к графу Н.П. Игнатьеву //Былое. 1924. № 27-28. Письма К.П. Победоносцева к Е.М. Феоктистову //Литературное наследство. 1935. № 22-24. Письмо К.П. Победоносцева к Н.С. Абазе. //Голос минувшего. 1914. № 6. Из писем К.П. Победоносцева к Николаю II (1898-1905). //Религии мира. История и современность. Ежегодник 1983. М., 1983. Начало царствования Николая II и роль К.П. Победоносцева  в определении политического курса самодержавия. //Археографический ежегодник. 1972. М., 1974. Переписка Витте и Победоносцева (1895-1905). //Красный архив. 1928. Т. 5 (30). Из числа неизданных источников назовем письма Победоносцева к министру внутренних дел Д.А. Толстому, главе цензурного ведомства Н.В. Шаховскому, директору Департамента полиции (позднее – министру внутренних дел) В.К. Плеве, министру императорского двора И.И. Воронцову-Дашкову, министру народного просвещения И.Д. Делянову, государственному контролеру Т.И. Филиппову. Данные материалы хранятся в РГИА, Государственном архиве Российской Федерации (ГА РФ), Отделах рукописей Российской государственной библиотеки и Российской национальной библиотеки (ОР РГБ и ОР РНБ).

26  К настоящему времени опубликована переписка Победоносцева с Достоевским, И.С. Аксаковым (частично) и с консервативным общественным деятелем С.Д. Шереметевым. См.: Гроссман Л. Достоевский и правительственные круги 1870-х гг. //Литературное наследство. 1934. № 15. Достоевский и Победоносцев //Красный архив. 1922. Т. II. «Мать мою, любимую Россию, уродуют»». Письма К.П. Победоносцева С.Д. Шереметеву. /Источник. 1996. № 6. Переписка С.Д. Шереметева с К.П. Победоносцевым. //Российский архив. Т. 9. М., 1999. Московский адрес Александру II в 1870 (из переписки К.П. Победоносцева с И.С. Аксаковым). //Красный архив. 1928. Т. 6 (31). Неизданными остаются письма Победоносцева к консервативным журналистам М.Н. Каткову, В.П. Мещерскому, С.А. Петровскому, А.А. Александрову, А.С. Суворину, Л.А. Тихомирову,  редактору журнала «Русский архив» П.А. Бартеневу, публицистке славянофильского направления О.А. Новиковой, философу и правоведу Б.Н. Чичерину, юристу и общественному деятелю А.Ф. Кони,  вдове писателя А.Г. Достоевской. Данные материалы хранятся в РГАЛИ, РГАДА, ГА РФ, ОР РГБ, ОР РНБ.

27 «Обзор деятельности ведомства православного исповедания за время царствования императора Александра III» (СПб., 1901), «Исторический очерк развития церковных школ за истекшее двадцатипятилетие (1884-1909)» (СПб., 1909), книга И.В. Преображенского «Отечественная церковь по статистическим данным с 1840-41 по 1890-91 гг.» (СПб., 1897), работа И.Г. Айвазова «Законодательство по церковным делам в царствования императора Александра III» (М., 1913).

28 Савва, архиепископ. Хроника моей жизни. Т. VI-IX. Сергиев Посад, 1906-1911.Никанор, архиепископ. Киевский собор 1884 г. // Русский архив. 1908. № 8-9. Никанор, архиепископ. Записки присутствующего в Святейшем Правительствующем Всероссийском Синоде // Русский архив. 1906. № 7-12. Львов А.Н. Князья церкви (из дневника А.Н. Львова). // Красный архив. 1930. Т. 2 (39). Т.3 (40).

29 И.Н.З. Рец. на кн.: «Ученье и учитель. Педагогические заметки. Издание К.П. Победоносцева». //Исторический вестник. 1901. № 2. Н.Н. Рец. на кн.: «Ученье и учитель». //Странник. 1901. № 1. Итоги государственной мудрости. //Русский вестник. 1896. № 8. Из общественной хроники. //Вестник Европы. 1896. № 9. L. (Слонимский Л.З.) О “великой лжи” нашего времени. //Вестник Европы. 1896. № 10. Слонимский Л. О великой лжи нашего времени. К.П. Победоносцев и кн. В.П. Мещерский. СПб., 1908. Розанов В.В. Скептический ум. //К.П. Победоносцев: pro et contra.

Розанов В.В. Рец. на кн.: «Воспитание характера в школе». //Там же. Никольский Б.В. Литературная деятельность К.П. Победоносцева. //Там же.

30 Победоносцев П.В. Плоды меланхолии, питательные для чувствительного сердца. Ч. 1-2. М., 1796. Его же. Новый Пантеон отечественной и иностранной словесности. Ч.1-4. М., 1819. Его же. Направление ума и сердца к истине и добродетели. Ч.1-3. М., 1830-1831. Его же. Из дневника 1812 и 1813 годов о Московском разорении. //Русский архив. 1895. № 2. Из разоренной Москвы. Письма И.М. Снегирева к П.В. Победоносцеву. //Русский архив. 1897. № 1.

31 Победоносцев К.П. О реформах в гражданском судопроизводстве.// Русский вестник. 1859. № 6. С. 548.

32 Письма Победоносцева к Александру III. Т. II. М., 1926. С. 46-47 (письмо от 26 февраля 1884 г.).

33 Письма Победоносцева к Александру III. Т. I. М., 1925. С. 316 (письмо от 6 марта 1881 г.).

34 За период 1883-1903 гг. число церковных школ для народа увеличилось  в семь раз (с 6.700 до 44.421), количество учащихся в них – в 12 раз (со 162.100 до 1.909.684), они составили около половины начальных школ России. Бюджетные ассигнования на церковные школы достигли к 1903 г. огромной суммы 10.341.916 руб. (рост по сравнению с 1881 г. в 565 раз). См.: Преображенский И.В. Отечественная церковь по статистическим данным с 1840-41 по 1890-91 гг. СПб., 1897. С. 117, 123, 124. Исторический очерк развития церковных школ за истекшее двадцатипятилетие (1884-1909). СПб., 1909. С. 494. Приложение. С. 14-15, 21.

35 Обзор деятельности ведомства православного исповедания за время царствования Александра III. СПб., 1901. С. 68-69.

36 Половцов А.А. Дневник государственного секретаря. Т. II. М., 2005. С. 286.

37 Сферой особо активной деятельности Победоносцева была политика по отношению к протестантам Прибалтики, униатам и католикам Польши и Западного края, мусульманам Поволжья и Приуралья, буддистам Забайкалья

38 Письма Победоносцева к Александру III. Т. II. С. 170 (письмо от 6 января 1888 г.).






© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.